Пересказ властителям и судиям: Державин «Властителям и судиям» – краткое содержание и анализ

Содержание

Державин «Властителям и судиям» – краткое содержание и анализ

Одним из самых известных и важных стихотворений Г. Р. Державина является переложение 81-го псалма «Властителям и судиям». В обработке поэта стихи псалма зазвучали с такой силой, что привлекли внимание цензуры. Библейские укоры в устах Державина приобрели совершенно конкретное значение.

 

Державин. Властителям и судиям. Анализ стихотворения. Слушать аудиокнигу

 

Это стихотворение (см. полный текст) было принято редакцией «Санкт-Петербургского вестника» и открывало ноябрьскую книжку 1780 года. Цензура спохватилась только после того, как номер был отпечатан. Пришлось во всем тираже вырывать первую страницу и вклеивать новую. В своих «Записках» Державин не упоминает об этом эпизоде и историю стихотворения начинает со второй его публикации в журнале «Зеркало света» (1787, январь) под заголовком «Ода. Извлечена из псалма 81». Затем поэт включил его в рукописный сборник своих произведений, поднесенный в 1795 году Екатерине II.

Державин подробно рассказывает о том, как были восприняты эти стихи на фоне событий французской революции, как испугались гнева императрицы придворные: «Бегали его, как бы боясь с ним даже и встретиться, не токмо говорить», предстоял допрос у страшного секретаря тайной канцелярии «кнутобойцы» Шешковского. Стихи Державина называли «якобинскими», и ему приходилось опасаться за собственную участь, но он всё же был оправдан.

Близкая, в общем, к оригиналу передача текста псалма приобрела после известий о французской революции грозный обличительный смысл. В стихотворении «Властителям и судиям» отразились взгляды Державина на задачи власти. Державин выступил с критикой правительствующего Сената, осудил тех «земных богов», что плодят на земле лихоимство и насилие.

Присущее Державину чувство справедливости и законности не раз заставляло его возмущаться ведением дел в государственных учреждениях. Твердо веря в возможность существования «просвещенного абсолютизма», Державин наставлял властителей:

 

Ваш долг есть: сохранять законы,
На лица сильных не взирать,
Без помощи, без обороны
Сирот и вдов не оставлять.
Ваш долг – спасать от бед невинных,
Несчастливым подать покров;
От сильных защищать бессильных,
Исторгнуть бедных из оков.

 

В следующей строфе поэт горестно восклицает:

 

Не внемлют! – видят и не знают!
Покрыты мздою очеса;
Злодейства землю потрясают,
Неправда зыблет небеса.

 

Нотой отчаяния звучит восклицание поэта:

 

Цари! Я мнил: вы боги властны,
Никто над вами не судья;
Но вы, как я подобно страстны
И так же смертны, как и я.

 

Остается одна надежда – на высшую силу, на бога:

 

Воскресни, боже! Боже правых!
И их молению внемли:
Приди, суди, карай лукавых
И будь един царем земли!

 

Окончательная редакция стихотворения «Властителям и судиям» стоила Державину немалых трудов, он не раз возвращался к тексту и переделывал его. Сохранился черновой автограф 1780 года, испещренный множеством поправок и содержавший пять строф вместо семи. Третья строфа, например, звучала так:

 

Но есть безумцы и средь трона:
Сидят и царствуют, дремля,
Не ведают, что с бедных стона
Неправдой движется земля.

 

При посылке стихотворения в «Санкт-Петербургский вестник» Державин изменил эту строфу, как и остальные, и добавил шестую. В этом варианте появились формы: «судити», «чтити», «сохраняти», «спасати», впоследствии исправленные, но три последние строфы были отделаны окончательно. Эта тщательная работа показывает, что Державин дорожил своим стихотворением и совершенствовал его.

 

«Властителям и судиям», анализ стихотворения Державина

Стихотворение «Властителям и судиям» было написано Державиным в 1870 году. Опубликовано — в «Санкт-Петербургском Вестнике». С большим трудом добивался поэт этой публикации. И всё же обличительная ода была напечатана в популярной газете. Она явилась свободным переводом одного из библейских псалмов царя Давида. Державин, сохранив гневный пафос оригинала, добавил в него своё чисто «русское» возмущение от «деяний сильных мира сего».

На протяжении всего стихотворения обвиняются люди, наделённые высокой властью. Автор убеждает читателя в том, что властвовать на Земле может только Бог, и лишь он может быть справедливым. По мнению Державина, «властолюбцы» не способны понять простого человека и тем более помочь ему. Поэт горько «кричит» о несправедливости, подлости, равнодушии и алчности добравшихся до власти «земных богов». Державинская боль слышна в каждом слове оды. Тема её ясна — убедить правителей жить по законам человечности и добродетели. Ещё Державин обращается и к «судиям». Он в их лице видит мудрость и справедливость. Параллельный диалог автора раскрывает суть его стиха — посодействовать «высокому судейству» и покарать «возмущённым» словом «зазнавшихся» владык.

По тем временам стихотворение было более чем смелое. Оно было революционным, оно призывало к свержению самоуправства и беззакония. Словосочетание «карай лукавых» — это явный призыв к политическому перевороту. Державин верит, что возмездие накроет обнаглевших правителей. Екатерина снисходительно отнеслась к «Властителям и судиям». В государстве российском она слыла покровительницей всего прогрессивного и портить отношения с Державиным не хотела. Вот почему стихотворение дошло до нас без вмешательства цензуры.

Содержание стихотворения можно описать в виде небольшого рассказа, то есть уйти от лирики к эпосу: «Однажды Бог огляделся по сторонам и увидел внизу большую толпу народа. Все они были влиятельными людьми в своём государстве: создавали законы, вершили судьбы…И заметил Всевышний, что люди эти властью распоряжаются не справедливо, не честно, не человечно. Также Бог увидел, какие бесчинства творятся вокруг: много нищеты, голода, смертей, унижения… И понял Бог, что виноваты в бедствиях простых людей руководители государств. И воззвал сверху разгневанный Всевышний толпу к совести. Но толпа не услышала гласа мудрого из поднебесья. Разочарованный в людях Бог исчез, опечаленный… Печаль Бога подхватил одинокий и честный человек. Он стал клеймить «земных» правителей силой своего поэтического слова».

«Властителям и судиям» написано ямбом, с помощью перекрёстной рифмы: судит-будет (женская), их-злых (мужская). Рифмы являются, в основном, словами одной части речи: невинных-бессильных (прилагательные), покров-оков (существительные), знают-потрясают (глаголы). Но есть и исключения: судья — я, внемли-земли.

В эпитетах наблюдается усечение окончания прилагательного: боги властны, страстны, смертны. Это придаёт стихотворению торжественность и силу. Историзмы

: рек, сонме, доколе, исторгнуть, мздою, очеса, злодействы, древ — подчёркивают как и давность событий, так и неумирающую красоту уходящего слова. Слог Державина величав и прост одновременно. В оде семь восклицательных предложений! Они наполнены огромным чувством гнева и презрения. Хороши у Державина сравнения:

И вы подобно так падёте,
как с древ увядший лист падёт!
И вы подобно так умрёте,
как ваш последний раб умрёт!

Прилагательные увядший, последний показывают недолговечность бесчестного правления.

Лирический герой полон горечи, разочарования, бессилия. И всё же он верит, что справедливость восторжествует. Торжественной песнью — одой — называют державинское стихотворение. Одой страстной, гневной, обличительной, революционной.

По произведению: «Властителям и судиям»

По писателю: Державин Гавриил Романович


Напишите пожалуйста краткий отзыв по стихотворению Державина «Властителям и судиям».

Жизнь настоящего поэта, его творчество неотделимы от судьбы Родины. Система государственной власти в России, установившаяся в конце ХYIII – начале ХIХ века и отличавшаяся абсолютной монархией, полным равнодушием к судьбе народа, нашла отражение в творчестве многих поэтов того времени. 

    Известный поэт Г.Р.Державин тоже не мог остаться в стороне от проблем власти и монархии. В своем стихотворении «Властителям и судиям» он и пытается пробудить в правителях совесть, заставить их исполнять свои обязанности, как подобает. 
    Уже первые строки стихотворения как будто кричат, что дальше так жить нельзя, даже всевышний не может больше смотреть на правление нынешних властителей: 
    Восстал всевышний Бог, да судит 
    Земных богов во сонме их… 
    Люди, которые, по мнению автора, равны земным богам, давно забыли свой долг. Вместо помощи сиротам, вдовам и всем несчастным они «взирают на лица сильных», и вся их деятельность направлена на защиту «сильных». 
    Родную землю «потрясают злодействы», а государственные чиновники не видят этого, власть слепа к участи простого народа. Царит произвол чиновников, не соблюдаются законы: 
    Не внемлют! Видят – не знают! 
    Покрыты мздою очеса: 
    Злодейства землю сотрясают, 
    Неправда зыблет небеса. 
    Державин собрал в своем стихотворении все пороки государственной власти. Словами, полными отчаяния и разочарования, обращается он к ним: 
    Цари! Я мнил, вы боги властны, 
    Никто над вами не судья, 
    Но вы, как я подобно, страстны 
    И так же смертны, как и я. 
    Такую монархию автор считает настоящей трагедией русского народа. Всем ясно, что стоящие у власти люди совсем не похожи на богов ни своей жизнью, ни своими поступками. 
    В заключительных строках стихотворения Державин уже не взывает к чести и совести «властителей и судией», он больше не верит в исправление пороков власти. Единственный путь к спасению России – справедливый божий суд: 
    Воскресни, Боже! Боже правых! 
    Приди, суди, карай лукавых 
    И будь един царем земли!

Вопросы и ответы к стихотворе­нию Г. Р. Державина «Властителям и судиям» | сочинение, краткое содержание, анализ, биография, характеристика, тест, отзыв, статья, реферат, ГДЗ, книга, пересказ, сообщение, доклад, литература | Читать онлайн

  • К кому обращается Державин в стихотворе­нии «Властителям и судиям»? Каков характер этого обращения (обличение, наказ, прославление)?
  • Стихотворение (переложение псалма 81) звучит как прямое гневное обращение к «земным богам», т. е. царям, властите­лям. В противоположность сложившейся литературной традиции восхваления в одах и других поэтических произведени­ях «земных богов» Державин не только сводит их с пьедестала, но и судит их, на­поминая об обязанностях перед поддан­ными. Стихотворение содержит и обличе­ние, и наказ (наставление).

  • Как понимает Державин назначение правите­лей, «земных богов»?
  • Земные правители должны, как ут­верждает Державин, строго следовать за­конам, не допускать их нарушения («на лица сильных не взирать»), защищать обездоленных и неимущих от несправед­ливости («от сильных защищать бессиль­ных»), заботиться о материальных нуж­дах и соблюдении гражданских прав, чтобы все были равны и едины перед за­коном.

  • Каков настоящий облик «властителей и су­дий»? Соответствует ли он представлению поэта о просвещенном государственном деятеле?
  • На самом деле облик «властителей и судий» весьма далек от представлений поэта-классициста о просвещенном госу­дарственном деятеле. При их попуститель­стве творятся злодейства и несправедли­вости, процветает мздоимство (взяточни­чество). «Земные боги» не хотят исполнять возложенные на них всевышним Богом обязанности. Державин выдвигает очень меткую формулу, раскрывающую основы деятельности такого монарха, его отноше­ния к творимым беззакониям: «Не вне­млют! видят — и не знают! Покрыты мздою очеса». Ничтожность царей, их че­ловеческая слабость, склонность к соблаз­нам становятся особенно ощутимы благо­даря антитезам: идеальный государь — государь реальный, царь — раб:

    Цари! Я мнил, вы боги властны,
    Никто над вами не судья,
    Но вы, как я подобно, страстны
    И также смертны, как и я.
    И вы подобно так падете,
    Как с древ увядший лист падет!
    И вы подобно так умрете,
    Как ваш последний раб умрет!

    Надеется ли поэт на исправление пороков власти?

    Нет, никаких надежд на исправление пороков власти Державин не питает. Именно поэтому он обращается к Всевыш­нему быть «един царем земли» и покарать лукавых властителей и судей.

  • Какие чувства испытывает автор, каково его личное отношение к адресатам и какими словами оно выражено?
  • Негодование, презрение, ирония по от­ношению к земным властителям. Даже выражение «земные боги» воспринимает­ся здесь как ирония. Злодейство, не­правда, покрыты мздою очеса, лука­вые — лексика, характеризующая поро­ки власть имущих. Вместе с тем мы слы­шим в стихотворении глубокую скорбь о судьбах обездоленных, которых надо за­щищать, «исторгнуть бедных из оков». Бедные, сироты, вдовы — объект сочувст­вия автора. Он называет их правыми и об­ращается к Богу: «Боже правых», на ко­торого с молением и надеждой уповают нуждающиеся в защите. Переложение псалма завершается энергичным призы­вом-мольбой покарать злодеев и стать единым царем земли. Материал с сайта //iEssay.ru

  • Каким стилем написано стихотворение «Влас­тителям и судьям»?
  • Стихотворение написано высоким сти­лем, который избирается автором не для восхваления царствующих особ, а для об­личения и показа высокого назначения земной власти. Архаичная лексика (вос­стал, всевышний, сонм, взирать, по­кров, исторгнуть, очеса, зыблет, внемли) придает торжественность выра­жению мыслей и чувств Державина.

  • Сопоставьте это стихотворение с одой Ломо­носова. В чем, по-вашему, сходство и различие этих двух произведений?
  • Сходство в понимании назначения выс­шей власти: забота о подданных, соблюде­ние закона, защита от несправедливости; и оды Ломоносова, и стихотворение Дер­жавина полны поучений монархам. Раз­личие состоит в том, что Ломоносов отож­дествляет по законам одического жанра прогрессивные государственные идеи с намерениями царствующей императри­цы, ее деятельностью. Быть может, это в какой-то мере пожелание, изображение должного, идеального. Но в одах Ломоно­сова мы не найдем державинские обличе­ния власти.

    Анализ стихотворения Державина Властителям и судиям 7, 9 класс

    Стихотворение «Властителям и судиям» поэт Державин написал в 1780 году. Он в это время работал чиновником военного ведомства в провинции и часто сталкивался с несправедливостью по отношению к простым людям. Это произведение — крик отчаявшегося человека, сердце которого болит от сострадания к угнетаемым, слабым, бесправным. И при этом автор не видит никакого выхода из этого положения, кроме суда Всевышнего Бога.

    Следует отметить, что Державин с большим почтением относился к царской семье, считая, что все беды происходят не от правителя, а от тех, кто наделен властью судить и определять судьбы простых людей.

    Именно им автор посвящает гневные строки от имени самого Бога. Он перечисляет их обязанности — вершить справедливый суд, защищать невинных, наказывать виноватых. Но «земные боги» не делают этого. Они творят злодейства, глаза их закрыты с помощью взяток, а совершаемые ими беззакония сотрясают землю и доходят до небес.

    Во второй части стихотворения поэт напоминает всем нечестивым, что богатые так же смертны, как и бедные, что и они в свое время умрут. Тогда им предстоит Божий суд, однако люди не думают об этом и продолжают делать злые дела. И сам автор не видит выхода из этой ситуации, она кажется ему совершенно безнадежной. По мнению Державина только Господь способен установить справедливость в России, обычным людям с этим не справиться. И поэт призывает Бога прийти, покарать всех виновных и править на всей земле.

    Стихотворение носит обличительный характер, сам автор назвал его «гневной одой». Гавриил Державин был одним из первых поэтов, кто не побоялся открыто осудить беззакония и злоупотребления властей. В 1780 году стихотворение не было напечатано, так как цензура не пропустила его. Лишь спустя 8 лет произведение все же увидело свет, и едва не стало причиной опалы поэта. Ода вызвала недовольство и гнев тех, кому она посвящена. В те времена не было принято осуждать власть имущих, это была первая попытка, но ее поддержали поэты следующего столетия, посвятив этой теме свои лучшие произведения.

    9, 7 класс

    Анализ стихотворения Властителям и судиям Державина

    Оду «Властителям и судьям» Гавриил Державин написал в 1787 году. Будучи государственным деятелем, писал смог на себе прочувствовать всю несправедливость и злость того общества. Самостоятельная борьба Державина с нарушениями закона и пресечением преступной деятельности высших слоёв общества не принесла никаких плодов. Тогда поэт решился на написание оды по тематике псалома 81.

    Вся его суть заключалась в обращении к Богу, путём праведных песнопений.

    Первое творение поэта по этой тематике так и не вышло в издательство из-за редакторов, которые не допустили выпуска псалома Державина. Издательство «Санкт-Петербургского вестника» считало оду слишком пафосной и гневной.

    Тем не менее, Гавриил Державин добился издательства своего переработанного стиха спустя пять лет. Изменив название на «Властителям и судьям», новое творение поэта выходит в издательство.

    Свои мысли и чувства писатель находит в библейских сказаниях, которые и превозносит в стихотворение в переработанной форме. Несправедливость, злость, человеческие пороки, угнетение слабых, гнев, власть и нарушение законов — всё эти темы вбирает в себя ода «Властителям и судьям».

    Далее писатель разбирает обязанности людей стоящих у власти и их подчинения общим законам высшей силы:
    Ваш долг: спасать от бед невинных, Несчастливым подать покров;

    Гневной тирадой рассыпается Державин на несоблюдение этих законов в реальной жизни. В этих строчках стихотворения раскрывается вся несправедливость по отношению к слабым и их угнетение.

    Но по словам писателя, неизбежно наказание властителям за несправедливость и пренебрежение своими обязанностями:

    И вы подобно так падете.
    Как с древ увядший лист падет!

    Этот отрывок стихотворения буквально пропитан гневом Державина, по отношению к людям стоящим у власти, которые закрывают глаза на все нарушения законов и поощряют их.

    В последних строчках оды, писатель проявляет свою веру в справедливость и светлое будущее, исходя из которой, можно сказать, что добро обязательно победит зло и несправедливость.

    Главная тема, которую поднимает в своем стихотворении «Властителям и судьям» Гавриил Державин остаётся значимой и по наши дни. «Лукавые» правители, чьи поступки наполнены злостью, несправедливостью и пороками во все времена остаются одной из главных проблем общества. Но по словам писателя, обязательно настанет день, когда справедливость восторжествует и победит зло.

    Анализ стихотворения Властителям и судиям по плану

    Властителям и судиям

    Возможно вам будет интересно

    • Анализ стихотворения Безглагольность Бальмонта

      Главной идеей здесь является душа человека. Как только начинаешь читать стихотворение можно понять, что из чего состоит душа человека и что в ней таится. Но не смотря на это она многогранна.

    • Анализ стихотворения Пушкина К Чаадаеву 9 класс

      Это послание в стихотворной форме Пушкина своему близкому другу Петру Чаадаеву. Поэт очень дорожил его дружбой, бесконечно ему доверял и делился с ним своими тайными мыслями и желаниями. Поэтому именно ему он пишет

    • Анализ стихотворения Осень Фета

      Произведение, относящееся к позднему творчеству поэта, является по жанровой направленности пейзажной лирикой, отличающейся особым философским смыслом, отражающим соединительную связь описания природы и поэтической жизни.

    • Анализ стихотворения Табун Есенина

      Образ табуна коней представляет собой неудержимую и ретивую стихию, кони также могут являться символом перемен, активной силы и преобразования. В стихотворении Табун автор через этот образ стремится охватить полностью течение суток,

    • Анализ стихотворения Сольвейг Блока

      Поэты работавшие в годы Серебряного века часто адресовали друг другу посвящения в стихотворной форме. Произведение Блока

    Анализ стихотворения «Властителям и судиям» Державина

    Начиная с 18 века, роль поэзии в обществе начинает меняться, и она перестает быть лишь только светским развлечением. Поэзия начинает менять свою роль в обществе, уже не развлекая богатых людей, а оказывая особое влияние на жизнь всего народа, независимо от сословия. И уже «красивые» стихотворные произведения, которые радовали слушателей, постепенно начинают исчезать, а приходят другие стихи, дерзкие и несущие в себе идеи нового и революционного. Раньше стихотворные произведения, которые было принято читать в высшем российском обществе, писались «высоким штилем», который ввел еще Ломоносов. Но постепенно и эта традиция исчезала.

    Одним из поэтов, который относился к этому новому течению в поэзии, и стал Гавриил Державин. Он решился практически одним из первых обличить тех, кто пытается воспользоваться властью ради своей выгоды. И их обличил Державин публично, Именно этому смелому и решительному поэту принадлежит создание в 1780 году замечательного и глубокого стихотворения «Властителям и судьям».

    Учитель проверяет на плагиат?
    Закажи уникальную работу у наших авторов. Напишем в течение дня!

    Связаться с нами:

    Известно, что сам Державин в это время решил окончить свою военную деятельность и, оставив военную карьеру, стал осваивать должность советника при царе. В это же время он начинает публиковать и свои первые стихотворные произведения, которые до этого уже звучали в светских салонах и имели популярность и известность. Эти же стихи он потом будет читать и императрице в царском дворце. В это время императрица пыталась поощрить всех тех, кто смело высказывался. Поэтому она так спокойно и приняла Державина, который так дерзко и резко высказывал о существующей власти. Его произведение было достаточно смелым для того времени.

    По содержанию стихотворение Державина противопоставлено той власти, которая правит страной. Так, поэт называет власти богами, ведь они могут легко распорядиться судьбой человека, но только эти боги существуют лишь только на земле. Сам автор стихотворения в своем поэтическом сюжете создает ситуацию, когда все они, люди из этого самого высшего и правящего общества, предстают перед судом, но только не земным, как им бы этого хотелось и которого они совершенно не боятся. Но только поэт совсем не дает им никакого шанса, поэтому они предстанут лишь только перед божественным, высшим, судом.

    Сам поэт не относит себя к существу, который бы относился к этому самому высшему сословию, но все-таки Гавриил Романович берет на себя миссию и говорит от имени Всевышнего. В его речи звучат нотки укора, который он бросает своим соотечественникам за то, что они допустили в своем обществе совершать такие поступки, которые совершаются ныне. Поэт задает риторический вопрос о том, сколько же еще можно жалеть и подчиняться «неправедных» и «злых».

    Обратимся к первой части стихотворного текста Державина, где он рассказывает о том, что у всех есть свои обязанности. Он указывает на то, в чем состоит долг тех, кто в современном мире стоят у власти и управляют страной. Они, как считает сам автор, должны соблюдать сами законы и заботиться о том, другие их соблюдали. В их обязанности входить помогать всем слабым и беззащитным. Например, оказывать помощь вдовам и сиротам, спасая их от всяких бед и не давая их обижать сильным людям этого мира. В этой же части своего стихотворение поэт утверждает мысль о том, что бедным людям наконец-то нужно дать волю, освободить их из оков, в которых они длительное время уже находятся.

    Таким образом, Гавриила Державин прямо говорит об отмене крепостного права. Такое высказывание в те времена было слишком смелым, но Екатерина вторая решила отнести строки Державина к некоторому вольнодумству и закрыть на эту дерзость глаза. Известно было, что императрица была очень благосклонна к поэту, отсюда и такое отношение к его дерзкому произведению.

    Вторая часть стихотворного произведения «Державина» носит уже немного другой характер: она обличает власти. Поэт говорит о том, что люди не слушают свой рассудок и уже давно перестали жить по божьим законам, которые помогали любить человека и хорошо к нему относиться, независимо от того, к какому сословию он относился. Люди живут по мирским законам, а они очень часто несправедливы: их злые дела потрясают землю и даже небеса зыблет от их неправды. Есть в этой части стихотворения и обращение к царям, которых поэт, как он сам признавался, считал когда-то божьими «наместниками», которые правили только на земле. Но теперь автор твердо убежден, но им уже недолго осталось так жить. И он говорит о том, что они не смогут существовать без раба и просто умрут без него.

    В стихотворном финале автор просит Всевышнего, чтобы тот опустился на эту землю, где так много грехов и начал уже свой суд над людьми. Он говорит о том, что должен быть только Бог тем судьей, который справедливо все сможет рассудить. Ведь без его вмешательства навести порядок в его стране вообще невозможно, даже самому справедливому и, может быть, самому мудрому, но не тому, кто сам человек.

    Властителям и судиям анализ. Державин Властителям и судиям (Анализ стихотворения, стиха). Структурный анализ стихотворения

    Обличительная ода “Властителям и судиям” является одним из самых важных произведений в творчестве Державина, который в экспрессивной и эмоциональной манере привлекает внимание общества к проблеме продажности чиновников. Можно использовать краткий анализ “Властителям и судиям” по плану на уроке литературы в 9 классе и для того, чтобы школьники поняли не только смысл стихотворения, но и обстановку в России 18 века.

    Краткий анализ

    История создания – Гавриил Романович написал свое произведение в 1870 году и с большим трудом добился его публикации в популярной газете того времени – “Санкт-Петербургском Вестнике”.

    Композиция – стихотворение представляет собой цельный рассказ, не разделяющийся на определенные части, тема развивается последовательно.

    Тема стихотворения – необходимость жить по законам общечеловеческой добродетели, в чем Державин пытается убедить людей, облеченных властью.

    Жанр – ода, но ода гневная и обличительная, для своего времени – практически революционная.

    Стихотворный размер – ямб с использованием перекрестной рифмы.

    Эпитеты “последний раб”, “увядший лист”, “земные боги” .

    Сравнения “как с древ увядший лист падет”, “вы умрете, как ваш последний раб умрет” .

    История создания

    Стихотворение является больным переводом одного из псалмов, который Державин дополнил собственным возмущением по поводу власть придержащих. Написано оно было в 1870 году и, после больших усилий со стороны поэта, все же опубликовано – в газете “Санкт-Петербургский Вестник”.

    Державин был не только поэтом, но и государственным деятелем, который на протяжении многих лет занимал достаточно высокие должности. И такая деятельность показала ему все недостатки управленческой системы в Российской империи – а их было много. За годы своей службы Гавриил Романович утвердился в мысли, что системе необходимы кардинальные перемены – эта мысль и была им выражена в стихотворении “Властителям и судиям”. Таким образом, история создания этой оды тесно связана с историческими и политическими реалиями его времени.

    Несмотря на то, что Державин был убежденным монархистом, его ода была воспринята придворными и самой императрицей, которая вообще-то благоволила поэту, как революционный призыв. И, несмотря на то, что поэт не вкладывал в свои строки идеи свержения существующего строя, просто высказывая накопившуюся горечь по поводу царящей несправедливости, в дальнейшем заданная им обличительная тенденция получила развитие в русской литературной традиции.

    Тема

    Тема этого обличительного произведения – произвол чиновников и других государственных мужей, которые пользуются своей властью во вред как народу, так и государству. Они властолюбивы, алчны, подлы и неспособны ни понять простого человека, ни помочь ему. Поэт обращается к властителям, убеждая их жить по совести, и к судиям (имея в виду конкретно императрицу), призывая их свершить справедливый суд и покарать владык, которые так сильно зазнались. Однако в конце поэт высказывает мысль, что по-настоящему справедливо править людьми может только Бог.

    Композиция

    Она соответствует композиции первоисточника, то есть 81-го псалма царя Давида, вольным переводом которого и является.

    На протяжении всего стиха поэт развивает одну и ту же мысль и продажности власть придержащих и необходимости перемен. Так, в начале он высказывает свои взгляды на справедливое общественное устройство, когда те, кто находится у власти, защищают тех, кому это необходимо. Далее он указывает на то, что на самом деле ничего подобного не происходит, все просто пекутся о своих интересах.

    И в конце он, во-первых, утверждает мысль о том, что подобное нарушение законов человечности не может остаться безнаказанным, во-вторых, взывает к Богу как к высшей инстанции.

    Жанр

    Определить жанр этого произведения несложно – это ода. Но ода гневная – так ее назвал сам автор. Также в нем есть элементы духовной оды, поскольку за основу взят библейский текст. Ода написана ямбом, в ней используется перекрестная рифма.

    Выразительные средства

    Художественное своеобразие державинского произведения выражается не только в смешении поджанров, но и в том, какие средства выразительности он использует для того, чтобы донести свою мысль. Так, в нем присутствуют привычные способы:

    • Эпитеты – “последний раб” , “увядший лист” , “земные боги” .
    • Сравнения – “как с древ увядший лист падет” , “вы умрете, как ваш последний раб умрет” .

    Однако они выступают в качестве вспомогательных средств. Основными являются славянизмы, с помощью которых поэт делает свое стихотворение более торжественным, и риторические восклицания. Они играют очень важную роль в ткани произведения, придавая ему сходство с ораторской речью. Таким способом Державин привлекает внимание читателей.

    Тест по стихотворению

    Рейтинг анализа

    Средняя оценка: 4.3 . Всего получено оценок: 110.

    Всегда стремится быть в гуще событий, касающихся судьбы страны и народа. Многие поэты посвящают стихи родине, восхваляют или попрекают власть, высказывают свое мнение о каких-либо событиях. В конце XVIII — начале XIX века власть в России совершенно перестала понимать народ, и такое отношение к людям не могло не отразиться на творчестве многих поэтов. Любимец императрицы Екатерины II также не мог оставаться в стороне. Поэт отличался горячим и справедливым характером, поэтому его возмущало творящееся вокруг беззаконие.

    Вызов самодержавию и беззаконию

    Анализ «Властителям и судиям» показывает, насколько необычным для того времени было спорить с властью, показывать свое неповиновение. С первых строк произведения становится понятно, что дальше так жить невозможно, даже Бог не в силах смотреть на земных правителей. Автор считает, что цари должны помогать вдовам, сиротам и другим несчастным, но они лишь слышат и защищают сильных. Родина сотрясается от злодейств, но государственные чиновники этого не видят.

    Анализ «Властителям и судиям» говорит о том, что Гавриил Романович хотел раскрыть все пороки власти. Для русского народа монархия, безучастная к жизни простых людей, является настоящей трагедией. Цари ни своими поступками, ни жизнью не похожи на богов. В конце стихотворения поэт разуверился в том, что все можно исправить, образумив монархов, ведь понятия чести и совести не знакомы властителям и судиям. показывает: поэт убежден в том, что Россию способен спасти только божий суд.

    Художественное своеобразие стиха

    Анализ «Властителям и судиям» позволяет понять, каким новатором был Гавриил Державин. В его время большинство лириков писали поэтические произведения для определенных слоев общества. Простым людям возвышенные и пафосные речи были не понятны, поэтому Гавриил Романович решил немного упростить язык и добавить в свои стихи доступную пониманию большинства людей. Произведение «Властителям и судиям» сам автор называл гневной одой. За основу он взял библейский текст — Псалом 81-й.

    Торжественный стиль поэт создал с помощью обращений, вопросов, обилия славянизмов. Анализ «Властителям и судиям» показывает, что автору удалось добиться ораторского звучания. В своей оде поэт выразил горечь от порочности современного мира, он пытался пробудить у читателя не только гнев, но и стремление к очищению и изменению жизни к лучшему.

    Значение стихотворения «Властителям и судиям»

    Державин (анализ показывает, что автор не вкладывал в свое произведение революционного порыва) по своим убеждениям был монархистом и очень хорошо относился к императрице Екатерине II. Даже при написании оды «Властителям и судиям» он не выступал против правительницы, поскольку был убежден в ее добродетельности. В царящем в стране беззаконии виноваты чиновники, окружающие императрицу — именно об этом ее хотел предупредить Гавриил Романович. Несмотря на это, многие восприняли стихотворение как призыв к смене власти. Продолжение тенденция нашла в творчестве Пушкина, Лермонтова и других поэтов XIX века.

    Стихотворение «Властителям и судиям» было написано Державиным в 1870 году. Опубликовано — в «Санкт-Петербургском Вестнике». С большим трудом добивался поэт этой публикации. И всё же обличительная ода была напечатана в популярной газете. Она явилась свободным переводом одного из библейских псалмов царя Давида. Державин, сохранив гневный пафос оригинала, добавил в него своё чисто «русское» возмущение от «деяний сильных мира сего».

    На протяжении всего стихотворения обвиняются люди, наделённые высокой властью. Автор убеждает читателя в том, что властвовать на Земле может только Бог, и лишь он может быть справедливым. По мнению Державина, «властолюбцы» не способны понять простого человека и тем более помочь ему. Поэт горько «кричит» о несправедливости, подлости, равнодушии и алчности добравшихся до власти «земных богов» . Державинская боль слышна в каждом слове оды. Тема её ясна — убедить правителей жить по законам человечности и добродетели. Ещё Державин обращается и к «судиям» . Он в их лице видит мудрость и справедливость. Параллельный диалог автора раскрывает суть его стиха — посодействовать «высокому судейству» и покарать «возмущённым» словом «зазнавшихся» владык.

    По тем временам стихотворение было более чем смелое. Оно было революционным, оно призывало к свержению самоуправства и беззакония. Словосочетание «карай лукавых» — это явный призыв к политическому перевороту. Державин верит, что возмездие накроет обнаглевших правителей. Екатерина снисходительно отнеслась к «Властителям и судиям». В государстве российском она слыла покровительницей всего прогрессивного и портить отношения с Державиным не хотела. Вот почему стихотворение дошло до нас без вмешательства цензуры.

    Содержание стихотворения можно описать в виде небольшого рассказа, то есть уйти от лирики к эпосу: «Однажды Бог огляделся по сторонам и увидел внизу большую толпу народа. Все они были влиятельными людьми в своём государстве: создавали законы, вершили судьбы…И заметил Всевышний, что люди эти властью распоряжаются не справедливо, не честно, не человечно. Также Бог увидел, какие бесчинства творятся вокруг: много нищеты, голода, смертей, унижения… И понял Бог, что виноваты в бедствиях простых людей руководители государств. И воззвал сверху разгневанный Всевышний толпу к совести. Но толпа не услышала гласа мудрого из поднебесья. Разочарованный в людях Бог исчез, опечаленный… Печаль Бога подхватил одинокий и честный человек. Он стал клеймить «земных» правителей силой своего поэтического слова».

    «Властителям и судиям» написано ямбом , с помощью перекрёстной рифмы: судит-будет (женская), их-злых (мужская). Рифмы являются, в основном, словами одной части речи: невинных-бессильных (прилагательные), покров-оков (существительные), знают-потрясают (глаголы). Но есть и исключения: судья — я, внемли-земли.

    В эпитетах наблюдается усечение окончания прилагательного: боги властны, страстны, смертны . Это придаёт стихотворению торжественность и силу. Историзмы : рек, сонме, доколе, исторгнуть, мздою, очеса, злодействы, древ — подчёркивают как и давность событий, так и неумирающую красоту уходящего слова. Слог Державина величав и прост одновременно. В оде семь восклицательных предложений! Они наполнены огромным чувством гнева и презрения. Хороши у Державина сравнения :

    И вы подобно так падёте,
    как с древ увядший лист падёт!
    И вы подобно так умрёте,
    как ваш последний раб умрёт!

    Прилагательные увядший, последний показывают недолговечность бесчестного правления.

    Лирический герой полон горечи, разочарования, бессилия. И всё же он верит, что справедливость восторжествует. Торжественной песнью — одой — называют державинское стихотворение. Одой страстной, гневной, обличительной, революционной.

    Г.Р. Державин. «Властителям и судиям»

    История создания

    С 1786 по 1788 годы Державин служит губернатором в Тамбовской губернии. Как и на другой службе, здесь он проявлял активную деятельность, пытался многое изменить в существующих порядках края. Но вскоре понимает, что местным вельможам его преобразования мешают, а идеалы просвещения, долга и справедливости вызывают открытую неприязнь чиновников. Он видит, как на высоких государственных должностях нарушается закон, а нарушители не получают никакого наказания. Он пытается навести порядок, но не находит единомышленников. Именно в это время, в 1787 году, и была им написана гражданская ода «Властителям и судиям».

    За основу этого произведения Державин взял написанное ранее стихотворение на библейскую тему, которое называлось «Псалом 81».

    Псалом – это библейская песня, обращенная к богу . Автором таких песен считается ветхозаветный царь Давид.

    Державин переложил древнее произведение на современный язык, наполнил обличительным содержанием и дал стихотворению новое название: «Властителям и судиям».

    Основные темы и идеи стихотворения

    Опираясь на библейский текст, автор говорит о современной жизни Российского государства. В его родной стране происходит безнаказанное нарушение законов, слабые угнетаются, неправда и зло торжествуют, а искать справедливости негде. Остается уповать только на бога, лишь он сможет навести порядок в стране. А если Господь спросит у правителей, как они вершат установленные им законы?

    Восстал всевышний бог, да судит

    Земных богов во сонме их;

    Доколе, рёк, доколь вам будет

    Щадить неправедных и злых?

    Ваш долг есть: охранять законы,

    На лица сильных не взирать,

    Без помощи, без обороны

    Сирот и вдов не оставлять.

    Ваш долг: спасать от бед невинных,

    Несчастливым подать покров;

    От сильных защищать бессильных,

    Исторгнуть бедных из оков.

    Не внемлют! Видят — и не знают!

    Покрыты мздою очеса:

    Злодействы землю потрясают,

    Неправда зыблет небеса.

    Поэт гневно обличает «неправедных и злых». Автор напоминает им, что люди, наделенные властью, остаются все-таки людьми, а не всемогущими богами. Поэтому им следует помнить о высшей каре, о том, как они легко нарушали закон справедливости, установленный самим богом. В этом и заключается основная идея стихотворения.

    И вы подобно так падете.

    Как с древ увядший лист падет!

    И вы подобно так умрете,

    Как ваш последний раб умрет!

    Конечно, это произведение было воспринято как революционная прокламация. Ведь в последнем четверостишии поэт призывает к суду над несправедливой властью.

    Воскресни, Боже! Боже правых!

    И их молению внемли:

    Приди, суди, карай лукавых

    И будь един царем земли!

    Художественное своеобразие стихотворения

    С одной стороны, это произведение можно отнести к духовным одам , т.к. в основе его лежит библейский текст. Лексика и образы стихотворения, действительно, напоминают псалом, например, используются такие слова: во сонме; не внемлют; покрыты мздою очеса; их молению внемли. Автор включает риторические восклицания, вопросы, обращения: «доколь вам будет щадить неправедных и злых?»; «Цари! Я мнил, вы боги властны…»; «Воскресни Боже! Боже правый!» Благодаря таким приемам создается ораторское звучание, убеждающее читателей в правоте поэта.

    С другой стороны, это стихотворение направлено на то, чтобы пробудить сознание читателя, вызвать стремление к исправлению пороков, оно является своеобразным предупреждением, наставлением «властителей».

    Каково же значение этой оды? Конечно, Державин не был революционером, он был монархистом, и своим стихотворением не собирался вызвать мятеж в обществе. Но отсутствие справедливости в стране его очень возмущало. В дальнейшем подобная тема зазвучит в творчестве Пушкина, Лермонтова и других поэтов.

    Державин в данной оде выступает как новатор: он соединяет старославянскую лексику с общеупотребительными словами, говорит о власти с точки зрения общечеловеческих, нравственных идеалов. Поэт не воспевает правителя, как это должно быть в оде классицизма, а разоблачает пороки царей и вельмож.

    История создания. Необыкновенно смелый, решительный и независимый характер Державина проявлялся во всем, в том числе в его поэтическом творчестве. Одно из его стихотворений чуть не стало причиной изгнания и опалы. Это была написанная в 1787 году ода «Властителям и судиям», которую автор назвал «гневной одой».

    Служба на высоких государственных должностях, в том числе работа губернатором, убедила Державина в том, что в Российской империи постоянно нарушаются законы. Его борьба с этим явлением как высокого государственного служащего не имела успеха: он не встретил поддержки ни в обществе, ни в правительстве. Нарушители закона благополучно избегали заслуженной кары. Но в то же время поэт свято верил в то, что сама Екатерина — добродетельная монархиня, окруженная злыми сановниками. Негодование и гнев требовали выхода. И тогда поэт задумал написать переложение 81-го псалма- так в древности назывались библейские песнопения, обращенные к Богу. Их автор — ветхозаветный царь Давид, сочинения которого составляют одну из самых поэтичных книг Ветхого Завета — Псалтирь.

    Тематика этого псалма оказалась созвучна духу времени. Не случайно именно этот 81-й псалом во время Французской революции в Париже был перефразирован якобинцами, и народ распевал его на улицах города, выражая возмущение королем Людовиком XVI, впоследствии казненным.

    Первый вариант своего переложения 81-го псалма Державин сделал еще за несколько лет до его публикации. Он отдал стихотворение в «Санкт-Петербургский Вестник». Но издатели, испугавшись» вырезали его из уже напечатанной книги журнала. В новом варианте, написанном спустя пять лет, поэт даже усилил обличительный пафос стихотворения. Он сумел добиться его публикации. Более того, он снял прежнее название — «Псалом 81» — и напечатал произведение под своим названием «Властителям и судиям».

    Основные темы и идеи. Содержание оды Державина, основанной на библейском тексте, связано с современной поэту жизнью Российского государства. Именно здесь он видит попрание справедливости, нарушение законов, угнетение слабых, торжество неправды и зла, аналогию которым он и находит в ветхозаветной истории:

    Доколе, рек, доколь вам будет
    Щадить неправедных и злых?

    Необходимость подчинения всех единому закону высшей правды и справедливости утверждается Державиным в этом стихотворении, как и во многих других;

    Ваш долг есть: охранять законы,
    На лица сильных не взирать,
    Без помощи, без обороны Сирот и вдов не оставлять.
    Ваш долг: спасать от бед невинных, Несчастливым подать покров;
    От сильных защищать бессильных,
    Исторгнуть бедных из оков.

    Но в реальной жизни он видит уклонение от этого высшего закона тех, кто стоит у власти, кто как раз и должен прежде всего следить за соблюдением законов:

    Не внемлют! Видят — и не знают!
    Покрыты мздою очеса:
    Злодействы землю потрясают,
    Неправда зыблет небеса.

    Вот почему так гневно звучит голос поэта-обличителя «неправедных и злых». Он утверждает неизбежность кары для тех «лукавых» властителей, которые не подчиняются высшему закону правды и справедливости — вот основная идея и главная мысль державинской оды:

    И вы подобно так падете.
    Как с древ увядший лист падет!
    И вы подобно так умрете,
    Как ваш последний раб умрет!

    Неудивительно, что ода «Властителям и судиям» была воспринята не только придворным окружением, но даже обычно благосклонной к Державину императрицей как революционная прокламация. Ведь речь в ней идет о том, что неправедная власть не может быть прочной, ее неминуемо ждет гнев Божий и падение. Об этом поэт стремится предупредить императрицу, в добродетельность которой он продолжал верить. Иначе на смену таким «властителям и судиям», как утверждает автор в заключительном четверостишии оды, неизбежно придут те, кто будет руководствоваться идеалами добра и справедливости:

    Воскресни, Боже! Боже правых!
    И их молению внемли:
    Приди, суди, карай лукавых
    И будь един царем земли!

    Художественное своеобразие. Поэт-новатор, Державин смело идет на разрушение привычных уже для его времени норм классицизма и создает свою особую поэтическую систему, В конце жизни Державин, подводя итоги творчества, пишет «Объяснения на сочинения Державина», содержащие своеобразный автокомментарий к произведениям, и заканчивает работу «Рассуждениями о лирической поэзии, или об оде», где излагает свою теорию литературы и историю мировой лирики, объясняет свой творческий метод и стиль. Именно здесь он.подробно говорит о тех жанровых разновидностях оды, которые появляются в его творчестве начиная с «Фелицы». Если это свое произведение поэт относит к смешанной оде, стихотворение «Властителям и судиям» автор называет гневной одой. Если следовать традиции, то его нужно было бы отнести к хорошо разработанному к тому времени в русской литературе жанру духовной оды — ведь в основе его лежит библейский текст. Более того, в державинской оде лексика и многие образы действительно напоминают нам библейскую поэзию: во сонме их; покрыты мздою очеса; их молению внемли и др, Торжественный стиль оды создается не только за счет обилия славянизмов, но и с помощью особых синтаксических средств: риторических восклицаний, вопросов, обращений: «доколь вам будет щадить неправедных и злых?»; «Цари! Я мнил, вы боги властны…»; «Воскресни Боже! Боже правый!». Кроме того, поэт использует прием анафоры и синтаксические повторы: «Ваш долг есть: сохранять законы…», «Ваш долг: спасать от бед невинных…»; «Не внемлют! Видят — и не знают!»

    Все это придает стихотворению ораторское звучание, которое помогает автору максимально привлечь внимание читателей и слушателей. Ведь, безусловно, перед нами не столько духовная, сколько, пользуясь определением автора, именно «гневная» ода, то есть такая, которая призвана выразить горечь автора, видящего порочность современной ему жизни, и отразить обличительный пафос стихотворения, которое должно пробудить в читателях не только гнев, но и стремление к очищению и исправлению пороков.

    Значение произведения. Мы знаем, что сам Державин не вкладывал в свое произведение революционный смысл, он был по своим политическим убеждениям монархистом, ко столь ярко и эмоционально выраженный протест против «неправедных и злых» многими стал восприниматься как политическая прокламация. Автор «Фелицы», восхваляющей «добродетели» императрицы и искренне верящей в ее мудрость и справедливость, в оде «Властителям и судиям» предстал в совершенно ноеом обличье: он стал гневным обличителем пороков правителей, поправших закон и нравственность, и тем самым открыл в русской литературе одну из ее важнейших тенденций. В дальнейшем она получила блестящее развитие в творчестве Пушкина, Лермонтова и многих других замечательных русских писателей последующих десятилетий. Но и для современного нам с вами читателя это произведение тоже может оказаться близким и понятным: ведь пороки неправедной власти, ее стремление действовать в своих, а не общенародных, государственных интересах, попирая законы и справедливость, к сожалению, остаются актуальными и в наши дни.

    Пересказ истории Деборы — Чтобы выиграть

    Есть несколько библейских персонажей, которые меня вдохновляют больше, чем Дебора.

    Жена, лидер, пророчица — даже певица / автор песен! Ее история, изложенная всего в двух главах книги «Судьи», питает безграничное воображение. Но история, которую мы, жители Запада, рассказываем о Деборе, оказывает ей — и нам — медвежью услугу.

    Видите ли, есть общий вывод истории Деборы, который я, к сожалению, слышал много раз.

    Обычно это выглядит примерно так:

    «В этот раз в Израиле не было подходящих мужчин для руководства, поэтому Бог поставил Девору вождем.Мужчины того времени были слабаками, но она была потрясающей — девичьей силой! Это просто показывает, что Бог может использовать любого для достижения своих целей ».

    Есть вариации на эту тему, но, по моему опыту, она почти всегда включает идею о том, что Дебора была запасным вариантом. У Бога были серьезные ограничения в отношении «подходящего лидера-мужчины». Он проявляет творческий подход и использует женщин, и в конечном итоге это было постыдно для слабого Барака.

    У Моисея была проблема с речью, Давид был младшим в семье, Гедеон имел склонность прятаться… идея о том, что Бог выбирает маловероятных лидеров — это библейская тема. Но повествование из Судей 4 и 5 — это не рассказ, в первую очередь о творчестве Бога в том, кого он выбирает в качестве лидера, и не для того, чтобы его незаконно присвоили как навязчивую «женскую силу».

    Что, если мы прочитаем историю Деборы через призму культуры чести / стыда, в которой она жила? Что, если бы мы просто рассказали историю и искали ее место в мета-повествовании Большой Истории Бога?

    Считается, что Дебора руководила Израилем в самом начале 1-го железного века (1200–1000 гг. До н.э.).В то время народ Божий вошел в землю Ханаан и жил разбросанными племенами. (Только во времена Саула и Давида около 1000 г. до н.э. царства Израиля и Иуды были объединены). Надпись фараона Мернептаха около 1209 г. до н.э. (хранящаяся в Египетском музее в Каире) гласит: «Исреал опустошен, и его семя больше нет». Таково было суждение человека.

    Стела Мернептах, известная как стела Израиля из Египетского музея в Каире. Лицензия CC BY-SA 3.0 через Wikimedia Commons.

    Колена Израилевы действительно были рассеяны, но не истреблены. Израиль был угнетенным народом, подчинявшимся Иавину, царю Ханаана, и, соответственно, подчиненному также командующему его армией по имени Сисара. Иабин угнетал израильтян в течение 20 лет и, имея в своем распоряжении 900 железных колесниц, казался грозным врагом. В начале железного века железные колесницы Ханаана были новейшими военными технологиями и выглядели устрашающе.

    Но внешность обманчива.Чего израильтяне могли не осознавать, так это того, что культура Ханаана на самом деле находилась в упадке. После 20 лет жестокого угнетения израильтяне взывали к Господу о помощи.

    Девора была пророчицей, вышедшей замуж за человека по имени Лаппидоф. Она вела Исреал, занимая двор под ладонью Деборы на холмах Ефремовых, и израильтяне пришли к ней, чтобы она могла разрешить их споры.

    Давайте сделаем здесь паузу, чтобы развенчать повествование о «отсутствии лидера-мужчины».

    Сколько людей было под руководством Деворы?

    Один исследователь пишет:

    «Заселение было наиболее интенсивным в регионах Ефрема и Манассии, а также в восточной части Вениамина. […] Оседлое население на территории к западу от реки Иордан оценивалось примерно в 20 000 человек в 12 веке до нашей эры, и вдвое больше, чем в 11 век.Эти цифры, конечно, резко контрастируют с библейской традицией в Исх. 12:37, где записано «около шестисот тысяч пеших мужчин, не считая детей», что означало бы, что общее количество людей, бежавших из Египта, было где-то около двух с половиной миллионов »(Реконструкция общества Древнего Израиля, Паула МакНатт, стр. 48).

    Макнатт, однако, отмечает в другом месте, что «кочевники-скотоводы не оставляют после себя остатков материала, которые можно легко интерпретировать» (стр. 54).

    Какое бы конкретное число вы ни выбрали, ясно, что Дебора возглавляла тысячи людей. Имеет ли смысл говорить, что Бог не мог найти подходящего человека из тысячи на выбор?

    Тот же Бог, который помазывает молодых пастушков, чтобы они становились правителями? Бог, который использует гигантскую рыбу, чтобы схватить своего избранника для этой работы, в то время как Иона бежит от Божьих целей в противоположном направлении?

    Бог использует кого хочет.Он «делает все, что ему угодно» (Псалом 115: 3). И ему было угодно воскресить Девору, замужнюю пророчицу, чтобы принести мир и свободу израильтянам.

    Так что же произошло потом? Дебора послала за Вараком, и он ответил на призыв. Это само по себе свидетельствует о той чести и уважении, которые оказывались Деборе.

    Хотя некоторые переводы различаются (NIV), большинство других переводят комментарий Деборы к Вараку как вопрос:

    «Разве Господь, Бог Израилев, не повелел вам: пойдите, соберите своих людей на горе Фавор, взяв 10 000 человек из народа Неффалима и народа Завулона.И я вытащу Сисару, полководца армии Джабина, чтобы встретить вас у реки Кишон с его колесницами и его войсками, и я отдам его в ваши руки »? (Судей 4: 6б-7).

    Бог сказал. Пришло время сразиться с угнетателем! Обратите внимание на пророческое руководство Деворы: она зовет Варака и говорит: «Разве Господь не повелел тебе?» Она не только призывает его вступить в волю Бога, но и напоминает ему, что Бог также пообещал победу.

    Ответ Барака — это, наверное, то, сколько из нас ответят. «Если ты пойдешь со мной, я пойду; но если ты не пойдешь со мной, я не пойду » (v8). Слово Господа было разъяснено, но он все еще нуждался в дополнительной поддержке человеческого лидера. Вы можете перефразировать это: «Если ты не пойдешь со мной, Дебора, я не подчинюсь повелениям Бога». Это одновременно шокирует и слишком знакомо.

    Когда Варак делает встречное предложение, Дебора предупреждает его о последствиях. «Конечно, я пойду с тобой», — сказала Дебора. «Но из-за того курса, который ты выбрал, честь не будет твоей, потому что Господь предаст Сисару в руки женщины.» (v9).

    Давай посидим здесь минутку.

    Чтобы понять контекст истории Барака, нам нужно понять концепцию чести.

    В своей книге «Трехмерное Евангелие» Джейсон Джорджес пишет: «Честь — это социальная ценность человека, его ценность в глазах общества […] Честь и стыд действуют как социальный кредитный рейтинг, измеряющий репутацию человека. Поскольку честь и стыд по своей сути связаны с отношениями, такие культуры являются коллективистскими. Ожидается, что представители культур позора и чести будут поддерживать социальный статус группы, часто за счет личных желаний.”

    Честь была валютой, которая имела наибольшее значение в мире Барака. Обещание Бога, что он отдаст врага в руки Барака, также принесет Бараку честь как военному герою.

    Ответ Деборы Вараку — пророческое предупреждение: «Варак, если ты пойдешь по этому пути, когда тебе понадобится поддержка людей, чтобы следовать за Богом, Он не прославит тебя победой. Он даст окончательную победу над Сисарой женщине (Иаиль), что будет для вас позором ». (Мой пересказ, очевидно)

    С этим предупреждением Дебора присоединяется к Бараку, когда он вербует бойцов.Чтобы собрать отдельные племена вместе для общего дела против зловещего врага, потребовалась бы определенная политическая игра. Позже мы увидим, что, хотя некоторые приняли вызов, другие сдержались.

    Конечно, израильтяне победили. Мне нравится, как написано: «При наступлении Варака Господь разбил Сисару, все его колесницы и армию мечом» (стих 15). В конце концов, битва принадлежит Господу!

    В разгар схватки Сисара убегает пешком и натыкается на палатку, в которой хочет спрятаться.Иаиль приветствует его снаружи и приветствует его, давая ему выпить и ткань, под которой он может спрятаться. Пока Сисара спит, Иаэль подкрадывается к нему и убивает его, вонзив в его голову колышек для палатки с помощью молотка. (А теперь мы понимаем, почему эту историю не так много рассказывают в воскресной школе!) Барак идет в погоню за палаткой, и Иаиль проводит его. Там лежит Сисара — мертвый.

    В чем суть рассказа Деборы?

    Дело не в том, что «мужчины были слабаками, поэтому Дебора стала лидером.Девора уже была лидером, воспитанным Богом и обладающим пророческим пониманием своего времени. В какой-то момент своего правления она объединила силы с кем-то, кто боялся, и вместе они одержали победу.

    Хотя как женщина-лидер я считаю пример Деборы невероятно вдохновляющим, ее история не о «женской силе». Пример Деворы — это один из тех, кто ведет людей к Божьим целям.

    Вывод прост:

    Кто послушается Бога и завоюет честь? Кто будет участвовать в победе и славе Бога?

    Песня Деворы в следующей главе перекликается с этой темой.Он подчеркивает, кто участвовал, а кто нет.

    «Во дни Шамгара, сына Анафа,
    во дни Иаила дороги были заброшены;
    путешественников пошли по извилистым тропам.
    Сельские жители в Израиле не будут воевать;
    они сдерживались, пока я, Дебора, не восстал,
    пока не восстал я, мать в Израиле. […]

    Мое сердце с князьями Израиля,
    с добровольными добровольцами из народа.
    Слава Господу! […]

    Остаток знати спустился;
    народ Господень сошёл на меня против сильных.
    Некоторые происходили из Ефрема, чьи корни были в Амалеке;
    Вениамин был с людьми, которые следовали за вами.
    Из Макира спустились вожди,
    Из Завулона те, которые несут командирский жезл.
    Князья Иссахара были с Деворой;
    да, Иссахар был с Бараком,
    отправлен под его командованием в долину.
    В округах Рувима
    было много исканий сердца.
    Почему вы остались среди загонов для овец
    , чтобы слышать свист стада?
    В округах Рувима
    было много исканий сердца.
    Галаад остался за Иорданом.
    А Дан, почему он задержался у кораблей?
    Ашер оставался на берегу
    и останавливался в своих бухтах.
    Народ Завулона рисковал своей жизнью;
    Так поступал Неффалим на террасных полях ».

    — Судей 5: 6-9, 13-18

    Будете ли вы сдерживаться, когда Бог сказал? Вы смотрите на 900 колесниц: «Ну… я пойду, если пойдешь», или вы ждете всех обещаний Бога?

    Человеческий приговор был таков: «Израиль опустошен, и семени его больше нет». Но Бог сохранил семя обещанного Мессии.

    Подобно тому, как Иаиль нанесла сокрушительный удар по голове военачальника, Иисус является «истинной и лучшей» Иаиль, которая наносит окончательный удар по голове сатаны (Бытие 3:15).

    Девора подает нам яркий пример лидерства, поскольку она призывает Варака и Израиль в Божьи цели — по-видимому, озабоченные не своей славой, а их. Ее пророческое видение было верным, даже когда битва выглядела рискованной.

    Сельские жители в Израиле не будут воевать;
    они сдерживались, пока я, Дебора, не восстал,
    пока не восстал я, мать в Израиле.

    Это не мягкое и приятное материнство! Это провозглашение Божьих обетований и призыв людей следовать им.

    Тем, кто присоединяется к Истинному Богу, уготованы честь и победа. Но мы не из тех, кто отступает и погибает, но из тех, кто уверовал и был спасен (Евреям 10:39).

    В устной культуре того времени история Деборы, Барака и Иаиль превратилась в легенду, рассказывалась у костров и хранилась в коллективной памяти Израиля как часть истории становления Израиля как нации.

    Интересно, слышу ли я отголоски истории Деворы, а также истории победы в Египте в более поздних словах царя Давида в Псалме 68?

    1 Да восстанет Бог, да рассеются его враги;
    пусть его враги убежат от него.[…]

    11 Господь провозглашает слово,
    и женщины, которые провозглашают его, составляют могучую толпу:
    12 «Короли и войска бегут в спешке;
    бабы дома делят добычу.
    13 Даже когда вы спите среди овечьих загонов […]

    17 Колесниц Бога десятки тысяч
    и тысячи тысяч;

    История Деборы заканчивается такими словами:

    «Так много всех врагов твоих погибнут, Господи!
    Но пусть все, кто любит тебя, будут подобны солнцу, когда оно восходит в своей силе.”

    Тогда на земле был мир сорок лет.

    Грейс Генри

    Грейс — редактор ToWinSome . В 2010 году она переехала на Ближний Восток в поисках Бога вместе с мужем и двумя детьми, и накапливает длинный список историй, чтобы однажды рассказать своим внукам, где Бог — герой. Twitter: @bygracehenry
    Последние сообщения Грейс Генри (посмотреть все)

    Поэтическое воззвание к сердцу и разуму в Книге Судей

    Ни в одной книге Священных Писаний на иврите отсутствует то, что большинство из нас назвала бы «поэзией» — возвышенная форма речи, которая имеет тенденцию быть более короткой, насыщенной образами и сильно повторяющейся.Поэтический язык, такой как Песнь Деворы в Книге Судей, лежит в основе выражения на иврите, как и для древнего Ближнего Востока в более широком смысле. Это может показаться чуждым современным читателям, особенно тем, кто на Западе, для которых поэтический дискурс — очень небольшая часть их обычного языка. Многим из нас не хватает базовой грамотности, чтобы хорошо разбираться в стихах.

    Вам понравилась эта статья? Читать дальше Библейский разум .

    Дополнительным затруднением к осмысленному взаимодействию с поэзией Еврейской Библии является популярная характеристика поэзии как особенно «эмоциональной» формы выражения.С одной стороны, популярное развлечение характеризует поэзию как язык романтики; с другой — источники по библейской литературе сами внесли свой вклад в это впечатление. Возьмем, к примеру, эти наблюдения из двух популярных учебников по толкованию Библии:

    «Поэт хочет, чтобы мы прочувствовали его тему — почувствовали холод той конкретной ночи. Так что его слова апеллируют не столько к нашему разуму, сколько к нашему воображению ».

    «Поэзия — более аффективный (эмоциональный) тип дискурса, чем обычный объяснительный дискурс.”

    Для ясности: приведенные выше утверждения не являются ложными ; однако, когда мы суммируем такие утверждения, отчасти подпитываемые нашими собственными культурными предпосылками, мы рискуем свести поэзию на иврите к средству эмоционального выражения и упустить богатую интеллектуальную традицию, которую она представляет.

    Поэзия как призыв к разуму

    В дальнейшем я надеюсь продемонстрировать, что поэзия — это обращение к причине в такой же степени, как и обращение к эмоциям.По сути, поэзия — это призыв к слушателю или читателю воспринимать мир и действовать в нем определенным образом. Прежде чем приступить к изучению примера из Песни Деворы и Варака (Судей 5: 1–31), необходимо сделать два пояснения.

    Первое: Поэзия не монолитна. По общему признанию, говорить о «библейской поэзии» неточно. Поэзия Библии на иврите разнообразна не только по форме, но и по длине, тематике, способам повторения и общему замыслу. Различные виды поэзии в разных контекстах действуют по-разному.В качестве примера можно привести стихотворение, встроенное в контекст повествования.

    Вторая: Утверждение, что поэзия апеллирует к разуму, не исключает апелляции к эмоциям. Стоит отметить, что различные способы дискурса — как древние, так и современные — сочетают эмоциональные и рациональные просьбы в попытке убедить . Примером может служить современное судебное дело: заключительное заявление юриста обращается как к сердцу, так и к голове. Интерпретаторы ошибаются, когда пытаются утверждать, что поэзия просто эмоциональна.

    Песня пророка в Книге Судей

    Судей 5 — идеальное стихотворение, чтобы бросить вызов нашим предубеждениям о поэзии и ее влиянии. Песнь Деворы (и Варака, который также поет; Суд. 5: 1) является идеальной отправной точкой для изучения феномена еврейской поэзии, потому что в ней рассказывается о битве, для которой есть повествование , также включено . Два рассказа находятся бок о бок в решающий момент в книге Судей — один в прозе (4: 1–23), а второй в стихотворной строке (5: 2–30).Об этих двух произведениях и их композиционной истории, взаимосвязи и исторической достоверности написано множество исследований.

    Нас интересует, как стихотворение функционирует в своем контексте. Один особенно блестящий интерпретатор Судей услужливо сформулировал общее мнение об уникальном вкладе Судей 5: «В конце концов, это песня, импрессионистический литературный портрет, а не историческое повествование. Управляемая эмоциями, она пронизана образным языком.”

    Хотя песня, безусловно, волнующая, вызывающая воспоминания и риторически сильная, как мы увидим, она также является оценочной, богословской, исторической и убедительной. В этом контексте основная функция песни Деборы и Варака состоит в том, чтобы теологически переосмыслить битву Кишон — как образец сражений того периода — чтобы наставить и бросить вызов осажденным людям, чтобы они продолжали ожидать, что их верный Бог спасет их. в моменты бедствия.

    Поэма разворачивается в трех частях.Первый (5: 2–8) описывает состояние Израиля перед началом битвы при Кишоне:

    2 «Когда князья в Израиле берут на себя инициативу,
    когда люди охотно приносят себя в жертву —
    хвала Господу!

    3 «Слушайте это, короли! Слушайте, правители!
    Я буду петь Господу;
    Я буду славить Господа Бога Израилева песней.

    4 «Когда Ты, Господь, вышел из Сеира,
    когда ты шел из земли Едомской,
    земля содрогнулась, небо разлилось,
    облака лили воду.

    5 Горы содрогнулись пред Господом Синайским,
    пред Господом Богом Израилевым.

    6 «В дни Шамгара, сына Анафа,
    , во дни Иаили, дороги были заброшены; По извилистым тропам отправились
    путешественника.

    7 Сельские жители в Израиле не будут воевать;
    они сдерживались, пока я, Дебора, не восстал,
    пока не восстал, мать в Израиле.

    8 Бог избрал новых вождей
    когда война подошла к городским воротам,
    но не было видно ни щита, ни копья
    среди сорока тысяч в Израиле.”

    Здесь поэт обращается к исторической памяти Израиля о Синае и заветных отношениях, которые они установили с могущественным божеством там (4–5). Но что еще важнее, ситуация в начале битвы была ситуацией полного обветшания (6–7а): шоссе были заброшены, поездки были редкими, а торговля была остановлена. Никто не функционировал нормально, пока Бог не послал пророка собрать военачальника и армию на битву (7б). Даже тогда ситуация была ужасной — Израиль был сильно вооружен армиями Ханаана, вооруженными железными колесницами (5: 8; 4: 3).Представленные здесь образы не являются метафорическими, а конкретными и поясняют простое абстрактное утверждение, содержащееся в повествовании: «[Сисара] жестоко угнетал народ Израиля двадцать лет» (4: 3).

    Вторая (и самая обширная) часть стихотворения (5: 9–23) описывает саму битву. В первом из этих разделов рассказывается и оцениваются действия всех участников кишонского конфликта. Стихи 9–13 предлагают праздничный отчет о том, что произошло, подчеркивая, что участники пришли добровольно и поступили праведно:

    9 Мое сердце с князьями Израиля,
    с добровольными добровольцами из народа.
    Слава Господу!

    10 «Едущие на белых ослах,
    сидящие на своих седельных попонах,
    и идущие по дороге,
    считай

    11 голосом певцов [b] на водопоях.
    Они рассказывают о победах Господа,
    о победах его жителей в Израиле.

    «Тогда народ Господень
    пошел к городским воротам.

    12 «Проснись, проснись, Дебора!
    Проснись, проснись, запей песню!
    Вставай, Барак!
    Возьмите в плен ваших пленных, сын Авиноамов.’

    13« Остаток знати спустился;
    народ Господень сошёл на меня против сильных ».

    Однако следующие стихи противопоставляют две группы израильтян: тех, кто ответил на призыв к битве (14–15, 18), и тех, кто не ответил (16–17). Наконец, в стихах 19–23 поэт описывает битву теологически, используя образы («звезды на их курсах» 20), чтобы доказать, что самым торжествующим из воинов был ЯХВЕ, который использовал силы природы для достижения победы.Как и в повествовании, песня убеждает своих слушателей, что «ЯХВЕ разбил Сисару и все его колесницы и все его войско перед Вараком острием меча» (4:15).

    В заключительной части стихотворения (5: 24–30) есть две виньетки: одна об Иаиль и ее шатре (5: 24–27), а вторая — о матери Сисары в ее укрепленном доме (5: 28–30):

    28 «В окно заглянула мать Сисеры;
    за решеткой она воскликнула:
    «Почему его колесница так долго идет?
    Почему грохот его колесниц задерживается? »

    29 Мудрейшая из ее дам отвечает ей;
    действительно, она все время повторяет себе:

    30 ‘Разве они не находят и не делят добычу:
    женщина или две для каждого мужчины,
    разноцветных одежды в качестве награды для Сисары,
    разноцветных вышитых одежды,
    вышитых одежды для моей шея —
    все это как грабеж? »

    Две сцены резко контрастируют: в первой сильный генерал убит уязвимой женщиной; во втором — домашние мечты Сисары о том, как он победит (даже в сексуальном плане) уязвимых женщин и вернет их в качестве добычи.Контраст риторически эффективен: физически и сексуально уязвимые побеждают завоевателя, чьи укрепления, мечты и боевые машины не могут сравниться с Богом Израиля, который дает силу самым слабым для своих целей.

    Принимая во внимание такой контраст и чудесную победу, предложенную ЯХВЕ, композитор (пророк!) Завершает песню вызовом: те, кто не в состоянии присоединиться к Богу Израиля, погибают, но те, кто верен и предан Ему, пойдут дальше. как восход солнца во всей его мощи (5:31).

    Риторическая сила Песни Деворы и Варака неоспорима. Его образы временами пронзительны, а иногда поднимают настроение. Поэт празднует, оплакивает и критикует, используя все имеющиеся в ее распоряжении инструменты, чтобы привлечь аудиторию к своей оценке битвы, включая, помимо прочего, эмоциональные призывы (например, 5:21: «Идите, душа моя, с мог бы!»). Однако песня — это далеко не простой эмоциональный пересказ волнующей истории. Вместо этого, как пророческий голос с авторитетом божественного посланника, Дебора (вместе с Вараком) переосмысливает только что произошедшие события, обращаясь к богословской близорукости евреев.Варак, как и Гедеон после него, был под ложным представлением, что именно под его руководством и на поле битвы, благодаря талантам его армии и оружию, которым они владели, Израиль одержит победу. Дебора исправила эту точку зрения дважды: в перспективе, в своем пояснении, что ЯХВЕ принесет победу в совершенно другом месте и другой рукой (4: 9), а затем ретроспективно, в форме песни.

    Таким образом, Песня Деворы присоединяется к нескольким другим стихотворениям, встроенным в повествовательные контексты (Исход 15, Второзаконие 32, 1 Царств 2), которые обеспечивают важное руководство для толкования окружающего контекста.Книга Судей 5 разъясняет, что подразумевается в Книге Судей 1–3: Бог Израиля мог победить сильнейшего из врагов самым слабым из инструментов. С его оценочным уклоном песня подчеркивает динамику представления Судей, а именно то, что войны домонархического периода служили проверкой верности и исключительной преданности народа ЯХВЕ (3: 4). Только когда люди убедятся в спасительной силе своего божества и верности завету, они смогут преодолеть свой страх перед окружающими и полностью довериться его заботе.

    Судей 5 как богословское рассуждение

    Уникальное качество еврейской поэзии — ее образы, повторение, краткость и словесная свобода — лучше всего проясняет положение дел после битвы при Кишон. Одновременно праздничное и убедительное, это стихотворение ясно говорит о том, что повествование может только интимно, и убедительно аргументирует то, что проза может только констатировать. Книга Судей 5, безусловно, вызывает воспоминания, но ее цель — сдвиг в богословских рассуждениях .

    Как известно любому, кто знаком с Книгой Судей, разъяснение восприятия, которое пророк предлагает в 5-й главе книги Судей, остается без внимания.Несколько стихов позже, когда песня Деворы все еще звучит из долины Изреель — песня, которая заверяла народ Бога, что он все еще спасает их со всей мощью и чудом Исхода! — Гедеон говорит:

    «Где все его чудесные дела, которые рассказывали нам отцы наши, говоря:« Разве Господь не вывел нас из Египта? »Но ныне Господь оставил нас и предал нас в руки Мадианитян» (6:13) .

    Таким образом, то, что было вызывающим и праздничным, становится осуждающим в продолжающемся повествовании.Песня теперь является средством, с помощью которого подчеркивается богословская слепота Гедеона. В отличие от простой победной песни, эмоционального излияния или художественного монолога, Книга Судей 5 является важной частью повествовательного контекста, проводя черту на песке и подчеркивая резкое падение верности народа Божьего. Во многих смыслах Книга Судей 5 является теологическим, повествовательным и герменевтическим ядром Судей.

    Конечные ноты

    1. Уильям В. Кляйн и др., Введение в библейское толкование (Нэшвилл: Томас Нельсон, 2004), 275.

    2. Леланд Рикен, Слаще меда, богаче золота: направленное исследование библейской поэзии. Чтение Библии как литературы (Беллингем, Вашингтон: Lexham Press, 2015), 27.

    3. Дэниел И. Блок, Judges, Рут. Vol. 6. Новый американский комментарий (Nashville: Broadman & Holman Publishers, 1999), 217.

    Подпишитесь сейчас , чтобы получать периодические обновления от CHT.

    Роман о Древнем Израиле Херба Сеннета

    В нужном месте в нужное время?

    Это расширенная история Варака, пророчицы и судьи Деворы, которые оба появляются в Ветхом Завете.Используя библейские факты, автор, доктор Херб Сеннетт, дополнил рассказ вымышленными рассказами о том, что могло быть. Делая это, доктор Сеннетт остался верен рассказу, данному в Книге Судей.

    В этой истории рассказывается о нападениях хананеев, которые в то время имели самую большую армию, от которой пострадал народ Израиля.

    В нужном месте в нужное время?

    Это расширенная история Варака, пророчицы и судьи Деворы, которые оба появляются в Ветхом Завете.Используя библейские факты, автор, доктор Херб Сеннетт, дополнил рассказ вымышленными рассказами о том, что могло быть. Делая это, доктор Сеннетт остался верен рассказу, данному в Книге Судей.

    Эта история посвящена нападениям хананеев, которые в то время имели самую большую армию в известном мире, от нападений израильтян. Одна израильская деревня за другой была сровнена с землей. В результате этих нападений погибли все, кроме детей.Их оставляли в живых, чтобы вернуть в качестве живых жертв для сожжения идолу, которому поклонялись хананеи.

    Израильтяне были в меньшинстве, и их защитниками были не профессиональные солдаты, а неподготовленные фермеры и пастухи. Один человек, Варак, избран Богом, чтобы возглавить эту несоответствующую группу против всей ханаанской армии. Барак делает это не по своей воле. Дебора, в то время судья в Израиле, должна убедить Варака, что это воля Бога.

    До того, как цари правили землей, Бог избирал судей для управления людьми.Они были духовными лидерами, которые разрешали споры, проблемы и в этом случае вели людей в битву. За это время Дебора стала судьей в Израиле, титул, которым на протяжении всей истории владели только семь человек. Тот факт, что женщина стала лидером в то время, когда за все отвечали мужчины, делает Дебору очень интересным персонажем сама по себе — тем более из-за военных событий, в которых она участвовала.

    В конечном итоге кажется невозможным, что разношерстная группа быстро обученных людей сможет что-то изменить против армии, которая представляет собой хорошо обученную военную машину.Ситуация сводится к тому, будут ли люди доверять Богу, чтобы привести их к победе, несмотря на все шансы, которые складываются против них. Идут ли мужчины на войну и потерпят сокрушительное поражение, или Бог совершит чудо, которое позволит им победить? Позволят ли израильтяне позволить женщине руководить ими во время войны?

    Доктор Сеннет действительно оживляет историю и делает чтение фактов в библейском повествовании намного более богатым. Этот рассказ напомнил мне о великих эпических поисках добра и зла, найденных в книгах Толкина «Властелин колец» .Я настоятельно рекомендую эту 5-звездочную книгу всем, кто любит приключенческие рассказы, библейские рассказы или великие истории.

    Я хотел бы поблагодарить автора за предоставленную мне бесплатную копию этой книги для рецензирования. Все высказанные мнения являются моими собственными, и от меня не требовали и не влияли на то, чтобы давать что-либо, кроме честной оценки.

    Мой блог: http: //bookreadingtic.com/2014/09/08 / …

    Веб-сайт автора: http://www.herbsennett.com/

    Твиттер автора: https: // twitter.com / hsennett

    Facebook автора: https: //www.facebook.com/pages/The-Re …

    какова была роль судей в Израиле

    Период судей — это темная эпоха в истории Израиля. По мере развития истории судей, Книга Судей звучит настойчиво и важно для четырехкратного повторения: «В Израиле не было царя (но каждый делал то, что ему казалось правильным)» (17: 6; 18: 1; 19: 1; 21:25; ср. Опыт виртуального Израиля Хронология Публикации Новости Ссылки Глоссарий Книжный магазин.Вместо этого по мере возникновения угроз — например, военного нападения — мужчины и женщины становятся лидерами на время каждого кризиса. Судьи продолжали свое существование до тех пор, пока Саул не стал царем, что положило конец череде судей. Он спас свой народ от гнета Хушан-ришатаимов. Книга Судей описывает жизнь Израиля в обетованной земле от смерти Иисуса Навина до возникновения монархии. Иеффай был девятым судьей Израиля. В его адрес нет большой критики. Самсон известен как самый сильный человек, ходивший на земле.На самом деле их роль заключалась в том, чтобы быть человеческим проявлением устрашающей и бесконечной любви и прощения Бога, который желает избавить, когда Его народ взывает к Нему. Тогда аммонитяне угрожали Израилю. Роль судей в Израиле Эссе 474 слова | 2 страницы. Название на иврите — Сопетим [Шопетим], что обычно переводится как «судьи», но еврейское слово сопет не только несет идею отправления и поддержания правосудия, но также имеет значение «освободитель» или «избавитель». В Послании к Евреям 11: 32-34 некоторые из них упоминаются как «герои веры», совершавшие удивительные дела верой.16 октября 2016 г. — Изучите доску Рэйчел Брайант «Судьи Израиля», за которой следят 105 человек на Pinterest. Поскольку в то время не было Короля, судьи были в основном правителями. 1400 — 1350 гг. До н.э.). Роль, казалось, трансформировалась в то, что мы видим в Книге «Судьи», поскольку ни один из них не был назначен кем-либо, например избранными в Судей. Гофониил был первым и одним из лучших судей. Книга Судей — вторая из исторических книг Ветхого Завета. Другая пророчица, о которой говорится в Книге Судей, главы 4 и 5, — это Девора: «Девора, пророчица, жена Лапидофа, судила Израиль в то время.О нем не было много записей (Судей 10: 1-2). Ответ: Судьи правили Израилем в течение периода времени, который, по мнению большинства ученых, составлял от 325 до 350 лет (начиная с приложения. Роль судей в Израиле Каким милосердным и сострадательным является Господь! Анонимно. 1 десятилетие назад. Цикл судей (2: 10-23) «Судья» (Евр: шопет) был в первую очередь военным вождем определенного племени, хотя они могли выполнять роль как военного, так и юридического администратора Ветхий Завет — Краткий обзор Судьи.Поскольку в то время не было Короля, правителями были судьи. Судьи считались пророками, и они передавали послания Бога израильтянам. Роль судей в Израиле довольно проста. (В эпоху «между заветами» израильские священники также выполняли более политическую роль, тогда как раньше они вели в более религиозном смысле… роль судей в Библии. Они сильно отличались от обычных отправителей правосудия среди Евреям, уважая кого, см. СПРАВЕДЛИВОСТЬ.Карфагеняне, колония тирианцев, также имели правителей, которых они называли Суффетами или Софетимами, с властью, почти равной власти царей. И подошли к ней сыны Израилевы на суд »(Судей 4: 4-5). «Судейство было предназначено для того, чтобы привести [Израиль] к монархии» (Мотьер, там же). 1 ответ. Судьи, освободившие Израиль. (Откр. 5: 10 NLT) ЭТО была, есть и будет «ролью Судей», как изложено в Библии. 12 СУДЕЙ ИЗРАИЛЯ Христианское служение «Оазис» предоставило вам это исследование «Судьи Израиля», посвященное историям о судьях Израиля.Именно в книге Судей мы видим, что Израилю нужен Мессия, благочестивый царь. Библейская история указывает на Самсона как на 15-го судью Израиля и что он правил в качестве судьи целых 20 лет. Это приводит к повторяющемуся циклу греха, угнетения, покаяния, избавления и мира, который только в конечном итоге приводит к греху. Книга Судей 2:18 — И когда Господь воздвиг их судей, тогда Господь был с судьей и избавлял их от руки врагов их во все дни судьи, ибо он раскаялся в Господе из-за стенаний их… Израиль начинает перенимать порочные методы хананеев, которых им не удалось изгнать из этой земли.Хотя это не звучит особенно захватывающе, … Девора была одной из правительниц израильтян до периода монархии, который начался с Саула (около 1047 г. до н.э.). Немногочисленные подробности о жизни Деборы. Они были назначены Богом. Антисемитизм Биография История Холокост Израиль Израиль Образование Мифы и факты Политика Религия Путешествия США и Израиль Важная статистика Женщины. Итак, какова именно роль судьи в случаях, когда дело касается суда присяжных? Работа Судей состояла из испытаний и веры.Книга Судей — это прежде всего негатив… Да и о нем мало что известно. Судьи Израиля. Таким образом, пересказ жизни Израиля в период судей окрашен переживаниями настоящего. Йифтах бен Гилад: 6 лет: Судей 11-12: 6. Какой была жизнь колен Израиля во времена библейских судей, период, который археологи называют Железным веком I (1200–1000 гг. До н. Э.)? 7. Самсон… »В ПОСЛЕДНИЕ ДНИ Храм Господа в Иерусалиме станет самым важным местом на земле.Древняя еврейская история: Судьи Древнего Израиля. Почему Самуил? Автор Судей определенно жил в первые дни монархии. В идеале это могло бы происходить только по повелению Бога, но эти короли действовали в некотором роде по своей собственной мудрости, обычно ввергая всю страну в горячую воду. Темы и богословие. Он находится на библейской временной шкале между 1154 и 1124 годами до нашей эры. Они принесли избавление, хотя были всего лишь человеческими инструментами. Судьи считались пророками и якобы передавали послания Бога израильтянам.Деннис Братчер. Джоли становится популярной темой после того, как папа выступил в поддержку Трампа. В своей древней истории народ Израиля искал политического руководства у наделенных божественной властью людей, судей, пророков и царей. Считалось, что цари Израиля и Иудеи служили посланниками Яхве для управления страной. И она сидела под пальмой Деворы между Рамой и Вефилем в горах Ефремовых. Первая задача судьи — обеспечить соблюдение всеми сторонами и свидетелями надлежащей процедуры в зале суда.Происхождение судей — это список судей, продолжавшийся до царствования Саула. Политическое руководство наделенным божественной властью личностями, Судьями, пророками и царями начало! В Израиле забывают о Господе, потому что они передали послания Бога израильтянам до израильтян !, когда возникают угрозы — например, военное нападение — мужчины и женщины возводятся в лидеры первых поселенцев. Их послушание означало, что Богу нужен Мессия, благочестивый Царь, посланный для создания некой типовой структуры … Сильнейший человек, ходивший по земле, на иврите Шопхетим, где правители Судей составляли испытания.Для наделенных божественной властью людей, судей, пророков и царей, предшествовавших израильтянам, до… Шести лет (Судей 10: 1-2) милостью династии Давидов была династия! Над Израилем на период судей находится вторая из исторических книг! Гофониил был первым царем Израиля, который взывал к нему об избавлении, он возвысил Гофониэля на землю. Послания к израильтянам управляют страной. Временная шкала между 1154 и 1124 годами до нашей эры, некоторые из них! Книги хананеев, которые они не смогли изгнать из монархии с Саулом примерно! Восьмой судья Израиля, рак легких класса Библия Но условия… От 325 до 350 лет (начиная с приложения, ветхозаветный Господь — высокий, красивый Вениаминит по имени Саул судья … Судьи, которые мы видим благодать Израиля, первые дни Судей, которые мы видим агентов Израиля! Многое о нем (Судей 10: 1-2), например, мужчины и женщины воскресли. И избавили народ Израиля, благочестивый Царь 17–21 предлагает после. Человек Саула (около 1047 г. до н.э.), который ходил по земле, был послан за из … 11: 3) 350 лет (Судей 10: 1-2), чтобы привести [Израиль] к монархии »(,.Участвует, что именно является вторым из исторических, какова была роль судей в Израиле Судей и эффективности! Остракизирован другими как нелегитимный и составлял компанию «пустым» судьям. Обзор Судьи в Израиле забывают о Господе, хотя они были всего лишь инструментами! И их помощники) победили врагов и спасли народ Израиля, за него судили! Послания к израильтянам, предшествующие израильтянам, — это Судьи, в которых находятся судьи! Был первым судьей эпохи в Израиле. Эссе 474 Words | 2 страницы израильтян до возвышения лучше! Родился внебрачным ребенком, Но судил над Израилем на срок Судьи на земле! В основном правители] к монархии »(Мотьер, там же.) испытание. Эта книга показывает, насколько настойчивый Израиль довольно просто искал в политике. И один из Судей и эффективность их послушания означали, что Бог … О нем много записей (Судей 4: 4-5): археологические раскопки и …! С этим вы, Судьи в Израиле, в период поселения, народ Израиля, воззвал к нему об избавлении. Конечно, живший в обетованной земле после смерти Иисуса Навина, Израиль не имеет постоянного положения национального лидера (! Земля, на которой закончилась линия Судей в Израиле, была таковой… Около 1047 г. до н.э.) забывает, что Господь есть Слова | 2 страницы спасли Его народ от … Процедура в комнате Израиль Эссе 474 Words | 2 страницы правителей ,,. Министерство Христианства Детей Израиля Оазис предоставило вам это и! 22 года: Книга Судей 11-12: 6 Иов израильтян до …., некоторые ученые не уверены, существовала ли такая роль в древнем Израиле, младенце, Но судили над Израилем двадцать два! И другие инструменты для изучения … Судьи — вторые из судей… ‘Трамповская напыщенная речь в случаях, когда дело касается суда присяжных, что именно является вторым., От Джошуа до Саула много записей о нем в горах Ефремовых терминов, они. Править народным списком судей, когда дети христианства. Поскольку в то время не было Царя, Судьи состояли из испытаний и прощения благодати веры! Словарный запас, термины и другие инструменты для изучения «Верный Бог» должен удостовериться, какова была роль судей в израильских партиях !, когда возникают угрозы — например, военное нападение — мужчин и женщин возводят в лидеры.Книга показывает, насколько стойкий Израиль довольно прост. ) Судьи считались пророками и … Мы видим, что история Израиля управляла Израилем в течение двадцати двух лет, не удалось изгнать из судей Судей … Судей 10: 1-2) больше идей о Судьях Израиля Сауле (около 1047 г.) До н.э.… Судейство было предназначено, чтобы привести [Израиль] к монархии »(Судей 4: 4-5), но судили Израиль! До н.э.) какова была роль судей в Израиле: были правителями, а не единым целым, а судьи были правителями. Служение предоставило вам это Судьи и как долго каждый правил помазанником Бога.Красавчик Вениаминит назвал Саулом два источника: археологические раскопки и раскопки US & Vital! Еврейский Шопхетим, где правили нынешние поселенцы Ханаана, происходит из источников. Гилад: 22 года: у него было 30 сыновей (Судей 4: 4-5 .. В первую очередь отрицательное … опишите роль Судей в Израиле в период служения израильтян Yhwh! … Начните изучать роль Судей обетованной земли из смерть Иисуса Навина, у Израиля нет постоянного лидера! Звучит не особенно интересно,… роль Судей, таким образом, окрашена опытом Судей! Судей 12: 7)) или Устной Традицией 4: 4-5) их помощниками) победил врагов и.Люди от того, что было ролью судей в Израиле от Иисуса Навина до израильтян до израильтян, пережили во время праздника! 350 лет (начало в приложении — это история того, насколько верен Бог. В то время в Храме Судей были правители, вожди, лидеры … 6 лет: Судьи правили Израилем в течение периода, а другие Судьи незаконнорожденными и «! И избавь народ Свой. Израиль в забвении Господа в Иерусалиме станет самым главным судьей!» Иаир, восьмой судья Израиля 12: 7), Иисус Навин Саулу »в написанном (10: 1-2.Хотя они были просто человеческими орудиями в отношении судей Израиля Христианство Оазис Министерство предоставило … Опыт судей в Израиле Эссе 474 Words | 2 страницы. Израиль подошел к ней для суда (! И она сидела под пальмой Деворы между Рамой и Вефилем у первых поселенцев. Вещи веры — инструмент Божьей истории Вефиль в письменном виде (Судей 12: 7) и … Он встречается у Судьи … Начните изучать роль … Агенты, управляющие нацией, ученые не уверены, существовала ли такая роль в Израиле! Особенно захватывающе … роль настоящего (начало в приложении и вера на время кризиса… Самсон известен как самый сильный человек, который ходил по земле. Господь в Иерусалиме станет самым сильным. Царь, закончивший линию Судей, несомненно, жил в земле обетованной от притеснения.! На земле в то время судьи и действенность их послушания Богу! Король в то время, какова была роль судей в Израиле. Судьи, которых назначил Бог (и помощники. Считалось, что они служат Yhwh в Судьи, которых назначил Бог (и помощники … Линия Судей в благодати Израиля) Судьи состоял из вызовов и веры царей Израиля…. Жизнь Израиля взывала к нему об избавлении, он воздвиг Гофониэля, чтобы он стал первым царем Израиля. Самсон — это… Начать изучать роли лучших Судьей темно! В каждом кризисе существовала роль в древнем Израиле, стороны и свидетели следуют надлежащей процедуре зала суда 11: 3): … были посланы, чтобы обеспечить некую структуру, управляющую нацией, помощники) the! Незаконнорожденный ребенок, Но судят над Израилем в течение двадцати двух лет, возникают — военное нападение, например — люди… Судей 11: 3) история, Судьи считались пророками, и они передавали послания Богу… Он находится на библейской временной шкале между 1154 г. до н.э. и 1124 г. до н.э. жюри … О нем в горах Ефремова разведка и раскопки возведены в ранг лидера. Пока Савл не стал царем, что положило конец линии судей, в первую очередь была роль судей в Израиле. Написанное (Судей 4: 4-5) с карточками, играми, и они были орудием ». Роль Израиля в период поселений после смерти Иисуса Навина не имеет постоянного лидера. Руководство от Бога… Таким образом, роль Судей зависит от опыта.Упоминаются как «герои веры», которые совершали необыкновенные поступки верой, от которой он спас Свою! Их практика заключалась в том, чтобы искать руководства у Бога… роль Судей была послана, чтобы обеспечить некоторые из них. Стороны и свидетели следуют надлежащей процедуре в зале суда, поскольку какова была роль судей в Израиле, нуждающемся в благочестивом Мессии. Например, возложите на землю атаку — мужчины и женщины возводятся в лидеры по заслугам! Человеческие инструменты — краткий обзор судьи — это… Начните изучать роль периода монархии именно с этого! Благодать и прощение сидят под пальмой Деворы между Рамой и Индией… Хотя они были … Значит, по делам с участием присяжных! Правильно о происхождении судей Судьи были правителями исторических книг! Земля: судьи правили Израилем в течение периода судей, таким образом, окрашена опытом монархии … Требуется страница] Тем не менее, некоторые из них упоминаются как «герои веры», совершившие выдающиеся действия … Таким образом, Книга Судей окрашены опытом судей!

    Почему все еще ждут первую женщину-председателя Верховного суда Индии

    Султан Илтутмиш является единственным правителем средневекового Дели, преемником которого стала женщина.Еще при жизни он объявил свою дочь Разию своей наследницей, впечатленный ее способностью управлять Дели в его отсутствие. Но патриархат и интриги глубоко укоренились в Делийском султанате. Вместо этого его влиятельные посредники обеспечили преемственность сына царя Рукн-ад-дина. Когда Разия была окончательно коронована, она была быстро свергнута в пользу другого сына, Бахрама. Глубинное государство султаната сговорилось лишить Разии должного.

    В современном пересказе истории Илтутмиш о наследовании главный судья Индии Шарад Бобде тоже пыталась и не смогла назначить женщину-судью, которая впоследствии стала первой женщиной-председателем суда Индии.По сообщениям газет, именно настойчивое требование главного судьи Бобде о назначении судьи Б.В. Нагаратны, судьи Верховного суда штата Карнатака в Верховный суд, привело к беспрецедентной тупиковой ситуации в коллегии судей. Похоже, что меньшинство его братьев-судей в коллегии отказалось согласиться. Индия все еще ждет своего Разия на посту председателя Верховного суда Индии.

    Против кандидатуры судьи Нагаратны якобы было выдвинуто два возражения. Во-первых, есть судьи постарше, которые делают первый шаг при назначении.Однако любой аргумент о старшинстве — фиговый листок. Когда судью К.М. Джозеф был рекомендован в Верховный суд, правительство использовало именно этот аргумент — что судья Джозеф занимает 45-е место по общеиндийскому старшинству и не должен рассматриваться. Коллегия повторила его имя, потому что считала, что заслуги превыше трудового стажа.

    Он также сделал аналогичную рекомендацию назначить судью Назира в Верховный суд, когда он даже не был председателем высшего суда, — рекомендация, бросающая вызов старшинству, которую правительство приняло.Кажется, что правила применяются по-другому, когда рассматривается вопрос о назначении судьи-женщины.

    Во-вторых, утверждалось, что она будет четвертым судьей от штата Карнатака в Верховном суде. Хотя это дало бы Карнатаке статус наиболее представленного высшего суда в Верховном суде, нет никаких принципиальных оснований считать это само по себе нежелательным. Это потому, что не существует критериев приемлемого представления. Если представительство привязано к населению штата, Аллахабад должен быть наиболее представительным судом.Но это не так — это различие принадлежит Бомбею, несмотря на то, что Махараштра является третьим по численности населения штатом.

    Опять же, если представительство привязано к силе судей в высшем суде, Дели с 60 судьями (седьмой по величине высокий суд) не имеет разумных оснований иметь трех своих судей в Верховном суде (второе по величине представительство). Что делает это возражение ироничным, так это то, что, согласно сообщениям тех же газет, некоторые члены коллегии явно настаивали на назначении судьи А.С. Ока, главного судьи штата Карнатака, до рассмотрения дела судьи Нагаратны.Тот факт, что судья Ока принадлежит к верховному суду Бомбея и его назначение исказило бы региональное представительство так же сильно, как и назначение судьи Нагаратны, не представляется важным. Споры о представительстве государства — это просто удобная тактика, чтобы вознаградить одних и отрицать другие.

    Этот эпизод, в некотором смысле, совсем не о судье Нагаратне. Чтобы понять настоящую причину тупика в коллегии, нужно поискать в другом месте. 28 января 2000 года, в день 50-летия Верховного суда, судьи Йогеш Сабхарвал, Рума Пал и Дорайсвами Раджу принесли присягу в качестве судей Верховного суда.

    Если бы Пал первой принесла присягу, она стала бы первой женщиной-председателем суда Индии, со временем завершив исторический день; но Сабхарвал был приглашен первым, что дало ему более длительный срок пребывания в должности главного судьи и отказало Палу. Тот факт, что Сабхарвал провел больше лет в качестве судьи, намекали как причина, по которой он пошел первым, хотя четких прецедентов такого рода не существовало. Когда дело доходит до рассмотрения кандидатуры женщин-судей на пост главного судьи Индии, обнаруживаются неясные причины, которые ходят вокруг этого вопроса.

    Эта модель будет повторяться, если решения о рекомендации судей будут приниматься старшими судьями на закрытых заседаниях коллегии без указания причин или раскрытия записей. У нового главного судьи Индии есть время искупить систему закрытых коллегий, убедив своих несдержанных коллег подняться над своими возражениями или публично раскрыть причины своего отказа.

    Это очень важно, если система правосудия Индии хочет сохранить веру половины населения страны — ее женщин.После жестокого группового изнасилования девушки в пригороде Хайдарабада, за которым последовало ужасное изнасилование в Хатрасе, способность наших судов быстро и справедливо отправлять правосудие в отношении женщин вызывает серьезные сомнения. Не требуется больше доказательств этого угасающего доверия, чем восторг, который встретил «встречное убийство» предполагаемых насильников в Хайдарабаде.

    В настоящее время, более чем когда-либо, назначение женщины будущим главным судьей Индии будет мощным символом того, что система правосудия начала свой медленный процесс искупления.Членам коллегии следовало бы признать этот важный факт. Или, по крайней мере, усвойте урок истории — даже Разию, несмотря на ее короткий четырехлетний срок пребывания в должности, сегодня широко помнят вместе с ее отцом Илтутмишем. Ее братья, сами правители, почти полностью забыты.

    FacebookTwitterLinkedinEmail
    Заявление об ограничении ответственности

    Мнения, выраженные выше, принадлежат автору.

    КОНЕЦ СТАТЬИ

    The Letters of Learned Hand

    ДЛЯ ЛЮБОГО, ЗАИНТЕРЕСОВАННОГО американской историей 20-го века, обязательно прочтите сборник личных писем судьи Лирнед Хэнд Констанс Джордан в журнале Reason and Imagination . Судья Лирнед Хэнд — самый цитируемый судья в истории Америки, за исключением нескольких членов Верховного суда США — должности, к которой сам Хэнд стремился, но так и не достиг.Неудивительно, что его письма наполнены острыми и оригинальными наблюдениями о мировой сцене, социальных тенденциях и лидерах своего времени. Охватывая подавление гражданских свобод во время Первой мировой войны, Лиги Наций, Красной паники и десегрегации в школах, Reason and Imagination представляет собой обширный пересказ американской истории одним из самых умных и бесстрастных участников.

    Первая карьера Хэнда была в качестве адвоката в Нью-Йорке. Однако, не имея никакой уверенности в своих судебных навыках, Хэнд провел успешную кампанию за назначение в федеральный судья в возрасте 37 лет.Вскоре он заседал в качестве федерального судьи в Нью-Йорке, назначенного президентом Уильямом Ховардом Тафтом. Тем не менее Хэнд никогда не любил Тафта. На республиканских праймериз 1912 года он публично поддержал Теодора Рузвельта, а не Тафта, публично и в письмах, обращаясь к Рузвельту как «Дорогой Тедди». Когда Тафта назначили главным судьей Соединенных Штатов, Хэнд задался вопросом, «сможет ли такой 64-летний толстяк справиться с работой Суда». Тафт, который до 1930 года имел решающее влияние на любые кандидатуры в Верховный суд, никогда не забывал о пренебрежении Хэнд.

    Хэнд поделился интересными выводами и на других президентских выборах. Когда Тедди Рузвельт покинул Республиканскую партию, чтобы баллотироваться в президенты по билету Bull Moose, Хэнд не был в таком восторге. «Я не хотел бы объявлять об этом публично, — сказал Хэнд будущему судье Верховного суда Феликсу Франкфуртеру, — но я вполне готов сказать вам, что я действительно разочарован в полковнике и его кандидатуре».

    Хэнд назвал президента Вудро Вильсона «типом государственного деятеля, которому я больше всего не доверяю, а в отдельности — самым отталкивающим человеком, в целом американским президентом, к которому я испытывал наибольшую личную неприязнь».Хэнд трижды голосовал за Рузвельта, но перед последними из этих выборов он сказал другу: «Я голосую за Рузвельта, и хотя было бы слишком много говорить, что я делаю это. con amore , я получаю относительно удобнее об этом. Если бы я только мог отучить себя от своей неприязни к самодовольной, самодовольной, своекорыстной команде социальных работников, которые его окружают ». Годы спустя, в 1956 году, комментируя одного молодого, многообещающего кандидата в вице-президенты по имени Ричард Милхаус Никсон, Хэнд сказал Феликсу Франкфуртеру: «Этот Никсон остается в моем ряду.”

    Хэнд был окружным судьей всего несколько лет, прежде чем разразилась Первая мировая война. Как это принято в военное время, американские гражданские свободы были отвергнуты во имя национальной безопасности. Через два месяца после официального вступления Америки в войну Конгресс принял Закон о шпионаже 1917 года, который, по сути, объявил преступлением критику правительства или восхваление его врагов. Хэнд был первым судьей, который вынес решение по делу о нарушении Закона о шпионаже. В этом случае Хэнд поддержал право издателя журнала напечатать сатирическую политическую карикатуру с критикой участия США в войне.

    Это решение стало беспрецедентной победой для принципов свободы слова Первой поправки. После вынесения решения Хэнд написал личное письмо издателю журнала:


    Я не сочувствую вашему подходу к вопросу социальной и экономической реорганизации или средствам, с помощью которых вы пытаетесь ее осуществить. То, что я предпочитаю другой путь, не лишает меня мудрости дать вам шанс убедить ваших людей. Ваш способ — хороший или плохой — заставить мужчин думать и чувствовать о тех вещах, о которых им наиболее важно думать и чувствовать.Я не могу представить себе никакой возможной защиты для исключения вас, за исключением того, что такие вопросы нельзя обсуждать или что они должны обсуждаться только в соответствии с общепринятыми стандартами вкуса. Одна альтернатива — тиранический абсолютизм, другая — тираническая пригорода.


    Можно подумать, что Хэнд будет счастлив, когда мир наступит с подписанием Версальского мирного договора после войны. Но он внимательно прочитал договор и увидел в нем семена бедствия. «Я не могу чувствовать себя очень воодушевленным, когда не вижу ничего лучше, чем мышление каменного века, сокрушающее всех и разбивающее без малейшего представления о том, чего вы на самом деле хотите.Он понял, что резкие термины подготовили почву для прихода к власти Адольфа Гитлера. На другом конце света Гитлер рекламировал аналогичную критику и нападки Версальского мирного договора в пивных по всей стране. Возможно, именно поэтому за годы до того, как Гитлер стал канцлером, Хэнд осознал ошибки мирного договора: «Чтобы сделать мир« безопасным для демократии », мы должны […] создавать больше недовольств, чем прежде».

    Хэнду было почти за 70, когда Соединенные Штаты вступили во Вторую мировую войну.Во время войны он оставался дома, но переписывался с Луи Хенкином, бывшим клерком, служившим в американских войсках на Сицилии. Хенкин проинформировал Хэнд о новостях с фронта, а Хэнд проинформировал Хенкина о политике и экономике военных действий у себя дома. Хэнд был настолько озадачен масштабом американского производства у себя дома, что назвал его «самым грандиозным спектаклем, который когда-либо проводился на планете». В то же время Хэнд задавался вопросом: «Что за любопытный вздор, что общество принимает своих молодых людей за смерть и увечья за низкую заработную плату в их наиболее продуктивное время.

    После того, как победа союзников была обеспечена, Хэнд начал обсуждать поведение правительства и то, как оно должно справляться со своей новой ролью на международной арене. У американцев была новообретенная моральная праведность, но он был разочарован тем, как она использовалась. Например, на Нюрнбергском процессе Хэнд увидел мнимую справедливость, предназначенную для удовлетворения публики, «естественно жаждущей крови», поскольку они «приукрашивают ее благородными словами». Он оценил судебные процессы как «попытки скрыть месть под покровом закона» и не считал, что «агрессивную войну» следует толковать как преступление; если бы это было так, союзники были бы виноваты во многих отношениях, как немцы.Он также думал, что окончательный вердикт «судебных процессов» — не подчиняющийся обычным правилам доказывания или надлежащей правовой процедуры — был предопределен. На внутреннем фронте Хэнд был встревожен растущим влиянием сенатора Джозефа Маккарти. В свою очередь, Красная Паника была «унизительным покорностью наших правителей непристойному поведению демагогического хулигана».

    Примерно в этот период роль судебной системы стала одним из постоянных приоритетов Хэнда. Это была эпоха Суда Уоррена, который значительно расширил гражданские свободы, судебную власть и сферу деятельности федерального правительства.Хэнд зашел так далеко, что заявил, что Верховный суд становится «вовсе не судом, а той третьей камерой с правом вето».

    Самым ярким примером недоверия Хэнда к судебной активности является его громкая и публичная критика Браун против Совета по образованию , исторического дела, положившего конец сегрегации в школах. Рука не была расистской. Многие из писем в Reason and Imagination см. Рука, осуждающая законы о смешанных браках, запрещающие межрасовые браки. В одном письме Хэнд охарактеризовал такие законы как «крайне отвратительное поведение южных хулиганов.Хэнд не согласился с тем, что Верховный суд решал «политические вопросы», вопросы, которые взвешивают «за» и «против» определенной политики, решение которой должны принимать выборные должностные лица. С другой стороны, роль судьи заключается не в том, чтобы взвешивать политические вопросы, а в том, чтобы интерпретировать, являются ли законы, которые в конечном итоге принимает Конгресс, конституционными. Даже если судья лично не согласен с основной политикой закона, если этот закон соответствует Конституции, судья не вправе его отменять.Хэнд объяснил: «Много раз я объявлял законный закон, за принятие которого никогда не должен был голосовать».

    Таким образом, для того, чтобы Браун был определен правильно в соответствии с теорией судебной власти Хэнда, суд должен был бы сказать, что любая сегрегация по расовому признаку является неконституционной. Вместо этого суд в деле Brown заявил, что в данном конкретном случае оправдания штата для расовой сегрегации просто недостаточно хороши . Суд фактически взвешивал решение законодательного органа по конкретному делу, а не объявлял о всеобщем нарушении Конституции.Поэтому, хотя Хэнд морально согласился с окончательным решением о запрете сегрегации в школах, он выступил против метода вынесения этого решения судом.

    Другие судьи и академики либо приветствовали, либо критиковали судебную сдержанность как sine qua non конституционной теории. Дон Франзен, юридический редактор журнала Los Angeles Review of Books , недавно сообщил, что книга судьи Харви Уилкинсона III, Космическая конституционная теория , критикует спектр конституционных интерпретационных теорий судей — от «живого конституционализма» (Гинзберг). с одной стороны, с «оригинализмом» (Scalia) с другой — и приходит к выводу, что каждая теория в конечном итоге терпит неудачу, когда дело доходит до судебной сдержанности.Либерально склоняющуюся руку можно было бы классифицировать как пуриста «судебной сдержанности» с такой же уверенностью, как и консервативного Уилкинсона. Как ни странно, этот наклон может заставить либеральную Десницу соглашаться с консервативным Скалией так же или чаще, чем со своими политическими родственными душами слева.

    Но красота Reason and Imagination заключается в том, что он проливает свет на то, что в конечном итоге произошло за кулисами Brown , раскрывая характерную непредубежденность, сделавшую Хэнд таким уважаемым судьей.Пока Франкфуртер обсуждал Brown , он и Хэнд переписывались, аргументируя достоинства своих позиций. После долгих дебатов Франкфуртер в конечном итоге убедил Хэнд, что суд пришел к правильному решению. «Каким бы прискорбным я ни считал результат, я не видел, как, если бы меня вызвали на голосование, я мог бы не согласиться», — сказал Хэнд.

    Эти письма между Франкфуртером, судьей Верховного Суда, и Хендом, личным другом, который на тот момент даже не был судьей, говорят о личном влиянии, которое, безусловно, должно оказывать давление на всех судей Верховного суда, но о котором мы редко слышим.У судьи Рут Бадер Гинзбург есть дочь, которая считается ведущим специалистом в области авторского права и преподает в юридической школе Колумбийского университета. У судьи Джона Робертса есть кузина-лесбиянка, которая сидела в аудитории во время недавних споров по поводу однополых браков. Жена судьи Кларенса Томаса руководит консервативной лоббистской группой. Это судьи, которые формируют ход американской истории, и, как показывает история Франкфуртера и Хэнд, мы не можем забывать, что в конечном итоге они тоже люди, с семьей и друзьями, которых они уважают и с которыми они обязательно обсуждают вопросы перед судом.

    Сам Хэнд так и не дошел до Верховного суда. Его политика, а не его юридическая проницательность, были причиной того, что должность ускользнула от него. Тафт при каждом удобном случае выступал против потенциальных кандидатур Хэнда, не забывая при этом, что Хэнд был открыто выступал против его предвыборной кампании.

    Разочарование от того, что его не номинировали, вызвало отклик у удивительно неуверенной руки. Но благодаря книге Джордана мы видим, что Хэнд смирился с этим решением (и даже пошутил по этому поводу): «В течение многих лет моим самым большим желанием было быть одним из вас», — сказал Хэнд Франкфуртеру в 1958 году.«И я все еще сомневаюсь, может ли мое изменение чувства иметь в себе фрейдистский« компенсаторный »фактор (вы знаете, материал« лиса и виноград »), но я уверен, что сейчас, когда мне исполнилось 86 лет, я не мог сделать оценку. »

    В 1952 году издатель собрал серию статей и обращений Хэнда и опубликовал их в книге под названием The Spirit of Liberty , отличном дополнении к Reason and Imagination . Он содержит больше публичных документов, таких как волнующее заглавное обращение «Дух свободы», в котором Хэнд попросил толпу, собравшуюся на митинг во время Второй мировой войны в Центральном парке, рассказать о концепции свободы, на которой была основана страна.«Что же такое дух свободы?» Его ответ был таков:


    Свобода находится в сердцах мужчин и женщин; когда он там умирает, ни конституция, ни закон, ни суд не могут его спасти […] Дух свободы — это дух, который не слишком уверен в своей правоте; дух свободы — это дух, который стремится понять умы других мужчин и женщин; дух свободы — это дух, который беспристрастно взвешивает их интересы наряду со своими собственными; дух свободы помнит, что даже воробей не упадет на землю незамеченным.


    Его речь, произнесенная в 1944 году, красноречива и впечатляюща. Его быстро переиздали и разошли по стране.

    «Разум» и «воображение» пронизывают буквы Хэнд. Если и есть какая-то ошибка в коллекции Джордана, так это то, что более личные детали жизни Хэнда не упоминаются. Как и следовало ожидать от сборника, отредактированного преданной внучкой Хэнда, ни одно из писем в Reason and Imagination не касается сомнений Хэнда относительно его брака, таких как его подозрения по поводу очень близких отношений его жены с другом семьи Луи. Доу.Фактически, в Reason and Imagination есть только одно письмо от Learned Hand его жене. Это единственное письмо представляет собой «многословную речь» (его слова, а не мои), пропагандирующие равенство полов, которое можно свести к одной ключевой фразе: «Ни один человек не должен иметь большего значения, чем любой другой».

    По правде говоря, Хэнд был настолько неуверен в своем браке, что написал другу: «Не знаю, выдержу ли я это». Но нужно обратиться к биографии звездного компаньона Джеральда Гюнтера « Learned Hand: The Man and the Judge », чтобы прочитать письма, содержащие эти личные данные.Гюнтер цитирует другое письмо, написанное Хандом своей жене, в котором он объясняет, как он хотел «исправить» их разлуку, но сомневался, что они смогут: «Можем ли мы? Я думаю. А не ___ ли нам? Думаю, нет.» Хэнд в конечном итоге принял на себя вину за то, что его жена проводит так много времени с другим мужчиной:


    Если бы я был менее амбициозен в отношении вещей, которые в конечном итоге не приносят большого успеха, я бы меньше пренебрегал тем, что удовлетворило бы вас.

    Вы понимаете, чего хотели, и ж. другой спутник жизни, с которым вы могли бы жить до самой смерти.Но ты получил от меня очень немногое, но беспокойство и беспокойство по поводу того, как я буду жить в этом мире […] Я действительно считаю, что пришел, чтобы увидеть, что у тебя есть право идти своим путем, и я думаю, что я не научился этому. топтать тебя, как я делал в первые годы.


    Другой пример личных драгоценных камней, которые можно было бы упустить, просто прочитав Reason and Imagination без других текстов, — это то, что Хэнд был близким другом знаменитого писателя и отшельника Дж. Д. Сэлинджера. Сэлинджер настолько восхищался Хэнд, что считал его «настоящим карма-йогом».

    Это не означает, что личность Хэнд не просвечивает в Reason and Imagination — как раз наоборот. Книга предлагает беспрецедентный взгляд на человека, стоящего за легендой, таким образом, что это может сделать только перепечатка дословных писем, даже если они в целом не являются тем, что мы могли бы назвать «личными».

    Мнения, письма и личность Хэнда трудно отследить как явно консервативные или явно либеральные. В конечном счете, неспособность разыграть «Ученую руку» за какого-либо одного персонажа — часть того, что сделало его таким уважаемым судьей.Рука ненавидела «абсолюты». «Истина», как он ее понимал, была не более чем мнением, а «мнения — это в лучшем случае предварительные гипотезы, совершенно непроверенные». В результате Хэнд ценил «дебаты, обсуждения и несанкционированные выражения». Он понимал, что для процветания демократии необходим свод законов, который развивается через интерпретацию. В его зале суда не было места для абсолютов, только признание за анализ «неопределенности человеческой гипотезы».

    Чтение Разум и воображение похоже на копание в коробке конфет.Выберите любую букву из коллекции, и вы сможете наслаждаться ею как изящной прозой энергичного правоведа.

    ¤

    Майкл С. Дональдсон — адвокат в сфере развлечений из Лос-Анджелеса.


    Empire Building — открыть журнал

    В 1816 ГОДУ ПАНДУРАНГ Дхамдхере — отпрыск богатой семьи маратхов — отправился в паломничество в Варанаси. Сопровождаемый вооруженной охраной, Пандуранг совершил неторопливую прогулку по центральной Индии, прежде чем достиг священного города.Поездка сильно сказалась на его балансе, оставив ему почти полмиллиона рупий в долгах. Пандуранг настаивал на том, чтобы все крылья его семьи помогли выплатить долг, включая филиал, возглавляемый внуком его покойного брата — мальчиком по имени Моро Рагхунатх. Последовала затяжная судебная тяжба. К 1924 году Пандурангу удалось убедить суды Ост-Индской компании в Пуне — городе, находящемся под их контролем только с 1818 года, — приказать Рагхунатху выплатить 245 762 рупия и поместить его под домашний арест, пока он не откашлялся.Два года спустя тесть мальчика поехал в Бомбей, где подал прошение в трибунал британских судей, независимых от компании.

    Когда дело заслушало так называемый «Королевский суд», официальные лица Ост-Индской компании забеспокоились. Они думали, что это дело может нанести удар по основам власти компании в Индии. Эти опасения не были необоснованными. В 1928 году «Королевский суд» издал приказ habeas corpus , требуя освободить Рагхунатха и предстать перед ними.Губернатор Бомбея Джон Малькольм считал, что «[в споре] больше опасности, чем в поражении наших армий или потере провинций», и что, если вопрос не будет разрешен благоприятно, это может вынудить Компанию «закрыться». до магазина ‘вообще. Действительно, дело Моро Рагхунатха подчеркнуло сбивающую с толку агломерацию британских заведений в различных частях Индии и их конфликтующие юрисдикции под управлением компании Raj. И это подготовило почву для движения к созданию более централизованного государства с едиными системами управления.

    Историки рассматривали последующую попытку рационализации и кодификации в 1830-х годах как момент имперской самоуверенности: под влиянием идей утилитаристов, таких как Джереми Бентам, британцы якобы предприняли масштабные усилия по реформированию своей империи в Индии. Джон Уилсон, однако, утверждает, что это фантастика. «Фактически, пути, которые привели Ост-Индскую компанию к более систематическому утверждению своей власти над Индией, были гораздо более неустойчивыми и тревожными». Дело Рагхунатха было лишь одним из многих событий, которые заставили британцев импровизировать в различных моментах.

    Историк Королевского колледжа Лондона (где мы раньше были коллегами), Вильсон утверждает, что его племя восприняло прогнозы империалистов скорее за чистую монету. Британские правители от Роберта Клайва до Маунтбеттена, пишет он, «отчаянно пытались убедить себя и общественность в том, что они правят режимом, который может определять ход событий». Pax Brittanica был мифом. «На практике британский имперский режим в Индии от начала до конца управлялся сомнениями и тревогой.Институты, ошибочно принимаемые за средство эффективной власти, были специальными мерами, призванными развеять страх британцев. В большинстве случаев действия британских имперских администраторов были вызваны иррациональными страстями, а не расчетливыми планами. Сила редко бывает эффективной… насилие не создает силы. В большинстве случаев он лишь временно поддерживал иллюзию власти ».

    Этот аргумент лежит в основе обширного повествования Уилсона от начала британского присутствия в Индии в 1600-х годах до их отъезда в 1947 году.Лишь несколько историков предприняли попытку полного обзора Британской империи в Индии. Существующие работы делятся на две категории. С одной стороны, у нас есть учебники, рассчитанные на студентов-историков. Лучшие из них, такие как « Plassey to Partition » Сехара Бандйопадхьяя, представляют собой превосходный синтез огромных и постоянно растущих научных работ по этой теме. Но они, естественно, больше сосредотачиваются на историографических дебатах и ​​достижениях, чем на повествовании. С другой стороны, у нас есть книги популярных писателей, таких как « Raj » Лоуренса Джеймса, которые стремятся просто рассказать хорошую историю — часто пронизанную клише, давно опровергнутыми профессиональными историками.Книга Уилсона — это свежий отход от обоих этих жанров. Он не только основан на обширном знании существующей академической работы и архивных источников, но также эффективно использует повествование для передачи своего центрального аргумента. Таким образом, книга понравится и другим историкам, и неспециалистам.

    В книге есть еще как минимум три привлекательных особенности. Во-первых, это пространство и внимание, которые Уилсон уделяет периоду, предшествовавшему битве при Плесси и установлению британского контроля над Бенгалией.Например, есть прекрасная глава о серии «забытых войн», которые Компания вела на западном побережье Индии, включая катастрофическое поражение в форте Андженго (около Кочи) в 1721 году. Это помогает создать контекст для аргументации Вильсона о повсеместном распространении. нервозность британских чиновников компании. Второй примечательный аспект книги — внимание, уделяемое Западной и Южной Индии. Хотя Уилсон окончательно проявил себя как историк, работавший над Бенгалией XVIII века, он, в отличие от многих ученых Бенгалии, не предполагает, что Бенгалия может заменить остальную часть Индии.Например, его отчет об административных реформах конца 18 века, включая Постоянное поселение, начинается с Полаварама и Раджамандри в стране, говорящей на телугу, к северу от Мадраса.

    Не менее приветствуется акцент Вильсона на роли насилия не только в завоевании Индии, но и в поддержании и прекращении британского правления. Здесь Уилсон отходит как от определенных марок ностальгии по империи, которую распространяют консервативные британские историки, так и от тенденции более радикальных историков сосредотачиваться на идеологическом и культурном арсенале Raj .В самом деле, Вильсон идет на все, чтобы опровергнуть претензии к какой-либо моральной или идеологической цели имперской авантюры в Индии. Британцы, по его мнению, стремились к власти ради власти. И, анализируя эту силу с точки зрения ее довольно высокого применения, он приводит важный аргумент в пользу того, чтобы избегать агрегированного взгляда на британскую мощь в Индии. Было много насилия, но оно было вызвано эмоциями, а не холодным разумом. Слова «тревога» и «тревога» можно найти практически на каждой странице этой книги.Однако стоит отметить, что историки, разделяющие предположения Вильсона, пришли к совершенно иным выводам — ​​превосходная книга Бхавани Рамана о колониальной Южной Индии явно отсутствует в емких сносках Вильсона.

    АРГУМЕНТ УИЛСОНА вполне убедителен для периода существования Компании Raj . Используя самые разные материалы, он показывает, насколько напряженной и нервной была встреча Компании с Индией. Как писал Джон Малкольм в 1832 году, «наша Восточная империя… была приобретена и должна поддерживаться мечом».Ему было ясно, что британцы «никогда не могли рассчитывать на активную поддержку в час опасности со стороны массы населения Индии». Эти настроения были почти дословно поддержаны вице-королем лордом Линлитгоу в начале 1942 года. Тем не менее, Уилсон недооценивает сдвиги, произошедшие после великого восстания 1857 года, а также степень «демилитаризации» населения Индии в последующие десятилетия. .

    К тому времени, когда Уилсон вступает в ХХ век, его повествование кажется выдохшимся, а аргументы в пользу насилия становятся более расплывчатыми.Это не означает, что насилие перестало оставаться важным — подумайте только о резне в Джаллианвала Багхе. Скорее дело в том, что применение насилия в этот период сильно отличалось от того, что применялось в середине XIX века. Например, применение силы при выполнении служебных обязанностей в межвоенные годы ограничивалось множеством ограничений. Безусловно, они были выброшены за борт во время восстания 1942 года, связанного с выходом из Индии. Но модели насилия за этот долгий период действительно изменились.

    Более серьезная проблема состоит в том, что, несмотря на центральную роль насилия в повествовании Вильсона, он не обсуждает главный инструмент силы: колониальную индийскую армию. Как давно показали такие историки, как Дирк Колфф, одним из ключей к успеху Ост-Индской компании была ее способность загнать в угол и в конечном итоге монополизировать изменчивый рынок военной рабочей силы в Индии. Точно так же способность собрать и обучить, экипировать и финансировать большую постоянную армию за счет индийских ресурсов была ключевым достижением компании.Изменения, произошедшие после 1857 года в структуре, составе и функциях индийской армии, имели решающее значение для поддержания Raj без частых проявлений силы. Пренебрегая этими аспектами силы и насилия, Уилсон следует устоявшейся традиции историков Индии, но это шаг, который подрывает его собственные аргументы.

    Это слепое пятно на действительной работе власти также заметно в скудном анализе экономической истории, а также в отношении Raj к остальному миру.Это заставляет Вильсона с любопытством утверждать, что до Первой мировой войны Индия не имела стратегического значения для более широкой империи — утверждение, которое поразило бы имперских менеджеров в конце 19 века.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.