Исследование геродота – Геродот — Википедия

Исторический метод Геродота |

 /   /  Исторический метод Геродота

В чем сущность исторического метод Геродота?

Геродот вводит в мировую науку само понятие «he historia», согласно которому история является повествованием о ряде взаимосвязанных событий, приводящим к некоторым определённым событиям (довольно часто непредвиденным) и причинно-обусловленных. По Геродоту, предмет истории – достойные и великие деяния.

Геродотом определяется и цель истории: чтобы со временем не были стёрты в памяти поступки достойных людей, чтобы также не была забыта основная причина войны между эллинами и персами. Также Геродот пробует подвергнуть собственной критике собранный материал.

Геродот выступает первооткрывателем в так называемой области исторического метода: впервые он подходит к историческому событию как к определённой проблеме, ставя конкретную познавательную задачу – определить ответ на поставленный вопрос: причина войны варваров и эллинов? Чтобы решить данную задачу нужно было установить правдивость всех сведений, а также сделать отбор и упорядочить события.

Геродот разрабатывает также методы отбора исторического материала. В случае с приданиями, он приводит все имеющиеся версии, указывая при этом, какая именно из всех по его мнению является правдивой. Так многие версии он отвергает как неправдоподобные и маловероятные, но при этом считает всё же, что озвучивать их необходимо. В некоторых случаях автор полностью отделяет собственные наблюдения от слухов и домыслов, сочетая оба принципа историописания – мифологический и рациональный. Последний базируется на фактах, которые автор видел сам, а мифологический – на сведеньях далёкого прошлого, почерпнутых из приданий.

При этом, Геродот не верит в различные чудеса, но верит в так называемое божественное вмешательство. Историк считает, что главный исторический закон – полная непререкаемость слепого рока, которая наказывает каждого, кто берёт больше, чем ему уготовано.

Автор замечательного труда под названием «История» Фукидит, который посвящён в основном Пелопоннесской войне не ограничивался при написании простым описанием и повествованием. Автор пытается охарактеризовать основные причины, которые вызвали дальнейшие события. А так как он исходит из взглядов, что не боги делают историю, а люди, то данные причины ищутся в человеческих страстях.

Прагматическая историография выступает в роли поучающей историографией, а её суть выражается фразой – жизненная наставница. Для автора основную роль играли действия, которые определялись способностями и желаниями власть имущих людей. Посвящая свой главный труд военной истории автор стремиться объяснить причины всех поражений и побед. Благодаря Фукидиду и Геродоту в историографию входят подробные описания греко-персидских и Пелопоннесской войн.


Интересные материалы:

student-hist.ru

Египетское исследование: Геродот не писал историю

Египетское исследование: Геродот не писал историю

Несмотря на всеобщую гордость египтян известным изречением древнегреческого историка Геродота, которая гласит, что Египет – дар Нила, египетское исследование опровергает все эти факты. По новой версии, Геродот дословно сказал: «Египет, куда приплывают греки, это приобретенная земля, которую египтянам подарил Нил». Также исследование призывает не брать за документальную основу работы Геродота.

Египетское исследование Ширины Дидамони, касающееся работ древнегреческого историка Геродота о Египте, выявило много противоречивых фактов в писаниях Геродота.

Ширин утверждает, что древнегреческий историк Геродот исказил много фактов. По ее словам, работы «отца истории» стали плодотворной почвой для исследований, так как многие историки уже не раз сомневались в его утверждениях.

Собрания Геродота, который родился в 484 году до н.э., стали основополагающими документами для изучения истории, в частности его вторая книга, в которой он описал свою поездку в Египет. Многие исторические источники ссылаются на утверждения Геродота в описаниях определенного промежутка истории. Отметим, что интерес ко второй книге Геродота появился после обнаружения в Египте Розеттского камня.

Ширин отмечает, что доминирующее влияние древнегреческого историка Геродота на изучающих историю людей подтолкнуло ее к уточнению достоверности приведенных им фактов, которые были взяты в основу многих исследований.

- Найденные в Сирии угаритские глиняные дощечки опровергают грехопадение Адама и Евы

Труды Геродота были написаны в древнегреческой литературной манере изложения. Видимо, он вещал свои писания на всеуслышание, как высоко литературные произведения. «Начало его девяти томных сочинений было эпическим вступлением, напоминающем Илиаду Гомера, то есть набор эпизодических событий, не связанных между собой», - пишет Ширин Дидамони.

В своих работах Геродот строил рассказ вокруг сильных влиятельных личностей со значительным преувеличением их возможностей. Таким образом он привлекал внимание все новых слушателей для распространения легенд из уст в уста. Поэтому грань между правдой и выдумкой в его писаниях размыта. Несомненно, это бросает тень недоверия на его высказывание про Египет.

Стоит отметить, что работа египетского автора уже не первое исследование, ставящее утверждения Геродота о Египте под сомнение. Еще в древности историки опровергали работы «отца истории» и обвиняли его во лжи и плагиате. Из ярых оппозиционеров Геродота был Плутарх, который указывал на то, что Геродот не знал древнеегипетского языка и, следовательно, не мог понимать действительность происходящего. Согласно его теории, Геродот переписывал работы своих предшественников и выдавал их за свои.

Так что рассказы, которые повествовал Геродот, скорее всего содержат искаженные факты, так как историк не знал языка древних египтян.

- Купить масло черного тмина в Москве и с доставкой по всей России 

Также Ширин Дидамони утверждает, что в ее стране не было обнаружено памятников истории, указывающих на визит Геродота в страну фараонов именно в тот период, о котором говорят исторические источники. Они гласят, что «отец истории» опирался на истории священнослужителей в написании своих работ. В этой связи он пошел на многое, чтобы поговорить со священнослужителем в храме бога Птаха в Мемфисе.

Все эти факты вызывают много вопросов. Как Геродот общался со священнослужителем, не раскрывая своего имени и личности на протяжении четырех месяцев, которые он пробыл в Египте?

Ширин говорит, что Геродот упоминал листы папируса, на которых были написаны имена фараонов. Их зачитывали в храме Птаха. В тоже время, он путается во временном упорядочивании периодов правления тех самых фараонов. То есть, возможно, работы Геродота лишены точных исторических фактов. Таким образом, тень сомнения падает и на завоевания Египта гиксосами и дальнейший переворот египтян против их власти.

Работы Геродота указывают, что он находился в Египте всего четыре месяца. Очень сомнительно, как он за столь короткий срок успел побывать во всех уголках страны и собрать такой объем информации. Поэтому достоверность девяносто девятой части в его книге, где говорится: «Все, что я сказал, было уведено мною воочию и проанализировано мной лично», - очень сомнительна.

Еще очень интересный факт. Неужели, Геродот, путешествуя по стране, не встретил Сфинкса, памятники Абидоса или какой-нибудь храм?

Геродот рассказывал, как карабкался по пирамидам, чтобы определить, какая из них выше. Но ведь, достаточно одного взгляда, чтобы понять, что пирамида Хефрена ниже, чем пирамида Хеопса.

Геродот утверждал, что Хефрен брат фараона Хеопса. Но, на самом деле, он был его сыном. Геродот говорил, что Микерин есть сын фараона Хеопса. А на самом деле, доказали, что он его внук.

Таким образом, на самом ли деле, все, что писал Геродот, было увидено им лично или это всего лишь литературный пересказ собранной информации? Это навсегда останется за занавесом истории и будет предметом для разъяренных споров между историками… 

Читайте по теме: 

- Египетские фараоны опередили греков в области арифметики

- Мумии фараонов и их татуировки в интимных местах

- The Times: Тайна мумии разгадана

- Купить ходейское мыло с черным тмином

arab-new.ru

Геродот — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Геродо́т Галикарна́сский (др.-греч. Ἡρόδοτος Ἁλικαρνᾱσσεύς, около 484 г до н. э. — около 425 г до н. э.) — древнегреческий историк, автор первого сохранившегося полномасштабного исторического трактата «История», описывающего греко-персидские войны и обычаи многих современных ему народов. Как древнегреческая поэзия начинается для нас с Гомера, так практически историография — с Геродота; предшественников его называют логографами

[1]. Труды Геродота имели огромное значение для античной культуры. Цицерон назвал его «отцом истории».

Геродот — чрезвычайно важный источник по истории Великой Скифии, включая десятки античных народов на территории современных Украины, России и Казахстана.

Биография

Дошедшая до нашего времени биография Геродота основана на двух источниках: собственных текстах Геродота и более поздней византийской энциклопедии «Суда». Некоторые данные в источниках противоречат друг другу[2], однако в целом жизнь Геродота сводится к следующему.

