А м каледин – Каледин, Алексей Максимович — Википедия

Каледин Алексей Максимович (биографические сведения)

Алексей Максимович Каледин

А.М. Каледин

     Алексей Максимович Каледин – российский военачальник, герой Первой мировой войны, 71-й атаман Всевеликого Войска Донского. На его долю выпал самый сложный период правления - 2-я половина 1917 года, крушение государственного режима и устоев казачества. Он стал единственным из донских атаманов, кто сам поставил точку и в своём правлении и в своей жизни. 29 января 1918 года А.М. Каледин застрелился в рабочем кабинете Атаманского дворца в Новочеркасске.

     Алексей Максимович Каледин родился 12 (24) октября 1861 года на хуторе Каледин станицы Усть-Хопёрской Усть-Медведицкого округа Всевеликого Войска Донского (сейчас - территория Серафимовичского района Волгоградской области). Его дед был участником Отечественной войны 1812 года, соратником легендарного атамана Матвея Платова. Отец - участник обороны Севастополя; в чине войскового старшины вышел в отставку. Будущий атаман продолжил военную династию. Получил классическое для донского офицера образование: Усть-Медведицкая гимназия, 2-е Военное Константиновское и Михайловское Артиллерийское училище, Академия Генерального штаба. С 18 лет А.М. Каледин находился на военной службе: начал сотником Забайкальского 2 казачьего войска, в 38 лет - полковник, в 46 - генерал-майор. Служил на штабных должностях, в 1903 - 1906 годах был начальником Новочеркасского казачьего юнкерского училища, в 1906 - 1910 годах - помощником начальника штаба Войска Донского. До начала Первой мировой войны А.М. Каледин командовал бригадой, 12-й кавалерийской дивизией, заслужил ордена Св. Анны 3 -ей степени, Св. Станислава 2-й степени, Св. Владимира 3-й степени.

     Во время Брусиловского (Луцкого) прорыва - одной из самых блестящих операций русской армии в период Первой мирвой войны - Каледин командовал 8-й армией Юго-Западного фронта генерала Брусилова. А.М. Каледина называли тогда героем Луцкого прорыва (лишь позже прорыв стали называть Брусиловским, дабы не прославлять верховного главнокомандующего – Николая II). 8-я армия приняла участие в разгроме 4-й австрийской армии, взяла в плен более 50000 человек. К наградам генерала от кавалерии А.М. Каледина добавилось Георгиевское оружие, ордена Св. Георгия 4-й и 3-й степеней. На долю Алексея Максимовича в ту войну выпали не только награды, но и тяжелое ранение. Пуля, которая ранила генерала, экспонировалась в музее Донского казачества в городе Новочеркасске.

     Сослуживцы отзывались о А.М. Каледине, как о человеке большой храбрости, прекрасном организаторе, командире, обладавшем военным чутьём и стратегическим дарованием. Отмечали его бережное отношение к чужой жизни. Он сам мог ходить под пулями, но подчинённых заставлял отрывать окопы. Предпочитал не посылать войска в бой, а вести их за собой, быть в авангарде.

     К Февральской революции Каледин отнесся отрицательно. А. Брусилов, характеризуя Каледина, отмечал, что он «потерял сердце и не понимает духа времени». Каледин отказался выполнять распоряжения Временного правительства о демократизации в войсках и был отстранен от командования армией, не получив нового назначения.

     Весной 1917 года он уехал на Дон, в конце мая участвовал в Новочеркасске в работе Донского Войскового Круга. 18 июня донские казаки избрали его Атаманом. Впервые, после двухсотлетнего перерыва (ещё Пётр I отменил выборность атаманов казаками), Атамана выбирало Войско, а не назначал царь. И Каледина выбрали казаки из 20 претендентов практически единогласно (600 голосов из 700). По поводу его избрания М.Г. Богаевский (помощник атамана) сказал, что атаманом избрали не только «генерала с огромной боевой славой, но и безукоризненно умного человека». Осознавая весь трагизм своего положения, Донской атаман отмечал: «...Я пришел на Дон с чистым именем воина, а уйду, быть может, с проклятиями».

     Алексей Максимович редко улыбался, был очень сдержан, немногословен, чрезвычайно трудолюбив. Рабочий день его начинался в 6-7 часов утра. Современнники отмечали его аристократичность, хотя родился он, как считалось, в небогатой и незнатной семье, детство провёл на хуторе. Однако Каледину была присуща врождённая душевная тонкость: он любил классическую музыку, был чуток в восприятии природы и произведений искусства. Спокойствие и простоту считали основными его чертами.

     14 августа 1917 в речи на московском Государственном совещании атаман Каледин потребовал в целях доведения войны до победного конца поставить армию вне политики, запретить митинги и собрания в воинских частях, упразднить все Советы и комитеты выше полковых, а компетенцию оставшихся ограничить хозяйственными вопросами, дополнить декларацию прав солдата декларацией его обязанностей, решительными мерами поднять дисциплину на фронте и в тылу. В августе 1917 года Председатель Временного Правительства А. Ф. Керенский отдал приказ об аресте А.М. Каледина как контрреволюционера. Он открыто поддержал выступление Корнилова. Группа солдат Царицынского гарнизона выехала на железнодорожный перегон Царицын - Лихая для осуществления приказа, но Каледин был предупреждён казаками и скрылся. В сентябре 1917 года Керенский потребовал от Войскового правительства выдачи Атамана. Круг в выдаче отказал, судил его сам и оправдал, не найдя в политике А.М. Каледина элементов неподчинения Временному правительству.

     Когда Временное правительство было свергнуто большевиками, Каледин и Донской Войсковой Круг заняли чёткую политику непризнания Советов. Каледин объявил, что до установления законной власти Войсковое правительство берет на себя всю власть на Дону. 26 октября он разместил в 45 пунктах войска и начал разгром Советов. 27 октября телеграфно пригласил членов Временного правительства в Новочеркасск для организации борьбы с большевиками, а Область войска Донского объявил на военном положении. В Новочеркасск прибыли представители Антанты. 2 ноября Каледин поддержал просьбу генерала Алексеева «дать приют русскому офицерству» и под руководством Алексеева, Корнилова и Деникина началось формирование Добровольческой армии. В ноябре Каледин был избран членом Учредительного Собрания по Донскому избирательному округу. 2 декабря 1917 года донские казаки захватили Ростов, разогнав Советы. Но белое движение не получило поддержки рядового казачества.

     25 декабря красные войска начали наступление и были поддержаны восставшими рабочими промышленных центров области. В конце декабря казаки-фронтовики отказались от вооруженной борьбы, а съезд фронтового казачества в станице Каменской (10-11 января 1918 года) низложил Войсковое правительство и образовал Донской казачий ВРК. Председатель ВРК Ф.Г. Подтелков сумел мобилизовать «революционно» настроенных донских казаков и нанес ряд поражений белоказакам Каледина.

     В Новочеркасске осуждали медлительность донского атамана в деле спасения России. Как писал Деникин, Каледин отверг обвинение на одном собрании: «...Я лично отдаю Родине и Дону свои силы, не пожалею и своей жизни... имеем ли мы право выступить сейчас же, можем ли мы рассчитывать на широкое народное движение?.. Русская общественность прячется где-то на задворках, не смея возвысить голоса против большевиков... Войсковое правительство, ставя на карту Донское казачество, обязано сделать точный учёт всех сил и поступить так, как ему подсказывает чувство долга перед Доном и перед Родиной».

     28 января 1918 года Каледин обратился к казакам с призывом к защите, указывая, что «развал строевых частей достиг последнего предела... в некоторых полках Донецкого округа удостоверены факты продажи казаками своих офицеров большевикам за денежное вознаграждение».

     Однако он не встретил понимания ни у рядового казачества, ни у членов Войскового Круга. Многие считали, что Добровольческая армия, которой Каледин даёт поддержку и приют, враждебна не столько большевикам, сколько сторонникам автономии Донской области. Казакоманствующие сепаратисты на заседаниях Войскового круга открыто заявляли: белые должны уйти с Дона. Только это позволит сохранить автономию казачества от большевистской России и не ввязываться в уже начатую Гражданскую войну. С Калединым оставалась молодёжь, юнкера, отряд генерала П.Х. Попова и части полковника В.М. Чернецова.

     29 января Каледин собрал правительство и сообщил, «что для защиты Донской области нашлось на фронте лишь 147 штыков... Положение наше безнадёжно. Население не только нас не поддерживает, но настроено к нам враждебно. Я не хочу лишних жертв, лишнего кровопролития... Свои полномочия Войскового атамана я с себя слагаю». Кодекс офицерской чести требовал: «Если не сможешь смыть оскорбление кровью обидчика, искупи его собственным расчётом с жизнью». В тот же день, в 14 часов Каледин застрелился в своём кабинете.

     На столе Алексея Максимовича было найдено письмо, датированное 29 января 1918 года, 2 часами 12 минутами, адресованное генералу А.М.Алексееву:

     «...Вы отчаянно и мужественно сражались, но не учли того обстоятельства, что казачество идёт за своими вождями до тех пор, пока вожди приносят ему лавры победы, а когда дело осложняется, то они видят в своём вожде не казака по духу и происхождению, а слабого проводителя своих интересов и отходят от него... Мне дороги интересы казачества и я Вас прошу щадить их и отказаться от мысли разбить большевиков по всей России...избавьте Тихий Дон от змей, но дальше не ведите на бойню моих милых казаков. Я ухожу в вечность... Русский патриот и Донской Атаман.»

     В этой двойственности А.И.Деникин видел трагедию жизни Каледина и объяснение его самоубийства. В победу Белого движения по всей России атаман не верил, а защищать свой край от большевиков в одиночку казалось невозможным. Дон был потрясён поступком Каледина. Его похоронили со всеми почестями 2 февраля 1918 года. Могила не сохранилась.

     Будущий Донской Атаман П.Н. Краснов в одной из речей о Каледине сказал: «...Гулким эхом раздался по Донской земле калединский выстрел и пробудил совесть казачью».

Алексей Максимович Каледин
и Мария Петровна Каледина-Гранжан

     Насколько «совесть» казачества была разбужена, свидетельствует факт избрания следующим атаманом убеждённого сепаратиста П.Н. Краснова, который до конца жизни верил в реальность донской автономии. Вплоть до вмешательства союзников в Гражданскую войну, он не желал бороться с большевизмом во всей России, чем поставил немало «палок в колёса» Белому движению.

     Уже 23 февраля 1918 года казаки Подтелкова захватили Ростов, а 25 февраля 1918 года - Новочеркасск. Около 1500 белоказаков под предводительством генерал-майора Попова ушли в Сальские степи. Добровольческая армия двинулась в свой 1-й Кубанский Ледяной поход, продлившийся до 13 марта 1918 года.

     Однако драматическая развязка возвела атамана Каледина в ранг героя Дона. Его стали называть казачьим Иваном Царевичем. Газета «Донская волна» посвящала ему целые передовицы, о нём слагали стихи. С горечью писали в газете: «...Гражданин, каких мало». И по сей день потомки донских казаков в эмиграции не забывают А.М. Каледина в издаваемой за рубежом периодической печати.

     Вторым браком Алексей Максимович Каледин был женат на швейцарке, жительнице одного из французских кантонов, красавице Марии Гранжан, которая прекрасно владела русским языком и, по свидетельству очевидцев, была любящей, чуткой спутницей жизни. Их единственный сын утонул в возрасте 11-12 лет, купаясь в реке. Мария Петровна Каледина-Гранжан пережила мужа всего на год. Не сохранилось писем — ни адресованных А.М. Каледину, ни написанных им, за исключением некоторых писем жене. Личный архив А.М. Каледина был вывезен его племянником Гаврилой Николаевичем в Югославию. Племянник погиб в период Второй мировой войны. Архив попал в Чехословакию, в так называемый Пражский архив (РЗИА).

     Память генерала A.M. Каледина увековечена созданной Мемориальной экспозицией в бывшем Атаманском дворце ныне отделе Новочеркасского музея истории донского казачества. К 150-и летию со дня рождения атамана Каледина (2011 год) была издана его переписка с женой за 1915-1917 годы. Публикуемые тексты являются ценным историческим источником, который впервые в полном объеме вводится в научный оборот и позволяет узнать об атамане Каледине от него самого.

По материалам статьи Татьяны Агеевой,
зав. мемориально-историческим музеем-заповедником «Сталинградская битва»

Белогвардеец Военный Генерал 

ptiburdukov.ru

Атаман Каледин: хроника объявленного самоубийства

 

Донской атаман Каледин в 1918 году мог переломить ход российской истории. Но ему помешали..

Ростовские поисковики объединения «Миус-фронт» нашли место предполагаемого захоронения атамана Войска Донского А.М. Каледина, которое, как ранее считалось, было уничтожено большевиками. Возможно, находка останков генерала и атамана даст ответ на активно обсуждаемую сегодня конспирологическую его гибели: Каледин не покончил с собой, а был убит в результате хитроумно спланированного и коварно осуществленного заговора.

АТАМАН, ПРЕДАННЫЙ КАЗАЧЕСТВОМ

Алексей Максимович Каледин (с ударением на последнем слоге) относится к тому кругу культовых фигур российской истории начала XX века, которых долго, но безуспешно старались забыть в годы советской власти. Казачий офицер, отличавшийся личной храбростью, умом, интеллигентностью. Герой первой Мировой войны. Достаточно сказать, что прорыв в мае 1916 года на германском фронте, вошедший в учебники истории под названием «брусиловский», на самом деле был осуществлен 8-й армией под командованием А.М. Каледина, которая наголову разбила 4-ю австрийскую армию и в течение девяти дней продвинулась на 70 верст вперед. При этом командующий практически постоянно находился рядом с передовой. Генерал А.И. Деникин писал, что Каледин не посылал, а водил войска в бой.

Каледин отрицательно отнесся к Февральской революции и отказался выполнить распоряжение Временного правительства о демократизации войск. Напротив, он был сторонником наведения порядка на фронте и в тылу жесткими методами, требовал ареста всех солдатских советов и комитетов. Именно за это весной 1917-го его отстранили от командования армией.

Не получив нового назначения, Каледин уехал на Дон, и в конце мая был избран атаманом Войска Донского. Алексей Максимович стал первым избранным донским атаманом с 1709 года, когда выборность была отменена Петром I.

Генерал Каледин не принял Октябрьского переворота и 25 октября 1917 года выступил с обращением, в котором объявил захват власти большевиками преступным. Вместе с бывшим верховным главнокомандующим русской армией генералом М.В. Алексеевым Каледин стал разрабатывать меры по борьбе с большевиками. 27 декабря 1917 года была образована Добровольческая армия, а генерал А.М. Каледин вместе с генералами М.В. Алексеевым и Л.Г. Корниловым образовали триумвират, в котором Каледину принадлежала вся полнота власти в Донской области.

Между тем, идеи большевизма нашли приверженцев среди широкой массы казаков, которые отказывались идти в бой с большевиками. Даже офицеры, остававшиеся верными присяге, в лучшем случае соглашались нести милицейскую службу по охране правопорядка. Единственной боеспособной единицей в распоряжении Каледина оставался партизанский отряд под командованием есаула Чернецова, состоявшая из мальчишек: юнкеров и учащихся казачьих училищ. 21 января 1918 года после боя под станицей Глубокой этот отряд был уничтожен превосходящими силами "красных казаков", а пленного Чернецова зарубил председатель Донревкома Подтелков.

29 января в Атаманском дворце в Новочеркасске А.М. Каледин собрал заседание Донского правительства, на котором сообщил о том, что для защиты Донской области от большевиков на фронте нашлось лишь 147 штыков. Он вышел в соседний кабинет и пустил себе пулю в сердце. В своем предсмертном письме А.М. Каледин объяснил свой уход из жизни «отказом казачества следовать за своим атаманом».

Таковы общеизвестные факты. Версия самоубийства атамана до недавнего времени не оспаривалась никем. Обоснованное предположение о том, что Каледин был убит в результате заговора, прозвучало в книге кандидата исторических наук, исследователя казачества Вячеслава Родионова «Тихий Дон атамана Каледина». Теперь эта версия активно обсуждается исследователями, и находит все большее число сторонников.

НИ КРАСНЫМ, НИ БЕЛЫМ

«Каледина убили!» - категорически утверждает Родионов, выстраивая свою, очень стройную логически, и убедительную версию.
Вячеслав Григорьевич Родионов, по происхождению каменский казак, большую часть жизни живет в Москве. Искусствовед, кандидат исторических наук, научный работник, автор ряда книг и статей по теории культуры. Вячеслав Родионов еще имеет звание войскового старшины. Он активно интересуется историей казачества, и особенно вопросами его возрождения на Дону. В 2004 году в Ростиздате был издан его двухтомник «Казачий присуд», в котором Родионов подробно анализирует процесс возрождения донского казачества в конце 80-х - начале 90-х годов прошлого века.

В историческом понимании личность Каледина знаковая, ибо он по-своему видел предназначение казачества в охватившей Россию гражданской смуте. Он всеми силами противился вторжению на Дон большевистских войск, и в то же время старался не втягивать казаков в дела Белого движения. Такая политика зачастую не воспринималась даже ближайшими сподвижниками Каледина. В частности, Родионов особо выделяет фигуру казачьего историка, председателя Войскового круга и заместителя войскового атамана Митрофана Богаевского.

В тот роковой день 29 января Каледина словно подменили. Прежде угнетенного атамана было не узнать. Он был полон энергии. На утреннем заседании высказал резкие упреки в адрес Войскового правительства и его председателя М.П. Богаевского, назвав их «болтунами, от которых Россия погибла». На этом же заседании было принято решение о передаче административных полномочий городской думе Новочеркасска, который уже находился в блокаде «революционных казаков» под командованием старшины Голубова.

Большинство исследователей воспринимает это как акт слабости Каледина. Напоминают, что атаман собирался сложить свою власть на Войсковом Круге, намеченном на 6 февраля 1918 года. В.Г. Родионов уверен в другом: Каледин избавлялся от лишних обязательств, чтобы получить дополнительные возможности борьбы: уйти с верными казаками (а их насчитывалось до трех тысяч сабель) в Степной поход. Боевой генерал, сторонник решительных действий Каледин прекрасно понимал, что сидеть сложа руки в такой ситуации нельзя. Накануне было распространено обращение Каледина к казакам с призывом объединяться в борьбе против большевиков. Такой поход мог сплотить казачьи силы, переломить ход Гражданской войны и судьбу всей России.

Чем могла быть вызвана столь резкая перемена настроения донского атамана? Да тем, что накануне пришла весть о гибели полковника Чернецова, который был зарублен председателем Донревкома Подтелковым. Если бы Каледин ушел со своими сторонниками в партизанский поход, тогда бы не состоялся Войсковой круг и сложение полномочий атамана. А при таком раскладе событий вся полнота власти на Дону перешла бы в руки его заместителя, Митрофана Петровича Богаевского. Выходит, в этот поход атамана отпускать было нельзя?

«ДОНСКОЙ БАЯН» ПЕЛ БОЛЬШЕВИКАМ?

Роль М.П. Богаевского неоднозначна в истории Дона. Он закончил Новочеркасскую гимназию с большим опозданием, в возрасте 20 лет. Учился на историко-филологическом факультете в Петербургском университете, по окончании вернулся на Дон, был преподавателем истории, географии и латыни. Пробовал свои силы в публицистике.
После февральской революции 1917 года Богаевский ушел в политику. Избирался делегатом на несколько съездов. Был неплохим оратором: его называли «донской соловей», «златоуст», «донской баян». И самое главное - он имел знакомства в революционных кругах еще со студенческих лет в Петербурге.

В.Г. Родионов говорит об организации трех покушений на Каледина, после того как он отверг предложение Ленина о сотрудничестве. Атаман был открыт для общения, но подобраться к нему было не так просто. Для организации покушения нужен был человек из ближайшего окружения Каледина, у которого имелись бы причины убрать своего шефа. Таким был Митрофан Богаевский.

Последний день атамана Каледина историки описывают схоже. В два часа дня, после заседания, Каледин уединился в комнате своего брата Василия на втором этаже Атаманского дворца. Вскоре оттуда послышался выстрел. Вбежавшие увидели, что Алексей Максимович лежит на походной койке, без кителя, на его груди расползается кровавое пятно. Рядом на столе лежало предсмертное письмо.

Положенного в таких случаях расследования не было проведено. Точно неизвестно, из какого оружия застрелился (или был убит) атаман. Его в комнате не оказалось. На размышления наводит и тот факт, что очевидцы говорят о скрещенных на груди руках Каледина.

Комната, в которой нашли тело атамана, имеет два выхода: один прямо на лестницу, а другой во внутренние покои дворца. Если предположить, что Каледин, устав от нервного напряжения, прилег отдохнуть на кровать, к нему мог незаметно подкрасться убийца.

Известный исследователь Михаил Астапенко описывает подробно: «В комнату вбежал запыхавшийся Митрофан Богаевский... Увидев, что все кончено и Атаман мертв, он поправил голову покойного, осмотрел рану и полез под кровать и нашел сплющенную пулю».
Поднятую пулю Богаевский положил к себе в карман. На криминалистическом языке это называется сокрытием улик. А зачем он поворачивал голову Каледина? Не потому ли, что еще год после его смерти ходили слухи, что Каледин был застрелен выстрелом в висок?

Кстати, о предсмертном письме, найденном возле Каледина, стало известно только через три месяца, после изгнания большевиков с Дона весной 1918-го. Исследователи истории казачества в зарубежье называли его фальшивкой, поскольку Каледин призвал генерала Алексеева, которому было адресовано это письмо, не бороться с большевиками: «Казачеству необходимы вольность и спокойствие: избавьте Дон от змей, но дальше не ведите на бойню моих милых казаков».
«Мои милые казаки» - отнюдь не характерный оборот речи для генерала-фронтовика!

Взявшие в феврале 1918-го ненадолго власть большевики сразу арестовали Богаевского. Он содержался в Ростовском централе, а 1 апреля 1918 года председатель ростовской Чрезвычайной следственной комиссии Беруш-Рожанский вместе с начальником ростовской Красной гвардии Яковом Антоновым вывезли Богаевского из тюремной камеры в Балабановскую рощу и там расстреляли. Главный свидетель был убран?

К тому времени атаманом Войска Донского стал небезызвестный генерал П.Н. Краснов. Но вскоре, под давлением оппозиции, он уступил атаманскую власть... кому бы вы думали? Родному брату «донского баяна» - Африкану Петровичу Богаевскому! Вот еще один повод задуматься предоставляет нам история.

ОТПЕВАЛИ ТАЙНО, ХОРОНИЛИ НОЧЬЮ

Похороны А.М. Каледина напоминали самый настоящий детектив. Могила атамана считалась уничтоженной, хотя никаких свидетельств этому не сохранилось.
О том, как и где был похоронен А.М. Каледин, даже в 1918 году знал очень узкий круг людей. В Новочеркасске царила паника: вот-вот в город должны были войти красногвардейские отряды под командованием Рудольфа Сиверса. Церковь отказалась отпевать самоубийцу, которым оказался А.М. Каледин, и тем более хоронить его на церковной земле...

Хронологию тех событий восстановил казачий историк Дмитрий Ленивов, которому посчастливилось найти потомков бывшего председателя Донского правительства, ближайшего сподвижника Каледина, Евгения Андреевича Волошинова. Через несколько поколений семья передала устный рассказ о том, как был похоронен Алексей Максимович.

С телом атамана прощались перед большим строем, могилу у входа на городское кладбище Новочеркасска засыпали цветами и венками.
Настоящие же похороны организовали адъютант Каледина поручик Майборский и офицеры Новочеркасского юнкерского училища, которое несколько лет возглавлял Алексей Максимович. Отпевание все-таки состоялось поздно вечером, 1 февраля 1918 года, в церкви на городском кладбище Новочеркасска, и скорее всего батюшку заставили совершить этот обряд.
Проститься с Калединым пришли всего семь человек: Е.А. Волошинов, жена Каледина - гражданка Швейцарии Мария Петровна Гранжан, и пять офицеров. У генерала не было детей: его единственный сын утонул еще в детском возрасте, купаясь в речке Тузлов.

Ростовский историк Владимир Афанасенко говорит, что на отпевании в церкви было два гроба. Один роскошный, лакированный, красного дерева. Другой - цинковый ящик. Генерал Каледин лежал в цинковом гробу. Имя второго покойника осталось неизвестным.
Потом состоялись похороны. В могилу, вырытую перед кладбищенской оградой, опустили лакированный гроб. На холм установили крест и табличку и именем генерала А.М. Каледина.

Когда совсем стемнело, в землю опустили другой гроб. Уже в другую яму, вырытую в нескольких шагах от первой могилы, пределах кладбищенской ограды. В нее опустили цинковый гроб с телом Алексея Максимовича Каледина.
Над этим захоронением не стали делать холмика. Землю утоптали и присыпали снегом. Участники захоронения таким образом хотели спасти от надругательства тело генерала. Они рассматривали это захоронение как временное. Все были уверены, что вернутся в Новочеркасск через несколько месяцев, и устроят Каледину настоящие похороны, с отданием воинских почестей.

Они ошибались. Вскоре был зверски убит красногвардейцами Евгений Андреевич Волошинов. Всего на год пережила своего мужа Мария Петровна. Осталась неизвестной судьба поручика Майборского и других офицеров, хоронивших Каледина.

Вошедшие в Новочеркасск красные первым делом снесли с лица земли холм, обозначавший могилу Каледина. А 14 октября 1921 года специальная комиссия ДонЧК провела эксгумацию этого захоронения. В протоколе было отмечено: «тело гражданина Каледина А.М. не обнаружено».
Тема была закрыта на долгие годы. Все это время могила А.М. Каледина считалась утраченной.

В ДВУХ МЕТРАХ ПОД АСФАЛЬТОМ

Руководитель объединения «Миус-фронт» Андрей Кудряков говорит, что поисковым делом занимаются люди, которым интересна история Отечества, к какому бы периоду она не относилась. Обычно отряд работает на месте боев времен Великой Отечественной (отсюда название объединения), но тема Гражданской войны всегда была привлекательной.

- Поэтому, как только мы узнали о возможном местонахождении могилы Каледина, сразу выехали на место. Новейший английский металлоискатель показал, что на глубине двух метров находится цинковый гроб. Все с точностью в сто процентов совпало с данными историка Дмитрия Ленивова, с сохранившимися историческими документами, - рассказал Андрей Кудряков.

Сейчас это место никак не обозначено. Оно закатано асфальтом, здесь дорога для проезда автомобилей.
Интересно то, что цинковый ящик лежит вопреки православному канону, по которому полагается хоронить покойника головой на восток и в ногах ставить крест. Этот гроб ориентирован с севера на юг, что, как полагают поисковики, только подтверждает их догадку о временном характере этого захоронения.

Поисковики «Миус-фронта» внимательно осмотрели прилегающую местность. Сейчас здесь все засыпано снегом. Работы по эксгумации предполагается провести весной, как только сойдет снежный покров, в присутствии специальной комиссии. Если действительно в цинковом гробу обнаружат останки Алексея Максимовича Каледина, неизбежно возникнет вопрос о месте его перезахоронения...

Ответы на все эти вопросы может дать только вскрытие предполагаемого места захоронения А.М. Каледина, которое нашли ростовские поисковики объединения «Миус-фронт». Если там действительно лежат останки А.М. Каледина, тогда можно будет решить одну из загадок нашей новейшей истории.

Александр ОЛЕНЕВ.

 

Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

rslovar.com

Каледин, Алексей Максимович - это... Что такое Каледин, Алексей Максимович?

Алексей Максимович Каледин

Генералъ отъ кавалеріи Алексѣй Максимовичъ Калединъ
Дата рождения

12 (24) октября 1861(1861-10-24)

Место рождения

Российская империя,
станица Усть-Хопёрская,
Области Войска Донского

Дата смерти

29 января 1918(1918-01-29) (56 лет)

Место смерти

город Новочеркасск

Принадлежность

Российская империя

Род войск

Казачья артиллерия,
Армейская кавалерия,
Общевойсковые объединения

Годы службы

1879—1917

Звание

Генерал от кавалерии

Командовал

Взвод Конной казачьей артиллерии,
Казачий эскадрон, Новочеркасское казачье юнкерское училище,
2-я бригада 11-й дивизии армейской кавалерии,
12-я дивизия армейской кавалерии,
12-й армейский корпус,
8-я армия.

Сражения/войны

1. Галицийская битва (5 августа — 8 сентября 1914), (ПМВ).
2. Оборонительное сражение Юго-Западного фронта Русской Армии в Галиции 1915 года, (ПМВ).
3. Луцкий прорыв (3 июня — конец августа 1916), (ПМВ).
4. Поход на Ростов, ноябрь-декабрь 1917 года, (ГВ).

ПМВ — Первая мировая война,
ГВ — Гражданская война.

Награды и премии

1. Орден Св. Анны 3-й степени в 1897.
2. Орден Св. Станислава 2-й степени в 1902.
3. Орден Св. Великомученика и Победоносца Георгия 4-й степени за бой на реке Гнилая Липа у деревни Руда 12 октября 1914.
4. Орден Св. Великомученика и Победоносца Георгия 3-й степени за бой под Калушем 12 сентября 1915.
5. Георгиевское оружие.

Алексе́й Макси́мович Кале́дин (12 [24] октября 1861, Российская империя, станица Усть-Хопёрская, Область Войска Донского — 29 января 1918, Новочеркасск, Белое движение) — российский военачальник, генерал от кавалерии.

Правнук казака Максима Дмитриевича Каледина, внук майора Василия Максимовича Каледина, сын войскового старшины Максима Васильевича Каледина родился 12 октября 1861, на хуторе Каледи́н*, станицы Усть-Хопёрская Области войска Донского.

  • Ныне хутор Блинов Серафимовичский район Волгоградской области.

Биография

Начав образование в Усть-Медведицкой классической гимназии, перешёл оттуда в Воронежскую военную гимназию. Окончил 2-е военное Константиновское и Михайловское артиллерийское училища. Закончил образование в Николаевской Академии Генерального штаба по 1-му разряду с причислением к Генеральному штабу.

Проходил службу в Российской армии на офицерских должностях с 1 сентября 1879 по 25 октября 1917.

18 июня (2 июля) 1917 года Войсковым Кругом Донского Казачьего войска был избран Донским Войсковым Атаманом.

Из послужного списка: выпущен офицером в Конно-артиллерийскую батарею Забайкальского Казачьего Войска. На службу вступил 1 сентября 1879 года.

Занимал должности:

  • Командир взвода Конно-артиллерийской казачьей батареи (с 1 сентября 1879),
  • Командир эскадрона (1890 год (?) — цензовое годовое командование),
  • Старший адъютант штаба 6-й пехотной дивизии (с 26 ноября 1889),
  • Обер-офицер для поручений штаба 5-го армейского корпуса (с 27 апреля 1892),
  • Помощник старшего адъютанта Штаба Варшавского военного округа (с 12 октября 1892),
  • Старший адъютант Войскового Штаба Войска Донского (с 14 июля 1895),
  • Штаб-офицер при Управлении 64-й пехотной резервной бригады (с 5 апреля 1900),
  • Начальник Новочеркасского Казачьего Юнкерского Училища (с 25 июня 1903),
  • Помощник Начальника штаба Войска Донского (с 25 августа 1906),
  • Командир 2-й бригады 11-й кавалерийской дивизии (с 9 июня 1910),
  • Командир 12-й кавалерийской дивизии (с октября 1912 по 16 февраля 1915, тяжело ранен в строю),
  • Командир 12-го армейского корпуса (с августа 1915),
  • Командующий 8-й армией (с апреля 1916),
  • В резерве Верховного Главнокомандующего (с 5 мая 1917).

Присваивались воинские звания:

  • Хорунжий (август 1879),
  • Сотник (7 августа 1882),
  • Подъесаул (10 апреля 1889),
  • Штабс-капитан генерального штаба (г.ш.)(26 сентября 1889),
  • Капитан г.ш. (21 апреля 1891),
  • Подполковник г.ш. (6 декабря 1895),
  • Полковник г.ш. (6 декабря 1899),
  • г.ш. Генерал-майор (31 мая 1907),
  • г.ш. Генерал-лейтенант (1914),
  • Генерал от кавалерии (август 1915).

С октября 1918 до 1920 года Донской политехнический институт в Новочеркасске носил имя атамана А. М. Каледина.

Военачальник

Чины Штаба Юго-Западного фронта вместе с военным министром А. И. Гучковым. Слева от него — генералы П. С. Балуев, А. А. Брусилов, А. М. Каледин, А. Е. Гутор, Д. С. Шуваев, Н. Н. Духонин. Командир 12-го армейского корпуса, генерал от кавалерии Каледин А. М. Ноябрь 1915 года.

В 1903—1906 — начальник Новочеркасского юнкерского училища. В 1906—1910 — помощник начальника Донского войска, затем командир бригады 11-й кавалерийской дивизии. Во время Первой мировой войны командовал 12-й кавалерийской дивизией, 12-м армейским корпусом, 8-й армией. Как строевой командир отличался скрупулёзностью и личной храбростью. Генерал А. И. Деникин отмечал, что Каледин не посылал, а водил войска в бой.

Высшим достижением его как военачальника считается Брусиловский прорыв в мае 1916 г., когда армия генерала Каледина наголову разбила 4-ю австрийскую армию и в течение 9 дней продвинулась на 70 верст вперед.

Донской атаман

К Февральской революции Каледин отнесся отрицательно. Алексей Брусилов, характеризуя Каледина, отмечал, что он «потерял сердце и не понимает духа времени». Каледин отказался выполнять распоряжения Временного правительства о демократизации в войсках и был отстранен от командования армией, не получив нового назначения. Весной 1917 уехал на Дон, в конце мая участвовал в Новочеркасске в работе Донского Войскового Круга. Уступив уговорам казачьей общественности, согласился на избрание войсковым атаманом. Каледин стал первым выборным атаманом войска Донского после того, как в 1709 выборность была упразднена Петром I. Осознавая своё положение, Донской атаман отмечал: «…Я пришёл на Дон с чистым именем воина, а уйду, быть может, с проклятиями».

Донской Атаман Каледин Алексей Максимович на Московском Государственном совещании, 1917 год

13 августа 1917 года в речи, произнесенной на Московском Государственном совещании, Каледин выражает свою благодарность временному правительству. Эти слова звучат в тот момент, когда ещё жив тот человек, кому Каледин давал присягу — и этот человек лишён свободы тем самым правительством, которое приветствует генерал: «Я знаю, что очень многим из вас не понравится то, что я скажу. Но вы все равно должны это услышать. Выслушав сообщение Временного Правительства о тяжёлом положении Русского государства, казачество, в лице представителей всех 12-ти казачьих Войск — Донского, Кубанского, Терского, Оренбургского, Яицкого, Астраханского, Сибирского, Амурского, Забайкальского, Семиреченского, Енисейского и Уссурийского — казачество, стоящее на общенациональной государственной точке зрения, и, отмечая с глубокой скорбью существующий ныне в нашей внутренней государственной политике перевес частных классовых и партийных интересов над общими, приветствует решимость Временного Правительства освободиться, наконец, в деле государственного управления и строительства от давления партийных и классовых организаций, вместе с другими причинами, приведшими страну на край гибели.

Генерал А.М. Каледин в окружении своих офицеров.

Казачество, не знавшее крепостного права, искони свободное и независимое, пользовавшееся и раньше широким самоуправлением, всегда осуществлявшее в среде своей равенство и братство, не опьянело от свободы. Получив ее, вновь вернув то, что было отнято царями, казачество, крепкое здравым смыслом своим, проникнутое здоровым государственным началом, спокойно, с достоинством приняло свободу и сразу воплотило ее в жизнь, создав, в первые же дни революции, демократически-избранные войсковые Правительства и сочетав свободу с порядком.»

14 августа 1917 в речи на Московском Государственном совещании потребовал в целях доведения войны до победного конца поставить армию вне политики, запретить митинги и собрания в воинских частях, упразднить все Советы и комитеты выше полковых, а компетенцию оставшихся ограничить хозяйственными вопросами, дополнить декларацию прав солдата декларацией его обязанностей, решительными мерами поднять дисциплину на фронте и в тылу. Поддержал августовское выступление генерала Корнилова[источник не указан 755 дней]. 1 сентября 1917 военный министр Александр Верховский приказал арестовать Каледина, однако Войсковое правительство отказалось выполнить приказ, и 4 сентября Александр Керенский его отменил при условии «ручательства» Войскового правительства за Каледина.

В октябрьские дни 1917 года, когда казаки были единственной силой (в условиях предшествующего бездействия Временного правительства в плане собственной защиты), которая могла быть использована против открыто готовивших и уже начинающих восстание большевиков, 17 октября 1917 года Керенского посетили делегаты Донского казачьего Войскового Круга, отмечавшие недоверие казаков к правительству и требовавшие, чтобы правительство восстановило Каледина в правах командующего войском и открыто признало перед Доном свою ошибку. Керенский признал эпизод с Калединым печальным недоразумением и обещал в ближайшие дни сделать официальное заявление, дезавуирующее эпизод, однако своё слово не сдержал и никакого официального разъяснения своевременно не последовало. И только 23 октября Чрезвычайная следственная комиссия вынесла постановление о непричастности генерала Каледина к корниловскому «мятежу». Историк революции С. П. Мельгунов отмечает, что октябрьский отказ казачества от подавления восстания большевиков стал большой трагедией для России[1].

Борьба с большевиками

Генерал Каледин. Новочеркасск, 1918.

25 октября 1917 года Алексей Максимович Каледин выступил с обращением, в котором объявил захват власти большевиками преступным, и заявил, что впредь до восстановления законной власти в России Войсковое правительство принимает на себя всю полноту власти в Донской области. 27 октября объявил в Области военное положение и пригласил в Новочеркасск членов Временного правительства и Временного Совета Российской республики («Предпарламента») для организации борьбы с большевиками. 2 ноября на Дон приехал бывший Главнокомандующий русской армией, генерал М. В. Алексеев. Каледин сочувственно отнесся к его просьбе «дать приют русскому офицерству», однако, учитывая резко негативные настроения казачества по отношению к Временному правительству, просил Алексеева не задерживаться в Новочеркасске более недели.

26 ноября 1917 года власть в Ростове и Таганроге захватили большевики. Каледину, по его словам, «было страшно пролить первую кровь», однако он всё-таки решил вступить в вооружённую борьбу. Поскольку казаки поначалу не желали ввязываться в бои, генерал Каледин был вынужден обратиться за помощью к генералу Алексееву. После этого «Алексеевская организация» (с 27 декабря 1917 — Добровольческая армия) была легализована, а генерал Каледин вместе с генералами Алексеевым и Корниловым образовали триумвират, в котором Каледину принадлежала вся полнота власти в Донской области.

Общественные деятели, приехавшие на Дон, обвиняли донское правительство в медлительности и политиканстве; однако вряд ли правительство и донской атаман могли проявить решительность в ситуации, когда, по свидетельству Алексеева, «идеи большевизма нашли приверженцев среди широкой массы казаков», которые «глубоко убеждены, что большевизм направлен только против богатых классов — буржуазии и интеллигенции…».

Чуть ли не единственной военной силой Атамана оставался партизанский отряд, состоящий преимущественно из учащейся молодёжи и сформированный есаулом (вскоре полковником) Чернецовым — до гибели последнего 21 января 1918 года.

28 января 1918 генерал Корнилов известил Каледина о решении отвести Добровольческую армию на Кубань, поскольку в условиях наступления красных и при отсутствии поддержки со стороны казачества ей грозит гибель. 29 января Каледин собрал заседание правительства, на котором сообщил о решении командования Добровольческой армии и о том, что для защиты Донской области от большевиков на фронте нашлось лишь 147 штыков. Он также заявил, что в таких условиях слагает с себя полномочия войскового атамана.

В тот же день генерал Каледин покончил с собой выстрелом в сердце. В своем предсмертном письме генералу Алексееву он объяснил свой уход из жизни «отказом казачества следовать за своим атаманом».

Семья

Алексей Каледин был женат на гражданке французского кантона Швейцарской Конфедерации Марии Гранжан (Марии Петровне), прекрасно владевшей русским языком и бывшей большой русской патриоткой. У них был единственный сын, в возрасте 11 лет утонувший во время купания в р. Тузлове. Имени не сохранилось.

г.ш.полковник Каледин А. М. с супругой

Прадед Атамана Максим Дмитриевич Каледи́н, казак станицы Усть-Хопёрской, Усть-Медведицкого округа, имевший двух сыновей, Василия и Семёна, жил на хуторе Каледи́н на реке Цукане а 30-ти верстах от станицы.

Дед Атамана майор Василий Максимович, соратник Атамана графа М. И. Платова, участник Отечественной войны 1812 года вернулся из Франции на Дон в 1815 году инвалидом, потеряв ногу. Имел четыре сына: Максима, Прохора, Емельяна и Евграфа, а также дочь Анну.

Отец Атамана Максим Васильевич, участник Севастопольской обороны, вышел в отставку войсковым старшиной (казачий подполковник) и поселился в станице Усть-Хопёрской, где на Дону у него была водяная мельница. Имел три сына и две дочери: Василия, Алексея, Мелентия, Анну и Александру.

Старший брат Атамана Василий Максимович, окончивши Усть-Медведицкую классическую гимназию и Артиллерийское училище, служил в Донской артиллерии, командуя 7-й Донской казачьей батареей а затем Донским артиллерийским дивизионом. Во время ПМВ командовал 12-м Донским казачьим полком и был награждён Георгиевским оружием. В романе «Тихий Дон», Шолохов, описывая службу Григория Мелехова в 12-м Донском казачьем полку, упоминает, что командиром полка был полковник Каледин. Это и был Василий Максимович Каледин — старший брат Атамана. Во время ГВ генерал-майор В. М. Каледин был управляющим Отделом Внутренних Дел в Атаманство генерала П. Н. Краснова.

Младший брат Атамана Мелентий, родившийся в 1875 году, окончивши Донской кадетский корпус(в составе 4-го выпуска) в 1893 году и Николаевское Кавалерийское училище в 1895 году, был зачислен 12 августа 1895 года в Донскую артиллерию. Умер в раннем возрасте сразу после производства в офицеры. По одним сведениям — застрелился, по другим — разбился, упав с лошади.

Сестра Атамана Анна, жившая в станице Усть-Хопёрская в доме отца, вышла замуж за Наследышева и её сын Николай был адъютантом Атамана и сопровождал его в поездке в августе — сентябре 1917 года по Донской области.

Сестра Атамана Александра вышла замуж за казака Торгового Общества, мануфактуриста П. Н. Шарапова и проживала в станице Федосеевской.

См. также

Источники

Литература

Ссылки

Примечания

  1. Мельгунов, С. П. Как большевики захватили власть. «Золотой немецкий ключ» к большевистской революции / С. П. Мельгунов; предисловие Ю. Н. Емельянова. — М.: Айрис-пресс, 2007. — 640 с.+вклейка 16 с. — (Белая Россия). ISBN 978-5-8112-2904-8, стр. 148

 

Командующие в Гражданской войне

 

Командующие Красной армией

Нарком по военным и морским делам: Л. Д. Троцкий
Главнокомандующий вооруженными силами Республики: И. И. Вацетис (01.09.1918—09.07.1919), С. С. Каменев (1919—1924)
Начальник Всероглавштаба: Н. Н. Стогов (18.05—02.08.1918), А. А. Свечин (02.08—22.10.1918), Н. И. Раттэль (22.10.1918—10.02.1921).
Начальник Полевого штаба РВСР: Н. И. Раттэль (02.10.—22.10.1918), Ф. В. Костяев (22.10 1918—16.06.1919), М. Д. Бонч-Бруевич (16.06.—13.07.1919), П. П. Лебедев (13.07.1919—14.02.1921).
Командующие фронтами
Восточный фронт: М. А. Муравьев (13.06 — 11.07.1918), И. И. Вацетис (11.07.1918 — 28.09.1918), С. С. Каменев (28.09.1918 — 05.05.1919, 29.05.1919 — 07.07.1919), А. А. Самойло (05.05.1919 — 29.05.1919), М. В. Фрунзе (19.07 — 15.08.1919), В. А. Ольдерогге (15.08.1919 — 15.01.1920)
Северный фронт: Д. П. Парский, Д. Н. Надёжный (26.11.1918—19.02.1919)
Туркестанский фронт: М. В. Фрунзе (август 1919 — сентябрь 1920), Г. Я. Сокольников (сентябрь 1920 — февраль 1921), В. С. Лазаревич (февраль 1921 — январь 1922), В. И. Шорин (январь—ноябрь 1922), А. И. Корк (ноябрь 1922—1923), С. А. Пугачёв (июль 1923 — апрель 1924), М. К. Левандовский (апрель 1924 — ноябрь 1925), К. И. Авксентьевский (1925—1927)
Южный фронт: П. П. Сытин, П. А. Славен (ноябрь 1918 — январь 1919), В. М. Гиттис (январь—июль 1919), В. Н. Егорьев (июль—октябрь 1919), А. И. Егоров (октябрь 1919 — январь 1920), М. В. Фрунзе
Юго-Восточный фронт: В. И. Шорин (ноябрь 1919 — январь 1920)
Кавказский фронт: В. И. Шорин (1920), В. М. Гиттис (15.05.1920—29.05.1921)
Западный фронт: Д. Н. Надёжный (19.02.1919—22.07.1919), В. М. Гиттис (июль 1919 — апрель 1920), М. Н. Тухачевский (апрель 1920 — август 1922)
Юго-Западный фронт: А. И. Егоров
Командующие армиями
1-я конная армия: С.М. Будённый
2-я конная армия: О. И. Городовиков, Ф. К. Миронов

dic.academic.ru

Генерал Каледин А.М.

Каледин Алексей Максимович, генерал от кавалерии, родился 12 (24) октября 1861 г. в  станице Усть-Хоперской области войска Донского, в семье войскового старшины (полковника). Учился в Воронежском кадетском корпусе. В 1882 г. Алексей Каледин окончил Михайловское артиллерийское училище, после которого служил в конно-артиллерийской батарее Забайкальского казацкого войска.

В 1887 г. Каледин А.М. поступил в Академию Генерального штаба, которую окончил через два года. Был назначен старшим адъютантом штаба 6-й пехотной дивизии. Два года командовал эскадроном 17-го драгунского Волынского полка. Затем Каледин занимался штабной работой в Варшавском военном округе, в штабе Донского казачьего войска.

В 1903-1906 гг. был начальником Новочеркасского казачьего юнкерского училища, значительно улучшил уровень подготовки будущих казачьих офицеров. С 1906 г. Каледин — помощник начальника штаба Донского войска. В 1907 г. был произведён в генерал-майоры.

С 1910 г. командовал 2-й бригадой 11-й кавалерийской дивизии, а с 1912 г. был назначен начальником 12-й кавалерийской дивизии, которую возглавлял до февраля 1915 г. Под его руководством дивизия стала одной из лучших в русской кавалерии. Во время Первой мировой войны будущему атаману войска Донского довелось командовать дивизией, корпусом и 8-й армией.

Генерал Каледин А.М.

Уже в период Галицийской битвы 1914 г. командующий 8-й армией генерал Брусилов А.А. мог убедиться в боевых качествах 12-й кавалерийской дивизии и её командира. Всегда хладнокровный, спокойный и даже суровый Каледин твердо держал управление дивизией в своих руках, его приказы выполнялись подчиненными быстро и энергично. По выражению Деникина А.И. в отличие от многих других военачальников он не посылал, а водил полки в бой.

Во время Гродекского сражения «одновременно с атаками на корниловскуго дивизию австрийцы прорвались с юга на Миколаев, создавая уже угрозу всей 8-й армии. Ген. Каледин лихими конными ата­ками и стойкостью стрелков сдерживал прорвавшихся…», — писал Деникин (А.И. Деникин «Путь русского офицера», М., «Современник», 1991 г., с. 259). Генерал Каледин отличался большой личной храбростью. За бои под Львовом был награждён Георгиевским оружием, в октябре 1914 г. получил орден святого Георгия 4-й степени.

Генерал Каледин А.М. один из первых в русской армии в ходе Первой мировой войны получил две Георгиевских награды

В начале 1915 г. бок о бок сражались воины «Железной бригады» Деникина и дивизии Каледина. «В начале февраля бригада брошена была на помощь сводному отряду ген. Каледина под Лутовиско, в Ужго­родском направлении. Это был один из самых тяжелых наших боев. Сильный мороз; снег — по грудь; уже введен в дело последний резерв Каледина — спешенная ка­валерийская бригада.

Кавалерия на марше

Не забыть никогда этого жуткого поля сражения… Весь путь, пройденный моими стрелками, обозначался торчащими из снега неподвижными человеческими фигу­рами с зажатыми в руках ружьями. Они — мертвые — застыли в тех позах, в каких их застала вражеская пуля  во время перебежки…

Во время этих же февральских боев к нам неожидан­но подъехал Каледин. Генерал взобрался на утес и сел рядом со мной, это место было под жестоким обстрелом. Каледин спокойно беседовал с офицерами и стрелками, интересуясь нашими действиями и потерями. И это про­стое появление командира ободрило всех и возбудило на­ше доверие и уважение к нему. Операция Каледина увенчалась успехом». (Там же с. 272-273). Австрийцы были отброшены за реку Сан, а сам Каледин А.М. за эти бои получил орден святого Георгия 3-й степени.

Генерал Каледин А.М. за работой

В период отступления Юго-Западного фронта весной и летом 1915 г. конница Каледина, как и «Железная бригада» (с конца апреля «Железная дивизия») Деникина, часто перебрасывалась с одного тяжёлого участка фронта на другой, заслужив название «пожарной команды» 8-й армии. Каледин один из первых в русской армии в самом начале Первой мировой войны получил две Георгиевские награды.

Генерал Каледин А.М. в штабе

В феврале 1915 г. генерал-лейтенант Каледин был тяжело ранен и эвакуирован в Киев. Через четыре месяца, ещё не закончив лечения, он уже опять был на фонте. В августе 1915 г. Алексей Максимович был произведён в генералы от кавалерии и назначен начальником 12-го армейского корпуса 8-й армии Юго-Западного фронта. Красивых слов генерал произносить не умел и не любил, но его постоянное появление на передовой линии, спокойные беседы с офицерами и солдатами, вызывали к нему полное доверие и уважение войск.

В воспоминаниях Брусилова, написанных в советское время, он даёт своим подчинённым, имевшим в отличие от него самого, академическое образование:  Корнилову, Деникину — как военачальникам часто не лестные характеристики. Не обошёл своим вниманием Алексей Алексеевич и Каледина.

Вот что о нём Брусилов пишет: «Он был человеком… чрез­вычайно молчаливым и даже угрюмым, характера твер­дого и несколько упрямого, самостоятельного, но ума не обширного, скорее узкого, что называется, ходил в шорах. Военное дело знал хорошо и любил его…» Далее Брусилов сообщает, что по его представлению Каледина назначили командиром 12-го корпуса, и «оказалось, что командиром корпуса он уже был второстепенным, недо­статочно решительным…» По мнению Брусилова, с коман­дованием корпуса Каледин хорошо справиться не мог.

Генерал Каледин А.М. (четвёртый справа) среди соратников

Весной 1916 г. Брусилов был назначен главнокомандующим Юго-Западного фронта, Каледин сменил его на посту командующего 8-й армией. Брусилов был против этого назначения, однако вмешался Николай II, и Каледин получил в командование 8-ю армию. Готовилось наступление на Восточном фронте. По плану Ставки Юго-Западный фронт получал особую задачу: он, «тревожа противника на всем протяжении своего расположения, главную атаку производит войсками 8-й армии в общем направлении на Луцк».

Однако командующие армиями Юго-Западного фронта Каледин и Щербачев не были сторонниками наступления, они высказали сомнение в его успехе. Брусилов пишет, что Щербачев в конце концов согласился с доводами главнокомандующего фронта, но Каледин продолжал упорствовать. После заявления Брусилова, что он готов перенести главный удар южнее, в 11-ю армию, с тем, чтобы она наступала на Львовском направлении, Каледин предпочёл не отказываться от главной роли в предстоящей операции.

Итак, в «Брусиловском прорыве» армия Каледина действовала на главном, Луцком направлении. Начав наступление 22 мая, она уже к исходу следующего дня прорвала первую полосу обороны 4-й австрийской армии. Еще через два дня был взят Луцк. Австрийцы бежали к Ковелю и Владимир-Волынскому, армия противника была наголову разбита и отброшена более чем на 100 км. В плен было захвачено около 45 тыс. человек. Но успех прорыва использован не был.

Действия 8-й армии против австро-германских войск в конце июня – августе 1916 г. были значительно менее удачными. Брусилов не мог допустить, что 8-я армия — его армия топчется на месте, терпит неудачи, в то время, как другие армии, Щербачева и Лечицкого, продолжают победное движение. Деникин считал, что именно этот психологический мотив заслонял собою все стратегические соображения. Брусилов полагал, что причина неудачи кроется в недостаточной настойчивости его преемника и несколько раз письменно и по аппарату посылал ему резкие, обидные и несправедливые упреки…

После Февральской революции Каледин А.М. выступил против распоряжения Временного правительства о «демократизации армии», считая, что подобные действия подрывают дисциплину в войсках. В мае 1917 г. Каледин был снят с поста командующего 8-й армией.

Альфред Нокс, глава британской миссии в России, писал о Каледине А.М.: «Это был сдержанный и молчаливый человек, больше похожий на студента, чем на военного, женат на француженке…»

Генерал Каледин А.М. с супругой

Не получив нового назначения на фронте, Каледин уехал на Дон, где 18 июня (1 июля) 1917 г. казаки избрали его Донским Войсковым Атаманом. Выступая в августе 1917 г. на Московском государственном совещании, атаман Каледин призвал к продолжению войны до победного конца, к запрету митингов и собраний в воинских частях, к укреплению дисциплины в войсках и упразднению Советов. Насколько генерал Каледин был счастлив в карьере, настолько несчастлив в личной жизни: его единственный 12-ти летний сын, купаясь, утонул в реке.

Генералы Корнилов Л.Г. и Каледин А.М.

Генерал Каледин поддержал выступление Корнилова Л.Г., но сам в «корниловском мятеже» не участвовал. После Октябрьского переворота, который генерал считал преступлением, он объявил, что до восстановления законной власти Войсковое правительство берет на себя всю власть на Дону, где началось формирование Добровольческой армии под руководством генералов Алексеева М.В. и Корнилова Л.Г. Однако казачество, уставшее от пережитой войны, не спешило вступать в Добровольческую армию и воевать против большевиков.

11 января 1918 г. красные казаки, собравшиеся на съезд в станице Каменской, объявили о низложении Каледина А.М., Войскового правительства и о создании Донского казачьего ВРК во главе с бывшим подхорунжим Подтелковым Ф.Г. М. Богаевский говорил о Каледине: «Ему поверили потому, что это был не только генерал с громкой боевой славой, но и безукоризненно честный, и безусловно умный человек».Малочисленные отряды Добровольческой армии уже не могли сдерживать наступление Советов, и 28 января генерал Корнилов известил Каледина о том, что его армия уходит на Кубань.

Генерал Каледин А.М., 1917 г.

Для защиты Донской области от большевиков на фронте нашлось менее 150 добровольцев. Понимая, что положение безнадёжно, а население, ожидавшее от большевиков экономических реформ, не только его не поддерживает, но настроено враждебно, на заседании войскового правительства Каледин заявил, что в таких условиях слагает с себя полномочия войскового атамана. Рядовые казаки не поддержали белое движение.

Вспоминаются стихи Марины Цветаевой:
Не лебедей это в небе стая:
Белогвардейская рать святая
Белым видением тает, тает…

Старого мира — последний сон:
Молодость — Доблесть
Вандея — Дон…

И в словаре задумчивые внуки
За словом: долг
напишут слово: Дон.

Генерала Каледина А.М. называли атаман-печаль

29 января генерал Каледин А.М. покончил с собой выстрелом в сердце. В своем предсмертном письме генералу Алексееву М.В. он объяснил свой уход из жизни «отказом казачества следовать за своим атаманом». Новый Донской Атаман генерал Краснов П.Н., избранный в мае 1918 г. говорил: «Ни одному из вождей гражданской войны с большевиками не пришлось пережить столько нравственных и душевных мучений и разочарований и видеть так много измены и подлости людской, как первому выборному Донскому Атаману — генералу Каледину».

voynablog.ru

Каледин, Алексей Максимович

Генерал Каледин

Содержание статьи:

Алексей Максимович Каледин (рожд. 12 (24) октября 1861 г. – смерть 29 января (11 февраля) 1918 г.) — генерал от кавалерии. Войсковой атаман Донского казачьего войска. Один из главных руководителей белоказачьего движения.

В период Первой мировой войны как строевой командир отличался скрупулезностью и личной храбростью. Генерал Деникин Антон Иванович отметил, что Каледин не посылал, а водил войска в бой. Награжден Георгиевским оружием, орденом Георгия 4-й степени 12 октября 1914 г., а также орденом Георгия 3-й степени 12 сентября 1915 г.

Генерал от кавалерии Каледин «Заклятый враг Советской власти» — с таким именем вошел атаман Каледин в официальную историографию Советского Союза, «атаман-печаль» — таким он остался в памяти близких ему людей и белого казачества. До рокового выстрела, который оборвал его жизнь на 57-м году, генерал Каледин прошел большой боевой путь, достойный русского офицера, защитника Отечества.


Происхождение. Образование

Один из известных военачальников русской армии в Первую мировую войну и один из начинателей Гражданской войны на Дону родился на хуторе Каледине станицы Усть-Хоперской Области Войска Донского.

Его отец закончи службу в чине казачьего полковника. Семья была небогатой. Алексей окончил Воронежский кадетский корпус, а потом в 1882 г. получил чин артиллерийского офицера, обучаясь вначале во 2-м Константиновском, а потом в Михайловском артиллерийских училищах Санкт-Петербурга.

Семья

Женой Алексея Максимовича была гражданка франкоязычного кантона Швейцарской Конфедерации Мария Гранжан (Мария Петровна), прекрасно владевшая русским. У них был один ребенок, в одиннадцатилетнем возрасте, мальчик утонувший во время купания в речке Тузлов.

Годы службы

Армейскую службу начал в конно-артиллерийской батарее Забайкальского казачьего войска. 1889 год — окончил Николаевскую академию Генерального штаба. После 2-х лет службы в штабе, на протяжении двух лет командовал эскадроном 17-го драгунского Волынского полка. Побыв 3 года в штабе Варшавского военного округа, в 1895 г. вернулся на родной Дон, став старшим адъютантом войскового штаба.

Послужив после этого штаб-офицером при управлении пехотной резервной бригады, А. Каледина был назначен начальником Новочеркасского казачьего юнкерского училища, в котором многое сделал для улучшения организации учебного процесса. В 1906–1910 гг. — служил помощником начальника штаба Донского казачьего войска.

На всех этих должностях Каледин показывал себя с самой лучшей стороны как офицер-оперативник, как командир-единоначальник, как воспитатель подчиненных ему людей.

А. М. Каледин и его жена Мария Петровна Каледина-Гранжан

Первая мировая война

Первую мировую войну — войну Великую, Отечественную (так ее именовали в российской прессе) генерал-лейтенант Алексей Каледин встретил начальником 12-й кавалерийской дивизии 8-й армии Юго-Западного фронта. Во время войны показал большую личную храбрость. За августовские сражения первой военной кампании под Львовом был удостоен Георгиевского оружия «За храбрость».

1914 год, октябрь — был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени. Не прошло и полгода, как он получил императорский Военный орден более высокой, 3-й степени за прорыв вражеского фронта. В наградном приказе сказано следующее:

«За то, что состоя начальником 12-й кавалерийской дивизии, в середине февраля 1915 г., будучи направлен во фланг противника, теснившему наши войска от города Станиславова к Галичу и угрожает ему последнему, лично командуя дивизией и находясь под действительным огнем противника, при этом 16-го февраля был ранен, энергичными действиями смог сломить упорное сопротивление бывшего против него противника в районе села Бендаров.

Вследствие чего главная группа противника, наступавшая к городу Галичу, угрожавшая с фланга и тыла, стала отходить к городу Станиславову…»

1915 год, март — дважды георгиевский кавалер Каледин сформировал кавалерийский корпус, который спас положение русской 9-й армии ударом во фланг наступающим австро-венгерским войскам. Потом был назначен командиром 12-го армейского корпуса, а в марте 1916 г. сменил генерала от кавалерии Алексея Алексеевича Брусилова (он принял командование фронтом) на посту прославленной своим боевыми делами 8-й армии.

Когда началось знаменитое брусиловское наступление (Брусиловский прорыв) Юго-Западного фронта, 8-й армии была отведена роль основной ударной силы. Она получила в свой состав треть фронтовой пехоты (13 дивизий) и половину тяжелой артиллерии (19 батарей).

Армия Каледина блестяще провела сражение у города Луцка: разгромили несколько корпусов австро-венгров, было взято в плен 922 офицера, 43628 нижних чина. В числе трофеев было 66 орудий, 71 миномет и 150 пулеметов. В результате австро-венгерские войска, противостоявшие 8-й армии, потеряли в Луцком сражении более 82000 человек. Потери же русской стороны были около 33000 человек убитыми и ранеными…

1916 год, 10 июня — донскому казаку А.М. Каледину был присвоен чин генерала от кавалерии.

Неприятель смог остановить Брусиловский прорыв только после того, как на помощь австро-венграм пришли крупные силы германской армии, в том числе переброшенные с Французского фронта. Однако оправиться после такого мощного удара в Галиции Австро-Венгерская империя не смогла до самого окончания Первой мировой войны. Немалая доля в этом успехе русского оружия приходилась на 8-ю армию…

Однако после луцкого успеха генерала ожидала неудача в августовских боях под Новоград-Волынским. Получив на усиление из Особой армии 1-й и 2-й гвардейские (пехотные) корпуса, у него не получилось прорвать фронт противника, после чего наступательная операция была завершена. Но специалисты полагают, что в неудаче большой вины командующего 8-й армии не было.

Л. Г. Корнилов и А. М. Каледин (Москва 1917)

Февральская революция

После Февральской революции генерал Каледин резко выступил против «демократизации» армии, которая могла привести только к утрате боеспособности, дисциплины и организованности. К концу апреля Временное правительство отстранило его от командования армией.

Генерал уехал в Новочеркасск, где в те времена работал Донской войсковой круг. Боевого генерала горячо встретили его участники и 19 июня он был избран войсковым атаманом Донского казачьего войска. В Петрограде такое решение были вынуждены утвердить.

Донской атаман

В грамоте круга Войска Донского по поводу избрания георгиевского кавалера Каледина, прославившегося в боях фронтовика было сказано следующее:

«По праву древней обыкновенности избрания Войсковых атаманов, нарушенной волей царя Петра 1 в лето 1709-е и ныне восстановленному, избрали мы тебя нашим Войсковым атаманом».

Пробыл же Алексей Максимович Каледин войсковым атаманом донского казачества немногим больше 6-ти месяцев…

1917 год, август — на Московском государственном совещании генерал от имени всех 12-ти Казачьих войск России потребовал продолжения войны до победного конца, роспуска советов и комитетов в армии, указывая, что «армия должна быть вне политики». С трибуны совещания Каледин заявил:

«Расхищению государственной власти центральными и местными комитетами и Советами должен быть положен предел. Россия должна быть едина…»

Хоть атаман Каледин открыто не поддержал выступления Верховного главнокомандующего России генерала от инфантерии Корнилова Лавра Георгиевича, родом из сибирских казаков, он все же заявил у себя на Дону: «Временное правительство… происходит плоть от плоти и кровь от крови Совета рабочих и солдатских депутатов…»

Керенский Александр Федорович в ответ сместил «несогласного» войскового атамана «и предал суду за мятеж». Но Донское правительство и Донской круг не стал признавать такого решения Временного правительства. Тому довелось отменять свой приказ.

Борьба с советской властью

Когда в столице произошел Октябрьский переворот, генерал назвал «захват власти большевиками преступным». Он объявил Область Войска Донского и Южный углепромышленный район на военном положении, начав силой разгон местных советов. Начались формироваться белоказачьи отряды.

В то время в Новочеркасске начали создавать Добровольческие армии генералов Корнилова и Алексеева. Все трое надеялись, что совместными усилиями они смогут создать на Дону очаг сопротивления советской власти и в результате одержат победу. Но этого не произошло.

Возвращавшиеся с фронтов казачьи части, уставшие от войны, в большинстве своем не стали поддерживать в те дни войскового атамана. Больше того, съезд казаков-фронтовиков, который проходил в начале января в станице Каменской, избрал Донской казачий военно-революционный комитет во главе с вахмистром Ф. Г. Подтелковым, заявивший о взятии власти на Дону в свои руки.

Вместе с этим на Область Войска Донского повели наступление отряды большевиков. Основной удар был нанесен со стороны Донецкого каменноугольного бассейна. Мобилизованные атаманом казаки массами расходились по станицам и хуторам, не желая воевать.

Каледин Алексей Максимович трезво оценивал обстановку, понимая, что сил для сопротивления у него почти нет. 1918 год, 29 января — он выступил на заседании Донского правительства сказав так:

«…Положение наше безнадежное. Население не только нас не поддерживает, но настроено нам враждебно…

Я не хочу лишних жертв, лишнего кровопролития; предлагаю сложить свои полномочия…

Свои полномочия войскового атамана я с себя слагаю».

В тот же день Алексей Максимович Каледин застрелился в своем служебном кабинете. Но с этого револьверного выстрела Гражданская война на Дону обрела новое звучание.

Занимал должности:

• Командира взвода Коно-артиллерийской казачьей батареи (с 1 сентября 1879 г.)
• Командира эскадрона (1890 г. (?) — цензовое годовое командование)
• Старшего адъютант штаба шестой пехотной дивизии (с 26 ноября 1889 г.)
• Обер-офицера для поручений штаба пятого армейского корпуса (с 27 апреля 1892 г.)
• Помощника старшего адъютанта Штаба Варшавского военного округа (с 12 октября 1892 г.)
• Старшего адъютанта Войскового Штаба Войска Донского (с 14 июля 1895 г.)
• Штаб-офицера при Управлении 64-й пехотной резервной бригады (с 5 апреля 1900 г.)
• Начальника Новочеркасского Казачьего Юнкерского Училища (с 25 июня 1903 г.)
• Помощника Начальника штаба Войска Донского (с 25 августа 1906 г.)
• Командира 2-й бригады 11-й кавалерийской дивизии (с 9 июня 1910 г.)
• Командира 12-й кавалерийской дивизии (с октября 1912 г. по 16 февраля 1915 г., тяжело ранен)
• Командира 12-го армейского корпуса (с августа 1915 г.)
• Командующего 8-й армией (с апреля 1916 г.)

В резерве Верховного Главнокомандующего (с 5 мая 1917 г.)

Были присвоены воинские звания:

• Хорунжего (август 1879 г.)
• Сотника (7 августа 1882 г.)
• Подъесаула (10 апреля 1889 г.)
• Штабс-капитана генерального штаба (ген. ш.) (26 сентября 1889 г.)
• Капитана ген. ш. (21 апреля 1891 г.)
• Подполковника ген. ш. (6 декабря 1895 г.)
• Полковника ген. ш. (6 декабря 1899 г.)
• ген. ш. Генерала-майора (31 мая 1907 г.)
• ген. ш. Генерала-лейтенанта (1914 г.)
• Генерала от кавалерии (август 1915 г.)

 

 


 

ред. shtorm777.ru

ПОХОЖИЕ ЗАПИСИ

shtorm777.ru

Каледин, Алексей Максимович | Virtual Laboratory Wiki

Шаблон:Военный деятель

Алексе́й Макси́мович Каледи́н (24 октября 1861 — 29 января 1918) — российский военачальник, генерал от кавалерии.

Праправнук казака Максима Дмитриевича Каледина, внук майора Василия Максимовича Каледина, сын войскового старшины Максима Васильевича Каледина родился 12 октября 1861, на хуторе Каледина, станицы Усть-Хопёрская Области войска Донского.

Вероисповедания православного.

    Начав образование в Усть-Медведицкой классической гимназии перешёл оттуда в Воронежскую военную гимназию, переименованную затем в Михайловский кадетский корпус. Окончил 2-е военное Константиновское и Михайловское артиллерийское училища. Закончил образование в Николаевской Академии Генерального штаба по 1-му разряду с причислением к Генеральному штабу.

    Проходил службу в Русской армии на офицерских должностях с 1 сентября 1879 по 25 октября 1917.

    18 июня (2 июля) 1917 года Войсковым Кругом Донского Казачьего войска был избран Донским Войсковым Атаманом.

    Из послужного списка: выпущен офицером в Конно-артиллерийскую батарею Забайкальского Казачьего Войска. На службу вступил 1 сентября 1879 года.

    Занимал должности:

    • Командир взвода Коно-артиллерийской казачьей батареи (с 1 сентября 1879),
    • Командир эскадрона (1890 год (?) — цензовое годовое командование),
    • Старший адъютант штаба 6-й пехотной дивизии (с 26 ноября 1889),
    • Обер-офицер для поручений штаба 5-го армейского корпуса (с 27 апреля 1892),
    • Помощник старшего адъютанта Штаба Варшавского военного округа (с 12 октября 1892),
    • Старший адъютант Войскового Штаба Войска Донского (с 14 июля 1895),
    • Штаб-офицер при Управлении 64-й пехотной резервной бригады (с 5 апреля 1900),
    • Начальник Новочеркасского Казачьего Юнкерского Училища (с 25 июня 1903),
    • Помощник Начальника штаба Войска Донского (с 25 августа 1906),
    • Командир 2-й бригады 11-й кавалерийской дивизии (с 9 июня 1910),
    • Командир 12-й кавалерийской дивизии (с октября 1912 по 16 февраля 1915, тяжело ранен в строю),
    • Командир 12-го армейского корпуса (с августа 1915),
    • Командующий 8-й армией (с апреля 1916),
    • В резерве Верховного Главнокомандующего (с 5 мая 1917).

    Присваивались воинские звания:

    • Хорунжий (август 1879),
    • Сотник (7 августа 1882),
    • Подъесаул (10 апреля 1889),
    • Штабс-капитан генрального штаба (г.ш.)(26 сентября 1889),
    • Капитан г.ш. (21 апреля 1891),
    • Подполковник г.ш. (6 декабря 1895),
    • Полковник г.ш. (6 декабря 1899),
    • Генерал-майор г.ш. (31 мая 1907),
    • Генерал-лейтенант (1914),
    • Генерал от кавалерии (август 1915).

    С октября 1918 до 1920 года Донской политехнический институт в Новочеркасске носил имя атамана А. М. Каледина.

    В 1903—1906 — начальник Новочеркасского юнкерского училища. В 1906—1910 — помощник начальника Донского войска, затем командир бригады 11-й кавалерийской дивизии. Во время Первой мировой войны командовал 12-й кавалерийской дивизией, 12-м армейским корпусом, 8-й армией. Как строевой командир отличался скрупулёзностью и личной храбростью. Генерал А. И. Деникин отмечал, что Каледин не посылал, а водил войска в бой.

    Высшим достижением его как военачальника считается Брусиловский прорыв в мае 1916 г., когда армия генерала Каледина наголову разбила 4-ю австрийскую армию и в течение 9 дней продвинулась на 70 верст вперед.

    К Февральской революции Каледин отнесся отрицательно. Алексей Брусилов, характеризуя Каледина, отмечал, что он «потерял сердце и не понимает духа времени». Каледин отказался выполнять распоряжения Временного правительства о демократизации в войсках и был отстранен от командования армией, не получив нового назначения. Весной 1917 уехал на Дон, в конце мая участвовал в Новочеркасске в работе Донского Войскового Круга. Уступив уговорам казачьей общественности, согласился на избрание войсковым атаманом. Каледин стал первым выборным атаманом войска Донского после того, как в 1709 выборность была упразднена Петром I. Осознавая свое положение, Донской атаман отмечал: «…Я пришёл на Дон с чистым именем воина, а уйду, быть может, с проклятиями».

    14 августа 1917 в речи на Московском Государственном совещании потребовал в целях доведения войны до победного конца поставить армию вне политики, запретить митинги и собрания в воинских частях, упразднить все Советы и комитеты выше полковых, а компетенцию оставшихся ограничить хозяйственными вопросами, дополнить декларацию прав солдата декларацией его обязанностей, решительными мерами поднять дисциплину на фронте и в тылу. Поддержал августовское выступление генерала Корнилова. 1 сентября 1917 военный министр Александр Верховский приказал арестовать Каледина, однако Войсковое правительство отказалось выполнить приказ и 4 сентября Александр Керенский его отменил при условии «ручательства» Войскового правительства за Каледина.

    Борьба с большевиками Править

    Файл:Каледин Алексей Максимович , Новочеркасск 1918г..PNG

    25 октября 1917 года Алексей Максимович Каледин выступил с обращением, в котором объявил захват власти большевиками преступным, и заявил, что впредь до восстановления законной власти в России Войсковое правительство принимает на себя всю полноту власти в Донской области. 27 октября объявил в Области военное положение и пригласил в Новочеркасск членов Временного правительства и Временного Совета Российской республики («Предпарламента») для организации борьбы с большевиками. 2 ноября на Дон приехал бывший Главнокомандующий русской армией, генерал М. В. Алексеев. Каледин сочувственно отнесся к его просьбе «дать приют русскому офицерству», однако, учитывая резко негативные настроения казачества по отношению к Временному правительству, просил Алексеева не задерживаться в Новочеркасске более недели.

    26 ноября 1917 года власть в Ростове и Таганроге захватили большевики. Каледину, по его словам, «было страшно пролить первую кровь», однако он все-таки решил вступить в вооруженную борьбу. Поскольку казаки поначалу не желали ввязываться в бои, генерал Каледин был вынужден обратиться за помощью к генералу Алексееву. После этого «Алексеевская организация» (с 27 декабря 1917 — Добровольческая армия) была легализована, а генерал Каледин вместе с генералами Алексеевым и Корниловым образовали триумвират, в котором Каледину принадлежала вся полнота власти в Донской области.

    Общественные деятели, приехавшие на Дон, обвиняли донское правительство в медлительности и политиканстве; однако вряд ли правительство и донской атаман могли проявить решительность в ситуации, когда, по свидетельству Алексеева, «идеи большевизма нашли приверженцев среди широкой массы казаков», которые «глубоко убеждены, что большевизм направлен только против богатых классов — буржуазии и интеллигенции…».

    Чуть ли не единственной военной силой Атамана оставался партизанский отряд, состоящий преимущественно из учащейся молодёжи и сформированный есаулом (вскоре полковником) Чернецовым — до гибели последнего 21 января 1918 года.

    28 января 1918 генерал Корнилов известил Каледина о решении отвести Добровольческую армию на Кубань, поскольку в условиях наступления красных и при отсутствии поддержки со стороны казачества ей грозит гибель. 29 января Каледин собрал заседание правительства, на котором сообщил о решении командования Добровольческой армии и о том, что для защиты Донской области от большевиков на фронте нашлось лишь 147 штыков. Он также заявил, что в таких условиях слагает с себя полномочия войскового атамана.

    В тот же день генерал Каледин покончил с собой выстрелом в сердце. В своем предсмертном письме генералу Алексееву он объяснил свой уход из жизни «отказом казачества следовать за своим атаманом».

    Алексей Каледин был женат на гражданке французского кантона Швейцарской Конфедерации Марии Гранжан (Марии Петровне), прекрасно владевшей русским языком и бывшей большой русской патриоткой. У них был единственный сын, в возрасте 11 лет утонувший во время купания в р. Тузлове. Имени не сохранилось.

    Прадед Атамана Максим Дмитриевич Каледи́н, казак станицы Усть-Хопёрской, Усть-Медведицкого округа, имевший двух сыновей, Василия и Семёна, жил на хуторе Каледи́н на реке Цукане а 30-ти верстах от станицы.

    Дед Атамана майор Василий Максимович, соратник Атамана графа М. И. Платова, участник Отечественной войны 1812 года вернулся из Франции на Дон в 1815 году инвалидом, потеряв ногу. Имел четыре сына: Максима, Прохора, Емельяна и Евграфа, а так же дочь Анну.

    Отец Атамана Максим Васильевич, участник Севастопольской обороны, вышел в отставку войсковым старшиной (казачий подполковник) и поселился в станице Усть-Хопёрской, где на Дону у него была водяная мельница. Имел три сына и две дочери: Василия, Алексея, Мелентия, Анну и Александру.

    Старший брат Атамана Василий Максимович, окончивши Усть-Медведицкую классическую гимназию и Артиллерийское училище, служил в Донской артиллерии, командуя 7-й Донской казачьей батареей а затем Донским артиллерийским дивизионом. Во время ПМВ командовал 12-м Донским казачьим полком и был награждён Георгиевским оружием. В романе «Тихий Дон», Шолохов, описывая службу Григория Мелихова в 12-м Донском казачьем полку, упоминает, что командиром полка был полковник Каледин. Это и был Василий Максимович Каледин — старший брат Атамана. Во время ГВ генерал-майор В. М. Каледин был управляющим Отделом Внутренних Дел в Атаманство генерала П. Н. Краснова.

    Младший брат Атамана Мелентий, родившийся в 1875 году, окончивши Донской кадетский корпус(в составе 4-го выпуска) в 1893 году и Николаевское Кавалерийское училище в 1895 году, был зачислен 12 августа 1895 года в Донскую артиллерию. Умер в раннем возрасте сразу после производства в офицеры. По одним сведениям — застрелился, по другим — разбился, упав с лошади.

    Сестра Атамана Анна, жившая в станице Усть-Хопёрская в доме отца, вышла замуж за Наследышева и её сын Николай был адъютантом Атамана и сопровождал его в поездке в августе — сентябре 1917 года по Донской области.

    Сестра Атамана Александра вышла замуж за казака Торгового Общества, мануфактуриста П. Н. Шарапова и проживала в станице Федосеевской.


    Эта страница использует содержимое раздела Википедии на русском языке. Оригинальная статья находится по адресу: Каледин, Алексей Максимович. Список первоначальных авторов статьи можно посмотреть в истории правок. Эта статья так же, как и статья, размещённая в Википедии, доступна на условиях CC-BY-SA .


    ru.vlab.wikia.com

    А. М. Каледин

    Генерал-от-кавалерии Алексей Максимович Каледин (12 октября 1861 — 29 января 1918) принадлежит к числу вождей Белого движения, чьи судьбы сложились наиболее трагично. Признанный герой Первой Мировой войны, уже в 1914 году стяжавший славу одного из лучших кавалерийских начальников (наравне с ним генерал А. И. Деникин ставил лишь легендарного графа Ф. А. Келлера), творец прорыва австрийского фронта под Луцком весною 1916-го (названный современниками и потомками «Брусиловским», прорыв этот едва ли не с большим основанием должен был бы называться «Калединским»…), кавалер Орденов Святого Георгия IV-ой и III-ей степеней и Георгиевского Оружия, генерал Каледин после Февраля 1917 года одним из первых был удален из Армии — переведен в Военный Совет как «несоответствовавший духу времени». Решение новой революционной власти, в общем, нужно признать оправданным: Алексей Максимович действительно не желал кланяться появившимся в войсках комитетам и, должно быть, прозорливо оценивал ситуацию в целом и перспективы ее развития.

    Тогда же, весной 1917-го, раздаются и первые предложения Каледину баллотироваться на пост Донского Атамана, однако он категорически отказывается. Формулировка отказа звучит пророчески: народу, донским казакам Каледин (сам природный казак) готов отдать жизнь, но впереди ожидают лишь «советы, комитеты, советики, комитетики». Только общее желание Войскового Круга, назвавшего имя прославленного генерала как единственное, на котором смогут объединиться донцы, заставит его вскоре изменить свое решение и принять должность, ставшую для него тяжелым крестом и приведшую к роковому концу.

    Создается впечатление, что генерал Каледин по масштабу личности был намного крупнее своего нового поста, более того — Алексей Максимович представляется наиболее значительной фигурой на политической сцене тогдашней России, пожалуй, единственным, способным в качестве «диктатора» стать сильным и прозорливым правителем. Сопоставляя имена тех, кто вскоре будет выдвинут Историей на первые роли в лагере, ведущем борьбу за возвращение страны на естественный путь органического развития, против узурпаторов и насильников, следует заметить, что Каледин — более волевой человек, чем М. В. Алексеев, более выдержанный и менее подверженный чужим влияниям, чем Л. Г. Корнилов или А. В. Колчак, наконец, по состоянию на 1917 год, пользовался заметно бОльшим авторитетом, чем А. И. Деникин… И в неразрывности судьбы Каледина с избравшим его казачеством, слугой которого он будет себя считать до последнего дня жизни, уместно увидеть уже своего рода оковы, удержавшие выдающегося человека на роли, которая не вполне ему соответствовала.

    Впрочем, жизнь настойчиво выдвигала генерала на роли более значительные. Получившая широкую известность «декларация Казачьих Войск», оглашенная Калединым 14 августа на Московском Государственном Совещании, фактически отражала позицию не только государственно мыслящих кругов казачества (а она была уже не единодушной…), но и Главного Командования, а также тех офицерских кругов, кто больше не верил в честность и добрую волю Временного Правительства: текст декларации, выработанный казачьими делегатами Совещания, незадолго до оглашения обсуждался Калединым с прибывшими в Москву генералами Л. Г. Корниловым (Верховный Главнокомандующий) и А. М. Крымовым (командир III-го Конного корпуса и негласный руководитель офицерской организации, разрабатывавший планы действий на случай крушения фронта и окончательного развала Армии, — планы, которые в значительной мере предвосхищали тактику Белого движения на его начальном этапе).

    После этого обсуждения Каледин внес поправку в текст «декларации»: «вместо требования ограничить компетенцию армейских комитетов областью лишь хозяйственных распорядков (как было в первом тексте), новый текст этого пункта требовал полного упразднения армейских комитетов, соглашаясь лишь на сохранение полковых и ротных (сотенных) с функцией только хозяйственного свойства». Один из сотрудников Каледина, резонно обеспокоенный, что новая редакция вызовет всплеск ненависти «слева», спросил о причинах изменения, услышав в ответ: генерал «только что вернулся от Л. Г. Корнилова, который прочитал ему проэкт своей речи на Государственном совещании, — в пункте о комитетах ген[ерал] Корнилов будет требовать ограничения деятельности армейских комитетов сферой хозяйственной»; «Корнилов этим и другими своими требованиями восстановит против себя крайних левых, а потому из тактических соображений, чтобы подкрепить Верховного Главнокомандующего, необходимы еще более радикальные требования, в свете которых требования ген[ерала] Корнилова покажутся умеренными и относительно приемлемыми». Этот поступок говорит не только о самоотверженности Каледина — противостоять общему настроению толпы бывает трудно даже очень смелым людям, — но и о согласованности действий, при которой выступление Донского Атамана становилось частью общей программы возрождения России.

    Сама же декларация может почитаться своего рода предшественницей «программы» Белого движения — программы, никогда не отчеканенной в завершенных, юридически-выдержанных формах, но от этого ничуть не менее очевидной. Уже преамбула выступления Каледина говорила об «общенациональной государственной точке зрения», обличала «перевес частных классовых и партийных интересов над общими» и требовала «освободиться, наконец, в деле государственного управления и строительства от давления партийных и классовых организаций, вместе с другими причинами приведшего страну на край гибели». Декларация звала на трудный жертвенный путь, проповедовала внепартийность армии, укрепление дисциплины, дополнение «прав солдата» — его обязанностями, единство государственной власти и недопустимость сепаратизма, необходимость нормализации тыловой жизни, уже начинавшей погружаться в разруху. «Нужно делать великое дело спасения Родины!» — эти завершающие слова речи Каледина стали лейтмотивом не только ее, но и всей той борьбы, которую будут самоотверженно вести русские воины на протяжении пяти последующих лет.

    Не прислушавшись к голосу вождей армии и казачества, Временное Правительство обессилило само себя, а провокацией против генерала Корнилова — открыло дорогу большевицкому перевороту. Одним из первых решительно выступивший с заявлением о непризнании власти узурпаторов, Атаман Каледин вскоре должен был прибегнуть к вооруженным мерам противодействия, причем установившиеся взгляды на его роль в организации сопротивления большевизму нуждаются в значительной корректировке.

    Каледина принято представлять человеком кристально-честным, но, по сути, пассивным, полным благородных побуждений, но фактически не проявившим себя, исключительно трагической фигурой, в которой трудно угадать прежнего волевого полководца. На самом же деле с первых часов активной конфронтации (большевицкий мятеж в Ростове-на-Дону 26 ноября 1917 года) Каледин выступает решительным военачальником, быстро — очевидно, с учетом предварительных обсуждений — разработав с генералом Алексеевым диспозицию, где учитывались как казачьи части, так и силы «Алексеевской организации» (будущей Добровольческой Армии), и немедленно приступив к ее выполнению. Уже 2 декабря Ростов был очищен от противника, и Атаман шел в первых рядах наступающих. «Он один разоружил целый полк, — рассказывал о Каледине участник операции. — Так поступает тот, кто умеет повелевать. Он пришел — и его не посмели ослушаться».

    Проявляет генерал и стратегическое мышление, формулируя идею создания широкого фронта сопротивления, с привлечением Кубанского, Терского, Астраханского, Уральского и Оренбургского Казачьих Войск, сил Кавказского фронта и войск Украинской Центральной Рады; для взаимодействия с последней допускалась даже задержка в Херсонской или Екатеринославской губернии частей 3-ей Донской дивизии, возвращавшихся домой с фронта Великой войны (задержать их, впрочем, оказалось задачей невыполнимой). Действительность вскоре доказала, что столь масштабный план в сложившихся условиях реализовать было нельзя — не удалось достичь даже единства казачества, и обещанные подкрепления с Кубани («Необходимо нашим казакам показать, что Кубань с нами… Необходимо получить для Ростова хотя бы два только пластунских батальона», — говорил Каледин офицеру, командируемому в Екатеринодар) так и не прибыли на Дон. Заболевало и само донское казачество, пасуя перед наступающими большевиками.

    Оценивая обстановку, Атаман приказал приступить к формированию партизанских сотен, вкладывая в это понятие совсем другой смысл, чем принято считать: речь шла не о «самодеятельных» отрядах из необязанных службой лиц (в первую очередь их наполнила учащаяся молодежь), связанных с именами таких командиров, как В. М. Чернецов или Э. Ф. Семилетов, а о скрытом выделении из состава действующих Донских частей наиболее надежного элемента: «…По возможности сформировать в каждом полку по одной партизанской сотне в составе не более ста коней каждая. Сотни должны формироваться из охотников всего полка, должны быть снаряжены так, чтобы свободно могли отделяться от полков для выполнения боевых задач». По сути дела, предполагался перенос на донскую почву методов «ударного движения» 1917 года, причем партизанские сотни «по Каледину» в известной степени соответствовали «частям смерти» (или «штурмовым»), а «по Чернецову» — «ударным батальонам из волонтеров тыла». Но реализовалась лишь последняя возможность: в основной своей массе казаки уже «потеряли сердце», а некоторые и начали склоняться к большевизму, образовав Донской Ревком и развернув агитацию в полках за присоединение к нему.

    Атаман Каледин сделал последнюю попытку открыть донцам глаза, пригласив в Новочеркасск на переговоры руководителей «революционного казачества» и перед представителями Дона гласно изобличив их в действиях по указке Совнаркома. Но и этот призыв к сопротивлению, к отстаиванию хотя бы своих рубежей и своей независимости и самобытности, не встречал уже отклика в казачьих душах. Поражение отряда полковника Чернецова под станцией Глубокой 21 января 1918 года стало еще одним ударом, а решение Главнокомандующего Добровольческой Армией генерала Корнилова перебазироваться на Кубань (вопреки предложению Каледина, призывавшего собрать все силы к Новочеркасску и драться насмерть) — довершило трагедию Атамана, оставшегося без войск: в день его смерти Новочеркасск прикрывало лишь 52 штыка…

    29 января 1918 года Алексей Максимович Каледин на заседании Войскового Правительства сложил с себя атаманские полномочия и предложил передать власть представителям городского самоуправления, дабы избежать излишних жертв при неотвратимом уже вступлении в донскую столицу войск Донревкома. Вслед за этим генерал Каледин застрелился, унеся с собой в могилу тайну этого своего последнего шага.

    Распространенное в 1918–1919 годах на Дону и позднее — в эмиграции толкование «калединского выстрела» как «калединского сполоха», упрека и сигнала к восстанию, вряд ли полностью соответствует истине, тем более что до обще-донского восстания оставалось еще более двух месяцев, а преемник Каледина на атаманском посту генерал А. М. Назаров испил ту же горькую чашу, был брошен отказавшимися от борьбы казаками и убит по приказанию Председателя Донревкома Ф. Г. Подтелкова. В действительности причины самоубийства Каледина кажутся нам более глубокими — и более трагичными.

    Алексей Максимович не мог не сложить с себя атаманства, коль скоро Дон отказывался сражаться за свою свободу. Но формальная отставка ничего не значила в глазах наступающего врага, для которого Каледин при любых условиях оставался Атаманом, — и уйти с Добровольческой Армией или остатками донских партизан ему тоже было нельзя, чтобы не навлечь этим новых репрессий на головы казачества. Это понимал Каледин, но не понимали многие из его приближенных, остававшиеся ему верными и подумывавшие о насильственном увозе генерала… И старый воин не нашел иного выхода, чем выстрел в свое измученное сердце. Непонятый современниками, Каледин во многом остался непонятым также мемуаристами и историками, представая в исторической литературе скорее как один из символов борьбы, чем как ее участник и организатор, — и это тоже добавляет трагизма к скорбной судьбе Алексея Максимовича.

    В раздел "Вожди и герои Белого движения"
    В раздел "Гражданская война в России"
    К началу Исторического раздела
    Главная страница

    dobrovoletz.narod.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о