Крестовый поход 2 – Второй крестовый поход — Википедия

Второй крестовый поход

История Второго крестового похода

Содержание статьи:

Второй крестовый поход (1147—1149 гг.) — падение Эдессы в 1144 г. нанесло чувствительный удар по христианскому миру, передовым форпостом которого был павший город, и послужило поводом к началу Второго крестового похода. Объявлен Бернаром Клервосским.

Проповедник Бернард Клервоский смог, привлечь ко Второму крестовому походу короля Франции Людовика VII и Германского короля Конрада III Гогенштауфена. Два войска, которые составляли в общей сложности, согласно записям западных хронистов, около 140 тыс. латных всадников и миллион пехотинцев, выступили в 1147 году.

В результате недостатка продовольствия, болезней в войсках и после нескольких крупных поражений план отвоевать Эдессу был оставлен, а попытка нападения на Дамаск была не удачной. Оба государя вернулись в свои владения, и Второй крестовый поход окончился полным провалом.


Основные события второго похода

• 1147 год, лето — крестоносцы прошли Венгрию и ступили на земли Византии.
• 1147 год, 26 октября — сражение у Дорилеи. Конрад III лишился практически всей армии.

• 1148 год, начало — крестоносцы, прибыли в Святую землю. Конрад III по просьбе короля Иерусалимского и с приданными ему войсками идет на Дамасск, но проведя много времени в бесполезной осаде должны были отступить от Дамаска, не достигнув ничего.
• 1148 год, осень — Конрад III возвращается на родину.
• 1149 год, весна — Людовик VII возвращается домой.

Изначально крестовые походы были авантюрой

Громадные разнородные войска под предводительством зачастую враждующих между собой амбициозных королей, герцогов и графов при постоянно убывающем религиозном рвении в тысячах километрах от родины должны были испытать огромные трудности. И если в Первый крестовый поход европейцы смогли ошеломить мусульман своим напором, то создать там прочную систему государственного управления, а после защитить свои завоевания они не смогли.

Предыстория

Легендарный Крестовый поход детей дает отличное представление о том…

Сильный эмир Мосула Имад-ад-дин Занги в 1144 году. смог захватить графство Эдессу — форпост христианского мира на Востоке. Сложное время настало и для других рыцарских государств. С разных сторон на них нападали сирийцы, турки-сельджуки и египтяне. 1137 год — византийский император Иоанн II напал на Антиохию и захватил ее. Иерусалимский король потерял контроль над действиями своих вассальных князей. Для христиан самым тяжелым ударом стало падение Эдессы.

По просьбе короля Иерусалима, Папа Евгений III снова призвал к крестовому походу. Организацию похода на себя взял аббат Бернар Клервоский. 1146 год, 31 марта — перед вновь воздвигнутой церковью св. Магдалины в Везеле, в Бургундии, он в пламенных речах стал увещевать своих слушателей принять участие в крестовом походе. Несметные толпы откликнулись на его призыв.

Цель Второго крестового похода

Цель Второго похода, была ясно намечена и строго определена. Задача заключалась в том, чтобы ослабить мусульманского эмира Имад-ад-дин Занги и забрать у него Эдессу. Обеспечение безопасности для государств крестоносцев.

Начало Второго крестового похода

1147 год, февраль — французы с германцами встретились в Этампе, для обсуждения маршрута Второго крестового похода. Немцами было предложено двигаться по суше через Венгрию, Болгарию, Македонию, то есть тем же путем, каким прошли крестоносцы Первого похода. Что же до морского пути через Италию, который предлагали французы, то Конрад III категорически отказался, из за его очень плохих отношений с Сицилийским королевством. Король Франции под давлением германцев согласился идти по суше, хотя многие из его подданных были за морское путешествие.

1147 год — началось движение войск на Венгрию, которое возглавили германцы, а продолжили французы. Впоследствии сицилийский король Рожер II изъявил желание участвовать в крестовом походе. Однако Людовик VII отказал ему в этом, уступив Конраду III. Тогда Рожер решил действовать самостоятельно. Он начал грабить острова, принадлежавшие Византии и территории Иллирии. Спустя какое-то время сицилийский король захватил остров Корфу, а после объединился с мусульманами. Так он хотел получить своего рода защиту, которую ему не захотели дать рыцари.

В то время как крестоносцы двигались на восток, они занимались разграблением больших территорий. В связи с чем германский король решил не пускать войска в Константинополь. Так можно было избежать различных нападений и грабежа жителей. Однако рыцари сами подошли к Константинополю, при этом не прекратив своих грабительских действий.

Видя такие действия латинян, царь Византии решил объединиться с турками-сельджуками, раньше против которых был настроен. Это, как он считал, помогло ему избежать нападок рыцарей. Так против крестового похода создалось два союза. Это было, в первую очередь, объединение Рожера с египетским султаном. Кроме этого, против западных держав восстал союз византийского короля с турками.

В 1147 г. в Каппадокии мусульмане разбили немецкое войско. Множество христиан было убито и захвачено в плен.

В начале 1148 года сильно поредевшая армия крестоносцев прибыла в Эфес. Отсюда Людовик с большими трудностями, выдержав ряд битв, холод и проливные дожди, добрался в марте 1148 года до Антиохии. Последнюю часть пути его войско проделало на византийских кораблях. В Антиохии французов ожидал радушный прием, празднества и торжества. Жена Людовика, Алиенора Аквитанская завязала интригу с местным правителем. Король Франции терял воодушевление, а его армия — необходимую энергию.

В то время Конрад уже и не думал о совместных действиях со своим союзником. С королем Иерусалима Болдуином III он договорился выступить вовсе не против эмира Мосула — могущественного обидчика Эдессы, ради чего, казалось, и затеяли весь поход, — а против Дамаска. К ним вынужден был присоединиться и Людовик.

Походы западноевропейских рыцарей в Палестину с целью освобождения Гроба Господня…

50-ти тысячное христианское войско пробыло под стенами Дамаска много времени. Его предводители быстро перессорились между собой, подозревая друг друга в измене и в желании завладеть большей частью потенциальной добычи. Нападение на столицу Сирии толкнуло его правителя к союзу с другим мусульманским феодалом — князем Алеппо. Объединенные силы мусульман вынудили крестоносцев отступить от Дамаска.

1148 год, осень — на византийских кораблях немцы отбыли в Константинополь, а оттуда — в Германию. Король Франции также не решился продолжать военные действия. В начале 1149 года французы на норманнских кораблях перебрались в Южную Италию, а осенью в том же году были уже на родине.

Итоги Второго крестового похода

Второй крестовый поход оказался провальным. Кроме множества потерь он ничего не принес своим предводителям и инициаторам — ни славы, ни богатства, ни земель. Аббат Клервоский, для которого поражение похода стало личной трагедией, даже написал «оправдательное слово», в нем он приписывал бедствия войны преступлениям христиан.

Ко всему, этот поход объединил, до этого враждовавших между собой мусульман Дамаска и Мосула, в борьбе против христиан (образовалась антихристианская коалиция).

Ко всему Франция и Германия стали иметь противоположные позиции относительно действий против мусульман. Между ними появились многочисленные стычки. К тому-же этот поход стал началом розни между христианами, проживающими на Востоке и в Европе.

 

 


 

ред. shtorm777.ru

ПОХОЖИЕ ЗАПИСИ

shtorm777.ru

Второй крестовый поход

Второй крестовый поход

под руководством французского короля Людовика VII и немецкого императора Конрада III состоялся в 1147—1149 годах.
Рассмотрим предпосылки, причины, цели и результаты этого похода на Святую землю.
В 1137 г. византийский император Иоанн II напал на Антиохию и завоевал ее. Государства крестоносцев на Святой земле были между собой в таком разладе, что даже не помогли Антиохии.
Под конец 1143 года сильный мусульманский эмир Имад-ад-дин Зенги напал на графство Эдесса и вырвал его у крестоносцев. Потеря Эдессы вызвала гнев и огорчение как в Европе, так и на Святой земле, ибо возникло опасение, что теперь мусульманские государства широким фронтом выступят против крестоносцев.
В то время, когда Эдесса пала под ударами мусульман, другие христианские княжества Святой земли находились или в стесненном положении, или были заняты вопросами чисто эгоистического характера и поэтому как не могли подать помощи Эдесскому княжеству, так не в состоянии были заменить для христиан его значения.4
В Иерусалиме незадолго перед тем умер король Фульк, тот самый, который соединил интересы Иерусалимского княжества с интересами своих французских владений.

После его смерти во главе королевства стала вдова, королева Мелизинда, опекунша Бодуэна III; непокорность вассальных князей отняла у нее всякую возможность и средства даже для защиты собственных владений – Иерусалим находился в опасности и не мог подать помощи Эдессе.
Что касается Антиохии, то князь Раймунд завязал войну с Византией, кончившуюся для него полной неудачей, и таким образом также не мог подать помощи Эдессе.4

В 1144 году на римском престоле сидел папа римский Евгений III - человек, не отличавшийся ни большой силой воли, ни энергией, ни умом, а также не имевший широких политических взглядов. Ему предстояло бы, пользуясь властным положением церкви, принять под свою руку дело защиты восточно-азиатских княжеств на Святой земле, но к этому времени положение папы, даже в самой Италии, было далеко не властное: римский престол был жертвой партий, а авторитету церкви угрожало новое демократическое течение, которое возглавлял Арнольд Брешианский, ученик Бернарда, аббата Клерво.

Как Арнольд Брешианский, так и его знаменитый учитель происходили из известной монашеской конгрегации монастыря Клюни и были выразителями идей, распространяемых этим монастырем. Арнольд столько же был политик-философ, сколько и проповедник. Его политические взгляды были основаны на демократическом принципе. Он всеми силами своего красноречия и влияния боролся против светской власти папы и против злоупотреблений, вкравшихся в церковный строй того времени.
За Арнольдом следовал целый ряд проповедников-монахов, распространявших те же идеи. Проповедь Арнольда подняла целую бурю против папы.
К тому же времени городовое движение, с его демократическим характером, особенно энергично охватило Италию. Во главе городов стоял не архиепископ, не светские феодалы и дворяне, а народ; воскресла и древняя форма правления – сенат и народ, воскрес даже античный термин «senatus populuaque Romanus». Вместо устарелого устройства, вместо вассалитета и сюзеренитета выдвигались коммуны, которые в высшей степени неблагосклонно относились к духовным князьям.4

Германский король Конрад III также был поставлен в затруднительные обстоятельства борьбой с Вельфами и, в свою очередь, выжидал поддержки из Рима, надеясь, что папа пришлет ему корону и тем укрепит его шаткое положение на троне.
Нельзя было надеяться, что Папа Римский или король примут на себя инициативу Второго крестового похода.3
Король Франции Людовик VII, прежде чем решиться на такой важный шаг, как поход в Святую землю, спросил мнения у аббата Сугерия, своего воспитателя и советника, который, не отговаривая короля от доброго намерения, посоветовал принять все меры, чтобы обеспечить должный успех предприятию. Людовик VII пожелал узнать настроение народа и духовенства.
По просьбе иерусалимского короля папа Евгений III вновь призвал к крестовому походу. Организацию его взял на себя аббат Бернар Клервоский, который пользовался большим авторитетом.
31 марта 1146 г. перед вновь воздвигнутой церковью св. Магдалины в Везеле, в Бургундии, он в пламенных выражениях увещевал своих слушателей принять участие в крестовом походе:
«Взгляните, братья, вот оно, желанное время, вот благословенные дни!
Содрогнутся и вострепещут страны, ибо Господь на небесах начал терять свою землю. Я повторяю: свою землю, ибо там Он учил слово Отца своего, там более тридцати лет Он странствовал меж людей. (...)
И только наши грехи повинны в том, что недруги креста в той земле снова начали поднимать свою нечестивую голову: острием своего меча они опустошают Землю обетованную. (...)
О ты, храбрый рыцарь, о ты, воинственный муж, перед тобой битва, не чреватая опасностью, ибо победа в ней приносит славу, а смерть - выигрыш.
Но коль скоро ты искатель барыша, я обещаю тебе необъятный рынок, и поспешай, дабы он не ускользнул от тебя».2
Возгласы: «Бог того хочет! Богу так угодно!» покрывали этот призыв, как и когда-то в Клермоне. Возбужденный энтузиазмом толпы, оратор предрек успех похода в Святую землю и угрожал божественным гневом тем, кто не обагрит свой меч кровью неверных во имя Иисуса Христа.
Среди всеобщего волнения король Франции Людовик VII пал к ногам Бернара и попросил у него крест, после чего повторил призыв, убеждая всех верующих сопровождать его на Восток. Алиенора Аквитанская вслед за своим супругом получила знак креста из рук аббата Клервосского, за нею последовали графы Тулузский, Шампанский, Фландрский, Неверский, Аршамбо де Бурбон, Энгеран де Куси, Гуго де Лузиньян, множество баронов, рыцарей и духовных лиц.

Поскольку всем не хватило крестов, Бернар порвал свою рясу, чтобы наделать новых, и многие прелаты последовали его примеру.
В дальнейших своих посланиях аббат призывал к походу в Святую землю и обещал всем участникам отпущение грехов.
Его просили, чтобы он возглавил этот крестовый поход. Но, помня пример Петра Пустынника, Бернар уклонился от этой чести и, так как призывы были настойчивы, даже обратился к защите папы. В целом его проповедь во Франции имела такой успех, что, по его словам, «обезлюдели села и города».6
Правда, то там, то здесь раздавались голоса, что вместо неверных на Востоке лучше бы изгнать нечестивых славян из Пруссии либо мусульман из Испании. Некоторые северогерманские князья, такие как Генрих Лев, Альбрехт Медведь и другие, сообразили, что не имеют надобности искать борьбы с неверными на отдаленном Востоке, что рядом с ними есть масса вендов, языческих народов славянского происхождения, которые до сих пор не принимали к себе христианских проповедников и обратились с этим пожелеанием в Рим.

Бернар и это одобрил, после чего папа посулил отпущение грехов и тем крестоносцам, которые выступят против славянских язычников.
Генрих Лев и Альбрехт Медведь, — были местные графы, князья саксонские. Задача саксонского племени, начиная с Карла Великого, заключалась в культурной и религиозной экспансии на славянские племена, между Эльбой и Одером. Трудно сказать, чтобы эта борьба, велась исключительно в интересах религиозных, она имела в виду также и цели чисто экономического характера: саксонские князья стремились приобрести новые земли для колонизации и тем способствовать распространению немецкого элемента на Востоке.
Раз земля завоевана, то появляется правитель области — маркграф, являются миссионеры и колонисты.
Альбрехт Медведь был маркграф Бранденбурга, возникшего на славянских землях. Для похода на славян составилась армия, доходившая до 100 тысяч человек. Вендские славяне, предводителем которых был в то время князь бодричей Никлот, могли оказать немцам лишь слабое сопротивление. Результатом похода, одобренного церковью и сопровождавшегося страшными жестокостями, убийствами и грабежами, было то, что немцы приобрели ещё более прочное положение в славянских землях.3
Тем временем император Конрад III, покончив с внутренними смутами в Германии, созвал генеральный сейм в Шпейере. Бернар, прибыв на сейм, проповедовал войну с неверными и мир между государями. Император, мотивируя свою позицию сложностью положения в стране, долго не поддавался этим призывам, но настойчивость аббата Клервосского и его умение воздействовать на эмоции в конце концов принесли плоды, и Конрад, а затем и многие из его баронов приняли крест.
Следом за ними пошли феодалы Баварии, Чехии, Штирии и Каринтии, в числе прочих брат императора, Отгон Фрезингенский, ставший историографом похода.
Как обычно, проповедь Бернара сопровождалась чудесами, и толпы слушателей, уверовав в святость аббата, рвали его одежду, чтобы получить клочок ее как знак участия в будущем крестовом походе на Cвятую землю.6
Самым больным вопросом было изыскание средств на столь дорогое предприятие. Конечно, оказалось много добровольных пожертвований со стороны тех, кто лично не смог принять участия в походе; но эти благочестивые дары не могли сделать погоду.
Людовик VII брал займы и выколачивал увеличенные налоги. Святой Бернар подсказал королю еще одну меру: он считал, что в уплату избавления евреев от смерти, можно воспользоваться их богатствами, «отнять сокровища, накопленные ростовщичеством и святотатством»6 и король широко воспользовался этим советом.
Наконец, само духовенство, обогатившееся за первую священную войну, должно было поделиться своими богатствами ради второй; во многих аббатствах драгоценная церковная утварь была продана для покупки оружия и других расходов войны во имя Иисуса Христа.
Властители светские последовали примеру владык духовных. Некоторые бароны заложили поместья, но большинство ограничились нажимом на своих вассалов и крестьян.
Современные писатели отмечают, что безмерные налоги, выдираемые из народа, и грабежи церквей стали даже охлаждать первоначальный восторг к Крестовому походу на Святую землю...6
Германский король Конрад III и французский король Людовик VII встали во главе войск и выcтупили в поход весной 1147 г.
Посланцы Рожера, короля Апулии и Сицилии, предложили крестоносцам корабли и продовольствие, позволяя избежать столкновений с Византией, так как морской путь представлял меньше опасностей и трудностей. Но крестоносцы все же выбрали по сложившейся традиции путь сухопутный.6

В отличие от Первого похода, теперь с самого начала было больше организованности и порядка: участие двух могущественных государей не могло не сказаться на самом характере экспедиции крестоносцев на Святую землю. На этот раз бароны и рыцари не брали с собой ни собак, ни охотничьих соколов, зато запаслись не только оружием, но и орудиями, необходимыми для наведения мостов и прокладывания дорог.
Цель, которую предстояло достигнуть Второму крестовому походу, была ясно намечена и строго определена: ослабить эмира Зенги и отнять у него Эдессу.
Французские крестоносцы должны были соединиться в Меце, немецкие – в Регенсбурге.
Примеру Франции и Германии последовали Англия, Фландрия и Италия. С Альпийских предгорий, из Ломбардии и Пьемонта двинулись воины креста под предводительством маркиза Монферратского и графа Морьенского, дяди французского короля. Английские крестоносцы отправились на судах из гаваней Ла-Манша, направляясь к Испании. Фламандцы шли во главе со своим графом Тьерри, который уже побывал там, в Святой земле и прославился.6
Германские крестоносцы, понеся малочисленные потери в стычках с венграми, прошли через Венгрию и вошли в византийские земли.
Здесь, едва запасы продовольствия начали подходить к концу, германские крестоносцы занялись грабежами. Византийский император Мануил I был так возмущен постыдным поведением крестоносцев, что даже отказался принять короля Конрада.
Под влиянием грозившей со всех сторон опасности Мануил сделал шаг, который в самом корне подрывал предположенные Вторым крестовым походом задачи и цели, — он заключил союз с турками-сельджуками; правда, это не был союз наступательный, он имел целью обезопасить империю и пригрозить латинянам на случай, если бы последние вздумали угрожать Константинополю. Но тем не менее этот союз имел весьма важное значение в том отношении, что он давал понять сельджукам, что им придется считаться только с одним западным ополчением. Заключая этот союз с иконийским султаном, Мануил давал понять, что он не смотрит на сельджуков как на врагов: оберегая свои личные интересы, он умывал руки, предоставляя крестоносцам действовать на собственный риск собственными силами и средствами.3
Когда воинство креста проходило через Анатолию, 26 октября 1147 года оно подверглось под Дорилеем нападению сельджуков. Германское войско понесло большие потери, королю Конраду удалось спастись, он вернулся в Никеи, где и дождался подхода французских сил.
Почти в то самое время, когда Конрад потерпел страшное поражение, Людовик VII приближался к Константинополю. Происходили обычные столкновения между французским войском и византийским правительством.
Чтобы поскорее отделаться от них и принудить рыцарей французского войска к ленной присяге, император Мануил употребил хитрость. Между французами был пущен слух, что немцы, переправившиеся в Азию, быстро подвигаются вперед, шаг за шагом одерживают блистательные победы; так что французам нечего будет делать в Азии.
Французские крестоносцы, принявшие все слухи за чистую монету, потребовали переправить их поскорее через Босфор. И уже на Азиатском берегу французы узнали о несчастной участи немецкого войска; в Никее свиделись оба короля, — Людовик и Конрад, решившие продолжать путь вместе, в верном союзе.3
Так как путь от Никеи до Дорилея был покрыт трупами и облит христианской кровью, оба короля желали избавить войско от тяжелого зрелища и потому отправились обходным путем, на Адрамитий, Пергам и Смирну.
Путь этот был чрезвычайно трудный, замедлявший движение крестоносцев; выбирая этот путь, короли надеялись встретить здесь менее опасностей со стороны мусульман. Надежды их однако не оправдались: турецкие наездники держали в постоянном напряжении крестоносную армию, замедляли путь, грабили, отбивали людей и обозы.
Кроме того, недостаток съестных припасов и фуража заставил Людовика бросить массу вьючных животных и багажа. Французский король, не предвидя всех этих затруднений, взял с собой многочисленную свиту; поезд его, в котором присутствовала и его супруга Элеонора, был в высшей степени блистательный, пышный, не соответствовавший важности предприятия, связанного с такими затруднениями и опасностями...
Крестоносное ополчение двигалось очень медленно, теряя на своем пути массу людей, вьючного скота и багажа.3
Между тем Конрад III, Людовик VII, патриарх и король Иерусалима провели тайный совет на котором пересмотрели цели своего крестового похода и приняли решение всеми наличными силами овладеть Дамаском, сулившим им богатую добычу. Но таким решением они лишь толкнули сирийского правителя в объятия сельджукского князя из Алеппо, который надвигался с большим войском и с которым отношения у Сирии до этого были враждебными.2
Вскоре стало ясно, что второй крестовый поход не достигнет своей цели - вернуть утраченную Эдессу...
Армия крестоносцев направилась на Дамаск, в начале июня с присоединившимися рыцарями Храма и иоаннитами перешла Ливанский хребет и разбила лагерь у местечка Дари, откуда был виден Дамаск. Этот древний город, «жилище утех и роскоши», неоднократно переходил из рук в руки, пока во времена Мухаммеда мусульмане окончательно не забрали его у христиан.
Дамаск оказался укреплённым сильными стенами и защищённым значительным гарнизоном; осада Дамаска требовала продолжительного времени и значительных усилий. Христианское войско направило свои силы против той части города, которая казалась более слабой: там были только сады и рощи, разделенные заборами и насыпями с небольшими башенками.
Несмотря на тучи стрел, которыми их встретили враги, засевшие в башенках, осада проходила успешно, и вскоре воины креста, гоня мусульман, подошли вплотную к городу.
Здесь император Конрад прославил себя удивительным подвигом, заставившим на момент забыть его прошлые неудачи. В то время как воины Балдуина, неоднократно пытавшиеся прорвать ряды врага, чуть было не начали отступления, он с горстью своих воинов внезапно атаковал мусульман. Турки падали под его ударами, когда навстречу выехал сарацин исполинского роста, закованный в железо, и вызвал его на бой. Император принял вызов, и оба войска остановились, с интересом взирая на эту схватку. Схватка, впрочем, оказалась недолгой.
Конрад, повторив подвиг Гопиррида, одним ударом меча рассек гиганта пополам, от плеча до седла. Этот удивительный удар решил исход сражения: мусульмане в ужасе оставили поле боя и укрылись в городе.6
Между тем в лагере распространились слухи, что с севера на выручку Дамаска идёт Нуредин. Конрад с горстью немцев не терял надежды на сдачу Дамаска, однако в лагере христиан поползли слухе об измене, которая упоминается у многих летописцев.
Речь идет о том, что якобы иерусалимский король, патриарх и рыцари, подкупленные золотом мусульман, распространили слухи, что Дамаск непобедим с той стороны, с которой подошли к нему крестоносцы. Вследствие этого крестоносцы перешли на другую сторону города, которая была действительно неприступна...
По другим данным, как это часто бывало и раньше, победу крестоносцев сорвали их внутренние распри. Когда стало ясно, что Дамаск падет, начались споры, чье знамя взовьется над побежденным городом. И тут четко обозначилась грань, разделявшая две группы воинства Христа: князей и баронов Востока с одной стороны, и пришельцев с Запада под предводительством короля и императора – с другой.
Среди домогавшихся власти над городом особенно усердствовал Тьерри, граф Фландрский. Казалось бы, его репутация была подмоченной: это был один из двух военачальников, трусливо бежавших из-под Аталии, где король, отбывая в Антиохию, назначил их руководить оставшимися крестоносцами.
Но теперь Тьерри проявил большую настойчивость и расторопность. Мотивируя тем, что он уже дважды побывал на Востоке и оставил свои владения в Европе родственникам, он требовал княжество Дамасское как компенсацию за свои подвиги и потери.
Французский король согласился с этими доводами. Такое предпочтение вызвало зависть и злобу других князей, в особенности князей Сирии и Палестины, считавших, что каждый из них имеет больше прав на любое новое присоединение, чем кто-либо из этих вновь прибывших. Не видя для себя больше личной выгоды, они охладели к предприятию, которое еще недавно возбуждало их энтузиазм.
Это настроение чутко уловили осажденные и попытались его усилить: они убеждали сирийских баронов не верить пришельцам с Запада, явившихся, чтобы их ограбить и поживиться за счет их земель на Святой земле.
Эти речи падали на благодарную почву. Военные действия застопорились...6
Проведя довольно продолжительное время в бесполезной осаде, угрожаемые с севера Нуредином, христиане должны были отступить от Дамаска, не достигнув ничего...
Эта неудача тяжело отозвалась на короле Конраде и на всём войске крестоносцев: охотников продолжать дело Второго крестового похода нестало...
Энергия и рыцарский энтузиазм Конрада ослабли, и он решил вернуться на родину. Осенью 1148 года на византийских кораблях он прибыл в Константинополь, а оттуда в начале 1149 года возвратился в Германию, не сделав, в сущности, ничего для дела христиан на Востоке, а, напротив, обесславив себя и немецкую нацию.3
Людовик VII не решился, подобно Конраду, бросить так скоро начатое им дела, но в то же время, при затруднительности положения, он не решился на энергичные меры. В его свите нашлись лица, которые не считали выполненной задачу крестового похода и, считая возвращение назад делом унизительным для рыцарской чести, советовали ему оставаться в Антиохии и ждать подкрепления, то есть прибытия новых сил воинов Христа с Запада для выручки Эдессы.
Но были и такие, которые, указывая на пример Конрада, уговаривали короля возвратиться на родину; Людовик VII поддался влиянию последних и решил возвратиться.
В начале 1149 года он на норманнских кораблях переправился в южную Италию, где имел свидание с норманнским королем и осенью 1149 года прибыл во Францию.
На протяжении XII столетия в Святой земле возникли три рыцарских ордена: иоаннитов (1113 г.), тамплиеров (1119 г.) и Тевтонский орден. Они поставили себе целью ухаживать за больными и немощными паломниками и крестоносцами на Святой земле, оказывать им духовную поддержку и защищать их в случае надобности силой оружия. Это были так называемые духовно-рыцарские ордены и члены их стремились сочетать рыцарский образ жизни с монашеским.
2-й Крестовый поход под предводительством французского короля Людовика VII и императора Священной Римской империи Конрада III на Святую землю потерпел неудачу, поскольку франки не смогли спланировать и координировать свои действия.
Уже после поражения Конрада III под Дорилеей немцы служили предметом насмешек для французов; следовательно, Второй крестовый поход показал, что совместные действия французов и немцев в будущем невозможны.
Этот поход обнаружил также рознь между палестинскими и европейскими христианами. Для восточных христиан пятидесятилетнее пребывание в среде мусульманского влияния на Святой земле не прошло бесследно в культурном отношении.
Таким образом, между поселившимися в Азии европейцами и прибывавшими сюда из Европы новыми крестоносцами обнаружилась принципиальная рознь; они взаимно стали не понимать друг друга. Меркантильный характер, подкуп, распущенность, разврат сделались отличительной чертой нравов палестинских христиан.3
Неудача похода легла пятном на чести церкви, в особенности она подорвала авторитет св. Бернарда, а также и папы: Бернард поднял массы народа, он называл крестовый поход делом, угодным Богу, предсказывал хороший исход. После позорных неудач поднялся сильный ропот против Бернарда: Бернард не пророк, говорили, а лжепророк; а папа, давший свое благословение, не представитель церкви, а антихрист.
Папа сваливал всю ответственность на Бернарда, последний говорил, что он действовал по приказанию папы.3
Результатом Второго крестового похода на Святую землю был огорчен в особенности молодой Людовик VII. Возвратившись на родину, Людовик пришёл к сознанию необходимости поправить свою ошибку, смыть пятно со своего имени. Был созван собор, на котором снова подвергся обсуждению вопрос о новом походе и, что очень удивительно, нашлась опять масса людей, которые, объятые религиозным энтузиазмом, вновь готовы были идти в Святую землю.
Случилось нечто ещё более удивительное: на собор явился и святой Бернард и стал говорить, что предстоящий поход будет уже удачен. На соборе стали раздаваться голоса, что Второй крестовый поход был неудачен потому, что не поставили во главе его св. Бернарда. Явилось предложение поручить ему ведение нового похода.
Папа принял весть об этом без сочувствия. Он назвал самого Бернарда безумцем, а в официальном документе характеризовал подобное отношение к делу как глупость.
После этого и Людовик VII несколько охладел к задуманному походу на Святую землю...

 

history-paradox.ru

Второй крестовый поход | История вики

Второй крестовый поход-состоялся в 1147—1149 годах. Он был начат в ответ на взятие Эдессы в 1144 году войсками Занги.

    История

    После первого крестового похода началось усиление мусульман, угрожавших христианским государствам в Святой земле. В частности, эмир Мосула Имад ад-Дин Занги в 1144 году Занги взял Эдессу и завоевал всё Эдесское княжество.

    Это стало чувствительным ударом для христианского мира, передовым форпостом которого был павший город. Другие государства крестоносцев не смогли помочь Эдессе, так как Раймунд Антиохийский был занят войной с Византией, а в Иерусалиме правила вдова короля Фулька Мелисенда, власть которой была непрочна.

    В Западной Европе также не было благоприятных условий для поднятия нового крестового похода. В 1144 году на римском престоле сидел папа римский Евгений III. Ему предстояло бы, пользуясь властным положением церкви, принять под свою руку дело защиты восточно-азиатских княжеств, но к этому времени положение папы, даже в самой Италии, было далеко не властное: римский престол был жертвой партий, а авторитету церкви угрожало новое демократическое течение, которое возглавлял Арнольд Брешианский, который боролся против светской власти Папы. Германский король Конрад III также был поставлен в затруднительные обстоятельства борьбой с Вельфами. Нельзя было надеяться, что Папа Римский или король примут на себя инициативу Второго крестового похода.

    Начало второго крестового похода

    Французская нация, во главе со своим королём, выставила значительные силы. Как сам король Людовик VII, так и французские князья выказали сочувствие делу Второго крестового похода; собрался отряд численностью до 70 тысяч.

    Цель, которую предстояло достигнуть Второму крестовому походу, была ясно намечена и строго определена — ослабить мусульманского эмира Занги и отнять у него Эдессу.

    Эту задачу успешно выполнило бы и одно французское войско, состоявшее из хорошо вооруженной армии, которая по пути увеличилась вдвойне приставшими добровольцами. Если бы крестоносное ополчение 1147 года состояло из одних французов, оно направилось бы другим путём, более коротким и более безопасным, чем тот, который оно избрало под влиянием германцев.

    Французы в политической системе той эпохи представляли нацию, совершенно обособленную, которая своими ближайшими интересами склонялась к Италии. Сицилийский король Рожер II и французский король находились в близких отношениях. Вследствие этого для французского короля всего естественнее было избрать путь через Италию, откуда он мог, воспользовавшись норманнским флотом и также флотом торговых городов, которые явились такими энергичными помощниками в Первом крестовом походе, удобно и скоро прибыть в Сирию. Кроме того, путь через южную Италию имел за собой ещё то преимущество, что к ополчению мог присоединиться и сицилийский король. Людовик VII, снесшись с Рожером II, готов был двинуться через Италию.

    Проход через Византию

    Под влиянием грозившей со всех сторон опасности Мануил сделал шаг, который в самом корне подрывал поставленные Вторым крестовым походом задачи и цели, — он заключил союз с турками-сельджуками; правда, это не был союз наступательный, он имел целью обезопасить империю и пригрозить латинянам на случай, если бы последние вздумали угрожать Константинополю. Но тем не менее этот союз имел весьма важное значение в том отношении, что он давал понять сельджукам, что им придется считаться только с одним западным ополчением. Заключая этот союз с иконийским султаном, Мануил давал понять, что он не смотрит на сельджуков как на врагов. Оберегая свои личные интересы, он умывал руки, предоставляя крестоносцам действовать на собственный риск собственными силами и средствами. Таким образом против крестового ополчения составилось два христианско-мусульманских союза: один — прямо враждебный крестоносному ополчению — это союз Рожера II с египетским султаном; другой — союз византийского царя с иконийским султаном — был не в интересах крестового похода. Все это было причиной тех неудач, которыми закончился Второй крестовый поход.

    Провал крестового похода

    В начале 1148 года оба короля прибыли в Эфес с жалкими остатками войска, тогда как при переправе ополчения через Босфор византийцы, очевидно преувеличенно, насчитывали его до 90 тысяч. В Эфесе короли получили от византийского императора письмо, в котором последний приглашал их в Константинополь отдохнуть. Конрад отправился морским путём в Константинополь, а Людовик, с большим трудом добравшись до приморского города Анталии, выпросил у византийского правительства кораблей и с остатками войска в марте 1148 года прибыл в Антиохию. В итоге громадные армии королей растаяли под ударами мусульман; а короли, — французский и немецкий, соединившиеся для одной цели, скоро разошлись и стали преследовать противоположные задачи.

    Раймунд Антиохийский принял французов очень радушно: последовал ряд празднеств и торжеств, в которых французская королева Алиенора Аквитанская играла первенствующую роль. Не замедлила проявиться интрига, которая не осталась без влияния на общий ход дел: Алиенора вступила в связь с Раймундом. Само собою разумеется, Людовик чувствовал себя оскорблённым, униженным, он потерял энергию, воодушевление и охоту вести начатое дело.

    ru.ustoriaviki.wikia.com

    Первый крестовый поход - второй, третий

    Крестовые походы

    Содержание статьи:

    В XI–XII столетиях, по призыву Ватикана и с одобрения Византийского императора, сотни и сотни тысяч европейцев покинув свои страны, двинулись освобождать гроб Господень, а по существу, завоевывать Азию, «освобождать» земли, которые когда-то принадлежали великой Византийской империи. Их целью были Палестина, Сирия, Месопотамия. Только малая часть (в основном руководители) возвратились домой. Традиционно принято считать, что остальные погибли, потому как нет об их судьбе никаких сведений.

    В действительности, многие погибли в сражениях, или от голода и жажды, от эпидемий. Однако чтобы погибли все? Это невозможно. Человек — существо чрезвычайно живучее. Считаем, большинство крестоносцев, рыцарей и крестьян, остались живы и провели свою жизнь на Востоке, отдав ему свои знания и умения, навыки и культуру. Крестьянин и в мусульманской стране останется крестьянином, а воины в равной степени нужны и королям, и султанам.

    Предлагая современную версию хронологии цивилизации, мы возвращаем истории сведения об их судьбе. Ищите пропавших без вести крестоносцев в «древних» странах Востока!

    Ниже мы широко цитируем книгу Бернгарда Куглера «История крестовых походов», впервые изданную в России в 1895 г. и переизданную в 1995-м.

    Куглер пишет:
    «Цель крестовых походов была не просто освобождение Иерусалима, но, кроме того, вновь подчинить Восток христианскому западному господству. В этом смысле они представляются переселением народов, направленных на восток, но которое началось в век довольно скудных географических познаний и крайне неразвитых средств сообщения. Потому эти пилигримства могли быть совершены только при таком огромном расходе человеческого материала…

    Великое германское переселение народов, которое стоит в начале средневековой истории, порой прославляется, правда, как самое блестящее и самое победоносное проявление германской силы, но временами указывалось и на то, что при этом переселении погибло сравнительно с достигнутыми результатами поистине ужасающее множество благороднейших племен».


    1-й Крестовый поход, 1096–1099 годы

    Первые отряды немцев с присоединившимися «несколькими итальянскими толпами» вторгаются на тюркские земли Малой Азии, ничего не ведая ни о географии земли, ни о силах противника. Смогли завладеть городом Ксеригордон. Тюрки попросту окружили их и отрезали им воду.

    «На протяжении нескольких дней немцы переносили мучения жажды; в конце концов одна часть их перешла на сторону неприятеля, которому теперь не составляло труда справиться с истощенными остальными людьми», — пишет Б.Куглер. Прослышав об этом, новые крестоносные отряды, не слушая начальников, отправились на выручку и, конечно, нарвались на жестокий бой.

    «Жалкие остатки были приняты на берегу (Босфора) византийским флотом и отвезены обратно в Константинополь. Там несчастные продали свое оружие и в жалком убожестве рассеялись во все стороны (октябрь 1096 год)».

    Тем временем из Европы уже двинулась колоссальная сила, не менее 300 000 крестоносцев, «…хорошо вооруженных воинов, за которыми, разумеется, двигался еще длинный обоз слуг и монахов, женщин и детей, шпильманов и девок». Общего предводительства у этого воинства не было, потому как «каждый самостоятельный человек вооружался, предпринимал свое странствие к Святым местам, как, когда и в каком направлении желал».

    То есть статистического учета, кто куда подевался, не велось.

    В результате 1-го Крестового похода захватили Иерусалим и создали латинское Иерусалимское королевство. Крестоносцами также было основано несколько княжеств на территории Сирии, как правило по Средиземноморскому побережью.

    Позднее примкнуть к сражающимся на Востоке решились еще тысячи людей. В 1100 г. двинулись ломбардцы, в 1101 — французы и немцы. В скором времени на азиатском берегу соединились войска маршала Конрада, Стефана Бургундского, Стефана Блуаского и других господ: «Так что еще до прибытия остальных немцев и аквитанцев, там — по преданию, конечно, мало достоверному — собралось не меньше 260 тыс. крестоносцев. У ломбардцев возникла мысль, что во славу Спасителя надо предпринять что-то необыкновенное и грандиозное, а именно… покорить Багдад и таким образом уничтожить самый халифат» (Б. Куглер).

    В общем, чтобы не возиться с окраиной халифата, рыцари надумали взять столицу Ирака. Византийский император Алексей такую авантюру не одобрил и уговаривал идти в Сирию и Палестину, в поддержку королю Иерусалима, но разве благородных господ удержать? Не имея никаких карт, они отправились в путь и около двух недель шли прямо на восход Солнца, потом взяли город Анкиру, повернули на северо-восток, дошли до Гангры, но, не решившись напасть на этот укрепленный город, вновь направились на восток. И встретили воинов халифа Багдадского.

    «Поражение было ужасным и решительным для всего войска. Только слабые остатки его смогли достичь берега, и лишь немногие из этих спасшихся счастливо добрались до Константинополя, а именно Стефан Бургундский и Стефан Блуаский, Раймунд Тулузский, маршал Конрад и архиепископ Ансельм Миланский. Последний скончался однако вскорости после этой катастрофы 31 октября 1101 года»

    В последующие годы крестоносцы не только отбивались от турок-сельджуков, но и стали «прижимать» своих верных союзников армян, и даже враждовать между собой.

    Следующая катастрофа произошла в 1119 г., когда мусульмане наголову разгромили войска князя Рожера, а самого князя убили. Едва не пала Антиохия, на волоске держались Эдесса (Новгород по-еврейски), Телль-Башир и мелкие армянские владения.

    «Собственными силами северо-сирийские христиане были не в состоянии долго держаться. Если они могли быть спасены и обеспечены от нападения сельджуков, это могло произойти теперь только благодаря усилившемуся тем временем могуществу королевства Иерусалимского».

    Как видим, довольно слабые и неорганизованные войска европейцев завоевали-таки себе восточные земли, потому как и войска Востока были довольно слабы. Прошло каких-то 20 лет, и вот уже возросло могущество королевства Иерусалимского, но значительно усилились и мусульманские войска.

    2-й Крестовый поход, 1147–1149 годы

    Минуло немало лет, подросло новое поколение европейского, прежде всего германского рыцарства. Войска собирали и немецкий король Конрад, и король Франции Людовик. Кроме рыцарей в их войсках были легкая конница, пехота и обоз.

    «Интересно, что греки, когда захотели потом сосчитать немецкое войско при его переходе через Босфор, находили более 900 тыс. человек», — пишет Б.Куглер.

    Не станем вдаваться в подробности, как они с бесчинствами прошли по Европе до Константинополя, а византийские греки тем временем заключили мир с турками, и немцы чуть не передрались с греками. Не суть важно. Важно, что и эту (немецкую) армию разбили, остатки бежали, да еще 30 тыс. умерли от голода и болезней.

    Когда с немцами уже покончили, подоспели французы во главе со своим королем. В скором времени они оказались в еще худшем положении и запросили у греков суда, чтобы убраться из этой Сирии подальше. Корабли-то греками были присланы, но их было мало; на них смогли разместиться лишь самые знатные господа. Людовик, разумеется, уплыл, а «оставшиеся отряды, конечно, в скорости все погибли», сообщает Б.Куглер. Неужто ВСЕ погибли? «Не надо нас дурить», как с присущим ей остроумием заметила бы Е.Ермилова.

    Вот что любопытно. В результате 1-го Крестового похода на неподвластных христианам территориях Ирака, Сирии, Палестины, Египта остались сотни тысяч молодых европейских мужчин призывного, условно говоря, возраста. Зная мужчин по личному опыту, мы не будем даже предполагать, что они прожили жизнь холостяками и не пустили гулять по мусульманскому Востоку сотен тысяч детей. А для их детей родиной стал уже тот самый Восток. Кто обучал мальчиков воинскому искусству? Вместе с мусульманскими учителями также их отцы, вчерашние европейские рыцари.

    Между первым и вторым крестовыми походами минуло 50 лет. Сменились два, даже три поколения. Европейская культура, пришедшая в Месопотамию с крестоносцами (которых ученые принимают за древних ассирийцев и хеттов), начала свое своеобразное развитие здесь и продолжила движение на восток — в Иран, Индию и Китай.

    С крестоносцами 2-го похода воевали потомки крестоносцев 1-го похода. При этом коренное население мусульманских земель, в особенности тех, что не были затронуты войной непосредственно, рвения к боям не испытывало. Отвоевывавший Сирию и Палестину султан Саладин неоднократно попросил о помощи халифа Багдадского, царей Ирана, Аравии и даже Марокко. Они воевать не желали. «Есть ли хоть один мусульманин, который следует призыву, который приходит, когда его зовут? —жаловался Саладин. — Мусульмане вялы, лишены мужества, равнодушны, утомлены, бесчувственны, не ревностны к вере».

    У людей, родившихся в XX столетии, сложились определенные стереотипы, понимание того, что такое война, какова она. Однако это понимание не следует прилагать к крестовым войнам.

    Что такое войны в начале и середине XX столетия? Армии, подчиненные общему командованию, захватывают громадные территории. Войска противников противостоят друг другу по фронтам.

    Но еще в XIX столетии война была совсем иной! Вспомните знаменитую Отечественную войну с Наполеоном Бонапартом. Было ли противостояние войск по фронту? Нет, был военный поход: французская армия по двум дорогам двигалась от границы России к Москве (которая, кстати, столицей государства не была). Уже в 30-ти км от этих дорог никакой войны вроде бы и не было! Барышни окрестных городов давали балы заезжавшим отдохнуть гусарам, расспрашивали о ходе кампании. Это эпоха книгопечатания, газет, развитой географии, стратегии и тактики.

    А за 600–700 лет до Бонапарта не было не только линии фронта, но также общего командования, географических планов местности, надежных средств сообщения.

    Многие летописи (по большей части датируемых более ранними, чем эпоха крестовых походов, временами) упоминают о проходе на восток больших масс конных людей с железным оружием. Прошли, и все. Кто? Куда? Традиционно эти сообщения считают за письменные подтверждения так называемого «великого переселения народов», а это переселялась культура. Это шли крестоносцы.

    Отдельные отряды могли забраться довольно далеко от Сирии или Ирака.

    Не надо также думать, что во все время крестовых войн на всей этой территории гремели сплошные бои и Передняя Азия была в развалинах. Ничего этого не было! Люди продолжали жить, земля плодоносила. В боях мусульмане и христиане соревновались в ловкости и жестокости, в перерывах между битвами солдаты дружелюбно сходились для совместных игр и забав. Христианские земли Сирии постепенно стали центром всемирной торговли. Лимоны, апельсины, фиги и миндаль, тонкие масла, тяжелые вина и фрукты, шелковые ткани, пурпур и стекло — все было предметом торгов:

    «В больших портовых городах различные товары Запада встречались с произведениями греческой техники и сокровищами Персии, Индии и Китая. На рынки Аккона и Бейрута доставлялись, например, произрастающий в восточной Азии ревень, добывавшийся в Тибете мускус, затем перец, корица, мускатный орех, гвоздика, алоевое дерево, камфора и другие продукты Индии или ее островов, слоновая кость также оттуда или из восточной Африки, жемчуг из Персидского залива, а также ладан и финики из Аравии».

    Королевства и княжества крестоносцев — прообраз исторического Ассирийского государства. Оно находилось на севере Месопотамии с центром в городе Ашшур, там же держались крестоносцы. Это одна и та же история, записанная разными летописцами. Ассирийская политика НАСАХУ, вырывание с корнем, на самом деле есть заселение Северной Месопотамии пленными и свободными немцами, французами, итальянцами.

    Известно немало описаний боев и походов, в которых воины и монахи прославляли себя, своих командиров и Божью помощь. А вот пленные крестьяне и ремесленники воспоминаний не пишут. Отсюда и перекос в восприятии событий.

    3-й Крестовый поход, (1189–1192) годы

    1187 год, 2 октября — султан Саладин взял Иерусалим, и это стало прологом 3-го Крестового похода. Европу раздирали политические страсти, как всегда пикировались папство и германский (святой римский) император. Папа Урбан III получил печальное известие о падении Иерусалима 18 октября и, не вынесши удара, 20 октября умер. Его преемник Григорий VIII отложил в сторону все политические дрязги и призвал европейских монархов начать приготовления к новому походу.

    Поход лично был возглавлен императором Священной Римской империи Фридрихом I. Наученные горьким опытом, немцы решили создавать войско только из пригодных для войны людей. Никаких бедных пилигримов, никаких фанатствующих религиозных толп! Собрали 100 000 или немногим больше человек, «но это сплошь были князья, рыцари и закаленные воины» (при этом на каждое знамя, то есть на каждого знатного господина, полагалось 20 человек обслуги).

    Дисциплину в воинстве поддерживали образцовую. В походе император Фридрих проявил себя выдающимся полководцем!.. Если бы он остался жив, может быть, политическая карта мира была бы сейчас совсем другой, но с ним произошло несчастье: на одном из переходов он утонул в азиатской речке. Дисциплина упала, в армии начались разброд и распри. И чем же, вы думаете, закончилось дело? Б.Куглер, основываясь на документах той поры, сообщал: «На рынке в Галебе пленных немцев продавали целыми толпами, как рабов».

     

     


     

    Д.Калюжный

    ред. shtorm777.ru

    ПОХОЖИЕ ЗАПИСИ

    shtorm777.ru

    2-й крестовый поход. Начало похода

    В XII столетии большое значение для успеха всех внешних политических предприятий имели союзы, симпатии или антипатии государств. Французская нация, во главе своего короля, выставила значительные силы. Как сам король Людовик VII, так и феодальные французские князья выказали много сочувствия делу Второго крестового похода; собрался отряд численностью до 70 тысяч. Цель, которую предстояло достигнуть Второму крестовому походу, была ясно намечена и строго определена. Задача его состояла в том, чтобы ослабить моссульского эмира Зенги и отнять у него Эдессу. Эту задачу успешно выполнило бы и одно французское войско, состоявшее из хорошо вооруженной армии, которая по пути увеличилась вдвойне приставшими добровольцами. Если бы крестоносное ополчение 1147 г. состояло из одних французов, оно направилось бы другим путем, более кратким и более безопасным, чем тот, который оно избрало под влиянием германцев. Французы в политической системе той эпохи представляли нацию, совершенно обособленную, которая своими ближайшими интересами склонялась к Италии. Сицилийский король Рожер II и французский король находились в близких отношениях. Вследствие этого для французского короля всего естественнее было избрать путь через Италию, откуда он мог, воспользовавшись норманнским флотом и также флотом торговых городов, которые, как мы видели раньше, явились такими энергичными помощниками в Первом крестовом походе, удобно и скоро прибыть в Сирию. Этот путь представлялся более кратким и удобным уже потому, что он приводил крестоносцев не во враждебные владения мусульман, а в те земли Сирии и Палестины, которые принадлежали уже христианам; этот путь, следовательно, не только не требовал бы от крестоносного ополчения никаких жертв, а, напротив, обещал ему вполне благоприятные результаты. Кроме того, путь через южную Италию имел за собой еще то преимущество, что к ополчению мог присоединиться и сицилийский король. Людовик VII, снесшись с Рожером II, готов был двинуться через Италию.

    Германский король был носителем совершенно противоположных политических идей. Постоянное стремление германской нации завладеть южной Италией ставило каждого германского короля в необходимость считать до тех пор свою задачу неоконченною, пока он не побывал в Италии и в Риме, не получил от папы императорской короны, а от итальянского населения присяги на верность. С этой стороны стремления германских королей угрожали прямо интересам норманского влияния в южной Италии и в данную минуту интересам сицилийского короля Рожера II. Сила сицилийского короля была обусловлена слабым влиянием в Италии германского императора. Естественно, что Рожер II был далеко не в благоприятных отношениях с императором; между двумя народностями, германской и норманнской, не могло быть союза. Но в рассматриваемую эпоху дело было гораздо хуже. Конрад менее всего задавался целью заключать союзы с западно-европейскими державами; напротив, незадолго перед тем он заключил союз с Византией. В союзе германского короля с византийским императором таилось осуществление той задачи, которую старался выполнить еще Алексей Комнин во время Первого крестового похода: германскому королю и византийскому царю представлялась полная возможность взять в свои руки крестоносное движение и повести его к осуществлению своих задач. Участие французского короля во Втором крестовом походе усложняло и затрудняло разрешение этой задачи; но тем не менее у Конрада III и Мануила Комнина оставалась полная возможность сообща направить движение к общехристианской цели и играть в этом движении главную роль.

    Когда поднялся вопрос о пути и средствах движения, германский король предложил избрать тот путь, которым шли и первые германские крестоносцы, - на Венгрию, Болгарию, Сербию, Фракию и Македонию. Германцы настаивали на том, чтобы и французский король двинулся этим путем, мотивируя свое предложение тем, что лучше избегать разделения сил, что движение через владения союзного и даже родственного с германским королем государя вполне обеспечено от всякого рода случайностей и неожиданностей и что с византийским царем начаты по этому вопросу переговоры, в благоприятном результате которых Конрад не сомневался.

    Летом 1147 г. началось движение через Венгрию; Конрад шел впереди, месяцем позже шел за ним Людовик. Рожер Сицилийский, который ранее не заявлял намерения участвовать во Втором крестовом походе, но который однако не мог оставаться равнодушным к исходу его, потребовал от Людовика исполнения заключенного между ними договора - направить путь через Италию. Людовик долго колебался, но уступил союзу с германским королем. Рожер понял, что если бы он теперь и принял участие в походе, то положение его было бы вполне изолированным. Он снарядил корабли, вооружился, но не для того, чтобы оказать помощь общему движению; он начал действовать на собственный страх сообразно норманнской политике относительно Востока; сицилийский флот стал грабить острова и приморские земли, принадлежащие Византии, берега Иллирии, Далмации и южной Греции. Опустошая византийские владения, сицилийский король завладел островом Корфу и в то же время, чтобы с успехом продолжать свои морские операции против Византии и чтобы обеспечить себя со стороны африканских мусульман, заключил с последними союз.

    Таким образом крестоносное движение в самом начале было поставлено в самое неблагоприятное положение. С одной стороны, западный король напал на византийские владения в то самое время, когда крестоносцы подходили к Константинополю; с другой стороны, составился союз христианского короля с мусульманами, союз прямо враждебный успеху крестовых походов. Политика норманнского короля тотчас отозвалась на отдаленном Востоке. В крестовом ополчении участвовала масса людей, которые не желали подчиняться германскому и французскому королям, не признавали над собой никакого авторитета. Как бы ни желали короли благополучно довести свое войско до Константинополя, не возбуждая ропота в туземном населении грабежами и насилиями, им было трудно удержать порядок и дисциплину в своем войске: добровольцы, приставшие к ополчению, отделялись от войска, грабили, наносили оскорбления и чинили насилия жителям. Это не могло не поселить недоразумений между византийским царем и германским королем, начались взаимные неудовольствия и упреки в неисполнении договоров и конвенций. Во Фракии дошло даже от открытых столкновений. Крестоносцы жаловались на то, что им несвоевременно доставлялись съестные припасы и фураж; византийцы обвиняли крестоносцев в грабеже. Хотя византийский царь был уверен в расположении к себе Конрада, но для него не было тайной отсутствие дисциплины в крестовом войске и слабый авторитет короля. Царь Мануил боялся, что Конраду не удастся обуздать буйную и непокорную толпу, что эта толпа, жадная к наживе, может начать в виду Константинополя грабежи и насилия и вызовет серьезные смуты в столице. Поэтому Мануил старался отстранить крестоносное ополчение от Константинополя и советовал Конраду переправиться на азиатский берег Галлиполи. Это было бы действительно лучше, ибо предупредило бы много различных недоразумений и стычек. Но крестоносцы силой пробились к Константинополю, сопровождая свой путь грабежами и насилиями. В сентябре 1147 г. опасность для Византии со стороны крестоносцев была серьезна: у стен Константинополя стояли раздраженные германцы, предававшие все грабежу; через две-три недели нужно было ожидать прибытия французских крестоносцев; соединенные силы тех и других могли угрожать Константинополю серьезными неприятностями. В то же время до византийского царя доходили известия о взятии Корфу, о нападениях норманнского короля на приморские византийские владения, о союзе Рожера II с египетскими мусульманами.

    Под влиянием грозившей со всех сторон опасности Мануил сделал шаг, который в самом корне подрывал предположенные Вторым крестовым походом задачи и цели, - он заключил союз с турками-сельджуками; правда, это не был союз наступательный, он имел целью обезопасить империю и пригрозить латинянам на случай, если бы последние вздумали угрожать Константинополю. Но тем не менее этот союз имел весьма важное значение в том отношении, что он давал понять сельджукам, что им придется считаться только с одним западным ополчением. Заключая этот союз с иконийским султаном, Мануил давал понять, что он не смотрит на сельджуков как на врагов. Оберегая свои личные интересы, он умывал руки, предоставляя крестоносцам действовать на собственный риск собственными силами и средствами. Таким образом против крестового ополчения составилось два христианско-мусульманских союза: один - прямо враждебный крестоносному ополчению - это союз Рожера II с египетским султаном; другой - союз византийского царя с иконийским султаном - был не в интересах крестового похода. Все это было причиной тех неудач, которыми закончился Второй крестовый поход.

    Мануил поспешил удовлетворить Конрада и перевез немцев на противоположный берег Босфора. Едва ли в это время византийский царь и мог обеспечить дальнейший ход дел на азиатской территории. Крестоносцы дали себе первый отдых в Никее, где произошли уже серьезные недоразумения. Пятнадцатитысячный отряд отделился от немецкого ополчения и на собственный страх направился приморским путем к Палестине. Конрад с остальным войском избрал тот путь, которого держалось первое крестоносное ополчение, - через Дорилей, Иконий, Гераклею. В первой битве (26 октября 1147 г.), происшедшей в Каппадокии, близ Дорилея, немецкое войско, застигнутое врасплох, было разбито наголову, большая часть ополчения погибла или была взята в плен, весьма немногие вернулись с королем в Никею, где Конрад стал поджидать французов. Почти в то самое время, когда Конрад потерпел страшное поражение, Людовик VII приближался к Константинополю. Происходили обычные столкновения между французским войском и византийским правительством. Зная симпатии между Людовиком VII и Рожером II, Мануил не считал безопасным продолжительное пребывание в Константинополе французов. Чтобы поскорее отделаться от них и понудить рыцарей к ленной присяге, царь Мануил употребил хитрость. Между французами был пущен слух, что немцы, переправившиеся в Азию, быстро подвигаются вперед, шаг за шагом одерживают блистательные победы; так что французам нечего будет делать в Азии. Соревнование французов было возбуждено; они требовали переправить их поскорее через Босфор. Здесь уже, на Азиатском берегу, французы узнали о несчастной участи немецкого войска; в Никее свиделись оба короля, - Людовик и Конрад, и решились продолжать путь вместе, в верном союзе.

    Источники:

    1. Успенский Ф.И. "История крестовых походов", СПб., 1900-1901 (enoth.narod.ru)

    См. также:

    www.world-history.ru

    Второй крестовый поход (1147–1149). Крестовые походы

    Второй крестовый поход

    (1147–1149)

    В XII в., когда по соседству с владениями крестоносцев появилось мощное государство Сельджукидов, включившее в себя часть территории Сирии и Месопотамии, ситуация резко ухудшилась. Первым серьезным ударом стало взятие Эдессы эмиром мосульским Зенги в декабре 1144 г. В ответ на это по просьбе иерусалимского короля папа римский Евгений III призвал к новому крестовому походу.

    Второй крестовый поход возглавили французский король Людовик VII и германский император Конрад III. Это была плохо организованная авантюра, проходившая в условиях обострения противоречий между Византией и государствами крестоносцев, а также последних между собой. Особенностью этого похода стало отсутствие папского легата (представителя).

    Въезд крестоносцев в Константинополь. Художник Жан Фуке, ок. 1455 г.

    Осада Дамаска. Неизвестный художник

    Многотысячные армии немецких и французских рыцарей сопровождались толпами бедняков, которые ринулись в поход, вдохновленные проповедью Бернарда Клервоского, ставшего главным идейным вдохновителем Второго крестового похода. Большая часть бедняков погибла в дороге, а немецкие войска были наголову разбиты турками во время перехода через Малую Азию. В сентябре 1148 г. немецкие рыцари по решению Конрада III возвратились на родину.

    Французская армия под предводительством Людовика VII берет курс на Иерусалим, попутно решив взять штурмом Дамаск. Продвигаясь по побережью, крестоносцы подвергались постоянным нападениям и теряли людей. Штурм Дамаска провалился, остатки армии французов вернулись в свою страну.

    Поделитесь на страничке

    Следующая глава >

    history.wikireading.ru

    Второй крестовый поход (1147–49). История — Путеводитель по Израилю

    Предпосылки

    Политика христианских правителей на Востоке преследовала ложную цель — уничтожение византийского господства в Азии и ослабление греческого элемента, на который естественно нужно было рассчитывать в деле уничтожения мусульман.

    Такая политика привела к тому, что мусульмане, ослабленные и отодвинутые внутрь Азии, вследствие Первого крестового похода, снова усилились и начали из Месопотамии угрожать христианским владениям.

    Один из наиболее сильных мусульманских эмиров, эмир Мосула Имад-эд-Дин Зенги, начал весьма серьёзно угрожать передовым княжествам.

    В 1144 г. Зенги произвел сильный натиск, который окончился взятием Эдессы и падением Эдесского княжества.

    Это наносило весьма чувствительный удар всему восточному христианству: Эдесское княжество составляло форпост, о который разбивались волны мусульманских набегов, в Эдесском княжестве был оплот, защищавший весь христианский мир.

    В то время, когда Эдесса пала под ударами мусульман, другие христианские княжества находились или в стесненном положении, или были заняты вопросами чисто эгоистического характера и поэтому как не могли подать помощи Эдесскому княжеству, так не в состоянии были заменить для христиан его значения.

    В Иерусалиме незадолго перед тем умер король Фульк, тот самый, который соединил интересы Иерусалимского королевства с интересами своих французских владений.

    После его смерти во главе королевства стала вдова, королева Мелисенда Иерусалимская, опекунша Бодуэна III; непокорность вассальных князей отняла у неё всякую возможность и средства даже для защиты собственных владений — Иерусалим находился в опасности и не мог подать помощи Эдессе.

    Что касается Антиохии, то князь Раймунд завязал несчастную войну с Византией, кончившуюся для него полной неудачей, и таким образом также не мог подать помощи Эдессе.

    И тем не менее, для поднятия нового крестового похода в Западной Европе не представлялось благоприятных условий.

    В 1144 г. на римском престоле сидел папа римский Евгений III.

    Ему предстояло бы, пользуясь властным положением церкви, принять под свою руку дело защиты восточно-азиатских княжеств, но к этому времени положение папы, даже в самой Италии, было далеко не властное: римский престол был жертвой партий, а авторитету церкви угрожало новое демократическое течение, которое возглавлял Арнольд Брешианский, который боролся против светской власти Папы.

    Германский король Конрад III также был поставлен в затруднительные обстоятельства борьбой с Вельфами.

    Нельзя было надеяться, что Папа Римский или король примут на себя инициативу Второго крестового похода.

    Во Франции королем был Людовик VII; рыцарь в душе, он чувствовал себя связанным с Востоком и был склонен предпринять крестовый поход. На короля, как и на всех его современников, оказывало сильное влияние то литературное движение, которое глубоко проникло во всю Францию и распространилось даже по Германии.

    Людовик VII, прежде чем решиться на такой важный шаг, как поход в Святую землю, спросил мнения у аббата Сугерия, своего воспитателя и советника, который, не отговаривая короля от доброго намерения, посоветовал принять все меры, чтобы обеспечить должный успех предприятию.

    Людовик VII пожелал узнать настроение народа и духовенства. Евгений III одобрил план короля и поручил святому Бернарду проповедь о крестовом походе, снабдив его воззванием к французскому народу.

    В 1146 г. святой Бернард Клервоский присутствовал на государственном собрании в Везеле (Бургундия). Он сел рядом с королем Людовиком, надел на него крест и произнес речь, в которой приглашал вооружиться на защиту Гроба Господня против неверных.

    Таким образом с 1146 г. вопрос о крестовом походе был решен с точки зрения французов. Южная и средняя Франция двинула многочисленную армию, которая была вполне достаточна для того, чтобы дать отпор мусульманам.

    Идеи Второго Крестового похода дошли не только до Франции, но и сами собой распространились в Германии, что вызвало волну антисемитских настроений. Бернарду Клервоскому пришлось лично явиться за Рейн, чтобы порицать священнослужителей, которые позволили появиться таким настроениям.

    Во время своего визита в Германию, накануне 1147 г., Конрад III приглашает Бернарда на празднование первого дня Нового года. После торжественной мессы Папа Римский произносит речь, которая убеждает германского императора принять участие во Втором Крестовом походе.

    Решение Конрада III участвовать во Втором крестовом походе отозвалось весьма живо во всей германской нации. С 1147 года и в Германии началось такое же одушевленное общее движение, как и во Франции.

    Начало похода

    Французская нация, во главе со своим королем, выставила значительные силы. Как сам король Людовик VII, так и феодальные французские князья выказали много сочувствия делу Второго крестового похода; собрался отряд численностью до 70 тысяч.

    Цель, которую предстояло достигнуть Второму крестовому походу, была ясно намечена и строго определена. Задача его состояла в том, чтобы ослабить муссульского эмира Зенги и отнять у него Эдессу.

    Эту задачу успешно выполнило бы и одно французское войско, состоявшее из хорошо вооруженной армии, которая по пути увеличилась вдвойне приставшими добровольцами. Если бы крестоносное ополчение 1147 г. состояло из одних французов, оно направилось бы другим путем, более кратким и более безопасным, чем тот, который оно избрало под влиянием германцев.

    Французы в политической системе той эпохи представляли нацию, совершенно обособленную, которая своими ближайшими интересами склонялась к Италии. Сицилийский король Рожер II и французский король находились в близких отношениях.

    Вследствие этого для французского короля всего естественнее было избрать путь через Италию, откуда он мог, воспользовавшись норманнским флотом и также флотом торговых городов, которые явились такими энергичными помощниками в Первом крестовом походе, удобно и скоро прибыть в Сирию.

    Кроме того, путь через южную Италию имел за собой ещё то преимущество, что к ополчению мог присоединиться и сицилийский король. Людовик VII, снесшись с Рожером II, готов был двинуться через Италию.

    Когда поднялся вопрос о пути и средствах движения, германский король предложил избрать тот путь, которым шли и первые германские крестоносцы, — на Венгрию, Болгарию, Сербию, Фракию и Македонию.

    Германцы настаивали на том, чтобы и французский король двинулся этим путем, мотивируя свое предложение тем, что лучше избегать разделения сил, что движение через владения союзного и даже родственного с германским королем государя вполне обеспечено от всякого рода случайностей и неожиданностей и что с византийским царем начаты по этому вопросу переговоры, в благоприятном результате которых Конрад не сомневался.

    Летом 1147 г. началось движение крестоносцев через Венгрию; Конрад III шёл впереди, месяцем позже шёл за ним Людовик.

    Рожер II Сицилийский, который ранее не заявлял намерения участвовать во Втором крестовом походе, но который однако не мог оставаться равнодушным к исходу его, потребовал от Людовика исполнения заключенного между ними договора — направить путь через Италию. Людовик долго колебался, но уступил союзу с германским королем.

    Рожер II понял, что если он теперь не примет участия в походе, то положение его станет изолированным. Он снарядил корабли, вооружился, но не для того, чтобы оказать помощь общему движению. Он начал действовать сообразно норманнской политике относительно Востока: сицилийский флот стал грабить острова и приморские земли, принадлежащие Византии, берега Иллирии, Далмации и южной Греции.

    Опустошая византийские владения, сицилийский король завладел островом Корфу и в то же время, чтобы с успехом продолжать свои морские операции против Византии и чтобы обеспечить себя со стороны африканских мусульман, заключил с последними союз.

    По ходу движения в Святую землю крестоносцы грабили территории, которые лежали на их пути, нападали на местных жителей.

    Византийский император Мануил I Комнин боялся, что Конраду III не удастся обуздать буйную и непокорную толпу, что эта толпа, жадная к наживе, может начать в виду Константинополя грабежи и насилия и вызовет серьёзные смуты в столице. Поэтому Мануил старался отстранить крестоносное ополчение от Константинополя и советовал Конраду переправиться на азиатский берег Галлиполи.

    Но крестоносцы силой пробились к Константинополю, сопровождая свой путь грабежами и насилиями.

    В сентябре 1147 г. опасность для Византии со стороны крестоносцев была серьёзна: у стен Константинополя стояли раздраженные германцы, предававшие все грабежу; через две-три недели нужно было ожидать прибытия французских крестоносцев; соединенные силы тех и других могли угрожать Константинополю серьёзными неприятностями.

    В то же время до византийского царя доходили известия о взятии Корфу, о нападениях норманнского короля на приморские византийские владения, о союзе Рожера II с египетскими мусульманами.

    Проход через Византийскую империю

    Под влиянием грозившей со всех сторон опасности Мануил сделал шаг, который в самом корне подрывал предположенные Вторым крестовым походом задачи и цели, — он заключил союз с турками-сельджуками; правда, это не был союз наступательный, он имел целью обезопасить империю и пригрозить латинянам на случай, если бы последние вздумали угрожать Константинополю.

    Но тем не менее этот союз имел весьма важное значение в том отношении, что он давал понять сельджукам, что им придется считаться только с одним западным ополчением.

    Заключая этот союз с иконийским султаном, Мануил давал понять, что он не смотрит на сельджуков как на врагов. Оберегая свои личные интересы, он умывал руки, предоставляя крестоносцам действовать на собственный риск собственными силами и средствами.

    Таким образом против крестового ополчения составилось два христианско-мусульманских союза: один — прямо враждебный крестоносному ополчению — это союз Рожера II с египетским султаном; другой — союз византийского царя с иконийским султаном — был не в интересах крестового похода. Все это было причиной тех неудач, которыми закончился Второй крестовый поход.

    Мануил поспешил удовлетворить Конрада и перевез немцев на противоположный берег Босфора. Крестоносцы дали себе первый отдых в Никее, где произошли уже серьёзные недоразумения.

    15-тысячный отряд отделился от немецкого ополчения и на собственный страх направился приморским путем к Палестине. Конрад с остальным войском избрал тот путь, которого держалось первое крестоносное ополчение, — через Дорилей, Иконий и Гераклею.

    В первой битве (26 октября 1147 г.), происшедшей в Каппадокии, близ Дорилея, немецкое войско, застигнутое врасплох, было разбито наголову, большая часть ополчения погибла или была взята в плен, весьма немногие вернулись с королем в Никею, где Конрад стал поджидать французов.

    Почти в то самое время, когда Конрад потерпел страшное поражение, Людовик VII приближался к Константинополю. Происходили обычные столкновения между французским войском и византийским правительством. Зная симпатии между Людовиком VII и Рожером II, Мануил не считал безопасным продолжительное пребывание в Константинополе французов. Чтобы поскорее отделаться от них и понудить рыцарей к ленной присяге, царь Мануил употребил хитрость.

    Между французами был пущен слух, что немцы, переправившиеся в Азию, быстро подвигаются вперед, шаг за шагом одерживают блистательные победы; так что французам нечего будет делать в Азии. Соревнование французов было возбуждено; они требовали переправить их поскорее через Босфор. Здесь уже, на Азиатском берегу, французы узнали о несчастной участи немецкого войска; в Никее свиделись оба короля, — Людовик и Конрад, и решились продолжать путь вместе, в верном союзе.

    Так как путь от Никеи до Дорилея был покрыт трупами и облит христианской кровью, оба короля желали избавить войско от тяжелого зрелища и потому отправились обходным путем, на Адрамитий, Пергам и Смирну. Путь этот был чрезвычайно трудный, замедлявший движение войска; выбирая этот путь, короли надеялись встретить здесь менее опасностей со стороны мусульман. Надежды их однако не оправдались: турецкие наездники держали в постоянном напряжении крестоносную армию, замедляли путь, грабили, отбивали людей и обозы.

    Кроме того, недостаток съестных припасов и фуража заставил Людовика бросить массу вьючных животных и багажа.

    Французский король, не предвидя всех этих затруднений, взял с собой многочисленную свиту; поезд его, в котором участвовала и его супруга Элеонора, был в высшей степени блистательный, пышный, не соответствовавший важности предприятия, соединенного с такими затруднениями и опасностями.

    Крестоносное ополчение двигалось очень медленно, теряя на своем пути массу людей, вьючного скота и багажа.

    Провал похода

    В начале 1148 г. оба короля прибыли в Эфес с жалкими остатками войска, тогда как при переправе ополчения через Босфор византийцы, очевидно преувеличенно, насчитывали его до 90 тысяч.

    В Эфесе короли получили от византийского императора письмо, в котором последний приглашал их в Константинополь отдохнуть. Конрад отправился морским путём в Константинополь, а Людовик, с большим трудом добравшись до приморского города Анталии, выпросил у византийского правительства кораблей и с остатками войска в марте 1148 г. прибыл в Антиохию.

    В итоге громадные армии королей растаяли под ударами мусульман; а короли, — французский и немецкий, соединившиеся для одной цели, скоро разошлись и стали преследовать противоположные задачи.

    Раймунд Антиохийский принял французов очень радушно: последовал ряд празднеств и торжеств, в которых французская королева Элеонора Аквитанская играла первенствующую роль.

    Не замедлила проявиться интрига, которая не осталась без влияния на общий ход дел: Элеонора вступила в связь с Раймундом. Само собою разумеется, Людовик чувствовал себя оскорблённым, униженным, он потерял энергию, воодушевление и охоту вести начатое дело.

    Но были обстоятельства, которые ещё хуже отозвались на деле Второго крестового похода. Пребывание Конрада III в Константинополе в зиму 1147/48 гг. сопровождалось охлаждением между ним и византийским императором.

    Весной 1148 г. Конрад отправился из Константинополя в Малую Азию, но только не в Антиохию для соединения с французским королём, а прямо в Иерусалим. Как для Раймунда, так и для Людовика было в высшей степени неприятно известие, что Конрад оставил задачи крестового похода и предался интересам Иерусалимского королевства.

    Балдуин III, король Иерусалима, побудил Конрада стать во главе войска, которого Иерусалимское королевство могло выставить до 50 тысяч, и предпринять поход против Дамаска. Это предприятие следует считать в высшей степени неверным и ошибочным, да оно и не входило в виды второго крестового похода.

    Движение против Дамаска в интересах Иерусалимского королевства окончилось весьма печальными результатами. В Дамаске, правда, находилась довольно грозная сила, но весь центр тяжести мусульманского Востока, вся сила и опасность для христиан сосредоточивалась в это время не в Дамаске, а в Мосуле.

    Эмир мосульский Зенги, а не кто другой завоевал Эдессу и угрожал остальным христианским владениям. После смерти Зенги в Мосуле сидел сын его Нур ад-Дин Махмуд, который приобрёл весьма крупную, хотя и печальную известность в восточных христианских летописях, как самый непримиримый и грозный враг Антиохии и Триполи. Само собою разумеется, что если его не ослабили в 1148 г., он впоследствии мог сделаться грозной, роковой силой для всего восточного христианства.

    В Иерусалиме этого не поняли. Немецкий король стал во главе 50-тысячной армии и направился против Дамаска.

    Это вызвало антихристианскую коалицию: эмир Дамаска заключил союз с Нур ад-Дином. Политика христиан на Востоке в данное время, когда у них не было значительных военных сил, должна была быть очень осторожной: входя в борьбу с каким бы то ни было мусульманским центром, христиане должны были бить наверное, чтобы не поднимать против себя коалиций со стороны мусульман.

    Между тем Конрад и Балдуин III шли с закрытыми глазами и не озаботились ознакомиться с местными условиями. Дамаск оказался укреплённым сильными стенами и защищённым значительным гарнизоном; осада Дамаска требовала продолжительного времени и значительных усилий. Христианское войско направило свои силы против той части города, которая казалась более слабой.

    Между тем в лагере распространились слухи, что с севера на выручку Дамаска идёт Нур ад-Дин. Конрад с горстью немцев не терял надежды на сдачу Дамаска. Но в лагере христиан составилась измена, которая, впрочем, ещё недостаточно выяснена, хотя о ней упоминается у многих летописцев.

    Будто бы Иерусалимский король, патриарх и рыцари, подкупленные золотом мусульман, распространили слухи, что Дамаск непобедим с той стороны, с которой подошли к нему крестоносцы. Вследствие этого осаждающие перешли на другую сторону города, которая была действительно неприступна. Проведя довольно продолжительное время в бесполезной осаде, угрожаемые с севера Нур ад-Дином, христиане должны были отступить от Дамаска, не достигнув ничего.

    Эта неудача тяжело отозвалась на рыцарском короле Конраде и на всём войске. Не было охотников продолжать дело Второго крестового похода, то есть идти дальше на север и в союзе с Антиохией вести войну против главного врага — эмира мосульского.

    Энергия и рыцарский энтузиазм Конрада ослабли, и он решил вернуться на родину. Осенью 1148 г. на византийских кораблях он прибыл в Константинополь, а оттуда в начале 1149 г. возвратился в Германию, не сделав, в сущности, ничего для дела христиан на Востоке, а, напротив, обесславив себя и немецкую нацию.

    Людовик VII, как человек молодой, с большим рыцарским энтузиазмом, не решился, подобно Конраду, бросить так скоро начатого им дела. Но в то же время, при затруднительности положения, он не решился на энергичные меры.

    В его свите нашлись лица, которые не считали выполненной задачу крестового похода и, считая возвращение назад делом унизительным для рыцарской чести, советовали ему оставаться в Антиохии и ждать подкрепления, то есть прибытия новых сил с Запада для выручки Эдессы.

    Но были и такие, которые, указывая на пример Конрада, уговаривали короля возвратиться на родину; Людовик VII поддался влиянию последних и решился возвратиться. В начале 1149 г. он на норманнских кораблях переправился в южную Италию, где имел свидание с норманнским королем и осенью 1149 г. прибыл во Францию.

    guide-israel.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о