Биография гуго гроций: биография, труд о праве войны и мира, цитаты

Содержание

биография, труды, история жизни и смерти

Гуго Гроций – известный голландский правовед – жил в далеком XVI веке, но его работы «О праве войны и мира», «О праве на добычу» лежат в основе современной теории права и не теряют своей актуальности. Гроций автор теории «права народов», основывающегося на естественном праве, которому подчиняются правовые сообщества всего мира.

Родился Гуго Гроций в Голландии в 1583 году. Он был одаренным ребенком. С детства проявлял склонность к языкам и литературе, в 8 лет писал стихи на латинском языке. В 11 лет Гроций в виде исключения был зачислен университет города Лейдена (Нидерланды), где изучал философию и классическую литературу. Особенно ярко талант Гроция проявился в области правоведения, в 16 лет он был удостоен степени доктора права.

После окончания университета Гроций занимался адвокатской и литературной деятельностью. Он писал трагедии на латинском языке и переводил классические труды по математике и астрономии. В 1601 году Гроция признали историографом провинции Голландия, а с 1607 по 1613 год он занимал пост генерального казначея Голландии, Зеландии и Фрисландии. С 1618 года Гуго Гроций был пенсионарием городского совета в Роттердаме (Нидерланды).

Он принял участие во внутриполитическом противостоянии ортодоксальных кальвинистов и протестантов-диссидентов, будучи сторонником Олденбарневелта (знаменитый дипломат, по инициативе которого было заключено перемирие между Голландией и Нидерландами, продолжавшееся с 1609 по 1621 гг.). Победителями в распре вышло движение кальвинистов, которое возглавил сторонник централизации Мориц Нассауский (принц Оранский).

Гроций, Олденбарневелт и еще два протестанта были взяты под стражу в 1618 году. Олденбарневелта казнили, а Гуго Гроция приговорили к пожизненному заключению в крепости Левенштейн. Так великий правозащитник стал жертвой правосудия, но не разочаровался в нем. Даже в тюрьме Гроций продолжал работать – писал трактаты «Об истине христианской религии» и «Введение в голландскую юриспруденцию».

В 1621 году он предпринял побег, заручившись помощью жены (Мария ван Регерсберг, дочь бургомистра Вере) и служанки. После побега Гуго Гроций поселился во Франции, где король Людовик XIII хорошо принял его и назначил королевскую пенсию. В числе других протестантов в 1631 году Гуго Гроций приехал в Нидерланды, поскольку Мориц скончался в 1625 году, но, в отличие от других, отказался принести извинения.

Вследствие чего Гроций был изгнан из Роттердама и поселился в Швеции. Последние годы своей жизни Гроций служил в посольстве, был шведским послом во Франции, жил в Париже. Отставки он попросил в 1645 году, для чего специально ездил в Стокгольм на корабле. На обратном пути корабль потерпел крушение. Его прибило к берегу в районе города Росток. Гуго Гроций тяжело болел и скончался 28 августа 1645 года.

Гуго Гроций высказал новаторскую для своего времени идею ­– что жизнь человека определяется его собственной волей, а не божественным предначертанием. Право может быть естественным либо волеустановленным. Волеустановленное право (законы государства) может одобряться или порицаться обществом на основании естественного права (то есть их собственных представлений).

Гуго Гроций – биография, книги, отзывы, цитаты

Гуго Гроций (лат. Hugo Grotius) или Гу́го де Гро́т (нидерл. Hugo de Groot или Huig de Groot; 10 апреля 1583, Дельфт — 28 августа 1645, Росток) — голландский юрист и государственный деятель, философ, христианский апологет, драматург и поэт. Заложил основы международного права, основываясь на естественном праве.
Гуго Гроций родился во время Нидерландской буржуазной революции (Восьмидесятилетней войны). Его дед, бургундский дворянин, женился во Франкфурте-на-Майне на дочери голландца де Гроота и взял её фамилию, а отец, Иоганн (Ян) де Гроот, переехал в Голландию. Гуго был первым ребёнком в семье Яна де Грота и Алиды ван Оверсхи. Его отец был очень образованным (он учился в Лейдене вместе с…

Гуго Гроций (лат. Hugo Grotius) или Гу́го де Гро́т (нидерл. Hugo de Groot или Huig de Groot; 10 апреля 1583, Дельфт — 28 августа 1645, Росток) — голландский юрист и государственный деятель, философ, христианский апологет, драматург и поэт. Заложил основы международного права, основываясь на естественном праве.

Гуго Гроций родился во время Нидерландской буржуазной революции (Восьмидесятилетней войны). Его дед, бургундский дворянин, женился во Франкфурте-на-Майне на дочери голландца де Гроота и взял её фамилию, а отец, Иоганн (Ян) де Гроот, переехал в Голландию. Гуго был первым ребёнком в семье Яна де Грота и Алиды ван Оверсхи. Его отец был очень образованным (он учился в Лейдене вместе с великим Юстом Липсием), а также политически активным человеком, и воспитывал сына с ранних лет в традиционной гуманистической традиции, основываясь на учении Аристотеля. Восьмилетним мальчиком Гроций уже писал латинские стихи.

Будучи чрезвычайно усердным учеником, Гуго поступил в Лейденский университет, когда ему было всего одиннадцать лет (ректором университета был его дядя Корнелис). Здесь он удивлял учителей (Скалигера, Юния и др.) своими обширными познаниями, к которым, казалось, и университет не мог ничего прибавить. Он учился вместе с такими выдающимися интеллектуалами Северной Европы того времени, как Франц Юний (старший)ruen[4], Жозеф Жюст Скалигер и Рудольф Снеллиус[5].

После окончания Лейденского университета в 1598 году Гроция пригласили сопровождать влиятельного чиновника, великого пенсионария провинции Голландия, Йохана ван Олденбарневелта, в дипломатической миссии во Францию. В возрасте пятнадцати лет Гроций попал на аудиенцию к королю Генриху IV, и его поразительные знания настолько восхитили двор, что король сказал: «Полюбуйтесь на чудо Голландии!». Гроций вращался в интеллектуальных кругах на протяжении всего своего пребывания во Франции, и до возвращения домой Университет Орлеана удостоил его степени доктора права.

Вернувшись на родину, он занялся адвокатурой, выступая иногда и на учёном поприще; так он издал «О бракосочетании Филологии и Меркурия» Марциана Капеллы, снабдив его очень ценными комментариями. Тогда же он перевёл и некоторые математические и астрономические сочинения классических писателей и написал три латинских трагедии («Adamus exul», «Christus patiens» и «Sophomphaneos»).

В Голландии Гроций был назначен адвокатом в Гааге в 1599 году, а позже официальным историографом Государства Голландия (на пост также претендовал Доминик Баудий, профессор риторики в Лейдене) в 1601 году. В 1604 году он впервые обратился к исследованию проблем международного права, когда был задействован в слушаниях по процессу о захвате голландскими купцами португальского судна вместе с его грузом в Сингапурском проливе.

ГРОЦИЙ, ГУГО | Энциклопедия Кругосвет

ГРОЦИЙ, ГУГО (Grotius, Hugo) (1583–1645), или Гуго де Гроот, голландский юрист, основатель современного международного права. Родился в Делфте (Голландия) в старинной, уважаемой семье 10 апреля 1583. В детстве отличался удивительными способностями. В пятнадцать лет поразил французский двор умом и эрудицией; король Генрих IV назвал его «голландским чудом». С одиннадцати лет Гроций изучал классическую литературу и философию в Лейденском университете; в 1599 Орлеанский университет удостоил его степени доктора права. Допущенный к юридической практике в 16 лет, он никогда ею не занимался. В 1607–1613 занимал ответственный пост генерального казначея провинций Голландия, Зеландия и Фрисландия, а затем был пенсионарием в городском совете Роттердама. Оказался замешанным в противостояние ортодоксальных кальвинистов и протестантов-диссидентов. Вместе с великим пенсионарием Яном Олденбарневелтом и двумя другими деятелями был взят под стражу в 1618 и осужден на пожизненное заключение.

В 1621 Гроций вместе с женой, Марией ван Регерсберг, дочерью бургомистра Вере, бежал из крепости Лёвенстейн во Францию. Здесь он написал несколько книг о религии и праве, в том числе знаменитый трактат Об истине христианской религии (De Veritate Religionis Christianae, 1627; еще в крепости был написан первоначальный голландский текст: Bewijs van den waren Godsdienst) и Введение в голландскую юриспруденцию (Inleydinge tot de Hollandsche Rechts-geleertheyt, 1631). В 1631 вернулся в Роттердам, однако был вынужден покинуть страну и поселился в Швеции; был назначен на должность шведского посланника в Париже в 1634. Ничем не проявив себя на этом посту, обратился с просьбой к шведскому правительству об отставке. Возвращаясь в Швецию, Гроций посетил Роттердам и Амстердам, где нашел восторженный прием. Шведская королева Кристина также оказала ему почести, хотя и не предложила новой должности. Гроций был вынужден покинуть Швецию, однако на пути в Голландию его корабль потерпел крушение, от последствий которого Гроций через два дня умер в Ростоке 28 августа 1645.

Кроме своего великого труда О праве войны и мира (De Jure Belli ac Pacis, 1625), Гроций еще молодым человеком написал трактат О праве на добычу (De Jure Praedae), одна из глав которого под названием О свободном море (De Mare Libero) вышла в свет в 1609. Оставшаяся часть рукописи была утеряна и вновь найдена в 1864. В этой работе Гроций обсуждает понятие «сообщества людей» (societas humana), включающего все человечество. В трактате О праве войны и мира его теория международного права основывается на той же идее человеческого общества как правового сообщества, подчиняющегося «праву народов» (jus gentium), которое, в свою очередь, основано на естественном праве, общем для всех людей и народов. Трактат Гроция имел огромный успех, к 1775 появилось 77 изданий этой работы, большей частью на латыне, но также на голландском, французском, немецком, английском и испанском языках.

Проверь себя!
Ответь на вопросы викторины «Знаменитые речи»

Какой римский политик каждую свою речь в сенате заканчивал словами «Карфаген должен быть разрушен»?

Гуго Гроций — книги автора, биография, фото, личная жизнь

  • Код товара 1223334

    Издательство: Центр навчальної літератури

    Язык: Русский

    Год издания: 2020

    Переплет: Твердый

  •  

    Код товара 1205286

    Издательство: Мультимедийное издательство Стрельбицкого

    Язык: Английский

    Год издания: 2018

    Формат скачивания: pdf, epub, fb2, rtf

  • Код товара 682279

    Издательство: Центр навчальної літератури

    Язык: Русский

    Год издания: 2019

    Переплет: Мягкий

Каковы права войны и мира – Weekend – Коммерсантъ

Гуго Гроций

Большинство царей, по словам Плутарха в жизнеописании Пирра, пользуются двумя словами «мир и война», как монетами, не в целях справедливости, но ради выгоды

«О праве войны и мира», книга 2

Голландский юрист, философ и драматург. В многочисленных трактатах по истории и теории права касался, в частности, вопросов свободы мореплавания, государственных полномочий в религиозных делах, административного устройства республик (прежде всего Голландской). Из-за репрессий против арминиан (умеренного богословского направления, выступившего против крайностей преобладавшего в Голландии кальвинизма) оказался в заключении, откуда бежал ко двору Людовика XIII. Во Франции создал свой главный труд — «О праве войны и мира: Три книги, в которых объясняются естественное право и право народов, а также принципы публичного права».

23 мая 1618 года наместники короля Фердинанда Габсбургского держали ответ перед представителями сословий Богемии в зале пражского Града. Сословия еле сдерживались: Фердинанд, воинственный католик, готовился отнять у них былые привилегии, и прежде всего право свободы вероисповедания. Фердинандов кузен, император Маттиас, с ними умел договариваться — но Маттиас теперь был стар и немощен. Наместники тоже знали толк в компромиссах — но теперь их попытки утихомирить протестантское большинство были тщетны. В конце концов граф Турн закричал: «Или им не жить, или нашей вере погибнуть!»; толпа двинулась на двоих наместников и их секретаря. Подхватила, подтащила к окну — и вышвырнула.

Трое отделались ушибами, хотя упали с 20-метровой высоты. Католики потом утверждали, что их по мановению Богоматери спасли ангелы; протестанты говорили, что наместники просто приземлились в кучу нечистот, а потом их спасла не Дева, но матрона — хозяйка близлежащего дворца, властная княгиня Поликсена фон Лобковиц, спрятала горемык от разозленной общественности буквально под собственными юбками. Фарс фарсом, но начавшееся восстание Габсбурги взялись потопить в крови; стороны озаботились поиском союзников, накопившиеся во всех столицах взаимные счеты, обиды, территориальные претензии вскипели, и религиозный конфликт внутри Священной Римской империи превратился в общеевропейскую войну, какой еще не было от сложения мира.

Жак Калло. «Большие бедствия войны», 1632 год

Фото: DIOMEDIA / Alamy

Мера бедственности любой войны, даже колоссальной, даже меняющей ход мировой истории, становится с каждым полувеком все невнятнее. Но есть цифры, хотя бы приблизительные. Счет уничтоженных за время Тридцатилетней войны городов шел на тысячи. Деревень — на десятки тысяч. В большинстве земель империи выкошена треть населения. А где-то — на северо-востоке, в Мекленбурге, и на западе, в Вюртемберге, — и больше половины. Тех, кого оружие пощадило, добивали голод и болезни. Запустели целые области, и на то, чтобы кое-как восстановить хозяйственные и демографические показатели, Центральной Европе еле хватило 50 лет.

Жаку Калло, как считается, впечатлений от одной только кампании, французского вторжения в Лотарингию (1633), хватило для по-своему исчерпывающего «портрета» Тридцатилетней войны. «Большие бедствия войны» Калло — не хроника конкретных событий, но и не аллегория, батальные зверства чинно изображающая фигурами Марса и Беллоны. Декоративности, героики, горациевского «dulce et decorum» в этих гравюрах нет; собственно, поле битвы изображено (и то без всякой красивости) только единожды. Грабежи, мародерство, разнообразные казни солдат и мирных жителей, калеки, ползающие перед госпиталем и выпрашивающие милостыню: война такова.

И она не становится менее отвратительной от того, что все это заключено в добропорядочную как будто бы рамку. Открывается серия листом, где новобранцы, еще чистенькие, еще вполне человекообразные, строятся под знаменем, а завершается торжественным зрелищем монарха, награждающего руководивших мясорубкой генералов: орлы, герои. А что делать? Так устроен мир, война в нем будет всегда, и протестантам-шведам не с чего придерживаться во вспарывании животов какой-то более гуманной методы, чем добрым французским католикам. В 1625 году в Париже вышла книга, автор которой писал: «Я был свидетелем такого безобразия на войне между христианами, которое позорно даже для варваров, а именно: сплошь и рядом берутся за оружие по ничтожным поводам, а то и вовсе без всякого повода, а раз начав войну, не соблюдают даже божеских, не говоря уже о человеческих, законов, как если бы в силу общего закона разнузданное неистовство вступило на путь всевозможных злодеяний».

Книга называлась «О праве войны и мира», а автора звали Гуго Гроций, или, на родном ему голландском наречии, де Грот. Он знал, о чем говорил, когда писал о злодеяниях: когда он родился, нидерландские провинции уже воевали с Испанией, и конца этой войны он не увидел. Тем менее у него было причин думать, что взаимное человекоубийство можно взять и упразднить одним прекрасным движением воли.

Но Гроций надеялся, что и войны можно регулировать. Что критерий самой возможности и правомерности боевых действий — не одна только воля государя, ничем не сдерживаемого, как у Макиавелли, и уж точно не потребность истребить иноверцев. Что во взаимоотношениях между народами есть разумные постулаты, которые ради действительного общего блага достаточно распознать и соблюдать.

Гуго Гроций. «О праве войны и мира», 1625 год

«О праве войны и мира» — не нудный правоведческий трактат и не спонтанно-бессвязный крик души. Гроций почти что изнуряет читателя образованностью; нет, кажется, ни одного положения, ради доказательства которого на протяжении одного абзаца он не ссылался бы на Овидия и Стация, Сенеку и Полибия, Цицерона и Аристотеля да еще на дюжину мест из Писания.

Но сам строй этих положений — он новый. Есть право естественное, есть право божественное, а есть право человеческое, то, что в людском общежитии установлено ради пользы по взаимному соглашению, а не по неумолимым законам природы. «Право народов», международное право — еще один род человеческого права, когда в такое же соглашение вступают государства, равноправные по определению, вне зависимости от территориального могущества или величия правящей династии (и «носителем верховной власти» становится собственно государство, а не его суверен). Хотя справедливая война возможна и даже необходима, но во время войны должно стремиться к миру, и даже с ущербом. Ясный договор — мерило добросовестного положения вещей, и соблюдать его надлежит свято; следует удерживаться от чрезмерных опустошений и от убийства, даже непреднамеренного, детей, женщин, стариков да и вообще мирного населения.

Новизна конфликта настолько масштабного, каким была Тридцатилетняя война, требовала и совершенно нового осмысления международной политики. Именно поэтому, очевидно, трактат Гроция — кальвиниста, ставшего жертвой внутрипротестантской богословской распри, голландца, вынужденного эмигрировать во Францию,— воспринимался как нечто желанное и даже судьбоносное. Еще при жизни Гроция (он умер в 1645 году) его книга вышла несколькими изданиями и стала настольным чтением многих правителей и полководцев; король Густав II Адольф, «шведский Марс» и «северный лев», всегда держал при себе «О праве войны и мира», словно Александр — «Илиаду».

Окончательная победа Гроция, впрочем, оказалась посмертной. Вестфальский мир, завершивший войну в 1648 году, был уже не полюбовной сделкой государей, а результатом трудов многолюдного дипломатического конгресса, который действовал словно по Гроциевым прописям. «О праве войны и мира» было теорией, Вестфальский мир — практикой: его соглашения, окончательно уравняв в правах христианские исповедания на территории империи и выстроив равновесие сил на континенте, заодно сформулировали нормы, по которым существует до сих пор международное право. Не истребившее войну как последний довод государей, не перековавшее мечи на орала, но все ж таки старающееся утверждать вместе с Гроцием: «Редко причина возникновения войны такова, что ее или невозможно, или не должно избегнуть».

Сергей Ходнев


2. Гуго Гроций. Лекции по истории философии. Книга третья

2. Гуго Гроций. Лекции по истории философии. Книга третья

ВикиЧтение

Лекции по истории философии. Книга третья
Гегель Георг Вильгельм Фридрих

2. Гуго Гроций

Гуго Гроций сделал предметом своего рассмотрения международное право одновременно с Локком, и у него мы также видим вышеуказанный способ рассуждения, так как он впадает в совершенно эмпирический набор сведений о международных отношениях, комбинированных с совершенно эмпирическими рассуждениями. Гуго де Гроот родился в Дельфте в 1583 г. Он был юристом, генеральным адвокатом и синдиком. Однако ему пришлось бежать в 1619 г., так как он был запутан в барфельдском процессе. В продолжение долгого времени он проживал во Франции, пока, наконец, не вступил в 1634 г. на службу к шведской королеве Христине. В 1635 г. он был назначен шведским послом в Париже и умер в 1645 г. в Ростовке во время поездки из Стокгольма в Голландию[253]. Свое главное произведение, носящее {331}название «De jure belli et pacis», он написал в 1625 г. Теперь его никто не читает, но в свое время оно оказало величайшее влияние. Гроций собрал в нем исторические факты и отчасти факты из Ветхого завета о том, как вели себя народы по отношению друг к другу при различных обстоятельствах войны и мира, чт? признается ими правильным при этих обстоятельствах. Образчиком его эмпирического рассуждения может служить следующее положение: пленных нельзя умерщвлять, ибо целью войны является разоружение врага; эта цель здесь достигнута; не следует поэтому идти дальше и т. д.[254] Это эмпирическое собрание фактов заставило осознать всеобщие рассудительные и разумные основоположения, привело к тому, что эти принципы получили признание и сделались более или менее приемлемыми. Так, например, мы видим, что устанавливаются принципы относительно степени правомерности применения королями насилия, – ибо мышление стало направлять свое внимание на все. Мы неудовлетворены такого рода доказательствами, дедукциями, но мы не должны недооценивать того, чт? они дали, а именно, благодаря им были установлены основоположения, имеющие свое последнее подтверждение в самих объектах рассмотрения, в духе и мыслях.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Читайте также

Гуго Сен-Викторский[164]

Гуго Сен-Викторский[164] О соединении тела и духа[165](…) В теле не может быть ничего более высокого или близкого к духовной природе, нежели то, в чем вслед за чувством и над чувством появляется представляющая сила. И оно настолько возвышенно, что все находящееся над ним есть

Гуго из монастыря св. Виктора и синтез схоластики и мистики

Гуго из монастыря св. Виктора и синтез схоластики и мистики Синтез схоластики и мистики был предпринят уже в XII в. Местом, где он был произведен, было аббатство св. Виктора под Парижем, а главным инициатором стал Гуго Сен-Викторский.Биография. Гуго( 1096-1141 гг.) родился в

Гуго из монастыря св. Виктора и синтез схоластики и мистики

Гуго из монастыря св. Виктора и синтез схоластики и мистики Синтез схоластики и мистики был предпринят уже в XII в. Местом, где он был произведен, было аббатство св. Виктора под Парижем, а главным инициатором стал Гуго Сен-Викторский.Биография. Гуго( 1096–1141 гг. ) родился в

Политика на основе договора и политика на основе естественного права (Альтузий, Гроций)

Политика на основе договора и политика на основе естественного права (Альтузий, Гроций) С XVII в. политическая теория начинает отделяться от теологии. Так, немец Иоганн Альтузий (Johannes Althusius, 1557–1638) предложил теорию договора, которая основывается не на религии, а на

1. Гроций

1. Гроций Гуго Гроций (1583—1645) — один из ранних творцов "юридического мировоззрения" Нового времени. Он внес огромный вклад в становление современной доктрины международного права, в формирование основ новой рационалистической философии права и государства.Вся

Гуго

Пользователи также искали:

гуго гроций о праве войны и мира основные идеи, гуго гроций о праве войны и мира, гуго гроций, гуго певец, гуго ударение, разработка теории естественного права учение г гроция о праве и государстве, волеустановленное право, Гуго, гуго, гроций, праве, гуго гроций, войны, мира, гуго певец, гуго ударение, волеустановленное право, основные, певец, ударение, волеустановленное, право, разработка, теории, естественного, права, учение, гроция, идеи, государстве, гуго гроций о праве войны и мира основные идеи, разработка теории естественного права учение г гроция о праве и государстве, гуго гроций о праве войны и мира, мужские имена. гуго,

...

Гуго Гроций | Голландский государственный деятель и ученый

Хуго Гроций , голландский Хуи де Гроот , (родился 10 апреля 1583 года, Делфт, Нидерланды - умер 28 августа 1645 года, Росток, Мекленбург-Шверин), голландский юрист и ученый, чей шедевр De Jure Belli ac Pacis (1625; О праве войны и мира ) считается одним из величайших вкладов в развитие международного права. Также государственного деятеля и дипломата Гроция называют «отцом международного права».”

Ранние годы

Отец Гроция, образованный человек, был бургомистром Делфта и куратором недавно основанного Лейденского университета (тогда курсы были похожи на сегодняшние классы средней школы). Чрезвычайно одаренный ребенок, Гуго Гроций написал латинские элегии в 8 лет и стал студентом факультета искусств Лейденского университета в 11 лет. Он учился у известного гуманиста Джозефа Скалигера, который внес большой вклад в развитие Гроция как филолога.

В 1598 году он сопровождал Иоганна ван Ольденбарневельта, ведущего голландского государственного деятеля, во Францию, где он встретил Генриха IV, который назвал Гроция «чудом Голландии».Этот опыт отражен в Pontifex Romanus (1598), который включает шесть монологов о текущей политической ситуации. В 1599 году он поселился в Гааге в качестве адвоката, поселившись на время у придворного проповедника и теолога Йоханнеса Уттенбогаерта.

В 1601 году Голландские Штаты запросили у Гроция отчет о восстании Соединенных провинций против Испании. Получившаяся в результате работа, охватывающая период с 1559 по 1609 год, была написана в манере римского историка Тацита.Хотя он был в основном закончен к 1612 году, он был опубликован только посмертно в 1657 году как Annales et Historiae de Rebus Belgicis («Летописи и истории восстаний в Нидерландах»).

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

На протяжении всей своей жизни Гроций писал в самых разных областях. Он редактировал с комментариями энциклопедический труд по семи гуманитарным наукам североафриканского поэта Мартиана Капеллы и « Феномены » греческого астронома Арата Соли.Он написал ряд филологических работ и драму Adamus Exul (1601; Adam in Exile ), которой очень восхищался английский поэт Джон Мильтон. Гроций также опубликовал множество теологических и политико-богословских работ, в том числе De Veritate Religionis Christianae (1627; The Truth of the Christian Religion ), книгу, которая при его жизни, вероятно, пользовалась наибольшей популярностью среди его работ.

Участие в политике

Гроций был глубоко вовлечен в голландскую политику.В начале 17 века Соединенное Королевство Испании и Португалии заявило о монополии на торговлю с Ост-Индией. В 1604 году, после того как голландский адмирал захватил португальское судно Santa Catarina , Голландская Ост-Индская компания попросила Гроция подготовить работу, юридически защищающую иск на том основании, что, заявляя о монополии на право торговли, Испания-Португалия лишили голландцев их естественных торговых прав. Работа, De Jure Praedae ( О законе о призах и добыче, ), оставалась неопубликованной при его жизни, за исключением одной главы, в которой Гроций защищает свободный доступ к океану для всех народов, которая появилась под знаменитым названием Mare Liberum ( Свобода морей ) в 1609 году.Работа подкрепляла позицию Голландии на переговорах по Двенадцатилетнему перемирию, заключенному в том же году с Испанией, и была широко распространена и часто переиздавалась.

В 1607 году Гроций был назначен advaat-fiscaal (генеральным прокурором) провинций Голландии, Зеландии и Западной Фрисландии. В следующем году он женился на Марии ван Рейгерсберх, дочери бургомистра Вере, умной и смелой женщине, которая непоколебимо поддерживала его в грядущие трудные годы.Член Ремонстрантов (в первую очередь «регентов» высшего сословия, поддерживающих толерантный протестантизм Якоба Арминия), Гроций был вовлечен в ожесточенную политическую борьбу при Олденбарневельте против гомаристов (ортодоксальных кальвинистов во главе с Франциском Гомарусом, которые доминировали среди министров и населения. ), которые находились под руководством принца Мориса, для контроля над страной.

В 1618 году Морис, используя свою военную мощь в государственном перевороте, приказал арестовать арминианских лидеров.Олденбарневельт был казнен за государственную измену, а Гроций приговорен к пожизненному заключению в крепости Лёвштайн. В 1621 году Гроций с помощью своей жены совершил драматический побег из замка, спрятавшись в сундуке с книгами. Он бежал в Антверпен и, наконец, в Париж, где оставался до 1631 года под покровительством Людовика XIII.

Находясь в Париже, Гроций опубликовал свой юридический шедевр, De Jure Belli ac Pacis , в 1625 году. При написании этой работы, в которой в полной мере использовался De Jure Praedae , он находился под сильным влиянием ожесточенной и жестокой политической борьбы. в его собственной стране и в Европе в целом, особенно во время Тридцатилетней войны, разразившейся в 1618 году.В одном известном отрывке из De Jure Belli ac Pacis Гроций написал, что

Гуго Гроций, гравюра XIX века.

© iStockphoto / Thinkstock

[f] полностью убежденный… что существует общий закон между народами, который одинаково справедлив как для войны, так и для войны, у меня было много веских причин, чтобы я взялся писать на эту тему. Во всем христианском мире я наблюдал отсутствие сдержанности в отношении войны, чего должны стыдиться даже варварские народы.(Пролегомена, 28.)

Гроций стремился достичь своей практической цели минимизировать кровопролитие в войнах, построив общую теорию права ( jurisprudentia ), которая ограничивала и регулировала войну между различными независимыми державами, включая государства.

Следуя римскому праву и трудам стоиков, Гроций поставил естественное право в центр своей jurisprudentia . Он утверждал, что закон, выведенный из врожденной природы человека, будет иметь степень достоверности

.

, даже если мы признаем то, что нельзя допустить без крайнего зла, что нет Бога или что дела людей Его не касаются.(Пролегомена, 11.)

Он привел этот смелый аргумент, потому что считал, что естественный закон - самый важный инструмент сдерживания и регулирования войн в Европе - должен быть независимым от религии и применяться ко всем людям, независимо от их религиозных убеждений. Однако он понимал, что цель сдерживания и регулирования войны не может быть достигнута только светскими законами. Таким образом, он вновь ввел различные элементы христианства в свою книгу jurisprudentia . Гроция часто цитировали для «секуляризации» права или естественного права, но так называемая секуляризация права была скорее гипотетической, чем категоричной.Чтобы понять этот критический характер закона в De Jure Belli ac Pacis , нужно понять всю структуру его аргументации.

Гроций принимает многослойную структуру норм, в том числе различных религиозных, для ограничения и регулирования как использования войны, так и насилия во время войны. Когда Гроцию было трудно убедить различного рода правителей воздерживаться от войны или совершения жестоких действий во время войны с помощью светских норм естественного или национального права, он, не колеблясь, прибегнул к «закону Божьему, »В основном взяты из Ветхого Завета или« закона любви »и других аналогичных норм, взятых из Нового Завета.Он даже полагался на аргумент, основанный на полезности, в качестве крайней меры, когда ему было трудно отговорить политических лидеров воздерживаться от насилия с помощью только нормативных аргументов, хотя он писал, что рассмотрение полезности его не касается. Этот многослойный характер аргументации был жизненно важным средством достижения его практической цели: минимизации кровопролития.

Гроций считал, что следует допускать только войны по справедливым причинам. Поскольку нет судьи для судебного урегулирования споров между странами, война как средство разрешения конфликтов должна быть терпимой.Однако причины войны следует ограничивать причинами для судебных разбирательств. Например, защита и реституция вещей являются справедливыми причинами войны ( см. Также Справедливая война). Он также разработал теорию преступления и наказания, которую он использовал, чтобы охарактеризовать определенные войны как справедливое наказание за преступления, совершенные независимыми державами, включая государства.

Нидерланды | История, флаг, население, языки, карта и факты

Нидерланды , страна, расположенная в северо-западной Европе, также известная как Голландия.«Нидерланды» означает низменную страну; название Голландия (от Houtland , или «Лесистая земля») первоначально было дано одному из средневековых центров того, что позже стало современным государством, и до сих пор используется для двух из его 12 провинций (Северная Голландия и Зейд-Голландия). . Парламентская демократия при конституционном монархе, королевство включает свои бывшие колонии на Малых Антильских островах: Аруба, Бонэйр, Кюрасао, Саба, Синт-Эстатиус и Синт-Мартен. Столица - Амстердам, резиденция правительства - Гаага.

Британская викторина

Путеводитель по Европе

Куда бы вы отправились, чтобы увидеть бег быков? Какую валюту вы будете использовать в России? Разбирайте факты, путешествуя по Европе.

Изучите население Голландии, водные пути и обширную программу скрещивания и выращивания тюльпанов

Узнайте о географии, сельском хозяйстве и торговле Нидерландов.

Encyclopædia Britannica, Inc. Посмотрите все видео к этой статье

Страна действительно низменная и удивительно плоская, с обширными пространствами озер, рек и каналов. Около 2,500 квадратных миль (6500 квадратных километров) Нидерландов состоят из мелиорированных земель, что является результатом процесса тщательного управления водными ресурсами, восходящего к средневековью. Вдоль побережья земли были отобраны у моря, а внутри были осушены озера и болота, особенно вдоль многих рек.Вся эта новая земля была превращена в польдеры, обычно окруженные дамбами. Первоначально для осушения земель использовались человеческие ресурсы и лошадиные силы, но позже они были заменены ветряными мельницами, такими как сеть мельниц в Киндердейк-Эльшауте, который сейчас является объектом Всемирного наследия ЮНЕСКО. Самые масштабные схемы регулирования водопользования были реализованы во второй половине 19-го и в 20-м веках, когда начали применяться паровые насосы, а затем электрические или дизельные насосы.

Исследуйте многочисленные каналы Амстердама, дома на каналах, центр города, дизайнерский коллектив Droog и городской музейный квартал со знаменитым музеем Ван Лун.

Обзор Амстердама.

Contunico © ZDF Enterprises GmbH, Майнц Посмотреть все видеоролики к этой статье

Несмотря на поощряемую правительством эмиграцию после Второй мировой войны, которая вынудила около 500 000 человек покинуть страну, Нидерланды сегодня являются одной из самых густонаселенных стран мира. Несмотря на то, что население в целом быстро «седеет», большинство из них старше 65 лет, Амстердам остается одним из самых оживленных центров международной молодежной культуры. Здесь, пожалуй, больше, чем где-либо еще в стране, легко можно встретить голландскую традицию социальной терпимости.Проституция, употребление «легких наркотиков» (марихуана и гашиш) и эвтаназия - все это законно, но тщательно регулируется в Нидерландах, которые также были первой страной, легализовавшей однополые браки.

Эта относительная независимость мировоззрения была очевидна еще в 16-17 веках, когда голландцы отвергли монархический контроль и стали относиться к другим культурам относительно просвещенно, особенно когда они принесли богатство и капитал в торговые центры страны. В то время голландские торговые суда ходили по миру и помогли заложить основы великой торговой страны, отличающейся энергичным духом предпринимательства.В последующие века Нидерланды продолжали иметь одну из самых развитых экономик в мире, несмотря на скромные размеры страны. Голландская экономика открыта и в целом интернационалистична. Вместе с Бельгией и Люксембургом Нидерланды являются членом экономического союза Бенилюкса, который в 1950-х и 1960-х годах служил моделью для более крупного Европейского экономического сообщества (ЕЭС; теперь входит в Европейский союз [ЕС]), из которого страны Бенилюкса страны являются членами. Нидерланды также являются членом Организации Североатлантического договора (НАТО) и Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), а также принимают у себя ряд международных организаций, особенно в юридическом секторе, таких как International Суд справедливости.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Голландская репутация толерантности была проверена в конце 20-го и начале 21-го веков, когда рост иммиграции из стран, не входящих в Европейский Союз, и популистский поворот в политике привели к росту национализма и даже ксенофобии, отмеченных двумя политическими убийствами на расовой почве. , в 2002 и 2004 годах, а также требование правительства о прохождении иммигрантами дорогостоящего «интеграционного» теста перед въездом в страну.

Земля

Рельеф

Нидерланды ограничены Северным морем на севере и западе, Германией на востоке и Бельгией на юге. Если бы Нидерланды потеряли защиту своих дюн и плотин, наиболее густонаселенная часть страны была бы затоплена (в основном морем, но также частично реками). Эта высокоразвитая часть Нидерландов, которая обычно находится не выше трех футов (одного метра) над уровнем моря, занимает более половины общей площади страны.Около половины этой площади (более четверти общей площади страны) фактически находится ниже уровня моря.

Нижняя часть состоит в основном из польдеров, где ландшафт не только находится на очень низкой высоте, но и имеет очень плоский вид. На такой земле строительство возможно только на «плотах» или после того, как бетонные сваи, иногда длиной до 20 метров, были забиты в слой ила.

В другой, более высокой области, слои песка и гравия в восточной части страны были отодвинуты в стороны и вверх в некоторых местах ледяными языками ледникового яруса Заале, образуя удлиненные гряды, которые могут достигать высоты более 330 футов (100 метров) и являются главной особенностью национального парка Хоге-Парк-Велюве.Единственная часть страны, где высота над уровнем моря превышает 350 футов (105 метров), - это пограничная зона Арденн. Самая высокая точка Нидерландов, Валсерберг, в крайнем юго-восточном углу, поднимается на 1053 фута (321 метр).

Дренаж и дамбы

Зейдерзее изначально было устьем реки Рейн. Затем естественным воздействием оно превратилось в мелкое внутреннее море, глубоко врезавшееся в сушу, и в конечном итоге оно приобрело почти круглую форму под действием ветров и приливов.В 1920 году была начата работа над проектом Zuiderzee, частью которого была дамба Эйсселмер (Afsluitdijk), начатая в 1927 году. Эта дамба протяженностью 19 миль (30 км) была завершена в 1932 году, чтобы окончательно изолировать Зейдерзее от Ваддензее и Северного моря. В озере Эйсселмер, или озере Эйссел, образованном из южной части Зейдерзе, четыре больших польдера, полдера Эйсселмера, общей площадью около 650 квадратных миль (1700 квадратных километров) были построены вокруг пресноводного бассейна, питаемого из реки Эйссел. и другие реки и связаны с морем шлюзами и шлюзами в заградительной дамбе.

Первые два созданных здесь польдера - Вирингермейр и Северо-Восточный (Нордуст) польдер, осушенные до и во время Второй мировой войны - используются в основном в сельском хозяйстве. Два польдера, восстановленные в 1950-х и 60-х годах - Польдер Южного Флеволанда (Зюйделийк) и Польдер Восточного Флеволанда (Остелийк) - используются в жилых, промышленных и рекреационных целях. Среди развитых городов - Лелистад и Алмере.

Узнайте, как Нидерланды боролись с повышением уровня моря и наводнениями с помощью проекта Delta Works

Контроль наводнений в Нидерландах.

Encyclopædia Britannica, Inc. Посмотреть все видеоролики к этой статье

На юго-западе катастрофические штормы и весенний прилив 1 февраля 1953 года, затопившие около 400 000 акров (162 000 гектаров) земли и убившие 1800 человек, ускорили внедрение проекта «Дельта», целью которого было перекрыть большинство морских входов в юго-западную дельту. Эти работы в дельте были спроектированы для сокращения береговой линии на 450 миль (725 км), борьбы с засолением почвы и обеспечения развития территории за счет дорог, которые были построены через 10 плотин и 2 моста, построенных в период с 1960 по 1987 год.Самая большая из этих плотин, пересекающая устье Восточной Шельды (Остершельде) шириной пять миль (восемь километров), была построена в виде барьера от штормовых нагонов, включающего десятки отверстий, которые могут быть закрыты в случае наводнение. Барьер обычно открыт, позволяя соленой воде попадать в эстуарий и поддерживать примерно три четверти приливного движения, ограничивая ущерб окружающей среде в Восточной Шельде. В интересах торговли портов Роттердама и Антверпена не было построено никаких плотин на Новом водном пути, который соединяет Роттердам с Северным морем или Западной Шельде, подходящей к Антверпену, Бельгия.Следовательно, дамбы вдоль этих водных путей пришлось укрепить.

Регион с очень специфическим характером образовали великие реки Рейн, Лек, Ваал и Маас (Маас), текущие с востока на запад через центральную часть страны. Пейзаж в этой области характеризуется высокими дамбами вдоль широких рек, фруктовыми садами вдоль дамб, образованных реками, и многочисленными большими мостами, по которым проходят автомобильные и железные дороги, соединяющие центральные Нидерланды с южными провинциями.

Почвы

В эпоху позднего плейстоцена (примерно от 126 000 до 11700 лет назад) скандинавский ледяной щит покрывал северную половину Нидерландов. После этого периода большая часть территории на севере того, что сейчас является Нидерландами, была покрыта мореной (ледниковое скопление земли и каменных обломков). В центре и на юге реки Рейн и Маас выгружали толстые слои ила и гравия, перенесенные с европейских горных цепей. Позже, в эпоху голоцена (т.е., последние 11700 лет), глина откладывалась в защищенных лагунах за прибрежными дюнами, и впоследствии в этих местах часто образовывалась торфяная почва. Если торфяная почва была смыта морем или вырыта людьми (для производства топлива и соли), образовывались озера. Многие из них были восстановлены в более поздние века (как упоминалось выше), в то время как другие теперь образуют высоко ценимые зоны отдыха на открытом воздухе.

Климат

Климат Нидерландов умеренный, с мягкой зимой, прохладным летом и дождями в любое время года.Преобладают южные и западные ветры, а море смягчает климат за счет береговых ветров и влияния Гольфстрима.

Расположение страны - между областью воздушных масс высокого давления с центром на Азорских островах и областью низкого давления с центром на Исландии - делает Нидерланды зоной столкновения теплых и полярных воздушных масс, что создает неустойчивую погоду. Ветры не имеют большого сопротивления над равниной, хотя холмы на юге значительно уменьшают скорость сильного ветра, преобладающего вдоль побережья.В среднем заморозки бывают 60 дней в году. Средняя температура июля составляет около 17 ° C, а в январе - 2 ° C. Годовое количество осадков в среднем составляет около 31 дюйма (790 мм), при этом только около 25 ясных дней в году. Среднее количество осадков наиболее высокое летом (август) и осенью, а наименьшее - весной. Страна известна - не в последнюю очередь благодаря великолепным пейзажам голландских художников - своими тяжелыми облаками, и в среднем за день три пятых неба затянуто облаками.

Растительный и животный мир

Большинство диких голландских видов растений произрастают в Атлантическом регионе в пределах Евро-Сибирской фитогеографической области.Градиенты соленой и зимней температуры вызывают относительно незначительные зональные различия как у диких, так и у садовых растений от побережья до более континентальных регионов. Эффект от возвышения незначителен. Растительность прибрежных песчаных дюн, илистых прибрежных территорий, слегка солоноватых озер и дельт рек особенно скудна в соседних странах. Озера, болота, торфяники, леса, пустоши и сельскохозяйственные угодья определяют основные виды растений. Глина, торф и песок являются важными почвенными факторами для внутренних растительных регионов.

Животный мир распределен по регионам в соответствии с растительностью. Морские птицы и другие морские обитатели, такие как моллюски, встречаются особенно в мутной местности Ваддензее и на крайнем юго-западе. Мигрирующие птицы в огромных количествах проходят через Нидерланды или остаются на летнее или зимнее пребывание. Многочисленны виды водоплавающих, болотных и пастбищных птиц. Более крупные млекопитающие, такие как косуля, благородный олень, лисы и барсуки, в основном обитают в заповедниках. Некоторые виды, такие как кабаны, бобры, лани, муфлоны и ондатры, были интродуцированы или повторно интродуцированы.Некоторые рептилии и земноводные находятся под угрозой исчезновения. Многие виды речной рыбы и речных омаров стали редкостью из-за загрязнения воды. Существует множество солоноватоводных и пресноводных животных, населяющих множество озер, каналов и дренажных канав, но уязвимые виды, обитающие в водах с дефицитом питательных веществ, стали редкостью.

Заповедники созданы государственными и частными организациями. Известные заповедники включают Наардермейр в Амстердаме, Национальный парк Хоге-Велюве и Остваардерсплассен в центре страны.Некоторые исчезающие виды охраняются законом.

Росток | Германия | Britannica

Росток , город, Мекленбург – Западная Померания Земля (штат), северо-восточная Германия. Он расположен в устье реки Варнов, в 8 милях (13 км) к юго-юго-востоку от ее балтийского форпорта в Варнемюнде.

Росток

Ратуша (ратуша) Ростока, Гер.

Darkone

Вендишское поселение в 12 веке, город был зафрахтован в 1218 году. Рынок хмеля и Новый город развивались отдельно от Старого города, пока эти три города не были объединены в 1265 году.Властный член Ганзейского союза в 14 веке, Росток перешел в Мекленбург в 1314 году и к герцогам Мекленбург-Шверин в 1352 году. Позже он был совместным владением линий Шверина и Гюстрова до исчезновения последних в 1695 году. С 1952 по 1990 год он был столицей Ростока , Безирк (район) в Восточной Германии. В 1992 году город пострадал от беспорядков в течение нескольких дней после того, как неонацисты взорвали общежитие для просителей убежища, вынудив многих турок, вьетнамцев и цыган покинуть город.

Росток активно развивался после Второй мировой войны как главный морской порт Восточной Германии; Однако после воссоединения Восточной и Западной Германии относительная важность гавани снизилась, поскольку другие порты (в частности, Гамбург) вернули свои исторические торговые районы. Город также является центром судостроения; деревянные корабли строились на верфях Ростока со средневековья до 1851 года, когда здесь было построено первое немецкое пароходное судно. Другие отрасли промышленности Ростока включают производство дизельных двигателей, машин, электронного оборудования, медицинских изделий и продуктов питания.В окрестностях выращивают рожь, овес и сахарную свеклу. Широко распространено скотоводство, у берегов практикуется рыболовство. Скалы чередуются с песчаными дюнами вдоль береговой линии, где есть туристические курорты, особенно в соседнем Варнемюнде.

Центр города был масштабно реконструирован после серьезного авиационного налета во время Второй мировой войны. Готические церкви в городе включают церковь Святой Марии (начало 1230 г.), церковь Святого Николая в начале XIV века и церковь Святого Николая в начале XV века.Петра. Университет Ростока (1419 г.) когда-то был оплотом лютеранства. В городе есть несколько научно-исследовательских институтов, в том числе Институт демографических исследований Макса Планка. Ратуша представляет собой строение 15 века с фасадом в стиле барокко (1727 г.). Части городских стен и ворот, датируемые 14-16 веками, сохранились. Фолькстеатр Ростока (Народный театр Ростока) известен на всю Германию. В городе также есть музеи судоходства и культуры.Поп. (2003 г.) 198 303.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Естественный закон и мир: биография Гуго Гроция

Тогда голландский ученый-юрист и философ начала -х годов века Гуго Гроций заявил, что война ужасна и что она причиняет вред всем участникам. Если войны не всегда можно избежать, Гроций умолял, что, по крайней мере, убийства и разрушения должны быть ограничены. Он считал, что «безрассудно причинять боль другому - это безумие и хуже, чем безумие… Война - это вопрос огромной важности, потому что за ней обычно следует так много бедствий, даже если они несут голову невиновным.Итак, там, где конфликт советов, мы должны склоняться к миру ... Часто наш долг перед нашей страной и самими собой - воздерживаться от применения оружия ... к побежденным следует относиться с милосердием, чтобы интересы каждый может стать интересами обоих ».

Историк Джон Невилл Фиггис заметил: «Опасность Макиавелли заключалась не в том, что он вскрыл мотивы и сорвал приличную пелену лицемерия с государственных деятелей, а в том, что он сказал или подразумевал, что эти факты должны быть единственным идеалом действия; Служба Гроция, его предшественников и преемников состоит в том, что им удалось поставить некоторые границы неограниченному господству «государственного разума».’”

Гроций положил начало международному праву в том виде, в каком мы его знаем, уточнив принципы, чтобы помочь улучшить перспективы мира. Он заявил: «На каких бы условиях ни был заключен мир, он должен быть абсолютно сохранен, исходя из святости веры, заложенной в помолвке, и нужно осторожно избегать всего, не только смакуя предательство, но и то, что может пробудить и воспламенить враждебность ».

Биограф Лисье ван Сомерен объяснил: «Великая цель Гроция заключалась в том, чтобы развивать и настаивать на идее справедливости между народами.Имея это в виду, он надеется, что самые широкие международные разногласия могут быть устранены если не самими сторонами, то посредниками, арбитрами или международными конференциями. Если мир будет следовать только правилам и принципам Гроция, войны могут стать менее частыми и менее ужасными ».

Гроций отстаивал философию естественного права, основанную на доктрине «высшего закона» Марка Туллия Цицерона и других древнеримских и греческих философов. Они считали, что о законности государственных законов следует судить по стандартам справедливости - естественному праву.Гроций защищал естественные законы, не обращаясь к Библии или организованной религии. Он настаивал, что это следует из природы вещей, и это было открыто человеческим разумом. Он писал: «Закон природы настолько неизменен, что его не может изменить даже сам Бог. Ибо, хотя сила Бога безгранична, есть вещи, на которые она не распространяется ».

Естественный закон, по утверждению Гроция, является основой естественных прав: «Гражданские лица называют способность тем Правом, которым обладает каждый человек ... Это право включает в себя власть, которую мы имеем над собой, которая называется свободой ... Это также постигает собственность… Несправедливо все, что противоречит природе общества, утвердившегося среди разумных существ.Так, например, лишать другого того, что ему принадлежит, просто ради собственной выгоды противоречит закону природы ". В процессе разработки этих идей, как отметил историк-интеллектуал Мюррей Н. Ротбард, Гроций «принес концепции естественного права и естественных прав в протестантские страны Северной Европы».

Гроций всю жизнь проявлял необычайную страсть к знаниям. Его считали вундеркиндом. В молодости он добился впечатляющих результатов.Ему удалось продолжить обучение, когда он был в тюрьме. Его самая известная работа, De Jure Belli ac Pacis [ Закон войны и мира ] была написана, когда он был бедным беженцем, и в ней цитировалось около 120 античных авторов (Цицерон был его любимцем). Обучение Гроция помогло ему найти друзей среди католиков и протестантов, хотя католики и протестанты убивали друг друга.

Ему посчастливилось быть протестантом, преследуемым протестантами за то, что он отстаивал точку зрения, согласно которой люди обладают свободой воли.Неудивительно, что ван Сомерен сообщил: «Друзья находили его часто капризным и раздражительным, но не таким тактичным, как он мог бы быть; и все же он всем нравился. Его собственная семья была предана ему, несмотря на то, что он иногда был невнимательным и сварливым ».

Гроций, по всей видимости, был впечатляющим мужчиной, высоким и красивым. «Его черты были изящно очерченными, - писал биограф Гамильтон Вриланд, - его нос слегка орлиный, глаза голубые и блестящие, волосы каштановые. Его лицо было высоким и хорошо сложенным.Активен как умом, так и телом… »

Гроций оказал влияние на английского философа естественных прав Джона Локка. Шотландский экономист и философ Адам Смит заметил: «Гроций, кажется, был первым, кто попытался дать миру что-то вроде обычной системы естественной юриспруденции и своего трактата [ De Jure Belli ac Pacis ] со всеми его недостатками. , возможно, на сегодняшний день является наиболее полной работой по этому вопросу ». Томас Джефферсон и Джеймс Мэдисон считали Гроция ведущим специалистом по разрешению международных споров.Лорд Актон заявил: «Было бы легко указать… предложение Гроция, которое перевешивает по влиянию законы пятидесяти парламентов…»

Историк Джон У. Неф писал: «Что является наиболее значимым для последующей истории в его работе о войне. а мир - это утверждение, что в человеческом разуме существуют правовые принципы, независимые от какой-либо реальной мировой власти, политической или религиозной, но обязательные в мире, - принципы, которые должны применяться во всех непредвиденных обстоятельствах, возникающих в результате нарушения мира между суверенными государствами.Прежде чем прибегать к оружию, страна должна официально заявить о своих недовольствах и вступить в войну только в том случае, если не удастся получить удовлетворение путем дипломатических переговоров. Войны должны вестись в соответствии с общепринятыми правилами, предусматривающими гуманное обращение с ранеными и пленными. Договоры о прекращении войн также должны быть заключены в соответствии с принятыми правилами, которые, по сути, исключают завоевание одного из противников другим и подчинение вражеского населения ».

Хьюг ван Гроот, латинизированный до Гуго Гроция, родился в Делфте, Голландия, 10 апреля 1583 года.Он был старшим из четырех детей, сыном Яна де Гроота и Алиды ван Эрши. Ян де Гроот был юристом и попечителем Лейденского университета.

Это было тяжелое время. В 1568 году протестанты семи северных голландских провинций начали борьбу за независимость от Испании, католический король Филипп II которой придерживался религиозной нетерпимости и высоких налогов. К счастью, голландцам служили способные лидеры, начиная с Вильгельма Оранского (Вильгельма Безмолвного), а после его смерти - его второго сына Вильгельма Нассау в партнерстве с юристом Йоханом ван Олденбарневельтом.Вильгельм Нассауский оказался находчивым военачальником, в то время как Олденбарневельт поддерживал политическое единство провинций.

Когда Гроцию было 11 лет, он поступил в Лейденский университет. Он изучал греческую и римскую историю, философию, математику, астрономию, право и религию. Будучи студентом, он жил в доме Франциска Юния, который страстно верил в религиозную терпимость и мир. Гроций проучился год во Франции, получив степень бакалавра права в Университете Орлеана.

Вернувшись в Голландию, Гроций был приведен к присяге в качестве адвоката 1 декабря 1599 года. Его отец организовал для него начало практики с государственным чиновником. Он написал книгу по логике и перевел работу об использовании компаса. В 1601 году Соединенные провинции попросили 18-летнего Гроция написать историю их доблестной борьбы против Испании.

Примерно в 1604 году голландская Ост-Индская компания, созданная для ведения голландской торговли в Индийском океане, попросила Гроция кратко объяснить, почему они должны иметь возможность вести дела с территориями, на которые претендуют португальцы.Он доказал, что каждый имеет право пользоваться океаном, независимо от того, кто его исследовал. Голландская Ост-Индская компания решила не публиковать сводку De Jure Praedae [ Закон о трофеях ], и она не стала известна до тех пор, пока не была обнаружена в Гааге более двух с половиной веков спустя.

Находясь в Вере, Зеландия, вместе со своим другом юристом Николасом ван Рейгерсбергеном Гроций остановился в доме родителей Рейгерсбергена и встретил свою красивую, уверенную в себе 18-летнюю сестру Марию.Она сразу влюбилась в Гроция. Ее отец признал возможность замужества и начал переговоры с отцом Хьюго. Свадьба состоялась где-то в середине июля 1608 года. У них должно было быть шестеро детей: Корнелиус, Питер, Дидерик, Фрэнсис, Мария и Корнелия.

Голландская Ост-Индская компания попросила Гроция книгу о свободе морей, и он представил двенадцатую главу De Jure Praedae , которая была опубликована как Mare Liberum [ The Free Sea ].Гроций опирался на Mare Liberum , когда готовил дело против британского короля Якова I, который запретил иностранцам ловить рыбу в водах вокруг Великобритании и Ирландии. Гроций писал: «Ни один князь не может бросить вызов дальше в море, чем он может командовать с пушкой, за исключением пропастей в своей земле от одной точки до другой». Дальность пушечного выстрела - около трех миль - стала международным стандартом, определяющим территориальные воды.

Гроций стал хорошим другом Якоба Арминия, профессора теологии Лейденского университета, который считал, что у людей есть свобода воли.Арминий оспаривал преобладающую кальвинистскую доктрину предопределения, согласно которой Бог определяет судьбу каждого, независимо от того, насколько они добродетельны. Арминий считал, что каждый может достичь вечного счастья с верой.

Арминий умер 19 октября 1609 года в возрасте 49 лет, но споры усилились, и Гроций попытался решить проблемы мирным путем. Старейший государственный деятель Йохан ван Ольденбарневельт предложил городским властям создать вооруженные силы для поддержания порядка. 29 августа 1618 года Гроций, Олденбарневельт и соотечественник Гиллис ван Леденберг были арестованы, хотя конкретное обвинение не уточнялось.Для рассмотрения этих дел был создан специальный трибунал в составе 24 судей. Обвинительные приговоры были предрешены. Леденберг, опасаясь пыток, ударил себя ножом в живот и перерезал горло. Олденбарневельт - основатель Соединенных провинций - был признан виновным в государственной измене и обезглавлен. Гроций опасался той же участи, но 19 ноября 1618 года он приговорил его к пожизненному заключению с конфискацией всего своего имущества. Солдаты сопроводили его к массивной крепости Лёвштайн, недалеко от Горкума, с двумя рвами и стенами толщиной около шести футов.Гроция содержали в двухкомнатной камере.

Через девять месяцев после его заключения жене Гроция, Марии, было разрешено навестить его, и ему было разрешено получать книги из библиотеки своего друга Адриана Даатселера, торговца лентами и нитками. Книги были доставлены из дома Даатселера в тюрьму в сундуке длиной около четырех футов. Когда Гроций закончил, он отправил сундук обратно, чтобы он мог принести ему больше книг. Гроций перевел на голландский язык некоторые греческие и латинские трагедии. Он написал The Truth of the Christian Religion , который позже был переведен на арабский, китайский, датский, английский, фламандский, французский, немецкий, греческий, персидский и шведский языки.По иронии судьбы, поскольку его суд нарушил принципы голландского права, он написал Введение в юриспруденцию Голландии .

Процедуры безопасности были ослаблены, солдаты не стали проверять сундук, пока он проносился туда и сюда, Гроций сбежал в нем 22 марта 1621 года. Его сопровождала их 20-летняя горничная Эльси ван Хаувенинг. Несколько раз солдаты выражали подозрения из-за необычного веса ствола. Эльси заверила их, что там полно арминианских книг.Прибыв в дом Даатселера, Гроций оделся в одежду каменщика и бежал во Францию. Даатселер, Мария и Эльсе были поджарены, но против них ничего нельзя было доказать.

Некоторые из самых известных поэтов Европы праздновали его побег на свободу, а также храбрых жену и друзей, которые помогали ему. Мария присоединилась к нему к сентябрю. Однако его активы были конфискованы, и у него не было особых перспектив получения немедленного дохода.

Среди бедности и долгов он представил Обоснование законного правительства Голландии и Западной Фрисландии , в котором критиковалось судебное разбирательство против него.Он написал, что ему было отказано в возможности защитить себя и что, как утверждали официальные лица, неправда, что он сознался в преступлениях; он сказал, что его никогда не допрашивали и он не знает, в чем заключаются предполагаемые преступления. Он подтвердил свою веру в то, что терпимость лучше преследования. Работа была опубликована в Амстердаме в ноябре 1622 года и возмутила Генеральные штаты. Они осудили его за то, что они назвали «печально известной, крамольной и скандальной клеветой», и заявили, что любой, кого поймают за хранением или чтением копии работы Гроция, будет наказан.

Когда разразилась эпидемия чумы, Гроций переехал в деревню и принял предложение жить в доме друга недалеко от Санлиса. Здесь в 1623 году он начал работу над De Jure Belli ac Pacis . Он взял название из фразы Марка Туллия Цицерона Oratio pro Balbo . Он расширил идеи и организацию, которые он использовал в De Jure Praedae , неопубликованном брифинге, написанном более 20 лет назад - черновик которого он имел с собой. Гроций смог работать быстро, потому что другой друг предоставил большую библиотеку.Гроций закончил книгу примерно за год. Он появился в Париже в июне 1625 года. Печатник заплатил Гроцию, подарив ему 200 экземпляров книги.

«Я убежден, - писал Гроций, - что существует некий закон, общий для всех народов, который применим как к посвящению», так и к посвящению. войны и способам ведения войны. Было много веских соображений, побудивших меня написать трактат по предмету права. Я наблюдаю повсюду в христианском мире беззаконие в войне, которого постыдились бы даже варварские народы.И однажды взяв в руки оружие, наступит конец всякому уважению к закону, будь то человеческий или божественный, как если бы ярость была выпущена с всеобщим разрешением на все виды преступлений ».

Хотя Гроций находился под влиянием Фомы Аквинского, Франсиско Суареса и других схоластических мыслителей, он разработал принципы справедливости, независимые от организованной религии или Библии. Он считал, что народы должны руководствоваться естественным законом. Это означало «диктат правильного разума, показывающий моральную низость или моральную необходимость любого действия, исходя из его согласия или несогласия с рациональной природой…»

Гроций не полностью следовал логике естественного закона.Он принял рабство, хотя это явно нарушало естественный принцип, согласно которому люди владеют собой. Гроций не видел всех радикальных последствий естественных прав.

Гроций признавал право на самооборону и право на компенсацию за травмы, нанесенные противником, но особенно в Книге III он поощрял сдержанность. Он считал, что нужно делать все, чтобы споры разрешались мирным путем, потому что все стороны обязательно понесут тяжелые потери от войны.Он посоветовал ограничить то, что могло быть захвачено у противника. Он писал: «Закон природы действительно разрешает нам совершать такие приобретения в ходе справедливой войны, которые могут считаться эквивалентом долга, который нельзя получить иным способом или который может нанести ущерб агрессору, при условии, что он находится в пределах пределы разумного наказания ». Точно так же он настаивал на том, что ответные меры «должны применяться непосредственно к лицу самого правонарушителя».

De Jure Belli ac Pacis вызвало множество споров.Католики были шокированы тем, что Гроций не называл пап по их католическим титулам. Соответственно, De Jure Belli ac Pacis был помещен в Папский индекс в марте 1626 года, и католикам было запрещено его читать. Книга оставалась в Папском указателе до 1901 года.

Гроций надеялся, что известность, которую он получил от De Jure Belli ac Pacis , преодолеет враждебность в Нидерландах. Он отправился в Роттердам и посетил статую Эразма, установленную во время его отсутствия.Официальные лица издали приказ о его аресте, и он бежал 17 марта 1632 года. Он направился в Гамбург, потому что он находился достаточно близко к Швеции, король которой Густав Адольф становился ведущим протестантским борцом и, возможно, сохранил свои услуги.

Гроций был несчастен в Гамбурге. Он был разорен. Он не встречал никаких интеллектуально интересных людей, и он не мог найти библиотеку, где он мог бы работать. Густав Адольф был убит в битве при Лютцене в ноябре 1632 года, и ему наследовала его шестилетняя дочь Мария Кристина.Регентом был Аксель Оксентиерна, у которого были дела поважнее Гроция. Затем еще один удар: сын Гроция Корнелис погиб в бою.

Ситуация начала улучшаться в 1634 году. Во многом благодаря знаниям и мудрости, проявленным в De Jure Belli ac Pacis , Гроция попросили стать послом Швеции во Франции. Денежные заботы Гроция закончились. Он способствовал установлению мира между Швецией и Францией.

Он был болен, когда вышел на пенсию в 1645 году. Он сел на корабль, который попал в шторм и сошел на берег на побережье Померании в северной Германии к востоку от Дании.Его перевезли на тележке с фермы примерно 60 миль до Ростока. 26 августа 1645 года он прибыл в пансионат довольно хилым. Он попросил священника, и единственным доступным ему был Иоанн Квисторпиус, лютеранин. Квисторпий остался рядом с Гроцием и услышал его последние отчаянные слова: «Предприняв много дел, я ничего не добился».

Он умер около полуночи 28 августа в 62 года. По словам биографа Чарльза Эдвардса, «жизненно важные органы были извлечены из тела Гроция, запечатаны в медный контейнер и похоронены в соборе Ростока.Его останки были отправлены в Делфт, где они были захоронены в Новой церкви, расположенной на городской площади. По иронии судьбы, Гроций был похоронен среди гробниц принцев Оранских, один из которых заставил его столько лет жить в бегстве от правосудия ».

Тридцатилетняя война, бушевавшая с 1618 года, продолжалась еще семь лет. «Физически Германия была разрушена», - сообщил историк Роберт Р. Палмер. «Города были разграблены наемными солдатами с жадностью, которую их командиры не могли контролировать; или сами командиры, не получая припасов от своих правительств, систематически грабили целые районы, чтобы содержать свои армии ... Последствия пожара, болезней, недоедания, бездомности и незащищенности в семнадцатом веке были более ужасными из-за отсутствия средств для бороться с ними.

Все это добавляло актуальности взглядам Гроция на мир. Биограф В.С.М. Найт сообщил, что «в течение столетия после первой публикации [ De Jure Belli ac Pacis ] издание за изданием выходило из прессы, почти всегда в Германии или Голландии, примерно один раз в три года». Однако постепенно люди стали полагаться на более свежие работы. К -м годам века, согласно профессору Стивену Форду в American Polit Science Review , «репутация Гроция сильно упала из-за роста позитивизма в международном праве и неприятия естественного права в моральной философии».Мыслители-позитивисты настаивали на том, что все, что делает правительство, нормально, если это законно. Но позитивистская точка зрения была дискредитирована, когда правительства 20 -х годов века легально убили десятки миллионов. Это вызвало новый интерес к Гроцию, и в Интернете есть много сайтов о Гроции.

Гроций мужественно выступил против войны, одного из худших зол. Он придерживался моральных норм независимо от правителей. Он рассказал, как улучшить перспективы мира. Величайшие мирные поселения, такие как окончание Второй мировой войны и холодной войны, проявили его мудрость и щедрость, помогая превратить врагов в друзей.

Перепечатано с Триумф свободы Джима Пауэлла.

Гуго Гроций

Уиг де Гроот, родившийся в Делфте 10 апреля 1583 года, известен под латинизированной формой своего имени Хуго Гроций. В детстве он превзошел своего отца, ученого патриция Делфта, Йохана Гюго де Гроота, став чудом своей ранней учености. Он писал латинские стихи в возрасте 8 лет и посещал Лейденский университет с 1594 по 1597 год. Он получил докторскую степень в области права в Орлеане в 1599 году во время пребывания во Франции в качестве члена дипломатической миссии во главе с Йоханом ван Ольденбарневельтом, защитником земли. Голландия, его политический спонсор на следующие два десятилетия.Он начал частную юридическую практику в Гааге в возрасте 16 лет, а 8 лет спустя был назначен государственным поверенным (фискальным адвокатом) Суда Голландии. В 1608 году он женился на Марии ван Рейгерсберх, жительнице Зеландии, которая укрепила его довольно мягкий характер своей решительностью и находчивостью.

В 1604 году Гроций написал трактат Закон о призах, для Ост-Индской компании, который не был опубликован до его открытия в 1864 году; однако одна глава, защищавшая голландские права на торговлю и мореплавание, была опубликована в 1609 году под названием Mare liberum (Свободное море).В 1610 году в книге « De antiquitate reipublicae Batavae » («Древность государства Батавов») он утверждал, что провинция Голландия была суверенной и независимой со времен римлян. В 1613 году по предложению Олденбарневельта Гроций сопровождал делегацию, посланную голландской Ост-Индской компанией в Лондон в качестве юридического советника, чтобы выступить в качестве юридического консультанта в споре с Английской Ост-Индской компанией. Выступая за свободную торговлю в Европе, он выступал за монополию голландской компании в Ост-Индии, предоставленную местными принцами для ее защиты.

Когда Гроций был назначен пенсионером (юридическим лицом и политическим представителем) Роттердама в 1613 году, он вошел в высшие чины голландской политики. Он представлял Роттердам в государствах Голландии и поддерживал решительную ремонстрантскую (умеренную кальвинистскую) позицию Олденбарневельта против растущей враждебности принца Мориса Нассау, штатхолдера и генерал-капитана. В том же году Гроций опубликовал трактат, защищающий право Голландии вмешиваться в церковные дела, и различные богословские трактаты из-под его пера появлялись с 1613 по 1618 год, защищая позицию Ремонстранта.Он стал правой рукой Олденбарневельта и был арестован вместе с ним 29 августа 1618 года, когда Морис решил прекратить меры, принятые государствами Голландии против его военной власти. Он был приговорен к пожизненному заключению 18 мая 1619 г .; Олденбарневельт был приговорен к смертной казни. После почти двухлетнего заключения в замке Ловесттайн Гроций сбежал в сундуке с книгами, принесенном его женой и слугой, и отправился во Францию.

Гроций продолжал свои научные публикации в Париже.Самым известным был его шедевр, De iure belli ac pacis (1625; Закон войны и мира), в котором он выступал за систему права в отношениях между суверенными государствами, с акцент на понятии «справедливой войны». Он построил свои аргументы на идее «естественного закона», заимствованной у древних, средневековых и недавних (особенно иезуитских) авторов, как принципа права, проистекающего из природы вещей, а не из заповедей Бога или мирских правителей.

В 1631 году Гроций опубликовал Введение в юриспруденцию Голландии, , которое оказало глубокое влияние на юристов в Нидерландах и за рубежом и продолжает считаться частью конституционного права Южной Африки.Его религиозные идеи превратились в широкий экуменизм, в соответствии с которым он выступал за примирение между протестантами и католиками. Он потерял уверенность в том, что протестантское восстание против Рима было оправдано, но при этом не получил уверенности в непогрешимости Рима. Его книга De veritate Religiousis Christianae (1627; Истина христианской религии) была попыткой с помощью оружия юридической науки доказать единство христианского мира; его широко читали в свое время и намного позже.

Вызвав враждебность кардинала Ришелье, Гроций вернулся в Голландию в октябре 1631 года и жил спокойно; но он не просил помилования и бежал в апреле 1632 года, чтобы избежать ареста. Укрывшись в Германии, он вступил в контакт со шведскими властями и вернулся в Париж в 1634 году в качестве посла Швеции. Он оказался лучшим ученым, чем дипломат, и был отозван в 1644 году. По возвращении из Стокгольма Гроций потерпел кораблекрушение в Ростоке, Германия; он был спасен, но умер 2 дня спустя, августа.28 декабря 1645 г., от истощения. Когда его личность была установлена, его тело было доставлено домой в Делфт для захоронения.

Grotius, Гуго | Интернет-энциклопедия философии

Гуго Гроций был голландским гуманистом и юристом, чья философия естественного права оказала большое влияние на развитие политической мысли семнадцатого века и моральные теории эпохи Просвещения. Его работы о суверенитете, международных торговых правах и нормах справедливой войны, признанные современными теоретиками-международниками как основоположник международного права, продолжают служить основой для теорий международного правопорядка.Его основная работа, De Jure Belli ac Pacis (Права войны и мира), особенно примечательна в этом отношении, а также Mare Liberum , доктрина в пользу свободы морей, которая считается антецедент, вдохновение и основа современного морского права.

Гроций находился под сильным влиянием классической философии, в первую очередь Аристотеля и стоиков, а также современной гуманистической традиции и позднесредневековых схоластов.Погрязший в религиозной розни Реформации, Гроций продвигал иреническое видение, которое объединит и примирит христианскую церковь на принципах гражданской религии и терпимости. В свое время он был хорошо известен как своими поэзией и философией религии, так и своими работами в области права и политики, но лучше всего его помнят за его влияние на теории общественного договора, естественных прав и законов войны.

Содержание

  1. Жизнь и творчество
  2. Иренизм и толерантность
    1. Религия и гражданская власть
    2. Отношения с нехристианами
    3. Христианское единство и мир
  3. Суверенитет и империализм
    1. Делимый суверенитет
    2. Сопротивление, война и империя
  4. Естественное право и право народов
    1. Природные и таможенные обязательства
    2. Just War: Jus ad Bellum
    3. Just War: Jus in Bello
  5. Научный интерес к Гроцию
  6. Ссылки и дополнительная литература
    1. Первичные источники
    2. Вторичные источники

1.Жизнь и творчество

Хуиг де Гроот, наиболее известный под латинизированным именем Гуго Гроций , начал свою жизнь в торговом городе Дельфт, в то время как в 1583 году Голландская республика выдержала второе десятилетие войны за независимость от правления Габсбургов и уже позиционировала себя. для господства в качестве заграничной торговой державы. Родившийся в семье, занимавшей положение среди городской элиты и связанный с недавно основанным Лейденским университетом, юный Хьюго нашел бы много возможностей для развития своих значительных талантов в учебе даже в детстве.Его семья научила его греческому и латинскому языкам в раннем возрасте, познакомила с классической письменностью и воспитала в дисциплинах реформатской веры. Его способности к интеллектуальной работе были настолько выдающимися, что его пригласили поступить в Лейденский университет в возрасте одиннадцати лет. В университете мальчик де Гроот стал привилегированным учеником некоторых из самых известных ученых того времени, обнаружив свои таланты во многих предметах гуманитарных и новых наук. Его репутация многообещающего молодого литератора открыла для него ряд дверей в политической жизни того времени, где гуманистический опыт был ценным активом.Наиболее благоприятная из этих возможностей появилась, когда он готовился к жизни за пределами университета. В 1598 году не меньшая фигура, чем Ян ван Олденбарневельт, великий пенсионер и наиболее влиятельная личность в голландской политике, пригласил Гроция сопровождать его делегацию ко французскому двору. Посольство, которое в конечном итоге потерпело неудачу в своей цели возобновить военную поддержку короля против Испании, тем не менее привело Гроция в лоно высокой политики и даже поставило ему на карту репутацию французского двора, когда Генрих IV восхвалял образованную молодежь как «чудо Голландии .«Связи, которые он установил во Франции, позволили Гроцию продлить свое пребывание и получить степень доктора права в Университете Орлеана, прежде чем вернуться в Голландию в следующем году.

Вступив в практику юристом в Гааге, Гроций воспользовался шансом отточить свои риторические навыки и нашел время, чтобы посвятить его разнообразным научным интересам. Его самые ранние сочинения, которые были напечатаны, включали несколько имитаций классических стихов и переводы значительных работ по компасной навигации и астрономии, последние вызвали большой интерес у его друзей, вкладывающих средства в бурно развивающуюся зарубежную торговлю.В 1601 году он опубликовал трагедию Adamus Exul (Адам в изгнании), которая сразу принесла ему признание как поэта; это была работа, которую Джон Мильтон позже изучил, готовя свой «Потерянный рай» . Хотя Гроций ценил эти занятия больше, чем повседневную работу юриста, он всегда стремился угодить своим покровителям и клиентам. Действительно, его самый значительный вклад в политическую мысль сформировался в ходе его профессиональных обязанностей в этот период.

В 1604 году Гроций был вовлечен в нашумевший спор о каперстве в торговле в Юго-Восточной Азии.Объединенная голландская Ост-Индская компания быстро становилась крупным игроком в европейской торговле за рубежом, и Гроций разделял мнение многих своих партнеров, участвовавших в торговле, что компания не только поддержала молодую республику богатством, но и ослабила ее противников. перерезав иберийское господство на восточно-индийских маршрутах. Тем не менее, акты пиратства, совершенные частным предприятием, не находили отклика в общественном мнении многих граждан и союзников. Когда друг, имеющий связи с Компанией, попросил написать краткое обоснование недавнего и очень прибыльного захвата испанского груза, Гроций продолжил не только яростную защиту захвата, но и расследование глубоких принципов права, которые связывали тех, кто разделен нация и культура.Получившаяся в результате рукопись, получившая предварительное название De Indis (Об Индии), никогда не была опубликована полностью, пока не прошло много времени после смерти Гроция (появившаяся в 1868 году как Комментарий к законам о призах и добыче ). Это была первая систематическая работа молодого юриста по проблемам международных отношений, которая во многих отношениях была наиболее философски развитой. Многие из аргументов, изложенных в рукописи, - что существует основной закон природы, определяемый необходимостью примирить самосохранение с общественной жизнью, что власть управлять и даже наказывать вытекает из прав физических лиц до основание гражданских обществ и то, что претензии на юрисдикцию над открытым морем недействительны, - дало бы направление его более поздним работам.

Фактически, последний из этих аргументов появился бы в печати в 1609 году как анонимный памфлет, Mare Liberum (Свободные моря). Брошюра, которую Гроций извлек прямо из текста De Indis , снова послужила интересам тех в голландском политическом и коммерческом истеблишменте, которые настаивали на праве доступа к заграничным маршрутам в ходе продолжающихся переговоров о перемирии с Испанский. В работе утверждалось не только то, что испанские претензии на торговую монополию в Юго-Восточной Азии и в других местах не соответствовали фактам - что это были права, предоставленные папской властью или приобретенные путем справедливого завоевания, - но и что в принципе не было никаких оснований. за любую монополию на выход к морям.Свобода морей была обусловлена ​​самой природой частной собственности. Чтобы владеть вещью в частном порядке, необходимо, чтобы человек мог занимать ее, вынимая ее из обычного магазина, и чтобы можно было полностью ею пользоваться. Море невозможно сдержать, и его слишком много, чтобы немногие могли исчерпать его полезность; следовательно, никто не может получить исключительную собственность на море. Море остается открытым для всех. Этот вопрос имел большое значение для европейских отношений в этот период интенсивного соперничества между стремящимися заграничными империями, и работа Гроция послужила основой для последующих интенсивных дебатов.В течение этого периода своей ранней юридической карьеры он написал ряд других рукописей, затрагивающих вопросы международных отношений, которые, хотя и не были опубликованы, сформировали его более поздние работы по этой теме. Parellelon Rerumpublicarum (составленный 1601-2) исследует концепцию «добросовестности» в отношениях с другими народами посредством некоторых лестных сравнений между обычаями греческого, римского и голландского народов. В своем комментарии к одиннадцати тезисам (около 1602-08) , Гроций разработал понимание господствующей силы государства - его суверенитета - и его отношения к принципам справедливой войны.

Доказав полезность своих талантов правящей элите, звезда Гроция продолжала расти. Он получил признание принца Маурица Оранского, исполнительного и военного лидера Соединенных провинций, когда в 1607 году принц назначил его генеральным прокурором провинций Голландии, Зеландии и Западной Фрисландии. Именно в это время он обручился с молодой женщиной из знатной семьи в Зеландии, Марией ван Рейгерсберх. Ее партнерство и личное мужество помогли семье пережить бурную жизнь, которую молодая пара не могла ожидать во время своей свадьбы в 1608 году.Вскоре Мария родила первого из семи детей. Когда его внимание сместилось с юридической практики на государственную службу, Гроций начал печатать ряд своих работ. Его вторая знаменитая трагедия, Страсти Христовы , вышла в 1608 году, за ней последовали анонимная Mare Liberum в 1609 году и политическая история старой голландской республики De Antiquitate Reipublicae Batavicae в 1610 году. обеспечил идеологический рычаг для утверждения, что Голландия упорствовала в своей республиканской форме правления, несмотря на княжеские претензии Габсбургов.Правящие государства Голландии поручили Гроцию написать подробную историю конфликта с Испанией, которую он представил в 1612 году. Штаты отказались, вероятно, из-за деликатного перемирия, публиковать произведение, оставив Annales et Historiae de Rebus Belgicus отдыхал до тех пор, пока его сыновья не объявили его посмертно в 1657 году. Возможность занять более высокий пост снова появилась, когда в 1612 году городской совет Роттердама предложил Гроцию пост мэра пенсионера. Этот титул принес с собой место в штатах Голландии, где он будет более тесно сотрудничать со своим наставником Олденбарневельтом и ключевыми игроками в провинциальной и национальной политике.

Политическая полемика, которая в конечном итоге определит срок пребывания Гроция у власти, началась с небольшого шума, когда в 1608 году профессор теологии Лейденского университета Якоб Арминий выдвинул доктрину, которая бросила вызов ключевым чертам господствующей кальвинистской ортодоксии в отношении предопределение (см. ниже: Иренизм и толерантность). Официальные лица и богословы кальвинистской церкви резко выступили против проповеди такой точки зрения. Хотя Арминий умер в следующем году, конфликт обострился таким образом, что церковный истеблишмент столкнулся с гражданскими властями по вопросу о том, кто может решать такие доктринальные споры.Гроций разделял со многими в правительстве Голландии некоторые симпатии к арминианскому воззрению, но, прежде всего, стремление не допустить, чтобы такие дела нарушали мир. В это время он составлял рукопись, основанную на идее о том, что все религии разделяют набор основных доктрин, точку зрения, способную способствовать определенному беспристрастию в отношении ссор по тонкостям богословия. В любом случае это была политическая позиция, которую одобрял Гроций, и, хотя он никогда не публиковал рукопись Meletius , он разработал несколько работ о роли государства в управлении конфликтами из-за религии.Брошюра, Ordinum Hollandiae et Westfrisiae pietas (1613), защищала «благочестие» правительств Голландии и Вестфрисландии, проводя политику терпимости, которая позволяла арминианам проповедовать свою инакомыслие. Сам Гроций разработал политику, которая не имела своей цели умиротворить фракции и фактически обострила конфликт между гражданской и церковной властями. Убежденный, что религиозная практика является предметом заботы гражданских магистратов, Гроций приступил к обоснованию своих взглядов в более обширном трактате. De Imperio Summarum Potestatum circa Sacra утверждал, что во избежание конфликта прав в государстве должен быть только один высший орган власти в отношении того, как следует практиковать религию, который в силу своего мандата поддерживать гражданский мир и формировать ответственных граждан власть должна перейти под власть гражданской, и что гражданские магистраты поступят правильно, если ограничат свои суждения основными доктринами, разработанными Гроцием в Мелетием . Он разработал, хотя и не опубликовал, рукопись De Imperio , поскольку политический конфликт продолжал обостряться в 1614-17 годах.Его симпатии к арминианскому богословию также росли в этот период, и в 1617 году он взял на себя ответственность отвергнуть обвинения в ереси, опубликовав богословский труд Defensio Fidei Catholicae de Satisfactione Christi adversus Faustum Socinum .

По мере того как Гроций втягивался в полемику, она стала поглощать национальную политику. Ортодоксальные кальвинисты, которые составляли большинство на национальном уровне и теперь пользовались поддержкой принца Маурица, требовали национального синода для решения этого вопроса.Это привело к противостоянию между Маурицем, национальным исполнительным органом и командующим вооруженными силами, и Олденбарневельтом, наиболее влиятельной фигурой в ассамблее Штатов. Олденбарневельт возглавил элиту Голландии, включая Гроция, в блокировании синода и управлении спором на провинциальном уровне. Кульминацией этой политики стало решение, когда в 1617 году вспыхнули беспорядки, разрешить местным ополчениям подавить беспорядки. Мауриц осудил этот акт как преступление против его военной власти и воспользовался возможностью переломить ситуацию против своих политических противников.В конце продолжительной политической и военной кампании по вытеснению арминианских сторонников из истеблишмента он приказал арестовать Олденбарневельта и его ключевых сторонников в августе 1618 года. Гроций со своим наставником были заключены в тюрьму и преданы суду. Был запланирован национальный синод, знаменитый Дортский Синод. Хотя Гроций был возмущен военным переворотом против суверенных институтов Голландии, он спокойно подал прошение Маурицу и национальным Генеральным штатам безрезультатно. Судебные процессы начались в следующем году, и Гроций увидел, что его наставник приговорен к смертной казни за государственную измену.18 мая 1619 года ему был вынесен собственный приговор: конфискация имущества и пожизненное заключение.

Хотя он будет бороться до конца своей жизни, чтобы оправдать себя и снять позор обвинений с себя и своей семьи, Гроций в возрасте тридцати шести лет вступил в свой срок заключения в замке Ловесттайн. Единственным утешением его заключения было то, что его семье было разрешено проживать с ним, и что во время ее регулярных отпусков его жена Мария могла приносить книги и бумаги.Ученый смог использовать свою изоляцию для достижения более высокой цели. В Ловестейне Гроций возобновил ряд запущенных проектов. Он написал, полностью в дидактических стихах, более систематизированное изложение своего взгляда на то, что есть существенные элементы, общие для всех религий, и что доктрины христианства распознаются с помощью разума как наиболее последовательное и высшее выражение общей веры. Этот труд, первоначально составленный на голландском языке, послужит основой для его известного De Veritate Religionis Christiane (Истина христианской религии).Работая в области права и истории права, он задумал написать подробное руководство по юриспруденции Голландии на просторечии голландского языка. Более поздняя публикация, в 1631 году, Inleidinge к Hollandsche Rechts-geleerdheid (Введение в юриспруденцию Голландии) в конечном итоге придала его книге статус в голландском законодательстве, аналогичный комментариям Блэкстоуна в английской системе. Гроций был убежден, что он может добиться такого же упорядоченного отношения к концепциям, принципам и прецедентам, регулирующим отношения на международном уровне.Запертый в стенах своей камеры, он обратился к глобальному взгляду на человеческие дела и подготовил части того, что стало масштабным трактатом, De Jure Belli ac Pacis (Права войны и мира). В то же время Гроций заглядывал за стены Ловесттайна с мыслью о более непосредственной схеме: побег. Он знал, что у него была поддержка при дворе Людовика XIII во Франции, и его надежды на восстановление были направлены в сторону Парижа. Мария и молодая служанка семьи Эльсе ван Хаувенинг разработали план побега.22 марта 1621 года Мария организовала доставку сундука с книгами в соседний город Горкум, затем помогла своему мужу залезть в тесный сундук и наблюдала, как Эльсье сопровождает охранников, когда они невольно передают своего пленника в руки друзей. Месяц спустя Гроций был в Париже, разлученный со своей семьей, изгнанный из любимой страны, но на свободе.

За долгое время, проведенное Гроцием в изгнании, были опубликованы его наиболее известные работы. Заручившись поддержкой Людовика XIII и воссоединившись со своей семьей, он подготовил несколько рукописей, которые, как он надеялся, вернут ему известность.Апологетический , , появившийся в 1622 году, был прямо к цели: он содержал полную защиту его поведения как государственного чиновника Голландии. Несмотря на его искренние призывы к лояльности и все усилия своих друзей, Генеральные штаты отвергли его аргументы и назначили за него награду. Он обратил свое внимание на научные проекты, начатые в Ловесттайне. Трактат о всеобщем законе природы и народов, разделенный на три огромных книги, вырос из размышлений на эту тему, которые он начал двадцать лет назад.В его первой книге был разработан отчет о естественной справедливости, столь важный для его ранних рассуждений о торговле в Юго-Восточной Азии, и изложены широкие рамки для суждения о «спорах любого и всякого рода, которые могут возникнуть» (JBP IIi). между политически суверенными образованиями, частными партиями или конкурирующими лагерями внутри государства. В длинной второй книге содержится обоснование прав на личность, собственность и суверенитет (темы, которые он пересматривал из Mare Liberum и его неопубликованных комментариев) и подробное рассмотрение способов приобретения, передачи, утраты таких прав, и защищен обращением к войне.Третья книга, драматизирующая разрыв между преобладающими обычаями ведения войны и требованиями, предъявляемыми к нам более гуманной совестью, рассматривает ответственность сторон по отношению ко всем тем, кого они затрагивают в военное время, и в поддержании добросовестности в усилиях по построению мира. Многие аргументы в этой работе были придуманы в ходе карьеры Гроция как адвоката и государственного должностного лица, хотя в «Пролегоменах » к трактату он настаивает на том, что его взгляд в работе - взгляд математика, абстрагирующегося от конкретных фактов и противоречий. дня.Когда первое издание De Jure Belli ac Pacis появилось в 1625 году, у его читателей не было недостатка в конфликтах, к которым можно было применить его идеи о войне и мире, от кампаний завоеваний и присвоений за границей до давно бушующих. религиозные конфликты на континенте, которые перерастали в Тридцатилетнюю войну.

Гроций, находясь во Франции, продолжал писать и посещать ученых. Его латинское издание The Truth of Christian Religion вышло в 1627 году.Это станет его самой читаемой и переводимой работой. Несмотря на ненадежность его пенсии от короля Людовика, он отклонил несколько заманчивых предложений служить дипломатом для других стран и вместо этого возобновил свои усилия по восстановлению своего положения в Нидерландах. После смерти принца Маурица Гроций вернулся в Голландию в 1631 году в надежде снискать расположение нового принца Оранского, Фредерика Генри, но ордер на арест от Генеральных штатов вынудил его бежать и искать убежище в Гамбурге.Гроций с женой оставались в городе более двух лет без особых перспектив. Он задумал сочинить третью крупную трагедию, Sophompaneas (Joseph), которая должна появиться в 1635 году. К тому времени его работа над законами войны открыла ему возможности. В 1634 году его вызвали на встречу с верховным канцлером Швеции Оксеншерной, который сообщил ему, что недавно убитый король Густав Адольф был большим поклонником De Jure Belli и выразил желание привлечь Гроция на службу Швеции.Швеция, будучи крупной державой, стала защитником протестантского дела в кровопролитной войне, охватившей Европу, и Гроция попросили дать совет молодой королеве и стать ее послом в другой ключевой державе, Франции. Положение требовало, чтобы он отказался от голландского гражданства, чтобы заявить о своей лояльности шведской короне. Хотя он никогда не отказывался от надежды вернуться в свой дом, он согласился. Семья де Гроот снова поселилась в Париже.

В качестве посла Гроциусу было поручено вести переговоры об условиях французской поддержки протестантского союза.Отношения были особенно напряженными из-за деликатного положения, которое французская корона под руководством кардинала Ришелье заняла между своей оппозицией власти Габсбургов и защитой католицизма. По мере того как Франция все чаще вступала в битву, большая часть обязанностей Гроция была направлена ​​на военные действия. Однако его научные проекты конца 1630-40-х годов ставили своей целью давно заветную цель: примирение и мир в христианском сообществе. В 1638 году он начал с комментария к Священному Писанию, который опровергает протестантскую риторику, обвиняющую Папу в антихристе.В том же году он пропустил через амстердамскую прессу анонимный трактат, защищающий мирское управление Евхаристией. Затем он выпустил два длинных сборника аннотаций, одну к Новому Завету, а другую к Ветхому, в которых подчеркивалась этическая роль Священных Писаний по более спорным вопросам богословия. Основываясь на идее общих основных доктрин, которые он исследовал в своих ранних рукописях, он откровенно продвигал свое видение примиренной веры в призыве, напечатанном в Париже в 1642 году, Via ad Pacem Ecclesiasticam (Путь к церковному миру).Гроций возлагал большие надежды на то, что пришло время для этого видения, но он был разочарован, когда его аргументы были поглощены тем же старым сектантским купоросом.

Пережив шестидесятилетний возраст, Гроций с некоторым облегчением встретил свое возвращение в шведский суд в 1645 году. Королева предложила поселить его семью в Швеции, но вместо этого он попросил паспорт, чтобы он мог воссоединиться с Марией и искать возможности в другом месте. Он отправился в путь в августе в разгар ужасного шторма, который повредил корабль и омыл его на побережье Германии.Испытание оставило его больным и обветшалым. С помощью слуг он добрался до города Росток, где нашел приют. Его состояние ухудшилось, и смерть наступила 28 августа 1645 года. Были приняты меры, чтобы перевезти его останки в Делфт, где город, где он родился, удостоил его той чести, которую он не смог вернуть при жизни, похоронив свое тело в Новой Керк рядом с самые известные деятели республики. Мария переселилась в Голландию, и их сыновья приступили к подготовке на основе бумаг Гроция обновленных изданий и ранее не публиковавшихся рукописей для печати. De Jure Belli ac Pacis , в частности, будет иметь непреходящее влияние, поскольку философы Просвещения следующих поколений воспользуются его рамками естественной юриспруденции как моделью для современной науки о праве и морали. Его работа станет отправной точкой для тех естественных юристов, которые занимаются правом между народами, от Пуфендорфа и Барбейрака до Томазиуса и Ваттеля. Это вдохновило бы радикальные идеи о естественных правах и социальном контракте в англо-американских политических дискурсах Гоббса, Локка, Джефферсона и Мэдисона.Для шотландского Просвещения потребовалось бы чтение, разъяснение моральных теорий Кармайкла, Хатчесона, Юма и Смита. По мере того как естественная юриспруденция уступила место позитивизму и идеализму в европейской мысли 19 -го -го века, место Гроция в моральной и политической теории отступило, но его работы будут восстановлены в контексте возникающих идей о международном правопорядке в качестве следующего Приближался век. Его работы сегодня наиболее широко известны среди тех, кто работает в области международных отношений и права, хотя его вклад в политическую мысль, этику и философию религии быстро расширяется.

2. Иренизм и толерантность

В политике Голландской республики и в отношении более широкой религиозной розни в Европе Гроций проявил себя как иреницист, тот, кто стремится объединить различные деноминации христианства. Подстрекательские конфликты между христианскими церквями, которые оставались постоянной причиной войн и потрясений в политической жизни европейских обществ, по мнению Гроция, во многом объяснялись крайностями догматизма (см. Heering 2004).Если бы догматические претензии можно было свести к приемлемому набору основных постулатов, рассуждал он, тогда у различных сект были бы основания для сотрудничества в целях воссоединения христианской церкви, позволяя при этом оспаривать более эзотерические вопросы, не создавая угрозы миру. Эта надежда на христианский мир и единство характеризует теологически ориентированные работы Гроция с его ранних Meletius (1611) по Via ad Pacem Ecclesiasticam (1642) среди его последних работ в разгар Тридцатилетней войны.

а. Религия и гражданская власть

В первые десятилетия XVII, -го, -го века, когда Гроций только начинал свою карьеру в голландской политике, нарастала температура богословского спора о спасении и свободе воли. Реформированные церкви, пользующиеся поддержкой гражданских властей, были основаны на ортодоксальной кальвинистской доктрине. Стандартный кальвинистский взгляд на спасение утверждал, что выбор Богом того, кто будет спасен, предшествовал акту творения; Следовательно, эта благодать не была статусом, который можно было заработать добрыми делами, а скорее была предопределена.Эта точка зрения соответствовала преобладающим протестантским толкованиям Священного Писания и отражала социальное и этическое мировоззрение, которое было убедительным для реформаторов. Тем не менее, эта точка зрения также содержала тревожный с этической точки зрения подтекст, что индивидуальный выбор не имеет значения для того, как человек стоит с Богом, и, как утверждал лейденский профессор богословия Якоб Арминий, не учел элементы Священного Писания, которые, казалось, признавали роль человеческая воля. Арминий утверждал, что спасительная благодать Божья предлагается каждому, при этом он все еще принимал основную кальвинистскую предпосылку о том, что до любого человеческого действия Бог уже определил, кого Он на самом деле изберет для вечного счастья.Парадокс можно разрешить, признав, что Божьей благодати можно противостоять. Это элегантное решение позволило Арминию учесть свободу человеческой воли, сохранив при этом ключевой протестантский постулат, согласно которому только благодать, а не действие, делает избранных. Арминианский взгляд на спасение, опираясь на проясняющую аналогию Ричарда Така, понимает, что Божье предложение благодати избранным очень похоже на предложение родителей купить что-то для ребенка: «ребенок может отказаться от предложения, но не может купить подарок. сам »(Так, 1993, стр.182). Представляя собой значительный пересмотр ортодоксального кальвинизма, эта точка зрения оставалась совместимой с более широкой доктриной.

Политический вопрос, однако, заключался в том, следует ли разрешить сторонникам арминианской позиции проповедовать ее в официально учрежденных церквях. Работы Гроция этого периода сталкиваются как с теологическими, так и с политическими аспектами дискуссии. В вопросе богословия он симпатизировал Арминию, и его защита этой точки зрения привела к публикации существенного De Satisfactione (опубликовано в 1617 году), который отличал многие арминианские догматы от «социанских» ересей, обвиняемых противники взгляда.В политическом плане арминианские проповедники стремились проводить политику терпимости в общественных церквях. Гроций и другие союзники Олденбарневельта признали преимущества такой политики для сохранения спокойствия в республике. Что характерно, Гроций считал, что эта политика основана на философских проблемах. Еще в (неопубликованной) рукописи Meletius (1611) он разрабатывал философию религии, согласно которой все религии разделяли основные убеждения о природе божественности и ее роли в человеческой жизни.Хотя эта точка зрения подчеркивает общность, она не предполагает плюрализма. Религиозная традиция может обладать более сильной претензией на истину, чем другие, в силу ее согласованности с центральными доктринами и достоверности ее подтверждающих свидетельств; для Гроция этот титул носило христианство. (Эта защита христианства наиболее полно развита в наиболее широко публикуемой и популярной работе Гроция, Об истине христианской религии, .) Однако христианская традиция также имела дополнительный набор основных доктрин, которые были необходимы для правильного поклонения и для развития ответственного гражданства.Церковь могла поддерживать дружеские дискуссии по более тонким вопросам богословия, если они твердо основывались на необходимых догматах веры. Эта философская концепция, хотя в то время еще не была полностью обнародована, лежала в основе отстаивания Гроцием политики терпимости, которую в конечном итоге примут Штаты Голландии.

Гроций хорошо понимал, что эта политика требовала не только оправдания, но и легитимности: определяя приемлемые доктрины, гражданская власть заявляла о себе в священных делах.Гроций обратился к этому вопросу в своей брошюре 1613 года, защищающей политику терпимости, Ordinum Hollandiae et Westfrisiae pietas , и развил аргумент в пользу центральных принципов в крупном эссе о власти гражданского правительства над публичной религиозной практикой. De Imperio Summarum Potestatum circa sacra (1614-17, неопубликовано) утверждал, что верховная гражданская власть обладает законной властью по всем вопросам, касающимся общественных интересов, священных или мирских.Помимо того, что Гроций находит поддержку в Священных Писаниях и традициях, Гроций основывает свой аргумент на простом аристотелевском аргументе о том, что, поскольку команды нескольких авторитетов допускают противоречивые обязательства, в юрисдикции может быть только один высший авторитет (гл. 1). Таким образом, обладание этой властью позволяет верховной власти сохранять гражданский мир, а также способствовать, посредством влияния религии, формированию послушных и честных граждан. Таким образом, основная часть работы посвящена отстаиванию правдоподобия этого вывода путем устранения заблуждений и примирения его как с разнообразием форм политической и правовой организации, так и с особым призванием церкви.Признание авторитета гражданской власти в религиозных вопросах, утверждает Гроций, не означает, что магистраты компетентны определять истинность всех тонкостей богословия: мудрый правитель воспользуется советом самых надежных пасторов. Обладая еще большей мудростью, правитель поступил бы хорошо, если бы воздержался от произнесения всего, кроме самых важных догматов веры, тех, которые необходимы для спасения (гл. 6, 9). В качестве примера несущественного вопроса, в котором рекомендуется «благоразумное молчание», он предлагает эти «вопросы о порядке предопределения и примирения человеческой свободной воли с благодатью» (там же).Политика Штатов Голландии в этих рамках была формой сдерживания: политика определяла границы допустимой доктрины в той точке, которая поставила бы под угрозу спасение тех, кто ее принимает, в то же время позволяя разногласиям внутри этих границ играть сами за себя. вне. Такова была рекомендация Гроция как в теории, так и на практике. В сущности, однако, эта политика имела силу не с точки зрения ее похвальной терпимости, а с точки зрения Эрастиана. (Цитаты в работе признают влияние Томаса Эрастуса, который поколением ранее выступал за верховную власть государства в управлении церковью.) Центральная позиция De imperio заключалась в том, что любая политика, изданная гражданской властью, будет действительна до тех пор, пока она не противоречит воле Бога. То, что эта позиция Эрастиана оставляла место для терпимости и способствовала гражданскому миру, только добавляло ей привлекательности.

г. Отношения с нехристианами

Принцип терпимости руководил Гроцием в урегулировании арминианского конфликта, а также служил идеалом в его взглядах на отношения с нехристианами. Среди групп, нашедших убежище в Нидерландах от инквизиции, были португальские евреи, и Гроция, когда он работал государственным должностным лицом, попросили пересмотреть, какой должна быть политика государства в отношении присутствия и религиозных практик еврейских общин.Его Remonstrantie по этому вопросу было частью его развивающейся философии общественной религии: еврейское поклонение могло соответствовать государственному интересу к религии, поскольку иудаизм принимал фундаментальные доктрины относительно существования Бога и заботы о человеческом поведении. Политическая рекомендация заключалась в том, чтобы предоставить евреям гражданские свободы и свободу вероисповедания при определенных ограничениях, которые послужили бы «защите» спасения христиан. Это означало, например, что еврейские синагоги не будут пользоваться той же свободой проповедовать христианской аудитории, которую можно было бы предоставить арминианским и кальвинистским спорщикам, но Гроций утверждал, что этот обремененный статус предпочтительнее других вариантов в этой области.Он выступал против принуждения евреев к христианству на том основании, что такая политика непоследовательна, поскольку вера не может быть принудительной, а также греховной, поскольку она побуждает людей к ложным профессиям. Альтернативой было полное запрещение еврейского культа, но это способствовало бы безбожию, что было бы невыносимо. Наконец, тем, кто призывал к изгнанию, Гроций дал устойчивый ответ, частично основанный на принципах естественного права: социальные связи, которые природа устанавливает между людьми, не должны разорваться, кроме как в качестве наказания за преступление.Еврейские обычаи не нарушали естественный закон, и их вера поддерживала гражданскую жизнь. Поэтому было правильным, чтобы христиане и евреи разделяли общественное устройство на основе общих принципов общественного порядка и справедливости.

Такой же баланс между христианскими привилегиями и возможностью мирного сотрудничества лежал в основе подхода Гроция к расширению отношений между европейцами и нехристианскими обществами по всему миру. Принципы естественной справедливости De Jure Belli ac pacis , обосновывающие притязания на суверенитет, собственность и выполнение пактов, были действительны и обязательны в любой человеческой встрече, не требуя особого отношения к Богу.Принципы обяжут нас, по известной фразе Гроция, «даже если мы признаем ( etiamsi daremus ) то, что не может быть допущено без величайшего зла, что нет Бога или что дела людей не имеют значения. Ему »(JBP Prol. 11). Взаимное признание естественного права обеспечивает основу для любых двух сторон, чтобы прийти к справедливым и мирным условиям сотрудничества, в первую очередь тех, которые касаются торговли и союзов. Это не означало, что все религиозные обряды соответствовали законам природы.Поскольку чувства справедливости недостаточно для того, чтобы постоянно мотивировать людей поступать правильно, человеческое общество в целом, даже больше, чем гражданское общество, зависит от религии в поддержании порядка и воспитании уважения к ее нормам (см. JBP Prol.20 и II.XX. XLIV.6). Отказ от Бога подразумевает не только «крайнее зло», но и преступное пренебрежение к человеческому обществу. В самом деле, два принципа, которые выделяет Гроций, - что есть Бог и что человеческие дела беспокоят Его, - составляют то, что он считает стержнем религиозной веры, присутствующей во всех обществах.Те, кто противостоит этим основным убеждениям, могут быть наказаны войной, если это необходимо, но различия между религиями сами по себе не являются основанием для войны (JBP II.XX.XLVI-XLVIII). Язычники, политеисты, евреи и мусульмане могут не принимать «истины» христианства, но их участие в общей вере поддерживает основную этическую структуру общества. Христианство, даже при нехристианских правителях, все же имеет эту привилегию: в силу своего притязания на истину его приверженцы не должны быть наказаны за проповедь Евангелия (JBP II.XX.XLIX). Право на подавление религиозной доктрины, которое De imperio требовало для гражданской власти, распространяется только на учения, не являющиеся необходимыми для христианского спасения.

г. Христианское единство и мир

Привилегированный статус христианства среди мировых религий является предметом Истина христианской религии . Как и в De Jure Belli , написанном примерно в то же время, Гроций утверждает, что базовое понимание божественности и ее роли в мире доступно только благодаря использованию естественной способности разума.Такие истины включают не только существование и провидение Бога, но также Его единство, совершенство, причинную ответственность за все происходящее и суд в загробной жизни. Доказательства, предлагаемые Гроцием, не являются оригинальными, но заимствованы из источников, как древних, так и недавних, поскольку люди разной степени искушенности уже давно могут рассуждать о необходимой и единственной `` первопричине '' и понять, что совершенная природа такой причины не пренебрегает благом всего творения (гл. 1).Хотя некоторые из этих моментов требуют более тонкого мышления, чем другие, в принципе все люди могут прийти к выводам путем рационального размышления. Однако Христос известен из истории. Чтобы узнать об искуплении и о том, что требуется для спасения, человеку нужен доступ к конкретным фактам о пришествии Христа и Его призвании к верным. Соответствующие факты, тем не менее, подтверждаются разумными выводами, основанными на достоверных свидетельствах (евангелистов), консенсусе историков и свидетельствах совершенных чудес.Этот проект получения религиозного знания посредством рационального исследования - это то, что более поздние философы назвали «естественной религией». Примечательно, что Гроций утверждает, что эти факты получают дальнейшее подтверждение, если признать, что доктрины христианства имеют наибольшую внутреннюю привлекательность. Евангелие имеет такую ​​привлекательность благодаря обещанной им награде (вечное блаженство души), качеству его этических учений (послушание из любви, а не страха, проявление любви к ближним и врагам и т. Д.) И безупречный характер своего учителя, Христа (гл.2). Опыт и рациональное рассмотрение, будучи достаточными для установления истинности христианства, могут не так убедительно, как умозаключения на основе простого разума. В самом деле, немедленное принятие невозможно без помощи Бога. На этом основании Гроций утверждал в De Jure Belli , что нельзя ни наказывать тех, кто не принимает христианство, ни навязывать веру силой (II.XX.XLVIII). Христианам было бы лучше произвести впечатление на неверующих своим этическим примером и предложить убедительные аргументы в пользу обращения.

С этой целью De Veritate предоставляет подробное опровержение других конфессий. Хотя его аргументы показывают, что Гроций предпринял серьезное исследование нехристианских религий - с помощью таких друзей, как еврейский и арабский ученый Томас Эрпениус - некоторые из его характеристик далеки от щедрости, повторяя старые оскорбления о враждебности евреев по отношению к христианам и насильственный характер ислама. В конце концов, аргументы книги были рассчитаны на несколько целей.Гроций рассчитывал, что книга будет особенно полезна морякам, которые, путешествуя по многим уголкам земли для установления торговых интересов Голландии, столкнутся с поразительным разнообразием религиозных верований, которые могли бы не только ускользнуть от их попыток убеждения, но и бросить вызов их собственной вере. . В первую очередь, христианский читатель может нуждаться в уверенности в особом притязании Евангелия на истину.

Гроций надеялся, что De Veritate окажет на своих христианских читателей дальнейшее воздействие, заключающееся в том, чтобы убедить их, что в диапазоне религиозного разнообразия сходства между христианами гораздо более значительны, чем различия.Программа иренизма, которую Гроций проводил в последние годы своей жизни, имела два основных направления. Первая представила карту христианского воссоединения, основанную на минимальном соглашении относительно основных доктрин, за пределами которого можно было бы учесть некоторые различия веры и практики. Второй побуждал христиан признать, что наиболее важные уроки, которые следует извлечь из Священного Писания, - это его этические учения, а не догмы. Это была простая, практическая вера, которая, как он видел, отражалась в самом раннем христианском сообществе и в христианских гуманистах, таких как Эразм, которым он так восхищался.Это была также вера, достойными хранителями которой могли быть гражданские власти, ответственные за гражданский мир и добродетель.

3. Суверенитет и империализм

Политическую и международную мысли Гроция связывает его концепция суверенитета, высшего права управления ( summum imperium ). Признаком суверенной власти является то, что она «не может быть аннулирована какой-либо другой человеческой волей» (JBP, I.III.viii). Внутри государства это высшая власть; на международном уровне он сталкивается с другими суверенными державами, среди которых ни одна из них не имеет преимущественного права.

а. Разделимый суверенитет

Основная идея в трактовке Гроция суверенитета, как и в его трактовке прав в целом, заключается в том, что системы прав радикально изменяются посредством того, как люди предпочитают распоряжаться этими правами. В результате общества будут сильно различаться в том, как они организуют полномочия суверенитета. Философы могут отстаивать преимущества того или иного плана, «но поскольку существует несколько способов жизни, одни лучше других, и каждый может выбрать из всех этих видов то, что ему нравится; Таким образом, люди могут выбирать, какую форму правления они хотят: и право, которое суверен имеет над своими подданными, измеряется не той или иной формой, о которой разные люди имеют разные мнения, а степенью воли тех, кто даровал ему это »(JBP I.III.viii). Что оправдывает схему прав, так это то, что она возникла из исторического выбора их законных владельцев, а не из каких-либо особенностей ее формы. Этот принцип давал Гроцию большую гибкость в защите различных политических договоренностей при условии, что исторические факты данного общества будут подыгрывать ему.

С одной стороны, Гроций был в состоянии выступить против роялистов, которые стремились определить суверенитет как неделимый пакет прерогатив, которые могут быть переданы только единственной воле.Гроций принимает это утверждение, которое Жан Боден выдвинул поколением ранее, за чистую монету, но рассматривает неделимость как чисто концептуальный момент: установление гражданской власти в обществе состоит в сборе определенного пакета правительственных прав и в определении того, кто будет их придерживаться. власть в высшей степени. Право на управление приходит как единое целое, но общество может, если захочет, назначить разных владельцев для различных прав.

Гроций развил эту позицию в начале своей карьеры в неопубликованной рукописи, которую он назвал Комментарий к одиннадцати тезисам. Практическая делимость суверенитета является необходимой предпосылкой для политического аргумента в работе, защищающей продолжающуюся войну Голландии против правления короля Испании. В отличие от более ранних апологетов, Гроций воспринимает войну не как восстание, основанное на праве народа сопротивляться тираническому правителю, а как войну между суверенными державами (см. Борщберг, 1994, стр. 169 и далее, и Кин, 2002, стр. 45 и далее). Если изучить историю прав в голландском случае, утверждает Гроций, можно обнаружить, что голландцы не передали все управляющие права принцу, хотя некоторые из них, в частности, право взимать налоги, зарезервировали за Штатами Голландии.Обладая верховной властью по многим вопросам, испанский король стремился узурпировать новую верховную власть у Штатов, что дало им справедливую причину для ведения войны в защиту своих прав. Выражаясь языком суверенитета, король не обладал правом аннулировать волю штатов, когда дело доходило до налогообложения, точно так же, как это конкретное право штатов не могло аннулировать права короля в других вопросах: каждый был верховным в пределах объем собственных полномочий (см. JBP I.IV.xiii).Гроций сохранил и систематизировал эту концепцию делимого суверенитета в De Jure Belli , где он также рассмотрел критику в отношении того, что такие договоренности, основанные на разделении властей, были рецептами для гражданской войны. Его ответ настаивает на принципе, с которого он начал: хотя можно указать на неудобства в любых договоренностях, единственный важный вопрос в вопросах права - были ли эти договоренности выбранными (I.III.xvii).

На другой стороне политического спектра Гроций выступал против теорий народного суверенитета.Позиция мыслителей-конституционалистов, например тех, кто из числа реформаторов-гугенотов, которых впоследствии стали называть «монархомахами», заключалась в том, что право королей на правление вытекает из прав народа; поскольку некоторые из этих прав неотчуждаемы, представители народа сохраняют за собой право сопротивляться режиму, который тиранически узурпирует эти права. В ответ Гроций признал, что права исходят от народа, но утверждал, что люди могут по своему выбору отчуждать любые права, которые они пожелают, вплоть до крайнего порабощения себя другому (JBP, I.III.viii). Таким образом, полное подчинение абсолютному монарху вполне возможно и согласуется с историей политического устройства многих обществ. Гибкий подход Гроция позволил ему одной стороной отстаивать республиканские принципы, живущие в голландских провинциях, а другой - подкреплять абсолютистские претензии своих более поздних покровителей. В защиту последнего утверждения мы обнаруживаем, что Гроций даже воздал должное устаревшей доктрине Аристотеля о том, что некоторые люди от природы подходят для того, чтобы быть рабами.Важно отметить, что Гроций не признает эту доктрину как основание для навязывания рабства, а, скорее, перепрофилирует ее: доктрина может объяснить, почему один народ может по собственному желанию передать свои полные права более разумному правительству другого. Оказывается, неспособность к самоуправлению - лишь одно из многих соображений, которые могут повлиять на выбор формы правления.

г. Сопротивление, война и империя

Понимание Гроцием суверенитета имеет несколько значений для его теории справедливой войны.Первый касается его позиции по «праву сопротивления», горячо обсуждаемому вопросу о том, может ли подчиненный народ когда-либо справедливо свергнуть правителя за плохое управление. Хотя Гроций отвергает аргументы конституционалистов, которые оставляют за народом неотъемлемые права, он находит способ сохранить это обоснование сопротивления в более ограниченной форме. Маловероятно, чтобы большинство гражданских обществ было основано на полном подчинении. В отсутствие четких доказательств того, что субъекты полностью лишили своих прав своих прав, следует предположить, что рациональные люди сохранили бы свои самые основные права против произвольного обращения.Эта презумпция применима только в случаях «крайней необходимости», например, когда правительство направляет свой меч на невинных подданных, и только тогда, когда сопротивление может быть оказано без создания еще более кровавого гражданского конфликта (I.VI.vii). Когда Гроций ссылается на этот аргумент, исходя из крайней необходимости, он полагается на то, что Ричард Так назвал своего рода интерпретирующей благотворительностью (1979, с. 79-80): поскольку гражданская власть - это человеческий институт, границы которого определяются волей тех, кто кто его учредил, следует отдать должное учредителям с намерениями, которые будут рационально продвигать, а не подрывать цели гражданского объединения.(Сравните параллельные рассуждения об ограничении прав собственности, II.II.vi.) Во-вторых, Гроций отводит роль в этом контексте гуманитарному вмешательству третьей стороны. Даже если окажется, что подданные должны выдерживать самые произвольные нападения со стороны своего суверена, третья сторона останется свободной от особых обязательств, которые ограничивают сопротивление подданных, и могут вмешаться от их имени. Такое вмешательство следует предпринимать только тогда, когда очевидно, что правительство совершает грубую несправедливость по отношению к своему народу - «такие тирании над подданными, которую не может одобрить ни один хороший человек из живущих» (JBP II.XXV.viii). Третий вывод касается сложного отношения Гроция к империализму. Защищая легитимность различных форм политической власти, он отвергает принцип, лежащий в основе тех форм империализма, которые стремятся навязать более просвещенную форму правления на благо управляемых. В другом месте в De Jure Belli он явно опровергает аргумент о том, что рабство может быть наложено на тех, кто может быть естественным образом приспособлен к нему (II.XXII.xii), и критикует тех, кто претендует на право «открытия» земель, уже занятых, предположительно, менее значимыми. просвещенный народ (II.XXII.ix). В этом он согласен с более ранними критиками испанских завоеваний, такими как Франсиско де Витория и Бартоломе де лас Касас.

Стратегии коммерческого империализма, характерные для голландской практики, нашли гораздо больше поддержки в теории справедливой войны Гроциуса (см. В целом Tuck 1999 ch. 3, van Ittersum 2006, Wilson 2008, Thomson 2009). Вся проблема De Jure Belli заключается в том, как справедливо разрешать разногласия в делах тех, кто не живет в рамках общей системы гражданского права.В контексте глобальной торговли такие сделки будут включать претензии частных лиц, а также претензии королей и государств. В конечном итоге каждая сторона, если она действует за пределами юрисдикции общего суда, должна судить спор на основе применимых стандартов естественного, обычного, государственного и божественного права. Примечательно, что Гроций утверждает, что такие отношения могут быть мирными до тех пор, пока участники имеют четкое понимание закона и придерживаются норм справедливости, равноправия, умеренности и гуманности.Тем не менее, так же, как судьи должным образом подкрепляют свои решения силой, участники спора имеют право возместить травмы с помощью войны. При правильном использовании De Jure Belli предоставит всем сторонам четкое представление о том, как закон применяется к различным спорам, и обучит их тому, как выносить справедливые и ответственные решения. Однако при правильном использовании это также дало бы торговым державам гибкость для использования своих договоренностей с неевропейцами и оправдания для поддержки этих договоренностей с применением силы.Одной из уловок, которую он позволил, было посягательство на местный суверенитет (см. Кин 2002, стр. 48ff и 79ff). Позиция Гроция заключалась в том, что правители-нехристиане могли обладать полными правами на суверенитет, но его взгляд на суверенитет заключался в том, что его знаки могут быть разделены между различными держателями. Иностранная торговая держава могла вступить в союз с правителем, который требовал от него, например, предоставления земли для торговой «фабрики» или поставки рабочей силы своего народа. Эти договоренности сами по себе не передают никаких признаков суверенитета, но Гроций утверждает, что, если иностранная держава (несправедливо) узурпирует это право с течением времени, не подвергаясь оспариванию, ее «длительное владение» дает ей право на суверенитет. всего (JBP I.III.XXI.10-11). Поскольку знаки суверенитета могут быть разделены таким образом, иностранная власть может взять на себя ограниченные права самостоятельно, не будучи виновной в узурпации более широкой власти короля. Однако, как только ограниченное право было установлено, его также можно было защитить силой, если король попытается восстановить свою власть (по тому же праву, что голландцы защищали свой ограниченный суверенитет от амбиций своего испанского повелителя). Если бы правители Юго-Восточной Азии прочитали труд Гроция, они могли бы найти полезное предупреждение о рисках связывания с могущественным союзником; читатели из европейского меркантильного класса также увидят его полезность.

Рамки естественного права De Jure Belli также позволяют сторонам договора приходить к своим собственным суждениям о том, как интерпретировать неопределенные положения (JBP II.XVI), и уполномочивают любую сторону, государственную или частную, применять наказание за виновных. нарушения закона (II.XX). Идея о том, что ведение войны может быть понято как расширение права на наказание, была частью христианской традиции справедливой войны от Августина до Витории и Суареса, но Гроций пересматривает наказание как естественное право, которое имеет до гражданской власти (см. Так, 1999, стр.102f. и Straumann 2006). В обстоятельствах, не подпадающих под гражданскую юрисдикцию, уважающие закон лица могут взять на себя ответственность за полицию и наказание за преступления, затрагивающие общество. Поскольку это проявление власти над другим предполагает положение превосходства, Гроций осознает необходимость объяснения, как эта разница в положении может возникнуть среди тех, кто равен по своей природе. Его решение состоит в том, чтобы указать, что нарушители низводят себя до уровня остального человечества (JBP II.XX.iii). Любой, кто остается в этой позиции морального превосходства, может должным образом исполнить наказание.Естественное право наказывать было важным нововведением в начале De Indis Гроция, где он утверждал, что голландские купцы имеют законные полномочия наказывать португальцев за монополию на море (л. 40). Это остается ключевой чертой его теории наказания в De Jure Belli, , где она предоставляет дополнительный источник справедливых причин для обращения к войне. В отличие от антиимпериалистических аргументов Витории и школы Саламанки, которые утверждали, что князья Европы не имели полномочий наказывать тех, кто находится вне их юрисдикции, кроме как в ответ на «полученный вред» ( О праве войны q.1 а.3; см. также Об американских индейцах q. 2, а.5), Гроций открывает дверь для карательной войны против тех, кто совершает «преступления против природы». Возвышенный моральным авторитетом над режимами, которые запрещают или одобряют явно несправедливые действия, включая каннибализм, пиратство, угнетение собственного народа или жестокое обращение с иностранцами - внешние силы могут стремиться наказать эти режимы в интересах человеческого общества (II.XX.XL). Эта интервенционистская позиция, принятая в то время, когда Гроций еще был связан с интересами голландских торговых компаний, расширила бы диапазон оправданий для колонизации земель как в Азии, так и в Америке (см. Tuck 1999, pp.103-4 и ван Иттерсум 2010).

В то же время Гроций демонстрирует осознание и некоторый дискомфорт, что его положение может быть использовано в качестве предлога для экспансионистских войн. Он предупреждает, что наказуемыми правонарушениями считаются только нарушения универсальных норм, а не формирующихся обычаев Европы. Цитируя Плутарха, он недвусмысленно предупреждает о скрытых соблазнах империализма: «Желание навязать цивилизацию нецивилизованным народам - ​​это предлог, который может служить прикрытием жадности к чужому» (II.XX.XLI). Структура позиции Гроция, характерная для структуры De Jure Belli , настаивает на строгом соблюдении норм справедливости, равенства и гуманности, в то же время предоставляя сильным мира сего возможность интерпретировать, судить и обеспечивать соблюдение этих норм собственными глазами. .

4. Естественное право и право народов

Самые широкие принципы справедливой войны в De Jure Belli ac pacis проистекают из двух источников: норм естественной справедливости и обычного права наций ( ius gentium ).(Что немаловажно, другие человеческие и божественные законы также устанавливают обязательные принципы для тех, кто их получил, но эти источники не имеют универсального характера законов природы и народов.) По любому конкретному вопросу, касающемуся обращения к войне или ее поведения, необходимо консультироваться с обеими правовыми системами, поскольку каждая система способна влиять на права и обязанности другой.

а. Обязательства природы и обычаев

Изложение естественного права в De Jure Belli , находящееся под сильным влиянием стоических представлений Цицерона, , начинается с двух универсальных человеческих забот: самосохранения и социальных связей (см. JBP I.II.I и Prol. 6-8). Права обязательств естественного права все оправданы с точки зрения рационального баланса этих двух основных проблем. Этот подход является результатом самой ранней работы Гроция о законах войны, De Indis , где он утверждал, что императив самосохранения оправдывает два разрешения естественного права: защищать свою жизнь и приобретать собственность (л. 5). '-6). Потребность в человеческом общении оправдывает два основных обязательства по отношению к другим: воздерживаться от причинения вреда и от захвата своего имущества (фол.6’-7 ’). Одно очевидное изменение, которое Гроций вносит в свою раннюю теорию, касается основы этих обязательств. В De Indis он присоединяется к волюнтаристскому учению об обязательствах, найденному у средневековых мыслителей, таких как Оккам, который утверждает, что естественный закон связывает людей в силу божественной воли, которая им подчиняется (лист 5 '). Дизайн природы - это один из способов, которым мы принимаем повеления Бога. Ко времени De Jure Belli Гроций, кажется, принимает альтернативную, интеллектуальную позицию, согласно которой естественный закон связывает нас, обучая тому, что и люди, и Бог могут признать необходимым для человеческой жизни: он показывает нам не то, что является обязательным, потому что велено, а то, что является обязательным или допустимым «само по себе» (JBP I.I.x). На самом деле, в более поздних работах есть много двусмысленности относительно того, какую позицию принимает Гроций, что проявляется даже в самом его определении естественного закона как «диктата правильного разума, который указывает на то, что действие имеет в себе качество моральной подлости». моральной необходимости; и что, как следствие, такое действие либо запрещено, либо предписывается автором природы, Богом »(JBP I.I.x). Это определение, возможно, наиболее близко к «посреднической» позиции, недавно выдвинутой Суаресом, утверждающей, что интеллект может распознавать, что само по себе хорошо или плохо для людей, но что только повеление Бога делает обязательным жить соответственно ( De Legibus II .VI; см. Schneewind 1998, стр. 61 и 74).

Ясно, что Гроций проводит в законе основное различие, вслед за Аристотелем, между обязательствами, вытекающими из природы, и обязательствами, вытекающими из авторитетной воли (JBP I.I.ix и xiii-xvi). Источники этого второго, «волевого» типа закона могут быть божественными (как показано в Священных Писаниях) или человеческими, и последний включает не только законы отдельных государств, но и те законы, которые страны принимают в своих отношениях друг с другом. Короли и народы соглашаются с законом наций по обычаю, а не обычно по положительному соглашению.Длительное соблюдение нормы в отношениях между государствами придает ей силу закона. В отличие от естественного права, которое предоставляет свои основные права и обязанности всем лицам в частном или публичном качестве, национальное право применяется к отношениям между суверенными образованиями (см. JBP Prol. 40; De Indis fol. 12ff). . Соответственно, он касается в основном государственных вопросов, таких как посольства, договоры и особые привилегии суверенов в ведении войны. Эта система обычного права, в свою очередь, радикально отличает правовое положение суверенов от положения частных субъектов в «универсальном обществе», установленном естественным правом.

г. Just War:

Jus ad Bellum

Взаимное влияние законов природы и наций можно увидеть как в обращении к войне (традиционно называемой jus ad bellum ), так и в ее поведении ( jus in bello ). Единственные справедливые основания для обращения к войне - это те, которые предполагают осуществление права. Среди таких действий Гроций выделяет три вида: самооборона, возвращение собственности и наказание. Каждое из них имеет свою основу в естественном праве, хотя конкретные права, о которых идет речь, могут возникать из других источников, таких как право наций.Право на самооборону возникает из естественного разрешения, которое каждый человек имеет на защиту от травм (II.I.iii). Если наша главная забота - самосохранение, мы не можем рисковать жизнью среди других людей, не получив разрешения защитить себя от них. Право на защиту распространяется не только на жизнь, но и на тело и собственность. Гроций утверждает, что убийство для защиты своего тела является оправданным, даже если целью нападавшего является не убийство, а нанесение увечий или изнасилование (II.I.vi-vii). Причина в том, что нельзя верить в то, что физическое насилие не приведет к смерти (хотя в трактовке Гроция изнасилования неясно, оправдывает ли беспокойство жизнь жертвы или интересы мужчин в ее «целомудрии»). Есть два ограничения на оправданную самозащиту: нападение неизбежно и обязательно (II.I.v). Защита - это правое дело, которое относится только к непосредственной опасности. Однако даже собственность может быть защищена смертоносной силой с дополнительным ограничением, что такая сила необходима для ее удержания (II.I.xvi).

Помимо защиты, война может вестись для восстановления своих прав или для наказания правонарушителя. Действия по этим справедливым причинам часто влекут за собой инициирование насилия. Гроций утверждает, что это нарушение мира не является антиобщественным (и, следовательно, нарушает естественную справедливость), потому что инициатор требует только того, что другая сторона уже должна (I.II.i.5-6) ​​- они не нарушают, а отстаивание системы прав. Восстановление собственности распространяется не только на движимые вещи и территорию, но и на права на людей (например, законных подданных или рабов), права на действия (например, выполнение контрактов) и компенсацию ущерба.Все это может быть заявлено по естественному праву, хотя конкретные требования могут быть сформированы преобладающими внутригосударственными системами собственности или национальным правом. Этот единственный заголовок приводит к обширному диапазону случаев, когда война является справедливым вариантом для обеспечения соблюдения прав. Наказание умножает такие случаи. Когда кто-то умышленно нарушает право, он обязан не только возместить ущерб, но и понести наказание, эквивалентное своему преступлению. Любое уважающее закон лицо (как объяснено выше), в принципе, может исполнить это наказание, хотя ряд факторов, как правило, ограничивают международное наказание.Из-за высокого риска причинения вреда невиновным в поисках виновных карательные войны допустимы только за серьезные преступления (II.XX.xxxviii). В большинстве случаев только суверенным правительствам будет разрешено выполнять наказание, поскольку отдельные граждане передали бы это естественное право своему государству (см. II.XX.xxiv и II.XX.xl; ср. De Indis , fol. 40 -40 '). Государственные органы, таким образом, могут требовать особых мер наказания, таких как наказание за преступления против естественного общества (см. Выше) и упреждающая защита.В то время как только фактическое нападение может оправдать самооборону, план нападения, однажды начатый, уже является преступлением (II.I.xvi). Под предлогом наказания государство может прибегнуть к превентивной войне, которую сама оборона не может оправдать. Наконец, каждое наказание должно ограничиваться достижением определенных благ. Хотя право на наказание имеет корыстное оправдание, основанное на обязательстве правонарушителя терпеть его, при осуществлении этого права следует руководствоваться консеквенциалистскими соображениями.Благо преступника, жертвы и общества в целом - это все соответствующие преимущества, которые необходимо сопоставить с вредом для каждого из них (II.XX.iv-ix). Особенно, когда последствия наказания включают более широкую войну, эти соображения могут побуждать к помилованию, сдержанности или даже помилованию (II.XX.xxii-iv и xxxiv-xxxvi; см. II.XXIV.ii-iii).

Существует общий образец аргументации - что людям разрешено со строгостью правосудия применять насилие в очень многих случаях, которые, тем не менее, требуют умеренности во имя гуманности и мира, - который характеризует всю De Jure Belli ac Pacis .Справедливость является важнейшей добродетелью, поскольку этого требуют поддержание общества и уважение закона, но ее руководство ограничено этими минимальными целями. Чтобы знать, какими должны быть законы, и решать, когда и в какой степени осуществлять свои права, становится необходимым следовать советам справедливости, гуманности и осмотрительности. Эти «добродетели, целью которых является благо других» (I.I.viii), служат не только для измерения надлежащей строгости наказаний, но и для определения того, оправдана ли война в карательных целях.Гуманность также накладывает моральный предел в отношении того, как далеко следует продвигать права собственности, чтобы не использовать рыночную власть для давления на людей (II.XII.xvi) или утаивания важной информации при заключении контрактов (II.XII.ix). ). Даже при самообороне обращение к войне может иметь гуманитарные последствия, которые решительно говорят против полного использования своего права (II.I.iv, viii, ix и xi). Было бы серьезной ошибкой, предупреждает Гроций, думать, что «если право было надлежащим образом установлено, либо война должна быть начата немедленно, или даже эта война допустима во всех случаях» (II.XXIV.i). Прибегать к войне необходимо не только со справедливостью, но и с гуманитарными соображениями, особенно с учетом ее воздействия на жизнь ни в чем не повинных людей. Это любящее уважение к другим, стремящееся к универсальности, и есть то, что Гроций в своих трудах о религии назвал великой этической привлекательностью Евангелия, и De Jure Belli наставляет своих читателей признать, что не только человечество, но и Бог призывает их любить, терпение и сдержанность.

г. Just War:

Jus in Bello

Смешение этих нормативных стандартов справедливости и гуманности особенно заметно в трактовке Гроцием ведения войны в Книге III De Jure Belli. Естественный закон предусматривает лишь одно основное правило ведения войны: «вещи, которые ведут к цели, получают свою внутреннюю ценность от самой цели» (JBP III.I.ii). То есть, если кто-то имеет право прибегнуть к войне, то он имеет право вести войну любыми средствами, необходимыми для оправдания справедливости. Гроций считает естественное правосудие неудовлетворительным основанием для этики ведения боя по двум основным причинам: (i) оно допускает бесчеловечные и несдержанные действия со стороны тех, кто сражается по правому делу, и (ii) оно не дает никаких указаний для тех, кто бороться по несправедливой причине.Ответ на первый недостаток - это описание Гроциуса temperamenta , которое обсуждается ниже. Второй недостаток разрешается в международном праве. Гроций признает, что, хотя война не может быть естественной справедливой для обеих сторон - право с одной стороны исключает право с другой, - войны могут быть либо несправедливыми для обеих сторон, либо справедливо полагать, что справедливо для обеих сторон. В любом случае есть воюющие стороны, для которых естественная справедливость не дает никаких указаний, кроме как «ваше дело несправедливо: прекратите сражаться.Гроций смиряется с реализмом, согласно которому, за исключением исключительных случаев, большинство государств не признают несправедливость своего дела и просто прекратят борьбу. Чем дольше такие государства борются, тем больше несправедливостей они накапливают, сопротивляясь справедливой партии. Вскоре не будет предела карательной войне, которую можно будет вести против несправедливого государства (см. III.IV.iv). Гроций предполагает, что нации, осознавая опасность этой ситуации, установили обычай, согласно которому обе стороны в войне должны иметь равное положение на поле битвы.То есть право наций разрешает обеим сторонам (независимо от справедливости их дела) все действия, которые естественный закон разрешил бы справедливым.

Обычаи ведения войны по национальному праву оказываются чрезвычайно снисходительными. Следуя преобладающей практике государств, таможня разрешает все, от убийства невинных людей до захвата рабов и разграбления гражданского имущества. Разрешение на ведение войны таким образом - особая привилегия государей, которые «торжественно объявили» свою войну в соответствии с национальными законами.Безразлично к истинной справедливости дела государства, национальное право вместо этого настаивает на определенных формальностях - публичном заявлении суверенной власти - чтобы дать воюющей стороне ее правовой статус в торжественной войне (I.III.iv и III.III) . Хотя Гроций защищает этот статус как способ восстановления нормальных отношений между суверенами в конце войны, он настаивает на том, что даже короли остаются ответственными перед естественным правосудием. Право наций проистекает из человеческой воли, и разрешение, которое оно дает в торжественных войнах, не может противоречить требованиям естественного права.Лицензия представляет собой соглашение между странами не наказывать друг друга за определенные действия (III.IV.ii-iii). Итак, после многих длинных глав, в которых подробно описывается диапазон действий, разрешенных национальным правом, Гроций резко поворачивает, говоря читателю, что он должен теперь повторить свои шаги и «лишить тех, кто ведет войну, почти всех привилегий, которые, как мне казалось, были даровал, но не даровал »(III.Xi). Ведущие торжественную войну могут пользоваться привилегией безнаказанности по человеческому закону, но «чувство стыда» должно внушать уважение не только «внешним» суждениям судов, но и «внутренним» суждениям совести (III.X и III.XI.i-ii). Те, кто ведет несправедливую войну, будут нести ответственность перед Богом, и у них есть (не имеющее исковой силы) обязательство возместить ущерб тем, кого они обидели. Даже те, кто ведет войну за правое дело, должны соблюдать пределы естественной справедливости, щадя невинных и преследуя только те военные цели, которые необходимы для защиты своих прав. Ведение войны только в рамках международного права может быть безнаказанным, но не приносит никакого почетного знака.

Что делает королей и народы достойными чести, так это их соблюдение темперамента : умеренность и сдержанность в отстаивании своих справедливых требований.Такая сдержанность проистекает из уважения к справедливости - за счет ограничения средств войны только тем, что необходимо для достижения целей, - а также из чувства гуманности. Эта гуманная забота о других направлена ​​на ограничение воздействия войны на ни в чем не повинных людей и даже на тех, кто сражается на противоположной стороне (см., Например, III.XI.viii, XII.viii и XIII.iv). Во многих случаях это требует освобождения от наказания, прощения обременительных военных долгов и предпочтения восстановления местного суверенитета, а не навязывания имперского правления.В любом случае, нужно сохранять добросовестность в соглашениях, заключенных с другой стороной, чтобы построить основу для нормальных отношений после войны (III.XXI-XXV). Человечество преследует цель не только восстановления прав, но и восстановления мира (см. III.XXV.ii-iii). Справедливость может мириться с войной против травм, которые угрожают основам совместной жизни в обществе, но чувство человечности укрепляется осознанием того, что мы должны снова жить вместе.

5. Научный интерес к Гроцию

В столетие после его смерти работы Гроция стали рассматриваться как решающие в развитии моральной и политической философии раннего Нового времени.Жан Барбейрак в своем эссе 1749 года о зарождающейся Науке морали описал Гроция как «ломающего лед» средневековой догмы, чтобы освободить место для рационального подхода к этике. Философия естественного права семнадцатого и восемнадцатого веков - от Пуфендорфа до Локка, Ваттеля и Томазиуса - взяла за отправную точку рамки De Jure Belli ac pacis . Этот канонический статус сделал Гроция обязательным для чтения интеллектуалами эпохи Просвещения, так что Руссо в году назвал его Эмилем , хотя и критически, как «повелитель всех ученых», и Адам Смит в своих лекциях по юриспруденции считал его выдающимся. в мире самая систематическая трактовка данного предмета на сегодняшний день.XXI век -го и годов стал свидетелем возобновления дебатов среди ученых о степени `` оригинальности '' Гроция в моральной мысли и о том, в чем она состоит: предполагаемый секуляризм его подхода, его рационализм, его опровержение скептицизма, его понимание долга и т. Д. или множество других кандидатов. Помимо этих споров, недавние историки моральной и политической философии проявили особый интерес к концепции естественных прав Гроция, его теории наказания и его взглядам на собственность и государственный суверенитет.

Наследие Гроция, однако, наиболее тесно связано с его вкладом в международную теорию права и законы войны. Интерес к Гроцию возродился в конце девятнадцатого века на фоне попыток сформулировать и институционализировать нормы международного права. Сообщества мира того времени, тесно связанные с международным движением женщин за избирательное право, восходят к Гроцию, когда совесть «цивилизованного» мира эволюционировала в направлении справедливости и милосердия в международных конфликтах.Эндрю Диксон Уайт, делегат от США на Гаагской мирной конференции 1899 года, считал Гроция - которого он причислял к семи великим государственным деятелям мира в войне человечества с неразумностью - как «реальную основу современной науки международного права». ” Хотя утверждение о том, что он «отец» этого закона, было столь же спорным, сколь и обычным, и несмотря на многие критические взгляды на эту работу - в своей истории политической философии 1925 года Чарльз Воган назвал De Jure Belli «гнездом софизмов». и противоречия »- Гротиус приобрел канонический статус в международно-правовой мысли.К концу Второй мировой войны ученый-юрист Херш Лаутерпахт смог различить «гротианскую традицию в международном праве», основанную на приверженности верховенству закона, нормам, выходящим за рамки позитивного права, и способности человека к нравственному прогрессу в закон. Гроций по-прежнему наиболее широко известен в области изучения теории справедливой войны и международного права, в первую очередь благодаря вкладу Mare Liberum в современное морское право.

Превосходство Гроция в области международного права оказало влияние также на развитие теории международных отношений.Теоретики международных отношений обычно рассматривают Гроция как провозглашающую отличительную концепцию международного сообщества, которая обеспечивает промежуточный путь между анархией Гоббса и кантианским космополитизмом. В этой схеме «реалистических», «рационалистических» и «революционных» теорий, предложенной Мартином Уайтом и продолженной в работах Хедли Булла и других представителей «английской школы» теории международных отношений, традиция Грота представляет собой рационалистическое объяснение. международного сообщества. Отвергая идею о том, что у государств есть общие интересы, достаточные для поддержки наднациональной власти, система Гротиана определяет `` солидарность '' интересов вокруг основных принципов порядка (таких как взаимная независимость, соблюдение обещаний, ограничение войны), что позволяет суверенные государства должны строить свои отношения как (ограниченное) сообщество, а не как соревнование, управляемое только динамикой власти.Связь Гроция с этим направлением мысли сделала его работы непреходящим интересом к современной международной теории.

Получив наибольшую известность в международной мысли, исследования Гроция в начале 21 годов века носят явно междисциплинарный характер. Его работы привлекли значительное внимание политических теоретиков и историков политической мысли, а также тех, кто изучает его вклад в моральную философию, теологию и литературу.Действительно, эклектика мысли Гроция выходит за рамки современных дисциплинарных границ и порождает постоянные диалоги, пересекающие поля и границы.

6. Ссылки и дополнительная литература

В Первичные источники включены избранные работы Гроция, причем предпочтение отдается последним печатным изданиям на английском языке. (Примечание: ссылки на De Jure Belli в статье указывают номера книги, главы и раздела, например, II.XXIV.i.). Выбранные вторичные источники включают ссылки из статьи, а также предлагаемые направления для дальнейшего чтения.Заинтересованный ученый также захочет ознакомиться с регулярно публикуемым журналом исследований Гроция, Grotiana .

а. Первоисточники

  • Гроций, Х. (2006). De Jure Praedae Commentarius / Комментарий к закону о призах и добыче . Индианаполис, Фонд Свободы.
  • Гроций, Х. (1994). «Комментарий к тезисам XI»: ранний трактат о суверенитете, справедливой войне и легитимности голландского восстания , П. Ланг.
  • Гроций, Х. (2004). Свободное море. Индианаполис, Индиана, Фонд Свободы.
  • Гроций, Х. (1988). Мелетий . Лейден, Нидерланды, Бриль.
  • Гроций, Х. (1990). Defensio Fidei Catholicae de Satisfactione Christi, adversus Faustum Socinum Senensem . Ассен / Маастрихт, Нидерланды, Ван Горкум.
  • Гроций, Х. (2001). De Imperio Summarum Potestatum около Sacra. Исследования по истории христианской мысли, т. 102. H.-J. v.Дамба. Лейден, Брилл .
  • Гроций, Х. (1926). Юриспруденция Голландии. R. W. Lee. Оксфорд, Кларендон Пресс.
  • Гроций, Х. (2005). Права войны и мира. Индианаполис, Фонд Свободы.
  • Гроций, Х. (1962). De Jure Belli ac pacis libri tres / Закон войны и мира . Индианаполис, Боббс-Меррилл.
  • Гроций, Х. (2012). Истина христианской религии. Индианаполис, Фонд Свободы.

г.Вторичные источники

  • Borschberg, P. (1994). «Критическое введение». «Комментарий к тезисам XI»: ранний трактат о суверенитете, справедливой войне и легитимности голландского восстания. H. Grotius , P. Lang.
  • Бретт А. (2002). «Естественное право и гражданское сообщество: гражданская философия Гуго Гроция». Исторический журнал 45 (01): 31-51.
  • Булл, Х., Б. Кингсбери и др. (1990). Гуго Гроций и международные отношения. Нью-Йорк, Clarendon Press.
  • Дамбаулд Э. (1969). Жизнь и юридические труды Гуго Гроция . Норман, Университет Оклахомы Пресс.
  • Форд С. (1998). «Гуго Гроций об этике и войне». Обзор американской политической науки 92 (3): 639-648.
  • Haakonssen, K. (1985). «Гуго Гроций и история политической мысли». Политическая теория 13 (2): 239-265.
  • Херинг, Дж. (2004). «De Veritate Religionis Christianae Гуго Гроция». Гуго Гроций как апологет христианской религии: исследование его работы De veritate Religionis Christianae, 1640 .Дж. Херинг. Лейден, Брилл: 41-52.
  • Кин, Э. (2002). За пределами анархического общества: Grotius, колониализм и порядок в мировой политике , Cambridge University Press.
  • Кинселла, Х. М. (2006). «Гендеринг Grotius: пол и половые различия в законах войны». Политическая теория 34 (2): 161.
  • Meijer, J. (1955). «Ремонстрантие» Гуго Гроция ». Еврейские социальные исследования 17 (2): 91-104.
  • Неллен, Х.А. Р. Э., Под ред.(1994). Гуго Гроций Богослов: Очерки в честь Г.Х.М. Постхумус Мейджес . Нью-Йорк, Брилл.
  • Onuma, Y., Ed. (1993). Нормативный подход к войне: мир, война и справедливость у Гуго Гроция. Oxford, Clarendon Press.
  • Шнеуинд, Дж. Б. (1998). Изобретение автономии: история современной моральной философии . Нью-Йорк, Cambridge University Press, гл. 4.
  • Straumann, B. (2006). «Право на наказание как повод для войны в естественном законе Гуго Гроция.» Исследования по истории этики .
  • Суарес, Ф. (1944). Де Легибус. Избранные из трех произведений . Нью-Йорк: Clarendon Press.
  • Томсон, Э. (2009). «Голландское чудо, модифицированное. «Mare Liberum» Гуго Гроция, «Торговое управление и имперская война в начале семнадцатого века». Гротяна 30 (1): 107-130.
  • Так, Р. (1993). Философия и правительство, 1572–1651 . Нью-Йорк, Cambridge University Press, гл. 5.
  • Так, Р.(1999). Права войны и мира: политическая мысль и международный порядок от Гроция до Канта . Нью-Йорк, Oxford University Press, гл. 3.
  • ван Гельдерен, М. (1993). «Витория, Гроций и права человека: ранний опыт колониализма в испанской и голландской политической мысли». Права человека и культурное разнообразие. W. Schmale. Гольдбах, Германия, Keip Publishing: 215-238.
  • ван Гельдерен, М. (2006). «So Meerly Humane»: теории сопротивления в Европе раннего Нового времени. Переосмысление основ современной политической мысли . А. С. Бретт, Дж. Талли и Х. Гамильтон-Бликли. Нью-Йорк, издательство Кембриджского университета: 149-170.
  • ван Иттерсум, М. Дж. (2006). Прибыль и принцип: Хуго Гроций, Теории естественных прав и рост голландского могущества в Ост-Индии, 1595–1615 гг. . Лейден, Брилл.
  • ван Иттерсум, М. Дж. (2010). «Долгое прощание: увлечение Хуго Гроцием экспансии голландцев за границу, 1615–1645». История европейских идей 36: 386-411.
  • Vitoria, F. d. (1991). Об американских индейцах. Политическая литература . А. Л. Дж. Пагден. Нью-Йорк, издательство Кембриджского университета.
  • Vitoria, F. d. (1991). О праве войны. Политическая литература . А. Л. Дж. Пагден. Нью-Йорк, издательство Кембриджского университета.
  • Вриланд, Х. (1917). Хуго Гроций, отец современной науки международного права . Нью-Йорк, издательство Оксфордского университета.
  • Уилсон, Э. М. (2008). Дикая республика: де Индис Хьюго Гроция, республиканизм и голландская гегемония в ранней современной мир-системе (ок.1600-1619) , издательство Martinus Nijhoff Publishers.

Информация об авторе

Эндрю Блом
Эл. Почта: [email protected]
Центральный Мичиганский университет
США

Гуго Гроций | Encyclopedia.com

Голландский юрист и государственный деятель Гуго Гроций, или Хуиг де Гроот, родился в Делфте в выдающейся кальвинистской семье. Он поступил в Лейденский университет, когда ему было одиннадцать, и окончил его с отличием в четырнадцать. В пятнадцать лет он служил членом голландской миссии во Франции и получил степень доктора права в Университете Орлеана.В 1601 году Голландская Ост-Индская компания попросила Гроция дать юридическое заключение по международному делу, что, по-видимому, побудило его написать брошюру в защиту свободы морей ( Mare Liberum , 1609) и в целом стимулировало его стойкость. интерес к международному праву. В 1607 году Гроций был назначен генеральным адвокатом налоговых провинций Голландии, Зеландии и Фрисландии. В 1613 году он стал пенсионером Роттердама и отправился в Англию в составе голландской дипломатической миссии.Острый богословский спор, в котором Гроций встал на сторону голландских имений против ортодоксального кальвинизма (поддержанного принцем Голландии Морисом), привел к особому суду и осуждению Гроция к пожизненному заключению. Во время заключения он написал знаменитую брошюру De Veritate Religionis Christianae (Лейден, 1627). В 1621 году Гроций сбежал из тюрьмы и бежал во Францию, где написал свой великий труд De Jure Belli ac Pacis (1620–1625), посвященный Людовику XIII.Позже Гроций вернулся в Голландию. С 1634 по 1644 год он был послом Швеции во Франции. Он был отозван в Швецию в 1644 году и вскоре умер в Ростоке на обратном пути из Швеции в Голландию.

Непреходящее влияние Гроция на юридическую науку и, в частности, на науку международного права можно отнести к качествам, в некоторой степени сопоставимым с качествами Джона Локка. Оба человека сформулировали, сформулировали и систематизировали в критический момент истории определенные идеи и принципы, которые отвечали потребностям меняющегося общества.

Но в то время как Локк сформулировал права личности в быстро расширяющемся, жадном и все более антиабсолютистском обществе, Гроций понимал, что международное сообщество растущих суверенных государств должно найти и соблюдать определенные правила поведения в войне и мире, официально закрепив дипломатические отношения. отношения и взаимное уважение суверенитета. Поскольку в современном международном обществе по-прежнему доминирует правовое и политическое превосходство национального государства, классический трактат Гроция De Jure Belli ac Pacis по-прежнему является важной основой международного права.Средневековый международный порядок, основанный на двойной основе церковного авторитета Римской церкви и политического авторитета императоров, рухнул вместе с социальными, экономическими и духовными условиями, на которых он базировался. Новые королевства, герцогства, княжества и города возникли из развалин. Европу раздирали войны, большие и малые, мотивированные религиозными, династическими, политическими и социальными конфликтами. Пока Гроций писал свой основной труд, Тридцатилетняя война бушевала в большей части Европы, демонстрируя разрушительные последствия беззакония общества, которое еще не разработало новые правила общения, подходящие для формирующегося общества суверенных наций.Перспективы восстановления международной власти пап и императоров не было. Не было никакой надежды на отмену или объявление войны вне закона. Но возникла острая необходимость в создании нового кодекса поведения и, более того, в необходимости гуманизировать ведение войны даже в умеренных пределах. Создание основы для такого развития было гигантской задачей, задачей только для того, кто мог сочетать в себе качества философа, политолога, юриста, гуманиста и дипломата. Этим человеком был Гуго Гроций, человек огромной учености - богослов, филолог, историк и поэт, а также юрист, - который также был активным дипломатом.

Все его разнообразные интересы отражены в его великом трактате, бессвязной работе, охватывающей многие области человеческого знания, усеянной цитатами и ссылками на бесчисленные ученые и источники. De Jure Belli ac Pacis установил частично узаконенную систему международных отношений, смешав определенные общие принципы политической и моральной философии с государственной практикой. Именно эта комбинация придает работе Гроция гибкость и долговечность, которые позволили последующим поколениям использовать ее, подчеркивая тот или иной аспект.

Естественный закон

Гроций был первым крупным представителем философии естественного права и общественного договора. Во-вторых, он был аристотелистом, чья глубочайшая и непоколебимая вера заключалась в силе разума и рациональности человека. В-третьих, Гроций был прагматичным дипломатом, который благодаря наблюдению и практике дипломатии в особенно тревожный и жестокий период был полностью осведомлен о практике государств в мирное и военное время - и именно война доминировала как в жизни людей, так и в жизни. мысль Гроция.Но в-четвертых, Гроций был гуманистом в духе и традициях своего учителя, Эразма Роттердамского, человека, который ненавидел жестокость и беззаконие войны и насилия и чьей главной целью, следовательно, было не только цивилизовать ведение войны, но и а также наложить определенные ограничения на его законность. Он объединил эту последнюю цель со своей верой в разум и естественный порядок в формулировке своей знаменитой теории bellum iustum (справедливой войны).

Как философ естественного права, Гроций был гораздо ближе к стоикам, чем к схоластам.Как и первый, он выводил постулаты естественного права из принципов разума, а не божественного порядка. Такой разум основан на человеческом интеллекте. «Естественный закон настолько неизменен, что не может быть изменен самим Богом».

Доктрина естественного права дала Гроцию теоретическую основу для определенных основополагающих принципов порядка в отношениях между государствами. Это также вселило в него веру в разумность человека и его возможности для развития лучшего общества в соответствии с потребностями социальной и международной жизни.Гроций, конечно, хорошо знал, что в его время не существовало законодательной власти выше воли государств. Поэтому ему было необходимо найти какой-то принцип, который мог бы привязать нации к общему стандарту поведения. Он нашел этот принцип в pacta sunt servanda , уважении к данным обещаниям и подписанным договорам. В отсутствие международного суверенного органа современные юристы-международники, такие как Дионисио Анзилотти и Ханс Кельсен, подтвердили тот же принцип, что и металегальная основа международного права.

Гроций сформулировал большое количество других принципов естественного права, которые неизбежно разделяют слабость всех учений естественного права, то есть сублимацию определенных политических постулатов в неизменные принципы порядка. Среди норм естественного права Гроция было уважение к собственности других людей и реституция полученной от нее прибыли, возмещение любого ущерба, причиненного по вине человека (или страны), а также некоторые элементарные принципы наказания. Политическая окраска естественного закона более очевидна в постулате Гроция о свободе морей.Этот постулат соответствовал интересам Нидерландов как ведущей морской державы мира. Против этого выступил англичанин Джон Селден ( Mare Clausum , Лондон, 1635) в то время, когда Англия все еще боролась с более сильными морскими державами.

Общественный договор

Другим столпом философии права Гроция была теория общественного договора, которая также побудила его подчеркнуть верховенство договора как наивысшего обязательного принципа права. В отличие от более поздних теоретиков общественного договора, Гроций рассматривал договор как реальный факт человеческой истории.По его мнению, конституции каждого государства предшествовал общественный договор, посредством которого каждый народ выбирал форму правления, которую он считал наиболее подходящей для себя. Хотя каждый народ имел право выбирать свою собственную форму правления, они теряли право контролировать или наказывать правителя, каким бы плохим ни было его правительство, после того, как они передали ему свое право правления. В целом Гроций, как и Томас Гоббс, отражал не только потребность нарушенного общества в сильной государственной власти, но также по существу абсолютистский и додемократический характер правительства того периода.В своей официальной и дипломатической карьере Гроций представлял автократические правительства.

Международное право

Осознавая недостаточность естественного права для обеспечения большего, чем определенные общие руководящие принципы, Гроций основал основную часть международного права на ius voluntarium (свод договоров и других обязательств, составляющих основную часть международного государственного права). упражняться). Хотя Гроций был реалистом, он не был циником. Он верил не только в существенную рациональность человека и народов, но и в необходимость прогресса от войны к миру, от международной анархии к международному порядку.Его основным вкладом в этом отношении была его теория bellum iustum . Значительная часть второй книги его трактата была посвящена проблемам законности войны. Чтобы война была справедливой, для нее должно быть законное основание. По сути, существует только три типа справедливых войн: войны, которые ведутся для защиты от реальных или непосредственно угрожающих повреждений; направленные на взыскание причитающегося по закону; и тех, кто наказывает за совершенный проступок. Каждая из этих категорий допускает большую степень свободы действий, особенно в отсутствие беспристрастного международного судебного органа, который может принимать решения между конфликтующими исками.

Тем не менее, этот акцент на необходимости оправдывать войну и ограничение ее оправдания причинами, которые даже сегодня считались бы по существу защитными от неправомерного ущерба, был замечательным вкладом в международный порядок. Это стало неясным и забытым в течение последующих столетий абсолютного национального суверенитета, особенно в течение девятнадцатого века, когда агрессивное национальное государство праздновало свои величайшие триумфы, как на практике, так и в теории. В наше время Пакт Лиги Наций и Устав Организации Объединенных Наций снова попытались провести различие между справедливыми и несправедливыми войнами.Будущее человечества вполне может зависеть от разработки авторитетного метода поиска надежных и применимых критериев для различения агрессивных войн и оборонительных войн, а также от создания беспристрастного форума для принятия решений по искам о возмещении ущерба, который якобы причинен. нанесенный одним государством другому.

Международное право в наши дни все еще в основном основано на государственной практике, зафиксированной в обычаях, договорах и других международных соглашениях; но такая практика допускает эволюцию международного права, не столько в терминологии естественного права, сколько в аналогичном понимании «общих принципов права, признанных цивилизованными нациями».«Некоторые из этих принципов применялись с сомнительным теоретическим обоснованием в Нюрнбергском и Токийском процессах над немецкими и японскими военными преступниками. Доктрины Гроция неизбежно представляли собой смесь реакционных и прогрессивных принципов. С одной стороны, он чувствовал себя обязанным оправдать многие варварские методы ведения войны, впоследствии осужденные в современных правилах ведения войны (но превзойденные по жестокости современной войной). И снова Гроций согласился с подавляющим большинством юридических и политических философов в отказе человеку в праве сопротивления деспотическому суверену, хотя он подтвердил право человека на пассивное сопротивление несправедливым войнам.С другой стороны, Гроций на столетия предвосхитил некоторые принципы Нюрнбергской хартии, считая оправданной войну, ведущуюся для предотвращения жестокого обращения государства с его собственными подданными. А забота Гроция о личности стоит в благородном контрасте с последующими абсолютистскими политическими теориями.

Работая и размышляя в рамках своего времени, Гроций не отличался от других философов, юристов или политологов. Примечательно то, что в разгар войны, которая угрожала подорвать всю ткань европейского общества, он разработал принципы и стандарты, которые по-прежнему могут служить основными темами борьбы за международный порядок в наше время.

См. Также Аристотелизм; Гоббс, Томас; Локк, Джон; Естественный закон; Мир, война и философия; Философия права, История России; Политическая философия, история России; Социальный контракт; Стоицизм.

Библиография

основные работы

De Jure Belli ac Pacis Libri Tres . Париж, 1625. Перевод Ф. В. Келси и др. Oxford, 1925.

вторичные работы

Balogh, Elemér. «Традиционный элемент в концепции международного права Гроция." Ежеквартальный обзор права Нью-Йоркского университета 7 (2) (1929): 261–292.

Basdevant, Jules." Grotius. В Les fondateurs du droit international , под редакцией А. Пилле. Париж: V. Giard and E. Brière, 1904.

Bull, Hedley, Benedict Kingsbury, and Adam Roberts, eds. Hugo Grotius and International Relations . Oxford: Clarendon Press, 1990.

Edwards, Charles S. Hugo Grotius: The Чудо Голландии . Чикаго: Нельсон-Холл, 1981.

Гурвич, Джордж, «Философия прав человека и международная теория современного права». Revue de métaphysique et de morale 34 (2) (1927): 365–391.

Knight, W. S. M. Жизнь и творчество Гуго Гроция . Лондон: Sweet and Maxwell, 1925.

Lauterpacht, Sir Hersch. «Гротианская традиция в международном праве». Британский ежегодник международного права 23 (1946): 51.

Miller, Jon, ed. «Стоики, Гроций и Спиноза о нравственном рассуждении."In Hellenistic and Early Modern Philosophy . Кембридж, Великобритания: Cambridge University Press, 2003.

Nussbaum, Arthur. A Concise History of the Law of Nations . New York: Macmillan, 1954.

Onuma, Yasuaki, изд.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *