Стих незнакомка блока – Александр Блок — Незнакомка: Стихотворение, читать стих о прекрасной незнакомке онлайн полностью

Александр Блок - Незнакомка: Стихотворение, читать стих о прекрасной незнакомке онлайн полностью

По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.

Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.

И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.

Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный
Бессмысленно кривится диск.

И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.

А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!»* кричат.

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,

И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.

И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.

В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.

24 апреля 1906
_________________________________

* In vino veritas! — Истина — в вине! (лат.)

Анализ стихотворения «Незнакомка» Александра Блока

Чтобы понять смысл стихотворения «Незнакомка», надо знать историю его создания. Блок написал его в 1906 г. в тяжелый период, когда от него ушла жена. Поэт был просто раздавлен отчаянием и проводил целые дни в беспробудном пьянстве в грязных дешевых заведениях. Жизнь Блока катилась под откос. Он это прекрасно осознавал, но не мог ничего исправить. Измена жены поставила крест на всех надеждах и устремлениях поэта. Он утратил цель и смысл своего существования.

Стихотворение начинается с описания обстановки, в которой сейчас находится лирический герой. Он уже давно привык к мрачной атмосфере грязных ресторанов. Автора окружают постоянно пьяные люди. Вокруг ничего не меняется, сводит с ума своим однообразием и бессмысленностью. Даже источник поэтического вдохновения, луна, — всего лишь «ко всему приученный… диск».

В этой обстановке к лирическому герою приходит надежда на избавление в образе таинственной незнакомки. Из стихотворения непонятно, реальна ли эта женщина, или только плод воображения, искаженного непрерывным употреблением вина. Незнакомка в одно и то же время проходит между пьяными рядами и занимает свое место у окна. Она представляет собой существо из другого, чистого и светлого мира. Глядя на ее величавый облик, ощущая запах духов, автор понимает всю мерзость своего положения. В мечтах он уносится из этого душного зала, начинает совершенно новую жизнь.

Финал стихотворения неоднозначен. Вывод, к которому приходит автор («Истина в вине!»), может трактоваться двояко. С одной стороны, Блок не уподобился окружающим его пьяницам, окончательно утратившим надежду на будущее. Он осознал, что продолжает хранить душевное «сокровище», которым вправе распорядиться. С другой стороны, видение незнакомки и пробуждение веры в лучшее может быть просто пьяным бредом, за которым последует тяжелое похмелье.

Стихотворение написано образным языком. Эпитеты отражают душевную опустошенность автора («тлетворный», «бессмысленно», «сонные»). Мрачность обстановки усилена метафорами («влагой терпкой и таинственной», «с глазами кроликов») и олицетворениями («правит… тлетворный дух»).

Резкий контраст грязному ресторану представляет описание незнакомки. Автор выделяет только отдельные детали, имеющие для него символическое значение («упругие шелка», «узкая рука»). Мимолетность образа подчеркивает нереальность происходящего. В сознании автора стирается грань между мечтой и действительностью.

Стихотворение «Незнакомка» занимает особое место в творчестве Блока. В нем отражены искренние ощущения и размышления автора в период острого душевного и жизненного кризиса. Сделана попытка найти выход из этой губительной ситуации.

rustih.ru

Блок Незнакомка Стихотворение

Александр Блок известен всему миру как поэт-символист. Его произведения полны символов, которые передают авторское настроение, атмосферу, в которой находился и работал поэт, стиль жизни.

Многие его поэтические шедевры окутаны некой дымкой таинственности и загадки, что не мешает автору простыми словами разговаривать с читателем, делиться переживаниями и вкладывать частичку собственной души. Именно таким является стихотворение «Незнакомка».

«Незнакомка» — это одно из самых известных и узнаваемых произведений творчества Блока.

Незнакомка



По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.

Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.

И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.

Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный
Бесмысленно кривится диск.

И каждый вечер друг единственный

В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.

А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!»1 кричат.

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.

И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.

В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.

Как появилось стихотворение


По воспоминаниям современников, жизнь известного поэта в 1906 году была подчинена какому-то странному режиму. Владимир Пяст, поэт, рассказывал, что переживая личную драму расставания с женой, Блок чувствовал себя очень подавленным. Хотя в распорядке дня не было ничего странного. Вставал Александр Александрович в одно и то же время, требовать обед, и после этого отправляться на прогулку. Чаще всего Блок гулял по петербургским окраинам, где наблюдал за всем что происходило вокруг. Мог забрести в какой-нибудь ресторанчик. И нужно прямо сказать, прикладывался к бутылке чаще, чем это могло бы быть позволительно. Одно из заведений особенно нравилось поэту. Он туда захаживал регулярно.

Заведение не было элитным и скорее походило на кабак. Но здесь романтик смог увидеть какую-то таинственность. Он спокойно располагался в дешёвом питейном заведении и часами искал «забвение в вине».

Сам Александр утверждал, что ему необходимы новые впечатления, которые его наполнили бы новой энергией, и он смог бы снова работать над необычными своими произведениями. А для этого, может быть, ему придется даже опустить на самое дно этой ужасной жизни. Но зато у него появится необходимый жизненный опыт, который он потом сможет использовать в своей поэзии.

Постоянно посещая этот ресторанчик, у поэта даже появилось своё место, с которого можно было наблюдать за происходящим. Здесь он и увидел женщину, которая принесла с собой оттенок таинственности. Эта незнакомка не походила ни на что вокруг, и скорее напоминала драгоценный камень, оказавшийся в пыли. Так ей не шла обстановка кабака. Изысканные одежды и манеры — всё выдавало в ней аристократку. Казалось, её появление совсем неуместно в этом ресторанчике.

Появление незнакомки, которая, по-видимому, переживала душевную боль, произвело большое впечатление на Блока. Эта женщина показалась ему очень сильной личностью, умеющей справляться с жизненными трудностями собственными, внутренними силами, а не с помощью вина.

Восхищаясь девушкой, её выдержкой и самообладанием лирик и романтик Блок написал это хрестоматийное произведение.

Содержание «Незнакомки»


Время действия — весна. Блок не мог не описать обстановку, происходящую вокруг закручивающегося сюжета.

Немного скучно в районе загородных дач. По вечерам гуляют парочки, кто-то располагается в ресторанчиках, где-то слышен плачь ребёнка — ничего особенного не происходит.

Здесь и проводит своё время наш герой, в небольшом кабачке, который не блещет своими гостями, а скорее наоборот. Среди обычных посетителей есть и те, кто опустился на самое дно жизни: пьяницы, жиголо, проститутки. Но и в этой вульгарной обстановке наш герой находит что-то романтичное.

Здесь и появляется незнакомка, которая всегда одна, без всякого сопровождения. Она приходит в одно и то же время. И даже столик занимает один и тот же, пройдя между пьяными посетителями.

На неё обращает внимание, изрядно подвыпивший поэт. Девушка, явно благородного происхождения, занимает его мысли. Романтик пускается в плаванье «очаровательной дали», пытаясь разгадать непостижимую женскую загадочность.

Размышляя о жизни неизвестной, но такой прекрасной, изысканно одетой и с хорошими манерами девушки, лирик начинает анализировать свою собственную жизнь. На него находит прозрение. Он понимает, что в жизни любого человека могут произойти неприятности, трагические события, горе, но нужно находить в себе силы, чтобы противостоять жизненным невзгодам. Не стоит опускаться на дно. Нет смысла в пьянстве и бездействии. Всё зависит от самого пострадавшего. Либо он опускает руки, и не желает бороться, либо остаётся верным своим принципам и идеалам. Он та и говорит - «ключ поручен только мне!»

Литературная перекличка


Исследователи творчества Александра Блока говорят, что между произведением «Незнакомка» и различными работами других классиков, можно провести невидимые литературные нити.

Например, повесть Гоголя «Невский проспект», когда главный герой, художник Пискарев, попадает в приют, где царит пошлость и разврат.

Прелесть таинственности можно обнаружить в стихах Пушкина, Лермонтова, Тютчева.

Литераторы напоминают о стихотворение В. Брюсова «Прохожей», где тоже появляется героиня из «сумрака духов», и пьяный автор утопает в порочных ощущениях.

Блок не постеснялся в своём произведении в деталях описать и питейное заведение, и образ славной женщины, и своё отношение к ней. Произведение не выглядит «грязным». Наоборот, чистый образ девушки, сделал чище главного героя. Всё сложилось в этом стихотворении, отчего оно полюбилось читателю.

Выразительные средства


Некоторые исследователи называли блоковское стихотворение балладой. Это, конечно, не так. В стихотворении нет ни фантастики, ни эпического сюжета.

Стихотворение «Незнакомка» можно разделить на три части. Первая, рассказывающая об обычной жизни поэта, о скуке, которая царила в дачном поселке. Вторая, о прекрасной, изысканной незнакомке. Третья, о выводах, сделанных главным героем.

Для лучшего противопоставления, на котором строится весь текст, автор использует различные средства:


✔Эпитетов.
✔Метафор.
✔Сравнений.
✔Олицетворений.


Многие критики того времени, пытаясь анализировать это стихотворение, замечали, что оно очень музыкально.

Критическая оценка произведения



Первоначально какие-либо отзывы и рецензии на блоковское стихотворение «Незнакомка» поступали от критиков не в самом лесном ключе. Многие заметили, что сюжет не нов, в нём мало динамики. Некоторые даже назвали сюжетную линию хмельной галлюцинацией.

Но волнующее произведение привлекло своей певучестью, правдивостью и загадочностью. Читатель смог уловить всю прелесть прекрасно в этом вульгарном и пошлом мире. Желание избавиться от пороков, и отказаться от пьянства в пользу жизни, способной подарить удовольствие без помощи вина, создают положительный образ и главного героя, и прекрасной незнакомки.

Известно, что эта реальная встреча произвела на Александра Александровича большое впечатление. Он всерьёз задумался о своей жизни и благодаря своим раздумьям смог выйти из депрессии, в которой находился на тот момент.

Не удивительно, что противопоставление грешного и пошлого мира, прекрасным нежным и воздушным чувствам, переданными автором, заставляют читателя подумать не только о действующих персонажах, но и о своей жизни. В этом и есть высшее предназначение поэзии.

gfom.ru

Стих Незнакомка - Александр Блок: читать текст онлайн

По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.

Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.

И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.

Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный
Бесмысленно кривится диск.

И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.

А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!»* кричат.

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.

И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.

В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.

24 апреля 1906

* In vino veritas! — Истина — в вине! (лат.)

Анализ стихотворения «Незнакомка» Александра Блока

Чтобы понять смысл стихотворения «Незнакомка», надо знать историю его создания. Блок написал его в 1906 г. в тяжелый период, когда от него ушла жена. Поэт был просто раздавлен отчаянием и проводил целые дни в беспробудном пьянстве в грязных дешевых заведениях. Жизнь Блока катилась под откос. Он это прекрасно осознавал, но не мог ничего исправить. Измена жены поставила крест на всех надеждах и устремлениях поэта. Он утратил цель и смысл своего существования.

Стихотворение начинается с описания обстановки, в которой сейчас находится лирический герой. Он уже давно привык к мрачной атмосфере грязных ресторанов. Автора окружают постоянно пьяные люди. Вокруг ничего не меняется, сводит с ума своим однообразием и бессмысленностью. Даже источник поэтического вдохновения, луна, — всего лишь «ко всему приученный… диск».

В этой обстановке к лирическому герою приходит надежда на избавление в образе таинственной незнакомки. Из стихотворения непонятно, реальна ли эта женщина, или только плод воображения, искаженного непрерывным употреблением вина. Незнакомка в одно и то же время проходит между пьяными рядами и занимает свое место у окна. Она представляет собой существо из другого, чистого и светлого мира. Глядя на ее величавый облик, ощущая запах духов, автор понимает всю мерзость своего положения. В мечтах он уносится из этого душного зала, начинает совершенно новую жизнь.

Финал стихотворения неоднозначен. Вывод, к которому приходит автор («Истина в вине!»), может трактоваться двояко. С одной стороны, Блок не уподобился окружающим его пьяницам, окончательно утратившим надежду на будущее. Он осознал, что продолжает хранить душевное «сокровище», которым вправе распорядиться. С другой стороны, видение незнакомки и пробуждение веры в лучшее может быть просто пьяным бредом, за которым последует тяжелое похмелье.

Стихотворение написано образным языком. Эпитеты отражают душевную опустошенность автора («тлетворный», «бессмысленно», «сонные»). Мрачность обстановки усилена метафорами («влагой терпкой и таинственной», «с глазами кроликов») и олицетворениями («правит… тлетворный дух»).

Резкий контраст грязному ресторану представляет описание незнакомки. Автор выделяет только отдельные детали, имеющие для него символическое значение («упругие шелка», «узкая рука»). Мимолетность образа подчеркивает нереальность происходящего. В сознании автора стирается грань между мечтой и действительностью.

Стихотворение «Незнакомка» занимает особое место в творчестве Блока. В нем отражены искренние ощущения и размышления автора в период острого душевного и жизненного кризиса. Сделана попытка найти выход из этой губительной ситуации.

funread.ru

Блок А.А. Незнакомка

      Образ блоковской Незнакомки в стихотворении Георгия Иванова [6] «Свободен путь под Фермопилами»

Стихотворение «Свободен путь под Фермопилами» было опубликовано в «Новом Журнале» в 1957 году.

Свободен путь под Фермопилами[7]
На все четыре стороны.
И Греция цветет могилами,
Как будто не было войны.

А мы – Леонтьева и Тютчева[8]
Сумбурные ученики –
Мы никогда не знали лучшего,
Чем праздной жизни пустяки.

Мы тешимся самообманами,
И нам потворствует весна,
Пройдя меж трезвыми и пьяными,
Она садится у окна.[9]

«Дыша духами и туманами,
Она садится у окна».
Ей за морями-океанами
Видна блаженная страна:[10]

Стоят рождественские елочки,[11]
Скрывая снежную тюрьму.
И голубые комсомолочки,
Визжа, купаются в Крыму.

Они ныряют над могилами,
С одной – стихи, с другой – жених...[12]
...И Леонид под Фермопилами,
Конечно, умер и за них.[13]

Постепенно нарастающая блоковская линия в стихотворении разрешается видением «блаженной страны» (у Блока в «Незнакомке» – «и вижу берег очарованный / и очарованную даль»).

В стихотворении Блока видение дальнего берега явно противопоставлено картине уродливого мира, тогда как у Иванова о том мире, откуда «блаженная страна» видна, не сказано вообще ничего. То есть сказано в первой строфе, но это взгляд сверху, на некое общеевропейское состояние свободы на все четыре стороны, а вот о своем собственном, конкретном, эмигрантском бытии Иванов не говорит ни слова, так, словно, никакого бытия и нет. Вернее, всё, что есть – это не внешние обстоятельства, а жизнь внутренняя, жизнь души. В этом смысле с новой силой светится блоковское «она садится у окна» – всё дальнейшее видение будет «сквозь тусклое стекло», с акцентом не столько на гадательности нашего видения, сколько на том, что оно – внутреннее, а не внешнее.

Фольклорное «морями-океанами» указывает и на расстояние (далеко-далеко), и на русскость, и на сказочность видения – блаженная страна находится где-то там, «за морем-океаном, в тридесятом царстве, тридевятом государстве. После двоеточия – описание самой блаженной страны, не названной по имени – а имени и не нужно, потому что уже прозвучал голос Блока, уже прозвучал и фольклорный зачин «за морями-океанами».
Из «всеобщей родины», из новоевропейского мира, путь ведет в Россию, и этот путь – внутренний – сродни умному зрению (и тем отлично это видение от блоковского, где до конца не ясно – то ли это прозрение, то ли пьяный бред – у Иванова «пройдя меж трезвыми и пьяными» – не только очаровательная неточность воспоминания, но и указание на некую абсолютность видения).

Эпитет блаженная поясняется в следующих строках:
Стоят рождественские елочки,
Скрывая снежную тюрьму.
И голубые комсомолочки
Визжа, купаются в Крыму.

Они ныряют над могилами,
С одной – стихи, с другой – жених.

Кажется, что в двух первых стихах речь идет о блаженном неведении – не случайно рождественские елочки снежную тюрьму скрывают. В этом смысле зима первых двух стихов может трактоваться и как символ смерти («чистейший саван зимы, заметающей жизнь»). Но не только, ведь почти всегда у Иванова зима – это воспоминание о доме, о русском снеге, в отличие от «благодатного юга».

Стоит обратить внимание на то, что и в отношении «эмигрантской были» Иванов использует эпитет блаженный, который в контексте изгнания отсылает, скорее, к посмертному существованию, нежели к земному раю.

Мне кажется, что «блаженная страна» отсылает и к блаженному неведению, и к блаженному видению, и блаженству в простом смысле счастья (голубые комсомолочки).

Вот и рождественские елочки напоминают о светлом празднике, о том празднике, который, по словам Блока, был воспоминанием о золотом веке, о чувстве домашнего очага.

Праздник Рождества был светел в русских семьях, как елочные свечки, и чист, как смола. На первом плане было большое зеленое дерево и веселые дети; даже взрослые, не умудренные весельем, меньше скучали, ютясь около стен. И всё плясало – и дети и догорающие огоньки свечек.

Именно так чувствуя этот праздник, эту непоколебимость домашнего очага, законность нравов добрых и светлых, – Достоевский писал (в «Дневнике писателя», в 1876 г.) рассказ «Мальчик у Христа на елке». Когда замерзающий мальчик увидел с улицы, сквозь большое стекло, елку и хорошенькую девочку и услышал музыку, – это было для него каким-то райским видением; как будто в смертном сне ему привиделась новая и светлая жизнь.

В стихотворении Иванова райское видение, новая светлая жизнь соседствует со смертью, точно так же, как в первой строфе Греция «цветет могилами». При этом, самих голубых комсомолочек вряд ли можно расценивать, как олицетворение мирового зла.

Получается, что картина блаженной страны противопоставлена картине европейского мира в первой строфе: там свобода «на все четыре стороны», здесь – тюрьма. Но эти картины и похожи: и там, и там – забвение о смерти, о героической гибели («цветение могил» и «ныряют над могилами» – кстати, снова отсылка к Тютчеву – «под вами могилы – молчат и оне»).

В 1949 году Иванов иначе опишет эту «снежную тюрьму»:

Россия тридцать лет живет в тюрьме,
На Соловках или на Колыме.

И лишь на Колыме и Соловках
Россия та, что будет жить в веках.

В стихотворении «Свободен путь под Фермопилами» всё тот же образ «снежной тюрьмы», но «всё остальное» – уже не «планетарный ад», а купающиеся в Крыму комсомолочки. Вряд ли можно согласиться с прямодушным утверждением Кирилла Померанцева: «Русская молодежь неповинна в грехах родителей и не ведает, что живет в тюрьме. Лишенный собственных своих радостей, поэт радовался за нее». Радости в этих строках, на мой взгляд, нет и в помине. Но есть в них нежность. И уменьшительные суффиксы, и сама рифма елочки/комсомолочки вкупе с эпитетом голубые, скорее, указывает на блаженство неведения и невинности, чем на «холод и мрак» наступивших дней.

В заключительной строфе та же картина:

Они ныряют над могилами,
С одной – стихи, с другой – жених…

«Ныряют над могилами» – в том числе, над могилами белогвардейскими, а стихи и жених в следующей строке – это всё то же указание на невинность жизни, на юность, на любовь (точнее – весну, влюбленность). Примечательно, что именно «стихи», а не что-нибудь еще, но ведь «стихи» – это из той самой, невозможной и невозвратимой, русской жизни.

Заключительные строки стихотворения возвращают нас к тому, с чего оно начинается – Фермопильскому сражению:

…И Леонид под Фермопилами,
Конечно, умер и за них.

Круг истории замыкается, и эта кольцевая структура не случайна – взгляд сверху обнимает целое, но само целое – не в отвлеченной идее, а в конкретном, то есть, в личности (и того, кто погиб, и того, кто видит это – «а мы»). Мы можем проследить это движение в самом стихотворении: от «всеобщей родины» и картины послевоенного, европейского мира в первой строфе, к внутренней жизни сумбурных учеников Леонтьева и Тютчева – надежде (третья строфа), которой видится «блаженная страна» – т.е. русская Греция – новая Россия (четвертая строфа) – к личности (Леонид под Фермопилами) и утверждению неслиянности и нераздельности самой истории – личной и всеобщей – «конечно, умер и за них».

Безнадежная борьба под Фермопилами оканчивается поражением и гибелью спартанцев. Сама греко-персидская война будет закончена несколько десятилетий спустя подписанием мирного договора, вполне благоприятного для Эллады, но и дни Эллады сочтены – в современной Греции только развалины напоминают о «золотом веке».

Стихотворение Георгия Иванова – это, в сущности, однозначный и бескомпромиссный ответ на тот вопрос, которым задаются «не сумбурные» ученики Константина Леонтьева: «Нынешняя Россия мне ужасно не нравится. Не знаю, стоит ли за нее или на службе ей умирать?». Нет сомнения, что «нынешняя Россия» – снежная тюрьма – не особенно нравится и Георгию Иванову. Тем сильнее звучит утверждение «конечно, умер и за них».

6. Георгий Владимирович Ива́нов (1894 – 1958) – русский поэт, прозаик и публицист, переводчик, критик. Один из крупнейших поэтов русской эмиграции.
Первая серьезная публикация в 1910 году, в петербургском еженедельнике «Все новости литературы, искусства, театра, техники и промышленности» были напечатаны 2 стихотворения «Осенний брат» («Он – инок. Он – Божий») и «Икар». Предположительно в этот же период познакомился с А. А. Блоком. О встрече с Г. Ивановым 18 ноября 1911 года имеется запись в блоковском дневнике: «...я уже мог сказать ему... о Платоне, о стихотворении Тютчева, о надежде так, что он ушел другой, чем пришел». Примечательно слово «уже», свидетельствующее о прогрессе в подобных беседах. Несколькими днями раньше (14 ноября) Блок записывает в дневник стихотворение Тютчева «Два голоса» (это стихотворение – призыв к мужеству в безнадежной борьбе перед лицом неизбежной гибели, которую можно рассматривать как поражение или же как победный венец). (вернуться)

7. Свободен путь под Фермопилами – стихотворение, как отмечается в комментарии к собранию стихотворений Г. Иванова, подготовленном А. Ю. Арьевым, было впервые опубликовано в нью-йоркском «Новом журнале» в 1957 году (Кн. XLVIII. C. 99–100), однако, по свидетельству К. Д. Померанцева, существовало уже в 1955 году [Померанцев 1986: 32].
Антитеза, содержащаяся в первых двух строках текста Свободен путь под Фермопилами /На все четыре стороны, – это риторическая доминанта стихотворения.
Фермопилы – горный проход на границе Фессалии и Средней Греции, место сражения греков с персами в 480 году до н. э., в ходе которого погиб отряд из 300 спартанцев, возглавляемый царем Леонидом (Леонид I, правил в 491–480 годах до н. э.).
C. Г. Бочаров называет Фермопилы символом и отмечает сразу две антитезы: «Свободен путь под Фермопилами… Но Фермопилы – это имя-символ несвободного пути, с которого началась героическая история человечества. Фермопилы – это имя-символ борьбы и сопротивления, непроходимая точка на карте — пространственный образ, прямо обратный свободе движения по карте на все четыре стороны».
В стихотворении путь под Фермопилами, который представлял собой проход между морем и горами в шестьдесят шагов ширины, свободен «на все четыре стороны». Этот фразеологизм отсылает к старинному обычаю франков – «при освобождении раба, ставить его на перекрестке, ведущем на четыре стороны со словами: «пусть будет свободен и идет куда хочет» (словарь Михельсона).
В первой строфе, представляющей собой взгляд на историю европейской части мира («всеобщей родины»), два утверждения: путь свободен – но на все четыре стороны, Греция цветет могилами – как будто не было войны. Это картина послевоенного мира, взгляд сверху.
Безнадежная борьба, символом которой являются Фермопилы, не потому безнадежна, что ведет героя к гибели (вспомним стихотворение Тютчева «Два голоса»), а потому, что свободному на все четыре стороны миру нет дела до этой гибели.(вернуться)

8. Леонтьева и Тютчева /Сумбурные ученики – говоря об учителях, поэт вспоминает два имени – Ф. И. Тютчева и К. Н. Леонтьева.
Тютчев-поэт важен для поэтов Серебряного века как один из главнейших предшественников русского символизма.
Тютчев и Леонтьев упомянуты здесь как исторические мыслители. А. Арьев в комментарии к стихотворению отмечает: «Двух русских оппозиционеров-консерваторов, Тютчева и Константина Николаевича Леонтьева (1831–1891), прозаика, православного мыслителя с уклоном в историософию, несомненно можно причислить к „учителям“ Г. И., особенно значимым в эмигрантские годы. О Леонтьеве, единственном из философов, Г. И. написал статью „Страх перед жизнью“ (1932)».
Для характеристики своего ученичества поэт использует эпитет сумбурные, то есть непоследовательные, мятущиеся. (вернуться)

9. ...Она садится у окна. – третья строфа вводит в стихотворение блоковскую «Незнакомку», переводит повествование в план настоящего (…тешимся самообманами…): «шлейф» Серебряного века дотягивается до второй половины века XX.
Первая перекличка с блоковской «Незнакомкой», которая улавливается с первых же строк ивановского стихотворения, – это перекличка ритмическая. Стихотворение «Свободен путь под Фермопилами…» и «Незнакомка» имеют одинаковое метрико-строфическое строение (4-стопный ямб с дактилическими и мужскими окончаниями A’bA’b).
Блоковский текст «организует» две центральные строфы стихотворения, скрепленные сквозными рифмами (самообманами – пьяными – туманами – океанами; весна – окна – окна – страна). Далее в третьей строфе появляется символический противоречивый образ весны, который также восходит к Блоку.
Весна оказывается способной на огромном расстоянии узреть сегодняшнюю родину поэта – Советскую Россию, которая видится блаженной страной. Значительная дистанция, существующая между поэтом и Россией, подчеркивается фольклорным плеоназмом за морями-океанами (здесь также можно усмотреть гиперболу: Франция и Россия находятся на одном континенте). (вернуться)

10. ...Видна блаженная страна... – строки 15–16 содержат реминисценцию из стихотворения Н. М. Языкова «Пловец» (Там за далью непогоды / Есть блаженная страна) и новую аллюзию на блоковский текст (И вижу берег очарованный / И очарованную даль).
Уже в этой последней аллюзии заложена двойственность образа блаженной страны: с одной стороны, у Блока берег очарованный и очарованная даль – нечто позитивное, подлинное, своего рода реализация лозунга «a relibus ad realiora» ("от реального к реальнейшему", лозунг, выдвинутый теоретиком русского символизма, Вячеславом Ивановым). Но, вместе с тем, эти образы неразрывно связаны с присутствующей в блоковской «Незнакомке» темой обмана, чего-то кажущегося и иллюзорного (Иль это только снится мне?). (вернуться)

11. Стоят рождественские елочки... – строки 17–22, рисующие картины «потусторонней» советской жизни, наполнены антитетичными образами.
Во-первых, противопоставлены друг другу зимний пейзаж в строках 17–18 и летний в строках 19–20.
В семнадцатой строке появляется один из атрибутов зимы – елка, «реабилитированная» к 1936 году, – но уже не как рождественская, а как «новогодняя» или «советская» (поэтому слово рождественские можно интерпретировать как метонимический эпитет). За идиллическим образом елочек (уменьшительно-ласкательный суффикс выдает особое трепетное отношение к «увиденному»; ср. иное звучание сходных строк О. Э. Мандельштама: Сусальным золотом горят / В лесах рождественские елки), однако, скрывается снежная тюрьма. Образ тюрьмы можно интерпретировать как метафору Советской России (ср. возникший еще в середине XIX века афоризм «Россия – тюрьма народов»), снежная – метонимический эпитет.
Столь же противоречива и картина летней жизни. Купающиеся в Крыму комсомолочки (снова уменьшительно-ласкательный суффикс) наделены эпитетом голубые, который можно интерпретировать как метонимический (комсомолочки купаются в голубом море), но можно и увидеть в нем шлейф символических значений. Ср., например, интерпретацию К. Д. Померанцева: «„голубые комсомолочки“, то есть именно голубые, чистые – те молодые русские души, которых еще не успел отравить бездушный марксистский коммунизм». Добавим к этому еще одну вероятную перекличку с блоковской «Незнакомкой»: И очи синие бездонные / Цветут на дальнем берегу. (вернуться)

12. Они ныряют над могилами... – в строке 21 метонимия могилами "местом смерти белых офицеров", над которыми ныряют ничего не подозревающие комсомолочки, вводит в текст новый хронотоп – Крым времен Гражданской войны, последний оплот русского белого движения.
Слово могилами отсылает нас к первой строфе стихотворения; перекличка между строфами осуществляется и на рифменном уровне – при помощи повторяющихся в первой и последней строфах женских рифм, построенных по принципу хиазма (Фермопилами – могилами, могилами – Фермопилами).
Таким образом, создается кольцевая композиция стихотворения и происходит соположение Крыма и Фермопил, а через это России и Греции в целом: во-первых, Фермопилы и Перекопский перешеек Крыма сходны как географические объекты (и то, и другое – узкие полосы земли, соединяющиеся с «большой землей»), во-вторых, оба места – это точки военных и национальных катастроф, символы сопротивления, закончившегося множеством могил. (вернуться)

13. Последние две строки, подводящие итог грандиозным размышлениям поэта о России и мировой истории, отделены от всего предшествующего текста многоточием.
К. Д. Померанцев в воспоминаниях о Г. Иванове, предлагая свою интерпретацию, делает акцент на приятии поэтом той жизни: «Русская молодежь неповинна в грехах родителей и не ведает, что живет в тюрьме. Лишенный собственных своих радостей, русский поэт радовался за нее». (вернуться)

literatura5.narod.ru

Блок - Незнакомка: стихотворение, читать текст

Стихотворения русских поэтов » Стихи Александра Блока » Блок — Незнакомка

				

По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.

Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.

И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.

Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный
Бесмысленно кривится диск.

И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.

А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!»* кричат.

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.

И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.

В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.

24 апреля 1906
_________________________________

* In vino veritas! — Истина — в вине! (лат.)

rupoets.ru

«Незнакомка». Стихотворение Александра Блока | Актуальная классика | Культура

7 мая 1906 года Александр Блок написал одно из своих самых известных стихотворений — «Незнакомку». Произошло это в пригороде Санкт-Петербурга — Озерках, где поэт коротал время в привокзальном ресторане. Пошлости и обыденности того кабачка, да и всего окружающего мира в целом, Блок противопоставил образ идеальной женщины — таинственной незнакомки в шляпе со страусиными перьями и в шелках, которая «дышит духами и туманами». Однако многие приняли блоковскую Незнакомку за даму полусвета, которая оказалась в ресторане в поисках спутника на ночь, — а «настоящие» дамы полусвета, современницы поэта, начали подражать воспетой в стихах «коллеге»: «жрицы любви» носили шляпы с перьями и, подходя к молодым людям, представлялись Незнакомками.

В 108-ю годовщину со дня написания «Незнакомки» АиФ.ru публикует стихотворение.

***

По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.

Александр Блок, 1903 год. Фото: Commons.wikimedia.org / Unbekannt Original uploader was Matthias Bock at de.wikipedia

Вдали, над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздаётся детский плач.

И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.

Над озером скрипят уключины,
И раздаётся женский визг,
А в небе, ко всему приученный,
Бессмысленно кривится диск.

И каждый вечер друг единственный
В моём стакане отражён
И влагой терпкой и таинственной,
Как я, смирён и оглушён.

А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!»* кричат.
{* — «Истина в вине!» (лат.)}

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

И веют древними поверьями


Её упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,
Смотрю за тёмную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

Глухие тайны мне поручены,
Мне чьё-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.

И перья страуса склонённые
В моём качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.

В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.

Стихотворение Александра Блока «Незнакомка»

Смотрите также:

www.aif.ru

Блок Александр - Незнакомка. Слушать онлайн

Анализ стихотворения А. Блока «Незнакомка»

Это стихотворение Александра Блока принадлежит к периоду написания “Страшного мира”, когда главными в восприятии поэтом мира были ощущения тоски, отчаяния и неверия. Мрачные мотивы многих стихотворений данного периода выражали протест Блока против жестокости страшного мира, превращающего все самое высокое и ценное в предметы торга. Здесь царит не красота, а жестокость, ложь и страдание, и выхода из этого тупика нет. Лирический герой отдается отраве хмеля и буйного разгула

И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной,
Как я, смирен и оглушен.

В этот период поэт порывает со своими друзьями-символистами. От него ушла его первая любовь — Любочка, внучка знаменитого химика Менделеева, ушла к его близкому другу — поэту Андрею Белому. Казалось, что Блок топит отчаяние в вине. Но, несмотря на это, главной темой стихов периода “Страшного мира” все же остается любовь. Но та, о ком поэт пишет свои великолепные стихи, уже не прежняя Прекрасная Дама, а роковая страсть, искусительница, разрушительница. Она мучит и сжигает поэта, а он не может вырваться из-под ее власти.
Даже о пошлости и грубости страшного мира Блок пишет одухотворенно и красиво. Хотя он уже и не верит в любовь, не верит ни во что, но образ незнакомки в стихах этого периода все же остается прекрасным. Поэт ненавидел цинизм и пошлость, их нет в его стихах.
“Незнакомка” — одно из самых характерных и красивых стихотворений этого периода. Блок описывает в нем реальный мир — грязную улицу со сточными канавами, проститутками, царство обмана и пошлости, где среди льющихся помоев прогуливаются “испытанные остряки” с дамами.

По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.

Лирический герой одинок в окружении пьяниц, он отвергает этот ужасающий его душу мир, похожий на балаган, в котором нет места ничему прекрасному и святому. Мир травит его, но среди этого хмельного угара появляется незнакомка, и ее образ будит светлые чувства, кажется, она верит в красоту. Образ ее удивительно романтичный и манящий, и видно, что жива еще в поэте вера в добро. Пошлость, грязь не могут запятнать образ незнакомки, отражающий мечты Блока о чистой, беззаветной любви. И хотя стихотворение и завершается словами “In vino veritas”, но образ прекрасной незнакомки вселяет веру в светлое начало жизни.

Блок Александр Александрович (1880–1921), русский поэт. Родился 16 (28) ноября 1880 в Петербурге. Сын профессора-юриста, с которым мать Блока разошлась вскоре после рождения поэта. Воспитывался в семье своего деда А.Н.Бекетова, ботаника, ректора Петербургского университета. Отношения с отцом, изредка приезжавшим в Петербург из Варшавы, отразились в неоконченной поэме Возмездие (1917–1921). Образ «демона», чуждого любых иллюзий, но вместе с тем наделенного неискоренимой мечтательностью, навеян размышлениями о судьбе отца, последнего русского романтика, который стал жертвой рока истории, вплотную приблизившей эпоху катастроф невиданного масштаба и трагизма. Таким романтиком, тоже испытавшим на себе возмездие истории, Блок ощущал и самого себя.

teatr.audio

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *