Фонвизин недоросль сколько действий – «Недоросль» краткое содержание по действиям комедии Фонвизина, читать пересказ произведения «Недоросль»

кто автор и каков финал пьесы Фонвизина

Классический литературный труд Дениса Ивановича Фонвизина «Недоросль» вдохновил несколько поколений театральных деятелей и был с успехом экранизирован, его построчно разобрали почитатели на «крылатые» фразы, которые постепенно превратились в афоризмы.

Актуальна ли тема этой комедии на сегодняшний день и будет ли пьеса интересна современному читателю, можно разобраться, прочитав «Недоросль»: краткое содержание по действиям.

Содержание статьи

Пьеса и ее герои

События повествования развиваются в имении господина и госпожи Простаковых.

Пьеса состоит из пяти действий:

  • в I-м читатель знакомится с главными героями и непростой ситуацией бедной сироты Софьи, которую рвут на части два жениха;
  • во II-м появляется давний возлюбленный главной героини Милон;
  • в III-м после длительного отсутствия возвращается дядя Софьи Стародум;
  • в IV-м д выясняется, что молодой офицер, которого Софье определил в мужья дядя и есть её любимый;
  • в V-м все герои пьесы получают по заслугам.

Это интересно! Роман Обломов: краткое содержание произведения по главам

Ниже изложено более подробное содержание произведения по действиям и можно познакомиться с его основными персонажами.

Действующие лица:

  • господа Простаковы — хозяева имения;
  • Митрофан Простаков — их сын, «недоросль»;
  • Правдин — чиновник, олицетворяющий закон в пьесе;
  • Стародум — дядя Софьи;
  • Софья — главный персонаж, сирота, воспитанница Простаковых;
  • Милон — любимый главной героини;
  • Тарас Скотинин — алчный брат Простаковой;
  • Еремеевна — крепостная нянька;
  • Кутейкин — жадный до денег учитель;
  • Вральман — конюх, выдавший себя за немца-педагога.

Обратите внимание! Три основные темы, раскрытые в содержании пьесы «Недоросль»: воспитание, осуждение деспотичного режима самодержавия, тягость крепостного права.

Содержание

Хозяйка поместья ругает крепостного за некачественно пошитый кафтан для её сына. Хотя крестьянин предупреждал, что не в ладах с шитьём. Супруг госпожи господин Простаков согласен с женой, а её брат Скотинин уверен, что работа сделано очень неплохо. Слугу выгоняют прочь.

Потом родственники обсуждают Митрофанушку, которому не удалось толком выспаться минувшей ночью. Сам Простаков-младший утверждает, что не наедался перед отбоем, но на деле плотно набил брюхо во время ужина, потому всю ночь напролёт вставал, чтобы выпить квасу. Матушка жалеет своё чадо, после чего он ретируется на голубятню.

Это интересно! Рассказ Холодная осень Бунина: краткое содержание

Оставшиеся взрослые говорят о сватовстве Скотинина к сироте, находящейся на воспитании Простаковых. У неё оставался лишь дядя Стародум, но он сгинул где-то в Сибири.

Из беседы становится ясно, что будущий жених задумал приумножить своё состояние за счёт партии с Софьей, как женщина она ему мало интересна.

Выходит сама воспитанница, она держит в руках письмо от Стародума. Её родня не желает поверить, что дядька девушки жив и здоров. Софья предлагает родственникам прочитать послание самостоятельно, но выясняется, что они не умеют читать.

Письмо зачитывает Правдин. В нём значится, что за Софью обещано хорошее приданое. Госпожа смекает, что девушка может стать неплохой партией для её сына. Дамы уходят. Вбегает слуга с новостью, что в их деревню прибыли солдаты.

Действие II

Оказывается, что Правдин и молодой офицер Милон давно знакомы. Правдин рассказывает приятелю, что отправлен в эти края, чтобы «приструнить» местных помещиков. Милон прибыл сюда в надежде найти свою возлюбленную, с которой утратил связь после смерти её родителей.

Мимо проходит Софья, которая узнаёт своего любимого и рассказывает ему, что её опекуны намерены женить на ней Митрофана.

Появляется Скотинин, озадаченный неприглядной перспективой отъезда восвояси ни с чем: без молодой супруги и её приданого. Милон и Правдин накручивают его на ссору с сестрой.

Проходят Еремеевна и Митрофан, спорят о пользе обучения грамоте.

Скотинин чуть ли не дерётся с племянником из-за Софьи, а затем уходит, задыхаясь от ярости.

Подходят супруги Простаковы. Хозяйка имения льёт ласковые речи в адрес Милона, нахваливает Софью, хвастает, что всё готово к прибытию Стародума.

Чета Простаковых и их воспитанница уходят. Тут же появляются учителя: Цыфиркин и Кутейкин, заводят рассказ о том, как попали в имение.

Обратите внимание! Актуальна ли пьеса Недоросль среди молодежи? Ответ — да! Проблемы воспитания и образования остаются острыми и в современном мире.

Действие III

Приехал Стародум. Его приветствует Правдин. Старый друг вводит важного гостя в курс событий. Без прикрас рассказывает о господствующем безобразии в деревне Простаковых и о том, как Скотинин и Митрофан конкурируют за руку его племянницы.

Стародум считает, что в принятии решений спешка худший враг. Он хочет сначала всё взвесить, а уж после — делать выводы. Затем Стародум рассказывает Правдину о своих приключениях.

Входит Софья. Дядя и племянница беседуют. Простакова и Скотинин устраивают скандал, который заканчивается дракой. Их удаётся разнять Милону.

Заметив присутствие Стародума, Простакова зовёт сына и мужа. На гостя имения льются потоки фальшивой лести.

Стародум заявляет, что заберёт племянницу с собой в Москву и выдаст там замуж. Сирота согласна с волей дяди, хоть и не знает ещё, что в мужья ей выбран Милон.

А Скотинин и Простакова изо всех сил стараются отговорить родственника от этого поступка. Хозяйка имения утверждает, что её сын достойный кандидат в мужья и, в отличие от всего их рода, хорошо образован. Уставший от долгого путешествия Стародум отправляется на отдых. Все расходятся.

Это интересно! Александр Куприн – Гранатовый браслет: читаем краткое содержание

Остаются только педагоги младшего Простакова. Оба жалуются на лень и бездарность своего подопечного. Затем состоится забавный урок арифметики, который показывает насколько глуп Митрофан и его мать.

Действие IV

Стародум говорит со своей племянницей о жизни и её истинных ценностях. Он объясняет неопытной Софье, что богатство заключается не в злате, а в добродетели.

Стародум уверен, что любые блага или слава должны быть заслужены честным трудом.

А супруги всегда должны оставаться одним целым и любить друг друга, даже если принадлежат к разным социальным слоям.

Приходит письмо, в котором говорится, что выбранный в мужья Софье мужчина — её любимый Милон.

Беседуя с военным офицером, Стародум выясняет, что назначенный жених человек чести и благословляет брак.

Периодически в разговор вмешивается несостоявшийся жених Скотинин. Он заискивает перед невестой, уплывающей прямо из рук, и её дядей. Старается «выгодно» смотреться, но выглядит смешно.

Приходят Правдин, простакова и Митрофан. Мать настаивает на особой просвещённости своего сына в науках. Но небольшой эксперимент полностью опровергает её слова.

Стародум во всеуслышание объявляет, что завтра уезжает вместе со своей племянницей навсегда. «Дикие» родственнички придумывают похитить девушку.

Это интересно! Михаил Шолохов Судьба человека: читаем краткое содержание по главам

Действие V

Простакова приказывает Еремеевне силой отвезти Софью из дома, но няньку останавливает Милон.

Правдин выступает с «обвинительной» речью и сулит Простаковым суровое наказание. Тётка бросается воспитаннице в ноги и вымаливает прощение.

Однако она намерена покарать слуг, что упустили возможность вывезти богатую невесту.

Но и здесь хозяйку имения ждёт неудача — Правдин знакомит её с правительственной грамотой, в которой значится, что все её владения и имущество переходят государству.

Появляются педагоги Митрофана, они получают расчёт из рук Правдина. Цыфиркин за достойный труд — по полной, а Кутейкин за притворство и лень остаётся ни с чем. Митрофан ругается с матерью и уходит служить в армию. Стародум и влюблённые жених с невестой уезжают. Простакова потеряла всё, она в отчаянии.

Возьмите на заметку! Чтобы прочувствовать литературную ценность пьесы и полностью насладиться языковым совершенством, не достаточно прочитать «Недоросль» в кратком содержании.

В интернете можно слушать аудиоверсию произведения. Читая пьесу Недоросль сегодня целиком или в сокращении, не сложно представить яркую, с исторической точки зрения картину русской жизни 18-го века.

Полезное видео

Подведем итоги

Комедия Фонвизина считается в отечественной литературе первой картиной, которая повествует о социальных типах.

Безобразиями, творящимися в имениях помещиков, Фонвизин проиллюстрировал серьёзные конфликты общества. Финал пьесы расставляет все по своим местам, и каждый персонаж получает по заслугам.

Вконтакте

Facebook

Twitter

Google+

znaniya.guru

Недоросль. Действие первое (Д. И. Фонвизин)

Действие первое

Обложка первого издания пьесы Д.И. Фонвизина «Недоросль», 1783 год

Г-жа Простакова, Митрофан, Еремеевна.

Г-жа Простакова (осматривая кафтан на Митрофане). Кафтан весь испорчен. Еремеевна, введи сюда мошенника Тришку. (Еремеевна отходит.) Он, вор, везде его обузил. Митрофанушка, друг мой! Я чаю, тебя жмет до смерти. Позови сюда отца.

Митрофан отходит.

Г-жа Простакова, Еремеевна, Тришка.

Г-жа Простакова (Тришке). А ты, скот, подойди поближе. Не говорила ль я тебе, воровская харя, чтоб ты кафтан пустил шире. Дитя, первое, растет; другое, дитя и без узкого кафтана деликатного сложения. Скажи, болван, чем ты оправдаешься?

Тришка. Да ведь я, сударыня, учился самоучкой. Я тогда же вам докладывал: ну, да извольте отдавать портному.

Г-жа Простакова. Так разве необходимо надобно быть портным, чтобы уметь сшить кафтан хорошенько. Экое скотское рассуждение!

Тришка. Да вить портной-то учился, сударыня, а я нет.

Г-жа Простакова. Ища он же и спорит. Портной учился у другого, другой у третьего, да первоет портной у кого же учился? Говори, скот.

Тришка. Да первоет портной, может быть, шил хуже и моего.

Митрофан (вбегает). Звал батюшку. Изволил сказать: тотчас.

Г-жа Простакова. Так поди же вытащи его, коли добром не дозовешься.

Митрофан.

Да вот и батюшка.

Те же и Простаков.

Г-жа Простакова. Что, что ты от меня прятаться изволишь? Вот, сударь, до чего я дожила с твоим потворством. Какова сыну обновка к дядину сговору? Каков кафтанец Тришка сшить изволил?

Простаков (от робости запинаясь). Ме… мешковат немного.

Г-жа Простакова. Сам ты мешковат, умная голова.

Простаков. Да я думал, матушка, что тебе так кажется.

Г-жа Простакова. А ты сам разве ослеп?

Простаков. При твоих глазах мои ничего не видят.

Г-жа Простакова. Вот каким муженьком наградил меня Господь: не смыслит сам разобрать, что широко, что узко.

Простаков. В этом я тебе, матушка, и верил и верю.

Г-жа Простакова. Так верь же и тому, что я холопям потакать не намерена. Поди, сударь, и теперь же накажи…

Те же и Скотинин.

Скотинин. Кого? За что? В день моего сговора! Я прошу тебя, сестрица, для такого праздника отложить наказание до завтрева; а завтра, коль изволишь, я и сам охотно помогу. Не будь я Тарас Скотинин, если у меня не всякая вина виновата. У меня в этом, сестрица, один обычай с тобою. Да за что ж ты так прогневалась?

Г-жа Простакова. Да вот, братец, на твои глаза пошлюсь. Митрофанушка, подойди сюда. Мешковат ли этот кафтан?

Скотинин. Нет.

Простаков. Да я и сам уже вижу, матушка, что он узок.

Скотинин. Я и этого не вижу. Кафтанец, брат, сшит изряднехонько.

Г-жа Простакова (Тришке). Выйди вон, скот. (Еремеевне.) Поди ж, Еремеевна, дай позавтракать ребенку. Вить, я чаю, скоро и учители придут.

Еремеевна. Он уже и так, матушка, пять булочек скушать изволил.

Г-жа Простакова. Так тебе жаль шестой, бестия? Вот какое усердие! Изволь смотреть.

Еремеевна. Да во здравие, матушка. Я вить сказала это для Митрофана же Терентьевича. Протосковал до самого утра.

Г-жа Простакова. Ах, Мати Божия! Что с тобою сделалось, Митрофанушка?

Митрофан. Так, матушка. Вчера после ужина схватило.

Скотинин. Да видно, брат, поужинал ты плотно.

Митрофан. А я, дядюшка, почти и вовсе не ужинал.

Простаков. Помнится, друг мой, ты что-то скушать изволил.

Митрофан. Да что! Солонины ломтика три, да подовых, не помню, пять, не помню, шесть.

Еремеевна. Ночью то и дело испить просил. Квасу целый кувшинец выкушать изволил.

Митрофан. И теперь как шальной хожу. Ночь всю така дрянь в глаза лезла.

Г-жа Простакова. Какая же дрянь, Митрофанушка?

Митрофан. Да то ты, матушка, то батюшка.

Г-жа Простакова. Как же это?

Митрофан. Лишь стану засыпать, то и вижу, будто ты, матушка, изволишь бить батюшку.

Простаков (в сторону). Ну, беда моя! Сон в руку!

Митрофан (разнежась). Так мне и жаль стало.

Г-жа Простакова (с досадою). Кого, Митрофанушка?

Митрофан. Тебя, матушка: ты так устала, колотя батюшку.

Г-жа Простакова. Обойми меня, друг мой сердечный! Вот сынок, одно мое утешение.

Скотинин. Ну, Митрофанушка, ты, я вижу, матушкин сынок, а не батюшкин!

Простаков. По крайней мере я люблю его, как надлежит родителю, то-то умное дитя, то-то разумное, забавник, затейник; иногда я от него вне себя и от радости сам истинно не верю, что он мой сын.

Скотинин. Только теперь забавник наш стоит что-то нахмурясь.

Г-жа Простакова. Уж не послать ли за доктором в город?

Митрофан. Нет, нет, матушка. Я уж лучше сам выздоровлю. Побегу-тка теперь на голубятню, так авось-либо…

Г-жа Простакова. Так авось-либо Господь милостив. Поди, порезвись, Митрофанушка.

Митрофан с Еремеевною отходят.

Г-жа Простакова, Простаков, Скотинин.

Скотинин. Что ж я не вижу моей невесты? Где она? Ввечеру быть уже сговору, так не пора ли ей сказать, что выдают ее замуж?

Г-жа Простакова. Успеем, братец. Если ей это сказать прежде времени, то она может еще подумать, что мы ей докладываемся. Хотя по муже, однако, я ей свойственница; а я люблю, чтоб и чужие меня слушали.

Простаков (Скотинину). Правду сказать, мы поступили с Софьюшкой, как с сущею сироткой. После отца осталась она младенцем. Тому с полгода, как ее матушке, а моей сватьюшке, сделался удар…

Г-жа Простакова (показывая, будто крестит сердце). С нами сила крестная.

Простаков. От которого она и на тот свет пошла. Дядюшка ее, господин Стародум, поехал в Сибирь; а как несколько уже лет не было о нем ни слуху, ни вести, то мы и считаем его покойником. Мы, видя, что она осталась одна, взяли ее в нашу деревеньку и надзираем над ее имением, как над своим.

Г-жа Простакова. Что, что ты сегодня так разоврался, мой батюшка? Ища братец может подумать, что мы для интересу ее к себе взяли.

Простаков. Ну как, матушка, ему это подумать? Ведь Софьюшкино недвижимое имение нам к себе придвинуть не можно.

Скотинин. А движимое хотя и выдвинуто, я не челобитчик. Хлопотать я не люблю, да и боюсь. Сколько меня соседи ни обижали, сколько убытку ни делали, я ни на кого не бил челом, а всякий убыток, чем за ним ходить, сдеру с своих же крестьян, так и концы в воду.

Простаков. То правда, братец: весь околоток говорит, что ты мастерски оброк собираешь.

Г-жа Простакова. Хотя бы ты нас поучил, братец батюшка; а мы никак не умеем. С тех пор как все, что у крестьян ни было, мы отобрали, ничего уже содрать не можем. Такая беда!

Скотинин. Изволь, сестрица, поучу вас, поучу, лишь жените меня на Софьюшке.

Г-жа Простакова. Неужели тебе эта девчонка так понравилась?

Скотинин. Нет, мне нравится не девчонка.

Простаков. Так по соседству ее деревеньки?

Скотинин. И не деревеньки, а то, что в деревеньках-то ее водится и до чего моя смертная охота.

Г-жа Простакова. До чего же, братец?

Скотинин. Люблю свиней, сестрица, а у нас в околотке такие крупные свиньи, что нет из них ни одной, котора, став на задни ноги, не была бы выше каждого из нас целой головою.

Простаков. Странное дело, братец, как родня на родню походить может. Митрофанушка наш весь в дядю. И он до свиней сызмала такой же охотник, как и ты. Как был еще трех лет, так, бывало, увидя свинку, задрожит от радости.

Скотинин. Это подлинно диковинка! Ну пусть, братец, Митрофан любит свиней для того, что он мой племянник. Тут есть какое-нибудь сходство; да отчего же я к свиньям-то так сильно пристрастился?

Простаков. И тут есть же какое-нибудь сходство, я так рассуждаю.

Те же и Софья.

Софья вошла, держа письмо в руке и имея веселый вид.

Г-жа Простакова (Софье). Что так весела, матушка? Чему обрадовалась?

Софья. Я получила сейчас радостное известие. Дядюшка, о котором столь долго мы ничего не знали, которого я люблю и почитаю, как отца моего, на сих днях в Москву приехал. Вот письмо, которое я от него теперь получила.

Г-жа Простакова (испугавшись, с злобою). Как! Стародум, твой дядюшка, жив! И ты изволишь затевать, что он воскрес! Вот изрядный вымысел!

Софья. Да он никогда не умирал.

Г-жа Простакова. Не умирал! А разве ему и умереть нельзя? Нет, сударыня, это твои вымыслы, чтоб дядюшкою своим нас застращать, чтоб мы дали тебе волю. Дядюшка-де человек умный; он, увидя меня в чужих руках, найдет способ меня выручить. Вот чему ты рада, сударыня; однако, пожалуй, не очень веселись: дядюшка твой, конечно, не воскресал.

Скотинин. Сестра, ну да коли он не умирал?

Простаков. Избави Боже, коли он не умирал!

Г-жа Простакова (к мужу). Как не умирал! Что ты бабушку путаешь? Разве ты не знаешь, что уж несколько лет от меня его и в памятцах за упокой поминали? Неужто-таки и грешные-то мои молитвы не доходили! (К Софье.) Письмецо-то мне пожалуй. (Почти вырывает.) Я об заклад бьюсь, что оно какое-нибудь амурное. И догадываюсь от кого. Это от того офицера, который искал на тебе жениться и за которого ты сама идти хотела. Да которая бестия без моего спросу отдает тебе письма! Я доберусь. Вот до чего дожили. К деушкам письма пишут! деушки грамоте умеют!

Софья. Прочтите его сами, сударыня. Вы увидите, что ничего невиннее быть не может.

Г-жа Простакова. Прочтите его сами! Нет, сударыня, я, благодаря Бога, не так воспитана. Я могу письма получать, а читать их всегда велю другому. (К мужу.) Читай.

Простаков (долго смотря). Мудрено.

Г-жа Простакова. И тебя, мой батюшка, видно воспитывали, как красную девицу. Братец, прочти, потрудись.

Скотинин. Я? Я отроду ничего не читывал, сестрица! Бог меня избавил этой скуки.

Софья. Позвольте мне прочесть.

Г-жа Простакова. О матушка! Знаю, что ты мастерица, да лих не очень тебе верю. Вот, я чаю, учитель Митрофанушкин скоро придет. Ему велю…

Скотинин. А уж зачали молодца учить грамоте?

Г-жа Простакова. Ах, батюшка братец! Уж года четыре как учится. Нечего, грех сказать, чтоб мы не старались воспитывать Митрофанушку. Троим учителям денежки платим. Для грамоты ходит к нему дьячок от Покрова, Кутейкин. Арихметике учит его, батюшка, один отставной сержант, Цыфиркин. Оба они приходят сюда из города. Вить от нас и город в трех верстах, батюшка. По-французски и всем наукам обучает его немец Адам Адамыч Вральман. Этому по триста рубликов на год. Сажаем за стол с собою. Белье его наши бабы моют. Куда надобно – лошадь. За столом стакан вина. На ночь сальная свеча, и парик направляет наш же Фомка даром. Правду сказать, и мы им довольны, батюшка братец. Он ребенка не неволит. Вить, мой батюшка, пока Митрофанушка еще в недорослях, пота его и понежить; а там лет через десяток, как войдет, избави Боже, в службу, всего натерпится. Как кому счастье на роду написано, братец. Из нашей же фамилии Простаковых, смотри – тка, на боку лежа, летят себе в чины. Чем же плоше их Митрофанушка? Ба! да вот пожаловал кстати дорогой наш постоялец.

Конец ознакомительного фрагмента.

kartaslov.ru

кто написал, цитаты Простаковой и письмо Митрофану

Так в царской России 17 века называли юношу дворянского происхождения, который не достиг совершеннолетия, а потому не может быть принят на службу.

...

Вконтакте

Facebook

Twitter

Google+

Мой мир

Но это слово имело и второй смысл. Недорослем называли того, кто достиг шестнадцати лет, но не проявлял желания учиться, недалекого умом, ленивого маменькиного сыночка. Основная проблема комедии состоит в осуждении традиций воспитания дворянских детей, особенно провинциальных.

Название «Недоросль» автор связал с указом, изданным Петром I. По указу царя «недорослей», которые не получили документов об образовании, не разрешалось принимать на службу, оформлять брак.

О подобном молодом человеке рассказал Фонвизин в своей комедии. Митрофан был туповатым, не стремился учиться.

Кто написал это бессмертное и актуальное по нынешний день произведение? Комедия написана Денисом Ивановичем Фонвизиным в конце 1781 года. Она имеет пять действий.

Краткое описание сюжета

Действие пьесы происходит в поместье помещиков Простаковых, которые отличаются дремучим невежеством и дикими нравами. В доме, конечно, с точки зрения материальной, есть все. Но нет здесь любви, доброты и правды. Дом, как пустая коробочка.

Внимание! Герои представляют различные слои российского общества XVIII столетия: служащий, дворянин, крепостной, учитель.

Основными персонажами являются Митрофанушка с матерью. Эта властная и грубая женщина управляет хозяйством, командует слугами, мужем, руководит воспитанием и образованием сына. Хотя последним его мать себя не особо обременяет, а только старается исполнять модные в то время моральные и нравственные условности.

