Характеристика творчества шумана – Глава VIII. Заключение. Роберт Шуман. Его жизнь и музыкальная деятельность

Глава VIII. Заключение. Роберт Шуман. Его жизнь и музыкальная деятельность

Глава VIII. Заключение

Характеристика творчества Шумана. – Шуман как человек: его молчаливость, отношение к людям. Различные черты его характера и некоторые случаи из его жизни.

Должное признание, которого Шуман так желал достигнуть при жизни, выпало на долю его произведений лишь после его смерти. Слава давно приняла его в ряды своих избранных. Его музыка, понятая лишь немногими его современниками, сделалась теперь одною из наиболее популярных и любимых: с берегов Эльбы она завладела Старым и Новым Светом и не проходит концерта, в котором бы не раздавались звуки ее дивных мелодий.

Шуман – романтик: романтизм обрел в нем своего представителя в музыке. Музыка Шумана прежде всего поражает нас своей коренной самобытностью: она своеобразна по замыслу, по содержанию и по способу выражения; Шуман редко подчиняется условным приемам и придает своим сочинениям произвольные формы. Он оригинален с первой до последней ноты как в мелодии, так в гармонии и в ритме.

Шуман дорожил выше всего своей самобытностью, и ничто его не могло так уязвить, как сравнение с кем-нибудь. «Пожалуйста, – пишет он Кларе, – не называй меня Жан Полем вторым или Бетховеном вторым; за это я способен тебя ненавидеть целую минуту. Я предпочитаю в десять раз больше быть ниже других, но все-таки оставаться самим собой».

Шуман был особенно велик в малом, то есть в коротких вещах, в которых как бы сконцентрировались его творческие богатства. Он и предпочитал писать небольшие пьесы, и даже большинство его крупных произведений состоит из группировки отдельных коротких частей. В его творчестве участвовало три фактора: Шуман – человек, поэт и музыкант; первый привносил искренность чувства и глубину мысли; второй украшал написанное неисчерпаемым богатством фантазии и блестящим юмором, третий скреплял все печатью гения и оригинальности. Те слова, которые Шуман прилагает к Шуберту, могут быть сказаны и про него: «Он находил созвучия для тончайших ощущений и мыслей, событий и положений. Как в тысячу различных лучей преломляются человеческие думы и чувства – так и его музыка. Все, на что упадет его взор, к чему прикоснется его рука – превращается в музыку; из камней, которые он бросает, встают, как у Девкалиона и Пирры, живые существа. Он был самый избранный после Бетховена и, смертельный враг всех филистеров, творил музыку в высшем значении этого слова».

Кроме самобытности музыка Шумана отличается субъективностью: при его природной молчаливости все впечатления от событий, внешних и внутренних, которые воспринимала его глубокая душа, находили себе единственный исход в музыке, и она является для него почти исключительным способом выражения самого себя. «Я почти совсем не говорю, вечером больше, и за фортепиано больше всего», – пишет он. О своем творчестве он сообщает Кларе: «Я могу быть иногда очень серьезен, иногда по целым дням, но не беспокойся – это внутренняя работа души, мысли о музыке и сочинениях. Меня все затрагивает, что совершается в мире: политика, литература, люди, обо всем я размышляю по-своему, и все это потом вырывается наружу через музыку, через нее ищет себе исхода. Многие из моих сочинений потому так трудно понять, что они связаны с отдаленными событиями, иногда очень тесно, так как все выдающееся меня захватывает и я должен выразить это звуками. Потому меня так мало удовлетворяют новейшие сочинения, что они, кроме технических недостатков, вертятся и в музыкальном отношении на ощущениях низшего сорта, на обыденных лирических восклицаниях. Наивысшее, что среди них создается, не доходит до начала моего рода музыки. То может быть цветком, это – одухотворенное стихотворение; то – влечение грубой натуры, это – произведение поэтического сознания».

В сочинениях Шумана, по его выражению, «кровь его сердца», потому они так глубоко действуют на слушателя. Шуман мыслил образами, при создании известной вещи в его душе проносились воспоминания или вставали поэтические картины. Он любил давать названия, которые бы выражали общий характер его произведения. Например, «Humoreske», «Kinderszenen», «Abends», «Traumeswirren» [9] заключают уже в самом слове известное настроение или картину. Некоторые критики находили совершенно ошибочно, что Шуман писал «программную» музыку, то есть музыкальную иллюстрацию к известному тексту, подчиняя музыку словам. Он был враг всякого стеснения творчества, тем более зависимости его от подобных условий, и очень определенно выражается относительно подобного приема сочинения. «Признаюсь, что питаю предубеждение против такого способа творчества, и если композитор предлагает нам программу к своей музыке, то я говорю: прежде всего дай мне выслушать, написал ли ты хорошую музыку, а после того и программа твоя может мне быть приятной». Шуман возмущается не только «программами» разных композиторов, но ставит в упрек Бетховену его пояснения в пасторальной симфонии, видя в этом недоверие к пониманию других. «Человек проникнут каким-то священным трепетом, – замечает он по этому поводу, – перед работой гения: он не хочет знать причин, орудий и тайн творчества, так сама природа проявляет известное целомудрие, закрывая корни землею. Пусть артист замкнется со своими страданиями; мы бы узнали страшные вещи, если бы во всяком произведении могли проникнуть до самой причины его зарождения».

При богатой фантазии Шуман объяснял по большей части поэтическими образами как свои, так и чужие произведения, но эти представления являлись в его вещах после их возникновения. Так, например, к одной части «Фантазиштюка» – «Ночи» – он нашел впоследствии пояснение в истории Геро и Леандера; каждую ночь Леандер переплывает море, отправляясь к своей возлюбленной, ожидающей его на маяке и указывающей ему путь пылающим факелом. При исполнении этой вещи Шуману постоянно рисовалась картина их поэтических свиданий, но это толкование произвольное; «Ночь» не написана на этот сюжет и может в воображении другого артиста вызвать другие представления. О наименованиях своих вещей Шуман говорит, что они «возникали, конечно, позднее и не представляют ничего иного, кроме тонкого указания для понимания и исполнения». «Очень ошибаются те, – пишет он, – кто думает, что композитор берет перо и бумагу с жалким намерением изобразить то или другое. Тем не менее нельзя не придавать никакого значения влиянию мира и впечатлению от того, что приходит извне. Безотчетно, наряду с музыкальной фантазией, действует и мысль, наряду со слухом – зрение, и этот постоянно деятельный орган рисует под звуки известные очертания, которые, определяясь по мере возникновения музыки, принимают известный образ».

Наивысшего совершенства и выразительности в изображении самых тонких и разнообразных душевных состояний и ощущений Шуман достиг в своих песнях. Мелодии их скорее можно назвать музыкальной декламацией, которая следит за каждым тончайшим оттенком чувства и мысли, причем фортепиано не занимает уже второстепенного места и перестает быть простым сопровождением голоса, но сливается с ним в одно стройное целое и отражает все различные душевные настроения.

Творчество Шумана, единственное в своем роде по свежести, глубине чувства, яркости красок, богатству фантазии и поэзии, оправдывает предположения автора, которому иногда казалось, что он открывает новые пути в музыке. Та яркая оригинальность, которая характеризует его как композитора, отличала его и как человека, но носила более пассивный характер. Вся энергия его поглощалась страшной внутренней работой, и на активное проявление себя как человека у него не хватало ни времени, ни сил. Отсюда его необыкновенная молчаливость, известная всем его близким друзьям, которые охотно ее сносили, зная, какие перлы она скрывает в своей глубине. Генриетта Фогт рассказывает, что они часто совершали вместе прогулки по воде и по большей части сидели в лодке молча, но, прощаясь, Шуман крепко жал ей руку и говорил: «Сегодня мы хорошо друг друга поняли».

Друг его, Брендель, тоже сообщает: «Шуман открыл отличный маркобруннер (вино) в Голисе и пригласил меня пойти туда вместе с ним. В палящий зной направились мы туда, не произнося ни слова, и по прибытии на место маркобруннер оказался действительно нашей главной целью. Из Шумана нельзя было извлечь ни слова, и так мы пустились в обратный путь. Он сделал только одно замечание, осветившее мне то, что его наполняло. Он говорил о своеобразной прелести такого летнего дня, когда все голоса смолкают и в природе царит полная тишина. Он был захвачен этим впечатлением и заметил только, что древние определяли его очень метким выражением: „Пан спит“. В такие минуты Шуман обращал внимание на внешний мир лишь потому, что он непроизвольно вплетался в его мечты. Общество людей ему требовалось тогда только затем, чтобы освободить его от сознания одиночества. Но далеко не все понимали верно его молчаливость и многие объясняли ее себе очень невыгодно для Шумана. Так, его однажды пригласил к себе на большой вечер директор дюссельдорфской академии Шадов. Хозяин тщетно пытался вовлечь в разговор своего гостя, погруженного по обыкновению в раздумье. Шуман, не расслышав хорошенько, о чем с ним говорят, кивнул головой, приветливо улыбаясь, и отошел в сторону. Шадов, недостаточно знакомый с приемами Шумана, обиделся его поведением и решил его больше не приглашать».

Нечто подобное случилось с Рихардом Вагнером. «Шуман – высокоодаренный музыкант, – пишет он, – но невыносимый человек. Когда я возвращался из Парижа, то навестил его, говорил о положении музыки во Франции, потом о состоянии ее в Германии, говорил о литературе и политике – он же оставался нем почти целый час! Ведь невозможно же говорить всегда одному! Невыносимый человек!» Шуман же, в свою очередь, нашел, что «Вагнер – умный малый, полный причуд, но говорит безостановочно, что под конец становится нестерпимо!» Молчаливость Шумана заставляла некоторых приходить к ложному заключению, что Шуман по большей части «дремлет». Его мысли, напротив того, находились в постоянном возбуждении, и если казалось, что Шуман не принимает никакого участия в разговоре, то огонь, которым вспыхивал его взор, когда что-нибудь в беседе ему особенно нравилось, показывал, с каким интересом он следил за всем, что происходило вокруг него.

Молчаливость Шумана происходила также отчасти от его крайней застенчивости, и впоследствии болезненное состояние мозга выразилось в затруднении речи. Шуман говорил обыкновенно беззвучно, отрывистыми фразами, как будто разговаривая с самим собой. Василевский пишет о нем, что «он не умел разговаривать об обыденных вещах и повседневных событиях, так как пустая болтовня была ему противна, а в разговор о важных, интересных предметах он пускался очень неохотно и редко. Надо было ловить счастливую минуту. Когда же она являлась, то Шуман становился по-своему красноречив и поражал меткими, из ряда вон выходящими замечаниями, освещавшими с известной стороны необыкновенно ярко обсуждаемый предмет. Но лишь немногим близким лицам своего интимного кружка Шуман оказывал такую милость, в большинстве же случаев, часто с ними видясь, он не затевал никаких разговоров». Генрих Дорн, его бывший учитель теории, рассказывает следующее: «Когда я после долгих лет разлуки снова свиделся с Шуманом в 1843 году, то у него, по случаю дня рождения жены, был музыкальный вечер. Среди присутствующих находился Мендельсон; мы не успели сказать друг другу ни слова, приходили все новые и новые поздравители. Когда я уходил, Шуман сказал мне с сожалением в голосе: „Ах, нам совсем не пришлось поговорить“. Я стал утешать его и себя, что приду другой раз и прибавил смеясь: „Тогда мы вволю намолчимся“. „О, – возразил он тихо и краснея, – так вы меня не забыли!“»

Шуман далеко не был меланхоликом, хотя находил, что в меланхоличных ощущениях лежит какая-то притягательная и укрепляющая сила для фантазии; но он пишет матери: «Если я иной раз так тих, то не принимайте меня за недовольного или меланхолика; я мало говорю, когда погружен в какую-нибудь мысль, книгу или душу». При всей своей нелюдимости Шуман, однако, любил посещать то общество, в котором он мог себя чувствовать нестесненным, хотя и не был тем, что принято называть «светским» человеком. «Я охотно вращаюсь в порядочных и избранных кружках, – пишет он, – коль скоро они не требуют от меня ничего другого, кроме простого, вежливого обхождения. Льстить и беспрестанно кланяться я, конечно, не в состоянии и не владею всеми светскими тонкостями». Его обращение с людьми отличалось необыкновенной простотой, задушевностью и ласковой приветливостью, которой он умел совершенно очаровать посетителя. В основании его характера лежало благородство, серьезность и необыкновенная скромность; честность взглядов соединялась с прямотой и искренностью суждений; он ненавидел все, что «не от внутреннего влечения». Будучи женихом Клары, Шуман с необыкновенной прелестью подготавливает ее к своим «недостаткам». «Иной раз тебе придется иметь много терпения со мной и даже меня бранить. У меня много недостатков, но меньше, чем прежде. Один у меня – невыносимый: это, что я людям, которых больше всего люблю, стараюсь часто доказать свою любовь тем, что делаю им назло. Так, например, передо мной давно лежит письмо для ответа. Ты мне скажешь: „Милый Роберт, ответь, пожалуйста, на это письмо, оно давно лежит“. Ты думаешь, я сделаю? Нет, я найду тысячу любезных извинений. Еще я хотел бы сообщить тебе кое-что о своем характере: как часто меня нельзя понять, как часто самые искренние выражения любви я принимаю холодно и именно тех, которых люблю больше всего, обижаю и отталкиваю. Часто мне приходится упрекать себя за это, так как я признателен в душе за всякое внимание, понимаю всякий взгляд и малейшее движение в душе другого; и все-таки так часто грешу в словах и поступках. Но ты сумеешь меня понять и простишь наверно, так как у меня не злое сердце и я люблю все доброе и прекрасное от глубины души».

Шуман был примерный сын, нежный муж и отец. Своих детей он горячо любил, но не умел проявлять своей привязанности: встречая детей на улице, он останавливался, следил за ними некоторое время, потом говорил: «Ну, вы мои милые крошки!» – и продолжал свой путь. К товарищам он относился с необыкновенным дружелюбием, идеальным доброжелательством; готов был всегда выдвинуть их, помочь им словом и делом; никогда чувство зависти не омрачало его чистой души и мысли ни на мгновение не останавливались на интриге. Только назойливых и нахальных он умел устранять с милой иронией. Обыкновенно спокойный и сдержанный, Шуман выходил из себя, когда в его присутствии отзывались дурно о близких ему людях. Однажды, в 1848 году, его посетил один знаменитый артист, который имел неосторожность острить не особенно лестно о Мендельсоне. Шуман слушал некоторое время молча, но вдруг поднялся, схватил элегантную фигуру гостя за плечи и произнес взволнованным голосом: «Милостивый государь, кто вы такой, что позволяете себе так говорить о Мендельсоне!» И вышел из комнаты.

В тех случаях, когда недоразумение выходило по вине самого Шумана, он умел необыкновенно мило загладить свой проступок. Во время своего управления оркестром в Дюссельдорфе он очень рассердился на одного из музыкантов, своего друга Василевского, за его замечание насчет неверности темпа. Поглядев на него несколько секунд в упор сверкающим взором, Шуман сказал с удивлением: «Я совсем не понимаю, чего вы хотите». Василевский обиделся, сказался больным на концерте и некоторое время избегал встречаться с Шуманом. Дней через восемь в его дверь раздался тихий стук. Он пошел поглядеть, кто бы это мог быть. Перед ним стоял сам маэстро Шуман, приветливо улыбаясь. Последовали несколько неловких минут, когда не знаешь что сказать. Наконец Шуман, войдя в комнату, прошептал доверчивым, искренним голосом:

– Где же вы были так долго?

– Здесь, в Дюссельдорфе.

О нет, – возразил он, – вы, верно, уезжали.

– Сохрани Бог, – ответил Василевский, – я все время не покидал города.

– Нет, нет, – повторял он сердечно добрым, шутливым тоном, – вы, конечно, путешествовали, – и протянул ему руку.

Мир был восстановлен.

Шуман не любил, чтобы ему мешали во время работы. Во избежание помех он или запирался в своей комнате, или прибегал к очень оригинальным мерам для удаления посетителя. Как-то друг его, Крэген, приехав в Дрезден, хотел с ним повидаться. Подойдя к его дому, он услышал звуки фортепиано, доносившиеся из комнаты Шумана, и тем увереннее дернул звонок. Но дверь не открылась. Он позвонил второй и третий раз, дверь все оставалась закрытой. Наконец распахнулось маленькое окно, из него выглянул сам Шуман, ласково кивнул ему и сказал:

– А, Крэген, это вы? Меня нет дома!

Вслед за этим закрыл окно и исчез.

Шуман был высокого роста и крепкого сложения. До болезни в осанке его отражалось благородство, спокойствие и достоинство. Он обыкновенно сидел облокотившись на стол, подпирая голову рукой и не переставая курил небольшие, тоненькие сигары, которые называл «маленькими чертиками». Ходил он медленно, почти неслышно ступая, иногда без всякой причины на цыпочках. С болезнью вся фигура его приняла вид угнетенный и подавленный.

Таков был Шуман. «Мудрым как змий и чистым как голубь» рисуется нам по его письмам и по отзывам друзей этот великий музыкант и редкий человек. Слова, сказанные им о Шуберте, могут послужить лучшим заключением его собственной биографии: «Пусть будет он именно тот, кому мы еще и еще раз мысленно пожмем руку. Не горюйте о том, что рука эта уже давно охладела и не может вам ответить, а подумайте лучше, что если есть на свете люди, подобные тому человеку, о котором мы только что говорили, то жизнь наша еще имеет цену. Но смотрите, чтобы вы, так же как он, всегда оставались верны себе, то есть тому высшему, что в вас вложено десницей Бога».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

biography.wikireading.ru

Шуман. Творческий путь | Classic-music.ru

Творческий путь. Музыкальные и литературные интересы детских лет. Университетские годы. Музыкально-критическая деятельность. Лейпцигский период. Последнее десятилетие

Роберт Шуман родился 8 июня 1810 года в городе Цвиккау (Саксония) в семье книгоиздателя. Его отец, человек интеллигент­ный и незаурядный, поощрял художественные склонности своего младшего сына *.

* Известно, что отец Шумана даже ездил в Дрезден к Веберу, чтобы угово­рить его взять на себя руководство музыкальными занятиями сына. Вебер дал согласие, но из-за отъезда в Лондон эти занятия не состоялись. Учителем Шумана был органист И. Г. Кунтш.

Шуман начал сочинять в семилетнем возрасте, но он рано обратил на себя внимание как обещающий пианист и долгое время в центре его музыкальной деятельности было форте­пианное исполнительство.

Огромное место в духовном развитии юноши занимали литера­турные интересы. В школьные годы на него произвели глубокое впечатление произведения Гёте, Шиллера, Байрона и древнегре­ческих трагиков. Позднее его литературным кумиром стал полуза­бытый ныне любимец немецких романтиков Жан Поль. Преувели­ченная эмоциональность этого писателя, его стремление к изобра­жению необычного, неуравновешенного, его своеобразный язык, перегруженный сложными метафорами, оказали большое влияние не только на литературный стиль Шумана, но и на его музыкаль­ное творчество. Неразрывность литературных и музыкальных образов является одной из самых характерных черт шумановского искусства.

Со смертью отца в 1826 году жизнь композитора превратилась, по его собственному выражению, в «борьбу между поэзией и про­зой». Под влиянием матери и опекуна, которые не сочувствовали художественным устремлениям юноши, он поступил по окончании гимназического курса на юридический факультет Лейпцигского университета. Университетские годы (1828—1830), полные внут­реннего беспокойства и метаний, оказались в духовном формиро­вании композитора весьма значительными. С самого начала его страстный интерес к музыке, литературе, философии вступил в острый конфликт с академической рутиной. В Лейпциге он начал заниматься у Фридриха Вика, хорошего музыканта и фортепиан­ного педагога. В 1830 году Шуман впервые услышал Паганини и понял, какие грандиозные возможности заложены в исполнитель­ском искусстве. Под впечатлением игры великого артиста Шуманом овладела жажда музыкальной деятельности. Тогда, даже не имея руководителя по композиции, он принялся за сочинение. Стремление создать выразительный виртуозный стиль вызвало впоследствии к жизни «Этюды для фортепиано по Каприсам Пага­нини» и «Концертные этюды по Каприсам Паганини».

Пребывание в Лейпциге, Гейдельберге (куда он перевелся в 1829 году), поездки во Франкфурт, Мюнхен, где он познакомился с Гейне, летнее путешествие по Италии — все это очень расширило его общий кругозор. Уже в эти годы Шуман остро почувствовал непримиримое противоречие между передовыми общественными устремлениями и реакционной сущностью немецкого мещанства. Ненависть к филистерам, или «дедушкам» (как назывались на студенческом жаргоне провинциальные мещане), стала доминиру­ющим чувством его жизни *.

* Шуман даже изображал филистеров в своей музыке, использовав для этого мелодию старинного танца «Grossvatertanz», то есть «Дедушкин танец» (финалы фортепианных циклов «Бабочки» и «Карнавал»).

В 1830 году душевный разлад композитора, вынужденного за­ниматься юриспруденцией, привел к тому, что Шуман покинул Гейдельберг и его академическую среду и вновь вернулся в Лейпциг к Вику, чтобы всецело и навсегда посвятить себя музыке.

Годы, проведенные в Лейпциге (с конца 1830 до 1844-го), наи­более плодотворны в творчестве Шумана. Он серьезно повредил руку, и это лишило его надежды на карьеру виртуозного исполни­теля *.

* Шуман изобрел аппарат, позволяющий развивать четвертый палец. Рабо­тая много часов подряд, он безнадежно повредил правую руку.

Тогда весь свой выдающийся талант, энергию и пропаган­дистский темперамент он обратил на композицию и музыкально-критическую деятельность.

Быстрый расцвет его творческих сил изумителен. Смелый, са­мобытный, законченный стиль его первых произведений кажется почти неправдоподобным *.

* Только с 1831 года он начал систематически заниматься по композиции у Г. Дорна.

«Бабочки» (1829—1831), вариация «Аbegg» (1830), «Симфонические этюды» (1834), «Карнавал» (1834—1835), «Фантазия» (1836), «Фантастические пьесы» (1837), «Крейслериана» (1838) и множество других произведений 30-х го­дов для фортепиано открыли новую страницу в истории музыкаль­ного искусства.

На этот ранний период приходится также почти вся замеча­тельная публицистическая деятельность Шумана.

В 1834 году при участии ряда своих друзей (Л. Шунке, Ю. Кнорр, Т. Ф. Вик) Шуман основал «Новый музыкальный жур­нал». Это было практическим осуществлением мечты Шумана о союзе передовых художников, названном им «Давидовым братством» («Давидсбунд») *.

* Это название соответствовало старинным национальным традициям Гер­мании, где средневековые цехи нередко назывались «Давидовыми братствами».

Основная цель журнала состояла в том, чтобы, как писал сам Шуман, «поднять упавшее значение искусства». Подчеркивая идейность и прогрессивный характер своего издания, Шуман снаб­дил его девизом «Молодость и движение». А в качестве эпиграфа к первому номеру избрал фразу из шекспировского сочинения: «…Лишь те, кто пришел посмотреть веселенький фарс, будут обмануты».

В «эпоху Тальберга» (выражение Шумана), когда с эстрады гремели пустые виртуозные пьесы и искусство развлекательного толка заполонило концертные и театральные залы, шумановский журнал в целом, а его статьи в особенности, производили оше­ломляющее впечатление. Эти статьи замечательны прежде всего настойчивой пропагандой великого наследия прошлого, «чистого источника», как называл его Шуман, «откуда можно черпать новые художественные красоты». Его анализы, раскрывавшие содержание музыки Баха, Бетховена, Шуберта, Моцарта, поражают своей глубиной и пониманием духа истории. Сокрушающая, полная иронии критика современных эстрадных композиторов, которых Шуман называл «торговцами искусством», во многом сохранила свою социальную остроту для буржуазной культуры наших дней.

Не менее поразительна чуткость Шумана в распознавании под­линных новых талантов и в оценке их гуманистического значения. Время подтвердило безошибочность шумановских музыкальных прогнозов. Он один из первых приветствовал творчество Шопена, Берлиоза, Листа, Брамса *.

* Первая статья Шумана о Шопене, содержащая знаменитую фразу: «Шап­ки долой, господа, перед вами гений», — появилась в 1831 году во «Всеобщей Музыкальной газете» до основания шумановского журнала. Статья о Брамсе — последняя статья Шумана — была написана в 1853 году, после многолетнего перерыва в критической деятельности.

В музыке Шопена за ее изящным ли­ризмом Шуман раньше других увидел революционное содержание, сказав о произведениях польского композитора, что это «пушки, прикрытые цветами».

Шуман проводил резкую грань между передовыми композито­рами-новаторами, истинными наследниками великих классиков, и эпигонами, которые напоминали лишь «жалкие силуэты напудрен­ных париков Гайдна и Моцарта, но не головы, носившие их».

Он радовался развитию национальной музыки в Польше, Скан­динавии и приветствовал черты народности в музыке своих соотечественников.

В годы безудержного увлечения в Германии чужеземной раз­влекательной оперой он поднимал голос за создание национально­го немецкого музыкального театра в традициях «Фиделио» Бетхо­вена и «Волшебного стрелка» Вебера. Все его высказывания и ста­тьи пронизывает вера в высокое этическое назначение искусства.

Характерной особенностью Шумана-критика было стремление к глубокой эстетической оценке содержания произведения. Анализ формы играл в ней подчиненную роль. В статьях Шумана нахо­дила выход его потребность в литературном творчестве. Нередко злободневные публицистические темы, профессиональный анализ облекались в беллетристическую форму. Иногда это были сцены или небольшие новеллы. Так появились излюбленные Шуманом «давидсбюндлеры» — Флорестан, Эвсебий, маэстро Раро. Флоре­стан и Эвсебий олицетворяли собой не только две стороны личности самого композитора, но и две господствующие тенденции романтического искусства. Оба героя — пылкий, энергичный и иронический Флорестан и юный элегический поэт и мечтатель Эвсебий — часто фигурируют в литературных и музыкальных произведениях Шумана *.

* Прототипы Флорестана и Эвсебия встречаются в романе Жан Поля «Озор­ные годы» в образах братьев-близнецов Вульта и Вальта.

Их крайние точки зрения и художественные симпатии часто примиряет мудрый и уравновешенный маэстро Раро.

Иногда Шуман писал свои статьи в форме писем другу или дневника («Записные книжки давидсбюндлеров», «Афоризмы»). Все они отличаются непринужденностью мысли и прекрасным сло­гом. Убежденность пропагандиста сочетается в них с полетом фан­тазии и богатым чувством юмора.

Влияние литературного стиля Жан Поля и отчасти Гофмана ощутимо в некоторой повышенной эмоциональности, в частом об­ращении к образным ассоциациям, в «капризности» писательской манеры Шумана. Он стремился произвести своими статьями такое же художественное впечатление, какое вызывала в нем музыка, анализу которой они посвящались.

В 1840 году в творческой биографии Шумана наметился ру­беж.

Это совпало с переломным моментом в жизни композитора — окончанием мучительной четырехлетней борьбы с Ф. Виком за пра­во жениться на его дочери Кларе. Клара Вик (1819—1896) была замечательной пианисткой. Ее игра поражала не только редким техническим совершенством, но еще больше — глубоким проникновением в авторский замысел. Клара была еще ребенком, «вундер­киндом», когда между ней и Шуманом возникла духовная бли­зость. Взгляды и художественные вкусы композитора в большой мере содействовали ее формированию как артистки. Она была и творчески одаренным музыкантом. Шуман неоднократно исполь­зовал музыкальные темы Клары Вик для своих сочинений. Их ду­ховные интересы тесно переплетались.

По всей вероятности, творческий расцвет Шумана в начале 40-х годов был связан с женитьбой. Однако нельзя недооценивать и воздействие других сильных впечатлений этого периода. В 1839 го­ду композитор посетил Вену, город, связанный со священными для него именами великих композиторов недавнего прошлого. Правда, легкомысленная атмосфера музыкальной жизни столицы Австрии оттолкнула его, а полицейский цензурный режим обескуражил и побудил отказаться от намерения переселиться в Вену, чтобы там обосновать музыкальный журнал. Тем не менее значение этой поездки велико. Познакомившись с братом Шуберта Фердинандом, Шуман отыскал среди хранившихся у него рукописей С-dur’ную (последнюю) симфонию композитора и с помощью своего друга Мендельсона сделал ее всеобщим достоянием. Шубертовское творчество пробудило в нем желание испробовать силы в романсной и камерно-симфонической музыке. На художника шумановского склада не могло не повлиять и оживление общественной жизни накануне революции 1848 года.

«Меня волнует все, что происходит на белом свете: политика, литература, люди; обо всем этом я размышляю на свой лад, и затем все это просится наружу, ищет выражения в музыке», — еще раньше говорил Шуман о своем отношении к жизни.

Искусство Шумана начала 40-х годов характеризуется значительным расширением творческих интересов. Это выразилось, в частности, в последовательном увлечении различными музыкальными жанрами.

К концу 1839 года Шуман как будто исчерпал область фортепианной музыки. Весь 1840 год он был поглощен вокальным творчеством. За короткое время Шуман создал более ста тридцати песен, в том числе все свои наиболее выдающиеся сборники и циклы («Круг песен» на тексты Гейне, «Мирты» на стихи разных поэтов, «Круг песен» на тексты Эйхендорфа, «Любовь и жизнь женщины» на стихи Шамиссо, «Любовь поэта» на тексты Гейне). После 1840 года интерес к песне надолго угасает, и следующий год проходит уже под знаком симфонизма. В 1841 году появилось четыре крупных симфонический произведения Шумана (Первая симфония, симфония d-moll, известная как Четвертая, «Увертюра, скерцо и финал», первая часть фортепианного концерта). 1842 год дает ряд прекрасных произведений в камерно-инструментальной сфере (три струнных квартета, фортепианный квартет, фортепианный квинтет) И, наконец, сочинив в 1843 году ораторию «Рай и Пери», Шуман овладевает последней не затронутой им областью музыки — вокально-драматической.

Большое разнообразие художественных замыслов характеризует и следующий период творчества Шумана (до конца 40-х годов). Среди произведений этих лет встречаем монументальные партитуры, произведения в контрапунктическом стиле под влиянием Баха, песенные и фортепианные миниатюры. Начиная с 1848 года он сочиняет хоровую музыку в немецком национальном духе. Однако именно в годы наибольшей зрелости композитора обнаружились противоречивые черты его художественного облика.

Несомненно, на музыку позднего Шумана наложило отпечаток тяжелое психическое заболевание. Многие произведения этого периода (например, Вторая симфония) создавались в борьбе «творческого духа с разрушительной силой болезни» (как говорил сам композитор). И в самом деле, временное улучшение здоровья композитора в 1848—1849 годах сразу же проявилось в творческой продуктивности. Тогда он закончил свою единственную оперу «Геновева», сочинил лучшую из трех частей музыки к «Фаусту» Гёте (известную как первая часть) и создал одно из своих наиболее выдающихся произведений — увертюру и музыку к драматической поэме Байрона «Манфред». В эти же годы у него возродился интерес к фортепианным и вокальным миниатюрам, забытым в течение предшествующего десятилетия. Появилось поразительно много и других произведений.

Но результаты бурной творческой деятельности позднего периода не были равноценными. Это объясняется не только недугом композитора.

Именно в последнее десятилетие жизни Шуман стал тяготеть к обобщающим, монументальным жанрам. Об этом свидетельствуют «Геновева» и несколько неосуществленных оперных замыслов на сюжеты Шекспира, Шиллера и Гёте, музыка к «Фаусту» Гёте и к «Манфреду» Байрона, намерение создать ораторию о Лютере, Третья симфония («Рейнская»). Но, выдающийся психолог, с редким совершенством отразивший в музыке гибкую смену душевных состояний, он не умел с той же силой воплощать объективные образы. Шуман мечтал о создании искусства в классическом духе — уравновешенного, стройного, гармонического, — однако его творческая индивидуальность проявлялась гораздо ярче в изображении порыва, волнения, мечты.

Крупные драматические произведения Шумана, при всех их неоспоримых художественных качествах, не достигали совершенства его фортепианных и вокальных миниатюр. Нередко воплощение и замысел композитора разительно отличались друг от друга. Так, вместо задуманной им народной оратории он в последние годы жизни создал лишь хоровые произведения на тексты поэтов-романтиков, написанные скорее в патриархально-сентиментальном стиле, чем в генделевских или баховских традициях. Ему удалось завершить только одну оперу, а от других театральных замыслов остались лишь увертюры.

Определенный рубеж в творческом пути Шумана наметили революционные события 1848—1849 годов.

Симпатии Шумана к революционным народным движениям неоднократно давали себя чувствовать в его музыке. Так, еще в 1839 году Шуман ввел в свой «Венский карнавал» тему «Марсельезы», ставшей гимном революционного студенчества, запрещенным венской полицией. Существует предположение, что включение темы «Марсельезы» в увертюру к «Герману и Доротее» представляло собой замаскированный протест против монархического переворота, осуществленного во Франции Луи-Наполеоном в 1851 году. Дрезденское восстание 1849 года вызвало у композитора непосредственный творческий отклик. Он сочинил на стихи революционных поэтов три вокальных ансамбля для мужских голосов в сопровождении духового оркестра («К оружию» на текст Т. Ульриха, «Черно-красно-золотое» — цвета демократов — на текст Ф. Фрейлиграта и «Песня свободы» на текст И. Фюрста) и четыре фортепианных марша ор. 76. «Я не смог найти лучшего выхода для своего возбуждения — они написаны буквально в пламенном порыве…» — говорил композитор об этих маршах, называя их «республиканскими».

Поражение революции, повлекшее за собой разочарование многих деятелей шумановского поколения, отразилось и на его творческой эволюции. В годы наступившей реакции искусство Шумана стало клониться к упадку. Из произведений, созданных им в начале 60-х годов, лишь немногие находятся на уровне его прежних лучших сочинений. Сложной, противоречивой была и картина жизни композитора в последнее десятилетие. С одной стороны, это период завоевания славы, в чем несомненна заслуга и Клары Шуман. Много концертируя, она включала в свои программы произведения мужа. В 1844 году Шуман вместе с Кларой ездил в Россию, а в 1846 — в Прагу, Берлин, Вену, в 1851—1853 году — в Швейцарию, Бельгию.

Широким успехом сопровождалось исполнение сцен к «Фаусту» во время празднования столетия со дня рождения Гёте (Дрезден, Лейпциг, Веймар).

Однако в годы растущего признания (с середины 40-х годов) композитор все больше замыкался в себе. Прогрессирующее заболевание крайне затрудняло общение с людьми. От публицистической деятельности ему пришлось отказаться еще в 1844 году, когда в поисках уединенного места Шуманы переехали в Дрезден (1844—1849). Из-за болезненной молчаливости Шуман был вынужден прекратить свою педагогическую работу в Лейпцигской консерватории, где в 1843 году вел классы композиции и чтения партитур. Должность городского дирижера в Дюссельдорфе, куда Шуманы переселились в 1850 году, была для него мучительна, так как он не мог овладеть вниманием оркестра. Руководство хоровыми обществами города было не менее тягостным еще и потому, что Шуман не сочувствовал царившей в них атмосфере сентиментальности и мещанского благодушия.

В начале 1854 года душевная болезнь Шумана приняла угрожающие формы. Его поместили в частную лечебницу в городе Энденихе близ Бонна. Там он скончался 29 июня 1856 года.

www.classic-music.ru

Фортепианное творчество Шумана: музыкальный язык

Музыкальный язык Шумана ярко самобытен.

В своем творчестве композитор широко и последовательно пре­ломлял распространенные музыкальные жанры, обращаясь для этого к народно-бытовому искусству и наследию классиков *.

* Так, Шуман часто использует вальс («Карнавал», «Бабочки»), песню («Грезы», «Бабочки», «Романс» ор. 28 № 2), арню (вторая часть Первой сонаты), полонез (в «Бабочках», в сонате ор. 11), хорал (центральный эпизод в «Причудах»), марш («Важное происшествие», вторая часть «Фантазии», финал «Симфо­нических этюдов») и т. п.

Од­нако типичные лирико-психологические и «новеллистические» черты шумановского стиля резко отличают его произведения от предшественников.

Яркая особенность музыкального языка Шумана — многопла­новость, которая проявляется и в возросшем значении гармонии, и в своеобразной полифонизации фактуры.

Композитор сам писал о том, что современные музыканты, «проникая глубже в тайны гармонии, научились выражать более тонкие оттенки чувств». Стремясь к передаче таких оттенков, Шу­ман обращается к подвижной и сложной гармонии, к неожидан­ным, иногда причудливо смешанным краскам.

Не разрушая функционально логических связей, Шуман часто прибегает к «отклонениям» от классической нормы. Он проявляет пристрастие к неожиданным модуляциям, неподготовленным дис­сонансам, хроматическим последованиям, энгармонизмам. Привыч­ные разрешения он часто заменяет неожиданными оборотами, под­час сближая отдельные тональности *,

* Например, в «Карнавале», в сцене «Reconaissance», он возвращается в то­нальность As-dur непосредственно от H-dur. В «Фантастических пьесах», в пьесе «Ночью», D-dur появляется после f-moll, и т. д.

не боясь смешения красок. Так, в начале «Крейслерианы» басы на полтакта отстают от верх­них голосов. Гармоническое движение часто проявляется не непо­средственно, а через отдаленные аккорды, «отодвигающие» и ослабляющие основные функции. Например, в начале «Карнава­ла» основная тональность показана через ее субдоминанту и до­минанту, а сам тонический аккорд дан только как проходящий. Аналогичным образом в «Причудах» тонический аккорд отодви­нут, а главная тональность представлена субдоминантовыми гар­мониями.

В стремлении Шумана к необычным гармоническим оборотам, вносящим в музыку неожиданный эмоциональный тон, есть много общего с парадоксальным юмором стихов Гейне — художника, близкого Шуману, который утверждал, что свои «резкие диссонан­сы» он вводил вполне сознательно как выражение «оппозиции к мягкотелой сентиментальности».

Усиление роли гармонии в качестве выразительного средства уже само по себе нарушило традиционное соотношение мелодии и фона. Но Шуман вообще уничтожает в своей музыке ощущение «переднего плана». Сами темы у Шумана большей частью поли­мелодичны. Они редко образуют рельефное противопоставление красочно-гармонической основе, подобно «песенно-романсным» те­мам Шуберта или Мендельсона.

Скрытые полифонические и гармонические голоса обволакивают основную мелодию, образуют с ней своеобразный свободный контрапункт в манере «арабесок»:

Гармонический и мелодический «планы» сближаются и пере­плетаются. Каждая деталь фактуры образна. Все это в совокуп­ности создает впечатление эмоциональной многоплановости.

В высшей степени своеобразна мелодика Шумана. В его форте­пианных произведениях неоднократно встречаются закругленные песенные темы в «шубертовской» манере. См., например, тему «Ро­манса» Fis-dur или «Грез». В «Романсе» плавная поющая мело­дия, как бы отдаленная от гармонического фона и противопостав­ляемая ему, вызывает яркие ассоциации с вокальной музыкой в оперных и народно-песенных традициях:

Но наряду с ними типичной чертой мелодии Шумана является интонационная подвижность, в отличие от законченных форм дав­но сложившихся народных мелодий *.

* Современник Шумана, Вагнер, обдумывая в эти же годы пути создания наиболее правдивой, точной и выразительной вокальной партии в опере, отверг «цитирование» отстоявшихся народных песен именно из-за типизированности и законченности их мелодий.

Гибкие переходы, свобода рисунка, отсутствие застывших формул (в частности, каденционных) сообщают мелодике Шумана эмоциональную непосредствен­ность. Часто мелодия звучит в средних голосах и сливается с гар­монией и фактурой. Именно в текучести кроется большая психо­логическая выразительность.

Ярко характерны шумановские энергичные ритмы. В основу его музыки часто положен ритмический принцип организованного дви­жения, который получил широкое распространение в инструмен­тальной музыке XVIII века. У Шумана на протяжении всей пьесы или раздела настойчиво пульсирует какой-нибудь один краткий ритмический мотив. Этот прием служит стержнем объединения разнокачественных музыкальных образов.

При этом шумановские ритмы новы, необычны, свободны от оков метрического схематизма и бесконечно разнообразны. Вальсовость, довольно часто встречающаяся у Шумана, ни в какой мере не определяет характер его ритмики. Энергичный облик, поры­вистость его музыки подчеркивается остротой и сложностью акцен­тов, нередко быстротой темпов. Шуману свойственны пунктирован­ные ритмы, синкопы, полиритмические эффекты. В их разнообразии проявляется неисчерпаемое воображение композитора. Утончен­ность и необычность самого ритмического рисунка проступают с особенной рельефностью на фоне повторного движения. Выдер­жанный ритмический фон оттеняет выразительные детали гармо­нии, капризной мелодии, полимелодической фактуры. Сочетание простоты с изысканностью, неизменности с неожиданностью важнейшие элементы фортепианного стиля Шумана в целом.

Новым в ритмах Шумана представляется и прихотливость тем­па, отражающего колебания душевных состоянии. Непрерывное нарастание, безудержное stringendo в конце произведения стано­вится даже одним из стилистических признаков шумановской фор­тепианной музыки в крупных формах *.

* См. Первую и Вторую фортепианные сонаты, «Фантазию», концерт.

В этом проявляется пристрастие к свободным ритмам романтиков как к одному из вы­разительных средств в передаче возбужденных, неустойчивых со­стояний.

Наконец, органический элемент фортепианных произведений Шумана — их новый пианистический стиль.

Только в фортепианной сфере, где композитор и исполнитель сливаются воедино, где богатейшие ресурсы самого инструмента открывают безграничный простор воображению художника-роман­тика, могло зародиться искусство Шумана. Эмоциональная лирика его музыки и глубина психологического проникновения, яркие об­разы могли быть раскрыты только посредством нового фортепиан­ного звучания — многоэлементной полифонизированной фактуры, красочно-тембровых эффектов, педального смешения красок и т. д. Многие произведения Шумана для рояля требуют огромного ис­полнительского темперамента, звукового блеска и технической вир­туозности. В отрыве от фортепианного звучания они утратили бы большую долю своеобразия и обаяния. Но при этом в музыке Шу­мана нет и отдаленного следа ненавистного ему эстрадно-бравур­ного стиля. Борясь с виртуозной музыкой ее собственным оружи­ем, он поставил исполнительскую технику на службу поэзии и ши­роко раздвинул границы фортепианного искусства. С этой точки зрения, Шуман занимает место в одном ряду с Шопеном и Листом.

www.classic-music.ru

Творчество Шумана как новый этап в развитии музыкального романтизма.


+Манфред

I.С творчеством Роберта Шумана музыкальный романтизм вступил в новую фазу своего развития. Это — зрелый этап романтизма, время его цветения в музыке, давшее миру в 30—40-е годы XIX века Шопена, Берлиоза, Паганини, Беллини, начавших свою деятельность Верди, Листа и Вагнера. (В русской музыке это было временем расцвета гения Глинки, многообразие которого включает и романтические черты).

Творчество Шумана, связанное с предшествующими (шубертовскими, бетховенскими) традициями, имеет многие точки соприкосновения и с поздними романтиками – Листом, Вагнером, Брукнером, особенно непосредственно подводит к Брамсу. Шуман (вместе с Шопеном) занимает центральное положение в истории музыкального романтизма. Романтизм Шумана подвергается значительной эволюции: начинает формироваться в конце 20-х – связь с Жан Полем (иенская школа), Гофманом, 30-е годы – бурная кульминация (штюрмерские годы), серед.40-х – эволюционирует в сторону объективизации худож. метода, эмоциональной уравновешенности. Заметны связи с классическими традициями (симфонии, вок.-оратор. жанры). В самом конце творческого пути Шуман теряет художественную самобытность.

В нем сконцентрировались такие качества нем. романтизма как интимность, душевность, психологизм. И другой полюс немецкой романт. сущности – ирония, проникнутая болью и тоской о недостижимом пркрасном. Две грани, два типа героя, отражающих двустороннюю сущность конфликтного шумановского восприятия = Флорестан и Эвсебий. Обобщение двух начал шумановского романтизма — всепроникающий, душевный тихий тон мечты и мятежность порыва, неистовость фантазии, ирония, смех. Оба образа тесно связаны друг с другом.

Есть и другая антитеза – образы народно-национальной традиции, сфера эпического. Отсюда две линии Шумана – субъективно-психологическая (форт. и вокальная лирика) и объективно-жанровая, легендарно-эпическая (симфонии, оратории), которые противостоят друг другу (переплетаются между собой в фантазии C-dur – контрастные планы образов). И все же главное для Шумана – сфера духовности, интимности чувств. И в этом акценте на мире внутреннем, психологическом (усилив. по сравнению с Шубертом) Ш. отразил общую направленность эволюции романтизма.


Метод раскрытия душевного, лирического мира Шумана — через контрасты эмоциональных движений показана внутренняя нить психологического развития. Внимание к психологическому анализу (роднит форт. и вокальн. миниатюры Шумана и оперы Вагнера). Для Шумана важна символическая связь внутри антитезы – мир реальный и фантастика (универс. для всего романтизма). Образные контрасты Ш. – суть жизни, новое её постижение. Шуман стремится познать жизнь во всех её проявлениях, философский охват действительности, реакция на все происходящее в мире, и особенно в его стране.

Главным содержанием Ш. творчества стала тема любви. Именно через нее Ш. раскрыл богатство внутреннего мира героя – его драму, мечты, стремления. (продолжает линию Шуберта «Неоконченная», песен. Циклы. На смену страннику Ш. пришел романтический герой новой поры – последние песни Шуберта на Гейне.) Конфликт Шуман. героя острее и импульсивнее.

Отношение к форме.Новая музыкальная форма, рожденная романтической эстетикой. Свободное чередование образов, частая и внезапная смена настроений, переключения из одного плана в другой. Циклов очень много!

Метод Шумана исходил из романтически понимаемой диалектики, основанной на идеи Несовместимости идеала и действительности, желаемого и существующего, двойственности внешнего и внутреннего.

Духовное формирование Ш. началось в 20-е годы, когда романтизм в Германии прошел через расцвет в литературе. Импульсы все шли из литературы. В Шумане очень тесно переплелись музыка и литература. Синтез искусств, проникновение музыкального начала в литературу, особенно в поэзию, и наоборот. Сочентание в вокальных жанрах, в обращении к литературным образам и сюжетам. Дальше – «Новеллетты», циклы-рассказы, лирические миниатюры (Листок из альбома, пьесы с названиями «Поэт говорит» и др.) Шуман считал, что название произведения усиливает силу музыки. Литературно-сюжетное начало отражается не в прямой программности (также имеющей место), а более внутренне и свободно – в особенностях хода музыкального развития.

 

Особенности творческой эволюции: овладевал планомерно: фортепиано — вокал — камерные жанры — концерт — симфония — оратория — опера — духовная музыка. Изданных — опусов — 147 в различных жанрах: миниатюры, песни, симфонии, ораториальные сочинения, оперы. Был ряд доопусных сочинений разных жанров — ф-но, песни, юнош. симфонии, квартеты. На самом деле получил хорошее музыкальное образование. Затем всю жизнь занимался самообразованием — добирал. Это композитор с великолепной техникой, в т.ч. полифонической.

(1810-1856) ровесник Шопена, Листа, Вагнера, Мендельсона — со всеми был знаком. Не многим более 20 лет пришлось на активный период творчества. 2,5 года в лечебнице в конце жизни. Создал очень много. Продолжатель бетховенской линии. Шуман — и классик, и романтик. Шумановский универсализм — в выборе жанров тоже сказывается: есть и лирические рапсодические пьесы, и классические жанры — сонаты, симфонии, ансамбли. Важен синтез классического и романтического. Во все периоды творчества естественно и то, и другое. Не играл на органе, но есть 6 фуг на BACH — и этим вошел в органную музыку. Детская музыка (для юношества — не автор. название — “43 характерных пьесы”). Опера — без Геновевы представить развитие оперы трудно. Т.е. во всех областях, в которых работал оставил значительный след.

Вопрос периодизации творчества очень важен. Каждый период имеет свой тонус, характер, есть своя доминанта.

Ранний период – конец 20-х и начало 30-х (до Карнавала) проходит под знаком литературных и пианистических занятий, борьба за право стать музыкантом. Студенческие годы – сначала Лейпциг, затем Гейдельберг. Путешествия по Италии и Швейцарии.

30-егг — поиск в жанровой сфере, манере сочинения. Период «Бури и натиска», бурный взлет его гения. Создатель своего романтического фортепианного стиля. Он весь в художественном порыве, творческом движении. Создает: «Карнавал», «Симфонические этюды», сонаты «Крейслериану», фантазию C-dur, «Танцы Давидсбюндлеров», новеллетты, «Фантастические пьесы», «Детские сцены», «Ночные пьесы». Активно развивается его литературно-критическая деятельность. В 1834 году в Лейпциге Шуман создал свой журнал «Новый музыкальный журнал». Обязанности Шумана в журнале были многосторонними – он был издателем, редактором, автором большинства статей. Защищал тардиции классиков и прокладывал дорогу будущему поколению, подлинному новаторству. Статьи о Шопене, Берлиозе, Брамсе. Шуману принадлежит открытие симфонического гения Шуберта.

Средний период — 40-е — женитьба, выход за рамки фортепианной музыки. Взросшая творческая активность, расширение жанровой системы. Лейпцигский этап (до поездки в Россию в 1844г.) и дрезденский этап (1844-1850гг.) Смещение в другие жанры. Песни: 1840г. – «Круг песен» (Гейне), «Мирты» и второй «Круг песен» (Эйхендорф), «Любовь и жизнь женщины» (Шамиссо) «Любовь поэта» (Гейне). Затем обращается к крупным формам инструментальной и вокальной музыки. Фортепианный концерт, первая симфония, три струнных квартета, форт. ансамбли (квинтет и квартет Es-dur), оратория «Рай и Пери». Развитие лирико-романтического русла, претворение классических форм вместе с объективизацией тематики.

Дрезден (после поездки в Россию).Новые стороны творчества. Дрезден сыграл выдающуюся роль в истории немецкой романтической оперы (Вебер приезжает, Вагнер). Опера «Геновева». Другая линия интересов Шумана – классики (Бах, Моцарт, Бетховен). Он принимает участие в заседании Баховского общества, изучает партитуры опер Моцарта, слушает «Фиделио». Пишет «Реквием по Миньоне» на стихи «Вильгельма Мейстера» Гёте. Замысел оратории «Сцены из «Фауста» Гёте» (закончил в Дюссельдорфе в 1853г.). Много хоровых произведений (связано с его деятельностью) – стимул к этому революция (48-49гг.) и восстание в Дюссельдорфе в 1849г. «Манфред». 1844г. — заболел серьезно. Выходил долго — погружение в Баха — изменение в типе композиции, в способе сочинения музыки. Барочная струя, полифония усиливается.

Поздний период 50-е годы. Внутренняя борьба – борьба творческого начала и угасания духовных сил. Последние годы Шумана – встреча и общение с Брамсом (1853г.). 2.5 года пролежал в лечебнице.

Многие жанры связаны с жизненными обстоятельствами. Например, хоры — Дрезден и Дюссельдорф — руководил разными коллективами. Музыка для детей — 2 альбома, 3 сонаты, много для 4-х рук — писалось как раз в те годы, когда подрастали его старшие дочери.

Шуман — сын издателя, при том пишущего, делал переводы. Шуман — варился в этом с детства. Позже — при издании учитывал все стороны практической составляющей.

Вместе с Шуманом в музыку пришла высокая литература, часто в нетронутом виде, неадаптированная. Эксперименты, новшества Шумана. Интересовался новым в литературе — очень маленький временной промежуток разделял издание литературы и использование ее Шуманом.

Внес огромный вклад в развитие музыкально-выразительных средств — гармония, декламация, форма — монотематические композиции — 4 симфония, ф-ный концерт. Новаторство карнавала — провокационные названия, коротко, техника работы с четырьмя нотами.

Особые жанровые миксты — концертштюк, оратория и опера, театр.пьеса и оратория, вок.цикл и мемориальная статья?

Периоды творчества освещены и представлены в концертной практике неравномерно. Большее внимание уделяется раннему, из среднего выборка, поздний — огромное количество сочинений, но знаем очень мало.

Еще при жизни начали говорить — “Шуман начал как гений, а закончил как талант”. Не совсем верно. Сейчас переоценивается творческое наследие.

 

«Манфред» — выдающийся образец романтического симфонизма. Написана увертюра в 1848 году, музыка к поэме Манфред Байрона. Определила многие характерные черты нового этапа музыкального романтизма. Образ самого героя – «Фауста 19 века» , композиция увертюры, ее выразительные средства приближают шумановское произведение к поэмному симфонизму Листа, стилистическим чертам драм Вагнера. [Музыка Австрии и Германии].

 



Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:

megalektsii.ru

биография, интересные факты, творчество, видео

Роберт Шуман

 

Творчество немецкого композитора Роберта Шумана неотделимо от его личности. Представитель лейпцигской школы, Шуман был ярким выразителем идей романтизма в музыкальном искусстве. «Разум ошибается, чувство — никогда» — таким было его творческое кредо, которому он оставался верен всю свою недолгую жизнь. Такими являются и его произведения, наполненные глубоко личными переживаниями – то светлыми и возвышенными, то мрачными и гнетущими, но предельно искренними в каждой своей ноте.

 

Краткая биография

8 июня 1810 году в небольшом саксонском городке Цвиккау произошло радостное событие — в семействе Августа Шумана родился пятый ребенок, мальчик, которого назвали Робертом. Родители тогда и подозревать не могли, что эта дата, как и имя их младшего сына, войдет в историю и станет достоянием мировой музыкальной культуры. Они были абсолютно далеки от музыки. Отец будущего композитора Август Шуман занимался книгоиздательством и был уверен, что сын пойдет по его стопам. Почувствовав в мальчике литературную одаренность, он сумел с раннего детства привить ему любовь к писательству и научил глубоко и тонко чувствовать художественное слово. Как и отец, мальчик зачитывался Жан Полем и Байроном, впитывая со страниц их сочинений все очарование романтизма. Увлечение литераторством он сохранил на всю жизнь, но его собственной жизнью стала музыка.

В семилетнем возрасте Роберт начал брать уроки игры на фортепиано. А спустя еще два года произошло событие, предопределившее его судьбу. Шуман побывал на концерте пианиста и композитора Мошелеса. Игра виртуоза настолько потрясла юное воображение Роберта, что он и думать больше ни о чем не мог, кроме музыки. Он продолжает совершенствоваться в игре на фортепиано и параллельно пробует сочинять.

После окончания гимназии юноша, уступая желанию матери, поступает в Лейпцигский университет на юриспруденцию, но будущая профессия его ничуть не увлекает. Учеба кажется ему невыносимо скучной. Втайне Шуман продолжает мечтать о музыке. Его следующим учителем становится знаменитый музыкант Фридрих Вик. Под его руководством он совершенствует технику фортепианной игры и, в конце концов, признается матери, что хочет быть музыкантом. Сломить родительское сопротивление помогает Фридрих Вик, считающий, что его подопечного ждет блестящее будущее. Шуман одержим стремлением стать виртуозным пианистом и концертировать. Но в 21 год травма правой руки навсегда ставит крест на его мечтах.

Оправившись от потрясения, он решает посвятить свою жизнь сочинению музыки. С 1831 по 1838 год его вдохновенная фантазия рождает фортепианные циклы «Вариации», «Карнавал», «Бабочки», «Фантастические пьесы», «Детские сцены», «Крейслериана».  Одновременно Шуман активно занимается публицистической деятельностью. Он создает «Новую музыкальную газету», в которой выступает за развитие нового направления в музыке, отвечающего эстетическим принципам романтизма, где в основе творчества лежат чувства, эмоции, переживания, а также на страницах газеты находят активную поддержку молодые таланты.

1840 год ознаменовался для композитора желанным брачным союзом с Кларой Вик. Испытывая необыкновенный душевный подъем, он создает циклы песен, обессмертивших его имя. Среди них — «Любовь поэта», «Мирты», «Любовь и жизнь женщины». Вместе с супругой они много гастролируют, в том числе дают концерты в России, где их принимают очень восторженно. Большое впечатление на Шумана произвела Москва и особенно Кремль. Эта поездка стала одним из последних счастливых моментов в жизни композитора. Столкновение с реальностью, заполненной постоянными заботами о хлебе насущном, повлекло за собой первые приступы депрессии. В своем стремлении обеспечить семью он переезжает сначала в Дрезден, затем в Дюссельдорф, где ему предлагают пост музыкального директора. Но очень быстро выясняется, что талантливый композитор с трудом справляется с обязанностями дирижера. Переживания по поводу своей несостоятельности в этом качестве, материальные трудности семьи, в которых он считает себя виновным, становятся причинами резкого ухудшения его душевного состояния. В 1954 году стремительно развивающаяся душевная болезнь чуть не довела Шумана до самоубийства. Спасаясь от видений и галлюцинаций, он полуодетый выскочил из дома и бросился в воды Рейна. Его удалось спасти, но после этого случая его пришлось поместить в психиатрическую больницу, откуда он больше не вышел. Ему было всего 46 лет.

 

Интересные факты

  • Имя Шумана носит международный конкурс исполнителей академической музыки, который так и называется — Internationaler Robert-Schumann-Wettbewerb. Впервые он состоялся в 1956 году в Берлине.
  • Существует музыкальная премия имени Роберта Шумана, учрежденная мэрией Цвиккау. Лауреатов премии чествуют, по традиции, в день рождения композитора — 8 июня. В их числе — музыканты, дирижеры и музыковеды, внесшие весомую лепту в популяризацию произведений композитора.
  • Шумана можно считать «крестным отцом» Иоганнеса Брамса. Будучи главным редактором «Новой музыкальной газеты» и уважаемым музыкальным критиком, он очень лестно отозвался о таланте молодого Брамса, называя его гением. Тем самым он впервые обратил на начинающего композитора внимание широкой публики.
  • Приверженцы музыкотерапии рекомендуют для спокойного сна слушать «Грезы» Шумана.
  • В подростковом возрасте Шуман под чутким руководством отца работал в качестве корректора над созданием словаря с латыни.
  • В честь 200-летия Шумана в Германии была выпущена серебряная монета номиналом 10 евро с портретом композитора. На монете выгравирована фраза из дневника композитора: «Звуки — это возвышенные слова».
  • Шуман оставил не только богатое музыкальное наследие, но и литературное – в основном автобиографического плана. На протяжении всей жизни он вел дневники — «Studententagebuch» (Студенческие дневники), «Lebensbucher» (Книги жизни), есть еще«Eheta-gebiicher» (Дневники брака) и «Reiseta-gebucher» (Дорожные дневники). Кроме того, его перу принадлежат литературные заметки «Brautbuch» (Дневник для невесты), «Erinnerungsbtichelchen fiir unsere Kinder» (Книжечки воспоминаний для наших детей), Lebensskizze (Очерк жизни) 1840 года, «Musikalischer Lebenslauf -Materialien – alteste musikalische Erinne-rungen» (Музыкальная жизнь – материалы – ранние музыкальные воспоминания), «Книга проектов», в которой описывается процесс написания собственных музыкальных произведений, а также сохранились его детские стихи.

  • К 150-летнему юбилею немецкого романтика в СССР выпустили почтовую марку.
  • В день свадьбы Шуман преподнес своей невесте Кларе Вик цикл романтических песен «Мирты», которые написал в ее честь. Клара не осталась в долгу и украсила свадебный убор миртовым венком.
  • Супруга Шумана Клара всю жизнь старалась пропагандировать творчество мужа, включая в свои концерты его произведения. Последний концерт она дала в 72 года.
  • Младшего сына композитора звали Феликс — в честь друга и коллеги Шумана Феликса Мендельсона.
  • Романтическая любовная история Клары и Роберта Шумана была экранизирована. В 1947 г. был снят американский фильм «Песнь любви» (Song of Love), где роль Клары исполнила Кэтрин Хепбёрн.

 

 

Личная жизнь

Главной женщиной в жизни немецкого композитора стала блестящая пианистка Клара Вик. Клара была дочерью одного из лучших музыкальных педагогов своего времени Фридриха Вика, у которого Шуман брал уроки игры на фортепьяно. Когда 18-летний юноша впервые услышал вдохновенную игру Клары, той было всего 8 лет. Талантливой девочке прочили блестящую карьеру. В первую очередь, об этом мечтал ее отец. Именно поэтому Фридрих Вик, который оказывал всяческую поддержку Шуману в его стремлении связать свою жизнь с музыкой, превратился из покровителя молодого композитора в его злого гения, когда узнал о чувствах дочери и своего ученика. Он был резко против союза Клары с бедным безвестным музыкантом. Но молодые люди проявили в этом случае всю твердость духа и силу характера, доказав всем, что их взаимная любовь способная выдержать любые испытания. Чтобы быть вместе со своим избранником, Клара решилась на разрыв с отцом. В 1840 г. молодые люди обвенчались.

Несмотря на глубокое чувство, связывавшее супругов, их семейная жизнь не была безоблачной. Клара совмещала концертную деятельность с ролью жены и матери, она родила Шуману восемь детей. Композитор мучился и переживал от того, что не мог обеспечить семье достойное безбедное существование, но Клара всю жизнь оставалась ему верной спутницей, стараясь всячески поддерживать мужа. Она пережила Шумана на целых 40 лет. Ее похоронили рядом с супругом.

 

Загадки Шумана

  • Шуман обладал склонностью к мистификациям. Так, он придумал двух персонажей – пылкого Флорестана и меланхоличного Эвсебия, и подписывал ими свои статьи в «Новой музыкальной газете». Статьи писались в абсолютно разной манере, и публике было невдомек, что за двумя псевдонимами скрывается один и тот же человек. Но композитор пошел еще дальше. Он объявил, что существует некое Давидово братство («Давидсбунд») – союз единомышленников, готовых бороться за передовое искусство. Впоследствии он признавался, что «Давидсбунд» является плодом его воображения.
  • Существует множество версий, объясняющих, почему у композитора в юности развился паралич руки. Одна из самых распространенных заключается в том, что Шуман в своем желании стать виртуозным пианистом изобрел специальный тренажер для растяжки кисти и развития гибкости пальцев, но в итоге получил травму, которая затем привела к параличу. Однако супруга Шумана Клара Вик всегда опровергала этот слух.
  • Цепь мистических событий связана с единственным скрипичным концертом Шумана. Однажды в ходе спиритического сеанса двум сестрам-скрипачкам поступило требование, которое, если им верить, исходило от духа Шумана, — найти и исполнить его скрипичный концерт, рукопись которого хранится в Берлине. Так и вышло: концертная партитура нашлась в берлинской библиотеке.

  • Не меньше вопросов вызывает виолончельный концерт немецкого композитора. Незадолго до попытки самоубийства маэстро работал как раз над этой партитурой. На столе осталась рукопись с правками, но из-за болезни он больше к этой работе не вернулся. Впервые концерт был исполнен уже после смерти композитора в 1860-м г. В музыке отчетливо ощущается эмоциональная неуравновешенность, но главное — его партитура настолько сложна для виолончелиста, что можно подумать, будто композитор совершенно не учитывал специфику и возможности этого инструмента. Буквально до недавнего времени виолончелисты справлялись с задачей, как могли. Шостакович сделал даже свою оркестровку этого концерта. И только недавно обнаружились архивные материалы, из которых можно сделать вывод, что концерт предназначался не для виолончели, а для…скрипки. Насколько этот факт соответствует действительности, сказать сложно, но, по свидетельству музыкальных экспертов, если ту же самую музыку в оригинале исполнить на скрипке, трудности и неудобства, на которые уже почти полтора века сетуют исполнители, исчезают сами собой.

 

Музыка Шумана в кинематографе

Образная выразительность музыки Шумана обеспечила ей популярность в мире кино. Очень часто сочинения немецкого композитора, в творчестве которого большое место занимает тема детства, используются в качестве музыкального сопровождения в картинах, рассказывающих о детях и подростках. А мрачность, драматизм, причудливость образов, присущие ряду его произведений, как нельзя более органично вплетаются в картины с мистическим или фантастическим сюжетом.

















Музыкальные произведения

Фильмы

«Arabesque», Op. 18

«Дедушка легкого поведения» (2016), «Сверхъестественное» (2014), «Загадочная история Бенджамина Баттона» (2008)

«Slumber Song» («Колыбельная песня»)

Buffalo (2015) 

«О чужих странах и людях» из цикла «Детские сцены»

«Моцарт в джунглях» (сериал, 2014)

Концерт для фортепиано ля минор Op 54-1

«Дворецкий» (2013)

«Вечером» из цикла «Фантастические пьесы»

«Свободные люди» (2011) 

«Детские сцены»

«Земля забвения» (2011), «Доктор Хаус» (2009), «Комиссар Рекс» (1999)

«Любовь поэта»

«Настройщик» (2010)

«Отчего?» из цикла «Фантастические пьесы»

«Настоящая кровь», (2008)

«Смелый наездник» из цикла «Детский альбом», Концерт для фортепиано ля минор

«Витус» (2006)

«Карнавал»

«Белая графиня» (2006)

Фортепианный квинтет ми-бемоль мажор

«Тристрам Шенди: История петушка и бычка» (2005)

Концерт для виолончели ля минор

«Франкенштейн» (2004)

Концерт для виолончели с оркестром

«Клиент всегда мертв» (2004)

«Грезы»

«За гранью» (2003)

«Веселый фермер», песня

«Сага о Форсайтах» (2002)

 

 

У Шумана была черта, которую отмечали многие современники – он приходил в искреннее восхищение, когда видел перед собой талант. При этом сам он не испытал при жизни шумной славы и признания. Сегодня настал наш черед отдать дань восхищения композитору и человеку, подарившего миру не просто необыкновенно эмоциональную музыку, а себя в ней. Не получив фундаментального музыкального образования, он создал настоящие шедевры, которые под силу лишь зрелому мастеру. В буквальном смысле он положил на музыку всю свою жизнь, не солгав о ней ни единой нотой.

 

Понравилась страница? Поделитесь с друзьями:

 

Видео: смотреть фильм о Роберте Шумане

soundtimes.ru

Роберт Шуман | Classic-music.ru

Мотивы бунтарства в творчестве Шумана. Противоречия его облика. Основные темы и образы музыки Шумана

Творчество Шумана — одна из вершин мирового музыкального искусства XIX века.

Передовые эстетические тенденции немецкой культуры периода 20—40-х годов нашли яркое выражение в его музыке. В противо­речиях, присущих шумановскому творчеству, отразились сложные противоречия общественной жизни его времени.

Искусство Шумана пронизано тем беспокойным, бунтарским духом, который роднит его с Байроном, Гейне, Гюго, Берлиозом, Вагнером и другими выдающимися художниками-романтиками.

О, пусть я кровью изойду,
Но дайте мне простор скорей.
Мне страшно задыхаться здесь,
В проклятом мире торгашей…
Нет, лучше мерзостный порок,
Разбой, насилие, грабеж,
Чем счетоводная мораль
И добродетель сытых рож.
Эй, тучка, унеси меня,
Возьми с собой в далекий путь,
В Лапландию, иль в Африку,
Иль хоть в Штеттин — куда-нибудь! * —

* Перевод В. Левика.

писал Гейне о трагедии мыслящего современника. Под этими сти­хами мог бы подписаться Шуман. В его страстной, взволнованной музыке неизменно слышится протест неудовлетворенной и мяту­щейся личности. Творчество Шумана было вызовом ненавистному «миру торгашей», его тупому консерватизму и самодовольной ограниченности. Овеянная духом протеста, музыка Шумана объективно выражала лучшие народные чаяния и стремления.

Мыслитель с передовыми политическими взглядами, сочувству­ющий революционным движениям, крупный общественный деятель, страстный пропагандист этического назначения искусства, Шуман зло бичевал духовную пустоту, мещанскую затхлость современной художественной жизни. Его музыкальные симпатии были на сто­роне Бетховена, Шуберта, Баха, искусство которых служило ему высшим художественным мерилом. В своем творчестве он стре­мился опереться на народно-национальные традиции, на демокра­тические жанры, распространенные в немецком быту.

С присущей ему страстностью Шуман призывал к обновлению этического содержания музыки, ее образно-эмоционального строя.

Но тема бунтарства получила у него своеобразную лирико-психологическую трактовку. В отличие от Гейне, Гюго, Берлиоза и не­которых других художников-романтиков, гражданский пафос был ему мало свойствен. Шуман велик в другом. Лучшая часть его раз­нообразного наследия представляет собой «исповедь сына века». Эта тема волновала многих выдающихся современников Шумана и получила воплощение в «Манфреде» Байрона, «Зимнем пути» Мюллера — Шуберта, «Фантастической симфонии» Берлиоза. Бо­гатый внутренний мир художника как отражение сложных явле­ний реальной жизни — основное содержание искусства Шумана. Здесь композитор достигает огромной идейной глубины и силы вы­ражения. Шуман первый отразил в музыке столь широкий диапа­зон переживаний своего сверстника, многообразие их оттенков, тончайшие переходы душевных состояний. Драматизм эпохи, сложность и противоречивость ее получили своеобразное прелом­ление в психологических образах шумановской музыки.

При этом творчество композитора проникнуто не только мятеж­ным порывом, но и поэтической мечтательностью. Создавая в сво­их литературных и музыкальных произведениях автобиографиче­ские образы Флорестана и Эвсебия, Шуман по существу вопло­щал в них две крайние формы выражения романтического разлада с действительностью. В приведенном выше стихотворении Гейне можно узнать героев Шумана — протестующего ироничного Фло­рестана (он предпочитает разбой «счетоводной морали сытых рож») и мечтателя Эвсебия (вместе с тучей уносящегося в неве­домые страны). Красной нитью через все его творчество проходит тема романтической мечты. Есть нечто глубоко знаменательное в том, что одно из своих самых излюбленных и художественно значительных произведений Шуман связал с образом гофмановского капельмейстера Крейслера. Бурные порывы к недосягаемо прекрасному роднят Шумана с этим импульсивным, неуравнове­шенным музыкантом.

Но, в отличие от своего литературного прототипа, Шуман не столько «приподнимается» над действительностью, сколько поэти­зирует ее. Он умел под будничной оболочкой жизни видеть ее поэтическую сущность, умел отбирать прекрасное из реальных жизненных впечатлений. Шуман привносит в музыку новые, празд­ничные, сверкающие тона, придавая им множество красочных от­тенков.

По новизне художественных тем и образов, по своей психоло­гической тонкости и правдивости музыка Шумана — явление, зна­чительно раздвинувшее границы музыкального искусства XIX века.

Творчество Шумана, в особенности фортепианные произведения и вокальная лирика, оказало огромное влияние на музыку второй половины XIX века. Фортепианные пьесы и симфонии Брамса, многие вокальные и инструментальные произведения Грига, твор­чество Вольфа, Франка и многих других композиторов восходят к шумановской музыке. Высоко ценили талант Шумана русские композиторы. Его влияние отразилось в творчестве Балакирева, Бородина, Кюи и в особенности Чайковского, который не только в камерной, но и в симфонической сфере развил и обобщил многие характерные черты шумановской эстетики.

«Можно с уверенностью сказать, — писал П. И. Чайковский, — что музыка второй половины века текущего столетия составит в будущей истории искусства период, который грядущие поколения назовут шумановским. Музыка Шумана, органически примыкаю­щая к творчеству Бетховена и в то же время резко от него отде­ляющаяся, открывает целый мир новых музыкальных форм, затра­гивает струны, которых еще не коснулись его великие предшественники. В ней мы находим отголосок тех… глубоких процессов нашей духовной жизни, тех сомнений, отчаяний и порывов к идеалу, которые обуревают сердце современного человека».

www.classic-music.ru

Реферат Шуман Роберт

Опубликовать скачать

Реферат на тему:


План:

    Введение

  • 1 Биография
  • 2 Творчество
  • 3 Память
  • 4 Основные произведения
    • 4.1 Для фортепиано
    • 4.2 Концерты
    • 4.3 Вокальные произведения
    • 4.4 Симфоническая музыка
  • 5 Записи произведений Шумана
  • 6 Библиография
  • 7 Музыкальные фрагменты
  • Примечания


Введение

Ро́берт Шу́ман (нем. Robert Schumann[1]; 8 июня 1810, Цвиккау — 29 июля 1856, Эндених (сейчас один из городских районов Бонна) — немецкий (саксонский) композитор, дирижер, музыкальный критик, педагог. Один из самых значительных композиторов первой половины XIX века. (Стиль — немецкий романтизм, художественное направление — лейпцигская школа.)


1. Биография

Дом Шумана в Цвиккау

Роберт Шуман, Вена, 1839

Музыкальная комната композитора в музее Шумана в Цвиккау

Роберт и Клара

Родился в Цвиккау (Саксония) 8 июня 1810 года в семье книгоиздателя и писателя Августа Шумана (1773—1826).

Первые уроки музыки Шуман брал у местного органиста; в возрасте 10 лет начал сочинять, в частности хоровую и оркестровую музыку. Посещал гимназию в родном городе, где познакомился с произведениями Дж. Байрона и Жан Поля, став их страстным поклонником. Настроения и образы этой романтической литературы со временем отразились в музыкальном творчестве Шумана. В детстве он приобщился к профессиональной литературной работе, составляя статьи для энциклопедии, выходившей в издательстве его отца. Серьёзно увлекался филологией, выполнял предыздательскую корректуру большого латинского словаря. А школьные литературные сочинения Шумана написаны на таком уровне, что были посмертно изданы в качестве приложения к собранию его зрелых журналистских трудов. В определенный период юности Шуман даже колебался, избрать ли ему поприще литератора или музыканта.

В 1828 году он поступил в Лейпцигский университет, а в следующем году перешёл в университет Гейдельберга. Он по настоянию матери планировал стать юристом, но музыка всё больше затягивала юношу. Его влекла идея стать концертирующим пианистом. В 1830 году он получил разрешение матери полностью посвятить себя музыке и вернулся в Лейпциг, где надеялся найти подходящего наставника. Там он начал брать уроки фортепиано у Ф. Вика и композиции у Г. Дорна. Стремясь стать настоящим виртуозом, он занимался с фанатичным упорством, но именно это и привело к беде: форсируя упражнения с механическим устройством для укрепления мышц руки, он повредил правую руку. Средний палец перестал действовать и, несмотря на длительное лечение, рука навсегда сделалась неспособной к виртуозной игре на фортепиано. Мысль о карьере профессионального пианиста пришлось оставить. Тогда Шуман серьёзно занялся композицией и одновременно музыкальной критикой. Найдя поддержку в лице Фридриха Вика, Людвига Шунке и Юлиуса Кнорра, Шуман смог в 1834 году основать одно из влиятельнейших музыкальных периодических изданий — «Новый музыкальный журнал», (нем. Neue Zeitschrift für Musik) который на протяжении нескольких лет редактировал и регулярно публиковал в нём свои статьи. Он зарекомендовал себя приверженцем нового и борцом с отжившим в искусстве, с так называемыми филистерами, то есть с теми, кто своей ограниченностью и отсталостью тормозил развитие музыки и представлял собой оплот консерватизма и бюргерства.

В октябре 1838 года композитор переехал в Вену, однако уже в начале апреля 1839 года вернулся в Лейпциг. В 1840 году Лейпцигский университет присвоил Шуману звание доктора философии. В том же году, 12 сентября в церкви в Шёнфельде состоялось бракосочетание Шумана с дочерью его учителя, выдающейся пианисткой — Кларой Вик. В год бракосочетания Шуманом было создано около 140 песен. Несколько лет совместной жизни Роберта и Клары протекли счастливо. У них родилось восемь детей. Шуман сопровождал жену в концертных поездках, а она, в свою очередь, часто исполняла музыку мужа. Шуман преподавал в Лейпцигской консерватории, учреждённой в 1843 году Ф. Мендельсоном.

В 1844 году Шуман вместе с супругой отправился в гастрольную поездку в Санкт-Петербург и Москву, где их принимали с большим почётом. В том же году Шуман переезжает из Лейпцига в Дрезден. Там впервые проявились признаки нервного расстройства. Лишь в 1846 году Шуман поправился настолько, что был в состоянии снова сочинять.

В 1850 году Шуман получил приглашение на должность городского директора музыки в Дюссельдорфе. Однако вскоре там начались размолвки, и осенью 1853 года контракт не был возобновлен. В ноябре 1853 года Шуман вместе с женой отправляется в путешествие по Голландии, где его и Клару принимали «с радостью и с почестями». Однако в том же году вновь стали проявляться симптомы болезни. В начале 1854 года после обострения болезни Шуман попытался покончить жизнь самоубийством, бросившись в Рейн, но был спасён. Его пришлось поместить в психиатрическую лечебницу в Энденихе близ Бонна. В больнице он почти не сочинял, эскизы новых сочинений утеряны. Изредка ему разрешали увидеться с супругой Кларой. Роберт умер 29 июля 1856 года. Похоронен в Бонне.


2. Творчество

Интеллектуал и эстет, в своей музыке Шуман больше, чем любой другой композитор, отразил глубоко личностную природу Романтизма. Его ранняя музыка, интроспективная и зачастую причудливая, была попыткой порвать с традицией классических форм и структур, по его мнению слишком ограниченных. Во многом родственное поэзии Г. Гейне, творчество Шумана бросало вызов духовной убогости Германии 1820-х — 1840-х годов, звало в мир высокой человечности. Наследник Ф. Шуберта и К. М. Вебера, Шуман развивал демократические и реалистические тенденции немецкого и австрийского музыкального романтизма. Мало понятая при жизни, большая часть его музыки теперь расценивается как смелое и оригинальное явление в гармонии, ритме и форме. Его произведения тесно связаны с традициями немецкой музыкальной классики.

Большая часть фортепианных произведений Шумана — это циклы из небольших пьес лирико-драматического, изобразительного и «портретного» жанров, связанных между собой внутренней сюжетно-психологической линией. Один из самых типичных циклов — «Карнавал» (1835), в котором пёстрой вереницей проходят сценки, танцы, маски, женские образы (среди них Киарина — Клара Вик), музыкальные портреты Паганини, Шопена. Близки к «Карнавалу» циклы «Бабочки» (1831, по мотивам произведения Жан Поля) и «Давидсбюндлеры» (1837). Цикл пьес «Крейслериана» (1838, названный по имени литературного героя Э. Т. А. Гофмана — музыканта-фантазёра Иоганнеса Крейслера) принадлежит к высшим достижениям Шумана. Мир романтических образов, страстная тоска, героический порыв отображены в таких произведениях Шумана для фортепиано, как «Симфонические этюды» («Этюды в форме вариаций», 1834), сонаты (1835, 1835—38, 1836), Фантазия (1836—38), концерт для фортепиано с оркестром (1841—45). Вместе с произведениями вариационного и сонатного типов у Шумана есть фортепьянные циклы, построенные по принципу сюиты или альбома пьес: «Фантастические отрывки» (1837), «Детские сцены» (1838), «Альбом для юношества» (1848) и др.

Роберт и Клара Шуман

В вокальном творчестве Шуман развивал тип лирической песни Ф. Шуберта. В тонко разработанном рисунке песен Шуман отобразил детали настроений, поэтические подробности текста, интонации живого языка. Значительно возросшая у Шумана роль фортепьянного сопровождения, дает богатое очерчивание образа и нередко досказывает смысл песен. Наиболее популярный из его вокальных циклов — «Любовь поэта» на стихи Г. Гейне (1840). Он состоит из 16 песен, в частности, «О, если б цветы угадали», или «Слышу песни звуки», «Я утром в саду встречаю», «Я не сержусь», «Во сне я горько плакал», «Вы злые, злые песни». Другой сюжетный вокальный цикл — «Любовь и жизнь женщины» на стихи А. Шамиссо (1840). Разнообразные по смыслу песни входят в циклы «Мирты» на стихи Ф. Рюккерта, И. В. Гёте, Р. Бёрнса, Г. Гейне, Дж. Байрона (1840), «Вокруг песен» на стихи Й. Эйхендорфа (1840). В вокальных балладах и песнях-сценах Шуман затронул весьма широкий круг сюжетов. Яркий образец гражданской лирики Шумана — баллада «Два гренадера» (на стихи Г. Гейне). Некоторые песни Шумана — это простые сценки или бытовые портретные зарисовки: музыка их близка к немецкой народной песне («Народная песенка» на стихи Ф. Рюккерта, и др.).

В оратории «Рай и Пэре» (1843, на сюжет одной из частей «восточного» романа «Лалла Рук» Т. Мура), равно как в «Сценах из Фауста» (1844—53, по И. В. Гёте), Шуман близко подошёл к осуществлению своей давней мечты о создании оперы. Единственная законченная опера Шумана «Геновева» (1848) на сюжет средневековой легенды не завоевала признания на сцене. Творческим успехом явилась музыка Шумана к драматической поэме «Манфред» Дж. Байрона (увертюра и 15 музыкальных номеров, 1849).

В 4 симфониях композитора (так называемая, «Весенняя», 1841; Вторая, 1845—46; так называемая, «Рейнская», 1850; Четвёртая, 1841—51) преобладают светлые, жизнерадостные настроения. Значительное место в них занимают эпизоды песенного, танцевального, лирико-картинного характера.

Шуман внёс большой вклад в музыкальную критику. Пропагандируя на страницах своего журнала творчество музыкантов-классиков, борясь против антихудожественных явлений современности, он поддерживал новую европейскую романтическую школу. Шуман бичевал виртуозное франтовство, равнодушие к искусству, которое прячется под маской благонамеренности и фальшивой учёности. Главные из выдуманных персонажей, от лица которых выступал Шуман на страницах печати, — пылкий, неистово дерзкий и иронический Флорестан и нежный мечтатель Эвзебий. Оба они воплощали черты характера одного композитора.

Идеалы Шумана были близки передовым музыкантам XIX столетия. Его высоко ценили Феликс Мендельсон, Гектор Берлиоз, Ференц Лист. В России творчество Шумана пропагандировали А. Г. Рубинштейн, П. И. Чайковский, Г. А. Ларош, деятели «Могучей кучки».


3. Память

  • Памятники
  • Скульптура Роберта Шумана

  • Памятник Р. Шуману в Цвиккау

  • Могила Роберта и Клары Шуман

  • Монеты и почтовые марки
  • К 200-летию со дня рождения композитора (2010) в ФРГ была выпущена памятная серебряная монета номиналом 10 евро

  • Почтовая марка ГДР, посвящённая Р. Шуману, 1956, 20 пфенингов (Михель 542, Скотт 304)

  • Почтовая марка СССР, 1960 год


4. Основные произведения

Здесь представлены произведения, часто используемые в концертной и педагогической практике в России, а также произведения большого масштаба, но редко исполняемые.

4.1. Для фортепиано

  • Вариации на тему «Abegg»
  • Бабочки, соч. 2
  • Танцы давидсбюндлеров, соч. 6
  • Allegro Op. 8
  • Карнавал, ор. 9
  • Три сонаты:
    • Соната № 1 фа диез минор, ор. 11
    • Соната № 3 фа минор, ор. 14
    • Соната № 2 соль минор, ор. 22
  • Фантастические пьесы, ор. 12
  • Симфонические этюды, ор. 13
  • Детские сцены, соч. 15
  • Крейслериана, ор. 16
  • Фантазия до мажор, ор. 17
  • Арабески, ор. 18
  • Юмореска, ор. 20
  • Новеллетты, ор. 21
  • Ночные пьесы, op. 23
  • Венский карнавал, ор. 26
  • Альбом для юношества, ор. 68
  • Лесные сцены, op. 82
  • Пёстрые листки, op. 99


4.2. Концерты

  • Концерт для фортепиано с оркестром ля минор, ор. 54
  • Konzertstück для четырёх валторн и оркестра, op. 86
  • Интродукция и Allegro Appassionato для фортепиано с оркестром, op. 92
  • Концерт для виолончели с оркестром, op. 129
  • Концерт для скрипки с оркестром, 1853
  • Интродукция и Allegro для фортепиано с оркестром, op. 134
  • Пьесы-фантазии для кларнета и фортепиано, op.73
  • Märchenerzählungen, Op.132

4.3. Вокальные произведения

  • «Круг песен», ор. 35 (сл. Гейне, 9 песен)
  • «Мирты», ор. 25 (на стихи различных поэтов, 26 песен)
  • «Круг песен», ор. 39 (сл. Эйхендорфа, 12 песен)
  • «Любовь и жизнь женщины», ор. 42 (сл. А. фон Шамиссо, 8 песен)
  • «Любовь поэта», ор. 48 (сл. Гейне, 16 песен)
  • «Семь песен. На память о поэтессе (Елизавете Кульман», ор. 104 (1851)
  • «Стихотворения королевы Марии Стюарт», ор. 135, 5 песен (1852)
  • «Геновева». Опера (1848)


4.4. Симфоническая музыка

  • Симфония № 1 си бемоль мажор (известная как «Весенняя»), ор. 38
  • Симфония № 2 до мажор, ор. 61
  • Симфония № 3 ми бемоль мажор «Рейнская», ор. 97
  • Симфония № 4 ре минор, ор. 120
  • Увертюра к трагедии «Манфред» (1848)
  • Увертюра «Мессинская невеста»

5. Записи произведений Шумана

Полный цикл симфоний Шумана записали дирижёры:

  • Николаус Арнонкур, Леонард Бернстайн, Антони Вит, Джон Элиот Гардинер, Кристоф фон Донаньи, Вольфганг Заваллиш, Герберт фон Караян, Отто Клемперер, Рафаэль Кубелик, Курт Мазур, Риккардо Мути, Джордж Селл, Бернард Хайтинк, Филипп Херревеге, Рикардо Шайи, Георг Шолти, Кристоф Эшенбах, Пааво Ярви.


6. Библиография

  • Воспоминания о Роберте Шумане / Составление, комментарии, предисловие О. В. Лосевой. Пер. А. В. Михайлова и О. В. Лосевой. — М.: Композитор, 2000. ISBN 5-85285-225-2 ISBN 5-89598-076-7
  • Грохотов С. В. Шуман и окрестности. Романтические прогулки по «Альбому для юношества». М., 2006. ISBN 5-89817-159-2
  • Грохотов С. В. Шуман: Карнавал. — М., 2009. ISBN 978-5-89817-285-5
  • Житомирский Д.В. Роберт и Клара Шуман в России. – М., 1962.
  • Житомирский Д. В. Роберт Шуман: Очерк жизни и творчества. — М., 1964. (2-е изд. М., 2000.)
  • Карминский М. В. Драматургия жизни Роберта Шумана // Харківські асамблеї-1995. Міжнародний музичний фестиваль «Роберт Шуман і мистецька молодь»: Збірка матеріалів / Упорядник Г. І. Ганзбург. — Харків, 1995. — С. 7-18.
  • Ганзбург Г. И. Песенный театр Роберта Шумана // Музыкальная академия. — 2005. — № 1. — С. 106—119.
  • Роберт Шуман и перекрестье путей музыки и литературы: Сб. науч. трудов. / Сост. Ганзбург Г. И. — Харьков: РА — Каравелла, 1997. — 272 c. ISBN 966-7012-26-3.
  • Свириденко С. Шуман и его песни. — СПб., 1911.


7. Музыкальные фрагменты

Внимание! Музыкальные фрагменты в формате Ogg Vorbis

  • Sempre Fantasticamente ed Appassionatamente (инф.)
  • Moderato, Sempre energico (инф.)
  • Lento sostenuto Sempre piano (инф.)


Примечания

  1. в некоторых источниках ему добавляют среднее имя Alexander

скачать
Данный реферат составлен на основе статьи из русской Википедии.
Синхронизация выполнена 09.07.11 09:59:05


Похожие рефераты: Шуман, Шуман Морис, Шуман Маргит, Морис Шуман, Маргит Шуман, Элизабет Шуман, Клара Шуман, Шуман Нильс.

Категории: Персоналии по алфавиту, Персоналии на марках, Персоналии на монетах, Романтизм, Музыканты по алфавиту, Композиторы по алфавиту, Композиторы Германии, Умершие в 1856 году, Академические музыканты Германии, Романтические композиторы, Умершие 29 июля, Родившиеся в 1810 году, Родившиеся 8 июня, Пианисты Германии.


Текст доступен по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike.

wreferat.baza-referat.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о