Родина Геродота, Галикарнас, был основан дорийцами, рядом с городком представителей местного племени карийцев. Геродот родился здесь около 484 года до н.э. во влиятельной семье Ликса. В молодости Геродот принадлежал к партии, боровшейся против тирана Лигдамида, подвергался изгнанию, жил на Самосе, а затем отправился в длительные путешествия. Он объездил Вавилон, Ассирию, Египет, Малую Азию, Геллеспонт, Северное Причерноморье, Балканский полуостров от Пелопоннеса до Македонии и Фракии. Около 446 года до н. э. он поселился в Афинах, где сблизился с кругом Перикла; к этому времени значительная часть «Истории» уже была написана, поскольку известно, что Геродот читал отрывки из неё афинянам. В 444 году до н. э. Геродот принял участие в основании общеэллинской колонии Фурии в Великой Греции на месте разрушенного кротонцами Сибариса. Скончался в 425 году до н. э.

«История»

Сочинение Геродота — не историческое исследование в современном смысле слова, это — мастерское повествование человека богато одарённого, необыкновенно любознательного, общительного, много читавшего, видевшего и ещё больше слышавшего; к этим свойствам присоединялась скромность верующего в богов эллина, хотя тронутого скептицизмом, но недостаточно разборчивого в полученных сведениях. С другой стороны, Геродот не только историк; некоторые части его сочинения — настоящая энциклопедия того времени: тут и географические сведения, и этнографические, и естественно-исторические, и литературные. Тем не менее Геродот по всей справедливости именуется отцом истории. Из девяти книг, на которые в настоящее время делится его сочинение, вся вторая половина представляет собой последовательный исторический рассказ о греко-персидских войнах, заканчивающийся на известии о занятии эллинами Сеста в 479 году до н. э.

Первая половина содержит в себе рассказы о возвышении Персидского царства, о Вавилонии, Ассирии, Египте, Скифии, Ливии и других странах. Единство изложения достигается в известной мере и тем, что с первых слов и до конца историк имеет в виду проследить борьбу между варварами и эллинами. Но не покидающая историка мысль о главной задаче не мешает ему вводить в широкие рамки повествования все, что казалось ему интересным или поучительным. Геродоту присуща в значительной мере историческая критика, во многих случаях чисто субъективная, нередко наивно-рационалистическая, но тем не менее решительно вводящая в историографию новое начало.

Память

В 1935 г. Международный астрономический союз присвоил имя Геродота кратеру на видимой стороне Луны.

Напишите отзыв о статье "Геродот"

Литература

Тексты и переводы

  • В серии «Loeb classical library» издана в 4 томах (№ 117—120).
  • В серии «Collection Budé» «История» Геродота [www.lesbelleslettres.com/recherche/?fa=tags&tag=HERODOTE издана] в 11 томах (включая тома с введением и с указателем).

Русские переводы:

  • Повествования Иродота Аликарнасского. / Пер. А. Нартова. В 3 т. СПб., 1763—1764.
  • История Иродотова. Ч. 1-5. / Пер. И. И. Мартынова. СПб., 1826—1828. (на греч. и рус. яз.; включает в ч. 5 «Жизнь Гомера» Псевдо-Геродота)
    • Книги I, IV. / Пер. И. Мартынова в переработке М. Гаспарова. // Историки Греции. М., 1976. С. 27-166.
  • Геродот. История в 9 кн. / Пер., предисл. и указатель Ф. Г. Мищенко. В 2 т. М., 1885—1886.
    • 2-е изд., испр. 1888.
    • переизд.: М.: Эксмо. 2008.
  • Геродот. История. / Пер. и прим. Г. А. Стратановского. Статья В. Г. Боруховича. (Серия «Памятники исторической мысли».) Л.: Наука, 1972. 600 стр. 50000 экз.

Кроме того, до революции в России выходило множество «школьных изданий» отдельных книг «Истории».

Исследования

  • Дьячан Ф. Н. Геродот и его музы. Ч. 1. — Варшава, 1877. — 237 с.
  • Клингер В. П. Сказочные мотивы в истории Геродота. — Киев, 1903. — 222 с.
  • Лурье С. Я. Геродот. — М.-Л., 1947.
    • переизд.: М.: URSS, 2009.
  • Доватур А. И. Повествовательный и научный стиль Геродота. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1957. — 201 с. — 2300 экз.
  • Дитмар А. Б. От Скифии до Элефантины. Жизнь и путешествия Геродота. — М.: Географгиз, 1961. — 87 с. — 20.000 экз. (Серия: Замечательные географы и путешественники).
  • Борухович В. Г. [ancientrome.ru/publik/article.htm?a=1291544604 Историческая концепция египетского логоса Геродота]. // Античный мир и археология. Вып. 1. — Саратов, 1972.
  • Кузнецова Т. И., Миллер Т. А. Античная эпическая историография: Геродот. Тит Ливий. — М.: Наука, 1984. — 213 с. 5300 экз.
  • Суриков И. Е. Геродот. (Серия: Жизнь замечательных людей. Вып. 1374). — М.: Молодая гвардия, 2009. — 408 с. — ISBN 978-5-235-03226-2.
  • Вешнинский Ю. Г. В защиту Геродота. - М., 2011, Текст посвящён обоснованию приоритета Геродота, а не Д. Н. Замятина, в основании так называемой "гуманитарной географии". Он не раз включался в другие авторские тексты Ю. Г. Вешнинского, но существует всё ещё на правах рукописи.

Скифский рассказ Геродота:

  • Надеждин Н. И. Геродотова Скифия, объясненная чрез сличение с местностями. — Одесса, 1842. — 114 с.
  • Рыбаков Б. А. Геродотова Скифия: Историко-географический анализ . — М.: Наука. 1979. — 248 с. — 50 000 экз.
    • переизд.: М.: Эксмо; Алгоритм, 2010. — 272 с. — 4000 экз. (Древняя Русь) — ISBN 978-5-699-42815-1.
  • Доватур А. И., Каллистов Д. П., Шишова И. А. Народы нашей страны в «Истории» Геродота. Тексты, перевод, комментарий. — М.: Наука. 1982. — 5000 экз. (Древнейшие источники по истории народов СССР). (в издании подробнейшая библиография)
  • Нейхардт А. А. Скифский рассказ Геродота в отечественной историографии. — Л.: Наука. 1982. — 240 с.

Примечания

  1. [ancientrome.ru/publik/article.htm?a=1293240187 Борухович В. Г. Научное и литературное значение труда Геродота]
  2. Суриков, Игорь. Очерки об историописании в классической Греции. — Litres, 2013. — ISBN 5457443744.

Ссылки

  • [www.echo.msk.ru/programs/vsetak/879554-echo/ Геродот — отец истории] программа на радио «Эхо Москвы» из цикла «Всё так».
  • [www.perseus.tufts.edu/hopper/collection?collection=Perseus:collection:Greco-Roman Греческий текст и английский перевод Годли]
  • [ancientrome.ru/antlitr/herodot/index.htm Геродот, «История»] — русский перевод Г. А. Стратановского на сайте «История Древнего Рима».
  • [www.gerodot.ru Портал Новый геродот] — Геродот. Ру.
  • [www.vehi.net/istoriya/grecia/gerodot/index.shtml Геродот, «История» (в девяти томах)]

Отрывок, характеризующий Геродот


– Eh bien, mon cher, votre petite princesse est tres bien, tres bien, – сказал виконт, усевшись в карету с Ипполитом. – Mais tres bien. – Он поцеловал кончики своих пальцев. – Et tout a fait francaise. [Ну, мой дорогой, ваша маленькая княгиня очень мила! Очень мила и совершенная француженка.]
Ипполит, фыркнув, засмеялся.
– Et savez vous que vous etes terrible avec votre petit air innocent, – продолжал виконт. – Je plains le pauvre Mariei, ce petit officier, qui se donne des airs de prince regnant.. [А знаете ли, вы ужасный человек, несмотря на ваш невинный вид. Мне жаль бедного мужа, этого офицерика, который корчит из себя владетельную особу.]
Ипполит фыркнул еще и сквозь смех проговорил:
– Et vous disiez, que les dames russes ne valaient pas les dames francaises. Il faut savoir s'y prendre. [А вы говорили, что русские дамы хуже французских. Надо уметь взяться.]
Пьер, приехав вперед, как домашний человек, прошел в кабинет князя Андрея и тотчас же, по привычке, лег на диван, взял первую попавшуюся с полки книгу (это были Записки Цезаря) и принялся, облокотившись, читать ее из середины.
– Что ты сделал с m lle Шерер? Она теперь совсем заболеет, – сказал, входя в кабинет, князь Андрей и потирая маленькие, белые ручки.
Пьер поворотился всем телом, так что диван заскрипел, обернул оживленное лицо к князю Андрею, улыбнулся и махнул рукой.
– Нет, этот аббат очень интересен, но только не так понимает дело… По моему, вечный мир возможен, но я не умею, как это сказать… Но только не политическим равновесием…
Князь Андрей не интересовался, видимо, этими отвлеченными разговорами.
– Нельзя, mon cher, [мой милый,] везде всё говорить, что только думаешь. Ну, что ж, ты решился, наконец, на что нибудь? Кавалергард ты будешь или дипломат? – спросил князь Андрей после минутного молчания.
Пьер сел на диван, поджав под себя ноги.
– Можете себе представить, я всё еще не знаю. Ни то, ни другое мне не нравится.
– Но ведь надо на что нибудь решиться? Отец твой ждет.
Пьер с десятилетнего возраста был послан с гувернером аббатом за границу, где он пробыл до двадцатилетнего возраста. Когда он вернулся в Москву, отец отпустил аббата и сказал молодому человеку: «Теперь ты поезжай в Петербург, осмотрись и выбирай. Я на всё согласен. Вот тебе письмо к князю Василью, и вот тебе деньги. Пиши обо всем, я тебе во всем помога». Пьер уже три месяца выбирал карьеру и ничего не делал. Про этот выбор и говорил ему князь Андрей. Пьер потер себе лоб.
– Но он масон должен быть, – сказал он, разумея аббата, которого он видел на вечере.
– Всё это бредни, – остановил его опять князь Андрей, – поговорим лучше о деле. Был ты в конной гвардии?…
– Нет, не был, но вот что мне пришло в голову, и я хотел вам сказать. Теперь война против Наполеона. Ежели б это была война за свободу, я бы понял, я бы первый поступил в военную службу; но помогать Англии и Австрии против величайшего человека в мире… это нехорошо…
Князь Андрей только пожал плечами на детские речи Пьера. Он сделал вид, что на такие глупости нельзя отвечать; но действительно на этот наивный вопрос трудно было ответить что нибудь другое, чем то, что ответил князь Андрей.
– Ежели бы все воевали только по своим убеждениям, войны бы не было, – сказал он.
– Это то и было бы прекрасно, – сказал Пьер.
Князь Андрей усмехнулся.
– Очень может быть, что это было бы прекрасно, но этого никогда не будет…
– Ну, для чего вы идете на войну? – спросил Пьер.
– Для чего? я не знаю. Так надо. Кроме того я иду… – Oн остановился. – Я иду потому, что эта жизнь, которую я веду здесь, эта жизнь – не по мне!

В соседней комнате зашумело женское платье. Как будто очнувшись, князь Андрей встряхнулся, и лицо его приняло то же выражение, какое оно имело в гостиной Анны Павловны. Пьер спустил ноги с дивана. Вошла княгиня. Она была уже в другом, домашнем, но столь же элегантном и свежем платье. Князь Андрей встал, учтиво подвигая ей кресло.
– Отчего, я часто думаю, – заговорила она, как всегда, по французски, поспешно и хлопотливо усаживаясь в кресло, – отчего Анет не вышла замуж? Как вы все глупы, messurs, что на ней не женились. Вы меня извините, но вы ничего не понимаете в женщинах толку. Какой вы спорщик, мсье Пьер.
– Я и с мужем вашим всё спорю; не понимаю, зачем он хочет итти на войну, – сказал Пьер, без всякого стеснения (столь обыкновенного в отношениях молодого мужчины к молодой женщине) обращаясь к княгине.
Княгиня встрепенулась. Видимо, слова Пьера затронули ее за живое.
– Ах, вот я то же говорю! – сказала она. – Я не понимаю, решительно не понимаю, отчего мужчины не могут жить без войны? Отчего мы, женщины, ничего не хотим, ничего нам не нужно? Ну, вот вы будьте судьею. Я ему всё говорю: здесь он адъютант у дяди, самое блестящее положение. Все его так знают, так ценят. На днях у Апраксиных я слышала, как одна дама спрашивает: «c'est ca le fameux prince Andre?» Ma parole d'honneur! [Это знаменитый князь Андрей? Честное слово!] – Она засмеялась. – Он так везде принят. Он очень легко может быть и флигель адъютантом. Вы знаете, государь очень милостиво говорил с ним. Мы с Анет говорили, это очень легко было бы устроить. Как вы думаете?
Пьер посмотрел на князя Андрея и, заметив, что разговор этот не нравился его другу, ничего не отвечал.
– Когда вы едете? – спросил он.
– Ah! ne me parlez pas de ce depart, ne m'en parlez pas. Je ne veux pas en entendre parler, [Ах, не говорите мне про этот отъезд! Я не хочу про него слышать,] – заговорила княгиня таким капризно игривым тоном, каким она говорила с Ипполитом в гостиной, и который так, очевидно, не шел к семейному кружку, где Пьер был как бы членом. – Сегодня, когда я подумала, что надо прервать все эти дорогие отношения… И потом, ты знаешь, Andre? – Она значительно мигнула мужу. – J'ai peur, j'ai peur! [Мне страшно, мне страшно!] – прошептала она, содрогаясь спиною.
Муж посмотрел на нее с таким видом, как будто он был удивлен, заметив, что кто то еще, кроме его и Пьера, находился в комнате; и он с холодною учтивостью вопросительно обратился к жене:
– Чего ты боишься, Лиза? Я не могу понять, – сказал он.
– Вот как все мужчины эгоисты; все, все эгоисты! Сам из за своих прихотей, Бог знает зачем, бросает меня, запирает в деревню одну.
– С отцом и сестрой, не забудь, – тихо сказал князь Андрей.
– Всё равно одна, без моих друзей… И хочет, чтобы я не боялась.
Тон ее уже был ворчливый, губка поднялась, придавая лицу не радостное, а зверское, беличье выраженье. Она замолчала, как будто находя неприличным говорить при Пьере про свою беременность, тогда как в этом и состояла сущность дела.
– Всё таки я не понял, de quoi vous avez peur, [Чего ты боишься,] – медлительно проговорил князь Андрей, не спуская глаз с жены.
Княгиня покраснела и отчаянно взмахнула руками.
– Non, Andre, je dis que vous avez tellement, tellement change… [Нет, Андрей, я говорю: ты так, так переменился…]
– Твой доктор велит тебе раньше ложиться, – сказал князь Андрей. – Ты бы шла спать.
Княгиня ничего не сказала, и вдруг короткая с усиками губка задрожала; князь Андрей, встав и пожав плечами, прошел по комнате.
Пьер удивленно и наивно смотрел через очки то на него, то на княгиню и зашевелился, как будто он тоже хотел встать, но опять раздумывал.
– Что мне за дело, что тут мсье Пьер, – вдруг сказала маленькая княгиня, и хорошенькое лицо ее вдруг распустилось в слезливую гримасу. – Я тебе давно хотела сказать, Andre: за что ты ко мне так переменился? Что я тебе сделала? Ты едешь в армию, ты меня не жалеешь. За что?
– Lise! – только сказал князь Андрей; но в этом слове были и просьба, и угроза, и, главное, уверение в том, что она сама раскается в своих словах; но она торопливо продолжала:
– Ты обращаешься со мной, как с больною или с ребенком. Я всё вижу. Разве ты такой был полгода назад?
– Lise, я прошу вас перестать, – сказал князь Андрей еще выразительнее.
Пьер, всё более и более приходивший в волнение во время этого разговора, встал и подошел к княгине. Он, казалось, не мог переносить вида слез и сам готов был заплакать.
– Успокойтесь, княгиня. Вам это так кажется, потому что я вас уверяю, я сам испытал… отчего… потому что… Нет, извините, чужой тут лишний… Нет, успокойтесь… Прощайте…

wiki-org.ru

Геродот - это... Что такое Геродот?

Геродо́т Галикарна́сский (др.-греч. Ἡρόδοτος Ἁλικαρνᾱσσεύς, около 484 до н. э. — около 425 до н. э.) — древнегреческий историк, автор первого полномасштабного исторического трактата — «Истории», — описывающего греко-персидские войны и обычаи многих современных ему народов. Труды Геродота имели огромное значение для античной культуры. Цицерон назвал его «отцом истории». Геродот — чрезвычайно важный источник по истории Великой Скифии, включая десятки античных народов на территории современной Украины и России.

Биография

Родина Геродота, малоазийский Галикарнас, был основан дорийцами, рядом с городком представителей местного племени карийцев. В молодости Геродот принадлежал к партии, боровшейся против тирана Лигдамида, подвергался изгнанию, жил на Самосе, а затем отправился в длительные путешествия. Он объездил Вавилон, Ассирию, Египет, Малую Азию, Геллеспонт, Северное Причерноморье, Балканский полуостров от Пелопоннеса до Македонии и Фракии. Около 446 года до н. э. он поселился в Афинах, где сблизился с кругом Перикла; к этому времени значительная часть «Истории» уже была написана, поскольку известно, что Геродот читал отрывки из неё афинянам. В 444 году до н. э. Геродот принял участие в основании общеэллинской колонии Фурии в Великой Греции на месте разрушенного кротонцами Сибариса. Скончался в 425 году до н. э.

«История»

Мир с точки зрения Геродота.

Сочинение Геродота — не историческое исследование в современном смысле слова, это — мастерское, бесхитростное повествование человека богато одарённого, необыкновенно любознательного, общительного, много читавшего, видевшего и ещё больше слышавшего; к этим свойствам присоединялась скромность верующего в богов эллина, хотя тронутого скептицизмом, но недостаточно разборчивого в полученных сведениях. С другой стороны, Геродот не только историк; некоторые части его сочинения — настоящая энциклопедия того времени: тут и географические сведения, и этнографические, и естественно-исторические, и литературные. Тем не менее Геродот по всей справедливости именуется отцом истории. Из девяти книг, на которые в настоящее время делится его сочинение, вся вторая половина представляет собой последовательный исторический рассказ о греко-персидских войнах, заканчивающийся на известии о занятии эллинами Сеста в 479 году до н. э.

Первая половина содержит в себе рассказы о возвышении Персидского царства, о Вавилонии, Ассирии, Египте, Скифии, Ливии и других странах. Единство изложения достигается в известной мере и тем, что с первых слов и до конца историк имеет в виду проследить борьбу между варварами и эллинами. Но не покидающая историка мысль о главной задаче не мешает ему вводить в широкие рамки повествования все, что казалось ему интересным или поучительным. Геродоту присуща в значительной мере историческая критика, во многих случаях чисто субъективная, нередко наивно-рационалистическая, но тем не менее решительно вводящая в историографию новое начало.

Литература

Тексты и переводы

  • В серии «Loeb classical library» издана в 4 томах (№ 117—120).
  • В серии «Collection Budé» «История» Геродота издана в 11 томах (включая тома с введением и с указателем).

Русские переводы:

  • Повествования Иродота Аликарнасского. / Пер. А. Нартова. В 3 т. СПб., 1763—1764.
  • История Иродотова. Ч. 1-5. / Пер. И. И. Мартынова. СПб., 1826—1828. (на греч. и рус. яз.; включает в ч. 5 «Жизнь Гомера» Псевдо-Геродота)
    • Книги I, IV. / Пер. И. Мартынова в переработке М. Гаспарова. // Историки Греции. М., 1976. С. 27-166.
  • Геродот. История в 9 кн. / Пер., предисл. и указатель Ф. Г. Мищенко. В 2 т. М., 1885—1886.
    • 2-е изд., испр. 1888.
    • переизд.: М.: Эксмо. 2008.
  • Геродот. История. / Пер. и прим. Г. А. Стратановского. Статья В. Г. Боруховича. (Серия «Памятники исторической мысли».) Л.: Наука, 1972. 600 стр. 50000 экз.
    • переизд. неоднократно, например: (Серия «Классики исторической мысли»). М.: Ладомир — АСТ. 1999. 752 стр.

Кроме того, до революции в России выходило множество «школьных изданий» отдельных книг «Истории».

Исследования

  • Дьячан Ф. Н. Геродот и его музы. Ч. 1. — Варшава, 1877. — 237 с.
  • Клингер В. П. Сказочные мотивы в истории Геродота. — Киев, 1903. — 222 с.
  • Лурье С. Я. Геродот. — М.-Л., 1947.
    • переизд.: М.: URSS, 2009.
  • Доватур А. И. Повествовательный и научный стиль Геродота. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1957. — 201 с. — 2300 экз.
  • Дитмар А. Б. От Скифии до Элефантины. Жизнь и путешествия Геродота. — М.: Географгиз, 1961. — 87 с. — 20.000 экз. (Серия: Замечательные географы и путешественники).
  • Борухович В. Г. Историческая концепция египетского логоса Геродота. // Античный мир и археология. Вып. 1. — Саратов, 1972.
  • Кузнецова Т. И., Миллер Т. А. Античная эпическая историография: Геродот. Тит Ливий. — М.: Наука, 1984. — 213 с. 5300 экз.
  • Суриков И. Е. Геродот. (Серия: Жизнь замечательных людей. Вып. 1374). — М.: Молодая гвардия, 2009. — 408 с. — ISBN 978-5-235-03226-2

Скифский рассказ Геродота:

  • Надеждин Н. И. Геродотова Скифия, объясненная чрез сличение с местностями. — Одесса, 1842. — 114 с.
  • Рыбаков Б. А. Геродотова Скифия: Историко-географический анализ. — М.: Наука. 1979. — 248 с. — 50 000 экз.
    • переизд.: М.: Эксмо; Алгоритм, 2010. — 272 с. — 4000 экз. (Древняя Русь) — ISBN 978-5-699-42815-1.
  • Доватур А. И., Каллистов Д. П., Шишова И. А. Народы нашей страны в «Истории» Геродота. Тексты, перевод, комментарий. — М.: Наука. 1982. — 5000 экз. (Древнейшие источники по истории народов СССР). (в издании подробнейшая библиография)
  • Нейхардт А. А. Скифский рассказ Геродота в отечественной историографии. — Л.: Наука. 1982. — 240 с.

Примечания

Ссылки

dic.academic.ru

Геродот | 61vek вики | FANDOM powered by Wikia

Геродот
др.-греч. Ἡρόδοτος Ἁλικαρνᾱσσεύς
Род деятельности:

историк

Дата рождения:

около 3517(3517)

Место рождения:

Галикарнас

Дата смерти:

около 3576

Отец:

Ликс

Геродо́т Галикарна́сский (др.-греч. Ἡρόδοτος Ἁλικαρνᾱσσεύς, 3517 — 3576 гг.) — древнегреческий историк, автор первого полномасштабного исторического трактата — «Истории», — описывающего греко-персидские войны и обычаи многих современных ему народов. Труды Геродота имели огромное значение для античной культуры. Цицерон назвал его «отцом истории». Чрезвычайно важный источник по истории Великой Скифии, включая десятки античных народов на территории современной России.

    Родина Геродота, малоазийский Галикарнас, был основан дорийцами, рядом с городком представителей местного племени карийцев. В молодости Геродот принадлежал к партии, боровшейся против тирана Лигдамида, подвергался изгнанию, жил на Самосе, а затем отправился в длительные путешествия. Он объездил Вавилон, Ассирию, Египет, Малую Азию, Геллеспонт, Северное Причерноморье, Балканский полуостров от Пелопонесса до Македонии и Фракии. Около 3555 года он поселился в Афинах, где сблизился с кругом Перикла; к этому времени значительная часть «Истории» уже была написана, поскольку известно, что Геродот читал отрывки из неё афинянам. В 3557 году Геродот принял участие в основании общеэллинской колонии Фурии в Великой Греции на месте разрушенного кротонцами Сибариса. Скончался в 3576 году.

    Мир с точки зрения Геродота.

    Сочинение Геродота — не историческое исследование в современном смысле слова, это — мастерское, бесхитростное повествование человека богато одарённого, необыкновенно любознательного, общительного, много читавшего, видевшего и ещё больше слышавшего; к этим свойствам присоединялась скромность верующего в богов эллина, хотя тронутого скептицизмом, но недостаточно разборчивого в полученных сведениях. С другой стороны, Геродот не только историк; некоторые части его сочинения — настоящая энциклопедия того времени: тут и географические сведения, и этнографические, и естественно-исторические, и литературные. Тем не менее Геродот по всей справедливости именуется отцом истории. Из девяти книг, на которые в настоящее время делится его сочинение, вся вторая половина представляет собой последовательный исторический рассказ о греко-персидских войнах, заканчивающийся на известии о занятии эллинами Сеста в 3522 году

    Первая половина содержит в себе рассказы о возвышении Персидского царства, о Вавилонии, Ассирии, Египте, Скифии, Ливии и других странах. Единство изложения достигается в известной мере и тем, что с первых слов и до конца историк имеет в виду проследить борьбу между варварами и эллинами. Но не покидающая историка мысль о главной задаче не мешает ему вводить в широкие рамки повествования все, что казалось ему интересным или поучительным. Геродоту присуща в значительной мере историческая критика, во многих случаях чисто субъективная, нередко наивно-рационалистическая, но тем не менее решительно вводящая в историографию новое начало.

    Тексты и переводы Править

    • В серии «Loeb classical library» издана в 4 томах (№ 117—120).
    • В серии «Collection Budé» «История» Геродота издана в 11 томах (включая тома с введением и с указателем).

    Русские переводы:

    • Повествования Иродота Аликарнасского. / Пер. А. Нартова. В 3 т. СПб., 1763—1764.
    • История Иродотова. Ч. 1-5. / Пер. И. И. Мартынова. СПб., 1826—1828. (на греч. и рус. яз.; включает в ч. 5 «Жизнь Гомера» Псевдо-Геродота)
      • Книги I, IV. / Пер. И. Мартынова в переработке М. Гаспарова. // Историки Греции. М., 1976. С. 27-166.
    • Геродот. История в 9 кн. / Пер., предисл. и указатель Ф. Г. Мищенко. В 2 т. М., 1885—1886.
      • 2-е изд., испр. 1888.
      • переизд.: М.: Эксмо. 2008.
    • Геродот. История. / Пер. и прим. Г. А. Стратановского. Статья В. Г. Боруховича. (Серия «Памятники исторической мысли».) Л.: Наука, 1972. 600 стр. 50000 экз.

    Кроме того, до революции в России выходило множество «школьных изданий» отдельных книг «Истории».

    Исследования Править

    • Дьячан Ф. Н. Геродот и его музы. Ч. 1. — Варшава, 1877. — 237 с.
    • Клингер В. П. Сказочные мотивы в истории Геродота. — Киев, 1903. — 222 с.
    • Лурье С. Я. Геродот. — М.-Л., 1947.
      • переизд.: М.: URSS, 2009.
    • Доватур А. И. Повествовательный и научный стиль Геродота. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1957. — 201 с. — 2300 экз.
    • Дитмар А. Б. От Скифии до Элефантины. Жизнь и путешествия Геродота. — М.: Географгиз, 1961. — 87 с. — 20.000 экз. (Серия: Замечательные географы и путешественники).
    • Борухович В. Г. Историческая концепция египетского логоса Геродота. // Античный мир и археология. Вып. 1. — Саратов, 1972.
    • Кузнецова Т. И., Миллер Т. А. Античная эпическая историография: Геродот. Тит Ливий. — М.: Наука, 1984. — 213 с. 5300 экз.
    • Суриков И. Е. Геродот. (Серия: Жизнь замечательных людей. Вып. 1374). — М.: Молодая гвардия, 2009. — 408 с. — ISBN 978-5-235-03226-2

    Скифский рассказ Геродота:

    • Надеждин Н. И. Геродотова Скифия, объясненная чрез сличение с местностями. — Одесса, 1842. — 114 с.
    • Рыбаков Б. А. Геродотова Скифия: Историко-географический анализ. — М.: Наука. 1979. — 248 с. — 50.000 экз.
      • переизд.: М.: Эксмо; Алгоритм, 2010. — 272 с. — 4000 экз. (Древняя Русь) — ISBN 978-5-699-42815-1.
    • Доватур А. И., Каллистов Д. П., Шишова И. А. Народы нашей страны в «Истории» Геродота. Тексты, перевод, комментарий. — М.: Наука. 1982. — 5000 экз. (Древнейшие источники по истории народов СССР). (в издании подробнейшая библиография)
    • Нейхардт А. А. Скифский рассказ Геродота в отечественной историографии. — Л.: Наука. 1982. — 240 с.

    ru.61vek.wikia.com

    Реферат Геродот

    Опубликовать скачать

    Реферат на тему:



    План:

      Введение
    • 1 Биография
    • 2 «История»
    • 3 Литература
      • 3.1 Тексты и переводы
      • 3.2 Исследования
    • Примечания

    Введение

    Геродо́т Галикарна́сский (др.-греч. Ἡρόδοτος Ἁλικαρνᾱσσεύς, 484 до н. э. — 425 до н. э.) — древнегреческий историк, автор первого полномасштабного исторического трактата — «Истории», — описывающего греко-персидские войны и обычаи многих современных ему народов. Труды Геродота имели огромное значение для античной культуры. Цицерон назвал его «отцом истории». Чрезвычайно важный источник по истории Великой Скифии, включая десятки античных народов на территории современной Украины и России.


    1. Биография

    Родина Геродота, малоазийский Галикарнас, был основан дорийцами, рядом с городком представителей местного племени карийцев. В молодости Геродот принадлежал к партии, боровшейся против тирана Лигдамида, подвергался изгнанию, жил на Самосе, а затем отправился в длительные путешествия. Он объездил Вавилон, Ассирию, Египет, Малую Азию, Геллеспонт, Северное Причерноморье, Балканский полуостров от Пелопонесса до Македонии и Фракии. Около 446 года до н. э. он поселился в Афинах, где сблизился с кругом Перикла; к этому времени значительная часть «Истории» уже была написана, поскольку известно, что Геродот читал отрывки из неё афинянам. В 444 году до н. э. Геродот принял участие в основании общеэллинской колонии Фурии в Великой Греции на месте разрушенного кротонцами Сибариса. Скончался в 425 году до н. э.


    2. «История»

    Мир с точки зрения Геродота.

    Сочинение Геродота — не историческое исследование в современном смысле слова, это — мастерское, бесхитростное повествование человека богато одарённого, необыкновенно любознательного, общительного, много читавшего, видевшего и ещё больше слышавшего; к этим свойствам присоединялась скромность верующего в богов эллина, хотя тронутого скептицизмом, но недостаточно разборчивого в полученных сведениях. С другой стороны, Геродот не только историк; некоторые части его сочинения — настоящая энциклопедия того времени: тут и географические сведения, и этнографические, и естественно-исторические, и литературные. Тем не менее Геродот по всей справедливости именуется отцом истории. Из девяти книг, на которые в настоящее время делится его сочинение, вся вторая половина представляет собой последовательный исторический рассказ о греко-персидских войнах, заканчивающийся на известии о занятии эллинами Сеста в 479 году до н. э.

    Первая половина содержит в себе рассказы о возвышении Персидского царства, о Вавилонии, Ассирии, Египте, Скифии, Ливии и других странах. Единство изложения достигается в известной мере и тем, что с первых слов и до конца историк имеет в виду проследить борьбу между варварами и эллинами. Но не покидающая историка мысль о главной задаче не мешает ему вводить в широкие рамки повествования все, что казалось ему интересным или поучительным. Геродоту присуща в значительной мере историческая критика, во многих случаях чисто субъективная, нередко наивно-рационалистическая, но тем не менее решительно вводящая в историографию новое начало.


    3. Литература

    3.1. Тексты и переводы

    • В серии «Loeb classical library» издана в 4 томах (№ 117—120).
    • В серии «Collection Budé» «История» Геродота издана в 11 томах (включая тома с введением и с указателем).

    Русские переводы:

    • Повествования Иродота Аликарнасского. / Пер. А. Нартова. В 3 т. СПб., 1763—1764.
    • История Иродотова. Ч. 1-5. / Пер. И. И. Мартынова. СПб., 1826—1828. (на греч. и рус. яз.; включает в ч. 5 «Жизнь Гомера» Псевдо-Геродота)
      • Книги I, IV. / Пер. И. Мартынова в переработке М. Гаспарова. // Историки Греции. М., 1976. С. 27-166.
    • Геродот. История в 9 кн. / Пер., предисл. и указатель Ф. Г. Мищенко. В 2 т. М., 1885—1886.
      • 2-е изд., испр. 1888.
      • переизд.: М.: Эксмо. 2008.
    • Геродот. История. / Пер. и прим. Г. А. Стратановского. Статья В. Г. Боруховича. (Серия «Памятники исторической мысли».) Л.: Наука, 1972. 600 стр. 50000 экз.
      • переизд. неоднократно, например: (Серия «Классики исторической мысли»). М.: Ладомир — АСТ. 1999. 752 стр.

    Кроме того, до революции в России выходило множество «школьных изданий» отдельных книг «Истории».


    3.2. Исследования

    • Дьячан Ф. Н. Геродот и его музы. Ч. 1. — Варшава, 1877. — 237 с.
    • Клингер В. П. Сказочные мотивы в истории Геродота. — Киев, 1903. — 222 с.
    • Лурье С. Я. Геродот. — М.-Л., 1947.
      • переизд.: М.: URSS, 2009.
    • Доватур А. И. Повествовательный и научный стиль Геродота. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1957. — 201 с. — 2300 экз.
    • Дитмар А. Б. От Скифии до Элефантины. Жизнь и путешествия Геродота. — М.: Географгиз, 1961. — 87 с. — 20.000 экз. (Серия: Замечательные географы и путешественники).
    • Борухович В. Г. Историческая концепция египетского логоса Геродота. // Античный мир и археология. Вып. 1. — Саратов, 1972.
    • Кузнецова Т. И., Миллер Т. А. Античная эпическая историография: Геродот. Тит Ливий. — М.: Наука, 1984. — 213 с. 5300 экз.
    • Суриков И. Е. Геродот. (Серия: Жизнь замечательных людей. Вып. 1374). — М.: Молодая гвардия, 2009. — 408 с. — ISBN 978-5-235-03226-2

    Скифский рассказ Геродота:

    • Надеждин Н. И. Геродотова Скифия, объясненная чрез сличение с местностями. — Одесса, 1842. — 114 с.
    • Рыбаков Б. А. Геродотова Скифия: Историко-географический анализ. — М.: Наука. 1979. — 248 с. — 50.000 экз.
      • переизд.: М.: Эксмо; Алгоритм, 2010. — 272 с. — 4000 экз. (Древняя Русь) — ISBN 978-5-699-42815-1.
    • Доватур А. И., Каллистов Д. П., Шишова И. А. Народы нашей страны в «Истории» Геродота. Тексты, перевод, комментарий. — М.: Наука. 1982. — 5000 экз. (Древнейшие источники по истории народов СССР). (в издании подробнейшая библиография)
    • Нейхардт А. А. Скифский рассказ Геродота в отечественной историографии. — Л.: Наука. 1982. — 240 с.

    Примечания

    скачать
    Данный реферат составлен на основе статьи из русской Википедии. Синхронизация выполнена 10.07.11 13:06:35

    Похожие рефераты: История (Геродот).

    Категории: Персоналии по алфавиту, Историки по алфавиту, Путешественники, Древнегреческие историки, Историки Древней Греции, Родившиеся в 484 году до н э, Умершие в 425 году до н э, Историки V века до н э, Греко-персидские войны.


    Текст доступен по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike.

    wreferat.baza-referat.ru

    Глава VI.Геродот

    23

    Глава VI.

    Геродот исследует старый свет.

    Геродота называют отцом истории. Не менее справедливо было бы назвать его и отцом географии. Он рассказал своим современникам середины V века до н. э. обо всем варварском мире, «варварском» в смысле чужеземном, в том смысле, в каком греки говорили, что ласточка щебечет на «варварском языке». Он представил своим читателям весь Старый Свет — известный, неизвестный, а иногда и вымышленный,— все три старые страны света, о которых он говорит, что не понимает, почему их насчитывают три, в то время как земля едина. Он пишет: «Я, впрочем, не понимаю, почему единой земле даны три разные названия». Эти три названия — Европа, Азия и Ливия, означающая Африку. Замечание справедливое до 1492 года.

    Земля едина, едина и вместе с тем многообразна, населена народами и расами, управляемыми одними и теми же элементарными потребностями, но удовлетворяющими их в соответствии с бесконечным разнообразием различных обычаев. Геродот поставил себе целью рассказать в первую очередь о великих событиях эпохи персидских войн. Эти войны относятся приблизительно ко времени его рождения (Геродот родился около 480 года до н. э.) и заняли почти всю первую половину V века до н. э. Эти войны были для юной Греции решающим испытанием; то были не только мидяне и персы, но вся огромная масса народов всей Передней Азии — от западной Индии до Эгейского моря,— народов, подчиненных в то время персам, включая и Египет, также подвластный Персии, которых их цари — «великий царь», как называли его греки,— бросили против Греции. Это испытание греки выдержали. Они сражались с захватчиками, как встретили бы грудью лавину морскую. Им нередко приходилось бороться одному против десяти, спасая таким образом свою неистребимую любовь к свободе, которая, по свидетельству Геродота, отличает греков от всех других народов земли, делая из них не подданных азиатских и египетских владык, но свободных граждан. Геродот, проводя именно это различие между греками и «варварским» миром, не ошибался. Греки хотели сохранить свою свободу, вот почему они и одержали победу в трудных условиях, состоявших не только в столь значительном численном превосходстве врага, но и в постоянных внутренних раздорах, противопоставлявших один полис другому, а внутри каждого города-государства — аристократов демократии. Именно неистребимая любовь к свободе принесла грекам эту победу. Геродот об этом знал и сказал это совершенно ясно; и в этом же причина его любви к своему народу.

    Но хотя Геродот и любит свой греческий народ, он все же любопытствует узнать и хочет другим рассказать про другие, гораздо более могущественные народы, иные из которых обладали цивилизацией значительно более древней, чем греки. Его, помимо того, занимает разнообразие и диковинность обычаев чужеземного мира. Именно это побудило его предпослать истории персидских войн обширное исследование обо всех народах, нападавших на Грецию, о которых греки в то время еще мало что знали. Это привело к тому, что он был вынужден мало-помалу расширить свое исследование и рассказать своим читателям обо всем известном в ту эпоху мире.

    Заглавие его труда именно и означает исследования, по-гречески «Историай» — слово, не имевшее в ту пору иного значения, кроме исследования. До Геродота истории — исторического изыскания — не существовало. Назвав «Исследованиями» свой труд — исторический и географический одновременно,— Геродот основывает эти две науки, пользуясь методом научного исследования. Справедливо, однако же, заметить, что интересы Геродота уводили его на всем протяжении его труда в сторону географических и этнографических изысканий, отклоняя его от стремления познать историческую истину.

    Что же привлекает любознательность Геродота? Можно, не боясь ошибиться, ответить на это одним словом: всё! Верования, нравы, памятники, то, что мы называем «великими делами», природа, почвы, климат, фауна и флора (особенно фауна), протяженность пустынь, географические открытия, пределы земли, неизвестные истоки больших рек и — везде и в первую очередь — деятельность человека, условия его существования, его физический облик, развлечения, боги, тысячелетнее прошлое или, напротив, примитивный характер его образа жизни. Человек и его творения, человек и его судьбы, человек в своем природном окружении, познаваемый во всей самобытности его обычаев,— таков круг интересов «Исследований» Геродота. По своему стремлению изображать людей всех стран, всех народов Геродот является одной из самых привлекательных фигур античного гуманизма.

    Я сказал — любознательность. Взвесив все обстоятельства, приходится признать это недостаточным для нашего историка. Ниже я вернусь к этому для уточнения этого слова. Но посколько я мимоходом коснулся понятия исторической правды, мне хочется объясниться по поводу одного слова, которое, на мой взгляд, слишком свободно применяют в отношении Геродота: Геродот, говорят, доверчив. Совершенно верно, что при всей своей доброй воле добросовестного исследования он обладает детской наивностью. Его доверчивость кажется первоначально столь же безграничной, как и его любознательность, так что нельзя говорить об одной, не упоминая другую. Однако, проверив и взвесив все в свете самой современной науки, надо признать, что Геродот ошибается довольно редко, во всяком случае — в отношении того, что он видел собственными глазами.

    Зато в большинстве случаев он приводит без разбора, без критического анализа бесчисленные рассказы, услышанные им от других. Тут он полагается на жрецов, нередко невежественных, которые служили ему «чичероне» в ряде стран, где он бывал. Сплошь и рядом он слушает первого встречного. Дело в том, что он еще слишком падок на чудеса, которыми наполнены рассказы, выслушиваемые им, чтобы уметь решительно их отбросить. Чем чудеснее история, тем более она его восхищает, и он торопится ее передать, какой бы невероятной она ни казалась ему самому. Геродоту даже кажется, что, воздержавшись от передачи таких сведений, он изменил бы своему назначению исследователя. Он ограничивается тем, что, изложив рассказ, дает затем понять, что сам нисколько не введен им в заблуждение. Вот оговорка, сделанная Геродотом в заключение блестящего египетского рассказа о царе и двух ворах: «Если эти рассказы кажутся кому-нибудь правдоподобными, он может им верить; что до меня, то во всем этом труде (оговорка таким образом распространяется на все его произведения) я не ставлю себе иной цели, как записывать все, что слышу от тех и других».

    Таким образом, история Геродота представляет странную смесь научной честности и доверчивости. Он честно отыскивает истину, он не жалеет трудов в погоне за ней и устремляется для этого на край света. Но он вместе с тем сохранил вкус еще юных народов к чудесному. Геродот движим парадоксальным желанием, чтобы правда, которую он отыскивает, имела, если можно так выразиться, чудесный характер, ему хотелось бы, чтобы его «Исследования» приносили ему целые вороха чудесного. Для отца истории вершиной исторического было бы чудесное, подтвержденное достойными доверия свидетелями. Геродоту словно хочется, чтобы история была чем-то вроде сказки, но с доказательством того, что описанное в ней случилось на самом деле.

    Совершенно очевидно, в двух пристрастиях Геродота — его любви к занимательным рассказам и необычайным народам и, с другой стороны, его тяготении к истине — одно вредит другому. Отсюда в его «Исследованиях» столько нелепых (впрочем, забавных) рассказов, выслушанных им от осведомителей, которым было, очевидно, незатруднительно злоупотреблять столь простодушной любознательностью.

    У нашего автора нельзя встретить лишь одного рода ошибок: ошибок преднамеренных. Геродот никогда не лжет. Он заблуждается, понимает вкривь и вкось, путается в своих заметках, дает себя провести с легкостью непостижимой, лишь бы его позабавили. Но никакие ученые труды, подвергавшие Геродота не только строгой, но порой и подозрительной критике, никогда не смогли уличить его во лжи. Это очень честный человек с пылким воображением, но безупречно правдивый.

    Качество похвальное. Было нетрудно рассказывать своим читателям, почти ничего не знавшим о странах, откуда он возвращался, что угодно — добро врать тому, кто за морем бывал! Геродот не поддался этому искушению, в которое впадали все другие путешественники. Он много путешествовал. Он пускался в очень далекие края за теми свидетельствами, какие он нам приносит. Он обследовал землю собственными глазами и собственными ногами, несомненно, много ездил верхом на лошади или на осле, часто плавал на лодках. Маршрут его египетского путешествия, совершенного целиком в период разлива Нила, удалось восстановить. Он поднялся вверх по Нилу до Элефантины (Ассуана), крайней границы древнего Египта, проходившей вблизи от первого порога. Это составляет тысячу километров пути. На востоке он достиг по меньшей мере Вавилона, отстоящего от Эгейского моря на две тысячи километров, возможно даже, что он добрался до Суз, однако это предположение не точно. На севере Геродот посетил греческие колонии, основанные по краю территории современной Украины на Черноморском побережье. Весьма вероятно, что он поднимался вверх по нижнему течению одной из крупных рек украинских степей, по Днепру, или Борисфену, вплоть до Киевской области. Наконец, на западе Геродот принимал участие в основании греческой колонии в Южной Италии. Он посетил нынешнюю Киренаику и, без сомнения, нынешнюю Триполитанию.

    Таким образом, то, что совершил наш географ,— это личное исследование, исследование, произведенное на местах. В его рассказе чувствуется, как он то и дело ставит вопросы, рассматривает новые вещи. Так, в Египте он заходит в мастерскую бальзамировщика, интересуется всеми подробностями его ремесла и стоимостью различных процедур. В храмах он просит перевести ему надписи, расспрашивает жрецов об истории фараонов. Он присутствует на религиозных празднествах египтян, восторгается красочностью одежд и формой причесок. Очутившись у пирамид, он шагами измеряет их подножия и в этих своих подсчетах нисколько не ошибается. Но когда надо на глаз определить высоту, тут он допускает значительные ошибки. Это касается и всех тех стран, где он побывал, и тех очень многих мест, где он не был, поскольку он полагается на рассказы путешественников, греков и варваров, с которыми ему доводилось встречаться в той или иной харчевне...

    * * *

    Но довольно общих рассуждений. Геродот слишком конкретен, чтобы я мог дольше на них задерживаться. Попробуем наметить то, что интересует Геродота и на чем следует предпочтительнее остановиться. Разумеется, это может быть Египет, о котором Геродот может говорить без конца. Но его египетские рассказы слишком известны, и я предпочитаю увести своего читателя подальше. В соответствии с этим я выделил у нашего автора, не совсем отказываясь при этом от Египта (к которому я коротко вернусь под конец), три основные темы, что, впрочем, не будет препятствовать мне отклониться за их пределы, как это делает сам Геродот; эти три страны оказываются основными хлебопроизводящими областями древности. Это совпадение, даже если оно могло ускользнуть от Геродота, все же наглядно показывает, из каких человеческих потребностей возникла географическая наука. Она родилась из голода, из ужасающего голода античного мира, того голода, который выбрасывал за пределы скудной и в основном плохо обработанной и распределенной земли один из самых бедных и энергичных народов того времени — греков.

    Эти три производящие хлеб страны — страна Скифов (Украина), Месопотамия и Северная Африка. На этих трех примерах, в которых попутно отмечается доля истины и доля заблуждений (как и корни этого заблуждения) в писаниях Геродота, я и постараюсь охарактеризовать гений этого человека. Потому что, если география и возникла из потребностей греческого народа, то она к тому же родилась, как, на мой взгляд, это большей частью бывает при появлении нового литературного жанра или новой науки, от как бы упавшего с неба гения. Я не хочу этим сказать, что рождение такого гения необъяснимо или что оно представляет «чудо», но лишь то, что, даже если возникают условия, позволяющие ему родиться, это отнюдь не обязательно: рождение могло бы и не произойти и оно очень часто не происходит. Литература и наука от этого страдают.

    * * *

    Однако приступаю к своему кругосветному путешествию, начав его с Вавилонии. Геродот видел великий город Вавилон. Стены его, говорит он, имеют форму квадрата. Он указывает длину одной из сторон квадрата — согласно этой цифре, длина всего периметра составила бы восемьдесят пять километров. Цифра сильно преувеличена. Периметр стен Вавилона едва достигал двадцати километров. К большим числам у Геродота то же пристрастие, что у детей или южан. Он, однако, упоминает, что в его время городские стены были снесены Дарием. Оставались развалины кладки. Геродота интересовало, как она сделана. Ему объяснили, что стена была сложена из кирпича, причем через каждые тридцать рядов кирпичей в скреплявшую их горную смолу укладывалась прослойка из сплетенного тростника. Следы этого тростника, отпечатавшегося в горной смоле, и поныне видны в развалинах вавилонской стены.

    Геродот описывает Вавилон как очень большой город. Это был самый большой город, какой он видел, и наиболее грандиозный в древнем мире той эпохи. Он рассказывает о прямых улицах, пересекающихся под прямым углом. Он любуется домами в три и четыре этажа, невиданными в его стране. Он знает про две параллельные стены, построенные Навуходоносором. Общая толщина этих двойных стен достигала тридцати метров. Здесь, единственный раз, Геродот преуменьшил подлинные размеры, назвав цифру в двадцать пять метров. Он наделяет город сотней ворот, и тут он ошибается, это только в легендах бывает у городов сто ворот. Ему, впрочем, нельзя было сосчитать их самому, потому что стена была наполовину снесена, о чем он сам упоминает.

    Им довольно точно описана находившаяся в святилище Ваала, или Бела, высокая башня с ее возвышающимися один над другим восемью этажами и спирально поднимающейся лестницей. Эта башня Ваала, оживающая в нашей Вавилонской башне, известна нам по раскопкам и вавилонским документам. По поводу комнаты в последнем этаже Геродот высказывает следующую мысль: «Жрецы добавляют, что бог лично посещает эту часовню, чему, однако, я не верю».

    Затем Геродот пытается перечислить некоторых царей и цариц, правивших в Вавилоне. Он говорит о Семирамиде, вавилонской царице, жившей в IX — VIII веке до н. э., о которой свидетельствует надпись, а вовсе не о легендарной супруге Нина, Семирамиде висячих садов, героике трагедий и опер. Геродот рассказывает и о другой царице, которую он называет Нитокридой, построившей на Евфрате, выше Вавилона, укрепления для защиты города от растущей угрозы со стороны персов. Царица Нитокрида — это на самом деле царь Навуходоносор. Персидская форма имени этого царя, с окончанием, звучащим для греческого уха как женское, и ввела Геродота в заблуждение. Впрочем, совершенно верно, что эта Нитокрида-Навуходоносор возвела против персов на север от Вавилона разные оборонительные сооружения, среди которых и Сиппарское водохранилище, описанное нашим автором и служившее, впрочем, столько же для орошения, сколько для защиты города.

    Впрочем, существует как будто клинописный документ, судя по которому можно предположить, что осады Вавилона Киром, о которой существует общеизвестный рассказ Геродота, на самом деле не было. Когда персидские войска приблизились к городу, в нем вспыхнуло восстание, позволившее Киру совершить триумфальный въезд в него. Геродот, несомненно, записал на месте одну из версий рассказа о падении Вавилона, менее унизительную для чести великого города.

    Наш историк сделал попытку собрать сведения о персах — победителях и новых хозяевах Вавилона. Он, несомненно, сам никогда не посещал Персию, то есть область Персеполиса и Иранское нагорье. Он и не претендует на то, что там был. Но на имперских дорогах и в харчевнях Вавилона (или Суз, если он побывал там) Геродот, без сомнения, встречал много персов и расспрашивал их, стараясь, по-видимому, проверить их показания, сравнивая их между собой. Наши историки считают вполне достоверными сообщения Геродота о воспитании и религии персов, за исключением отдельных подробностей. Как ни короток рассказ Геродота об обычаях персов, ему, кажется, удалось схватить внутреннюю сущность персидской цивилизации, его, по-видимому, сильно поразившую.

    Относительно воспитания сохранилось его знаменитое и строго отвечающее истине замечание: «Персы приступают к воспитанию своих детей с пятилетнего возраста и, начиная с него и до двадцати лет, они учат их всего трем вещам: верховой езде, стрельбе из лука и правдивости». Именно религия персов воспитывала эту любовь к правде. Ничто не могло более поразить грека, восхищавшегося «безупречными сказками» Одиссея. Геродот был также осведомлен о религии Ормузда и Аримана. Он знал, что жрецам Персии запрещено убивать таких полезных животных, как собаки, и других животных, которых он не запомнил,— всех тварей, созданных Ормуздом, тогда как похвально убивать муравьев и змей, сотворенных Ариманом.

    Все приведенные примеры, особенно если вспомнить о недавнем нашествии мидян и персов на Грецию, показывают со всей очевидностью, что термин «любознательность», примененный мною вначале для характеристики Геродота, становится недостаточным. Эта любознательность обращалась в изумление, возможно даже — восхищение, идет ли речь о древнем вавилонском городе или о моральной направленности персидской цивилизации, такой далекой от того, чем была она в то время в Греции. То же улавливаем мы в пространном повествовании Геродота о Египте и его чудесах.

    * * *

    Прежде чем перейти к другим народам, мне хотелось бы указать, как представлял себе Геродот землю. Он иронизирует над авторами кругосветных путешествий, вроде Гекатея Милетского, который представлял себе землю в форме плоского диска — «совершенно круглого, словно вырезанного по циркулю, и омываемого кругом течением Океана». Все же в этом отрывке и в других местах Геродот протестует лишь против существования реки, называемой Океаном, и формы правильной окружности, будто бы присущей земле. Но и он представлял себе землю в виде диска, а не шара. Как ему кажется, земля если и не совершенно кругла, то все же близка к соразмерности круга.

    У Азии, обитаемой до Индии, за которой простираются пустыни, отрезаны Индокитай и Китай; от Африки отделена вся южная часть. Морское круговое путешествие финикиян в VI веке до н. э. и морской поход Скилака 509 года до н. э. позволили Геродоту заключить, что южная Азия и южная Африка омываемы водой. На север от этих двух материков протягивается вплоть до самой Сибири Европа, которая по длине «равняется остальным двум частям, вместе взятым». Однако Геродот не уверен, омываема ли эта Европа на севере, северо-западе и востоке водой.

    Вот отрывок, касающийся первого из упомянутых мною морских путешествий. Оно было совершено по распоряжению Нехо II (Геродот называет его Некос), фараона VI века до н. э.

    «... Финикияне отплыли из Эритрейского [то есть Красного] моря и вошли в южное море [Индийский океан]. При наступлении осени они приставали к берегу и, в каком бы месте Ливии [Африки] ни высаживались, засевали землю и дожидались жатвы; по уборке хлеба плыли дальше. Так прошло в плавании два года, и только на третий год они обогнули Геракловы Столбы и возвратились в Египет. Рассказывали также, чему я не верю, а другой кто-нибудь, может быть, и поверит, что во время плавания кругом Ливии финикияне имели солнце с правой стороны».(IV, 42)

    На этот раз Геродот напрасно занимает скептическую позицию. Совершенно очевидно, что мореплаватели, огибавшие мыс Доброй Надежды, видели в полдень солнце на севере с правой стороны, поскольку они находились в южном полушарии. Космографические познания Геродота недостаточны, чтобы это понять. Но именно это обстоятельство, которое нельзя вообразить и в которое он отказывается верить, и убеждает нас в подлинности морского путешествия вокруг Африки.

    За этим рассказом следует описание путешествия Скилака, позволившее заключить, что южная Азия, как и Африка, омывается водой: «Они отправились из города Каспатира [город в Пенджабе, расположенный на притоке среднего Инда],— пишет Геродот,—... и вниз по реке поплыли в восточном направлении к морю. [Эта река — Инд. Нужно ли говорить, что он не течет на восток и что Геродот либо спутал его с Гангом, либо попросту ошибся.] Через море,— продолжает он,— они отправились на запад и на тридцатом месяце прибыли к тому месту, откуда египетский царь отправил упомянутых мною финикиян объехать кругом Ливию».(IV, 44)

    Перейдем теперь к скифам. Поселившиеся в конце VIII века до н. э. в степях нынешней Украины, от Карпат до устья Дона (Танаид по Геродоту), скифы даже в V веке до н. э. были еще мало известны грекам. Наш путешественник посвятил описанию их страны и обычаев важную часть своего труда. Чтобы произвести свое обследование, Геродот посетил греческие города на побережье Черного моря; он жил в Ольвии, самом важном торговом центре у границ скифской земли, в нижнем течении Днепра. Вполне возможно, что он с каким-нибудь караваном поднялся по реке и достиг области, где находились, недалеко от Киева, захоронения скифских царей, описанных им с большой точностью.

    Во всяком случае, его сведения о скифах представляются очень надежными. К описанию нравов скифов лишь изредка примешиваются черты вымышленные. Раскопки могильных холмов (курганов) в тех местах — в частности, изучение Куль-Обского поселения вблизи Керчи —подтвердили его свидетельства в той части, какая являлась действительностью. Что до обрядов и странных верований, которые он передает с таким наслаждением, то их совсем еще недавно обнаружили у племен, находящихся на том уровне цивилизации, на каком находились скифы его времени.

    Что Геродот описывает особенно ярко, так это великую изобретательность скифов во всем, что относится к умению отражать нашествия. Эта изобретательность заключается в умении отступать перед нападающими, в умении не дать себя настигнуть, когда это нежелательно, в заманивании врага вглубь обширных равнин до момента, когда можно будет вступить с ним в бой. Скифам в этой тактике очень благоприятствовали не только естественные условия страны — обширной равнины, густо заросшей травой, но и пересекающие ее полноводные реки, представляющие отличные рубежи сопротивления. Геродот перечисляет эти реки и некоторые их притоки от Дуная до Дона. В его перечислении есть названия излишние.

    Вот несколько подробностей, поскольку нужно делать выбор в чрезвычайно обильном материале, которые Геродот приводит относительно гаданий у скифов:

    «В случае болезни скифский царь приглашает трех наиболее знаменитых гадателей, которые производят гадание упомянутым выше способом. При этом по большей части они объявляют, что такой-то или иной из народа, называя его по имени, ложно клялся божествами царского очага, а у скифов существует обычай — давать торжественнейшую клятву во имя царских домашних божеств во всех тех случаях, когда они желают представить священнейшую клятву. Человека, обвиняемого в клятвопреступлении, тотчас схватывают и доставляют на суд; затем гадатели уличают его в том, что он, по свидетельству гадания, виновен в клятвопреступлении против божеств царского очага и что вследствие этого и болеет царь. Обвиняемый возражает, настойчиво уверяя, что он не нарушил клятвы. Если обвиняемый отрицает вину, царь призывает других гадателей, числом вдвое больше против прежнего. Если и эти гадатели на основании своего искусства обвиняют подсудимого в клятвопреступлении, ему немедленно отсекают голову, а имущество его достается на долю первых гадателей. Но если бы вторые гадатели оправдали подсудимого, в таком случае призываются новые и опять новые гадатели. Если большинство гадателей оправдывает подсудимого, то постановляется, что первые гадатели должны погибнуть сами».(IV, 68)

    Как видно, вопрос о правильности гадания решается большинством голосов. Геродот продолжает:

    «Казнят их таким образом: повозку наполняют хворостом и запрягают в нее быков; сковывают гадателям ноги, а руки связывают на спине, затыкают рты и в таком виде вкладывают гадателей в середину хзороста, потом зажигают хворост, пугают быков и гонят. Множество быков гибнет в пламени вместе с гадателями, другие быки, хотя и опаляются, спасаются бегством, когда сгорит дышло. Этим способом сжигают гадателей и за разные другие провинности, причем они называются лживыми гадателями. Царь не оставляет в живых и детей казненных гадателей; все мужское поколение их он велит казнить, а женского не трогает».(IV, 69)

    Более всего поражает в таких рассказах невозмутимый тон, в котором Геродот передает самые отвратительные жестокости.

    Вот что рассказывает наш историк о могилах скифских царей:

    «Гробницы царей находятся в Геррах [по-видимому, в Киевской области], до которых Борисфен судоходен. После смерти царя там тотчас выкапывается большая четырехугольная яма; по изготовлении ее принимаются за покойника и воском покрывают его тело, но предварительно разрезывают ему живот, вычищают его и наполняют толченым Купером, ладаном, семенами сельдерея и аниса, потом сшивают и везут в повозке к другому народу. Тот народ, к которому привозят покойника, делает тоже самое, что и царские скифы, именно: и там люди отрезывают себе часть уха, стригут кругом волосы, делают себе на руках порезы, расцарапывают лоб и нос, а левую руку прокалывают стрелами. Отсюда перевозят труп царя к другому подвластному им народу, между тем как тот народ, к которому они приходили раньше, следует за покойником. Объехавши таким образом все народы, царские скифы являются в землю отдаленнейшего подчиненного им народа — герров, где находится и кладбище. Здесь труп хоронят в могиле на соломенной подстилке, по обеим сторонам трупа вбивают копья, на них кладут брусья и все покрывают рогожей. В остальной обширной части могилы хоронят одну из его наложниц, предварительно задушивши ее, а также виночерпия, повара, конюха, приближенного слугу, вестовщика, наконец, лошадей, первенцев всякого другого скота и золотые чаши,— серебра и меди цари скифов совсем не употребляли; после этого все вместе устраивают большую земляную насыпь, прилагая особенное старание к тому, чтобы она вышла как можно больше».(IV, 71)

    В многочисленных курганах, раскопанных в южной России, было найдено множество человеческих скелетов, кости лошадей и груды золотых предметов. Некто Ибн-Фадлан, араб, писавший в 920 году, сообщает нам, что погребальные обряды, описанные Геродотом, еще существовали в его время у вождей украинских племен. Этот арабский путешественник видел, как задушили, а потом сожгли вместе с ее господином одну из наложниц.

    По истечении года вся церемония повторялась снова, причем на этот раз умерщвляли пятьдесят самых ценных слуг царя и равное количество лошадей. Эти пятьдесят слуг верхом на конях, насаженные на колья, расставлялись вокруг могилы. Разумеется, точно восстановить эти трофеи нельзя, так как они были расположены за пределами могилы. Очевидное удовольствие, с каким Геродот передает, не моргнув глазом, подобные рассказы, представляют одну из характерных черт греческой цивилизации. Тот факт, что греки чувствуют свою близость с другими людьми,— это не только одна из благородных черт их натуры, но и обстоятельство, характеризующее их целиком. И самые кровожадные их черты — не на последнем месте. Их гуманизм не носит единственного в своем роде характера — характера идеализма.

    studfiles.net

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *