Расстрел мирной демонстрации рабочих: Бойня в Новочеркасске: «Но был один, который не стрелял»

Содержание

Бойня в Новочеркасске: «Но был один, который не стрелял»

  • Артем Кречетников
  • Би-би-си, Москва

Автор фото, Getty

Подпись к фото,

Никита Хрущев метался между либерализацией и репрессиями

Полвека назад советские власти расстреляли восставших рабочих Новочеркасска.

2 июня 1962 года были убиты 26 человек, еще один умер в больнице. Ранения получили, по уточненным данным, 87 человек. Семерых впоследствии приговорили к расстрелу, 105 — к лагерным срокам.

Заместитель командующего Северо-Кавказским военным округом генерал-лейтенант Матвей Шапошников отказался бросить против безоружных демонстрантов танки и поплатился за это карьерой.

Крайностей, вероятно, можно было бы избежать, если бы не высокомерие и трусость номенклатурщиков, привыкших к рабской покорности «населения» и не желавших разговаривать с народом по-человечески.

Выступление не было мирной протестной акцией: участники разгромили несколько зданий и избили представителей заводской администрации. Однако избыточное применение силы, жестокие приговоры и сокрытие информации о трагедии, по оценке официальных властей постсоветской России и подавляющего большинства историков, превратили новочеркасские события в преступление против человечности.

Российские коммунисты нередко говорят, что, мол, при советской власти людей на площадях полицейскими дубинками не разгоняли.

Что верно, то верно. Не было необходимости. Когда люди однажды вышли на площадь, их не разогнали дубинками, а смели автоматными очередями. После этого 40 лет никому и в голову не приходило выходить, пока ЦК КПСС сам не объявил: «Можно».

Половинчатая «оттепель»

Власть постоянно давала понять, что несмотря ни на какую «оттепель», никому ничего не гарантирует, рамки дозволенного будет определять сама и, если сочтет нужным, ни перед чем не остановится.

На одной из встреч с творческой интеллигенцией Хрущев заявил: «Имейте в виду, сажать мы не разучились!». Как показала новочеркасская трагедия, стрелять большевики тоже не разучились.

В начале 1960-х годов в стране возник продовольственный кризис, вызванный, помимо неэффективной колхозной системы и непосильных расходов на армию и космос, инициированной Хрущевым «кукурузной кампанией».

В 1961 году советское правительство впервые закупило пшеницу в Канаде.

В отличие от Ленина и Сталина, Хрущев потратил валюту на продовольствие вместо того, чтобы позволить гражданам умирать от голода. Тем не менее, белый хлеб практически исчез из магазинов, а ржаной начал выпекаться с примесью гороховой муки.

Народ прозвал этот невкусный и клейкий хлеб «русским чудом», имея в виду одноименный документальный фильм, незадолго до этого снятый восточногерманскими кинематографистами и широко демонстрировавшийся в Советском Союзе.

Людей особенно возмущало ухудшение продовольственного положения на фоне пропагандистской трескотни. Портреты и пространные речи Хрущева не сходили с газетных полос, а из радиоприемников неслась развеселая песенка «Кукуруза не обуза, урожай всегда дает!».

17 мая 1962 года правительство издало постановление о повышении с 1 июня розничных цен на мясо и колбасу на 30%, масло — на 25%, причем объяснило это «просьбами трудящихся». Фраза «по просьбе трудящихся» вошла с тех пор в советский фольклор.

По данным КГБ, различные протестные выступления и расклеивание листовок имели место в Москве, Ленинграде, Донецке, Днепропетровске, Горьком, Тамбове, Тбилиси, Новосибирске, Челябинске, Загорске, Выборге и других городах. Произошло 58 стихийных забастовок и 12 уличных демонстраций.

Но главная драма разыгралась в Новочеркасске.

Дирекция тамошнего электровозостроительного завода (НЭВЗ) не придумала ничего лучше, как приурочить к повышению цен увеличение норм выработки, о котором объявили 31 мая. На практике эта мера снижала доходы рабочих-сдельщиков на 25-30 процентов.

Стихийный бунт

В Новочеркасске в 1962 году проживало около 145 тысяч человек, из которых 12 тысяч работали на градообразующем предприятии — НЭВЗе.

Значительная часть горожан ютилась в бараках, а стоимость аренды жилья составляла треть средней зарплаты рабочего. Даже за картошкой в очередь становились с часу ночи.

Вероятно, при Сталине никто не решился бы и пикнуть, но «оттепель» породила ощущение, что «теперь не прежнее время».

Утром 1 июня около 200 рабочих сталелитейного цеха отказались приступить к работе, вышли во двор и принялись обсуждать невеселый вопрос: «На что жить дальше?».

Около 11:00 они направились к заводоуправлению. По пути к ним присоединялись рабочие других цехов, так что перед зданием собралась примерно тысяча человек.

Директор завода Борис Курочкин вступил с ними в пререкания и, завидев женщину, торговавшую пирожками, заявил: «Не хватает на мясо — ешьте пирожки с ливером!».

По словам некоторых очевидцев, директор употребил слово «жрите».

Возможно, ситуацию еще можно было «разрулить», но неудачная фраза взорвала толпу. Курочкина освистали, и он счел за благо ретироваться.

Рабочий Виктор Власенко включил заводской гудок, за что впоследствии получил 10 лет. Забастовка охватила весь завод, число участников стихийного митинга достигло пяти тысяч.

Чтобы «привлечь внимание Москвы», рабочие перекрыли проходившую неподалеку железную дорогу и остановили пассажирский поезд «Ростов-на-Дону — Саратов». На локомотиве кто-то написал крупными буквами: «Хрущева на мясо!». На электрических опорах повесили лозунги: «Мясо, масло, повышение зарплаты!» и «Нам нужны квартиры!», нарисованные заводским художником Коротеевым. Появившегося на месте событий главного инженера Елкина избили.

Ближе к вечеру бастующие все же согласились пропустить поезд, но машинист побоялся ехать мимо возбужденной толпы и вернулся на предыдущую станцию.

К 16:00 приехал первый секретарь Ростовского обкома партии Басов в сопровождении всего местного руководства. На балкон заводоуправления вынесли громкоговорители.

Несколько сот рабочих пришли послушать начальство, но Басов вместо ответов на вопросы принялся зачитывать хорошо известное всем Обращение ЦК КПСС по поводу повышения цен.

Рабочие освистали его, а, увидев на балконе директора Курочкина, принялись кидаться камнями и пустыми бутылками. Басов заперся в кабинете и начал звонить военным, требуя присылки войск.

Толпа ворвалась в заводоуправление, избила нескольких попавших под руку работников администрации, сбросила висевший на здании портрет Хрущева и подожгла его.

Между 18:00 и 19:00 прибыли около 200 милиционеров, а чуть позже — три БТРа и пять грузовиков с солдатами, но в происходящее они не вмешивались. По мнению исследователей, целью появления военных было отвлечь на себя внимание, пока сотрудники КГБ в штатском выведут блокированных в здании начальников.

Митинг продолжался. Лидеров и программы у рабочих не было. Решили на следующий день идти к горкому партии. Звучало предложение захватить городской телеграф и «передать воззвание по всей стране».

Хрущеву доложили о происходящем практически немедленно. Он позвонил секретарю обкома Басову, председателю КГБ Семичастному и министру обороны Малиновскому и потребовал «навести порядок».

В Новочеркасск срочно вылетела чуть ли не половина членов президиума (так тогда называлось политбюро) ЦК КПСС: Фрол Козлов, Анастас Микоян, Андрей Кириленко, Леонид Ильичев и Дмитрий Полянский, а также секретарь ЦК Александр Шелепин, зампредседателя КГБ Петр Ивашутин и срочно отозванный с учений командующий Северо-Кавказским военным округом Иса Плиев. За старшего был Козлов, считавшийся на тот момент вторым человеком в государстве и наиболее вероятным преемником Хрущева.

Никто из московского начальства к народу не обратился. Уже после расстрела по местному радио прокрутили записи кратких выступлений Микояна и Козлова, которые возложили всю ответственность за случившееся на «уголовно-хулиганствующие элементы» и утверждали, будто войска действовали в ответ на «просьбы трудящихся» навести порядок.

Около 19:00 1 июня Малиновский позвонил в штаб округа в Ростове-на-Дону, Плиева, находившегося на пути в Новочеркасск, не застал и передал ему приказ: «Соединения поднять. Навести порядок. Доложить!»

Около трех часов ночи на площадь перед заводоуправлением въехали несколько танков и, не открывая огня, принялись маневрировать, вытесняя толпу. Рабочие стучали по броне камнями и палками, но, в конце концов, вынуждены были разойтись.

Утром в Новочеркасск вошли подразделения 18-й танковой дивизии, которые взяли под охрану почту, телеграф и отделение Госбанка. На всех предприятиях появились вооруженные солдаты. Демонстрация силы привела лишь к тому, что возмущенные рабочие отказались «работать под дулами автоматов», присоединились к забастовке товарищей с НЭВЗ и начали стекаться к центру города. На стенах появились надписи и листовки с критикой Хрущева.

Разнесся слух, что за ночь 22 участника волнений были арестованы. Стало ясно, чего требовать. Толпа в 4-5 тысяч человек двинулась из промышленного района к зданию горкома партии и горисполкома. Среди демонстрантов были женщины и дети. Некоторые несли портреты Ленина, как 9 января 1905 года — портреты Николая II.

По пути им требовалось пересечь речку Тузлов, единственный мост через которую был плотно блокирован танками. Одни демонстранты перебрались через обмелевшее русло вброд, другие, видя, что танкисты не стреляют, карабкались через боевые машины.

Когда голова толпы показалась на главной улице Новочеркасска, Московской, находившееся в здании горкома столичное начальство сбежало в военный городок.

Перед горкомом выстроилась двойная цепь автоматчиков под командой начальника Новочеркасского гарнизона генерал-майора Олешко, но часть демонстрантов проникла в здание с тыла и принялась крушить мебель, телефонные аппараты, люстры и портреты.

Олешко и председатель горисполкома Замула в микрофон потребовали от толпы разойтись, но это были явно не те слова, которые хотел услышать обозленный народ.

Внезапно раздались автоматные очереди. Люди отхлынули назад, но послышался крик: «Не бойтесь, стреляют холостыми!». И тут начался огонь на поражение.

Наполеон говорил, что, если уж возникла необходимость применить оружие против толпы, стрелять боевыми патронами надо сразу, тогда она разбежится и жертв будет меньше, а стрелять сначала холостыми, потом боевыми — провокация.

Одновременно у находившегося неподалеку горотдела милиции толпа пыталась освободить задержанных накануне забастовщиков, но их уже вывезли в другое место. Один из нападавших вырвал оружие из рук рядового Репкина. Стоявший рядом военнослужащий Азизов убил его автоматной очередью.

Лужи крови замывали из шлангов и стирали щетками, но до конца уничтожить следы не смогли, и площадь заасфальтировали заново.

Тела 26 человек по распоряжению правительственной комиссии тайно захоронили на разных кладбищах Ростовской области. С участников похорон, названных «правительственным спецзаданием», взяли подписки о неразглашении. Родным выдали лишь останки умершего в больнице Леонида Шульги.

Разогнать толпу дубинками, слезоточивым газом или иными нелетальными средствами власти не пытались, и не известно, обсуждался ли такой вариант. По мнению многих исследователей, они стремились не просто восстановить порядок, а проучить народ.

Местный историк Татьяна Бочарова, 20 лет занимающаяся выяснением обстоятельств трагедии, предполагает, что определенную роль могло сыграть особое отношение коммунистов к Новочеркасску как бывшей столице Войска Донского.

«Еще Ленин говорил: «Надо вбить кол в гнездо контрреволюции». Это он о Новочеркасске. Тогдашние идеологи знали, что казачья столица — особый город», — замечает эксперт.

Автор фото, RIA Novosti

Подпись к фото,

Благодаря генералу Шапошникову на мосту не пролилась кровь

Танками на мосту через Тузлов командовал участник сражения под Прохоровкой и парада Победы Герой Советского Союза Матвей Шапошников.

Получив приказ не пропускать толпу в центр города и применить, в случае необходимости, танки, он ответил: «Я не вижу перед собой противника, которого следовало бы атаковать танками».

В случае использования бронетехники, по словам Шапошникова, количество жертв исчислялось бы тысячами.

В 1966 году его отправили на пенсию, а еще через год исключили из партии за «антисоветские разговоры».

О поступке офицера рассказал в 1989 году журналист «Литературной газеты» Юрий Щекочихин. К счастью, Матвей Шапошников дожил до времени, когда ему воздали должное.

Кто приказал?

По обычаю, восходящему к временам Гражданской войны, советские руководители избегали фиксировать на бумаге свои решения по щекотливым вопросам. Письменного приказа открыть огонь не было, как проходили дискуссии, не известно.

Основным источником информации являются воспоминания Микояна, который, естественно, постарался снять с себя ответственность.

«Прибыв в Новочеркасск и выяснив обстановку, я понял, что претензии рабочих были вполне справедливы и недовольство оправданно. Как раз вышло постановление о повышении цен на мясо и масло, а дурак-директор одновременно повысил нормы, на недовольство рабочих реагировал по-хамски, не желая с ними даже разговаривать. Действовал, как будто провокатор какой-то, оттого что не хватало ума и уважения к рабочим. В результате началась забастовка, которая приобрела политический характер. Город оказался в руках бастующих».

«Козлов стоял за проведение неоправданно жесткой линии, названивал в Москву и сеял панику, требуя разрешения на применение оружия, и через Хрущева получил санкцию на это «в случае крайней необходимости». «Крайность» определял, конечно, Козлов».

«Почему Хрущев разрешил применить оружие? Он был крайне напуган тем, что, как сообщил КГБ, забастовщики послали своих людей в соседние промышленные центры. Да еще Козлов сгущал краски… Такая паника и такое преступление для Хрущева не типичны, виновен Козлов, который его так дезинформировал, что добился хотя и условного, но разрешения», — писал Микоян.

Текст был опубликован, когда ни автора, ни Хрущева и Козлова уже не было в живых.

Главная военная прокуратура РФ в 1992 году возложила вину прежде всего на Козлова.

«Выполняя незаконное распоряжение Ф.Р.Козлова, не установленные следствием должностные лица отдали приказ открыть огонь на поражение», — говорилось в материалах уголовного дела.

Никто из начальства наказан не был, за исключением директора завода Курочкина и секретаря парткома Перерушева, которых выгнали с работы. Секретари горкома и председатель исполкома отделались партийными выговорами.

Уже 3 июня в Новочеркасске началась охота на людей. Основанием служила оперативная фотосъемка КГБ. Арестовывали тех, кто шел в первых рядах и, судя по фотографиям, вел себя наиболее активно. Брать приходили по ночам, как в 37-м году. Многие уверяли, что попали под объективы случайно.

Всего во время волнений и в последующие дни были задержаны около 240 человек. Состоялись несколько судебных процессов. Семерых — Александра Зайцева, Андрея Коркача, Михаила Кузнецова, Бориса Мокроусова, Сергея Сотникова, Владимира Черепанова, Владимира Шуваева — приговорили к смертной казни, 105 человек — к заключению в колониях строгого режима, в основном на сроки от 10 до 15 лет.

Поскольку участие в беспорядках, сопротивление милиции и уничтожение имущества не тянули на такие приговоры, подсудимых провели по статьям «бандитизм» и «попытка свержения советской власти».

«2 июня я не успела зайти в заводские ворота, как они захлопнулись прямо передо мной. Потом считалось так: кто попал на завод — те законопослушные, а кто оказался за воротами — бунтари, — рассказывает бывшая крановщица НЭВЗа, ныне сотрудница новочеркасского музея казачества Валентина Водяницкая. — Через несколько дней вызвали якобы на медкомиссию. Я взяла с собой трехлетнего сына, даже в мыслях не было, что меня арестуют. У медсанчасти незнакомые люди вырвали из рук ребенка, а меня запихнули в машину. Сын остался на улице, значительно позже я узнала, что он попал в детдом. На суде два свидетеля в военной форме утверждали, что женщина, похожая на меня, пыталась нарушить связь, установленную для выступления Анастаса Микояна. Следователи говорили, что будет условный срок, но дали 10 лет».

19-летний Николай Степанов на суде осмелился спросить: «Кто вам дал право применять оружие против мирного населения?». Получил 15 лет.

После смещения Хрущева большинство осужденных освободили по отбытии половины срока наказания, но и дома в покое не оставили. Сотрудники КГБ регулярно проводили с ними профилактические беседы, рекомендуя не говорить лишнего и меньше встречаться с товарищами по несчастью.

Власти СССР начисто замолчали новочеркасские события. Переписка жителей долгое время перлюстрировалась, выезжавших из города на работе предупреждали, что следует помалкивать. Часть материалов в архивах КГБ до сих пор недоступна исследователям.

В стремлении вычеркнуть трагедию из памяти даже литеру «Н» («Новочеркасск») в названии выпускавшихся на НЭВЗе электровозов заменили на «ВЛ» («Владимир Ленин»).

Из 87 раненых обратились за медицинской помощью только 45 человек. Остальные предпочли лечиться своими средствами, опасаясь преследования.

Комендантский час и правило «больше трех не собираться» действовали до 6 июня. По городу ходили чудовищные слухи: что все население сошлют в Сибирь или вообще сотрут Новочеркасск с лица земли («с нами покончат, и ракету заодно испытают»). После расстрела люди ждали от правителей чего угодно.

Запуганные рабочие в первый же день выполнили норму на 150% и сами предлагали отработать «прогулянные» смены по воскресеньям, но начальство инициативу не поддержало.

Новочеркасский расстрел окружен слухами, опирающимися на слова очевидцев, но не подтвержденными документально.

Есть версия, что солдаты на площади перед горкомом стреляли только холостыми, а убивали людей спрятавшиеся на крыше снайперы КГБ. Известно, что 1 июня в местную гостиницу «Дон» поселили 27 «музыкантов», которые нигде не выступали и исчезли неведомо куда. Впрочем, если они и были сотрудниками спецслужб, то могли заниматься слежкой и фотографированием.

Не подкреплены твердыми доказательствами и другие широко известные истории: об офицере, который, получив приказ стрелять в толпу, застрелился сам; об обезумевшей молодой матери, которая до вечера ходила по городу с убитым шальной пулей младенцем на руках; о детях 8-10 лет, которые под огнем «сыпались, как горох» с деревьев на Московской улице.

Во всяком случае, ни одно имя погибшего ребенка неизвестно, а по официальным данным, самой младшей жертве было 16 лет.

Любопытные мальчишки на деревьях действительно сидели. Одним из них был будущий генерал и кандидат в президенты России Александр Лебедь.

Память и беспамятство

Автор фото, RIA Novosti

Подпись к фото,

В Новочеркасске и сегодня делают электровозы

На сегодняшний день живы 20 репрессированных и 14 раненых новочеркассцев.

Первым привлек внимание к давней трагедии Петр Сиуда, который в возрасте 25 лет участвовал в забастовке, получил 12 лет, из которых отбыл шесть, а во время перестройки стал активистом правозащитного движения.

5 мая 1990 года Сиуду обнаружили без сознания на улице Новочеркасска. Он умер в больнице, не приходя в себя. Следствие назвало причиной смерти сердечный приступ, но родные и коллеги правозащитника подозревали, что дело нечисто, и утверждали, что у него похитили портфель с какими-то документами.

В 1992 году Главная военная прокуратура возбудила по факту новочеркасского расстрела уголовное дело против Хрущева, Козлова, Микояна и еще восьми человек, которое было прекращено в связи с их смертью.

Все осужденные по новочеркасскому делу в 1990-х годах были реабилитированы Верховным судом РФ.

Общественный фонд «Новочеркасская трагедия» и военная прокуратура установили места упокоения 26 погибших, и 2 июня 1994 года они были торжественно перезахоронены на городском кладбище. На могиле и на месте расстрела установили памятники, а на НЭВЗе — мемориальную доску с надписью: «Здесь началось стихийное выступление доведенных до отчаянья рабочих, закончившееся 2 июня 1962 года расстрелом на центральной площади города и последующими репрессиями».

8 июня 1996 года президент Борис Ельцин издал указ «О дополнительных мерах по реабилитации лиц, репрессированных в связи с участием в событиях в Новочеркасске в июне 1962 года». Родственникам погибших и расстрелянных выплатили единовременные денежные пособия, а оставшимся в живых раненым повысили пенсии.

На отмечавшийся в 2011 году 75-летний юбилей НЭВЗа участников трагедии и правозащитников не пригласили.

Автор фото, RIA Novosti

Подпись к фото,

Во время посещения города в 2008 году Владимир Путин возложил цветы к памятнику на месте расстрела

«Мы чтим память о тех событиях, но не афишируем их и не очень ими занимаемся. Эпизод в истории завода нехороший, неблагодарная это тема», — заявили журналистам в пресс-службе предприятия.

Около половины из 560 участников проведенного тогда в городе телефонного опроса об отношении к событиям 1962 года либо отказались отвечать, либо сказали, что ничего о них не знают.

Представители местной молодежи в разговоре с корреспондентом «Российской газеты» удивлялись: почему рабочие не увольнялись с завода и не открывали собственное дело, если им мало платили?

55 лет с расстрела демонстрации рабочих в Новочеркасске

Как кризис привел к расстрелу рабочих в Новочеркасске 55 лет назад, какие промахи власти стали причиной столь тяжелых последствий и за что солдаты открыли по выступавшим огонь, вспоминает «Газета.Ru».

В начале 1960-х годов СССР пытался справиться с кризисом. Колхозная система была неэффективна, а правительство раз за разом совершало просчеты, которые в конечном итоге привели к настолько сильным перебоям со снабжением, что Хрущеву впервые пришлось закупать зерно за рубежом.

Бороться с кризисом было решено с помощью поднятия цен на продукты. Мясо подорожало на 30%, масло — на 25%. В ответ по всей стране пошла волна протестов. Выступления и расклеивание листовок имели место в Москве, Ленинграде, Донецке, Днепропетровске, Горьком, Тамбове, Тбилиси, Новосибирске, Челябинске, Загорске, Выборге и других городах. Произошло 58 стихийных забастовок и 12 уличных демонстраций.

Центром драматических событий стал Новочеркасск.

Там одновременно с повышением цен администрация Новочеркасского электровозостроительного завода увеличила нормы выработки, что снизило доходы рабочих-сдельщиков почти на треть, дополнительно ухудшив их и без того незавидное положение.

В газетах писали, что цены были повышены якобы по просьбам трудящихся. Сами же трудящиеся, вероятно, были не в курсе собственной просьбы. В ответ на принятые меры в 10 часов утра 1 июня 1962 года отказались работать 200 рабочих сталелитейного цеха. С требованиями повышения расценок на их труд они двинулись к заводоуправлению, по пути к ним присоединились и рабочие других цехов.

Всего около заводоуправления собралось около 1 тыс. человек. «На что нам жить дальше?» — спрашивали они у начальства.

«Не хватает на мясо — ешьте пирожки с ливером!» — заявил им в ответ директор завода Борис Курочкин.

Толпа взорвалась, освистала Курочкина. Тот поспешил ретироваться, но разозленных людей было не остановить. Над головами собравшихся пронесся звук заводского гудка. Включивший его рабочий Виктор Власенко впоследствии получил за это десять лет. Забастовка охватила весь завод, количество ее участников вскоре достигло 5 тыс.

Рабочие перекрыли железную дорогу неподалеку, остановили пассажирский поезд «Ростов-на-Дону — Саратов». На поезде кто-то написал большими буквами: «Хрущева на мясо!» На электрических опорах повесили лозунги «Мясо, масло, повышение зарплаты!» и «Нам нужны квартиры!», нарисованные заводским художником Коротеевым. Рабочие забрались в кабину машиниста и принялись подавать гудки, собирая народ. Главный инженер завода Сергей Елкин попытался прекратить гудки, но его не пустили в кабину и побили.

close

100%

К 16.00 приехал первый секретарь Ростовского обкома партии Басов в сопровождении всего местного руководства. На балкон заводоуправления вынесли громкоговорители.

Рабочие собрались было выслушать обращение начальства, но Басов сначала жаловался на свое трудное детство, а потом зачитал и так всем известное обращение ЦК КПСС по поводу повышения цен.

Толпа ответила на такое свистом и улюлюканьем, а когда к словам Басова попытался что-то добавить Курочкин, на балкон полетели камни, пустые бутылки и палки.

Окончательно разозленные рабочие вломились в здание, накостыляли попавшим под горячую руку работникам администрации, подожгли портрет Хрущева.

Начальство предпочло укрыться в кабинете на четвертом этаже.

Ближе к вечеру к заводоуправлению приехали сначала около 200 милиционеров, а потом три БТР и пять грузовиков с солдатами. Но в происходящее они вмешивались не слишком активно.

Лидеров или программы у рабочих не было — лишь желание донести свои нужды до руководства. На город опустилась ночь, и митингующие решили наутро отправиться требовать справедливости к зданию горкома партии. Некоторые предлагали захватить городской телеграф и «передать воззвание по всей стране». Понемногу люди разошлись, кого-то вытеснили с заводского двора военные.

И тогда в город вошли танки.

Под военную охрану были взяты все учреждения, которые могли бы захватить рабочие. Утром те, кто не участвовал в забастовке, были крайне возмущены. Заводы встали, а рабочие стали стягиваться на площадь перед горкомом КПСС. Колонну танкам остановить не удалось.

08 сентября 12:47

Люди наводнили площадь. С толпой решился было заговорить председатель горисполкома, но никто не стал его слушать. Толпа вломилась в здание и принялась громить все на своем пути. Начальник Новочеркасского гарнизона пригрозил, что, если народ не разойдется, солдаты откроют огонь, но толпа не унималась.

Солдаты дали первый залп в воздух, а затем начали стрелять в толпу. Только тогда люди разбежались.

Солдаты ранили около сотни человек, убили — 26. Это вызвало столкновения граждан с военными. В народе поговаривали, что людей массово расстреливали и давили танками. Достоверной информации не было, а забастовки все не прекращались.

Потом последовала волна арестов. Всего под суд были отданы 112 человек, семеро из них были приговорены к расстрелу. Остальные получили по 10–15 лет тюрьмы. Рабочих судили за «бандитизм», «участие в массовых беспорядках» и «призывы к свержению советской власти».

Как хоронить убитых, решали на совещании. Сначала хотели отдать родственникам, но боялись возможных проблем. Поэтому похоронили на разных кладбищах Ростовской области. Родственники потом долго искали эти могилы. Только в 1990-х годах тела погибших были перезахоронены в Новочеркасске.

Расстрел стал фактическим окончанием «хрущевской оттепели» и началом длительной эпохи застоя как в экономике, так и в государственном мышлении страны.

Новочеркасский расстрел: герои, палачи и жертвы трагедии 1962 года | ПРОИСШЕСТВИЯ: События | ПРОИСШЕСТВИЯ

«Живи и помни»

Каждый год 2 июня в Новочеркасске вспоминают трагедию 1962-го. В Платовском сквере перед Атаманским дворцом собираются ещё живые свидетели и потомки участников тех событий. С цветами и плакатами, с фотографиями в руках горожане вспоминают жертв массового расстрела.

До сих пор ни родственники пострадавших и погибших, ни историки не знают всей правды о случившемся. По словам президента Фонда Новочеркасской трагедии Татьяны Бочаровой, события 1962 года официально признаны преступлением власти против народа.

«У нас есть по этому случаю два лозунга: «Живи и помни» и «Не должно повториться», – говорит Татьяна Павловна. – Нужно рассказывать своим детям, ведь это меньшее, чем мы можем предотвратить ещё большую трагедию в будущем».

Ливер вместо мяса?

Всё началось с конфликта рабочих Новочеркасского электровозостроительного завода (НЭВЗа) с руководством из-за увеличения на треть нормы выработки без увеличения зарплаты.

Происходило это на фоне непростой экономической ситуации – начались перебои с поставкой продовольствия населению страны. Розничные цены в конце мая на мясо и выросли до 30%, на масло – на 25%. В газетах это событие преподнесли как «просьбу всех трудящихся».

В кузово-сборочном цехе НЭВЗа ещё в начале весны заводчане три дня не приступали к работе, требуя улучшить условия труда, а в обмоточно-изоляционном цехе из-за низкого уровня техники безопасности отравились 200 человек.

1 июня рабочие сталелитейного цеха прекратили работу и потребовали повышения расценок за их труд. В 11 часов они направились к заводоуправлению, по пути к ним присоединились рабочие других цехов, в результате собралось около тысячи человек.

Люди ждали от начальства ответа на вопрос «На что нам жить дальше?» Вышедший к митингующим директор завода Борис Курочкин заявил: «Вместо пирожков с мясом будете жрать с ливером!»

Ответ директора вызвал их негодование. Считается, что именно его фраза и послужила поводом для последующих событий.

Низы не могут, верхи не хотят

До конца дня ситуация раскручивалась по нарастающей. Количество бастующих достигло 5000 человек, они перекрыли железнодорожную магистраль, связывающую юг России с  Москвой. О случившемся было доложено руководителю страны Никите Хрущёву. В Новочеркасск направили группу членов Президиума ЦК КПСС, которые вместе с областным руководством пытались всё держать под контролем.

Митинг продолжался. Звучали требования: послать делегацию на электродный завод, отключить подачу газа с газораспределительной станции, выставить пикеты у заводоуправления, собраться на следующее утро и идти в город, чтобы поднять там восстание, захватить банк, телеграф, обратиться с воззванием по всей стране.

Единого организационного ядра у бастующих не было.

Власти не смогли найти мирного решения возникшей проблемы. Вечером к зданию заводоуправления подъехали 5 машин и 3 БТРа с солдатами. Боевых патронов они не имели и просто выстроились возле машин. Толпа встретила военных агрессивно, но ограничилась лишь руганью и оскорблениями. Солдаты не предприняли никаких активных действий, а через некоторое время погрузились обратно в машины и уехали.

Когда стало ясно, что власти не собираются применять никаких мер, митингующие приняли решение на следующий день пойти к горкому КПСС в центр города.

Схема расстрела демонстрантов в Новочеркасске. Фото: кадр из youtube

«Не бойтесь, стреляют холостыми!»

В ночь на второе июня в Новочеркасск вошли танки. Завод был взят под военную охрану, в городе установлен комендантский час, 22 зачинщиков задержали.

Появление военных возмутило заводчан, они отказались работать «под дулом автоматов». Митингующие опять заблокировали движение поездов. Через некоторое время к центру города двинулся людской поток, состоящий из рабочих, но по ходу следования к нему присоединялись случайные люди, в том числе и женщины с детьми.

Толпа шла по центральной улице Ленина (ныне Московской), к зданию горкома партии и горисполкома.

Ту да же прибыл начальник Новочеркасского гарнизона генерал-майор Иван Олешко с 50-ю вооружёнными автоматчиками внутренних войск. Они оттеснили людей от здания, выстроились вдоль фасада лицом к забастовщикам.

Олешко с балкона обратился к собравшимся прекратить погромы и разойтись. Но толпа не реагировала и только после предупредительных автоматных очередей отхлынула назад.

Но тут раздались выкрики: «Не бойтесь, стреляют холостыми!», и люди вновь ринулись к зданию горкома. Последовал повторный залп вверх, а затем был открыт огонь по толпе. Есть также версия, что стреляли пулемётчики или снайперы с крыши здания.

Рассыпанные сандалии и белые детские панамки валялись по всей кроваво-грязной площади, которую потом закатали новым асфальтом

Жертвы трагедии

Как бы там ни было, но после выстрелов 10-15 человек остались лежать на площади, толпа в панике побежала прочь.

По официальным данным, в ходе подавления восстания были убиты 26 человек, ещё 87 получили ранения. Сколько пострадавших и жертв было на самом деле, точно неизвестно. Трупы родным не выдавали. Расстрелянных хоронили на разных кладбищах под покровом ночи.

«Камень на крови». 55 лет расстрелу мирных жителей в Новочеркасске | Фотогалерея

«Камень на крови». 55 лет расстрелу мирных жителей в Новочеркасске | Фотогалерея

Перед судом по обвинению в «бандитизме», организации массовых беспорядков и даже попытке свержения Советской власти предстали 112 человек. Семеро: Сергей Сотников (токарь НЭВЗа), Андрей Коркач, Михаил Кузнецов (рабочие электродного завода), Борис Мокроусов (обрубщик станкозавода), Владимир Черепанов (слесарь завода «Гормаш»), Александр Зайцев (бригадир совхоза) и Владимир Шуваев (повар школы-интернат) — приговорены к смертной казни и расстреляны.

Ещё 105 человек получили сроки заключения от 10 до 15 лет с отбыванием в колонии строгого режима.

Говорят, что жертвами бойни моги быть и дети – например, мальчишки, глазевшие за происходящим с деревьев. Очевидцы вспоминают про рассыпанные сандалии и белые детские панамки: они валялись по всей кроваво-грязной площади, которую потом закатали новым асфальтом.

В опубликованных списках жертвы детского возраста не значатся. Возможно, родители боялись заявлять об этом. А может быть, потому, что к площади прибежали сироты (детский дом располагался как раз на Московской).

Кроме того, в результате принятых мер, а также начавшихся арестов, в ночь с 3 на 4 июня было задержано 240 человек.

Участники расстрела в своих воспоминаниях сравнивают случившееся с кровавым воскресеньем 1905 года в Санкт-Петербурге.

Генерал, который не стрелял

Заместителем командира танковой части СКВО, вызванной в Новочеркасск для подавления выступления рабочих, был ветеран Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза генерал Матвей  Шапошников. Одной из задач, стоявших перед военными,  было не допустить прохода демонстрантов по мосту через реку Тузлов.

Получив приказ командующего операцией генерала Ивана Плиева двинуть на народ танки, Шапошников отказался его выполнить со словами: «Не вижу перед собой такого противника, которого следовало бы атаковать нашими танками». Во избежание случайных инцидентов Шапошников также приказал мотострелкам разрядить автоматы и карабины и сдать боеприпасы.

Известно: на вопрос, что было бы, если бы он подчинился приказу, и танки, стоявшие на мосту, атаковали демонстрантов, генерал Шапошников ответил: «Погибли бы тысячи».

Позднее генерал пытался предать гласности информацию о новочеркасской трагедии, рассылая о ней письма советским писателям и комитетам ВЛКСМ ряда вузов. Всего им было отправлено шесть писем.

Это вышло ему боком: в1966 году генерал-лейтенанта Шапошникова уволили в запас, через год исключили из КПСС, обвинили в антисоветской пропаганде (нашли черновики писем) и завели уголовное дело.

«Лично я далёк от того, чтобы таить обиды или злобу на носителей неограниченного произвола. Я только сожалею о том, что не сумел по-настоящему бороться с этим злом. В схватке с произволом и самодурством у меня не хватило умения вести смертельный бой…», – напишет позже в своём дневнике опальный генерал.

После смещения Никиты Хрущёва многие осуждённые были отпущены из мест лишения свободы, Генерал Шапошников тоже освобождён от ответственности. Но восстановления в партии он дождался лишь в 1988 году. Реабилитация всех осуждённых произошла в 1996-ом, после соответствующего указа Президента РФ.

Палачи-самодуры

В 1992 году Главная военная прокуратура РФ возбудила по факту новочеркасского расстрела уголовное дело. В нём фигурировали первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущёв, члены президиума ЦК Фрол Козлов, Анастас Микоян и ещё восьмь функционеров. Но в связи со смертью фигурантов дело было прекращено.

Палачи-самодуры не ответили за преступление.

воспоминания очевидца о кровавых событиях 1962 года в Новочеркасске — РТ на русском

Фильм Андрея Кончаловского «Дорогие товарищи!», посвящённый подавлению протестных акций в Новочеркасске, был выдвинут на премию «Оскар». 1 июня 1962 года рабочие Новочеркасского электровозостроительного завода, недовольные повышением цен и снижением зарплат, устроили забастовку, а затем вышли на стихийный митинг. Акция протеста переросла в беспорядки. Протестующие разгромили горисполком, напали на Госбанк и отделение милиции. Бунт подавили силами МВД, КГБ и ВС СССР, с применением оружия. При этом погибли не менее 22 человек. Очевидец событий, писатель Владимир Конюхов, которому тогда было 12 лет, поделился с RT своими воспоминаниями о «кровавой субботе».

Писатель Владимир Конюхов родился в 1950 году в Новочеркасске. Он возглавляет Новочеркасское отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, является членом Союза писателей России. 

В 1962 году он стал очевидцем перешедшей в массовые беспорядки забастовки рабочих Новочеркасского электровозостроительного завода (ранее — Завод имени С.М. Будённого), недовольных повышением цен. Выступления, которые первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущёв назвал «антисоветским бунтом», были подавлены силами МВД, КГБ и ВС СССР.

Конюхов описал эти события в своей книге «Комендантский час». По мнению писателя, в том противостоянии не было положительных героев: заводская администрация, партийное руководство, военные и сами митингующие — все вели себя агрессивно и несговорчиво.

В результате тех событий по меньшей мере 22 человека погибли, более 70 получили тяжёлые огнестрельные ранения. В отношении наиболее активных участников протестов были возбуждены уголовные дела. Впоследствии семерых из них приговорили к высшей мере наказания, ещё 103 человек — к лишению свободы сроками от двух до 15 лет. Информация о произошедшем в Новочеркасске была засекречена и стала достоянием общественности лишь в конце 1980-х, в годы перестройки. 

— В исторических справках причиной выступления рабочих в Новочеркасске называют повышение цен. Были ли какие-то дополнительные причины?

— Конечно, были. Повышение цен, о котором объявило правительство СССР, совпало с изменением расценок на труд рабочих на заводе Будённого. Расценки срезали, а нормы выработки выросли. Одно наложилось на другое. Рабочие заволновались. К несчастью, заводом руководил на тот момент очень глупый человек — Борис Курочкин. Его выдвинули на эту должность из рабочей среды. Считалось, раз ты коммунист, из рабочей среды, то тебе можно верить. Вот его и назначили директором. Вместо того чтобы как-то грамотно поговорить с рабочими, он им заявил: «Не хватает на мясо-молоко — жрите пирожки с ливером». Эти слова и подстегнули. Время летнее. От проходной НЭВЗа до железнодорожной ветки — 100 метров. Шёл поезд Ростов — Саратов. Перекрыли движение. С этого всё началось. Приехали из обкома партии, тоже ничего умного не сказали. Приехали из райкома, тоже не нашли что сказать. Произошли отдельные аресты.

И тогда заводские приняли решение — идти в горком партии, который находился в Атаманском дворце, где сейчас музей. Идти с требованием пересмотреть решение и отпустить арестованных.

«Когда Сергей признался, что был свидетелем произошедшего и что рабочие собираются идти в город «качать права», отец пробурчал не то осуждающе, не то одобрительно:
— А куда им деваться, если наши тупаки ничего не понимают. — И уже на пороге отчеканил: — На завод сегодня ни шагу, в городе войска». В. Конюхов. Фрагмент из повести «Комендантский час»,  журнал «Дружба», 1991 г.

— Они были арестованы за то, что перекрыли движение и остановили поезд? Сколько их было?  

— Сколько их там было — до сих пор никто не знает. То ли пять человек, то ли шесть. Отделение милиции находилось на главной улице — Московской. Рядом с банком. И получилось так, что полезли не только в милицию, якобы их освобождать, но стали взламывать ещё и двери банка.

Ведь в этой толпе были очень разные люди. Многие из них жили в бараках, кроме отдельной комнаты, у них ничего и не было. Нищета. Среда была в какой-то степени маргинальная, не в обиду будет сказано. И такие люди в этой толпе преобладали. Они, конечно, дебоширили тогда. Пошли в горсовет. Срывали портреты членов президиума ЦК КПСС. Сбрасывали их. Выступали с крыльца, с балкона второго этажа. Хотя там же звучали и другие речи — с призывами остепениться.

«Над портретом Ленина возвышался транспарант: «Долой грабительские цены!». Молодые женщины пели что-то разудалое, а несколько мужских голосов затянули «Варшавянку». Сергею даже показалось, что перед ним первомайская демонстрация». Фрагмент из повести «Комендантский час».

—  Но зачем нужно было открывать по ним стрельбу? Неужели это был единственный выход?

— Никакой надобности в этой стрельбе, конечно, не было. Погалдели бы, погалдели — и разошлись. Но командующий Северо-Кавказским военным округом генерал Плиев решил не церемониться. И произошла трагедия.

  • Владимир Конюхов. Выступление на поэтическом вечере в г. Волгодонске. Фото из личного архива.

— А вы видели, как солдаты стреляли по рабочим?

— Самого расстрела не видел. Папа привёл меня на площадь, когда пожарные уже смывали кровь из брандспойтов. Хотя сам он был там с самого начала волнений. Но он заподозрил неладное, когда увидел, как солдаты выстроились в одну линию вдоль Атаманского дворца — спиной к фасаду исторического здания, а лицом к гудящей толпе. У каждого в руках было оружие. А папа был на велосипеде, он сразу сел на него и поехал к дому. По дороге встретил нас с братом. Мне было 12 лет. И спросил встревоженным голосом: «Мама дома?» Мы говорим: «Нет». И тут с площади начали доноситься крики. Причём крики становились всё сильнее и сильнее. И тогда он обеспокоенно сказал: «Как бы не начали стрелять». И тут действительно раздались автоматные очереди, трели. Папа говорит: «Вот тебе, пожалуйста, уже стреляют». А так как мамы всё нет и нет, а галдёж снова вдруг начался, он сказал: «Пойдёмте в центр». И когда мы пришли в центр, я уже увидел: стоят красные пожарные машины, широкие пожарные рукава… и смывают кровь.

«Солдаты с автоматами, пройдя вдоль фасада, стали в две шеренги. На балконе появился офицер с громкоговорителем. Он не уговаривал, а угрожал:

— Часовой — лицо неприкосновенное. В случае нападения имеет право применить оружие. Приказываю разойтись!

— Продуй сначала матюгальник… Командуй в казарме! — гневно отозвались в толпе». Фрагмент из повести «Комендантский час».

— Вы сказали, что вам было 12 лет. А сколько было вашему отцу?

— Папе было 37 лет.

— Вы обсуждали увиденное с братом?

— Брат был младший. Он эти вещи ещё не понимал. А я тогда уже всё понимал. Как сейчас помню разговоры взрослых о случившемся. Помню, как ездил «бобик» и объявлял комендантский час с девяти вечера до пяти утра.

  • Владимир Конюхов на золотой свадьбе у родителей. Фото из личного архива.

— Сколько длился комендантский час?

— Комендантский час был со 2 по 6 июня, четыре дня.

«Сергей вспомнил портрет Ленина, висящий в классе. Откуда бы ты на него ни смотрел, глаза вождя устремлены на тебя; из всего класса отмечают они лишь тебя, и ты никуда не скроешься от всевидящих зениц.

Так и человек в полевой форме, застывший в рамке окна, казалось, держал под прицелом неослабного внимания лишь одного Сергея». Фрагмент из повести «Комендантский час».

— Бывший губернатор Красноярского края Александр Лебедь родился и вырос в Новочеркасске и был в то время ребёнком вашего возраста. Ссылаясь на его рассказ во время президентской предвыборной кампании в 1996 году, газета «Труд» писала, что якобы в ходе разгона протестов погибли сидевшие на деревьях мальчишки. Однако подтверждений слов Лебедя о случившемся из первых уст журналистам RT найти не удалось. Это правда, что пострадали дети?

— Нет, это не так. Действительно, с деревьев за взрослыми наблюдала детвора. Новочеркасск тогда был самым зелёным городом на юге Российской Федерации, деревьев много. И когда был дан вверх первый залп, ребятишки стали прыгать вниз, «как груши посыпались». Но никаких сведений о том, что дети пострадали, что хотя бы у кого-то была царапина, нет. Какие были пострадавшие — все нашлись. Где оказывали помощь, кому, где похоронили погибших. А уже то, что тела не выдавали, — это отдельная история.

— А почему не выдавали тела?

— Видно, боялись, не были уверены, кто там ещё погиб.

«Это его письменный стол украшает фотография Фиделя Кастро, и Серёжка жалеет, что не имеет такого же снимка Патриса Лумумбы и продолжателя его бессмертного дела Антуана Гизенги… Его распирает гордость за шахтёра Мамая и ткачиху Гаганову, не говоря уже о космических братьях Гагарине и Титове.
Но всё это было не вчера, а целую вечность назад… А сегодня, 2 июня 1962 года, не в Катанге и не в Алабаме, а средь бела дня в Новочеркасске погибли люди и ранен однокашник Снегирь». Фрагмент из повести «Комендантский час». 

— Как проходил судебный процесс?

— Суд проходил в актовом зале в КУКСе, это старое название закрытого военного танкового городка, сокращение от «Курсы усовершенствования командного состава».  На суде обязывали присутствовать всех передовиков, стахановцев и прочих активистов, чтобы зал был полон. Семерых человек, наиболее рьяных, посчитали зачинщиками беспорядков и приговорили к расстрелу. А остальных — тех, кто попал на фотографии, так как шла скрытая съёмка, — к лишению свободы. Довольно большие сроки у многих были. Но после октябрьского пленума 1964 года, когда Брежнев пришёл к власти, их начали отпускать. Никто из них не досидел свой срок до конца.

«И тут Сергей увидел детей, бегущих прямо на танки. Легко про­скальзывая меж ними, они выскочили на мост, оглядываясь назад… На шоссе, разделяющем Хотунок на две части, показалась колонна людей. Передний ряд, со знамёнами и транспарантами, замедлил шествие перед танками. Идущие следом напирали, сбиваясь в кучу». Фрагмент из повести «Комендантский час».

— Что вы думаете о роли генерала Матвея Шапошникова? Он, боевой офицер, прошедший войну, отказался выполнять приказ и применять танки против безоружных людей. Более того, Шапошников приказал военнослужащим разрядить оружие и сдать боеприпасы, чтобы избежать инцидентов.

— Про Шапошникова узнали уже во время перестройки, после того как в мае 1989 года Евгений Евтушенко выступил на I Съезде народных депутатов. Тогда он рассказал про трагедию в Новочеркасске. Вот тогда мы впервые узнали, что, оказывается, был такой генерал Шапошников, который прошёл Великую Отечественную войну. И что он сказал: «Я не вижу перед собой такого противника, которого следовало бы атаковать нашими танками».

  • Новочеркасск. Площадь Ермака. Фото Светланы Агеевой.

Кроме того, потом, в годы горбачёвской власти, в 1990—1991 годах, была создана следственная комиссия. Нашли захоронения погибших в четырёх местах Ростовской области. В 1994-м их торжественно перезахоронили на новом кладбище города Новочеркасска.

— В списках погибших есть 15-летний подросток. Это же почти ваш ровесник. Вы о нём что-то узнали?

— Нет, я его не знал. Но о каждом погибшем сейчас уже есть информация. У нас создан Фонд «Новочеркасская трагедия». Председатель фонда Татьяна Павловна Бочарова активно занимается исследованием. У неё есть подробные списки.

2 июня 1991 года в городе установили памятный камень. Каждый год проводятся торжественные мероприятия в память о жертвах расстрела. Приходят мэр города, глава городской думы. Звучат речи с главным посылом: чтобы это никогда не повторилось. 

  • Президент России Владимир Путин во время церемонии возложения цветов к памятному знаку «Жертвам новочеркасской трагедии 1962 года»
  • РИА Новости
  • © Михаил Климентьев

— В 2008 году к этому камню приезжал Владимир Путин.

— Да, он приезжал вместе с Дмитрием Медведевым. И был возле этого камня.

— По вашему мнению, если сейчас посмотреть на эту трагедию, то в ней нет ни одного положительного героя? Неправы все?

— Чтобы понять случившееся, надо понимать то время. Надо подойти структурно. Это была хрущёвская оттепель. В город вернулись измождённые, измученные лагерями люди. Шла реабилитация. А тут из-за какого-то повышения цен, из-за снижения расценок начинается бунт. По идее-то, если уж так говорить, на улицы надо было выходить со словами благодарности. Тем более учитывая, что в городе у нас были высококачественные продукты питания. Какая рыба была! Сколько было этой рыбы! Но тогда это ничего не ценилось. Это считалось само собой разумеющимся. К хорошему быстро привыкаешь. Вот в чём дело. Это потом уже люди поняли, при Брежневе, когда цены подскочили не на проценты, а в разы. Мясо из госторговли исчезло, а появилось в кооперативных магазинах. И уже оно было не на 10—15% дороже, а значительно больше. И качество стало совсем другое.  И тогда уже, конечно, никто никуда не выступал.

«И яркие лучики догадки забрезжили в самых дальних уголках сознания. То, что людям дали возможность собраться и свободно вести себя, и есть, наверное, проблески коммунистической свободы. Человек волен переступать некогда запретную отметку». Фрагмент из повести «Комендантский час».

Когда у меня спрашивали, почему в моей повести такие бледные краски времени, когда я описывал те события, я говорил, что если бы это случилось на десять лет раньше или на десять лет позже, при Сталине или при Брежневе, то я бы, конечно, красок не пожалел. А чернить Хрущёва мне совесть не позволяет. Здесь ещё и субъективный фактор.

— То есть хрущёвскую оттепель вы считаете позитивным периодом в истории СССР? 

— Конечно! Если бы не хрущёвская оттепель, никто бы на площадь не вышел. Вот в чём дело! Незадолго до этого прошёл XXII Съезд партии. Через две недели после его открытия палача выбросили из Мавзолея. Появилось знаменитое стихотворение Евтушенко об этом событии — «Наследники Сталина». Его переписывали, оно ходило по рукам. Ксероксов-то не было тогда.

Поэтому, конечно, ничего бы подобного не могло произойти раньше, никто бы и не заикнулся, если бы был Сталин, если бы не «оттепель».

В те дни в городе были члены президиума ЦК КПСС. Анастас Микоян тогда приехал, Фрол Козлов. На второй день, когда он был на предприятии, к нему подходили старые рабочие и просили прощения, что такое произошло на их славном орденоносном заводе.

«Калачёв, задетый за живое, рассердился.

— Не ты один у нас умный. Но хочется спросить и тех героев, кого не научил пример Новочеркасска. Почему как настаёт оче­редная «оттепель», так сразу волнения и беспорядки? Кто науськи­вает, тот в стороне, а люди страдают.

— Не мешай всё в кучу». Фрагмент из повести «Комендантский час».

— Вы сами провели эту параллель между эпохами: хрущёвской оттепелью и перестройкой Горбачёва. У вас есть такое ощущение, что эти эпохи равнозначны?

— Да. Более того, я уверен, что никакой бы гласности конца 1980-х не было без 1960-х годов. Сразу же пошли публикации. Сразу же в обществе появлялась совсем другая риторика. Причём с каждым разом всё это ширилось, ширилось и ширилось.

  • Начало 80-х. Из личного архива Владимира Конюхова.

И в 1988 году, когда прошла XIX партконференция, людей было уже не остановить. Отката уже не было. Общество уже созрело к переменам. Уже по-иному воспринимались многие вещи. Но я больше чем уверен, что не было бы этой гласности либо она приняла бы более осторожные формы, если бы не хрущёвская оттепель.

«Сергей Андреевич, глядя за окно, не столько Калачёву, сколько сам себе сказал:
— Трагедия комендантского часа в том, что он сидит в каждом из нас. Если душа человека не свободна — он раб и подчиняется не высшим заветам мудрости, а требованиям комендантского часа.
— Ты по профессии философ, с тобой трудно спорить.
— Был да вышел… Но суть в другом. Пока на свете есть разбой, пока дети заболевают уже в утробе матери, пока не наказаны злодеи всех мастей, для нас с тобой комендантский час не может быть отменён». Фрагмент из повести «Комендантский час».

Российские социалисты и анархисты после Октября 1917 года

Борьба за Всероссийское Учредительное Собрание и расстрел демонстрации в его поддержку в Петрограде и Москве 5 января 1918 г.

“С 12 по 14 ноября 1917 г. происходили выборы в Учредительное Собрание. Они закончились крупной победой эсеров, завоевавших более половины мандатов, тогда как большевикам досталось лишь 25 о/o избирательских голосов (Из 703 мандатов П.С.-Р. получила 299, Украинская П.С.-Р. — 81, а другие национальные группы с.-р — 19; большевикам досталось 168, левым эсерам — 39, меньшевикам — 18, кадетам — 15 и народным социалистам — 4. См.: О.Н. Radkey, “The elections to the Russian Constituent Assembly of 1917”, Cambridge, Маза., 1950, р.16-17, 21). По решению ЦК П.С.-Р. от 17 ноября, вопрос о созыве Учредительного Собрания занял центральное место в деятельности партии. Для защиты Учредительного Собрания ЦК признал необходимым организацию “всех живых сил страны, вооруженных и невооруженных”. Четвертый сьезд П.С.-Р., проходивший с 26 ноября по 5 декабря в Петрограде, указал на необходимость сосредоточить вокруг охраны Учредительного Собрания “достаточные организованные силы”, чтобы, в случае надобности, “принять бой с преступным посягательством на верховную волю народа. Тот же четвертый съезд подавляющим большинством голосов восстановил лево-центровое руководство партии и “осудил затягивание Ц.К-том политики коалиции и его терпимость к «персональной» политике некоторых правых лидеров”.

Заседание Учредительного Собрания было поначалу назначено на 28 ноября. В этот день около 40 делегатам не без труда удалось пробраться через выставленную большевиками охрану в Таврический Дворец, где они приняли решение отложить официальное открытие Собрания до прибытия достаточного числа депутатов, и до того приходить каждый день в Таврический Дворец. В тот же вечер большевики приступили к арестам делегатов. Сначала это были кадеты, но уже вскоре настала очередь и с.-р.: был арестован В.Н. Филипповский. Согласно ЦК П.С.-Р., большевистский главнокомандующий В.Н. Крыленко в своем приказе по армии заявил: “Пусть не дрог- нет ваша рука, если придется поднять ее на депутатов”.

В начале декабря по приказу Совета Народных Комиссаров Таврический Дворец был очищен и временно опечатан. В ответ на это эсеры призвали население поддерживать Учредительное Собрание. 109 депутатов с.-р. писали в письме, опубликованном 9 декабря в партийной газете “Дело Народа”: “Мы призываем народ всеми мерами и способами поддерживать своих избранников. Мы зовем всех к борьбе с новыми насильниками над народной волей. /…/ Будьте готовы все по зову Учредительного Собрания дружно стать на его защиту”. И тогда же, в декабре, ЦК П.С.-Р. призывал рабочих, крестьян и солдат: “Готовьтесь немедленно стать на защиту его [Учр.Собр.]. Но 12 декабря ЦК принял решение отказаться от террора в борьбе с большевиками, созыв Учредительного Собрания не форсировать и дождаться благоприятного момента. Учредительное Собрание все же открылось 5 января 1918 г. Оно мало походило на парламент, как так галереи были заняты вооруженными красногвардейцами и матросами, державшими делегатов под прицелом. “Мы, депутаты, были окружены разъяренной толпой, готовой каждую мину- ту броситься на нас и нас растерзать” — вспоминал депутат от П.С.-Р. В.М. Зензинов. Чернов, избранный председателем, был взят матросами на прицел, то же случилось и с другими, например, с О. С. Минором. После того, как большинство Учредительного Собрания отказалось при- знать руководящую роль советской власти, большевики и левые эсеры по- кинули зал. После одного дня заседаний, на котором был также принят закон о земле, советское правительство разогнало Учредительное Собрание».

В Петрограде по приказу большевиков была расстреляна мирная демонстрация в защиту Учредительного Собрания. Были убитые и раненые. Одни утверждали, что погибло 7-10 человек, 23 было ранено; другие — что 21 человек погиб, а были и третьи, утверждавшие, что было около 100 жертв». Среди погибших оказались и эсеры Е.С. Горбачевская, Г.И. Логвинов и А. Ефимов. В Москве демонстрация в защиту Учредительного Собрания была также расстреляна; среди погибших находился А.М. Ратнер, брат члена ЦК П.С.-Р. Е.М. Ратнер”.

Партия социалистов — революционеров после Октябрьского переворота 1917 года. Документы из Архива ПСР. Собрал и снабдил примечаниями и очерком истории партии в пореволюционный период Маrk Jansen. Amsterdam. 1989. С.16-17.

“Прошедшая в Петрограде 5 января 1918 г. мирная демонстрация в поддержку Учредительного собрания оказалась расстрелянной Красной гвардией. Расстрел произошел на углу Невского и Литейного проспектов и в районе Кирочной улицы. Была рассеяна главная колонна численностью до 60 тыс. чел., однако другие колонны демонстрантов достигли Таврического дворца и были рассеяны только после подхода дополнительных войск. Разгоном демонстрации руководил специальный штаб во главе с В.И. Лениным, Я.М. Свердловым, Н.И. Подвойским, М.С. Урицким, В.Д. Бонч-Бруевичем. По различным оценкам, число погибших составляло от 7 до 100 чел. Демонстранты в основном состояли из представителей интеллигенции, служащих и учащихся вузов. В то же время в демонстрации принимало участие значительное число рабочих. Демонстрацию сопровождали эсеровские дружинники, не оказавшие серьезного сопротивления красногвардейцам. По свидетельству бывшего эсера В.К. Дзеруля, “все демонстранты, в том числе и ПК, шли без оружия, и от ПК было даже распоряжение по районам, чтобы никто не брал с собой оружия”.

Судебный процесс над социалистами-революционерами (июнь-август 1922). Подготовка. Проведение. Итоги. Сборник документов/ Сост. С.А.Красильников., К.Н.Морозов, И.В.Чубыкин. -М.: РОССПЭН, 2002.

«Дело Народа», 9 декабря, воззвание Союза защиты Учредительного собрания: «Все, как один человек, на защиту свободы слова и печати! Все на защиту Учредительного собрания!

Будьте готовы все по зову Учредительного собрания дружно стать на его защиту!».

«Правда», № 203 от 12 декабря 1917 г.: «…Несколько десятков лиц, назвавших себя депутатами, не предъявляя своих документов, ворвались вечером 11 декабря в сопровождении вооруженных белогвардейцев, юнкеров и нескольких тысяч буржуев и саботажников-чиновников в здание Таврического дворца. .. Их цель была создать якобы «законное» прикрытие для кадетско-калединского контр-революционного восстания. Голос нескольких десятков буржуазных депутатов они хотели представить как голос Учредительного собрания.

…Центральный комитет партии к.-д. непрерывно направляет на юг в помощь Каледину корниловцев-офицеров. Совет народных комиссаров об’являет конституционно-демократическую партию партией врагов народа.

…Заговор к.-д. отличается стройностью и единством плана: удар с юга, саботаж по всей стране и центральное выступление в Учредительном собрании»

Декрет Совета народных комиссаров, 13 декабря 1917 г.: » Члены руководящих учреждений партии кадетов, как партии врагов народа, подлежат аресту и преданию суду революционных трибуналов.
На местные советы возлагается обязательство особого надзора за партией кадетов ввиду ее связи с корниловско-калединской гражданской войной против революции».

ВЦИК 1-го созыва, 28 декабря(7 января) 1918г.: «… «Все живое в стране и прежде всего рабочий класс и армия должны стать с оружием в руках на защиту власти народной в лице Учредительного собрания… Оповещая об этом, Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет 1-го созыва призывает вас, товарищи, немедленно войти в непосредственную связь с ним».

Телеграмма, П.Дыбенко — Центробалт, 3 января 1918 г.: «Срочно, не позже 4 января, прислать на двое или трое суток 1000 матросов для охраны и борьбы против контрреволюции в день 5 января. Отряд выслать с винтовками и патронами, — если нет, то оружие будет выдано на месте. Командующими отрядом назначаются товарищи Ховрин и Железняков”.

П.Е.Дыбенко: «Накануне открытия учредилки прибывает в Петроград отряд моряков, спаянный и дисциплинированный.  

Как и в Октябрьские дни, флот пришел защитить Советскую власть. Защитить от кого? — От демонстрантов-обывателей и мягкотелой интеллигенции. А может быть, вдохновители учредилки выступят “грудью” на защиту обреченного на смерть детища?

Но на это они оказались неспособными.»

Из воспоминаний члена Военной Комиссии ПСР Б.Соколова: …Как же мы будем защищать Учредительное собрание? Как будем самозащищаться?

С таким вопросом я обратился чуть ли не в первый день к ответственному руководителю фракции Х. Он сделал недоумевающее лицо.

“Защищать? Самозащищаться? Что за нелепость. Понимаете ли Вы, что говорите? Ведь, мы народные избранники… Мы должны дать народу новую жизнь, новые законы, а защищать Учредительное собрание, — это дело народа, нас избравшего”.

И это мнение, мною услышанное и весьма меня поразившее, отвечало настроению большинства фракции. ..

В эти дни, в эти недели, я неоднократно имел случай разговаривать с приехавшими депутатами и выяснять их точку зрения на тактику, которой должны мы придерживаться. Как общее правило, позиции большинства депутатов сводилась к следующему.

“Мы должны всеми мерами избегать авантюризма. Если большевики допустили преступление против русского народа, свергнув Временное правительство и самовольно захватив власть в свои руки, если они прибегают к приемам некорректным и некрасивым, это еще не значит, что и мы должны следовать их примеру. Отнюдь нет. Мы должны идти путем исключительной законности, мы должны защищать право путем единственно допустимым для народных избранников, путем парламентарским. Довольно крови, довольно авантюр. Спор должен быть перенесен на разрешение Всероссийского Учредительного собрания, и здесь перед лицом всего народа, всей страны, он получит свое справедливое разрешение”.

Этой позиции, этой тактики, которую я затрудняюсь назвать иначе, как “сугубо парламентарской”, придерживались отнюдь не только правые эсеры и центровики, но и черновцы. И черновцы, быть может, даже более остальных. Ибо, именно, В.Чернов был одним из самых ярых противников гражданской войны и одним из тех, кто надеялся на мирную ликвидацию конфликта с большевиками, веря в то, что “большевики спасуют перед Всероссийским Учредительным собранием”…

“Сугубый парламентаризм” отстаивало огромное большинство фракции эсеров Учредительного собрания. Лиц, которые не соглашались с этой тактикой и которые призывали к активным действиям, было ничтожное меньшинство. Удельный вес этого меньшинства во фракции был весьма невелик. На них смотрели как на людей, зараженных авантюризмом, недостаточно проникнутых государственностью, недостаточно зрелых политически.

Эту группу оппозиционеров составляли главным образом депутаты фронта или лица так или иначе причастные к великой войне. Среди них можно назвать Д.Сургучева (впоследствии расстрелянного большевиками), Фортунатова, лейтенанта Х., Сергея Маслова, члена ЦК, ныне расстрелянного Онипко. К этой группе примыкал и я.

…В конце ноября, с приездом в Петроград членов Учредительного собрания и когда выяснилась сугубо парламентская позиция эсеровской фракции, именно в эти дни, но по настоянию главным образом фронтовых депутатов, была реорганизована Военная Комиссия. Расширенная в своем объеме она получила известную автономию от ЦК. В нее вошли представители военных депутатов фракции Учредительного собрания, между ними я, два члена ЦК, а также ряд энергичных военных эсеров. В президиум ее вошли Сургучев, член ЦК, и я (на правах председателя). Деньги на ее деятельность были даны фронтовыми организациями. Работа комиссии… велась по отдельным секциям, друг от друга независимым и до известной степени законспирированным.

Конечно, ни в какой мере нельзя назвать работу вновь организованной комиссии сколько-нибудь совершенной или мало-мальски удовлетворительной, в ее распоряжении было слишком мало времени, и деятельность ее протекала в обстановке очень тяжелой. Тем не менее кое-что было достигнуто.

Собственно, говорить можно только о двух сторонах деятельности этой комиссии: ее работе в петроградском гарнизоне и ее боевых начинаниях и предприятиях.

…Задачей Военной Комиссии было выделить из петроградского гарнизона те части, которые были наиболее боеспособны и в то же время наиболее антибольшевистски настроены. В первые же дни нашего пребывания в Петрограде, мои товарищи и я посетили большую часть воинских частей, расположенных в Петрограде. Кое-где мы устроили небольшие собрания с целью выявить настроения солдат, но в большинстве случаев ограничивались беседами с комитетами и с группами солдат. Положение совершенно безнадежное в Егерском полку, так же как и в Павловском, и в других. Более благоприятная ситуация намечалась в Измайловском полку, а также в ряде технических и артиллерийских частей, и лишь в трех частях мы нашли то, что искали. Сохранившуюся боеспособность, наличие известной дисциплины и не поддающийся сомнению антибольшевизм.

Это были полки Семеновский и Преображенский и броневой дивизион, расположенный в ротах Измайловского полка. Как полковой, так и ротные комитеты первых двух полков, в большинстве своем состояли из лиц беспартийных, но настроенных резко и сознательно против большевиков. В полках было немалое число георгиевских кавалеров, раненных в германскую войну, а также недовольных большевистской разрухой. Отношение между командным составом, полковыми комитетами и солдатской массой было вполне дружелюбными.

Мы решили именно эти три части избрать как центр боевого антибольшевизма. Через наших как эсеровских, так и родственных фронтовых организаций, мы вызвали в экстренном порядке наиболее энергичный и боевой элемент. В продолжение декабря прибыло с фронта свыше 600 офицеров и солдат, которые были распределены между отдельными ротами Преображенского и Семеновского полков. Причем большинство прибывших было направлено в Семеновский полк, а меньшинство приблизительно 1/3, в Преображенский полк. Некоторых из вызванных нам удалось провести в члены как ротных, так и полковых комитетов. Несколько человек специалистов, по преимуществу бывших студентов, мы пристроили в броневой дивизион.

Таким образом, в конце декабря мы в значительной мере увеличили как боеспособность, так и антибольшевизм вышеупомянутых частей.

Чтобы поднять настроение “наших” частей, а также для того, чтобы создать в петроградском гарнизоне недоброжелательное к большевикам настроение, было решено издавать ежедневную солдатскую газету “Серая шинель”.

…Подводя итоги нашей деятельности в петроградском гарнизоне, я должен сказать, что нам удалось, правда, в незначительной степени, провести работу по защите Учредительного собрания. Вместе с тем, ко дню открытия Учредительного собрания, т.е. к 5 января, в распоряжении народных избранников было два полка, относительно боеспособных и безусловно готовых, решившихся с оружием в руках выступить на защиту. Почему же этого вооруженного выступления не произошло 5-го января? Почему?..

Большевики не только вели энергичную пропаганду среди петроградского гарнизона, но, пользуясь имевшимся в их распоряжении богатыми боевыми запасами, форсировали всевозможные боевые, так называемые, красногвардейские части. Примеру их пробовали последовать и мы. Увы, наши начинания в этом направлении были далеко не блестящи. В то время, как весь Петроград был в полном смысле переполнен всякого рода оружием, в нашем распоряжении последнее было в весьма ограниченном количестве. И потому получалось, что наши дружинники были безоружны или снабжены столь примитивным оружием, что оно не могло идти в счет. Да, впрочем, рабочие, ибо именно среди них велась вербовка наших дружинников, относились без особого энтузиазма к поступлению в боевые дружины. Как раз мне пришлось работать в этом направлении в Нарвском и Коломенском районах.

Собрание рабочих Франко-Русского завода и Нового Адмиралтейства. Конечно, собрания рабочих, сочувствующих нам, вписанных в партию противобольшевистскую.

Объясняю положение и общую необходимость, с моей точки зрения, защищать вооруженной рукой Учредительное собрание. В ответ ряд вопросов, волнений.

“Не довольно ли пролито было братской крови?”. “Четыре года была война, все кровь и кровь…”. “Большевики действительно подлецы, да только вряд ли они посягнут на У.С.”.

“А по-моему,- заявил один из молодых рабочих- надо, товарищи, подумать не о том, чтобы ссориться с большевиками, а как с ними сговориться. Все же, вишь, они защищают интересы пролетариата. Кто сейчас в комиссариате Коломны? Все наши франкоруссцы, большевики…”

Это было еще время, когда рабочие, даже те из них, что были настроены определенно оппозиционно в отношении большевиков, питали некоторые иллюзии насчет этих последних и их намерений. В результате в дружинники записалось около пятнадцати человек. У большевиков на том же заводе было дружинников раза в три больше.

Итоги нашей деятельности в этом направлении свелись к тому, что на бумаге у нас числилось до двух тысяч рабочих дружинников. Но именно только на бумаге. Ибо большинство из них не являлись на явки и вообще были проникнуты духом безразличия и уныния. И при учете сил, которые бы могли защищать У.С. с оружием в руках, эти боевые дружины мы не принимали в счет…

Помимо вербовки дружинников среди петроградских рабочих, были попытки с нашей стороны к организации дружин из фронтовиков, из фронтовых солдат и офицеров. .. Некоторые из наших фронтовых организаций были достаточно сильны и деятельны. Особенно можно было это сказать про комитеты Юго-Западного и Румынского фронтов. Еще в ноябре месяце Военная Комиссия прибегла к помощи этих комитетов, и те начали направлять в Петроград фронтовиков, наиболее надежных, хорошо вооруженных, посланных как бы в командировку по служебным делам. Часть из этих фронтовиков, как это было сказано, была направлена в “укрепление” Семеновского и Преображенского полков. Но часть из прибывающих солдат мы хотели оставить в непосредственном нашем распоряжении, сформировав из них боевые летучие отряды. С этой целью нами были предприняты шаги, чтобы по возможности конспиративно разместить их в самом Петрограде, не вызвав до поры до времени подозрений большевиков. После некоторых колебаний мы остановились на мысли открыть солдатский народный университет. В середине декабря таковой и был открыт в стенах одного из высших учебных заведений. Само открытие состоялось с ведома и санкции большевистских властей, ибо программа в нем указанная была и вполне невинная, общекультурно-просветительная, и среди руководителей и лекторов университета были указаны лица, заведомо лояльные по отношению к большевистскому правительству.

В наших интересах было держать этих курсантов-боевиков вместе, добы в случае неожиданного ареста они могли бы оказать противодействие и дабы легче их было использовать в случае выступления против большевиков. После долгих поисков мне удалось, благодаря содействию известного общественного деятеля К., устроить таковое общежитие, рассчитанное на двести человек, в помещении Красного Креста на Фонтанке.

Прибывающие фронтовики являлись на курсы и отсюда шли в общежитие. Как правило, приезжали они с ружьями, снабженные несколькими ручными гранатами. К концу декабря таких курсантов набралось уже несколько десятков человек. И так как были это все люди боевые и решительные, то они представляли собой несомненную силу.

Это дело не было развернуто в полном масштабе, так как Центральный Комитет эсеров усмотрел в нем слишком рискованную авантюру. Нам было предложено приостановить это начинание. Мы это и сделали”.

П.Дашевский, член бюро военной комиссии ПСР:»…Первоначальный план нашего штаба и военной комиссии гласил, что мы с первого момента… выступим непосредственно активными инициаторами вооруженного выступления. В этом духе шла вся наша подготовка в течение месяца перед открытием Учредительного собрания по директивам Центрального комитета. В этом направлении шли все дискуссии военной комиссии и в нашем гарнизонном совещании с участием гражданина Лихача».

Н.Лихач: » …У партии не было реальных сил, на которые она могла бы опереться».

Г. Семенов, руководитель военной комиссии при Петроградском комитете ПСР : «Постепенно были созданы ячейки в полках: Семеновском, Преображенском, Гренадерском, Измайловском, моторно-понтонном, запасном электро-техническом, в химическом и саперных батальонах и в 5-м броневом дивизионе. Командир одного из батальонов моторно-понтонного полка прапорщик Мавринский, товарищ председателя полкового комитета Семеновского полка и член комитета химического батальона Усенко входили в военную комиссию. Численность каждой ячейки была от 10 до 40 человек»

Было решено организовать разведывательный отдел. В штаб красной гвардии был отправлен с поддельным письмом свой офицер-фронтовик, который вскоре получил пост помощника Механошина и держал нас в курсе расположения большевистских частей.

..К концу декабря… командир 5-го броневого дивизиона, комиссар и весь дивизионный комитет, был нашим. Семеновский полк соглашался выступить, если его призовет вся эсеровская фракция Учредительного собрания, и то не первым, а за броневым дивизионом. А Преображенский полк соглашался выступить, если выступит Семеновский.

Я считал, что у нас не было войск (кроме броневого дивизиона), и думал направить ожидаемую массовую демонстрацию во главе с дружинниками к Семеновскому полку, инсценируя восстание, рассчитывая, что семеновцы примкнут, двинутся к преображенцам и вместе с последними — к Таврическому дворцу, чтобы начать активные действия. Штаб мой план принял».

Постановление ВЦИК от 3(16) января, «Правда» 4(17) января, 1918г.: “Всякая попытка со стороны кого бы то ни было или какого бы то ни было учреждения присвоить себе те или иные функции государственной власти будет рассматриваема как контрреволюционное действие. Всякая такая попытка будет подавляться всеми имеющимися в распоряжении советской власти средствами вплоть до применения вооруженной силы”.

Чрезвычайная комиссия по охране Петрограда, 3 января: «…Всякая попытка проникновения… в район Таврического дворца и Смольного, начиная с 5 января, будет энергично остановлена военной силой»

Образованный «Союз защиты Учредительного Собрания”, по руководством  правого эсера В. Н. Филипповского, в который  вошли правые эсеры, народные социалисты, меньшевики-оборонцы, часть кадетов, решил организовать манифестацию в поддержку УС. 

Для подавления заговора и охраны порядка в день открытия Учредительного собрания был создан Чрезвычайный военный совет.

Таврический дворец, где 5 января должно было открыться Учредительное собрание, подступы к дворцу, район Смольного и другие важные позиции Питера совет поручил охранять морякам. Командовал ими народный комиссар по морским делам П. Е. Дыбенко.

Таврический дворец — 100 человек; Николаевская академия — Литейная — Кирочная — 300 человек; государственный банк — 450 человек. У Петропавловской крепости будет 4 гидроаэроплана.

В.Д.Бонч-Бруевич: «Мы подходим к 5 января, и я хочу предупредить вас, что мы должны встретить этот день с полной серьезностью… Все заводы и воинские части должны быть на полной изготовке. Лучше преувеличить, чем преуменьшить опас ность Пусть с нами будет уверенность, что мы готовы отразить и подавить, если нужно, беспощадно каждый направленный удар».

П.Е.Дыбенко: «18 января. (5 января) С раннего утра, пока обыватель еще мирно спал, на главных улицах Петрограда заняли свои посты верные часовые Советской власти — отряды моряков. Им дан был строгий приказ: следить за порядком в городе… Начальники отрядов — все боевые, испытанные еще в июле и октябре товарищи.

Железняк со своим отрядом торжественно выступает охранять Таврический дворец — Учредительное собрание. Моряк-анархист, он искренне возмущался еще на II съезде Балтфлота тем, что его кандидатуру предложили выставить кандидатом в Учредительное собрание. Теперь, гордо выступая с отрядом, он с лукавой улыбкой заявляет: “Почетное место займу”. Да, он не ошибся. Он занял почетное место в истории.

В 3 часа дня, проверив с товарищем Мясниковым караулы, спешу в Таврический. Входы в него охраняются матросами. В коридоре Таврического встречаю Бонч-Бруевича.

— Ну, как? Все спокойно в городе? Демонстрантов много? Куда направляются? Есть сведения, будто направляются прямо к Таврическому?

На лице его заметна некоторая растерянность.

— Только что объехал караулы. Все на местах. Никакие демонстранты не движутся к Таврическому, а если и двинутся, матросы не пропустят. Им строго приказано.

— Все это прекрасно, но говорят, будто вместе с демонстрантами выступили петроградские полки.

— Товарищ Бонч-Бруевич, все это ерунда. Что теперь петроградские полки? — Из них нет ни одного боеспособного. В город же стянуто 5 тысяч моряков.

Бонч-Бруевич, несколько успокоенный, уходит на совещание.

Около 5 часов Бонч-Бруевич снова подходит и растерянным, взволнованным голосом сообщает:

— Вы говорили, что в городе все спокойно; между тем сейчас получены сведения, что на углу Кирочной и Литейного проспекта движется демонстрация около 10 тысяч вместе с солдатами. Направляются прямо к Таврическому. Какие приняты меры?

— На углу Литейного стоит отряд в 500 человек под командой товарища Ховрина. Демонстранты к Таврическому не проникнут.

— Все же поезжайте сейчас сами. Посмотрите всюду и немедленно сообщите. Товарищ Ленин беспокоится.

На автомобиле объезжаю караулы. К углу Литейного действительно подошла довольно внушительная демонстрация, требовала пропустить ее к Таврическому дворцу. Матросы не пропускали. Был момент, когда казалось, что демонстранты бросятся на матросский отряд. Было произведено несколько выстрелов в автомобиль. Взвод матросов дал залп в воздух. Толпа рассыпалась во все стороны. Но еще до позднего вечера отдельные незначительные группы демонстрировали по городу, пытаясь пробраться к Таврическому. Доступ был твердо прегражден.»

В.Д.Бонч-Бруевич: «Город был разбит на участки. В Таврическом дворце был назначен комендант, и на эту должность выдвинули М.С.Урицкого. Благонравов остался начальником нашей базы — Петропавловской крепости, а Еремеев — в должности командующего войсками Петроградского округа. Меня на дни Учредительного собрания назначили комендантом Смольного и подчинили мне весь район. … Я был ответственен за весь порядок в этом районе, в том числе и за те демонстрации, которые ожидались вокруг Таврического дворца. .. Я прекрасно понимал, что этот район является самым главным из всего Петрограда,.. .что именно сюда будут стремиться демонстрации».

Союз защиты Учредительного собрания, воззвание 5 (18) января: «Граждане, вы… должны заявить ему (Учредительному собранию), что столица революции одушевлена желанием подвинуть весь народ на последние подвиги, которых требует спасение страны. Все на манифестацию 5 января!».

Петроградский СНК, 5 января: «Под лозунгом «вся власть Учредительному собранию» кроется лозунг «долой советы». Вот почему все капиталисты, вся черная сотня, все банкиры горой стоят за этот лозунг!».

Из защитительной речи члена ЦК ПСР А.Р. Гоца на процессе с.-.р., 1 августа 1922 г.: “Мы определенно заявили, что да, мы считали необходимым организовать все те силы, военные и боевые, которые были в нашем распоряжении, чтобы в случае, если большевистская власть осмелится посягнуть на учредительное собрание, дать ему надлежащую опору. Таково было основное политическое задание в эти дни. Это первое.

Дальше мы считали необходимым не ограничиваться только мобилизацией тех военных сил, которые имелись в нашем распоряжении, мы считали, что сам народ, сам рабочий класс Петрограда должен манифестацией заявить свою волю защиты учредительного собрания. Он должен был заявлением своей воли сказать громко, отчетливо, всесторонне, обращаясь к представителям Смольного — “не смейте посягать на учредительное собрание, ибо за учредительным собранием стоит сплоченная железная фаланга рабочей армии”. Вот чего мы хотели. Поэтому мы, обращаясь ко всем партиям, ко всему рабочему классу Петрограда, говорили: “идите на мирную безоружную демонстрацию, идите для того, чтобы выявить свою волю, для того, чтобы свое настроение манифестировать. И гражданин Крыленко говорит (допустим, на минутку, правильность его версии), что да, я не отрицаю, что была организована вами мирная демонстрация, которая должна была суммировать эту волю, но кроме этого была еще другая демонстрация, уже не мирная, которая должна была идти от броневиков, Семеновцев и т. д. Допустим на минуту, что ваша концепция правильна, но все это не изменяет сути дела. Все вооруженные демонстрации (допустим вашу версию), которые тогда были задуманы, не состоялись, не имели место, ибо все эти мифические броневики, которыми вы, как главковерх, оперировали, расставив их с помощью моего друга Тимофеева и бросили на Смольный, это все ирреально, все — гадание на кофейной гуще. Вы знаете хорошо, что ни один броневик не выехал. С моей точки зрения, очень плохо, что не выехал, но это другой вопрос. Мы не устанавливаем, что хорошо и что плохо, а устанавливаем факты. А факты таковы, что если даже допустить наше субъективное самое страстное желание собрать бронированный кулак (такое желание, такое задание у нас было совершенно определенно), это гадание нам не удалось, не удалось потому, что просто, не мудрствуя лукаво, у нас не оказалось этого кулака. Когда мы попытались его сжать, он остался в таком виде (жестом показывает). Вот в чем дело. Вот каково положение вещей. Броневики не вышли. Семеновский полк не вышел.

Было ли у нас намерение. Да. И здесь Тимофеев определенно говорил, что мы, члены Ц.К. считали бы преступным со своей стороны. если бы мы не приняли всех мер к тому, чтобы организовать, собрать кулак, организовать вооруженную защиту учредительного собрания. Мы решили, что в тот момент, когда вы решитесь покуситься на суверенитет учредительного собрания, положить на него свою руку, мы должны дать вам отпор. Мы считали это не только своим правом, но и священной своей обязанностью перед трудящимся классом. И если бы мы не сделали всех усилий для того, чтобы эту задачу выполнить, мы, действительно несли бы всю полноту ответственности не перед вами, а перед всем трудящимся классом России. Но, повторяю, мы боне фиде сделали все то, что мы могли и если тем не менее нам не удалось, то по той причине, о которой упоминал гр. Покровский. Зачем же нужно было гр. Крыленко громоздить все эти факты, зачем ему нужно было помимо желания использовать эти факты, как обличительный материал против нас, чтобы лишний раз доказать, что эта партия лицемерия, и произнести несколько громких филиппик, которые ему недурно удаются. Зачем ему это нужно было. Я вам скажу зачем. Это нужно было для того, чтобы скрыть, затушевать, завуалировать истинный смысл и трагический и политический смысл событий дня 5 января. И этот день войдет в историю не как день лицемерия партии, а как день кровавого преступления, совершенного вами против трудящихся, ибо в тот день вы расстреляли мирные демонстрации, ибо в тот день вы пролили кровь рабочих на улицах Петрограда, и эта кровь вызвала дух возмущения потом. Чтобы скрыть этот факт, чтобы завуалировать преступление не партии социалистов-революционеров, а какой то другой партии, вам нужно было конечно громоздить и строить гипотезы, которые мы отмечаем, ибо в этом отношении вы ломились совершенно в открытую дверь. Да, мы хотели защищать, но этот факт, факт нашего желания защищать, он ни в коей мере не оправдывает того факта, что вы расстреляли безоружную демонстрацию, которая двинулась на вас с целью захвата власти. Позвольте вам указать, что в деле имеется № экземпляр “Дела Народа”, в котом накануне дня 5 января было помещено следующее заявление: Город Петроград превращен в вооруженный лагерь. Большевики распространяют вести о том, что эс-эры готовят вооруженный захват власти, что они куют заговор против Совета Народных Комиссаров. Не верьте этой провокации и идите на мирную манифестацию. И это была правда, мы не задавались целью организовать переворот, мы не задавались целью заговорческим путем захватить власть, нет, мы открыто говорили, что вот единая законная. легитимная власть, и ей должны все граждане и все трудящиеся подчиниться, перед нею должны смириться и сложить свое кровавое оружие все партии, враждовавшие до этого момента. А если только эти партии не пойдут на путь соглашения и примирения с нею, тогда это Учредительное Собрание имеет право конечно не увещеваниями и не витиеватыми речами. а мечом смирить все остальные партии. И наше дело было выковать этот меч и если нам не удалось, то это не наша вина, а наша беда. Но, больше того, этот день был не только днем преступления со стороны большевиков, но этот день сыграл роль поворотного момента в истории большевистской тактики. Чтобы не быть голословным, позвольте мне сослаться на авторитетное лицо, которое для вас является безусловным. Я думаю, что мне будет разрешено гр. Председателем сослаться в этом случае на Розу Люксембург. Я позволяю себе указать, что в книге, ею выпущенной под названием “Русская революция”, она писала: “выдающуюся роль в политике большевиков сыграл известный разгон Учредительного Собрания 5 января 1918 г. Эта мера определила их дальнейшую позицию. Она была до известной степени поворотным путем их тактики. Известно, что Ленин и друзья его бурно требовали созыва Учредительного Собрания до своей Октябрьской победы. Эта именно политика затягивания в этом вопросе со стороны правительства Керенского была одним их пунктов обвинения большевиками этого правительства и давала им повод к ожесточеннейшим нападениям на него. Троцкий говорит даже в одной из интересных статей своих от “Октябрьской революции до Брестского мира”, что октябрьский переворот был настоящим спасением для Учредительного Собрания, как и для всей революции. Ну, как понимают большевики слова “спасение” это мы достаточно видели из практики в день 5 января. По-видимому у них спасать — это значит расстреливать. Дальше она указывает на всю несостоятельность той аргументации, которую приводили большевики когда для политического оправдания своего насильнического акта против Учредительного Собрания. Какие аргументы выдвигались тогда большевиками в оправдание разгона Учредительного Собрания. Что они говорили. Они говорили прежде всего, что Учредительное Собрание, это вчерашний день революции. Оно не отражает того реального соотношения сил, которое установилось после октябрьской победы. Что это день уже отшедший, это перевернутая страница книги истории и нельзя, опираясь на него вершить судьбы сегодняшнего дня. Дальше, помимо этих общих политических соображений, они указывали и на то, что в эту избирательную кампанию партия эсеров выступила как единая партия, еще не расколовшаяся, еще не выделившая из своей партии, так называемых левых социалистов революционеров. Вот эти два соображения обычно выдвигались в политическое оправдание этой тактики. Что же отвечает им на это Роза Люксембург. Я опять предпочитаю говорить ее словами, ибо ее авторитет, я не сомневаюсь, для вас…

БУХАРИН. Эту книгу она хотела сжечь.

ГОЦ. Я не знаю, хотела ли она эту книгу сжечь или нет. Я не думаю, что она хотела ее сжечь, я думаю, что она не хотела ее сжечь, но оттого, что она потом в некоторых отношениях изменила свою точку зрения, от этого высказывания и эти взгляды не теряют всей своей глубокой ценности и поучительности. Относительно того, что она хотела сжечь, позвольте Вам сказать, гражданин Бухарин, это уже из области фантастики. Об этих ее намерениях нам неизвестно по крайней мере из литературы.

БУХАРИН. — Вы не знакомы с литературой.

ГОЦ — Не будем полемизировать, гражданин Бухарин. Позвольте указать, как она отвечала на те соображения, из той книги, которую гражданин Бухарин хотел бы сжечь. Я понимаю, почему он хотел бы сжечь эту книгу, ибо эта книга, это яркий, поучительный, красноречивый акт против него и против его друзей. Теперь, что же она говорит. Она говорит следующее: “Нужно только удивляться, что такие умные люди, как Ленин и Троцкий не пришли к само собой напрашивающимся выводам. Если Учредительное Собрание избрано задолго до поворотного пункта — октябрьского переворота и отражает прошедшее, а не новое положение в стране, то само собой напрашивается вывод, что нужно кассировать устаревшее мертворожденное Учредительное Собрание, и немедленно назначить выборы в новое Учредительное Собрание”. Это буквальное то, что говорили и мы в свое время в тех книгах, от которых мы не отрекаемся и которые сжечь мы не собираемся. Но большевики не пошли по этому пути. “Они не хотели вручать — говорит она дальше, — вручать судьбы революции в руки собрания, которое выражало настроение вчерашней России, период[а] колебания и коалиции с буржуазией, когда им осталось только одно: тотчас же на место старого созвать новое Учредительное Собрание, вышедшее из недр обновленной, двинувшейся на новый путь страны”. Вместо этого Троцкий, на основании негодности собравшегося данного собрания, приходит к общим выводам о ненужности и негодности вообще всякого народного представительства, основанного на всеобщем избирательном праве. Уже в этот день, в день 5-го января, со всей режущей остротой был поставлен тот кардинальный вопрос, который нас потом все время делил на два враждебных лагеря. Вопрос был поставлен так: диктатура или демократия. Должно ли государство опираться на меньшинство, или государство должно опираться на большинство трудящегося класса. До тех пор, пока у вас была надежда на то, что большинство учредительного собрания будет ваше, вы не восставали, и только тогда, когда вы убедились, что вам этого большинства не создать, что отношение сил социальных среди трудящихся таково, что оно против вас, только с этого момента вы повернули фронт против Учредительного Собрания и с этого момента вы выдвинули понятие: “диктатура”.

Когда я говорю сейчас о демократии, то я считаю нужным прежде всего отнестись к теории № 2 гражданина Крыленко. Гражданин Крыленко здесь с большим задором, с большим полемическим и диалектическим искусством, я отдаю ему должное, развивал перед нами здесь теорию, которую мы, собственно говоря, по крайней мере многие из нас, я это откровенно говорю, проповедовали лет 15 тому назад в кружках для второго типа. Гражданин Крыленко говорил: не надо быть фетишистами, идолопоклонниками демократии. Демократия это не фетиш, не идол, перед которым нужно преклоняться и разбивать лоб. Гражданин Крыленко, я думаю, что даже все не учившиеся в семинарии, но которые приобщились так или иначе к международному социализму, великолепно знают, что ни для одного социалиста демократия, конечно, не является фетишом, не является идолом, а является лишь той формой и единственной формой, в которой могут быть осуществлены социалистические идеалы во имя и ради которых мы боремся.

Но гражданин Крыленко пошел дальше. Он говорит: свобода для нас орудие, т.е. если свобода нам нужна, тогда мы ею пользуемся. если же на свободу притязают, если ее жаждут, если к ней стремятся и другие, тогда мы это оружие направляем острием против них.

Позвольте Вам сказать, что это самое неправильное и самое губительное понимание свободы. Для нас свобода это та живительная атмосфера, в которой единственно только и возможно всякое широкое, всякое массовое рабочее социалистическое движение, это та стихия, которая должна окутывать, окружать и пропитывать это рабочее движение. Вне этих условий, вне форм свободы, широчайшей свободы невозможна никакая самодеятельность трудящихся масс. А нужно ли мне вам, людям, называющим себя марксистами социалистами, доказывать, что социализм невозможен вне условии широчайшей самодеятельности трудящихся масс, которая с своей стороны не может иметь места без свободы.

Свобода это душа социализма, это — основное условие самодеятельности масс. Если вы этот жизненный нерв, эту основную сущность, если вы этот нерв перережете, тогда, конечно, от самодеятельности масс ничего не останется и тогда уже лишь прямой путь — путь к той теории, которую здесь вслед за гражданином Крыленко развивал гражданин Луначарский — к теории о непросвещенных темных массах, которым вредно слишком много соприкасаться с политическими партиями, могущими их, неопытных, неискушенных, темных, сбить, увлечь за собою, вовлечь в такое болото, из которого они, бедненькие, никогда и не вылезут. Да что же это такое, как не классически выраженная теория Победоносцева. Что это по своей социалистической сущности, как не то же стремление Победоносцева уберечь православный чистый народ от тлетворного влияния западной демократии, которая может только замутить чистоту его сознания, которая может только развратить его, в которой он бессилен будет разобраться и, как ребенок, которому дают острый нож, может нанести себе только острые опасные раны.

И уже один шаг от этой концепции гражданина Луначарского, которую начал гражданин Крыленко, только один шаг до легенды о великом инквизиторе Толстого, извиняюсь, Достоевского. Так вот эта легенда — это есть логическое естественное завершение того цикла мыслей, который сейчас здесь перед нами развивал гражданин Крыленко и гражданин Луначарский и который можно сказать, спрессовать в одно политическое понятие — понятие диктатуры в вашем понимании. Позвольте мне опять таки сослаться на Розу Люксембург…

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ — Нельзя ли просить быть ближе к делу. Учредилку, слава Богу, разогнали. Нас интересует дальнейшая ваша позиция, а не то, что разогнали Учредилку, хорошо ли это или плохо. Разогнали и хорошо сделали.

ГОЦ — в этой плоскости я не буду, конечно, спорить, хорошо ли, что разогнали Учредилку, хорошо или плохо, что тяпнули по голове того или иного джентльмена. В этой плоскости я не считаю возможным и уместным вести политические дебаты, хотя и в виде защитительной речи. Я до сих пор не выходил из рамок, которые вы мне указывали. держусь ваших указаний…

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ — Указания, касающиеся формы диктатуры пролетариата, для нас форма исходная, не подлежащая обсуждению Мы — органы этой диктатуры. Вопрос относительно всеобщего избирательного права — вопрос разрешенный, не подлежащий обсуждению, так что весь разговор здесь об этом совершенно зряшное.

ГОЦ — Может быть, мы многие разговоры ведем здесь зря, потому что одну очень правильную мысль высказал гражданин Крыленко. Он сказал: “с самого начала, собственно говоря, с момента ваших первых заявлений, можно было сказать, что вопрос исчерпан и приступить к вынесению приговора”.

Наступил день открытия Учредительного Собрания 5 января 1918 г. Сильных морозов не было. Во многих районах города проходили манифестации в поддержку Учредительного собрания. Манифестанты начали собираться утром в девяти сборных пунктах, намеченных Союзом защиты Учредительного собрания. Маршрут движения предусматривал слияние колонн на Марсовом поле и последующее продвижение к Таврическому дворцу со стороны Литейного проспекта.

Особенно массовой и сплоченной выглядела колонна рабочих Александро-Невского района, шедшая от Марсова поля к Таврическому дворцу. Точных данных числа демонстрантов нет, но по утверждению М.Капустина в них участвовало 200 тысяч человек. По другим данным главная колонна демонстрантов насчитывала 60 тысяч человек. 5 января в «Правде» всякие митинги и демонстрации в Петрограде были запрещены в районах, прилегающих к Таврическому дворцу. Провозглашалось, что они будут подавлены военной силой. Одновременно большевистские агитаторы на важнейших заводах (Обуховском, Балтийском и др. ) пытались заручиться поддержкой рабочих, но успеха не имели. В составе колонн демонстрантов рабочие двинулись к Таврическому и были расстреляны из пулеметов.

В.М.Чернов: «Надо было морально обезоружить… большевиков. Для этого мы пропагандировали демонстрацию гражданского населения абсолютно безоружную, против которой было бы нелегко употреблять грубую силу. Все, на наш взгляд, зависело от того, чтобы не дать большевикам и тени морального оправдания для перехода к кровопролитию. Только в этом случае, думали мы, могут поколебаться даже самые решительные их защитники и проникнуться решительностью самые нерешительные наши друзья…»

Паевский, руководитель петроградских боевых дружин ПСР: «Таким образом мы пошли одни. По дороге к нам присоединилось несколько районов.

Состав шествия был следующий: немногочисленное количество партийных, дружина, очень много учащихся барышень, гимназистов, в особенности студентов, много чиновников всех ведомств, организации кадетов со своими зелеными и белыми флагами, поалей-цион и т. д., при полном отсутствии рабочих и солдат. Со стороны, из толпы рабочих, раздавались насмешки над буржуазным составом шествия».

«Новая жизнь,» 6 января 1918 г.:»…Когда манифестанты появились у Пантелеймоновской церкви, матросы и красногвардейцы, стоявшие на углу Литейного пр. и Пантелеймоновской улицы, сразу открыли ружейный огонь. Шедшие впереди манифестации знаменосцы и оркестр музыки Обуховского завода первые попали под обстрел. После расстрела демонстрантов красногвардейцы и матросы приступили к торжественному сожжению отобранных знамен».

М.Слоним: «Мы собрались между 9 и 10 в ресторане на Кирочной улице, и там были сделаны последние приготовления. И затем в полном порядке двинулись к Таврическому дворцу. Все улицы были заняты войсками, на углах стояли пулеметы, и вообще весь город походил на военный лагерь. К 12 часам мы пришли к Таврическому дворцу, и перед нами скрестили штыки караульные

С 9 утра колонны манифестантов двинулись от петербургских пригородов к центру. Манифестация действительно была очень большая. Хотя я там не был, но по слухам, которые до нас доходили, — почти каждую минуту кто-нибудь прибегал — было свыше 100.000 человек. В этом отношении мы не ошиблись, и некоторые военные части тоже шли в толпе, но это были не части, а отдельные группы солдат и матросов. Их встретили специально посланные против толпы отряды солдат, матросов и даже конников, и когда толпа не хотела расходиться, в нее начали стрелять. Я не знаю, сколько в точности было убитых, но мы, стоя во дворе Таврического дворца, слышали трескотню пулеметoв и ружейные залпы… К трем часам было все кончено. Несколько десятков убитых, несколько сот раненых».

М.М.Тер-Погосьян: «…На Литейном нас было — я не могу точно сказать, но когда я поднялся на тумбу около ворот и посмотрел, я конца этой толпы не мог видеть, — огромная, много десятков тысяч. И вот я помню, я шел во главе…

В это время против нас с выступа появились со стороны Окружного суда  большевистские части — регулярные части и, значит, отрезали нас и начали давить. Потом они отошли и с обеих сторон улицы стали на колени на изготовку, и началась стрельба.»

Из речи на процессе с.-р. члена ЦК ПСР Е.С.Берга: “Я — рабочий. И во время демонстрации в защиту Учредительного Собрания я принимал в ней участие. Петроградским Комитетом была объявлена мирная демонстрация и сам Комитет, и я в том числе, без оружия шел во главе процессии с Петроградской стороны. По пути, на углу Литейного и Фурштадтской дорогу нам преградила вооруженная цепь. Мы вошли в переговоры с солдатами, чтобы добиться пропуска к Таврическому Дворцу. Нам ответили пулями. Здесь был убит Логвинов — крестьянин, член Исполкома Совета Крестьянских Депутатов — который шел со знаменем. Он был убит разрывной пулей, которой ему снесло полчерепа. И убит он был в то время, когда после первых выстрелов он лег на землю. Там же была убита Горбачевская, старая партийная работница. Другие процессии были расстреляны в других местах. Было убито 6 человек рабочих завода Маркуса, были убиты рабочие Обуховского завода. 9 января я принимал участие в похоронах убитых; там было 8 гробов, ибо остальных убитых власти нам не выдали, и в их числе было 3 с.-р., 2 с.-д. и 3 беспартийных и почти все они были рабочие. Вот правда об этой демонстрации. Здесь говорили, что это была демонстрация чиновников, студентов, буржуазии и что в ней не было рабочих. Так почему же среди убитых нет ни одного чиновника, ни одного буржуя, а все они рабочие и социалисты? Демонстрация была мирной, — таково было постановление Петроградского Комитета, исполнявшего директивы Центрального Комитета и передавшего их в районы.

Подойдя к Таврическому Дворцу, чтобы по поручению рабочих некоторых фабрик и заводов приветствовать Учр. Собр., я и три товарища рабочих пройти туда не могли, потому что кругом шла стрельба. Демонстрация не разошлась, она была расстреляна. И это вы расстреляли мирную рабочую демонстрацию в защиту Учредительного Собрания!”

П.И.Стучка: «..В охране Смольного и Таврического дворца (во время разгона Учредительного собрания) первое место занимали товарищи, отобранные латышскими стрелковыми полками».

«Правда», 6 января: «На улицах 5 января тихо. Изредка появляются маленькие группы интеллигентов с плакатами, их разгоняют. По сведениям чрезвычайного штаба между кучками вооруженных демонстрантов и патрулями происходили вооруженные столкновения. Из окон, с крыш в солдат стреляли. У арестованных имелись револьверы, бомбы и гранаты».

М. Горький, «Новая жизнь» (9 января 1918 г.): «5-го января 1918 года безоружная петербургская демократия — рабочие, служащие — мирно манифестировали в честь Учредительного Собрания … «Правда» лжет, когда она пишет, что манифестация 5 января была организована буржуями, банкирами и т. д., и что к Таврическому дворцу шли именно «буржуи» и «калединцы». «Правда» лжет, — она прекрасно знает, что «буржуям» нечему радоваться по поводу открытия Учредительного Собрания, им нечего делать в среде 246 социалистов одной партии и 140 — большевиков. «Правда» знает, что в манифестации принимали участие рабочие Обуховского, Патронного и других заводов, что под красными знаменами российской социал-демократической партии к Таврическому дворцу шли рабочие Василеостровского, Выборгского и других районов. Именно этих рабочих и расстреливали, и сколько бы ни лгала «Правда», она не скроет позорного факта . .. Итак, 5 января расстреливали рабочих Петрограда безоружных. Расстреливали без предупреждения о том, что будут стрелять, расстреливали из засад, сквозь щели заборов, трусливо, как настоящие убийцы».

Соколов, член Учредительного собрания, эсер: «…Народ в Петрограде был настроен против большевиков, но мы не сумели возглавить это противобольшевистское движение».

Открытие Собрания в полдень не состоялось, и только в 16 часов более 400 делегатов вошли в Белый зал Таврического дворца. Стенограмма убеждает, что с момента открытия Учредительного Собрания его работа напоминала острое политическое сражение.

Открывалось Собрание дважды. Первый раз его открыл старейший по возрасту депутат бывший народоволец С.Шевцов. Потом — Я.М. Свердлов, открыл его от имени Совета народных комиссаров. Затем начались долгие препирательства по поводу президиума и председательствующего. Большевики и левые эсеры были в явном меньшинстве, и председателем был избран эсер В.М.Чернов.

В.М.Зензинов: «Город представлял из себя в этот день вооруженный лагерь; большевистские войска окружали сплошной стеной здание Таврического дворца, которое было приготовлено для заседаний Учредительного собрания. Перед нами… эти стены раздвинулись. Мрачными взглядами провожали нас эти матросы и солдаты, стоявшие здесь в полном вооружении… В здании мы были окружены на хорах и в проходах разъяренной толпой. Исступленный рев наполнял помещение».

М.В.Вишняк, секретарь УС: «Перед фасадом Таврического вся площадка уставлена пушками, пулеметами, походными кухнями. Беспорядочно свалены в кучу пулеметные ленты. Все ворота заперты. Только крайняя калитка слева приотворена, и в нее пропускают по билетам. Вооруженная стража пристально вглядывается в лицо, прежде чем пропустить; оглядывает сзади, прощупывает спину. .. Это первая внешняя охрана… Пропускают в левую дверь. Снова контроль, внутренний. Проверяют люди уже не в шинелях, а во френчах и гимнастерках… Повсюду вооруженные люди. Больше всего матросов и латышей… У входа в зал заседания последний кордон. Внешняя обстановка не оставляет никаких сомнений относительно большевистских видов и намерений.»

В.Д.Бонч-Бруевич: «Их рассыпали всюду. Матросы важно и чинно попарно разгуливали по залам, держа ружья на левом плече в ремне». По бокам трибуны и в коридорах — тоже вооруженные люди. Галереи для публики набиты битком. Впрочем, все это люди большевиков и левых эсеров. Входные билеты на галереи, примерно 400 штук, распределял среди петроградских матросов, солдат и рабочих Урицкий. Сторонников эсеров в зале было крайне мало.»

П.Е.Дыбенко: «После партийных совещаний открывается Учредительное собрание. Вся процедура открытия и выборов президиума Учредительного собрания носила шутовской, несерьезный характер. Осыпали друг друга остротами, заполняли пикировкой праздное время. Для общего смеха и увеселения окарауливающих матросов мною была послана в президиум учредилки записка с предложением избрать Керенского и Корнилова секретарями. Чернов на это только руками развел и несколько умиленно заявил: “Ведь Корнилова и Керенского здесь нет”.

Президиум выбран. Чернов в полуторачасовой речи излил все горести и обиды, нанесенные большевиками многострадальной демократии. Выступают и другие живые тени канувшего в вечность Временного правительства. Около часа ночи большевики покидают Учредительное собрание. Левые эсеры еще остаются.

В одной из отдаленных от зала заседания комнат Таврического дворца находятся товарищ Ленин и несколько других товарищей. Относительно Учредительного собрания принято решение: на следующий день никого из членов учредилки в Таврический дворец не пропускать и тем самым считать Учредительное собрание распущенным.

Около половины третьего зал собрания покидают и левые эсеры. В этот момент ко мне подходит товарищ Железняк и докладывает:

— Матросы устали, хотят спать. Как быть?

Я отдал приказ разогнать Учредительное собрание, после того как из Таврического уйдут народные комиссары. Об этом приказе узнал товарищ Ленин. Он обратился ко мне и потребовал его отмены.

— А вы дадите подписку, Владимир Ильич, что завтра не падет ни одна матросская голова на улицах Петрограда?

Товарищ Ленин прибегает к содействию Коллонтай, чтобы заставить меня отменить приказ. Вызываю Железняка. Ленин предлагает ему приказа не выполнять и накладывает на мой письменный приказ свою резолюцию:

“Т. Железняку. Учредительное собрание не разгонять до окончания сегодняшнего заседания”.

На словах он добавляет: “Завтра с утра в Таврический никого не пропускать”.

В.И.Ленин, 5 января: «Предписывается товарищам солдатам и матросам, несущим караульную службу в стенах Таврического дворца, не допускать никаких насилий по отношению к контрреволюционной части Учредительного собрания и, свободно выпуская всех из Таврического дворца, никого не впускать в него без особых приказов.
Председатель Совета Народных Комиссаров В. Ульянов (Ленин)»

П.Е.Дыбенко: «Железняк, обращаясь к Владимиру Ильичу, просит надпись “Железняку” заменить “приказанием Дыбенко”. Владимир Ильич полушутливо отмахивается и тут же уезжает в автомобиле. Для охраны с Владимиром Ильичом едут два матроса.

За товарищем Лениным покидают Таврический и остальные народные комиссары. При выходе встречаю Железняка.

Железняк: Что мне будет, если я не выполню приказание товарища Ленина?

— Учредилку разгоните, а завтра разберемся.

Железняк только этого и ждал. Без шума, спокойно и просто он подошел к председателю учредилки Чернову, положил ему руку на плечо и заявил, что ввиду того, что караул устал, он предлагает собранию разойтись по домам.

“Живые силы” страны без малейшего сопротивления быстро испарились.

Так закончил свое существование долгожданный всероссийский парламент. Фактически он был разогнан не в день своего открытия, а 25 октября. Отряд моряков под командованием товарища Железняка только привел в исполнение приказ Октябрьской революции.» 

Железняков. Я получил инструкцию, чтобы довести до вашего сведения, чтобы все присутствующие покинули зал заседания, потому что караул устал.
(Голоса: «Нам не нужно караула»).
Чернов.
Какую инструкцию? От кого?
Железняков. Я являюсь начальником охраны Таврического дворца, имею инструкцию от комиссара.
Чернов. Все члены Учредительного собрания тоже очень устали, но никакая усталость не может прервать оглашение того земельного закона, которого ждет Россия… Учредительное собрание может разойтись лишь в том случае, если будет употреблена сила!..
Железняков. … Я прошу покинуть зал заседания»

Большинство депутатов отказались утверждать экстремистскую «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа» и другие декреты большевиков. В отместку большевики, а затем и левые эсеры покинули зал заседаний. Оставшиеся депутаты до 5 утра 6 января продолжали обсуждать вопросы о земле, власти и т.д.

В 4 часа 20 мин. утра 6 января, когда подходило к концу обсуждение вопроса о земле, к Чернову, оглашавшему «Проект основного закона о земле», подошел начальник караула Таврического дворца, матрос А. Железняков. Он сообщил, что имеет инструкцию прекратить заседание, все присутствующие должны покинуть зал заседания, потому что караул устал. Заседание прервали, назначив следующее на 17 часов.

В.М.Чернов: «— Объявляю перерыв до 5 часов вечера! — Подчиняюсь вооруженной силе! Протестую, но подчиняюсь насилию! «

Из воспоминаний члена Военной Комиссии ПСР Б.Соколова : “Мы, я говорю о Военной Комиссии, нисколько не сомневались в положительном отношении к нашему плану действия со стороны ЦК. И тем больше было разочарование… Третьего января на заседании Военной Комиссии нам было сообщено о состоявшемся постановлении нашего Центрального Комитета. Этим постановлением категорически запрещалось вооруженное выступление, как несвоевременное и ненадежное деяние. Рекомендовалась мирная демонстрация, причем предлагалось, чтобы солдаты и прочие воинские чины приняли участие в демонстрации невооруженными, “во избежание ненужного кровопролития”.

Мотивы этого постановления, видимо, были довольно разнообразны. Нам, непосвященным, сообщили о них в значительно сокращенном виде. Во всяком случае, это постановление было продиктовано самым лучшим намерением.

Во-первых, боязнь гражданской войны или, точнее, братоубийства. Именно Чернову принадлежит знаменитое изречение, что “мы не должны пролить ни одной капли народной крови”. “А большевики,- его спросили,- можно ли проливать кровь большевиков?” “Большевики тот же народ”. Вооруженная борьба с большевиками в это время рассматривалась как действительно братоубийство, как борьба нежелательная.

Во-вторых, на памяти у многих были неудачи московского и петроградского вооруженных выступлений на защиту Временного Правительства. Эти выступления показали бессилие и неорганизованность демократии. Отсюда проистекала своего рода боязнь перед новыми вооруженными выступлениями, неуверенность в своих силах, более того, убежденность в заведомом неуспехе такого рода выступлений.

В-третьих, безусловно господствовало то настроение, о котором я говорил в начале этой статьи. Пропитанное фатализмом убеждение о всесильности большевизма, о том, что большевизм это есть явление народное, которое захватывает все более и более широкие круги народных масс.

“Надо дать изжить большевизм”. “Дайте большевизму изжить самого себя”. Вот лозунг, выдвинутый именно в это время, и думается мне, он сыграл довольно печальную роль в истории противобольшевистской борьбы. Ибо лозунг этот знаменует собой пассивную политику.

Наконец, в-четвертых, был все тот же идеализм, основанный на вере в торжество демократических принципов, на вере в волю народа. “Допустимо ли,- спрашивал видный лидер Х.- чтобы мы навязывали народу свою волю, свое решение. Если действительно большинство народа тяготеет к большевизму, то мы должны прислушиваться к гласу народному. Народ сам решит, за кем Правда, и он пойдет за теми, кому он больше верит. Не надо насилия над волей народной”.

“Мы- представители демократии и мы защищаем принципы народоправства. Допустимо ли, пока народ не сказал своего слова, поднимать междуусобную гражданскую войну и проливать братскую кровь? Дело Всероссийского Учредительного собрания, в котором как в фокусе отразится мнение всей страны, сказать “да” или “нет”.

Очень трудно сказать, какой из только перечисленных мотивов явился решающим для отказа от намеченного нами вооруженного выступления. Боязнь авантюризма, которая вообще характеризует всю деятельность ПСР после февральской революции, стремление к сугубой, возведенной в принцип законности, основанной на демократических началах, неуверенность в своих силах,- все это тесно переплетенное друг с другом, мне думается, сыграло одинаковую роль в этом решении.

…Итак мы стояли перед запрещением вооруженного выступления. Это запрещение застало нас врасплох. Сообщенное же в Пленум Военной Комиссии, оно породило немало недоразумений и недовольство. Кажется, удалось в самую последнюю минуту предупредить о нашем перерешении Комитет Защиты. Им, в свою очередь, были приняты спешные шаги и изменены сборные пункты. Больше всего волнения пришлось испытать семеновцам.

Борис Петров и я посетили полк, чтобы доложить его руководителям о том, что вооруженная демонстрация отменяется и что их просят “прийти на манифестацию безоружными, дабы не пролилась кровь”.

Вторая половина предложения вызвала у них бурю негодования… “Да что вы, товарищи, в самом деле, смеетесь, что ли над нами? Или шутки шутите?.. Мы не малые дети и, если бы пошли сражаться с большевиками, то делали бы это вполне сознательно… А кровь… крови, может быть, и не пролилось бы, если бы мы вышли целым полком вооруженные”.

Долго мы говорили с семеновцами и чем больше говорили, тем становились яснее, что отказ наш от вооруженного выступления воздвиг между ними и нами глухую стену взаимного непонимания.

“Интеллигенты… Мудрят, сами не зная что. Сейчас видно, что между ними нет людей военных”.

И несмотря на продолжительные увещевания, в этот вечер семеновцы отказались отстаивать издававшуюся нами газету “Серая шинель”.

“Не к чему. Все равно ее прикроют. Одна только канитель”…”.

Двери Таврического дворца закрылись для членов Учредительного Собрания навсегда. В ночь с 6 на 7 января ВЦИК утвердил написанный ранее Лениным декрет о роспуске Учредительного Собрания.

Список использованной литературы и источников

Амурский И. Е. Матрос Железняков — М.: Московский рабочий, 1968.

Бонч-Бруевич М. Д. Вся власть Советам! — М. : Воениздат, 1958.

Будберг А. Дневник белогвардейца. — Мн.: Харвест, М.: АСТ, 2001;

Васильев В. Е. И дух наш молод.— М.: Воениздат, 1981.

В.Владимирова «Год службы социалистов капиталистам» Очерки по истории контрреволюции в 1918 году Под редакцией Я. А.Яковлева Государственное издательство Москва Ленинград, 1927

Голинков Д. Л., «Кто был организатором юнкерского восстания в октябре 1917 г.», «Вопросы истории», 1966, № 3;

Дыбенко П.Е. Из недр царского флота к Великому Октябрю. — М.: Воениздат, 1958.

Керенский А. Ф., Гатчина, из сб. ст. “Издалека”, Париж, 1922 (3)

Лутовинов И. С., «Ликвидация мятежа Керенского-Краснова», М., 1965;

Мстиславский С.Д. «Сборник. Откровенные рассказы».— М.: Воениздат, 1998

Партия социалистов — революционеров после Октябрьского переворота 1917 года. Документы из Архива ПСР. Собрал и снабдил примечаниями и очерком истории партии в пореволюционный период Маrk Jansen. Amsterdam. 1989.

Партия социалистов — революционеров. Документы и материалы. В 3-х тт./ Т.3.Ч. Октябрь 1917 г. — 1925 г.-М.: РОССПЭН, 2000.

Протоколы заседаний ЦК партии социалистов-революционеров (июнь 1917 — март 1918 г.) с комментариями В.М.Чернова «Вопросы истории», 2000, N 7, 8, 9, 10

Судебный процесс над социалистами-революционерами (июнь-август 1922). Подготовка. Проведение. Итоги. Сборник документов/ Сост. С.А.Красильников., К.Н.Морозов, И.В.Чубыкин. -М.: РОССПЭН, 2002.

Фильм о расстреле мирной демонстрации в Новочеркасске получил приз жюри Венецианского кинофестиваля

Награда жюри

Российский режиссёр Андрей Кончаловский получил специальный приз жюри 77-го Венецианского кинофестиваля за фильм «Дорогие товарищи». Трансляция церемония велась на YouTube-канале киносмотра.

Режиссёр поблагодарил жюри за награду, а также свою супругу Юлию Высоцкую, которая сыграла в картине главную роль партийной работницы. «Также я хочу поблагодарить продюсера и друга Алишера Усманова, который дал полную свободу создать что-то в кино. И, конечно, спасибо, Венеция, за храбрость, за то, что дождалась меня», — сказал Кончаловский.

Новочеркасский расстрел

Фильм «Дорогие товарищи» основан на реальных исторических событиях и рассказывает о трагедии июня 1962 года, известной как Новочеркасский расстрел. Тогда рабочие Новочеркасского электровозостроительного завода (НЭВЗ) и другие горожане устроили забастовку и вышли на мирную демонстрацию с требованиями повысить им зарплату.

Протест тогда был подавлен силами армии и КГБ СССР. Вся информация о расстреле мирных граждан, в том числе о количестве жертв, была засекречена. По данным, частично раскрытым в 80-х, при разгоне демонстрации было убито 26 человек, ещё 87 получили ранения. Семерых участников митинга приговорили к расстрелу, более 100 человек получили по 10 лет тюрьмы. В 1996 году все осужденные были реабилитированы.

Съёмки фильма Кончаловского проходили на месте событий, в Ростовской области, а также в павильоне в Лужниках. «Дорогие товарищи» снимались при поддержке Министерства культуры России и фонда миллиардера, основателя USM Алишера Усманова (его состояние оценивается Forbes в $13,4 млрд). В широкий прокат картина выйдет в ноябре.

Кончаловский назвал абсурдом равенство полов в кино

К расстрелу царским режимом 4 (17) апреля 1912 года мирной демонстрации рабочих на Ленских приисках

17.04.2021

8 (21) апреля 1912 года большевистская газета «Звезда» вышла в траурной кайме. На первой полосе газеты было напечатано: «На Ленских приисках убито 270, ранено 250». Передовая начиналась так: «В мрачную историю русского рабочего движения, богатую невероятными образцами самого бессмысленного, изощренного насилия и беззакония, властной безответственной рукой вписана новая кровавая страница. Во славу капитала, для поддержания престижа власти расстреляли мирную толпу рабочих Ленских золотых приисков… Трудно сдержать крик негодования перед грудой «невинно убиенных» и искалеченных русских рабочих, вся вина которых в том, что они мирными, законными путями добивались сносного человеческого существования».

Расстрел 4(17) апреля мирной демонстрации рабочих на далеких Ленских приисках вызвал протест и негодование рабочего класса всей России. Расстрел этот был точнейшим отражением третьеиюньского царского режима с его бесправием, невозможностью борьбы рабочих даже за отдельные свои права.

Революция 1905 — 1907 годов потерпела поражение. Рабочее и крестьянское движение было подавлено. Большевистская партия — авангард пролетариата — была загнана в глубокое подполье. Свою победу над революцией самодержавие одержало, залив Россию кровью рабочих и крестьян. Тысячи повешенных, казненных, сосланных на каторгу лучших сынов народа — вот результат этой победы. Но революция 1905 года показала самодержавию, что ему не удержаться у власти без создания «новых классовых опор» (Ленин).

И царизм сделал новый шаг по пути превращения в буржуазную монархию, создав Государственную думу, в которой были представлены черносотенные помещики и верхи промышленно-торговой буржуазии. Изданием избирательного закона 3 июня 1907 года царизм закрепил этот политический блок. Аграрная реформа Столыпина должна была создать царизму опору в деревне в лице кулачества.

Большевистская партия в беспощадной борьбе с ликвидаторством, отзовизмом, центризмом и примиренчеством, в борьбе с эсерами и анархистами, причинявшими своей тактикой индивидуального террора и экспроприации громадный вред рабочему движению, закаляла свои ряды, готовила массы к грядущей революции. К началу революционного подъема большевистская партия была единственной  революционной партией, которая имела глубокие корни в массах, за которой шел пролетариат.

В середине 1910 года после нескольких лет депрессии в промышленности в России начался подъем. Вместе с промышленным подъемом в стране началось революционное оживление. В 1910 году насчитывалось 47 тысяч стачечников, в 1911 году-105 тысяч и в 1912 году — 726 тысяч.

Осенью же 1910 года начались первые, после годов реакции, политические демонстрации.

В связи со смертью писателя Льва Толстого в ряде городов происходили студенческие сходки, митинги, на которых выносились протесты против смертной казни. В уличных демонстрациях студентов принимали участие и рабочие. Заявление в Государственную думу, поданное питерскими рабочими от 16 заводов и фабрик, с требованием отмены смертной казни, собрало до 2,5 тысячи подписей. Ряд предприятий провел однодневную забастовку протеста против смертной казни.

Ленин в декабре 1910 года писал, что «полоса полного господства черносотенной реакции кончилась. Начинается полоса нового подъема…Пролетариат начал. Демократическая молодежь продолжает. Русский народ просыпается к новой борьбе, идет навстречу новой революции»  ( В.И.Ленин. ПСС, т. 20, стр. 75).

Стачки рабочих 1911 года уже стали носить явно наступательный характер. В деревне усиливается революционная крестьянская борьба против столыпинской реформы.

В январе 1912 года состоялась Пражская конференция РСДРП, имеющая величайшее значение в истории партии большевиков. На этой конференции большевики, которые  фактически составляли самостоятельную партию уже с 1905 года,  формально порвали с меньшевиками, изгнали из партии их правых лидеров и оформились в отдельную большевистскую партию. Пражская конференция, избравшая большевистский Центральный комитет наметила также конкретные задачи партии в руководстве экономическими стачками и политической борьбой рабочего класса, объявив, что будет продолжать борьбу за старые революционные цели и революционные методы, при новой обстановке.

Рабочее движение снова оживало, и искрой, которая зажгла массы революционным огнем, явились ленские события. Несколько слов о Ленских приисках.

Разработка залежей золота в Ленском крае, в Сиффи, началась с 1843 года первоначально отдельными купцами, а с 1882 года фирмой «Мейер и К°» и баронами Александром и Альфредом Гинцбург, организовавшими «Ленское золотопромышленное товарищество».

В 1896 году основанное на паях «Товарищество» преобразовалось з акционерное общество, скупившее к концу 90-х годов прошлого века все основные прииски Ленского края. Ощущая недостаток в деньгах при большом размахе золотодобычи, акционерное общество обратилось, по рекомендации правительства, за помощью к Англии.

В 1908 году в Лондоне было образовано для финансирования Ленских приисков акционерное общество «Лена-Гольдфильдс» (Ленские золотые прииски), которое в 1910 году сосредоточило в своих руках 71,5% всех акций «Ленского золотопромышленного товарищества» и превратилось в фактического владельца приисков.

В число акционеров «Лензото» (сокращенное название приисковой фирмы) входили русский Государственный банк, капиталисты Путилов А. И. и Вышнеградский А. И., министр торговли и промышленности Тимашев и его предшественник министр Тимирязев В. И., граф Витте и мать царя Николая II Мария Федоровна Романова. Таким образом, акционерное общество Ленских приисков представляло собой яркий пример переплетения интересов иностранного капитала, русской буржуазии и царизма, оно являлось яркой иллюстрацией того, как интересы царизма и западного империализма сплетались между собой и сливались в конце концов в единый клубок интересов империализма .

Вначале на Ленских приисках работали каторжане, с развитием золотопромышленности — наемные рабочие, но режим каторжного труда во многом сохранился. К 1912 году на приисках работало 6258 человек, находившихся в условиях полуколониальной эксплуатации.

Ленские прииски, расположенные за 1700 километров от центра Восточной Сибири — Иркутска — и, следовательно, от железной дороги, на большую половину года были отрезаны от остального мира. Приехавшие на прииски рабочие оказывались как бы в ловушке, из которой было трудно выбраться. Учитывая это положение, администрация приисков умышленно заключала с рабочими договоры сроком до 10 сентября в расчете на осеннюю распутицу, вследствие которой рабочие, пожелавшие получить расчет, не смогут уйти с приисков и вынуждены будут остаться до весны.

Рабочие на приисках находились в полной зависимости от «Лензото». Жилища у них были «казенные». Это были старые бараки с прогнувшимися крышами и разбитыми окнами, тонкими стенами, щелистым полом, постоянной сыростью и холодом, с вентиляцией в виде дыр в стенах, затыкавшихся тряпками.

Но не имея возможности в большинстве случаев выехать с приисков, рабочие вынуждены были переносить самые тяжелые условия существования, так как иначе они просто обрекались на голодную смерть.

И без того низкую заработную плату рабочих администрация умудрялась систематически снижать путем неправильных подсчетов. При учете производимых работ царил полный произвол.

Заработок рабочим полностью на руки никогда не выдавали. Оставаясь в кассе» «Лензото» до конца операционного года, деньги рабочих пускались в оборот, вследствие чего «Лензото» ежегодно оставалось должником рабочих на значительную сумму.

Условия работы в шахтах отличались от каторжных разве только тем, что рабочие не были скованы цепями. Рабочий день длился с 5 утра до 7 вечера. Воздух перед спуском в шахту не проветривался, а так как вентиляция в них совершенно отсутствовала, то происходили массовые отравления рабочих, особенно при запалках низкокачественного динамита. О технике безопасности на шахтах не было и помину. В 1911 году на 5442 рабочих было 896 несчастных случаев.

Каторжно тяжелая работа преимущественно под землей, в холоде и сырости, скудная и недоброкачественная пища, нечеловеческие, антисанитарные жилищные условия при почти полном отсутствии медицинской помощи порождали среди рабочих и их семейств массовые заболевания цингой и другими болезнями и влекли за собой невероятный процент смертности.

29 февраля (13 марта) 1912 года годами накапливавшееся недовольство рабочих, наконец, прорвалось. Терпение ленских рабочих иссякло. Забастовали рабочие Андреевского прииска (во главе с их организатором Р. Зеленко). Поводом послужила выдача несъедобного мяса. К 14(27) марта забастовка охватила 423 прииска и превратилась во всеобщую.

Митинг на Ленских приисках.

В первые же дни забастовки на каждом прииске выбраны были рабочие-уполномоченные, из которых сформировались рабочие комитеты, руководившие забастовкой на каждом отдельном прииске. На их обязанности был сбор денежных средств на нужды забастовки (оплата телеграмм, составление прошений начальству, межприисковые переезды руководителей забастовки и т. п.), сбор жалоб, составление заявлений от рабочих, осуществление связи между бастующими отдельных приисков и Центральным стачечным бюро, избранным 3(16) марта.

Руководство вначале стихийно вспыхнувшей забастовки на приисках целиком перешло в руки Центрального стачечного бюро, оставшегося единственным руководящим органом до конца забастовки.

Центральное бюро, собрав все высказанные на приисковых собраниях жалобы рабочих, оформило их требования, которые и были предъявлены администрации Главные из предъявленных требований были: 8-часовой рабочий день, увеличение оплаты труда на 30%, отмена штрафов и расплаты талонами вместо денег, перенесение срока окончания договоров на летние месяцы, ограничение права администрации увольнять рабочих в зимнее время, выдача продовольствия в присутствии уполномоченных от рабочих.

Всего было 18 пунктов. В заключительной части рабочие требовали гарантии свободы выборных и предоставления народного дома для общих собраний бастующих?

7(20) марта на предъявленные рабочими требования правление «Лензото» телеграфировало из Петербурга о согласии пойти на некоторые уступки. Но так как эти уступки касались второстепенных нужд рабочих, они не были ими приняты.

Забастовка проходила мирно, исключительно организованно и стойко. Характерным моментом ленской забастовки была самодисциплина рабочих. По их непосредственной инициативе создан был институт старост. Выбранные в каждом бараке староста и его два помощника обеспечивали порядок. Они не допускали пьянства (винные лавки по требованию бастующих были закрыты), драк, картежной игры. Учитывая возможность провокации со стороны администрации с целью разгрома забастовки, старосты следили за появлением в бараке посторонних лиц. В пределах прииска порядок охранялся советом старост, по требованию которого назначались, из тех же соображений возможной провокации, дежурные на посты к динамитным складам, производственным машинам, магазинам и винным лавкам.

Старосты руководствовались специальной инструкцией, по которой с момента выбора староста является неограниченным хозяином данного барака, его может сменить только совет старост, который состоит из всех старост данного прииска, по заявлению всего барака… Все обитатели барака должны исполнять требования старосты безоговорочно, как-то: ночью дежурить по очереди, как в бараке, так и, если нужно, по указаниям старосты, в границах прииска. Совет старост подчинен выборному и должен привести в исполнение все постановления «Центрального бюро», переданные через выборного.

Институт старост, основанный на классовой солидарности рабочих, связанный непосредственно с рабочими, сыграл огромную организующую и дисциплинирующую роль, явившись опорой для Центрального стачечного бюро в его руководстве бастующими.

Как в самом составе Центрального стачечного бюро, так и среди выборных руководящая роль принадлежала большевистски настроенным товарищам. Некоторые из них были из числа политических ссыльных, прошедших школу революционной борьбы 1905 года. Таков первый председатель Центрального стачечного бюро Баташев, в 1903 году судившийся по делу 24 социал-демократов в Калуге и в 1907 году — по делу организации крестьян; Г. В. Черепахин (второй председатель Центрального стачечного бюро) отбыл каторгу за участие в вооруженном восстании 1905 года.

Впоследствии многие из руководителей и участников ленских событий вошли в большевистскую партию: Черепахин, Подзолотников, Лебедев, Петухов и др. Эта группа наиболее политически развитых рабочих, попав на Ленские прииски еще с 1911 года, как это видно из воспоминаний Баташева, повела массовую работу среди ленских рабочих, несмотря на исключительно тяжелые условия бесправия и произвола царских опричников и приисковой администрации. Большевистская линия, проводимая Центральным стачечным бюро, подтверждается всем ходом развернувшихся событий на Лене.

Свою большевистскую линию членам Центрального стачечного бюро приходилось проводить вопреки поползновениям меньшевиков,утверждавших, что добиваться улучшения положения рабочих надо исключительно путем экономической борьбы, не затрагивая политических вопросов.

Правление «Лензото» предпринимало мер к срыву забастовки: были приведены в действие полиция, охранка, суд и губернская администрация. Для борьбы с рабочими «Лензото» поспешило отправить телеграмму иркутскому губернатору с просьбой о скорейшей присылке из Киренска за счет «Товарищества» достаточного числа солдат и о «немедленном удалении из приискового района политически неблагонадежного элемента .

Войска для расправы с рабочими прибыли на прииски в половине марта. Начальником всей полиции Витимского и Олекминского округов был назначен на время забастовки помощник начальника иркутского губернского жандармского управления ротмистр Трещенков, прославившийся’ своим участием в кровавой расправе в 1905 — 1907 годах над рабочими Нижнего Новгорода.

С прибытием на прииски войск администрация осмелела. Начались аресты выборных поодиночке. Это была одна из первых мер, направленных к срыву забастовки. Но она оказалась мало существенной по своим практическим результатам. Рабочие собирались огромными толпами, в 500 — 600 человек, к месту заключения арестованных, и по требованию их выборные в конце концов освобождались.

Администрация делала попытку спровоцировать прекращение забастовки путем распространения ложных слухов. 10(23) марта по приискам разнесся слух, что «выборные подкуплены и потихоньку покидают прииски». В ночь на 11(24) марта «а Пророко-Ильинском прииске один из инженеров, переодетый шахтером, явился в барак и во всеуслышание крикнул: «Ребята! Вставай на работу… Андреевцы и васильевцы работают… Выборные взяли взятку и скрылись». Провокация не удалась. Рабочие продолжали бастовать.

Тогда администрация «Лензото» решила нанять штрейкбрехеров, надеясь их найти среди уволенных рабочих, живущих в Бодайбо. В ответ на это предложение бодайбинцы выпустили обращение, явившееся выражением их солидарности с ленскими рабочими.

Одновременно с попыткой возобновить работу на приисках с помощью штрейкбрехеров администрация обратилась к бастующим рабочим с предложением приступить к работе 8(21) марта, грозя в противном случае произвести 10(23) марта расчет и выдачу личных документов через горного исправника. Но и эти угрозы не подействовали на рабочих.

В ход был пущен царский суд. 15(28) марта мировой судья Олекминского округа Хитун приговорил 32 рабочих семьи к выселению из приисковых бараков.

Выселение рабочих из квартир и с приисков в марте, в начале распутицы, означало выселение их в тайгу и обречение на голодную смерть.

19 марта (1 апреля), по постановлению мирового судьи Хитуна, должно было производиться выселение рабочих из бараков Федосиевского прииска. На место выселения прибыл исправник с отрядом солдат. Забастовочный комитет призвал всех рабочих прииска для открытого протеста против выселения, и под напором рабочих исправнику пришлось отказаться от своего намерения произвести выселение.

Администрация продолжала изощряться в методах провокационного срыва забастовки. (16) марта с разрешения губернатора Бантыша ротмистр Трещенков произвел арест 10 членов стачечного комитета, на которых Тульчинский указал как на наиболее влиятельных среди рабочих.

Так как фактических оснований для ареста не было, Трещенков поступил по указанию директора департамента полиции, возбудив «охранную переписку», то есть попросту выдумав мотивы ареста.

4(17) апреля рабочие приисков в количестве около 3 тысяч, считая арест незаконным, двинулись на Надеждинский прииск к находившемуся там заместителю прокурора Иркутского судебного округа Преображенскому и инженеру Тульчинскому с письменным заявлением, в котором требовали освобождения арестованных членов забастовочного комитета.

На Надеждинском прииске к моменту прибытия рабочих выставлен был, по приказу Трещенкова, отряд вооруженных солдат. Солдатам выдали по стакану водки и внушили, что рабочие идут громить народный дом и хотят добраться до золота. Шествие рабочих было встречено на прииске инженером Тульчинским, который стал уговаривать рабочих разойтись во избежание столкновения с войсками. Растянувшаяся по узкой дороге почти на два километра, трехтысячная масса рабочих, не зная причин остановки передних рядов, продолжала двигаться вперед, тесня остановившихся. Трещенков без всякого предупреждения открыл непрерывный ружейный огонь по рабочим: было убито 270 рабочих и 250 ранено. Сам Тульчинский уцелел, прикрытый трупами рабочих.

Жертвы Ленского расстрела

(по всей видимости, фотографии были сделаны станционным мастером Громовских приисков, изъяты ротмистром Трещенковым, но были сохранены и попали в печать)

Центральное стачечное бюро от имени оставшихся в живых рабочих в тот же день телеграфировало о расстреле членам Государственной думы: Гегечкори, Родзянко, Милюкову, Маклакову, Родичеву и депутату от Иркутской губернии Белоусову. Сообщая подробности расстрела, рабочие просили немедленно внести в Думе специальный запрос правительству в целях немедленного расследования вопиюще-преступного зверского образа действий ротмистра Трещенкова, расстрелявшего мирных граждан.

Убитые и раненые рабочие свезены были без разбора в приисковую больницу, а когда больница была набита до отказа, их стали сваливать как дрова возле больничного здания. К трупам убитых, кроме военных чинов и полиции, никто не допускался. Похороны произведены были без участия рабочих.

Под напором могучей волны возмущения и негодования всего рабочего класса России, вызванного ленским расстрелом, правительство в связи с запросом социал-демократической фракции в Думе назначило для расследования ленских событий комиссию во главе с сенатором Манухиным в сопровождении адвокатуры во главе с  Керенским.

В начале июня комиссия сенатора Манухина прибыла на прииски. Ее посылка и царским правительством и правлением «Лензото» рассматривалась как одно из последних средств для прекращения забастовки на приисках. Приехавший 4(17) июня сенатор Манухин с этой целью выпустил обращение к рабочим, в котором предлагал им стать на работу. Вместе с ним уговаривал рабочих приступить к работе и верный слуга буржуазии, приехавший «выяснять» обстоятельства расстрела, адвокат Керенский.

Конечно, комиссия Манухина и адвокат Керенский никаких сколько-нибудь существенных перемен в положение рабочих не внесли. Белозерский режим сохранялся почти без изменений. Непосредственные палачи рабочих  ответственности привлечены не были, а члены стачечного комитета продолжали оставаться в бодайбинской тюрьме. Все это заставило ‘рабочих заявить сенатору Манухину, что они считают невозможным стать на работу и подписать договор, предложенный «Лензото», что в тайге при таких порядках они не останутся и желают вывоза с приисков в место, где могут найти себе другую работу.

Таким образом, расстрел 500 ленских рабочих не сломил упорство остальных. Забастовка продолжалась еще три месяца, выражая необычайную классовую солидарность и организованность рабочих. Она закончилась демонстративным уходом с приисков всех рабочих и их семей в количестве 8900 человек (осталось только 52 человека).

Ленин с замечательной яркостью вскрыл в своей статье «Революционный подъем» значение ленских событий: Ленский расстрел… явился точнейшим отражением всего режима 3-тье-июньской монархии. Вовсе не борьба за одно из прав, хотя бы самых кардинальных, самых важных для пролетариата, характерна для ленских событий. Характерно для них полнейшее отсутствие элементарнейшей законности во всех отношениях. Характерно вступление провокатора, шпиона, охранника, слуги царя на путь массовых расстрелов без всяких политических поводов. Именно это общее бесправие русской жизни, именно безнадежность и невозможность борьбы за отдельные права, именно эта неисправимость царской монархии и всего ее режима выступили из ленских событий так ярко, что зажгли массы революционным огнем». (В.И.Ленин,ПСС,т.21,стр.341).

Влад Мушенко

Новые данные на лето 2020

Жестокий ответ правительства

Первоначальная реакция правительства на демонстрации не была единообразной. Многие ранние акции протеста прошли мирно и без происшествий. В некоторых городах, таких как Лос-Анджелес, штат Калифорния, и Камден, штат Нью-Джерси, власти даже выражали поддержку, присоединяясь к маршам, вставая на колени или посещая общественные собрания по реформе (ABC7, 1 июня 2020 г.; CBS8, 15 июня 2020 г.; NJ Spotlight, 12). июнь 2020 г.). В некоторых случаях эти усилия снизили напряженность между населением и полицией, в то время как в других демонстранты выразили обеспокоенность тем, что эти демонстрации служили скорее «пиар-ходами», чем подлинными актами солидарности, что могло скрыть масштабы злоупотреблений со стороны полиции (ABC, 6 июня 2020 г.) .Например, в начале июня, когда некоторые полицейские стояли на коленях перед демонстрантами в Буффало, штат Нью-Йорк, появились отдельные сообщения о том, что городская полиция на следующий день жестоко повалила пожилого протестующего на землю, проломив ему череп (ABC, 6 июня). 2020 г.; NPR, 30 июня 2020 г.).

В целом данные ACLED показывают, что правительственные силы вскоре занялись деспотическим подходом к растущему протестному движению. В демонстрациях, где присутствуют представители власти, они чаще применяют силу.Данные показывают, что они несоразмерно применяли силу при вмешательстве в демонстрации, связанные с движением BLM, по сравнению с другими типами демонстраций.

Несмотря на то, что демонстрации, связанные с движением BLM, были преимущественно мирными, более 9% — или почти каждая десятая — были встречены вмешательством правительства по сравнению с 3% всех других демонстраций. Это также знаменует собой общее увеличение уровня вмешательства по сравнению с этим же периодом прошлого года.В июле 2019 года власти вмешались менее чем в 2% всех демонстраций — менее 30 мероприятий — по сравнению с июлем 2020 года, когда они вмешались в 9% всех демонстраций — или более 170 мероприятий.

Власти применяли силу — например, применяли менее смертоносное оружие, такое как слезоточивый газ, резиновые пули и перцовый баллончик, или избивали демонстрантов дубинками — более чем в 54% демонстраций, в которых они участвовали. Это также является значительным увеличением по сравнению с прошлым годом. В июле 2019 г. правительственные служащие применяли силу всего в трех задокументированных демонстрациях по сравнению с июлем 2020 г., когда они применяли силу против демонстрантов как минимум в 65 случаях.Более 5% всех событий, связанных с движением BLM, были встречены властями с применением силы, по сравнению с менее чем 1% всех других демонстраций. В некоторых случаях, таких как Сиэтл, штат Вашингтон, и Портленд, штат Орегон (, см.

Военизированная федеральная реакция

Эскалация применения силы против демонстрантов происходит на фоне более широкого стремления милитаризировать реакцию правительства на внутренние беспорядки, и особенно демонстрации, которые, как считается, связаны с левыми группами, такими как Антифа, которую администрация рассматривает как «террористическую» организацию (Нью-Йорк Таймс, 31 мая 2020 г.).Сразу же после убийства Флойда президент Трамп опубликовал в социальных сетях серию сообщений с угрозами задействовать вооруженные силы и Национальную гвардию для разгона демонстраций, предлагая властям применить смертоносную силу, если демонстранты будут мародерствовать (New York Magazine, 1 июня 2020 г.) . Президент назвал губернаторов «слабыми» за то, что они разрешили демонстрации в своих штатах, и поручил им вызвать Национальную гвардию, чтобы «доминировать» и «прорезать [протестующих], как масло» (Vox, 2 июня 2020 г.).Сенатор Том Коттон из Арканзаса, советник президента, рекомендовал администрации «ввести войска» и «не давать пощады повстанцам, анархистам, бунтовщикам и мародёрам» (Нью-Йорк Таймс, 3 июня 2020 г., 23 июня 2020 г.) .

Риторика вскоре переросла в действия: в начале июня правительство использовало войска Национальной гвардии, агентов секретной службы и полицию Парка США — среди прочих федеральных агентов — для насильственного разгона мирных протестов на площади Лафайет перед Белым домом, чтобы создать возможность для фото на св.John’s Church (Vox, 2 июня 2020 г.; New York Times, 10 июня 2020 г.). Инцидент вызвал редкое публичное осуждение со стороны бывшего министра обороны Джеймса Мэттиса и, в конечном итоге, отказ нынешнего министра обороны Марка Эспера поддержать применение Закона о восстании, который позволил бы развернуть действующую армию для реагирования на демонстрации. 3 июня 2020 г.; TIME, 3 июня 2020 г.). Тем не менее, к концу месяца DHS учредило ПДЛР и развернуло агентов по всей стране, в том числе в Портленде, штат Орегон; Сиэтл, Вашингтон; и Вашингтон, округ Колумбия (телеканал «Аль-Джазира», 23 июня 2020 г.).После убийства Флойда ACLED регистрирует более 55 развертываний федеральной и национальной гвардии по всей стране, включая членов PACT, а также силы, связанные с Operations Legend и Diligent Valor.

Могут ли вас уволить за участие в акции протеста?

За прошедшую неделю миллионы протестующих по всей стране выступили против расовой несправедливости, жестокости полиции и смерти Джорджа Флойда.

Поскольку города ввели комендантский час и распространились сообщения об агрессивной тактике полиции , многие выразили обеспокоенность по поводу прав протестующих.

Организации, в том числе ACLU и Общество правовой помощи, подчеркивают важность того, чтобы протестующие знали свои законные права.

Еще одна проблема, которую разделяют многие протестующие, заключается в том, могут ли их действия повлиять на их средства к существованию, а некоторые задаются вопросом: «Могут ли меня уволить за протест?»

Хотя неясно, были ли уволены какие-либо протестующие, распространено заблуждение, что Первая поправка защищает рабочие места протестующих, говорит Джонатан Белл, адвокат по трудовым спорам из Нью-Йорка.

«Многие говорят: «А как насчет Первой поправки? Разве она не защищает наше право на протест?» Ответ — да. Первая поправка действительно защищает право человека на протест, но не дает никакой защиты занятости», — говорит он. «Свобода слова не означает, что ваш работодатель не может вас уволить по любой причине, особенно если вы работаете по собственному желанию».

CNBC Make It поговорил с протестующими в Нью-Йорке и Вашингтоне, в том числе с несколькими, которые говорили на условиях анонимности, заявив, что они опасаются, что их участие в демонстрациях может привести к негативным последствиям в их карьере.

«Вчера я солгала своему боссу, чтобы пойти на акцию протеста. Мне и в голову не пришло рассказать им, чем я занимаюсь», — рассказала Make It чернокожая женщина, работающая в стартапе в Нью-Йорке. «У меня есть белая подруга, которая отправила электронное письмо своему боссу, объяснив, что собирается на акцию протеста, и получила разрешение на отгул. подруга смогла спросить, потому что это сигнализирует ее начальнику, что она «хороший человек». в прекращении», но в конечном итоге он почувствовал, что отстаивает то, во что он верил, было самым важным.  

30-летний протестующий из Нью-Йорка, работающий в некоммерческой организации и использующий местоимения они/их , также обеспокоен тем, что протест может привести к увольнению, но считает, что это правильно.

«Есть много причин, по которым я все еще не протестую. Насилие было настолько интенсивным и заслуживает свидетелей и ответа, и я чувствую такую ​​скорбь по моим погибшим трансгендерным братьям и сестрам», — сказали они, имея в виду Тони МакДейда, темнокожего трансгендерного мужчину, который был застрелен полицейским в Таллахасси, штат Флорида, на прошлой неделе.Полиция заявила, что во время расследования смертельного ножевого ранения МакДейд находился в этом районе, соответствовал описанию подозреваемого и был застрелен после того, как направил пистолет на офицера.

«Там так много детей!» — сказал протестующий. «Полицейские преследуют их с большей силой. Они хотят запугать нас, чтобы мы остались дома».

«И, в конце концов, я буду в порядке, если меня уволят. Сколько миллионов людей сейчас без работы?»

Другие сказали, что почувствовали поддержку своих работодателей.В одном случае 29-летняя протестующая из Нью-Йорка, работающая директором по коммуникациям с брендами, сказала, что ее менеджер разрешил ей пропустить встречу, чтобы пойти на демонстрацию.

«Моя начальница спросила, не хочу ли я присоединиться к звонку, и я знал, что у меня есть место, чтобы сказать ей, что я не могу, потому что я иду на акцию протеста. Ее ответ был: «Это важнее», — сказал протестующий. «Наши чернокожие друзья и семья нуждаются в нас больше, чем когда-либо. Они истощены, мы должны всячески им помогать.» 

Эксперты по кадрам и юристы рассказали CNBC Make It, что существует несколько факторов, которые следует учитывать при определении того, может ли человек быть уволен за участие в акции протеста. Вот некоторые из них:

Участник с табличкой Defund The Police Тысячи протестующих заполнили улицы Бруклина массовым маршем, требуя справедливости для Джорджа Флойда, убитого офицером Дереком Шовеном, и громко призывать к прекращению финансирования полиции

Эрик МакГрегор | LightRocket | Getty Images

Вы наемный работник

Наемный работник не защищен контрактом или соглашением о заключении сделки, поэтому его можно уволить без причины.

По данным Национальной конференции законодателей штатов, «США — одна из немногих стран, где наем осуществляется преимущественно по желанию. Большинство стран мира разрешают работодателям увольнять сотрудников только по уважительной причине».

«Если вы работаете по собственному желанию, вас могут уволить по любой причине», — говорит Белл. «Вас могут уволить, потому что кому-то не нравится цвет вашей обуви, если это не дискриминация по признаку расы, возраста, религии, пола, инвалидности или защищенного класса.» 

Он говорит, что подавляющее большинство работающих американцев являются наемными работниками. Врачи, имеющие контракты с конкретными больницами, составляют меньшинство работников, которые не считаются наемными работниками. Если вы не являетесь наемным работником, вам следует тщательно прочитайте свой контракт, говорит он.  

Какие законы о труде в вашем штате?

Еще одна переменная – это место, где вы живете. 

«Это действительно зависит от того, в каком штате вы находитесь, – говорит Белл. в которых есть законы или положения, регулирующие увольнение, — это такие штаты, как Калифорния, Колорадо и Нью-Йорк, где в основном закон гласит, что если вы занимаетесь законной деятельностью в нерабочее время, работодатели не могут вас уволить.» 

Эмбер Клейтон, директор Центра знаний Общества управления человеческими ресурсами, говорит, что такие меры защиты часто называют «законами о поведении вне службы» или «законами о дискриминации в образе жизни».

Вот руководство SHRM о том, как эти меры защиты варьируются от штата к штату. При наличии таких законов рабочие должны «следить за мелкими нарушениями», — говорит Белл, отмечая, что, хотя протесты являются законной деятельностью, рабочих иногда увольняют, если они были арестованы за незаконную деятельность.

По предварительным оценкам Associated Press, на прошлой неделе полиция арестовала более 10 000 протестующих за такие правонарушения, как блокирование шоссе и нарушение комендантского часа.  

«Если протестующие будут арестованы за то, что считается «незаконной деятельностью», работодатели могут принять меры», — говорит Клейтон. «Но важно помнить, что в штатах действуют разные законы в отношении записей об арестах и ​​осуждениях, а также иметь в виду, что аресты не обязательно означают, что кто-то осужден.»

Вот ресурс , на который могут ссылаться протестующие, в котором собраны законы штатов об использовании арестов и осуждений. Клейтон говорит, что работники также должны уделять пристальное внимание политике работодателей, чтобы убедиться, что у них есть вся необходимая информация. 

что они представляют организацию, когда занимаются какой-либо внеслужебной работой», — говорит она.

Не пропустите:

Цель и сила протеста

После убийства Джорджа Флойда полицией в мае 2020 года в Соединенных Штатах вспыхнули протесты. Первая акция протеста прошла в Миннеаполисе, штат Миннесота, в ночь после убийства Джорджа Флойда. В течение нескольких дней протесты прошли во всех пятидесяти штатах и ​​более чем в 140 городах по всей стране. Десятки тысяч людей также собрались в странах по всему миру, чтобы поддержать протесты и проявить солидарность.В недавнем опросе 74% американцев заявили, что поддерживают протесты, которые произошли после убийства Флойда. Влияние протестов уже очевидно в нескольких городах, где предпринимаются шаги к более широкому комплексу реформ правоохранительных органов.

В целом, эти протесты сосредоточены на Black Lives Matter, расовой несправедливости в системе уголовного правосудия и противодействии системному расизму в обществе в целом. Black Lives Matter — это движение активистов, которое началось с хэштега. Движение было основано тремя чернокожими женщинами в июле 2013 года — Алисией Гарза, Патрисс Каллорс и Опал Томети — когда белый гражданский Джордж Циммерман был оправдан за стрельбу и убийство Трейвона Мартина, когда он встретил афроамериканского подростка, который шел к своим родственникам. ‘ домой.

Что такое протесты?

Протест – это мероприятие или акция, во время которой люди собираются с другими, чтобы публично выразить свое мнение  о том, что происходит в обществе. У протеста есть множество потенциальных целей: повлиять на общественное мнение, привлечь внимание и поделиться информацией о предполагаемой несправедливости, привлечь широкую аудиторию для дела, продвигать государственную политику или законодательство, узнать больше о проблеме, связаться с другими. кто увлечен этим вопросом, говорит правду и свидетельствует.Протесты также могут вдохновить и дать ощущение причастности к более широкому движению. Главной целью протестов является требование перемен.

Протесты могут принимать форму маршей, сидячих забастовок, бойкотов и включать речи, музыку, пение, перформанс, поэзию, использование символов, проведение плакатов и противостояние людям, сбор возле символов и в местах, имеющих значение для дела (например, , памятник) или занимающие конкретное здание или пространство. Протесты являются одной из многих стратегий, которые люди используют для участия в активизме и организации с целью осуществления изменений.Другие способы участия в активизме включают, среди прочего, защиту законодательства, кампании по повышению осведомленности общественности, сбор средств, получение поддержки через социальные сети. Дополнительные идеи см. в статье ADL 10 способов, которыми молодежь может участвовать в активной деятельности.

Ненасильственное сопротивление

Ненасильственное сопротивление (также называемое гражданским неповиновением) является формой протеста. Этот тип протеста характеризуется тем, что люди участвуют в символическом протесте или мирно отказываются сотрудничать. Примером ненасильственного сопротивления являются сидячие забастовки, начавшиеся в 1960 году в рамках Движения за гражданские права.Молодые афроамериканские студенты колледжа организовали сидячую забастовку у отдельной закусочной Woolworth в Гринсборо, Северная Каролина, где они отказались уйти, когда им сказали, что им там нельзя есть. Сидячие забастовки распространились на другие студенческие городки на юге. Многие протестующие были арестованы за нарушение границ, хулиганство или нарушение общественного порядка. Их протест оказал немедленное и длительное влияние, привлек внимание средств массовой информации и в конечном итоге вынудил Woolworth’s и другие рестораны изменить свою политику сегрегации.

Протесты и Первая поправка 

В США протест является законным правом, предоставленным Первой поправкой к Конституции. Правительство может ограничить время, место и способ, но ограничения должны быть разумными и справедливыми. Правительство не может запретить вам и другим лицам собираться для обсуждения или протеста. Однако, поскольку Первая поправка также предусматривает, что протесты должны быть мирными, насильственные протесты являются нарушением закона.

Иногда мародерство (т.э., воровство) и насилие имеет место на акциях протеста. Эти действия могут быть предприняты протестующими или не протестующими (то есть посторонними), которые пользуются ситуацией. Несмотря на то, что такие действия происходят редко, они могут быть преувеличены средствами массовой информации и другими, чтобы привлечь внимание и отвлечь внимание от центра протестов. На протяжении всей истории были времена, когда правоохранительные органы участвовали в подавлении мирных протестов. По данным ACLU, «в некоторых случаях полиция подавляет демонстрации с помощью массовых арестов, незаконного применения силы или введения комендантского часа.» Эти репрессии могут спровоцировать ответное насилие со стороны протестующих.       

История протестов

Соединенные Штаты имеют долгую историю протеста и активности. Молодые люди часто оказывались в центре этих протестов. Протестующие выступали и требовали изменений в законах о детском труде, правах рабочих, избирательных правах, гражданских правах, антивоенных действиях, десегрегации школ, правах иммигрантов и беженцев, равенстве ЛГБТК, изменении климата, памятниках Конфедерации, расовой справедливости, насилии с применением огнестрельного оружия и многом другом.

Помимо нынешних протестов против системного расизма к крупнейшим протестам в истории США относятся Марш на Вашингтон за рабочие места и свободу в 1963 году, протест против войны во Вьетнаме в 1969 году, Антиядерный марш в 1982 году, Марш на Вашингтон в поддержку геев. , Равноправие лесбиянок и бисексуалов и их освобождение в 1993 г., Марш миллионов мужчин в 1995 г., Народный климатический марш в 2014 г., Женский марш в 2017 г. и Марш за наши жизни (под руководством студентов) в 2018 г. 

Возраст

8 и выше

(Примечание: чтобы поговорить об этом с детьми младшего возраста, см. специальный выпуск «Улицы Сезам»/CNN «Объединяемся: противостояние расизму» или начните разговор с чтения книжки с картинками «Хватит! 20 протестующих, которые изменили Америку».)  

Вопросы для начала разговора  

  • Что нового вы узнали, чего не знали раньше?
  • Вы видели, читали или участвовали в каких-либо недавних акциях протеста? Что вы думаете о протестах?
  • Вы когда-нибудь были на акции протеста? Как это было?
  • Какие разные мысли и чувства люди выражают посредством протестов?
  • Какое влияние, по вашему мнению, оказывают нынешние протесты (по поводу причастного к убийству полицией Джорджа Флойда и других афроамериканцев)? Какие изменения вы видите или слышите о происходящих?

Вопросы для более глубокого изучения    

  • Что вы слышали от друзей и видели в новостях и социальных сетях о текущих протестах? Как СМИ освещают протесты?
  • Как вы думаете, почему средства массовой информации выбирают для показа определенные изображения или видео, а не другие? Видели ли вы в социальных сетях изображения или видео, которые не показываются новостными СМИ?
  • Если бы вам нужно было организовать акцию протеста, какие вопросы для вас важнее всего и каких изменений вы бы добивались посредством акции протеста?
  • Каким образом, по вашему мнению, протесты влияют на отдельных людей и общество в целом?

Примите меры  

Спросите: Чем мы можем помочь? Какие действия могут изменить ситуацию?

  • Узнайте больше об истории протестов и их вкладе в социальные изменения.Определите тот, который кажется вам наиболее интересным, и изучите проблему, активность и протесты, которые имели место, и то, как эти действия повлияли на ситуацию. Поделитесь тем, что вы узнали, с другими.
  • Узнайте о акции протеста в вашем районе и примите участие в ней. Если ничего не запланировано, начните свое собственное, найдя группу людей через школу или социальные сети, которые хотят помочь организовать это.
  • Определите проблемы предвзятости и несправедливости, которые важны для вас, и примите участие в местной активности и протестах по этой проблеме.
  • Рассмотрите возможность использования социальных сетей, чтобы следить за людьми, которые посещают акции протеста, и делиться своим опытом (словами, фотографиями и видео), чтобы узнавать о протестах из источника, отличного от средств массовой информации.

Дополнительные ресурсы  

Мирная демонстрация по поводу смертоносных полицейских перестрелок переросла в насилие в Окленде – NBC Bay Area

Протест принял насильственный характер в Окленде в пятницу вечером с зажженными пожарами, разбитыми окнами и маркировкой предприятий.Это последовало за мирной демонстрацией в защиту Даунте Райта и Адама Толедо, которые были застрелены полицией.

Городские власти призвали тех, кто живет и работает в центре города, подготовиться к возможности новых протестов в предстоящие дни, поскольку судебный процесс над Дереком Шовеном завершается, а возмущение растет в связи со смертельным убийством полицией 13-летнего Толедо в Чикаго и Райта в Миннесоте.

«Это всего лишь превентивный шаг», — сказал Джаррет Уитмор, менеджер диспансера по продаже марихуаны Have a Heart. «Я понимаю.На самом деле я вовсе не злюсь на это.»

Некоторые части центра Окленда были заколочены в пятницу, поскольку город следит за потенциальными демонстрациями. Об этом сообщает Мелисса Колорадо.

Уитмор понял, что что-то не так, когда пришел на работу в пятницу.

— Я тоже заметил там баррикаду, — сказал он. «Я думаю, что лучше перестраховаться, чем сожалеть, особенно когда все протесты собираются прямо здесь, перед полицейским управлением».

Он говорит о том, что произошло в Окленде в прошлом году после смерти Джорджа Флойда и последовавшего за этим лета расовой расплаты.

— Мы никогда не закрывались, — сказал Уитмор. «В течение всего 2020 года, во время всех этих протестов мы никогда не закрывались».

Демонстранты вступили в бой с полицией у здания полицейского управления. Вандалы увидели возможность и ворвались в бизнес, который уже боролся с пандемией.
Перенесемся в пятницу, и баррикады снова окружили штаб-квартиру полиции, а пустые деревянные доски снова появились.

Снова заколочен.
Несколько предприятий в центре Окленда решили заколотить свои окна и двери на случай возможных демонстраций в эти выходные в поддержку #DaunteWright и #AdamToledo.Штаб-квартира OPD также заблокирована и окружена баррикадами. @nbcbayarea pic.twitter.com/8M3CuYBild

— Мелисса Колорадо (@melissacolorado) 16 апреля 2021 г.

Не только продукты питания и розничные магазины заколочены. В здании Breuner Building на Бродвее, которое включает в себя офисные помещения @WeWork, есть бригада рабочих, заколотивших все стеклянные окна. @nbcbayarea pic.twitter.com/STbNP5rLrM

— Мелисса Колорадо (@melissacolorado) 16 апреля 2021 г.

Городские власти просят людей следить за тем, чтобы их предприятия и дома были хорошо освещены, а также приносить любые незакрепленные предметы, которыми можно разбить окно.

Как управляющий бизнесом, принадлежащим чернокожим, Уитмор чувствует себя в безопасности, но он также сказал, что есть причины для возмущения.

«А потом новое видео 13-летнего пацана из Чикаго, я полностью понимаю», сказал он.

Городские власти заявили, что будут продолжать способствовать мирным демонстрациям, но также напоминают предприятиям и тем, кто живет в центре города, включить свои системы наблюдения, если они у них есть.

мирных протестов в Кеноше, штат Висконсин, демонстранты помнят жертв стрельбы: NPR

Протестующие маршируют в среду против расстрела полицией Джейкоба Блейка в Кеноше, штат Висконсин., на выходных. Дэвид Голдман/AP скрыть заголовок

переключить заголовок Дэвид Голдман/AP

Протестующие маршируют в среду против расстрела полицией Джейкоба Блейка в Кеноше, штат Висконсин, в выходные дни.

Дэвид Голдман/AP

Протесты по поводу того, что полиция застрелила чернокожего отца в Кеноше, штат Висконсин, продолжаются четвертую ночь подряд в среду. Хотя собрания снова нарушили введенный графством комендантский час, демонстрации оставались в основном мирными.

Толпы было меньше, чем в предыдущие ночи, и относительное спокойствие резко контрастировало с сценой, развернувшейся во время третьей ночи протестов, которая стала хаотичной и смертельно опасной.

Сотрудники правоохранительных органов задержали 17-летнего Кайла Риттенхауса, которому предъявлено обвинение в умышленном убийстве первой степени в связи с расстрелом двух человек во время демонстраций поздно вечером во вторник. Также был ранен третий человек, но ожидается, что он выживет.

Полиция не назвала имена жертв стрельбы, но сообщила, что оба убитых были жителями района Кеноша: одному было 26 лет, другому 36 лет.

Стрельба по трем протестующим изменила тон демонстраций в среду вечером.

Один из организаторов акции протеста, пожизненный житель Кеноши Порче Беннетт, призвал к минуте молчания, чтобы почтить память жертв стрельбы вместе с Джейкобом Блейком, в которого в воскресенье несколько раз выстрелили с близкого расстояния и который был тяжело ранен полицейским.

После минуты молчания Беннетт умолял протестующих разойтись по домам во время комендантского часа, который власти перенесли на час до 19:00.

«Мы не хотим, чтобы то, что произошло [во вторник] ночью, повторилось», — крикнул Беннетт в мегафон.

«Оставайтесь в безопасности. Пожалуйста, мы умоляем, мы просим вас всех, пожалуйста… идите домой и благополучно доберитесь до дома.»

31-летняя Беннетт сказала, что знала двух человек, которые были убиты, добавив, что все трое жертв ежедневно участвовали в акциях протеста против стрельбы полицией и расового неравенства.

Одного из них она назвала «мой парень-хиппи» из-за его длинных волос, бороды и манеры одеваться. И она сказала, что он защищал ее от резиновых пуль, которыми полиция стреляла в одну из первых ночей протестов.

«Они были милыми, очень милыми парнями», сказала она, сдерживая слезы.

Расследование стрельбы продолжается. На брифинге для прессы в среду днем ​​официальные лица заявили, что им неясно, что заставило подозреваемого применить смертоносную силу.

Риттенхаус, который был арестован в соседнем Антиохии, штат Иллинойс, примерно в 15 милях к юго-западу от Кеноши через границу Висконсин-Иллинойс, является стойким сторонником правоохранительных органов.

В постах в социальных сетях он позирует для фотографии «кадетской программы общественной безопасности» в северном пригороде Чикаго, а также отдает дань памяти чикагским офицерам, погибшим при исполнении служебных обязанностей.

В интервью Daily Caller перед стрельбой белый мужчина, которого консервативный веб-сайт идентифицировал как подозреваемого, рассказал, почему он был на протестах вооруженным.

«Итак, люди получают травмы, и наша работа — защищать этот бизнес», — говорит он. «Часть моей работы также состоит в том, чтобы помогать людям. Если кто-то ранен, я бегу навстречу опасности. Вот почему у меня есть винтовка, чтобы защитить себя, но у меня также есть аптечка».

Как сообщило NPR в среду, люди, связанные с местным вооруженным ополчением, присутствовали в предыдущие дни протестов, утверждая, что находятся в Кеноше, чтобы охранять собственность от уничтожения мародерами.

Неясно, был ли подозреваемый частью группы.

Facebook подтвердил NPR, что он удалил страницу, принадлежащую группе под названием Kenosha Guard, потому что она «нарушала нашу новую политику в отношении военизированных организаций, и была удалена на этом основании», по словам представителя социальной сети.

Facebook также заявил, что не нашел доказательств того, что подозреваемый следовал за Kenosha Guard или был приглашен на мероприятие, организованное группой.

Также в среду Министерство юстиции штата Висконсин обнародовало имя Растена Шески, полицейского из Кеноши, выстрелившего Блейку в спину.Шески семь лет служит в полиции Кеноши.

Он был единственным офицером, который разрядил свое оружие. Власти заявили, что Блейк «признал, что у него был нож. [Отдел уголовного розыска] агенты изъяли нож из половицы со стороны водителя автомобиля г-на Блейка», согласно заявлению Министерства юстиции штата Висконсин.

Ведомство расследует дело о стрельбе по Блейку, и его результаты будут переданы в прокуратуру.Личности других офицеров, присутствовавших при стрельбе, не разглашаются.

Министерство юстиции США подтвердило, что оно также начало расследование, чтобы определить, были ли нарушены гражданские права Блейка во время его встречи с полицией. Власти заявили, что ФБР возглавит это расследование. Министерство юстиции заявило, что расследование будет проводиться параллельно с расследованием, проводимым государством, и информация будет передаваться между ними в той степени, в которой это разрешено законом.

7 влиятельных протестов в американской истории, ставших актами патриотизма

Вскоре после смерти Джорджа Флойда и всемирных протестов, требующих справедливости для жизней чернокожих и реформ полицейского управления, городской совет Миннеаполиса объявил 7 июня, что планирует распустить свои местные силы и инвестировать в общественную программу общественной безопасности.

Поскольку протесты продолжаются по всей стране, более дюжины других городов США, включая Лос-Анджелес, Даллас и Вашингтон, округ Колумбия.C., также взяли на себя обязательства сократить ресурсы и финансирование полиции и внести изменения в свои системы.

На протяжении всей американской истории мирные протесты, защищенные Первой поправкой к Конституции и являющиеся актом патриотизма, использовались для пропаганды и продвижения перемен. Хотя общие последствия нынешних национальных протестов все еще проявляются, они, вероятно, будут иметь влияние, как и эти движения:

Бостонское чаепитие

16 декабря 1773
Бостон, Массачусетс

Бостонское чаепитие было первым значительным актом восстания американских колонистов против британцев.В течение многих лет колонисты несправедливо облагались налогом британским правительством без представительства в парламенте, и Закон о чае 1773 года, который предоставил монополию и освобождение от налогов Британской Ост-Индской компании, стал последней каплей, вызвавшей сопротивление американцев.

Шестьдесят человек во главе с «Сынами свободы», переодевшись индейцами, 16 декабря 1773 года бросили 342 ящика — 92 000 фунтов — чая в гавань Бостона. Протест был встречен наказанием со стороны британцев, поскольку парламент принял карательные меры, такие как закрытие порта Бостона до тех пор, пока не будет выплачен долг от Бостонского чаепития, и размещение британских войск в американских домах посредством невыносимых актов, направленных против Массачусетса и разделяющих их. остальные колонии.Вместо этого он спровоцировал проведение Первого Континентального конгресса в 1774 году и привел к Американской революции, которая началась в Массачусетсе в 1775 году и закончилась в 1783 году, когда британцы официально признали независимость США.

Парад избирательного права женщин

3 марта 1913 г.
Вашингтон, округ Колумбия

После 60 лет борьбы женщин за избирательное право во время парада накануне инаугурации президента Вудро Вильсона состоялась первая крупная демонстрация. Парад, организованный Национальной американской ассоциацией избирательного права женщин и активисткой Элис Пол, состоял из более чем 5000 суфражисток, четырех конных бригад, девяти оркестров и 20 парадов.Во время марша на Пенсильвания-авеню противоборствующие зрители напали на демонстрантов, и полиция не вмешалась, в результате чего более 100 женщин получили ранения.

Стратегическое время проведения парада помогло привлечь внимание к движению, но потребовалось еще семь лет протестов, демонстраций и других тактик, прежде чем поправка 19 th , которая предоставляет женщинам право голоса, была ратифицирована 18 августа. , 1920.

Хотя женщинам гарантируется право голоса в соответствии с Конституцией, они все еще борются за защиту в соответствии с Поправкой о равных правах, которая была первоначально предложена в 1923 г. проходящий.

Марш на Вашингтон за рабочие места и свободу

28 августа 1963 г.
Вашингтон, округ Колумбия

Около 250 000 человек собрались возле Мемориала Линкольна, чтобы выразить свое возмущение расовым неравенством и насильственными нападениями протестующих за гражданские права в Бирмингеме, штат Алабама. Именно на этом марше Мартин Лютер Кинг-младший произнес свою культовую речь «У меня есть мечта», для записи которой присутствовали 3000 представителей СМИ.

Идея марша родилась на 22 года раньше, в 1941 году, когда лидер движения за гражданские права и профсоюзный деятель А.Филип Рэндольф стремился организовать марш, призывающий к исключению чернокожих из рабочих мест, созданных Второй мировой войной и программами Нового курса президента Франклина Д. Рузвельта. За день до запланированного марша Рузвельт встретился с Рэндольфом и издал приказ, запрещающий дискриминацию в отношении государственных и оборонных работников. Он также учредил Комитет по справедливой практике найма для расследования расовой дискриминации при приеме на работу и работе. Пять лет спустя комитет был распущен, и Рэндольф возродил идею марша.

Годы спустя Кинг и его Конференция христианских лидеров Юга планировали марш за свободу, а Рэндольф и лидеры NAACP планировали марш за рабочие места. Две группы объединили свои силы для марша 1963 года, после которого Кинг и другие лидеры движения за гражданские права обсудили необходимость сильного законопроекта о гражданских правах с президентом Джоном Ф. Кеннеди и вице-президентом Линдоном Б. Джонсоном. Это привело к принятию Закона о гражданских правах 1964 года и, наряду с маршами Сельма-Монтгомери, штат Алабама, также привело к принятию Закона об избирательных правах 1965 года.

Стоунволлские бунты

С 28 июня по 3 июля 1969 г.
Нью-Йорк

В 60-х рейды на местные гей-бары и притеснения посетителей со стороны полицейского управления Нью-Йорка были обычным явлением. Но когда утром 28 июня 1969 года офицеры совершили налет на гостиницу «Стоунволл» в Гринвич-Виллидж, члены ЛГБТК-сообщества сыты по горло и оказали сопротивление. Протесты начались в то же утро и продолжались в течение шести дней, ознаменовав монументальный момент, вдохновивший десятилетия активности в сообществе ЛГБТК+.

До «Стоунволла» не существовало никакой правовой защиты ЛГБТК-сообщества, а с 1952 года гомосексуальность была включена в список психических заболеваний в Диагностическом и статистическом руководстве Американской психиатрической ассоциации.

лидеров Stonewall Riots, в том числе активисты движения за освобождение геев и трансвеститы Марша П. Джонсон и Сильвия Ривера, сформировали такие организации, как Фронт освобождения геев, после события, которое подтолкнуло к изменению политики и социальной инклюзивности ЛГБТК-сообщества.Через год после исторических беспорядков в Нью-Йорке и других городах США был организован первый марш в честь Дня освобождения Кристофер-стрит, названный в честь местоположения гостиницы «Стоунволл». Этот марш приведет к увеличению числа ежегодных мероприятий Pride по всему миру. В 1973 году психиатрическая ассоциация исключила гомосексуальность из своего диагностического руководства.

С 90-х годов Верховный суд принял несколько знаковых постановлений, которые установили защиту и отменили дискриминационные законы в отношении ЛГБТ-сообщества.К ним относятся декриминализация гомосексуального поведения, легализация однополых браков, а совсем недавно, 15 июня, запрет на увольнение сотрудников за их сексуальную ориентацию или гендерную идентичность.

Оккупация Алькатраса

С 20 ноября 1969 г. по 11 июня 1971 г.
Залив Сан-Франциско, Калифорния

В 1934 году правительство США начало использовать остров Алькатрас для размещения заключенных, прежде чем закрыть тюрьму на острове в 1963 году. В следующем году он был объявлен федеральной избыточной собственностью, и вскоре после этого активисты коренных американцев начали оккупировать остров, ссылаясь на Договор Форт-Ларами 1868 г., соглашение, в котором говорится, что коренные американцы могут претендовать на неиспользуемые федеральные земли.

В ноябре 1969 года 89 представителей индейцев всех племен поселились на острове и продолжали свой протест в течение 19 месяцев. Их первоначальные требования заключались в том, чтобы построить на острове учреждения коренных индейцев, отчасти из-за пожара за месяц до этого, который уничтожил Индейский центр Сан-Франциско, который помог обеспечить рабочие места, медицинское обслуживание, юридическую помощь и другие возможности. Находясь на Алькатрасе, протестующие, в которых на пике насчитывалось 400 человек, жили без водопровода, телефонной связи и какое-то время электричества.Некоторые коренные американцы высказались и сказали, что эти и, что еще хуже, условия уже существуют в резервациях.

Власти США насильственно прекратили оккупацию в июне 1971 года, когда полиция и федеральные агенты удалили 15 оставшихся протестующих. И хотя первоначальные требования не были выполнены, протест привлек внимание к политике прекращения деятельности Индии, которая началась в середине 1940-х годов. Это была серия законов и политик, направленных на упразднение племен и культуры коренных американцев, чтобы насильно ассимилировать их в американское общество, сделать их гражданами, платящими налоги, и отменить предоставленные им федеральные и государственные льготы.Во время оккупации Алькатраса президент Ричард Никсон прекратил эту политику в 1970 году, и огласка этого события привела к новой политике самоопределения коренных американцев.

Марш за нашу жизнь

24 марта 2018 г.
Вашингтон, округ Колумбия, с другими акциями протеста во всем мире.

14 февраля 2018 г. 17 человек в средней школе Марджори Стоунман Дуглас в Паркленде, штат Флорида, были убиты бывшим учеником, открывшим огонь из полуавтоматической винтовки. Трагедия стала поворотным моментом в годы призывов к принятию закона о контроле над оружием и привела к Маршу за наши жизни в следующем месяце.

Марш в Вашингтоне, округ Колумбия, был организован студентами, пережившими стрельбу, и собрал 800 000 человек. Связанные протесты в Соединенных Штатах привели к тому, что общая явка по стране составила примерно от 1,2 до 2 миллионов человек. Были и другие акции протеста, проведенные по всему миру.

До стрельбы в Стоунман Дуглас законы об оружии во Флориде были одними из самых слабых в Америке. Но в марте 2018 года Законодательное собрание штата приняло Закон об общественной безопасности средней школы Марджори Стоунман Дуглас, в котором были внесены такие изменения, как повышение минимального возраста для покупки оружия с 18 до 21 года, увеличение периодов ожидания до завершения проверки биографических данных или трех дней, в зависимости от того, что наступит раньше. дольше, среди прочих мер.Флорида, а также 16 других штатов и Вашингтон, округ Колумбия, приняли тревожные законы, которые позволяют временно изъять огнестрельное оружие, если кто-то представляет опасность для себя или других. Ударные приклады, увеличивающие огневую мощь полуавтоматического оружия, также запрещены на национальном уровне.

Протесты Telegramgate

14 июля – 24 июля 2019 г.
Пуэрто-Рико

После нескольких лет медленного восстановления после урагана «Мария» и еще многих лет предполагаемой коррупции в правительстве Пуэрто-Рико скандал с участием губернатора острова и его сотрудников вызвал национальное возмущение и призывы к отставке.

13 июля 2019 г. в открытый доступ попали сотни страниц сообщений между губернатором Пуэрто-Рико Рикардо Росселло и его сотрудниками, содержащих расистские, гомофобные и вульгарные выражения, высмеивающие политиков, журналистов и знаменитостей. В сообщениях, которые были отправлены через приложение для обмена сообщениями Telegram, также говорилось, что они будут использовать СМИ для преследования политических оппонентов. За несколько дней до утечки министр образования и глава здравоохранения острова были арестованы ФБР по обвинению в коррупции.

Вскоре после этого Росселло публично извинился и сказал, что не уйдет в отставку, хотя это сделали члены его кабинета. 14 июля 2019 года возле его дома начались акции протеста, которые продолжались несколько недель, поскольку полиция охраняла дом и часто применяла слезоточивый газ. Протесты распространились и усилились, что даже привело к перекрытию крупной автомагистрали и забастовке по всему острову.

24 июля 2019 года Росселло объявил о своей отставке со 2 августа того же года. 7 августа 2019 года Ванда Васкес Гарсед стала губернатором Пуэрто-Рико.

Юридический обзор Университета Иллинойса

протестующих по всей стране вышли на улицы в дни и недели после убийства полицией Джорджа Флойда в Миннеаполисе, штат Миннесота, и Бреонны Тейлор в Луисвилле, штат Кентукки, среди прочих. 1 Эти трагические смерти — лишь последняя глава в долгой борьбе за расовую справедливость и системные реформы в Соединенных Штатах.

По мере того, как нацию охватывает волна протестов, требующих очевидных и устойчивых изменений, многие люди, которые начинают высказываться по этим критическим вопросам, могут столкнуться с вопросами о том, может ли и как участие в этих публичных демонстрациях повлиять на их работу.Мы видели несколько недавних сообщений, комментирующих эту проблему.

В этой статье рассматривается вопрос о том, будут ли сотрудники, уволенные за участие в мирных акциях протеста, иметь правомерный судебный иск в связи с неправомерным увольнением, а также рассматриваются потенциальные юридические возможности подачи такого иска. В конечном счете, ответ может зависеть от того, является ли человек государственным или частным служащим и где он живет и работает.

I. Государственные служащие

Государственные служащие защищены от преследования за осуществление своих прав, закрепленных в Первой поправке к Конституции, на свободу слова и свободу собраний. 2 Это связано с тем, что государственные работодатели, как подразделения правительства, связаны Первой поправкой и, как правило, не могут ограничивать свободу слова, наказывая работников за участие в деятельности, защищенной Первой поправкой. Верховный суд признал, что «угроза увольнения с государственной службы . . . является мощным средством подавления речи». 3

Тем не менее, требования возмездия по Первой поправке включают баланс «между интересами [сотрудника] как гражданина при обсуждении вопросов, представляющих общественный интерес, и интересами государства как работодателя в содействии повышению эффективности государственных служб. он осуществляет через своих сотрудников. 4 Чтобы наложить ограничение, правительство должно показать, что его интересам как работодателя, на которого возложена обязанность по отношению к обществу, мешает высказывание работника, защищенное иным образом. 5

Как правило, чтобы подать иск, государственный служащий должен показать (1) что он или она высказались по вопросу, представляющему общественный интерес; (2) что он или она выступали как частное лицо; и (3) защищенная речь была существенным или мотивирующим фактором неблагоприятного действия по трудоустройству. 6

Что касается элемента (1), суды обращают внимание на содержание, форму и контекст речи, чтобы определить, относилась ли она к вопросу, представляющему общественный интерес. 7 Верховный суд на протяжении десятилетий признавал, что главная цель Первой поправки состоит в обеспечении «беспрепятственного обмена идеями для достижения желаемых людьми политических и социальных изменений», 8 , и что речь, обращенная к проблема общественного интереса лежит в основе самоуправления и находится на «высшей ступени иерархии ценностей Первой поправки. 9 «Общественное беспокойство — это то, что является предметом законного новостного интереса; то есть предметом всеобщего интереса, ценности и беспокойства общественности на момент публикации». 10

Здесь кажется слишком очевидным, что жестокость полиции и расовая несправедливость являются предметом общественного беспокойства. Протесты и политические инициативы по этим вопросам в течение нескольких недель доминировали в национальной беседе, вытеснив даже кризис COVID-19 из заголовков (и пересекаясь с ним тоже). 11 Но даже в обычное время это фундаментальные проблемы, влияющие на нашу страну и наше общее будущее.

По элементу (2) государственные служащие должны позаботиться о том, чтобы говорить только от своего имени, а не в каком-либо официальном качестве. Заявления и действия сотрудников следует приписывать только им самим, а не организациям, на которые они работают. 12 Для большинства работников участие в акции протеста в свободное время без ношения каких-либо знаков различия их работодателя должно отвечать всем требованиям.Сотрудники, выражающие свое мнение в социальных сетях, могут пожелать включить оговорки о том, что они говорят только от своего имени. Государственные служащие также должны следовать любым инструкциям, опубликованным их работодателями, чтобы обеспечить соответствие применимым законам или политикам. 13

Элемент (3) просто касается причины, по которой работодатель уволил работника: действительно ли это лицо было уволено — по крайней мере, в существенной части — из-за защищенного слова, а не по какой-либо другой законной причине. 14

Если работник устанавливает эти элементы, на государственного работодателя ложится бремя демонстрации того, что его законные административные интересы перевешивают права работника, предусмотренные Первой поправкой, или что он предпринял бы те же действия даже в отсутствие охраняемого поведения. 15

Вопрос о том, применимо ли это уравновешивание, когда сотрудница подозревает, что против нее были приняты неблагоприятные меры по трудоустройству не только из-за ее речи, но и из-за ее принадлежности к определенной группе, является предметом судебных дебатов.Например, второй, шестой, седьмой и девятый окружные суды сочли тест Пикеринга на баланс применимым к искам о свободе ассоциации. 16 Но Пятый и Одиннадцатый округа установили, что требование «общественного интереса» не применяется к искам ассоциаций, поскольку наложение такого условия «нанесет ущерб свободам Первой поправки». 17 Этот вопрос становится спорным в настоящем контексте; принадлежность к Black Lives Matter или аналогичной группе, протестующей против жестокости полиции или выступающей за расовое равенство, несомненно, затрагивает вопросы, представляющие общественный интерес.

Следовательно, при отсутствии веских оснований это также нарушило бы права Первой поправки к Конституции, если бы государственное учреждение утверждало, что его сотрудники могут говорить все, что хотят, но не могут делать этого в знак протеста против других. Эта позиция притупила бы большую часть силы основной политической речи, лишив ее коллективного характера. В конце концов, Первая поправка прямо предусматривает право не только на свободу слова, но и «право народа мирно собираться и обращаться к правительству с петициями об удовлетворении жалоб. 18

Остается важное ключевое различие между речью и поведением. Хотя некоторые виды поведения считаются выразительными и подлежат защите, Первая поправка не защищает государственных служащих от ответственности за насильственные действия или поведение — даже в рамках политического протеста — или иное нарушение закона. 19 А для некоторых государственных служащих последствия нарушения закона могут быть далеко идущими.

II. Частные сотрудники

К сожалению, частные служащие имеют право на меньшую защиту, потому что частные работодатели обычно не подпадают под действие Первой поправки. 20

А. Федеральные законы

Нам неизвестно ни о каком общенациональном законе, который окончательно защитил бы сотрудников от возмездия за протесты по поводу социальных проблем.

Уставы, такие как Раздел VII (42 USC § 2000e-3(a)) и Закон о национальных трудовых отношениях (29 USC §§ 157-158), действительно применяются к протестам и организации вокруг определенных рабочих мест методов и условий, но не распространяются к другим областям, таким как жестокость полиции, расовое профилирование и более широкие социальные реформы. 21

42 U.S.C. § 1981 представляет собой потенциально многообещающий, хотя, возможно, в значительной степени непроверенный способ защиты протестующих, выступающих против расовой несправедливости. В отличие от Раздела VII, основная защита закона распространяется за пределы рабочего места или любого другого конкретного контекста, чтобы широко охватывать различные формы расовой дискриминации:

Все лица, находящиеся под юрисдикцией Соединенных Штатов, должны иметь одинаковое право в каждом штате и на каждой территории заключать и обеспечивать исполнение контрактов, предъявлять иски, быть сторонами, давать показания, а также в полной и равной степени пользоваться всеми законами и процедурами обеспечения безопасности. лиц и имущества, которыми пользуются белые граждане, и подлежит такому же наказанию, штрафам, штрафам, налогам, лицензиям и взысканиям всякого рода, и никакому другому.

Эти права «защищены от ущемления в результате дискриминации со стороны неправительственных организаций и от ущемления в соответствии с законодательством штата». 22 Кроме того, суды рассмотрели меры защиты от возмездия для тех, кто стремится защитить права, предусмотренные в § 1981, путем подачи жалобы или принятия мер против преднамеренной расовой дискриминации или путем защиты прав расовых меньшинств. 23

Протест против незаконного убийства полицией на расовой почве, по-видимому, будет квалифицироваться как противодействие действиям, подпадающим под действие запретов § 1981: 24 Отказ в полной и равной выгоде от законов «для безопасности людей» и «боль» или «наказание» — лишение жизни без надлежащей правовой процедуры — которое не было бы применено к белому гражданину, находящемуся в аналогичном положении.

Остается открытым вопрос о том, должно ли лицо выступать против дискриминационного поведения ответчика, чтобы быть защищенным от возмездия со стороны этого ответчика. Другими словами, в случае трудоустройства защищен ли работник от возмездия за протест против общих социальных условий, связанных с предполагаемой преднамеренной расовой дискриминацией в нарушение § 1981? Должна ли защита работника вместо этого относиться к поведению работодателя? Должна ли быть связь с рабочим местом?

С широкой точки зрения, привлечение к ответственности в этих обстоятельствах соответствует установленной законом цели искоренения расовых барьеров и обеспечения равных прав и возможностей для небелых граждан 25 .Разрешение работодателям увольнять работников, выступающих против дискриминационной практики, запрещенной § 1981, окажет значительное сдерживающее воздействие и ограничит усилия по исправлению этой практики. Потеря работы в частном секторе является таким же сдерживающим фактором для реализации права высказываться по определенным вопросам, как и потеря работы в правительстве. 26 Если сотрудники защищены от дискриминации из-за межрасовых ассоциаций, выходящих за рамки рабочего места, 27 , они также должны быть защищены от мести за участие в антирасистской пропаганде, выходящей за пределы рабочего места, если поведение или практика сотрудника протест против подпадают под действие § 1981. 28

Мы определили несколько случаев, которые могут отразиться на вопросе о том, защищает ли § 1981 работников, протестующих против расовой дискриминации в обществе. В деле Beckwith v. Career Blazers Learning Ctr. из Вашингтона, округ Колумбия, Inc ., 29 истец был уволен за участие в марше миллионов человек. Суд постановил, что у истца не было иска о возмездии в соответствии с § 1981, поскольку Марш «был не протестом против незаконных дискриминационных условий труда, с которыми он столкнулся, а скорее днем ​​​​национального искупления чернокожими мужчинами.” 30 Суд сослался на решение Восьмого округа, Evans v. Kansas City, Mo. Sch. Dist ., отклоняя иск учителя, уволенного за то, что он жаловался на методы обучения в школе, а не на методы трудоустройства. 31 Но, возможно, для таких дел, как Evans и Beckwith , смешивать § 1981 вместе с Разделом VII, возможно, неправильно, учитывая более широкий охват § 1981.

С другой стороны, Беквита можно отличить: марш за личную ответственность не протестует против расовой дискриминации, запрещенной § 1981. Caplan v. L-Brands/Victoria Secret Stores, LLC , 32 предполагает, что может существовать правомерный иск, когда речь идет о § 1981. Там истец утверждала, что ее уволили за публикации в Facebook, не связанные с ее работой, в том числе за одну, в которой владелец LA Clippers Дональд Стерлинг изображался расистом. 33 Окружной суд, по-видимому, согласился с принципом, согласно которому работник может иметь обоснованный иск о протесте против расовой дискриминации, не связанной с рабочим местом. 34 Однако он постановил, что конкретные посты истца в Facebook, рассматриваемые объективно, не могут рассматриваться как протест против актов расовой дискриминации, подпадающих под действие § 1981. 35 Третий округ поставил под сомнение это определение, отметив, что вопрос о фактах, вероятно, существовал; сообщение истца, хотя и неясное, «может быть правильно истолковано как издевательство над расистским владельцем бизнеса» 36 и, таким образом, возможно, выступающее против расистской деловой практики. 37

Прецедент Девятого округа

по § 1981 о возмездии — в той мере, в какой он остается действующим законом — предлагает возможное ограничение, которое может исключить или значительно ограничить иск в этих обстоятельствах.В нем указывается, что для того, чтобы подать иск, работодатель должен принять ответные меры «с намерением увековечить первоначальный акт дискриминации или с каким-либо другим мотивом расовой дискриминации». 38 Даже если это правило не касается иска к тем работникам, против которых были приняты ответные меры за жалобу на дискриминацию со стороны их работодателей , необходимость доказывания мотива расовой дискриминации представляет собой существенное дополнительное препятствие. Обычно истцу возмездия необходимо только установить мотив возмездия, т.е.е. что увольнение или иное неблагоприятное действие, о котором идет речь, были вызваны его или ее охраняемой деятельностью; здесь не должно быть никакой фактической дискриминации. 39

Даже если бы такой иск действительно был доступен, ограничения средства правовой защиты § 1981 могут быть произвольными и неумолимыми. По крайней мере, во втором округе протестующие, скорее всего, выражают недовольство преднамеренной дискриминацией, а не скрытым структурным неравенством или разрозненным влиянием на небелых людей 40 , хотя такие вопросы являются конструктивным продолжением диалога, вызванного недавними событиями.Может быть трудно разобрать индивидуальные мотивы и сообщения протестующих. Например, на какой стороне медали окажется призыв к отмене квалифицированного иммунитета для сотрудников полиции? Тем не менее, когда протесты вызваны и в значительной степени сосредоточены на преднамеренном акте насилия в отношении невооруженного афроамериканца, мы ожидаем, что суды займут снисходительную позицию и, по крайней мере, откажут в упрощенном порядке по этому вопросу.

В конечном счете, несмотря на то, что иск о возмездии в соответствии с § 1981 является возможностью для изучения в будущем судебном процессе, закон в этой области не урегулирован, и мы не верим, что протестующие могут полагаться на него в настоящее время. 41

B. Государственная и местная охрана

Однако некоторые штаты и муниципалитеты ввели дополнительные меры защиты занятости, которые явно охватывают политические протесты или могут быть истолкованы как таковые.

1. Законы, защищающие политическую деятельность и/или частную деятельность вне служебных обязанностей

Например, § 1101 Трудового кодекса штата Калифорния запрещает работодателям запрещать или препятствовать участию сотрудников в политической жизни, а также пытаться контролировать или направлять их политическую деятельность или принадлежность к ней. 42 Раздел 1102 прямо гласит: «Ни один работодатель не должен принуждать, влиять или пытаться принуждать или влиять на своих работников через или посредством угрозы увольнения или потери работы принять или следовать или воздерживаться от принятия или следования какому-либо определенному курсу или линии политического действия или политической деятельности». 43 Аналогичным образом §§ 96(k) и 98.6 Трудового кодекса штата Калифорния защищают сотрудников от мести за «правомерное поведение, имевшее место в нерабочее время вне помещения работодателя.” 44 На наш взгляд, мирный политический протест явно подпадает под эту защиту.

Юрисдикции, такие как Колорадо, Северная Дакота и Луизиана, могут иметь аналогичные меры защиты, которые могут защитить сотрудников от увольнения за участие в законных мирных акциях протеста. Другие штаты и города также могут иметь аналогичные законы. 45

Но не все законодательные акты этого типа фактически охватывают политические протесты. Детали имеют значение. Например, § 201-d(2)(a,c) Закона о труде штата Нью-Йорк запрещает работодателям преследовать большинство работников за их «политическую деятельность» или «законную развлекательную деятельность» «в нерабочее время, вне помещений работодателя и без использования оборудования или иного имущества работодателя.” 46 Хотя может показаться, что эти положения включают политические протесты, нам неизвестно, чтобы какой-либо орган интерпретировал их таким образом. «Политическая деятельность» в узком смысле определяется законом как: «(i) баллотирование на государственную должность, (ii) агитация за кандидата на государственную должность или (iii) участие в мероприятиях по сбору средств в пользу кандидата, политической партия или группа политической защиты». § 201-d(1)(а). 47 Для сотрудников в штате Нью-Йорк, если они также не совершают одно из этих действий во время акции протеста или митинга (например,g.: агитация за конкретного кандидата, сбор средств для Black Lives Matter), § 201-d(2)(a) не применяется. 48 И, по крайней мере, один суд постановил, что пикетирование и протесты не являются формой «развлекательной деятельности» в соответствии с § 201-d(2)(c), поскольку они проводятся не в целях проведения досуга. 49

Мы не согласны с этим решением и считаем, что в соответствующем случае может быть должным образом представлен аргумент против. Перечисленные, но не исключительные, примеры «развлекательной деятельности» в соответствии с законом включают «спорт, игры, хобби, физические упражнения, чтение и просмотр телевидения, фильмов и подобных материалов.” 50 Можно утверждать, что то, что представляет собой отдых или досуг, в значительной степени находится в глазах смотрящего. Для многих участие соотечественников в политическом протесте может быть более приятным само по себе, чем что-то вроде физических упражнений. 51 Более того, интерпретация суда привела бы к странным результатам. Кажется крайне неуместным — и даже совершенно иррациональным — закон защищает сотрудников за просмотр телевизора, бег трусцой, бодибилдинг или настольные игры, но позволяет увольнять их за политические протесты и организацию.Это также может привести к произвольному рисованию линий. Что, если сотрудники читают статьи или смотрят документальные фильмы на серьезные социальные и политические темы? Охвачены ли только «фривольные» шоу и чтение на пляже? Есть ли больше защиты для людей, которые смотрят новости о протестах, чем для самих протестующих? Такое рисование линий обесценивает широту человеческого опыта и субъективно ценит предпочтения и способ существования и взаимодействия с миром одних людей выше других.Соответственно, участие в важных делах, стоящих перед нашей страной, не должно автоматически выходить за рамки «развлекательной деятельности». 52

2. Законы, запрещающие дискриминацию по признаку политической принадлежности

Некоторые юрисдикции, такие как Вашингтон, округ Колумбия, и несколько округов Мэриленда, также защищают сотрудников от дискриминации по признаку политической принадлежности, включая политическую принадлежность в число защищаемых категорий в своих антидискриминационных законах. 53 Опять же, вопрос о том, можно ли распространить действие такого закона с помощью креативного юриста на протестную деятельность, будет зависеть от применимых законодательных определений и их толкования судами. В округе Колумбия, например, «политическая принадлежность» определяется в узком смысле как «принадлежность к какой-либо политической партии или ее поддержка», 54 понимается как означающая только те группы, которые выдвигают кандидатов на признанных публичных выборах, и, таким образом, не включает принадлежность с группами защиты интересов и организациями, такими как Black Lives Matter. 55

3. Положения сводного антидискриминационного законодательства о недопущении мести

В отличие от закона о дискриминации при приеме на работу, такого как Раздел VII, в некоторых юрисдикциях действуют сводные антидискриминационные законы, охватывающие множество вопросов. Закон о правах человека города Нью-Йорка в целом запрещает работодателям принимать какие-либо ответные меры против любого лица за противодействие любой практике, запрещенной законом, а не только практике трудоустройства. 56 Остается вопрос, касаются ли протесты работника практики, запрещенной законом (и должна ли основная практика, против которой выступает сотрудник, иметь место в г. Нью-Йорке или иметь связь с ним).Самое близкое, что мы можем здесь увидеть, — это положение против вмешательства в охраняемые права: «Незаконной дискриминационной практикой является принуждение, запугивание, угрозы или вмешательство любого лица или попытка принуждения, запугивания, угроз или вмешательства в отношении любого лица. при осуществлении или пользовании или в связи с тем, что такое лицо помогало или поощряло любое другое лицо в осуществлении или пользовании любым правом, предоставленным или охраняемым в соответствии с настоящим разделом». 57 Возможно, жестокость полиции по расовому признаку и внесудебные казни могут подпадать под этот запрет при определенных обстоятельствах.Заявление о том, что сотрудник, уволенный за антирасистские протесты, подвергся репрессиям за противодействие практике, запрещенной § 8-107(19), было бы творческим подходом, который проверяет объем защиты закона.

4. Требования общего права

Наконец, потенциально может существовать иск по общему праву (неуставные иски, созданные судебным прецедентным правом и совокупностью исторических прецедентов). В некоторых юрисдикциях разрешены основания для иска о неправомерном увольнении в нарушение общественного порядка. 58 Распространяется ли такой иск на работников, уволенных за участие в политических акциях протеста, зависит от применимого прецедентного права в их юрисдикциях. 59 У сотрудников могут быть аргументы в пользу того, что анализ должен основываться на политике, лежащей в основе Первой поправки и § 1981, а также в соответствии с § 7.08 Закона о занятости.

В этом разделе переформулировки указано:

(a) Работники имеют защищенные интересы личной автономии вне трудовых отношений.К таким интересам относятся:

(1) участие в законном поведении, которое происходит за пределами места, времени и обязанностей по найму и не относится к работодателю или его бизнесу или иным образом не связано с ним;

(2) приверженность политическим, моральным, этическим, религиозным или другим личным убеждениям или выражение таких убеждений за пределами места, времени и обязанностей на работе таким образом, который не относится к работодателю или его бизнесу и иным образом не связан с ними; или

(3) принадлежность к законным ассоциациям или участие в них, когда это членство или участие не относится к работодателю или его бизнесу и не связано с ними каким-либо иным образом. 60

Эти положения явно охватывают политические протесты вне службы, в которых не участвует работодатель.

В дополнение к деликту неправомерного увольнения (вопреки общественному порядку) другим возможным средством общего права для аргумента Restatement § 7.08 является подразумеваемый договорный договор о добросовестности и добросовестности. 61 Тем не менее, составители Поправки признают, что предлагаемое основание для ответственности «является отступлением от действующего законодательства.Примечание корреспондента, комментарий f. 62

***

Короче говоря, в зависимости от юрисдикции может существовать местный закон штата, округа или города, который будет применяться к сотрудникам, против которых принимаются ответные меры за участие в мирных акциях протеста. Может быть множество точек зрения, которые стоит использовать, но только избранные юрисдикции обеспечивают четкую защиту.

III. Возможные юридические ловушки для протестующих

В соответствии с федеральным законом о Разделе VII, даже в тех случаях, когда протесты обычно квалифицируются как охраняемая деятельность, поддерживающая заявление о возмездии, «деструктивные или необоснованные» протесты не подпадают под это определение; законы против возмездия не дают лицензии на насилие, неповиновение и тому подобное. 63 Это направление прецедентного права обычно относится к поведению, нарушающему порядок на рабочем месте, но также распространяется на насильственное или деструктивное поведение в общественной сфере.

Аналогичным образом, сотрудники, участвующие в защищенных политических акциях протеста, могут быть уволены за пропуск работы без разрешения или если их деятельность существенно мешает работе их работодателя. 64 Закон о труде штата Нью-Йорк, § 201-d, даже если он не применяется напрямую, также рекомендует, чтобы работники занимались политической деятельностью «в нерабочее время, вне помещений работодателя и без использования оборудования или другого имущества работодателя». . 65

Имея это в виду, комментаторы предлагают, чтобы протестующие прибегали к мерам здравого смысла, таким как протесты в нерабочее время (или получение разрешения на протест в рабочее время), 66 информирование своих работодателей о своей деятельности, не ношение униформы или знаков различия работодателя. , а также не совершать никаких действий, которые они не хотели бы снимать на пленку и просматривать их работодатели (в эпоху камер мобильных телефонов, массовых мероприятий и социальных сетей). 67

Если человека беспокоит, есть ли у его или ее работодателя заявленная политика в отношении участия в протестах или публичных выступлений по насущной проблеме, также может быть хорошей идеей заранее просмотреть справочник или руководство работодателя.Сотрудник может захотеть связаться с руководителем или с отделом кадров по любым вопросам или опасениям.

Следует также отметить пересечение возросшей протестной активности с все еще бушующей пандемией COVID-19. В дополнение к взвешиванию того, как они могут лучше всего отстаивать расовую справедливость, люди могут обнаружить, что продолжающийся кризис общественного здравоохранения сильно влияет как на индивидуальные, так и на коллективные решения. В эпоху COVID-19 работодатели проявляют еще больший интерес к тому, как личное поведение сотрудников может иметь последствия на рабочем месте.Насколько это возможно, сотрудники должны соблюдать надлежащие протоколы и рекомендации по социальному дистанцированию, даже во время протестов, и проявлять инициативу в отношении защиты своего здоровья и здоровья своих коллег. Это включает в себя самоконтроль любых симптомов COVID-19 и оставление дома без работы, если они чувствуют себя плохо или знают, что подверглись воздействию вируса. Такая бдительность может помочь смягчить дополнительную проверку работодателя и опасения по поводу протестов извне.

IV. Заключительные замечания

Поскольку протесты и другие усилия по защите интересов продолжаются в ближайшие месяцы и годы, вероятно, возникнут новые судебные баталии.Действительно, они уже есть. 68

Однако трудно предсказать, будет ли много судебных исков, возбужденных сотрудниками, уволенными или подвергшимися каким-либо иным мерам возмездия за их участие в политических акциях протеста. Даже если человек живет в юрисдикции, где нет закона, защищающего политические протесты, могут быть альтернативные решения, такие как СМИ, связи с общественностью, организация или стратегия лоббирования. Многие работодатели не хотели бы увольнять сотрудников за осуществление своих прав, предусмотренных Первой поправкой.Это особенно верно, если работодатель сделал публичные заявления, осуждающие расовую несправедливость и жестокость полиции, как это сделали многие компании в последние месяцы. 69 В большинстве случаев со стороны такого работодателя было бы лицемерием разворачиваться и увольнять своих работников за то, что они вступили в разговор и выразили сходные взгляды.

Кроме того, если работников увольняют или иным образом принимают ответные меры за организацию на рабочем месте и защиту прав сотрудников, которые участвуют в акциях протеста на открытом воздухе, могут быть замешаны такие законы, как Национальный закон о трудовых отношениях. 70

В конце концов, работодателям просто неразумно увольнять работников за участие в мирных акциях протеста. Такие увольнения без необходимости ставят под угрозу отношения сотрудников и связи с общественностью.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.