Бэкон философия – Бэкон, Фрэнсис — Википедия

1. Ф. Бэкон. Философия

Первым и величайшим исследователем природы в Новое время был английский философ Фрэнсис Бэкон[94] (1561–1626).

В своих исследованиях он вступил на путь опыта и обратил внимание на исключительную значимость и необходимость наблюдений и опытов для обнаружения истины. Он считал, что философия должна носить прежде всего практический характер. Высшей целью науки он считал господство человека над природой, а «господствовать над природой можно, только подчиняясь ее законам». Бэкон провозгласил ставший знаменитым девиз: «Знание — сила». В науке «речь идет не только о созерцательном благе, но поистине о достоянии и счастье человеческом и о всяческом могуществе в практике. Ибо человек, слуга и истолкователь природы, столько совершает и понимает, сколько охватил в порядке природы делом или размышлением; и свыше этого он не знает и не может. Никакие силы не могут разорвать или раздробить цепь причин; и природа побеждается только подчинением ей»[95]. Могуществен тот, кто может, а может тот, кто знает. Путем, ведущим к знанию, является наблюдение, анализ, сравнение и эксперимент. Ученый должен, по Бэкону, идти в своих исследованиях от наблюдения единичных фактов к широким обобщениям, т. е. применять индуктивный метод познания. В своем трактате «Новый органон» Бэкон развил новое понимание задач науки. Именно он возжег факел новой науки методологии экспериментального естествознания, которую он утверждал как залог будущего могущества человека. Следуя этой методологии, можно собрать богатую жатву научных открытий. Но опыт может дать достоверное знание лишь тогда, когда сознание свободно от ложных «призраков». «Призраки рода» — это, ошибки, вытекающие из того, что человек судит о природе по аналогии с жизнью людей; «призраки пещеры» заключаются в ошибках индивидуального характера, зависящих от воспитания, вкусов, привычек отдельных людей; «призраки рынка» — это привычки пользоваться в суждении о мире ходячими представлениями и мнениями без критического к ним отношения; «призраки театра» связаны со слепой верой в авторитеты. Не ссылаться ни на какие авторитеты — таков был принцип науки Нового времени, избравшей в качестве девиза изречение Горация: «Я не обязан клясться ничьими словами, кто бы он ни был». Истинную связь вещей Бэкон видел в определении естественной причинности.

Обращает на себя внимание тот принципиальный факт, что Бэкон был глубоко верующим человеком. Согласно Бэкону, наука, подобно воде, имеет своим источником или небесные сферы, или землю. Она состоит из двух видов знания — один из них внушается Богом, а другой ведет свое начало от органов чувств. Наука, таким образом, делится на теологию и философию. Бэкон стоял на позиции двойственной истины: есть истина религиозная и «светская». При этом он требовал строгого разграничения сфер компетенции этих видов истины. Теология ориентирована на трактовку Бога, но тщетно стремление человека достичь осмысления Бога естественным светом разума. Вера в Бога достигается путем откровения, тогда как «светская» истина постигается опытом и разумом. В своем труде «Великое восстановление наук» Бэкон писал: «Чтобы глубже проникнуть в тайны самой природы… нужно без колебания вступать и проникать во все такого рода тайники и пещеры, если только перед нами стоит одна цель — исследование истины»[96]. Если мы вспомним, как мало собственно научных истин было известно во времена Бэкона, то мы еще больше удивимся поразительной проницательности его ума. Говоря о слабой стороне философии Бэкона, отметим, что он не сознавал одинаковой важности и индукции, и дедукции. Подобно тому как человек не может ходить на одной ноге, так и ученый не может полноценно заниматься наукой, пользуясь лишь одним из этих методов.

Мы имели целью только дать понятие о мировоззрении Бэкона, прежде всего о его методе, и ограничились указанием оснований, на которых покоится его заслуженная слава основоположника методологии опытного научного исследования.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

fil.wikireading.ru

5. Р. Бэкон. Философия

Необходимо, хотя бы совсем кратко, рассказать о существенном вкладе Роджера Бэкона (1214–1292) в развитие естествознания и философии позднего средневековья. Исходные принципы его философии состоят в том, чтобы прежде всего преодолеть преграды в сознании людей. По Р. Бэкону, существуют четыре величайших препятствия к постижению истины, которые мешают всем и каждому и не позволяют достичь подлинной мудрости: пример жалкого и недостойного авторитета, постоянство привычки, мнение несведущей толпы и прикрытие собственного невежества показной мудростью. Ими опутан всякий человек и охвачено всякое состояние, ибо в жизни, науках и всяком занятии для одного и того же вывода пользуются тремя наихудшими доводами: это передано нам от предков; это привычно; это общепринято, следовательно, этого должно придерживаться. От этой «смертоносной чумы» происходят все бедствия человеческого рода, ибо остаются непознанными полезнейшие, величайшие и прекраснейшие свидетельства мудрости и тайны всех наук и искусств. Но еще хуже то, что люди, слепые от мрака этих четырех препятствий, не ощущают собственного невежества, а со всем тщанием обороняют и защищают его, поскольку не находят от него лекарства. А самое худшее то, что, погрузившись в глубочайший мрак заблуждений, они полагают, что находятся в полном свете истины [84]. Отвергнув догмы, основанные на преклонении перед авторитетами и схоластическими умозрениями, он призывал к опытному исследованию природы — к разработке оптики, механики и астрономии. Целью всех наук он считал увеличение власти человека над природой. Схоластическим дедукциям он противопоставил метод познания, основанный на эксперименте и математике. В своем учении об опыте как основе познания Р. Бэкон различал два вида опыта: внутренний — мистическое «озарение», объект которого — Бог, и внешний чувственное знание, открывающее тайны природы. Многогранная и увлеченная конкретными исследованиями личность, Р. Бэкон высказал немало смелых, опережающих свою эпоху научных и технических догадок, например о телескопе и даже летательных аппаратах. Но его учение было осуждено, а его самого отстранили от преподавания в Оксфордском университете, а затем заточили в монастырскую тюрьму, где он провел 14 лет, но и там умудрялся заниматься экспериментами. Он явился в какой-то мере предвестником своего однофамильца — Фрэнсиса Бэкона.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

fil.wikireading.ru

Фрэнсис Бэкон - Диалогика

Родиной метафизического материализма явилась одна из наиболее развитых в капиталистическом отношении стран — Англия, а его родоначальником — знаменитый английский политический деятель и философ, идеолог крупной буржуазии и обуржуазившегося дворянства Френсис Бэкон (1561 —1626). В своем главном произведении — «Новый Органон» (1620 г.) — Бэкон заложил основы материалистического понимания природы и дал философское обоснование индуктивного метода познания. С выходом в свет этого произведения начался новый этап в истории развития материалистической философии.

