Биография пушкина после лицея – Краткая биография Пушкина, интересные для детей факты творчества Александра Сергеевича, всем классам

Пушкин до лицея

Родители поэта были люди светские прежде всего. В расцвете сил и здоровья, отец поэта вышел в отставку, поселился в Москве и зажил там беззаботной жизнью русского барина. Он был создан для гостиной, блистать в обществе было его главной заботой. В декламации французских стихов у него не было в тогдашней Москве соперников; никто удачнее его не умел устроить любительского спектакля и никто не исполнял своей роли с таким успехом, как он; его каламбуры и экспромты бывали так удачны, что запоминались и переходили из уст в уста. Он был веселым, приятным собеседником, но, при всем своем остроумии и начитанности, был в своей беседе человеком очень поверхностным.

Стоит припомнить ту Москву, которая изображена Грибоедовым в его бессмертной комедией, и мы восстановим круг интересов, в которых вращался отец поэта, один из лучших представителей ее. Он был душою «общества», публика была ему необходима, как для актера, воспитанного на подмостках. Одиночества Сергей Львович не выносил, к деревенской жизни питал отвращение. Когда не было настоящих ценителей его талантов, он собирал вокруг себя детей и развлекал себя своей декламацией и своим остроумием. При этом сами дети были для него совершенно безразличны. В их присутствии он рассказывал иногда самые двусмысленные истории и читал совсем непедагогичные стихи. Зуд к стихотворству был тоже одной из его многочисленных слабостей: особенно писание французских стихов было любимым его развлечением. Говорят, что многочисленные его произведения, целые повести на французском языке, долго сохранялись в Москве. Впрочем, увлечение стихотворством было тогда модой вообще, а в семье Пушкиных в частности. Один из отдаленных родственников его, Алексей Михайлович (ум. 25 мая 1825), был писателем и переводчиком; брат С. Л., Василий Львович, был в свое время очень известным поэтом. Эта страсть распространилась даже на прислугу: в передней Пушкиных водились доморощенные стихотворцы; так, камердинер Никита Тимофеевич сочинил даже балладу из сказок о Соловье-Разбойнике, богатыре Еруслане Лазаревиче и царевне Милитрисе Кирибитьевне. Немудрено, что и в детскую Пушкиных забралось это увлечение стихотворством и декламацией. Безмятежное довольство собой, полная беспечность, уходящая в беспросветный эгоизм, нравственная индефферентность — вот та оборотная сторона характера С. Л., который прикрывался снаружи блеском и лоском светского, любезного и остроумного человека, но очень больно чувствовался домашними, особенно детьми. Мать поэта была подстать своему супругу. «Красавица-креолка», прошедшая тяжелую школу семейных невзгод, отличалась вспыльчивостью, эксцентричностью. По натуре своей не будучи доброй, она порою могла быть злой и жестокой, взбалмошной и мстительной даже по отношению к детям.Ровного отношения к детям у нее не было: к младшим (особенно Льву) относилась она со страстностью, к старшему (Александру) — с холодностью, которая порой сменялась вспышками раздражения. Однажды на балу она ударила по лицу свою взрослую дочь; целый год не разговаривала с А. С., когда он был еще ребенком; для него специально изобретала особые наказания, недовольная его рассеянностью, неуклюжестью и неизящною внешностью. Холодному равнодушию супруга она противопоставляла свой необузданный, порывистый дух, унаследованный от отца. Но они уживались с мужем, так как оба одинаково любили свет и одинаково равнодушны были к хозяйству и семье. Вот почему в доме их царил полный беспорядок. «Дом Пушкиных, говорит бар. М. A. Корф, представлял какой-то хаос и вечный недостаток во всем, начиная от денег и до последнего стакана. Когда у них обедывало человека два-три лишних, то всегда посылали к соседям за приборами». Все это очень характерно для понимания души поэта: в семье он не встретил ни материнской любви, ни отцовской заботливости. Значительно позднее люди, знавшие поэта и его семью, недостатками домашнего воспитания объясняли многие недостатки пушкинского характера. В безалаберном отцовском доме не было не только любви, но и того воспитывающего благочиния, которое и подрастающего ребенка с детских лет приучает к определенному укладу жизни, к привычкам, которые, в худшем случае, могут заменить принципы.

На этом фоне безотрадного детства поэта светлыми образами встают образы его бабушки, Марии Алексеевны Ганнибал, и старухи-няни, Арины Родионовны. Бабушка, много страдавшая на своем веку, вынесла из этих страданий мягкость души, которая сказалась в забытой детской Пушкиных. Ее рассказы о старине увлекали будущего поэта и, быть может, еще из этих рассказов вынес он любовь к Петру и интерес к своему предку, «арапу» великого государя. Старуха-няня представляла собой типичный образец русской женщины, наделенной не только здравым смыслом, но и поэтическим чутьем. Она знала бесконечное число песен и сказок, пословицами и поговорками пересыпала свою умную, образную речь. Она была добрым гением маленьких Пушкиных, особенно Александра, к которому чувствовала особенную привязанность, быть может за то, что он был нелюбимым ребенком в семье. Быть может, сердечность этой простой русской женщины и спасла нежное, любящее сердце поэта от раннего озлобления, от тягостного сознания несправедливости человеческой. Поэт отплатил своей няне теплой привязанностью, которую он сохранил в течение всей своей жизни; образ няни не раз мелькал и в его произведениях, всегда окруженный самой нежной привязанностью: «Зимний вечер», «Няне» — стихотворения, посвященные ей; о ней вспоминает поэт в стихотворении «Опять на родине»; быть может, ее образ косвенно отразился и на няне Татьяны Лариной. Большое значение имела няня и на раннее развитие поэтических дарований поэта. Муза, по его признанию, впервые посетила его еще «на слабом утре дней златых», «во дни утех и снов первоначальных»...

Те вечера, когда ребенок-поэт оставался один со своей любимицей и ожидал от нее сказки, запечатлелись навсегда в его памяти. В одном стихотворении он называет их «золотым временем». «Притаясь» в углу, он сидел и ждал свою «мамушку»,


Когда, в чепце, в старинном одеянье,
Она, духов молитвой уклоня,
С усердием перекрестит меня
И шопотом рассказывать мне станет
О мертвецах, о подвигах Бовы.

Поэт живо вспоминал потом, в течение всей жизни, «прелесть этих таинственных ночей»:


От ужаса не шелохнусь, бывало,
Едва дыша, прижмусь под одеяло.

Когда же засыпал, наконец, весь трепещущий от страха, просыпалось его детское творчество:


Толпой с лазурной высоты,
На ложе роз крылатые мечты,
Волшебники, волшебницы слетали,
Обманами мой сон обворожали,
Терялся я в порыве сладких дум
В глуши лесной, средь Муромских пустыней,
Встречал лихих Полканов и Добрыней
И в вымыслах носился юный ум...

Эти детские «вымыслы» сквозь сон и были первыми созданиями поэта. Еще тогда «богини песнопенья» в «младенческую грудь» влили «искру вдохновенья»; «младенцем» он уже научился чувствовать прелесть «мирных звуков наслажденья». Вот почему. можно утверждать, что любовь к народной поэзии, к причудливым образам народной фантазии зародилась у Пушкина под влиянием рассказов его старой няни; в прологе к «Руслану и Людмиле» он удивительно удачно соединил сказочные мотивы в длинную цепь пестрых, прихотливых образов, прекрасно рисующих тот чудесный мир, в котором он жил в своем раннем детстве.

Когда М. А. Ганнибал приобрела подмосковное сельцо Захарово, Пушкины стали ездить туда каждое лето. Здесь будущий поэт впервые узнал русскую деревню, русскую природу. Это знакомство принесло много счастья ребенку, и летние пребывания в с. Захарове сделались для него на всю жизнь золотым воспоминанием детства. В 1815 году он все еще жил воспоминаниями жизни в этом селе («Послание к Юдину»).

Говорят, что жизнь в деревне, на свободе полей и лесов, очень своеобразно отразилась на будущем поэте: «прежняя сонливость сменилась вдруг резвостью и шалостями, переходящими всякие границы». «Ни строгостью, ни лаской нельзя было унять упрямого мальчика, почуявшего свободу». Родители, еще недавно приходившие в ужас от неподвижности, неповоротливости мальчика, теперь пришли в негодование от его резвости и шаловливости, но поделать с ним ничего не могли — и дружно отвернулись навсегда от странного, «несимпатичного» ребенка с таким взбалмошным характером. Они предоставили его целиком бабушке и старой няне, дворовым людям и русской природе; всю свою любовь они перенесли на старшую дочь Ольгу и младшего сына Льва. Конечно, несправедливость такого дележа родительских симпатий чутким ребенком сознавалась, но у него был уже собственный мир, который утешал его вспыльчивое, но незлобивое сердце. Немудрено, что с воспоминанием раннего детства у него в общем соединилось представление времени счастливого и безоблачного: в 1815 году, вспоминая Москву, он ей посвятил прочувствованные строки: «Края Москвы, края родные, где на заре цветущих лет часы беспечности я тратил золотые, не зная горестей и бед». Темным пятном, которое туманило эти детские воспоминания, были гувернантки и гувернеры, сменившие Арину Родионовну. В «Отрывках Лицейских Записок» Пушкин перечисляет те факты из своей детской жизни, которые особенно чувствительно врезались в его памяти. Рядом с совершенно случайными заметками, мы встречаем и многозначительное «няня», потом «отъезд матери в деревню» и «Первые неприятности — гувернантки». Затем идет перечень гувернеров: «Монфор, Русло, Кат. П. и Анна Ивановна» и красноречивое: «нестерпимое состояние». Очевидно, родители, не желая беспокоить себя излишними хлопотами, поручили обуздать сына наемникам. Вот почему едва ли не автобиографическое значение имеет следующее место из начатого Пушкиным романа «Русский Пелам»: «Отец, конечно, меня любил, но вовсе обо мне не беспокоился и оставил меня на попечение французов, которых беспрестанно принимали и отпускали. Первый мой гувернер оказался пьяницей; второй, человек не глупый и не без сведений, имел такой бешеный нрав, что однажды чуть не убил меня поленом... Впрочем, и то правда, что не было у нас ни одного, которого бы в две недели по его вступлении в должность не обратил я в домашнего шута». «Я был резв, ленив и вспыльчив, но чувствителен и честолюбив, и ласкою у меня можно было добиться всего...» Гувернер молодого Гринева («Капитанская дочь») — тоже образ, быть может, до некоторой степени списанный с жизни.

Впоследствии, в записке «О народном воспитании», Пушкин высказал очень резкое суждение по этому вопросу: «В России, говорит он, домашнее воспитание самое безнравственное. Ребенок окружен одними холопами, видит гнусные примеры... Воспитание его ограничивается изучением двух или трех иностранных языков и первоначальным основанием всех наук, преподаваемых каким-нибудь нанятым учителем». Конечно, в этой характеристике русского домашнего воспитания слышится воспоминание о своем собственном детстве: надо однако думать, что не отсутствовали и положительные стороны влияния домашней жизни на ребенка-Пушкина.

В «Отрывках лицейских записок» встречаем мы указания на «литературные знакомства отца и дяди»; очевидно, в глазах поэта эти «знакомства» имели не мало значения для его развития. «Живя чисто по-московски, гостеприимно открывая дверь своего дома всем без разбора, — будь то честный человек, хоть нет», — Пушкины знакомы были со всею Москвой... Дверь их дома была открыта «для званых и незваных, особенно из иностранных». Но в этой пестрой толпе, в которой перебывали и эмигранты с громкими титулами и без титулов, и русские московские баре, бывали и московские литераторы. Они в доме Пушкиных пользовались особым почетом и встречались особенно радушно. Эта слабость к деятелям литературной жизни, несомненно, была одной из самых светлых черт в характере отца поэта. Вероятно, посредником между ним и русскими литераторами был брат его Василий Львович. Общий любимец московского и петербургского общества, неизменно добродушный и всегда веселый, он везде был желанным гостем. И. И. Дмитриев, Н. М. Карамзин, В. А. Жуковский, К. Н. Батюшков были его друзьями.

Василий Львович подкупал всех своей простотой и сердечной наивностью: над ним посмеивались, но его везде и все любили. «По характеру своему он имел много общего с братом и принадлежал, как и Сергей Львович, к тому типу интеллигентных бонвиванов, которыми так изобилует конец прошлого и начало нынешнего века»... Но в нем не было холодности и некоторой жесткости Сергея Львовича; немудрено, что ему были рады и в детской Пушкиных: туда он первый внес живую литературную струю, первое знакомство с тогдашними корифеями русской литературы. Его живые рассказы о заграничной жизни и личных знакомствах с заграничными, главным образом французскими, знаменитостями увлекали ребенка-Пушкина и, мало-помалу, втягивали в круг литературных интересов. Поэтому понятен тот восторг, с которым будущий поэт всматривался в гостиной своего отца в лица писателей, которые, благодаря словоохотливому дядюшке, были ему знакомы не с одной только литературной стороны. В его стихотворениях есть указание на те чувства, которые волновали его, когда он увидел в первый раз Жуковского:


Могу ль забыть я час, когда перед тобой
Безмолвный я стоял, и молнийной струею
Душа к возвышенной душе твоей летела.

Богатая библиотека отца, составленная почти исключительно из французских писателей, была в полном распоряжении ребенка. Страстный любитель чтения, он с головой окунулся в удушливую атмосферу французской сенсуалистической и скептической литературы, влияние которой было настолько могуче, что определило настроение его первых поэтических опытов. Парни и Вольтер — вот имена, которые дома не сходили с языка молодого поэта. За ними встречаем имена Вержье, Грекура, Виланда, Шапеля, Грессе, Лафора, Шолье и, рядом с этим, но реже упоминаемые имена Мольера, Виргилия, Тассо, Камоэнса, Оссиана, Расина, Руссо, Ювенала и др. Подругой поэта в его чтении была его любимица-сестра Ольга. Впоследствии, в Лицее, в стихотворении «К сестре» он спрашивает ее: «Жан-Жака ли читаешь? Жанлис ли пред тобой? Иль с резвым Гамильтоном смеешься всей душой? Иль с Греем и Томсоном ты пронеслась мечтой в поля, где от дубравы вдоль веет ветерок?» В стихотворении «Городок» он впервые произвел смотр всем своим любимцам: с ними «он с восторгом забывает целый свет»: эти «мертвецы», «парнасские жрецы» — его друзья. На первом месте поставлен Вольтер, «сын Мома и Минервы», «Фернейский злой крикун». Это, по признанию Пушкина, «поэт в поэтах первый»; он был им «всех больше перечитан» и всех менее его томил... Такие же восторженные строки посвящены «Ванюше Лафонтену», «беспечному лентяю», который своей «поэзией прелестной», по признанию юноши, завлек его юное сердце «в плен». Так же сочувственно звучит отзыв о Богдановиче — этом «наперснике милом Психеи златокрылой», счастливом сопернике Лафонтена; Вержье, Парни и Грекур тоже отмечены им, как любимцы. Из русских писателей нашли место в этом любопытном каталоге Державин, Дмитриев, Озеров, Карамзин, Фонвизин и Княжнин. Но, надо сознаться, эти русские имена встретили здесь довольно холодную оценку: только Богданович да Батюшков, В. Л. Пушкин, Крылов и Барков удостоились той живой похвалы, которая свидетельствует, что их творения действительно затронули воображение поэта. Любопытно, что как раз те произведения этих писателей удостоились хвалы, которые, в большей или меньшей мере, отвечали своим настроением любимым поэтам французским. Легкомысленное понимание жизни, как неиссякаемого источника радостей и наслаждений — вот господствующий мотив этой поэзии. Фривольное отношение к основным вопросам бытия, эротизм, не переходящий за пределы изящного, и легкий скептицизм, далекий от мрачного разочарования и пессимизма, пронизывали легкие, жизнерадостные образы этой своеобразной поэзии; живой, веселый стиль, беззаботный смех, полная безоблачность настроений — вот что в этой поэзии чаровало нашего Пушкина.

Еще дома встретился поэт с творчеством, которое освещалось этими настроениями: таковы были произведения его отца и дяди Василия Львовича. Юноша настолько поддался им, что даже в Вольтере не усмотрел серьезного содержания, признав, что чтение Вольтера его «не томило». Оттого серьезная поэзия в эти счастливые годы претила ему, хотя он и «разбирал немца Клопштока», но «не мог понять премудрого»; вот почему он боялся «без крыл парить за Мильтоном и Камоэнсом», не пытался подражать Виргилию, но зато остался в полном восторге от поэмы Вольтера «La Pucelle», назвав ее «книжкой славною, золотой и незабвенной», и охотно взялся писать ей подражание, чувствуя в себе и достаточно сил, и соответственное настроение. Если все эти отзывы о западной литературе относятся ко времени пребывания оэта в Лицее, тем не менее из самого стихотворения «Городок» явствует, что знакомство с этими авторами началось еще дома.

Само собой разумеется, что пример старших, литературная атмосфера домашней жизни, увлечение поэзией привели поэта к первым опытам литературного творчества еще дома. Все его первые литературные опыты писались на французском языке и были подражаниями излюбленным произведениям. Первым и единственным критиком их была сестра поэта. От этих ранних его произведений уцелело лишь название одной поэмы «La Tolyade», написанной в подражание «Генриаде»; кроме того, известно, что, подражая Мольеру, он писал и комедию «L'Escamoteur». Известно также, что в конце 1811 или в начале 1812 года Пушкин сочинил рыцарскую балладу, в подражание произведениям Жуковского; но ничто из этого не сохранилось, оставшись лишь в воспоминаниях детства. Вероятно, в этой французомании поэта сказалось, хотя и косвенно, влияние гувернеров-французов. Между ними был, например, Русло, который «имел претензию писать французские стихи не хуже Расина и Корнеля». В ребенке-поэте этот «несносный, капризный самодур» едва ли не видел счастииваго сопсрника и злобился на него, вышучивая его произведения и жалуясь родителям на стихотворство ученика. Как ни было обидно самолюбивому ребенку такое отношение неприязненного поэта-гувернера, но пример мог быть заразителен, а этих примеров для мальчика было больше, чем достаточно, и он продолжал увлекаться французскими стихами... Французомания московского общества, высмеянная Грибоедовым, царила, как мы видели, и в доме Пушкиных. Поэт сам признавался, уже взрослым, что французский язык всегда знал лучше родного, русского. Вот почему особенно благотворно было влияние старухи-няни и бабушки: только с ними, с прислугой, да со священником дети говорили по-русски. Бабушка Марья Алексеевна, принимавшая участие в занятиях внуков, обучала их русскому языку; священник Александр Иванович Беликов преподавал им Закон Божий.

Так пестро и беспорядочно шло воспитание мальчика дома. С одной стороны, полное равнодушие родителей, изредка переходившее в недоброе высмеивание нелюбимого ребенка; с другой — полная свобода саморазвития без системы и контроля, нарушаемая лишь бестолковыми вторжениями разных гувернеров в заветный мир, созданный самим ребенком... Случайные знания и случайные впечатления громоздились без системы в его юном уме и сердце; добрые и злые чувства переплетались в его душе. Его воображение, развитое не по летам, уже создало ему свой, особый мир поэтических грез, куда пестрой чередой собрались и грациозные, чувственно-прекрасные видения «легкой поэзии французов» и эпически-спокойные образы народной русской сказки... Мысль дремала, но чувства уже кипели в душе этого странного ребенка. «Я был резв, ленив и вспыльчив, но чувствителен и честолюбив, и ласкою у меня можно было добиться всего» — говорит один из героев Пушкина: едва ли это не автобиографическое признание. Именно «ласк» было мало для правильного воспитания сердца поэта. Это замечено было многими, знавшими его семейную обстановку.

Граф И. А. Каподистрия про него писал, что, исполненный горестей в продолжение всего своего детства, П. «оставил родительский дом, не испытывая сожаления. Если поэт и склонен был позднее вспоминать золотые дни своего детства, то это объяснимо и его незлопамятливостью, и тем, что, благодаря равнодушию родителей, он создал свой, особый мир, в котором был по-своему счастлив». «Лишенный сыновней привязанности, он мог иметь лишь одно чувство — страстное желание независимости». В этом отзыве много справедливого. Для родителей он был чужим, и они для него тоже; следовательно, в раннем его детстве не хватало одного из самых существенных воздействий — любви и близких людей. Немудрено, что он стремился только к тому, чтобы родители и их наемники не вторгались в его заветный мир, а они не прочь были отделаться от ребенка, своими странностями, «неуимчивостью» (слова няни) не подходившего к их образу жизни. Вот почему они готовы были отделаться от него, сдав его на руки хотя бы даже отцов-иезуитов. К счастию поэта, он избег этой школы, попав на 12-ом году в Царскосельский Лицей.

Он вступил туда ребенком, развившимся не по летам, но знавшим мало; да и это малое было несистематично. Его душа была полна противоречий и порывов: с трогательной любовью к старой няне и бабушке он соединял равнодушие к родителям и злобу к гувернерам и гувернанткам. Он способен был восторгаться спокойными образами народной поэзии, и в то же время в его душе жили «нежные и юношеские чувства», которые так взволновали его при первом свидании с певцом «Светланы». Вопреки мнению Энгельгардта, эти чувства не были в нем «унижены воображением, оскверненным всеми эротическими произведениями французской литературы»: они уживались рядом в его детской душе, уже тогда многосторонней и богатой; конечно, в глаза бросалось прежде всего то, что было неожиданным в ребенке, и потому всякого воспитателя должно было поразить то обстоятельство, что французскую эротическую поэзию при поступлении в Лицей он знал «почти наизусть, как бы достойное приобретение первоначального воспитания».

philosofiya.ru

План I. Биография. 1 Детство и лицей


Александр Сергеевич Пушкин

 

ПЛАН

I. Биография.

1) Детство и лицей.

2) Петербург.

3) На юге.

4) Михайловское.

5) Конец двадцатых годов.

6) Болдинская осень.

7) Тридцатые годы.

II. Народность сказок Пушкина.

1) Вступление.

2) Беднота.

3) Уклад жизни на Руси.

4) Русская изба.

5) Обороты русского языка.

6) Тема добра и зла.

7) Душевные качества человека.

8) Вымысел и романтизм в сказках Пушкина

9) Вывод

 

БИОГРАФИЯ

ДЕТСТВО И ЛИЦЕЙ.

(1799 - 1817) Александр Сергеевич Пушкин родился 6 июня (26 мая по старому стилю) 1799 году в Москве. Отец его, Сергей Львович (1771 -1848) , происходил из помещичьей, когда-то богатой семьи. От имений предков (в Нижегородской губернии) до него дошло немного; но и дошедшее он проматывал, совершенно не интересуясь хозяйственными делами; служил он в Московском комиссариате, но службой не был озабочен. Среди его знакомых было много писателей, а брат его Василий Львович приобрел известность как поэт. В доме Пушкина интересовались литературой, а сам Сергей Львович был поклонником французских классиков и сам пописывал французские и русские стихи, которые, впрочем, были известны только знакомым и родственникам. Мать Пушкина, Надежда Осиповна, урожденная Ганнибал, происходила от Ганнибала, петровского "арапа", изображенного в романе Пушкина.

Воспитание Пушкина было безалаберным. Сменявшиеся французы-гувернеры, случайные учителя не могли иметь глубокого влияния на ребенка, в значительной степени предоставленного самому себе.

Детство Пушкин провел в Москве, выезжая на лето в уезд Захарово, в подмосковное имение бабушки. Кроме Александра у Пушкиных были дети старшая дочь Ольга и младший сын Лев. Родители не уделяли много внимания детям, да, по-видимому, Александр не был любимым ребенком в семье. Его брат писал впоследствии о детских годах Александра: "До одиннадцатилетнего возраста он воспитывался в родительском доме.

Страсть к поэзии появилась в нем с первыми понятиями: на восьмом году возраста, умея уже читать и писать, он сочинял на французском языке маленькие комедии и эпиграммы на своих учителей. Вообще воспитание его мало заключало в себе русского. Он слышал один французский язык; Гувернер был француз, впрочем человек неглупый и образованный; библиотека его отца состояла из одних французских сочинений. Ребенок проводил бессонные ночи и тайком в кабинете отца пожирал книги одну за другою". В 1810 году возник проект устройства привилегированного учебного заведения - лицея в Царском Селе, при дворце Александра I.

Пушкин, обладавший влиятельными знакомствами, решил определить туда своего сына Александра. В июне 1811 г. Александр со своим дядей поехал в Петербург, благодаря имеющимся связям, Пушкину было обеспечено поступление. 12 августа он выдержал вступительный экзамен.

19 октября был торжественно открыт лицей, и с этого дня началась лицейская жизнь Пушкина. Лицей был закрытым учебным заведением, в него было принято всего 30 учеников. Это были дети средних малообеспеченных дворян, обладавших служебными связями.

В связи с политическими событиями 1812 г. взятие французами Москвы ставило под угрозу Петербург. Из-за большого потока солдат проходившего через Царское Село, в лицее воцарился либеральный дух.

В лицей проникали сплетни об Александре I и его окружении. Кругозор Пушкина в то время расширял П. Чаадаев, оказавшийся в гусарском полку в Царском Селе. Чаадаев был настроен весьма либерально, он вел долгие политические беседы с Пушкиным и сыграл немалую роль в нравственных понятиях Александра. Впоследствии Пушкин посвятил Чаадаеву одно из первых своих политических стихотворений.

В лицее Пушкин плотно занимался поэзией, особенно французской, за что он и получил прозвище "француз". Среди лицеистов проводились пассивные соревнования, где Пушкин долгое время одерживал первенство.

Из русских поэтов Пушкина привлекал Батюшков и вся группа писателей, объединившиеся вокруг Карамзина. С этой группой Пушкин был связан через семейные отношения, в частности, через дядю, который был вхож в нее. В доме Карамзина, который находился в Царском Селе, Александр познакомился с Жуковским и Вяземским, их влияние особенно отразилось на творчестве Пушкина начиная с 1815 года. Любимым поэтом Пушкина был Вольтер, именно ему Пушкин был обязан и ранним своим безбожием, и склонностью к сатире, которая, впрочем, находилась также в зависимости от литературной борьбы карамзинистов и от шутливых сатир Батюшкова. В лицее Пушкина также коснулись новые течения поэзии того времени: "Оссианицизм" и "Барды". К концу пребывания в лицее Пушкин подвергся сильному влиянию новой элегической поэзии, связанной с деятельностью таких французских поэтов, как Парни и Мильвуа. Литературная лицейская слава Пушкина пришла к нему в 15 лет, когда он впервые выступил в печати, поместив в "Вестнике Европы" в июльском номере стихотворение "К другу стихотворцу". В октябре 1815 года образовалось литературное общество "Арзамас" и просуществовало оно до конца 1817 года.

Помимо "Арзамаса" и "Беседы" были еще литературные общества. Одним из них был кружок писателей, собиравшихся у Оленина. Там собирались противники "Беседы" но и не сторонники "Арзамаса". Предводителями этого кружка были баснописец Крылов и Гредич. Пушкин ценил обоих этих людей и впоследствии посещал Оленинский кружок. Но в лицейское время Пушкин находился под влиянием Арзамаса, вдохновленный сатирой Батюшкова на борьбу с "Беседой" Пушкин разделял все симпатии и антипатии "Арзамаса". Срок пребывания в лицее кончился летом 1817 года. 9 июня состоялись выпускные экзамены, на которых Пушкин читал заказанное стихотворение "Безверие". Арзамасец Ф. Вигель писал в своих воспоминаниях: "На выпуск молодого Пушкина смотрели члены "Арзамаса" как на счастливое для них происшествие, как на торжество. Сами родители его не могли принимать в нем более нежного участия; особенно Жуковский, восприемник его в "Арзамасе", казался счастлив, как будто бы сам бог послал ему милое чадо. Чадо показалось довольно шаловливо и необузданно, и мне даже больно было смотреть, как все старшие братья на перерыв баловали маленького брата. Спросят: был ли он тогда либералом? Да как же не быть восемнадцатилетнему мальчику, который только что вырвался на волю, с пылким поэтическим воображением, кипучею африканскою кровью в жилах, и в такую эпоху, когда свободомыслие было в самом разгаре".

ПЕТЕРБУРГ (1817 - 1820)

После окончания лицея Пушкин был определен в коллегию иностранных дел, впоследствии (в 1832 году) коллегия преобразовалась в министерство иностранных дел. Среди сослуживцев Пушкина был Грибоедов. Через месяц после поступления на службу Пушкин уже получил отпуск до сентября и около двух месяцев провел в Михайловском, псковском имении матери. Затем Пушкин почти безвыездно оставался три года в Петербурге (не считая поездки в Михайловское летом 1819 года) . После лицея в 1817 году Пушкин печатается в журналах, подбирает стихи для своего сборника, хочет выпустить свою книгу. Работает над поэмой "Руслан и Людмила", которую он начал писать в последний год лицея. Литературная обстановка после окончания Пушкиным лицея изменилась.

Если последний год лицея идеологическим влиянием "Арзамаса", то теперь когда Пушкин, наконец, получил возможность непосредственного участия в заседаниях этого общества, оно вдруг прекратило свое существование. Пушкин окончил лицей как раз в период реорганизации тайных обществ.

В 1816 году было основано первое революционное сообщество "Союз Спасения". Естественно, что первое впечатление Пушкина после выхода из лицея были политическими. Расширение политического кругозора содействовало знакомству с Николаем Тургеневым, горячим сторонником освобождения крестьян, Чаадаевым, частое общение с лицейским товарищем Пущиным, вступившим в тайное общество, и с многочисленными представителями либерального офицерства, с которыми Пушкин завязал связи еще с лицейства. В тайные общества Пушкин не вступает. В марте 1819 года он вступает в дружеское литературное общество "Зеленая лампа", там за пирушками идет распространение либеральных идей и критика александровского режима. В этот период Пушкин написал политические стихи: "Вольность" (1817 год) , "К Чаадаеву" (1818 год) , "Сказки" (1818 год) , "Деревня" (1819 год) . В этих стихах прослеживается влияние на Пушкина умеренно-либеральных идей. Нерадикальность программы Пушкина создала ему дурную репутацию в правительстве. Под именем Пушкина ходили циклы эпиграмм, направленных против Александра, Аркачеева и других, но далеко не все они, как это можно полагать, принадлежат Пушкину. Стихи Пушкина стали орудием литературной пропаганды в руках членов тайных обществ.

Они получили огромное распространение в списках, особенно среди офицерства, и создали славу Пушкину не в меньшей степени, чем его произведения, появлявшиеся в печати. В те годы Пушкин увлекается театром. Но театр "болен" политикой и носит совершенно не театральный характер. У Пушкина завязываются связи в театральном мире. Он принят в круг Шаховского и принадлежит "левому флангу" театральных кресел. За два года - 1818 и 1819 - Пушкин напечатал только шесть стихотворений. Пушкин усиленно писал в эти годы "Руслана и Людмилу". В петербургский период Пушкин вел весьма праздную жизнь, посещал светские салоны (в частности, салон княгини Голицыной) . Пушкин постоянно проводил время среди молодого офицерства. Попойки, карты и сердечные увлечения самого разнообразного характера были обычной формой время провождения Пушкина, не слишком обремененного службой.

Пушкин настолько ярко бравировал своим положением оппозиционного гражданского поэта, что царское правительство не могло не заметить этого. Собралась гроза, Александр I решил расправиться с Пушкиным и сослать его в Сибирь или в Соловки, разнеся даже слух, что Пушкин был отвезен в тайную канцелярию и высечен. О нем ходатайствовал Карамзин, по причине чего был смягчен приговор, и было выдвинуто решение выслать Пушкина в Екатеринослав. Канцелярия его находилась в ведении коллегии иностранных дел, и, таким образом, ссылка имела благовидную форму перевода по службе. 6 мая Пушкин уже должен был выехать из Петербурга. На тот момент "Руслан и Людмила" уже находились в печати, а выпуск своего сборника стихов он доверил Всеволожскому.

НА ЮГЕ (1820 - 1824)

По прибытии в Екатеринослав Пушкин простудился и слег. Туда прибыл генерал Раевский и по предварительной договоренности, они отправились в Крым. В поездке принимали участие сам генерал Николай Николаевич Раевский, его сын Николай и две дочери Софья и Мария. Путь их лежал через Кавказ, в кавказских водах их ждал старший сын Раевского Александр. На кавказских горячих водах (ныне Пятигорске) Пушкин провел два месяца - с 5 июня по 5 августа. А затем они направились в Крым, через Кубань, Тамань, Керчь до Феодосии, а затем морем. Они поселились в доме Ришелье в Гурзуфе. Там Пушкин прожил с 18 августа до 5 сентября 1820 года. Все три недели, проведенные им в Гурзуфе, он посвятил отдыху и политическим дискуссиям с Раевским о событиях на Западе. Здесь, в Гурзуфе, и появилась идея "Кавказского пленника". Во время отсутствия Пушкина канцелярия была перенесена из Екатеринослава в Кишинев. Пушкин поехал через Перекоп, Херсон, Одессу, нигде не задерживаясь, и прибыл в Кишинев 21 сентября. Там он встретился со старым товарищем еще по "Арзамасу" - Орловым. Так как служба его не была обременительной, он смог с 1820 г. по 1823 г. посетить Каменку, Киев, Одессу, Аккерманн и Измаил. В 1823 г.

Пушкин вернулся в Кишинев. Во время поездок в Каменку Пушкин попал в среду деятелей Южного тайного общества, где он близко познакомился с декабристами. Там он закончил свою повесть "Кавказский пленник".

Годы, проведенные в Кишиневе были годами политического роста Пушкина на идеях Руссо. В июне 1823 г. благодаря хлопотам друзей Пушкин перебирается на службу в Одессу.

Из-за разногласий на службе по распоряжению Александра Пушкин был выслан в Михайловское, куда и прибыл 9 августа 1824 г.

МИХАЙЛОВСКОЕ (1824 - 1826)

В это время в Михайловском находилась семья Пушкиных. Отец принял на себя полицейские обязанности по наблюдению за сыном. Младший брат Пушкина занимался подготовкой бегства Пушкина за границу. Средства для этого предполагалось собрать путем изданий, но побег не состоялся. Вскоре семья Пушкина уехала из Михайловского. В этот период его жизнь протекала довольно спокойна, была насыщена только прогулками и новыми знакомствами. Также это время было временем усиленного творчества и усиленных изучений. Он занимался современной для того времени историей, проводя параллели с более древней. Это отразилось на последующих его произведениях. В Михайловском продолжалась работа над романом "Евгений Онегин" (было написано 4 главы и в корне был изменен план романа) , была закончена работа над поэмой "Цыганы", начатая в Одессе, и последним большим произведением, написанным в Михайловском, была шутливая поэма "Граф Нулин" (13 декабря 1825 г.) .

14 декабря 1825 г. во время восстания декабристов Пушкин, оставшийся в стороне от заговора и расправы, надеялся на изменение своей участи. Жуковский писал ему: "Ты не в чем не замешан - это правда?. Но в бумагах каждого из действовавших находятся стихи твои.

Это худой способ подружиться с правительством". Правительство Николая I искало способ обезоружить Пушкина. Для этого в Михайловское был послан тайный политический агент Бошняк для выяснения вопросов: что говорит Пушкин о правительстве, не призывает ли он крестьян к возмущению. Но не найдя нужных аргументов для обвинения, правительство решило иначе. В сентябре Пушкин с фельдъегерем был отправлен в Москву на свидание с Николаем I.

КОНЕЦ ДВАДЦАТЫХ ГОДОВ

8 сентября 1826 г. Пушкин прибыл в Москву в этот же день был представлен Николаю I. Результаты этого свидания были следующие: Пушкин получил свободу передвижения, произведения его поступали на разрешение самому Николаю I, а посредником назначался шеф жандармов Бенкендорф. Приехав в Москву Пушкину пришлось испытать несколько разочарований. В сентябре возникло дело о распространении в списках стихов из "Андрея Шинье", истолкованных как стихи о событиях 14 декабря. Пушкина допрашивали, требовали объяснений. Дело закончилось только в июле 1928 года.

В ноябре 1826 г. Пушкин вернулся из Москвы в Михайловское, получив задание от Николая написать записку о народном воспитании.

Исполнение требование должно было носить характер политического экзамена Пушкина. Он написал записку уклончиво, стараясь удовлетворить требованиям Николая и в то же время не противоречить себе. На записку была наложена резолюция, сообщенная Пушкину Бенкендорфом. Этой резолюцией Пушкин был признан не выдержавшим испытание. После публичного чтения "Бориса Годунова" Пушкину был разъяснен смысл решения о царской цензуре. Ему было указано, что он лишается права печатать что либо на общих основаниях, и все его произведения в обязательном порядке изымаются из ведения общей цензуры и представляются на рассмотрение Николаю через Бенкендорфа.

Политика правительства по отношению к Пушкину диктовалась стремлением привлечь его на свою сторону и употребить в качестве глашатая казенных идей. С 1827 года Пушкин ведет праздную жизнь, задумывается над устройством семейной жизни. В 1828 году он делает попытку вступить в брак с Анной Олениной. Попытка эта расстроилась по вине самого Пушкина. В эти годы выходят в печать многие его произведения. В это время он пишет неоконченный роман "Арап Петра Великого", продолжает писать "Евгения Онегина", в короткое время пишет поэму "Полтава". Тогда же он подвергается литературно-журнальной критике. Во время, когда Пушкин писал "Полтаву", началось новое дело. До правительства дошла "Гавриилиада", начались поиски автора этой "безбожной поэмы".

Началось следствие, которому подвергся Пушкин, но он отрекался от авторства в письменном виде. В конце концов, он послал царю какое-то письмо, после чего дело было прекращено, но у Пушкина появились новые обязанности перед правительством. В 1829 году Пушкин приезжает из Петербурга в Москву и сватается к Наталье Николаевне Гончаровой, на что получает отказ.

После Пушкин уезжает на Кавказ, вопреки отказу Николая I. Свою поездку на Кавказ Пушкин описывает в "Путешествии в Арзрум". Пушкин едет на Кавказ из-за желания участвовать в Турецкой войне, но по большей степени из-за друзей-товарищей, служивших в то время там.

Возвращение Пушкина с Кавказа было принято с величайшим раздражением, Николай I требовал объяснений. В конце 20-х гг. Пушкин ведет постоянные схватки с Булгариным. В апреле 1830 года Пушкин делает новое предложение Наталье Гончаровой и на этот раз оно было принято. В семье Гончаровых было потребовано от Пушкина официальное удостоверение от Бенкендорфа, что он не находится под полицейским надзором. Также их интересовало материальное благо Пушкина. Его отцом ему была передана часть нижегородского имения - деревня Кистеневка, находившаяся недалеко от принадлежавшему Сергею Львовичу села Болдина. 1 сентября 1830 года Пушкин уехал в Болдино, предварительно поругавшись с матерью Гончаровой, после чего вопрос о браке остался открытым.

БОЛДИНСКАЯ ОСЕНЬ 1830 г.

В Болдино Пушкин очень плодотворно поработал. Он написал около четырех сот стихов, 8-ю, 9-ю и 10-ю главы "Евгения Онегина" но последняя сгорает. Также он пишет в Болдино около 30 мелких стихов, 5 повестей прозою, несколько драматических сцен. Работа в Болдино замыкает целый период творчества Пушкина. Пушкин пишет прозу, пишет много критических и публицистических статей. Основная работа в Болдино заключалась в маленьких трагедиях, связанных с драматургическими опытами Пушкина. Пребывание в Болдино имело еще результат, важный для дальнейшей биографии Пушкина. Здесь он убедился в разоренности и запущенности имения. Он увидел, что будущее его не связано с поместьем. Стать помещиком ему не удалось бы, да он и не чувствовал к этому призвание.

Болдино не могло давать доходы. Будущее Пушкина заключалось в том, что он был "грамотей и стихотворец". Само Болдино было для него местом творчества, а не помещичьих забот. Здесь, в Болдине, он много написал критических и публицистических статей, которые имели уже характер подведения итогов пройденному.

Отвечая своим противникам, Пушкин сделал обзор собственного творчества. Большая часть его заметок о собственных произведениях относится именно к болдинской осени (1930 год) . Здесь, в Болдине, он исчерпал все литературные замыслы прошлого и, выезжая отсюда, был готов начать новую жизнь как в личном, так и в литературном отношении.

ТРИДЦАТЫЕ ГОДЫ

По возвращении из Болдина Пушкин заложил имение, женился. Свадьба состоялась 18 февраля 1831 года в Москве, но впоследствии Пушкины жили в Петербурге. В период между Москвой и непосредственно Петербургом они жили в Царском Селе, где Пушкин с помощью Жуковского мог наладить личные отношения в правительстве. А Николай I пожелал видеть жену Пушкина в качестве украшения его придворных балов. Тогда же, в 1831 году, Пушкин поднимал вопрос о разрешении издавать политический орган. Разрешение было дано только в июле 1832 года, но Пушкин им не воспользовался.

Летом 1831 года роман "Евгений Онегин" получил окончательную отделку, "Борис Годунов" не пользовался успехом. В этот период Пушкин задумывает "Дубровского" и "Историю Пугачева". Собирая материал для "Истории Пугачева" и ездя на места сражения, Пушкин в октябре возвращается в Болдино и проводит там до половины ноября.

Это была вторая болдинская осень. Там он закончил "Историю Пугачева", написал "Медный всадник", "Сказку о рыбаке и рыбке", "Сказку о мертвой царевне" и много стихотворений. К этому же времени относится работа над "Пиковой дамой". В личной жизни Пушкина произошли новые изменения. В конце декабря 1833 года Пушкин был пожалован Николаем I в камер-юнкеры при дворе, что Пушкин воспринял как оскорбление. Его отрицательное восприятие этой должности привело еще к одному конфликту с Николаем I, было угодно то, что жена Пушкина танцевала в Аничкове. В это время у Пушкина были материальные затруднения, должность при дворе не давала спокойно работать, а переиздание его произведений не приносило больших доходов. К тому же в мае 1832 года у Пушкиных родилась дочь Мария, а в июле 1833 года - сын Александр, позднее, 1835 году родится сын Григорий и 1836 году - дочь Наталья.

В Петербурге жили сами Пушкины и две сестры жены. Для того, чтобы содержать такую большую семью и давать ей возможность вести широкую светскую жизнь, Пушкин прибегает к займу, и залогам драгоценностей.

uz.denemetr.com

Биография Пушкина. Петербург 1817 – 1820 годов – художественный анализ. Пушкин Александр Сергеевич


Через несколько дней после окончания лицея Пушкин был принят на службу и Коллегию иностранных дел. Вскоре, взяв отпуск, он поехал в Михайловское, имение в Псковской губернии, которое после смерти деда Пушкина перешло по наследству к его матери. (Данный материал поможет грамотно написать и по теме Биография Пушкина. Петербург 1817 – 1820 годов. Краткое содержание не дает понять весь смысл произведения, поэтому этот материал будет полезен для глубокого осмысления творчества писателей и поэтов, а так же их романов, повестей, рассказов, пьес, стихотворений.) Лето он провел там и в начале сентября вернулся в Петербург.

Общественная жизнь в Петербурге в эти годы била ключом. Это было время, когда в Петербурге образовывались тайные политические общества. Критика политики правительства, резко отрицательное отношение к самодержавию и крепостному праву, борьба за свободу и просвещение объединяли не только будущих декабристов, но и широкие круги передовой дворянской молодёжи. Обострялась борьба между реакционной частью дворянства и защитниками свободолюбивых идей. Эта борьба захватывала и деятелей литературы. До 1818 года ещё существовал «Арзамас». В 1819 году образовалось новое литературно-политическое общество «Зелёная лампа», открытое как филиал 1 «Союза благоденствия»2. Члены «Союза благоденствия» живо интересовались литературой, видя в ней большую общественную силу, и ставили своей задачей создание гражданской поэзии, насыщенной высоким идейным содержанием. Были и другие литературные общества, в большей или меньшей степени связанные с «Союзом благоденствия». Шли оживлённые споры по вопросам литературы и в кружках, и в домах людей, интересовавшихся художественным словом и искусством.

Пушкин с головой окунулся в жизнь Петербурга. Он постоянно бывал в театре, который страстно любил, на балах, на гуляньях, принимал живейшее участие в общественной и литературной жизни. Он — член «Арзамаса» и «Зелёной лампы», заводит обширные знакомства с представителями тайных революционных обществ, литературы и театра. Пушкин создаёт такие вольнолюбивые, насыщенные декабристскими идеями произведения, как ода «Вольность» (1817), «К Чаадаеву» (1818), «Сказки» (1818), «Деревня» (1819) и эпиграммы на Александра I, Аракчеева, министра Голицына и др. Такие стихотворения распространялись в рукописном виде по всей стране, и не только среди дворян; они проникали в среду разночинной интеллигенции, грамотных крестьян, солдат.

Среди других произведений, написанных Пушкиным в это время, особенно выделяется начатая ещё в лицее и оконченная весной 1820 года поэма «Руслан и Людмила». Считавшийся в то время первым поэтом Жуковский, восхищённый поэмой «Руслан и Людмила», прислал Пушкину свой портрет с надписью: «Победителю-ученику от побеждённого учителя».

Когда поэма появилась в печати, она вызвала много споров. Последователи классицизма и сентиментализма напали на Пушкина за простонародные слова в поэме, обвиняли его в оскорблении нравственного чувства. Но многие из поэтов и критиков встали на защиту Пушкина, справедливо видя в нём поэта-новатора, гениального мастера художественных образов и стиха.

Между тем над головой Пушкина собиралась гроза. Его вольнолюбивые стихи попали в руки правительства, дошли и до царя. Александр I при встрече с директором лицея сказал ему о его бывшем воспитаннике: Пушкин «наводнил Россию возмутительными стихами: вся молодёжь наизусть их читает... Пушкина надобно сослать в Сибирь».

Узнав об этом, друзья Пушкина — Карамзин, Жуковский, Чаадаев—стали ходатайствовать за поэта. В начале мая 1820 года последовало царское решение: Пушкин был отправлен на службу к генералу Инзову, главному попечителю колонистов южного края, в г. Екатеринослав (ныне Днепропетровск).

www.testsoch.info

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *