Беседы сократа: works.doklad.ru — Учебные материалы

Содержание

Свободный философ Пятигорский

Практически в каждой из последних передач Пятигорский говорит о философе, время которого «ушло». Ушло время Кожева, ушло время Сартра, ушло время Хомского. И вот сейчас, в конце нижеследующей беседы Пятигорский – используя, правда, косвенный оборот – провозглашает, что время Сократа ушло. Причем – здесь он хитрит и говорит как бы от себя, но под конец выясняется, что это вовсе не так – оно ушло якобы дважды. В первый раз – в те «20-25 лет, что отделяют старого Сократа от пожилого Платона», во второй – в те пару с лишним тысяч лет, что отделяют пожилого Платона от … скажем так … немолодого, но невероятно бойкого Жижека. Здесь возникает вопрос – что именно имеет Пятигорский в виду? Не историю же, ведь он много раз подчеркивал, что нет и не может быть «истории философии» (не считая академического курса), мышление находится вне истории, а сама история лишь только «неотрефлексированная метафора сознания».

Как раз историю он тоже подразумевал. Одно дело такие философы, как Сократ, имевшие дело с универсальным, с точки зрения Пятигорского, мышлением – и рефлексией по поводу собственного мышления. Другое дело – те, кто не только использовал «историю» в качестве строительного материала для своих философских схем, но и сами сознательно заточали себя в истории, дав ей право ограничивать свое мышление, как формально, так и содержательно. Гегель принадлежал ко второй категории; по версии Пятигорского, он поместил себя в ситуацию «конца истории», взял на себя задачу зафиксировать и объяснить смысл этого конца, после чего (опять-таки, по терминологии Александра Моисеевича) превратился из «философа» в «знающего». Не больше и не меньше звания философа, просто другое. Александр Кожев, по мысли Пятигорского, сделал то же самое, но уже в ситуации после конца истории, когда катастрофы двадцатого века лишь имитировали главную историческую драму – эпопею Наполеона. Жан-Поль Сартр далек от гегелевских и гегельянствующих претензий – хотя личной скромностью явно не отличался, но философски он был очень скромен, даже, быть может, чересчур – и, с полным пониманием того, что делает, стал

рабом своей истории. Хомский же, не осознавая, что является рабом собственной истории, посвятил свою публицистическую деятельность тому, чтобы объяснить истории, что она движется не туда – и во всем этом, конечно же, виноват американский империализм. Тут уже мы видим не просто прискорбную эрозию мощного ума (а он, безусловно, у Хомского мощный – как научный ум, то есть, заранее себя ограничивший), тут просто пародия – при чем здесь американский империализм, когда речь идет об истории и – особенно – сознании и рефлексии? Жаловался ли Сократ на персидский империализм? Или на сиракузскую тиранию Дионисия?

Вот здесь мы и подходим к – казалось бы, банальному – вопросу, заданному в названии передачи. Зачем сегодня нужен Сократ? Проще всего ответить так: он нужен уже для того, чтобы не задавать дурацких вопросов с использованием слова «сегодня» в разговоре о философии. Сократ не просто «нужен сегодня», или «не нужен сегодня», он либо

есть, либо его нет в нашем мышлении. При этом неважно, в каком именно времени наше мышление сейчас находится. Сократ или присутствует в нем, или не присутствует. Если первое, то, как ни странно, наше мышление получает некоторую географическую (и культурную, а, значит, историческую) прописку. Европейское сознание невозможно без Сократа, ибо он сделал первый истинно философский акт, акт, без которого этого сознания просто бы не было. «Сократ первым сформулировал проблематику абстрактного мышления применительно к конкретной жизни абстрактно мыслящего человека». То есть, тут сразу два регистра, абстрактный и конкретный, они разделены («сформулировал проблематику», значит, совершил процедуру различения), но взаимосвязаны. Будучи разными, регистры установлены так, что мышление человека может свободно перемещаться между ними, не теряя из вида ни одного, ни другого. Более того, абстрактное и конкретное становятся у Сократа безусловными ценностями, именно они разыгрывают главную драму человеческого мышления. И этот человек, и его сознание – то, что можно назвать
европейским
. Сознание становится европейским не по факту рождения его носителя в пределах между Атлантикой и Уралом (или между Брест-Литовском и Атлантикой, или между Гебридскими островами и Сиракузами), а по своему типу, в конце концов, по отношению к категориям абстрактного и конкретного. Оттого Чехов, к примеру, носитель европейского сознания, а Жозеф де Местр нет. Ганди да, а Гитлер нет. С другой стороны, хотя эти персонажи никогда не задумывались о таком, – Берти Вустер да, а Йозеф К. нет. Вопрос сложный и рискованный, но чем больше развлекаешься таким образом, тем лучше проясняются многие вещи – пусть сама игра выглядит довольно сомнительной.

Что, конечно, не означает какого-то превосходства европейского типа сознания над остальными. Пятигорский первый бы поднял на смех такое предположение – по академической профессии он был индологом и буддологом, более того, мне кажется, что Сократу предпочитал – о, ужас! – «Алмазную сутру» или беседу Арджуны с Кришной. Здесь Пятигорский просто указывает на то место, которое Сократ занимает в процессе возведения великого здания европейского сознания. Но, заметим, перед нами не «история», а процесс возведения здания, процесс, который имеет отправную точку, но затем уже существует безотносительно времени. Это здание всегда находится в процессе строительства и всегда же завершено и совершенно. Странным образом, от формулировки проблематики абстрактного и конкретного мы переходим к мистическому переживанию. Пятигорскому бы это понравилось.

Иными словами, Сократ нужен сейчас и всегда для такого типа сознания, которое без присутствия Сократа просто невозможно. Задавая столь грубый, на первый взгляд, и даже агрессивно-глупый вопрос, человек уже как бы выводит свое мышление за пределы этого типа. Он пытается установить дистанцию, отделяя себя от сократического европейского здания. Любопытно, что сам процесс различения себя, как сознания, и чего-то другого есть процесс безусловно философский. То есть, он не «есть», а

может быть таковым при одном условии – если задающий этот вопрос имеет в виду в качестве конечной своей цели следование Добродетели в том значении, какое Пятигорский приписывал Сократу. Тогда это точный и важный вопрос. Если нет – манифестация жалкого невежества и того самого варварства, которое древние греки приписывали народам, не вкусившим счастья жить в полисах, пользоваться благами демократии (и нести ее обязанности), счастья скудно питаться лепешками, чечевицей и оливками, пить скверное вино со вкусом смолы и беседовать с Сократом и его учениками.

Беседа Александра Моисеевича Пятигорского «Кому сейчас нужен Сократ?» (цикл «Нерусская идея») вышла в эфир Радио Свобода 15 ноября 1991 года.

Проект «Свободный философ Пятигорский» готовится совместно с Фондом Александра Пятигорского. Благодарим руководство Фонда и лично Людмилу Пятигорскую за сотрудничество. Напоминаю, этот проект был бы невозможен без архивиста «Свободы» Ольги Широковой; она соавтор всего начинания. Бессменный редактор рубрики (и автор некоторых текстов) – Ольга Серебряная. Постоянная заглавная фотография рубрики сделана Петром Серебряным в лондонской квартире А.М.Пятигорского в 2006 году.

Все выпуски доступны здесь

Такой разный Армен Джигарханян. Ушел из жизни большой артист

https://ria.ru/20201114/dzhigarkhanyan-1584610655.html

Такой разный Армен Джигарханян. Ушел из жизни большой артист

Такой разный Армен Джигарханян. Ушел из жизни большой артист — РИА Новости, 14.11.2020

Такой разный Армен Джигарханян. Ушел из жизни большой артист

Не стало Армена Джигарханяна — артиста, режиссера, художественного руководителя собственного театра. Одного из самых дорогих нашему сердцу актеров, чьи роли мы… РИА Новости, 14.11.2020

2020-11-14T14:29

2020-11-14T14:29

2020-11-14T16:16

культура

армен джигарханян

московский драматический театр под руководством армена джигарханяна

московский театр им. маяковского

кино и сериалы

театр

владимир алеников (режиссер)

умер армен джигарханян

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdn23.img.ria.ru/images/150799/07/1507990731_0:158:3077:1889_1920x0_80_0_0_451eac127ec9d41d1bc0959054556448.jpg

МОСКВА, 14 ноя — РИА Новости, Павел Сурков. Не стало Армена Джигарханяна — артиста, режиссера, художественного руководителя собственного театра. Одного из самых дорогих нашему сердцу актеров, чьи роли мы знаем, помним и будем любить всегда. Человек с тысячью лицКогда-то о нем иронично сказал Валентин Гафт: «Гораздо меньше на земле армян, чем фильмов, где сыграл Джигарханян». И действительно, количество созданных им ролей даже по меркам сегодняшним поражает, только в кино около трехсот, а еще театр, радио, мультфильмы. При этом каждый образ был уникальным, неповторимым, ярким — и мгновенно запоминался. Он обладал фантастической памятью: однажды на спор во время процесса озвучивания отвернулся от экрана и в точности, синхронно, проговорил весь текст героя, не ошибившись ни разу, — даже спустя месяцы после окончания съемок он помнил все реплики и все интонации! Он мог сыграть все — и брался за это «все» с одинаковой серьезностью, тщательностью и скрупулезностью. Как он умудрился ни разу не повториться в своих ролях? При этом он был органичен в любой из них.Вот его знаменитый Горбатый из «Места встречи изменить нельзя» — ради этой роли актеру делали сложный грим, сильно меняли внешность, при этом всем было, конечно, понятно, что перед нами Джигарханян. Но на экране возникал циничный, хитрый и безжалостный злодей. А вот совсем иной антигерой — Макс из «Тегерана-43», наемный убийца, настоящая машина смерти, который и в преклонном возрасте оказывается неизменно страшным и опасным, словно ядовитая змея. А каков был его атаман разбойников Хасан в спектакле «Али-Баба и сорок разбойников»? Для съемки обложки пластинки с записью этой постановки Джигарханян даже принес из дома восточную посуду — кувшины, блюда, пиалы, с которыми позировали все артисты, игравшие в спектакле. На его театральные роли собиралась вся Москва: в театре имени Маяковского, где Джигарханян служил почти 30 лет, на спектакли с его участием билеты было практически не достать. И он тоже был абсолютно разным в этих ролях — от гордого Сократа в «Беседах с Сократом» Эдварда Радзинского до Большого Па в «Кошке на раскаленной крыше».Там он сыграл одну из своих самых ярких ролей — Менделя Крика в инсценировке бабелевского «Заката», а потом повторил эту роль в фильме Владимира Аленикова «Биндюжник и король», который собрал потрясающий актерский ансамбль. Но как семья Криков так или иначе собиралась вокруг старого биндюжника Менделя, так и фильм закручивался вокруг почти трагической фигуры старого извозчика, влюбившегося в красотку Марусю. Театр ДЗритель платил ему своей преданностью, следуя за актером из театра в театр. Когда в 1996 году Джигарханян собрал собственную труппу, то эта любовь стала проецироваться и на его главное детище — коллектив, состоящий в основном из молодых актеров, веселый, бесшабашный, создающий на сцене атмосферу праздника. Было в этом, конечно, что-то от характера самого создателя, который всегда отражается в собственном детище. В своем театре он тоже успел сыграть несколько невероятных ролей. Можно вспомнить и «Последнюю ленту Крэппа» — удивительный спектакль, фактически бенефис Джигарханяна. В нем старый человек вспоминает свое прошлое, переслушивая магнитофонные записи и ведя сложный, многоуровневый диалог и с самим собой, и с собственными воспоминаниями, и с каждым из нас. Успел он сыграть и Сальери в «Маленьких трагедиях» — и его отравитель был весьма и весьма неординарен. Это была история не зависти к Моцарту, а отчаяния, борьбы с собственным эго, внутренних противоречий, фактически вывернутый наизнанку сеанс психотерапии. Последней его ролью на сцене собственного театра стал Сенека в «Театре времен Нерона и Сенеки» Радзинского: фактически продолжение линии сыгранного им когда-то Сократа. Принципиальный мудрец, который ничего не боится, для которого полет мысли важнее властных интриг, вечность превыше сиюминутности, а главная страсть состоит в радости познания. И, собственно, эта роль наиболее ярко отражала характер самого Джигарханяна — и страстного артиста, и неутомимого экспериментатора. Сколько молодых театров, возникших в конце 90-х, не прожили и пары сезонов — а Джигарханян сумел создать крепкий коллектив, который продолжал работу даже тогда, когда здоровье стало подводить мэтра и он не мог уделять прежней работе — что актерской, что управленческой — столько же времени и сил, как раньше. Когда пресса писала о Джигарханяне очередные слухи, он неизменно отвечал на любые нападки с восточной мудростью. Пусть говорят и думают что хотят — а я буду просто делать и работать. И методично, спокойно продолжал рулить своим театром, пока позволяли силы: репетировать, играть и ставить. Доказывая каждой своей земной минутой, что творчество — кровавый, тяжелый и благородный труд, который, однако, дает прекрасные плоды. И они навсегда с нами — даже если их создатель ушел.

https://ria.ru/20201114/artist-1584592976.html

РИА Новости

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2020

РИА Новости

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn21.img.ria.ru/images/150799/07/1507990731_174:0:2905:2048_1920x0_80_0_0_6e6dfe8498011693998bebed4a34e6ed.jpg

РИА Новости

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

армен джигарханян, московский драматический театр под руководством армена джигарханяна, московский театр им. маяковского, кино и сериалы, театр, владимир алеников (режиссер), умер армен джигарханян, звезды, знаменитости

МОСКВА, 14 ноя — РИА Новости, Павел Сурков. Не стало Армена Джигарханяна — артиста, режиссера, художественного руководителя собственного театра. Одного из самых дорогих нашему сердцу актеров, чьи роли мы знаем, помним и будем любить всегда.

Человек с тысячью лиц

Когда-то о нем иронично сказал Валентин Гафт: «Гораздо меньше на земле армян, чем фильмов, где сыграл Джигарханян». И действительно, количество созданных им ролей даже по меркам сегодняшним поражает, только в кино около трехсот, а еще театр, радио, мультфильмы. При этом каждый образ был уникальным, неповторимым, ярким — и мгновенно запоминался.

Он обладал фантастической памятью: однажды на спор во время процесса озвучивания отвернулся от экрана и в точности, синхронно, проговорил весь текст героя, не ошибившись ни разу, — даже спустя месяцы после окончания съемок он помнил все реплики и все интонации!

© Мосфильм (1977)Кадр из фильма «Рудин»

1 из 6

Кадр из фильма «Рудин»

© Лентелефильм (1983)Кадр из фильма «Али-Баба и сорок разбойников» (1983)

2 из 6

Кадр из фильма «Али-Баба и сорок разбойников» (1983)

3 из 6

Кадр из художественного фильма «Молодые» (1971)

© Гостелерадио (1979)Армен Джигарханян в фильме «Место встречи изменить нельзя»

4 из 6

Армен Джигарханян в фильме «Место встречи изменить нельзя»

© РИА Новости / РИА Новости / Перейти в фотобанк

Заслуженный артист РСФСР Аркадий Толбузин (слева), народный артист СССР Ефим Копелян (в центре) и народный артист СССР Армен Джигарханян (справа) в сцене из фильма «Новые приключения неуловимых»

5 из 6

Заслуженный артист РСФСР Аркадий Толбузин (слева), народный артист СССР Ефим Копелян (в центре) и народный артист СССР Армен Джигарханян (справа) в сцене из фильма «Новые приключения неуловимых»

© Ленфильм (1978)Кадр из фильма «Собака на сене»

6 из 6

Кадр из фильма «Собака на сене»

1 из 6

Кадр из фильма «Рудин»

2 из 6

Кадр из фильма «Али-Баба и сорок разбойников» (1983)

3 из 6

Кадр из художественного фильма «Молодые» (1971)

4 из 6

Армен Джигарханян в фильме «Место встречи изменить нельзя»

5 из 6

Заслуженный артист РСФСР Аркадий Толбузин (слева), народный артист СССР Ефим Копелян (в центре) и народный артист СССР Армен Джигарханян (справа) в сцене из фильма «Новые приключения неуловимых»

6 из 6

Кадр из фильма «Собака на сене»

Он мог сыграть все — и брался за это «все» с одинаковой серьезностью, тщательностью и скрупулезностью. Как он умудрился ни разу не повториться в своих ролях? При этом он был органичен в любой из них.

Вот его знаменитый Горбатый из «Места встречи изменить нельзя» — ради этой роли актеру делали сложный грим, сильно меняли внешность, при этом всем было, конечно, понятно, что перед нами Джигарханян. Но на экране возникал циничный, хитрый и безжалостный злодей.

А вот совсем иной антигерой — Макс из «Тегерана-43», наемный убийца, настоящая машина смерти, который и в преклонном возрасте оказывается неизменно страшным и опасным, словно ядовитая змея. А каков был его атаман разбойников Хасан в спектакле «Али-Баба и сорок разбойников»? Для съемки обложки пластинки с записью этой постановки Джигарханян даже принес из дома восточную посуду — кувшины, блюда, пиалы, с которыми позировали все артисты, игравшие в спектакле.

На его театральные роли собиралась вся Москва: в театре имени Маяковского, где Джигарханян служил почти 30 лет, на спектакли с его участием билеты было практически не достать. И он тоже был абсолютно разным в этих ролях — от гордого Сократа в «Беседах с Сократом» Эдварда Радзинского до Большого Па в «Кошке на раскаленной крыше».

1 из 4

Армен Джигарханян в роли Сократа на репетиции спектакля театра Маяковского «Беседы с Сократом»

2 из 4

Сцена из спектакля «Разгром» по роману Александра Фадеева, постановка Марка Захарова. В роли Левинсона — Армен Джигарханян

© Владимир Первенцев / Перейти в фотобанк

Сцена из спектакля «Закат» по произведениям Исаака Бабеля. Беня Крик — Эммануил Виторган, Мендель Крик — Армен Джигарханян, Нехама — Нина Тер-Осипян

3 из 4

Сцена из спектакля «Закат» по произведениям Исаака Бабеля. Беня Крик — Эммануил Виторган, Мендель Крик — Армен Джигарханян, Нехама — Нина Тер-Осипян

4 из 4

Сцена из спектакля по пьесе Теннесси Уильямса «Кошка на раскаленной крыше». Большой Па — Армен Джигарханян, Маргарет — Алла Балтер

1 из 4

Армен Джигарханян в роли Сократа на репетиции спектакля театра Маяковского «Беседы с Сократом»

2 из 4

Сцена из спектакля «Разгром» по роману Александра Фадеева, постановка Марка Захарова. В роли Левинсона — Армен Джигарханян

3 из 4

Сцена из спектакля «Закат» по произведениям Исаака Бабеля. Беня Крик — Эммануил Виторган, Мендель Крик — Армен Джигарханян, Нехама — Нина Тер-Осипян

4 из 4

Сцена из спектакля по пьесе Теннесси Уильямса «Кошка на раскаленной крыше». Большой Па — Армен Джигарханян, Маргарет — Алла Балтер

Там он сыграл одну из своих самых ярких ролей — Менделя Крика в инсценировке бабелевского «Заката», а потом повторил эту роль в фильме Владимира Аленикова «Биндюжник и король», который собрал потрясающий актерский ансамбль. Но как семья Криков так или иначе собиралась вокруг старого биндюжника Менделя, так и фильм закручивался вокруг почти трагической фигуры старого извозчика, влюбившегося в красотку Марусю.

Театр Д

Зритель платил ему своей преданностью, следуя за актером из театра в театр. Когда в 1996 году Джигарханян собрал собственную труппу, то эта любовь стала проецироваться и на его главное детище — коллектив, состоящий в основном из молодых актеров, веселый, бесшабашный, создающий на сцене атмосферу праздника. Было в этом, конечно, что-то от характера самого создателя, который всегда отражается в собственном детище.

1 из 4

Здание Московского драматического театра под руководством Армена Джигарханяна на Ломоносовском проспекте в Москве

2 из 4

Ольга Кузина и Андрей Мерзликин в спектакле «Она в отсутствии любви и смерти» по пьесе Э. Радзинского. Московский драматический театр под руководством Армена Джигарханяна

3 из 4

Отрывок из спектакля «Молли» в театре Армена Джигарханяна по пьесе «Молли Суини» ирландского драматурга Брайана Фрила

4 из 4

Актеры после показа спектакля «Мольер» по пьесе М. Булгакова «Кабала святош» в постановке Сергея Виноградова в Московском драматическом театре под руководством Армена Джигарханяна

1 из 4

Здание Московского драматического театра под руководством Армена Джигарханяна на Ломоносовском проспекте в Москве

2 из 4

Ольга Кузина и Андрей Мерзликин в спектакле «Она в отсутствии любви и смерти» по пьесе Э. Радзинского. Московский драматический театр под руководством Армена Джигарханяна

3 из 4

Отрывок из спектакля «Молли» в театре Армена Джигарханяна по пьесе «Молли Суини» ирландского драматурга Брайана Фрила

4 из 4

Актеры после показа спектакля «Мольер» по пьесе М. Булгакова «Кабала святош» в постановке Сергея Виноградова в Московском драматическом театре под руководством Армена Джигарханяна

В своем театре он тоже успел сыграть несколько невероятных ролей. Можно вспомнить и «Последнюю ленту Крэппа» — удивительный спектакль, фактически бенефис Джигарханяна. В нем старый человек вспоминает свое прошлое, переслушивая магнитофонные записи и ведя сложный, многоуровневый диалог и с самим собой, и с собственными воспоминаниями, и с каждым из нас.

Успел он сыграть и Сальери в «Маленьких трагедиях» — и его отравитель был весьма и весьма неординарен. Это была история не зависти к Моцарту, а отчаяния, борьбы с собственным эго, внутренних противоречий, фактически вывернутый наизнанку сеанс психотерапии.

Последней его ролью на сцене собственного театра стал Сенека в «Театре времен Нерона и Сенеки» Радзинского: фактически продолжение линии сыгранного им когда-то Сократа. Принципиальный мудрец, который ничего не боится, для которого полет мысли важнее властных интриг, вечность превыше сиюминутности, а главная страсть состоит в радости познания. И, собственно, эта роль наиболее ярко отражала характер самого Джигарханяна — и страстного артиста, и неутомимого экспериментатора.

Сколько молодых театров, возникших в конце 90-х, не прожили и пары сезонов — а Джигарханян сумел создать крепкий коллектив, который продолжал работу даже тогда, когда здоровье стало подводить мэтра и он не мог уделять прежней работе — что актерской, что управленческой — столько же времени и сил, как раньше.

Когда пресса писала о Джигарханяне очередные слухи, он неизменно отвечал на любые нападки с восточной мудростью. Пусть говорят и думают что хотят — а я буду просто делать и работать. И методично, спокойно продолжал рулить своим театром, пока позволяли силы: репетировать, играть и ставить. Доказывая каждой своей земной минутой, что творчество — кровавый, тяжелый и благородный труд, который, однако, дает прекрасные плоды. И они навсегда с нами — даже если их создатель ушел.

14 ноября 2020, 10:37Культура»Меня радует то, что не огорчает». Каким был Армен Джигарханян

Сытник Семён Семёнович — Александринский театр

В 1969 году окончил Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии (класс профессора В.В. Меркурьева) и сразу был принят в Ленинградский государственный академический театр драмы им. А.С. Пушкина. За годы работы в Александринском театре сыграл более 100 ролей.

В первые годы работы в театре сыграл множество эпизодических и несколько крупных ролей, в числе которых: Дон Гуан («Маленькие трагедии» А. Пушкина, 1969), Клавдио («Много шуму из ничего» У. Шекспира, 1971), Морис Дора («Жизнь Сент-Экзюпери» Л. Малюгина, 1971), Левушка («Сказки старого Арбата» А. Арбузова, 1971), Дульчин («Последняя жертва» А. Островского, 1971), Игорь («Одни, без ангелов» Л. Жуховицкого, 1971), Яша («Вишневый сад» А. Чехова, 1972). Уже в ранних работах артиста критики отмечали удивительную легкость, пластичность, склонность к импровизации и яркой театральности. В спектакле по сказке К. Гоцци «Зеленая птичка», решенному в традициях итальянской комедии дель арте, Сытник блистательно сыграл Тарталью (1976). В этом смешном, чудаковатом персонаже удивительно сочетались детская непосредственность, наивность и лукавство, восторженность и озорство, робость и бравада. Сытник всегда стремился построить роль на парадоксальном сочетании, казалось бы, взаимоисключающих   черт   персонажа. Его Дульчин в «Последней жертве» был скорее не циничным, расчетливым негодяем, а слабым, сломленным человеком, не способным противостоять натиску жизни, переживающим собственную драму несбывшихся надежд. В спектакле «Беседы с Сократом» Э. Радзинского (1976) актер сыграл Первого ученика Сократа, верного последователя и одновременно отступника. Актер сумел показать, как максимализм и фанатичная приверженность догме, не желание мыслить самостоятельно и соотносить свои идеи с реальностью приводит к страшным последствиям: жертвенность оборачивается жесткостью, преданность – предательством. Эта тема получила развитие в роли Ореста («Моя любовь Электра» Л. Дюрко, 1979). Его любовь к Электре оборачивалась убийством, пусть вынужденным, совершенным во избежание больших жертв. Тема нравственного компромисса, так или иначе, варьировалась во многих ролях Семена Сытника: Иден («Аэропорт» А. Хейли, 1977), Растиньяк («Отец Горио» О. де Бальзака, 1984), Говорухо-Отрок («Поющие пески» А. Штейна, 1982), Кристиан («Сирано де Бержерак» Э. Ростана, 1987), Тригорин («Чайка» А. Чехова, 1990), Александр («Жиды города Питера» бр. Стругацкие, 1991), Розенкранц («Гамлет» У. Шекспира, 1992), Ласло («Черт» Ф. Мольнара, 1995).

Принимал участие в сценических читках современных пьес, которые устраивались в рамках фестиваля «Островский на площади Островского» (1998). Его актерская работа в показе пьесы А. Строганова «Орнитология» стала одним из самых ярких впечатлений фестиваля. Его герой – Савва Любезный был уморительно смешон и трогателен: галантный обольститель, охотник до женских сердец, сам становился жертвой, попав в искусные сети семейства «орнитологов».

В числе лучших работ актера можно выделить комедийные и острохарактерные роли: Ричард Уилли в комедии Р. Куни «Тринадцатый номер» (реж. В. Голуб, 2004), Пит Кроули в «Ярмарке тщеславия» У. Теккерея (реж. А. Белинский, 2002). Об этой роли театральный критик Л. Шитенбург писала: «Характер получился острый, любопытный, в лучших английских комических традициях: гротескный подагрический старикан, циничный и расчетливый, однако не совсем лишенный романтических иллюзий (его манера становиться на колени, объясняясь в высоких чувствах, незабываема). В известном телесериале ВВС не сыграли бы лучше».

(Смена. 20.01.2003)

В 2005 году артист сыграл Его превосходительство, сиятельного вельможу  в спектакле по петербургской поэме Ф. М. Достоевского «Двойник» (реж. В. Фокин).

Необычным сценическим экспериментом стала работа в спектакле известного греческого режиссера Теодороса Терзопулоса «Эдип-царь» (2006) по трагедии Софокла. Семен Сытник сыграл роль слепого прорицателя Тиресия, предсказавшего Эдипу его трагическую участь. Работа в спектакле Терзопулоса стала для него серьезным опытом постижения другой театральной традиции. Высказывание Терзопулоса: «Артист должен быть выносливым», – близко и Семёну Сытнику. Эта удивительная сосредоточенность на процессе, предельная концентрация духовных и физических сил, присущая репетициям Терзопулоса, по словам самого артиста, обогатила его профессионально и личностно. Многочасовой тренинг, в котором использованы элементы йоги, приемы японского театра «но», восточные дыхательные практики, позволил артисту органично вести свою партию в сложной партитуре спектакля Терзопулоса.  

Стоит отметить такие роли актера, как роль князя Сергея Дмитриевича Абрезкова в спектакле Валерия Фокина по пьесе Л.Н. Толстого «Живой труп» (2006), роль профессора Немура в спектакле «Цветы для Чарли» по роману Дэниела Киза «Цветы для Элджернона» (реж. И. Сакаев, 2007). Об этой работе актера критика писала: «Мастер-класс перевоплощения показывает Семён Сытник: поворот головы – перед нами самовлюбленное научное светило; еле заметное движение – отец Чарли, одинокий старик-парикмахер с неспокойной совестью». (А. Пронин. Цветы для Чарли// АФИША. 02.12.2007).

В 2009 году сыграл три роли: профессора Серебрякова («Дядя Ваня» А.П. Чехова, реж. А. Щербан), астронома Сергея Сергеевича Заратустрова («Изотов» М. Дурненкова, реж. А. Могучий) и учителя географии Третьякова из одноактной пьесы Александра Вампилова «Дом окнами в поле» («Вампилов. Пьесы», реж.  О. Ерёмин). В спектакле «Гедда Габлер» Г. Ибсена (реж. К. Гинкас, 2011) Семён Сытник сыграл роль асессора Бракка.

В спектакле Оскараса Коршуноваса «Укрощение строптивой» В. Шекспира (2010) исполнил роль Лорда, по прихоти которого актеры и разыгрывают перед бродягой Слаем потешное действо об укрощении строптивой Катарины. Он же, по мысли режиссера, маститый актер, старый лицедей, решивший «встряхнуть» свою труппу неожиданной творческой задачей, не дать ей погрязнуть в рутинерстве и утратить смысл и остроту игры. В спектакле «Счастье» А. Могучего и К. Филиппова сыграл роль Времени (реж. А. Могучий, 2011). Осенью 2013 года ввелся на роль Баптисты, богатого падуанского дворянина, в спектакль «Укрощение строптивой» У. Шекспира. В 2014 году сыграл роль Нелла в спектакле греческого режиссера Теодороса Терзопулоса по пьесе С. Беккета «Конец игры». Задействован в спектакле «Теллурия» по роману Владимира Сорокина (реж. М. Гацалов, 2014). 

В спектакле Валерия Фокина 2015 года «Третий выбор» (вторая редакция спектакля «Живой труп») сыграл роль Сергея Дмитриевича Абрезкова. В 2015 году принимал участие в театрализованном представлении на официальном открытии Года литературы в Санкт-Петербурге («Воробей», И.С. Тургенев). В ноябре 2015 сыграл роль Сказочника в детском спектакле «День рождения сказки» (реж. И. Куркин), поставленном в жанре квеста и мультимедийных чтений. В декабре 2015 года исполнил роль Ученого в спектакле Марата Гацалова «Новое время» по пьесе Татьяны Рахмановой. В феврале 2016 года сыграл Чебутыкина в спектакле Андрия Жолдака «По ту сторону занавеса». В спектакле Теодороса Терзопулоса «Мамаша Кураж и ее дети» (2017) исполнил роль Вербовщика.

В сентябре 2017 года состоялась премьера проекта «Учителя», в рамках которого Семен Сытник выступил в роли автора-исполнителя творческого вечера-воспоминания о И.В. Мейерхольд и В.В. Меркурьеве.

В 2018 году в спектакле режиссера Хуго Эрикссена «Демагог», поставленного в рамках программы Александринского театра «Премьеры молодых режиссёров на Новой сцене», исполнил роль Перикла.

В 2020 году в спектакле Андрия Жолдака «Нана» на Новой сцене Александринского театра сыграл роль Графа Мюффа (а также исполнил роль одного из рассказчиков). В феврале 2021 года в спектакле Валерия Фокина «Честная женщина» сыграл роль Мужа Мадам.

Многие годы артист Семен Сытник занимается театральной педагогикой. Свою педагогическую деятельность он начал в 1973 году в ЛГИТМиКе на курсе своих учителей В.В. Меркурьева и И.В. Мейерхольд (Чечено-Ингушская национальная студия). С 1987 по 2003 годы преподавал актерское мастерство на курсе И.О. Горбачёва – сначала в ЛГИТМиКе, а затем в Школе Русской драмы. В должности профессора выпустил два курса в Школе русской драмы. В числе его учеников известные петербургские артисты: Сергей Бызгу, Александр Баргман, Дмитрий Воробьёв, Юлия Соколова, Андрей Шимко, Антон Шварц и др.  В 1982-1983 годах преподавал актерское мастерство в театральной школе г. Лахти (Финляндия). В 2004 году на сцене Полтавского музыкально-драматического театра им. Н.В. Гоголя поставил спектакль «Две изящные французские штучки» по водевилям Э. Лабиша. С 2004 года преподает актерское мастерство на кафедре музыкальной режиссуры Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н.А. Римского-Корсакова. На протяжении долгих лет является ведущим популярного музыкального абонемента «Музыка от А до Я» на сцене БКЗ «Октябрьский».

В 2007 году исполнил роль Казарина в спектакле-концерте «Маскарад» по драме М. Ю. Лермонтова на музыку А. К. Глазунова (Государственная академическая капелла Санкт-Петербурга, реж. И. Селин, музыкальный руководитель и дирижер В. Чернушенко).

В 2006 году награжден Медалью Пушкина (Указ Президента Российской Федерации № 392 от 17.04.2006).

В 2010 году за роль профессора Серебрякова удостоен Высшей театральной премии Санкт-Петербурга «Золотой софит» (номинация «Лучшая мужская роль»).

В 2013 году удостоен ОРДЕНА ДРУЖБЫ «за большие заслуги в развитии отечественной культуры и искусства и многолетнюю плодотворную деятельность» (Указ Президента Российской Федерации № 595 от 29.06.2013).

На счету Семёна Сытника более 20 ролей в кино, среди которых: «Маленькие трагедии» (телеспектакль) (реж. Л. Пчелкин, 1972), «Я — актриса» (реж. В. Соколов, 1974), «Письма мертвого человека» (реж. К. Лопушанский,1986), «Винтовая лестница» (сериал), (реж. Д. Парменов, 2005), «Хроники убойного отдела» (2005), «Дон» (сериал), (реж. Д. Парменов, 2006) и др.

Статья Сократическая беседа. Сократовский диалог.

Сократическая беседа. Сократовский диалог.

Сократическая беседа. Мастером ведения такой беседы был философ Сократ (469 – 399 гг. до н.э.) Сократ никогда не давал готовых ответов. Своими вопросами и возражениями он старался навести самого собеседника на правильные решения. Он разбивал мысль, к которой хотел подвести собеседника, на короткие отрезки и задавал к ним соответствующие вопросы, подводя участника беседы либо ученика к тому или иному выводу. Сократ утверждал, что продуманные вопросы стимулируют учащихся логически выверять свои мысли и оценивать их достоверность.

Целью Сократа было не само знание, а пробуждение у людей любви к знанию. Беседы Сократа – устный диалогический метод, рассчитанный на то, что уже известно собеседнику и следует наводящими вопросами выяснить границы его знания и незнания и прийти вместе с ним к открытию в себе самом прекрасного и разумного.

Метод Сократа удобен для применения во всех возрастных группах и является полезным инструментом для преподавателя. Применение вопросного метода Сократа способствует развитию навыков независимого мышления у учащихся и создает у них ощущение причастности к предмету изучения. Этот метод также приемлем для проведения беседы с обучающимися, нарушающими дисциплину во время учебных занятий.

Сократовский диалог – это прием эффективной коммуникации известен очень давно и звучит так: «Для получения положительного решения по вопросу поставьте его на третье место, предпослав ему два коротких, простых для собеседника вопроса, на которые он без затруднения ответит вам «да». Предваряющие вопросы должны быть короткими, чтобы не утомлять собеседника и не отнимать у него много времени».

Такой подход – деловая модификация метода Сократа. Сократ, философ древних Афин, чьи диалоги записал Платон, вел дискуссии необычным образом, преимущественно задавал собеседнику вопросы. Разбираясь в предмете вместе с собеседником и задавая доброжелательные вопросы, на каждый из которых следовал, как правило, утвердительный ответ. Сократ подводил собеседника к более полному видению предмета обсуждения и выводам, которые изначально были для собеседника не очевидными.

В современном варианте метод Сократа заключается в том, что свою мысль вы расчленяете на маленькие звенья, и каждую подаете в форме вопроса, подразумевающего короткий, простой и заранее предсказуемый ответ. По сути, это редуцированный, хорошо организованный диалог с перехватом инициативы.

Модификация метода Сократа — принцип трех Да, вариант, где вопросы строятся даже не разумным, а просто случайным образом, лишь бы собеседник ответил: «Да!». Интересно, что даже в таком варианте эффект все равно есть

Приведу пример. Обучающийся П. во время урока постоянно отвлекался, разговаривая с соседями по парте и сидящими сзади него, мешая тем самым вести урок преподавателю. На просьбу преподавателя дать дневник для записи замечания и выйти из класса ответил грубостью. Руководитель подразделения проводит с нарушителем беседу.

Руководитель: — За что тебя попросили выйти из класса?

П. – Я ничего такого не делал, обсуждал с ребятами решение примеров, а она придралась.

Руководитель: — А как ты думаешь, если все в классе будут обсуждать с соседями решение примеров, это будет мешать учительнице вести объяснение?

П. – Ну, наверно будет.

Руководитель: — Значит, ты нарушил правила поведения на уроке?

П. –Ну, нарушил, кажется.

Руководитель: — Ты нарушил правила поведения на уроке, значит, учительница справедливо попросила у тебя дневник для записи замечания?

П. – Ну, получается, что справедливо.

Руководитель: — А без «ну» можно отвечать?

П. – Можно.

Руководитель: — В ответ ты нагрубил, учительница попросила тебя выйти из класса, а ты опять нагрубил. Значит, ты повторно нарушил правила поведения на уроке?

П. – Получается, что опять нарушил.

Руководитель: — Какими же должны быть твои дальнейшие действия?

П. – Надо пойти извиниться за свое неправильное поведение.

Метод Сократа предупреждает ненужные споры. Когда собеседник вас не понимает, хочется ему втолковать, интонации становятся более давящими и напряженными. Но если вы собьетесь на монолог и начнете давить, скорее всего, вы столкнетесь с сопротивлением и проиграете. Монолог, как форма убеждения — прост, но малоэффективен, Диалог труднее, но продуктивнее. 

Как правило, так организованный диалог держит внимание собеседника, не дает отвлечься; если что-то в вашей логической цепочке для собеседника неубедительно, вы это вовремя заметите; собеседник приходит к истине сам (хотя и с вашей помощью).

Да, организовать разговор в формате такого структурированного диалога бывает непросто: как правило, нужно быть хорошо подготовленным в теме, заранее знать, как собеседник может ответить на тот или иной вопрос, но, может быть, необходимость продумывать разговор, проигрывать в голосе возможные реакции собеседника — также является плюсом этого метода? Метод Сократа — действительно полезная вещь, и не только тем, что ваши собеседники будут чаще с вами соглашаться, а еще и тем, что заставляет вас думать самих и приучает вас брать инициативу в свои руки.

Разговоры с детьми, построенные по методу Сократа, занимают очень много времени и не гарантируют, что приведут к нужному результату. Однако в отличие от коротких родительских распоряжений, такие разговоры учат детей думать и помогают в большей степени понимать родителей.

Как тренировать метод Сократа?

Продумайте логику того, что вы хотите сказать. У вас есть мысль, вы хотите ее донести до собеседника. Первая трудность в том, что ваша мысль не всегда полностью ясна вам самим (самой). Чтобы лучше понимать свою собственную мысль, запишите ее, изложите ее письменно. Записали? Теперь в своем тексте выделите тезисы, обоснования тезисов и иллюстрации, которые делают вашу мысль более яркой и живой. Когда вы это сделаете, вы разберетесь в своих мыслях и сможете лучше свою мысль изложить собеседнику.

Сформулируйте свои тезисы в форме вопросов. Все, что вы хотите сказать, переведите в форму вопросов, на каждый из которых собеседник должен будет ответить утвердительно. Вопросы направят его внимание в нужное русло? Если вы зададите вопрос, собеседнику нужно будет на него ответить, да? Когда собеседник три раза скажет Да, несколько раз согласится с вами, ему проще будет сказать вам и окончательное Да. Согласны?

С чего начать? Самая сильная логика рушится, если собеседник не захочет вас слушать изначально. Продумайте начало разговора — такое, чтобы привлечь внимание, чтобы вас стали слушать.

Берите инициативу в свои руки. Теперь, когда вы подготовились, не ждите, пока собеседник начнет говорить что-то вам, а опережайте собеседника, начинайте задавать ему свои вопросы. А чтобы это стало вашей привычкой, тренируйтесь. Конкретно: три дня по три часа (можно вразбивку) стройте фразы таким образом, чтобы собеседник отвечал вам «Да».

Советы по применению вопросного метода Сократа:

• Заранее продумайте основополагающие вопросы, которые определят суть и направление диалога

• Давайте время на размышление: отводите как минимум 30 секунд на ответ • Следите за ответами учащихся

• Задавайте зондирующие вопросы

• Периодически обобщайте все сказанное, фиксируя ключевые моменты обсуждения

• Подключите к обсуждению как можно больше учащихся

• Позвольте учащимся самостоятельно раскрывать новые знания, отвечая на поставленные учителем зондирующие вопросы.

Типы и примеры сократических вопросов

Техника сократического спрашивания включает различные типы вопросов. Вот несколько примеров.

Тип сократических вопросов

Пример

Уточняющие вопросы

Что вы имеете в виду?

Могли бы вы сказать это другими словами?

Что, по вашему, является главной проблемой?

Могли бы вы привести пример? Могли бы вы развить эту точку зрения?

Вопросы о появлении вопроса или проблемы

Почему этот вопрос так важен? Сложно или просто ответить на данный вопрос?

Почему вы так думаете?

Какие предположения мы можем сделать на основании данного вопроса?

Ведет ли этот вопрос к другим важным проблемам и вопросам?

Вопросы – предположения

Как можно такое предположить?

Что ______ в данном случае предполагает?

Что иначе мы могли бы предположить?

Похоже, вы считаете _____________ Я правильно вас понимаю?

Вопросы о причинах и доказательствах

Что могло бы послужить примером? Почему вы считаете, что это правда? Какая еще информация нам необходима?

Могли бы вы объяснить нам причины?

Какой логический ход мысли привел вас к такому заключению?

Есть ли причины не доверять этим доказательствам?

Что привело вас к такому убеждению?

Вопросы о происхождении и источниках

Это ваша идея или вы услышали ее где-то еще?

Вы всегда так к этому относились? Кто или что-либо повлияли на ваше мнение?

Где вы взяли эту идею?

Что заставило вас так думать?

Причинно-следственные вопросы

Как бы это повлияло?

Произойдет это на самом деле или лишь предположительно произойдет? Каковы альтернативы?

Что вы под этим подразумеваете? Если бы это произошло, что еще могло бы случиться в итоге?

Почему?

Вопросы-мнения

Как бы другая группа людей ответила на данный вопрос?

Почему?

Как бы вы ответили на возражение, высказанное ___________?

Чтобы мог подумать тот, кто верит ______?

Каковы альтернативы?

В чем сходства идей _____ и_____?

И в чем различия?

Никто тебе не друг, никто тебе не враг, но всякий человек тебе учитель.

Сократ

Сократ — (жил в 469-399 годах до нашей эры), древнегреческий философ из Афин, один из родоначальников диалектики.

Цель философии Сократа – самопознание как путь к достижению блага; добродетель есть знание или мудрость. Для последующих эпох Сократ стал воплощением идеала мудреца.

С именем Сократа связано первое фундаментальное деление истории античной философии на досократовскую и послесократовскую, отражающее интерес ранних философов 6-5 веков к натурфилософии (устоявшийся термин для этого периода: («досократики»), а последующего поколения софистов 5 века — к этико-политическим темам, главная из которых воспитание добродетельного человека и гражданина. В конце жизни Сократ был обвинен в «поклонении новым божествам» и «развращении молодежи» и приговорен к смерти (принял яд цикуты).

После смерти Сократа во множестве возникли сократические школы, основанные его учениками, появляется жанр сократического диалога, персонажем которого неизменно является Сократ, и «воспоминаний» о Сократе. Ученики хотели рассказать о личности Сократа людям, не имевшим возможность его знать при жизни, и понять, какое значение может иметь его жизнь для тех, кто его никогда не увидит.

Для всей этой литературы была характерна типизация персонажей, их личных качеств и всех происходящих с ними событий, так что в результате имеющийся перед нами облик Сократа хотя исторически малодостоверен, зато интересен как уникальный историко-культурный миф, к которому обращались все новые поколения философов: «Сократ первый показал, что во всякое время и во всяком возрасте, что бы с нами ни происходило и что бы мы ни делали, — в жизни всегда есть место философии» (Плутарх. Должно ли старику заниматься государственными делами).

Литература.

ru.wikipedia.org›Сократ

Сократический диалог: что это такое и где его применять

4brain.ru›Блог› Сократический диалог

Личность и психологические воззрения Сократа. Сократическая беседа. studopedia.ru›

studopedia.ru›…sokrata-sokraticheskaya-beseda.html

Метод Сократа, сократовский диалог. Психологос. Энциклопедия практической психологии.

Сократическая беседа fullref.ru›job_….html

Сократ и его метод. Сократическая беседа и ее структура.books.house›…11sokrat-ego…sokraticheskaya-beseda…

Адрес публикации: https://www.prodlenka.org/metodicheskie-razrabotki/190286-statja-sokraticheskaja-beseda-sokratovskij-di

что известно о философе сегодня? — Моноклер

Рубрики : Переводы, Последние статьи, Философия

Сократ всегда предпочитал диалог письму, так как считал беседы лучшим способом докопаться до истины. Благодаря этой традиции философ не оставил после себя никаких трудов, что стало серьёзной проблемой для ученых в установлении его подлинного образа. Какой была личность Сократа? Кем он был: скверным и склочным афинянином или мудрым харизматичным человеком с пытливым умом? Скотти Хендрикс делает небольшой экскурс в историю формирования образа философа таким, каким мы знаем его, и рассказывает о противоречиях, которые встречаются в дошедших до нас источниках.

Сократ – один из величайших философов всех времен. Его имя известно даже тем, кто совсем не интересуется философией. Детали его жизни вкупе с его взглядами и мыслями уже давно покинули башню из слоновой кости и вошли в массовое сознание.

Тем не менее существует один факт о Сократе, о котором знают далеко не все.

Сократ, как и многие древние мыслители, никогда ничего не писал, так как считал, что письмо уступает диалогу в качестве способа познания истины. Обо всем, что мы знаем о Сократе сейчас, поведали нам в своих трудах другие философы, некогда его знавшие. Однако некоторые описанные ими факты расходятся друг с другом.

 

Что известно из источников

Самым первым письменным источником, упомянувшим Сократа стала пьеса древнегреческого комедиографа Аристофана. Комедия «Облака» была написана в 423 г. до н. э., когда Сократу было 47 лет. В ней философ изображен как эксцентричный интеллектуал, постоянно избегающий оплаты счетов. Он руководит маленькой школой «мыслильней», посвящённой науке, и зарабатывает деньги на обучении молодых людей тому, как изводить своих родителей и отбиваться от сборщиков налогов риторикой.

Эти два факта, кстати, послужили основанием для обвинения философа, в результате чего Сократа приговорили к смерти.

Еще одним источником стал историк и писатель Ксенофонт. Он знал Сократа в жизни как своего учителя и сослуживца в афинской армии. Однако его сократические диалоги оставляют желать лучшего: во-первых, Ксенофонт не присутствовал на судебном процессе Сократа, хотя и написал об этом произведение; во-вторых, во время протекания некоторых исторических событий он был еще совсем ребенком, хотя позже описывал их с подозрительной детализацией.

Он выдвигает нам свою версию «Апологии», в значительной мере отличающейся от Платоновской. Тогда как Платон предполагает, что Сократа устраивала возможность быть преданным смерти из-за стремления к познанию, Ксенофонт отмечает, что непоколебимость Сократа была связана с тем, что тот стареет – философ сказал, что скорее умрет, чем станет немощным.

А вы знали? «Апология» — первый сохранившийся текст Платона, написанный вскоре после суда (397 или 396 год) и единственное его произведение, написанное не в форме диалога.

Большую часть того, что мы знаем о Сократе, поведал нам его ученик Платон, писавший множество диалогов с речами своего учителя. Созданный им образ Сократа является основой наших представлений о философе. И часто образ, созданный Платоном, называют «истинным» Сократом, несмотря на все противоречия.

Сократ, согласно Платону, меняет свои взгляды на протяжении всей жизни. В то время как «ранний» Сократ заявляет, что не имеет представления о смерти и нравственности, в более поздних диалогах Сократ уже заявляет о бессмертии души и делает некоторые утверждения о моральных проблемах, относительно которых он ранее признавал свое невежество.

Платон к тому же изображает Сократа как слишком идеального человека – отличный солдат, человек, который мог перепить кого-угодно во время споров за столом, придумать за ужином образ идеального государства и был настолько благороден, что скорее предпочел бы смерть предательству. Тут необходимо еще упомянуть, что Платон и Ксенофонт были на сорок лет моложе Сократа и знали философа только последнюю часть его жизни. Именно поэтому стоит относиться скептически к их описаниям ранних лет его жизни.

 

Как решить проблему?

Во многих отношениях вопрос об истинном образе Сократа остается неразрешимым. Мы вряд ли обнаружим какие-либо новые источники о его жизни в ближайшее время, а те источники, которыми мы пользуемся сейчас, изучались на протяжении многих веков в поисках заветного ответа. Однако это не мешает историкам и философам продолжать искать выход.

К решению проблемы существует четыре основных подхода, но у каждого из них есть свои недочеты.

1. Настоящий Сократ – это личность, черты которой достоверно описывают Платон, Ксенофонт и Аристофан.

Проблема: согласны они друг с другом далеко не во всем. В общем, из их слов мы бы смогли заключить, что Сократ был скверным афинянином, и, одновременно, очень ярким и любознательным человеком.

2. Сократ – это тот человек, который говорит, что «знает, что он ничего не знает», и всегда пытается узнать больше, тем самым борясь со своим невежеством; человек, который не обучает истине, а сам ее ищет.

Проблема: хотя во многих диалогах в основном подчеркивается акцент Сократа на обучении, а не преподавании, там же он делает некоторые заявления, которые можно расценить как твердые знания. Если отбросить диалоги, у нас остается совсем мало источников, с которыми можно было бы работать. Но, что еще хуже, это предположение опровергает некоторые диалоги, которые считаются более правдоподобными.

3. Истинный Сократ – это Сократ, описанный в ранних диалогах Платона.

Проблема: у нас нет точной информации, в каком году был написан каждый диалог. Когда как примерную дату некоторых из них мы можем установить по описанным в них историческим событиям, даты написания других до сих пор остаются под вопросом. Образ Сократа в последних чаще воспринимается как «подлинный».

4. Сократ сместил фокус греческой философии с природы реальности на этику и не говорил о теории форм.

Проблема: некоторые из диалогов Сократа, посвященных этике, все еще либо рассматривают метафизику, либо указывают на существование форм, которые позднее разработал Платон.

Тайна о том, какой на самом деле была личность Сократа, может так и остаться нераскрытой. Так как сам философ ничего не писал, источники, из которых мы можем хоть немного узнать о нем – это труды других мыслителей. Но, несмотря на это, Сократ сумел оказать огромное влияние на всю западную цивилизацию. Мы все являемся наследниками той интеллектуальной традиции, которую он продвигал, и мы все пользуемся плодами проделанной им работы. Какой на самом деле была эта работа, мы уже никогда не узнаем.

По крайней мере, мы знаем, как мало мы знаем. И это (вероятно) все, что он хотел донести до нас в первую очередь.


Читайте также
 — Право на ошибку: 4 философа, признавших свои идеи заблуждениями
—  Удивительный скептик: почему философия Юма столь актуальна сегодня?
— Три мифа о философии Ницше

По материалам: Who was Socrates? Philosophy’s greatest mystery explained / Big Think
Обложка: Wikimedia Commons

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Похожие статьи

Философия Сократа

Противоположным по духу софистам был Сократ. Если софисты рассматривают человека с чувственной стороны, то для Сократа человек, в первую очередь, является носителем разума. Разум позволяет человеку познать различие между добром и злом и тем самым добиться счастливой жизни. Такое познание возможно только с помощью общих понятий — справедливости, блага, мужества, которые являются определениями Бога. Бог Сократа предстает как космический разум, благо и истина. Он проявляется в разуме каждого человека. Особое место в философии Сократа занимает учение о душе как о нефизической идеальной сфере бытия. Забота о душе, ее воспитание и образование, становится главной целью бесед Сократа. Сократ был убежден, что человек не может усвоить знание внешним образом как информацию. Знание может быть лишь результатом собственных размышлений и волевых усилий, вследствие которых в душе формируются непоколебимые нравственные принципы. Отсюда проистекает известное изречение «Познай себя». В своих беседах Сократ занимался поиском определений блага и одновременно стимулированием самостоятельного мышления собеседника, начиная с простых и понятных каждому тем и постепенно продвигаясь к более сложным вопросам. Метод ведения философской беседы Сократ называл «диалектикой», что означает «искусство разделять», то есть проводить различие между добром и злом и распределять понятия по категориям. Беседа предполагала, как правило, два этапа: этап иронии, на котором Сократ показывал собеседнику неопределенность и противоречивость его представлений, то есть требовал отказа от следования расхожим мнениям и предрассудкам, и этап «майевтики» (от греческого термина, обозначавшего искусство повивальной бабки) или «рождения истины», когда предпринималась попытка дать определение обсуждаемого понятия. Сам Сократ ничего не писал, о его беседах известно из произведений Платона и Ксенофонта Афинского. Последователями Сократа стали Платон и представители Сократических школ — кинической, киренской и мегарской. В сократических школах, получивших распространение в IV III вв. до н.э., исчезает различие между философскими взглядами софистов и Сократа. Для представителей Киренской школы, основателем которой был Аристипп, как и для Сократа, цель жизни — благо или счастье, однако, в отличие от Сократа, счастье понимается ими как удовольствие и наслаждение. Подлинно счастливым может стать только человек мудрый, который на основе знания способен сделать выбор между ощущениями, ведущими к страданию, и ощущениями, приносящими наслаждение, между злом и добром. Представители Кинической школы, основанной Антисфеном, также считают целью жизни счастье, по понимают его как свободу, выражающуюся в независимости от собственных желаний. Киник стремится быть подобным богам, которые счастливы, ни в чем не нуждаются и ни от кого не зависят. Кинический мудрец — это аскет, который отказался от имущества, богатства, социальной и политической деятельности. Ярким представителем кинизма был Диоген Синопский, живший в глиняной бочке. Для Диогена такая жизнь была еще и способом возвращения к природе, к состоянию догосударственной жизни, которое киники рассматривали как «золотой век». Мегарская школа считает, что подлинное благо представляет собой единое и неизменное бытие, а все остальное, что не обладает единством, — зло. Мир единичных вещей — это противоположность блага, зло и небытие. Для обоснования этого тезиса мегарцы создавали остроумные логические аргументы. nm2000.kz

Противоположным по духу софистам был Сократ. Если софисты рассматривают человека с чувственной стороны, то для Сократа человек, в первую очередь, является носителем разума. Разум позволяет человеку познать различие между добром и злом и тем самым добиться счастливой жизни. Такое познание возможно только с помощью общих понятий — справедливости, блага, мужества, которые являются определениями Бога. Бог Сократа предстает как космический разум, благо и истина. Он проявляется в разуме каждого человека. Особое место в философии Сократа занимает учение о душе как о нефизической идеальной сфере бытия. Забота о душе, ее воспитание и образование, становится главной целью бесед Сократа. Сократ был убежден, что человек не может усвоить знание внешним образом как информацию. Знание может быть лишь результатом собственных размышлений и волевых усилий, вследствие которых в душе формируются непоколебимые нравственные принципы. Отсюда проистекает известное изречение «Познай себя».

В своих беседах Сократ занимался поиском определений блага и одновременно стимулированием самостоятельного мышления собеседника, начиная с простых и понятных каждому тем и постепенно продвигаясь к более сложным вопросам. Метод ведения философской беседы Сократ называл «диалектикой», что означает «искусство разделять», то есть проводить различие между добром и злом и распределять понятия по категориям. Беседа предполагала, как правило, два этапа: этап иронии, на котором Сократ показывал собеседнику неопределенность и противоречивость его представлений, то есть требовал отказа от следования расхожим мнениям и предрассудкам, и этап «майевтики» (от греческого термина, обозначавшего искусство повивальной бабки) или «рождения истины», когда предпринималась попытка дать определение обсуждаемого понятия. Сам Сократ ничего не писал, о его беседах известно из произведений Платона и Ксенофонта Афинского. Последователями Сократа стали Платон и представители Сократических школ — кинической, киренской и мегарской.

В сократических школах, получивших распространение в IV III вв. до н.э., исчезает различие между философскими взглядами софистов и Сократа. Для представителей Киренской школы, основателем которой был Аристипп, как и для Сократа, цель жизни — благо или счастье, однако, в отличие от Сократа, счастье понимается ими как удовольствие и наслаждение. Подлинно счастливым может стать только человек мудрый, который на основе знания способен сделать выбор между ощущениями, ведущими к страданию, и ощущениями, приносящими наслаждение, между злом и добром. Представители Кинической школы, основанной Антисфеном, также считают целью жизни счастье, по понимают его как свободу, выражающуюся в независимости от собственных желаний. Киник стремится быть подобным богам, которые счастливы, ни в чем не нуждаются и ни от кого не зависят. Кинический мудрец — это аскет, который отказался от имущества, богатства, социальной и политической деятельности. Ярким представителем кинизма был Диоген Синопский, живший в глиняной бочке. Для Диогена такая жизнь была еще и способом возвращения к природе, к состоянию догосударственной жизни, которое киники рассматривали как «золотой век». Мегарская школа считает, что подлинное благо представляет собой единое и неизменное бытие, а все остальное, что не обладает единством, — зло. Мир единичных вещей — это противоположность блага, зло и небытие. Для обоснования этого тезиса мегарцы создавали остроумные логические аргументы.

nm2000.kz

Секреты украинских реформ 5. Беседы с “гавкером” без Сократа — Вильям Задорский / ЛІГА.Блоги

Моя статья “ Секреты украинских реформ 4. Реинкарнация Сократа. Реальная экономика” вызвала бурную реакцию у моего постоянного “гавкера ”  Алекса  Калюжного. В связи с  тем, что Лига так и не решилась руководствоваться принципами свободы слова и не  восстановила возможность комментировать посты блогеров непосредственно после  публикаций,  пришлось нам с г-ном Алексом провести несколько раундов  дискуссии в Facebook  ( https://www.facebook.com/groups/256972747831845/permalink/346566625539123 ).  Поскольку далеко не все почтенные читатели Лиги  посещают социальные сети, а в  нашей дискуссии  многие вопросы  могут представить интерес для читателей, интересующихся проблемами украинских реформ, ниже привожу текст дискуссии без купюр.

Уважаемый Алекс! Отвечаю, как всегда,  на все Ваши вопросы (вопросы выделил курсивом, стилистику и ошибки сохранил).

1. Хочу заметить, что вы пишете, что являетесь последователем Сократа, которого я читал не меньше вас .

Завидую Вам.  Все же Сократ жил достаточно давно (ок. 469— 399 г. до н. э.), а  Вы читали его  “ не меньше меня ” . Впрочем, я его вообще не читал и никогда не был его «последователем ” .  Вы мне льстите.  Просто я попытался освоить его метод (дальше самоцитирование)    “использования  иронии для вывода  здравого человеческого  мышления из  состояния  окостенения” в интерпретации Э.С.Радзинского, который мне нравится гораздо больше, чем безвестные переводчики любимого Вами  Аристотеля, да и Сократа тоже. Ради бога, хоть право выбора интерпретатора оставьте мне!

2. “ И хочу отметить, что он никогда в своей жизни не обращался к своему оппоненту в таком бескультурном виде ”.

Не понял, что Вы имеете в виду. Снова завидую Вам, ведь, Вы, видимо, общались с Сократом в качестве оппонента всю его жизнь и хорошо знаете  его высокую культуру общения с оппонентами.  Я никогда не общался  с  Сократом, тем более, в течении всей  его жизни ни в качестве оппонента, ни в каком- нибудь  другом. Какой – такой мой бескультурный вид Вы имеете в виду?  Но, все же приму Ваше замечание и в следующий раз, когда пойду общаться с Сократом, надену самую свежую рубаху и  цикуту пить не буду.

3. Он всегда уважал в спорщике личность и всегда находил аргументы в споре, при которых он не просто вякал , а убеждал противника силой своих аргументов ”.

Боже! Как я Вам продолжаю завидовать! Как хорошо Вы его  изучили! Видимо, даже  сумели заметить, что он умеет и “ просто вякать ” ( высочайшая культура общения у него была! ) и даже ” убеждать противника силой своих аргументов”  (вот мужичище был!).

4. Кстати, почему вы ссылаетесь на свои суждения о Сократе, почерпнутыми из театральных постановок, а не на книги Аристотеля?

См. ответ на п.1. Вы меня продолжаете потрясать уровнем Ваших познаний творчества древних философов, которых Вы, судя по всему, читаете в оригинале. Впрочем, Аристотель  ( 384 — 322 гг. до н. э.) был постарше  Сократа, поэтому читать его книги Вам было не так интересно, наверное.

5. Поэтому, прошу вас, вернитесь к культурному диспуту и нахождению аргументов, а не к майданному митингу, если действительно хотите найти истину, как Сократ, а не пытаться навязать нам свое мнение, порой ошибочное и поверхностное .

Какой изящный стиль общения у Вас сложился после общения со старцами! Опять завидую.  И культурные диспуты проводите, и аргументы находить умеете. И  даже не пытаетесь навязать свое мнение, и оно у Вас не ошибочное и не поверхностное   ( тем более, что Вы  никогда его не приводите ) .  И, главное, как Вы современны —  категорично  отвергаете майданные  митинги!  Буду учиться у Вас всю оставшуюся жизнь.

6. Иначе, не смотря на все ваши регалии, обсуждение ваших материалов становится бессмысленным .

Я уже  писал Вам, что  общение с  догматиками давно считаю бессмысленным, но с  Вами  мне интересно общаться, “ несмотря на все мои регалии ” ,   ибо  с удовольствием наблюдаю  просветы в Вашем сознании, появившиеся, видимо, в результате  нашего общения.

7. Если вы добиваетесь, чтобы ваше слово было последним, то мы можем прекратить обсуждение ваших материалов. Почему я продолжаю диспут с вами? Потому что я верю, что вы все-таки культурный и умный человек и через ваш майданный опыт можно достучаться до вашего разума .

Никогда не добиваюсь ” последнего слова ” . Учусь этому у господина Сократа, а не у Штирлица. И еще, я  наверняка   “ все-таки культурный и умный человек ” и до остатков моего разума Вы можете достучаться, если будете  больше читать  мои классические и нетленные  посты в блоге по адресу  http://blog.liga.net/user/vzadorskiy/Default.aspx .

8. Вы что, действительно верите, что написанное нами на этой малопосещаемой странице хоть кого-то убедит и что-то может действительно дать для совершенствования Украины?

Верю, иначе бы не писал и на Вас не тратил время.

9. Я не уверен, что даже ваши аспиранты читают написанное здесь вами .

У меня остался всего один аспирант. Он читает. И даже перечитывает.

10. Я не специалист-методист по болонской системе, но знаю, что во многих странах мира она имеет неоспоримые результаты. Поэтому ваши очень содержательные аргументы типа «Болонско — болванская система» ничего, кроме эмоциональной окраски, не имеет» .

Вот бы Вы еще пример привели   “ неоспоримых результатов ” . Я объездил всю Европу, в большинстве университетов – свои системы, а о Болонской они и  не слыхивали.  О  причинах моего негативного отношения к этой  системе я много писал в блоге. Адрес выше.

11. «Могут ли рыночные механизмы управления реальной экономикой обеспечить ее успешное реформирование? Ваш Ответ – нет, не могут. К сожалению, попытки создания управляемой рыночной экономики пока в нашей стране не увенчались успехом. Я считаю ваш ответ не совсем верный .

Мне это понравилось. Хоть не совсем, но верный. Уже  первый просвет в Вашем сознании.

12. А что олигархи не есть элемент рыночной экономики, а чуждый ей элементом? Разве в Америке нет олигархов? Или в Китае нет олигархов при совершенно не демократической системе управления?

Ага, элемент, только не такой агрессивный  и коррумпированный, как у нас.

13. Рыночные механизмы управления реальной экономикой могут дать реальные результаты совместно с налоговой системой и совершенствованием законодательства и совершенствование системы управления страной в комплексе с технологическим возрождением реальной экономики .

Ну-ну, уже  два десятка лет  этим занимаются  наши “ нанайские мальчики ” , а воз и ныне там. Разве что, теперь  грузинские ребята  займутся более успешно.

14.   Надо ли начинать реформирование страны борьбой с коррупцией? Ваш Ответ — нет. Мой Ответ: абсолютно с вами не согласен. Это очень правильное предложение, но средства реализации выбраны совершенно неправильно .

Вот бы  у Вас наступило очередное просветление, и Вы предложили бы  сво и ” правильные ”   средства. Ну, хоть что-то предложите, век  благодарен буду!

15. Мой Ответ: абсолютно с вами согласен .

Вы  повторили это подряд 5 раз по  моим основным вопросам. Меня это очень обрадовало. Значит, у Вас почти полное просветление, и я не потерял время напрасно.  Так держать! Вот только Ваша фраза в конце  К сожалению, ни ваши, ни мои замечания в принципе не могут ни на что повлиять  меня огорчила. Откуда такой пессимизм?  У Сократа  ничего подобного, уверен,  нет. Ведь  у Вас уже  много просветов и у других тоже будут. И  Михаилу Саакашвили статью  пошлю. Пусть читает, раз согласился быть Консультантом у Президента и главой Совещательного совета реформ при П резиденте Украины  ( указ № 77/2015 ) —   http://censor.net.ua/n324621 .С татью уже послал (через г-на Шимкива Д.А. – В.З.),  пусть использует, не жалко…

Ответ от уважаемого Алекса последовал незамедлительно. Приводить его не буду, он  очень скучен. Если хотите, посмотрите его в Facebook .  

Мой ответ любимому гавкеру  был короче. Вот он:

Уважаемый Алекс! К сожалению, просветы в сознании у вас завершились. В Вашем последнем комментарии нет ни единого замечания по сути, ни единого конструктивного предложения. Только прославление себя, великого, и изничтожение меня — ученого — прикладника и, вообще, редкостного мерзавца. Меня ваше мнение мало интересует, я даже все эти Ваши рассуждения не читаю. Скучно. Есть более интересные дела и заботы. Займитесь чем-то общественно — полезным. Меня постарайтесь больше не беспокоить.

 

Последний разговор Сократа

Последний разговор Сократа (96e – 97b)

Phaedo [96e] «Клянусь Зевсом, — сказал он, — я далек от мысли, что я знаю причину чего-либо из этих вещей, я даже не осмеливаюсь сказать, когда к одному добавляется один, один, к которому было добавлено, стало двумя, или тот, который был добавлен, или тот, который был добавлен, и (107) [97a] тот, к которому он был добавлен, стал двумя путем добавления каждого к другому .Я думаю, это замечательно, что, когда каждый из них был отделен от другого, каждый был одним, а их тогда не было двое, и когда их приблизили друг к другу, это сопоставление стало причиной того, что они стали двумя. И я еще не могу поверить, что если один разделится, разделение сделает его двумя; поскольку это противоположно (108) [97b] причине, которая произвела два в первом случае; ибо тогда возникли двое, потому что один был поднесен и добавлен к другому, а теперь потому, что один был удален и отделен от другого.И я больше не верю, что знаю с помощью этого метода даже то, как он создается, или, одним словом, как что-то генерируется, разрушается или существует, и я больше не признаю этот метод, но у меня есть другой запутанный способ. (109)

Последний разговор Сократа (97b – 97d)

«Затем однажды я услышал, как человек читал из книги, как он сказал, Анаксагора , (109) [97c] , что разум все устраивает и вызывает. Я был доволен этой теорией причин, и мне казалось, что почему-то правильно, что разум должен быть причиной всех вещей, и я подумал: «Если это так, то разум, устраивая вещи, все устраивает и устанавливает каждое из них». так, как лучше всего.Поэтому, если кто-то желает найти причину возникновения, разрушения или существования определенной вещи, он должен выяснить, какой вид существования, или пассивное состояние любого вида, или деятельность лучше всего подходят для этого. И поэтому в отношении (110) [97d] этой конкретной вещи, а также других вещей, человеку не нужно исследовать ничего, кроме самого лучшего и самого превосходного; ибо тогда он обязательно будет знать и то, что ниже, поскольку наука и того, и другого одинакова. (111)

Последний разговор Сократа (97d – 98b)

Размышляя над этими вещами, я с радостью подумал, что нашел в Анаксагоре учителя причины вещей, которые мне нравились, и подумал, что он скажет мне, плоская Земля или круглая, и когда ( 111) [97e] он сказал мне, что продолжит объяснять причину и необходимость этого и расскажет мне природу лучших и почему для Земли лучше всего быть такой, какая она есть; и если бы он сказал, что Земля находится в центре, он продолжил бы, чтобы показать, что лучше всего, чтобы она была в центре; и я решил, что (112) [98a] , если он разъяснит мне эти вещи, я больше не буду тосковать по какой-либо другой причине.И я решил, что я узнаю таким же образом о Солнце, Луне и других звездах, их относительной скорости, их оборотах и ​​других их изменениях, и почему активное или пассивное состояние каждого из них предназначено для Лучший. Ибо я никогда не предполагал, что, когда он сказал, что они были заказаны разумом, он представит какую-либо другую причину для этих вещей, кроме того, что для них лучше всего быть такими, какие они есть. (113) [98b] Итак, я подумал, что когда он определил причину каждой вещи и всего общего, он продолжил и объяснил, что лучше для каждого, а что хорошо для всех в целом.Я очень ценил свои надежды, очень охотно брал книги и читал их как можно быстрее, чтобы как можно быстрее узнать о лучшем и худшем. (114)

Последний разговор Сократа (98b – 98e)

«Моя славная надежда, друг мой, быстро ускользнула от меня. Продолжая читать, я увидел, что этот человек не использовал интеллект, (114) [98c], и не указывал никаких реальных причин для порядка вещей, но упоминал как причины воздух, эфир, воду и многие другие. прочие нелепости.И мне казалось, что это очень похоже на то, как если бы можно было сказать, что Сократ разумно делает все, что он делает, а затем, пытаясь объяснить причины того, что я делаю, должен сначала сказать, что я сейчас сижу здесь, потому что моя тело состоит из костей и сухожилий, а кости твердые и имеют суставы, которые их разделяют, а сухожилия (115) [98d] могут сжиматься и расслабляться, и вместе с плотью и кожей, которые их все содержат, складываются о костях; и поэтому, поскольку кости свисают в связках, сухожилия, расслабляясь и сокращаясь, позволяют мне теперь сгибать конечности, и это причина того, что я сижу здесь с согнутыми ногами.Или как будто таким же образом он должен давать голос, воздух, слух и бесчисленное множество других вещей в качестве причин для нашего разговора друг с другом, (116) [98e] и не должен упоминать настоящие причины, которые являются , что афиняне решили, что лучше всего меня осудить, и поэтому я решил, что лучше для меня сидеть здесь, и что это правильно для меня, чтобы остаться и претерпеть любое наказание, которое они прикажут. (117)

Последний разговор Сократа (99a – 99b)

[99a] Ибо, клянусь Собакой, я полагаю, что эти мои кости и сухожилия давным-давно были бы в Мегаре или Беотии, если бы я не считал, что лучше и благороднее переносить любое Город может наложить штраф, а не убежать и убежать. Но абсурдно называть такие вещи причинами. Если бы кто-нибудь сказал, что я не смог бы сделать то, что считаю нужным, если бы у меня не было костей, сухожилий и прочего, что у меня есть, он был бы прав. Но сказать, что эти вещи являются причиной того, что я делаю то, что я делаю (118) [99b], и что я действую разумно, а не исходя из выбора лучшего, было бы крайне небрежным способом говорить. (119)

Последний разговор Сократа (99b – 99d)

Тот, кто говорит таким образом, неспособен провести различие и увидеть, что на самом деле причина — это одно, а то, без чего причина никогда не могла бы быть причиной, — совсем другое.И поэтому мне кажется, что большинство людей, когда они называют причину последней, как бы блуждают в темноте и дают ей имя, которое ей не принадлежит. Итак, один человек заставляет землю оставаться ниже небес, создавая вокруг нее водоворот, а другой рассматривает землю как плоскую корыто, опирающуюся на воздушное основание; но они не ищут (119) [99c] силы, которая заставляет вещи теперь размещать так, как лучше для них, и не думают, что она имеет какую-либо божественную силу, но они думают, что могут находят новый Атлас более могущественным, бессмертным и всеобъемлющим, чем этот, и, по правде говоря, они не думают о добре, которое должно охватывать и удерживать воедино все вещи.Теперь я с радостью стал бы учеником любого, кто научил бы меня природе такого дела; но так как мне было отказано в этом, и я не мог открыть это сам или узнать об этом от кого-либо еще, (120) [99d] вы хотите, чтобы я, Кебес, — сказал он, — дал вам отчет о том, как я провел свое второе путешествие в поисках причины? » (121)

Последний разговор Сократа (99d – 100a)

«Я желаю этого от всего сердца», — ответил он.

«Итак, после этого, — сказал он, — поскольку я отказался от исследования реальности, я решил, что должен быть осторожен, чтобы не пострадать от несчастья, которое случается с людьми, которые смотрят на солнце и наблюдают за ним во время затмения. Некоторые из них портят глаза, если не смотрят на его изображение в воде (121) [99e] или что-то в этом роде. Я думал об этой опасности и боялся, что моя душа ослепнет, если я буду смотреть на вещи своими глазами и попытаюсь схватить их любым из своих органов чувств.Поэтому я подумал, что должен прибегнуть к концепциям и исследовать в них истину реальностей. Возможно, моя метафора (122) [100a] не совсем точна; ибо я ни в малейшей степени не допускаю, чтобы тот, кто изучает реальности с помощью представлений, смотрит на них в образах не больше, чем тот, кто изучает их в фактах повседневной жизни. Однако именно так я начал. В каждом случае я предполагаю какой-то принцип, который считаю наиболее сильным, и все, что мне кажется согласным с этим, будь то в отношении причины или чего-либо еще, я считаю истинным, а все, что не согласуется с ним, — ложным.Но я хочу более четко сказать вам, что я имею в виду; потому что я думаю, что вы сейчас не понимаете ».

«Не очень хорошо, конечно», — сказал Кебес. (123)

Последний разговор Сократа (100b – 107d)

[100b] «Что ж, — сказал Сократ, — я имею в виду именно это. В этом нет ничего нового, но я всегда говорил то же самое, как в предыдущем разговоре, так и в другом месте. Я попытаюсь объяснить вам природу той причины, которую я изучал, и я вернусь к нашим знакомым предметам в качестве отправной точки и предположу, что есть такие вещи, как абсолютная красота, добро и величие. и тому подобное.Если вы примете это и согласитесь с тем, что они существуют, я верю, что объясню вам причину и докажу, что душа бессмертна ».…

«Но, друзья мои, — сказал он, — мы должны помнить, (124) [107c], что, если душа бессмертна, мы должны заботиться о ней, а не только в отношении этого времени, которое мы называют жизнью, но по отношению ко всему времени, и если мы пренебрегаем этим, опасность теперь кажется ужасной. Ибо, если бы смерть была спасением от всего, она была бы благом для нечестивых, потому что, когда они умрут, они освободятся от тела и от своего зла вместе со своей душой.Но теперь, когда душа видится бессмертной, она не может убежать (125) [107d] от зла ​​или спастись каким-либо иным образом, кроме как став как можно более доброй и мудрой. (126)

Последний разговор Сократа (107d – 108a)

Ибо душа не берет с собой в другой мир ничего, кроме своего образования и воспитания, и они, как говорят, приносят пользу или вред усопшим с самого начала его путешествия туда. Итак, говорят, что после смерти гений-хранитель каждого человека, которому он был посвящен при жизни, приводит его в место, где собираются мертвые; затем они судятся и уходят в другой мир (126) [107e] с проводником, задача которого — проводить туда тех, кто пришел из этого мира; и когда они там получили должное и оставались там до назначенного времени, другой проводник возвращает их через много долгих периодов времени.И путешествие не такое, как говорит Телефон в пьесе Эсхила; (127) [108a], потому что он говорит, что простой путь ведет в нижний мир, но я думаю, что этот путь не является ни простым, ни одиночным, потому что в противном случае не было бы нужды в проводниках, так как никто не мог бы пропустить путь в любое место, если была только одна дорога. Но на самом деле кажется, что на дорогах много развилок и много извилин; это я делаю вывод из обрядов и церемоний, практикуемых здесь, на Земле. (128)

Последний разговор Сократа (108a – 108d)

Теперь упорядоченная и мудрая душа следует своему наставнику и понимает его обстоятельства; но душа, желающая тела, как я уже сказал, летает вокруг него и в видимом мире долгое время, (128) [108b], и после большого сопротивления и многих страданий уводится прочь с насилием и с трудом своим назначенным гением.И когда он достигает места, где находятся другие души, все избегают и избегают нечистую душу, которая поступила неправильно, совершая злые убийства или другие дела, подобные этим и делам родственных душ, и избегают ее, и никто желает быть его спутником или его проводником, (129) [108c], но он бродит в одиночестве в крайнем недоумении в течение определенного фиксированного времени, после чего по необходимости переносится к подходящему для него жилищу. Но душа, прошедшая жизнь в чистоте и праведности, находит богов для спутников и проводников и отправляется поселиться в своем надлежащем жилище.Сейчас на Земле много замечательных регионов, а сама Земля не имеет ни размера, ни в других отношениях таких, как предполагают те, кто обычно рассуждает о ней, как я полагаю на основании чьих-то авторитетов ». (130) [108d] И сказал Симмий: «Что ты имеешь в виду, Сократ? Я сам много слышал о Земле, но не то, во что вы верите; так что я хотел бы это услышать ». (131)

Последний разговор Сократа (108d – 109a)

«Ну, Симмиас, я не думаю, что мне нужно искусство Главка, чтобы рассказать, что это такое.Но доказать, что это правда, я думаю, было бы слишком сложно для искусства Главка, и, возможно, я не смог бы это сделать; к тому же, даже если бы у меня был навык, я думаю, моя жизнь, Симмиас, закончится прежде, чем обсуждение будет завершено. Однако нет ничего, что могло бы помешать мне рассказать (131) [108e] о том, какой, по моему мнению, является форма Земли и регионы на ней ».

«Что ж, — сказал Симмиас, — этого будет достаточно».

«Тогда я убежден, — сказал он, — что, во-первых, если Земля круглая и находится посреди небес, ей не нужен ни воздух (132) [109a], ни какая-либо другая подобная сила. чтобы удержать его от падения, но его собственного равновесия и однородной природы небес со всех сторон достаточно, чтобы удерживать его на месте; ибо тело, которое находится в равновесии и помещено в центр чего-то однородного, не может изменить своего наклона ни в каком направлении, но всегда будет оставаться в одном и том же положении.Это первое, в чем я убежден ».

«И правильно, — сказал Симмиас. (133)

Последний разговор Сократа (109a – 109d)

«Во-вторых, — сказал он, — я верю, что земля очень велика и что мы, живущие между Геркулесовыми столпами (133) [109b] и рекой Фасис, живем в небольшой ее части около моря, как муравьи или лягушки около пруда, и что многие другие люди живут во многих других подобных регионах. Ибо я верю, что во всех направлениях на земле есть множество впадин самых разных форм и размеров, в которые вместе сливаются вода, туман и воздух; но сама земля чиста и расположена в чистом небе, в котором находятся звезды, небе, которое (134) [109c] те, кто рассуждает о таких вещах, называют эфиром; вода, туман и воздух являются его осадком и вместе стекают в пустоты земли.Теперь мы не воспринимаем, что живем во впадинах, но думаем, что живем на верхней поверхности земли, точно так же, как если бы кто-то, живущий в глубине океана, думал, что он жил на поверхности моря, и, видя Солнце и звезды сквозь воду должны думать, что море есть небо, и по причине медлительности или слабости никогда не достигали поверхности моря и никогда не должны были видеть, поднявшись и подняв голову из моря в наш верхний мир, и никогда не должен был слышать от кого-либо, кто видел, насколько он чище и справедливее, чем мир, в котором он жил. (136)

Последний разговор Сократа (109d – 110b)

Я считаю, что это так и есть у нас; ибо мы живем во впадине земли и думаем, что живем на ее верхней поверхности; а воздух мы называем небом и думаем, что это небо, в котором движутся звезды. Но факт остается неизменным, (136) [109e], что из-за слабости и медлительности мы не можем подняться на верхнюю поверхность воздуха; ибо если кто-нибудь взлетит наверх или получит крылья и взлетит, он сможет поднять голову над ней и увидеть, как рыбы поднимают головы из воды и видят вещи в нашем мире, так он бы увидел вещи в этом верхнем мире; и, если бы его природа была достаточно сильной, чтобы выдержать это зрелище, он бы осознал, что это настоящие небеса (137) [110a] и настоящий свет и настоящая земля.Ибо эта наша земля, и камни, и весь регион, в котором мы живем, повреждены и разъедены, как в море все травмируется рассолом, и в море ничего не растет, и здесь, можно сказать, , ничего совершенного там нет, кроме пещер и песка, и бесконечной грязи и болота, где также есть земля, и нет ничего достойного сравнения с прекрасными вещами нашего мира. Но то, что находится в этом мире наверху, будет еще более превосходным, чем в этом нашем мире. (138) [110b] Если я могу рассказать историю, Симмий, о том, что на земле ниже неба, и о том, что они собой представляют, стоит послушать ». (139)

Последний разговор Сократа (110b – 110e)

«Во что бы то ни стало, Сократ, — сказал Симмий; «Мы должны быть рады услышать эту историю».

«Что ж, друг мой, — сказал он, — во-первых, земля, если смотреть сверху, выглядит как те шары, покрытые двенадцатью кусками кожи; он разделен на участки разных цветов. (139) [110c] Но там вся земля такого цвета, и они намного ярче и чище, чем наша; ибо одна часть чудесной красоты пурпур, а другая золотая, а третья белая, белее мела или снега, и земля также состоит из других цветов, и их больше и красивее, чем те, которые мы посмотреть здесь.Ибо те самые пустоты земли, которые полны воды и воздуха, представляют собой внешний вид, из которых цвета, которые мы видим здесь, могут рассматриваться как образцы, например, художники используют (140) [110d] цвета, поскольку они блестят. среди разнообразия других цветов, так что все производит единый непрерывный эффект разнообразия. И на этой прекрасной земле все, что растет, деревья, цветы и плоды, соответственно, прекрасны; так же и горы и камни более гладкие, прозрачные и прекрасные по цвету, чем наши.На самом деле, наши драгоценные камни, сарды и (141) [110e] яшмы, изумруды и другие драгоценные камни являются фрагментами тех, что есть там, но там все то же самое или еще красивее. (142)

Последний разговор Сократа (110e – 111c)

Причина этого в том, что там камни чистые, а не корродированные и не оскверненные, как наши, грязью и рассолом из-за паров и жидкостей, которые текут вместе и вызывают уродство и болезни в земле, камнях, животных и растения.И земля там украшена всеми драгоценностями, а также золотом, (142) [111a] серебром и всем в этом роде. Ибо там они у всех на виду, в изобилии, большие и во многих местах, так что земля — ​​это зрелище, благословляющее тех, кто смотрит на нее. И на нем много животных, а также людей: одни обитают внутри суши, другие — у берегов воздуха, когда мы живем около моря, а другие — на островах, вокруг которых обтекает воздух, недалеко от материка; Короче говоря, что такое вода и море (143) [111b] в нашей жизни, воздух в их, и что воздух для нас, эфир для них.И времена года настолько умеренны, что люди там не болеют и живут намного дольше нас, а зрение, слух, мудрость и все такое настолько же превосходят нас, как воздух чище воды или эфир чище воздуха. И у них есть священные рощи и храмы богов, в которых боги действительно обитают, и они общаются с богами посредством речи, пророчеств и видений, (144) [111c], и они видят солнце, луну и звезды как они действительно есть, и во всем остальном их блаженство согласуется с этим. (145)

Последний разговор Сократа (111c – 112a)

Такова природа земли в целом и вещей вокруг нее. Но вокруг всей земли, во впадинах ее, много областей, некоторые более глубокие и более широкие, чем та, в которой мы живем, (145) [111d] некоторые более глубокие, но с более узким отверстием, чем наша, а некоторые также менее в глубину и шире. Теперь все они соединены друг с другом множеством подземных каналов, некоторые больше и некоторые меньше, которые просверлены во всех из них, и есть проходы, по которым много воды перетекает из одного в другой, как в чаши для смешивания; и есть бесконечные реки огромных размеров под землей, текущие с горячей и холодной водой; и там много огня, и великие огненные реки, и много потоков грязи, некоторые более тонкие (146) [111e], а некоторые более толстые, как реки грязи, текущие перед лавой на Сицилии, и сама лава.Они заполняют различные регионы, поскольку они перетекают в ту или иную в любое время. Теперь своего рода колебания внутри земли перемещают все это вверх и вниз. И природа колебания такова: одна из пропастей земли больше остальных, (147) [112a], и проходит через всю землю; это то, что имеет в виду Гомер, когда говорит: «Далеко, самая низкая бездна под землей; 1 и который в другом месте он и многие другие поэты назвали Тартаром ». (148)

Последний разговор Сократа (112a – 112c)

Ибо все реки сливаются в эту пропасть и снова вытекают из нее, и каждая из них имеет природу земли, через которую текут.И причина, по которой все потоки сюда входят и выходят (148) [112b], заключается в том, что у этой жидкой материи нет дна или основания. Итак, он колеблется и колеблется вверх и вниз, и воздух и ветер вокруг него делают то же самое; ибо они следуют за жидкостью, как когда она движется к другой стороне земли, так и когда она движется к этой стороне, и подобно тому, как дыхание тех, кто вдыхает, дует и выдыхает, так и ветер там колеблется вместе с жидкостью и вызывает ужасные и ужасные непреодолимые взрывы, когда он врывается и выходит. (149) [112c] И когда вода удаляется в область, которую мы называем нижней, она впадает в реки там и наполняет их, как если бы ее перекачали в них; и когда он покидает ту область и возвращается на эту сторону, он наполняет здесь реки; и когда потоки наполняются, они текут по проходам и по земле и приходят к различным местам, к которым ведут их разные пути, где они образуют моря и болота, реки и источники. (150)

Последний разговор Сократа (112c – 113a)

Оттуда они снова уходят под землю, (150) [112d] некоторые проходят вокруг многих больших областей, а другие вокруг все меньшего и меньшего количества мест, и снова текут в Тартар, некоторые намного ниже точки, где они были высосаны, и некоторые совсем немного; но все течет ниже их выхода.Некоторые втекают на той стороне, откуда они вытекали, другие — на противоположной стороне; а некоторые проходят полностью по кругу, один или несколько раз обвиваясь вокруг земли, как змеи, затем спускаются на минимально возможную глубину и снова падают в пропасть. (151) [112e] Теперь можно спускаться с каждой стороны к центру, но не дальше, потому что там склон поднимается вперед перед потоками с обеих сторон земли. «Этих потоков много, они велики и всевозможных видов, но среди многих есть четыре потока, самый большой и внешний из которых называется Океан, который течет по кругу, а напротив него течет в противоположном направлении. Ахерон, протекающий через (152) [113a] различных пустынных мест и, проходя под землей, подходит к Акерусскому озеру.К этому озеру отправляются души большинства умерших и, оставаясь там в назначенное время, которое для одних дольше, а для других короче, отправляются обратно, чтобы родиться снова в живых существах. Третья река вытекает между этими двумя и недалеко от того места, откуда она берет начало, впадает в обширную область, горящую большим огнем, и делает озеро больше, чем наше Средиземное море, кипящее водой и грязью. (153)

Последний разговор Сократа (113b – 113c)

[113b] Отсюда он течет по кругу, мутный и мутный, и, среди прочего, своим извилистым течением подходит к краю Акерусского озера, но не смешивается с его водой.Затем, пройдя много раз под землей, она впадает в Тартар на более низком уровне. Это река, которая называется Пирифлегетон, и потоки лавы, бьющие из разных мест на земле, являются ответвлениями от нее. Напротив этого четвертая река, как говорят, сначала впадает в дикое и ужасное место, которое полностью темно-синего цвета, как лазурит (154) [113c] Это называется Стигийской рекой и озером, которое он образуется, впиваясь в Стикс. И когда река впала сюда и обрела страшную силу в свои воды, она проходит под землей и, кружась в направлении, противоположном направлению Пирифлегетона, встречает ее, идущую с другой стороны в Акерусском озере.И вода этой реки также не смешивается ни с какой другой водой, но она также движется по кругу и впадает в Тартар напротив Пирифлегетона. И имя этой реки, как говорят поэты, — Коцит. (155)

Последний разговор Сократа (113d – 114a)

[113d] «Такова природа этих вещей. Теперь, когда мертвые пришли туда, где каждого ведет его гений, сначала их судят и выносят приговор, хорошо ли и благочестиво они жили или нет.И те, кто, как выяснилось, не жили ни здоровыми, ни больными, идут к Ахерону и, садясь на предназначенные для них суда, прибывают на них к озеру; там они обитают и очищаются, и если они сделали что-то плохое, им отпущено наказание за свои плохие дела (156) [113e], и ​​за свои добрые дела они получают награды, каждый в соответствии со своими заслугами. Но те, кто кажутся неизлечимыми из-за величия своих проступков, из-за того, что они совершили много великих кощунственных деяний, злобных и отвратительных убийств или любых других подобных преступлений, по своей судьбе брошены в Тартар, откуда они никогда не всплывет.Однако те, кто излечимы, но, как установлено, совершили великие грехи — кто, например, в момент страсти совершил какой-то акт насилия против отца или матери и (157) [114a] жили в покаянии до конца своих жизней или кто убил кого-то другого в аналогичных условиях — их нужно выбросить в Тартар, и когда они пробыли там год, волна изгоняет их, убийства через Коцита, тех, кто возмутился их родители через Пирифлегетона. (158)

Последний разговор Сократа (114a – 114c)

И когда они были принесены течением к Акерусскому озеру, они кричали и вопили, призывая тех, кого они убили или оскорбляли, умоляя и умоляя их (158) [114b] быть милостивыми и позволить им выйди в озеро; и если они побеждают, они выходят и прекращают свои болезни, но если нет, их снова уносят в Тартар, а оттуда обратно в реки, и так продолжается до тех пор, пока они не одолеют тех, кого они обидели; ибо это наказание, наложенное на них судьями.Но те, кто преуспел в святой жизни, освобождаются из этих областей в пределах земли и освобождаются как из темниц; (159) [114c] они поднимаются вверх, в свою чистую обитель, и живут на земле. И из них все, кто должным образом очистился философией, отныне живут совсем без тел и переходят в еще более прекрасные жилища, которые нелегко описать, да и у нас сейчас недостаточно времени. (160)

Последний разговор Сократа (114c – 114e)

«Но, Симмий, из-за всего того, что мы рассказали, мы должны делать все возможное, чтобы обрести добродетель и мудрость в жизни.Приз справедливый, и надежда велика. (160) [114d] «Для здравомыслящего человека не подобает утверждать, что все это именно так, как я описал, но что это или что-то подобное верно в отношении наших душ и их жилищ, поскольку показано, что душа бессмертна, я думаю, он может должным образом и достойно осмелиться поверить; для предприятия стоит потраченных денег; и он должен повторять такие вещи про себя, как если бы они были волшебными чарами, поэтому я так долго растягивал эту историю.Вот почему мужчина должен хорошо относиться к своей душе, которая в своей жизни (161) [114e] отвергала удовольствия и украшения тела, думая, что они ему чужды и с большей вероятностью причинят ему вред. чем хорошего, и с нетерпением искал тех, кто образован, и украсил свою душу не чуждыми украшениями, а своим собственным надлежащим украшением самоограничения и справедливости и (162)

Последний разговор Сократа (115a – 115c)

[115a] мужество, свобода и правда ждет его ухода в тот мир, готовый уйти, когда его зовет судьба.Вы, Симмий, Кебес и остальные, — сказал он, — отправитесь в будущее, каждый в свое время; но теперь я уже, как сказал бы трагик, судьба призвана, и мне пора в баню; потому что я думаю, что лучше вымыться, прежде чем пить яд, чтобы женщинам не пришлось вымыть труп ».

Когда он закончил говорить, Крито сказал: (163)

[115b] «Что ж, Сократ, не хочешь ли ты оставить нам какие-либо указания относительно своих детей или чего-нибудь еще — что-нибудь, что мы можем сделать, чтобы служить тебе?»

«То, что я всегда говорю, Крито, — ответил он, — ничего нового.Если вы позаботитесь о себе, вы будете служить мне, мне и себе, что бы вы ни делали, даже если вы не даете обещаний сейчас; но если вы пренебрегаете собой и не желаете жить, как бы шаг за шагом, по пути, обозначенному нашими нынешними и прошлыми обсуждениями, вы ничего не добьетесь, (164) [115c], независимо от того, сколько или с каким энтузиазмом вы обещаете сейчас ».

«Мы, конечно, очень постараемся сделать, как вы говорите», — ответил он. «Но как нас похоронить?» (165)

Последний разговор Сократа (115c – 115e)

«Как ни крути, — ответил он, — если ты поймаешь меня, и я не уйду от тебя».И он мягко рассмеялся и, глядя на нас, сказал: «Я не могу убедить Критона, друзья мои, что Сократ, который сейчас беседует и уточняет детали своего аргумента, на самом деле я; он думает, что я тот, кого он сейчас увидит как труп, (165) [115d], и он спрашивает, как меня похоронить. И хотя я долго говорил, что после того, как я выпью яд, я больше не буду с вами, но уйду к радостям благословенных, о которых вы знаете, он, кажется, думает, что это была пустая болтовня, сказанная, чтобы ободрить вас и себя.Итак, — сказал он, — дай мне безопасность Крито, противоположную той, которую он дал судьям на моем суде; ибо он дал гарантию, что я останусь, но вы должны дать гарантию, что я не останусь, когда умру, (166) [115e], но уйду, чтобы Критон мог легче перенести это и не беспокоиться когда он видит, что мое тело сжигают или хоронят, или думает, что со мной ужасно обращаются, и не может сказать на похоронах, что он кладет Сократа, или идет за ним в могилу, или хоронит его. (167)

Последний разговор Сократа (115e – 116c)

Ибо, дорогой Крито, ты можешь быть уверен, что такие неправильные слова не только нежелательны сами по себе, но они заражают душу злом. Нет, вы должны набраться смелости и сказать, что вы похороните мое тело — и похороните его (167) [116a], как вы считаете нужным и как вам кажется наиболее подходящим ». Сказав это, он встал и пошел в другую комнату, чтобы искупаться; Крито последовал за ним, но сказал нам подождать. Итак, мы ждали, разговаривая друг с другом и обсуждая услышанный дискурс, а затем говоря о постигшем нас великом несчастье, потому что мы чувствовали, что он был для нас как отец и что, когда мы будем лишены его, мы должны пройти остальную часть нашей жизни сиротами.И когда он вымылся (168) [116b] и его дети были приведены к нему — потому что у него было два маленьких сына и один большой — и женщины из семьи пришли, он поговорил с ними в присутствии Критона и давал им такие указания, как он хотел; затем он велел женщинам уйти и подошел к нам. И уже был близок закат; потому что он провел много времени внутри. И он подошел и сел прямо из ванны. После этого мало что было сказано, и слуга (169) [116c] из одиннадцати подошел, встал рядом с ним и сказал: «Сократ, я не буду искать в тебе вины, как я делаю с другими, за то, что ты гневаешься и проклиная меня, когда по приказу властей я говорю им выпить яд. (170)

Последний разговор Сократа (116c – 116d)

Нет, я все это время находил вас во всех отношениях благороднейшим, самым мягким и лучшим человеком, который когда-либо приходил сюда, и теперь я знаю, что ваш гнев направлен против других, а не против меня, потому что вы знаете, кто виноват. Теперь, поскольку вы знаете послание, которое я пришел передать вам, прощайте и постарайтесь вынести то, что вы должны (170) [116d], так легко, как только сможете ». И он заплакал, повернулся и ушел. И Сократ взглянул на него и сказал: «И тебе хорошо; Я сделаю, как ты говоришь.А потом он сказал нам: «Какой очаровательный мужчина! С тех пор, как я был здесь, он приходил ко мне и время от времени разговаривал со мной, и был лучшим из людей, а теперь как благородно он оплакивает меня! Но пойдем, Крито, послушаемся его и позволим кому-нибудь принести яд, если он готов; а если нет, пусть приготовит его ». И Крито сказал: (171)

.

Последний разговор Сократа (116e – 117b)

[116e] «Но я думаю, Сократ, что солнце еще в горах и еще не зашло; и я знаю, что другие приняли яд очень поздно, после того, как к ним пришел приказ, а тем временем ели и пили, и некоторые из них наслаждались обществом тех, кого они любили.Не спеши; ибо еще есть время ».

И Сократ сказал: «Критон, те, о ком ты говоришь, правы, делая то же, что и они, ибо думают, что от этого выиграют; и я буду прав, если не буду поступать так, как они; (172)

[117a] потому что я думаю, что я ничего не получу, приняв яд немного позже. Я мог бы выглядеть смешным в собственных глазах только в том случае, если бы я цеплялся за жизнь и щадил ее, когда от нее больше не было никакой пользы. Пойдем, — сказал он, — делай, как я прошу, и не отказывайся.

Вслед за этим Крито кивнул мальчику, стоявшему рядом.Мальчик вышел и остался надолго, затем вернулся с человеком, который должен был ввести яд, который он принес с собой в чашке, готовой к употреблению. И когда Сократ увидел его, он сказал: «Ну, мой добрый человек, ты знаешь об этом; что я должен сделать?» «Ничего, — ответил он, — кроме как выпить яд и пройти около (173) [117b], пока ваши ноги не станут тяжелыми; затем лягте, и яд подействует сам ». (174)

Последний разговор Сократа (117b – 117e)

В то же время он протянул чашу Сократу.Он взял ее и очень осторожно, Эхекрат, не дрожа и не меняя цвета или выражения лица, но глядя на человека широко открытыми глазами, как это было обычно, сказал: «Что вы скажете о возлиянии какого-то божества из этого? чашка? Могу я или нет? «Сократ, — сказал он, — мы готовим ровно столько, сколько считаем достаточно». «Я понимаю, — сказал Сократ (174) [117c], — но я могу и должен молиться богам, чтобы мой уход был удачным; поэтому я возношу эту молитву, и пусть она будет исполнена.С этими словами он поднес чашку к губам и очень весело и тихо осушил ее. До того времени большинство из нас могли довольно хорошо сдерживать свои слезы, но когда мы наблюдали, как он пил и увидели, что он выпил яд, мы больше не могли этого делать, но, несмотря на меня, мои слезы текли потоками. , так что я закрыл лицо плащом и плакал о себе; ибо я плакал не из-за него, (175) [117d], а из-за моего собственного несчастья, лишенного такого друга.Крито встал и ушел еще раньше меня, потому что не мог сдержать слез. Но Аполлодор, который до этого все время плакал, громко взвыл от горя и заставил всех нас сломиться, кроме самого Сократа. Но он сказал: «Что это за поведение, странные люди! Я отослал женщин в основном по этой причине, чтобы они не вели себя так нелепо; ибо я слышал, что (176) [117e] лучше умереть в тишине. (177)

Последний разговор Сократа (117e – 118a)

Молчи и будь храбрым.«Тогда нам было стыдно, и мы сдерживали слезы. Он ходил и, когда сказал, что у него тяжелые ноги, лег на спину, потому что таков был совет слуги. Человек, который ввел яд, возложил на него руки и через некоторое время осмотрел его ступни и ноги, затем сильно ущипнул его за ступню и спросил, чувствует ли он это. Он сказал нет»; затем, после этого, (177) [118a] его бедра; и, пройдя таким образом вверх, он показал нам, что становится холодным и жестким. И снова он прикоснулся к нему и сказал, что когда это коснется его сердца, он уйдет.Холод уже достиг области вокруг паха, и, открыв лицо, которое было прикрыто, он сказал — и это были его последние слова: «Крито, мы обязаны петухом Эскулапу. Платите и не пренебрегайте этим ». «Это, — сказал Крито, — должно быть сделано; но посмотри, есть ли тебе что сказать ». На этот вопрос он не ответил, но через некоторое время двинулся; дежурный раскрыл его; его глаза были неподвижны. И Крито, увидев это, закрыл рот и глаза.

Таков был конец, Эхекрат, нашего друга, который был, можно сказать, из всех тех, кого мы знали в свое время, лучшим, мудрейшим и праведным человеком. (178)

Беседы Сократа Резюме и руководство

Беседы Сократа Резюме и руководство включает исчерпывающую информацию и анализ для помочь вам понять книгу. Данное учебное пособие состоит из следующих разделов:

Этот подробный обзор литературы также содержит темы для обсуждения и бесплатную викторину по Беседы Сократа Ксенофонта.

Ксенофонт Афинский (430–354 гг. До н.э.) был древнегреческим соратником великого философа Сократа.Сократ не записывал ни своих мыслей, ни действий, оставив это своим соратникам. Платон — самый известный летописец Сократа. Ксенофонт — еще один великий летописец жизни и идей Сократа, хотя его история деятельности Сократа широко считается менее надежной, плохо написанной и в целом менее интересной. Ксенофонт, однако, считался великим историком и писал по широкому кругу тем. «Беседы Сократа» — это сборник наиболее важных сократических сочинений Ксенофонта, включая четыре из его пяти сократических работ: «Защита Сократа», «Воспоминания Сократа», «Ужин» и «Управляющий поместьем».

Редактор текстов Робин Уотерфилд утверждает, что работы Ксенофонта исторически значимы, потому что это точка зрения на Сократа, отличная от Платона. Сократические сочинения Ксенофонта показывают Сократа с другой точки зрения и помогают ученым Древней Греции составить лучшее представление о том, кем был Сократ. Сократ Ксенофонта также имеет различные философские позиции от Сократа Платона, такие как его интерпретация веры Сократа в то, что добродетель — это знание: Сократ Ксенофонта более практичен и защищает свои собственные взгляды чаще, чем Сократ Платона.Но в целом и Платон, и Ксенофонт характеризуют Сократа как великого ума, критиковавшего афинскую социальную и политическую систему.

Первым из четырех сочинений Сократа, содержащихся в книге, является «Защита Сократа», рассказ Ксенофонта о суде над Сократом (аналогичный «Апологии Платона»). Ксенофонт в первую очередь освещает мысли Сократа непосредственно перед судом, его речи на суде и его поведение после него. Работа — это не философский трактат; вместо этого он короткий и кажется плохо собранным.На самом деле, возможно, он никогда не предназначался для публикации. В Защите Ксенофонт обсуждает и отвечает на три основных обвинения против Сократа: непризнание богов, введение новых божеств и развращение молодежи.

Вторая часть — это «Воспоминания Сократа», великий сократовский труд Ксенофонта. Он состоит из четырех книг, в которых Сократ разговаривает с одним человеком за другим и иногда произносит речи. Часть материала «Воспоминаний» организована, хотя многое разрозненно и неравномерно.Основная цель работы — опровергнуть обвинения против Сократа. Ксенофонт использует примеры поведения и учения Сократа, чтобы показать, что обвинения против Сократа были ложными. Многие считают, что книга в значительной степени художественная, поскольку некоторые ее исторические ошибки могут быть четко доказаны. В своей работе Ксенофонт продвигает то, что он считает сократовским идеалом «истинной добродетели».

Третья пьеса — «Ужин», диалог между Сократом и группой его друзей на званом обеде. Большая часть разговора — это просто светская беседа между мужчинами, но обсуждение переходит к философским вопросам, когда Сократ спрашивает своих друзей, чем они больше всего гордятся в себе, и когда Сократ утверждает, что любовь к кому-то для своего ума лучше, чем любить кого-то за его тело.

Последний кусок — Управляющий поместьем. Это книга по экономике и сельскому хозяйству. Сократ утверждает, что добродетели управляющего недвижимостью аналогичны добродетелям действительно хорошего человека. Он анализирует природу активов со своим другом Критобулом и подробно беседует с Исхомахом о том, как правильно управлять поместьем и является ли знание того, как быть хорошим управляющим имением, врожденным или приобретенным.

как идеи этой женщины лежат в основе западной философии

Где Сократ, основополагающая фигура западной философии, черпал вдохновение для своих оригинальных идей об истине, любви, справедливости, храбрости и знании? Новое исследование, которое я провел, показывает, что молодым человеком в Афинах V века до нашей эры он познакомился с чрезвычайно умной женщиной, Аспазией Милетской.Я утверждаю, что ее идеи о любви и превосходстве вдохновили его сформулировать ключевые аспекты своей мысли (как передано Платоном).

Если доказательства этого тезиса будут приняты, история философии сделает важный поворот: женщина, которая была почти стерта из истории, должна быть признана как заложившая основы нашей 2500-летней философской традиции.

Неоклассическая картина художника XIX века Николя Монсьо изображает Сократа, сидящего за столом напротив роскошно одетой, жестикулирующей Аспазии.Красивый молодой солдат Алкивиад наблюдает. Изображение отражает стандартный взгляд на Сократа: как на бедного и уродливого. Сын каменотеса, он с средних лет был известен тем, что не ходил в обуви и носил рваную одежду.

Споры Сократа и Аспазии, c. 1800 г. Wikimedia Commons

Но Платон также говорит, что Сократа наставлял красноречие Аспазия, которая более десяти лет была партнером ведущего государственного деятеля Афин Перикла. Предположительно высокообразованная «куртизанка», Аспасия изображена на картине, где на ее пальцах перечисляются точки речи.Ее взгляд направлен на аристократического юношу Алкивиада, который был подопечным Перикла и, вероятно, внучатым племянником Аспасии. Сократ утверждал, что очарован внешностью и харизмой Алкивиада, и (как рассказывается в диалоге Платона «Симпозиум») он спас свою жизнь в битве при Потидее в 432 г. до н. Э.

Отвечает ли картина Сократу? Его основные биографы, Платон и Ксенофонт, знали его только как пожилого человека. Но Сократ когда-то был молод и был прямым современником Аспасии. И из сохранившихся изображений философа, случайной информации, предоставленной его биографами, и древних письменных текстов, которые обычно игнорировались или неправильно истолковывались, вырисовывается иная картина Сократа: образ хорошо образованного юноши, который вырос не менее храбрым. солдат, чем Алкивиад, и страстный любовник обоих полов, не менее, чем энергичный мыслитель и спорщик.

Сократ ищет Алкивиада в доме Аспазии, Жан-Леон Жером, 1861 год. Wikimedia Commons

Диотима / Аспазия

Сократ был известен тем, что сказал: «Единственное, что я знаю, это то, что я не знаю». Но Платон в «Симпозиуме» (199b) сообщает, что он сказал, что он узнал «правду о любви» от умной женщины. Этой женщине дали имя «Диотима» — и в «Симпозиуме» Сократ излагает ее доктрину.

Ученые почти повсеместно отвергли Диотиму как вымысел.В диалоге она описывается как жрица или провидица ( mantis ), и считается, что в лучшем случае она является аллегорической фигурой — вдохновленной или провидческой мудростью, которая могла бы инициировать такого мыслителя, как Сократ, в тайны любви. Но Платон оставляет некоторые любопытно точные ключи к разгадке личности Диотимы, которые до сих пор не были выяснены. В своей книге я представляю доказательства того, что «Диотима» на самом деле является тонко завуалированной маскировкой для Аспазии.

Аспасия происходила из высокородной афинской семьи, родственной семье Перикла, которая несколько десятилетий назад поселилась в греческом городе Милет в Ионии (Малая Азия).Когда она мигрировала в Афины около 450 г. до н.э., ей было около 20 лет. В то время Сократу тоже было около 20 лет.

Несколько лет спустя Аспасия присоединилась к Периклу, который в то время был ведущим политическим деятелем Афин — и уже вдвое старше ее. Но ученик Аристотеля, Клеарх, пишет, что «до того, как Аспасия стала спутницей Перикла, она была с Сократом». Это согласуется с другими доказательствами того, что Сократ в молодости входил в круг Перикла. Несомненно, он познакомился бы с Аспазией в этой среде.

Сократ, Перикл, Алкивиад, Аспасия в дискуссии, неизвестный художник, 1810–1825. Wikimedia Commons

Учитывая, что в юности он был частью этой привилегированной элиты, что побудило Сократа обратиться к жизни разума, избегать материального успеха и переориентировать философское мышление для потомков? Никто никогда не пытался проследить траекторию молодого Сократа, потому что биографические источники разрознены и фрагментарны и, кажется, не говорят ничего интересного относительно его мысли.Но поскольку Сократ был хорошо известен в Афинах как философ к тридцати годам, нам следует искать доказательства того, что он изменил свое направление, чтобы стать мыслителем, которым он должен был стать в более ранний период. Я утверждаю, что знакомство Сократа с Аспазией является недостающим звеном.

Аспасия была самой умной и влиятельной женщиной своего времени. Партнер Перикла около 15 лет, она подвергалась широкой клевете и оскорблениям со стороны комических драматургов — бульварных журналистов своего времени — за ее влияние на него.Принадлежащая Периклу к кругу мыслителей, художников и политиков, Платон, Ксенофонт и другие изображают ее восхищенным наставником красноречия, а также свахой и консультантом по вопросам брака.

В диалоге Платона «Менексен» она описывается как учит Сократа произносить похоронную речь — точно так же, как она якобы когда-то учила Перикла. Другими словами, она была известна своим умением говорить и, как «Диотима», в частности, говорить о любви.

Влюбленный Сократ?

Итак.Могли ли Сократ и Аспасия полюбить друг друга, когда они впервые встретились и поговорили в свои двадцать лет? Тот факт, что Платон наделяет Аспазию значительным интеллектуальным авторитетом над Сократом, встревожил поколения ученых, которые в значительной степени отвергли сценарий в «Менексене» как пародию на ораторские техники.

Между тем, они были счастливы считать Аспазию «хранительницей борделей и проституткой» на основании цитат из комических поэтов того времени. В лучшем случае ученые возвысили Аспазию до статуса гетеры — куртизанки.Но это название ей не раз давалось в древних источниках.

Сократ. Стинг, Wikimedia Commons, CC BY-SA

Если мы примем доказательства того, что Аспазия, как и «Диотима», была авторитетным наставником красноречия и экспертом в вопросах любви, а не простой проституткой или даже влиятельной куртизанкой, возникает поразительная возможность. Понятия, приписываемые в «Симпозиуме» «Диотиме», являются центральными как для философии, так и для образа жизни, которого должен был придерживаться Сократ.

Доктрина, вложенная в уста «Диотимы», учит, что физическое царство может и должно быть отложено в пользу высших идеалов; что воспитание души, а не удовлетворение тела — первостепенная обязанность любви; и что частное должно быть подчинено общему, преходящее — постоянному, а мирское — идеальному.

Можно признать, что эти идеи лежат в основе западной философской традиции. Если так, то отождествление вымышленной «Диотимы» с настоящей Аспазией делает исторически сенсационный вывод.Оглядываясь назад, можно сказать, что идентификация настолько очевидна, что ее неспособность четко увидеть до сих пор, возможно, следует отнести к сознательным или бессознательным предрассудкам относительно статуса и интеллектуальных способностей женщин.

Пришло время вернуть красивой, динамичной и умной Аспазии ее истинный статус как одного из основоположников европейской философии.

Сократические дискуссии

Сократические дискуссии основаны на древнегреческом философе Сократе и его использовании диалога, чтобы помочь своим ученикам думать самостоятельно.Такой подход к обучению представляет собой «педагогику, которая использует силу разговора для формирования мышления детей и обеспечения их вовлеченности, обучения и понимания» (Александр, 2008 г., стр. 92).

Не существует стандартного способа проведения дискуссии Сократа, кроме как включать открытые вопросы, чтобы вдохновить на размышления. Ниже приводится пример обсуждения, которое учащиеся уровней 5/6 могли бы провести в конце раздела работы по гражданскому праву и гражданственности.

Благодаря изучению вопросов управления и демократии учащиеся сформировали понимание, содержательные знания и выработали некоторые мнения о ценностях и принципах демократического правительства, трех уровнях управления, праве голоса и ответственности избирателей.

Ссылки на викторианскую учебную программу

Гражданство и гражданство: Правительство и демократия

Уровни 5 и 6: Обсудите ценности, принципы и институты, лежащие в основе демократических форм правления в Австралии, и объясните, как на эту систему влияет Вестминстерская система (VCCCG008)

Уровни 5 и 6: Опишите роли и обязанности трех уровней правительства, включая совместные роли и обязанности в рамках федеральной системы Австралии (VCCCG009)

Уровни 5 и 6: Определите и обсудите ключевые особенности австралийского избирательного процесса ( VCCCG010)

Уровни 5 и 6: Определите роли и обязанности избирателей и представителей в австралийской демократии (VCCCG011)

Процесс

Открытый вопрос задается до начала процесса.Например:

Во многих странах избиратели выбирают, голосовать или нет. Что вы думаете об обязательном голосовании в Австралии?

1. Текстовая аннотация

Учащиеся перенаправляются к некоторым прочитанным и просмотренным текстам о правительстве и демократии. К ним относятся газетные репортажи, визуальные изображения, мультимодальные и научно-популярные тексты. Учащиеся делают заметки из текстов, имея в виду открытый вопрос. Они также могут записывать комментарии, которые они могут пожелать использовать в групповом обсуждении.

2. Подготовка к обсуждению


Студентам выдается список начальных предложений для обсуждения. Это очень полезно при запуске стратегии. Преподаватель распечатывает и объясняет начало предложения.

Например, учитель может сказать: «Если вы не согласны с излагаемой точкой зрения, дождитесь, пока говорящий закончит, а затем используйте начало предложения, я не согласен с вашей точкой зрения, потому что…».

Перед тем, как приступить к этой стратегии, также необходимо подчеркнуть важность смены очереди, зрительного контакта, слушания всем телом и уважительного взаимодействия.Якорная диаграмма, чтобы отметить эти факторы, может быть отображена, чтобы побудить к соответствующему поведению. Наблюдатели могут использовать эту таблицу для получения обратной связи по завершении обсуждения.

3. Дискуссия Сократа

Студенты садятся в круг так, чтобы все участники могли видеть и отвечать друг другу. Переформулируется открытый вопрос. Используя свои заметки в качестве поддержки, учащиеся вступают в обсуждение, отвечая на первоначальный вопрос.

Учащиеся начинают разговор, ориентируясь на начало предложения.Например:

  • Моя точка зрения , что голосование должно быть за каждым человеком. Если вы не хотите голосовать, в этом нет необходимости. Что думают другие?
  • Я не согласен с этим. Я думаю, что каждый несет ответственность за участие в жизни сообщества. Если люди не голосуют, они не получают права голоса или права голоса.
  • Я хотел бы развить сказанное, добавив , что некоторые группы людей могут просто сдаться, и тогда мы будем получать мнения только самых громких или самых сильных людей.Возможно, это не самые лучшие голоса.
  • Не могли бы вы пояснить, что вы подразумеваете под , когда некоторые группы людей сдаются?
  • Я хотел бы предложить подключение к этому обсуждению. Подумайте о нашей школе. Лучший способ узнать, что происходит, — это через студенческий представительский совет (SRC). Помните, когда мы… И мы скупили это в SRC и… .. Ну, голосование — это то же самое. У нас есть избиратели, которые могут представлять нас и то, что мы думаем. Они устанавливают для нас законы.
  • Есть ли группы, которые не согласны с , желающим, чтобы все голосовали? Я думаю, что некоторые расистские группы могут не захотеть, чтобы другие люди высказались. Как вы думаете?
  • Как вы думаете, было бы человек, заинтересованных в решениях правительства, если бы им не приходилось голосовать?
  • Как вы думаете, почему некоторые люди предпочитают не голосовать?

Обсуждение не следует протоколам типичных ситуаций в классе, поскольку нет человека, ведущего обсуждение, и нет необходимости поднимать руки, чтобы говорить.Учитель должен распознать тревожную паузу в начале обсуждения и не вмешиваться. Их роль — роль наблюдателя.

Ожидается, что в дискуссии Сократа примут участие все студенты. Дифференциация может происходить путем переговоров с отдельными студентами. Студенты, которым не хватает уверенности, могут просто повторить то, что сказал кто-то другой. У студентов, которые доминируют, могут быть свои ответы, ограниченные заданным числом (например, с помощью набора токенов разговора).

4.Отражение


После сократического обсуждения студентов могут попросить написать на тему или поразмышлять над обсуждением. Обдумывание обсуждения может включать в себя размышления об их собственном участии.

  • Каков был мой вклад в работу группы?
  • Как мне переместить диалог?
  • Кто ответил на мои слова?
  • Какие вопросы я задал и как ответили другие?
  • Насколько я был уверен во время обсуждения?
  • Как я относился к теме?
  • Как диалог изменил мое мышление?

Дополнением к дискуссии Сократа может быть использование мониторов.Наблюдатели за дискуссией Сократа не участвуют в дискуссии, а сидят вне круга. Их роль состоит в том, чтобы следить за ходом разговора, который продвигал диалог вперед, и представлять эту информацию как отражение группе после завершения обсуждения. Обратная связь от мониторов может включать:

  • количество студентов, участвовавших в обсуждении
  • количество раз, когда каждый студент отвечал
  • наличие очереди
  • наличие целенаправленного слушания
  • уважительное ли общение
  • наглядный пример, когда обсуждение было разработано или обосновано
  • убедительный пример того, как была представлена ​​противоположная точка зрения.

Ожидается, что обратная связь по групповой беседе послужит основой для будущих сократовских дискуссий, включая постановку целей и дифференцированные ожидания для студентов.

Сократические дискуссии вовлекают студентов в мышление более высокого порядка, побуждают студентов размышлять и критиковать и позволяют исследовать различные точки зрения в благоприятной и совместной среде (Copeland, 2005).

Чтобы увидеть «практический пример» сократовских дискуссий для учащихся EAL / D, см .: Scaffolding Socratic Discrations for EAL / D учащихся

Ссылки

Alexander, R.(2008). Культура, диалог и обучение: заметки о новой педагогике в Н. Мерсере и С. Ходжкинсоне (ред.), Изучение разговоров в школе, (стр. 91-114). Лондон: Sage Publications.

Коупленд, М. (2005). Сократовы круги, способствующие критическому и творческому мышлению. Портленд, Миннесота: Издательство Стенхаус.

Защита собеседников в ранних диалогах Платона — Bryn Mawr Classical Review

Перекрестное исследование Сократа (далее CES) представляет подробное прочтение девяти диалогов Платона раннего и раннего среднего ( Crito , Ion , Hippias Minor , Laches , Charmides , 904 Euthy Republic I, Protagoras , Gorgias ), уделяя особое внимание объяснению и защите аргументов собеседников Сократа.Хотя интерпретационный выбор, сделанный Беверслуисом (далее Б.), и сделанные им выводы не получат одобрения со стороны всех ученых, эта книга очень оригинальна, хорошо написана и заслуживает прочтения не только специалистами по платоническим исследованиям, но и всем. интересуются отношениями между аргументацией, образованием, убеждениями и характером. Рассказ Б. о том, как и почему сократовские беседы не могут не только убедить, но и улучшить души их слушателей, может пролить свет не только на древние, но и на современные неудачи общения как в классе, так и в более широком социальном контексте.

Как и все платоновские комментаторы, Б. вступает в сложную и разрозненную научную дискуссию, отмеченную в последние годы крайней балканизацией. Различные школы платонической интерпретации не столько спорят, исходя из общих предпосылок о различных прочтениях Платона, сколько делают предположения настолько разнообразными, что либо спорят о причинах интерпретации, либо занимаются процессом интерпретации, просто принимая в качестве неоспоримых предпосылок предположения, лежащие в основе их подходы.Б. не является исключением из этой практики. Б. постоянно бросает вызов предположению, что у Сократа всегда есть лучшие аргументы, чем его собеседники, но принимает как данность хронологию платоновских диалогов, историчность ранних диалогов и представление о том, что правильность аргументации может быть оценена неисторически. Хотя ни одно из этих предположений, по отдельности или вместе, не искажает его тонкое и проницательное прочтение отдельных диалогов, то, как читатели отреагируют на его работу, будет в некоторой степени зависеть от того, в какой степени они разделяют его предположения.Таким образом, прежде чем обсуждать отдельные главы, я дам краткое изложение предпосылок, лежащих в основе конкретных интерпретаций Б.

В своем предисловии Б. признает свой долг перед Властосом, который очевиден на протяжении всей книги. Он соглашается, вслед за Властосом, что существует четкая, согласованная и значимая для интерпретации стандартная хронология композиции для платоновских диалогов, начиная с ранних «сократических» диалогов, содержащих портреты исторического Сократа (как ни странно в дискуссиях с квази-вымышленными собеседниками). 1 Платон Gorgias для Б. знаменует переход между историческим и платоническим Сократом, который Б. подчеркивает, используя пугающие цитаты для Платона, но не для раннего «Сократа». Б. не практикует драматическую интерпретацию (7). Обычно он объясняет аргументы и намерения в платонических диалогах как дискуссии между персонажами, которые, хотя и удалены из исторического контекста (Б. лишь поверхностно обсуждает неплатонические свидетельства о них), действуют как люди, а не литературные приемы.Он также предполагает, что, несмотря на то, что Платон в равной степени написал строки как для Сократа, так и для собеседников, Платон «сильно переоценивает аргументы, которые он вкладывает в уста Сократа» (13), не показывая, как в отсутствие Платона, говорящего in propria persona , он можно определить, являются ли ошибочные аргументы в устах Сократа или его собеседников платоническими ошибками или платоническими намерениями, что сторонники сильного драматического прочтения (например, Ариети) сочли бы проблематичным.Хотя я не думаю, что Б. следует винить за то, что он использовал эти допущения в качестве отправной точки — для рассмотрения всех противоречий в платонической интерпретации Б. пришлось бы написать значительный многотомный труд и, возможно, так и не добраться до весьма ценных экзегетических моментов, которые он действительно делает в томе, который он написал, — есть места, где эти допущения, заключенные Б. в скобки как предварительные интерпретации, могут стать препятствиями, хотя и не обязательно фатальными, для его аргументации.

Во Введении

Б. описывается «стандартный взгляд» на «Сократа», которого он определяет как «Сократа ранних диалогов Платона» (1), как на человека, который «неустанно исследует своих собеседников только для того, чтобы обнаружить, что они обанкротились. моральные вопросы »(1), и которые, даже будучи сведены к апории, отличаются« своим упорным отказом признать убедительность критики Сократа и своей тенденцией возвращаться в повседневный мир без изменений »(2).Эта модель, утверждает Б. (на мой взгляд, правильно), чрезмерно упрощена и слишком сильно полагается на некритическое принятие собственного Апологии Сократа . Задача CES — опровергнуть стандартную точку зрения на отношения между Сократом и его собеседниками, внимательно изучив и проанализировав аргументы, фактически выдвинутые dramatis personae , показывая, какие из них верны, а какие легко опровергнуты, с Б. триппингом. поднял Сократа во многом с тем же умом, беспощадностью и юмором, которые сам Сократ использует в отношении своих несчастных собеседников.Совершенная смекалка опровержений и живость прозы делают чтение не только информативным, но и приятным.

После довольно поверхностного обсуждения диалоговой формы Б. представляет собеседников ранних диалогов (Глава 1). Он указывает на то, что, несмотря на постоянные ссылки Сократа на ремесленников и более позднее платоновское представление о философии как о специализированном занятии мудрых, сами собеседники представляют собой богатую мужскую элиту Афин и делятся на три категории: «молодые люди, признанные профессионалы (Никия). и Лахес — генералы, Полюс — ритор, Евтифрон — теолог, Ион — рапсод, а Горгий, Протагор и Гиппий — софисты, или преуспевающие наниматели физического труда »(29).Эта категоризация типична для достоинств и недостатков последующих аргументов. С одной стороны, он ясен, запоминается и полезен для продвижения точки Б. с другой стороны, он опасно близок к анахронизму. Доказательства четкой концепции профессионализма в Сократических Афинах сомнительны. 3 Евтифрон был не теологом, а мантичным джентльменом. «Профессии» софистов и риторов скорее зарождались, чем полностью сформировались: Горгия с таким же успехом можно было назвать дипломатом, а Physiologos и Гиппия астрономом.

Собеседники, по словам Б., «заманиваются в дискуссию — часто под ложным предлогом» (31) и отнюдь не призваны участвовать в открытом и сбалансированном интеллектуальном исследовании, на самом деле их программно манипулируют для подтверждения позиций, которых они не придерживаются, противостоят им. с ошибочными аргументами, на которые им не разрешено отвечать, и систематически униженными. Принципы искреннего согласия (условие Сократа о том, что собеседники должны говорить только то, во что они на самом деле верят), следование аргументу, которое само ведет к бескорыстному поиску истины, и настойчивое требование диалога и диалектики, а не длинных речей, Сократ обычно нарушает.Собеседников не отвергают на основании их собственных убеждений, а вместо этого приводят к позициям, которые Сократ может опровергнуть. Часто позиции, опровергнутые Сократом в одном диалоге, поддерживаются им в других. Собеседникам не разрешается выступать с длинными речами для объяснения и разъяснения своих позиций, но Сократ может давать развернутые эпидемические демонстрации. Ясная и ценная картина, которая появляется в CES, представляет собой не Сократа, который оправдывает свои заявления в Апологии о заботе о душах своих сограждан, а скорее того, кто, кажется, заинтересован в выигрыше аргументов любой ценой и который обычно делает своих собеседников существенно хуже, чем лучше.Однако, в отличие от сторонников драматического чтения, Б. не спрашивает, почему Платон мог писать философские драмы именно таким образом.

Первым собеседником, которого Б. обсуждал и умело защищал, был Крито (Глава 3). Вместо «благонамеренного простака» (59) или человека, больше озабоченного репутацией, чем добродетелью, Крито выходит из CES как умный, практичный и морально достойный человек, который делает значительно больше для улучшения своего города и товарищей. — граждане, чем Сократ.Хотя аргументы Сократа абстрактны и эгоистичны и касаются больше его собственной души, чем его друзей и семьи, чувство справедливости Критона основано на общности. Б. прослеживает, в конкретных и точных деталях, как опровержение Сократом Крита зависит от нескольких ключевых неверных интерпретаций аргументов Крита, особенно от ложного обвинения Крита в том, что он слишком озабочен мнениями многих. Знаменитая речь, в которой Сократ, нарушая свои собственные антириторические ограничения, говорит голосом афинских законов, не является беспристрастным рассмотрением абстрактной проблемы, а скорее (также в нарушение запрета на апелляции к пафосу в 9058 г. Извинение ) психологический tour de force , который пытается пристыдить Крито и заставить его согласиться с позицией, с которой он не согласен (71-72).В то время как «Сократ мало учитывает нормальную человеческую слабость или даже нормальную человеческую реакцию», Крито предоставил Сократу особые привилегии в тюрьме, заботится о семье и имении Сократа, организует практические детали последнего купания Сократа и управления им. болиголов, обещает принести петуха в жертву Асклепию и закрывает глаза и рот трупу Сократа с «верностью, самоотверженностью и замечательной способностью к безусловной дружбе» (74). Если «в высшей степени симпатии Платона были на стороне Сократа» (74), Б.утверждает, что Платон по-прежнему ценит и изображает Критона, который может быть лучшим гражданином в паре.

Следующий собеседник, которого нужно защищать, — Ион (Глава 4). Б. отличает сократовское осуждение поэтов в Ion (основанное на возражениях по поводу отсутствия у них определенных эпистемологических оснований для своих притязаний) от платоновских возражений в Republic их моральным учениям. Это различие не совсем уместно в свете критики поэтического мимесиса как имитации подражания, в трех удаленных от реальности, в Republic .Б., тем не менее, умело защищает Иона, показывая, что там, где Ион отстаивает Гомера как лучшего из поэтов в квазиэстетических терминах, Сократ опровергает его, изменяя основу для переосмысления «лучших» как «наиболее знающих». Однако, как признает сам Б., это опровержение действительно связано с переносом в античность того, что может быть анахронично современной концепцией эстетики. Что еще более важно, в то время как Б. обсуждает роль Гомера как учителя и энциклопедии Греции, он пренебрегает религиозным аспектом рапсодического представления и возможными теологическими позициями Сократа и Платона.Если Сократ исказил Иона, чтобы опровергнуть его, Б. (столь же умно и гораздо более сочувственно), похоже, в равной степени искажает Иона в целях защиты.

Глава 5 также защищает обычно непопулярного собеседника, софиста Гиппия. Б. начинает с того, что признает, что хвастовство Гиппия — главная слабость, из-за которой его трудно защищать. Я думаю, что эта уступка не совсем необходима; Гиппий не более хвастлив, чем его любимый гомеровский герой Ахилл, и нет никаких доказательств того, что афинские слушатели сочли бы самоуничижение уместным для известного софиста.Б. действительно показывает, что Гиппий является одним из наиболее проницательных собеседников, замечая и опротестовывающих неверные сократовские аргументы, и умело защищает свой интеллект, если не свой характер.

В своей защите Лахеса и Никия (глава 6) Б. читает внимательно и драматично, показывая, как Сократ манипулирует эмоциями ревности и гордости, чтобы заставить собеседников занять позиции, которые затем можно легко опровергнуть. Он заключает, что « Laches показывает, что, хотя Socratic elenchus может выявить невежество, определенное в терминах Сократа, оно не может ни дать знания, ни побудить невежественных… искать его», — вывод, который он также делает в последующих главах.В главе 7, посвященной Хармиду и Критию, показано, как аргументы Сократа против Хармида опираются на создание ложных параллелей и сомнительных противопоставлений в софистической манере, справедливо критикуемой Критием. Б. прослеживает очевидные несоответствия в последующих опровержениях Сократом Критиаса, показывая, как Сократ часто пренебрегает фактическими определениями, предлагаемыми Критиасом, и вместо этого переформулирует точки Критиаса в бессмыслицу или неузнаваемость, чтобы сделать их легко опровергаемыми.

Защищая Евтифрона (Глава 8), Б.принимает то, что он описывает как «необычайный поток инвектив» (163) в современной науке. Б. указывает, что, хотя Евтифрон не относится к числу наиболее проницательных умов, с которыми мы встречаемся у Платона, он фактически разделяет с Сократом стойкую веру в абсолютную истину и мораль в противовес непостоянным мнениям Многих. Вместо того, чтобы признать эту точку общности, Сократ начинает свое опровержение Евтифрона с обращения к общественному мнению против веры Евтифрона в абсолютную природу божественной справедливости, сократовской уловки, которая проистекает больше из желания выиграть спор любой ценой, чем из любой последовательной интеллектуальной позиции. (167).Б. продолжает показывать, что сократовское опровержение теологического волюнтаризма Евтифрона включает в себя многочисленные недопонимания пунктов Евтифрона и несколько ошибочных аргументов. Глава завершается указанием на то, что в диалоге нет ничего, что указывало бы на то, что Сократ заботится о душе Евтифрона, вопреки утверждениям в Апология , и многое указывает на то, что Сократ получает почти злонамеренное удовольствие, выставляя дураками тех, кто ниже его. словесно шустрее, чем он сам.

Цефал, с которым Б.открывает свое обсуждение Республики I (глава 9), чем-то похож на Крито, человека твердого характера и интеллекта, если не склонного к теории. Б. указывает, в отличие от других комментаторов, что «Диалектически замалченный, Цефал поддерживает свою жизнь … [H] — это фундаментальная порядочность, и вытекающие из этого довольство и спокойствие ума — это с трудом заработанные плоды жизни, а Платон не позволяет Сократу лишить его их… [H] — это практическая способность быть, просто превосходящая его теоретическую способность объяснять справедливость.(201) Уходя для жертвоприношений, Цефал практикует то, что Сократ и его последующие собеседники просто обсуждают. Чтение с драматическими нюансами в CES дает более сложную и, как мне кажется, более справедливую картину, чем более чисто аргументированную. Обсуждение Б. Полемарха и Фразимаха (главы 10 и 11) также обращает внимание на эмоциональные и человеческие аспекты философского разговора, но защищает собеседников, опровергая сократовские заблуждения, а не противопоставляя практическую мораль теоретической.

В главах 12-16 CES (245-376) обсуждаются два диалога ( Протагор и Горгий ) и пять собеседников (Гиппократ, Протагор, Горгий, Полюс и Калликл). Б. начинает с Гиппократа, увлеченного юноши, который открывает Протагора , пробуждая Сократа известиями о присутствии знаменитого софиста. Хотя многие ученые, менее чувствительные к драматическим нюансам, склонны пропускать этот и аналогичные вводные разделы в других диалогах как философски неважные, Б.Рассказ об этом собеседнике приводит к интересной защите софистического образования или, по крайней мере, к опровержению сократовских аргументов против софистического учения, которые подробно обсуждались в довольно обширном томе риторических исследований, из которых Б. кажется почти полностью не обращая внимания. 4 Подход Б. к проблеме, тем не менее, интересен и убедителен. Он утверждает, что желание Гиппократа посоветоваться с Протагором, чтобы стать лучшим оратором, вполне разумно.Он подчеркивает странность предположения Сократа о том, что человек учится у софиста только для того, чтобы стать единым целым, и, как следствие, попытка опозорить Гиппократа за его обучение у Протагора. Б. также отвергает как абсурдное, возможно, слишком легко, представление Сократа о том, что софист не может обучать устной речи, если он также не является экспертом в предмете, о котором должен говорить ученик. Б. завершает свою главу о Гиппократе тем, что Сократ, кажется, гораздо больше заинтересован в публичном состязании умов со знаменитым Протагором, чем в заботе о душе Гиппократа.

Б. характеризует основную часть Протагора как «потрясающий пример драматического искусства Платона… изображающий изнурительную, нокдаун-диалектическую встречу, в которой великий софист терпит унизительное публичное поражение от рук внешне почтительного человека. но Сократ на редкость хищный »(258). Юмор Сократа, хотя и художественно изображенный и развлекательный, «всегда делается за чужой счет, обычно унизительный, часто недобрый, а иногда и жестокий» (259). Б.Портрет Протагора вызывает сочувствие, показывая, что вступительные слова софиста относительно образования напоминают позицию, выдвинутую Сократом в Republic (262 п. 9). Затем Б. как бы опровергает опровержение, показывая, что аргументы Сократа предполагают, что качества имеют уникальные бинарные противоположности, т.е. что если X несправедлив, он должен быть несправедливым. Ошибочность таких рассуждений объясняется аналогиями с такими терминами, как «влажный» или «песчаный» (267).

В следующих двух главах обсуждается Gorgias , то есть для B., переход от элегантного сократовского подхода, который Платон находил в конечном итоге неудовлетворительным, к более подлинно платоническому методу. После краткого анализа разговора Сократа с Полусом, Б. исследует более содержательную дискуссию между Сократом и Горгием. Б. резюмирует описание Горджиа своего собственного искусства как « rhe = torike = » и свое определение этого искусства, к сожалению, не обращая внимания на важный контекстуальный момент, широко обсуждаемый в современной риторической науке, что это искусство, и, возможно, даже слово « rhe = torike = » было поразительной новинкой при жизни Сократа; искомое определение чего-то неизвестного.Б. считает опровержение Сократом Горгия необоснованным, поскольку Сократ путает знание того, как говорить, со знанием предмета; Б. также предполагает, что Горгиас должен был заметить это заблуждение и опровергнуть его. Опять же, Б. кажется анахронизмом. Ни исторический Горгий, ни его современники (в «Елене» или «О том, чего нет»), похоже, не проводили столь четких дискуссий о форме / содержании. В оставшейся части главы Б. исследует дискуссию об отношении риторики к справедливости и защищает как моральный облик Горгия, так и его аргументы.После замысловато аргументированной главы (15), защищающей Полуса, Б. обращается в главе 16 к Калликлу, которого он считает «одним из величайших достижений Платона» (339) и «единственным собеседником, которого Сократ не утверждает, что опровергает» (339). ). По мнению Б., в Gorgias Платон «анахронично приписывает» (372) среднеплатоническое понимание того, что знания недостаточно для добродетели Сократу, и вкладывает в его уста доктрину психологического привыкания, необходимого для добродетели, которая, как мы видим, отработана более подробно. полностью в республике .Электронный метод Сократа терпит неудачу у Калликла и подобных ему собеседников именно потому, что он игнорирует психологию.

Глава 17 завершает книгу замечанием о девелопменте, где переход от исторического Сократа к платоническому объясняется осознанием Платоном того, что узко-эленхический метод исторического Сократа неудовлетворителен в воспитании добродетели. Собеседник после Gorgias больше не является «сопротивляющимся и протестующим противником», но «близким по духу и уступчивым человеком» (378), и Платон из Republic понимает, что Socratic elenchus, когда он применяется к неправильно обученным, делает в скорее навредят, чем помогут (380).Окончательная оценка Б. такова: «Сократ, изображенный в ранних диалогах, — это Сократ, с которым у Платона возникли глубокие философские, методологические и образовательные разногласия. Придя к окончательной оценке, он очень серьезно отнесся к собеседникам Сократа. Мы тоже должны ». (383) Этот вывод хорошо подтверждается предыдущими главами, хотя можно было бы пожелать, чтобы его представили в начале, и Б. рассмотрел в предыдущих главах возможность того, что Платон, возможно, намеренно дал Сократу слабые аргументы, чтобы показать трудности с методами и мотивацией elenchus.

В целом это саб

Банкноты

1. Здесь я должен отметить, что я не согласен с предположениями Б. относительно хронологии платонических диалогов и отношения хронологии к интерпретации (Кэрол Постер, «Идея (и) порядка платонических диалогов и их герменевтических последствий. Phoenix: The Journal of the Classical Association of Canada . 52: 3-4 (1998): 282-298), и что некоторые из моих комментариев в этом обзоре будут отражать эту озабоченность.

2. Джеймс А. Ариети, Интерпретация Платона: диалоги как драма . Lanham MD: Rowman and Littlefield, 1991. Несмотря на явные теоретические разногласия Б. с Ариети, в реальной практике интерпретации и, в некоторых случаях, в своих выводах, они сходятся во многих пунктах, особенно в своем скептицизме относительно единообразной обоснованности Точки зрения Сократа и их осознание убедительных неудач Сократа объясняются не только тупостью собеседников, но и проблемами с его собственными стратегиями аргументации.

3. Хотя книга Дэвида Ручника « Of Art and Wisdom: Plato’s Understanding of Techne » (University Park PA: Pennsylvania State University Press, 1996), возможно, появилась слишком недавно, чтобы ее цитировал, она содержит важное обсуждение этого вопроса.

4. Демонстрируя дисциплинарную замкнутость, к сожалению, слишком распространенную среди классиков и классических философов, Б. кажется почти (единственным исключением, являющимся кратким цитированием Пулакоса) полностью игнорирующим последние тридцать лет риторических исследований, касающихся этих диалогов.Как минимум, он получил бы пользу от консультационных работ Томаса Коула ( The Origins of Rhetoric in Ancient Greece Maryland: Johns Hopkins University Press, 1991), Keith Erickson (ed, Plato: True and Sophistic Rhetoric Amsterdam: Rodopi , 1979), Susan Jarratt ( Rereading the Sophists: Classical Rhetoric Refigured Carbondale IL: Southern Illinois University Press, 1991), Christopher Lyle Johnstone (ed. Theory, Text, Context: Issues in Greek Rhetoric and Oratory Albany: State University of New York Press, 1996), Джордж Кеннеди ( Искусство убеждения в Греции, Princeton: Princeton University Press, 1963), Джаспер Нил ( Plato, Derrida, and Writing Carbondale IL: Southern Illinois University Press, 1988) , Эдвард Скьяппа ( Protagoras and Logos Columbia SC: University of South Carolina Press 1991; Начало риторической теории в классической Греции Нью-Хейвен: Йельский университет Press, 1999) и Jan Swearingen ( Rhetoric and Irony: Western Literacy and Western Lies New York: Oxford University Press, 1991), а также десятки эссе Платона Protagoras и Gorgias в риторических журналах. ( Philosophy and Rhetoric , Pre / Text , Quarterly Journal of Speech , Rhetoric Review , Rhetoric Society Quarterly , Rhetorica , Southern Speech Communication Journal , Вестерн. десятилетие, в котором восемь журналов вместе дают только одно цитирование

сократовских семинаров: формирование культуры дискуссии под руководством студентов

За девять лет работы учителем искусств в средней школе я усовершенствовал ключевую стратегию, названную сократовским семинаром.Этот тип дискуссии под руководством студента — основанный на методе опроса студентов Сократа, а не на лекциях учителя — выявляет у студентов чувство сопричастности, глубокое мышление, критический анализ (PDF), использование академической лексики и укоренившееся чувство общности. Хотя кажется, что учитель находится за кулисами, значимый и эффективный сократовский семинар возможен только благодаря преднамеренному планированию.

Планирование вашего семинара

Самая важная часть содержательного сократовского семинара — это планирование, заложенное в течение года.

1. Давайте устроимся поудобнее.

Нет сократовского семинара без риска. А без доверия нет риска. Эффективный сократический семинар происходит из-за тысяч невидимых связей, уже установленных между учениками и учителями.

В начале года установите порядок работы в классе, распорядок и ожидания. В начале каждого обсуждения делайте то же самое. Привлекайте учащихся к ответственности за проявление крайнего уважения друг к другу.

2. Давайте учиться.

Используйте диаграммы привязки, чтобы обучать, моделировать и укреплять целевой словарь каждый период. Обеспечьте учащимся возможность узнавать друг друга в использовании академической лексики (привязка, отслеживание). Это гарантирует, что студенты идентифицируют и применяют целевой язык, предлагая при этом широкие возможности для практики (PDF).

Практикуйте постепенное освобождение от дискуссионного лидерства в течение года. Вначале смоделируйте сильные навыки фасилитации и устно обозначьте их для учащихся.Совместно создавайте якорные диаграммы того, что делает сильных лидеров дискуссий, участников и беседы. Обдумайте дневную дискуссию: сильные и слабые стороны, модификации. В конце концов, опросите учащихся, чтобы узнать, кто хочет играть более активную роль в ведении дискуссий в классе.

Непосредственно обучать, моделировать, практиковать и оценивать аналитические и текстовые вопросы. На мой взгляд, лучшие ресурсы для этого взяты из AVID (PDF). Этот навык важен для понимания прочитанного, общения на высоком уровне и критического мышления.Лучше всего работает разделение (PDF) между правильным / неправильным, да / нет вопросами и вопросами, вызывающими обсуждение. Кроме того, текстовые вопросы закрепляют учащихся в работе.

Мэри Дэвенпорт

3. Давайте готовимся.

Выберите форматированный текст, который предлагает перекрестное содержание и реальные связи. Я часто использую целый роман как основу для сократовского семинара.

Создавайте подготовительные работы на основе целей обучения и данных учащихся.Независимо от того, находятся ли ученики в 9-м классе в программе Intro to Lit или AP Lit, я обнаружил, что подготовительная работа позволяет им чувствовать себя уверенно, идя на сократовский семинар.

Неоднократно объяснять цель и ожидания сократовского семинара. Я использую контракт, в котором четко изложены ожидания.

Осуществление вашего семинара

После того, как культура и приготовления были установлены, пора подготовить почву для настоящего сократовского семинара.

4. Давайте займемся медосмотром.

Сократический семинар лучше всего проводить в кругу, где студенты равны, а я (как фасилитатор, а не участник) нахожусь вне его. Есть два способа сделать это в зависимости от размера и динамики класса: один гигантский круг для всех учеников или стиль аквариума (когда участники внутреннего круга обсуждают, а участники внешнего круга тренируют внутренний круг).

5. Готовимся.

Когда студенты приходят в день семинара Сократа, я создаю 5-10-минутное задание, чтобы проверить завершение подготовки.Я не разрешаю учащимся участвовать, если они не завершили подготовку на 100%. В начале года это жестко. Но по прошествии года ученики оправдывают ожидания и соглашаются с тем, что правило разработано для обеспечения лучшего обсуждения (и часто оценки).

Первый сократический семинар в году начинается с большого количества прямых инструкций, касающихся того, что делает сократовский семинар хорошим, а что — плохим и как студенты могут получить пятерку (цели). Эти цели, которые могут меняться в течение года, основаны на стандартах и ​​могут включать активную речь, обновленные глаголы, академический словарный запас, переходные фразы, текстовые свидетельства, уточняющие вопросы и т. Д.Каждый последующий сократовский семинар я все еще провожу в начале, непосредственно устанавливая эти нормы и цели. У меня также есть ученики ставят перед собой цели.

6. Давайте поправимся.

Я практикую постепенное высвобождение сократовского семинара в течение года. Вначале я часто включаюсь в разговор. Эти прерывания могут быть обратной связью об успешных выступлениях или способах улучшения, уроками о стратегиях беседы, выделением впечатляющих вопросов или идей, приглушением доминирующих голосов, запросом зарезервированных голосов и / или приостановкой диалога, чтобы учащиеся могли самостоятельно оценить и приспособиться к дальнейшему развитию.По прошествии года эти перерывы случаются все реже, поскольку студенты усваивают ожидания и становятся фасилитаторами.

Последующие действия и оценка

Оцените успеваемость учащихся по завершении вашего сократовского семинара. Четкие ожидания и руководящие принципы являются ключом к оценке.

7. Давай оценим.

Установите четкие метрики успеха (например, используя и объясняя цитаты, расширяя идеи коллег, задавая вопросы, поддерживающие разговор) и убедитесь, что класс осведомлен о них.Сократовские семинары могут проходить быстро — чтобы ваши оценки не отставали, создайте список кодов для успешного взаимодействия и используйте коды, чтобы вести текущий счет успеваемости учащихся, когда они разговаривают. Вы будете уверены, что все поняли правильно, и даже сможете показать студентам свою методику.

8. Давайте займемся отражением.

Заключительным элементом любого значимого сократовского семинара является размышление как для учеников, так и для учителя. Предложите учащимся использовать подсказки для размышлений и обсуждения семинара, а затем попросите их спланировать корректировки для будущих семинаров.

Что мне больше всего нравится в эффективных сократовских семинарах, так это то, что они создают ощущение учебы в колледже. И мои ученики этого заслуживают. Как и все студенты.

Пример современного метода Сократа — диалог Сократа

По запросам преподавателей со всего мира:
доступен PDF-файл со специальными разрешениями на распространение. ПОЛУЧИТЬ PDF

Этот диалог является примером Сократовский метод применительно к современной теме.В этом сократовском В диалоге христианский проповедник высказывает часто утверждаемую идею о том, что атеисты не могут быть нравственными, потому что вера в Бога — основа мораль. Метод Сократа используется для того, чтобы поставить под сомнение эту идею. что демонстрирует, что это не религиозная вера, а светское знание что необходимо для совершения нравственных поступков и толкования моральные принципы.

Важно помнить, что этот письменный диалог намного опрятнее и лаконичнее, чем настоящие разговоры.Письменный диалог сразу же переходит от одного вопроса к другому, но в реальной жизни, возможно, потребовалось 30 минут разговора, чтобы перейти к следующему вопросу. Письменный диалог здесь просто иллюстрирует типичный результат, но не точный путь, который можно было бы пройти в любом конкретном живом разговоре к этому результату. В разных разговорах на эту тему будут разные вопросы. Все зависит от ответов участника.

В этом диалоге в качестве вопрошающего используется имя Сократа.Это не означает, что исторический Сократ или Платон согласились бы с моим сочинением. Это просто забавное историческое соглашение, которое я использовал. Однако я попытался изобразить диалогический характер Сократа таким, каким я его нашел в моем собственном прочтении Платона.

Этот диалог не является нападением на веру и никоим образом не является аргументом в пользу атеизма. Этот диалог — просто призыв к здравому смыслу и общему мнению, когда речь идет о морали.Что касается метода Сократа, этот диалог демонстрирует способность использовать «сферу применения» области знания в сократовской беседе. Если мы действительно что-то знаем, мы должны нести ответственность за объяснение того, как это знание применяется. Это также демонстрирует полезность «техники одного примера» для дальнейшего сократовского вопрошания. Техника одного примера позволяет идее или определению стоять или падать на основе поиска одного примера, который может выдержать дальнейшее изучение.Этот диалог будет включен в эссе «Основы образования: ЧАСТЬ V». Комментарий, в котором обсуждается, как использовать этот тип диалога для разных тем, будет добавлен в это время. Фактический диалог ниже останется прежним.

Я задавал вопросы в диалоге ниже в реальных беседах. Несмотря на то что словесные маневры респондентов сильно различаются, конец результат такой же, как в диалоге, который вы читаете ниже.Что конец результатом является неспособность религиозных людей привести один пример вера, способная совершать нравственные поступки или толковать моральные принципов без абсолютно необходимой помощи обычных, светских, человеческих знания. Последствия этого говорят сами за себя.

Проповедник: Атеист не может быть нравственным человеком. Без веры в Бога ни один человек не может быть вообще мораль. Вы должны сначала верить в Бога, чтобы иметь хоть какую-то способность мораль.Вера в Бога — единственная истинная основа нравственности.

Сократ: Похоже, быть атеистом — несчастье.

Проповедник: Атеисты — несчастнейший Сократ.

Сократ: К сожалению, мне больше не повезло, чем атеистам. Я даже не понимаю природу мораль. Таким образом, я не мог сказать вам, действительно ли вы нужно сначала поверить в богов, чтобы быть нравственным.Поэтому я прошу вас помочь мне и научи меня чему-то важному.

Проповедник: Конечно, Сократ. Вот почему я здесь.

Сократ: Спасибо, мой хороший друг. Я бы хотел, чтобы вы ответили на вопрос. Что такое мораль?

Проповедник: Нравственность — это выражение человеческого поведения, основанного на знании того, что хорошо, а что плохо.

Сократ: И нужно верить в богов, чтобы знать, что правильно, а что нет?

Проповедник: Совершенно верно.Именно познание Бога, которое приходит через веру, дает нам способность знать добро и зло. А Сократ, богов нет. Есть только один всемогущий Бог, Который сотворил все и искупает нас через своего сына Иисуса Христа.

Сократ: Боюсь, я никогда не был очень хорошо разбирается в удивительных историях обо всех богах. Я должен признать, что меня очень воодушевляет мысль о том, что знание вашего Бога также даст мне знание о добре и зле.Но есть только одна вещь, которую я хотел бы понять, если бы вы могли меня проинструктировать.

Проповедник: Какой у вас вопрос?

Сократ: Вы говорите, что знание Бога даст мне знание того, что хорошо, а что плохо.

Проповедник: Да.

Сократ: В какой сфере жизни верующий будет знать, что правильно, а что нет.

Проповедник: Познание Бога пронизывает все наше существо во всех аспектах нашей жизни.

Сократ: Клянусь богами, дорогой проповедник! Я заявляю, что нет ничего полезнее, чем учись добру и злу от божества, которое знает! Поможет ли мне познание Бога знать, что правильно, а что нет? относящиеся к вычислению сумм чисел?

Проповедник:

Сократ: Даст ли мне знание о добре и зле в медицинской практике?

Проповедник: No.

Сократ: Как насчет правильного и неправильного в архитектурном дизайне зданий?

Проповедник: Нет. Мораль — это не добро и зло.

Сократ: Значит, познание Бога не дает нам знания обо всем, что хорошо, а что плохо. Это просто дает нам знание определенного рода правильного и неправильного, которые вы называете моральными.

Проповедник: Верно.

Сократ: Похоже, мы еще не определились с моралью, и мне нужно задать свой первый вопрос еще раз. Что такое мораль? Помилуйте мое упорное невежество и определите его так, чтобы оно не выходило за рамки его применения.

Проповедник: Нравственность говорит о добре и зле в отношении к другим людям.

Сократ: И действительно ли это нравственное и правильное обращение приносит пользу человеку или приносит пользу? причинить им боль?

Проповедник: Нравственное поведение всегда служит на благо человечества.

Сократ: Значит, моральное знание от Бога выражается в поведении, приносящем пользу людям?

Проповедник: Да.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.