Индуктивный метод, разработанный Бэконом, был направлен на экспериментальное изучение природы и являлся в тот период передовым, прогрессивным методом. Вместе с тем этот метод был в основе своей метафизическим и исходил из того, что исследуемые предметы и явления природы неизменны и существуют изолированно, вне связи друг с другом.

Бэкон против силлогизмов

Бэкон как основоположник метафизического материализма явился в новое время также первым выдающимся критиком идеализма древнего мира и схоластической философии средневековья. Он критиковал Пифагора, а также Платона и особенно его позднейших последователей, которые, по его словам, смешивая божеское и человеческое, дошли до того, что стали основывать свою философию на книгах Священного писания. Особенно острую, непримиримую борьбу Бэкон вел со схоластикой как главным препятствием на пути изучения природы. Он говорил, что схоластика плодовита в словах, но бесплодна в делах и не дала миру ничего, кроме чертополоха споров и препирательств. Коренной порок схоластики Бэкон усматривал в ее идеализме и соответственно в абстрактности, выразившейся, по его мнению, в сосредоточении всей мыслительной деятельности человека на силлогизмах, на выведении из общих положений соответствующих частных следствий. Бэкон доказывал, что, пользуясь только силлогизмами, нельзя достичь подлинного знания вещей и законов природы. Силлогизмы, говорил он, ввиду их оторванности от материальной действительности всегда содержат в себе возможность ошибочных заключений.

«…Силлогизм состоит из предложений, предложения из слов, а слова — это символы и знаки понятий. Поэтому, если понятия разума (которые составляют как бы душу слов и основу всего такого построения и деятельности) дурно и опрометчиво отвлечены от вещей, смутны и недостаточно определены и очерчены, короче, если они порочны во многих отношениях, то все рушится».

Индукция и дедукция по Ф. Бэкону

Бэкон призывал при изучении природы пользоваться индукцией, которая, согласно его взглядам, близка к природе и считается с показаниями органов чувств и опыта. Он учил, что индукция — это необходимая для наук, опирающаяся на показания органов чувств, единственно истинная форма доказательства и метод познания природы. В индукции порядок доказательства — от частного к общему — противоположен порядку дедуктивного доказательства — от общего к частному.

В дедукции обычно дело велось таким образом, что «от чувства и частного сразу воспаряли к наиболее общему, словно к твердой оси, вокруг которой должны вращаться рассуждения; а оттуда выводилось все остальное через средние предложения: путь, конечно, скорый, но крутой и не ведущий к природе, уклоняющийся к спорам и приспособленный для них. У нас же (в индукции – прим. админа) постоянно и постепенно устанавливаются аксиомы, чтобы только в последнюю очередь прийти к наиболее общему; и само это наиболее общее получается не в виде бессодержательного понятия, а оказывается хорошо определенным и таким, что природа признает в нем нечто подлинно ей известное и укорененное в самом сердце Вещей».

Индукцию Бэкон считал ключом к познанию природы, методом, помогающим разуму человека анализировать, разлагать и разделять природу, открывать присущие ей общие свойства и законы.
Таким образом, критикуя базирующийся на идеалистической основе метафизический дедуктивный метод, Бэкон противопоставлял ему свой, разрабатываемый им на материалистической основе, метафизический же индуктивный метод. Метафизический индуктивный метод Бэкона, связанный с материалистическим эмпиризмом его теории познания, был в условиях XVII века крупным научным завоеванием, большим шагом вперед в развитии философской мысли.

Однако Бэкон настолько раздул значение разрабатываемой им индукции, что свел почти к нулю роль дедукции в познании, стал видеть в индукции единственный и непогрешимый метод познания. Как метафизик, он совершенно оторвал индукцию от дедукции, не понимая того, что можно применять их вместе.

Представления Бэкона о материи и движении

Являясь родоначальником метафизического, механистического материализма, сам Бэкон в понимании материи не был типичным механистом. В истолковании Бэкона она выступает как нечто качественно многогранное, обладает различными формами движения, переливает всеми цветами радуги. Характеризуя материю как вечную основу и первопричину всего сущего, Бэкон учил, что она состоит из многих неподвижных «форм», или законов, являющихся источниками и причинами различных движущихся «натур» — простейших качеств: тяжести, теплоты, желтизны и т. п. Из разных сочетаний этих «натур», полагал Бэкон, образуются все разнообразные вещи природы. Исторический интерес представляют высказывания Бэкона о постоянстве количества материи.

«…«Из ничего,— утверждает Бэкон,— ничего не происходит» и «Ничто не уничтожается». Все количество материи или ее сумма остается постоянной и не увеличивается и не уменьшается».

Бэкон отрицательно говорил о воззрениях древних философов-атомистов о строении материи и о существовании пустоты. Пространство он считал объективным и говорил о нем как о месте, постоянно занимаемом частями материи. О времени он рассуждал как об объективной мере скорости движения материальных тел.

Свое учение о разнородности материи Бэкон подкреплял своей характеристикой движения как вечного прирожденного состояния материи, имеющего многообразные формы. При этом Бэкон признавал вечность материи и движения как само собой разумеющийся, не нуждающийся в обосновании факт.

Однако, в целом диалектически поставив вопрос о материи и движении, Бэкон в своих попытках конкретизировать его выступил как метафизик. Ему была чужда идея развития. Признав качественное многообразие материи, Бэкон в то же время заявил, что количество «форм» (законов) и простых «натур» (качеств) конечно, а конкретные вещи могут быть разложены на простые «натуры» и без остатка сведены к ним. Как метафизик Бэкон выступил и в своем учении о видах движения. Все многообразие форм движения в природе он ограничивал девятнадцатью видами, относя сюда сопротивление, инерцию, колебание и тому подобные, в ряде случаев наивно представляемые им, виды движения. При этом процесс движения материи Бэкон фактически характеризовал как круговой процесс постоянного воспроизведения этих девятнадцати видов движения. И все же признание Бэконом качественного многообразия материи и различных видов ее движения говорит о том, что он еще не стоял на позициях крайнего механицизма.

«Идолы» Френсиса Бэкона

Утверждая материальность мира, считая природу первичной, а сознание вторичным, Бэкон непоколебимо отстаивал познаваемость природы. Он первый из философов нового времени подверг критике идеалистов древнего мира и средних веков, провозглашавших невозможность познания законов природы. Идеалисты, в частности последователи школы Платона, говорил Бэкон, стремятся внушить людям, что их учения о природе — самые совершенные и законченные. Они считают, будто то, о чем не говорится в их учениях, является в природе непознаваемым.

«Создатели любой науки обращают бессилие своей науки в клевету против природы. И то, что недостижимо для их науки, то они на основании той же науки объявляют невозможным и в самой природе».

Бэкон отмечал, что подобные порочные в своей основе теории о невозможности познания природы вселяют неверие в силы людей, подрывают их стремление к деятельности и наносят тем самым ущерб развитию наук и делу подчинения природы власти человека. Он указывал, что вопрос о познаваемости природы решается не спорами, а опытом. Успехи опыта людей опровергают доводы сторонников теории непознаваемости природы.

Природа познаваема, но на пути ее познания, учил Бэкон, лежит множество препятствий. Главным из этих препятствий он считал засоренность сознания людей так называемыми идолами — искаженными образами действительности, ложными представлениями и понятиями. Бэкон называл четыре вида идолов, с которыми человечеству следует бороться, а именно: идолы рода, пещеры, рынка и театра.

Идолами рода Бэкон считал ложные представления о мире, которыми отличается весь человеческий род, и являются результатом ограниченности человеческого ума и органов чувств, результатом того, что люди, видя в своих чувствах меру вещей, примешивают к их природе свою собственную, создавая, таким образом, ложные представления о вещах. Чтобы уменьшить вред, наносимый познанию идолами рода, людям необходимо, учил Бэкон, мерить свои чувства вещами, сопоставлять показания органов чувств с предметами окружающей природы и тем самым проверять их правильность.

Идолами пещеры Бэкон называл искаженные представления о действительности, характерные для отдельных людей,— индивидуальные ошибочные представления. У каждого человека, учил он, есть своя пещера, свой субъективный внутренний мир, накладывающий печать на его суждения о вещах и явлениях действительности. Идолы пещеры, неправильные представления того или иного отдельного человека о мире, по мнению Бэкона, зависят от его прирожденных свойств, от воспитания и образования, от авторитетов, которым он слепо поклоняется, и т.п.

К идолам рынка Бэкон относил ложные представления людей, возникающие из-за неверного употребления слов, в частности, распространенным на рынках и площадях. Люди, указывал он, в одни и те же слова часто вкладывают различный смысл, а это ведет к пустым, бесплодным спорам из-за слов, что, в конечном счете, отвлекает людей от изучения вещей природы, затрудняет их правильное понимание.

В категорию идолов театра Бэкон включал ложные представления о мире, некритически заимствованными из разных философских учений. Он называл подобные представления идолами театра, указывая, что их столько было в истории философии, столько написано и сыграно комедий, изображающих вымышленные, искусственные миры.

Бэкон через учение об идолах пытался очистить мировоззрение людей от пережитков идеализма и схоластики и тем самым создать одно из важнейших условий для успешного распространения знаний, основанных на опытном изучении природы.

Опытное познание природы

Говоря о познаваемости мира, Бэкон называл познание важнейшим фактором увеличения господства человека над природой. Подчинять себе природу, указывал он, люди могут, только подчиняясь ей, т.е. зная ее законы и руководствуясь ими в своей деятельности. Степень власти человека над природой, по Бэкону, находится в прямой зависимости от степени знания им законов природы. Исходя из того, что, только познавая природу, человек может заставить ее служить своим целям, Бэкон ценил философию и науку только из-за их практического значения и потому, что они обеспечивают человеку возможность успешного воздействия на окружающую природу.

Бэкон был представителем материалистического эмпиризма в теории познания. Источник знаний о природе и их истинность он искал в опытном пути. Познание, по Бэкону, является не чем иным, как изображением внешней картины мира в человеческом сознании. Оно начинается с чувственных показаний, с восприятий внешнего мира. Но последние нуждаются, в свою очередь, в экспериментальной проверке, в подтверждении и дополнении. Как бы ни были точны показания органов чувств о вещах и явлениях природы, всегда необходимо иметь в виду, отмечал Бэкон, что данные опыта по своей полноте и точности намного превосходят непосредственные показания чувств. Подчеркивая роль опыта в познании, Бэкон указывал, что судить о самих вещах и явлениях природы необходимо лишь на основании данных опыта.

«…Непосредственному восприятию чувства самому по себе,— писал он,— мы не придаем много значения, но приводим дело к тому, чтобы чувство судило только об опыте, а опыт о самом предмете».

В теоретическом обосновании экспериментального пути познания природы и в освобождении наук от пережитков схоластики Бэкон видел основное назначение своей философии. Бэкон — эмпирик в теории познания, но эмпирик мыслящий. Он полагал, что познание не может и не должно ограничиваться непосредственными чувственными данными, простым их описанием. Задача познания состоит в раскрытии законов природы, внутренних причинных связей вещей и явлений, а этого можно достигнуть только путем обработки непосредственных показаний органов чувств и данных опыта разумом, теоретическим мышлением.

Подчеркивая единство чувственного и рационального моментов в познании, Бэкон был не согласен как с узкими эмпириками, недооценивающих роль разума, теоретического мышления, движущихся ощупью в познании, так и в особенности рационалистов, игнорирующих роль чувственных показаний и данных опыта и считающих разум человека источником знаний и критерием их истинности.

«Эмпирики подобно муравью, только собирают и пользуются собранным. Рационалисты, подобно пауку, из самих себя создают ткань. Пчела же избирает средний способ, она извлекает материал из цветов сада и поля, но располагает и изменяет его собственным умением. Не отличается от этого и подлинное дело философии. Ибо она не основывается только или преимущественно на силах ума и не откладывает в сознание нетронутым материал, извлекаемый из естественной истории и из механических опытов, но изменяет его и перерабатывает в разуме».

В единстве опыта и умозрения, в правильном сочетании показаний органов чувств и теоретического мышления Бэкон видел залог прогресса знаний и увеличения власти человека над природой.

Единство чувственного и рационального по Ф. Бэкону

Бэкон первый в философии нового времени поставил вопрос о необходимости единства чувственного и рационального моментов в познании и внес этим ценный вклад в развитие материалистической теории познания. Однако решить эту правильно поставленную им проблему Бэкон, как метафизик, не смог. Он не понимал истинного значения теоретического мышления в познании, как эмпирик, недооценивал его роль.

Бэкон не сумел подняться до рассмотрения познания как исторического процесса. Он полагал, например, что если люди будут пользоваться предлагаемым им эмпирическим индуктивным методом познания мира, то открытия всего происхождения вещей и явлений и окончание развития всех наук может быть делом десятилетий.

Бэкон был материалистом при объяснении природы и, как все материалисты домарксовского периода, идеалистом в истолковании общества. Метафизический, односторонний материализм Бэкона является материализмом созерцательным. Его назначение ограничивалось лишь задачей познания мира. Будучи метафизиком, Бэкон не дошел до научного понятия практики как общественно-исторической деятельности людей. При изложении своей философской системы он нередко употреблял термины «опыт», «практика», но понимал под ними лишь простое экспериментальное изучение природы.

В философском учении Бэкона содержатся и теологические высказывания, явно противоречащие его основному материалистическому содержанию и общей направленности. В нем можно встретить, например, утверждения, что все происходит от бога, что истины религии и истины науки имеют, в конечном счете, один источник: первые-де выражают волю бога, а вторые — его могущество. Бэкон не выступал открыто против религии, а стремился лишь обосновать право науки на отдельное, наряду с религией, самостоятельное существование.

Читайте похожие статьи:

dialogika.info

Философия Фрэнсиса Бэкона

Фрэнсис Бэкон (рожд. 22 января 1561 г. – смерть 9 апреля 1626 г.)— один из самых выдающихся английских мыслителей, писатель и дипломат, с его именем связывают важнейший этап организационного и структурного становления «розенкрейцеровского братства» — масонские ложи. Считают, что это он в зашифрованной форме изложил в своих философских и политических сочинениях их идеологию.

Происхождение

Родом Бэкон из родовитой семьи, с давних времен принадлежавшей к британской политической элите (его отец, лорд, был хранитель печати). 1575 год — Фрэнсис оканчивает Кембриджский университет, в 1583-м становится членом парламента, а с 1618 по 1621 гг. занимает должность лорда-канцлера Англии. Но, будучи человеком вполне честным и чуждым придворных интриг, он в конце концов был обвинен недоброжелателями в финансовых и политических злоупотреблениях, его отстранили от должности и предали суду, и лишь благодаря личному вмешательству благоволившего к нему короля Якова I с него сняли подозрения в «политическом преступлении».

Жизнь и творчество Фрэнсиса Бэкона

Освободившись Фрэнсис Бэкон благоразумно решил не возвращаться на государственную службу, и последние годы своей жизни посвятил философским, естественнонаучным и литературным трудам, издав такие прославившие его имя работы, как трактаты «О великом восстановлении наук» (который он писал на протяжении почти всей жизни), «О мудрости древних» (1609 г.), а также «Новая Атлантида» (которая была опубликован посмертно в 1627 г.)

Хотя, как известно, Бэкон никогда публично не заявлял о том что принадлежит к каким бы то ни было тайным обществам, вокруг его имени еще при жизни стал складываться мистический ореол, который в XIX и XX столетиях приобрел поистине мифический статус, в особенности после опубликования ряда посвященных ему работ, где на основе сведений, заимствованных из различных источников — свидетельств современников, корреспонденции брата Фрэнсиса, Энтони, одно время возглавлявшего службу британской внешней разведки, и, в конце концов, сочинений самого лорд-канцлера, доказывался факт его причастности к «оккультному возрождению» в Англии XVII века. С этой целью на вооружение бралось все — не только само содержание его трудов, но и элементы их художественного оформления и даже скрытые закономерности, которые выявлялись путем анализа содержащихся в них опечаток.

Правда, надо оговориться, что исследователями порой руководил не столько чисто оккультный интерес, сколько желание отыскать подтверждение прочно овладевших умами современников слухов о том, что именно Бэкон был автором пьес, которые он выпускал под псевдонимом Уильям Шекспир.

Такое безудержное смешение оккультизма, элементов криптографии и литературоведческих исследований довело до того, что реальная личность Бэкона едва ли не полностью растворилась в «бэконовском мифе», где желаемое выдают за действительное.

С чего начинается миф?

Но что же действительно послужило тем первоначальным ядром, вокруг которого со временем сложился этот миф?

Хорошо известно, что Бэкон на протяжении всей жизни живо проявлял интерес к так называемой естественной, или экспериментальной, магии, к которой он относил такие «царственные» науки, как алхимия и астрология, при этом решительно выступал против любого шарлатанства в этой сфере. Как считал Бэкон, истинные наука и мистический опыт не имеют ничего общего с подменой или обманом. Наоборот, он ратовал, по выражению А.Ф. Лосева, за «точное эмпирическое исследование реальных вещей нашего реального опыта», то есть за магию научно-техническую, добивающуюся так называемых «чудес» научно-техническим путем.

Эти принципы и их формы он изложил в своих трудах: «О великом восстановлении наук» и «Нравственные и политические опыты», где объявляет науку, в особенности науку прикладную, эмпирическую, законной наследницей и преемницей архаической магии, которая, дескать, к тому времени уже выработала свой внутренний ресурс и теперь должна передать эстафету новым формам познания скрытых свойств Природы.

Познав тайные законы материи, считал Бэкон, и, в первую очередь, великую загадку взаимопревращения и взаимопроникновения веществ, человек способен достичь высшего, поистине божественного могущества и начать творить новые законы, которые коренным образом изменят его среду обитания, приведя ее в соответствие с высокими запросами «царя природы».

Потому вместо типичных для мистической литературы восхвалений могущества и благ Создателя мы находим у Бэкона многочисленные и довольно подробно описанные «чудеса» технического прогресса, предвосхищающие многие изобретения далекого (если отталкиваться от времени жизни философа) будущего: самолеты, рентген, метеорологию и многое другое.

Именно потому А.Ф. Лосев находит уместным говорить в данной связи о «технике XXI столетия», имея под этим в виду какой-то особый вид материализма, то есть материализм магический и мистический, нацеленный в первую очередь на обнаружение, говоря словами самого Бэкона, «знаков Создателя на Его созданиях, запечатленных и закрепленных в материи посредством истинных и тончайших средств». По мысли Фрэнсиса Бэкона, если и возможно добиться такого обнаружения, то не путем отвлеченного схоластического богословия, а путем прикладного, экспериментального исследования, свободного от всяких предрассудков и предвзятостей.

Необходимость создания организованных обществ

Потому как в одиночку справиться с таким грандиозным замыслом вряд ли кому под силу, то Бэкон указывает в связи с этим на необходимость создания неких организованных обществ, члены которых могли бы активно поддерживать друг друга в своих начинаниях. «Воистину, — писал он, — подобно тому, как сама Природа творит братство в семьях, так же и в процессе познания не может не сложиться братство на основе знаний и нравственности, восходящее к тому особому отцовству, что приписывают Богу, называя Его Отцом Просветления, или Света».

Эти высказывания не оставляют сомнении в том, на какое именно «братство» намекал автор: содружество адептов «естественной магии», в рамках которого научно-культурное «просветительство» органически дополнялось бы просветленностью божественным духом, то есть эзотерическим Гнозисом. По мнению Фрэнсиса Бэкона, такое сообщество «научных магов» явилось бы основной опорой и движущей силой духовно-научного прогресса, имеющего конечную цель расширение творческих возможностей человека до степени богоподобия.

С другой стороны, потом Бэкон нигде не развивает и не конкретизирует эту тему «братства просвещенных». Больше того, он даже высказывал (причем не раз) критические замечания в адрес некоторых видных представителей ренессансного оккультизма, включая самого Парацельса. Как видно, это можно объяснить только одним: необходимостью маскировки своих взглядов, потому как, занимая высокое официальное положение и постоянно находясь в центре завистливого внимания со стороны множества соперников, он в противном случае рисковал прослыть «еретиком», а главное — потерять расположение Якова I, панически боявшегося всего сверхъестественного и даже сочинившего обширное руководство по изобличению ведьм.

В силу принципа noblesse oblige (лат. «происхождение обязывает») лорд-канцлер пытался придать своим рассуждениям о «восстановлении наук» может быть в большей степени традиционный и невинный вид, и это удалось ему так, что с толку был сбит не только король Яков, но и современные исследователи.

Как бы там ни было, своей цели философ смог достичь: он сумел, не вызывая подозрений и нареканий, обеспечил себе «прикрытие» для реализации своих излюбленных идей и далеко идущих планов. Несомненно, что представление о Фрэнсисе Бэконе как великом конспираторе и криптографе имело своим истоком именно такого рода двойственность и исходило от круга лиц, хорошо знавших о закулисных сторонах жизни политика.

«Новая Атлантида»

И, может быть, мы так никогда ни о чем и не узнали бы, если бы наследники философа, разбирая после смерти его архив, не обнаружили манускрипт с текстом «Новой Атлантиды», своего рода современной версии легендарного платоновского мифа. Собственно, следуя своей излюбленной идее о природе как чудесной книге, написанной Творцом «живыми» письменами, Бэкон все время питал глубокий интерес к символическому языку и толкованию древних мифов и преданий, в которых, как он не без основания считал, заключена в иносказательной форме тайная мудрость тысячелетий.

Так, в небольшом, но довольно интересном с этой точки зрения трактате «О мудрости древних» он дал оригинальную интерпретацию 28 ключевых образов античной мифологии, отождествляя каждый на них с каким-то метафизическим принципом, или архетипом. К примеру, Орфей — архетип «универсальной философии». Протей — архетип материи. Пан — архетип мира природы. Прометен олицетворяет синтез науки и магии и т. д.

Что до «Новой Атлантиды», то здесь платоновскую аллегорию философ ко всему прочему «скрестил» с каббалой и более чем прозрачной розенкрейцеровской символикой. В центре повествования — обосновавшееся на уединенном и недоступном острове посреди океана (символ тайной мудрости, укрытой от взоров простых смертных) сообщество магов и мудрецов, которые переняли свою мудрость от библейского царя Соломона, в память о котором главный центр этого сообщества именуется Бенсалем, то есть «дом Соломона».

Это сообщество одновременно соединяет в себе и прошлое, потому как его адепты искушены во всех формах древней магии, и будущее, поскольку оно основано на сугубо технократических принципах. Да и образ жизни, который ведут адепты ордена Бенсалема, знающие обо всем, что происходит во внешнем мире, но не ведомые никому за пределами острова, словно списан с устава какой-то древней мистической секты вроде пифагорейской.

Так, им предписывается блюсти высочайшее целомудрие, а плотское общение допускается лишь в целях продолжения рода. (Тут, вне всякого сомнения, сказалась рациональная ненависть Бэкона к плотскому размножению, под влиянием которой он, следует заметить, стал убежденным гомосексуалистом.)

Такого рода описания внешнего вида и предметов убранства ритуальных помещений в доме Соломона также основаны на скрытых ассоциациях с розенкрейцеровской легендой и хитроумных символических ходах, при этом основные атрибуты убранства — астральные знаки и инструменты типа угольника, циркуля и т. д. — стали в последствии основными символами масонских лож. Очевидно, что описанное общество — не что иное, как реализовавшаяся розенкрейцеровская утопия: его члены осуществили «великое восстановление наук» и в результате возвратились к состоянию Адама до грехопадения — ведь именно так Фрэнсис Бэкон и авторы «розенкрейцеровских манифестов» представляли себе конечную цель духовной эволюции человечества.

Заканчивая этот краткий очерк о выдающемся «розенкрейцере» своего времени, нельзя не сказать о том, что «Новая Атлантида» стала основой не только всех технократических утопий нового времени, но и теории о пресловутом «жидомасонском заговоре», этой своеобразной формы воинствующего материализма. Как говорит один из персонажей «Атлантиды» (проводник по Бенсалему), мудрый еврей по имени Яабин (это имя составлено из названий двух священных колонн при библейском храме Соломона — Иакин и Боаз), обитатели острова ведут свой род от «колена Авраамова», а «нынешние законы Бенсалема происходят от тайных законов, начертанных Моисеем в каббале». Эти слова могут служить ярким доказательством того, что Фрэнсис Бэкон в действительности был одним из самых проницательных и эрудированных людей своего времени!

Избранные цитаты Фрэнсиса Бэкона

• Больше всех мы льстим самим себе.

• Зависть никогда не знает праздника.

• Здоровое тело – гостиная для души; больное – тюрьма.

• Дружба удваивает радости и сокращает наполовину горести.

• Библиотеки – это раки, где хранятся останки великих святых.

• Богатство не может быть достойной целью человеческого существования.

• В каждом человеке природа всходит либо злаками, либо сорной травою.

• Гнев есть безусловная слабость; известно, что ему более всего подвержены слабые существа: дети, женщины, старики, больные и пр.

• В любви быть мудрым невозможно.

• Три вещи делают нацию великой и благоденствующей: плодоносная почва, деятельная промышленность и легкое передвижение людей и товаров.

• Книги — это корабли мысли, странствующие по волнам времени и бережно несущие свой драгоценный груз от поколения к поколению.

• Возможность украсть создает вора.

• Грубость рождает ненависть.

• Человека лучше всего узнать в трех ситуациях: в уединении — так как здесь он снимает с себя все показное; в порыве страсти — ибо тогда забывает он все свои правила; и в новых обстоятельствах — так как здесь его покидает сила привычки.

• Лесть – порождение скорее характера человека, чем злой воли.

• Лесть – это стиль рабов.

• Ложь обличает с

gipotezy.com

Философские труды Френсиса Бэкона

Министерство образования Республики Башкортостан

ГОУ СПО Уфимский топливно-энергетический колледж

Специальность 140207

Реферат на тему: «Философские труды Френсиса Бэкона»

Преподаватель:

Е. В. Борисова

Студент:

А. И. Давлетшин

Уфа-2009

Содержание

Введение

1.Жизненный путь и его этапы

1.1 Жизнь и произведения.

1.2 Исходная социальная и философская позиция.

1.3 Учение о идолах (призраках) и об очищении от них человеческого интеллекта

2. Труды Ф. Бэкона

2.1 Основные труды.

Заключение

Список литературы

Приложение

Введение

Актуальность выбранной темы «Френсис Бэкон» заключается в том, что большая часть жизни Бэкона протекла внутри условных хронологических рамок эпохи Возрождения, в силу характера его учения он считается первым философом Нового времени. Бэкон резко противопоставлял теологию и философию. Это две совершенно различные сферы знания, и ни одна не должна вмешиваться в дела другой, то есть он выступал сторонником теории «двух истин». Он отмечал, что открытие книгопечатания, пороха и компаса полностью изменило положение дел соответственно в литературе, военном деле и навигации; эти изменения в свою очередь дали толчок для многочисленных изменений во всех других сферах человеческой деятельности.

Ни одна империя, ни одна секта, ни одна звезда не произвели на человечество большего влияния. Но, изучая историю культуры, видно, что на протяжении всей человеческой истории наука оказывала весьма слабое влияние на повседневную жизнь.

Целью зачетной работы является то, что развитию науки мешают различные заблуждения человеческого ума, то есть искаженные образы действительности; Бэкон называет их «идолами» или «призраками». Это необходимо изменить: наука и полученные знания должны приносить плоды на практике, должны служить для развития техники и промышленности, облегчать человеческую жизнь. Только освободившись от этих «идолов», можно продвигаться вперед по пути развития науки, которая, по словам Бэкона, есть «дочь времени», а не «дочь авторитетов». Научные познания накапливаются постепенно, благодаря деятельности многих поколений ученых.

Бэкон был сторонником абсолютной монархии и сильного централизованного государства. Он критикует дворянство за его бесполезность. Народ – это постоянный источник смуты, но причина мятежей лежит в великом голоде и великом недовольстве, а последнее вызывается разорением, нуждой, большими налогами.

«Излечить» эти бедствия можно путем развития промышленности и торговли, облегчения пошлин, налогов, обуздания роскоши. Развитие науки и изобилие технических изобретений значительно облегчает жизнь . И хотя среди них есть богатые и бедные, классы и сословия, но нет нищеты и вызванных ею социальных пороков.

1. Жизненный путь и его этапы

1.1 Жизнь и произведения

Среди мыслителей конца XVI в. — начала XVIII в., которые внесли существенный вклад в развитие культурологической теории, прежде всего следует назвать Фрэнсиса Бэкона (1561—1626).

Обычно, когда говорят о Фрэнсисе Бэконе, то вспоминают, что он был родоначальником английского материализма, последовательно отстаивающим идеи таких «стихийных» материалистов-диалектиков Древней Греции, как Левкипп, Демокрит, Фалес и др. Другие видят его заслугу прежде всего в том, что он заложил основы нового направления философской мысли, которое впоследствии получило название «философия науки». Третьи утверждают, что своей славой Фрэнсис Бэкон обязан разработке кардинальных вопросов методологии научного познания, что его учение об «идолах», т.е. об ошибках мышления, возникающих в процессе взаимодействия познающего субъекта и познаваемого объекта, стало базисом современной гносеологии. Сам Фрэнсис Бэкон считал, что его вклад в сокровищницу человеческой мысли весьма скромен (например, он писал, что в отличие от Телезио и Патрици, он не предлагает никакой цельной теории, позволяющей объяснить закономерности развития природы, общества и человека), однако потомки высоко оценили ту роль, которую он сыграл в развитии западноевропейской философии. В частности, Карл Маркс и Ф. Энгельс подчеркивали в «Святом семействе», что у Бэкона «... материализм таит в себе в наивной форме зародыши всестороннего развития». Они писали, что в работах английского философа «материя улыбается своим поэтически-чувственным блеском всему человеку» 3. Но как бы ни относились к Фрэнсису Бэкону его современники, как бы ни оценивали его потомки, нельзя не признать, что его творчество составило эпоху в истории европейской философской мысли, и многие наши представления о природе и специфике научного познания, о границах человеческого разума, о соотношении эмпирии и теории в процессе научного поиска уходят своими корнями в его работы. Ему мы обязаны и целой россыпью оригинальных идей, вошедших в арсенал современной культурологической мысли.

Фрэнсис Бэкон родился в семье представителя так называемого «нового дворянства», которое начало появляться в Англии во времена Генриха VIII, проводившего жесткую политику на отрыв английской церкви от католического мира и установления верховенства светской власти над властью церковной. Генрих VIII чрезвычайно нуждался в союзниках, поддерживающих его внутреннюю и внешнюю политику. Он сотнями создавал новых лендлордов, раздавая за заслуги перед короной и продавая за бесценок бывшие монастырские земли и вотчины представителей родовой знати, попавших в опалу или казненных по решению суда за государственную измену. Одним из таких лендлордов был и отец Фрэнсиса Бэкона, который превратился в крупнейшего землевладельца, благодаря милости короля. Далеко не случайно Фрэнсис Бэкон во многих своих сочинениях восхваляет династию Тюдоров, сумевших прекратить вывоз капитала из страны и добиться духовной автономии от Ватикана и экономической независимости от более развитых стран Европы. «Новое дворянство» в силу своего происхождения находилось в антагонизме с древними феодальными родами, и, даже обладая реальной властью (подавляющее большинство мануфактур, корабельных верфей, доков, фабрик по выработке парусины и шерстяных тканей, железоделательных заводов, банкирских контор и т.д. принадлежало выходцам из этого нового социального слоя), нуждалось в идеологах, обосновывающих сложившийся порядок вещей, а также в хорошо образованных людях из своей среды, которые могли бы отстаивать их интересы на высших государственных постах. Одним из таких людей и был Фрэнсис Бэкон, который наследовал дело своего отца, занимавшего весьма значительное место в служебной иерархии. Кстати, из этой среды вышел и Оливер Кромвель — будущий вождь английской буржуазной революции, который впоследствии сделал очень многое для восстановления монархии в Англии.

После окончания Кембриджского университета Фрэнсис Бэкон был определен на дипломатическую службу и провел несколько лет в английском посольстве в Париже. Однако после смерти отца он был вынужден возвратиться домой. Здесь он начинает заниматься политикой и вскоре избирается депутатом Палаты общин английского парламента. Весьма быстро молодой талантливый адвокат, обладающий редким даром красноречия и не скрывающий своих монархических убеждений, был замечен. На него обратил внимание сам король Яков I Стюарт, увидевший в нем человека, на которого можно положиться в той ситуации перманентной конфронтации между парламентом и двором, что проявлялась достаточно часто не только в скрытых, но и в открытых формах. Представление королю стало исходной точкой блестящей и быстрой карьеры Фрэнсиса Бэкона, который к 57 годам стал лорд-канцлером английского королевства, бароном Веруламским, виконтом Сент-Албанским, обладателем многих поместий и замков.

Однако судьба распорядилась так, что вскоре его восхождение к вершинам власти было прервано. Борьба короля и парламента в начале 20-х годов XVII в. резко обострилась, и, стремясь найти компромиссное решение, король решил пожертвовать рядом высших должностных лиц, вызывавших наибольшую ярость городского плебса и мелких буржуа из-за последовательно и жестко проводимой ими политики на укрепление позиций королевской власти. Среди них был и Фрэнсис Бэкон, которого парламент обвинил во взяточничестве и казнокрадстве. Заключение в Тауэр закончилось для Фрэнсиса Бэкона более счастливо, чем для Томаса Мора. Он не лишился головы на плахе, но его политической карьере был положен конец. Более он уже никогда не занимался политикой и остаток дней посвятил научным занятиям и литературной деятельности.

1.2 Исходная социальная и философская позиция

С самого начала своей философской творческой деятельности Бэкон выступил против господствовавшей в то время схоластической философии и выдвинул доктрину "естественной" философии, основывающейся на опытном познании. Взгляды Бэкона сформировались на основе достижений натурфилософии Возрождения и включали в себя натуралистическое миросозерцание с основами аналитического подхода к исследуемым явлениям и эмпиризма. Он предложил обширную программу перестройки интеллектуального мира, подвергнув резкой критике схоластические концепции предшествующей и современной ему философии.

Бэкон стремился привести "границы умственного мира" в соответствии со всеми теми громадными достижениями, которые происходили в современном Бэкону обществе XV-XVI веков, когда наибольшее развитие получили опытные науки. Бэкон выразил решение поставленной задачи в виде попытки "великого восстановления наук", которую изложил в трактатах: "О достоинстве и приумножении наук" (самом большом своем произведении), "Новом Органоне" (его главном произведении) и других работах по "естественной истории", отдельных явлениях и процессах природы. Понимание науки у Бэкона включало прежде всего новую классификацию наук, в основу которой он положил такие способности человеческой души, как память, воображение (фантазия), разум. Соответственно этому главными науками, по Бэкону, должны быть история, поэзия, философия. Высшая задача познания и всех наук, согласно Бэкону, - господство над природой и усовершенствование человеческой жизни. По словам главы "Дома Соломона" (своего рода исследовательского центра. Академии, идея которого была выдвинута Бэконом в утопическом романе "Новая Атлантида"), "цель общества - познание причин и скрытых сил всех вещей, расширение власти человека над природой, покуда все не станет для него возможным"

mirznanii.com

Фрэнсис Бэкон - философия, цитаты

Фрэнсис Бэкон

(1561 - 1626)

«Знание - есть сила, сила - есть знание»

Согласно оценке Л. Фейербаха (которую впоследствии повторит К. Маркс), Фрэнсис Бэкон вошел в историю философии как первый мыслитель, который признал оригинальность природы и возможность ее объяснения не из математических, логических или теологических предположений, а из нее самой.

«Непосредственный и истинный отец естествознания» (Л. Фейербах) - Ф. Бэкон - родился в семье Николо Бэкона - лорда-хранителя Большой печати Англии, воспитывался в изобилии; получил хорошее образование и уже с 16 лет (в составе английской миссии в Париже) выполнял ответственные дипломатические поручения. Ознакомление с социально-экономическим, политическим, религиозным и придворной жизнью Германии, Италии, Польши, Дании, Франции и Швеции, высокая образованность, проницательный ум и поддержка влиятельных отца друзей дали Ф. Бэкону возможность заявить о себе трудом «О состоянии Европы». Впоследствии из-под пера философа появилось эссе «Величайшее порождение времени», посвященное проблеме универсальной реформы естественных наук.

Политика и наука, философия и гносеология завладели помыслами и душевными порывами Ф. Бэкона, к чести которого следует сказать, что в каждой из этих областей деятельности и познания он смог сказать свое веское слово.

Как практический политик (в конце своей политической карьеры философ занимал должность лорда - верховного канцлера и пера Англии), Ф. Бэкон пережил и грандиозное восхваление, и не менее позорное падение. По поручению короля Якова II он вершил судьбы людей и народов, руководил государством и творил суд и одновременно вступал в неприглядные придворные махинации, втягивался в распространении на те времена казнокрадство и взяточничество, за что в итоге был осужден и уволен со всех государственных должностей. Последнее дало Ф. Бэкону возможность сосредоточиться на философии. В 1620 году он опубликовал свой главный труд «Новый Органон», работал над историей Англии, готовил третье издание «Опытов и наставлений», а в 1623 году опубликовал свою самую труд «О достоинстве и приумножении наук».

Отстраненный от государственных дел, Бэкон все силы и время отдавал исследовательском (экспериментальном) познанию природы. Эта страсть, собственно, стоила ему жизни: философ простудился во время проведения эксперимента по консервированию кур путем их замораживания в снегу и умер в 65-летнем возрасте.

Познанию природы, считал Бэкон, мешают ряд «идолов» (призраков, ошибок), которые затуманивают человеческий разум и застит доступ к истине. Прежде всего, это «идолы рода», ошибки, присущие всему человеческому роду. Далее идут «идолы пещеры» - ошибки конкретного человека, обусловленные его привычке рассуждать обо всем со своего собственного узкого мировоззрения. За ними следуют «идолы площади" - призраки, обусловлены попыткой объяснить что-либо с позиций традиционных представлений. Наконец, четвертую группу идолов - "идолы театра" - составляют ошибки, связанные с чрезмерным увлечением авторитетами. Люди, считал Бэкон, имеют освободиться от этих идолов, вернуться к истинному знанию, которое является силой, позволяющей превратить природу в «царство человека».

Наиболее эффективной основой познания природы, считал философ, является индукция - метод, который выходит из восприятия отдельных фактов и, поднимаясь, шаг за шагом подходит к наиболее общих характеристик. Этим методом нужно пользоваться не спеша, последовательно, системно. Простой перечень Фактов а также их обобщение может создать иллюзию истины. К ней же нужно приближаться скрупулезным, системным обобщением простого и доступного материала, через построение соответствующих таблиц - матриц, впрочем, и даст понимание истины как цели и конечного пункта познания всего сущего.

Ф. Бэкон разработал оригинальную классификацию наук, обосновал необычную для тех времен компромиссную модель сосуществования науки и религии, высказал ряд прогрессивных суждений о роли науки в развитии производства.

Довольно точное и объемных характеристика Ф. Бэкона, как «отца естествознания», таким авторитетным историком философии, как Л. Фейербах, к сожалению, заслонила другую, не менее интересную и важную часть теоретических поисков великого реформатора наук - его социально-философскую концепцию. Ф. Бэкон является не только основателем эмпирического метода в философии, но и автором «критически-реалистической социальной утопии» - модели гармонично организованного (идеального) общества, построенного на принципах частной собственности и разделения труда по задатками личностей.

«Утопию» Ф. Бэкона мы называем «реалистичной», потому что, в отличие от Т. Мора и Т. Кампанеллы, будущее «идеальное» общество он выстраивает исторически подтвержденном, прочном фундаменте частной собственности, а не на ее обобществлении, предлагавших великие предшественники утопического социализма и коммунизма. Практически-политический, социальный опыт Ф. Бэкона «проявлял» для него реальную картину будущих общественных преобразований. Философ видел то, что, в принципе, еще не могли увидеть охвачены романтическим энтузиазмом гуманизма эпохи Возрождения гениальные мечтатели предыдущего столетия. Ф. Бэкон был свидетелем подъема промышленности, потенциальной предпринимательской и политической энергии новых социальных слоев, их заинтересованности науками, неугомонности в поисках каналов внедрения научных знаний в практику.

В Англии в те времена расцвели каменноугольная, горнорудная, металлургическая промышленность, акционерные и торговые общества. Окреп влияние Англии на другие европейские государства и народы. Более действенной, а главное - прибыльной, стала колониальная политика. «Новое дворянство», купцы постепенно вытесняли из сферы политики старую знать. И все это - на основе частной собственности! Философ понимал ее животворную силу и не мог позволить себе даже мысли о ее разрушение, ограничение или обобществления.

Реалистом был Ф. Бэкон и в понимании того, что без решения социальных противоречий, назревавшие построение гармонично организованного общества является делом невозможным. Как политик.

Ф. Бэкон чувствовал острую угрозу социального взрыва, разрушительную потенцию, что эхом катилась от обездоленной и отчаявшейся крестьянства и городской черни. Философ настойчиво искал средств избежания указанной угрозы и абсолютно в духе времени, его идейных ориентаций и платоновско-аристотелевских традиций выстраивал систему усмирения масс, стабилизации общества. Главное средство предотвращения народным восстанием Ф. Бэкон видел в устранении их «материальных причин» - голода и нищеты народа - посредством повышения занятости, стимулирования развития промышленности и торговли, искоренения праздности, расточительства, внедрения новых законов, совершенствования земледелия, регулирование цен, снижения налогов .

Не менее реалистично и мысль Ф. Бэкона о том, что «судьба человека находится в его собственных руках». Правда, продолжал философ указывает на зависимость судьбы от внешних обстоятельств и от фортуны. Однако, признавая и то, и то, Бэкон приходит к выводу, что в достижении счастья многое зависит от самого человека.

«Опыты и наставления» Ф. Бэкона охватывают широкий спектр жизненных проблем - об истине и смерть, религию и мести, родителей и детей, благосостояние и доброжелательность, подозрение и богатство, пророчество и честь, красоту и уродство, приближенных и друзей, партии и занятия науками, манеры и приличия, похвалу и тщеславие, правосудия и гнев, изменчивость вещей и т.п.. При этом в каждом сюжете философ обобщает жизненный опыт поколений, показывает, как ту или иную проблему понимали и толковали мыслители предшествующих эпох, как ее рассматривают в религии. Ф. Бэкон демонстрирует глубокую философскую эрудицию, знание истории, религии, культуры.

Произведение Ф. Бэкона «Новая Атлантида» можно одновременно назвать и утопией, и антиутопией. Утопическим он является потому, что построение «идеального общества» средствами одного только разума (науки и техники), как мечтал Ф. Бэкон, без соответствующих социальных сдвигов является делом невозможным. «Новая Атлантида» Ф. Бэкона является продолжением утопии платоновской «Государства», возрождением мечтаний великого античного мыслителя материале новых социальных отношений и жизненных реалий. Как писал Л. Воробьев, «рабовладелец Платон» воскресает частью своего существа в «буржуа Ф. Бэкона». Время это произведение является антиутопией, поскольку не только не продолжает «социалистический идеал» Т. Мора и Т. Кампанеллы, но и непосредственно отрицает его. Частная собственность У Ф. Бэкона остается незыблемой, вместо предшественники утопического социализма и коммунизма говорили о ликвидации, Разрушение, обобществления ее.

Описывая жизнь на острове Бенсалеме, Ф. Бэкон одновременно с фантазией прогнозировал реальные перспективы и направления развития производства, социальных отношений, правовой системы, семьи, морали, воспитания. Жители «Дома Соломона» грунтуют свое производство на совершенном изучении природы. Здесь все подчинено разуму. Люди, вооруженные умом, науками и техникой, добывают руду для изготовления металлов с заданными свойствами, применяют сложные механизмы для производства энергии, использующие силу ветра, водопадов, солнечную энергию, конструируют подводные лодки и летательные аппараты, пользуются разнообразными удобрениями в сельском хозяйстве, выращивают новые сорта растений и новые виды животных. Они заботятся о здоровье, воспитание, нравственность граждан, следят за соблюдением законов.

«Новую Атлантиду» Ф. Бэкона можно назвать произведением научно-фантастического жанра. Это произведение содержит в себе целый каскад научно-технических идей. И что интересно, почти все они впоследствии были реализованы на практике.

Реализм утопии Ф. Бэкона состоит в том, что она начинает тенденцию сочетание наук о природе с практикой, рассмотрение науки и техники как средств улучшения жизни. Знать, чтобы владеть силами природы и подчинять их воли и интересам человека. - Таков лозунг суток. Однако, как справедливо отмечает В. Асмус, это лозунг «опережал реальные возможности. Чтобы действительно заставить силы природы служить человеку, нужны были не только накопление знаний, но прежде всего глубокая перестройка всего господствующего мировоззрения, внедрение новых методов исследования и отказ от фантастических верований в чудеса и в зависимость явлений природы от сверхъестественных сил и сущностей »(Асмус В. Ф. Декарт. - М., 1955. - С. 5). Одним из первых этой проблемой занялся французский ученый и философ Рене Декарт.


worldofscience.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о