План произведения

События происходят в имении Простаковых. Первым действием освещаются такие события:

  1. Тришка сдает свой работу: кафтан для Митрофанушки.
  2. Сон любимого сына хозяйки.
  3. Планы Скотинина о женитьбе на Софье.
  4. Послание от Стародума.
  5. Богатую наследницу матушка мечтает сделать невестой Митрофана.
  6. Приезд в деревню солдат на постой.

В следующем действии события примерно таковы:

  1. Разговор Правдина с Милоном.
  2. Встреча Милона со своей любимой Софьей.
  3. Софье стало известно о планах Скотинина насчет ее.
  4. Скотинин с Митрофанушкой ссорятся, поскольку оба желают получить в жены Софью.
  5. Как «занимается» Митрофанушка.
  6. Ссора между Простаковой и Еремеевной.

События третьего действия:

  1. Драка.
  2. Решается судьба Софьи.
  3. Простакова хвалится Стародуму своим сыном.
  4. Кутейкин и Цифиркин.
  5. Учитель Вральман.
  6. Насколько грамотен Митрофанушка.

В четвертом действии:

  1. Софья читает книгу о воспитании светских дам.
  2. На сцене снова жених. На этот раз Скотинин.
  3. Простакова заботится об отдыхе Стародума.
  4. Экзамен Митрофана.
  5. Отказ Стародума отдать Софью за Митрофана.

В последнем действии происходит:

  1. Софьи беседует с дядей о нравственных устоях.
  2. Дядя дает согласие на брак Софьи и Милона.
  3. Стародуму становится известно, что госпожа Простакова намеревалась насильно обвенчать сына и Софью, тайком от всех.
  4. Правдин оглашает документ об опеке над имением Простаковых.
  5. Стародум узнает во Вральмане своего кучера.
  6. Стародум, его племянница и Милон отъезжают.
  7. Разочарование Простаковой.

Для более подробного знакомства необходимо изучить краткий сюжет по действиям.

Содержание

Действие 1

Комедию начинает сцена, в которой хозяйка отчитывает Тришку за плохо сшитый кафтан для ее сына. Тришка отвечает, что сообщал ей о неумении делать эту работу. Барыня собирается наказать портного. Скотинин вмешивается в скандал, защищая Тришку, но портного прогоняют.

Далее происходит разговор с Митрофаном и том, как он спал ночью. Потом Митрофан убегает к голубям, а Скотинин с Простаковыми обсуждают что нужно выдать Софью за Скотинина.

У девушки никого, кроме дядюшки нет. Но тот уехал в Сибирь, не дает знать о себе. В беседе обнажается корыстная сущность Скотинина. Ему нужны свиньи в селах, принадлежащих Соне, и достаток.

Софья приходит с посланием от дяди. Простаковы пытаются убедить девушку, что письмо не мог написать Стародум. Когда Софья пытается их убедить в обратном, прочитав письмо самостоятельно, оказывается, что участники разговора не умеют читать. Письмо поручают прочесть вошедшему гостю, Правдину. Из этого послания становится известно, что Софья богата.

В этот момент слуга сообщает о расположившихся в деревне солдатах с командиром Милоном.

Действие 2

Оказывается Милон с Правдиным друзья. Они рассказывают друг другу о целях своего приезда.

Правдин приехал сюда по поручению государя сбить спесь с матушки недоросля. Милон едет в столицу на встречу с любимой, которую не видел несколько лет, поскольку ее забрали под опеку родственники после того, как ее родители умерли.

В это время мимо них проходит Соня. Именно она есть возлюбленная Милона. Девушка жалуется, что Простаковы хотят отдать ее замуж за глупого Митрофана.

Мимо проходят Митрофан и Еремеевна. Няня убеждает воспитанника учиться.

Действие 3

Приезжает Стародум, ему Правдин рассказывает о планах Простаковых относительно Софьи.

Тут подходит племянница, она рада встрече с дядей. За этот период произошла драка между Простаковой и Скотининым.

Простакова видит Стародума и дает указание Еремеевне позвать сына с мужем. Все семейство с напускной радостью приветствует дядюшку Софии, льстиво обнимают его. Митрофанушка повторяет слова матери.

Стародум сообщает, что забирает племянницу, чтобы выдать замуж. Простакова вместе со Скотининым пытаются убедить дядю, что лучше племянницу оставить здесь. Госпожа утверждает, что у них в семье учеба не уважаема, но Митрофанушка усердно занимается. Правдин говорит что гостю нужно отдохнуть. Все уходят по своим делам.

Остаются учителя Митрофана. Они беседуют о том, что Митрофан не желает обучаться ничему.

Входит Митрофан с матерью, которая упрашивает сына хоть немного позаниматься. Но когда Цифиркин задает задачи Митрофану, мать решает их за сына, но по-своему. А как только Кутейкин приступает к обучению юноши грамоте, приходит Вральман, начинает убеждать Митрофана в ненужности такого обучения. Его поддерживает мать.

Действие 4

Стародум беседует с племянницей. Дядя поясняет ей, что знатность и должна не по делам начисляться, а по тому, кто и сколько для отечества сделал. Говорит он о семье: муж с женой обязаны понимать и поддерживать друг друга.

В этом действии происходят события, которые приводят Стародума к решению выдать Софью за Милона.

Действие 5

Логический конец пьесы: Простаковым предстоит ответить за свои поступки и злодеяния.

Краткий пересказ «Недоросля» позволяет понять основную суть произведения даже тем, кто его не читал.

«Крылатые» высказывания Простаковой

Мать Митрофана сама малограмотна, не очень стремится к культуре речи. Она отрицательно влияет на воспитание сына. А цитаты из произведния говорят о ее характере. Вот, например, так она врет Стародуму о себе: «Отроду, батюшка, ни с кем ни бранивалась. У меня такой нрав».

Сына во время занятия с учителем арифметики она поучает так: «Нашел деньги, ни с кем не делись. Все себе возьми, Митрофанушка».

… «коли ученье так опасно для твоей головушки, так по мне перестань…»

В результате ее любимый сынок вырос эгоистом, предает свою мать, показывая пример бессердечия.

Важно! Проблема воспитания всегда была и будет. Потому нынешнему читателю интересно и полезно будет изучить комедию. Она покажет, к каким последствиям может привести недостойное воспитание, заставит задуматься родителей и их детей.

Письмо Митрофану

Что бы написали современные школьники Митрофану? Попробуем привести один из примеров.

Здравствуй, Митрофан! Пишет тебе школьница из 2017 года. Я прочла комедию «Недоросль» и сделала вывод, что ты совершенно не стремишься ничего знать, не любишь учиться. Тебе неинтересна ни одна наука. Такое отношение к учебе недопустимо! В третьем тысячелетии без образования не прожить. Если ничего не знать и ничему не учиться, потом невозможно будет найти работу. А это не даст возможности заработать средства, чтобы можно было жить.

Таких глупых людей у нас не уважают. Да и в обществе невозможно будет адаптироваться. Я бы сказала тебе: «Учись, познавай мир. Это ведь так интересно!».

Комедия Фонвизина является знаковым произведением, показавшим острые проблемы общества, современного автору. В пьесе противопоставлены образованность, воспитание, принципы морали тупому невежеству, своенравным и злобным поступками помещиков. Тонкая сатира Фонвизина, его умение показать проблемы общества, позволяет даже сейчас с удовольствием читать комедию.

Краткое содержание, Недоросль

 

Денис Фонвизин, Недоросль

Вывод

В комедии Недоросль автор умело подводит к мысли, что заработать богатство можно, не теряя своей чести и человечности. А таким, как мать Митрофанушки все равно приходится платить за зло, которое они причинили другим.

uchim.guru

Фонвизин Д.И. Недоросль. Действие 4.

Действующие лица.

Простаков. Гж.* Простакова, жена его.
Митрофан, сын их, недоросль. **
Еремеевна, мама*** Митрофанова.
Правдин.
Стародум.
Софья, племянница Стародума.
Милон.
Г-н Скотинин, брат гж. Простаковой.
Кутейкин, семинарист.
Цыфиркин, отставной сержант.
Вральман, учитель.
Тришка, портной.
Слуга Простакова.
Камердинер Стародума.

Действие в деревне Простаковых.

* Гж. – сокращенное написание слова "госпожа". В дальнейшем принято более употребительное сокращение – г-жа.
** Так официально назывались дворяне, преимущественно молодые, не получившие документа об образовании и не поступившие на службу. Вместе с тем слово "недоросль" обозначало любого дворянина, не достигшего совершеннолетия.
*** Мама, то есть кормилица.

 

Действие IV

Явление I

Софья (одна. Глядя на часы). Дядюшка скоро должен выйти. (Садясь.) Я его здесь подожду (Вынимает книжку и прочитав несколько.) Это правда. Как не быть довольну сердцу, когда спокойна совесть! (Прочитав опять несколько.) Нельзя не любить правил добродетели. Они – способы к счастью. (Прочитав несколько, взглянула и, увидев Стародума, к нему подбегает.)

 

Явление II

Софья и Стародум

Стародум. А! ты уже здесь, друг мой сердечный!
Софья. Я вас дожидалась, дядюшка. Читала теперь книжку.
Стародум. Какую? Софья. Французскую. Фенелона1, о воспитании девиц..
Стародум. Фенелона? Автора Телемака? Хорошо. Я не знаю твоей книжки, однако читай ее, читай. Кто написал Телемака, тот пером своим нравов развращать не станет. Я боюсь для вас нынешних мудрецов. Мне случилось читать из них все то, что переведено по-русски. Они, правда, искореняют сильно предрассудки, да воротят с корню добродетель. Сядем. (Оба сели.) Мое сердечное желание видеть тебя столько счастливу, сколько в свете быть возможно.
Софья. Ваши наставления, дядюшка, составят все мое благополучие. Дайте мне правила, которым я последовать должна. Руководствуйте сердцем моим. Оно готово вам повиноваться.
Стародум. Мне приятно расположение души твоей. С радостью подам тебе мои советы. Слушай меня с таким вниманием, с какою искренностию я говорить буду. Поближе.

Софья подвигает стул свой.

Софья. Дядюшка! Всякое слово ваше врезано будет в сердце мое.
Стародум (с важным чистосердечием). Ты теперь в тех летах, в которых душа наслаждаться хочет всем бытием своим, разум хочет знать, а сердце чувствовать. Ты входишь теперь в свет, где первый шаг решит часто судьбу целой жизни, где всего чаще первая встреча бывает: умы, развращенные в своих понятиях, сердца, развращенные в своих чувствиях. О мой друг! Умей различить, умей остановиться с теми, которых дружба к тебе была б надежною порукою за твой разум и сердце.
Софья. Все мое старание употреблю заслужить доброе мнение людей достойных. Да как мне избежать, чтоб те, которые увидят, как от них я удаляюсь, не стали на меня злобиться? Не можно ль, дядюшка, найти такое средство, чтоб мне никто на свете зла не пожелал?
Стародум. Дурное расположение людей, не достойных почтения, не должно быть огорчительно. Знай, что зла никогда не желают тем, кого презирают, а обыкновенно желают зла тем, кто имеет право презирать. Люди не одному богатству, не одной знатности завидуют: и добродетель также своих завистников имеет. Они всею силою стараются развратить невинное сердце, чтобы унизить его до себя самих; а разум, не имевший испытания, обольщают до того, чтоб полагать свое счастие не в том, в чем надобно.
Софья. Возможно ль, дядюшка, чтоб были в свете такие жалкие люди, в которых дурное чувство родится точно от того, что есть в других хорошее. Добродетельный человек сжалиться должен над такими несчастными.
Стародум. Они жалки, это правда; однако для этого добродетельный человек не перестает итти своей дорогой. Подумай ты сама, какое было бы несчастье, ежели б солнце перестало светить для того, чтоб слабых глаз не ослепить?
Софья. Да скажите же мне, пожалуйте, виноваты ли они? Всякий ли человек может быть добродетелен?
Стародум. Поверь мне. Всякий найдет в себе довольно сил, чтоб быть добродетельну. Надобно захотеть решительно, а там всего будет легче не делать того, за что б совесть угрызала.
Софья. Кто ж остережет человека, кто не допустит до того, за что после мучит его совесть?
Стародум. Кто остережет? Та же совесть. Ведай, что совесть, как друг, всегда остерегает прежде, нежели как судья наказывает.
Софья. Так поэтому надобно, чтоб всякий порочный человек был действительно презрения достоин, когда делает он дурно, знав, что делает. Надобно, чтоб душа его была очень низка, когда она не выше дурного дела...
Стародум. И надобно, чтоб разум его был не прямой разум, когда он полагает свое счастье не в том, в чем надобно.
Софья. Мне казалось, дядюшка, что все люди согласились, в чем полагать свое счастье. Знатность, богатство...
Стародум. Так, мой друг! И я согласен назвать счастливым знатного и богатого. Да сперва согласимся, кто знатен и кто богат. У меня мой расчет. Степени знатности рассчитаю я по числу дел, которые большой господин сделал для отечества, а не по числу дел, которые нахватал на себя из высокомерия; не по числу людей, которые шатаются в его передней, а по числу людей, довольных его поведением и делами. Мой знатный человек, конечно, счастлив. Богач мой тоже. По моему расчету, не тот богат, который отсчитывает деньги, чтоб прятать их в сундук, а тот, который отсчитывает у себя лишнее, чтоб помочь тому, у кого нет нужного.
Софья. Как это справедливо! Как наружность нас ослепляет! Мне самой случалось видеть множество раз, как завидуют тому, кто у двора ищет и значит...
Стародум. А того не знают, что у двора всякий что-нибудь да значит и чего-нибудь да ищет. Того не знают, что у двора все придворные и у всех притворные. Нет! Тут завидовать нечему. Без знатных дел знатное состояние ничто.
Софья. Конечно, дядюшка! И такой знатный никого счастливым не делает, кроме себя одного.
Стародум. Как! А разве тот счастлив, кто счастлив один? Знай, что, как бы он знатен ни был, душа его прямого удовольствия не вкушает. Вообрази себе человека, который бы всю свою знатность устремил на то только, чтоб ему одному было хорошо, который бы и достиг уже до того, чтоб самому ему ничего желать не оставалось. Ведь тогда вся душа его занялась бы одним чувством, одною болезнию: рано или поздно сверзиться. Скажи ж, мой друг, счастлив ли тот, кому нечего желать, а есть чего бояться?
Софья. Вижу, какая разница казаться счастливым и быть действительно. Да мне это непонятно, дядюшка, как можно человеку все помнить одного себя? Неужели не рассуждают, что один обязан другому? Где ж ум, которым так величаются?
Стародум. Чем умом величаться, друг мой! Ум, коль он только что ум, самая безделица. С пребеглыми умами видим мы худых мужей, худых отцов, худых граждан. Прямую цену ему дает благонравие. Без него умный человек – чудовище. Оно неизмеримо выше всей беглости ума. Это легко понять всякому, кто хорошенько подумает. Умов много и много разных. Умного человека легко извинить можно, если он какого-нибудь качества ума и не имеет. Честному человеку никак простить нельзя, ежели недостает в нем какого-нибудь качества сердца. Ему необходимо все иметь надобно. Достоинство сердца неразделимо. Честный человек должен быть совершенно честный человек.
Софья. Ваше изъяснение, дядюшка, сходно с моим внутренним чувством, которого я изъяснить не могла. Я теперь живо чувствую и достоинство честного человека, и его должность.
Стародум. Должность! А! мой друг! Как это слово у всех на языке и как мало его понимают! Всечасное употребление этого слова так нас с ним ознакомило, что, выговоря его, человек ничего уже не мыслит, ничего не чувствует. Если б люди понимали его важность, никто не мог бы вымолвить его без душевного почтения. Подумай, что такое должность. Это тот священный обет, которым обязаны мы всем тем, с кем живем и от кого зависим. Если б так должность исполняли, как об ней твердят, всякое состояние людей осталось бы при своем любочестии и было бы совершенно счастливо. Дворянин, например, считал бы за первое бесчестие не делать ничего, когда есть ему столько дела: есть люди, которым помогать; есть отечество, которому служить. Тогда не было б таких дворян, которых благородство, можно сказать, погребено с их предками. Дворянин, не достойный быть дворянином, – подлее его ничего на свете не знаю.
Софья. Возможно ль так себя унизить?
Стародум. Друг мой! Что сказал я о дворянине, распространим теперь вообще на человека. У каждого свои должности. Посмотрим, как они исполняются, каковы, например, большею частию мужья нынешнего света, не забудем, каковы и жены. О, мой сердечный друг! Теперь мне все твое внимание потребно. Возьмем в пример несчастный дом, каковых множество, где жена не имеет никакой сердечной дружбы к мужу, ни он к жене доверенности; где каждый с своей стороны своротили с пути добродетели. Вместо искреннего и снисходительного друга, жена видит в муже своем грубого и развращенного тирана. С другой стороны, вместо кротости, чистосердечия, свойств жены добродетельной, муж видит в душе своей жены одну своенравную наглость, а наглость в женщине есть вывеска порочного поведения. Оба стали друг другу в несносную тягость. Оба ни во что уже ставят доброе имя, потому что у обоих оно потеряно. Можно ль быть ужаснее их состояния? Дом брошен. Люди забывают долг повиновения, видя в самом господине своем раба гнусных страстей его. Имение расточается: оно сделалось ничье, когда хозяин его сам не свой. Дети, несчастные их дети, при жизни отца и матери уже осиротели. Отец, не имея почтения к жене своей, едва смеет их обнять, едва смеет отдаться нежнейшим чувствованиям человеческого сердца. Невинные младенцы лишены также и горячности матери. Она, не достойная иметь детей, уклоняется их ласки, видя в них или причины беспокойств своих, или упрек своего развращения. И какого воспитания ожидать детям от матери, потерявшей добродетель? Как ей учить их благонравию, которого в ней нет? В минуты, когда мысль их обращается на их состояние, какому аду должно быть в душах и мужа, и жены!
Софья. Боже мой! Отчего такие страшные несчастия!..
Стародум. Оттого, мой друг, что при нынешних супружествах редко с сердцем советуют. Дело о том, знатен ли, богат ли жених? Хороша ли, богата ли невеста? О благонравии вопросу нет. Никому и в голову не входит, что в глазах мыслящих людей честный человек без большого чина – презнатная особа; что добродетель все заменяет, а добродетели ничто заменить не может. Признаюсь тебе, что сердце мое тогда только будет спокойно, когда увижу тебя за мужем, достойным твоего сердца, когда взаимная любовь ваша...
Софья. Да как достойного мужа не любить дружески?
Стародум. Так. Только, пожалуй, не имей ты к мужу своему любви, которая на дружбу походила б. Имей к нему дружбу, которая на любовь бы походила. Это будет гораздо прочнее. Тогда после двадцати лет женитьбы найдете в сердцах ваших прежнюю друг к другу привязанность. Муж благоразумный! Жена добродетельная! Что почтеннее быть может! Надобно, мой друг, чтоб муж твой повиновался рассудку, а ты мужу, и будете оба совершенно благополучны...
Софья. Все, что вы ни говорите, трогает сердце мое...
Стародум (с нежнейшею горячностию). И мое восхищается, видя твою чувствительность. От тебя зависит твое счастье. Бог дал тебе все приятности твоего пола. Вижу в тебе сердце честного человека. Ты, мой сердечный друг, ты соединяешь в себе обоих полов совершенства. Ласкаюсь, что горячность моя меня не обманывает, что добродетель...
Софья. Ты ею наполнил все мои чувства. (Бросаясь целовать его руки.) Где она?
Стародум (целуя сам ее руки). Она в твоей душе. Благодарю бога, что в самой тебе нахожу твердое основание твоего счастия. Оно не будет зависеть ни от знатности, ни от богатства. Все это притти к тебе может; однако для тебя есть счастье всего этого больше. Это то, чтоб чувствовать себя достойною всех благ, которыми ты можешь наслаждаться...
Софья. Дядюшка! Истинное мое счастье то, что ты у меня есть. Я знаю цену...


1. Фенелон (1651–1715) – французский писатель, автор романа "Приключения Телемака", носившего политико-нравоучительный характер. Книга Фенелона "О воспитании девиц" в русском переводе вышла в 1763 году.
 

Явление III

Те же и Камердинер. Камердинер подает письмо Стародуму.

Стародум. Откуда?
Камердинер. Из Москвы, с нарочным. (Отходит.)
Стародум (распечатав и смотря на подпись). Граф Честан. А! (Начиная читать, показывает вид, что глаза разобрать не могут.)
Софьюшка! Очки мои на столе, в книге.
Софья (отходя). Тотчас, дядюшка.

 

Явление IV

Стародум (один). Он, конечно, пишет ко мне в том же, о чем в Москве сделал предложение. Я не знаю Милона; но когда дядя его, мой истинный друг, когда вся публика считает его честным и достойным человеком... Если свободно ее сердце...

 

Явление V

Стародум и Софья

Софья (подавая очки). Нашла, дядюшка.
Стародум (читает)... "Я теперь только узнал... ведет в Москву свою команду... Он с вами должен встретиться... Сердечно буду рад, если он увидится с вами... Возьмите труд узнать образ мыслей его". (В сторону.) Конечно. Без того ее не выдам... "Вы найдете... Ваш истинный друг..." Хорошо. Это письмо до тебя принадлежит. Я сказывал тебе, что молодой человек, похвальных свойств, представлен... Слова мои тебя смущают, друг мой сердечный. Я это и давеча приметил, и теперь вижу. Доверенность твоя ко мне...
Софья. Могу ли я иметь на сердце что-нибудь от вас скрытое? Нет, дядюшка. Я чистосердечно скажу вам.,.

 

Явление VI

Те же, Правдин и Милон

Правдин. Позвольте представить вам господина Милона, моего истинного друга. Стародум (в сторону). Милон!
Милон. Я почту за истинное счастие, если удостоюсь вашего доброго мнения, ваших ко мне милостей...
Стародум. Граф Честан не свойственник ли ваш?
Милон. Он мне дядя.
Стародум. Мне очень приятно быть знакому с человеком ваших качеств. Дядя ваш мне о вас говорил. Он отдает вам всю справедливость. Особливые достоинства...
Милон. Это его ко мне милость. В мои лета и в моем положении было бы непростительное высокомерие считать все то заслуженным, чем молодого человека ободряют достойные люди.
Правдин. Я наперед уверен, что друг мой приобретет вашу благосклонность, если вы узнаете его короче. Он бывал часто в доме сестрицы вашей...

Стародум оглядывается на Софью.

Софья (тихо Стародуму и в большой робости). И матушка любила его, как сына.
Стародум (Софье). Мне это очень приятно. (Милону.) Я слышал, что вы были в армии. Неустрашимость ваша...
Милон. Я делал мою должность. Ни леты мои, ни чин, ни положение еще не позволили мне показать прямой неустрашимости, буде есть во мне она.
Стародум. Как! Будучи в сражениях и подвергая жизнь свою...
Милон. Я подвергал ее, как прочие. Тут храбрость была такое качество сердца, какое солдату велит иметь начальник, а офицеру честь. Признаюсь вам искренно, что показать прямой неустрашимости не имел я еще никакого случая; испытать же себя сердечно желаю.
Стародум. Я крайне любопытен знать, в чем же полагаете вы прямую неустрашимость?
Милон. Если позволите мне сказать мысль мою, я полагаю истинную неустрашимость в душе, а не в сердце. У кого она в душе, у того, без всякого сомнения, и храброе сердце. В нашем военном ремесле храбр должен быть воин, неустрашим военачальник. Он с холодною кровью усматривает все степени опасности, принимает нужные меры, славу свою предпочитает жизни: но что всего более – он для пользы отечества не устрашается забыть свою собственную славу. Неустрашимость его состоит, следственно, не в том, чтоб презирать жизнь свою. Он ее никогда и не отваживает. Он умеет ею жертвовать.
Стародум. Справедливо. Вы прямую неустрашимость полагаете в военачальнике. Свойственна ли же она и другим состояниям?
Милон. Она добродетель; следственно, нет состояния, которое ею не могло бы отличиться. Мне кажется, храбрость сердца доказывается в час сражения, а неустрашимость души во всех испытаниях, во всех положениях жизни. И какая разница между бесстрашием солдата, который на приступе отваживает жизнь свою наряду с прочими, и между неустрашимостию человека государственного, который говорит правду государю, отваживаясь его прогневать. Судья, который, не убояся ни мщения, ни угроз сильного, отдал справедливость беспомощному, в моих глазах герой. Как мала душа того, кто за безделицу вызовет на дуэль, перед тем, кто вступится за отсутствующего, которого честь при нем клеветники терзают! Я понимаю неустрашимость так...
Стародум. Как понимать должно тому, у кого она в душе. Обоими меня, друг мой! Извини мое простосердечие. Я друг честных людей. Это чувство вкоренено в мое воспитание. В твоем вижу и почитаю добродетель, украшенную рассудком просвещенным.
Милон. Душа благородная!.. Нет... не могу скрывать более своего сердечного чувства... Нет; добродетель твоя извлекает силою своею все таинство души моей. Если мое сердце добродетельно, если стоит оно быть счастливо, от тебя зависит сделать его счастье. Я полагаю его в том, чтоб иметь женою любезную племянницу вашу. Взаимная наша склонность...
Стародум (к Софье, с радостью). Как! Сердце твое умело отличить того, кого я сам предлагал тебе? Вот мой тебе жених...
Софья. И я люблю его сердечно. Стародум. Вы оба друг друга достойны. (В восхищении соединяя их руки.) От всей души моей даю вам мое согласие.
Милон (обнимая Стародума). Мое счастье несравненно!
Софья (целуя руки Стародумовы). Кто может быть счастливее меня!
Правдин. Как искренно я рад!

 

Явление VII

Те же и Скотинин

Скотинин. И я здесь.
Стародум. Зачем пожаловал?
Скотинин. За своей нуждой.
Стародум. А чем я могу служить?
Скотинин. Двумя словами.
Стародум. Какими это?
Скотинин. Обняв меня покрепче, скажи: Софьюшка твоя.
Стародум. Не пустое ль затевать изволишь? Подумай-ко хорошенько.
Скотинин. Я никогда не думаю и наперед уверен, что коли и ты думать не станешь, то Софьюшка моя.
Стародум. Как же и ты хочешь, чтоб я отдал мою племянницу, за кого – не знаю.
Скотинин. Не знаешь, так скажу. Я Тарас Скотинин, в роде своем не последний. Род Скотининых великий и старинный. Пращура нашего ни в какой герольдии1 не отыщешь.
Правдин (смеючись). Этак вы нас уверите, что он старее Адама? Скотинин. А что ты думаешь? Хоть немногим...
Стародум (смеючись). То есть, пращур твой создан хоть в шестой же день, да немного попрежде Адама?
Скотинин. Нет, право? Так ты доброго мнения о старине моего рода?
Стародум. О! такого-то доброго, что я удивляюсь, как на твоем месте можно выбирать жену из другого рода, как из Скотининых?
Скотинин. Рассуди же, какое счастье Софьюшке быть за мною. Она дворянка...
Стародум. Экой человек! Да для того-то ты ей и не жених.
Скотинин. Уж я на то пошел. Пусть болтают, что Скотинин женился на дворяночке. Для меня все равно.
Стародум. Да для нее не все равно, когда скажут, что дворянка вышла за Скотинина.
Милон. Такое неравенство сделало б несчастье вас обоих.
Скотинин. Ба! Да этот что тут равняется? (Тихо Стародуму.) А! не отбивает ли?
Стародум (тихо Скотинину). Мне так кажется.
Скотинин (тем же тоном). Да где к чорту!
Стародум (тем же тоном). Тяжело.
Скотинин (громко, указывая на Милона). Кто ж из нас смешон? Ха, ха, ха, ха!
Стародум (смеется). Вижу, кто смешон.
Софья. Дядюшка! Как мне мило, что вы веселы.
Скотинин (Стародуму). Ба! Да ты весельчак.. Давича я думал, что к тебе приступу нет. Мне слова не сказал, а теперь все со мной смеешься.
Стародум. Таков человек, мой друг! Час на час не приходит.
Скотинин. Это и видно. Ведь и давича был я тот же Скотинин, а ты сердился.
Стародум. Была причина.
Скотинин. Я ее и знаю. Я и сам в этом таков же. Дома, когда зайду в клева, да найду их не в порядке, досада и возьмет. И ты, не в пронос слово, заехав сюда, нашел сестрин дом не лучше клевов, тебе и досадно.
Стародум. Ты меня счастливее. Меня трогают люди.
Скотинин. А меня так свиньи.

 
1. Герольдией называлось учреждение, в числе других дел регистрировавшее дворянские родословные.
 

Явление VIII

Те же, г-жа Простакова, Простаков, Митрофан и Еремеевна

Г-жа Простакова (входя). Все ли с тобою, Митрофанушка?
Митрофан. Ну, да уж не заботься.
Г-жа Простакова (Стародуму). Мы пришли, батюшка, потрудить вас теперь общею нашею просьбою. (Мужу и сыну.) Кланяйтесь.
Стародум. Какою, сударыня?
Г-жа Простакова. Во-первых, прошу милости всех садиться. (Все садятся, кроме Митрофана и Еремеевны.) Вот в чем дело, батюшка. За молитвы родителей наших, – нам, грешным, где б и умолить, – даровал нам господь Митрофанушку. Мы все делали, чтоб он у нас стал таков, как изволишь его видеть. Не угодно ль, мой батюшка, взять на себя труд и посмотреть, как он у нас выучен?
Стародум. О, сударыня! До моих ушей уже дошло, что он теперь только и отучиться изволил. Я узнал, кто его и учители. Вижу наперед, какому грамотею ему быть надобно, учася у Кутейкина, и какому математику, учася у Цыфиркина. (К Правдину.) Любопытен бы я был послушать, чему немец-то его выучил.
Г-жа Простакова. Всем наукам, батюшка.
Простаков. Всему, мой отец.
Митрофан. Всему, чему изволишь.
Правдин (Митрофану). Чему ж бы, например?
Митрофан (подает ему книгу). Вот, грамматике.
Правдин (взяв книгу). Вижу. Это грамматика. Что ж вы в ней знаете?
Митрофан. Много. Существительна да прилагательна...
Правдин. Дверь, например, какое имя: существительное или прилагательное?
Митрофан. Дверь? Котора дверь?
Правдин. Котора дверь! Вот эта.
Митрофан. Эта? Прилагательна.
Правдин. Почему ж?
Митрофан. Потому что она приложена к своему месту. Вон у чулана шеста неделя дверь стоит еще не навешена: так та покамест существительна.
Стародум. Так поэтому у тебя слово дурак прилагательное, потому что оно прилагается к глупому человеку?
Митрофан. И ведомо.
Г-жа Простакова. Что, каково, мой батюшка?
Простаков. Каково, мой отец?
Правдин. Нельзя лучше. В грамматике он силен.
Милон. Я думаю, не меньше и в истории.
Г-жа Простакова. То, мой батюшка, он еще сызмала к историям охотник.
Скотинин. Митрофан по мне. Я сам без того глаз не сведу, чтоб выборный не рассказывал мне истории. Мастер, собачий сын, откуда что берется!
Г-жа Простакова. Однако все-таки не придет против Адама Адамыча.
Правдин (Митрофану). А далеко ли вы в истории?
Митрофан. Далеко ль? Какова история. В иной залетишь за тридевять земель, за тридесято царство.
Правдин. А! так этой-то истории учит вас Вральман?
Стародум. Вральман! Имя что-то знакомое.
Митрофан. Нет. Наш Адам Адамыч истории не рассказывает; он, что я же, сам охотник слушать.
Г-жа Простакова. Они оба заставляют себе рассказывать истории скотницу Хавронью.
Правдин. Да не у ней ли оба учились и географии?
Г-жа Простакова (сыну). Слышишь, друг мой сердечный? Это что за наука? Митрофан (тихо матери). А я почем знаю.
Г-жа Простакова (тихо Митрофану). Не упрямься, душенька. Теперь-то себя и показать.
Митрофан (тихо матери). Да я не возьму в толк, о чем спрашивают.
Г-жа Простакова (Правдину). Как, батюшка, назвал ты науку-то?
Правдин. География.
Г-жа Простакова (Митрофану). Слышишь, еоргафия.
Митрофан. Да что такое! Господи боже мой! Пристали с ножом к горлу.
Г-жа Простакова (Правдину). И ведомо, батюшка. Да скажи ему, сделай милость, какая это наука-то, он ее и расскажет.
Правдин. Описание земли.
Г-жа Простакова (Стародуму). А к чему бы это служило на первый случай?
Стародум. На первый случай сгодилось бы и к тому, что ежели б случилось ехать, так знаешь, куда едешь.
Г-жа Простакова. Ах, мой батюшка! Да извозчики-то на что ж? Это их дело. Это-таки и наука-то не дворянская. Дворянин только скажи: повези меня туда, свезут, куда изволишь. Мне поверь, батюшка, что, конечно, то вздор, чего не знает Митрофанушка.
Стародум. О, конечно, сударыня. В человеческом невежестве весьма утешительно считать все то за вздор, чего не знаешь.
Г-жа Простакова. Без наук люди живут и жили. Покойник батюшка воеводою был пятнадцать лет, а с тем и скончаться изволил, что не умел грамоте, а умел достаточек нажить и сохранить. Челобитчиков принимал всегда, бывало, сидя на железном сундуке. После всякого сундук отворит и что-нибудь положит. То-то эконом был! Жизни не жалел, чтоб из сундука ничего не вынуть. Перед другим не похвалюсь, от вас не потаю, покойник-свет, лежа на сундуке с деньгами, умер, так сказать, с голоду. А! Каково это?
Стародум. Препохвально. Надобно быть Скотинину, чтоб вкусить такую блаженную картину.
Скотинин. Да коль доказывать, что ученье вздор, так возьмем дядю Вавилу Фалалеича. О грамоте никто от него не слыхивал, ни он ни от кого слышать не хотел. А какова была головушка!
Правдин. Что ж такое?
Скотинин. Да с ним на роду вот что случилось. Верхом на борзом иноходце разбежался он хмельной в каменны ворота. Мужик был рослый, ворота низки, забыл наклониться. Как хватит себя лбом о притолку, индо пригнуло дядю к похвям потылицею1 , и бодрый конь вынес его из ворот к крыльцу навзничь. Я хотел бы знать, есть ли на свете ученый лоб, который бы от такого тумака не развалился; а дядя, вечная ему память, протрезвясь, спросил только, целы ли ворота?
Милон. Вы, господин Скотинин, сами признаете себя неученым человеком; однако, я думаю, в этом случае и ваш лоб был бы не крепче ученого.
Стародум (Милону). Об заклад не бейся. Я думаю, что Скотинины все родом крепколобы.
Г-жа Простакова. Батюшка мой! Да что за радость и выучиться? Мы это видим своими глазами и в нашем краю. Кто посмышленее, того свои же братья дворяне тотчас выберут еще в какую-нибудь должность.
Стародум. А кто посмышленее, тот и не откажет быть полезным своим согражданам.
Г-жа Простакова. Бог вас знает, как вы нынче судите. У нас, бывало, всякий того и смотрит, что на покой. (Правдину.) Ты сам, батюшка, сколько трудишься. Вот и теперь, сюда шедши, я видела, что к тебе несут какой-то пакет.
Правдин. Ко мне пакет? И мне никто этого не скажет! (Вставая.) Я прошу извинить меня, что нас оставлю. Может быть, есть ко мне какие-нибудь повеления от наместника.
Стародум (встает, и все встают). Поди, мой друг; однако я с тобою не прощаюсь.
Правдин. Я еще увижусь с вами. Вы завтра едете поутру?
Стародум. Часов в семь.

Правдин отходит.

Милон. А я завтра же, проводя вас, поведу мою команду. Теперь пойду сделать к тому распоряжение.
Милон отходит, прощаясь с Софьею взорами.


1. Потылица – шея; к похвям – к нахвостному ремню у седла.

 

Явление IX

Г-жа Простакова, Митрофан, Простаков, Еремеевна, Стародум, Софья

Г-жа Простакова (Стародуму). Ну, мой батюшка! Ты довольно видел, каков Митрофанушка?
Скотинин. Ну, мой друг сердечный? Ты видишь, каков я?
Стародум. Узнал обоих, нельзя короче.
Скотинин. Быть ли ж за мною Софьюшке?
Стародум. Не бывать.
Г-жа Простакова. Жених ли ей Митрофанушка?
Стародум. Не жених.
Г-жа Простакова. А что б помешало?
Скотинин. За чем дело стало?
Стародум (сведя обоих). Вам одним за секрет сказать можно. Она сговорена. (Отходит и дает знак Софье, чтоб шла за ним.)
Г-жа Простакова. Ах, злодей!
Скотинин. Да он рехнулся.
Г-жа Простакова (с нетерпением). Когда они выедут?
Скотинин. Ведь ты слышала, поутру в семь часов.
Г-жа Простакова. В семь часов.
Скотинин. Завтре и я проснусь с светом вдруг. Будь он умен, как изволит, а и с Скотининым развяжешься не скоро. (Отходит.)
Г-жа Простакова (бегая по театру в злобе и в мыслях). В семь часов!.. Мы встанем поране... что захотела, поставлю на своем... Все ко мне!

Все подбегают.

Г-жа Простакова (к мужу). Завтра в шесть часов, чтоб карета подвезена была к заднему крыльцу. Слышишь ли ты? Не прозевай.
Простаков. Слушаю, мать моя...
Г-жа Простакова (к Еремеевне). Ты во всю ночь не смей вздремать у Софьиных дверей. Лишь она проснется, беги ко мне.
Еремеевна. Не промигну, моя матушка.
Г-жа Простакова (сыну). Ты, мой друг сердечный, сам в шесть часов будь совсем готов и не вели лакеям из комнат отлучаться.
Митрофан. Все будет сделано.
Г-жа Простакова. Подите ж с богом. (Все отходят.) А я уж знаю, что делать. Где гнев, тут и милость. Старик погневается да простит и за неволю. А мы свое возьмем.

Конец четвертого действия

Источник: Фонвизин Д. И. Собрание сочинений в 2-х т.
– М.–Л.: ГИХЛ, 1959.

hallenna.narod.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о