Когда гитлер напал – Во сколько часов на самом деле Гитлер напал на СССР

Во сколько часов на самом деле Гитлер напал на СССР

Начало военных действий

22 июня ранним утром, тщательно подготовив авиационные и артиллерийские силы, немецкие войска пересекли границы Советского Союза. Спустя 2 часа, В.М. Молотов уже принимал у себя посла Германии В. Шуленберга. Этот визит состоялся ровно в 05:30, о чем свидетельствуют записи в книге посетителей. Немецкий посол предоставил официальное заявление, в котором содержалась информация о диверсионных действиях СССР в отношении Германии. Также в документах говорилось и политических манипуляциях Советского Союза, направленных против Германии. Суть этого заявления заключалась в том, что военные действия Германия предпринимает, чтобы противостоять угрозе и защитить свою территорию.

Официально заявил о начале войны Молотов. И этот факт вызывает множество вопросов. Во-первых, объявление было сделано гораздо позже. Выступление по радио население страны услышало только в 12:15. С момента начала военных действий прошло уже более 9 часов, в течение которых немцы вовсю бомбили нашу территорию. С немецкой стороны обращение было зафиксировано в 6:30 (по времени Берлина). Также загадкой стало то, что о начале военных действий сообщал Молотов, а не Сталин. Современные историки выдвигают не одну версию. Некоторые утверждают, что глава СССР в то время находился в отпуске. Согласно версии зарубежных историков Бракман и Пейн в этот период Сталин отдыхал в Сочи. Также есть предположение, что он был на месте и попросту отказался, переложив всю ответственность на Молотова. Такое утверждение основывается на записях в журнале о посетителях – в этот день Сталин вел прием и даже принимал английского посла.

Существуют и разногласия относительно авторства по тексту, который составлялся для официального выступления. Как утверждает Г. Н. Пескова, которая трудилась над восстановлением хронологии событий, текст сообщения был написан от руки Молотовым. Но по стилю изложения и исправлениям, сделанным позже в этом тексте, пришли к заключению, что содержание текста редактировалось Сталиным. Впоследствии Молотов выступил по радио с упоминанием, что действует по поручению Иосифа Виссарионовича. Позже, сравнивая содержание написанного текста и произнесенной речи, историки обнаружили некоторые отличия, которые в основном касались масштабов территорий, подвергшихся нападению. Были и другие несоответствия, но они не имели важного стратегического значения. Во всяком случае, факт о том, что война началась раньше указанного в официальных источниках времени, исследователями подтвержден документально.

russian7.ru

Как и когда Адольф Гитлер принял решение напасть на СССР » Военное обозрение

Окончилось чествование Дня Победы, но впереди другая, траурная на сей раз дата - 22 июня 1941 года. В преддверии очередной годовщины нападения гитлеровской Германии на Советский Союз будет нелишним вспомнить обстоятельства принятия Адольфом Гитлером этого решения. Данная статья написана мною в продолжение статьи А.В. Огнёва - фронтовика, профессора, заслуженного деятеля науки - "Разоблачение фальсификаторов истории. План "Барбаросса" подписан", в которой автор доказывает, что "Германия стала готовиться к агрессии против СССР сразу после капитуляции Франции". На мой взгляд, данный вывод А.В. Огнёва требует уточнения - Гитлер принял решение напасть на СССР не сразу ПОСЛЕ капитуляции Франции, а сразу после начала эвакуации союзников из Дюнкерка, практически за месяц ДО капитуляции Франции.

В основу моих построений положено мнение бывшего генерал-майора вермахта Б. Мюллера-Гиллебранда, который в своем фундаментальном труде "Сухопутная армия Германии 1933-1945 гг." говорит, дословно: "еще не начался второй этап Западной кампании, когда Гитлер 28 мая 1940 г. начал обсуждать с главнокомандующими сухопутными силами будущую организацию армии мирного времени.... Кроме того, Гитлер уже 15 июня отдал распоряжение о сокращении численности армии мирного времени до 120 дивизий, в число которых входили и 30 подвижных соединений, предусматривающихся для мирного времени".


Казалось бы, получается вполне себе логичная картина - Гитлер напал на Францию 10 мая 1940 года с 156 дивизиями, а для мирного времени решил 15 июня 1940 года сократить армию военного времени до 120 дивизий. Для проведения операции "Морской лев" 13 июля 1940 годы было решено вместо ликвидации 35 дивизий расформировать 17 дивизий, а личный состав 18 дивизий уволить "в долгосрочный отпуск с тем, чтобы в любое время можно было легко восстановить эти соединения в прежнем виде.... 31 июля 1940 г. Гитлер заявил о своей решимости провести весной 1941 г. кампанию против Советского Союза с целью его разгрома. Для этого, сказал он, необходимо к намеченному сроку довести численность сухопутной армии до 180 дивизий". В преддверии разгрома Греции и Югославии вермахт был усилен дивизиями, предназначенными для несения оккупационной службы в этих странах, в результате чего сухопутная армия Германии перед нападением на СССР, а это как вермахт, так и войска СС, насчитывала 209 дивизий, включая боевую группу "Норд".

Гармонию данной картины нарушает состав армии мирного времени - "120 дивизий, в число которых входили и 30 подвижных соединений". Ведь увеличение 10 танковых дивизий, 4 моторизированных дивизий, 2 моторизированных дивизий СС и 1 мотострелковой бригады армии военного времени до 20 танковых и 10 моторизированных дивизий армии мирного было необходимо Германии, по мнению Мюллера-Гиллебранда, для войны исключительно на бескрайних районах Советского Союза. "Накопленный опыт, а также коренное изменение военно-политической обстановки, произошедшее в результате овладения новыми обширными территориями на Востоке и в результате того, что Советский Союз стал непосредственным соседом Германии, говорили о необходимости значительного увеличения в будущем численности мотострелковых войск, и особенно бронетанковых сил". Получается нелогично - создавали армию мирного времени, но готовились к войне с Советским Союзом, причем не в далеком будущем, а буквально осенью 1940 года.

Кажущийся парадокс ситуации легко устраняется знакомством с записью дневника начальника Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковника Ф. Гальдера за 31 июля 1940 года, в которой показано распределение группировки из 180 дивизий:

"7 дивизий - Норвегия (сделать самостоятельными)
50 дивизий - Франция
3 дивизии - Голландия и Бельгия
Итого: 60 дивизий
120 дивизий - на Восток
Всего: 180 дивизий".

Получается, что 120 дивизий - это армия вторжения в Советский Союз. Дополнительные 60 дивизий для несения оккупационной службы на Западе понадобились Гитлеру лишь после того, как Англия отказалась от мира с Германией. 120 дивизий - это с одной стороны армия мирного времени для Англии и Франции, а с другой армия военного времени для Советского Союза. В свете новых обстоятельств общепринятая картина принятия А. Гитлером решения о нападении на Советский Союз кардинально меняется.

10 мая 1940 года, в день отставки Н. Чемберлена, Германия напала на Францию, Голландию и Бельгию. Полагаясь на заключение после разгрома Франции мира с Англией и организацию совместного похода против СССР, 24 мая 1940 года, Гитлер остановил танковое наступление своих войск против обороняющих Дюнкерк союзников. Тем самым он дал возможность британским войскам эвакуироваться из северного "мешка", а своим - избежать фронтального столкновения с загнанным в угол обреченным и отчаянно сопротивляющимся противником, сохраняя, таким образом, для грядущего похода на СССР жизнь как британских, так и немецких солдат. "Стоп-приказ" вызвал удивление не только у немецких генералов, которым Гитлер "объяснил остановку танковых частей... стремлением сберечь танки для войны в России". Даже ближайший сподвижник Гитлера Р. Гесс убеждал его в том, что разгром британских войск во Франции ускорит мир с Англией.

Однако Гитлер не поддался ни на чьи уговоры и остался непреклонен - разгром 200 тысячной британской группировки, несомненно, увеличивал шансы мира Англии с Германией, но вместе с тем уменьшал потенциал Англии в борьбе с Советским Союзом, что для Гитлера было совершенно неприемлемо. На 27 мая число эвакуированных было невелико - всего 7669 человек, однако в дальнейшем темпы эвакуации резко возросли, и всего из Дюнкерка было эвакуировано 338 тысяч человек, включая 110 тысяч французов. Британскими экспедиционными силами было брошено большое количество боевой техники и тяжелого вооружения. Между тем "в 4:00 28 мая бельгийским войскам было приказано сложить оружие, так как Бельгия согласилась на безоговорочную капитуляцию".

28 мая 1940 года, убедившись в начале эвакуации англичан из Дюнкерка, Гитлер начал обсуждение армии вторжения в СССР при условии невмешательства Англии в германо-советский конфликт. 2 июня, в дни наступления на Дюнкерк, он выразил "надежду, что теперь уж Англия будет готова пойти на "заключение разумного мира" и тогда у него будут развязаны руки для выполнения своей "великой и непосредственной задачи - противоборства с большевизмом", а 15 июня отдал распоряжение о создании армии вторжения в Советский Союз в составе 120 дивизий с одновременным увеличением числа подвижных соединений до 30. Увеличение числа подвижных соединений, по мнению Б. Мюллера-Гиллебранда, было необходимо Гитлеру для войны на бескрайних просторах России.

16 июня 1940 года французское правительство отказалось заключать предложенный У. Черчиллем англо-французский союз с предоставлением всем англичанам и французам двойного гражданства, созданием единого правительства в Лондоне и объединением вооруженных сил. К ночи 16 июня 1940 года возглавив пораженческую группу "маршал Петэн... сформировал правительство с главной целью добиться у Германии немедленного перемирия". 22 июня 1940 года Франция капитулировала. Э. Галифакс, приди он к власти 10 мая 1940 года, несомненно, вслед за Францией заключил бы мир с Германией, однако события приняли совершенно иной оборот.

Уже на следующий день У. Черчилль отказался признать правительство Виши и начал активное сотрудничество с организацией генерала де Голя "Свободная Франция", а 27 июня 1940 года заявил, что если Гитлеру не удастся разбить англичан на Острове, то он, "вероятно, ринется на Восток. По существу, он, возможно, сделает это, даже не пытаясь осуществить вторжение". Опасаясь использования нацистами против Англии французского флота, Черчилль отдал приказ его уничтожить. В ходе операции "Катапульта" английский флот с 3 по 8 июля 1940 года потопил, повредил и захватил 7 линейных кораблей, 4 крейсера, 14 эскадренных миноносцев, 8 подводных лодок и ряд других кораблей и судов.

Ради оказания давления на Черчилля, 13 июля 1940 года Гитлер отдал приказ приготовить десантную операцию против Англии к началу сентября, в связи с чем принял решение о расформировании только 17 из запланированных 35 дивизий, с увольнением личного состава остальных 18 дивизий в долгосрочный отпуск. 19 июля 1940 года Гитлер предложил мир Англии ради либо участия, либо нейтралитета в борьбе Германии с Советским Союзом, а "21 июля,... потребовал от фон Браухича начать "приготовления" к войне с Россией и в победном угаре тех дней даже подумывал о проведении этой кампании уже осенью 1940 года".

22 июля 1940 года Черчилль отказался от мира с Германией, а 24 июля 1940 года согласился на передачу Англии старых американских эсминцев для противодействия немецким подводным лодкам в обмен на право организации в ряде английских пунктах морских баз США, чем окончательно спутал Гитлеру все его планы. В отчаянной попытке переломить ситуацию, Гитлер призвал Эдуарда вернуться в Англию. Однако 28 июля Эдуард, бежавший в мае 1940 года в Испанию из штаба объединенного союзного командования от наступавших немецких дивизий, заявил в Лиссабоне Гессу, что "в данный момент он не готов рисковать гражданской войной в Британии ради возвращения трона, но бомбежки могут образумить Британию и, возможно, подготовят страну к его скорому возвращению с Багамских островов, управление которыми он в тот момент принял по предложению Черчилля".

Таким образом Черчилль удержался на своем посту. Поскольку действовать Германии против Советского Союза теперь предстояло под угрозой со стороны британских и французских войск, Гитлер принял решение об увеличении армии до 180 дивизий. 7 дивизий планировалось оставить в Норвегии, 50 дивизий - во Франции и 3 дивизии в Голландии и Бельгии. Итого: 60 дивизий. Как и прежде, 120 дивизий выделялось для действий на Востоке. Всего: 180 дивизий. Поскольку вермахт столкнулся с необходимостью наращивания своей численности, 31 июля 1940 года Гитлер заявил о намерении разгромить СССР не раньше весны 1941 года. "1 августа 1940 года Виндзоры сели в Лиссабоне на лайнер, направлявшийся в Карибское море, и окончательно сошли с политической сцены".

Как мы видим, Гитлер задумался о нападении на Советский Союз 24-28 мая 1940 года еще во время военных действий во Франции, напрямую увязывая его с решением дать возможность британским войскам эвакуироваться из "мешка" под Дюнкерком. Окончательное решение о нападении на Советский Союз было принято Гитлером не позднее 15 июня 1940 года, когда он отдал распоряжение о создании армии вторжения в Советский Союз в составе 120 дивизий с одновременным увеличением числа подвижных соединений до 30. Нападение на СССР предполагалось при условии невмешательства в германо-советский конфликт Англии и вишистской Франции.

Между тем, данный план был расстроен Уинстоном Черчиллем, взявшимся заставить Германию напасть на Советский Союз безо всякого содействия Англии. Попытка Гитлера путем либо устрашения Англии вторжением вермахта, либо возвращением на престол Эдуарда добиться нейтралитета Англии в германо-советском конфликте успеха не принесла. Гитлер был вынужден послушно в дополнение к 120 дивизиям группировки вторжения в Советский Союз создать 60 дивизий для оккупации Западной Европы и ее прикрытия от угрозы из Англии. Срок нападения на Советский Союз был перенесен с осени 1940 года на весну 1941 года.

topwar.ru

Нападение Гитлера на СССР было вероломным

После поднятия данной темы, которая будет разобрана ниже, последует совершенно предсказуемая реакция: о том, что этот вопрос уже давно обсуждался и тема войны уже и так всем ясна. И это верно! И верно то, что после стольких пройденных лет мы до сих пор теребим эти неизлечимые раны. Но проблема в том, что по сей день приходится доказывать истину о наглом вторжении гитлеровцев в СССР. До сих пор неоднократно всплывают слова и фразы о том, что Сталин хотел нанести удар первым. Вновь и вновь ставится под сомнение значимость Сталинграда в переломе войны. И никто не станет спорить, что за рубежом история Второй мировой подкорректирована и исправлена на свой лад.

22 июня 1941 года, ранним воскресным утром в день летнего солнцестояния немецкие бомбардировщики люфтваффе нарушили государственную границу СССР. Приблизительно в 03 часа 30 минут авиация Геринга начала бомбардировку промышленных районов, аэродромов и базы Черноморского флота в Севастополе. В 4 часа 00 минут после мощного артобстрела вперёд двинулись передовые части вермахта, вслед за ними последовали основные ударные силы. Так для советских людей началась Великая Отечественная война.


На самом деле война началась ещё задолго до вторжения нацистов в СССР. Прежде всего, в оккупации гитлеровцев находились соседствующие с Германией страны. Пепел сожженных в крематориях тел уже рассеивался в воздухе над европейской землёй, и ужас, охватывающий подавленную Европу, распространялся – от Варшавы до Туманного Альбиона.

В советские времена мы были абсолютно уверены, что нападение немцев было вероломным. Наши родители дедушки и бабушки нам объясняли, что фашистские войска ворвались на нашу землю без каких-либо вынужденных причин. Но на стыке 80-х – 90-х годов прошлого века эти факты стали опровергаться, их использовали для подрыва социализма, облачая в идеологическое оружие советского строя. Отчасти те, кто обвинял коммунизм во лжи, были правы, но меняя страну, они не думали, что решают судьбу миллионов советских граждан. Заметьте, они тоже являются победителями, но мы их судим и судим строго, как губителей и предателей СССР.

Сегодня историю перевернули и выпотрошили, а любители мифов перепачкали память о подлинном героизме наших солдат. Сегодня некоторые историки, журналисты и просто слагатели лжи утверждают, что немцы всего лишь защищались от советского большевизма. Споры и разногласия порою выглядят просто нелепо, да и можно ли назвать это спорами – скорее необоснованная и подлая фальсификация правды. Сегодня есть историки, сомневающиеся в том, что инициатором войны являлся немецкий фюрер. Сегодня пишут и говорят, что каждый их двух сторон (Сталин и Гитлер) был уверен, что нанесёт удар первым. Тем, кто мне не верит, советую расширить свой кругозор и взглянуть на исторические сведения: в интернете, в книгах и в прочей литературе.

Вообще, доказывать приверженцам предвзятого мнения, что первыми на советскую землю вторглись немцы, уже дело совершенно нелепое, существует множество фактов, подтверждающих то, что руководитель СССР не хотел воевать. Но поскольку средства массовой информации затрагивают эту тему, значит кому-то выгодно, чтобы Победа в войне принадлежала не нам.

Разберём три главных вопроса о вторжении немцев в июне 1941 г.

1. Гитлер напал без предупреждения

После неудачной попытки уничтожения британских военно-воздушных сил высшее немецкое командование запланировало переброску своих войск на восток. В Германии об этом было известно советским дипломатам. С весны 1941-го советская разведка докладывала о значительном перемещении немецких эшелонов с военной техникой. Начина с 6 июня немцы предпринимали попытки обстрела пограничных постов. Авиация люфтваффе неоднократно нарушала государственную границу. К послу Германии в СССР Ф. Шуленбургу много раз предъявляли претензии и требовали объяснений о дерзком поведении немцев. В ночь с 21 на 22 июня немецкие солдаты переходили границу, обнаруживая и обрывая линии связи штабов – всё это нельзя было игнорировать. Из мемуаров маршала К. Рокоссовского ясно, что ему доложили о задержке немецкого перебежчика в воинском звании ефрейтор, сообщившем о нападении 22 июня. Так почему мы спорим о том, что немцы напали без предупреждения?

Прежде чем нагло вторгнуться на чужую территорию, враг объявляет войну и предъявляет претензии, объясняющие причины вторжения. С немецкой стороны никаких претензий предъявлено не было. Начиная наступление, Геббельс по немецкому радио диктовал, что Советы нарушили его границы первыми, но ничего подобного на рубеже СССР и оккупированной немцами Польши не происходило.

Вторая мировая война значительно отличалась от предыдущих войн, её характер носил название «молниеносной» и этот эффект приносил немцам победу, поэтому оповещать врага о вторжении и предъявлять ему какие-либо претензии, значит снижать эффект внезапности нападения. Лишь после того, как совершился прорыв на территорию СССР и фашисты обстреляли наши границы, война была объявлена официально…

Отрывок из речи В. Молотова, произнесённой в первый день Отечественной войны:
«…Сегодня в 4 часа утра без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, Германские войска напали на нашу страну…»

2. Советский генералитет и Сталин не знали о дате вторжения

Пожалуй, не совсем справедливо обвинять Кремль в незнании точной даты. Безусловно, что, прорывая государственную границу, никто не будет сообщать о дате вторжения. Дату вторжения держат в большом секрете и об этом известно только высшему командованию, если конечно в ближайшем окружении Гитлера не было советских агентов. Другое дело ориентировочная дата, и ориентировочная дата была известна в диапазоне 15-ти дней. Первое достоверное сообщение поступило 30 мая 1941 года от советского агента в Японии – Рихарда Зорге. В нём сообщалось, что немецкое наступление против СССР начнётся во второй половине июня. 16 июня пришло новое донесение от агентов НКГБ, работающих в Берлине, сообщившее ориентировочную дату в районе недели, т.е. в ближайших семи дней.

Но советское командование выглядело как-то уж слишком вольно и даже казалось, что война застала их всех врасплох. Но на самом деле никакой вольности не было – были даны указания: не поддаваться провокации со стороны немцев. Немцы постоянно старались спровоцировать советские войска на конфликт. В случае обстрела немецких войск на границе, Гитлер мог с лёгкостью объявить о вражеском нарушении рубежа советскими пограничниками (хотя он это и так сделал). Если бы советские войска открыли бы огонь первыми, то виновниками начала войны были бы уже мы.

Глава государства И. Сталин боялся паники – и это вполне справедливо. Паника в большей степени была бы вредна не только для советского народа, а очень полезна для немцев: создалась бы потенциальная угроза междоусобицы. К тому же, если бы всё-таки Красная Армия поддалась бы на провокации и начала бы огонь первой, история ВОВ имела бы уже совсем другой результат – в развязывании войны обвинили бы уже Сталина. Поэтому для Генерального секретаря ЦК ВКП(б) был так важен покой на границе. Советский Союз мог бы понести тяжкое клеймо виновника развязывания войны, и тогда бы от него отвернулись многие страны мира.

Есть сведения, что вермахт должен был вторгнуться до июня 1941 года, и так как он не напал в мае, то война уже точно переносилась на следующий год. Но поверить в это нельзя – слишком много поступало тревожных звонков из-за границы. Во-первых, весной 1941 года немецкие войска перебрасывались к Польскому рубежу, и это был не какой-нибудь смотр – это: расстановка орудий, использование транспортных эшелонов, мобилизация армии, пересылка и оформление документов. Такие действия не останутся незамеченными. Во-вторых, если разведка сообщала о переносе дат, то приблизительную дату вторжения должны были сообщить наверняка – что и сделали. В-третьих, промедление для Третьего Рейха могло стоить значительных неудач, наготове стояли: румынская, финская, венгерская, словацкая и итальянская армии. Последние три выделили по одному армейскому корпусу. Япония тоже предусматривала нападение на СССР. И наконец, четвёртая причина, означающая, что нападение на СССР будет скорым – это полёт Рудольфа Гесса в Британию, о смысле этого полёта в Советском Союзе не могли не догадываться. Цель «визита» Гесса в Британию – попытка заключения союза с англичанами для совместного похода против СССР. Полёт стоил Гессу больших потерь, и от этого важность его только увеличивалась.

10 июня 1941 года заместитель фюрера предложил премьер-министру Англии сотрудничество. Советская разведка докладывала о переговорах немца с британцами, о «Мисси Гесса» напечатали в «Правде». Ко всему этому можно ещё добавить то, что написано выше: перебежчиков, обстрел пограничных постов, нарушение люфтваффе государственного рубежа – всё это должно было насторожить командующих войсками и привести их в постоянную боевую готовность.

Существует ещё один аргумент в пользу известности Сталина о том, что гитлеровцы начнут наступление в июне 1941 года. Он гласит, что ещё в апреле того же 41-го года У. Черчилль лично информировал советского вождя о нападении. В конце концов, излишний поток информации мог серьёзно осложнить предпринимаемую подготовку к отражению наступления. У Иосифа Сталина в те дни была масса сомнений и неприятностей, и верить британцам и их агентам у него не было оснований. Немцам англичане подбрасывали информацию о сосредоточивании советских войск на границе. В Кремле были иные сведения из Лондона: немецкие войска занимают позиции, чтобы подготовить армию к нападению на СССР.

По некоторым сведениям, взятым из современной литературы, можно узнать, что директива к войскам на границе всё же последовала. Но действия Кремля были предприняты с опозданием: в ночь с 21 на 22 июня. В приказе значилось: привести части РККА в полную боевую готовность.

Если обвинять вождя Советов в неосведомлённости, то предпочтительней думать о несовершенных методах работы советской агентуры в Берлине, которой доверял Сталин. Орган нацисткой разведки Абвер под управлением В. Канариса мог использовать в качестве дезинформирования наиболее важный канал связи, исполняющий обязанности и поручения Л. Берии. Но поставим последние под сомнение.

В любом случае незнание даты – не оправдание: войска на границе для того, чтобы охранять нас. Основной просчёт, результатом которого стала небоеспособность армии в первые дни войны – это отсутствие линии обороны, позиции которой должны были размещаться в глубоком тылу. Не объявив войну СССР, немцы использовали эффект неожиданности. Внезапность посеяла в рядах РККА неразбериху, последствия запутанности не проходили несколько месяцев. Смятение завладело половиной генералов и командиров, распространилось на солдат, сбило их с толку и повергло в сомнение. Стоит признать, что оборона в тылу свела бы эффект неожиданности к нулю.

3. Вероломное нападение

После тщетной попытки создать совместный с Европой отпор нацистам Сталин принимает предложение Гитлера о подписании обоюдного договора о дружбе и ненападении. Всем без сомненья известно, что в августе 1939 года в Москве состоялась встреча немецкого посла с Народным комиссаром иностранных дел СССР – Молотовым. После чего в свет вышел неожиданный для Европы договор, т.е. пакт о ненападении – пакт Молотов-Риббентроп. Подлое и циничное нарушение пакта означало вероломное нападение гитлеровцев на СССР. Сегодня мы абсолютно уверены, что первым клятву нарушил Гитлер.

Но это не значит, что нужно слепо следовать убеждающему факту. Судят всех и победителей в том числе, ибо ни одна победа не достаётся малой ценой. Чем дороже цена – тем сильней враг, и если молчать обо всех провалах и поражениях, то и ни стоит говорить о том, что враг был в чём-то сильнее нас. Победитель тоже несёт потери и потери немалые, оставляющие глубокий след на нашей земле и в человеческой памяти.

Как бы это не звучало унизительно в адрес СССР, но именно советская идеология замалчивала о поражениях Красной Армии. Именно органами КПСС скрывались объёмы потерь, происходивших во время отступления на восток. А как же объяснить тот факт, что силы РККА начали этап освобождения от города Сталинграда? Сталинградская битва стала переломной во Второй мировой, но Город-Герой был подло стёрт с карты СССР Никитой Хрущёвым.

Фильмов, снятых в советское время о войне, великое множество, но тема поражений в большинстве кинопостановок либо обходилась стороной, либо показывалась скомкано или вскользь. В мемуарах советских полководцев, правда о грандиозных потерях или потеснена, или уменьшена. Но благо, что о знании предполагаемой даты вторжения уже не скрывали, да и глупо это было скрывать, демонстрируя великолепную способность советской разведки.

Выстраивание такой необъективной основы и привело нас к вопросам об Отечественной войне, и поскольку ту часть непозволительной правды скрыли от нас тогда – сейчас она вырывается и бьёт по больным местам.

Да, после художественных произведений и фильмов СССР трудно было поверить в некомпетентность тогдашних военачальников. Советское кино «живописно» отразило чувства героев войны, но только лишь одну их сторону – выгодную. А как же те, кто погибал на границе? Что думать о тех, кто стал жертвой беспечности командиров? Стоит ли продолжать искать того, кто так и остался для всех для нас без вести пропавшим солдатом?

Мы привыкли говорить только о победителях, а поражения признавать не умеем. Война – это не игра, тут не пожертвуешь пешкой, чтобы потом устранить ладью. Но если всё же посметь и разложить схватку между Германией и СССР на раунды, то первый раунд мы проиграли. Да, можно сказать: Ничего! Выдержали! Но каждый удар – это чья-то жизнь, а каждая схватка – миллионы жизней.

Во Второй мировой мы не должны были воевать, но нас заставили, нас принудили немцы. «Тысячелетний Рейх» втянул в кровавую бойню всю Европу и Советский Союз. И не Советский Союз развязал войну, а Европа – они это делали в 1812 году, они это делали и в 1914 году. В 1941 советский народ выступил в роли освободителя, спасая мир от чумы и дубины нацистского вероломства.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Google plus, Одноклассники

pravdoryb.info

В каком году, и на кого первыми напал Гитлер?

В мае 1913 года Гитлер переехал в Мюнхен, где вел богемный образ жизни, торгуя акварелями. В первый месяц войны записался добровольцем и в октябре 1914 г. оказался на Западном фронте в качестве рядового 1-й роты 16-го Баварского резервного полка (иначе «полк Листа» , по фамилии командира) , связным штаба полка. В декабре того же года награждён Железным крестом второго класса. 16 октября 1915 г. ранен в ногу в первой битве на Сомме. По выходе из госпиталя (март 1917) возвращается в полк в чине ефрейтора (Gefreite). В августе 1918 г. награждён Железным крестом первого класса — награда, которую редко вручали рядовым. Сослуживцы Гитлера впоследствии утверждали, что он получил эту награду за то, что взял в плен 15 неприятельских солдат (по одной версии англичан, по другой французов) , однако в архивах «полка Листа» о его конкретных заслугах ничего не говорится. 13 октября 1918 г. был контужен в результате газовой атаки англичан под Ипром и временно потерял зрение. Через месяц, находясь на излечении в госпитале, узнал о капитуляции Германии и свержении кайзера, что стало для него большим потрясением.

В 1936—1939 Германия под руководством Гитлера оказала существенную помощь франкистам во время Гражданской войны в Испании.

В марте 1938 была аннексирована Австрия.

Третий рейх в 1939 году. Синим цветом — т. н. «Старый рейх» ; голубым — земли, присоединённые в 1938 г. ; светло-голубым — «Протекторат Богемия и Моравия» (оккупированная Чехия)

Осенью 1938 года, в соответствии с международными договорённостями (Мюнхенское соглашение 1938 года) , была аннексирована часть Чехословакии — Судетская область (рейхсгау) .

Эти претензии, однако, встречают резкий отпор. Обезопасив себя с восточной стороны заключением Договора о ненападении со Сталиным, содержащего условия раздела Восточной Европы между Германией и СССР (23 августа 1939), Гитлер провоцирует инцидент в Глейвице и использует его как повод для нападения на Польшу (1 сентября) , ставшего причиной Второй мировой войны. Разгромив в течение сентября Польшу, Гитлер в апреле-мае 1940 г. оккупирует Норвегию, Данию, Голландию, Люксембург и Бельгию, прорывает фронт во Франции и в июне занимает Париж и выводит Францию из войны. Попытка заставить Англию капитулировать или подписать мир проваливается из-за угрозы нападения со стороны СССР, оказываются тщетными надежды на десантную операцию и оккупацию острова. Весной 1941 г. Гитлер захватывает Грецию и Югославию, а 22 июня нападает на СССР. Поражения советских войск на первом этапе советско-германской войны привели к оккупации гитлеровскими войсками республик Прибалтики, Белоруссии, Украины, Молдавии и части России. На оккупированных территориях был установлен жесточайший оккупационный режим, уничтоживший многие миллионы людей.

Однако с конца 1942 года гитлеровские армии стали терпеть крупные поражения как в России (Сталинград) так и в Египте (Эль-Аламейн) . В следующем году Красная армия переходит в широкое наступление, тогда как англо-американцы высаживаются в Италии и выводят её из войны. В 1944 году советская территория была освобождена от оккупации, Красная Армия продвинулась в Польшу и на Балканы; в то же время англо-американские войска, высадившись в Нормандии, освободили большую часть Франции. С началом 1945 года боевые действия были перенесены на территорию Рейха.

otvet.mail.ru

Почему Адольф Гитлер напал на СССР 22 июня 1941 года?: reich_erwacht

Вплоть до своей смерти в июле 1996 года, Адольф фон Тадден был заметной и уважаемой фигурой в немецких "правых" и "националистических" (консервативных) кругах. В своей последней книге он кратко и убедительно объясняет, почему Гитлер был вынужден, в силу политических и военных причин, нанести превентивный удар по Советскому Союзу. Его книга"Ловушка Сталина" наследие для будущих поколений, своего рода завет для молодых немцев.

Десятилетиями в США и Европе официальной точкой зрения считалось, что сумасшедший Адольф Гитлер напал без предупреждения, предав доверчивого Иосифа Сталина, совершив вероломное неожиданное нападение на совершенно неподготовленный Советский Союз 22 июня 1941 года. Книга фон Таддена, которая базируется в значительной мере на недавно раскрытых данных из российских архивов, собственных высказываний Сталина, и новых откровений российских военных специалистов -- убедительно развенчивает это представление.

Многие советские документы попали к немцам в ходе войны, немецкая разведка также сообщала о накоплении советских войск на границе в 1941 году, обосновывая решение Гитлера нанести удар. Представленные перед беспристрастным судом, эти свидетельства несомненно бы оправдали германское военное и политическое руководство. К сожалению, все эти документы изъяты и находятся у победивших союзников.

В своей речи от 11 декабря 1941 года, Адольф Гитлер подробно описал "красную угрозу" на Востоке, которая возникла при содействии и подстрекательстве Англии и (до сих пор официально нейтральной) США. В этот исторический момент, немецкий лидер сказал:

"Уже в 1940 году стало ясно, что планы Кремля были направлены на господство, и таким образом разрушение всей Европы. Я уже говорил о наращивании советских войск на Востоке в период, когда Германия имела только несколько дивизий в областях, граничащих с Советской Россией. Только слепой может не видеть, что происходило наращивание военной мощи. И это было не для того, чтобы держать оборону, а скорее всего чтобы напасть на того, кто казался неспособным защищаться ...

Когда мне стало известно о возможности возникновения угрозы на востоке Рейха в 1940 году через [секретные] сводки от Британской палаты общин и путем наблюдений за перемещениями советских войск на нашей границе, я сразу же отдал приказ о формировании новых танковых, моторизованных и пехотных дивизий ...
"Мы очень четко осознали, что ни при каких обстоятельствах мы не могли дать противнику возможность нанести первый удар. Тем не менее, решение по данному делу был очень сложным ...
"Поистине внушительное количество материалов сейчас доступно, подтверждающих, что было запланировано советское наступление. Мы также уверены, когда это наступление должно было произойти. Ввиду этой опасности, степень которой мы только сейчас по-настоящему осознаем, я могу только благодарить Господа Бога, что он просветил меня, и дал мне силы, чтобы сделать то, что должно было быть сделано. Миллионы немецких солдат могут поблагодарить его за свою жизнь, и то, что Европа все еще существует.
"Я могу сказать сегодня: если бы волна в более чем 20 000 танков, сотню дивизий, десятков тысяч орудий вместе с более чем 10000 самолетами, двинулась бы против Рейха, Европа была бы потеряна ..."

Во время Нюрнбергского процесса, бывшие высокопоставленные чины Третьего Рейха свидетельствовали о подоплеке плана Барбаросса, характеризуя советскую угрозу в 1941 году, и какие огромные объемы оружия, топлива и пр. материалов они обнаружили, когда их войска вторглись на советскую территорию. Но этот факт не был принят трибуналом.

Фон Тадден приводит, например, приводит показания Германа Геринга:

"Мы очень быстро поняли, кто стоит за переворотом в Югославии и генералом Симовичем [в Белграде 27 марта 1941 года]. Вскоре после этого было подтверждено, что донесения из Югославии были правильными, а именно, что существует сильное политическое влияние Советов, а также факты оказания значительной финансовой помощи для осуществления переворота со стороны Англии, позже мы нашли этому доказательства. Было ясно, что эта затея была направлена против политики прежнего югославского правительства по отношению к Германии ...

Переворот Романа Симовича был наверняка последним и решающим фактором, который развеял последние сомнения фюрера про намерения СССР, и побудило его принять превентивные меры в этом направлении."

Фон Тадден приводит показания генерала Альфреда Йодля, одного из ближайших военных советников Гитлера, который дал похожие показания:

"Это, несомненно, является чисто превентивной войной. Позже мы обнаружили огромные склады и всяческого рода приготовления к войне прямо напротив нашей границы. Я пропущу подробности, но могу сказать, что хотя нам удалось в некоторой степени достичь тактической внезапности, стратегической внезапности не было. Россия была полностью готова к войне".

Союзники в Нюрнберге ограничивали ответчикам доступ к немецким документам, которые бы оправдали их. Военные и политические лидеры Германии были повешены, покончили жизнь самоубийством, или были депортированы в Советский Союз для рабского труда. В результате задача установления исторической истины была оставлена другим, в том числе ученым из России и США, а также таким уважаемым немцам как фон Тадден.

Дополнительные доказательства, приведенные фон Тадденом была предоставлены Андреем Власовым, выдающимся советским генералом, который был захвачен немцами в плен. Во время разговора в 1942 году с генералом СС Рихардом Хильдебрандтом, он спросил, собирался ли Сталин напасть на Германию, и если да, то когда. Позже Хильдебрандт сказал:

"Власов в ответ заявил, что нападение было запланировано на август-сентябрь 1941 года. Русские готовили нападение с начала года, приготовления заняли довольно много времени из-за плохих железных дорог. Гитлер совершенно правильно оценил ситуацию, и ударил прямо во время наращивания сил. Это, сказал Власов, является причиной огромных первоначальных немецких успехов".

Весомый вклад внес Виктор Суворов (Владимир Резун), сотрудник советской военной разведки, показавший, что Сталин готовился напасть на Германию и Запад в рамках долгосрочного проекта по глобальной советизации, и что у Гитлера не было разумной альтернативы чтобы противостоять этому, кроме как начать свою атаку. В "ловушке Сталина" фон Тадден обсуждает и подтверждает анализ Суворова, также ссылаясь на выводы российских военных историков, которые, работая в архивах, доступных начиная с 1990 года, в общем и целом, подтверждают работу Суворова. Отставной советский полковник Алексей Филиппов написал статью" О готовности Красной Армии к войне в июне 1941 г.", опубликованную в 1992 году в российском военном журнале "Военный Вестник" и Валерий Данилов, еще один отставной советский полковник, который написал статью "Готовил ли Генеральный штаб Красной Армии упреждающий удар по Германии?," которая впервые появилась в "Российской газете", и позже, в переводе, в респектабельном австрийском военном журнале, Österreichische Militärische Zeitschrift.

Совсем недавно два выдающихся европейских историка, немец и австриец, представили дополнительные доказательства подготовки СССР к нападению на Германию. Первый из них -Иоахим Гофман, историк из военного исследовательского центра истории во Фрайбурге. Написал фундаментальный труд Stalins Vernichtungskrieg, 1941-1945 ("Сталинская война на уничтожение"), состоящая из 300 страниц, которая выдержала три переиздания. Второй - Хайнц Магенхеймер, член Академии национальной обороны в Вене и Österreichische Militärische Zeitschrift. Его книга недавно появилась на английском языке под названием Hitler's War: German Military Strategy, 1940-1945 (Лондон, 1998).

Фон Тадден также приводит комментарии ряд статей немецкого еженедельника "Шпигель" о советских планах, разработанных генералом Георгием Жуковым, чтобы атаковать северную Германию и Румынию в начале 1941 года. Комментируя это, полковник Владимир Карпов заявил:
"Только представьте, если план Жукова был бы принят и осуществлен. На рассвете, в мае или июне, тысячи наших самолетов и десятки тысяч наших орудий нанесли бы удар по плотно сконцентрированным силам противника, чьи позиции были известны вплоть до батальонного уровня - сюрприз еще более немыслимый, чем нападение Германии на нас."

Речи Сталина

Пожалуй, самой показательной из речей Сталина является произнесенная на заседании Политбюро 19 августа 1939 года. Сказанная в узком кругу своих единомышленников, она показывает его точную, но абсолютно циничную оценку политических сил, и раскрывает его хитрые намерения.
Через четыре дня после этого выступления, министр иностранных дел Германии фон Риббентроп встретился со Сталиным в Кремле, чтобы подписать советско-германский пакт о ненападении.

Важно отметить, что Сталин мог бы предотвратить войну в 1939 году, согласившись поддержать Англию и Францию в их "гарантиях"целостности Польши, или просто объявив, что Советский Союз будет решительно возражать против нарушения Германией польской территории. Он вместо этого решил дать Гитлеру "зеленый свет" для нападения на Польшу, ожидая, что потом Англия и Франция объявили бы войну Германии, превращая локальный конфликт в полномасштабную общеевропейскую войну.
В этой речи Сталин изложил свой хитрый и расчетливый взгляд на ситуацию в Европе:

“Вопрос мира или войны вступает в критическую для нас фазу. Если мы заключим договор о взаимопомощи с Францией и Великобританией, Германия откажется от Польши и станет искать “модус вивенди” с западными державами. Война будет предотвращена, но в дальнейшем события могут принять опасный характер для СССР. Если мы примем предложение Германии о заключении с ней пакта о ненападении, она, конечно, нападет на Польшу, и вмешательство Франции и Англии в эту войну станет неизбежным. Западная Европа будет подвергнута серьезным волнениям и беспорядкам. В этих условиях у нас будет много шансов остаться в стороне от конфликта, и мы сможем надеяться на наше выгодное вступление в войну.
Опыт двадцати последних лет показывает, что в мирное время невозможно иметь в Европе коммунистическое движение, сильное до такой степени, чтобы большевистская партия смогла бы захватить власть. Диктатура этой партии становится возможной только в результате большой войны."

Мы сделаем свой выбор, и он ясен. Мы должны принять немецкое предложение и вежливо отослать обратно англо-французскую миссию. Первым преимуществом, которое мы извлечем, будет уничтожение Польши до самых подступов к Варшаве, включая украинскую Галицию.
Рассмотрим теперь второе предположение, т.е. победу Германии. Некоторые придерживаются мнения, что эта возможность представляет для нас серьезную опасность. Доля правды в этом утверждении есть, но было бы ошибочно думать, что эта опасность будет так близка и так велика, как некоторые ее представляют. Если Германия одержит победу, она выйдет из войны слишком истощенной, чтобы начать вооруженный конфликт с СССР по крайней мере в течение десяти лет.

Ее основной заботой будет наблюдение за побежденными Англией и Францией с целью помешать их восстановлению. С другой стороны, победоносная Германия будет располагать огромными территориями, и в течение многих десятилетий она будет занята их “эксплуатацией” и установлением там германских порядков. Очевидно, что Германия будет очень занята в другом месте, чтобы повернуться против нас. Есть и еще одна вещь, которая послужит укреплению нашей безопасности. В побежденной Франции компартия всегда будет очень сильной. Коммунистическая революция неизбежно произойдет, и мы сможем использовать это обстоятельство для того, чтобы прийти на помощь Франции и сделать ее нашим союзником. Позже все народы, попавшие под “защиту” победоносной Германии, также станут нашими союзниками. У нас будет широкое поле деятельности для развития мировой революции.

Товарищи! В интересах СССР - Родины трудящихся, чтобы война разразилась между рейхом и капиталистическим англо-французским блоком. Нужно сделать все, чтобы эта война длилась как можно дольше в целях изнурения двух сторон. Именно по этой причине мы должны согласиться на заключение пакта, предложенного Германией, и работать над тем, чтобы эта война, объявленная однажды, продлилась максимальное количество времени. Надо будет усилить пропагандистскую работу в воюющих странах для того, чтобы быть готовыми к тому времени, когда война закончится... ”

Дерзкий расчет советского лидера строился на том, чтобы использовать Германию в качестве "ледокола", утверждает фон Тадден в своей "ловушке Сталина".

Версия этой речи была известна с 1939 года, но десятилетиями ее считали фальшивкой. Однако, в 1994 году российские историки нашли ее текст в специальных секретных советских архивах, и быстро опубликовали его в российском научном журнале, а также в академическом издании Новосибирского университета. Вскоре после этой речи августе 1939 года, отмечает фон Тадден, Сталин распорядился приступить к наращиванию сил, которое завершилось летом 1941 г. наличием мощной группировки советских войск на границе с Германией.

5 мая 1941 года, всего за семь недель до нападения Германии, Сталин выступил с еще одной важной речью на торжественном банкете в Кремле перед выпускниками Военной академии имени Фрунзе. Присутствовали также члены сталинского "ближнего круга", в том числе Молотов и Берия. Во время войны, немцы реконструировали текст этого выступления, основанные на воспоминаниях пленных советских офицеров, которые присутствовали на банкете.
Как отмечает фон Тадден, ряд историков предсказуемо отрицают подлинность речи, принимая ее его как продукт германской пропаганды и дезинформацию. Однако несколько лет назад российский историк Лев Безыменский нашел в тексте части речи, которые были отредактированы для предполагаемой публикации в кремлевских архивах. Он опубликовал этот текст в 1992 году в одном из выпуске научного журнала Osteuropa.

В этой речи Сталин подчеркнул, что миролюбивая политика советского государства сыграла свою роль. (С этой политикой, Советский Союз существенно расширил свои границы на западе в 1939 и 1940 годах, "захватив" около 30 миллионов человек.) Так вот, Сталин без обиняков объявил, что пора готовиться к войне против Германии, конфликту, который начнется в ближайшее время. Он упомянул об огромном наращивании советских войск в течение последних нескольких лет. Недавно произошедшая "оккупация" Болгарии, и переброска немецких войск в Финляндию, дает несколько "оснований для войны против Германии".

Сталин сказал:

"Наш план войны уже готов ... мы можем начать войну с Германией в ближайшие два месяца ... мирный договор с Германией лишь обман, занавес, за которым можно открыто готовиться...
Мирная политика обеспечивала мир нашей стране. Мирная политика - дело хорошее. Мы до поры, до времени проводили линию на оборону - до тех пор, пока не перевооружили нашу армию, не снабдили армию современными средствами борьбы.

А теперь, когда мы нашу армию реконструировали, насытили техникой для современного боя, когда мы стали сильны - теперь надо перейти от обороны к наступлению.

Проводя оборону нашей страны, мы обязаны действовать наступательным образом. От обороны перейти к военной политике наступательных действий. Нам необходимо перестроить наше воспитание, нашу пропаганду, агитацию, нашу печать в наступательном духе. Красная Армия есть современная армия, а современная армия - армия наступательная".

Успехи германской армии объясняются тем, что она не сталкивалась со столь же сильным соперником. Некоторые советские командиры ложно переоценивают успехи немецкой армии ...

Поэтому я предлагаю тост за новую эпоху, которая наступила в развитии нашего социалистического Отечества. Да здравствует активная наступательная политика Советского государства!"

В лице все новых доказательств, которые стали доступны в последние годы, фон Тадден утверждает, что необходимо пересмотреть официальное историю этого периода.
Группа обеспокоенных ученых встретились на международной конференции в Москве в 1995 году. Историки из Европы, Израиля, Соединенных Штатов и Канады встретились со своими российскими коллегами для координации "официальной" линии, как в России, так и на Западе, по поводу германо-советского столкновения и его истоков. Эти историки просто игнорировали большинство новых доказательств, позволяющих пересмотреть эту главу истории, в том числе сталинское речи и другие доказательства, приведенные фон Тадденом, а также некоторые выводы российских историков.

Фон Тадден приводит слова французского историка Стефана Куртуа:

"Я работаю над переоценкой личности Сталина. Он был величайшим преступником нашего столетия. Но в то же время он был великим политиком двадцатого века: наиболее грамотный и профессиональный. Он понимал лучше всех как использовать все имеющиеся средства для достижения своей цели. Начиная с 1917 года, он добивался своего, и в конце концов, достиг своей цели... конечно, можно сказать, что Гитлер развязал войну. Но доказательства вины Сталина потрясают. Сталин хотел искоренить всех, кто выступал против марксистско-ленинского социального порядка".

"Из-за сопротивления немецких солдат", - заключает фон Тадден, "русские и англо-американские "освободители" встретились друг с другом не в Западной Европе, а на Эльбе, в самом центре Германии".

Примечания:

1. Von Thadden wrote numerous articles and essays, and was a co-publisher of the Coburg monthly Nation und Europe. Other books by him include Zwei Angreifer: Hitler and Stalin, 1993; Adolf Hitler, 1991; Die verfemte Rechte, 1984; Guernica: Greuelpropaganda oder Kriegsverbrechen?

2. "Hitler's Declaration of War Against the United States," The Journal of Historical Review, Winter 1988-89 (Vol. 8, No. 4), pp. 389-416.

3. This portion of Göring's testimony, given on March 15, 1946, is in the IMT "blue series" (Nuremberg), vol. 9, pp. 333-334. On March 27, 1941, Serbian officers in Belgrade, with backing from Britain, and possibly also the United States, overthrew the pro-German Yugoslav government of prime minister Cvetkovic. The new government, headed by General Simovic, quickly concluded a pact with Moscow. The subsequent German invasion of Yugoslavia, launched on April 6, delayed the Barbarossa attack against the USSR by several weeks. See: Germany and the Second World War (Oxford Univ. Press: 1995), vol. 3, pp. 480, 498, 499.

4. This portion of Jodl's testimony, given on June 5, 1946, is in the IMT "blue series," vol. 15, pp. 394-395.

5. See David Irving's study, Nuremberg: The Last Battle, reviewed in the July-August 1998 Journal of Historical Review. See also, M. Weber, "The Nuremberg Trials and the Holocaust," Summer 1992 Journal, pp. 167-213.

6. Suvorov's first three books on World War II have been reviewed in The Journal of Historical Review. The first two, Icebreaker and "M Day," were reviewed in Nov.-Dec. 1997 Journal (Vol. 16, No. 6), pp. 22-34. His third book, "The Last Republic," was reviewed in the July-August 1998 Journal (Vol. 17, No. 4), pp. 30-37.

7. A portion of this speech is quoted in part in the Nov.-Dec. 1997 Journal of Historical Review, pp. 32-34, and in the July-August 1998 Journal, p. 31.

8. Works by Courtois include Histoire du parti communiste français (1995), L'etat du monde en 1945 (1994), Rigueur et passion (1994), 50 ans d'une passion française, 1991), Qui savait quoi? (1987), and, perhaps best known, Le livre noir du communisme: Crimes, terreur, repression (1997).

"New Evidence on the 1941 'Barbarossa' Attack: Why Hitler Attacked Soviet Russia When He Did" by Daniel W. Michaels

From The Journal of Historical Review, May-June 1999 (Vol. 18, No. 3), pp. 40 ff.

Опубликовано с незначительными сокращениями

http://www.ihr.org/jhr/v18/v18n3p40_michaels.html

reich-erwacht.livejournal.com

Нападение Гитлера на СССР было вероломным

После поднятия данной темы, которая будет разобрана ниже, последует совершенно предсказуемая реакция: о том, что этот вопрос уже давно обсуждался и тема войны уже и так всем ясна. И это верно! И верно то, что после стольких пройденных лет мы до сих пор теребим эти неизлечимые раны. Но проблема в том, что по сей день приходится доказывать истину о наглом вторжении гитлеровцев в СССР. До сих пор неоднократно всплывают слова и фразы о том, что Сталин хотел нанести удар первым. Вновь и вновь ставится под сомнение значимость Сталинграда в переломе войны. И никто не станет спорить, что за рубежом история Второй мировой подкорректирована и исправлена на свой лад.

22 июня 1941 года, ранним воскресным утром в день летнего солнцестояния немецкие бомбардировщики люфтваффе нарушили государственную границу СССР. Приблизительно в 03 часа 30 минут авиация Геринга начала бомбардировку промышленных районов, аэродромов и базы Черноморского флота в Севастополе. В 4 часа 00 минут после мощного артобстрела вперёд двинулись передовые части вермахта, вслед за ними последовали основные ударные силы. Так для советских людей началась Великая Отечественная война.


На самом деле война началась ещё задолго до вторжения нацистов в СССР. Прежде всего, в оккупации гитлеровцев находились соседствующие с Германией страны. Пепел сожженных в крематориях тел уже рассеивался в воздухе над европейской землёй, и ужас, охватывающий подавленную Европу, распространялся – от Варшавы до Туманного Альбиона.

В советские времена мы были абсолютно уверены, что нападение немцев было вероломным. Наши родители дедушки и бабушки нам объясняли, что фашистские войска ворвались на нашу землю без каких-либо вынужденных причин. Но на стыке 80-х – 90-х годов прошлого века эти факты стали опровергаться, их использовали для подрыва социализма, облачая в идеологическое оружие советского строя. Отчасти те, кто обвинял коммунизм во лжи, были правы, но меняя страну, они не думали, что решают судьбу миллионов советских граждан. Заметьте, они тоже являются победителями, но мы их судим и судим строго, как губителей и предателей СССР.

Сегодня историю перевернули и выпотрошили, а любители мифов перепачкали память о подлинном героизме наших солдат. Сегодня некоторые историки, журналисты и просто слагатели лжи утверждают, что немцы всего лишь защищались от советского большевизма. Споры и разногласия порою выглядят просто нелепо, да и можно ли назвать это спорами – скорее необоснованная и подлая фальсификация правды. Сегодня есть историки, сомневающиеся в том, что инициатором войны являлся немецкий фюрер. Сегодня пишут и говорят, что каждый их двух сторон (Сталин и Гитлер) был уверен, что нанесёт удар первым. Тем, кто мне не верит, советую расширить свой кругозор и взглянуть на исторические сведения: в интернете, в книгах и в прочей литературе.

Вообще, доказывать приверженцам предвзятого мнения, что первыми на советскую землю вторглись немцы, уже дело совершенно нелепое, существует множество фактов, подтверждающих то, что руководитель СССР не хотел воевать. Но поскольку средства массовой информации затрагивают эту тему, значит кому-то выгодно, чтобы Победа в войне принадлежала не нам.

Разберём три главных вопроса о вторжении немцев в июне 1941 г.

1. Гитлер напал без предупреждения

После неудачной попытки уничтожения британских военно-воздушных сил высшее немецкое командование запланировало переброску своих войск на восток. В Германии об этом было известно советским дипломатам. С весны 1941-го советская разведка докладывала о значительном перемещении немецких эшелонов с военной техникой. Начина с 6 июня немцы предпринимали попытки обстрела пограничных постов. Авиация люфтваффе неоднократно нарушала государственную границу. К послу Германии в СССР Ф. Шуленбургу много раз предъявляли претензии и требовали объяснений о дерзком поведении немцев. В ночь с 21 на 22 июня немецкие солдаты переходили границу, обнаруживая и обрывая линии связи штабов – всё это нельзя было игнорировать. Из мемуаров маршала К. Рокоссовского ясно, что ему доложили о задержке немецкого перебежчика в воинском звании ефрейтор, сообщившем о нападении 22 июня. Так почему мы спорим о том, что немцы напали без предупреждения?

Прежде чем нагло вторгнуться на чужую территорию, враг объявляет войну и предъявляет претензии, объясняющие причины вторжения. С немецкой стороны никаких претензий предъявлено не было. Начиная наступление, Геббельс по немецкому радио диктовал, что Советы нарушили его границы первыми, но ничего подобного на рубеже СССР и оккупированной немцами Польши не происходило.

Вторая мировая война значительно отличалась от предыдущих войн, её характер носил название «молниеносной» и этот эффект приносил немцам победу, поэтому оповещать врага о вторжении и предъявлять ему какие-либо претензии, значит снижать эффект внезапности нападения. Лишь после того, как совершился прорыв на территорию СССР и фашисты обстреляли наши границы, война была объявлена официально…

Отрывок из речи В. Молотова, произнесённой в первый день Отечественной войны:
«…Сегодня в 4 часа утра без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, Германские войска напали на нашу страну…»

2. Советский генералитет и Сталин не знали о дате вторжения

Пожалуй, не совсем справедливо обвинять Кремль в незнании точной даты. Безусловно, что, прорывая государственную границу, никто не будет сообщать о дате вторжения. Дату вторжения держат в большом секрете и об этом известно только высшему командованию, если конечно в ближайшем окружении Гитлера не было советских агентов. Другое дело ориентировочная дата, и ориентировочная дата была известна в диапазоне 15-ти дней. Первое достоверное сообщение поступило 30 мая 1941 года от советского агента в Японии – Рихарда Зорге. В нём сообщалось, что немецкое наступление против СССР начнётся во второй половине июня. 16 июня пришло новое донесение от агентов НКГБ, работающих в Берлине, сообщившее ориентировочную дату в районе недели, т.е. в ближайших семи дней.

Но советское командование выглядело как-то уж слишком вольно и даже казалось, что война застала их всех врасплох. Но на самом деле никакой вольности не было – были даны указания: не поддаваться провокации со стороны немцев. Немцы постоянно старались спровоцировать советские войска на конфликт. В случае обстрела немецких войск на границе, Гитлер мог с лёгкостью объявить о вражеском нарушении рубежа советскими пограничниками (хотя он это и так сделал). Если бы советские войска открыли бы огонь первыми, то виновниками начала войны были бы уже мы.

Глава государства И. Сталин боялся паники – и это вполне справедливо. Паника в большей степени была бы вредна не только для советского народа, а очень полезна для немцев: создалась бы потенциальная угроза междоусобицы. К тому же, если бы всё-таки Красная Армия поддалась бы на провокации и начала бы огонь первой, история ВОВ имела бы уже совсем другой результат – в развязывании войны обвинили бы уже Сталина. Поэтому для Генерального секретаря ЦК ВКП(б) был так важен покой на границе. Советский Союз мог бы понести тяжкое клеймо виновника развязывания войны, и тогда бы от него отвернулись многие страны мира.

Есть сведения, что вермахт должен был вторгнуться до июня 1941 года, и так как он не напал в мае, то война уже точно переносилась на следующий год. Но поверить в это нельзя – слишком много поступало тревожных звонков из-за границы. Во-первых, весной 1941 года немецкие войска перебрасывались к Польскому рубежу, и это был не какой-нибудь смотр – это: расстановка орудий, использование транспортных эшелонов, мобилизация армии, пересылка и оформление документов. Такие действия не останутся незамеченными. Во-вторых, если разведка сообщала о переносе дат, то приблизительную дату вторжения должны были сообщить наверняка – что и сделали. В-третьих, промедление для Третьего Рейха могло стоить значительных неудач, наготове стояли: румынская, финская, венгерская, словацкая и итальянская армии. Последние три выделили по одному армейскому корпусу. Япония тоже предусматривала нападение на СССР. И наконец, четвёртая причина, означающая, что нападение на СССР будет скорым – это полёт Рудольфа Гесса в Британию, о смысле этого полёта в Советском Союзе не могли не догадываться. Цель «визита» Гесса в Британию – попытка заключения союза с англичанами для совместного похода против СССР. Полёт стоил Гессу больших потерь, и от этого важность его только увеличивалась.

10 июня 1941 года заместитель фюрера предложил премьер-министру Англии сотрудничество. Советская разведка докладывала о переговорах немца с британцами, о «Мисси Гесса» напечатали в «Правде». Ко всему этому можно ещё добавить то, что написано выше: перебежчиков, обстрел пограничных постов, нарушение люфтваффе государственного рубежа – всё это должно было насторожить командующих войсками и привести их в постоянную боевую готовность.

Существует ещё один аргумент в пользу известности Сталина о том, что гитлеровцы начнут наступление в июне 1941 года. Он гласит, что ещё в апреле того же 41-го года У. Черчилль лично информировал советского вождя о нападении. В конце концов, излишний поток информации мог серьёзно осложнить предпринимаемую подготовку к отражению наступления. У Иосифа Сталина в те дни была масса сомнений и неприятностей, и верить британцам и их агентам у него не было оснований. Немцам англичане подбрасывали информацию о сосредоточивании советских войск на границе. В Кремле были иные сведения из Лондона: немецкие войска занимают позиции, чтобы подготовить армию к нападению на СССР.

По некоторым сведениям, взятым из современной литературы, можно узнать, что директива к войскам на границе всё же последовала. Но действия Кремля были предприняты с опозданием: в ночь с 21 на 22 июня. В приказе значилось: привести части РККА в полную боевую готовность.

Если обвинять вождя Советов в неосведомлённости, то предпочтительней думать о несовершенных методах работы советской агентуры в Берлине, которой доверял Сталин. Орган нацисткой разведки Абвер под управлением В. Канариса мог использовать в качестве дезинформирования наиболее важный канал связи, исполняющий обязанности и поручения Л. Берии. Но поставим последние под сомнение.

В любом случае незнание даты – не оправдание: войска на границе для того, чтобы охранять нас. Основной просчёт, результатом которого стала небоеспособность армии в первые дни войны – это отсутствие линии обороны, позиции которой должны были размещаться в глубоком тылу. Не объявив войну СССР, немцы использовали эффект неожиданности. Внезапность посеяла в рядах РККА неразбериху, последствия запутанности не проходили несколько месяцев. Смятение завладело половиной генералов и командиров, распространилось на солдат, сбило их с толку и повергло в сомнение. Стоит признать, что оборона в тылу свела бы эффект неожиданности к нулю.

3. Вероломное нападение

После тщетной попытки создать совместный с Европой отпор нацистам Сталин принимает предложение Гитлера о подписании обоюдного договора о дружбе и ненападении. Всем без сомненья известно, что в августе 1939 года в Москве состоялась встреча немецкого посла с Народным комиссаром иностранных дел СССР – Молотовым. После чего в свет вышел неожиданный для Европы договор, т.е. пакт о ненападении – пакт Молотов-Риббентроп. Подлое и циничное нарушение пакта означало вероломное нападение гитлеровцев на СССР. Сегодня мы абсолютно уверены, что первым клятву нарушил Гитлер.

Но это не значит, что нужно слепо следовать убеждающему факту. Судят всех и победителей в том числе, ибо ни одна победа не достаётся малой ценой. Чем дороже цена – тем сильней враг, и если молчать обо всех провалах и поражениях, то и ни стоит говорить о том, что враг был в чём-то сильнее нас. Победитель тоже несёт потери и потери немалые, оставляющие глубокий след на нашей земле и в человеческой памяти.

Как бы это не звучало унизительно в адрес СССР, но именно советская идеология замалчивала о поражениях Красной Армии. Именно органами КПСС скрывались объёмы потерь, происходивших во время отступления на восток. А как же объяснить тот факт, что силы РККА начали этап освобождения от города Сталинграда? Сталинградская битва стала переломной во Второй мировой, но Город-Герой был подло стёрт с карты СССР Никитой Хрущёвым.

Фильмов, снятых в советское время о войне, великое множество, но тема поражений в большинстве кинопостановок либо обходилась стороной, либо показывалась скомкано или вскользь. В мемуарах советских полководцев, правда о грандиозных потерях или потеснена, или уменьшена. Но благо, что о знании предполагаемой даты вторжения уже не скрывали, да и глупо это было скрывать, демонстрируя великолепную способность советской разведки.

Выстраивание такой необъективной основы и привело нас к вопросам об Отечественной войне, и поскольку ту часть непозволительной правды скрыли от нас тогда – сейчас она вырывается и бьёт по больным местам.

Да, после художественных произведений и фильмов СССР трудно было поверить в некомпетентность тогдашних военачальников. Советское кино «живописно» отразило чувства героев войны, но только лишь одну их сторону – выгодную. А как же те, кто погибал на границе? Что думать о тех, кто стал жертвой беспечности командиров? Стоит ли продолжать искать того, кто так и остался для всех для нас без вести пропавшим солдатом?

Мы привыкли говорить только о победителях, а поражения признавать не умеем. Война – это не игра, тут не пожертвуешь пешкой, чтобы потом устранить ладью. Но если всё же посметь и разложить схватку между Германией и СССР на раунды, то первый раунд мы проиграли. Да, можно сказать: Ничего! Выдержали! Но каждый удар – это чья-то жизнь, а каждая схватка – миллионы жизней.

Во Второй мировой мы не должны были воевать, но нас заставили, нас принудили немцы. «Тысячелетний Рейх» втянул в кровавую бойню всю Европу и Советский Союз. И не Советский Союз развязал войну, а Европа – они это делали в 1812 году, они это делали и в 1914 году. В 1941 советский народ выступил в роли освободителя, спасая мир от чумы и дубины нацистского вероломства.

www.globalwarnews.ru

Нападение Гитлера на СССР было вероломным » Военное обозрение

После поднятия данной темы, которая будет разобрана ниже, последует совершенно предсказуемая реакция: о том, что этот вопрос уже давно обсуждался и тема войны уже и так всем ясна. И это верно! И верно то, что после стольких пройденных лет мы до сих пор теребим эти неизлечимые раны. Но проблема в том, что по сей день приходится доказывать истину о наглом вторжении гитлеровцев в СССР. До сих пор неоднократно всплывают слова и фразы о том, что Сталин хотел нанести удар первым. Вновь и вновь ставится под сомнение значимость Сталинграда в переломе войны. И никто не станет спорить, что за рубежом история Второй мировой подкорректирована и исправлена на свой лад.
22 июня 1941 года, ранним воскресным утром в день летнего солнцестояния немецкие бомбардировщики люфтваффе нарушили государственную границу СССР. Приблизительно в 03 часа 30 минут авиация Геринга начала бомбардировку промышленных районов, аэродромов и базы Черноморского флота в Севастополе. В 4 часа 00 минут после мощного артобстрела вперёд двинулись передовые части вермахта, вслед за ними последовали основные ударные силы. Так для советских людей началась Великая Отечественная война.

На самом деле война началась ещё задолго до вторжения нацистов в СССР. Прежде всего, в оккупации гитлеровцев находились соседствующие с Германией страны. Пепел сожженных в крематориях тел уже рассеивался в воздухе над европейской землёй, и ужас, охватывающий подавленную Европу, распространялся – от Варшавы до Туманного Альбиона.

В советские времена мы были абсолютно уверены, что нападение немцев было вероломным. Наши родители дедушки и бабушки нам объясняли, что фашистские войска ворвались на нашу землю без каких-либо вынужденных причин. Но на стыке 80-х – 90-х годов прошлого века эти факты стали опровергаться, их использовали для подрыва социализма, облачая в идеологическое оружие советского строя. Отчасти те, кто обвинял коммунизм во лжи, были правы, но меняя страну, они не думали, что решают судьбу миллионов советских граждан. Заметьте, они тоже являются победителями, но мы их судим и судим строго, как губителей и предателей СССР.

Сегодня историю перевернули и выпотрошили, а любители мифов перепачкали память о подлинном героизме наших солдат. Сегодня некоторые историки, журналисты и просто слагатели лжи утверждают, что немцы всего лишь защищались от советского большевизма. Споры и разногласия порою выглядят просто нелепо, да и можно ли назвать это спорами – скорее необоснованная и подлая фальсификация правды. Сегодня есть историки, сомневающиеся в том, что инициатором войны являлся немецкий фюрер. Сегодня пишут и говорят, что каждый их двух сторон (Сталин и Гитлер) был уверен, что нанесёт удар первым. Тем, кто мне не верит, советую расширить свой кругозор и взглянуть на исторические сведения: в интернете, в книгах и в прочей литературе.

Вообще, доказывать приверженцам предвзятого мнения, что первыми на советскую землю вторглись немцы, уже дело совершенно нелепое, существует множество фактов, подтверждающих то, что руководитель СССР не хотел воевать. Но поскольку средства массовой информации затрагивают эту тему, значит кому-то выгодно, чтобы Победа в войне принадлежала не нам.

Разберём три главных вопроса о вторжении немцев в июне 1941 г.

1. Гитлер напал без предупреждения

После неудачной попытки уничтожения британских военно-воздушных сил высшее немецкое командование запланировало переброску своих войск на восток. В Германии об этом было известно советским дипломатам. С весны 1941-го советская разведка докладывала о значительном перемещении немецких эшелонов с военной техникой. Начина с 6 июня немцы предпринимали попытки обстрела пограничных постов. Авиация люфтваффе неоднократно нарушала государственную границу. К послу Германии в СССР Ф. Шуленбургу много раз предъявляли претензии и требовали объяснений о дерзком поведении немцев. В ночь с 21 на 22 июня немецкие солдаты переходили границу, обнаруживая и обрывая линии связи штабов – всё это нельзя было игнорировать. Из мемуаров маршала К. Рокоссовского ясно, что ему доложили о задержке немецкого перебежчика в воинском звании ефрейтор, сообщившем о нападении 22 июня. Так почему мы спорим о том, что немцы напали без предупреждения?

Прежде чем нагло вторгнуться на чужую территорию, враг объявляет войну и предъявляет претензии, объясняющие причины вторжения. С немецкой стороны никаких претензий предъявлено не было. Начиная наступление, Геббельс по немецкому радио диктовал, что Советы нарушили его границы первыми, но ничего подобного на рубеже СССР и оккупированной немцами Польши не происходило.

Вторая мировая война значительно отличалась от предыдущих войн, её характер носил название «молниеносной» и этот эффект приносил немцам победу, поэтому оповещать врага о вторжении и предъявлять ему какие-либо претензии, значит снижать эффект внезапности нападения. Лишь после того, как совершился прорыв на территорию СССР и фашисты обстреляли наши границы, война была объявлена официально…

Отрывок из речи В. Молотова, произнесённой в первый день Отечественной войны:
«…Сегодня в 4 часа утра без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, Германские войска напали на нашу страну…»

2. Советский генералитет и Сталин не знали о дате вторжения

Пожалуй, не совсем справедливо обвинять Кремль в незнании точной даты. Безусловно, что, прорывая государственную границу, никто не будет сообщать о дате вторжения. Дату вторжения держат в большом секрете и об этом известно только высшему командованию, если конечно в ближайшем окружении Гитлера не было советских агентов. Другое дело ориентировочная дата, и ориентировочная дата была известна в диапазоне 15-ти дней. Первое достоверное сообщение поступило 30 мая 1941 года от советского агента в Японии – Рихарда Зорге. В нём сообщалось, что немецкое наступление против СССР начнётся во второй половине июня. 16 июня пришло новое донесение от агентов НКГБ, работающих в Берлине, сообщившее ориентировочную дату в районе недели, т.е. в ближайших семи дней.

Но советское командование выглядело как-то уж слишком вольно и даже казалось, что война застала их всех врасплох. Но на самом деле никакой вольности не было – были даны указания: не поддаваться провокации со стороны немцев. Немцы постоянно старались спровоцировать советские войска на конфликт. В случае обстрела немецких войск на границе, Гитлер мог с лёгкостью объявить о вражеском нарушении рубежа советскими пограничниками (хотя он это и так сделал). Если бы советские войска открыли бы огонь первыми, то виновниками начала войны были бы уже мы.

Глава государства И. Сталин боялся паники – и это вполне справедливо. Паника в большей степени была бы вредна не только для советского народа, а очень полезна для немцев: создалась бы потенциальная угроза междоусобицы. К тому же, если бы всё-таки Красная Армия поддалась бы на провокации и начала бы огонь первой, история ВОВ имела бы уже совсем другой результат – в развязывании войны обвинили бы уже Сталина. Поэтому для Генерального секретаря ЦК ВКП(б) был так важен покой на границе. Советский Союз мог бы понести тяжкое клеймо виновника развязывания войны, и тогда бы от него отвернулись многие страны мира.

Есть сведения, что вермахт должен был вторгнуться до июня 1941 года, и так как он не напал в мае, то война уже точно переносилась на следующий год. Но поверить в это нельзя – слишком много поступало тревожных звонков из-за границы. Во-первых, весной 1941 года немецкие войска перебрасывались к Польскому рубежу, и это был не какой-нибудь смотр – это: расстановка орудий, использование транспортных эшелонов, мобилизация армии, пересылка и оформление документов. Такие действия не останутся незамеченными. Во-вторых, если разведка сообщала о переносе дат, то приблизительную дату вторжения должны были сообщить наверняка – что и сделали. В-третьих, промедление для Третьего Рейха могло стоить значительных неудач, наготове стояли: румынская, финская, венгерская, словацкая и итальянская армии. Последние три выделили по одному армейскому корпусу. Япония тоже предусматривала нападение на СССР. И наконец, четвёртая причина, означающая, что нападение на СССР будет скорым – это полёт Рудольфа Гесса в Британию, о смысле этого полёта в Советском Союзе не могли не догадываться. Цель «визита» Гесса в Британию – попытка заключения союза с англичанами для совместного похода против СССР. Полёт стоил Гессу больших потерь, и от этого важность его только увеличивалась.

10 июня 1941 года заместитель фюрера предложил премьер-министру Англии сотрудничество. Советская разведка докладывала о переговорах немца с британцами, о «Мисси Гесса» напечатали в «Правде». Ко всему этому можно ещё добавить то, что написано выше: перебежчиков, обстрел пограничных постов, нарушение люфтваффе государственного рубежа – всё это должно было насторожить командующих войсками и привести их в постоянную боевую готовность.

Существует ещё один аргумент в пользу известности Сталина о том, что гитлеровцы начнут наступление в июне 1941 года. Он гласит, что ещё в апреле того же 41-го года У. Черчилль лично информировал советского вождя о нападении. В конце концов, излишний поток информации мог серьёзно осложнить предпринимаемую подготовку к отражению наступления. У Иосифа Сталина в те дни была масса сомнений и неприятностей, и верить британцам и их агентам у него не было оснований. Немцам англичане подбрасывали информацию о сосредоточивании советских войск на границе. В Кремле были иные сведения из Лондона: немецкие войска занимают позиции, чтобы подготовить армию к нападению на СССР.

По некоторым сведениям, взятым из современной литературы, можно узнать, что директива к войскам на границе всё же последовала. Но действия Кремля были предприняты с опозданием: в ночь с 21 на 22 июня. В приказе значилось: привести части РККА в полную боевую готовность.

Если обвинять вождя Советов в неосведомлённости, то предпочтительней думать о несовершенных методах работы советской агентуры в Берлине, которой доверял Сталин. Орган нацисткой разведки Абвер под управлением В. Канариса мог использовать в качестве дезинформирования наиболее важный канал связи, исполняющий обязанности и поручения Л. Берии. Но поставим последние под сомнение.

В любом случае незнание даты – не оправдание: войска на границе для того, чтобы охранять нас. Основной просчёт, результатом которого стала небоеспособность армии в первые дни войны – это отсутствие линии обороны, позиции которой должны были размещаться в глубоком тылу. Не объявив войну СССР, немцы использовали эффект неожиданности. Внезапность посеяла в рядах РККА неразбериху, последствия запутанности не проходили несколько месяцев. Смятение завладело половиной генералов и командиров, распространилось на солдат, сбило их с толку и повергло в сомнение. Стоит признать, что оборона в тылу свела бы эффект неожиданности к нулю.

3. Вероломное нападение

После тщетной попытки создать совместный с Европой отпор нацистам Сталин принимает предложение Гитлера о подписании обоюдного договора о дружбе и ненападении. Всем без сомненья известно, что в августе 1939 года в Москве состоялась встреча немецкого посла с Народным комиссаром иностранных дел СССР – Молотовым. После чего в свет вышел неожиданный для Европы договор, т.е. пакт о ненападении – пакт Молотов-Риббентроп. Подлое и циничное нарушение пакта означало вероломное нападение гитлеровцев на СССР. Сегодня мы абсолютно уверены, что первым клятву нарушил Гитлер.

Но это не значит, что нужно слепо следовать убеждающему факту. Судят всех и победителей в том числе, ибо ни одна победа не достаётся малой ценой. Чем дороже цена – тем сильней враг, и если молчать обо всех провалах и поражениях, то и ни стоит говорить о том, что враг был в чём-то сильнее нас. Победитель тоже несёт потери и потери немалые, оставляющие глубокий след на нашей земле и в человеческой памяти.

Как бы это не звучало унизительно в адрес СССР, но именно советская идеология замалчивала о поражениях Красной Армии. Именно органами КПСС скрывались объёмы потерь, происходивших во время отступления на восток. А как же объяснить тот факт, что силы РККА начали этап освобождения от города Сталинграда? Сталинградская битва стала переломной во Второй мировой, но Город-Герой был подло стёрт с карты СССР Никитой Хрущёвым.

Фильмов, снятых в советское время о войне, великое множество, но тема поражений в большинстве кинопостановок либо обходилась стороной, либо показывалась скомкано или вскользь. В мемуарах советских полководцев, правда о грандиозных потерях или потеснена, или уменьшена. Но благо, что о знании предполагаемой даты вторжения уже не скрывали, да и глупо это было скрывать, демонстрируя великолепную способность советской разведки.

Выстраивание такой необъективной основы и привело нас к вопросам об Отечественной войне, и поскольку ту часть непозволительной правды скрыли от нас тогда – сейчас она вырывается и бьёт по больным местам.

Да, после художественных произведений и фильмов СССР трудно было поверить в некомпетентность тогдашних военачальников. Советское кино «живописно» отразило чувства героев войны, но только лишь одну их сторону – выгодную. А как же те, кто погибал на границе? Что думать о тех, кто стал жертвой беспечности командиров? Стоит ли продолжать искать того, кто так и остался для всех для нас без вести пропавшим солдатом?

Мы привыкли говорить только о победителях, а поражения признавать не умеем. Война – это не игра, тут не пожертвуешь пешкой, чтобы потом устранить ладью. Но если всё же посметь и разложить схватку между Германией и СССР на раунды, то первый раунд мы проиграли. Да, можно сказать: Ничего! Выдержали! Но каждый удар – это чья-то жизнь, а каждая схватка – миллионы жизней.

Во Второй мировой мы не должны были воевать, но нас заставили, нас принудили немцы. «Тысячелетний Рейх» втянул в кровавую бойню всю Европу и Советский Союз. И не Советский Союз развязал войну, а Европа – они это делали в 1812 году, они это делали и в 1914 году. В 1941 советский народ выступил в роли освободителя, спасая мир от чумы и дубины нацистского вероломства.

topwar.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о