Литература 15 века: ДРЕВНЕРУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА • Большая российская энциклопедия

Содержание

Литература конца 14-начала 15 вв. Эпоха предвозрождения -Русская литература XI

В 1359 г. великим князем московским стал внук Ивана Калиты Дмитрий Иванович. Он занимал великокняжеский стол в течение 30 лет, до 1389 г. Годы княжения Дмитрия Ивановича ознаменовались политическим усилением Москвы, ее экономическим ростом. Вместе с тем внутри Орды обострялись междоусобные распри. Это благоприятствовало борьбе Руси с монголо-татарами. Москва фактически перестала платить Орде дань. Для восстановления былой власти в Золотой Орде предпринимаются решительные меры. В 1378 г. захвативший в Орде власть темник Мамай послал на Москву большие воинские силы. Вышедшие навстречу неприятелю войска великого князя московского разгромили врага на реке Воже. Это было первое серьезное поражение татар со времени установления монголо-татарского ига. Через два года, в 1380 г., произошла Куликовская битва. Под предводительством Мамая полчища ордынцев и отряды наемников двинулись на Московское княжество, в союз с Мамаем вступил рязанский князь Олег и великий князь литовский Ягайло. Как и в сражении на Воже, русские вышли навстречу неприятелю. Вместе с Москвой против Мамая выступили многие удельные княжества Северо-Восточной Руси. Помимо регулярных войск в военных действиях принимали участие ремесленники и горожане. Сражение произошло на Дону (отсюда прозвание Дмитрия Ивановича — Донской), на Куликовом поле. Татары потерпели поражение. Мамаево побоище со всей очевидностью показало главенствующую роль Московского княжества и великого князя московского в Северо-Восточной Руси, продемонстрировало мощь объединенных сил русских княжеств, выявило военное превосходство русских над монголо-татарами. Куликовская битва имела колоссальное национально-патриотическое значение: она определила подъем национального самосознания, вселила уверенность в возможности полной победы над Ордой и освобождения от монголо-татарского ига. Через два года после Куликовской битвы (в 1382 г.) на Москву совершил набег хан Тохтамыш. Город был жестоко разгромлен, Москва должна была возобновить выплату дани Орде.

Но ни разгром Тохтамышем Москвы и разорение других русских земель, ни последующие набеги монголо-татар не могли умалить исторического значения Донской победы, изменить отношения к Москве и подорвать роль великого князя московского в политической жизни страны. Знаменательно, что, передавая в завещании великое княжение старшему сыну Василию, Дмитрий Иванович Донской действовал уже независимо от Золотой Орды.

Одновременно с объединением земель вокруг Москвы в конце XIV — первой половине XV в. в пределах самого Московского княжества возрастало количество уделов вследствие разделения территории между князьями. Князья — владельцы уделов — подчинялись великому князю. Великокняжеская власть стремилась превратить их в обязанных службой привилегированных вотчинников. В это же время происходила консолидация великокняжеской власти в Твери, Рязани, Суздальском княжестве. Сложившаяся ситуация привела к вспышке феодальной войны во второй четверти XV в., продолжавшейся почти 30 лет. В этой войне столкнулись реакционные силы удельно-княжеской и боярской оппозиции с растущей силой власти великого князя московского. Помимо удельных князей в борьбе с Москвой приняли активное участие Тверское княжество и Новгородская боярская республика. Эта 

феодальная война носила тяжелый, жестокий характер, осложнялась непрекращающейся борьбой с Ордой. В конечном счете восторжествовали прогрессивные для данного исторического этапа силы: удельно-княжеская и боярская оппозиция потерпела поражение, а значение великого князя московского усилилось. Все наиболее важные исторические события эпохи нашли отражение в литературных памятниках этого времени.

***

Развитие человеческой культуры связано с развитием в ней личностного начала. Смены формаций — этапы освобождения человека. Человек освобождается от власти рода, от власти корпорации и сословия, от угнетения класса. Этому соответствуют различные формы «открытия человека».

Древнерусская литература эпохи раннего феодализма была связана с освобождением человека из-под власти рода и племени. Человек осознает свое могущество, становясь частью феодальной корпорации. Герой литературных произведений этого периода — член корпорации, представитель своего сословия. Это князь, монах, епископ, боярин, и в качестве такового он изображается во всем своем величии. Отсюда монументальный стиль изображения человека.

Насколько ценилось достоинство человека как члена корпорации, дает представление «Русская Правда», где оскорбления рукоятью меча, мечом плашмя, удар рогом или чашей считались в несколько раз оскорбительнее, чем «синяя» или кровавая рана, так как выражали крайнее презрение к противнику.

Но вот в русской истории наступает период, когда человек начинает цениться независимо от своей принадлежности к средневековой корпорации. Происходит новое «открытие человека» — его внутренней жизни, его внутренних достоинств, его исторической значимости и т. д. На Западе это открытие совершилось с развитием товарно-денежных отношений. Деньги, закабаляя человека в других отношениях, освобождали его от власти корпорации. Деньги в принципе мог приобрести всякий, и они давали власть над окружающим. Деньги ломали корпоративные преграды и делали ненужным понятие корпоративной чести.

В России условия для освобождения личности из-под власти корпорации создавались, с одной стороны, экономическим ростом, развитием торговли, ремесел, что привело к возвышению «городов-коммун» — Новгорода и Пскова, а с другой стороны, тем, что в условиях постоянных военных тревог и тяжелых нравственных испытаний монголо-татарского ига все больше и больше ценились внутренние качества человека: его стойкость, преданность родине и князю, способность морально противостоять тем соблазнам возвышения, которые обильно предлагала чужеземная власть, пытавшаяся опереться на изменников, качества военачальника, способности администратора и т. д. Княжеская власть выдвигает достойных, не считаясь с их происхождением и принадлежностью к корпорации. Летопись отмечает купцов-сурожан, стоявших за оборону Москвы при нашествии Тохтамыша, описывает подвиг ключаря Успенского собора во Владимире, не выдавшего врагам церковных сокровищ, все чаще отмечает реакцию населения, и в частности горожан.

Вот почему в литературе, и особенно житийной, раскрывающей внутреннюю жизнь одного человека, все большее и большее внимание уделяется эмоциональной сфере, литература интересуется психологией человека, его внутренними состояниями, его внутренней взволнованностью. Это приводит к экспрессивности стиля, к динамичности описаний. В литературе развивается эмоционально-экспрессивный стиль, а в идейной жизни все большее значение пробретает «безмолвие», уединенная молитва, совершаемая вне церкви, уход в пустыню — в скит.

Явления эти не могут быть отождествлены с Возрождением, так как в духовной культуре Древней Руси религия доминировала вплоть до XVII в. В XIV—XV вв. еще далеко до секуляризации жизни и культуры, освобождение личности совершается в пределах религии. Это начальный период того процесса, который, развиваясь в благоприятных условиях, переходит в Возрождение, это — Предвозрождение.

Внимание к внутренней жизни человека, демонстрировавшее текучесть происходящего, изменчивость всего сущего, было связано с пробуждением исторического сознания. Время уже не представлялось только в формах смены событий. Сменялся характер эпох, и в первую очередь — отношение к иноземному игу. Наступает пора идеализации эпохи независимости Руси. Мысль обращается к идее независимости, искусство — к произведениям домонгольской Руси, архитектура — к зданиям эпохи независимости, а литература — к произведениям XI—XIII вв.: к «Повести временных лет», к «Слову о законе и благодати» митрополита Илариона, к «Слову о полку Игореве», к «Слову о погибели Русской земли», к «Житию Александра Невского», к «Повести о разорении Рязани Батыем» и пр. Таким образом, для русского Предвозрождения Русь периода независимости, Русь домонгольская стала своей «античностью».

Всей средневековой литературе было свойственно явление абстрагирования — генерализация описываемых явлений, стремление выявить в действительности общее вместо единичного, духовное вместо материального, внутренний, религиозный смысл каждого явления. Средневековый метод абстрагирования определил и особенности изображения человеческой психологии в произведениях, созданных в период Предвозрождения. Д. С. Лихачев определил эту черту литературы русского Предвозрождения как «абстрактный психологизм». «В центре внимания писателей конца XIV — начала XV в. оказались отдельные психологические состояния человека, его чувства, эмоциональные отклики на события внешнего мира. Но эти чувства, отдельные состояния человеческой души не объединяются еще в характеры. Отдельные проявления психологии изображаются без всякой индивидуализации и не складываются в психологию. Связующее, объединяющее начало — характер человека — еще не открыто. Индивидуальность человека по-прежнему ограничена прямолинейным отнесением ее в одну из двух категорий — добрых или злых, положительных или отрицательных».

Предвозрожденческие явления в культурной жизни страны, пробудившиеся в начале — первой половине XIV в., с особой силой дали себя знать в конце столетия — первой половине XV в. Подъем национального самосознания после Куликовской битвы способствовал расцвету культуры, вызвал повышенный интерес к прошлому, пробудил стремление к возрождению национальных традиций, одновременно усилив культурное общение русских земель с другими государствами. Возобновляются традиционные связи Руси с Византией и южнославянскими странами.

Возродившееся в первой половине XIV в. монументальное каменное строительство к концу столетия приобретает широкий размах. Особого расцвета в конце XIV — первой половине XV в. достигает изобразительное искусство, где наиболее ярко проявились предвозрожденческие идеи. В конце XIV — самом начале XV в. на Руси работает замечательный художник средневековья Феофан Грек, в творчестве которого предвозрожденческие идеалы нашли блестящее воплощение. Феофаном Греком были расписаны церкви Новгорода, Москвы и других городов Северо-Восточной Руси (Спаса Преображения на Ильине в Новгороде в 1378 г., Рождества с приделом Лазаря в Москве в 1395 г., Архангельский и Благовещенский соборы в Москве в 1399 и в 1405 гг.). Фрески Феофана Грека и теперь поражают своим величием, динамичностью, значительностью и суровостью изображенных им персонажей.

В самом конце XIV — первой четверти XV в. протекало творчество великого русского художника Андрея Рублева. Его деятельность связана с Москвой и с близкими к Москве городами и монастырями. Андрей Рублев вместе с Феофаном Греком и старцем Прохором расписывал Благовещенский собор Московского кремля (1405). Вместе с Даниилом Черным (своим неизменным другом) он создавал фрески и писал иконы в Успенском соборе во Владимире (1408) и в Троицком соборе в Троице-Сергиевом монастыре (1424—1426). Ко времени работы Андрея Рублева в Троице-Сергиевом монастыре относится его знаменитая «Троица». Творчество Андрея Рублева отличается глубоким гуманизмом, человечностью. «Живопись этой поры, — пишет Д. С. Лихачев, — обогатилась новыми темами, ее сюжеты значительно усложнились, в них много повествовательности, события трактуются психологически, художники стремятся изобразить переживания действующих лиц, подчеркивают страдания, скорбь, тоску, страх или радость и экстатическое волнение. Священные сюжеты трактуются менее торжественно, интимнее, обыденнее».

Общий подъем просвещения, пробуждение стремления к рациональному объяснению явлений природы обусловили возникновение рационалистических движений в городах. В конце XIV в. в Новгороде появляется ересь стригольников. Стригольники отвергали церковную иерархию и церковные обряды, некоторые из них, по-видимому, не верили в учение о воскресении мертвых и божественную сущность Христа. В их выступлениях звучали социальные мотивы.

Культурный расцвет в конце XIV—XV в. способствовал расширению культурных связей русских земель с Византией и южнославянскими странами (Болгарией, Сербией). Русские монахи часто и подолгу бывали в монастырях Афона и Константинополя, ряд южнославянских и греческих деятелей переселялся на Русь. Из Греции пришел на Русь Феофан Грек. Среди лиц, сыгравших большую роль в русской литературе конца XIV — первой половины XV в., должны быть названы болгары Киприан и Григорий Цамблак, серб Пахомий Логофет. На Руси в рассматриваемый период появилось большое число южнославянских рукописей и переводов. Русская литература тесно взаимодействовала с литературой Византии и стран южного славянства. Это культурное общение Руси с другими странами определяется как период второго южнославянского влияния.

2. Летописание

В годы, непосредственно предшествовавшие Куликовской битве и после нее, в конце XIV — первой половине XV в., наступает расцвет русского летописания. В это время создаются многочисленные летописные своды, летописание разных городов, в том числе и враждующих между собой, находится в тесном взаимодействии. Составители сводов пользуются местными летописями, перерабатывая, редактируя их в зависимости от тех политических интересов, которым призван был отвечать тот или иной составляемый летописный свод. Повышенный интерес к историческому прошлому в летописании проявляется в том, что в начальную часть вновь создаваемых летописных сводов, как правило, включаются рассказы о истории Киевской Руси — «Повесть временных лет», выборки из нее. Летописные своды связывают историю своего времени, своей земли со всей предшествующей историей Русского государства. Это имело принципиально важное идеологическое значение: история каждого княжества становилась продолжением истории всей Русской земли, а великие князья этих княжеств выступали наследниками киевских князей. Составители летописных сводов включают в них летописи разных княжеств, внелетописные по происхождению повести, жития, публицистические и юридические памятники. Центром русского летописания становится Москва, и, что особенно характерно, московское летописание приобретает общерусский характер.

Лаврентьевская летопись. 

Реально дошедшим до нас списком летописи конца XIV в. является уже упоминавшаяся Лаврентьевская летопись, переписанная в Суздальско-Нижегородском княжестве мнихом Лаврентием с помощниками в 1377 г. Большинство исследователей определяют Лаврентьевскую летопись как копию того «ветшаного» (ветхого) оригинала (так называет его сам Лаврентий), с которого он и его товарищи переписывали свой текст, т. е. как копию свода 1305 г. В. Л. Комарович высказал предположение, что в части, посвященной нашествию Батыя на Русь, Лаврентий не просто переписывал рассказ своего источника о Батыевщине, а переделывал его по указанию Дионисия, епископа Суздальского, с целью реабилитации великого князя владимирского Юрия Всеволодовича, который в тексте оригинала осуждался за свои действия во время нашествия монголо-татар на Северо-Восточную Русь.  Развивая гипотезу В. Л. Комаровича, Г. М. Прохоров на основе кодикологического анализа Лаврентьевской летописи пришел к заключению, что в 1377 г. переделывалась вся часть Лаврентьевской летописи, посвященная рассказу о завоевании Руси Батыем, и переделка эта производилась в уже готовом списке летописи. Это предположение, однако, вызвало возражения Я. С. Лурье, который показал, что текстуальные соотношения Лаврентьевской летописи с Троицкой и связанными с нею летописями, восходящими к своду 1305 г., не дают оснований видеть в Лаврентьевской летописи переработку свода 1305 г.: это только копия свода. Составление такой копии в 1377 г. имело важное идеологическое и политическое значение, носило злободневный характер. Летопись начиналась «Повестью временных лет», рассказывавшей о былом величии Русской земли. В Лаврентьевскую летопись было включено «Поучение» Владимира Мономаха — произведение, призывавшее забыть личные обиды и внутренние распри перед лицом грозящей Русской земле внешней опасности, дающее яркое представление о князе — мудром государственном деятеле и мужественном военачальнике.  Повествование о событиях 30-х гг. XIII в. носило в летописи возвышенно-патриотический характер: хотя русские князья и гибли в неравной борьбе, но все они мужественно и единодушно выступали против татар. Конец 70-х гг. XIV в. — канун Куликовской битвы, период обострения отношений между Москвой и Ордой. Летопись предназначалась для суздальско-нижегородского князя, союзника великого князя московского, и была призвана поднять патриотизм, побудить русских князей к активной борьбе с врагом.

Летописание Москвы. 

Первый московский летописный свод — это свод Киприана 1408 (1409) г. — Троицкая пергаменная летопись, погибшая в московском пожаре 1812 г. Этот свод начал составляться по инициативе и, может быть, при непосредственном участии митрополита Киприана, а закончен был уже после его смерти (ум. в 1406 г.). Своду Киприана, как можно судить по самому тексту этого свода, предшествовал летописный свод 1392 г. — «Летописец Великий Русский».

Летописный свод Киприана — первый общерусский летописный свод. Киприан, как митрополит всея Руси, мог привлечь для составления летописного свода летописи из всех подчиненных ему в церковном отношении русских княжеств, в том числе и тех, которые в это время входили в состав великого княжества Литовского. При составлении свода Киприана были использованы летописи Твери, Нижнего Новгорода, Новгорода Великого, Ростова, Рязани, Смоленска и, конечно, все предшествующее летописание Москвы. Кроме того, в свод Киприана были включены сведения по истории Литвы. Свод Киприана носил промосковский характер, хотя использованные источники перерабатывались незначительно. Особенностью свода Киприана был учительный, публицистический тон летописи. Это, как пишет Д. С. Лихачев, определялось влиянием на составителя свода идей «Повести временных лет», «воспринимавшейся в начале XV в. как образец исторического изложения и политической мудрости летописца».

Усиление общерусского характера московского летописания происходит в следующем гипотетически предполагаемом летописном своде — своде митрополита Фотия, время составления которого А.  А. Шахматов относил к 1423 г., а М. Д. Приселков — к 1418. Предполагаемый текст этого свода — текст общерусских известий реально дошедших до нас Новгородской четвертой и Софийской первой летописей. М. Д. Приселков так характеризует этот второй митрополичий московский свод: «Сводчик 1418 г. много потрудился над предшествующим сводом и привлек для своей работы немало новых материалов, в большинстве случаев внелетописного характера (сказания, повести, послания, грамоты), которые должны были придать новому своду характер не только исторического обзора прошлых судеб Русской земли, но и назидательного чтения». Новой чертой свода Фотия было использование в нем народных преданий о русских эпических богатырях (Алеше Поповиче, Добрыне, Демиане Куденевиче, Рогдае Удалом и др.). Составитель этого свода стремится сгладить слишком ярко выраженные московские пристрастия предшествующего свода, быть более объективным и лояльным по отношению ко всем землям Руси, в том числе и соперничающим с Московским княжеством. В своде Фотия, как отмечает Д. С. Лихачев, видно явное стремление Москвы придать летописанию общенародный характер.

На основании сравнительного анализа текстов уже упоминавшихся Новгородской четвертой и Софийской первой летописей предполагается, что в их основе лежит обширный свод, условно называемый сводом 1448 г., полностью включивший в свой состав свод Фотия. Вслед за А. А. Шахматовым до последнего времени большинством исследователей этот свод 1448 г. определялся как свод новгородский. Я. С. Лурье на основе сравнительного анализа текстов Новгородской четвертой и Софийской первой летописей, развивая гипотезу М. Д. Приселкова, пришел к заключению, что свод 1448 г. не новгородский, а общерусский свод, составленный при митрополичьем дворе в Москве в конце 40-х гг. Этот свод представлял из себя переработку свода Киприана. По схеме Я. С. Лурье свода Фотия не существовало и все особенности этого свода должны относиться к своду 1448 г.

Новгородское летописание. 

В конце XIV — первой половине XV в. шла беспрерывная политическая и идеологическая борьба Москвы с Новгородской боярской республикой. Большую роль в идеологической борьбе Новгорода с Москвой играл новгородский архиепископ. В 1429—1458 гг. на новгородской архиепископской кафедре находился архиепископ Евфимий II. Стремление подчеркнуть значимость Новгорода в истории Русской земли, противопоставить Новгород, новгородскую древность Москве вызывало обостренный интерес к историческому прошлому, желание показать связь истории города с историей всей Русской Земли. При Евфимии II в Новгороде оживляются исторические предания, при владычном дворе ведется интенсивная летописная работа, создаются летописные своды. Официальное владычное летописание Новгорода теряет свою былую демократичность, становится из местного летописания летописанием, претендующим на общерусское значение. В летопись, как и в московском летописании, усиленно включаются внелетописные памятники повествовательного, историко-политического характера, призванные документально обосновать исторические права Новгорода. «На протяжении 20 лет правления Евфимия были составлены один за другим три грандиозных свода и около десятка мелких, каждый из которых проделывал огромную работу для восполнения недостающих сведений. В результате, от середины XV в. мы имеем редкую по своей полноте и документальности Новгородскую четвертую летопись — основной свод XV в., Новгородскую первую младшего извода (в различных списках) и восстанавливаемые на основании разных источников более ранние своды, из которых Новгородско-Софийский свод имел первостепенное значение в русском летописании».

Тверское летописание. 

После разгрома Твери в 1375 г. Дмитрием Донским в ходе феодальной войны 1368—1375 гг. Москвы с Тверью тверское летописание, процветавшее в 60—70-х гг. XIV в., прерывается. Но в 1382 г. оно возобновляется вновь и не прекращается до потери Тверью своей самостоятельности. В 1409 г. составляется тверской летописный свод епископа Арсения. Велось летописание при великом князе Борисе Александровиче, которому посвящено «Слово похвальное» инока Фомы. Идейная направленность тверского летописания этого периода близка к смыслу «Слова похвального»: руководящую роль в русской истории играет Тверь, она является оплотом борьбы Руси с монголо-татарским игом, и великие князья тверские, опытные военачальники и мудрые государственные деятели, достойны стать самодержцами Русской земли.

———

Конец XIV — первая половина XV в. в истории летописания характеризуется тем, что летописание приобретает общерусское значение. И это черта не только московского летописания, но и летописания других городов. Отмечая стремление псковского летописания «выйти за пределы „областного“, „местного“», А. Н. Насонов пишет: «Это симптоматично. В XV в. в той или иной мере становятся общерусскими летописные своды в разных городах, в разных областях России».

3. Хронограф

Интерес русских читателей к всемирной истории, как уже отмечалось выше, удовлетворяли памятники хронографического жанра. Хронографы представляли собой компилятивные сборники рассказов из истории различных стран и народов мира начиная с библейских времен. Но в отличие от летописи хронографическое изложение истории носило ярко выраженный повествовательный характер. Входящие в состав хронографов повествования подчас не имели исторического содержания, а являлись сказочно-фантастическими или нравственно-поучительными занимательными новеллами. В хронографических статьях значительно больше, чем в летописи, баснословного и анекдотического материала, их отличительной чертой являлось стремление к нравоучительности, морализированию. Хронограф должен был привлекать средневекового читателя занимательностью историй и их нравоучительным смыслом. «Для летописца самое важное заключалось в исторической правде. Летописец ценил документальность своих записей, он бережно сохранял записи своих предшественников, он был историком по преимуществу. Составитель Хронографа был, наоборот, литератором. Его интересовал не исторический, а назидательный смысл событий».

Из памятников хронографического жанра в это время составляется Еллинский летописец второй редакции, который О.  В. Творогов относит к середине XV в. Вторая редакция Еллинского летописца восходит к архетипной редакции, составленной, по-видимому, в XIII в. По сравнению со своим протографом Еллинский летописец второй редакции отличается целым рядом дополнительных текстов. Основными источниками дополнений служили: Хронограф по великому изложению, «Александрия» второй редакции, «Житие Константина и Елены», «Сказание о построении Софии Цареградской», «Сказание о Феофиле» и др. Используются сведения русских летописей. Включение в состав второй редакции Еллинского летописца обширных текстов сюжетного характера, искусное слияние различных источников в единое повествование заострили литературно-занимательную сторону этой обширной компиляции по всемирной истории. Дальнейшее усиление сюжетности, занимательности повествования происходит в Русском хронографе, составленном на основе Еллинского летописца второй редакции. До недавнего времени возникновение Русского хронографа относили к 1442 г., а его автором считался Пахомий Логофет (гипотеза А. А. Шахматова). Последние исследования хронографов привели к выводу о том, что Русский хронограф в своем первоначальном виде был создан позже — в самом конце XV — начале XVI в.

4. Агиография

Наряду с летописанием агиография, как и в предшествующие периоды, остается одним из основных литературных жанров. И так же как летописание, этот жанр в рассматриваемое время достигает большого развития и претерпевает целый ряд важных изменений.

Как уже отмечалось во введении, в агиографии конца XIV — первой половины XV в. нашел наиболее яркое отражение экспрессивно-эмоциональный стиль, названный прославленным мастером этого стиля, Епифанием Премудрым, «плетением словес». Экспрессивно-эмоциональный, панегирический стиль отражал новое отношение к человеческой личности, особое внимание к слову как средству постижения и отражения мира, стремление в рамках установившихся литературных традиций найти новые приемы и способы выражения творческой идеи. Панегирический стиль, основанный на библейских символах и традиционных стилистических формулах, восходит к византийской литературе. Во многих славянских странах (в Болгарии, Сербии, на Руси) стиль этот достигает своего наивысшего расцвета почти одновременно в конце XIV — начале XV в., хотя предпосылки его появились значительно раньше. Отражая общую философскую концепцию, обусловленную предренессансными явлениями, в каждой стране этот стиль, восходящий к византийским традициям, получил своеобразное воплощение.

Появление экспрессивно-эмоционального стиля на Руси связывается с южнославянским влиянием и обозначается как стиль второго южнославянского влияния. Бесспорно, что в возникновении и развитии на Руси панегирического стиля имело немаловажное значение общение русской книжной культуры с книжной культурой Болгарии и Сербии. Но нельзя объяснить все эти явления только односторонним влиянием одних стран на другие. Процесс формирования и развития панегирического стиля проходил в общении разных славянских культур между собой и с византийскими культурными течениями как непосредственно, так (видимо, в еще большей степени) и в славянско-византийских культурных центрах — монастырях Константинополя, Солуни, Святой Горы (Афона).

Вместе с тем одновременное появление этого стиля в разных странах должно объясняться тем вниманием к внутреннему миру человека, которое было так характерно для Предвозрождения.

На русской почве в наиболее завершенном и наиболее оригинальном виде экспрессивно-эмоциональный стиль представлен в творчестве Епифания Премудрого. Первые проявления этого стиля в агиографии, своего рода первоначальный русский вариант его связывают с именем митрополита всея Руси Киприана. Третьим представителем этого литературного течения был Пахомий Логофет, творчество которого, охватывающее вторую и третью четверть XV в., придает экспрессивно-эмоциональному стилю церковно-официальный характер.

Киприан. 

Болгарин по национальности, Киприан всю жизнь был тесно связан личной и творческой дружбой со своим сверстником и земляком Евфимием Тырновским, болгарским патриархом, основоположником и теоретиком панегирического стиля в болгарской литературе, реформатором правописной системы болгарского языка (1320—1402). Эта дружба и многолетнее пребывание на Афоне определили высокую книжную образованность Киприана. Поставленный в 1375 г. в литовские митрополиты, с правом наследования митрополии всея Руси после смерти митрополита Алексея, Киприан окончательно утвердился на митрополичьей кафедре всея Руси в Москве после смерти Дмитрия Донского, при сыне Дмитрия, Василии, в 1390 г. В период с 1378 г., года смерти Алексея, по 1390 г. в русской церковной жизни происходит «замятня» — борьба нескольких претендентов на митрополичью кафедру. Борясь за свое право занимать стол митрополита всея Руси, Киприан прибегает к литературе как к средству политической борьбы. Именно в эти годы он создает свою редакцию «Жития митрополита Петра» (1381—1382). В это же время по его инициативе и, видимо, с его непосредственным участием создается «Повесть о Митяе», развенчивающая одного из соперников Киприана в борьбе за митрополию. Книжно-литературная деятельность Киприана не прекращается и после утверждения на митрополичьей кафедре. По его инициативе, как уже говорилось выше, составляется первый общерусский митрополичий свод; он занимается переводами с греческого языка, сочиняет церковнослужебные тексты, уде" яет внимание книгописной деятельности. Однако основным литературным трудом Киприана является " Житие митрополита Петра" .

Епифаний Премудрый.

Обычные слова не в силах выразить величие подвижника, но автор рассказа о святом - земной человек, и, призывая на помощь бога, уповая на покровительство святого, деяния которого он описывает, агиограф стремится в своем творении так пользоваться обычными средствами языка, чтобы у читателя создалось представление о необычности святого по сравнению со всеми остальными людьми. Поэтому языковая вычурность, " плетение словес" - это не самоцель, а средство, с помощью которого автор может прославить героя своего повествования.

Если в " Житии Стефана Пермского" Епифаний показал себя виртуозом-стилистом, то в " Житии Сергия" он представал мастером сюжетного повествования. Не боясь впасть в преувеличение, мы с полным основанием должны назвать Епифания Премудрого великим писателем русского средневековья.

Пахомий Логофет.

В произведениях Епифания Премудрого экспрессивно-эмоциональный стиль достиг вершин своего творческого развития. В лице третьего представителя этого стиля в агиографии, Пахомия Логофета, этот стиль нашел мастера, придавшего ему официальный церковно-религиозный характер. Жития, написанные Пахомием, стали формальными образцами для всей последующей официальной агиографии. Мы не можем отказать Пахомию в литературных способностях, он был очень плодовитым и опытным писателем. Едва ли это не первый на Руси писатель-профессионал: летопись сообщает, что Пахомий получал вознаграждение за свои литературные труды. Агиографическим мастерством Пахомия восторгались средневековые книжники. Но творчество Пахомия носило рассудочный характер, преследовало цель нивелировать памятники житийной литературы, приведя их тексты в соответствие с формальными требованиями жанрового канона.

Слово о житии и о преставлении Дмитрия Ивановича.

Инока Фомы " Слово похвальное" .

Расставленными в тексте заголовками " Слово похвальное" делится на четыре части. В тематическом и композиционном отношении каждая из этих частей самостоятельна. Но все они объединены одной идеей и единством стиля.

" Слово похвальное" инока Фомы отражало идеи создания единодержавного Русского государства, но идеалом самодержца здесь был тверской князь, по отношению к которому великий князь московский выступал как младший. Поэтому " Слово похвальное" инока Фомы не оказалось включенным в официальную московскую литературу и дошло до нас в одном списке лишь благодаря счастливой случайности.

- - -

5. Легендарные сказания

В легендарно-исторических сказаниях реальные исторические события получают легендарно-мистическое истолкование. Основа этого вида литературных произведений возникает и бытует в устном обращении задолго до фиксирования ее в письменном тексте, но в некоторых случаях возможно и письменное фиксирование легендарно-исторического сказания в близкое к событию время.

Цикл сказаний об Иоанне Новгородском

Сказание о путешествии Иоанна на бесе в Иерусалим.

В " Сказании о битве новгородцев с суздальцами" Иоанн хотя и предстает как активное действующее лицо событий (он слышит глас, переносит с клиром икону из церкви на городскую стену, собирает слезы от иконы в свой фелонь), но все же не является главным героем повествования. Иное в Сказании о его путешествии на бесе. Здесь он от начала и до конца - главный персонаж повествования. Сама легенда о сказочном путешествии Иоанна на бесе возникла, по-видимому, очень рано, время же создания Сказания точно установить невозможно (вероятно, не позже 1440 г., когда Иоанн был признан местночтимым святым).

На осененном крестным знамением бесе Иоанн совершает в течение одной ночи путешествие в Иерусалим. За то, что Иоанн раскрыл тайну своего путешествия новгородцам, бес мстит святому: он устраивает так, что новгородцы обвиняют своего духовного пастыря в блуде.

Фольклорный мотив заклятого крестом и вынужденного тем служить человеку бесе широко распространен в мировой литературе. В Сказании мы встречаемся не с заимствованием этого эпизода из каких-то источников, а с оригинальной обработкой бродячего сюжета мирового фольклора. В основе Сказания лежала устная легенда об Иоанне Новгородском, а последняя в свою очередь восходит к сказочному фольклору Древней Руси.

В то же время в рассказе о чудесном путешествии Иоанна нашли отражение черты новгородского быта, ярко проявляется местный колорит. Эпизод с бесом, заключенным в сосуде, встречается в древнерусском житии Авраамия Ростовского (XV в.). Рассказ о мести беса, сходный в ряде ситуаций с соответствующей частью рассказа о путешествии Иоанна на бесе, есть в древнерусской повести " О Василии, епископе Муромском" (середина XVI в.). Оба эти памятника вторичны по отношению к Сказанию об Иоанне Новгородском.

Рассказ о путешествии Иоанна, о мести беса, о чудесном оправдании Иоанна от возведенной на него происками беса клеветы передан как удивительное и увлекательное происшествие. Отличительными чертами этого рассказа являются динамичность, острый сюжет и вместе с тем реалистичность изображения событий. Чудесен лишь сам факт, но изображение его жизненно и полно реальных ситуаций. Это сближает рассказ о путешествии Иоанна на бесе со сказкой. Описание мести беса близко к сказке и своим юмором, и своеобразным лукавством.

Сказание об обретении мощей Иоанна.

Это сказание об Иоанне носит ярко выраженный церковно-религиозный характер. В нем повествуется о чудесном обозначении забытой гробницы Иоанна (маленький камень, упав на большую каменную плиту над гробом Иоанна, разбил эту плиту, так что стало видно, что под ней кто-то лежит в святительском одеянии), явлении святого в видении новгородскому архиепископу Евфимию II и перенесении мощей Иоанна в новое место архиепископом Евфимием II в 1440 г.

Это Сказание возникло в 40-х гг. XV в. и входило в число тех идеологических деяний, которыми Евфимий II стремился обосновать притязания Новгорода на особое положение среди Русских земель.

Повесть о Благовещенской церкви.

Эта Повесть, также посвященная Иоанну, но не включенная в состав его Жития, была написана в Благовещенском новгородском монастыре не ранее 1310 г. и не позже начала XVI в.

Иоанн и его брат Григорий на деньги, оставшиеся после смерти родителей, стали строить каменный храм в Благовещенском монастыре, но у них не хватило средств. По молитве братьев Богородица дарует им золото и серебро, и они завершают строительство. Этот традиционный христианский мотив дара раскрывается в Повести не как религиозное чудо, а как чудо сказочное. Обращение братьев к Богородице мотивируется не столько их благочестиво-религиозными устремлениями, сколько земными чувствами: они обращаются за помощью, стыдясь того, что не смогли завершить начатого дела. Сказочный характер Повести особенно ярко проявился в рассказе о том, как братьям была оказана помощь: серебро и золото приносит им в притороченных к седлу мешках сказочный конь, красочно описанный рассказчиком. Этот конь-помощник, хотя он и послан братьям божественным Провидением, напоминает волшебного Сивку-бурку, который неожиданно появляется по зову сказочного героя и так же мгновенно исчезает, исполнив его повеление.

6. Памятники Куликовского цикла

"Задонщина" . 

"Задонщина" дошла до нас в 6 списках, за которыми прочно утвердились краткие условные обозначения, часто употребляемые в научной литературе:

  1. С, XVII в. (обозначается также как Синодальный - ГИМ, собр. Синодальное, № 790).

Стиль "Задонщины" отличается пестротой: поэтические части памятника тесно переплетаются с частями, носящими прозаический, иногда даже деловой характер. Возможно, что эта пестрота и "неорганизованность" текста объясняются состоянием дошедших до нас списков памятника. Прозаизмы могли возникнуть в результате поздних наслоений, а не отражают авторский текст.

Помимо своих литературных достоинств, помимо того эмоционального значения, которое присуще этому произведению, "Задонщина" замечательна как отражение передовой политической идеи своего времени: во главе всех русских земель должна стоять Москва, и единение русских князей под властью московского великого князя служит залогом освобождения Русской земли от монголо-татарского господства.

Летописная повесть о Куликовской битве

Летописная повесть о Куликовской битве дошла до нас в двух видах: кратком и пространном. Краткая летописная повесть входит в состав летописей, ведущих свое происхождение от летописного свода Киприана 1408 г. (Троицкой летописи). Пространная летописная повесть в своем наиболее раннем виде представлена Новгородской четвертой и Софийской первой летописями, т. е. должна была находиться в протографе этих летописей, в своде 1448 г. М. А. Салмина убедительно показала, что первоначален краткий вид летописной повести.

В краткой летописной повести, составленной, как считает М. А. Салмина, составителем свода 1408 г., сообщается о жестокости и кровопролитности сражения, продолжавшегося целый день, перечисляются имена убитых князей и воевод, рассказывается о судьбе Мамая. Автор пространной летописной повести, взяв за основу краткую, значительно расширил ее (возможно, воспользовавшись для этого «Сказанием о Мамаевом побоище» либо какими-то другими источниками), вставил в свой текст резкие обличения Олега Рязанского. 

Сказание о Мамаевом побоище.

В Сказании поход Дмитрия Ивановича благословляет митрополит Киприан, который в действительности в 1380  г. даже не находился в пределах Руси, а из-за "замятни" на митрополии (см. ранее) в Москве вообще не было в это время митрополита. Это, конечно, не ошибка автора Сказания, а литературно-публицистический прием. Автору Сказания, поставившему своей целью в лице Дмитрия Донского показать идеальный образ великого князя московского, необходимо было представить его поддерживающим прочный союз с митрополитом. В число действующих лиц из публицистических соображений автор мог ввести митрополита Киприана, хотя это и противоречило исторической действительности (формально Киприан являлся в это время митрополитом всея Руси).

7. Повесть о нашествии Тохтамыша на Москву

В Орде после поражения Мамая воцарился хан Тохтамыш. Стремясь вернуть Орде былое могущество, Тохтамыш в 1382  г. пошел с большими силами на Русь. Великий князь московский Дмитрий Иванович Донской не сумел организовать отпор нашествию Тохтамыша, Москва была захвачена и разгромлена. Пробыв несколько дней в Москве, Тохтамыш с богатой добычей и большим полоном вернулся в Орду, разорив по пути Рязанское княжество, несмотря на то что при движении войск Тохтамыша к Москве рязанский князь оказывал ему содействие. О нашествии Тохтамыша рассказывает летописная повесть, представленная несколькими вариантами.

В летописном своде 1408  г., судя по дошедшим до нас летописям, находилась краткая летописная повесть о нашествии Тохтамыша. В своде 1448  г., о чем мы можем судить по Новгородской четвертой, Софийской первой и ряду других летописей, отразивших этот свод, читалась пространная летописная повесть. Кроме этих двух основных видов летописной повести о нашествии Тохтамыша есть и другие, более поздние по времени своего возникновения. Так, например, в Ермолинской летописи помещен сокращенный вариант пространной летописной повести.

Начинается пространная летописная повесть с сообщения о небесных знамениях как предвестиях нашествия Тохтамыша. Тохтамыш отправляется походом на Русь тайно, рассчитывая на успех внезапного набега. Но доброхоты московского князя все же успевают предупредить его о действиях золотоордынского хана. Однако Дмитрию Донскому не удается собрать войско, и он уходит из Москвы в Кострому. Тохтамыш осаждает Москву, где находятся не только москвичи, но и жители окрестных мест, спасающиеся от Тохтамыша за каменными стенами города. Трехдневная осада не приносит монголо-татарам успеха. Льстивыми  речами о мире осаждающим удается уговорить москвичей открыть городские ворота. Они врываются в город и жестоко расправляются с жителями. Описав разгром города, автор восклицает: "И бяаше дотоле преже видети была Москва град велик, град чюден, град многочловечен, в нем же множество людьи, в нем же множество огосподьства, в нем же множество всякого узорочья и паки в единомь часе изменися видение его, егда взят бысть и посечен, и пожжен, и нечего его видети..." .

Автором рассмотренной нами Повести, вероятнее всего, был человек, близкий к купеческой среде, москвич, очевидец нашествия Тохтамыша. Он не зависел ни от княжеского, ни от митрополичьего летописания, что и определило те черты этого произведения, о которых мы говорили выше и которые придают этому памятнику конца XIV  в. особый характер и выделяют его из остальных произведений этого времени.

8. Повесть о Темир-Аксаке

Эмир (с 1370 по 1405  г.) среднеазиатского государства Тимур (Тамерлан, Тимур-Ленг) вел беспрерывные захватнические войны, отличавшиеся особой жестокостью и беспощадностью. Одно имя грозного завоевателя приводило в ужас людей Азии и Европы. В 1395  г. Тимур, называемый в древнерусских источниках Темир-Аксаком, начал поход на Русь. Захватив Елецкое княжество, силы Тимура подошли к рязанским владениям. Простояв здесь две недели, Тимур повернул назад и ушел из пределов Русской земли.

О походе Тимура на Русь рассказывает "Повесть о Темир-Аксаке" , весьма популярная в древнерусской письменности, дошедшая до нас в многочисленных редакциях, которые создавались на протяжении XVI- XVII вв.

Этот легендарный рассказ противопоставлял законным владетелям Русской земли - русским князьям, ведущим свой род от крестителя Русской земли Владимира  I, незаконность власти Темир-Аксака, посягнувшего на Русскую землю. И, согласно историософской концепции автора Повести, божественное вмешательство уберегло Русь от грозного, но беззаконного Темир-Аксака.

В Москве готовятся дать отпор захватчикам. Чтобы защитить Москву от завоевателей, в нее переносят Владимирскую икону Божьей матери - тип иконы, который, по преданию, считался написанным евангелистом Лукой. Эта икона была патрональной иконой всей Русской земли (в свое время она была перенесена из Киева во Владимир Андреем Боголюбским).И вот, в " который день принесена бысть икона пречистая Богородица из Володимеря на Москву, в той день Темир-Аксак царь убояся и устрашися, и ужасеся, и смятеся, и нападе на нь страх и трепет, и вниде страх во сердце его, и ужас в душу его, вниде трепет в кости его" . И, охваченный этим страхом и трепетом, Темир-Аксак побежал со своим войском из Русской земли.

Основная идейная направленность Повести заключалась в том, чтобы показать, как правильно поступили московский князь и митрополит, перенеся икону из Владимира в Москву, продемонстрировать особое благоволение этой чудотворной иконы к Москве, подчеркнуть общерусское значение Москвы. Все это имело большой политический смысл не только для данного исторического эпизода, но и в более далекой перспективе усиления общерусского значения Москвы.

Во второй половине XVI в. на основе разных редакций Повести, с привлечением и других источников, было создано большое компилятивное "Сказание об иконе Владимирской Божьей матери"

******

Литература XIV -50-х гг. XV  в. отражает события и идеологию времени объединения княжеств Северо-Восточной Руси вокруг Москвы, образования русской народности и постепенного складывания Русского централизованного государства.

Основными жанрами литературы, как и в предшествующие периоды, являются летописание и агиография. Возрождается жанр хождений. Широкое распространение получает жанр легендарно-исторических сказаний, сближающий агиографический жанр с сюжетным повествованием.

Летописание в этот период интенсивно развивается, усиливается политическое и публицистическое значение летописей. Летописание приобретает общерусский характер, и центром его становится Москва. Летописи включают в себя в большом количестве материалы летописания всех русских земель, пополняются разнообразными внелетописными материалами - повестями, сказаниями, житиями, юридическими текстами. Летописание становится мощным идеологическим орудием в политической борьбе за объединение русских земель вокруг Москвы, за создание единого централизованного государства.

Предренессансные явления эпохи с особой силой дают себя знать в агиографии. Интерес к человеку, к его духовному миру приводит к росту субъективного начала в литературе, к стремлению изобразить психологическое состояние человека. В агиографии возникает экспрессивно-эмоциональный стиль.

Интерес к внутреннему миру героя не приводит еще к попыткам изображения индивидуального человеческого характера. Раскрытие психологического состояния, душевных переживаний героя не становится отражением данной человеческой личности, а остается абстрактным выражением тех качеств личности, которые должны быть присущи ей как представителю определенного класса, как носителю добра или зла. Этим объясняется прямолинейность, односторонность описания героев и их поведения. Но все же в отдельных частностях, рисуя тот или иной обобщенный образ, писатели вносят и элементы некоторой конкретности, индивидуальности.

Характерные черты литературы XIV — первой половины XV в. найдут дальнейшее развитие и еще больший расцвет во второй половине XV — начале XVI в.

Литература второй половины 15-16 вв. Эпоха исторических размышлений -Русская литература XI

Общая характеристика

Вторая половина XV в. – время больших перемен в Северо-Восточной Руси. Победа московских князей над своими соперниками привела к подчинению Москве многочисленных земель – Ростова и Ярославля, Новгорода и Новгородской земли, Твери, с начала XVI в. – также Пскова и Рязани; в эти же годы были отвоеваны и некоторые из русских земель, находившихся под властью Литвы (Вязьма, Гомель, Чернигов, Смоленск и др.). На месте отдельных феодальных княжеств было образовано единое Русское государство; власть главы этого государства становилась все более неограниченной.

Политические процессы, происходившие в России в XV–XVI вв., несомненно имели глубокие социально-экономические предпосылки. XV век – время великих перемен в судьбе основного населения русского Северо-Востока – крестьянства. В XIV и первой половине XV в. крестьяне, обязанные нести ряд повинностей в пользу землевладельцев, имели вместе с тем право переходить от одного владельца к другому; с середины XV в. это право в отдельных землях начинает ограничиваться, а в конце века общерусский «Судебник» Ивана III вводит специальные условия для такого перехода (выплата «пожилого») и устанавливает для него точный и краткий срок (две недели в период осеннего Юрьева дня). Труднее определить те экономические процессы, которые стояли за этими социальными сдвигами. По всей видимости, стремление землевладельцев к удержанию и закреплению крестьян было связано с расширением производства сельскохозяйственных продуктов, часть которых, очевидно, шла на рынок. С XV в. большинство русских княжеств начинает чеканить собственную монету; иностранцы отмечали бросающийся в глаза рост русских городов в конце века. Городское население, занимавшееся ремеслом и торговлей, естественно, должно было покупать хлеб и другие продукты сельского хозяйства; рост рыночных отношений столь же естественно приводил к укреплению связей между различными городскими и сельскими центрами. Усиление повседневных экономических связей между русскими землями несомненно содействовало укреплению их политического единства, отсутствие которого в XIII–XIV вв. сыграло, как мы знаем, весьма трагическую роль, облегчив монгольское завоевание Руси. Но как далеко зашел в XV–XVI вв. процесс развития рыночных отношений на Руси, какую роль он играл в общей системе народного хозяйства, мы, к сожалению, не знаем: соответствующие материалы (особенно материалы за XV в.) чрезвычайно скудны и не поддаются статистической обработке.

Социальные и политические перемены XV–XVI вв. совпали с глубокими изменениями в русской культуре и литературе этого периода. Конец XV в. – время расцвета гражданского и церковного строительства Древней Руси (в конце XV в. были построены главный храм Московской Руси – Успенский собор и здание Грановитой палаты; ко второй половине XV в. относятся и сохранившиеся до нашего времени новгородские кремлевские стены). Важнейшие перемены происходят в этот период и в русской письменности. Если прежде основным материалом для письма был дорогой пергамен (береста употреблялась, по всей видимости, только для небольших, преимущественно деловых письменных документов), то с XV в. его вытесняет бумага. Бумага была привозным товаром, однако она была все же гораздо дешевле пергамена и получила несравненно более широкое применение. Все известные нам памятники светской литературы Древней Руси, за ничтожными исключениями (два летописных свода XIV в.), дошли в рукописях не старше XV в.; даже произведения, составленные и переведенные в более ранние периоды («Моление Даниила Заточника», хронографическая «Александрия», «Сказание об Индийском царстве», «Повесть об Акире Премудром» и т. д.), известны по спискам XV в. или более позднего времени. XV век – время расцвета русского летописания.

В какой степени социально-политические процессы, происходившие на Руси в XV–XVI вв., могут быть сопоставлены с аналогичными процессами, происходившими в ту же пору по всей Европе? Уничтожение феодальной раздробленности, складывание централизованных государств, усиление монархической власти, опирающейся на рядовое дворянство и горожан, – явления, знакомые многим европейским государствам XV–XVI вв. Перемены эти были связаны с начинающимся кризисом всей социально-экономической системы средневековья, распадением традиционных феодальных институтов и складыванием буржуазных отношений.

Порождением того же кризиса были и новые идеологические явления – ослабление верховного господства церкви во всех областях западной культуры, общеевропейский Ренессанс и Реформация в ряде стран Северо-Западной Европы. Глубочайшие изменения происходили и в западной литературе. Именно в XV–XVI вв. литература как искусство – светская литература – становится значительным и широко распространенным явлением в системе европейской письменности. Средневековый рыцарский эпос, лишь случайно и фрагментарно отраженный в письменных памятниках до XIV в., стал теперь широко записываться; по словам западных исследователей, «если бы не прозаическое переложение XV века, то древняя эпопея погибла бы».[ ] Появляется (в рукописях, а с XV в. – и в печати) массовая «народная книга», перенесшая в письменность сюжеты средневекового сельского и городского фольклора (фацеция, фабльо, шванк). На фольклорных традициях основывалось и творчество ряда писателей европейского Возрождения – Боккаччо, Чосера, Вийона, Ганса Сакса. Роль фольклора в формировании общеевропейской ренессансной культуры, едва ли не более значительная, чем роль античного наследия (имевшего определяющее значение лишь для итальянского Возрождения), не раз отмечалась исследователями.[ ] Столь же характерны для западного Ренессанса секуляризация культуры, ее связь с городской жизнью, развитие представлений о ценности человеческой личности самой по себе, вне ее принадлежности к определенной корпорации, и т. д.

Могут ли аналогичные явления быть обнаружены и в русской жизни XV–XVI вв.? Если существование черт Возрождения в странах Северной (Скандинавия) и Восточной Европы (Венгрия, Польша), примыкающих к России, не вызывает сомнения у большинства исследователей,[ ] то вопрос об элементах Возрождения на Руси далеко еще не разъяснен.

Выше мы уже отмечали черты Предренессанса (Предвозрождения) на Руси в XIV – первой половине XV в. (см. ранее, с. 147). Характерные для Предренессанса мистические построения, самоуглубление, интерес к отдельным психическим состояниям человека обнаруживаются и у русских мыслителей второй половины XV в.: ярким представителем русского «исихазма» был, например, Нил Сорский. Но следующим в культурном развитии этапом за Предвозрождением должно было быть, очевидно, движение в сторону секуляризации культуры, начало Возрождения. В Византии борьба между провозвестниками и противниками надвигающегося Возрождения приняла форму спора между сторонниками светского научного знания – варлаамитами (Варлаам эмигрировал затем в Италию и стал учителем Петрарки) и мистиками – «исихастами», победа которых способствовала тому, что византийская культура так и осталась культурой Предвозрождения.[ ] Важнейшую роль в судьбе византийской культуры сыграло, однако, турецкое завоевание. Развитие элементов Возрождения можно проследить во второй половине XV в. и на Руси. Конечно, это были только отдельные черты, не дающие оснований говорить о «русском Возрождении» XV–XVI вв., но они свидетельствовали уже не о мистических настроениях Предвозрождения, а о некотором ослаблении типично средневекового господства богословия во всех областях умственной деятельности.

XV век – время развития еретических, раннереформационных движений на Руси. Уже в конце XIV в. в Новгороде, а с XV в. и в Пскове получает развитие ересь стригольников, противников церковной иерархии и сторонников «простого строя раннехристианской церкви». В конце XV и начале XVI в. Русская земля была охвачена широким еретическим движением (получившим в научной литературе XVIII–XIX вв. крайне неточное и тенденциозное наименование «ереси жидовствующих»). Подлинные размеры и масштабы этого движения едва ли могут быть установлены с достаточной определенностью, однако противники ереси утверждали, что споры о вере проходили в то время повсеместно – «в домах, на путях и на торжищах», полемическая литература, связанная с ересью, охватывала очень значительный период – от 70-х гг. XV в. до 20-х гг. XVI в. Местом первоначального возникновения ереси были русские города-коммуны – Новгород (откуда и название движения, данное его современниками: «новоявившаяся новгородская ересь») и Псков; затем еретические споры перешли в Москву и другие города. Как и другие ранние реформационные движения, новгородско-московская ересь была реформационно-гуманистическим движением: она соединяла в себе черты незавершенной реформации с живым интересом к светской и даже к нехристианской культуре.

Россия XV в. располагала некоторыми фрагментами античной и средневековой науки. Популярная среди переписчиков «Пчела» приводила высказывания Аристотеля, Демокрита и других философов; в рукописных сборниках переписывалась теория Гиппократа – Галена о четырех стихиях, рассуждение Александра из Афродиссии (комментатора Аристотеля) о развитии человеческого семени; переписывались также сочинения по космографии «О широте и долготе земли», «О стадиях и поприщах» и т. д.

Новгородско-московская ересь ввела в культурный оборот XV–XVI вв. ряд новых памятников науки и светской письменности. «Лаодикийское послание», принадлежавшее перу одного из руководителей московских еретиков Федора Курицына, представляло собой философский (как мы увидим ниже) и вместе с тем грамматический трактат: грамматические сведения «Лаодикийского послания» были весьма интересны и не стояли ни в какой зависимости от известного на Руси сочинения Константина Костеньчского. Интересовались еретики и историей – об этом свидетельствует список крупнейшего хронографического памятника того времени, «Еллинского летописца», сделанного еретиком Иваном Черным. Перечень книг, бывших в распоряжении новгородских еретиков (и составленный их врагом архиепископом Геннадием Новгородским), говорит о большой широте интересов вольнодумцев. Среди книг, которыми пользовались еретики, были, например, «Менандр» – сборник изречений, извлеченных из комедий знаменитого афинского драматурга IV в. до н. э.; любопытно, что та же антология Менандра была напечатана в 1496 г. Альдом Мануцием. «Логика», которую читали новгородские еретики, это, возможно, сборник, состоящий из сочинения по логике еврейского ученого XII – начала XIII в. Моисея Маймонида и философского трактата арабского ученого XI – начала XII в. Аль-Газали (в русской транскрипции – «Авиасафа»). Трактат Аль-Газали был направлен против материалистических учений Фараби и Ибн-Сины (Авиценны), однако взгляды материалистов пересказывались здесь так подробно, что на средневековом Западе этот трактат нередко рассматривался как своеобразная энциклопедия материализма.

Идеи, противостоящие господствующей религиозной идеологии, возникали и у самих русских мыслителей XV в. Важнейшей особенностью новгородско-московской ереси были характерная для всех реформационных движений рационалистическая критика послебиблейского «предания» и стремление вернуться к источникам христианской мысли. Как и все реформаторы позднего средневековья, еретики отрицали институт монастырей и монашество, считая, что он противоречит Библии. С позиций рационализма критиковали еретики и догмат о троице: защитники этого догмата ссылались, между прочим, на иконные изображения троицы; еретики напоминали о том, что согласно богословским авторитетам троица «телесными очами незрима», и потому ее изображения на иконах абсурдны. Аналогичный характер имела критика культа «сотворенных вещей» (икон, креста и т. д.) у новгородских и отрицание монашества – у московских еретиков. Некоторые, наиболее радикальные представители ереси доходили, по-видимому, и до отрицания загробной жизни, т. е. воззрений почти атеистического характера.

Большой интерес для характеристики идеологии еретиков представляет «Лаодикийское послание» Федора Курицына – особенно если принять весьма вероятное предположение о его тесной связи с другим философско-грамматическим трактатом того времени – «Написанием о грамоте». «Лаодикийское послание» начинается с декларативного заявления о «самовластии» души; в «Написании» автор говорит, что бог дал человеку при его создании «самовластна ума, путь откровения изящьству и невежествию», и далее объявляет воплощением «самовластия» грамоту (т. е. образованность, знание): «грамота есть самовластие». В «Лаодикийском послании» мы читаем: «наука преблаженна есть; сею приходим в страх божий – начало добродетели»; в «Написании» это же говорится о «грамоте»: «сим учением человек приходится в страх божий».

Признаки постепенного освобождения от «верховного господства богословия во всех областях умственной деятельности» обнаруживаются в XV в. не только в выступлениях явных вольнодумцев. Черты эти можно обнаружить, например, в сочинении замечательного русского путешественника того времени Афанасия Никитина. Во время своего путешествия в Индию Никитин встречался с представителями многих вер; мусульманские власти в Индии не раз требовали от него перехода в «магометову веру». Никитин мужественно (иногда с риском для жизни и свободы) отвергал эти требования, но положение гонимого иноверца, живущего среди разных религий, не могло не оказать известного влияния на его взгляды. «Магометова вера еще годится», – записал Никитин по-тюркски в своем дневнике, рассказывая об успехах мусульманского султана, и тут же счел необходимым изложить свой взгляд на отношение между разными верами: «А правую веру бог ведает, а правая вера бога единаго знати, имя его призывати на всяком месте чисте чисту». Признавая носителем «правой веры» всякого человека, соблюдающего единобожие и моральную чистоту, Никитин несомненно расходился с господствующей религиозной идеологией тогдашней Руси, требовавшей признания православия единственной «правой верой», но обнаруживал зато неожиданное (и, конечно, никакими влияниями не обусловленное) единомыслие с гуманистами итальянского Возрождения (ср. новеллу Д. Боккаччо о трех перстнях).

Заслуживает внимания также идеология некоторых литературных памятников, сохранившихся в кирилло-белозерских сборниках, составленных выдающимся русским книгописцем конца XV в. Ефросином. Мы будем еще иметь случай поговорить об этом замечательном пропагандисте светской литературы, и в частности об одном из памятников, пользовавшимся его особым вниманием, – «Сказании о Соломоне и Китоврасе». Отметим пока один из вариантов «Соломона и Китовраса», известный только по рукописи Ефросина. В этом варианте читается совершенно неожиданный диалог между царем и захваченным в плен «борзым зверем». «Что есть узорочнее (прекраснее всего, – Я. Л.) во свете сем?» – спрашивает царь. «Всего есть лучши своя воля», – отвечает Китоврас. «Абие крянулся и все переломал и поскочил на свою волю», – заключает рассказчик. А в недалеком соседстве от этого гимна «своей воле», в том же ефросиновском сборнике, помещен другой рассказ – о блаженных «рахманах», к которым приходил Александр Македонский. В рассказе этом (основанном на «Хронике» Амартола, но дополненном) также обнаруживается текст, не известный ни по каким другим памятникам. У счастливых рахманов нет «ни царя, ни купли, ни продажи, ни свару, ни боя, ни зависти, ни велможь, ни татбы, ни разбоя». Перед нами, в сущности, та же тема «своей воли» – счастливого государства, где нет ни царей, ни вельмож, ни тех печально знакомых в XV в. явлений, которые, очевидно, в представлениях русских книжников были неразрывно связаны с властью царей и вельмож. Появление столь неожиданных идеалов в памятниках и письменности конца XV в. свидетельствовало о том, что русская общественная мысль того времени отличалась достаточной самостоятельностью и своеобразием.

Некоторое ослабление безраздельного господства религиозной идеологии в России конца XV – первой половины XVI в. не могло не сказаться и на русском искусстве. Говоря об элементах Возрождения в русском искусстве этого времени, исследователи чаще всего упоминают о строительной деятельности Аристотеля Фиораванти и Марко Руффо в Кремле, о ренессансных мотивах в русском книжном орнаменте. «Множество нитей, связывающих ее с Италией эпохи Возрождения», М. В. Алпатов находит в кремлевской иконе конца XV в. «Апокалипсис». Черты профессионального светского искусства обнаруживаются в ряде памятников художественного ремесла того времени: в бытовых изображениях на рогатине тверского великого князя Бориса Александровича, в подобных же миниатюрных изображениях на монетах XV в. (охотник на медведя, кабана, птицу, палач, автопортрет самого денежника и т. д.). К той же категории памятников, не связанных традициями церковного искусства, относятся и скульптурные работы, выполненные под руководством архитектора и скульптора второй половины XV в., московского купца Василия Ермолина. Искусствоведы уже отмечали памятники ермолинской мастерской (в частности, рельефное изображение всадника над Спасскими воротами) как произведения «новаторского, связанного с реалистическими исканиями» искусства, не получившего дальнейшего развития в XVI в., когда победило «традиционное направление» в русской пластике.

Было бы, конечно, преувеличением, если бы мы стали связывать с элементами Возрождения и реформационно-гуманистическими движениями все основные явления русского искусства (и русской литературы) второй половины XV в. Характерной чертой еретических движений конца XV в. было как раз иконоборчество или, по крайней мере, критическое отношение в целому ряду иконописных сюжетов. И все-таки глубокие идейные сдвиги и «еретическая буря» конца XV в. не прошли бесследно для русской культуры этой эпохи; они оставили свои явственные и значительные следы.

Литература 14-15 веков на Руси [Русская]

Повести о татаро-монгольском иге

Каждое крупное военное стол­кновение с завоевателями, начиная от Батыева нашествия и кончая неудавшимся походом на Русь хана Ахмата в 1480 г., служило те­мой для повести, которая обычно помещалась под соответствующим годом в летописи. Наибольшими литературными достоинствами отли­чаются «Повесть о разорении Рязани Батыем», «Повесть о Шевкале» (тверское восстание 1327 г.), «Повесть о битве на реке Пьяне» (1377), «Повесть о битве на реке Воже» (1378), «Повесть о нашествии Тохта­мыша» (1382) и «Повесть о нашествии Едигея» (1408). На страницах этих произведений показаны страшные картины уничтожения горо­дов, гибели многих тысяч мирных жителей. Вместе с тем представле­на и героическая борьба народа против иноземных завоевателей.

Памятники Куликовского цикла

Куликовская битва вызвала широкий отклик во всех слоях русского общества. Ей были посвя­щены три крупных литературных произведения: «Летописная по­весть о Куликовской битве», «Задонщина» и «Сказание о Мамаевом побоище». Каждое из них по-своему освещает это великое противо­стояние.

Летописная по­весть о Куликовской битве

«Летописная повесть…» представляет собой простой и лаконичный рассказ о событиях.

Задонщина

«Задонщина» — это героическая по­эма. Её неизвестный автор (возможно, старец Софроний Рязанец) взял за основу «Слово о полку Игореве», но заменил его действу­ющих лиц участниками событий 1380 г. Использование древних образцов было обычным явлением той эпохи. Оно не воспринима­лось как плагиат, а, напротив, служило признаком литературного мастерства. К тому же, при всей вторичности текста «Задонщины», в нём можно найти немало оригинальных художественных образов.

Сказание о Мамаевом побоище

Самое крупное по объёму произведение о Куликовской битве — «Сказание о Мамаевом побоище». Оно включает в себя фольклор­ные мотивы и уникальные подробности событий. Однако некоторые историки считают, что «Сказание…» было создано лишь в начале XVI в. и потому достоверность его сведений вызывает сомнение.

В период монголо-татарского ига усиливается религиозность лю­дей, появляется много подвижников, готовых пострадать за веру.

Житие Михаила Черниговского

Церковь хранила память своих героев, причисляла их к лику святых. Одним из первых святых этого периода стал князь Михаил Всеволодович Черниговский, казнённый в Орде в 1246 г. за отказ по­клониться местным святыням. Современники и потомки прославляли князя Михаила как мученика за веру. Во второй половине XIII в. не­известным автором было составлено «Житие Михаила Черниговского».

Повесть о Михаиле Тверском

Другой жертвой татар стал князь Михаил Ярославич Тверской, каз­нённый в Орде в 1318 г. Его гибель стала результатом острой поли­тической борьбы. Однако в народе его также считали героем, который отдал жизнь за веру и «за други своя». «Повесть о Михаиле Тверском» по жанру близка к житию.

Житие Александра Невского

Третьим святым князем той эпохи стал Александр Невский. В нём видели мужественного защитника не толь­ко русских земель, но и русской православной веры. Кончина князя по пути из Орды на Русь также понималась как месть хана отважному правителю. «Житие Александра Невского», в котором наряду с благо­честивыми рассуждениями можно найти и красочные описания воен­ных побед Александра, стало украшением древнерусской литературы.

Житие митрополита Петра и Алексия

Помимо князей-мучеников, к лику святых причисляли и выдающих­ся церковных деятелей того времени. Московские князья добились общерусского прославления «своих» митрополитов — Петра и Алек­сея. Соответственно были написаны «Житие митрополита Петра» и «Житие митрополита Алексия». Автором первого был выдающийся книжник конца XIV в. митрополит Киприан, болгарин по происхож­дению. Второе житие принадлежит перу агиографа середины XV в. Пахомия Серба, также выходца из Византии, но славянина по крови.

Житие Сергия Радонежского и Стефана Пермского

Лучшим русским писателем конца XIV — начала XV в. был монах Троице-Сергиева монастыря Епифаний Премудрый. Он напи­сал «Житие Сергия Радонежского» и «Житие Стефана Пермского». Оба эти произведения отличаются сложным, причудливым стилем, который современники называли «плетением словес».

Похвальные слова

Особым литературным жанром было по­хвальное слово выдающемуся князю. Это своего рода панегирик, в котором перечисляются заслуги правителя перед народом и церко­вью. В отличие от жития здесь содержится больше сведений о лич­ности героя, о его политике и даже о домашних делах.

Слово о житии великого князя Дмитрия Ивановича

Сохранилось обширное «Слово о житии великого князя Дмитрия Ивановича», написанное неизвестным автором (вероятно, Епифанием Прему­дрым) вскоре после кончины победителя Мамая.

Инока Фомы слово похвальное

Другой литератур­ный памятник этого типа — «Инока Фомы слово похвальное...». В нём прославляются деяния тверского князя Бориса Александро­вича (1425-1461), одного из самых могущественных правителей тогдашней Руси. Отличительная особенность этой похвалы состоит в том, что она написана ещё при жизни князя. Это придаёт пове­ствованию большую историческую достоверность. Материал с сайта http://wikiwhat.ru

Рассказы о путешествиях (хождения)

Во все времена люди, посетившие далёкие страны, любили рассказывать об увиденном и услышан­ном. Эти рассказы часто записывались либо самими путешествен­никами, либо кем-то из их слушателей. Такого рода произведения в Древней Руси назывались хождениями. Чаще всего описывали свои путешествия благочестивые паломники. Известно, например, «Хождение» Стефана Новгородца в Царьград (середина XIV в.). Иногда путешествие предпринималось по какой-нибудь церковно­политической надобности. Так возникло «Хождение» митрополита Пимена в Царьград (конец XIV в.) и «Хождение» на Флорентий­ский собор неизвестного автора (середина XV в.). Но несомненно, самым знаменитым произведением данного жанра является «Хож­дение за три моря» тверского купца Афанасия Никитина, посетив­шего далёкую Индию.

Московские летописи XIV столетия почти не со­хранились до наших дней. Все они погибли во время Тохтамышева нашествия в августе 1382 г. В начале XV в. московское летописа­ние оживает благодаря стараниям митрополита Киприана. Именно его считают инициатором создания общерусского летописного свода 1408 г. (Троицкая летопись). Однако в период феодальной войны второй четверти XV века летописное дело вновь приходит в упадок.

Подлинный расцвет московского летописания происходит в эпо­ху Ивана III. Огромное историческое значение происходящих событий заставляет многих взяться за перо, чтобы оставить потомкам правди­вый рассказ о своём времени. Наряду с придворным московским ле­тописанием, прославлявшим дела «государя всея Руси», создаются и «неофициальные» летописи. Их авторы могли позволить себе больше откровенности в оценках событий. Так, независимую летопись созда­ли монахи Кирилло-Белозерского монастыря. Одновременно с ними вёл свою летопись и один из клириков московского Успенского собора, откровенно писавший о жестокости и коварстве Ивана III. Очень сме­ло по отношению к власти высказывался и летописец, работавший под покровительством ростовского архиепископа Вассиана.

Картинки (фото, рисунки)

  • Апостол. Рукописная книга начала XV в. из Москвы
Вопросы к этой статье:
  • Какие новые явления возникли в литературе XIV-XV вв. на Руси?

  • Как характеризует жителей Руси тот факт, что были созданы жития Михаила Черниговского, Михаила Тверского, Александра Невского, но не было написано житие Ивана Калиты?

главные книги в одной таблице • Arzamas

Когда

Трубадуры слагали свои песни примерно с 1100 по 1300 год, хотя можно продлить их историю еще на несколько десятилетий. «Книги песен», донесшие до нас их наследие, на 100–150 лет моложе первых трубадуров и совпадают по времени с жизнью последних из них. Существуют еще и жизнеописания трубадуров — разнородные повествования в прозе о жизни и легендарных моментах их биографии. Но эти жизнеописания — не прямые свидетельства. Они основываются во многом на песнях трубадуров и сами по себе являются литературным жанром; реальность в жизнеописаниях может искажаться, а красивые легенды нередко заслоняют в глазах читателей сами песни трубадуров.

Язык

Староокситанский (он же окский, старопровансальский, язык «ок» — то есть язык, на котором так звучит слово «да»), это язык коренного населения юга Франции. Входит в романскую группу языков.

Авторы

Слово «трубадур» по наиболее распространенной этимологии возводят к слову tropatorem, которое означает «сочинитель тропов», то есть рифмованных латинских стихов о праздниках и святых, певшихся во время богослужений и постепенно вышедших за стены храмов. Предполагается, что, наряду с латинскими песня­ми, с IX века стали сочинять песни на романских языках — и это корень лирики трубадуров.

Трубадур — сочинитель песен (а не стихов) на народном языке (а не на латы­ни). Эти песни он фиксирует письменно, а затем либо доверяет их исполнять жонглеру (певцу, нередко странствующему), либо исполняет сам.

Владения первого из известных нам трубадуров, Гильома IX Аквитанского (1071–1127), были обширнее владений французского короля; его внучка — покровительница трубадуров Алиенора Аквитанская, будущая французская, а затем и английская королева, жена Генриха Плантагенета и мать Ричарда Львиное Сердце. Однако не все трубадуры были так же знатны. Например, жизнеописание Маркабрюна представляет его безвестным подкидышем, а Бернарта де Вентадорна — сыном истопника (впрочем, возможно этим текстам нельзя доверять полностью). Благородное рождение само по себе не гарантирует благородства и куртуазности — а скромное происхождение не мешает слагать куртуазные песни, спорить о словесности, судить о благородстве, воспевать утонченную и чистую любовь.

Известно около 450 имен трубадуров, причем иногда мы знаем только имена, но тексты до нас не дошли. Среди наиболее значимых сочинителей, наследие которых известно последующим поколениям, — Гильом IX Аквитанский, Серкамон, Маркабрюн, Джауфре Рюдель, Пейре Овернский, Гаусельм Файдит, Арнаут де Марейль, Раймбаут де Вакейрас, Бертран де Борн, Бернарт Марти, Бернарт де Вентадорн, Гираут де Борнель, Гильом де Кабестань, Пейре Видаль, Арнаут Даниэль, Аймерик де Пегильян, Фолькет Марсельский, Раймон де Мираваль, Сордель (Сорделло), Юк де Сент Сирк, Сервери Жиронский, Аймерик де Бельной, Гираут Рикьер, Матфре Эрменгау и другие.

Исторический контекст

Первые поколения трубадуров происходят из Лимузена и Аквитании; затем их культура распространяется на весь окситанский ареал. При этом песни по-окситански слагали и в изначально иноязычных культурах — каталонской, ломбардской, венецианской. В XII столетии значительную роль в развитии культуры трубадуров начал играть Прованс, номинально входивший в Священ­ную Римскую империю германской нации. Лангедок будет дольше всего хранить традиции трубадурского искусства. В период наивысшего расцвета окситанской поэзии земли ее языкового ареала оказываются ареной непрерыв­ной борьбы за власть и территорию. В этой борьбе постепенно взяла верх французская корона.

Трубадуры могли участвовать в Крестовых походах; чем больше расстояние до дома и дамы, тем проще воспевать «любовь издалека».

В эстетике трубадуров часто ищут влияние «ереси катаров»: в отличие от канонического христианства она учит, что зло — самостоятельное начало, противопоставленное Богу. Соответственно, все материальное, плотское было для катаров злом, а все духовное — благом. Феномен куртуазной поэзии, в которой любовь и влечение к даме в пределе должны переродиться в духов­ное очищение, может в какой-то мере объясняться двойственностью катар­ского взгляда на мир. Впрочем, большинство трубадуров были не катарами, а правоверными католиками. Тем не менее именно борьба папского престола против катаров положила конец миру, вскормившему трубадуров: в 1209 году был объявлен Крестовый поход против альбигойской (или катарской) ереси, средоточием которой считался Лангедок и город Альби; в этой резне и массо­вых кострах и погибла постепенно культура, породившая окситанскую поэзию.

Культурный контекст

Средневековый замок из оборонительного сооружения превращается в отдель­ный мир, живущий по своим духовным и материальным законам. Жизнь в нем становится богаче и эстетичнее: сеньор и другие обитатели открывают понятие досуга, который должен заполняться не только аристократическими развлече­ниями вроде охоты, но и, например, музыкой с танцами.

Фигура дамы в этих условиях приобретает самостоятельную ценность; в замке появляется женская половина для хозяйки, ее гостей и служанок, куда допуска­ются лишь немногие из мужчин — священник, жонглер и кое-кто из слуг. Жизне­описания трубадуров потом будут рассказывать о певце, тайно подгля­ды­вающем за дамой в спальном покое.

Лирика трубадуров принадлежит замку и двору. Отсюда их ключевое поня­тие — куртуазность, то есть кодекс поведения аристократа раннего Средневе­ковья. Куртуазности трудно дать единое определение: это и модель рыцарской учтивости, и утонченная игра, и система ценностей, регулирующая жизнь благородного сословия. Куртуазный кодекс требует умения держать себя в обществе, владеть словом так же хорошо, как и оружием, не грешить против своей чести, но еще менее — против чести дам, быть щедрым, хранить вер­ность слову… Самое же главное — уметь ценить утонченный досуг, который порождает любовь, и уметь воспеть ее.

Трубадур говорит от имени феодального клана, который противопоставляет себя миру городской культуры, поэтому нередка тема падения нравов в обществе, поданная дидактично или даже резко. Отсюда же и злободнев­ность, чисто политическая направленность целого ряда их сочинений.

Но несмотря на это, трубадуры в глазах последующих поколений остались лишь певцами любви. В их лирике заложено зерно идеи, которая через столетия найдет свое высшее отражение в культуре Ренессанса: благородство сердца может стать наравне с благородством по рождению и даже выше или ценнее его. Если трубадур слагает куртуазные песни и испытывает истинную любовь, то его называют куртуазным.

Лирические сочинения трубадуров рождаются как песни в полном смысле этого слова. В отличие от латинских текстов песни на народном языке изна­чально предназначены для исполнения перед слушателями, а еще и для танца. Исполнять их, разумеется, должны люди, специально для этого приглашенные или допущенные, которых называют жонглерами, — это далеко не самые привилегированные слои общества. Тем не менее первый из извест­ных нам трубадуров, герцог Аквитанский Гильом IX, как уверяет его жизнеописание, умел сам и хорошо сочинять, и петь.

Жанры

Канцона — буквально «песня», высшее воплощение «великого куртуазного пения», посвященная любви.

Сирвента — вариант канцоны, но чаще на военно-политическую тему, нередко выдержанная в сатирическом тоне.

Плач — также вариант канцоны, реквием по сеньору или возлюбленной.

Дескорт — струк­турно и содержательно противопоставляется канцоне, состоит из строф разного размера и описывает необузданную страсть.

Альба — рассветная песнь, поется другом, который должен предупредить влюбленных о том, что скоро рассветет и им нужно будет расстаться.

Пасторель — жанр, построенный вокруг сюжета о рыцаре, соблазняющем простую пастушку.

Серена — жалоба влюбленного.

Тенсона — поэтический спор на заранее заданную тему — от любовных до по­ли­­тических; иногда у тенсоны действительно два автора и их имена известны; иногда диалог, вполне возможно, фиктивен и создан одним и тем же трубадуром; в конце тенсоны можно апеллировать к арбитру — сеньору или даме.

Партимен (джок-партит) — отдельный вариант спора, который начинает один участник, предлагая партнеру защищать на выбор одну из позиций и обязуясь защищать другую, которую тот сочтет неверной.

Песнь о Крестовом походе — гибридный жанр, вдохновляемый одновременно тематикой борьбы за правое дело и любовно-лирическим началом.

О чем

Самые знаменитые песни трубадура — любовные — адресованы избранной им даме, которую он называет «донна» (от латинского «госпожа») или даже «мой господин», подчеркивая свое парадоксальное вассальное служение ей (в реальном мире женщина, наоборот, обязана хранить вассальную верность отцу, мужу, брату — словом, мужчине-покровителю). Даму и трубадура разде­ляют непреодолимые препятствия: это может быть замужний статус дамы, ее высокое положение в сословной иерархии, большое расстояние между ними и другие препоны, которые часто комбинируются. Любовное желание застав­ляет трубадура непрерывно страдать и надеяться — в этом он находит радость. Даже если дама откликается на его чувство, встречам влюбленных будут постоянно мешать «ревнивец» (законный муж, отец или брат) и «жесто­кие лжецы» (завистники, не выносящие совершенной любви). Постоянное напря­же­ние душевных и физических сил рождает песню, поэтому любить и петь для трубадура — одно и то же. Утоленное желание умрет, и песня смолк­нет, поэтому куртуазная лирика тяготеет к незавершенности любовного порыва, балансированию между взаимоисключающими чувствами: трубадур постоянно колеблется меж отрадой и грустью, надеждой и страхом отказа. Чувственные порывы должны в идеале привести к духовному подъему и очище­нию. Так руководит поэтом fin’amor — утонченная, изысканная любовь, которую уже в XIX веке назовут куртуазной любовью. В этой любви есть место свободному выбору (трубадур избирает лучшую из лучших) и разумному началу — так куртуазная любовь противопоставляется неправиль­ной, вызывающей помут­нение мыслей и чувств. Трубадуры полностью реализуют оба потенциала своей лирики — и духовный, и чувственный, а последующие поколения остаются в недоумении: так что же из их поэзии надо считать отражением пережитого опыта, а что — поэтической услов­ностью? Где граница между реальным переживанием и утонченной игрой?

Примерно с середины XIII века тематика fin’amor подменяется религиозной, хотя уникальная лексика куртуазной любви при этом сохраняется. Отсюда две точки зрения на причину заката лирики трубадуров: может быть, в пламени Альбигойских войн погибла культурная среда, питавшая окситанскую поэзию, а может, постоянное желание сублимировать любовное начало в чистую духовность закономерно привело к тому, что место Дамы заняла Богоматерь и песни трубадуров стали чисто религиозной лирикой — а это уже другая история.

Яркий герой

Главный персонаж куртуазной вселенной, конечно, Дама. Ее имя нельзя называть, поэтому ей дают так называемый сеньяль — условное поэтическое прозвание, часто в мужском роде. Ее совершенство и красота описываются в терминах, представляющихся современному читателю абсолютно абстракт­ными, не отсылающими ни к какой реальной женщине. В Даме охотно описывают то, что никогда не видели или видели мельком, в полутьме. Очень часто говорят о белизне — у Дамы тело белое, как снег на Рождество, нежное и полное. Иногда трубадур оговаривается, что это только его мечты — вероят­но, чересчур смелые. Иногда же, напротив, уточняет, что не может быть счастлив, если не обнимает Даму обнаженной в тесном покое. Белое у Дамы не только тело, но и руки и даже, например, зубы. Эту деталь среди прочих разрабатывает Бертран де Борн, когда сочиняет шутливую песню о составной Даме, для которой он позаимствует у одной прекрасные глаза, у другой — румяные щеки, у третьей — умение вести куртуазную беседу, а у иных — белые руки (и зубы), стройный стан, а к тому же щедрость и целый клад куртуазных достоинств. Внешность Дамы совершенна, но ее обаяние связано не только с физической красотой. Ее глаза не просто прекрасны — в них есть особая одухотворенность, и от их взгляда обычный день кажется Рождеством.

Источники

Во-первых — Библия. Современный читатель обычно ассоциирует христиан­ское Средневековье с аскезой, запретами, подавлением любого проявления чувственности, но, вопреки этому, средневековая любовная лирика во многом опирается на Песнь Песней, которая даже эротической теме дает своеобразную индульгенцию.

Во-вторых — Овидий: трубадуры не только делают конкретные отсылки к римскому поэту, но и разрабатывают любовный кодекс в свете его «Науки любви» и «Лекарства от любви». С Овидием иногда соглашаются в определен­ных аспектах, часто спорят в отношении морали и нередко оригинально комбинируют части его сочинений, чтобы дать им свое собственное толкование.

В-третьих — народные песни. На рубеже XIX–XX веков многие серьезные специалисты доказывали, что лирика трубадуров родилась из народных песен с их танцевальным началом, драматизмом сюжета и постоянным обыгрыва­нием мотивов неразделенной любви, разлуки, несчастного замужества.

В-четвертых — арабо-андалузская поэзия. Некоторые исследователи даже пытались доказать, что арабская словесность — основной источник окситан­ской лирики (особенно первого трубадура — Гильома Аквитанского), однако это не общепринятое мнение. Сеньяль, помогающий не называть настоящее имя возлюбленной, похож на соответствующий прием арабской поэзии, где адресатку будут звать «моя соседка». Строфы некоторых песен близко напоминают мувашшах и заджаль — арабские поэтические жанры из мусуль­ман­ской Испании. В мувашшахе встречался необычный контраст возвышен­ного поэтического языка и грубого разговорного просторечия (на котором мог быть написан финал мувашшаха — харджа). Само понятие куртуазности некоторые исследователи возводят к понятию «адаб», сформировавшемуся в арабской культуре эпохи Аббасидов IX–X веков. Мотив неутоленного желания, рождающего одновременно радость и страдание, может восходить к мотиву так называемой девственной любви, который наиболее воплотился в сюжете о Лейли и Маджнуне, исключительно популярном на Ближнем и Среднем Востоке.

Последователи

Когда культурный центр тяжести перемещается с юга современной Франции на север, куртуазные песни начинают звучать на старофранцузском языке. Их поют труверы, своеобразные наследники трубадуров. Они на свой лад разра­батывают теорию куртуазной любви: внимательно перечитывают Овидия, создают многочисленные трактаты об «искусстве любить как долж­но», стремятся оформить куртуазную доктрину в законченную систему. В немецких землях любовную лирику пишут миннезингеры — и тоже опира­ются на трубадуров. Немецкая поэзия, посвященная Святой Деве, имеет явные параллели с куртуазными песнями.

Первая часть «Романа о Розе» представляет собой попытку системно изложить куртуазный кодекс в форме романа. (Вторая часть, написанная другим автором, носит отчетливо антикуртуазный характер и полемизирует с первой.)

Итальянские поэты «сладостного нового стиля» (стильновисты), изобретенного Данте Алигь­ери, Гвидо Гвиницелли, Гвидо Кавальканти и Чино да Пистойей, утверждали что поэзия рождается под влиянием глубоко личного любовного чувства и свободна от любых поэтических условностей: о песне, которая должна идти от сердца, говорили и выдающиеся трубадуры. Образ Дамы у стильновистов приобретает ангельские черты. Данте в трактатах и «Коме­дии» упоминает многих трубадуров. Так, в чистилище Данте встречает Арнаута Даниэля: трубадур рассказывает о себе в терминах куртуазной любовной лирики, однако они переосмыслены: радость, ожидающая трубадура, — не радость соединения с возлюбленной, а радость спасения.

Петрарка назвал свой поэтический сборник «Canzoniere» («Книга песен») — так же, как назывались манускрипты, в которых переписывались песни трубадуров. Красота «мадонны Лауры» при жизни неотразимо влекла Петрар­ку, а после ее смерти образ возлюбленной неотвязно преследовал поэта, тщетно стремившегося к уединению; так любовь к Лауре и привязанность к земной славе входят в противоречие с христианской верой поэта.

В массовой культуре

Интерес к трубадурам начинает постепенно пробуждаться в конце XVIII века, а по-настоящему их открывают заново в наполеоновскую эпоху; трубадурами вдохновляются Браунинг, Гейне, Рембо (каждый по-своему). В 1895 году Эдмон Ростан сочинил драму «Далекая принцесса» (она же «Принцесса Греза»), вдохновленную жизнеописанием Джауфре Рюделя. На сюжет драмы Михаил Врубель создал мозаику «Принцесса Греза», которая украшает фасад москов­ской гостиницы «Метрополь» (оригинал — в Третьяков­ке).

Александр Блок задумывал драму «Роза и крест» как сценарий балета или либ­ретто оперы из жиз­ни провансальских трубадуров. В пьесу вставлен частичный блоковский перевод сирвенты Бертрана де Борна «Люблю я дыханье прекрас­ной весны…».

Эзра Паунд проецирует на современную поэзию принципы трубадуров: слова пишутся, чтобы их пели, — и, исполняя свои сочинения, сопровождает их мелоди­ческими и ритмическими эффектами, даже игрой на ударных инструментах.

В романе Лиона Фейхтвангера «Испанская баллада (Еврейка из Толедо)» 1954 года упоминаются романы королевы Алиеноры Аквитанской с Бернартом де Вентадорном и Бертраном де Борном. Постаревший Бертран де Борн появляется в заключительной части романа и крестоносцем присоединяется к кастильскому королю Альфонсо. Фейхтвангер вставляет в роман самые известные его сирвенты и фрагмент плача, причем одно свое сочинение Бертран в романе читает королю (хотя должен был бы спеть или приказать спеть), чтобы доказать, что война для рыцаря слаще любви к женщине. Старый трубадур предстает неутомимым подстрекателем к войне. Он получает рану в неудачной войне с мусульманами, и ему отнимают кисть руки. Во время ампутации он диктует своему оруженосцу «Сирвент о перчатке». Для короля Альфонсо расстаться с Бертраном, удаляющимся в монастырь, — значит расстаться с безрассудными мечтами о рыцарских подвигах.

В 2000 году Умберто Эко придал черты трубадура Джауфре Рюделя герою своего романа «Баудолино» Абдулу: любовь к далекой принцессе с сияющим ликом родилась у героя под воздействием гашиша.

Новизна

Трубадуры — первые лирики европейского Средневековья, творившие на народ­ном языке. При этом их куртуазная культура вырабатывала сложную систему понятий, ни одно из которых не поддается ни однозначному толкованию, ни тем более адекватному переводу; то, что они сумели передать их на народном языке, а не на, например, латыни, — настоящее чудо (еще не одно столетие народные языки в целом будут испытывать трудности с выработкой абстрактного словаря!). Трубадуры первыми из сочинителей на народном языке задумываются о его совершенствовании, поиске новых средств выражения, тем самым выводя народную словесность на качественно иной уровень. Данте среди своих учителей в первую очередь называет трубадуров.

Таким же парадоксом становится сама система образов в лирике трубадуров. Эта система одновременно плоть от плоти феодальной иерархии и ее перевер­тыш: организующий центр куртуазного универсума — Дама, донна, которую мужчина-трубадур называет «мой господин» и которой он служит, как вассал. Тем самым полностью опрокидывается сложившаяся схема, в которой женщи­на сама обязана служить мужчине, как вассал — сеньору. Так же парадоксально и то, что вполне земная, чувственная любовь к Даме не противопоставляется христианской системе ценностей, а сплавляется с ней. Душа трубадура в пределе должна очиститься от земного и путем любовных страданий достичь духовного совершенства. Лирика постоянно балансирует между осознанием живой реальности (двора щедрого и привечающего трубадуров и жонглеров принца, при котором отведено отдельное жилище Прекрасным Дамам) и тоской по недоступному, утраченному куртуазному раю, который только реконструируется в песнях трубадуров. Наконец, еще один новаторский парадокс — мир, построенный на ценностях и утехах владетельных сеньоров, парадоксально выражает себя устами не только высшей знати, но и мелкопо­мест­ных рыцарей, клириков и простолюдинов.

Цитата

Бертран де Борн
Из «Составной Дамы»

Бель-Сеньор, ваш дом, ваш вид,
Ваш прием меня потряс.
О, когда б желать, как вас
Даму Составную!
И без зова
Сердце к Вам лететь готово:
Чем иных побед обман,
Лучше в ваш попасть капкан…
Что ж не кончит Дама ссору,
Противостоя напору?  Пер. А. Наймана.

Рубрика: Литература XIII-XV вв. | ОТКРЫТЫЙ ТЕКСТ

Нестеров И.В. Круг чтения русского средневекового человека. Литература XIII – XV вв. Часть 7. Повесть о мутьянском воеводе Дракуле (20.16 Kb)   Бысь в Мунтьянской земли греческыя веры христианин воевода именем Дракула[1] влашеским языком, а нашим диавол. Толико зломудр, яко же по имени его, тако и житие его. Приидоша к нему некогда от турьскаго поклисарие[2]… Читать далее »

Раздел: Литература XIII-XV вв. Ключевые слова: история, Археография, литература средних веков

Нестеров И.В. Круг чтения русского средневекового человека. Литература XIII – XV вв. Часть VI. Летописная повесть о стоянии на Угре (9.08 Kb) 11 ноября 1480 года – славная дата: освобождение Руси от длиннющего татаро-монгольского владычества. Произошло это при обстоятельствах весьма оригинальных. Два брата Ивана III обиделись на царственного сородича и надумали драпать в Литву. Хан… Читать далее »

Раздел: Литература XIII-XV вв. Ключевые слова: летопись, история, русская литература Средних веков, Археография

Нестеров И.В. Круг чтения русского средневекового человека. Литература XIII – XV вв. Часть V. Повесть о Тимофее Владимирском (Текст) (12 Kb) Исследование Повести о Тимофее Владимирском публиковалось нами ранее (http://www.opentextnn.ru/history/istochnik/istXIII-XIX/?id=2816), но без текста памятника. Восполняем этот пробел. Повесть о Тимофее Владимирском [Текст]: первая редакция / подгот. М. О. Скрипиль // Труды Отдела древне-русской литературы. –… Читать далее »

Раздел: Литература XIII-XV вв. Ключевые слова: русские памятники письменности, литература средних веков, Археография, история

Нестеров И.В. Круг чтения русского средневекового человека. Литература XIII – XV вв. Часть 4. «Хожение за три моря» Афанасия Никитина (46.2 Kb) Афанасий Никитин – тверской купец 15 века, история его жизни короткая, а последствия деяний – серьезны. Это он для России прорубил окно в Азию. И хотя был там, конечно, не первым, но в… Читать далее »

Раздел: Литература XIII-XV вв. Ключевые слова: литература средних веков, Хожение за три моря, Археография

Нестеров И.В. Круг чтения русского средневекового человека. Литература XIII – XV вв. Часть III. «Задонщина» Софония Рязанца (22.08 Kb) Нечастый случай в нашей практике – о литературном произведении говорить меньше, чем о событии, его породившем. Но 14 век – особая песня. На территории тогдашнего евразийского пространства происходили тектонические сдвиги. В середине столетия начинает сыпаться Орда.… Читать далее »

Раздел: Литература XIII-XV вв. Ключевые слова: Задонщина, литература средних веков, Археография, история

Нестеров И.В. Круг чтения русского средневекового человека. Литература XIII – XV вв. Часть II. Летописная повесть о Батыевой рати (27.35 Kb) Нашествие татар оставило настолько глубокий след в русском сознании, что писать про те времена о чем-либо другом трудно. Данная серия статей – не исключение. Ведь только в 18 веке военные если и не избавили… Читать далее »

Раздел: Литература XIII-XV вв. Ключевые слова: литература средних веков, круг чтения, археография., история

Нестеров И. В. Круг чтения русского средневекового человека. Литература 13–15 вв. Часть I. Летописная повесть о побоище на Калке (20.81 Kb) К моменту прихода татар коалиция русских княжеств находилась на пике державного могущества. Давно минули времена, когда народы Востока заставляли тревожно биться сердце киевлянина или владимирца. Немцев и Литвы хватало максимум на пограничные конфликты. Даже… Читать далее »

Раздел: Литература XIII-XV вв. Круг чтения средневекового человека Ключевые слова: Археография, средневековая литература, круг чтения

Литература в 13-15 вв. | Образовательная социальная сеть

Слайд 1

Литература 13-15 века

Слайд 2

В литературе большое место заняли героическая и “житийная”, или биографическая, темы. В ряде воинских повестей рассказано о нашествии татаро-монгол, борьбе с ними храбрых русичей. Защита родной земли, бесстрашие в борьбе с ее врагами, захватчиками — постоянный их мотив: “.Путче нам смертию живота купити, нежели в поганой воле быти”.

Слайд 3

В литературе большое место заняли героическая и “житийная”, или биографическая, темы. В ряде воинских повестей рассказано о нашествии татаро-монгол, борьбе с ними храбрых русичей. Защита родной земли, бесстрашие в борьбе с ее врагами, захватчиками — постоянный их мотив: “ .Путче нам смертию живота купити, нежели в поганой воле быти”.

Слайд 4

Позднее на основе этой повести создано “Житие святого Александра Невского”. Его герой изображен идеальным правителем, подобным библейским и римским героям: лицом подобен Иосифу, силой — Самсону, премудростью — Соломону, храбростью — римскому императору Веспасиану.

Слайд 5

Под влиянием этого памятника подверглось переделке житие Довмонта, псковского князя XIII в., победителя литовских князей и ливонских рыцарей: краткая и сухая ее редакция превратилась в пространную, наполненную возвышенными и живописными описаниями подвигов псковского героя.

Слайд 6

Со второй половины XIV в. значительно число произведений говорит о борьбе с Ордой — Куликовской битве Особое место среди этих памятников занимает “Задонщина”. Ее автор, Софоний Рязанец, рассматривает события 1380 г. как прямое продолжение борьбы Киевской Руси со степными хищниками-кочевниками. Недаром образец для него — “Слово о полку Игореве”, которое повествует о походе Игоря Святославича, князя новгород-северского, на половцев в 1185 г. Победа на Куликовом поле—возмездие за поражение на Каяле-реке. Из “Слова” Софоний заимствует образы, литературный стиль, отдельные обороты,

Слайд 7

. В Новгороде Великом составлялись сказания, жития местных святых — Моисея, Евфимия, Михаила Клопского. То же — ив других землях.

Слайд 8

Ведущее место в литературе и исторической мысли занимали летописиВо всех летописях отразились местные интересы, взгляды князей и бояр, церковных иерархов; иногда — взгляды простых, “меньших” людей. Таковы, например, записи одной из новгородских летописей о мятеже середины XIII в.: “Выдайте мои ворогы!” И целоваша святую Богородицю (икону Богоматери.— В. Б.) меншии,—како стати всем, либо живот (жизнь.—В. Б.), либо смерть за правду новгородьскую, за свою отчину.

Слайд 9

Свои летописи вели в Твери, Нижнем Новгороде, Рязани и других центрах. Все они, как и московские памятники, начинают изложение с “Повести временных лет”. Тем самым они подчеркивают преемственную связь с древнерусской книжностью, продолжают ее традиции.

В Москве откроется Музей истории литературы XX века — Российская газета

В центральном здании Государственного музея истории российской литературы имени В.И. Даля на Зубовском бульваре 15 марта открывается новый отдел - Музей истории литературы XX века, который обещает удивить посетителей интерактивным форматом и открыть несправедливо забытые имена прошлого столетия.

"Литмузей - это не тот музей, который открывает выставки-блокбастеры, зато он делает огромную и важную работу для все русской литературы и русской словесности. А его новый филиал - это попытка описать литературу ХХ столетия как историю еще не завершенного, не прожитого, не осмысленного до конца прошлого", - рассказывает о новом проекте статс-секретарь - заместитель министра культуры РФ Алла Манилова.

Дмитрий Бак добавил, что история литературы XX века не прожита до конца, ее дважды переписывали: первый раз в 20-е годы прошлого века, а потом еще раз в 80-е.

"Мы сможем полностью взглянуть на литературу XX века, когда увидим рядом "Как закалялась сталь" Николая Островского и "Лолиту" Владимира Набокова", - отметил он.

Новый музей будет сильно отличаться от традиционных домов-музеев и музеев-квартир, которые обычно рассказывают о жизни и творчестве какого-то одного писателя. По словам Дмитрия Бака, героем музея на Зубовском станет вся русская литература прошлого столетия, со всеми ее парадоксами и противоречиями. Посетителям представят динамичную музейную экспозицию, призванную воссоздать достоверную историю русской литературы "советского времени".

Здесь будут представлены уникальные музейные реликвии, связанные с жизнью и творчеством российских писателей разных эстетических направлений и судеб. Среди них Андрей Платонов и Михаил Булгаков, Алексей Ремизов и Марина Цветаева.

Первая экспозиция нового музея - "Улица Мандельштама: Осип и Надежда" - состоит из трех частей: комнаты Осипа Эмильевича, комнаты Надежды Яковлевны и ведущего к ним коридора, оформленного плакатами и афишами 1900-1930-х годов. Специально для выставки отреставрированы 11 архивных аудиозаписей из собрания ГМИРЛИ имени В.И. Даля: некоторые записи голоса Мандельштама будут обнародованы впервые. Это совместный проект ГМИРЛИ имени В.И. Даля и Мандельштамовского центра НИУ ВШЭ.

Среднеанглийской литературы XIV и XV веков - открытый спутник ранней британской литературы

«Чосер при дворе Эдуарда III» Форда Мэддокса Брауна. 1854. Wikimedia Commons .

, автор: D.J. Кингдон

XIV век можно охарактеризовать следующими важными событиями или историческими изменениями:

  • Начало 100-летней войны с Францией
  • Восстание крестьян и закат феодального строя
  • Черная смерть
  • Подъем национального самосознания
  • Основание движения лоллардов
  • Новое использование английского языка в судах, парламенте и школах

В XIV веке в Англии выросли крестьянские классы и снова появился английский язык (который практически не использовался со времен норманнского завоевания).В этом веке английский становится официальным языком судов, парламентов и школ. И что интересно, эти социальные изменения были внесены из-за Черной смерти или Черной чумы, которые опустошили Англию финансово и социально примерно в 1350 году. Англия потеряла половину своего населения, а Черная смерть не уважала никакие социальные классы. Он опустошил землю и потребовал людей всех социальных классов.

Население было настолько истреблено, что дворянству было трудно найти рабочих.Смерть крестьян оставила много земли и рабочих, которые ее обрабатывали. У дворянства все еще было так много избыточной земли, что это дало начало «среднему классу» или «дворянству». Это были неаристократы, которые арендовали или покупали землю у дворянства, чтобы использовать ее для получения прибыли. Все оставшиеся рабочие могли получать более высокую заработную плату за свой рабочий день. По мере того как рабочие и средний класс начали расти, стала распространяться грамотность. Им нужно было знать язык, чтобы вести свой бизнес.В 1362 году английский язык стал официальным языком судов впервые после норманнского завоевания. Когда английский язык получил широкое распространение, его начали использовать и в творческой письменной форме. Чосер был одним из первых писателей, использовавших в своих произведениях английский язык.

В течение 1340-х и 1380-х годов покупательная способность рабочих увеличилась примерно на 40 процентов. Отчасти это было связано с тем, что многие из них обучались специализированным ремеслам, что сделало их более востребованными. Однако в 1362 году король Эдуард ввел подушный налог для оплаты своей Столетней войны, а также принял законы о роскоши, чтобы запретить крестьянскому классу потреблять дорогие предметы, которые раньше были доступны только высшим классам.Эти законы не действовали. Все эти налоги и законы, особенно в отношении крестьянского сословия, в конечном итоге привели к Крестьянскому восстанию 1381 года. Хотя оно не было полностью успешным, оно вселило в низшие классы мысль о том, что они действительно являются мощной силой, когда объединились и что им нужна продолжать требовать справедливости и справедливости законов.

Другой характерной чертой этого времени было то, что люди начали сомневаться в авторитете Римской церкви. Они стали более осведомлены о широко распространенной коррупции в рядах духовенства.Джон Уиклифф, профессор Оксфорда и католик, начал утверждать, что Библия является «высшим авторитетом», а не духовенством. Он заявил, что «пресуществления», которое в то время считалось ересью, не существовало. Уиклиф перевел Библию на среднеанглийский язык, и это был первый такой перевод, доступный для чтения всем. Его расспросы о церкви и ее учениях привели к формированию «Движения лоллардов», которое в конечном итоге стало означать «еретик».Но само слово имело неопределенное происхождение и, возможно, означало «бормочущий» или кого-то, кто был скучным или простым. Некоторые из «рыцарей-лоллардов» как последователей философии Уиклифа стали известны, как сообщалось, были друзьями Чосера. Одним из примеров социального протеста против церкви была работа Пирса Пахаря, - аллегорическая работа Уильяма Ленгланда.

Тем не менее, этот век скептицизма по отношению к Церкви привел к появлению некоторых из самых удивительных духовных писаний. Это было так, как если бы христиане стремились к личным отношениям с Богом без атрибутов самой церкви.Писания Джулиана (а) из Норвича были наполнены рассказами о ее мистических видениях, и они были написаны с элегантностью и силой. Ричард Ролль (1300–1349) был студентом Оксфорда и Парижа, и его латинские духовные труды также были широко прочитаны в это время. Облако незнания (14 век) было глубоко глубоким произведением, в котором Бог встречается не как личность или как человек, а как возникающий Источник без земного определения. Автор неизвестен. В некотором роде видения и труды духовных писателей 14 века, возможно, были предвестниками Реформации, которая должна была последовать в следующем столетии.

Именно в этой схватке социальных изменений, в вопросе о Церкви как высшем авторитете и в росте крестьянских классов, которые взрастили эти прекрасные высокие духовные произведения наряду с некоторыми очень английскими народными произведениями, такими как произведения Чосера и его современников. XIV веку удалось достичь высочайших небес, твердо поставив ноги на земных тверди.

15 век

Пятнадцатый век ознаменовался знаменитой «Войной роз» - легендарной тридцатилетней войной между домом Ланкастеров и домом Йорков, разразившейся в 1455 году.Это был спор за наследование английского престола. В конце концов, Генрих VII победил и убил Ричарда III в битве при Босворте в 1485 году. Генрих был коронован как король, тем самым сделав его первым тюдоровским монархом.

Именно в этом веке Колумб и Васко да Гама начали свои исследования «Нового Света». Уильям Кэкстон представил печатный станок в Англии, и первая печатная книга была опубликована примерно в 1476 году.

Многие ученые называют 15 век «бесплодным временем» для английской литературы, но это не обязательно так.Произведение Чосера «» «» было таким монументальным вкладом в предыдущее столетие, что все, что написано впоследствии, казалось, теряет свою значимость.

Пятнадцатый век был назван «Веком баллад», поскольку чосерианцы (или последователи творчества Чосера) как в Англии, так и в Шотландии сочинили несколько прекрасных баллад, включая «Балладу о Чеви Чейз» и Баллады о Робин Гуде. Именно шотландские поэты (король Шотландии Джеймс I, Роберт Хенрисон, Уильям Данбар и Гэвин Дуглас) вышли из этого периода.Известными английскими чосерианами были Джон Лидгейт, Томас Хокклев и Джон Скелтон.

Хотя не было известных поэтов, как в прошлом веке, драматические пьесы стали занимать более важное место в литературе того времени. Были и чудеса, и морали, и мистерии. Чудотворные пьесы были просто литургическими драмами на библейские темы или, возможно, эпизодическими эпизодами из жизни святого, которые обычно разыгрывались на внешней площади или в месте, где каждый мог их увидеть.Мистерии представляли собой пьесы, поставленные духовенством на библейские темы. Моральная пьеса обычно представляла собой пьесу, в которой добродетель и порок олицетворяли персонажей. Также было введение в спектакль «Интерлюдия». Это была короткая работа, которая была беззаботной и обычно помещалась между актами более длительной морали или чудесной пьесы. Интерлюдия была изобретена Джоном Хейвудом, и его Four P’s были очень популярны у публики. Хотя пьесы того периода были в основном пьесами с религиозными посланиями, в следующем столетии они уступили место более сложным и светским произведениям.

Несмотря на то, что этот век не отличался большой поэзией, к концу века он произвел одно из величайших прозаических произведений ранней английской литературы: Le Morte d'Arthur Томаса Мэлори. Считается, что это первый роман, когда-либо написанный на английском языке. Интересный факт об этом романе заключается в том, что он, вероятно, был написан в тюрьме, где Мэлори отбывал срок за различные преступления, которые он совершил (некоторые из них, как сообщается, были связаны с войной между Ланкастером и Йорком).Он действительно был «рыцарем», происходившим из благородных семей, и сила этого романа заключается в том, как он может создать этот волшебный мир из тюрьмы и как, несмотря на то, что его собственная жизнь является полной противоположностью рыцарской жизни, он создал произведение, основанное на на правду, верность, честь и славу. Работы Мэлори вдохновили бесчисленное количество современных романов и фильмов. Его влияние все еще очевидно спустя столетия после того, как он написал роман, отбывая срок.

Лучшие книги 15 века (58 книг)

1 Le Morte d'Arthur: Король Артур и легенды круглого стола
пользователя

3.93 средний рейтинг - 35 263 оценки

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

2 Подражание Христу
пользователя

4,17 средняя оценка - 20 455 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

3 Мабиногион
пользователя

3,95 средняя оценка - 6604 оценки

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

4 Книга женского города
пользователя

3.78 средняя оценка - 2679 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

5 Обыватель и другие пьесы о чудесах и нравственности
пользователя

3,31 средняя оценка - 740 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

6 Ла Селестина
пользователя

3,42 средняя оценка - 14 301 оценка

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

7 Стихи Франсуа Вийона
пользователя

4.17 средняя оценка - 1519 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

8 Книга Марджери Кемпе
пользователя

3,28 средняя оценка - 3311 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

9 Каждый человек
пользователя

3,20 средняя оценка - 2934 оценки

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

10 Сокровище женского города
пользователя

3.58 средняя оценка - 447 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

11 La Farce de Maître Pathelin
пользователя

3,23 средняя оценка - 437 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

12 Ditié de Jehanne d'Arc (монографии Medium Aevum)
пользователя

3,88 средняя оценка - 16 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

13 Книга боевых и рыцарских подвигов
пользователя

3,55 средний рейтинг - 525 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

13 Корабль дураков
пользователя

3.87 средний рейтинг - 253 оценки

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

15 Ныряет и нищий
пользователя

3,67 средняя оценка - 3 оценки

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

16 Орландо Иннаморато: влюбленный Орландо
пользователя

3,93 средняя оценка - 227 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

17 Кэкстон: Описание Британии: современный рендеринг
пользователя

3.44 средняя оценка - 9 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

18 Маллеус Малефикарум
пользователя

3,33 средняя оценка - 1851 оценка

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

19 Игра второго пастыря
пользователя

2,75 средняя оценка - 616 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

20 Tirant lo Blanc
пользователя

3.08 средняя оценка - 1 903 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

20 Речь о достоинстве человека
пользователя

3,66 средняя оценка - 830 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

22 История лиса Рейнарда
пользователя

3,73 средняя оценка - 37 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

23 Рукопись Войнича
пользователя

4.27 средняя оценка - 679 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

24 Hypnerotomachia Poliphili: борьба любви во сне
пользователя

3.98 средняя оценка - 320 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

25 Книга Деде Коркут
пользователя

3,92 средняя оценка - 914 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

26 Talhoffers Fechtbuch (Gothaer Codex) Aus Dem Jahre 1443...
пользователя

4.80 средняя оценка - 5 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

27 Завещание Франсуа Вийона
пользователя

3.70 средний рейтинг - 338 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

28 Coplas a la muerte de su padre
пользователя

3,88 средняя оценка - 1,681 оценка

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

28 Игра и игра в Чессе
пользователя

3,50 средняя оценка - 6 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

30 Парфюмированный сад
пользователя

3.43 средняя оценка - 779 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

31 يوسف وزليخا
пользователя

3,85 средняя оценка - 343 оценки

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

32 Слепой Гарри Уоллес
пользователя

3,72 средняя оценка - 46 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

32 Кольцо Виттенвилера и Соу Колкелби: два комедийно-дидактических произведения XV века
пользователя

это было потрясающе 5.00 средний рейтинг - 5 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

32 Любовные песни Видьяпати
пользователя

4,14 средняя оценка - 29 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

32 Замок стойкости
пользователя

2,78 средняя оценка - 27 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

32 Le Débat Sur Le Roman De La Rose
пользователя

3.59 средняя оценка - 22 оценки

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

37 Моральные басни Роберта Хенрисона
пользователя

3,62 средняя оценка - 40 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

38 Книга Кэкстона Curtesye (электронная книга)
пользователя

4,20 средняя оценка - 5 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

38 Суд над Жанной д'Арк: стенографический отчет о судебном процессе из орлеанской рукописи
пользователя

4.20 средняя оценка - 15 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

40 Личный рассказ о первом путешествии Колумба в Америку: из рукописи, недавно обнаруженной в Испании.
пользователя

3.49 средняя оценка - 136 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

40 Йоркская пьеса о распятии
пользователя

2,78 средняя оценка - 105 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

42 Relación acerca de las antigüedades de los indios [el primer tratado escrito en América]
пользователя

3,44 средняя оценка - 25 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

43 Карсель де Амор
пользователя

3,42 средняя оценка - 207 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

44 Осада Фив
пользователя

3.10 средняя оценка - 21 оценка

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

44 Комментарий к Платоновскому симпозиуму о любви
пользователя

3,87 средняя оценка - 77 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

44 Три книги о жизни
пользователя

4,18 средняя оценка - 28 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

44 Книга политики тела
пользователя

3.74 средняя оценка - 23 оценки

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

44 Книга герцога настоящих влюбленных
пользователя

3,70 средняя оценка - 44 оценки

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

49 Карсель де Амор · Арналте-и-Лусенда · Сермон
пользователя

3,25 средняя оценка - 105 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

49 Свадьба сэра Гавейна и дамы Рагнель
пользователя

3.90 средняя оценка - 39 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

49 Cent Nouvelles Nouvelles
пользователя

3.50 средний рейтинг - 8 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

52 Воспоминания папы эпохи Возрождения: Комментарии Пия II
пользователя

3.80 средняя оценка - 5 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

52 Новеллино или Сто древних сказок: издание и перевод на основе Gualteruzzi editio princeps 1525 г.
пользователя

3,38 средняя оценка - 8 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

52 La Disputa de l'ase
пользователя

3,65 средняя оценка - 17 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

52 Путеводитель к добру: Далаил аль-Хайрат
пользователя

4.50 средний рейтинг - 319 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

56 Завещание Крессеиды и семь басен
пользователя

3,34 средняя оценка - 187 оценок

Книга оценок ошибок.Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

56 Цветущий дух: классические учения об искусстве нет
пользователя

4,15 средняя оценка - 88 оценок

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

58 Бондаж и путешествия Иоганна Шильтбергера
пользователя

3,82 средняя оценка - 62 оценки

Книга оценок ошибок. Обновите и попробуйте еще раз.

Оценить книгу

Очистить рейтинг

Английская литература | История, авторы, книги, периоды и факты

Английская литература , совокупность письменных произведений, созданных на английском языке жителями Британских островов (включая Ирландию) с VII века до наших дней.Основная литература, написанная на английском языке за пределами Британских островов, рассматривается отдельно как американская литература, австралийская литература, канадская литература и литература Новой Зеландии.

Британская викторина

Поэты и поэзия (часть вторая) Quiz

Вы знаете, какой древнеримский поэт написал «Метаморфозы»? Кто написал стихи женщине по имени Лаура? Проверьте внешние границы того, что вы знаете о поэтах и ​​их поэзии, с помощью этой викторины.

Английскую литературу иногда клеймили как изолированную. Можно утверждать, что ни один английский роман не достигает универсальности «Война и мир » русского писателя Льва Толстого или «Мадам Бовари » французского писателя Гюстава Флобера. Однако в средние века древнеанглийская литература покоренных саксов была заквашена латинскими и англо-нормандскими писаниями, в высшей степени чужеземными по происхождению, в которых выражали себя церковники и норманнские завоеватели.Из этой комбинации возник гибкий и тонкий лингвистический инструмент, который использовал Джеффри Чосер и довел до высшей степени применения Уильямом Шекспиром. В эпоху Возрождения возобновившийся интерес к классическому обучению и ценностям оказал важное влияние на английскую литературу, как и на все виды искусства; и идеи августовской литературной приличия в 18 веке и почитание в 19 веке менее специфической, хотя все еще выборочно рассматриваемой классической древности продолжали формировать литературу.Все три импульса исходят из иностранного источника, а именно из Средиземноморского бассейна. Декаденты конца 19-го века и модернисты начала 20-го черпали вдохновение в индивидуумах и движениях континентальной Европы. Тяга к европейскому интеллектуализму не исчезла и в конце 20-го века, поскольку к середине 80-х подход, известный как структурализм, явление преимущественно французского и немецкого происхождения, повлиял на само изучение английской литературы во множестве опубликованных критических исследований и факультеты университета.Дополнительное влияние оказал деконструктивистский анализ, основанный в основном на работах французского философа Жака Деррида.

Более того, прошлые имперские действия Британии по всему миру продолжали вдохновлять литературу - в некоторых случаях задумчивую, в других случаях враждебную. Наконец, английская литература получила определенное распространение за границей не только в преимущественно англоязычных странах, но и во всех других, где английский язык является предпочтительным для изучения в качестве второго языка.

Таким образом, английская литература не столько изолирована, сколько отделена от континентальной европейской традиции за Ла-Маншем.Он силен во всех обычных категориях списка книготорговцев: у Шекспира есть драматург с мировым именем; в поэзии, жанре, который, как известно, не поддается адекватному переводу и поэтому трудно сравнивать с поэзией других литератур, он настолько необычайно богат, что заслуживает включения в первый ряд; Было обнаружено, что юмор английской литературы так же трудно передать иностранцам, как и поэзию, если не больше - факт, по крайней мере, позволяющий присвоить ярлык «идиосинкразического»; Замечательное собрание сочинений о путешествиях в английской литературе является еще одним противодействием обвинению в изолированности; в автобиографии, биографии и историографии английская литература сравнивается с лучшими произведениями любой культуры; детская литература, фэнтези, эссе и журналы, которые обычно считаются второстепенными жанрами, - все это области исключительных достижений в отношении английской литературы.Даже в философских сочинениях, которые, как обычно считается, трудно совместить с литературной ценностью, такие мыслители, как Томас Гоббс, Джон Локк, Дэвид Хьюм, Джон Стюарт Милль и Бертран Рассел, по своей ясности и изяществу сравнивают с лучшими французскими философами и философами. мастера классической античности.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Некоторые из наиболее выдающихся практиков английской литературы ХХ века - от Джозефа Конрада в ее начале до В.С. Найпол и Том Стоппард в конце - родились за пределами Британских островов. Более того, ни у кого из вышеупомянутых не было столько общего с его приемной страной, как, например, с Дорис Лессинг и Питером Портером (двумя другими выдающимися писателями-иммигрантами в Британию), оба родились в британской семье и были вырос на земле Британского Содружества.

С другой стороны, в тот же период 20-го века многие известные практики английской литературы покинули Британские острова, чтобы жить за границей: Джеймс Джойс, Д.Х. Лоуренс, Олдос Хаксли, Кристофер Ишервуд, Роберт Грейвс, Грэм Грин, Мюриэл Спарк и Энтони Берджесс. В одном случае, в случае Сэмюэля Беккета, этот процесс дошел до написания произведений сначала на французском языке, а затем их перевода на английский.

Однако даже английская литература, считающаяся исключительно продуктом Британских островов, чрезвычайно неоднородна. Литература, фактически написанная на тех кельтских языках, которые когда-то были распространены в Корнуолле, Ирландии, Шотландии и Уэльсе, называемая «кельтским краем», рассматривается отдельно ( см. кельтской литературы).И все же ирландские, шотландские и валлийские писатели внесли огромный вклад в английскую литературу, даже если они писали на диалекте, как это сделали поэт 18-го века Роберт Бернс и шотландский писатель 20-го века Аласдер Грей. Во второй половине 20-го века интерес также начал сосредотачиваться на письмах на английском или английском диалекте недавних поселенцев в Великобритании, таких как афро-карибцы и люди из собственно Африки, Индийского субконтинента и Восточной Азии.

Даже в самой Англии, которая в культурном и историческом плане являлась доминирующим партнером в союзе территорий, составляющих Британию, литература была обогащена писателями как сильно провинциальных, так и столичных.Еще один контраст, более плодотворный, чем для английских букв, заключался в том, что между социальными средами, как бы многие обозреватели Британии в своих трудах ни сожалели о сохранении классовых различий. Еще в средние века куртуазная традиция в литературе перекрестилась с более приземленной демотической традицией. Частое сопоставление Шекспира королевской семьи в одной сцене с плебеями в следующей отражает очень британский взгляд на общество. Это осознание различий между светской жизнью и низким, состояние дел, плодотворное творческим напряжением, наблюдается на протяжении всей истории английской литературы.

Английская литература | История, авторы, книги, периоды и факты

Английская литература , совокупность письменных произведений, созданных на английском языке жителями Британских островов (включая Ирландию) с VII века до наших дней. Основная литература, написанная на английском языке за пределами Британских островов, рассматривается отдельно как американская литература, австралийская литература, канадская литература и литература Новой Зеландии.

Британская викторина

Поэты и поэзия (часть вторая) Quiz

Вы знаете, какой древнеримский поэт написал «Метаморфозы»? Кто написал стихи женщине по имени Лаура? Проверьте внешние границы того, что вы знаете о поэтах и ​​их поэзии, с помощью этой викторины.

Английскую литературу иногда клеймили как изолированную. Можно утверждать, что ни один английский роман не достигает универсальности «Война и мир » русского писателя Льва Толстого или «Мадам Бовари » французского писателя Гюстава Флобера. Однако в средние века древнеанглийская литература покоренных саксов была заквашена латинскими и англо-нормандскими писаниями, в высшей степени чужеземными по происхождению, в которых выражали себя церковники и норманнские завоеватели.Из этой комбинации возник гибкий и тонкий лингвистический инструмент, который использовал Джеффри Чосер и довел до высшей степени применения Уильямом Шекспиром. В эпоху Возрождения возобновившийся интерес к классическому обучению и ценностям оказал важное влияние на английскую литературу, как и на все виды искусства; и идеи августовской литературной приличия в 18 веке и почитание в 19 веке менее специфической, хотя все еще выборочно рассматриваемой классической древности продолжали формировать литературу.Все три импульса исходят из иностранного источника, а именно из Средиземноморского бассейна. Декаденты конца 19-го века и модернисты начала 20-го черпали вдохновение в индивидуумах и движениях континентальной Европы. Тяга к европейскому интеллектуализму не исчезла и в конце 20-го века, поскольку к середине 80-х подход, известный как структурализм, явление преимущественно французского и немецкого происхождения, повлиял на само изучение английской литературы во множестве опубликованных критических исследований и факультеты университета.Дополнительное влияние оказал деконструктивистский анализ, основанный в основном на работах французского философа Жака Деррида.

Более того, прошлые имперские действия Британии по всему миру продолжали вдохновлять литературу - в некоторых случаях задумчивую, в других случаях враждебную. Наконец, английская литература получила определенное распространение за границей не только в преимущественно англоязычных странах, но и во всех других, где английский язык является предпочтительным для изучения в качестве второго языка.

Таким образом, английская литература не столько изолирована, сколько отделена от континентальной европейской традиции за Ла-Маншем.Он силен во всех обычных категориях списка книготорговцев: у Шекспира есть драматург с мировым именем; в поэзии, жанре, который, как известно, не поддается адекватному переводу и поэтому трудно сравнивать с поэзией других литератур, он настолько необычайно богат, что заслуживает включения в первый ряд; Было обнаружено, что юмор английской литературы так же трудно передать иностранцам, как и поэзию, если не больше - факт, по крайней мере, позволяющий присвоить ярлык «идиосинкразического»; Замечательное собрание сочинений о путешествиях в английской литературе является еще одним противодействием обвинению в изолированности; в автобиографии, биографии и историографии английская литература сравнивается с лучшими произведениями любой культуры; детская литература, фэнтези, эссе и журналы, которые обычно считаются второстепенными жанрами, - все это области исключительных достижений в отношении английской литературы.Даже в философских сочинениях, которые, как обычно считается, трудно совместить с литературной ценностью, такие мыслители, как Томас Гоббс, Джон Локк, Дэвид Хьюм, Джон Стюарт Милль и Бертран Рассел, по своей ясности и изяществу сравнивают с лучшими французскими философами и философами. мастера классической античности.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Некоторые из наиболее выдающихся практиков английской литературы ХХ века - от Джозефа Конрада в ее начале до В.С. Найпол и Том Стоппард в конце - родились за пределами Британских островов. Более того, ни у кого из вышеупомянутых не было столько общего с его приемной страной, как, например, с Дорис Лессинг и Питером Портером (двумя другими выдающимися писателями-иммигрантами в Британию), оба родились в британской семье и были вырос на земле Британского Содружества.

С другой стороны, в тот же период 20-го века многие известные практики английской литературы покинули Британские острова, чтобы жить за границей: Джеймс Джойс, Д.Х. Лоуренс, Олдос Хаксли, Кристофер Ишервуд, Роберт Грейвс, Грэм Грин, Мюриэл Спарк и Энтони Берджесс. В одном случае, в случае Сэмюэля Беккета, этот процесс дошел до написания произведений сначала на французском языке, а затем их перевода на английский.

Однако даже английская литература, считающаяся исключительно продуктом Британских островов, чрезвычайно неоднородна. Литература, фактически написанная на тех кельтских языках, которые когда-то были распространены в Корнуолле, Ирландии, Шотландии и Уэльсе, называемая «кельтским краем», рассматривается отдельно ( см. кельтской литературы).И все же ирландские, шотландские и валлийские писатели внесли огромный вклад в английскую литературу, даже если они писали на диалекте, как это сделали поэт 18-го века Роберт Бернс и шотландский писатель 20-го века Аласдер Грей. Во второй половине 20-го века интерес также начал сосредотачиваться на письмах на английском или английском диалекте недавних поселенцев в Великобритании, таких как афро-карибцы и люди из собственно Африки, Индийского субконтинента и Восточной Азии.

Даже в самой Англии, которая в культурном и историческом плане являлась доминирующим партнером в союзе территорий, составляющих Британию, литература была обогащена писателями как сильно провинциальных, так и столичных.Еще один контраст, более плодотворный, чем для английских букв, заключался в том, что между социальными средами, как бы многие обозреватели Британии в своих трудах ни сожалели о сохранении классовых различий. Еще в средние века куртуазная традиция в литературе перекрестилась с более приземленной демотической традицией. Частое сопоставление Шекспира королевской семьи в одной сцене с плебеями в следующей отражает очень британский взгляд на общество. Это осознание различий между светской жизнью и низким, состояние дел, плодотворное творческим напряжением, наблюдается на протяжении всей истории английской литературы.

Английская литература: литература пятнадцатого века

С Чосером английская литература сделала блестящее начало, но это было только начало, и после его смерти мы вступаем в долгий бесплодный период, то есть полтора века.

О низком качестве и общей безжизненности стиха XV века говорит то, что в нем большая часть инициативы. Поэты изо всех сил старались пойти по стопам Чосера, но безуспешно. Наиболее известны Томас Окклев (1370? -1450?) И Джон Лидгейт (1370? -1451).Окклев написал длинное стихотворение «Губернаторство принцессы» в семистрочной строфе Чосера (ababbcc) и в прологе, в котором он много рассказывает нам о себе, описывает свое горе по поводу смерти Чосера и подписывает пьесы своего хозяина. В «Полке принцессы» его внимание к моде того периода, более длинные постановки Лидгейта - «Фиванская история» (оформленная как новые Кентерберийские сказки), «Трой Боке» и «Падение принцев». -последний основан на французском пересказе латинского произведения Боккаччо.

Лучшие стихи 15 века были написаны в Шотландии. Яков I Шотландский (1394–1437) рассказывает в своей «Королевской пристани» о своей любви к леди Джейн Бофорт (дочери герцога Сомерсетского). У Уильяма Данбара (1465–1530?) Изящная аллегорическая поэма «Чертополох и роза», написанная в ознаменование свадьбы Якова IV Шотландского и Маргарет, дочери Генриха VII Англии. Но самая известная его баллада - «Танец семи смертных грехов». Сочетание энергичности, широкого юмора и домашнего пафоса целиком и полностью присуще характеру поэта и его родной земле.Роберт Хенрисон (1430–1505?), Который следовал чосеровским моделям в завещании Крессайда, а также Робин и Макайн, рассказ, который предвосхищает Дункана Грея Бёрна. Говин Дуглас (1474-1522), чья политическая честь полна Чосера, в то время как его оригинальные прологи к последующим книгам перевода «Энеида» несут на себе печать его собственного ума и стиля.

В 15 веке проза сделала некоторую свободу действий. Создано много замечательных работ. Ученый Реджинальд (1390? -1460?) Написал два прозаических произведения - "Репрессор чрезмерного обвинения духовенства" и "Боке веры".Его произведения грубоваты и неясны, но его словарный запас был чрезмерным и граничил с землей тавтологии и избыточности. В политическом трактате сэра Джона Фортескью (1394? -1476?) "Разница между абсолютной и ограниченной монархией" и "Рекурелле" Уильяма Кэкстона (1422? -1491?) "Истории Троя" и "Игра и игры в шахматы" отмечается хороший пример. Самым известным прозаиком века является Томас Мэлори (ум. 1471?). Его Morte D’Arthur - это сборник. Книга написана с неизменным достоинством и задором.Стиль отличается прозрачной ясностью и поэтической чувствительностью. Диалог и повествование полны муки и жизни.

Таким образом, мы обнаруживаем, что XV век - это великая эпоха подготовки. H.S. Беннет пишет: «Крах старой мемориальной системы, упадок рыцарства, изоляция, вызванная столетней войной, рост среднего класса, растущая способность читать и писать по-английски - подобные вещи помогли сделать столетие заметное, хотя и озадачивающее, полное разделенных целей и лишенное многого, что способствовало бы развитию великой литературы.

ПЯТНАДЦАТЬ ВЕК ... - Английская литература: Новое начало

ПРОЗА ПЯТНАДЦАТОГО ВЕКА

Пятнадцатый век относительно бесплоден и непродуктивен в области английской литературы. За это время было написано мало качественных стихов. Английские и шотландские поэты были очень плохими подражателями Чосеру как в предмете, так и в стихосложении. Но прозаическая литература того времени достигла значительного прогресса. В отличие от поэзии того времени в прозе не было регресса.Заметный рост навыков произошел из-за увеличения практики. Возросло восприятие красоты ритма и каденции, и было развитие различных стилей прозы, включая витиеватую и простую. Английская проза определенно продвинулась вперед в течение 15 века, достигнув богатства, неведомого предыдущей эпохе. В течение 15-го века проза достигла заметного прогресса, потому что англичане сформировали грубый материал своего родного языка, чтобы сформировать литературу для обучения и развлечения.Но все же английская проза 15 века мало оригинальна и не имеет художественной ценности. Медленное развитие прозы по национальному признаку было связано с влиянием латыни на умы прозаиков того времени. Они были очарованы латинскими постройками. Они также были довольны тем, что были переводчиками известных французских произведений. Проза века в значительной степени создавалась методом проб и ошибок.

Многообещающие прозаики века стремились передать прямоту, силу и простоту.Благодаря их усилиям развивалась проза того времени и писались прозаические произведения различного назначения. Интересно отметить, что в этот период английские прозаики пытались использовать разные виды прозы. Фишер и Крэнмер (1489–1556) популяризировали богословские труды, а историческая проза была представлена ​​в «Хрониках Англии» Капгрейвом (1393–1464), который писал в деловой манере. Философская проза появилась в книге Фортескью «Управление Англией» (ок. 1394–1476). Элиот (ок.1490-1546) популяризировал просветительскую прозу и подготовил почву для медицинской прозы в Замке здоровья. Перевод Библии Уильямом Тиндейлом заслуживает высокой оценки.

Английскую прозу 15 века культивировали и продвигали следующие писатели:

Реджинальд Пикок

Сэр Джон Фортескью

Уильям Кэкстон

Джон Фишер

Хью Латимер

Сэр Томас Мор

Сэр Томас Мор

РЕДЖИНАЛЬД ПАВЛИН (1392–1461) - один из выдающихся прозаиков 15 века.Проза Павлина, часто грубая и неясная, отмечена тем, что он предпочитает английские слова латыни. Две его работы - «Подавитель чрезмерных обвинений духовенства» (ок. 1445 г.) и «Книга веры». Его книги были одними из первых английских противоречивых произведений, и они знаменуют победу над некогда важной латынью.

Сэр Джон Фортескью (1394–1476) был важным прозаиком, внесшим определенный вклад в развитие английской прозы 15 века. В отличие от Павлина, он выступает за ясность идей.Fortescue избегает привычных для Павлина длинных сложных предложений. Х.С. Беннет в своей книге «Чосер и пятнадцатый век» пишет: «Как и другие писатели 15 века, Фортескью не способен писать очень сложную прозу, но то, что можно было бы достичь за счет прямолинейности, простоты и ясного мышления, можно увидеть почти на каждой странице« Управления государством ». Англия".

УИЛЬЯМ КАКСТОН (1422–1490), английский печатник, был также замечательным прозаиком 15 века. Трудно переоценить долг Кэкстона перед английской литературой.Он напечатал почти все английские работы настоящего качества, известные в его дни, включая Чосера и Мэлори. Вдобавок Кэкстон сделал и напечатал двадцать четыре перевода французских, голландских и латинских текстов, из которых самыми замечательными были два самых ранних, Рекуйель историй Трой (1471) и Игра и игра в Чессе (1475). Сначала он хотел использовать элегантный и богато украшенный стиль, но вскоре осознал свои ограничения и переключился на более простой стиль. Он решил написать на английском языке: «Englysshe not ouer rude, ne curious,

, но в таких терминах, как должно быть vnderstanden милостью goddys».Чтобы быть более уверенным в том, что его поймут, он иногда помещал французское слово рядом с английским. Эту практику особенно культивировал Кэкстон. Он избегал простых терминов и стал понятен всем своим читателям. Лучшее из его прозы можно найти в его пояснительных предисловиях.

ДЖОН ФИШЕР (1459-1535), религиозный богослов и епископ Рочестера, выступавший против Генриха V111 во время Реформации, был заключен в тюрьму и в конце концов обезглавлен. Он много писал на латыни и на английском языке, и он представлен небольшим сборником трактатов и проповедей и более длинным трактатом о Псалмах.Хотя их и не так много, его прозаические произведения по своей природе очень важны. Это первые риторические религиозные книги, которые в течение нескольких столетий были выдающейся особенностью английской прозы. Кроме того, они знаменуют собой значительный шаг вперед в развитии стиля английской прозы. Они написаны в стиле оратора: поиск подходящего слова, частое использование риторических фигур речи и быстрый плавный ритм. В стиле Фишера мы можем наблюдать начало витиеватого стиля.Фишер оказался прямым родоначальником стиля прозы великого прозаика 17 века Джереми Тейлора.

HUGH LATIMER (1485-1555) - еще один прозаик 15 века, который был наказан Генрихом V111 за сопротивление некоторым его реформам. Прозаическое произведение Латимера состоит из двух томов проповедей, опубликованных в 1549 году. Эти произведения отличаются простотой и догматичностью изложения, графической силой и домашней привлекательностью. Он первый среди писателей простого стиля.

СЭР ТОМАС МОРЕ (1478-1535) широко известен своими латинскими произведениями благодаря их элегантности и остроумию. Это включает в себя Утопию, которая представляет картину воображаемого идеального государства, основанного на социалистическом образце. Его произведения в прозе на английском языке включают «Лиф Джона Пика», «Историю Ричарда 111» и ряд трактатов и писем. Он пишет умело и ясно, но без особых различий в манерах. Он первый писатель среднего стиля.

СЭР ТОМАС МАЛОРИ, умер в 1471 году, был известен своим романом «Морте'д Артур».Знаменитые легенды о короле Артуре соединились с великим прозаическим романом, написанным с единообразным достоинством и рвением. Это умелая смесь диалога и повествования, полная цвета и жизни. Этот стиль отличается прозрачной ясностью и поэтичностью, что делает Мэлори первым великим стилистом прозы. Немногие писатели века преуспели в использовании диалогов и повествования, чем Мэлори. Его диалоги необычайно лаконичны и прямолинейны, так что проза Мэлори так же иронична, как и стихи Чосера.

Оглядываясь на прозу 15 века, мы видим множество очень развитой и сжатой прозы.

Литература эпохи Возрождения | Безграничная всемирная история

Расцвет народного языка

Литература эпохи Возрождения - это европейская литература, на которую оказали влияние интеллектуальные и культурные тенденции эпохи Возрождения.

Цели обучения

Оцените влияние разных людей, стилей и идей, которые повлияли на литературу эпохи Возрождения

Основные выводы

Ключевые моменты
  • В 13 веке итальянские авторы начали писать на своем родном языке, а не на латыни, французском или провансальском.Самая ранняя литература эпохи Возрождения появилась в Италии 14 века; Данте, Петрарка и Макиавелли - выдающиеся примеры итальянских писателей эпохи Возрождения.
  • Из Италии влияние Возрождения распространилось по Европе; научные труды Эразма и пьесы Шекспира можно считать ренессансными по своему характеру.
  • Литература эпохи Возрождения характеризуется принятием гуманистической философии и возрождением классической литературы античности, а также извлечением выгоды из распространения книгопечатания во второй половине 15 века.
Ключевые термины
  • Спенсерианская строфа : Фиксированная форма стиха, изобретенная Эдмундом Спенсером для его эпической поэмы «Королева фей». Каждая строфа состоит всего из девяти строк; схема рифмы этих строк - «ababbcbcc. «
  • наречие : Родной язык или диалект определенного населения, особенно в отличие от литературного, национального или стандартного языка.
  • антропоцентрический : Вера в то, что люди являются центральным или наиболее значимым видом на планете, или оценка реальности исключительно с человеческой точки зрения.

Обзор

Итальянская литературная революция 13 века помогла подготовить почву для Возрождения. До Возрождения итальянский язык не был литературным языком в Италии. Только в 13 веке итальянские авторы начали писать на своем родном языке, а не на латыни, французском или провансальском. В 1250-е годы произошли серьезные изменения в итальянской поэзии, когда появился Dolce Stil Novo (сладкий новый стиль, в котором упор делался на платоническую, а не на придворную любовь), пионерами которых стали такие поэты, как Гиттоне д'Ареццо и Гвидо Гуинизелли.Основные изменения, особенно в поэзии, произошли в итальянской литературе за десятилетия до того, как по-настоящему начался Ренессанс.

С началом печати книг в Венеции Альдом Манутиусом, в дополнение к потоку латинских и греческих текстов, которые составляли мейнстрим итальянского Возрождения, стало публиковаться все большее количество произведений на итальянском языке. Источник этих работ расширился за пределы богословских работ и приблизился к дохристианским эпохам Имперского Рима и Древней Греции.Это не означает, что в этот период не было опубликовано никаких религиозных произведений; Картина Данте Алигьери «Божественная комедия » отражает отчетливо средневековое мировоззрение. Христианство оставалось основным влиянием для художников и авторов, а классика стала вторым основным источником влияния.

Во Флоренции самые знаменитые гуманисты писали также на простом языке, комментировали Данте и Петрарку и защищали их от врагов. Леоне Баттиста Альберти, ученый греческий и латинский ученый, писал на местном языке, а Веспасиано да Бистиччи, постоянно увлеченный греческими и латинскими рукописями, написал Vite di uomini illustri, ценные своим историческим содержанием и не уступающие лучшим произведениям 14 век в их откровенности и простоте.

Литература эпохи Возрождения

Самая ранняя литература эпохи Возрождения появилась в Италии 14 века; Данте, Петрарка и Макиавелли - выдающиеся примеры итальянских писателей эпохи Возрождения. Из Италии влияние Возрождения с разной скоростью распространилось на другие страны и продолжало распространяться по Европе в течение 17 века. Английский ренессанс и ренессанс в Шотландии относятся к концу 15-го века - началу 17-го века. В северной Европе научные труды Эразма, пьесы Шекспира, стихи Эдмунда Спенсера и сочинения сэра Филиппа Сидни можно рассматривать как ренессансный характер.

Литература Возрождения была написана в рамках общего движения Возрождения, которое возникло в Италии 13 века и продолжалось до 16 века, распространившись на западный мир. Он характеризуется принятием гуманистической философии и восстановлением классической литературы античности и извлекает выгоду из распространения книгопечатания во второй половине 15 века. Для писателей эпохи Возрождения греко-римское вдохновение проявлялось как в темах их письма, так и в используемых ими литературных формах.Мир рассматривался с антропоцентрической точки зрения. Платонические идеи были возрождены и поставлены на службу христианству. Поиск чувственных удовольствий и критического и рационального духа завершил идеологическую панораму того времени. Появились новые литературные жанры, такие как эссе, и новые метрические формы, такие как сонет и спенсерианская строфа.

Создание печатного станка (с подвижным шрифтом) Иоганном Гутенбергом в 1450-х годах побудило авторов писать на своем местном языке, а не на греческом или латинском классическом языке, расширив читательскую аудиторию и способствуя распространению идей эпохи Возрождения.

Влияние Возрождения на континенте было разным; страны, которые были преимущественно католическими или преимущественно протестантскими, испытали эпоху Возрождения по-разному. Области, где православная церковь доминировала в культурном отношении, а также те области Европы, которые находились под исламским правлением, были более или менее вне ее влияния. Период сосредоточен на самореализации и способности принимать то, что происходит в жизни.

Человек эпохи Возрождения («Волдырь на солнце» от Violent Femmes) : Краткий обзор некоторых выдающихся людей эпохи Возрождения.

Писатели эпохи Возрождения

Итальянская литературная революция XIII и XIV веков заложила основу для эпохи Возрождения.

Цели обучения

Определите ключевой вклад Данте, Боккаччо и Бруни

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Идеи, характеризующие эпоху Возрождения, зародились во Флоренции конца 13 века, в частности, в трудах Данте Алигьери (1265–1321) и Петрарки (1304–1374).
  • Литература и поэзия Возрождения находились под сильным влиянием развивающейся науки и философии.
  • Гуманист Франческо Петрарка, ключевая фигура в обновленном понимании науки, также был признанным поэтом, опубликовавшим несколько важных поэтических произведений на итальянском и латинском языках.
  • Ученик Петрарки, Джованни Боккаччо, стал крупным самостоятельным автором, чья основная работа, Декамерон , была источником вдохновения и сюжетов для многих английских авторов эпохи Возрождения.
  • За поколение до Петрарки и Боккаччо, Данте Алигьери заложил основу для литературы эпохи Возрождения своей книгой «Божественная комедия », которая широко считается величайшим литературным произведением, написанным на итальянском языке, и шедевром мировой литературы.
  • Леонардо Бруни был итальянским гуманистом, историком и государственным деятелем, которого часто признавали первым современным историком.
Ключевые термины
  • гуманист : Тот, кто изучает классическую древность и интеллектуальное принятие ее философии, сосредоточенной на важной роли человека во Вселенной.
  • метафизика : раздел философии, связанный с объяснением фундаментальной природы бытия и окружающего его мира.

Обзор

Многие утверждают, что идеи, характеризующие эпоху Возрождения, зародились во Флоренции конца 13 века, в частности, в трудах Данте Алигьери (1265–1321) и Петрарки (1304–1374). Итальянская проза XIII века была так же богата и разнообразна, как и ее поэзия. В 1282 году начался период новой литературы.Благодаря школе Лапо Джанни, Гвидо Кавальканти, Чино да Пистойя и Данте Алигьери лирическая поэзия стала исключительно тосканской. Вся новизна и поэтическая сила этой школы заключалась, по словам Данте, в Quando Amore spira, noto, ed a quel niodo Ch'ei detta dentro, voignando - , то есть в способности выражать чувства души. в способе, которым их вдохновляет любовь, подходящим и изящным образом, соответствуя форме материи и посредством искусства соединяя одно с другим.Любовь - это божественный дар, который искупает человека в глазах Бога, а любовница поэта - ангел, посланный с небес, чтобы указать путь к спасению.

Литература и поэзия Возрождения находились под сильным влиянием развивающейся науки и философии. Гуманист Франческо Петрарка, ключевая фигура в обновленном понимании науки, также был выдающимся поэтом, опубликовавшим несколько важных поэтических произведений. Он писал стихи на латыни, в частности эпос Пунической войны Africa , но сегодня его помнят по произведениям на итальянском языке, особенно Canzoniere , сборнику любовных сонетов, посвященных его безответной любви, Лоре.Он был ведущим автором сонетов на итальянском языке, и переводы его сочинений на английский язык Томасом Уайеттом установили форму сонета в Англии, где ее использовали Уильям Шекспир и бесчисленное множество других поэтов.

Джованни Боккаччо

Ученик Петрарки, Джованни Боккаччо, стал самостоятельным крупным писателем. Его основной работой был Декамерон , сборник из 100 историй, рассказанных десятью рассказчиками, которые за десять ночей сбежали на окраину Флоренции, чтобы спастись от черной чумы. «Декамерон » в частности и работы Боккаччо в целом были основным источником вдохновения и сюжетов для многих английских авторов эпохи Возрождения, включая Джеффри Чосера и Уильяма Шекспира. Различные рассказы о любви в The Decameron варьируются от эротических до трагических. Рассказы остроумия, розыгрыши и жизненные уроки вносят свой вклад в мозаику. Помимо своей литературной ценности и широкого влияния, он представляет собой документ о жизни того времени. Написанный на просторечии флорентийского языка, он считается шедевром классической ранней итальянской прозы.

Боккаччо писал свою творческую литературу в основном на итальянском языке, а также другие произведения на латыни, и особенно известен своим реалистичным диалогом, который отличался от диалогов его современников, средневековых писателей, которые обычно следовали шаблонным образцам характера и сюжета.

Разговоры между Боккаччо и Петраркой сыграли важную роль в написании Боккаччо Genealogia deorum gentilium ; первое издание было завершено в 1360 году, и оно оставалось одним из ключевых справочников по классической мифологии на протяжении более 400 лет.Он служил расширенной защитой для изучения древней литературы и мысли. Несмотря на языческие верования, лежащие в основе Genealogia deorum gentilium , Боккаччо считал, что из древности можно многому научиться. Таким образом, он оспорил аргументы духовных интеллектуалов, которые хотели ограничить доступ к классическим источникам, чтобы предотвратить моральный вред христианским читателям. Возрождение классической античности стало основой Возрождения, и его защита важности античной литературы была важным условием для ее развития.

Декамерон

Изображение Джованни Боккаччо и флорентийцев, спасшихся от чумы, рамочная история для Декамерон .

Данте Алигьери

За поколение до Петрарки и Боккаччо, Данте Алигьери заложил основу для литературы эпохи Возрождения. Его Божественная комедия , первоначально называвшаяся Comedìa , а позже названная Боккаччо Divina , широко считается величайшим литературным произведением, написанным на итальянском языке, и шедевром мировой литературы.

В период позднего средневековья подавляющее большинство стихов было написано на латыни и поэтому было доступно только богатой и образованной аудитории. Однако в « De vulgari eloquentia » («О красноречии на народном языке») Данте защищал использование разговорного языка в литературе. Он сам даже писал на тосканском диалекте для таких произведений, как The New Life (1295) и вышеупомянутый Divine Comedy ; этот выбор, хотя и в высшей степени неортодоксальный, создал чрезвычайно важный прецедент, которому последуют более поздние итальянские писатели, такие как Петрарка и Боккаччо.В результате Данте сыграл важную роль в установлении национального языка Италии. Значение Данте простирается и за пределы его родной страны; его изображения Ада, Чистилища и Небес послужили источником вдохновения для большой части западного искусства и упоминаются как оказавшие влияние на работы Джона Мильтона, Джеффри Чосера, лорда Альфреда Теннисона и многих других.

Данте, как и большинство флорентийцев его времени, был втянут в конфликт гвельфов и гибеллинов. Он сражался в битве при Кампальдино (11 июня 1289 г.) с флорентийскими гвельфами против гибеллинов Ареццо.После победы над гибеллинами гвельфы разделились на две фракции: белые гвельфы - партия Данте во главе с Вьери дей Черки - и черные гвельфы во главе с Корсо Донати. Хотя сначала раскол происходил по семейному признаку, возникли идеологические разногласия, основанные на противоположных взглядах на роль папы во флорентийских делах, когда черные поддерживали папу, а белые хотели большей свободы от Рима. Данте был обвинен черными гвельфами в коррупции и финансовых махинациях за то время, что он был приором города (высшая должность во Флоренции) в течение двух месяцев в 1300 году.Он был приговорен к вечной ссылке; если он вернется во Флоренцию, не уплатив штрафа, его могут сжечь на костре.

В какой-то момент во время изгнания он задумал Божественную комедию , но дата неизвестна. Работа намного надежнее и масштабнее, чем все, что он произвел во Флоренции; вполне вероятно, что он взялся бы за такую ​​работу только после того, как осознал, что его политические амбиции, которые были для него центральными до его изгнания, были остановлены на некоторое время, а возможно, и навсегда.Смешивая в своих трудах религию и личные интересы, он вызвал наихудший гнев Бога на свой город и предложил несколько конкретных целей, которые также были его личными врагами.

Портрет Данте: Данте Алигьери был крупным итальянским поэтом позднего средневековья, который оказал влияние и создал прецедент для литературы эпохи Возрождения.

Леонардо Бруни

Леонардо Бруни (ок. 1370–9 марта 1444 г.) был итальянским гуманистом, историком и государственным деятелем, часто признанным самым важным историком-гуманистом раннего Возрождения.Его называют первым современным историком. Он был первым, кто написал, используя трехпериодный взгляд на историю: античность, средневековье и современность. Даты, которые Бруни использовал для определения периодов, не совсем то, что современные историки используют сегодня, но он заложил концептуальную основу для трехстороннего разделения истории.

Самая известная работа Бруни - Historiarum Florentini populi libri XII («История флорентийского народа», 12 книг), которую назвали первой книгой по современной истории.Хотя, вероятно, в намерения Бруни не входило секуляризация истории, трехпериодный взгляд на историю, несомненно, является светским, и за это Бруни был назван первым современным историком. Основы концепции Бруни можно найти у Петрарки, который отличал классический период от более позднего упадка культуры, или tenebrae (буквально «тьма»). Бруни утверждал, что Италия возродилась в последние столетия и поэтому может быть описана как вступающая в новую эпоху.

Одна из самых известных работ Бруни - New Cicero , биография римского государственного деятеля Цицерона.Он также был автором биографий Данте и Петрарки на итальянском языке. Именно Бруни использовал фразу «studia humanitatis», имея в виду изучение человеческих усилий в отличие от теологии и метафизики, откуда и происходит термин «гуманисты».

Как гуманист Бруни сыграл важную роль в переводе на латынь многих сочинений по греческой философии и истории, таких как работы Аристотеля и Прокопия. Переводы Бруни «Политики » и «Никомахова этика » Аристотеля, а также псевдоаристотелевской книги «Экономика » были широко распространены в рукописи и в печати.

Кристин де Пизан

Кристин де Пизан, итальянско-французская писательница позднего средневековья, писала о положительном вкладе женщин в европейскую историю и придворную жизнь.

Цели обучения

Обсудите значение работы Кристин де Пизан.

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Кристин де Пизан была итальянско-французской писательницей позднего средневековья, в основном придворной писательницей, которая писала произведения по заказу для аристократических семей и выступала в литературных дебатах той эпохи.
  • Ее работы характеризуются ярким и позитивным изображением женщин, которые поощряли этичное и разумное поведение в придворной жизни.
  • Во многом ее писательская деятельность была вызвана необходимостью зарабатывать на жизнь, чтобы содержать свою мать, племянницу и двоих оставшихся в живых детей после того, как она овдовела в возрасте 25 лет.
  • Участие Кристины в литературных дебатах о романе Жана де Мёна «Романс розы » позволило ей выйти за рамки придворных кругов и в конечном итоге утвердить свой статус писателя, озабоченного положением женщин в обществе.
Ключевые термины
  • феминизм : ряд политических движений, идеологий и социальных движений, которые разделяют общую цель: определить, установить и реализовать политические, экономические, личные и социальные права женщин, равные правам мужчин.
  • рыцарство : Кодекс поведения, связанный со средневековым институтом рыцарства, который позже превратился в социальные и моральные добродетели в целом.
  • алхимик : Человек, практикующий философскую и протонаучную традицию, направленную на очищение, созревание и совершенствование определенных объектов, таких как трансмутация «неблагородных металлов» (напр.г. свинец) в «благородные» (в частности, золото) и создание эликсира бессмертия.

Обзор

Кристин де Пизан (1364–1430) была итальянско-французским писателем позднего средневековья. Она служила придворным писателем для нескольких герцогов (Людовика Орлеанского, Филиппа Смелого Бургундского и Иоанна Бесстрашного Бургундского) и французского королевского двора во время правления Карла VI. Она писала как стихи, так и прозаические произведения, такие как биографии и книги, содержащие практические советы для женщин.Она выполнила сорок одну работу за свою тридцатилетнюю карьеру с 1399 по 1429 год. Она вышла замуж в 1380 году в возрасте пятнадцати лет и овдовела десятью годами позже. Во многом ее писательская деятельность была вызвана необходимостью зарабатывать на жизнь, чтобы поддерживать свою мать, племянницу и двоих оставшихся в живых детей. Она провела большую часть своего детства и всю свою взрослую жизнь в Париже, а затем в аббатстве в Пуасси, и писала полностью на своем принятом языке, среднефранцузском.

В последние десятилетия работы Кристин де Пизан вернули себе известность благодаря усилиям таких ученых, как Чарити Кэннон Уиллард, граф Джеффри Ричардс и Симона де Бовуар.Некоторые ученые утверждали, что ее следует рассматривать как раннюю феминистку, которая эффективно использовала язык, чтобы показать, что женщины могут играть важную роль в обществе.

Кристин де Пизан: Картина Кристины де Пизан, которую некоторые ученые считают протофеминисткой, читает лекции четырем мужчинам.

Жизнь

Кристин де Пизан родилась в 1364 году в Венеции, Италия. После ее рождения ее отец, Томас де Пизан, принял назначение при дворе французского Карла V в качестве астролога, алхимика и врача короля.В этой атмосфере Кристина смогла реализовать свои интеллектуальные интересы. Она успешно училась, погружаясь в языки, в заново открытую классику и гуманизм раннего Возрождения, а также в королевский архив Карла V, в котором хранилось огромное количество рукописей. Но она не отстаивала свои интеллектуальные способности и не утвердила свой авторитет писателя, пока не овдовела в возрасте 25 лет.

Чтобы прокормить себя и свою семью, Кристина начала писать.К 1393 году она писала любовные баллады, которые привлекли внимание богатых придворных покровителей. Эти покровители были заинтригованы новизной писательницы и заставили ее сочинять тексты об их романтических подвигах. Ее творчество в этот период было плодотворным. Между 1393 и 1412 годами она сочинила более 300 баллад и множество более коротких стихотворений.

Участие Кристины в литературных дебатах в 1401–1402 годах позволило ей выйти за рамки придворных кругов и в конечном итоге утвердить свой статус писателя, озабоченного положением женщин в обществе.В эти годы она была вовлечена в известную литературную полемику «Querelle du Roman de la Rose». Она помогла спровоцировать эту дискуссию, поставив под сомнение литературные достоинства романа Жана де Мена «» Романс розы . Написанный в 13 веке, Романтика розы высмеивает условности придворной любви, критически изображая женщин как не более чем соблазнительниц. Кристина особенно возражала против использования вульгарных терминов в аллегорической поэме Жана де Мена.Она утверждала, что эти термины порочат правильную и естественную функцию сексуальности и что такой язык неуместен для женских персонажей, таких как Мадам Ризон. По ее словам, знатные женщины таким языком не пользовались. Ее критика в основном проистекала из ее веры в то, что Жан де Мён намеренно клеветал на женщин через обсуждаемый текст.

Сама дискуссия была обширной, и в ее конце главным вопросом были уже не литературные способности Жана де Мена; она перешла к несправедливой клевете на женщин в литературных текстах.Этот спор помог утвердить Кристину репутацию женщины-интеллектуала, способной эффективно заявить о себе и отстаивать свои претензии в литературной сфере, где доминируют мужчины. Она продолжала противодействовать жестокому обращению с женщинами в литературе.

Письмо

Кристина написала большое количество произведений на народном языке как в прозе, так и в стихах. Среди ее работ - политические трактаты, зеркала для князей, послания и стихи.

Ее ранняя придворная поэзия отмечена ее знанием аристократических обычаев и моды дня, особенно с участием женщин и практики рыцарства.Ее ранние и более поздние аллегорические и дидактические трактаты отражают как автобиографическую информацию о ее жизни и взглядах, так и ее собственный индивидуализированный и гуманистический подход к схоластической научной традиции мифологии, легенд и истории, унаследованной ею от церковных ученых, а также к жанрам и придворным и изысканным. Она восхищалась схоластическими сюжетами современных французских и итальянских поэтов. Поддерживаемая и поощряемая важными королевскими французскими и английскими покровителями, она оказала влияние на английскую поэзию 15 века.

К 1405 году Кристина завершила свои самые известные литературные произведения: Книга женского города и Сокровище женского города . Первый из них показывает важность прошлого вклада женщин в жизнь общества, а второй стремится научить женщин всех сословий, как развивать полезные качества. В книге «Сокровище города дам » она подчеркивает убедительность женской речи и действий в повседневной жизни. В этом конкретном тексте Кристин утверждает, что женщины должны признавать и поощрять свою способность примирять между людьми.Эта способность позволит женщинам быть посредником между мужем и подданными. Она также утверждает, что клеветнические высказывания подрывают честь и ставят под угрозу братские узы между женщинами. Затем Кристина утверждает, что «навыки дискурса должны быть частью морального репертуара каждой женщины». Она считала, что влияние женщины проявляется, когда в ее речи ценится целомудрие, добродетель и сдержанность. Она утверждала, что риторика - мощный инструмент, который женщины могут использовать для урегулирования разногласий и самоутверждения.Кроме того, «Сокровище женского города » дает представление о жизни женщин в 1400 году, от знатной женщины в замке до жены купца, служанки и крестьянина. Она дает советы гувернанткам, вдовам и даже проституткам.

Рисунок из «Книги женского города»: «Сокровище женского города» - это учебное пособие, написанное средневековым итальянско-французским писателем Кристин де Пизан.

Макиавелли

Философ эпохи Возрождения Никколо Макиавелли стремился описать политическую жизнь такой, какой она была на самом деле, а не ее философским идеалом, как печально изображен в его тексте «Принц ».

Цели обучения

Проанализировать влияние Макиавелли при его жизни и в наши дни

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Никколо Макиавелли был итальянским историком эпохи Возрождения, политиком, дипломатом, философом, гуманистом и писателем, которого часто называют основателем современной политической науки.
  • Его труды были новаторскими из-за его упора на практические и прагматические стратегии, а не на философские идеалы, примером которых являются такие фразы, как «Тот, кто пренебрегает тем, что делается ради того, что должно быть сделано, скорее приведет к гибели, чем к его сохранению.”
  • Его самый известный текст, Принц , оказал огромное влияние со времен его жизни до наших дней как на политиков, так и на философов.
  • Принц описывает стратегии эффективного государственного деятеля и, как известно, включает оправдания предательства и насилия с целью удержания власти.
Ключевые термины
  • республиканизм : Идеология гражданина в государстве, в котором власть принадлежит избранным лицам, представляющим гражданский орган.
  • realpolitik : Политика или дипломатия, основанная в первую очередь на рассмотрении данных обстоятельств и факторов, а не на явных идеологических представлениях или моральных и этических предпосылках.
  • Макиавеллианский : Хитрость и интриги в управлении государством или в общем поведении.

Обзор

Никколо Макиавелли (3 мая 1469 г. - 21 июня 1527 г.) был итальянским историком эпохи Возрождения, политиком, дипломатом, философом, гуманистом и писателем. Его часто называют основоположником современной политологии.В течение многих лет он был высокопоставленным чиновником Флорентийской республики, отвечая за дипломатические и военные дела. Он также писал комедии, карнавальные песни и стихи. Его личная переписка известна на итальянском языке. Он был секретарем Второй канцелярии Флорентийской республики с 1498 по 1512 год, когда Медичи были вне власти. Он написал свою самую известную работу, Принц ( Il Principe ) в 1513 году.

«Макиавеллизм» - широко используемый отрицательный термин для характеристики недобросовестных политиков, которых Макиавелли наиболее хорошо описал в «Принц ».Макиавелли описал аморальное поведение, такое как нечестность и убийство невинных людей, как нормальное и эффективное в политике. Казалось, он даже одобрял это в некоторых ситуациях. Сама книга получила известность, когда некоторые читатели заявили, что автор учил злу и давал «злые рекомендации тиранам, чтобы помочь им сохранить свою власть». Термин «макиавеллистский» часто ассоциируется с политическим обманом, коварством и realpolitik . С другой стороны, многие комментаторы, такие как Барух Спиноза, Жан-Жак Руссо и Дени Дидро, утверждали, что Макиавелли был на самом деле республиканцем, даже когда писал «Принц », и его сочинения были источником вдохновения для сторонников Просвещения. демократическая политическая философия.

Портрет Никколо Макиавелли: Макиавелли - политический философ, печально известный своим оправданием насилия в своем трактате «Принц».

Принц

Самая известная книга Макиавелли, Принц , содержит несколько максим, касающихся политики. Вместо более традиционной целевой аудитории потомственного принца он концентрируется на возможности «нового принца». Чтобы сохранить власть, наследственный принц должен тщательно сбалансировать интересы множества институтов, к которым привык народ.Напротив, перед новым принцем стоит более сложная задача в управлении: он должен сначала стабилизировать свою новообретенную власть, чтобы построить прочную политическую структуру. Макиавелли предполагает, что социальные преимущества стабильности и безопасности могут быть достигнуты перед лицом морального разложения. Макиавелли считал, что лидер должен понимать общественную и частную мораль как две разные вещи, чтобы хорошо править. В результате правитель должен заботиться не только о своей репутации, но и иметь твердую готовность действовать безнравственно в нужное время.

Как политический теоретик, Макиавелли подчеркивал необходимость периодического систематического применения грубой силы или обмана, включая истребление целых благородных семей, чтобы предотвратить любую возможность бросить вызов власти принца. Он утверждал, что насилие может быть необходимо для успешной стабилизации власти и введения новых правовых институтов. Кроме того, он считал, что сила может быть использована для устранения политических соперников, для принуждения сопротивляющегося населения и для очищения сообщества от других людей с достаточно сильным характером, чтобы править, которые неизбежно попытаются заменить правителя.Макиавелли прославился своими политическими советами, гарантирующими, что его запомнят в истории через прилагательное «Макиавеллианец».

«Принц » иногда называют одним из первых произведений современной философии, особенно современной политической философии, в которой действующая истина считается более важной, чем любой абстрактный идеал. Это также находилось в прямом противоречии с доминирующими католическими и схоластическими доктринами того времени в отношении политики и этики.В отличие от Платона и Аристотеля, Макиавелли настаивал на том, что воображаемое идеальное общество не является моделью, по которой князь должен ориентироваться.

Влияние

Идеи Макиавелли оказали глубокое влияние на политических лидеров всего современного Запада, чему способствовала новая технология печатного станка. В первые поколения после Макиавелли его основное влияние было в нереспубликанских правительствах. Один историк отметил, что «Принц » высоко ценился Томасом Кромвелем в Англии и повлиял на Генриха VIII в его повороте к протестантизму и в его тактике, например, во время паломничества благодати.Копией также владел католический король и император Карл V. Во Франции, после первоначально неоднозначной реакции, Макиавелли стал ассоциироваться с Екатериной Медичи и резней в День Святого Варфоломея. Как сообщает один историк, в XVI веке католические писатели «ассоциировали Макиавелли с протестантами, тогда как протестантские авторы считали его итальянцем и католиком». Фактически, он, очевидно, оказывал влияние как на католических, так и на протестантских королей.

Современная материалистическая философия развивалась в 16, 17 и 18 веках, начиная с поколений после Макиавелли.Эта философия имела тенденцию быть республиканской, больше в первоначальном духе макиавеллизма, но, как и в случае с католическими авторами, реализм Макиавелли и поощрение использования инноваций для попытки контролировать собственное состояние были более приемлемыми, чем его акцент на войне и политике. Результатом стали не только новаторская экономика и политика, но и современная наука, побудившая некоторых комментаторов сказать, что Просвещение 18 века включало «гуманитарное» смягчение макиавеллизма.

Хотя Жан-Жак Руссо ассоциируется с очень разными политическими идеями, важно рассматривать работу Макиавелли с разных точек зрения, а не только с традиционного представления.Например, Руссо рассматривал работу Макиавелли как сатирическую пьесу, в которой Макиавелли разоблачает недостатки единоначалия, а не превозносит аморальность.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *