Садко поэма – .

Иван Суриков - Садко: читать стих, текст стихотворения поэта классика на РуСтих

1. Садко в Новегороде

1

На святой Руси, в Новегороде,
Жил богатый гость, звали Садкою:
Прежде Садко был бедняком-бедняк,
А потом казну мерил кадкою.

Где же Садко так разжился казной,
Отчего же так Садко стал богат?..
Садко был гусляр, на пирах играл;
Садке грош дадут — Садко грошу рад.

Раз он ходит день — не зовут играть,
Ходит он другой — хоть бы кто позвал,
И на третий день Садке зову нет,
На четвёртый день Садко грустен стал.

Он пошёл тогда к Ильмень-озеру,
И над озером Садко стал играть;
Звуки чудные полились, дрожат —
Встрепенулася озерная гладь.

Всколыхнулося Ильмень-озеро —
И подводный царь перед Садкой встал,
Говорит ему: «За игру твою
Наградить хочу, — хорошо играл!

Награжу тебя, будешь в почести,
Золотой казной будешь ты богат.
Ступай в Новгород, бейся, Садко, ты
С новгородцами на велик заклад.

Заложи ты им свою голову —
А они в заклад пусть кладут товар, —
Что поймаешь ты в Ильмень-озере
Золотых трёх рыб, золотых, как жар.

Как побьёшься ты с новгородцами

На велик заклад — приходи сюда,
Закинь в озеро невод шёлковый, —
Золотых трёх рыб тебе дам тогда».

Всколыхнулося Ильмень-озеро,
Всколыхнулося во всю ширь и мочь —
И подводный царь под водой исчез,
И от озера пошёл Садко прочь.

Входит в Новгород — Садко ждут давно
На почестный пир поиграть, попеть,
Зеленым вином Садко потчуют,
С зелена вина Садко стал хмелеть.

Захмелевши, он стал похвастывать,
На честном пиру похваляться стал,
Будто знает он чудо чудное,
Будто чудо то он не раз видал:

«В Ильмень-озере есть три рыбины,
Чиста золота чешуя на них».
Купцы Садке в том не поверили,
Говорят ему: «Нету рыб таких».

— «Я кладу в заклад свою голову, —
Говорит Садко богачам-купцам, —
Вы кладите же свой товар в заклад, —
Золотых трёх рыб я поймаю вам».

На такой заклад трое вызвались,
Бились с Садкою на весь свой товар.
И связал Садко невод шёлковый —
И поймал трёх рыб, золотых, как жар.

И забрал Садко у купцов товар,
Стал в Новгороде Садко торг вести,
Нажил он казны, что и сметы нет, —
И в Новгороде Садко стал в чести.

2

Распахнув шубу меха куньего,
Раз идёт Садко по Новгороду;
Входит на площадь он торговую,
Стал на площади, гладит бороду.

Заломив шапку соболиную,
Пред купцами он похваляется:
«Богачи, купцы новгородские!
Кто со мной казной потягается?

На казну свою я в Новгороде
Захочу — скуплю весь, что есть, товар,
До последнего горшка битого, —
Будет Новгород что пустой базар.

На другой-то день в Новегороде
По пустым рядамбуду я ходить,
И у вас, купцы новгородские,
Будет нечего мне тогда купить».

Богачи, купцы новгородские,
На слова Садки подивилися,
В похвальбе ему поперечили,
На большой заклад с ним побилися,

Что не скупит он весь, что есть, товар, —
Без товару им не бывать, купцам,
И не быть тому в Новегороде,
Чтоб ходил Садко по пустымрядам.

Садко утром встал, призывает слуг,
Оделяет их золотой казной,
Посылает их по Новгороду,
Чтоб скупить товар весь, где есть какой.

Разославши всех, Садко сам пошёл:
Сыплет золотом, по рядам идёт,
Закупает всё чисто-начисто,
Закупает всё, что метлой метет.

Время к вечеру, и в Новгороде
Ничего купить не осталося,

И по улицам Новогорода
Кой-какая дрянь лишь валялася.

На другой же день Садко утром встал,
По Новгороду посмотреть пошёл —
И товару в нём вдвое прежнего;
Всё опять скупил, что метлой подмёл.

Вот на третий день Садко утром встал,
По Новгороду посмотреть идёт —
А товару в нём понакладено
Втрое прежнего, — Садку зло берёт.

Призадумался Садко, видит он,
Что приходится свой заклад пробить,
Что Новгороду не бывать пустым,
Что товары в нём не повыкупить.

И пошёл Садко прямо на площадь,
Пред купцами он свою шапку снял,
Поклонился им низко-нанизко,
Поклонившися, Садко так сказал:

«Богачи, купцы новгородские!
Похвалился я, что казной богат;
Нет, не я богат, богат Новгород, —
Получайте вы от меня заклад!»

За слова свои похвастливые
Выдавал Садкоим заклад большой,
Отсыпал Садкобогачам-купцам
Ровно тридцать мер золотой казной.

2. Садко у морского царя

1

Едет Садко-купец на своих кораблях
По широкому синему морю;
Расходилась вдруг буря на синих волнах
Ко великому Садкину горю.

Ходит буря, ревёт, корабли набок гнёт,

Паруса рвёт на мелкие части,
За волною волна в синем море встаёт,
И трещат корабельные снасти.

Струсил Садко-купец пред бедою такой
И поник головою в кручине:
Не придётся, знать, Новгород видеть родной,
А придётся погибнуть в пучине.

Говорит он дружине своей удалой:
«Много лет мы по морю ходили,
А морскому царю дани мы никакой
За проход кораблей не платили.

Знать, за это на нас рассердясь, царь морской
Причинить хочет злое нам горе.
Вы берите бочонок с казной золотой
И бросайте его в сине море».

И дружина бочонок с казной золотой
В волны синего моря кидает…
Волны, пенясь, кипят над морской глубиной,
Корабли,точно щепки, швыряет…

Видит Садко, что море всё больше бурлит,
Всё сильней и сильнее клокочет,
И дружине своей удалой говорит:
«Видно, царь головы данью хочет!

Так даваюе же, братцы, кидать жеребья —
Кому жертвою быть синю морю;
Если ваш, то быть вам, если мой — буду я,
И кидайте меня — не поспорю».

Все берут жеребья, Садке в шапку кладут,
Садко в море с своим их кидает.
Жеребья всей дружины не тонут — плывут,
Только Садкин ко дну упадает.

«Выпал жеребий мой морю жертвою быть,
Заплатить дань своей головою;
Без меня к Новугороду, братцы, вам плыть,
Увидаться с сторонкой родною.

Посадите меня на дубовой доске,
Дайте гусли мои золотые,
На дубовой доске и с гуслями в руке
Опустите на волны морские».

На дубовой доске посадили его
И на синее море спустили:
Не взял Садко с собою добра ничего,
С ним одни его гусельки были.

И затихла вдруг буря на синих волнах,
Улеглася морская пучина.
И без Садки-купца на его кораблях
Понеслася по морю дружина.

2

На морской глубине, в светлом царском дворце
Ходят рыбы-киты и дельфины
И седые усы у царя на лице
Очищают от грязи и типы.

С неба солнца лучи светят в царский дворец,
Зажигают огни-изумруды.
Вот в палаты царя входит Садко-купец,
За плечом у него звонкогуды.

«А! здорово, дружище! давно тебя ждём, —
Молвил Садке морской царь, зевая,
Рот широко раскрыв и зубчатым жезлом
Прочь придворных своих отгоняя. —

Много лет ты возил на своих кораблях
Нашим морем без дани богатство, —
Так за это потешь ты игрой на гуслях
Нашу царскую милость в приятство».

Садко кудри с лица прочь рукою отвёл,
Взял он гусли свои звонкогуды,
И придворных царя смелым взглядом обвёл
И подумал себе: «Да, не худы!»

«Ладно! — молвил царю, — я потешить непрочь
Вашу царскую милость игрою».
И хватил по струнам во всю русскую мочь —
Моря гладь заходила волною.

Царь ладонями уши закрыл и кричит!
«Что за чёрт, за игра за такая?
Она царский наш слух нам совсем оглушит,
Это шутка для нас, брат, плохая!»

Садко руку отвёл, замирает струна,
Звуки тихие чуть издавая, —
Над морской глубиной улеглася волна,
Перед солнцем горя и сверкая.

Точно муха, кружась, зацепляет струну,
Точно мошки, жужжа, где-то вьются,
Точно капли дождя тихо бьют о волну, —
Звуки стройные, чудные льются.

Точно кто-то, рыдая, глубоко скорбит
О потерянном счастье когда-то,
Точно тихая речь чья-то грустно звучит
О погибшей любви без возврата.

И под звуки игры у морского царя
Голова наклонилась седая;
Хороша, как поутру на небе заря,
Загрустилась царица морская.

Ей припомнился Новгород вольный, родной,
Её девичья вышка-светлица,
Что стояла над Волховом, быстрой рекой.

И рыдает морская царица.

Загубил её век — золотые деньки —
Сын боярский, свенчавшись с другою;
Она бросилась в Волхов-реку от тоски,
Да и стала царицей морскою.

И придворные все, рот разинув, ревут,
Точно горе какое стряслося,
И из рыбьих их глаз слёзы льются, текут:
Всласть впервой им поплакать пришлося.

Садко дёрнул плечом и кудрями тряхнул —
И забегали пальцы быстрее,
И от струн побежал одуряющий гул,
Звуки льются живей и живее.

Точно дождик шумит, точно скачет волна,
Ударяясь о берег скалистый,
Зазвенела морская кругом глубина,
Понеслись гоготанье и свисты.

Ошалел царь морской, головою трясёт,
Плечи сами собой так и ходят,
И руками вертит, и ногами толчёт,
И, моргая, глазами поводит.

Скачет царь водяной, ходит фертом кругом,
И полой своей шубы он машет,
По хрустальным палатам вертится вьюном,
Приседает и с присвистом пляшет.

Садко день проиграл, проиграл и другой —
Звуки прыгают, скачут, дробятся;
Всё сильней и сильней пляшет царь водяной,
Так что начал дворец весь шататься.

Над морской глубиной волны, пенясь, кипят

И, свистя, друг на друга несутся,
И трещат корабли, мачты в воду летят,
Крики, стоны кругом раздаются.

Корабельщики все пред бедою такой
Затужились о ждущей их доле,
Что придётся погибнуть им в глуби морской,
И взмолились святому Николе.

3

Два дня Садко играл и играет ещё,
На щеках разгорелся румянец…
Кто-то Садку рукой тихо дёрг за плечо…
Глядь — стоит перед ним седой старец.

Старец стал невидим. Садко струны рванул —
На гуслях точно струн не бывало,
И замолк под водою рокочущий гул,
И в палатах царя тихо стало,

Перестал царь морской и скакать и плясать,
Говорит так он Садке с грозою:
«Что ж ты, Садко, умолк, или нас потешать
Не желаешь ты больше игрою?»

— «Я бы тешить непрочь, да ведь как же мне быть, —
На губах наиграешь не много…
Царь, порвались все струны, других захватить
Не пришло мне в умишко убогой».

— «Делать нечего, вижу, вина не твоя,
А хотелось ещё поплясать бы, —
Уж утешил бы всех своей пляскою я,
А особенно в день твоей свадьбы.

За игру твою, Садко, хочу наградить,
За большую услугу такую:
Я хочу тебя, Садко, на дочке женить,

Из царевен облюбишь какую».

— «Нет уж, батюшка царь, не изволь награждать, —
Награжденье твоё — мне кручина,
Мне царевна морская женой не под стать, —
Я простой новгородский людина.

Для простого людина мне честь велика —
Взять женою царевну морскую.
Подопью иногда, раззудится рука —
Ни за что твою дочку отдую.

За царевною нужен великий уход,
Обувать, одевать — нужны слуги,
А для этого скуден мой будет доход, —
Не возьму твою дочку в супруги.

Царь, мне надо жену вот такую бы взять,
Чтобы с ног сапоги мне снимала;
Как побью иногда, чтобы стала молчать,
Говорить предо мной не дерзала.

Чтобы делала то, что ей делать велю,
Моему не перечила б нраву;
Дай ты в жёны мне лучше прислугу твою,
Некрасивую девку Чернаву».

И женил его царь на Чернаве рябой,
На нечёсаной девке косматой;
Сорок бочек казны за Чернавой-женой
Дал в приданое царь тороватый.

После свадьбы лёг Садко в палатах царя,
От жены молодой отвернулся,
И как только поутру зажглася заря,
В Новегороде вольном проснулся,

И над Волховом, быстрой рекою, стоит,
Недалёко от дома родного,

И пред ним сорок бочек с казною лежит,
Награжденье царя водяного.

Вот и Садки суда принеслись по волнам,
Удивленье дружине — загадка,
Что за чудо такое? — не верят глазам —
Как ни в чём не бывал, стоит Садко.

Читать стих поэта Иван Суриков — Садко на сайте РуСтих: лучшие, красивые стихотворения русских и зарубежных поэтов классиков о любви, природе, жизни, Родине для детей и взрослых.

rustih.ru

Былина Садко читать онлайн

А как ведь во славноем в Нове‑граде

А и как был Садко да гусельщик‑от,

А и как не было много несчетной золотой казны,

А и как только он ходил по честным пирам,

Спотешал как он да купцей, бояр,

Веселил как он их на честных пирах.

А и как тут над Садком топерь да случилосе:

Не зовут Садка уж целый день да на почестен пир,

А и не зовут как другой день на почестен пир,

А и как третий день не зовут да на почестен пир.

А и как Садку теперь да соскучилось,

А и пошел Садко да ко Ильмень он ко озеру,

А и садился он на синь на горюч камень,

А и как начал играть он во гусли яровчаты,

А играл с утра как день топерь до вечера.

А и по вечеру как по поздному

А и волна уж в озере как сходиласе,

А как ведь вода с песком топерь смутиласе;

А и устрашился Садко топеречку да сидети он.

Одолел как Садка страх топерь великии,

А и пошел вон Садко да от озера,

А и пошел Садко как во Нов‑город.

А опять как прошла топерь темна ночь,

А и опять как на другой день

Не зовут Садка да на почестен пир,

А другой‑то да не зовут его на почестен пир,

А и как третий‑то день не зовут на почестен пир.

А и как опять Садку топерь да соскучилось,

А пошел Садко ко Ильмень да он ко озеру,

А и садился он опять на синь да на горюч камень,

У Ильмень да он у озера.

А и как начал играть он опять во гусли во яровчаты,

А играл уж как с утра день до вечера.

А и как по вечеру опять как по поздному

А и волна как в озере сходиласе,

А и как вода с песком теперь смутиласе;

А и устрашился опять Садко да новгородскии,

Одолел Садка уж как страх теперь великии.

А как пошел опять как от Ильмень да от озера,

А как он пошел во свой да он во Нов‑город.

А и как тут опять над ним да случилосе:

Не зовут Садка да на почестен пир,

А и как тут опять другой день не зовут Садка да на почестен пир,

А и как третий день не зовут Садка да на почестен пир.

А и опять Садку теперь да соскучилось,

А и пошел Садко ко Ильмень да ко озеру,

А и как он садился на синь горюч камень

да об озеро, А и как начал играть во гусли во яровчаты,

А и как ведь опять играл он с утра до вечера,

А волна уж как в озере сходиласе,

А вода ли с песком да смутиласе;

А тут осмелился как Садко да новгородскии,

А сидеть играть как он об озеро.

А и как тут вышел царь водяной топерь со озера,

А и как сам говорит царь водяной да таковы слова:

«Благодарим‑ка, Садко да новгородскии!

А спотешил нас топерь да ты во озери:

А у мня было да как во озери,

А и как у мня столованье да почестен пир,

А и как всех развеселил у мня да на честном пиру

А и любезных да гостей моих.

А и как я не знаю топерь, Садка, тебя да чем пожаловать:

А ступай, Садко, топеря да во свой во Нов‑город;

А и как завтра позовут тебя да на почестен пир,

А и как будет у купца столованье почестен пир,

А и как много будет купцей на пиру, много новгородскиих;

А и как будут все на пиру да напиватисе,

Будут всё на пиру да наедатисе,

А и как будут всё похвальбами теперь да похвалятисе,

А и кто чим будет теперь да хвастати,

А и кто чим будет теперь да похвалятисе:

А иной как будет хвастати да несчетной золотой казной,

А как иной будет хвастать добрым конем,

Иной буде хвастать силой, удачей молодецкою,

А иной буде хвастать молодый молодечеством,

А как умной‑разумной да буде хвастати

Старым батюшкой, старой матушкой,

А и безумный дурак да буде хвастати,

А й своей он как молодой женой.

А ты, Садко, да похвастай‑ко:

«А я знаю, что во Ильмень да во озери

А что есте рыба‑то – перья золотые ведь».

А как будут купцы да богатыи

А с тобой да будут споровать,

А что нету рыбы такою ведь

А что топерь да золотые ведь;

А ты с ними бей о залог топерь великии;

Залагай свою буйну да голову,

А как с них выряжай топерь

А как лавки‑во ряду да во гостиноем

С дорогими да товарамы.

А потом свяжите невод да шелковой,

Приезжайте вы ловить да во Ильмень во озеро,

А закиньте три тони во Ильмень да во озери,

А я кажну тоню дам топерь по рыбины,

Уж как перья золотые ведь.

А и получишь лавки во ряду да во гостиноём

С дорогима ведь товарамы.

А и потом будешь ты, купец, Садко, как новгородскии,

А купец будешь богатыи».

А и пошел Садко во свой да как во Нов‑город.

А и как ведь да на другой день

А как позвали Садка да на почестен пир

А и к купцу да богатому.

А и как тут да много собиралосе

А и к купцу да на почестен пир

А купцей как богатыих новгородскиих;

А и как все теперь на пиру напивалися,

А и как все на пиру да наедалисе,

А и похвальбами всё похвалялисе.

А кто чем уж как теперь да хвастает,

А кто чем на пиру да похваляется:

А иной хвастае как несчетной золотой казной,

А иной хвастае да добрым конем,

А иной хвастае силой, удачей молодецкою;

А и как умной топерь уж как хвастает

А и старым батюшком, старой матушкой,

А и безумный дурак уж как хвастает,

А и как хвастае да как своей молодой женой.

А сидит Садко, как ничем да он не хвастает,

А сидит Садко, как ничем он не похваляется;

А и как тут сидят купцы богатые новгородскии,

А и как говорят Садку таковы слова:

«А что же, Садко, сидишь, ничем же ты не хвастаешь,

Что ничем, Садко, да ты не похваляешься?»

А и говорит Садко таковы слова:

«Ай же вы, купцы богатые новгородскии

А и как чем мне, Садку, топерь хвастати,

А как чем‑то, Садку, похвалятися?

А нету у мня много несчетной золотой казны,

А нету у мня как прекрасной молодой жены,

А как мне, Садку, только есть одным да мне похвастати:

Во Ильмень да как во озери

A есте рыба как перья золотые ведь».

А и как тут купцы богатые новгородскии,

А и начали с ним да оны споровать:

Во Ильмень да что во озери

А нету рыбы такою что,

Чтобы были перья золотые ведь.

А и как говорил Садко новгородскии:

«Дак заложу я свою буйную головушку,

Боле заложить да у мня нечего».

А оны говоря: «Мы заложим в ряду да во гостиноем

Шесть купцей, шесть богатыих».

А залагали ведь как по лавочке,

С дорогима да с товарамы.

А и тут после этого А связали невод шелковой,

А и поехали ловить как в Ильмень да как во озеро,

А и закидывали тоню во Ильмень да ведь во озери,

А рыбу уж как добыли – перья золотые ведь;

А и закинули другу тоню во Ильмень да ведь во озери,

А и как добыли другую рыбину – перья золотые ведь;

А и закинули третью тоню во Ильмень да ведь во озери,

А и как добыли уж как рыбинку – перья золотые ведь.

А теперь как купцы да новгородские богатыи

А и как видят, делать да нечего,

А и как вышло правильно, как говорил Садко да новгородскии,

А и как отперлись оны да от лавочек,

А в ряду да во гостиноем,

А и с дорогима ведь с товарамы.

А и как тут получил Садко да новгородскии,

А и в ряду во гостиноём

А шесть уж как лавочек с дорогима он товарамы,

А и записался Садко в купцы да в новгородскии,

А и как стал топерь Садко купец богатыи.

А как стал торговать Садко да топеричку, В своем да он во городи,

А и как стал ездить Садко торговать да по всем местам,

А и по прочим городам да он по дальниим,

А и как стал получать барыши да он великии.

А и как тут да после этого

А женился как Садко купец новгородскии богатыи,

А еще как, Садко, после этого,

А и как выстроил он палаты белокаменны,

А и как сделал, Садко, да в своих он палатушках,

А и как обделал в теремах всё да по‑небесному

А и как на небе пекет да красное уж солнышко, ‑

В теремах у его пекет да красно солнышко;

А и как на небе светит млад да светел месяц, ‑

У его в теремах да млад светёл месяц;

А и как на небе пекут да звезды частыи, ‑

А у его в теремах пекут да звезды частыи;

А и как всем изукрасил Садко свои палаты белокаменны.

А и топерь как ведь после этого

А и собирал Садко столованье до почестен пир,

А и как всех своих купцей богатыих новгородскиих,

А и как всех‑то господ он своих новгородскиих,

А и как он ещё настоятелей своих да новгородскиих;

А и как были настоятели новгородские,

А и Лука Зиновьев ведь да Фома да Назарьев ведь;

А ещё как сбирал‑то он всих мужиков новгородскиих,

А и как повел Садко столованье – почестен пир богатый,

А топерь как все у Садка на честном пиру,

А и как все у Садка да напивалисе,

А и как все у Садка теперь да наедалисе,

А и похвальбами‑то все да похвалялисе.

А и кто чем на пиру уж как хвастает,

А и кто чим на пиру похваляется:

А иной как хвастае несчетной золотой казной,

А иной хвастае как добрым конем,

А иной хвастае силой могучею богатырскою,

А иной хвастае славным отечеством,

А иной хвастат молодым да молодечеством;

А как умной‑разумной как хвастает

Старым батюшкой да старой матушкой,

А и безумный дурак уж как хвастает

А и своей да молодой женой.

А и как ведь Садко по палатушкам он похаживат,

А и Садко ли‑то сам да выговариват:

«Ай же вы, купцы новгородские, вы богатыи,

Ай же все господа новгородскии,

Ай же все настоятели новгородскии,

Мужики как вы да новгородскии!

А у меня как вси вы на честном пиру,

А вси вы у меня как пьяны, веселы,

А как вси на пиру напивалисе,

А и как все на пиру да наедалисе,

А и похвальбами все вы похвалялисе.

А и кто чим у вас теперь хвастает:

А иной хвастае как былицею,

А иной хвастае у вас да небылицею.

А как чем буде мне, Садку, теперь похвастати?

А и у мня, у Садка новгородского,

А золота казна у мня топерь не тощится,

А цветное платьице у мня топерь не держится,

А и дружинушка хоробрая не изменяется;

А столько мне, Садку, буде похвастати

А и своей мне несчетной золотой казной:

А и на свою я несчетну золоту казну,

А и повыкуплю я как всё товары новгородскии,

А и как всё худы товары я, добрые,

А что не буде боле товаров в продаже во городи».

А и как ставали тут настоятели ведь новгородскии

А и Фома да Назарьев ведь,

А Лука да Зиновьев ведь,

А и как тут вставали да на резвы ноги

А и как говорили сами ведь да таковы слова:

«Ай же ты, Садко, купец богатый новгородскии!

А о чем ли о многом бьешь с нами о велик заклад,

Ежели выкупишь товары новгородскии,

А и худы товары все, добрыи,

Чтобы не было в продаже товаров да во городи?»

А и говорит Садко им наместо таковы слова:

«Ай же вы, настоятели новгородски!

А сколько угодно у мня хватит заложить бессчетной золотой казны».

А и говоря настоятели наместо новгородскии:

«Ай же ты, Садко да новгородскии!

А хоть ударь с намы ты о тридцати о тысячах».

А ударил Садко о тридцати да ведь о тысячах.

А и как всё со честного пиру разьезжалисе,

А и как всё со честного пиру разбиралисе,

А и как по своим домам, по своим местам.

А и как тут Садко, купец богатый новгородскиий,

А и как он на другой день вставал по утру да по раному,

А и как ведь будил он свою дружинушку хоробрую,

А и давал как он да дружинушки,

А и как долюби он бессчетныи золоты казны;

А как спущал он по улицам торговыим,

А и как сам прямо шел во гостиной ряд,

А и как тут повыкупил он товары новгородскии,

А и худы товары все, добрые.

А и ставал как на другой день

Садко, купец богатый новгородскиий,

А и как он будил дружинушку хоробрую,

А и давал уж как долюби бессчетныи золоты казны,

А и как сам прямо шел во гостиный ряд, ‑

А и как тут много товаров принавезено,

А и как много товаров принаполнено

А и на ту на славу великую новгородскую.

Он повыкупил ещё товары новгородскии,

А и худы товары все, добрыи.

А и на третий день вставал Садко, купец богатый новгородскиий,

А и будил как он да дружинушку хоробрую,

А и давал уж как долюби дружинушки

А и как много несчетной золотой казны,

А и как распущал он дружинушку по улицам торговыим,

А и как сам он прямо шел во гостиный ряд, ‑

А и как тут на славу великую новгородскую

А и подоспели как товары ведь московскии,

А и как тут принаполнился как гостиной ряд

А и дорогими товарамы ведь московскима.

А и как тут Садко топерь да пораздумался:

«А и как я повыкуплю ещё товары всё московскии,

А и на тую на славу великую новгородскую,

А и подоспеют ведь как товары заморскии:

А и как ведь топерь уж как мне, Садку,

А и не выкупить как товаров ведь

Со всего да со бела свету.

А и как лучше пусть не я да богатее,

Садко купец да новгородскиий,

А и как пусть побогатее меня славный Нов‑город,

Что не мог‑де я да повыкупить

А и товаров новгородскиих,

Чтобы не было продажи да во городи;

А лучше отдам я денежок тридцать тысячей,

Залог свой великиий!»

А отдавал уж как денежок тридцать тысячей,

Отпирался от залогу да великого.

А потом как построил тридцать караблей,

Тридцать караблей, тридцать черныих,

А и как ведь свалил он товары новгородскии

А и на черные на карабли,

А и поехал торговать купец богатый новгородскиий

А и как на своих на черных на караблях.

А поехал он да по Волхову,

А и со Волхова он во Ладожско,

А со Ладожского выплывал да во Неву‑реку,

А и как со Невы‑реки как выехал на синё морё.

А и как ехал он по синю морю,

А и как тут воротил он в Золоту Орду.

А и как там продавал он товары да ведь новгородскии,

А и получал он барыши топерь великии,

А и как насыпал он бочки ведь сороковки‑ты

А и как красного золота;

А и насыпал он много бочек да чистого серебра,

А ещё насыпал он много бочек мелкого, он крупного скатняго жемчугу.

А как потом поехал он из‑за Золотой Орды,

А и как выехал топеричку опять да на сине море.

А и как на синем море устоялисе да черны карабли,

А и как волной‑то бьет и паруса‑то рвет,

А и как ломат черны карабли,

А все с места нейдут черны карабли.

А и воспроговорил Садко, купец богатый новгородскиий,

А и ко своей он дружинушки хоробрыи:

«Ай же ты, дружина хоробрая!

А и как сколько ни по морю ездили,

А мы морскому царю дани да не плачивали.

А топерь‑то дани требует морской‑то царь в сине море».

А и тут говорит Садко, купец богатый новгородскиий:

«Ай же ты, дружина хоробрая!

А и возьмите‑тко вы, мечи‑тко в сине море

А и как бочку‑сороковку красного золота».

А и как тут дружина да хоробрая

А и как брали бочку‑сороковку красного золота,

А метали бочку в сине море.

А и как все волной‑то бьет, паруса‑то рвет,

А и ломат черны карабли да на синём мори, ‑

Всё нейдут с места карабли да на синем мори.

А и опять воспроговорил Садко, купец богатый новгородскиий

А и своей как дружинушки хоробрыи:

«Ай же ты, дружинушка моя ты хоробрая!

А видно мало этой дани царю морскому в сине море:

А и возьмите‑тко вы, мечи‑тко в сине море

А и как другую ведь бочку чистого серебра».

А и как тут дружинушка хоробрая

А кидали как другую бочку в сине море

А как чистого да серебра.

А и как все волной‑то бьет, паруса‑то рвет,

А и ломат черны карабли да на синем мори,

А всё нейдут с места карабли да на синем мори.

А и как тут говорил Садко, купец богатый новгородскиий,

А и как своей он дружинушке хоробрыи:

«Ай же ты, дружина хоробрая!

А видно, этой мало как дани в сине море:

А берите‑тко третью бочку да крупного, мелкого скатного жемчугу,

А кидайте‑тко бочку в сине море».

А как тут дружина хоробрая

А и как брали бочку крупного, мелкого скатного жемчугу,

А кидали бочку в сине море.

А и как всё на синем море стоят да черны карабли.

А волной‑то бьет, паруса‑то рвет,

А и как все ломат черны карабли, ‑

А и всё с места нейдут да черны карабли.

А и как тут говорил Садко, купец богатый новгородскиий

А своей как дружинушке он хоробрыи:

«Ай же ты, любезная как дружинушка да хоробрая!

А видно, морской‑то царь требуе как живой головы у нас в сине море.

Ай же ты, дружина хоробрая!

А и возьмите‑тко, уж как делайте

А и да жеребья да себе волжаны;

А и как всяк свои имена вы пишите на жеребьи,

А спущайте жеребья на сине море;

А я сделаю себе‑то жеребий на красное‑то на золото.

А и как спустим жеребья топерь мы на сине море:

А а как чей у нас жеребий топерь да ко дну пойдет,

А тому идти как у нас да в сине море».

А у всёй как у дружины хоробрыи

А и жеребья топерь гоголём плывут,

А и у Садка купца, гостя богатого, да ключом на дно.

Ай говорит Садко таковы слова:

«А и как эти жеребьи есть неправильни;

А и вы сделайте жеребьи как на красное да золото,

А я сделаю жеребий да дубовыи.

А и как вы пишите всяк свои имена да на жеребьи,

А и спущайте‑тко жеребьи на сине море:

А и как чей у нас жеребий да ко дну пойдет,

А тому как у нас идти да в сине море».

А и как вся тут дружинушка хоробрая

А и спущали жеребья на сине море,

А и у всей как у дружинушки хоробрыи

А и как всё жеребья как теперь да гоголем плывут,

А Садков как жеребий да теперь ключом на дно.

А и опять говорил Садко да таковы слова:

«А как эти жеребьи есть неправильни.

Ай же ты, дружина хоробрая!

А и как делайте вы как жеребьи дубовыи,

А и как сделаю я жеребий липовой,

А как будем писать мы имена всё на жеребьи,

А спущать уж как будем жеребья мы на сине море,

А топерь как в остатниих:

Как чей топерь жеребий ко дну пойдет,

А и тому как идти у нас да в сине море».

А и как тут вся дружина хоробрая

А и как делали жеребьи все дубовые,

А он делал уж как жеребий себе липовой,

А и как всяк свои имена да писали на жеребьи,

А и спущали жеребья на сине море.

А у всей дружинушки ведь хоробрыей

А и жеребья теперь гоголем плывут да на синем мори,

А и у Садка, купца богатого новгородского, ключом на дно.

А как тут говорил Садко таковы слова:

«А и как видно, Садку да делать топерь нечего,

А и самого Садка требует царь морской да в сине море.

Ай же ты, дружинушка моя да хоробрая, любезная!

А и возьмите‑тко вы, несите‑тко

А и мою как чернильницу вы вальячную,

А и неси‑тко как перо лебединоё,

А и несите‑тко вы бумаги топерь вы мне гербовыи».

А и как тут как дружинушка ведь хоробрая

А несли ему как чернильницу да вальячную,

А и несли как перо лебединоё,

А и несли как лист‑бумагу как гербовую.

А и как тут Садко, купец богатый новгородскиий,

А садился он на ременчат стул

А к тому он к столику ко дубовому,

А и как начал он именьица своего да он отписывать:

А как отписывал он именья по Божьим церквам,

А и как много отписывал он именья нищей братии,

А как ино именьицо он отписывал да молодой жены,

А и достальнёё именье отписывал дружине он хоробрыей.

А и как сам потом заплакал он,

Говорил он как дружинушке хоробрыей:

«Ай же ты, дружина хоробрая да любезная!

А и полагайте вы доску дубовую на сине море,

А что мне свалиться, Садку, мне‑ка на доску,

А не то как страшно мне принять смерть во синем мори».

А и как тут он ещё взимал с собой свои гусёлка яровчаты,

А и заплакал горько, прощался он с дружинушкой хороброю,

А и прощался он теперичку со всим да со белым светом,

А и как он теперичку прощался ведь

А со своим он со Новым со городом.

А потом свалился на доску он на дубовую,

А и понесло как Садка на доски да по синю морю.

А и как тут побежали черны‑ты карабли,

А и как будто полетели черны вороны,

А и как тут остался теперь Садко да на синем мори.

А и как ведь со страху великого

А заснул Садко на той доске на дубовыи.

А как ведь проснулся Садко, купец богатый новгородскиий,

А и в Окиян‑мори да на самом дни,

А увидел – сквозь воду пекет красно солнышко,

А как ведь очутилась возле палата белокаменна.

А заходил как он в палату белокаменну:

А и сидит теперь как во палатушках

А и как царь‑то морской теперь на стуле ведь.

А и говорит царь‑то морской таковы слова:

«А и как здравствуйте, купец богатыи,

Садко да новгородский!

А и как сколько ни по морю ездил ты,

А и как морскому царю дани не плачивал в сине море,

А и теперь уж сам весь пришел ко мне да во подарочках.

Ах, скажут, ты мастер играть во гусли во яровчаты:

А поиграй‑ко мне как в гусли во яровчаты».

А как тут Садко видит, в синем море делать нечего:

Принужон он играть как во гусли во яровчаты.

А и как начал играть Садко как во гусли во яровчаты,

А как начал плясать царь морской теперь в синем мори,

А от него сколебалосе все сине море,

А сходилася волна да на синем мори,

А и как стал он разбивать много черных караблей да на синем мори,

А и как много стало ведь тонуть народу да в сине море

А и как много стало гинуть именьица да в сине море,

А как теперь на синем мори многи люди добрыи,

А и как многи ведь да люди православные

От желаньица как молятся Николы да Можайскому,

А и чтоб повынес Николай их угодник из синя моря.

А как тут Садка новгородского как чёснуло в плечо да во правое

А и как обвернулся назад Садко, купец богатый новгородскиий –

А стоит как топерь старичок да назади уж как белыи, седатыи,

А и как говорил да старичок таковы слова:

«А и как полно те играть, Садко, во гусли во яровчаты в синем мори!»

А и говорит Садко как наместо таковы слова:

«А и топерь у меня не своя воля да в синем мори,

Заставлят как играть меня царь морской».

А и говорил опять старичок наместо таковы слова:

«А и как ты, Садко, купец богатый новгородскиий!

А и как ты струночки повырви‑ко,

Как шпенёчики повыломай,

А и как ты скажи теперь царю морскому ведь:

А и у мня струн не случилосе,

Шпенечиков у мня не пригодилосе,

А и как боле играть у мня не во что.

А тебе скажет как царь морской:

„А и не угодно ли тебе, Садко, женитися

в синем мори А и на душечке как на красной девушке?»

А и как ты скажи ему топерь да в синем мори,

А и скажи: царь морской, как воля твоя топерь в синем мори,

А и как что ты знашь, то и делай‑ко.

А и как он скажет тебе да топеречку:

„А и заутра ты приготовляйся‑тко,

А и Садко, купец богатый новгородскиий,

А и выбирай, как скажет, ты девицу себе по уму, по разуму».

Так ты смотри, перво три ста девиц ты стадо пропусти,

А ты другое три ста девиц ты стадо пропусти,

А как третье три ста девиц ты стадо пропусти,

А в том стаде на конци на остатнием

А и идет как девица‑красавица,

А по фамилии как Чернава‑то:

Так ты эту Чернаву‑то бери в замужество,

А и тогда ты, Садко, да счастлив будешь.

А и как лягешь спать первой ночи ведь,

А смотри, не твори, блуда никакого‑то

С той девицей со Чернавою.

Как проснешься тут ты в синем мори,

Так будешь в Нове‑граде на крутом кряжу,

А о ту о реченку о Чернаву‑то.

А ежели сотворишь как блуд ты в синем мори,

Так ты останешься навеки да в синем мори.

А когда ты будешь ведь на святой Руси,

Да во своем да ты да во городи,

А и тогда построй ты церковь соборную

Да Николы да Можайскому,

А и как есть я Никола Можайскиий».

А как тут потерялся топерь старичок да седатыи.

Ай как тут Садко, купец богатый новгородский, в синем мори,

А и как струночки он повырывал,

Шпенечики у гуселышек повыломал,

А не стал ведь он боле играти во гусли во яровчаты.

А и остоялся как царь морской,

Не стал плясать он топерь в синем мори,

А и как сам говорил уж царь таковы слова:

«А что же не играшь, Садко, купец богатый новгородскиий,

А и во гусли ведь да во яровчаты?»

А и говорил Садко таковы слова:

«А и топерь струночки как я повырывал,

Шпенечики я повыломал,

А у меня боле с собой ничего да не случилосе»,

А и как говорил царь морской:

«Не угодно ли тебе жениться, Садко, в синем мори,

А и как ведь на душечке на красной да на девушке?»

А и как он наместо говорил ему:

«А и теперь как волюшка твоя надо мной в синем мори».

А и как тут говорил уж царь морской:

«Ай же ты, Садко, купец богатый новгородскиий!

А и заутра выбирай себе девицу да красавицу

По уму себе да по разуму».

А и как дошло дело до утра ведь до ранняго,

А и как стал Садко, купец богатый новгородскиий,

А и как пошел выбирать себе девицы‑красавицы,

А и посмотрит, стоит уж как царь морской.

А и как три ста девиц повели мимо их‑то ведь,

А он‑то перво три ста девиц да стадо пропустил,

А друго он три ста девиц да стадо пропустил,

А и третье он три ста девиц да стадо пропустил.

А посмотрит, позади идет девица‑красавица,

А и по фамилии что как зовут Чернавою.

А он ту Чернаву любовал, брал за себя во замужество

А и как тут говорил царь морской таковы слова:

«А и как ты умел да женитися, Садко, в синем мори».

А теперь как пошло у них столованье да почестен пир в синем мори,

А и как тут прошло у них столованье да почестен пир,

А и как тут ложился спать Садко, купец богатый новгородскиий,

А в синём мори он с девицею с красавицей,

А во спальней он да во теплоей;

А и не творил с ней блуда никакого, да заснул в сон во крепкии.

А и как он проснулся, Садко, купец богатый новгородскиий,

Ажно очутился Садко во своем да во городи,

О реку о Чернаву на крутом кряжу.

А и как тут увидел – бежат по Волхову

А свои да черные да карабли,

А как ведь дружинушка как хоробрая

А поминают ведь Садка в синем мори,

А и Садка, купца богатого, да жена его

А поминат Садка со своей дружиною хороброю.

А как тут увидала дружинушка,

Что стоит Садко на крутом кряжу да о Волхово,

А и как тут дружинушка вся она расчудоваласе,

А и как тому чуду ведь сдивоваласе,

Что оставили мы Садка да на синем мори,

А Садко впереди нас да во своем во городи.

А и как встретил ведь Садко дружинушку хоробрую,

Все черные тут карабли.

А как теперь поздоровкались,

Пошли во палаты Садка, купца богатого.

А как он топеречку здоровался со своей с молодой женой.

А и теперь как он после этого

А и повыгрузил он со караблей

А как все свое да он именьицо,

А и повыкатил как он всю свою да несчетну золоту казну,

А и теперь как на свою он несчетну золоту казну

А и как сделал церковь соборную Николы да Можайскому,

А и как другую церковь сделал Пресвятыи Богородицы.

А и топерь как ведь да после этого

А и как начал Господу Богу он да молитися,

А и о своих грехах да он прощатися.

А как боле не стал выезжать да на сине море,

А и как стал проживать во своем да он во городи.

А и теперь как ведь да после этого А и тому да всему да славы поют.

www.hobobo.ru

«Садко» - Стихотворение Алексея Толстого

Сидит у царя водяного Садко И с думою смотрит печальной, Как моря пучина над ним высоко Синеет сквозь терем хрустальный; Там ходят как тени над ним корабли, Товарищи там его ищут, Там берег остался цветущей земли, Там птицы порхают и свищут; А здесь на него любопытно глядит Белуга, глазами моргая, Иль мелкими искрами мимо бежит Снятков серебристая стая. Куда он ни взглянет — всё синяя гладь, Всё воду лишь видит да воду, И песни устал он на гуслях играть Царю водяному в угоду. Л царь, улыбаясь, ему говорит: «Садко, мое милое чадо, Поведай, зачем так печален твой вид? Скажи мне, чего тебе надо? Кутья ли с шафраном моя не вкусна? Блины с инбирем не жирны ли? Аль в чем неприветна царица-жена? Аль дочери чем досадили? Смотри, как алмазы здесь ярко горят! Как много здесь яхонтов алых! Сокровищ ты столько нашел бы навряд В хваленых софийских подвалах!» «Ты гой еси, царь-государь водяной, Морское пресветлое чудо! Я много доволен твоею женой, И мне от царевен не худо; Вкусны и кутья, и блины с инбирем, Одно, государь, мне обидно: Куда ни посмотришь, всё мокро кругом, Сухого местечка не видно! Что пользы мне в том, что сокровищ полны Подводные эти хоромы! Увидеть бы мне хотя б зелень сосны, Прилечь хоть на ворох соломы! Богатством своим ты меня не держи; Все роскоши эти и неги Я б отдал за крик перепелки во ржи, За скрып новгородской телеги! Давно так не видно мне божьего дня, Мне запаху здесь — только тина; Хоть дегтем повеяло б раз на меня, Хоть дымом курного овина! Когда же я вспомню, что этой порой Весна на земле расцветает, И сам уж не знаю, что станет со мной: За сердце вот так и хватает! Теперь у нас пляски в лесу в молодом, Забыты и стужа и слякоть — Когда я подумаю только о том, От грусти мне хочется плакать! Теперь, чай, и птица, и всякая зверь У нас на земле веселится; Сквозь лист прошлогодний пробившись, теперь Синеет в лесу медуница! Во свежем, в зеленом, в лесу молодом Березой душистою пахнет — И сердце во мне, лишь помыслю о том, С тоски изнывает и чахнет!» «Садко, мое чадо, городишь ты вздор, Земля нестерпима от зною; Я в этом сошлюся на целый мой двор — Всегда он согласен со мною. Мой терем есть моря великого пуп, Твой жеребий, стало быть, светел; А ты непонятлив, несведущ и глуп, Я это давно уж заметил. Ты в думе пригоден моей заседать, Твою возвеличу я долю И сан водяного советника дать Тебе непременно изволю!» «Ты гой еси, царь-государь водяной, Премного тебе я обязан, Но почести я недостоин морской, Уж очень к земле я привязан. Бывало, не всё там норовилось мне, Не по сердцу было иное; С тех пор же, как я очутился на дне, Мне всё стало мило земное; Припомнился пес мне, и грязен и хил, В репьях и в сору извалялся; На пир я в ту пору на званый спешил, А он мне под ноги попался; Брюзгливо взглянув, я его отогнал, Ногой оттолкнул его гордо — Вот этого пса я б теперь целовал И в темя, и в очи, и в морду!» «Садко, мое чадо, на кую ты стать О псе вспоминаешь сегодня? Зачем тебе грязного пса целовать? На то мои дочки пригодней. Воистину, чем бы ты им не жених? Я вижу, хоть в ус и не дую, Пошла за тебя бы любая из них — Бери ж себе в жены любую!» «Ты гой еси, царь-государь водяной, Морское пресветлое чудо! Боюся, от брака с такою женой Не вышло б душе моей худо! Не спорю, они у тебя хороши И цвет их очей изумрудный, Но только колючи они, как ерши, Нам было б сожительство трудно. Я тем не порочу твоих дочерей, Но я бы не то что любую, А всех их сейчас променял бы, ей-ей, На первую девку рябую!» «Садко, мое чадо, уж очень ты груб, Не нравится речь мне такая; Когда бы твою не ценил я игру б, Ногой тебе дал бы пинка я. Но печени как-то сегодня свежо, Веселье в утробе я чую; О свадьбе твоей потолкуем ужо, Теперь же сыграй плясовую!» Ударил Садко по струнам трепака, Сам к черту шлет царскую ласку, А царь, ухмыляясь, уперся в бока, Готовится, дрыгая, в пляску. Сперва лишь на месте поводит усом, Щетинистой бровью кивает, Но вот запыхтел и надулся, как сом, Всё боле его разбирает. Похаживать начал, плечьми шевеля, Подпрыгивать мимо царицы, Да вдруг как пойдет выводить вензеля, Так все затряслись половицы. «Ну,— мыслит Садко, — я тебя заморю!» С досады быстрей он играет, Но, как ни частит, водяному царю Всё более сил прибывает. Пустился навыверт пятами месить, Закидывать ногу за ногу, Откуда взялася, подумаешь, прыть? Глядеть индо страшно, ей-богу! Бояре в испуге ползут окарачь, Царица присела аж на пол, Пищат-ин царевны, а царь себе вскачь Знай чешет ногами обапол. То, выпятя грудь, на придворных он прет, То, скорчившись, пятится боком, Ломает коленца и взад и вперед. Валяет загребом и скоком; И всё веселей и привольней ему, Коленца выходят всё круче — Темнее становится всё в терему, Над морем сбираются тучи... Но шибче играет Садко, осерча, Сжав зубы и брови нахмуря, Он злится, он дергает струны сплеча — Вверху подымается буря... Вот дальними грянул раскатами гром, Сверкнуло в пучинном просторе, И огненным светом зардела кругом Глубокая празелень моря. Вот крики послышались там высоко: То гибнут пловцы с кораблями... Отчаянней бьет пятернями Садко, Царь бешеней месит ногами; Вприсядку понес его черт ходуном, Он фыркает, пышет и дует, Гремит плясовая, колеблется дом, И море ревет и бушует... И вот пузыри от подстепья пошли, Садко уже видит сквозь стены: Разбитые ко дну летят корабли, Крутяся средь ила и пены; Он видит: моряк не один потонул, В нем сердце исполнилось жали, Он сильною хваткой за струны рванул — И, лопнув, они завизжали. Споткнувшись, на месте стал царь водяной, Ногою подъятой болтая: «Никак, подшутил ты, Садко, надо мной? Противна мне шутка такая! Не в пору, невело, ты струны порвал, Как раз когда я расплясался! Такого колена никто не видал, Какое я дать собирался! Зачем здоровее ты струн не припас? Как буду теперь без музыки? Аль ты, неумытый, плясать в сухопляс Велишь мне, царю и владыке?» И плесом чешуйным в потылицу царь Хватил его, ярости полный, И вот завертелся Садко как кубарь, И вверх понесли его волны... Сидит в Новеграде Садко невредим, С ним вящие все уличане; На скатерти браной шипит перед ним Вино в венецейском стакане. Степенный посадник, и тысяцкий тут, И старых посадников двое, И с ними кончанские старосты пьют Здоровье Садку круговое. «Поведай, Садко, уходил ты куда? На чудскую Емь аль на Балты? Где бросил свои расшивные суда? И без вести где пропадал ты?» Поет и на гуслях играет Садко, Поет про царя водяного: Как было там жить у него нелегко И как уж он пляшет здорово; Поет про поход без утайки про свой, Какая чему была чередь,— Качают в сомнении все головой, Не могут рассказу поверить.

А.К.Толстой. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Библиотека поэта. Большая серия. Ленинград: Советский писатель, 1984.

rupoem.ru

Опера «Садко»: содержание, видео, интересные факты

Н.А. Римский-Корсаков опера «Садко»

 

Опера-былина Н.А. Римского-Корсакова «Садко» — это образец подлинного народного стиля. Она завораживает своим необычным сюжетом и привлекает сказочно-фантастическими образами, а также столь любимой композитором зарисовкой морской стихии. Кроме того, все красочное действие разворачивается на фоне народных тем.

 

 

 Действующие лица

Голос

Описание

Садко тенор новгородский певец и гусляр
Любава Буслаевна меццо-сопрано жена Садко
Фома Назарыч бас старшина Новгорода
Лука Зиновьич тенор воевода Новгорода
Нежата контральто юный киевский гусляр 
Океан-Море бас повелитель моря
Волхова сопрано дочь морского повелителя

 

 

Краткое содержание

По сюжету спектакля, Садко – новгородский гусляр, который мечтает о странствиях и приключениях. Песни, в которых музыкант осуждает купцов за пустое хвастовство и отказывается славить богатство, пришлись не по нраву высшей знати, и его прогоняют с городского пира. Гусляр отправляется на берег Ильмень-озера, чтобы там петь свои чудесные песни. По душе пришлось творчество молодого человека дочерям Царя Морского, и одна из них – Волхова, предсказала Садко благополучие и пообещала подарить три рыбки золото-перо. Решил тогда гусляр на торговой площади бросить вызов купцам. Пообещал Садко предоставить доказательства, что есть в Ильмень-озере диковинная золотопёрая рыба. Закинув невод, достал он сразу три рыбешки, которые вмиг стали драгоценными слитками. Сказочно разбогател Садко, сразу же собрал дружину и снарядил корабль, чтобы отправиться в страны заморские. Дома осталась ждать его красавица жена.

Двенадцать лет странствовал гусляр со своей дружиной, все это время Морской Царь не отпускал его домой. Садко догадался, что он требует плату, однако, не сразу понял какую именно. Дело в том, что сама Волхова – дочка Владыки Морского, захотела заполучить гусляра, так полюбившегося ей. Ничего не оставалось Садко, как отправиться к ней, в морскую бездну. Оказавшись на дне, он встречает Морского Царя и его семью. Своим чудесным пением, гусляр очаровал не только Царицу, но и самого Владыку Морского, и было решено сыграть свадьбу Садко и Волховы. Во время праздничного веселья внезапно возникает Видение-Старчище и советует гусляру возвращаться назад в Новгород.

На берег музыкант уже отправляется со своей новой женой. Оказавшись на суше, Садко засыпает, а его жена – Царица Волхова остается охранять покой любимого. С рассветом исчезает дочь Царя Морского, словно призрачное видение, и Садко встречается со своей законной женой Любавой, преданно ждавшей его все это время. Без следа испаряется с утренним туманом Царица Морская, оставив после себя лишь реку Волхову, которая соединилась с Ильмень-озером, а по ее руслу наконец-то возвращаются домой корабли Садко вместе со всей дружиной. Все жители города вышли посмотреть на чудо-чудное - реку, внезапно появившуюся из ниоткуда и встретить дорогих гостей.

 

Продолжительность спектакля  
I Акт II Акт III Акт
50 мин. 60 мин. 60 мин.

 Фото:

 

 

 

Интересные факты

  • Премьера «Садко» прошла с огромным успехом, несмотря на то, что первоначально дирекция Мариинского театра не одобрила спектакль. Более того, Николай II сам вычеркнул это произведение из репертуара.
  • Опера включает в себя несколько отрывков из симфонической поэмы «Садко», которая была написана Римским-Корсаковым 30-ю годами ранее на тот же сюжет.
  • Инструментальная аранжировка Томми Дорси "Песни индийского гостя" 1938 года, сразу стала классикой джаза.
  • Целых 3 столетия (12-15 вв.) через Новгород проходили все товарные перевозки с Запада на Русь. За счет такой монополии над всем русским рынком, Новгород заработал преимущество перед другими городами Руси в политическом могуществе и богатстве. Ни одному заморскому купцу не было возможности пройти мимо города рыночных дел. По некоторым источникам считается, что Садко - историческая личность. В новгородской летописи (1167г.) сохранилась запись о Садко Сытиниче, заложившим церковь из камня. Это церковное построение дало возможность сохранить в памяти народа имя "сказочного" героя Садко, а также это подтверждает информацию о том, что он был богат и занимался строительным делом.
  • Квалифицированные историки и фольклористы склоняются к мнению, что история о Садко - вымысел. Одно из доказательств мистификации, по мнению специалистов то, что в писаниях "Джагфар Тарихы" (Фальшивая, историческая летопись. Историки относят этот булгарский свод конца 20 века к современным подделкам) присутствует рассказ о Садыке, который являлся новгородским купцом. По данным текстам Садыка перешел служить тюркам, после заточения в плену.
  • Сценические подробности, многие монологи и диалоги, а также детали по декорациям, которые были упомянуты в нотном тексте, Римский-Корсаков заимствовал полностью из разных былинных и песенных источников, а также не обделил вниманием народные заговоры и причитания. Так, два номера из оперы откровенный народный эпос, Николай Андреевич их только немного сократил, речь идет о былине о Волхве и о песне о Соловье.
  • Московская частная опера С.И. Мамонтова стала первым театром, где была поставлена данная музыкальная драма. Но после удачной постановки в помещении практически сразу произошло воспламенение. Загородный проспект, дом 28 - это адрес, по которому Николай Андреевич провел целых 15 лет. На сегодняшний день его квартира является музеем. Такие великие оперные произведения как "Садко", "Царская невеста", "Сказка о царе Салтане", были сочинены в этой самой квартире. По настоящий день всё сохранено также, как и при живом Николае Андреевиче.
  • Существуют различные варианты сказаний о Садко богатом госте. В содержание произведения композитор многое взял из этих вариаций, а также соединил их со сказками, находящимися в сборнике Афанасьева.
  • В былине о гусляре, время произошедшего указано 11-12 вв., но Николай Андреевич изменил временные рамки, создав музыкальную драму полусказочной и полуисторической. Римский-Корсаков написал произведение, имея в виду века, когда в Новгороде только стало появляться понимание, что такое христианство, а старо-языческие веры имели еще очень сильное влияние на народ.
  • Народный художник СССР Ф.Ф. Федоровский в свое время был создателем художественного оформления оперы "Садко" (Большой театр). Будучи увлеченным древнерусскими всевозможными эпическими сказаниями, а также бытом, Федоровский творчески вдохновлялся подобными источниками. Именно благодаря такой заинтересованности, художник создал великолепные декорации и костюмы к музыкальной драме "Садко". Его художественный труд был настолько хорошо оценен, что в середине 20 века ему вручили Сталинскую премию первой степени. 

 

Популярные арии и номера

Песня Садко "Заиграйте, мои гусельки" - слушать

Колыбельная Волховы «Сон по бережку ходил» - слушать

Вступление "Океан-море синее" - слушать

Песня индийского гостя - слушать

 

Музыка

Опера «Садко» эпическая. Так, Римский-Корсаков, последователь Глинки, сохранил традиции, которые Михаил Иванович заложил в музыкальной драме "Руслан и Людмила". Одна из особенностей, что содержит в себе эпическая драматургия - это отсутствие в опере делений на действия. Произведение "Садко" умещается в семи картинах. Композитор во время постановок все-таки давал возможность делать разделения. Первый предложенный им вариант - это делить на два действия, второй - на пять. Для создания опоры всей партитуры, композитором было очень грамотно продумано построение и размещение сцен с большим количеством участников. Автор сделал структуру партий равномерной: массовые произведения в первой, четвертой и седьмой картине. Раскрытие фантастических образов осуществились во второй и шестой картине, а в третью и пятую вписались лирико-драматические образы. У всех главных действующих героев интересные музыкальные портреты. Это показывают обширные и развивающиеся вокальные арии и песни, изображенные в декорациях жизнь и быт народа. В музыкальном содержание оперы сильно выделяются насыщенность, красочность и контрастность. Сказочный подводный мир воплощается с помощью гибких средств, особой гармонии и своенравной мелодики, и эти подводные образы противопоставляются реальным: русским людям, быту.

Интересно, что вся опера имеет неравномерное развитие: есть такие моменты, когда действие на сцене, как бы "прекращается", и тем самым зритель свое внимание сосредотачивает на красоте музыки и поставленных массовых номерах. Николай Андреевич часто и активно затрагивает русскую народную тему и "морской" лейтмотив в музыке к произведению.

 

История создания

Работать над «Садко» Римский-Корсаков начал в летний сезон 1894 года, хотя о сюжете на сказания о заморском госте, он задумывался практически за 15 лет до начала создания. О своей идее, музыкальный художник, написал критику В.В. Стасову. Они были хорошими друзьями, которых тесно объединяло совместное творчество. Стасов ответил обширным письмом, где давал ссылки на различные вариации былины, и рекомендовал композитору больше уделить внимание реальным картинам народной жизни и новгородского быта того времени.

В первоначальном сочинении, главенство было у сказочно-фантастических сцен. Само произведение было готово в 1895 году (осенью). Но позже композитор прислушался к совету друга, и уже летом нового года основательно переработал свое детище. Теперь у него появляется помощник - В.И. Бельский - с этим либреттистом Николай Андреевич работал в будущем еще над несколькими операми.

После переделанной партитуры образовались новые персонажи. Гусляр Садко, народный певец обзавелся женой Любавой, которая любила мужа, была ему предана и верна. Также сцены с народом были увеличены, стали более развиты, и обогатились новыми элементами. Такая музыкальная драма получила полнокровный, правдивый характер. И это повествование о мощной, неповторимой народной жизни заняло значительное место среди других великих оперных классический произведений.

 

Постановки

Премьеру постановки планировали сделать в Мариинском театре в 1896 году, но задуманное не свершилось. Лично Николай II не пропустил «Садко» к показу зрителю, вычеркнув произведение из предложенной программы театра. Произошла премьера только 26 декабря следующего года (по старому календарю) в московском частном театре С.И. Мамонтова. Опера получилась очень успешной, в том числе благодаря великолепным декорациям К. Коровина.

В этой музыкальной драме раскрылся неповторимый талант Надежды Забелы-Врубель, исполнительницы партии Волховы. Варяжским гостем блистательно выступил Федор Шаляпин!

Именно, благодаря "былинному речитативу", как считал сам Римский-Корсаков, опера "Садко" выделялась из других написанных произведений композитора.

Опера "Садко" - одно из самых популярных и востребованных среди других сочинений Николая Анреевича. До сегодняшних дней, она имеет популярность за границей и ставится в лучших театрах мира. На Российских сценах музыкальная драма "Садко" имеет большую популярность.

 

«Садко» — это не просто опера, это эпичное произведение, которое характеризуется плавным и замедленным действием, словно спокойное течение реки. Она раскрывает перед слушателем образы старинных сказаний и былин. Эта опера придется по душе как взрослым, так и детям, которые оценят сказочный мир морского царства и, конечно же, необыкновенно прекрасную музыку Н.А. Римского-Корсакова.

 

Понравилась страница? Поделитесь с друзьями:

 

Видео: смотреть оперу «Садко»

 

Мы рады вам предложить оперных певцов и симфонический оркестр для исполнения арий и отрывков из оперы «Садко»на вашем мероприятии.

soundtimes.ru

"Про Ивана" - поэма | Николай Садко

Жил в одной стране Иван.
У Ивана был кафтан,
Лапти, кляча-кобыленка,
Плуг, хомут и коровенка.
Дюжина детей и хата.
В общем, жил он плоховато.
Но пришел однажды Вождь
И сказал: «Не так живешь!
Ты в столице не бываешь,
Ты страной не управляешь,
И царю ты бьешь поклон,
А его гнать надо вон.
Ты неграмотный, забитый,
Неухоженный, небритый,
Ты и нищий, и бесправный,
Ну а царь -
он враг твой главный.
Как царя, Иван, прогонишь,
Сразу в роскоши утонешь.
Будешь ты в шелках ходить
И сигарами дымить.
На курортах отдыхать.
Сладко пить и мягко спать.
Был ты до сих пор никем,
А теперь ты станешь всем.
Мы построим КОММУНИЗМ!
Только туже затянись,
Потерпи, не умирай,
И наступит скоро рай».
Так и сделал наш Иван,
Туже затянул кафтан,
Впряг в телегу кобыленку,
Погрузил, что было, в воз:
Плуг, хомут и коровенку -
Все повез сдавать в колхоз.
Стал пахать Иван до пота:
Больно в рай ему охота.
Невдомек понять Ивану,
Что подвергся он обману.
Наш Иван поля пахал.
Топором Иван махал,
Строил фабрики, заводы,
И квартиры для народа.
Реки вспять поворотил,
На субботники ходил.
Строил он мосты, плотины,
И в моря ходил в путину,
Пас коров и хлеб растил,
Всех своим трудом кормил.
И холеного министра,
И завбазой - афериста,
Весь Центральный Комитет
И Верховный наш Совет,
Депутатов, дипломатов,
Генералов, бюрократов
Всех чинов и всех мастей,
И заморских всех гостей,
Их банкеты и пирушки -
Все оплачивал Ванюшка.
Год за годом проходили,
А Ивану все твердили:
«Ты вперед, Иван, иди.
Мы на правильном пути!
Разжигай из искры пламя,
Светлый день не за горами».
Он пахал без передыха.
Много натерпелся лиха.
Был разут и был раздет,
Перенес немало бед.
Пережил войну, разруху.
Никогда не падал духом,
И всегда держался стойко,
Но дожил до ПЕРЕСТРОЙКИ.
В кресло новый вождь залез,
И пошел у нас ПРОЦЕСС.
А летящий паровоз,
Тот, что нас к победам вез,
Не доехал до КОММУНЫ,
Покатился под откос.
Семь десятков лет прошло,
До кого-то вдруг дошло,
Что не тот избрали путь.
«Ты, Иван, не обессудь!
Не суди нас, Ваня, строго,
Ну, не той пошли дорогой.
Вот ошибки все учтем,
И пойдем другим путем.
Мы прогоним коммунистов,
Разведем капиталистов.
Будешь собственник теперь.
Заживешь, Иван, поверь!
Яхты, банки и паромы,
Шахты и аэродромы,
Водокачки и заводы -
Отдаем мы все народу.
Выбирай, что хочешь, Ваня:
Магазин, кафе иль баню.
Хочешь - терем расписной,
Хочешь - прииск золотой».
У Ивана сердце радо:
«Да мне много и не надо!
Мне б телегу, коровенку,
Плуг да клячу-кобыленку».
Побежал Иван в колхоз -
Забирать назад свой воз.
Лошадь под уздцы берет,
И такую речь ведет:
«Говорят, могу опять
Все свое у вас забрать?»
А ему там отвечают:
«Нет, Иван, так не бывает!
Кто ж такое мог сказать,
Чтобы даром раздавать?
Ты поменьше фантазируй,
Да свой воз приватизируй.
И давай поторопись,
Оплати и распишись».
Подают ему бумажки.
Тут Ивану стало тяжко.
«Оплатить такую сумму-у-у?
Это ж денег надо уйму!
У меня по телу дрожь:
Где же столько наберешь?»
И с расстройства наш Иван
Взял и вывернул карман:
«У меня есть только это -
Вот, всего одна монета!»
«Нету денег? Как же так?
Ну, Иван, ты, брат, чудак!
За всю жизнь ты, Ваня бедный,
Заработал грошик медный!!!
Нет, Иван, на этот грош
Лошадь не приобретешь.
Ни корову и ни плуг...
Так и быть - бери хомут!»
Шея есть. Хомут нашел.
«Но-о, пошел, Иван,
поше-о-ол!!!»
Злой рок, видать тебе,
Иван, достался.
Никем ты был,
никем ты и остался.

maxpark.com

Былина Садко читать онлайн бесплатно

В славном в Нове-граде
Как был Садко-купец, богатый гость.
А прежде у Садка имущества не было:
Одни были гусельки яровчаты;
По пирам ходил-играл Садко.

Садка день не зовут на почестей пир,
Другой не зовут на почестен пир
И третий не зовут на почестен пир,
По том Садко соскучился.
Как пошел Садко к Ильмень-озеру,
Садился на бел-горюч камень
И начал играть в гусельки яровчаты.
Как тут-то в озере вода всколыбалася,
Тут-то Садко перепался,
Пошел прочь от озера во свой во Новгород.

Садка день не зовут на почестен пир,
Другой не зовут на почестен пир
И третий не зовут на почестен пир,
По том Садко соскучился.
Как пошел Садко к Ильмень-озеру,
Садился на бел-горюч камень
И начал играть в гусельки яровчаты.
Как тут-то в озере вода всколыбалася,
Тут-то Садко перепался,
Пошел прочь от озера во свой во Новгород.

Садка день не зовут на почестен пир,
Другой не зовут на почестен пир
И третий не зовут на почестен пир,
По том Садко соскучился.
Как пошел Садко к Ильмень-озеру,
Садился на бел-горюч камень
И начал играть в гусельки яровчаты.
Как тут-то в озере вода всколыбалася,
Показался царь морской,
Вышел со Ильмени со озера,
Сам говорил таковы слова:
— Ай же ты, Садхо новгородский!
Не знаю, чем буде тебя пожаловать
За твои за утехи за великие,
За твою-то игру нежную:
Аль бессчетной золотой казной?
А не то ступай во Новгород
И ударь о велик заклад,
Заложи свою буйну голову
И выряжай с прочих купцов
Лавки товара красного
И спорь, что в Ильмень-озере
Есть рыба — золоты перья.
Как ударишь о велик заклад,
И поди свяжи шелковой невод
И приезжай ловить в Ильмень-озеро:
Дам три рыбины — золота перья.
Тогда ты, Садко, счастлив будешь!
Пошел Садко от Ильменя от озера,
Как приходил Садко во свой во Новгород,
Позвали Садка на почестен пир.
Как тут Садко новогородский
Стал играть в гусельки яровчаты;
Как тут стали Садка попаивать,
Стали Садку поднашивать,
Как тут-то Садко стал похвастывать:
— Ай же вы, купцы новогородские!
Как знаю чудо-чудное в Ильмень-озере:
А есть рыба — золоты перья в Ильмень-озере!

Как тут-то купцы новогородские
Говорят ему таковы слова:
— Не знаешь ты чуда-чудного,
Не может быть в Ильмень-озере рыбы — золоты перья.

— Ай же вы, купцы новогородские!
О чем же бьете со мной о велик заклад?
Ударим-ка о велик заклад:
Я заложу свою буйну голову,
А вы залагайте лавки товара красного.
Три купца повыкинулись,
Заложили по три лавки товара красного,
Как тут-то связали невод шелковой
И поехали ловить в Ильмень-озеро.
Закинули тоньку в Ильмень-озеро,
Добыли рыбку — золоты перья;
Закинули другую тоньку в Ильмень-озеро,
Добыли другую рыбку — золоты перья;
Третью закинули тоньку в Ильмень-озеро,
Добыли третью рыбку — золоты перья.
Тут купцы новогородские
Отдали по три лавки товара красного.

Стал Садко поторговывать,
Стал получать барыши великие.
Во своих палатах белокаменных
Устроил Садко все по-небесному:
На небе солнце — и в палатах солнце,
На небе месяц — и в палатах месяц,
На небе звезды — и в палатах звезды.

Потом Садко-купец, богатый гость,
Зазвал к себе на почестен пир
Тыих мужиков новогородскиих
И тыих настоятелей новогородскиих:
Фому Назарьева и Луку Зиновьева.

Все на пиру наедалися,
Все на пиру напивалися,
Похвальбами все похвалялися.
Иной хвастает бессчетной золотой казной,
Другой хвастает силой-удачей молодецкою,
Который хвастает добрым конем,
Который хвастает славным отчеством.
Славным отчеством, молодым молодечеством,
Умный хвастает старым батюшком,
Безумный хвастает молодой женой.

Говорят настоятели новогородские:
— Все мы на пиру наедалися,
Все на почестном напивалися,
Похвальбами все похвалялися.
Что же у нас Садко ничем не похвастает?
Что у нас Садко ничем не похваляется?
Говорит Садко-купец, богатый гость:
— А чем мне, Садку, хвастаться,
Чем мне, Садку, пахвалятися?
У меня ль золота казна не тощится,
Цветно платьице не носится,
Дружина хоробра не изменяется.
А похвастать — не похвастать бессчетной золотой казной:
На свою бессчетну золоту казну
Повыкуплю товары новогородские,
Худые товары и добрые!

Не успел он слова вымолвить,
Как настоятели новогородскке
Ударили о велик заклад,
О бессчетной золотой казне,
О денежках тридцати тысячах:
Как повыкупить Садку товары новогородские,
Худые товары и добрые,
Чтоб в Нове-граде товаров в продаже боле не было.
Ставал Садко на другой день раным-рано,
Будил свою дружину Хоробрую,
Без счета давал золотой казны
И распускал дружину по улицам торговыим,
А сам-то прямо шел в гостиный ряд,
Как повыкупил товары новогородские,
Худые товары и добрые,
На свою бессчетну золоту казну.

На другой день ставал Садко раным-рано,
Будил свою дружину хоробрую,
Без счета давал золотой казны
И распускал дружину по улицам торговыим,
А сам-то прямо шел в гостиный ряд:
Вдвойне товаров принавезено,
Вдвойне товаров принаполнено
На тую на славу на великую новогородскую.
Опять выкупал товары новогородские,
Худые товары и добрые,
На свою бессчетну золоту казну.

На третий день ставал Садко раным-рано,
Будил свою дружину хоробрую,
Без счета давал золотой казны
И распускал дружину по улицам торговыим,
А сам-то прямо шел в гостиный ряд:
Втройне товаров принавезено,
Втройне товаров принаполнено,
Подоспели товары московские
На тую на великую на славу новогородскую.

Как тут Садко пораздумался:
«Не выкупить товара со всего бела света:
Еще повыкуплю товары московские,
Подоспеют товары заморские.
Не я, видно, купец богат новогородский —
Побогаче меня славный Новгород».
Отдавал он настоятелям новогородскиим
Денежек он тридцать тысячей.

На свою бессчетну золоту казну
Построил Садко тридцать кораблей,
Тридцать кораблей, тридцать черлёныих;
На те на корабли на черлёные
Свалил товары новогородские,
Поехал Садко по Волхову,
Со Волхова во Ладожско,
А со Ладожска во Неву-реку,
А со Невы-реки во сине море.
Как поехал он по синю морю,
Воротил он в Золоту Орду,
Продавал товары новогородские,
Получал барыши великие,
Насыпал бочки-сороковки красна золота, чиста серебра,
Поезжал назад во Новгород,
Поезжал он по синю морю.

На синем море сходилась погода сильная,
Застоялись черлёны корабли на синем море:
А волной-то бьёт, паруса рвёт,
Ломает кораблики черлёные;
А корабли нейдут с места на синем море.

Говорит Садко-купец, богатый гость,
Ко своей дружине ко хоробрые:
— Ай же ты, дружинушка хоробрая!
Как мы век по морю ездили,
А морскому царю дани не плачивали:
Видно, царь морской от нас дани требует,
Требует дани во сине море.
Ай же, братцы, дружина хоробрая!
Взимайте бочку-сороковку чиста серебра,
Спущайте бочку во сине море, —
Дружина его хоробрая
Взимала бочку чиста серебра,
Спускала бочку во сине море;
А волной-то бьёт, паруса рвёт,
Ломает кораблики черлёные,
А корабли нейдут с места на синем море.

Тут его дружина хоробрая
Брала бочку-сороковку красна золота,
Спускала бочку во сине море:
А волной-то бьёт, паруса рвёт,
Ломает кораблики черлёные,
А корабли все нейдут с места на синем море.
Говорит Садко-купец, богатый гость:
— Видно, царь морской требует
Живой головы во сине море.
Делайте, братцы, жеребья вольжаны,
Я сам сделаю на красноем на золоте,
Всяк свои имена подписывайте,
Спускайте жеребья на сине море:
Чей жеребий ко дну пойдет,
Таковому идти в сине море.

Делали жеребья вольжаны,
А сам Садко делал на красноем на золоте,
Всяк свое имя подписывал,
Спускали жеребья на сине море.
Как у всей дружины хоробрые
Жеребья гоголем по воде плывут,
А у Садка-купца — ключом на дно.
Говорит Садко-купец, богатый гость:
— Ай же братцы, дружина хоробрая!
Этыя жеребья неправильны:
Делайте жеребья на красноем на золоте,
А я сделаю жеребий вольжаный.
Делали жеребья на красноем на золоте,
А сам Садко делал жеребий вольжаный.
Всяк свое имя подписывал,
Спускали жеребья на сине море:
Как у всей дружины хоробрые
Жеребья гоголем по зоде плывут,
А у Садка-купца — ключом на дно.

Говорит Садко-купец, богатый гость:
— Ай же братцы, дружина хоробрая!
Видно, царь морской требует
Самого Садка богатого в сине море.
Несите мою чернилицу вальяжную,
Перо лебединое, лист бумаги гербовый.

Несли ему чернилицу вальяжную,
Перо лебединое, лист бумаги гербовый,
Он стал именьице отписывать:
Кое именье отписывал божьим церквам,
Иное именье нищей братии,
Иное именьице молодой жене,
Остатное именье дружине хороброей.

Говорил Садко-купец, богатый гость:
— Ай же братцы, дружина хоробрая!
Давайте мне гусельки яровчаты,
Поиграть-то мне в остатнее:
Больше мне в гусельки не игрывати.
Али взять мне гусли с собой во сине море?

Взимает он гусельки яровчаты,
Сам говорит таковы слова:
— Свалите дощечку дубовую на воду:
Хоть я свалюсь на доску дубовую,
Не столь мне страшно принять смерть во синен море.
Свалили дощечку дубовую на воду,
Потом поезжали корабли по синю морю,
Полетели, как черные вороны.

Остался Садко на синем море.
Со тоя со страсти со великие
Заснул на дощечке на дубовоей.
Проснулся Садко во синем море,
Во синем море на самом дне,
Сквозь воду увидел пекучись красное солнышко,
Вечернюю зорю, зорю утреннюю.
Увидел Садко: во синем море
Стоит палата белокаменная.
Заходил Садко в палату белокаменну:
Сидит в палате царь морской,
Голова у царя как куча сенная.
Говорит царь таковы слова:
— Ай же ты, Садко-купец, богатый гость!
Век ты, Садко, по морю езживал,
Мне, царю, дани не плачивал,
А нонь весь пришел ко мне во подарочках.
Скажут, мастер играть в гусельки яровчаты;
Поиграй же мне в гусельки яровчаты.

Как начал играть Садко в гусельки яровчаты,
Как начал плясать царь морской во синем море,
Как расплясался царь морской.
Играл Садко сутки, играл и другие
Да играл еще Садко и третии —
А все пляшет царь морской во синем море.
Во синем море вода всколыбалася,
Со желтым песком вода смутилася,
Стало разбивать много кораблей на синем море,
Стало много гибнуть именьицев,
Стало много тонуть людей праведныих.

Как стал народ молиться Миколе Можайскому,
Как тронуло Садка в плечо во правое:
— Ай же ты, Садко новогородский!
Полно играть в гуселышки яровчаты! —
Обернулся, глядит Садко новогородскиий:
Ажно стоит старик седатыий.
Говорил Садко новогородский:
— У меня воля не своя во синем море,
Приказано играть в гусельки яровчаты.

Говорит старик таковы слова:
— А ты струночки повырывай,
А ты шпенёчки повыломай,
Скажи: «У меня струночек не случилося,
А шпенёчков не пригодилося,
Не во что больше играть,
Приломалися гусельки яровчаты».
Скажет тебе царь морской:
«Не хочешь ли жениться во синем море
На душечке на красной девушке?»
Говори ему таковы слова:
«У меня воля не своя во синем море».
Опять скажет царь морской:
«Ну, Садко, вставай поутру ранёшенько,
Выбирай себе девицу-красавицу».
Как станешь выбирать девицу-красавицу,
Так перво триста девиц пропусти,
А друго триста девиц пропусти,
И третье триста девиц пропусти;
Позади идёт девица-красавица,
Красавица девица Чернавушка,
Бери тую Чернаву за себя замуж...
Будешь, Садко, во Нове-граде.
А на свою бессчётну золоту казну
Построй церковь соборную Миколе Можайскому.

Садко струночки во гусельках повыдернул,
Шпенёчки во яровчатых повыломал.
Говорит ему царь морской:
— Ай же ты, Садко новогородскиий!
Что же не играешь в гусельки яровчаты?
— У меня струночки во гусельках выдернулись,
А шпенёчки во яровчатых повыломались,
А струночек запасных не случилося,
А шпенёчков не пригодилося.

Говорит царь таковы слова:
— Не хочешь ли жениться во синем море
На душечке на красной девушке?-
Говорит ему Садко новогородскиий:
— У меня воля не своя во синем море. —
Опять говорит царь морской:
— Ну, Садко, вставай поутру ранёшенько,
Выбирай себе девицу-красавицу.
Вставал Садко поутру ранёшенько,
Поглядит: идет триста девушек красныих.
Он перво триста девиц пропустил,
И друго триста девиц пропустил,
И третье триста девиц пропустил;
Позади шла девица-красавица,
Красавица девица Чернавушка,
Брал тую Чернаву за себя замуж.

Как прошел у них столованье почестен пир
Как ложился спать Садко во перву ночь,
Как проснулся Садко во Нове-граде,
О реку Чернаву на крутом кряжу,
Как поглядит — ажно бегут
Его черленые корабли по Волхову
Поминает жена Садка со дружиной во синем море:
— Не бывать Садку со синя моря!-
А дружина поминает одного Садка:
— Остался Садко во синем море!

А Садко стоит на крутом кряжу,
Встречает свою дружинушку со Волхова
Тут его дружина сдивовалася:
— Остался Садко во синем море!
Очутился впереди нас во Нове-граде,
Встречает дружину со Волхова!
Встретил Садко дружину хоробрую
И повел во палаты белокаменны.
Тут его жена зрадовалася,
Брала Садка за белы руки,
Целовала во уста во сахарные.

Начал Садко выгружать со черлёных со кораблей
Именьице — бессчётну золоту казну.
Как повыгрузил со черлёныих кораблей,
Состроил церкву соборную Миколе Можайскому.

Не стал больше ездить Садко на сине море,
Стал поживать Садко во Нове-граде.

kiddywood.ru

Садко. Былины - Сокровища народов мира притчи басни мифы сказки легенды


В славном в Нове-граде
Как был Садко-купец, богатый гость.
А прежде у Садка имущества не было:
Одни были гусельки яровчаты;
По пирам ходил-играл Садко.

Садка день не зовут на почестей пир,
Другой не зовут на почестен пир
И третий не зовут на почестен пир,
По том Садко соскучился.
Как пошел Садко к Ильмень-озеру,
Садился на бел-горюч камень
И начал играть в гусельки яровчаты.
Как тут-то в озере вода всколыбалася,
Тут-то Садко перепался,
Пошел прочь от озера во свой во Новгород.

Садка день не зовут на почестен пир,
Другой не зовут на почестен пир
И третий не зовут на почестен пир,
По том Садко соскучился.
Как пошел Садко к Ильмень-озеру,
Садился на бел-горюч камень
И начал играть в гусельки яровчаты.
Как тут-то в озере вода всколыбалася,
Тут-то Садко перепался,
Пошел прочь от озера во свой во Новгород.

Садка день не зовут на почестен пир,
Другой не зовут на почестен пир
И третий не зовут на почестен пир,
По том Садко соскучился.
Как пошел Садко к Ильмень-озеру,
Садился на бел-горюч камень
И начал играть в гусельки яровчаты.
Как тут-то в озере вода всколыбалася,
Показался царь морской,
Вышел со Ильмени со озера,
Сам говорил таковы слова:
- Ай же ты, Садхо новгородский!
Не знаю, чем буде тебя пожаловать
За твои за утехи за великие,
За твою-то игру нежную:
Аль бессчетной золотой казной?
А не то ступай во Новгород
И ударь о велик заклад,
Заложи свою буйну голову
И выряжай с прочих купцов
Лавки товара красного
И спорь, что в Ильмень-озере
Есть рыба - золоты перья.
Как ударишь о велик заклад,
И поди свяжи шелковой невод
И приезжай ловить в Ильмень-озеро:
Дам три рыбины - золота перья.
Тогда ты, Садко, счастлив будешь!
Пошел Садко от Ильменя от озера,
Как приходил Садко во свой во Новгород,
Позвали Садка на почестен пир.
Как тут Садко новогородский
Стал играть в гусельки яровчаты;
Как тут стали Садка попаивать,
Стали Садку поднашивать,
Как тут-то Садко стал похвастывать:
- Ай же вы, купцы новогородские!
Как знаю чудо-чудное в Ильмень-озере:
А есть рыба - золоты перья в Ильмень-озере!

Как тут-то купцы новогородские
Говорят ему таковы слова:
- Не знаешь ты чуда-чудного,
Не может быть в Ильмень-озере рыбы - золоты перья.

- Ай же вы, купцы новогородские!
О чем же бьете со мной о велик заклад?
Ударим-ка о велик заклад:
Я заложу свою буйну голову,
А вы залагайте лавки товара красного.
Три купца повыкинулись,
Заложили по три лавки товара красного,
Как тут-то связали невод шелковой
И поехали ловить в Ильмень-озеро.
Закинули тоньку в Ильмень-озеро,
Добыли рыбку - золоты перья;
Закинули другую тоньку в Ильмень-озеро,
Добыли другую рыбку - золоты перья;
Третью закинули тоньку в Ильмень-озеро,
Добыли третью рыбку - золоты перья.
Тут купцы новогородские
Отдали по три лавки товара красного.

Стал Садко поторговывать,
Стал получать барыши великие.
Во своих палатах белокаменных
Устроил Садко все по-небесному:
На небе солнце - и в палатах солнце,
На небе месяц - и в палатах месяц,
На небе звезды - и в палатах звезды.

Потом Садко-купец, богатый гость,
Зазвал к себе на почестен пир
Тыих мужиков новогородскиих
И тыих настоятелей новогородскиих:
Фому Назарьева и Луку Зиновьева.

Все на пиру наедалися,
Все на пиру напивалися,
Похвальбами все похвалялися.
Иной хвастает бессчетной золотой казной,
Другой хвастает силой-удачей молодецкою,
Который хвастает добрым конем,
Который хвастает славным отчеством.
Славным отчеством, молодым молодечеством,
Умный хвастает старым батюшком,
Безумный хвастает молодой женой.

Говорят настоятели новогородские:
- Все мы на пиру наедалися,
Все на почестном напивалися,
Похвальбами все похвалялися.
Что же у нас Садко ничем не похвастает?
Что у нас Садко ничем не похваляется?
Говорит Садко-купец, богатый гость:
- А чем мне, Садку, хвастаться,
Чем мне, Садку, пахвалятися?
У меня ль золота казна не тощится,
Цветно платьице не носится,
Дружина хоробра не изменяется.
А похвастать - не похвастать бессчетной золотой казной:
На свою бессчетну золоту казну
Повыкуплю товары новогородские,
Худые товары и добрые!

Не успел он слова вымолвить,
Как настоятели новогородские
Ударили о велик заклад,
О бессчетной золотой казне,
О денежках тридцати тысячах:
Как повыкупить Садку товары новогородские,
Худые товары и добрые,
Чтоб в Нове-граде товаров в продаже боле не было.
Ставал Садко на другой день раным-рано,
Будил свою дружину Хоробрую,
Без счета давал золотой казны
И распускал дружину по улицам торговыим,
А сам-то прямо шел в гостиный ряд,
Как повыкупил товары новогородские,
Худые товары и добрые,
На свою бессчетну золоту казну.

На другой день ставал Садко раным-рано,
Будил свою дружину хоробрую,
Без счета давал золотой казны
И распускал дружину по улицам торговыим,
А сам-то прямо шел в гостиный ряд:
Вдвойне товаров принавезено,
Вдвойне товаров принаполнено
На тую на славу на великую новогородскую.
Опять выкупал товары новогородские,
Худые товары и добрые,
На свою бессчетну золоту казну.

На третий день ставал Садко раным-рано,
Будил свою дружину хоробрую,
Без счета давал золотой казны
И распускал дружину по улицам торговыим,
А сам-то прямо шел в гостиный ряд:
Втройне товаров принавезено,
Втройне товаров принаполнено,
Подоспели товары московские
На тую на великую на славу новогородскую.

Как тут Садко пораздумался:
"Не выкупить товара со всего бела света:
Еще повыкуплю товары московские,
Подоспеют товары заморские.
Не я, видно, купец богат новогородский -
Побогаче меня славный Новгород".
Отдавал он настоятелям новогородскиим
Денежек он тридцать тысячей.

На свою бессчетну золоту казну
Построил Садко тридцать кораблей,
Тридцать кораблей, тридцать черлёныих;
На те на корабли на черлёные
Свалил товары новогородские,
Поехал Садко по Волхову,
Со Волхова во Ладожско,
А со Ладожска во Неву-реку,
А со Невы-реки во сине море.
Как поехал он по синю морю,
Воротил он в Золоту Орду,
Продавал товары новогородские,
Получал барыши великие,
Насыпал бочки-сороковки красна золота, чиста серебра,
Поезжал назад во Новгород,
Поезжал он по синю морю.

На синем море сходилась погода сильная,
Застоялись черлёны корабли на синем море:
А волной-то бьёт, паруса рвёт,
Ломает кораблики черлёные;
А корабли нейдут с места на синем море.

Говорит Садко-купец, богатый гость,
Ко своей дружине ко хоробрые:
- Ай же ты, дружинушка хоробрая!
Как мы век по морю ездили,
А морскому царю дани не плачивали:
Видно, царь морской от нас дани требует,
Требует дани во сине море.
Ай же, братцы, дружина хоробрая!
Взимайте бочку-сороковку чиста серебра,
Спущайте бочку во сине море,-
Дружина его хоробрая
Взимала бочку чиста серебра,
Спускала бочку во сине море;
А волной-то бьёт, паруса рвёт,
Ломает кораблики черлёные,
А корабли нейдут с места на синем море.

Тут его дружина хоробрая
Брала бочку-сороковку красна золота,
Спускала бочку во сине море:
А волной-то бьёт, паруса рвёт,
Ломает кораблики черлёные,
А корабли все нейдут с места на синем море.
Говорит Садко-купец, богатый гость:
- Видно, царь морской требует
Живой головы во сине море.
Делайте, братцы, жеребья вольжаны,
Я сам сделаю на красноем на золоте,
Всяк свои имена подписывайте,
Спускайте жеребья на сине море:
Чей жеребий ко дну пойдет,
Таковому идти в сине море.

Делали жеребья вольжаны,
А сам Садко делал на красноем на золоте,
Всяк свое имя подписывал,
Спускали жеребья на сине море.
Как у всей дружины хоробрые
Жеребья гоголем по воде плывут,
А у Садка-купца - ключом на дно.
Говорит Садко-купец, богатый гость:
- Ай же братцы, дружина хоробрая!
Этыя жеребья неправильны:
Делайте жеребья на красноем на золоте,
А я сделаю жеребий вольжаный.
Делали жеребья на красноем на золоте,
А сам Садко делал жеребий вольжаный.
Всяк свое имя подписывал,
Спускали жеребья на сине море:
Как у всей дружины хоробрые
Жеребья гоголем по зоде плывут,
А у Садка-купца - ключом на дно.

Говорит Садко-купец, богатый гость:
- Ай же братцы, дружина хоробрая!
Видно, царь морской требует
Самого Садка богатого в сине море.
Несите мою чернилицу вальяжную,
Перо лебединое, лист бумаги гербовый.

Несли ему чернилицу вальяжную,
Перо лебединое, лист бумаги гербовый,
Он стал именьице отписывать:
Кое именье отписывал божьим церквам,
Иное именье нищей братии,
Иное именьице молодой жене,
Остатное именье дружине хороброей.

Говорил Садко-купец, богатый гость:
- Ай же братцы, дружина хоробрая!
Давайте мне гусельки яровчаты,
Поиграть-то мне в остатнее:
Больше мне в гусельки не игрывати.
Али взять мне гусли с собой во сине море?

Взимает он гусельки яровчаты,
Сам говорит таковы слова:
- Свалите дощечку дубовую на воду:
Хоть я свалюсь на доску дубовую,
Не столь мне страшно принять смерть во синен море.
Свалили дощечку дубовую на воду,
Потом поезжали корабли по синю морю,
Полетели, как черные вороны.

Остался Садко на синем море.
Со тоя со страсти со великие
Заснул на дощечке на дубовоей.
Проснулся Садко во синем море,
Во синем море на самом дне,
Сквозь воду увидел пекучись красное солнышко,
Вечернюю зорю, зорю утреннюю.
Увидел Садко: во синем море
Стоит палата белокаменная.
Заходил Садко в палату белокаменну:
Сидит в палате царь морской,
Голова у царя как куча сенная.
Говорит царь таковы слова:
- Ай же ты, Садко-купец, богатый гость!
Век ты, Садко, по морю езживал,
Мне, царю, дани не плачивал,
А нонь весь пришел ко мне во подарочках.
Скажут, мастер играть в гусельки яровчаты;
Поиграй же мне в гусельки яровчаты.

Как начал играть Садко в гусельки яровчаты,
Как начал плясать царь морской во синем море,
Как расплясался царь морской.
Играл Садко сутки, играл и другие
Да играл еще Садко и третии -
А все пляшет царь морской во синем море.
Во синем море вода всколыбалася,
Со желтым песком вода смутилася,
Стало разбивать много кораблей на синем море,
Стало много гибнуть именьицев,
Стало много тонуть людей праведныих.

Как стал народ молиться Миколе Можайскому,
Как тронуло Садка в плечо во правое:
- Ай же ты, Садко новогородский!
Полно играть в гуселышки яровчаты! -
Обернулся, глядит Садко новогородскиий:
Ажно стоит старик седатыий.
Говорил Садко новогородский:
- У меня воля не своя во синем море,
Приказано играть в гусельки яровчаты.

Говорит старик таковы слова:
- А ты струночки повырывай,
А ты шпенёчки повыломай,
Скажи: "У меня струночек не случилося,
А шпенёчков не пригодилося,
Не во что больше играть,
Приломалися гусельки яровчаты".
Скажет тебе царь морской:
"Не хочешь ли жениться во синем море
На душечке на красной девушке?"
Говори ему таковы слова:
"У меня воля не своя во синем море".
Опять скажет царь морской:
"Ну, Садко, вставай поутру ранёшенько,
Выбирай себе девицу-красавицу".
Как станешь выбирать девицу-красавицу,
Так перво триста девиц пропусти,
А друго триста девиц пропусти,
И третье триста девиц пропусти;
Позади идёт девица-красавица,
Красавица девица Чернавушка,
Бери тую Чернаву за себя замуж...
Будешь, Садко, во Нове-граде.
А на свою бессчётну золоту казну
Построй церковь соборную Миколе Можайскому.

Садко струночки во гусельках повыдернул,
Шпенёчки во яровчатых повыломал.
Говорит ему царь морской:
- Ай же ты, Садко новогородскиий!
Что же не играешь в гусельки яровчаты?
- У меня струночки во гусельках выдернулись,
А шпенёчки во яровчатых повыломались,
А струночек запасных не случилося,
А шпенёчков не пригодилося.

Говорит царь таковы слова:
- Не хочешь ли жениться во синем море
На душечке на красной девушке?-
Говорит ему Садко новогородскиий:
- У меня воля не своя во синем море.-
Опять говорит царь морской:
- Ну, Садко, вставай поутру ранёшенько,
Выбирай себе девицу-красавицу.
Вставал Садко поутру ранёшенько,
Поглядит: идет триста девушек красныих.
Он перво триста девиц пропустил,
И друго триста девиц пропустил,
И третье триста девиц пропустил;
Позади шла девица-красавица,
Красавица девица Чернавушка,
Брал тую Чернаву за себя замуж.

Как прошел у них столованье почестен пир
Как ложился спать Садко во перву ночь,
Как проснулся Садко во Нове-граде,
О реку Чернаву на крутом кряжу,
Как поглядит - ажно бегут
Его черленые корабли по Волхову
Поминает жена Садка со дружиной во синем море:
- Не бывать Садку со синя моря!-
А дружина поминает одного Садка:
- Остался Садко во синем море!

А Садко стоит на крутом кряжу,
Встречает свою дружинушку со Волхова
Тут его дружина сдивовалася:
- Остался Садко во синем море!
Очутился впереди нас во Нове-граде,
Встречает дружину со Волхова!
Встретил Садко дружину хоробрую
И повел во палаты белокаменны.
Тут его жена зрадовалася,
Брала Садка за белы руки,
Целовала во уста во сахарные.

Начал Садко выгружать со черлёных со кораблей
Именьице - бессчётну золоту казну.
Как повыгрузил со черлёныих кораблей,
Состроил церкву соборную Миколе Можайскому.

Не стал больше ездить Садко на сине море,
Стал поживать Садко во Нове-граде.

sokrnarmira.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *