Учреждение в россии патриаршества: Учреждение патриаршества на Руси. Патриарх Московский и всея Руси – Музей Фелицына

ПАТРИАРШЕСТВО В РОССИИ — Древо

Грамота Константинопольского собора об основании Московского Патриархата 8 мая 1590 года. Пергамент, чернила (на греч. яз.). Грамоту подписали 106 человек: патриархи Константинопольский Иеремия II, Антиохийский Иоаким и Иерусалимский Софроний, а также 42 митрополита, 19 архиепископов и 20 епископов.

Патриаршество в России было учреждено при царе Федоре Ивановиче в 1589 году

Еще с XV века, со времени митрополита Ионы, зависимость русской церкви от константинопольского патриарха была только номинальной. Покорение Константинополя турками уменьшило власть патриарха.

В то же время на Руси стало появляться сомнение в правоверности как патриарха, так и греческого духовенства, дошедшее до того, что около 1480 года в архиерейскую присягу было внесено обещание не принимать греков ни на митрополичью, ни на архиерейские кафедры. В 1586 году решено было уничтожить и номинальную зависимость русской церкви от Византии.

Пользуясь приездом в этом году за милостыней антиохийского патриарха Иоакима, царь заявил в думе о своем желании «устроить в Москве превысочайший престол патриарший». Духовенство и бояре похвалили мысль царскую, но прибавили, что нужно снестись с восточными патриархами, чтобы никто не мог сказать, что патриарший престол в Москве устроен одной только царской властью.

Патриарх Иоаким, которому передали решение думы, взялся доложить об этом собору греческой церкви. Год прошел без ответа. Летом 1588 года прибыл сначала в Смоленск, затем в Москву константинопольский патриарх Иеремия, и царь решительно поставил вопрос о патриаршестве в России, предложив самому Иеремии сделаться патриархом русским.

На самом деле, однако, иметь патриархом грека не хотели, да в Москве был уже намечен свой кандидат – митрополит Иов, клеврет Бориса Годунова. Патриаршество в России было предложено Иеремии под тем условием, чтобы он жил не в Москве, а во Владимире как городе старейшем. Иеремия отказался жить не при государе.

Тогда 26 января 1589 года тем же Иеремией в патриархи русские торжественно был поставлен Иов.

В мае 1590 года на Соборе в Константинополе была утверждена каноническая самостоятельность Русской Церкви. Московскому патриарху было определено пятое место в диптихе — после патриарха Иерусалимского.

Поставление Московского патриарха происходило обыкновенно таким образом. После смерти патриарха от имени царя или блюстителя патриаршего престола – а им обыкновенно бывал митрополит Крутицкий – рассылались грамоты ко всем митрополитам, архиепископам, епископам, архимандритам, игуменам степенных, т.е. более важных монастырей, с извещением о смерти патриарха и с приглашением «снитися в царственный град Москву, благочестивого ради собора и для избрания великого святителя на превысочайший патриаршеский престол, иже в велицей России»

.

К назначенному сроку приглашенные съезжались в Москву с протопопами, священниками, дьяконами. Если кому-нибудь из архиереев нельзя было прибыть к сроку для избрания патриарха, он должен был прислать грамоту, что он наперед согласен со всеми постановлениями собора.

Когда все духовные были в сборе, царь повелевал им «видети свои государские очи в золотой подписной палате»; старший из митрополитов «творил достойно по святительскому чину»; царь говорил речь, указывая на повод к созванию духовенства, и открывал собор. Форма избрания патриарха была открытая или посредством жребия. Последняя окончательно установилась после смерти патриарха Филарета (+ 1633) и состояла в следующем. На 6 бумажках равной величины писались имена шести кандидатов, из архиепископов, епископов и настоятелей степенных монастырей. Бумажки эти обливались со всех сторон воском, припечатывались царской печатью, и в таком виде парь посылал их собору, который в это время заседал в московском Успенском соборе.

Три из жребиев клались на панагию умершего патриарха; затем все члены собора одевались в ризы, служили акафист Богородице; из трех жребиев вынимались два и откладывались в сторону. Также поступали с тремя другими жребиями. Оставалось, таким образом, два жребия; вынимали из них один, который и содержал имя избранного патриарха. Жребий, не распечатанный, вручался боярину, который принес жребий от царя; боярин шел к царю, и тот уже распечатывал жребий и узнавал имя избранного патриарха. Боярин после этого шел опять в собор и объявлял ему имя вновь избранного патриарха. Таким образом, кандидатов в патриархи называл царь, и из них собор производил избрание.

При введении патриаршества в России предполагалось дать русской церкви и устройство соответственное восточным патриархатам, т.е. разделить церковь на митрополичьи округа, которые бы обнимали собой несколько епархий, причем епархиальные архиереи должны были быть в такой зависимости от митрополитов, как последние от патриархов.

На самом деле деление это почему-то не состоялось. Четыре архиерея – новгородский, казанский, ростовский и Крутицкий – получили, правда, сан митрополита; но это не изменило положения вещей. Все иерархи в своих епархиях были равны и подчинялись патриарху так же, как раньше – митрополиту. Юридически власть патриарха ничем не отличалась от власти прежнего митрополита; патриарх пользовался только известными богослужебными преимуществами.

Как и митрополит, он носил белый клобук, но с крестом или херувимами; на митре у него был крест, которого не было у митрополита; он носил цветную мантию; перед ним во время выхода и выездов несли не только крест, но и свечи; облачался он посреди церкви, другие архиереи – в алтаре; он один только сидел на горнем месте; из своих рук причащал архиереев.

Если русский патриарх достиг высокого государственного значения, то этим он был обязан тем условиям, при которых пришлось действовать патриархам. Патриарх Иов деятельно работал в пользу избрания Годунова в русские цари: затем, когда явился первый Лжедмитрий и стал серьезно угрожать Годунову, Иов твердо выступил против него, защищая сначала Бориса Годунова, затем его сына Федора.

Он посылал послов к князю Острожскому и польскому духовенству, убеждая их не верить Лжедмитрию, предал его анафеме и в своих посланиях доказывал, что Лжедмитрий не кто иной, как беглый чудовский монах Гришка Отрепьев.

Когда самозванец овладел Москвой, Иов был свергнут с патриаршего престола и в простой монашеской рясе был отвезен в Старицкий Успенский монастырь.

На место Нова патриархом избран рязанский архиерей Игнатий, родом грек, в молодости воспитывавшийся в Риме и до приезда в Россию занимавший Кипрскую епископскую кафедру. Он первый из архиереев признал Лжедмитрия царем и за это был возведен в патриархи 24 июня 1605 года.

Предположение некоторых духовных историков, что Игнатий был возведен Лжедмитрием в патриархи потому, что по своим убеждениям и характеру мог быть удобен для Рима, не имеет достаточных оснований: новый патриарх разослал грамоты, в которых предписывал молиться, между прочим, о том, чтобы Господь Бог возвысил царскую десницу над латинством и басурманством. После свержения Лжедмитрия Игнатий переехал в Литву, где принял унию.

После Игнатия патриархом, естественно, был избран человек, наиболее проявивший оппозицию против Лжедмитрия. То был казанский митрополит Ермоген, человек от природы грубый, даже жестокий, но строгий к себе, прямолинейный и стойкий. Он был не в ладах с вновь избранным царем Василием Шуйским, но стоял за него как за царя венчанного.

Когда появился второй Лжедмитрий и народ стал волноваться, Ермоген перенес царевича Дмитрия из Углича в Москву и устроил торжественную покаянную процессию в Москве, в присутствии вызванного из Старицы ослепшего патриарха Иова: народ каялся в изменах, клятвопреступлениях, убийствах, и патриархи разрешали его.

В начале 1609 года недовольные Шуйским вытащили патриарха Ермогена на лобное место и, тряся его за ворот, потребовали согласия на перемену царя. Патриарх остался тверд, не побоялся толпы и отстоял Шуйского. Когда Шуйский год спустя был свергнут и бояре выдвинули кандидатуру польского королевича Владислава, Ермоген согласился на желание большинства, но с тем, чтобы Владислав перешел в православную веру.

В Польшу были отправлены послами князь Голицын и ростовский митрополит Филарет. Через несколько времени к ним пришла грамота от бояр, в которой предписывалось во всем положиться на волю королевскую. Но послы заявили, что грамота от одних бояр для них не действительна: их посылали патриарх, бояре и все люди вместе, а не одни бояре.

Когда паны возразили на это, что патриарх – лицо духовное и в светские дела вступаться не должен, то получили в ответ: «изначала у нас так повелось: если великие государственные или земские дела начнутся, то великие государи призывали к себе на собор патриархов, архиепископов и епископов и без их совета ничего не приговаривали, и место сделано патриархам с государями рядом: теперь же мы стали безгосударны, и патриарх у нас человек начальный».

Переговоры с Владиславом кончились неудачей; в апреле 1611 года русские послы были отведены пленниками в Мариенбург. Ермоген разрешил русских от присяги Владиславу и стал призывать народ на защиту государства и православия. Кроме патриарха, города не хотели знать другого начальства; к нему они посылали отписки о сборе ратных людей. Польская партия бояр, во главе которой стоял Салтыков, враждебно относилась к Ермогену и потребовала, чтобы он воротил земские ополчения, шедшие к Москве, но патриарх благословил ополчения и проклял изменников отечества.

Его посадили под стражу и преградили всякие сношения его с народом. В тюрьме он и умер (1612), заморенный, как говорили, голодом.

До 1619 года Русская Церковь оставалась без патриарха. Сначала ею управлял казанский митрополит Ефрем (Хвостов), а после его смерти (1614) – митрополит Крутицкий Иона (Архангельский), человек необразованный, упрямый и мстительный.

В 1619 году митрополит Филарет возвратился из Польши в Москву. Воспользовавшись пребыванием в Москве иерусалимского патриарха Феофана III, Михаил Федорович возвел своего отца в патриархи. Как отец царя Филарет получил титул «великого государя» и занял в государстве место, равное царю: наступило время полного двоевластия.

В сфере церковного управления и суда патриарх оставался независимым и никем не стеснялся. В 1625 году Филарет получил от царя новую грамоту, по которой все духовные лица его епархии, монастыри и церкви, с их служителями и крестьянами, во всех делах, кроме уголовных, были подчинены суду одного патриарха; если же они имели дело с каким-нибудь светским лицом, то должны были жаловаться в приказы, которые ведали ответчиками.

Двор патриарха был устроен по образцу царского. У патриарха были свои свечники, чашники, скатерники, повара, хлебники, пивовары, истопники, конюхи, иконописцы, мастера серебряных и золотых дел и т.п.; были у него и свои бояре, окольничьи, стольники, стряпчие, дворяне, дети боярские, которым поручались патриархом разные дела по управлению.

При Филарете в области патриаршего управления начинают выделяться разряды и приказы: в судном приказе или патриаршем разряде были сосредоточены все судебные дела; в приказе казенном – дела о ставленниках, а также сборах с вотчин и духовенства; приказ церковных дел ведал делами, касающимися церковного благочиния; дворцовый приказ заведовал хозяйством патриарха. Ведомство этих приказов не было, впрочем, строго разграничено и может быть определено только приблизительно. Патриарх по-прежнему, вместе с высшим духовенством, призывался на земский собор и в царскую думу.

По смерти Филарета преемник его, Иоасаф I (1634 — 1640), не мог занять такого положения, какое принадлежало отцу царя: он не носил титула великого государя, как и его преемник Иосиф (1640 — 1652). При последнем было издано «Уложение» царя Алексея Михайловича, значительно подрывавшее значение в государстве церковной иерархии вообще и патриарха в частности. Патриарх сидел во время составления «Уложения» в царской думе и на земском соборе и не протестовал. Учреждением монастырского приказа были уничтожены судебные привилегии духовенства, а следовательно, умалена власть патриарха.

Главным противником приказа явился патриарх Никон, при котором патриаршая власть достигла небывалого до тех пор развития. Как и Филарета, Никона титуловали «великим государем»; власть патриаршая как бы приравнивалась к власти царской. Монастырский приказ хотя не был уничтожен, но почти бездействовал. Не имело силы и постановление «Уложения», запрещавшее увеличение монастырских вотчин: патриаршие вотчины увеличились за это время с 10 тыс. дворов до 25 тыс.

Никон окружил себя царской пышностью и сделался, как царь, недоступен. Архиереи рабски подчинялись всесильному патриарху, беспрекословно сносили все его грубости и исполняли его распоряжения. Патриарх своей властью отбирал у епархий и церквей вотчины и отдавал их на свои монастыри или присоединял к патриаршим владениям.

Самовластно поступал Никон и с боярами. Идеалом его было двоевластие, в виде светской власти царя и духовной – патриарха. С этой целью он как бы в противовес «Уложению» пересмотрел и дополнил Кормчую, которую издал с приложением подложной грамоты Константина к папе Сильвестру, содержавшей в себе апологию церковной власти и церковных имуществ. Никон хотел убедить царя Алексея Михайловича отменить вовсе «Уложение» и заменить его Кормчей; но это не удалось. Царь разослал только воеводам для руководства в суде выписки из Номоканона, как бы в дополнение «Уложения».

Затем стряслась катастрофа над Никоном. Во время удаления патриарха, до суда над ним, русской церковью правил Питирим, митрополит Крутицкий. Приговор над Никоном был вместе с тем приговором и над патриаршеством в России и его идеалами. Патриаршая власть вводилась в известные рамки; давалось понять, что русский патриарх не всемогущ, что власть его – не самодержавная царская власть.

Московский Собор 1667 года признал, что патриарх не должен носить титула великого государя и вступаться в мирские дела; с другой стороны, однако, признана была независимость духовенства и церковных людей в гражданских делах от мирского суда. Патриархом на соборе 1667 года был избран тихий, незначительный Иоасаф II (1667-1673). С этих пор патриаршество в России начинает терять свое государственное значение.

После Иоасафа II патриарший престол занимали Питирим (в 1673), Иоаким Савелов (1673-1690) и Адриан (1690-1700). Они не играли крупной роли и были заняты обереганием привилегий духовенства вообще и своих в частности, главным образом в судебном отношении.

В 1675 году был закрыт монастырский приказ. В 1689 году новгородцы били челом патриарху Иоакиму, чтобы духовных лиц судили в гражданских делах не на митрополичьем дворе, а в приказной палате. Патриарх пригрозил новгородцам судом Корея, Дафана и Авирона.

В 1700, когда была поднята мысль о составлении нового «Уложения», патриарх Адриан велел составить свод прав русской церкви – т. н. «Статьи о святительских судах», в которых были собраны выписки из Номоканона, царские уставы и ханские ярлыки; правительству рекомендовалось помнить все это и не отступать от старины.

Сближение России с Западной Европой вызвало оппозицию со стороны как Иоакима, так и Адриана, они видели подрыв религии в заимствовании новых форм жизни, в перемене даже внешности русского человека. Умирая, патриарх Иоаким в своем завещании умолял правительство не допускать православных к дружбе с иноземцами и еретиками, запретить последним строить кирхи, разорить уже раньше построенные, не давать иностранцам начальства в полках, не вводить новых обычаев. Адриан намеревался идти по следам Иоакима, но Петр I резко оборвал патриарха, и он должен был замолчать; Адриан даже жил не в Москве, а в своем Перервинском монастыре.

Не проявляя прямой оппозиции, он молчаливо был главою недовольных, а в лице его и само патриаршество как учреждение было символом недовольства новыми порядками. Поэтому, когда в октябре 1700 года умер патриарх Адриан, преемника ему не было назначено. Во главе управления церковью был поставлен рязанский митрополит Стефан (Яворский), с титулом «местоблюстителя патриаршего престола». Уже одно то, что местоблюстителем был назначен митрополит рязанский, а не Крутицкий, как до тех пор бывало, являлось нововведением. По отношению к церковным делам местоблюститель сохранял права патриарха; для совещаний по важным делам он имел при себе очередных епископов из епархий.

Так было до 1718 года, когда Петр стал заменять приказы коллегиями, с целью объединения однородных предметов государственного управления. На церковь Петр смотрел не с духовной точки зрения, как на общество верующих, а с государственной, как на учреждение правительственное. Эта точка зрения побудила его идею преобразованных им светских учреждений перенести и в область церкви и единоличную власть патриарха заменить коллегией, постоянным собором духовного правительства.

Духовная коллегия (синод) явилась высшим церковным и правительственным учреждением в России. В составленном для нее «Духовном регламенте» были изложены причины, побудившие царя заменить единоличное управление церкви коллегиальным:

  1. в собрании, где много членов, легче может быть отыскана истина;
  2. решение собора получает в глазах общества больше силы и значения, чем решение одного лица;
  3. при коллегиальном управлении не могут быть остановки в делах вследствие болезни или смерти правительственного лица;
  4. при коллегиальном управлении не может быть стремления у духовного правительства сравняться с особою монарха, как это могло быть при патриархах;
  5. соборное учреждение может быть хорошей школой для архиереев.

На преобразование высшего управления церковью было вытребовано согласие русских архиереев, а также настоятелей степенных монастырей, Сената и восточных патриархов.

Патриаршество в России было восстановлено на Поместном соборе Русской Православной Церкви 5 ноября 1917 года; патриархом был избран Тихон (Беллавин) (1917 — 1925).

Патриархи Московские и всея Руси

  • Свт. Иов (1589 — 1605)
  • Игнатий Грек (1605 — 1606) [1]
  • сщмч. Ермоген (1606 — 1611)
  • Игнатий Грек, 2-й раз (1611)
  • Филарет (Романов) (1619 — 1633)
  • Иоасаф I (1634 — 1640/1641)
  • Иосиф (Дьяков) (1642 — 1652)
  • Никон (Минин-Ларионов) (1652 — 1658)
  • Иоасаф II (1667 — 1672)
  • Питирим (1672 — 1673)
  • Иоаким (Савелов) (1674 — 1690)
  • Адриан (1690 — 1700)

Возобновление патриаршества

  • Тихон (Беллавин) (1917 — 1925)
  • Сергий (Страгородский) (1943 — 1944)
  • Алексий I (Симанский) (1945 -1970)
  • Пимен (Извеков) (1971 — 1990)
  • Алексий II (Ридигер) (1990 — 2008)
  • Кирилл (Гундяев) (с 2009)

Использованные материалы

  • Христианство: Энциклопедический словарь: в 3 т. : Большая Российская Энциклопедия, 1995.


[1]  Поставлен Лжедмитрием после ссылки святителя Иова, впоследствии впал в униатство, ныне не считается Церковью законным.

§ 64 (1) — Учреждение патриаршества в России – кратко

 

Теория «Москва – Третий Рим» и учреждение московского патриаршества (1589). Четыре новых русских митрополии.

Мы уже знаем (§45), что после Флорентийской унии московская митрополия отделилась от Константинопольского патриархата и стала автокефальною. Московские митрополиты избирались собором русских архиепископов и епископов и принимали поставление в Москве, не ездя в Царьград. Находясь во главе свободной, многолюдной и могущественной паствы, московские митрополиты были на деле выше восточных патриархов, униженных и обедневших в турецкой неволе. Но они по-прежнему носили сан митрополитов. Понятно, что московские государи, приняв царский титул и считая себя заместителями византийских царей, желали, чтобы и глава их церкви получил новый титул — патриарший, который соответствовал бы достоинству Русского царства. С точки зрения теории о «Москве — третьем Риме» было необходимо, чтобы в Москве рядом с царем стоял патриарх, как это во все века было в старом православном царстве. Годунову удалось достигнуть осуществления этой заветной мысли московских патриотов.

 

Учреждение патриаршества в Русской церкви

 

С православного востока тогда нередко приезжали на Русь духовные лица «за милостынею», то есть за пособиями. Тяжелое состояние православных церквей под мусульманскою властью было тому оправданием. В 1586 г. впервые появился в Москве с востока за милостынею не простой архиерей, а патриарх Антиохийский (Иоаким). Московский митрополит (Дионисий) встретил его как равный равного и даже первый дал ему благословение, чем вызвал недоумение и неудовольствие патриарха. Вместе с тем в Москве заговорили с гостем о желательности устроить на Москве патриаршество, и Годунов просил его посоветоваться об этом деле с другими восточными патриархами. Патриарх обещал и был отпущен из Москвы с богатым пособием. Так было поднято в Москве дело о патриаршестве. Однако восточные патриархи не выказали особого сочувствия мысли об учреждении нового, пятого патриархата[1]. Через два года после Антиохийского патриарха в Москву приехал, тоже за милостынею, патриарх Цареградский Иеремия и не привез никакого ответа по делу о патриархе. Тем не менее московское правительство добивалось от Иеремии ответа и после разных переговоров с ним предложило ему самому остаться патриархом на Руси. Иеремия принял предложение и таким образом признал возможность установления нового патриархата. Добившись этого важного признания, Годунов повел дело так, чтобы не дать чуждому для Руси патриарху большого влияния на московские дела. Ему предложили жить в заглохшем Владимире, далеко от Москвы. Иеремия на это не согласился; но он уже не мог взять назад свое общее согласие на установление в Москве патриархата. После долгих споров его привели к тому, что он согласился поставить в русские патриархи Московского митрополита Иова. Поставление состоялось в январе 1589 г.; вместе с тем было учреждено на Руси четыре митрополии (в Новгороде, Казани, Ростове и на Крутицах около самой Москвы). Иеремия уехал домой и в 1590 г. собрал в Царьграде собор патриархов, который и утвердил произведенную в Москве реформу, назначив новому Московскому патриарху пятое место в сонме прочих патриархов.



[1] На востоке было тогда четыре патриархата: Цареградский, Иерусалимский, Антиохийский и Александрийский. — Прим. авт.

 

  • Назад
  • Вперёд
  • Вы здесь:  
  • Учебники
  • Платонов — Учебник русской истории
  • Ещё по теме…

    Папа и Патриарх: Россия в поисках правого Запада

    Западный политический истеблишмент враждебен России. Это делает еще более важным продемонстрировать, что западный религиозный истеблишмент более сочувствующий. Независимо от целей Путина, встреча Папы и Патриарха стала знаковым событием в истории христианства.

    Римско-католический папа и патриарх Московский никогда раньше не встречались. Внезапно они встретились на Кубе 12 февраля. Это была почти такая же чудесная встреча, как библейская встреча льва и ягненка.

    Формально атеистическая Куба может показаться странным местом для встречи двух церковных лидеров. Но о встрече ни в Москве, ни в Риме не могло быть и речи, и консервативные русские православные верующие, традиционно враждебные католицизму, расценили бы это как потерю лица. Патриарх не мог ни посетить врага в его логове, ни пригласить его в святая святых Москвы. Куба, с другой стороны, является нейтральной территорией.

    Куба традиционно католическая, но имеет историческое родство с Россией. Выбор места показал, что Патриарх Кирилл встречался с Папой Франциском не только как глава Русской православной церкви, но и как политик и дипломат. Он понимал, что встреча будет иметь огромное национальное, а также религиозное значение.

    Эта новаторская встреча была бы невозможна без благословения президента Владимира Путина. В прошлом он занимался церковной дипломатией, особенно в связи с воссоединением в 2007 году Московского Патриархата, который оставался верным Советскому Союзу, с Русской Православной Церковью Заграницей, филиалом, созданным в изгнании после образования СССР. Эта историческая встреча была нужна Путину, чтобы продемонстрировать, что религиозный истеблишмент на Западе симпатизирует ему больше, чем западная политическая элита.

    Папа Франциск взял на себя приземленную роль, обращаясь к молодежи и общаясь через Twitter. Это может означать, что он займет общую западную позицию и осудит нынешний российский режим. Однако на самом деле Папа сдержан в своей публичной критике Путина и России. Он встречался с Путиным дважды — в 2013 году и весной 2015 года — несмотря на призывы США «занять более жесткую позицию» и «больше говорить об опасениях по поводу территориальной целостности» Украины.

    Характеристика Папой Франциском гражданской войны на Украине как «братоубийственной» вызвала шквал критики и тем более удивительна, что в Украине пять миллионов греко-католиков в общении с Римом, а в России католиков очень мало.

    У Папы Франциска есть веские причины придерживаться такого другого подхода. Он ведь не европеец, и мировоззрение у него другое, более широкое. Служа в Буэнос-Айресе в 1980-х, во времена правления военной хунты — режима, получившего сильную поддержку Запада, — он склонен относиться к сравнению «цивилизованного Запада» и «варварской России» с долей скептицизма. Более того, как у религиозного лидера, у него другие приоритеты, например, спасение душ в любой стране, будь то свободная или несвободная.

    Неевропейское мировоззрение Папы проявляется, когда он говорит о восточных христианах. «Сегодня… на Ближнем Востоке и в других частях света христиан преследуют… Мучеников (сегодня) больше, чем было в первые века христианства», — сказал он в августе 2015 года.

    Подобным образом , Владимир Путин говорил об их бедственном положении, говоря, что он опасается, что Ближний Восток может «опустеть» от своих древних христианских общин.

    Конечно, есть много свидетельств того, что сирийские христиане чувствуют себя обиженными Западом и считают Башара Асада своим защитником. Он, в свою очередь, смотрит на Россию. «Когда я смотрю на состояние мира, я вижу, что Владимир Путин — единственный защитник христианской цивилизации, на которого можно положиться», — сказал Асад в интервью в ноябре 2015 года.

    Таким образом, Россия возвращается к традиционной — и лестной — роли защитника восточных христиан, которую она когда-то играла во времена Екатерины Великой.

    Таким образом, декларируемая Папой Римским солидарность с восточными христианами соответствует как новой внутренней политике Кремля, изображающей из себя хранителя традиционных ценностей, так и внешней политике обращения непосредственно к «естественно консервативным» европейцам, минуя их «безбожных лидеров».

    Стиль папы Франциска полярно противоположен стилю как русской церковной иерархии, так и российской политической бюрократии. Папа Франциск ездил на работу на автобусе, когда был архиепископом Буэнос-Айреса, и говорил: «Кто я такой, чтобы судить?» про гомосексуалистов. Патриарх Кирилл возглавляет церковь, которая утверждает право своих архиереев на «достойное жилище и средства передвижения» и считает нетрадиционную сексуальную ориентацию практически единственным непростительным грехом.

    Патриарх Кирилл, как и президент Путин, не разделяют то же определение «христианских ценностей», что и Папа Франциск, несмотря на их общий консервативный словарь. Грубо говоря, для Франциска христианские ценности означают готовность прощать такие поступки, как акция протеста, устроенная Pussy Riot в московском храме Христа Спасителя в 2012 году. в тюрьме.

    Кроме того, Папа Франциск популярен среди христианской интеллигенции России, у которой много разногласий с Патриархатом. Слова и дела Папы Франциска, а также его преднамеренная связь со святым Франциском Ассизским, вдохновляют их, и поэтому встреча на Кубе стала воплощением мечты.

    Встреча с патриархом Кириллом, как и предыдущие встречи с президентом Путиным, вероятно, сделала папу немногими друзьями среди западных интеллектуалов, которые не одобряют их общую повестку дня в отношении однополых браков, женского рукоположения, безбрачного духовенства, абортов и разводов.

    Но это, однако, повысило популярность Патриарха среди русской интеллигенции. Сначала на него возлагали большие надежды, которые чуть не рухнули после того, как Кирилл оказался кремлевским идеологом, продвигающим идею принципиальной несовместимости России и Запада. В то же время встреча подтвердила худшие опасения ультраконсерваторов, давно подозревавших Патриарха в экуменизме и симпатиях к католицизму.

    В итоге встреча была нужна всем — и Патриарху Кириллу, и Президенту Путину, и Папе Франциску. Ватикан давно добивался личной встречи, а российская сторона сопротивлялась этой идее. Одним из мотивов, побудивших Кирилла к окончательному согласию, был предстоящий в мае Великий Синод Православной Церкви на Крите, на котором впервые за более чем тысячелетие соберутся все православные лидеры мира.

    Главные соперники Русского Патриарха за первенство над православной паствой, особенно Вселенский Константинопольский Патриарх, являющийся в том числе главой Греческой церкви, давно общаются с Папой Римским. Встреча с Папой поставила россиян в более равное положение.

    Разногласия, которые помешали этой встрече состояться ранее, все еще не разрешены, но они уже не так ядовиты, как раньше. В 1990-е Москву беспокоил католический прозелитизм русских «на канонической территории Русской Православной Церкви», но сейчас Русская Православная Церковь сильнее, а население более патриотично и с меньшей вероятностью обратится в католицизм. Преемником бескомпромиссного Тадеуша Кондрусевича (этнического поляка, родившегося в Беларуси), бывшего римско-католического архиепископа Москвы, стал епископ-итальянец, которого считают гораздо менее опасным. Украинская греко-католическая «униатская» церковь теперь потеряна навсегда, но есть надежда, что Папа Франциск сможет убедить их смягчить свою враждебность к Москве.

    Встреча на Кубе дала Владимиру Путину, столкнувшемуся с угрозами и враждебностью со всех сторон, необходимую передышку. Путин явно думает о своем наследии в мировой истории. Будут ли его помнить как победителя Исламского государства, спасителя восточных христиан и человека, восстановившего христианскую идентичность Запада, или как шекспировского злодея? Можно ли вообще помнить его как правителя, руководившего исцелением тысячелетнего раскола?

    Перспектива исцеления Путиным раскола 1054 года маловероятна — любой шаг к каноническому диалогу с Римом вызовет религиозную рознь в России. Но попытки сближения не помешают. Современная российская идеология призывает всех, кто придерживается традиционных религиозных ценностей, объединиться в борьбе против нового, бездуховного мирового порядка, а не воевать друг с другом. Тот факт, что давно обсуждаемая встреча между Папой и Патриархом произошла во время президентства Путина, а не тогда, когда отношения с Западом были гораздо более дружественными при Михаиле Горбачеве или Борисе Ельцине, примечателен сам по себе.

    Автор:

    • Александр Баунов

    Карнеги не занимает институциональную позицию по вопросам государственной политики; взгляды, представленные здесь, принадлежат автору (авторам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или его попечителей.

    Российская Патриархия идет по стопам Кремля в Африке

    Следуя по стопам Кремля, чтобы расширить свое влияние в Африке, Русская Православная Церковь находит подходы к православным общинам по всему континенту, в том числе и Эфиопия.

    Эфиопская православная церковь Теваэдо (EOTC) приветствовала предложения своего российского коллеги, сообщает новостной сайт Africa Intelligence.

    Это было подтверждено на февральской встрече в Аддис-Абебе, когда Предстоятель Эфиопской Церкви Патриарх Абун Матиас принял секретаря по межхристианским отношениям Русской Православной Церкви иеромонаха Стефана Игумнова. Пара обсудила открытие русского прихода в Аддис-Абебе для проживающих там прихожан.

    В декабре 2021 года глава Священного Синода России Патриарх Московский Кирилл объявил о создании экзархата для всего Африканского континента. Такое расширение приведет к тому, что русские православные учреждения будут созданы по всей Африке, бросив вызов древнему суверенитету Александрийской православной церкви.

    На состоявшейся в феврале этого года пресс-конференции избранный Патриарх Африки митрополит Леонид Горбачев выступил в защиту экспансии в Африку: «Мы ушли туда надолго, даже навсегда, как бы ни развивались события» . Наряду со «школами, богадельнями, детскими садами и врачебными пунктами» учреждения, согласные признать первенство Русской Патриархии, получат материальную помощь и защиту со стороны российских военных сил.

    Для дальнейшего укрепления своих позиций на Африканском континенте Московская Патриархия направит 102 клирика из восьми африканских стран, управляющих двумя епархиями: Северо-Африканской и Южно-Африканской.

    Российская патриархия заявила, что это расширение было ответом на признание Александрией Православной церкви Украины, канонической территории, которая получила независимость от Москвы в начале 2019 года по решению Константинопольского патриархата. Русская Церковь всегда настаивала на том, что Украинская Церковь подчиняется ее власти, и отказывала ей в автономии, известной как автокефалия.

    На собрании священников в Киншасе на прошлой неделе Патриарх Александрийский Феодор II вновь выразил недовольство расширением Русской Православной Церкви в Африке. Назвав такой шаг нарушением канонов, Патриарх «обещал перед Богом и людьми защищать права Александрийского Престола».

    Канонический закон Восточной Православной Церкви относится к набору руководящих принципов и положений, регулирующих действия ее 220 миллионов последователей, а также устанавливает географические юрисдикции.

    Несмотря на то, что создание Африканских епархий имело антиукраинские мотивы, эксперты считают это еще одним шагом в расширении сферы влияния России. Поскольку ему не хватает экономических и финансовых средств, чтобы отразить стремление Китая к влиянию на континенте, он стремится к распространению своего религиозного превосходства, чтобы получить политическое влияние.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *