Золотое слово святослава 2 часть 5 глава – — .

Золотое слово Святослава

   Далее в «Слове» идут плачи по павшим, замечания о дальнейшем движении половцев на русскую землю, воспоминания об усобицах. Автор «Слова» объясняет нынешние печали, стоны Киева и напасти Чернигова неблагоразумием молодых князей, их спорами за чужое, их крамолами. Контраст поразителен с недавней удачей великого князя Святослава над половцами в 1184 г.    Место действия «Слова» переносится в Киев. Иностранцы (немцы, венецианцы, греки и моравы) живо сочувствуют удачам Святослава и несчастию Игоря. Следует сон великого князя Святослава, объяснение его боярами и «золотое слово» Святослава. Сон князя Святослава Снилось князю в «тереме златоверхом», что треснула балка над ним, закаркали вороны и понеслись к морю. А самого князя стали приготовлять к погребению: одели «черной паполомой на тесовой (или тисовой) кровати», стали оплакивать «синим вином с горем смешанным», стали сыпать крупный жемчуг — слезы. И сказали бояре князю: «горе твое от того, что два сокола слетели с золотого стола отцовского; соколов захватили в железные путины и подрезали им крылья». Четыре князя попались в плен: Игорь, Всеволод, Олег и Святослав. Речь бояр переходит в образный, картинный плач: «тьма свет покрыла, победила хула хвалу, готския девы запели на берегу Синего моря, позванивая русским золотом». Тогда великий князь Святослав изрекает свое «золотое слово», упрекая Игоря и Всеволода за излишнюю самонадеянность. И встал бы великий князь за обиду за свое гнездо; но он уже знает, как стонет под саблями половецкими Владимир Глебович.

Обращение к князьям    И вот сам ли князь Святослав, или это автор «Слова о полке Игореве» призывает силы современной Руси: великого князя Всеволода, сына Юрия Долгорукого, и его близких Глебовичей, затем Ростиславичей, Рюрика и Давида, могущественного Ярослава Осмомысла Галицкого и знаменитого Романа с Мстиславом (Роман Волынский). Автор еще раз с горем вспоминает Игоря и снова призывает Мстиславичей и племя Всеслава, останавливаясь всего более на этом герое песен Бояна. Все это — удалые воители: Ярослав Черниговский со степняками кликом полки побеждает; Всеволод веслами может раскропить Волгу, а Дон вычерпать шлемами; Рюрик и Давид не боятся со своими дружинами ни ран, ни крови, плавая в ней золотыми шеломами; Ярослав Осмомысл носится со своими железными полками по Дунаю, подступает к Киеву, борется со степняками; Роман и Мстислав страшны для Литвы и половцев.     Далее от упоминания полоцких князей, потомков Всеслава Вещего, автор переходит к фигуре их предка. Фигура полоцкого князя Всеслава обрисовывается в его действиях по отношению к Киеву и Новгороду. В Киеве Всеслав слышит звон колоколов св. Софии; вспоминается его крепкая связь со старым Владимиром, когда не было розни между княжескими стягами. Так автором «Слова» озвучен призыв к отмщению за обиды Игоря. Игорь остается главным действующим лицом, с своей женой, которая предчувствует его возвращение, оплакивая, по дошедшей до нее вести, поражение полка и раны мужа.

studfiles.net

Золотое Слово Святослава. Князья и воины (Любовь Сушко)

(СВЯТОСЛАВ И ЯРОСЛАВ ВСЕВОЛОДОВИЧИ)

И тогда великий Святослав

Изранил свое святое слово.

Со слезами смешанно сказал:

«О, сыны, не ждал я зла такого,

Что ж вы дети, натворили мне

И моим серебряным сединам.

Где мой брат, мой грозный Ярослав,

И его черниговские слуги

(Слово о полку Игореве»)

С самого начала Святослав знал, что он рожден, был князем, и более того – он старший в роду и рожден от старшего сына. Такая удача выпадала немногим. Большинство из княжичей могли только об этом мечтать. Ему же с самого рождения объясняли, что по закону, давным давно принятому, возможно еще со времен Кия и Славена, было понятно что стол наследует старший сын старшего сына, и Святослав понимал, что нет у него соперников. И если кто-то решиться пойти против, то всегда можно будет с мечом в руках свое право отстоять. И смотрел он покровительственно на своего младшего брата Ярослава, у которого хоть и было от рождения не менее громкое имя, но таких подарков судьбы он не получил, и должен был оставаться только вторым.

– Он был только вторым и всегда вторым останется, потому что Святослав собрался жить долго и счастливо и слыть великим князем всегда, пока жив.

– Это будут благословенные времена на землях славянских и его назовут Мудрым и Вещим, ведь они не хуже предков их, и монах все время твердит о том, что дети должны быть лучше их родителей.

Но и в старые времена бывало по-разному. Но разве так трудно одним словом и мудрым решением прекратить эту вражду, и жить с младшими братьями в благоденствии.

Он почитал Бога и внимательно прислушивался к проповедям монаха, пытливо ища в Библии, мудрейшей из книг, каких-то примеров, которые и должны были управляться с бесконечным миром. Даже отец и монахи поражались серьезности мальчика. И казалось, что в какой-то своей жизни он уже побывал великим князем, а на этот раз собирался только исправить все совершенные тогда ошибки. Возможно, недаром его назвали тогда таким именем, и тот, древний Святослав вернулся в этот мир в новой жизни, и станет он еще более ярким и неповторимым из князей

А в смутные времена, где на каждом шагу всякое случиться могло, княжич готовил себя для великих дел. И только одно было странным, как не пытался он казаться важным и показать собственное превосходство, запомнилось ему из всей Библии немногое: это притча о Каине с Авелем, и тогда уже было братоубийство, видно с самого начала никак нельзя было избежать его, и притча об Иуде и его предательстве. Говорят, что каждый запоминает только то, что ему ближе всего. Но разве об этом хотелось думать ему, или чья-то невидимая рука открывала перед князем именно эти страницы и пыталась ему о чем-то таким рассказать.

Если это дурной знак, то, что он мог для него значить, то, что брат его родной убьет, или наоборот все случится, и хотят его предупредить о том, чтобы не делал он этого?

Он знал, что Иуд будет в жизни его немало, но сам он не собирался оставаться таким вероломным. Ему слишком много и без того дано, ничего не станет он добиваться при помощи коварства. Он убеждал себя в том, что страхи его и волнения были напрасными.

№№№№№№

Когда Святослав, наконец, обосновался в Киеве, он был уверен в том, что позабудутся все лишения и муки, которые ему удалось продлить.

И первым делом он отправился в Софию и стал молиться о тех удачах, о победе, выпавшей на его долю. Ему было за что благодарить Всевышнего. Собор потряс его своим великолепием. Он знал, что это и будет главный храм в его жизни, тут будет легче разговаривать с Богом, всегда бывшим к нему благосклонным. Хотя он должен был признать, что все должно было быть не совсем так в его жизни, как мечталось ему в начале. Что-то показалось ему иным, отчего было мало радости, хотелось просто отречься. Но в такое торжественное время он старался не думать о каких-то вещах и событиях.

Но чем дольше стоял он перед святыми ликами, тем больше понимал, что может молиться. Что-то мешало ему, может быть величина собора.

В душе его было так тяжело, и он просто не хотел ни в чем сознаваться. Но великий князь в те минуты не мог молиться.

Но чтобы как-то помочь ему в этом, появились какие-то хоромы и какие-то лица. И вгляделся тогда в них Всеволодов сын и увидел себя еще юным Святослав. Но кто этот мальчик, рядом с ним стоявший и так пронзительно на него смотревший. Кто он. И священник рядом с ним.

О, как знакомо его лицо, Антоний, – еще не дойдя до этого, произнес князь.

Да, конечно, хотя в том мальчике трудно было узнать князя Игоря, но это был он, и это был Чернигов. Как ни старался, он никогда не забыть ему тех дней и тех грехов. А ведь тогда он гордился собой и был уверен, что это победа. Не хотел ничего другого слушать. Не хотел и не собирался. Как печально было все происходящее, как невыносимо все казалось.

– Иуда, – Игорь так назвал тогда в ярости Антония, – но разве он сам – его старший двоюродный брат был другим, хотя на него мальчик старался не смотреть. Но от этого ненависть его еще сильнее казалась. Олег был добрее и терпимее, а ведь это он вместе с матерью и младшим братом должен был покинуть Чернигов. Он принял это как должное. А Игорь не примирился. Он никак не примирился с ним, и бесполезно ему что-то объяснять. Да и не станет Святослав объяснять, уверенный в своей правоте, но если он так уверен, отчего тогда молиться не может и забыть этого не в силах.

О, как радовался он, когда покидал вздорный проклятый Новгород и поселился в благословенном Чернигове. Как ему хотелось там оказаться. Все казалось возможным и доступным.

Много еще чего было, но все это тяжело было вспоминать.

№№№№№

Он не мог их оставить в граде. Это было опасно для его спокойствия и благополучия. Он хотел, но не мог это сделать, двоюродный брат, а вот их давний враг – Андрей, сын Юрия, смог бы себе такое позволить. Как странно все это, словно насмешка какая-то, – тяжело вздохнул Святослав.

Князь Игорь и теперь считает его бессердечным, и даже руки подавать не хочется. Он и не подозревает, что этот грех всегда в его душе был. Он благодарил судьбу за то, что Каин из него не получился, а вот роль Иуды ему была уготована, как он не противился этому. Когда они уехали в морозный и жуткий день, и должны были сгинуть. Он хотел в последний миг послать за ним, да вспомнил, что княгиня была из Новгородских самых отчаянных баб, и его сородичи непременно пришли бы в Чернигов, чтобы за нее постоять. А он не хотел затевать этой ссоры, не жалел, чтобы на славянской земле кровь и его лихим словом поминали. Ведь победа все равно была на его стороне. А там все без крови обошлось.

И странно, что такой насмешливый и умный Игорь так и не понял этого до сих пор и столько лет на него волком смотрит. Потом, когда он вернулся, он позволил ему совсем рядом в Новгороде Северском жить и ни слова благодарности в ответ, конечно, они братья, и все-таки.

Святослав давно решил, что Чернигов по праву его брату Ярославу достаться должен, потому что он старше, проявить себя во всех походах успел, у него больше прав, если на то пойдет. Если обиды держит, то пусть с ними и остается навсегда.

А второе предательство Игоря, вообще он не при чем. Он ничего не знал. Он в далеком Киеве уже был тогда, и Ярослав был с ним рядом в Чернигове, но разве его самого не предавал Ярослав, когда не только в поход с ним не шел, но даже обещанные полки не отправлял, да еще уговаривал их от похода отказаться.

Но он всегда умел на своем стоять. И Игорь устоял, а то, что неудачей завершилось, разве мало у него неудач было, но никого он не винил. Он только молился богу и просил новых удач, вот и все. И не стоит роптать и сетовать.

Жизнь среди братьев и соперников оказалась сложна и непредсказуема, даже для того, кто старшим в роду был. И все-таки он оставался в Киеве, хотя за это немало бороться пришлось, не просто было разобраться, кто тебе враг, а кто союзник. Разве мало его обманывали и предавали? Но он не помнил этого, не хотел помнить, про собственные грехи забыть.

В последние годы, когда не о чем было жалеть и только смерти ждать оставалось, он знал, что должен обрести покой и примириться со всем миром. Но удельные князья, словно в муравейнике, презрев все законы, творили бесчинства. А, узнав, что он бессилен и беспомощен и совсем от рук они отбились. Он знал, что бунт не имеет никакого значения. Сколько раз он пытался объяснить им это. Но еще в самом начале сколько раз Юрий в своем Владимире столицу утвердить старался, и Киев завоевывал, только удержаться там никак не мог. А младшему из сыновей его Всеволоду, только туда и хотелось все время отправиться.

И ушел князь из Софии, так и не помолившись.

Священник, видя смятение его, не стал близко к нему подходить. Он не рассердился на него. Хорошо хоть этот в покое оставил. Покой – это то, о чем только и можно мечтать. Его нет, и наверное никогда не будет среди тех, кто в княжеских дворцах остается.

kartaslov.ru

17.Роль золотого слова Святослава. (По "Слову о полку Игореве".) Вариант 2.

 «Слово о полку Игореве» -  это величайшее произведение древнерусской литературы, которое в точности описало целый период истории Древней Руси, когда страну раздирали кровавые междоусобные войны русских князей и постоянные набеги половцев.

 

 После рассказа о неудачном походе Игоря и его последствиях автор вводит  во вторую часть произведения знаменитую речь Святослава. Ей предшествовал вещий «мутный» сон, приснившийся князю, после которого он, понимая, что стране грозят горе и скорбь, «изронил свое златое слово», со слезами смешанное. В нем герой ругает Игоря и Всеволода за то, что они отправились «себе славы искать», не предупредив остальных князей. Но одновременно Святослав восхваляет мужество, отвагу и доблесть братьев.

Вдохновленный призыв к объединению всех русских правителей против врагов киевский князь начинает, вспоминая те самые времена, когда русичи «без щитов,выхватив ножи из голенища“, защищали от полчищ врагов родные пепелища. Далее Святослав  рассказывает о былых подвигах и заслугах «князей давно минувших лет», дабы заставить нынешних правителей привести «на помощь рати, чтоб врага не выпустить из рук» и отомстить за Игоря. Сколько силы и надежды слышу в каждом слове его  речи:

Встаньте, государи, в злат стремень

За обиду в этот черный день,

За Русскую землю,

За Игоревы раны -

Удалого сына Святославича!

В конце своего обращения Святослав горько сетует на то, что «не вместе их знамена плещут, врозь поют их копия и блещут», и призывает князей к объединению: ведь разлад между ними приносит только страдания родной земле, нуждающейся в защите и покровительстве.

Таким образом, золотое слово Святослава — это важный фрагмент произведения, играющий большую роль в передаче авторского взгляда на описываемые события, призывающий русские княжества прекратить распри и объединится для защиты Отечества. 

Ксюша

xn----7sbanj0abzp7jza.xn--p1ai

Золотое Слово Святослава. Князья и воины. ЧАСТЬ 2 ВОЦАРЕНИЕ В КИЕВЕ (Любовь Сушко)

ЧАСТЬ 2 ВОЦАРЕНИЕ В КИЕВЕ

ГЛАВА 1 ПЕРЕМЕНЫ

Княгиня собирала вещи, кляня себя за то, что так долго собиралась и напрасно себя обманывала. Сначала она набрала слишком много добра и устыдилась, что была так жадна. Но она не хотела оставлять ничего своего для соперницы. Потом раздарила боярыням то, что никак не могла забрать, и все равно всего оказалось много для монастырской кельи. С усмешкой вспомнила Мария речи о том, что она ненадолго покинет дворец и скоро вернется назад. Но она теперь понимала, что никогда сюда не вернется, такое предательство не прощается. Да и та другая вряд ли будет добра и милосердна, не позволит она оставаться рядом теперь уже с ее мужем. А она останется, чтобы смотреть на то, как они живут вместе и радуются.

Наконец все было собрано и упаковано, она поняла, что должна уезжать как можно скорее, чтобы не видеть всего, что будет твориться тут дальше. Она ушла не оглядываясь, чтобы не остолбенеть на пороге. И все —таки уже вскочив на коня, не смогла сдержать слез. Она не хотел никого больше видеть, ни с кем не стала прощаться. И все сразу это поняли. И растворились где-то далеко.

Когда бояре и воины исчезли, она ужаснулась, ощутив пустоту, поняла, что должна хоть с кем-то словом перемолвиться. Но она так и удалилась в пустоту и одиночество.

Невозможно передать словами того, что пережила в те минуты Мария, она припомнила все годы, проведенные в княжеских палатах, вся жизнь пронеслась перед глазами, но это было совсем в другом времени, никогда больше не вернется она сюда.

Она не жаловалась и не сыпала проклятиями, не спрашивала почему с ней так обошлись. Но молчание было страшнее любых слов.

№№№№№

В тот миг, когда молодые отправились в покои, для них отведенные, словно вернувшись в прошлое, странно сжалось сердце Святослава. Но не от радостных предчувствий грядущей ночи наслаждений и утех, а оттого, что все ему отдавшая, покинула его, оставила навсегда. Хотя он говорил, что она скоро вернется, но разве верил в это? Как он мог с ней так поступит? Не воздастся ли ему за это снова?

Но вот уже молодая жена обняла его и о чем-то стала говорить, и воспоминания уплыли куда-то далеко.

А потом он и вовсе обо всем забыл и провалился в бездну. Может Любава и была наивна в любовных утехах, но она так быстро всему училась, так искусно все исполняла, что он снова подивился ее сноровке и талантам. Наверное, не каждому так везло с любимой. Но какой ценой получил он такое счастье. Любовь завладела его душой, и имя ей было Любава. И с ней его ждут самые счастливые, самые прекрасные дни.

№№№№№№№

Любава собиралась быстро и не печалилась о том, что оставалось в Полоцке. Когда Святослав спросил ее о том, не будет ли она жалеть о том, что оставалось тут, она просто ответила:

– Ничто не было мне дорого, да и о чем жалеть, ты мое счастье, ничего иного мне не надо, только ты.

С этими словами, едва простившись с отцом, они и отправились в путь.

Василек последовал за ними до перекрёстка, там остановился и смотрел, как они удалялись от него. Он решил, что скоро появится в Киеве, чтобы посмотреть, как там все устроилось. Он послал часть своей дружины, чтобы в дороге ничего с ними не случилось.

Она была такой счастливой, что все его страхи пропали сами собой. Верилось в то, что все утрясется, и от беды и следа не останется. Ну а раз так случились, то видно богу было то угодно.

Это было первое путешествие Любавы так далеко от дома. Ей нравилось двигаться вперед вместе с князем. Она дивилась тому, как огромна была земля, казалось, что ей не будет конца и края. В Киев рвалась ее душа, там жила Елизавета, там она встретила Гаральда, позабыла об обидных словах отца. Она дождалась своего героя, своего короля, потому и стала королевой в назначенный час.

Любава хотелось увидеть лица дочерей Ярослава, говорят, они остались в соборе, их нарисовал художник. И она ждала этого мига, как чуда. И чувствовала она, что увидит что-то знакомое и родное. Не сама ли она была в той жизни одной из них?

Она с радостью и легкостью летела навстречу грядущему, словно крылья за спиной у нее выросли. Она не заметила, каким мрачным сделался Святослав, как мало он говорил, как глубоко уходил в свои размышления, словно его больше и не было рядом.

ГЛАВА 2 ЖЕНА ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ

Как долго перед глазами Любавы тянулись бескрайние земли. Ей стало уже казаться, что никогда не доберется она до Киева, что это только мечта ее, которая так и не сбудется вовсе. Она и сама не понимала откуда появилась такая грусть. Но Киев никуда не исчез. Его белокаменные стены скоро появились перед нею на алом закате и казались особенно прекрасными.

Любава даже воскликнула удивленно и радостно, когда поняла, что они добрались туда, куда так долго ехали.

Она повернулась к Святославу, хотела ему что-то сказать, но не смогла, таким каменно-безжизненным казалось его лицо. Княгиня почувствовала, что лучше помолчать. Страшные сомнения и невероятные муки раздирали душу великого князя, он едва приходила в себя от того, что должен был увидеть. Его не волновали воины Рюрика, появлявшиеся то там, то тут. Вели они себя вольно. Он не стал о том рассказывать Любаве. Но до нее наверняка дошли слухи о недавней схватке. Она, как и все прекрасно знала о том, что тут творилось недавно. А если чего-то не ведала, то скоро узнает.

Но пока его волновало то, что происходило во дворце. Он переживал о том, где теперь Мария, встретит ли она их или успела куда-то удалиться, узнав, что была свадьба. А если она еще тут, что он скажет ей, что она ему ответит. В Полоцке все казалось простым и легко разрешимым, а вот тут все совсем иначе. Ведь разбирались же как-то со своими многочисленными женами и Святослав, и Владимир, так почему же у него все так сложно?

Вот тут к нему и приблизился Рюрик, как только завидел княжеского коня, а рядом с ним и коня Любавы. Она была с ним рядом, только немного отставал ее конь от княжеского.

Их глаза в тот миг и встретились.

№№№№№№№№

Они остановились друг перед другом. Святослав постаревший, кажется на глазах, сник, его грозный соперник наоборот распрямил спину и казался моложе своих лет.

– Я долго не мог понять, куда тебя понесло, а потом услышал о свадебном пире в Полоцке. Говорят она юна и хороша собой. Он не скрывал злорадства и не собирался отмалчиваться.

Так как Святослав ничего не отвечал, Рюрик прибавил:

– Не бойся, я предупредил Марию, она покинула град еще вчера и вряд ли вернется назад.

Святославу стало не по себе от этих слов, он пожалел, что тогда остановился, не довел сражение до конца или своей гибели, тогда не пришлось бы выслушивать всего этого теперь. Но Рюрик, кажется, имел право на город не меньше, чем он. Может он и жену готов забрать, но на это напрасно надеется. Любава не посмотрит в его сторону, понимая, что без Всеволода он ничего не может. Хотя сам Рюрик может думать по-другому, но какая разница, о чем он там думает.

Любава выглянула из-за плеча мужа, их взгляды встретились. Она не смогла скрыть презрения к этому человеку, зная о нем даже больше, чем можно было подумать сначала. А у Святослава она спрашивала, кто это, почему он так себя ведет?

Но и на этот раз промолчал Святослав. Рюрик же разглядывал ее в упор без всякого смущения, намекая на то, что она скоро изменит отношение к нему. Что-то надменное и скверное было в его взгляде.

Но он остановился и не поехал за ними, а бросив что-то на прощание, отправился прочь. Но тень его еще долго над ними нависала и все время оставалась рядом, даже когда самого всадника и след простыл.

Любава догадалась о том, кто это, хотя никогда прежде Рюрика не видела. И Киев больше не казался ей таким прекрасным и таким желанным, потому что и этот тип считал его своим. Мечты ее как-то растворялись и рассеивались, а жизнь была вовсе не такой прекрасной и великолепной. Ее наконец отрезвили суровые слова отца. Но подумала она теперь о той деве, которая все еще была его женой. Но тут же Софийский собор появился перед нею. Он был так прекрасен, сказка снова вытесняла реальность.

Не дождавшись указаний мужа, она сама соскочила на землю и бросилась к собору и замерла перед священником, вышедшим к ней навстречу.

ГЛАВА 3 СОФИЙСКИЙ СОБОР

Сам патриарх дожидался их, и ни тени упрека на его лике не возникло.

Святослав тоже направился в собор, едва соскочив с коня, как-то не хотелось оставлять там Любаву одну. Он остановился перед распятием торжественный и спокойный. Священник произносил какие-то слова, суть которых до него не доходила, хотя эти слова он улавливал.

Святослав вздрогнул. Он понимал, что должен что-то ответить, но никак не мог понять, что должен был сказать. Сам бес хохота и шептал ему:

– Он тебя благословит, разве не он припрятал где-то творю Марию. И эту припрячет, если надо будет.

– Предательство, со всех сторон предательство, – неслось в его памяти, = и он играет во всем этом главную роль, ведь когда он обманом и силой захватил Чернигов, разве не клялся он, что это будет в последний раз, так что же его остановит теперь, что произошло? Он не мог этого понять..

Князь видел, как горят глаза Любавы, это разозлило его еще больше. Но он должен был понять ее, должен знать, что человеку, впервые ступившему на эту землю, да еще такому восторженному и мечтательному, как его вторая жена, хотелось оказаться в этом храм,, все узреть своими глазами. И он понимал, что она то немногое, что у него еще осталось, и за нее он должен крепко держаться. Он чувствовал, что у нее сложный характер, но до сих пор она казалась смиренной. Но и с собой Святослав ничего не мог поделать. При всей его доброте и чуткости, было что-то в его характере, что заставляло, уверившись в своей неправоте, продолжать отдаваться чувствам и вести себя пусть и глупо, но так, как подсказывало сердце. И насколько рвалась Любава в Софию, настолько он сам не хотел туда идти. Ему казалось, что с той самой высоты храма на него взирает насмешливо Ярослав, и всем своим видом подчеркивает, что он проиграл, и никогда больше ему не победить в том поединке. Но мужские капризы отступили перед женскими, и он решил провести какое-то время в храме, он чувствовал, что прошлое не так страшно как настоящее, его можно по-разному истолковать и объяснить, а вот его собственное предательство никогда не простится.

Интересно, а как к этому отнесутся другие. Пока они делают вид, что ничего не произошло, но как только он проиграет, то сразу набросятся, как стая волков и разорвут на части.

№№№№№№№

Полоцкая княжна оставалась под сводами Софии. Она немного растерялась в первый момент, почувствовала себя маленькой и усталой, раздавленной этим величием. Но скоро это чувство исчезло. Она разглядела под сводами работу неведомого мастера – портреты дочерей Ярослава Мудрого. И показалось, что она снова приобщилась к неведомому миру, таинственному и прекрасному.

Любава растерялась, она никак не могла успокоиться. Три девицы стояли перед ней, она всматривалась в лик той, которую считала Елизаветой. Она почувствовала странное родство душ, или это была одна душа? Нет, она не была похожа на нее нынешнюю. Но она видела ее прежде, она знала ее, в том не было сомнения.

Наконец и сам Святослав взглянул на нее и спросил, что же ее так заинтересовало. Но она не слышала его голоса, она и сама как будто исчезла, ушла от него, растворилась. Совсем новой и незнакомой показалась она ему, на этой ли деве он женился?. Она так горячо говорила о прошлом, уж не из другого ли времени она к нему пришла? А что если она ждет Гаральда, этого героя героев и никакой другой ей не нужен?

Святослав странно разволновался. Ему всего-то хотелось заручиться поддержкой полоцкого князя, усилиться самому. Он мало думал о деве, которая должна была ему в том помочь, но она все больше и больше требовала от него внимания.

= Она слишком замысловата для меня, – вынес он внезапно приговор.

И оставалось только решить, что же делать и как быть.

Ведь на нее уходило так много времени и сил, и если он не отступится, то все рухнет, и Рюрик в том поможет, недаром он постоянно появляется то тут то там. А если это случится, не сбежит ли Любава первой, ведь ей нуден победитель. Не только бес, но и Рюрик, видать почувствовали все это раньше, чем он сам. В каком поразительном и странном мире они должны оставаться.

Любава наконец оторвала взор от портретов королев, медленно пошла прочь ни на кого не глядя, ее явно не было с ними в этом времени.

ГЛАВА 4 ИЗ ДЕТСТВА

А потом князь и его молодая жена шагнули в палаты. Любава даже приостановилась на миг, так все там блистало великолепием и роскошью. Она оставалась там недолго. Князь взирал на владения, отдавая какие-то указания, и безмолвные слуги тут же все исполняли.

Он был тут хозяином и господином, да и могло ли быть иначе, ведь он не получил все в наследство, а завоевал в жестокой борьбе, и все понимали, что защищая завоеванное, князь ни перед чем не остановится. О том, что Святослав все проиграл Рюрику, ни он ни княгиня в тот момент не вспоминали и не думали.

Он распорядился, чтобы ее отвели в комнаты рядом с ним, но когда пошел проводить ее, пришел в ярость.

– Я говорил не об этих покоях, все переделать быстро, – вздрогнул всем телом князь, и на время повел княгиню в свои покои. Они не сказали друг другу ни слова, но незримая тень встала между ними.

Конец ознакомительного фрагмента.

kartaslov.ru

Золотое слово Святослава |  Слово о полку Игореве[1]  | Древнерусская литература  |  Читать онлайн, без регистрации

Золотое слово Святослава

А в Киеве князь Святослав смущен – видел он непонятный сон:

– Снилось мне, будто черным меня полотном укрывали. Будто синим вином угощали, синим вином пополам с печалью. Будто жемчуг на голову мне из поганых колчанов пустых вытрясали. Будто терем мой златоверхий с конька разбирали. Будто воронов черных бесовские стаи надо мною всю ночь летали. Будто змеи со всей земли по оврагам к краю моря ползли.

И бояре ему отвечали:

– Полна твоя дума печали. Два твоих сокола улетели из дома, чтобы в земле поганой у города Тмуторокани испить шеломом из Дона. Но саблями острыми крылья им подсекли, железными путами их оплели. На реке на Каяле тьма свет прикрыла. Вот что было.

И уже, словно гепардов стая, половцы Русскую землю терзают. Потоптана наша земля святая. На поруганье она отдана. Славу нашу позором покрыли. Разор и насилье свободу сменили. Див поганый над нами кычет, горе на головы наши кличет. Половцы в золото жен своих нарядили. А мы про веселье и думать забыли.

И сказал Святослав слово свое золотое, горькой слезой политое:

– О князья молодые, Игорь и Всеволод! Рано, рано вы подняли меч на поганых. Славы себе искали – без чести пали. Знаю, вы оба, два брата отвагой полны и крепче булата сердца ваши в битвах закалены. Но почему не пожалели вы моей седины?

Где брат мой, черниговский князь Ярослав? Из разных краев дружину собрав, стал он и сильный и войском обильный. Были в могучей дружине его татраны, ревуги, топчаки, могуты, ольберы, шельбиры. Ножи засапожные меч им в бою заменяли. Кликом грозным они полки разгоняли. И дедовской славы нигде никогда не роняли.

Но вы захотели сами, своими мечами новую славу добыть и славу отцов поделить. А разве мы, старые, не могли бы помолодеть, шлем и кольчугу надеть? Силу соколу множат года. Он в обиду не даст своего гнезда.

Но вот беда: кто же мне на подмогу придет сюда? У Римова города люди кричат под саблями половчан. В Переяславле Владимир стонет от ран. Горе ему и тоска!

Великий князь Всеволод! Может быть, ты издалека прилетишь за отчий дом постоять? Ты ведь Волгу можешь веслом расплескать, а шеломом вычерпать Дон. И летят с тобой копья живые – Глебовичи удалые.

А вы, буйный Рюрик и славный Давыд! Ваш меч половецкие шлемы дробит. И поганой кровью обагренные, сияют ваши шлемы золоченые. А воины ваши турами разъяренными рыкают под саблями калеными. Настало время. В золотое стремя, братья, вступите. За землю Русскую, за раны Игоря отомстите!

Острый мыслию Ярослав! Высоко сидишь ты в своем Галиче, не доносится крик к тебе галочий. Горы полками ты подпираешь. Ворота в Дунай затворяешь. Со многих народов ты дани берешь. Салтанов заморских стрелой достаешь. Достань же стрелой Кончака поганого. За землю Русскую, за Игоревы раны!

А ты, отважный Роман, и ты, Мстислав! Знают враги ваше храброе сердце, суровый ваш нрав. Многие земли – Хинову, Литву и Ятвягу поправ, высоко парите соколом в синем просторе.

Какая же птица отвагою с вами поспорит? Шлемы ковали для вас латиняне. Копья сломали пред вашим мечом половчане.

А Игоря нет. Померк для него белый свет. И дуб, зеленевший в бору, роняет листву не к добру. И воинов Игоря не воскресить. Кличет вас Дон отомстить!

Вы, Ингварь и Всеволод и трое Мстиславичей с вами – соколы не худого гнезда. Придите сюда. Копьями польскими, стрелами острыми и щитами поле открытое перегородите! Русскую землю от ворога защитите. За раны Игоревы отомстите!

velib.com

Анализ "Золотого слова" Святослава из "Слова о полку Игореве" |LITERATURUS: Мир русской литературы


Анализ "Золотого слова" Святослава

"Близко к плачам ...«золотое слово» Святослава, если принимать за золотое слово только тот текст «Слова», который заключается упоминанием Владимира Глебовича: «Туга и тоска сыну Глѣбову». «Золотое слово» «съ слезами смѣшено», и Святослав говорит его, обращаясь, как и Ярославна, к отсутствующим — к Игорю и Всеволоду Святославичам...

Неподвижен великий князь Святослав Киевский, но его «золотое слово» обращено из Киева «на горах», где он сидит, ко всем русским князьям. Движется не он, но зато движется все вокруг него. Он господствует над движением русских князей, управляет движением. <...>

И в летописи, и в «Слове» отмечено «золотое слово», сказанное Святославом Всеволодовичем Киевским после известия о поражении Игоря. Содержание «слова» Святослава Киевского передано, в общем, сходно. И тут, и там Святослав упрекает Игоря в безрассудстве юности.

Очевидно, что «золотое слово» Святослава — не домысел летописца и не выдумка автора «Слова о полку Игореве», а реальный факт. Характерно, однако, другое, — в чем нетрудно заметить общность интерпретации «золотого слова» Святослава: и тут, и там отмечены слезы, которые пролил Святослав, произнося свое «слово». «Тогда великый Святъславъ изрони злато слово слезами смѣшено» («Слово о полку Игореве») — в летописи же Святослав «вельми воздохнув, утер слез своих и рече...» <...>

Святослав Киевский, чье «золотое слово» совпадает с мыслями самого автора «Слова» до полной иногда неразличимости, упрекает Игоря и Всеволода именно за то, что они искали славы для себя. «Рано еста начала Половецкую землю мечи цвѣлити, а себѣ славы искати».

Эти поиски личной княжеской славы противоречат понятию «чести» Святослава и автора «Слова». Вслед за только что приведенными словами Святослав говорит: «Нъ нечестно одолѣсте, нечестно бо кровь поганую пролиясте». С точки зрения феодальной морали, Игорь и Всеволод отнюдь не нарушили представления о «чести» князей. «Честь» свою они уронили в глазах Святослава и автора «Слова» только потому, что в поисках личной славы они предали интересы Русской земли.

Одно из центральных мест в «Слове» занимает «золотое слово» Святослава Киевского, продолженное обращением самого автора «Слова» к русским князьям. Здесь важно то, что автор «Слова» обращается ко всем русским князьям. <...>

... понятна и роль в «Слове о полку Игореве» «золотого слова» самого Святослава Киевского как главного выразителя политики Ольговичей, стремившихся к созданию коалиции русских князей против половцев. <...>

После рассказа о поражении Игоря и его пленении ... Святослав произносит свое слово, «со слезами смешено». Этому «золотому слову» Святослава, его обращению ко всем русским князьям, как бы вторят в лирическом варианте плач Ярославны и ее обращение к силам природы: к солнцу, ветру и Днепру.

К Русской земле, ко всем ее князьям обращается князь Святослав Киевский, затем, после «золотого слова» Святослава и его естественного продолжения — обращения к русским князьям самого автора слова, — наступает черед Игоря. Плач Ярославны — это как бы продолжение обращения Святослава и автора «Слова» ко всем русским князьям. <...>

Призыв Святослава ко всем русским князьям должен был в будущем отозваться объединенным походом всех русских князей против половцев."

(Лихачев Д. С. "Слово о полку Игореве" и культура его времени. — 2-е изд., доп. — Л.: Худож. лит. Ленингр. отд-ние, 1985. — 352 с. — Салмина М. А.Библиогр. работ Д. С. Лихачева по "Слову о полку Игореве": с. 337—346.)


"[В "Слове о полку Игореве"] Только княжеские вещи имеют эпитет „золотой“ — „стремя“, „шлем“, „стол“ (престол). 

www.literaturus.ru

Любовь СушкоЗолотое Слово Святослава. Князья и воины

© Любовь Сушко, 2018

ISBN 978-5-4490-8902-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Любовь Сушко

Золотое Слово Святослава

КНЯЗЬ СВЯТОСЛАВ СТАРЫЙ

БРАТСКАЯ ЛЮБОВЬ
ЗОЛОТОЕ СЛОВО СВЯТОСЛАВА

(СВЯТОСЛАВ И ЯРОСЛАВ ВСЕВОЛОДОВИЧИ)

И тогда великий Святослав

Изранил свое святое слово.

Со слезами смешанно сказал:

«О, сыны, не ждал я зла такого,

Что ж вы дети, натворили мне

И моим серебряным сединам.

Где мой брат, мой грозный Ярослав,

И его черниговские слуги

(Слово о полку Игореве»)

ВСТУПЛЕНИЕ

С самого начала Святослав знал, что он рожден, был князем, и более того – он старший в роду и рожден от старшего сына. Такая удача выпадала немногим. Большинство из княжичей могли только об этом мечтать. Ему же с самого рождения объясняли, что по закону, давным давно принятому, возможно еще со времен Кия и Славена, было понятно что стол наследует старший сын старшего сына, и Святослав понимал, что нет у него соперников. И если кто-то решиться пойти против, то всегда можно будет с мечом в руках свое право отстоять. И смотрел он покровительственно на своего младшего брата Ярослава, у которого хоть и было от рождения не менее громкое имя, но таких подарков судьбы он не получил, и должен был оставаться только вторым.

– Он был только вторым и всегда вторым останется, потому что Святослав собрался жить долго и счастливо и слыть великим князем всегда, пока жив.

– Это будут благословенные времена на землях славянских и его назовут Мудрым и Вещим, ведь они не хуже предков их, и монах все время твердит о том, что дети должны быть лучше их родителей.

Но и в старые времена бывало по-разному. Но разве так трудно одним словом и мудрым решением прекратить эту вражду, и жить с младшими братьями в благоденствии.

Он почитал Бога и внимательно прислушивался к проповедям монаха, пытливо ища в Библии, мудрейшей из книг, каких-то примеров, которые и должны были управляться с бесконечным миром. Даже отец и монахи поражались серьезности мальчика. И казалось, что в какой-то своей жизни он уже побывал великим князем, а на этот раз собирался только исправить все совершенные тогда ошибки. Возможно, недаром его назвали тогда таким именем, и тот, древний Святослав вернулся в этот мир в новой жизни, и станет он еще более ярким и неповторимым из князей

А в смутные времена, где на каждом шагу всякое случиться могло, княжич готовил себя для великих дел. И только одно было странным, как не пытался он казаться важным и показать собственное превосходство, запомнилось ему из всей Библии немногое: это притча о Каине с Авелем, и тогда уже было братоубийство, видно с самого начала никак нельзя было избежать его, и притча об Иуде и его предательстве. Говорят, что каждый запоминает только то, что ему ближе всего. Но разве об этом хотелось думать ему, или чья-то невидимая рука открывала перед князем именно эти страницы и пыталась ему о чем-то таким рассказать.

Если это дурной знак, то, что он мог для него значить, то, что брат его родной убьет, или наоборот все случится, и хотят его предупредить о том, чтобы не делал он этого?

Он знал, что Иуд будет в жизни его немало, но сам он не собирался оставаться таким вероломным. Ему слишком много и без того дано, ничего не станет он добиваться при помощи коварства. Он убеждал себя в том, что страхи его и волнения были напрасными.

№№№№№№

Когда Святослав, наконец, обосновался в Киеве, он был уверен в том, что позабудутся все лишения и муки, которые ему удалось продлить.

И первым делом он отправился в Софию и стал молиться о тех удачах, о победе, выпавшей на его долю. Ему было за что благодарить Всевышнего. Собор потряс его своим великолепием. Он знал, что это и будет главный храм в его жизни, тут будет легче разговаривать с Богом, всегда бывшим к нему благосклонным. Хотя он должен был признать, что все должно было быть не совсем так в его жизни, как мечталось ему в начале. Что-то показалось ему иным, отчего было мало радости, хотелось просто отречься. Но в такое торжественное время он старался не думать о каких-то вещах и событиях.

Но чем дольше стоял он перед святыми ликами, тем больше понимал, что может молиться. Что-то мешало ему, может быть величина собора.

В душе его было так тяжело, и он просто не хотел ни в чем сознаваться. Но великий князь в те минуты не мог молиться.

Но чтобы как-то помочь ему в этом, появились какие-то хоромы и какие-то лица. И вгляделся тогда в них Всеволодов сын и увидел себя еще юным Святослав. Но кто этот мальчик, рядом с ним стоявший и так пронзительно на него смотревший. Кто он. И священник рядом с ним.

О, как знакомо его лицо, Антоний, – еще не дойдя до этого, произнес князь.

Да, конечно, хотя в том мальчике трудно было узнать князя Игоря, но это был он, и это был Чернигов. Как ни старался, он никогда не забыть ему тех дней и тех грехов. А ведь тогда он гордился собой и был уверен, что это победа. Не хотел ничего другого слушать. Не хотел и не собирался. Как печально было все происходящее, как невыносимо все казалось.

– Иуда, – Игорь так назвал тогда в ярости Антония, – но разве он сам – его старший двоюродный брат был другим, хотя на него мальчик старался не смотреть. Но от этого ненависть его еще сильнее казалась. Олег был добрее и терпимее, а ведь это он вместе с матерью и младшим братом должен был покинуть Чернигов. Он принял это как должное. А Игорь не примирился. Он никак не примирился с ним, и бесполезно ему что-то объяснять. Да и не станет Святослав объяснять, уверенный в своей правоте, но если он так уверен, отчего тогда молиться не может и забыть этого не в силах.

О, как радовался он, когда покидал вздорный проклятый Новгород и поселился в благословенном Чернигове. Как ему хотелось там оказаться. Все казалось возможным и доступным.

Много еще чего было, но все это тяжело было вспоминать.

№№№№№

Он не мог их оставить в граде. Это было опасно для его спокойствия и благополучия. Он хотел, но не мог это сделать, двоюродный брат, а вот их давний враг – Андрей, сын Юрия, смог бы себе такое позволить. Как странно все это, словно насмешка какая-то, – тяжело вздохнул Святослав.

Князь Игорь и теперь считает его бессердечным, и даже руки подавать не хочется. Он и не подозревает, что этот грех всегда в его душе был. Он благодарил судьбу за то, что Каин из него не получился, а вот роль Иуды ему была уготована, как он не противился этому. Когда они уехали в морозный и жуткий день, и должны были сгинуть. Он хотел в последний миг послать за ним, да вспомнил, что княгиня была из Новгородских самых отчаянных баб, и его сородичи непременно пришли бы в Чернигов, чтобы за нее постоять. А он не хотел затевать этой ссоры, не жалел, чтобы на славянской земле кровь и его лихим словом поминали. Ведь победа все равно была на его стороне. А там все без крови обошлось.

И странно, что такой насмешливый и умный Игорь так и не понял этого до сих пор и столько лет на него волком смотрит. Потом, когда он вернулся, он позволил ему совсем рядом в Новгороде Северском жить и ни слова благодарности в ответ, конечно, они братья, и все-таки.

Святослав давно решил, что Чернигов по праву его брату Ярославу достаться должен, потому что он старше, проявить себя во всех походах успел, у него больше прав, если на то пойдет. Если обиды держит, то пусть с ними и остается навсегда.

А второе предательство Игоря, вообще он не при чем. Он ничего не знал. Он в далеком Киеве уже был тогда, и Ярослав был с ним рядом в Чернигове, но разве его самого не предавал Ярослав, когда не только в поход с ним не шел, но даже обещанные полки не отправлял, да еще уговаривал их от похода отказаться.

Но он всегда умел на своем стоять. И Игорь устоял, а то, что неудачей завершилось, разве мало у него неудач было, но никого он не винил. Он только молился богу и просил новых удач, вот и все. И не стоит роптать и сетовать.

Жизнь среди братьев и соперников оказалась сложна и непредсказуема, даже для того, кто старшим в роду был. И все-таки он оставался в Киеве, хотя за это немало бороться пришлось, не просто было разобраться, кто тебе враг, а кто союзник. Разве мало его обманывали и предавали? Но он не помнил этого, не хотел помнить, про собственные грехи забыть.

В последние годы, когда не о чем было жалеть и только смерти ждать оставалось, он знал, что должен обрести покой и примириться со всем миром. Но удельные князья, словно в муравейнике, презрев все законы, творили бесчинства. А, узнав, что он бессилен и беспомощен и совсем от рук они отбились. Он знал, что бунт не имеет никакого значения. Сколько раз он пытался объяснить им это. Но еще в самом начале сколько раз Юрий в своем Владимире столицу утвердить старался, и Киев завоевывал, только удержаться там никак не мог. А младшему из сыновей его Всеволоду, только туда и хотелось все время отправиться.

И ушел князь из Софии, так и не помолившись.

Священник, видя смятение его, не стал близко к нему подходить. Он не рассердился на него. Хорошо хоть этот в покое оставил. Покой – это то, о чем только и можно мечтать. Его нет, и наверное никогда не будет среди тех, кто в княжеских дворцах остается.

ЧАСТЬ 1 В НАЧАЛЕ


ГЛАВА 1 В ПРОКЛЯТОМ РОДУ

Старцы говорили, что вражда между Олеговичами и Мономаховичами – старшими и младшими в роду неизвестно когда началась и наверное никогда не закончится. А пока в обоих родах рождались сыновья, она будет длиться, не будет ей конца и края..

Младшие всегда будут хотеть получить больше, чем обещано, а старшие не собираются им ничего отдавать.

И сам князь Владимир показал им, как все получить можно будет.

Старшим всегда внушали, что по праву рождения им все принадлежит, ничего они не должны никому отдавать, а за свое надо сражаться.

А были это лучшие уделы и самые плодородные земли, то много было и делающих там оказаться и забрать их себе.

Справедливость, как линия горизонта, все о ней говорят, все видят, только никто и никогда ее достигнуть никак не мог.

И так уж издавна повелось, что старшие неизменно проигрывали. Молодые были сильнее и наглее, никогда они не уступали и большего добивались.

И хотя радовались те, кто рождены были старшими, да недолго их радость длилась, быстро она заканчивалась. Законы о наследовании жили сами по себе, а люди к ним никакого отношения не имели, особенно если меча или колдовства совсем не знали и не ведали.

Но ведь рано или поздно все должно было закончиться.

А может и пришло это время, – спрашивали друг у друга миролюбивые монахи, которым хотелось все ладом наконец решить.

Князь Святослав помнил многое, он помнил своего деда – князя Олега – красивого и могучего, воинственного и несчастного. Помнил о конце его жизни на земле, когда тому пришлось отказаться от борьбы за великий стол, оставался он на небольшом острове, обвиненный младшими братьями во всех смертных грехах.

А ведь он тоже хотел только одного, чтобы законы дедовы исполнялись так, как нужно было. Но кто же из младших согласился бы с ним.

Князь Олег, оклеветанный и обвиненный, удалился от всех, не давал больше о себе знать, ни во что не вмешивался.

Но потом вдруг понял, что не сможет так просто уйти к своим предкам, ничего не предприняв, тогда уже поздно будет оправдываться, а пока еще надо что-то сделать, как то помочь им всем.

Он бы л уверен, что осталось еще какое-то время, хотя бы детей своих и внуков подтолкнуть к борьбе, показать им как прекрасно все должно быть устроен в этом мире, но это только мечты, а в реальности всем владеют и правят те, кто не имеет на это права

Из всех его детей только Всеволод проникся последними страстными речами отца, и только Святослав не просто оправдывал деда, но и верил, что так и будет, как тот хотел.

– Мы – проклятое племя, проклятый род, но это проклятие надо снять огнем и мечом, – все время твердил тот, и тогда имена и дела наши будут благословенны.

– Мечты могут быть прекрасны, но сможем ли мы их осуществить?

Тогда юному Святославу казалось, что все возможно, у него хватило сил и уверенности в себя. Потом, со временем все менялось, и он уже не до конца верил в то, что сможет что-то сделать. Но он всегда помнил, что должен сделать все, что ему захочется как можно лучше. Он говорил немного, а решил делами доказать, что отец не ошибся.

Пристрастно оценив, что у него есть, что он может еще получить.

Он знал, что самые лучшие города принадлежали Олеговичам, и одним из них был Чернигов. Но володел им не его отец, а младший, любимый сын Олега – Святослав. Это казалось ему случайностью, которая его раздражала, потому что не получив Чернигов, нечего было думать о Киеве. Но Святослав с самого начала понимал, что дядя, если почувствует смерть, отдаст этот город не ему, а своему любимому сыну, названному в честь отца Олегом.

Он присматривался к его жене и матери Олегоовой – дочери одного из самых влиятельных Новгородских бояр. Но и говорить было нечего о том, что город получит племянник, а не ее первенец и любимец. Об этом заикнуться было опасно, потому что женщиной она была грозной, эта Марфа, и прибить могла, если почувствует, что грозит беда. Действовать надо было осторожно, взять хитростью.

– Это будет мой единственный грех. Когда я получу Киев, я отдам Чернигов снова Олегу, потом ему все объясню, но пока он должен понимать, почему я так поступаю с близкими людьми. Важно только то, что получится после всех моих страданий и стараний. Я все верну и никто не припомнит, что было в начале, почему он оказался среди обиженных.

Что-то подсказывало Святославу, что его дядя не протянет долго, слишком он был изнурен и измучен этой вечной борьбой. В Чернигове должен быть его помощник, но не член семьи. Князь не должен ошибиться. Святослав, несмотря на молодость и талант к подобным интригам,

безошибочно избрал игумена Антония, любимца старого князя, который первым узнает о его болезни и смерти, а с именем бога на устах он сможет многое. Трудно было к нему подступиться и договориться. Сначала он даже волхва хотел привлечь для того, чтобы на него повлиять, но потом решил, что не стоит кого-то еще посвящать в тайну.

Игумен оказался умным и догадливым. А может просто хитрым. Он был убежден, что Святослав больше, чем Олег подходит на княжеский стол – он старше и сильнее, он действует еще при живом князе и дорожит тем, что хочет получить. Старик верил, что он делает доброе дело, думает о будущем Чернигова, ему не нужны были никакие награды, но он хотел получить поддержку сильного князя, стать митрополитом без хлопот. А если тот еще и новый храм прикажет заложить в честь победы – это даже лучше, больше ему ничего не нужно. Лично для себя он ничего и не хотел.

Они тайно встречались несколько раз и оба гордились тем, что о переговорах не знала ни одна живая душа, а ведь Марфа за всем следила не смыкая глаз, ничто не могло укрыться от пытливого взора. Может она и думала, что ей уготовлена роль древней Ольги при юном князе. Но времена были другими, эти двое не собирались оставлять ей Чернигов.

Святослав не подозревал о той борьбе, которая развернулась за его спиной. Но он все время был в это странной борьбе.

ГЛАВА 2 СТОЛИЦА

Святославу было 13 лет, когда пришла весть о гибели великого Киевского князя Изяслава. Всю жизнь провел этот князь в борьбе с кровавым и коварным Юрием Долгоруким. И хотя Святославу было ведомо, как ненавидели киевляне старого Юрия, много раз захватившего их град и изгнанного из него, да такая это была схватка, что решил он перенести столицу во Владимир Суздальский, платя Киеву тем же. Но и Изяславу там несладко жилось, совсем не сладко. Вся жизнь его ушла на распри, на погони за какими-то призраками, на самоутверждение себя в столичном мире. И все было зыбко, непрочно, далеко от реальности и стабильности. Никто бы в ту пору не позавидовал великому князю.

– У меня все будет иначе, они не смогут не признать меня, не станут косо смотреть, потому что я стану поступать только по справедливости.

В то время, когда уходил один из князей и его место должен был занять другой, все было просто для Святослава, и он не сомневался, что поступает правильно. Он учился на ошибках и промахах других и считал себя если не мудрым, то и не самым глупым из князей, только дивился, как могут люди много старше и опытнее, так неосмотрительно себя вести, словно бы они хотят сделать как можно хуже.

Вот когда настанет его час, а он непременно настанет, и будет занят сначала Чернигов, а потом и Киев, тогда и наступит его время, словно молодой бог, придет он в этот мир, чтобы сделать его лучше, прекраснее, чем тот, каким он был прежде.

И для этой уверенности у него были свои основания. Однажды во время охоты он встретил в лесу старуху, которая невесть откуда взялась, неизвестно куда шла. Старуха остановилась, пристально на него взглянула, и сказала о том, что станет он великим князем.

Кто-то из спутников его усмехнулся:

– Ты плохая ведьма, он из рода, который называется проклятым, давно в нем не было великих князей и долго еще не будет.

Но старуха не отступала и все время повторяла, что он станет великим князем.

– Меня и в мире этом уже не будет, но ты попомнишь мои слова, и может, помянешь добрым словом.

Княжич вернулся домой задумчиво. Это придавало ему уверенности, но и заставляло обо всем позабыть. Никакие беды теперь не были ему страшны.

– Я буду великим князем, старуха права, я стану им, чего бы то мне не стоило.

Только несколько раз он видел Изяслава. Сколько ему было, как знать, но отроку он казался старцем. Хотя многие считали, что он еще молод.

В те давние времена Святослав усвоил, что великий князь должен быть седовласым стариком, и не может быть молодым. Потому у него еще было время впереди. Но если великий князь будет молод и не соберется умирать, то и у него не останется времени для того, чтобы покняжить в Киеве. Для всего должно быть подходящее время, это точно.

А еще ему должно повезти, удача не должна от него отворачиваться, потому что любая случайность, а их великое множество может быть, может все переменить в его жизни.

Он спрашивал у богов, уединившись в храме, отчего Изяслав прожил так мало. Так этот незнакомец, покинувший мир, стал играть важную роль в его жизни.

А потом ему приснилась та самая старуха, с которой он встречался в лесу.

Она усмехнулась и произнесла:

– Ты станешь великим князем, мальчик, да только ничего хорошего из этого не выйдет.

И понял Святослав, что она не говорит чего-то важного. Но ему и знать этого не хотелось.

№№№№№№№

Святослав радовался, что его воспитали в строгости, как и подобает князю, в три года посадили на коня, в десять с отцом он отправился в поход. Этого князь не забудет никогда. Он участвовал в действе, когда была не просто драка, а сражение между своими и чужими, мальчик впервые взглянул в лицо смерти – гибели.

Конечно, он и раньше видел умерших, когда человек перестает дышать и двигаться, а рядом говорят, что он отдал душу богу. Старый воевода старался показать и рассказать, как это происходит. Но совсем иное, когда смерть приносишь ты на кончике своего меча. Ему не нравилось убивать, но говорят, что это необходимо, для того, чтобы остаться в живых самому, если ты не остановишь врага, то он остановит тебя. И когда он теряет силы, то они переходят к тебе. Если два человека хотят одного и того же, а на всех не хватит, то один должен убрать другого со своего пути. И победит тот, кто окажется сильнее или хитрее, что впрочем, одно и то же в разных обстоятельствах.

Святослав рано усвоил эти простые истины. Он учился защищать свое и завоевывать чужое.

Мальчик был уверен, что его предком был сам бог Велес, которому тоже приходилось много сражаться с младшим братом Перуном. И когда он рассказал обо всем младшему брату Ярославу, тот был встревожен. Он чувствовал кожей опасность, которая исходила от старшего брата. И его глаза становились страшными, когда он взирал на поверженных противников, однажды вот так он взглянул и на него.

И тога Ярослав понял, что если они чего-то не поделят, Чернигов, например, то Святослав забудет о том, что перед ним родной человек. И в душе младшего зародилось странное желание – не быть вместе, не участвовать во всех походах, которые были впереди.

В решающий миг, когда надо было делать выбор, он решил отступить и отказаться от всего, только так он сможет уберечься от братоубийственной схватке, в которой выжить может только один, брать такой грех на душу ему не хотелось.

Если Святослав никого и ничего не щадит, значит надо просто отдалиться от него. Но со временем Ярослав понял, что это не выход, ему придется защищать свой мир, чтобы не стать изгоем без кола и двора.

Святослав пока не догадывался, что творится в душе брата и долго еще считал его своим помощником и союзником, и верил, что доверять он может только своему младшему брату.

– Как только я стану великим князем и войду в Киев, тебе достанется Чернигов, – говорил он так, словно это было уже делом решенным и их дядя Святослав уже умер.

Но оброненная ненароком фраза запомнилась Ярославу навсегда, и ради этого града он готов был изменить свои взгляды. Но теперь, если он не исполнит обещания, то обретет в его лице злейшего врага, и хотя Ярослав его брат, но с ним не стоит шутить, надо исполнять обещанное.

fictionbook.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *