Николай чернышевский: Биография Чернышевского кратко о главном в жизни Николая Гавриловича

Содержание

Николай Чернышевский – биография, книги, отзывы, цитаты

Никола́й Гаври́лович Черныше́вский — русский философ-утопист, революционер-демократ, учёный, литературный критик, публицист и писатель.

Родился в Саратове в семье священника Гаврилы Ивановича Чернышевского (1793—1861). Учился дома под руководством отца, многосторонне образованного человека. В детстве он получил прозвище «библиофага», то есть пожирателя книг. Начитанность его поражала окружающих. В 1842 поступил в Саратовскую духовную семинарию, время пребывания в которой использовал в основном для самообразования: изучал языки, историю, географию, теорию словесности, русскую грамматику. Не окончив семинарию, в 1846 поступил в Петербургский университет на историко-филологическое отделение философского факультета.

За годы учёбы в университете были выработаны основы мировоззрения, Чернышевский сознательно готовит себя к революционной деятельности, делает первые попытки писать художественные произведения.

В 1850 году окончив курс кандидатом, получает назначение в Саратовскую гимназию и весной 1851 приступает к работе. Здесь молодой учитель использует свое положение для проповеди революционных идей.

В 1853 встретил будущую жену О. С. Васильеву, вместе с которой после свадьбы переехал из родного Саратова в Санкт-Петербург. Высочайшим приказом 24 января 1854 года Чернышевский был определен учителем во Второй кадетский корпус. Будущий писатель зарекомендовал себя прекрасным преподавателем, но пребывание его в корпусе оказалось недолгим. После конфликта с офицером Чернышевский был вынужден подать в отставку.

Литературную деятельность начал в 1853 небольшими статьями в «Санкт-Петербургских Ведомостях» и в «Отечественных Записках».

В начале 1854 он перешел в журнал «Современник», где в 1855—1862 являлся руководителем наряду с Н. А. Некрасовым и Н. А. Добролюбовым, вел решительную борьбу за превращение журнала в трибуну революционной демократии, что вызывало протест литераторов-либералов(В.

П. Боткин, П. В. Анненков и А. В. Дружинин, И. С. Тургенев), сотрудничавших в «Современнике».

10 мая 1855 года в университете происходит защита диссертации «Эстетические отношения искусства к действительности», которая стала большим общественным событием и была воспринята как революционное выступление, в этой работе он подвергал резкой критике эстетику идеалистов и теорию «искусство для искусства». Министр просвещения А. С. Норов помешал присуждению ученой степени, и лишь в 1858 году, когда Норова на посту министра сменил Е. П. Ковалевский, последний утвердил Чернышевского в степени магистра русской словесности.

В 1858 году он первый редактор журнала «Военный сборник». Ряд офицеров (Сераковский, Калиновский,Шелгунов и др.), был вовлечен им в революционные кружки. Об этой работе Чернышевского были хорошо осведомлены Герцен и Огарев, стремившиеся привести армию к участию в революции. Вместе с ними является родоначальником народничества, причастен к созданию тайного революционного общества «Земля и воля».

В июне 1859 Чернышевский ездил в Лондон к Герцену для объяснения по поводу статьи «Very dangerous!» («Очень опасно!»), напечатанной в «Колоколе» .

С сентября 1861 находится под тайным надзором полиции. Шеф жандармов Долгоруков дает такую характеристику Чернышевскому: «Подозревается в составлении воззвания „Великорусс“, в участии составления прочих воззваний и в постоянном возбуждении враждебных чувств к правительству». Подозревался в причастности к пожарам 1862 г. в Петербурге.

В мае 1862 «Современник» был закрыт на 8 месяцев.

12 июня 1862 Чернышевский арестован и размещён в одиночную камеру под стражей в Алексеевском равелине Петропавловской крепости по обвинению в составлении прокламаций «Барским крестьянам от доброжелателей поклон». Воззвание к «Барским крестьянам» было переписано рукою Михайлова и передано Всеволоду Костомарову, оказавшемуся, как потом выяснилось, провокатором. В служебной документации и переписке между жандармерией и тайной полицией назывался «врагом Российской империи номер один».

Поводом для ареста послужило перехваченное полицией письмо Герцена к Н. А. Серно-Соловьевичу, в котором упоминалось имя Чернышевского в связи с предложением издавать запрещенный «Современник» в Лондоне. Следствие продолжалось около полутора лет. Чернышевский вел упорную борьбу со следственной комиссией, опровергая фальшивые документы и ложные свидетельские показания, которые фабриковались по заданию комиссии и приобщались к делу. В виде протеста против незаконных действий следственной комиссии Чернышевский объявил голодовку, которая продолжалась девять дней. Вместе с тем Чернышевский продолжал работать и в тюрьме. За 678 суток ареста Чернышевский написал текстовых материалов в объёме не менее 200 авторских листов. Наиболее полномасштабно утопические идеалы арестантом Чернышевским были выражены в романе «Что делать?» (1863), опубликованном в 3, 4 и 5 номерах «Современника».

7 февраля 1864 года сенатом был объявлен приговор по делу Чернышевского: ссылка на каторжные работы сроком на четырнадцать лет, а затем поселение в Сибири пожизненно. Александр II уменьшил срок каторжных работ до семи лет, в целом Чернышевский пробыл в тюрьме и на каторге свыше двадцати лет.

19 мая 1864 в Петербурге на Конной площади состоялась гражданская казнь революционера.

Был отправлен в Нерчинскую каторгу; в 1866 переведен в Александровский завод Нерчинского округа, в 1871 в Вилюйск.

В 1874 году ему официально предложено освобождение, но он отказывается подать прошение о помиловании. Организатором одной из попыток освобождения Чернышевского (1871) из ссылки был Г. А. Лопатин. В 1875 освободить Чернышевского попытался И. Н. Мышкин. В 1883 Чернышевского перевели в Астрахань (по некоторым данным, в этот период переписчиком у него работал К. М. Фёдоров). Благодаря хлопотам семьи, в июне 1889 переезжает в Саратов, но уже осенью того же года умирает от кровоизлияния в мозг. Был похоронен в городе Саратове на Воскресенском кладбище.

Журналистcкая деятельность

Продолжая традиции критики Белинского, стремился раскрыть сущность общественных явлений, донести до читателя свои революционные взгляды.

Философские взгляды

Являлся последователем русской революционно-демократической мысли и прогрессивной западноевропейской философии (французских материалистов XVIII в., социал-утопистов Фурье и Фейербаха). В университетские годы переживал недолгое увлечение гегельянством, впоследствии подвергал критике идеалистические воззрения, христианскую, буржуазную и либеральную мораль как «рабскую».

По Чернышевскому главными факторами, формирующими нравственное сознание, являются «естественные потребности», а также «общественные привычки и обстоятельства». Удовлетворение потребностей с его точки зрения устранит препятствия расцвету личности и причины нравственных патологий, для этого нужно изменить сами условия жизни через революцию. Материализм служил теоретическим обоснованием политической программы революционеров-демократов, они критиковали реформаторские надежды на «просвещенного монарха» и «честного политика».

Его этика основывается на концепции «разумного эгоизма» и антропологическом принципе. Человек как био-социальное существо принадлежит к миру природы, детерминирующем его «сущность», и состоит в общественных отношениях с другими людьми, в которых он реализует изначальное стремление своей «натуры» к удовольствию. Философ утверждает, что индивидуум «поступает так, как приятней ему поступать, руководится расчетом, велящим отказываться от меньшей выгоды и меньшего удовольствия для получения большей выгоды, большего удовольствия», только тогда он достигает пользы. Личный интерес развитого человека побуждает его на акт благородного самопожертвования, дабы приблизить торжество выбранного идеала. Отрицая существование свободы воли, Чернышевский признает действие закона причинности: «То явление, которое мы называем волею, является звеном в ряду явлений и фактов, соединенных причинной связью».

Благодаря свободе выбора же человек двигается по тому или иному пути социального развития, а просвещение людей должно служить тому, что они научатся выбирать новые и прогрессивные пути, то есть становиться «новыми людьми», идеалы которых — служение народу, революционный гуманизм, исторический оптимизм.

Политическая идеология

Крестьянский вопрос

В опубликованных в 1858—1859 гг. трех статьях под общим названием «О новых условиях сельского быта» Чернышевский в подцензурной форме и внешне благонамеренном тоне проводил идею немедленного освобождения крестьян с землей без всякого выкупа, тогда сохранится общинное владение землей, что постепенно приведет к социалистическому землепользованию. По словам Ленина, этот утопический подход мог провести решительную ломку феодальной старины, что привело бы к наиболее быстрому и прогрессивному развитию капитализма.

В то время как либеральная пресса печатала манифест Александра II от 19 февраля 1861 на первой странице, «Современник» поместил лишь выдержки из царского указа в конце книжки, в виде приложения, не имея возможности прямо раскрыть характер реформы. В том же номере были напечатаны стихи американского поэта Лонгфелло «Песни о неграх» и статья о рабстве афроамериканцев в США. Читатели понимали, что хочет сказать этим редакция.

Социально-экономические воззрения

Для Чернышевского община — патриархальный институт русской жизни, в общине существует «товарищеская форма производства» параллельно с капиталистическим производством, которое со временем будет упразднено. Тогда будет окончательно утверждено коллективное производство и потребление, после чего община как форма производственного объединения исчезнет. Срок перехода от обработки земли частными силами отдельного хозяина к общинной обработке целой мирской дачи он оценивал в 20-30 лет. Использовал идеи Фурье и его главного ученика Консидерана. В «Очерках из политической экономики» с некоторыми оговорками передает учение утописта о труде, указывая на необходимость крупного производства, и разъясняет невыгодность труда наемного. Чернышевский считал, что «потребитель продукта должен являться и его хозяином-производителем». Согласно воззрениям Фурье, Чернышевский указывал на преувеличенное значение торговли в современном обществе и недостатках её организации.

В романе «Что делать?» прямо изобразил фаланстер (Четвертый сон Веры Павловны).

Николай Гаврилович Чернышевский (1828-1889), русский писатель, публицист, общественный деятель. Родился 12 (24) июля 1828 года в Саратове в семье священника. Учился в Саратовской духовной семинарии. В 1850 году окончил историко-филологический факультет Петербургского университета. За годы учёбы в университете были выработаны основы мировоззрения, сложилось убеждение в необходимости революции в России. Чернышевский сознательно готовил себя к революционной деятельности. В университете делает первые попытки писать художественные произведения. После окончания университета получает назначение в Саратовскую гимназию и весной 1851 приступает к работе.

В 1853 встретил будущую жену О. С. Васильеву, вместе с которой после свадьбы переехал из родного Саратова в Санкт-Петербург. Высочайшим приказом 24 января 1854 г. Чернышевский был определен учителем во Второй кадетский корпус. В этом же году сотрудничает в журналах «Современник» и «Отечественные записки». В 1855 году Чернышевский защищает магистерскую диссертацию «Эстетические отношения искусства к действительности». Будущий писатель зарекомендовал себя прекрасным преподавателем, но пребывание его в корпусе оказалось недолгим. После конфликта с офицером Чернышевский был вынужден подать в отставку.

В 1862 году был арестован и около двух лет находился в заключении в Петропавловской крепости. Суд приговорил его к каторге и ссылке в Сибирь. Он отказывался подать прошение о помиловании. В 1875 освободить Чернышевского попытался И. Н. Мышкин. Организатором одной из попыток освобождения Чернышевского (1871) из ссылки был Г. А. Лопатин. В 1883 году Чернышевскому было разрешено поселиться в Астрахани, а за полгода до смерти переехать в Саратов. Умер Чернышевский в Саратове 17 (29) октября 1889 года.

Николай Гаврилович Чернышевский | Государственное управление в России в портретах

С. Бондар. Портрет Н. Г. Чернышевского

Николай Гаврилович Чернышевский (1828-1889) — русский социалист-утопист, революционный публицист, революционер-демократ, литературный критик и литератор. С 1854 г. один из главных сотрудников журнала «Современник». В начале 60-х годов пользовался громадным авторитетом в среде социал-революционной интеллигенции. Ближайшим его последователем и сотрудником являлся Н.А. Добролюбов. Сблизился с революционерами организации «Земля и воля». Арестован в июле 1862 г. Приговорен к 7 годам каторги. По окончании ссылки в 1883 г. получил право жить в Астрахани.

Родился в Саратове, в семье священника. Учился в Саратовской духовной семинарии, затем — на историко-философском отделении Петербургского университета (1846-1850), где познакомился с работами А. И. Герцена, В. Г. Белинского, Г. Гегеля, JI. Фейербаха, а также французских социалистов-утопистов и английских экономистов. В 1855 г. защитил диссертацию на тему «Эстетические отношения искусства к действительности». Чернышевский после окончания ун-та в 1851 получил место преподавателя словесности в Саратовской гимназии. Не боялся перед учениками доказывать несправедливость крепостного права и высказывать восхищение Великой французской рев. («Я делаю здесь такие вещи, Которые пахнут каторгою, я такие вещи говорю в классе»).

В 1853 женился, предупредив свою невесту о том, что он непременно будет участвовать в будущем росс. бунте, и переехал с ней в Петербург. Сдав магистерские экзамены, Чернышевский стал сотрудничать в журн. «Современник» и «Отечественные записки». В написанной им диссертации «Эстетические отношения искусства к действительности» и подцензурных статьях он умело проповедовал рев.-просветительские идеи борьбы за свержение «безграничного владычества самодурства». Чернышевский получил широчайшую известность как «глава радикального оркестра», на которого накопились многочисленные доносы в III Отделении. В 1859 Чернышевский ездил в Лондон и встречался с А.И. Герценом (содержание их бесед осталось тайной). Чернышевский полагал, что в результате крестьянской рев. Россия сможет миновать капитализм, создав условия для соц. отношений.

Чернышевский –пишет роман «Что делать?» в Алексеевском равелине Петропавловской крепости. Худ. Е. Д. Горовых. 1953 .

В 1862 был арестован по обвинению в сношениях с эмигрантами и содержался в Петропавловской крепости, где написал роман «Что делать?», на к-ром воспиталось не одно поколение революционеров. Роман «Что делать?», написанный в Петропавловской крепости, оказал сильное влияние на студенческую молодежь, которая нуждалась не столько в разработке философских основ социальных преобразований, сколько в конкретном примере общественных преобразований, которые она нашла в романе. Произведение надолго стало своего рода знаменем для революционно настроенной русской молодежи. За недоказанную принадлежность к составлению прокламации «Барским крестьянам от их доброжелателей поклон» Чернышевский был осужден на 7 лет каторжных работ, и после обряда гражданской казни (на Мытнинской площади Петербурга над головой Чернышевского сломали шпагу) он был отправлен на Кадаинский рудник. После окончания срока каторги Чернышевский был препровожден в Вилюйский острог. Здесь Чернышевский прожил 12 лет, отказавшись подписать прошение о помиловании («Мне кажется, я сослан только потому, что голова моя и голова шефа жандармов Шувалова устроены на разный манер. А об этом-то разве можно просить помилования?»).

Продолжил литературную работу, написав роман «Пролог», изданный в 1877 в Лондоне. В 1883 получил разрешение на жительство в Астрахани, в 1889 смог вернуться в Саратов, всюду находясь под наблюдением полиции. Занимался переводами, изданием «Материалов для биографии Н.А. Добролюбова», не пытаясь вернуться к политической деятельности. Благодаря хлопотам сына Михаила, 27 июня 1889 года переезжает в Саратов, но уже 11 октября того же года заболевает малярией. Чернышевский скончался 17 (29) октября 1889 года от кровоизлияния в мозг. 20 октября 1889 года был похоронен в Саратове на Воскресенском кладбище.

Гражданская казнь Н.Г. Чернышевского в 1864 году

Николай Гаврилович Чернышевский в советской биографической литературе именуется «революционным демократом». Но определение «демократ» прилагается к нему (как и к Н.А. Добролюбову) по недоразумению. Свое отношение к родной стране Чернышевский четко сформулировал уже в 1850 году: «Вот мой образ мысли о России: неодолимое желание близкой революции и жажда ее, хоть я и знаю, что долго, может быть, весьма долго, из этого ничего не выйдет хорошего, что, может быть, надолго только увеличатся угнетения и т. д. — что нужды?» Как видно, Чернышевскому «нет нужды» до того, что положение народа по вине революционеров неизбежно ухудшится: революция для него — самоцель. Когда главный герой его романа «Пролог» (1870) Волгин, персонаж во многом автобиографический, убеждается, что русский народ не хочет революции, он выносит этому народу приговор: «Жалкая нация, жалкая нация! Нация рабов, — снизу доверху, все сплошь рабы…». Эти слова восхитили Ленина и стали основной установкой большевиков в их отношении к России.

Эскиз к картине «Чернышевский». Третьяков Н.Я.

Человек радикальных политических взглядов, сторонник насильственного разрушения государства, Чернышевский отвергал основу демократического общества — независимую, экономически самостоятельную личность. Образцом общественного устройства для него была социалистическая община или коммуна. В статье «Критика философских предубеждений против общинного владения» («Современник», 1859, № 2) Чернышевский требовал сохранить в России общину, чтобы не дать развиваться частному предпринимательству и свободной конкуренции.

Маркс и Энгельс именовали Чернышевского «великим русским ученым и критиком». Характерно, что этот «великий ученый» в студенческие годы долго работал над проектом вечного двигателя. Утопическое мышление так и осталось его неизменной чертой. В дальнейшем Чернышевский стал плодовитым журналистом, одним из ведущих сотрудников радикального журнала «Современник», где опубликовал десятки своих статей на политические, экономические и литературные темы. Эти статьи несут на себе отпечаток его революционной непримиримости и утопизма. Наиболее систематическое выражение взгляды Чернышевского получили в его философской работе «Антропологический принцип в философии» («Современник», 1860, № 4-5). Основываясь на теории немецкого материалиста Л. Фейербаха, Чернышевский добавляет в нее классовые мотивы. По его версии, всеми человеческими взаимоотношениями правит эгоизм, важно лишь правильно установить иерархию «эгоизмов»: интересы многочисленных групп людей стоят выше, чем интересы малочисленных.

Отречение Чернышевского от помилования в 1874 году. Худ. Б. В. Миловидов

В диссертации «Эстетические отношения искусства к действительности» (1855), написанной также под влиянием Фейербаха, Чернышевский утверждал, что задача искусства — объяснить жизнь и «вынести ей приговор». С этой точки зрения он строил и свою литературную критику. Например, он резко осудил пьесы А.Н. Островского «Не в свои сани не садись» и «Бедность не порок» за отсутствие обличительного «приговора» русской жизни («Современник», 1854, № 5). Показательно, что диссертация Чернышевского вызвала принципиальное несогласие крупнейших художников того времени — И.С. Тургенева и Л.Н. Толстого. Статьи Чернышевского носят публицистический характер и призваны пропагандировать его политические взгляды. Исключения редки — например, достаточно глубокий анализ ранних повестей Л.Толстого («Современник», 1856, № 12).

Параллельно с журналистикой Чернышевский занимался нелегальной политической деятельностью. Он был причастен к подпольной организации «Земля и воля», созданной для руководства ожидавшейся к 1863 году революцией. В 1861 г. Чернышевский написал революционную прокламацию «Барским крестьянам от их доброжелателей поклон», где призывал ответить на манифест об отмене крепостного права всеобщим бунтом, за что в 1862 г. был арестован. Во время предварительного заключения в Петропавловской крепости беспрепятственно занимался литературным трудом и, в частности, написал роман «Что делать? Из рассказов о новых людях», который с разрешения цензуры был опубликован в 1863 г. в журнале «Современник».

Н.А. Некрасов, Н.Г. Чернышевский, Н.А. Добролюбов в редакции «Современника»; Художник Кузмичёв,

Суд приговорил Чернышевского к 14 годам каторги по обвинению в составлении прокламации «К барским крестьянам», но Александр II сократил этот срок вдвое. Каторжные работы не мешали Чернышевскому сочинять пьесы, повести и романы, которые он читал вслух другим заключенным и высылал издателям для публикации.

С 1871 г. Чернышевский жил на поселении в Якутии, с 1883 г. — в Астрахани; в 1889 г. получил разрешение вернуться на родину в Саратов. Каторга и ссылка обеспечили ему популярность и репутацию мученика, что сам Чернышевский хорошо понимал и ценил. «За себя самого совершенно доволен… Я радуюсь тому, что без моей воли и заслуги придано больше прежнего силы и авторитетности моему голосу», — писал он жене в 1871 г.

Особую славу в радикальных и нигилистических кругах приобрел роман «Что делать?», который существенно повлиял на формирование коммунистического идеала личности. «Он меня всего глубоко перепахал», — сказал о нем Ленин. Пафос романа — в устремленности к социалистическому идеалу «нового человека», т.е. особой породы, которая со временем должна стать «общею натурою всех людей». «Новые люди» подходят к жизни с позиций «разумного эгоизма» и теории «расчета выгод», которая, по мнению Чернышевского, стимулирует нравственное развитие человека. Эта концепция личности и другие идеи романа «Что делать?» были убедительно оспорены Ф.М. Достоевским («Преступление и наказание», «Записки из подполья»), Н. С. Лесковым («Некуда»), Л.Н. Толстым («Живой труп»).

На высшей ступени лестницы развития, согласно роману, стоит «особенный человек» Рахметов, ушедший в революцию и живущий интересами только своего подпольного «дела».

Заслуга Чернышевского перед коммунистической властью состоит, по словам Ленина, в том, что он «умел влиять на все политические события его эпохи в революционном духе, проводя… идею борьбы масс за свержение всех старых властей». Эта идея принесла России неизмеримый вред.

Имя Чернышевского дано множеству площадей и улиц по всей России. В Петербурге это — станция метро и площадь. В Москве — переулок (а до 1994 г. и одна из центральных улиц города — Покровка). Места ссылок писателя-народовольца также не забыты. В Читинской и Иркутской областях есть поселки, названные его именем. Его имя носит и государственный Саратовский университет.

Николай Чернышевский за переводом истории. Худ. И.И. Михеев

Литература: Кириленко Г.Г., Шевцов Е. В. Краткий философский словарь. М. 2010, с. 430-431.
Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. Москва, 1997 г.
Абушенко В.Л. Философ, писатель, общественный деятель (Новейший философский словарь. Сост. Грицанов А.А. Минск, 1998).
Черная книга имен, которым не место на карте России. Сост. С.В. Волков. М., «Посев», 2004.

Виктор Цой и Тони Роббинс. Кем был Николай Чернышевский для XIX столетия | Персона | Культура

130 лет назад, 29 октября 1889 г., в Саратове от кровоизлияния в мозг, произошедшего к тому же на фоне малярии, умер человек, которого при жизни боялись многие сильные мира сего.

И которому в подмётки не годится ни один из тренеров личностного роста, какую бы аудиторию те ни собирали. По здравом размышлении придётся признать, что даже знаменитый Тони Роббинс, несомненный лидер в области лайф-коучинга, — всего лишь сынок по сравнению с тем, кто умер тогда в Саратове. Звали покойного Николай Гаврилович Чернышевский.

У тех, кто учился в школе сравнительно недавно, это имя, скорее всего, никаких эмоций не вызовет — роман Чернышевского «Что делать?» из программы изъяли. Говорят, впрочем, что его можно ещё обнаружить в школах с углублённым изучением литературы. Да и то не факт.

Н. Г. Чернышевский. Фотография В. Я. Лауфферта. 1859 год. Public Domain

У тех, кому довелось пройти десять лет советской средней, эмоции, напротив, будут весьма сильными. И довольно широкого спектра — от «ох, божечки, скучно-то как» до «терпеть не могу, кошмар чудовищный». Причём сторонники последнего утверждения будут, пожалуй, преобладать.

И, в общем, окажутся правы. Потому что с литературной точки зрения роман «Что делать?» — безусловное, абсолютное днище, пробить которое удалось только в последние десять лет и только производителям книжного мусора для домохозяек. Ну и отчасти — авторам макулатурных романов о попаданцах.

Собственно, так же полагало и подавляющее большинство современников Чернышевского, которые в те благие времена не считали нужным стеснять себя в выражениях.

Вот Феофил Толстой, внук фельдмаршала Кутузова, композитор и музыкальный критик: «Безобразнейшее произведение русской литературы, полное отвратительной грязи». Чуть более конкретен и подробен тонкий поэт Афанасий Фет: «Скудность изобретения, положительное отсутствие творчества, беспрестанные повторения, преднамеренное кривлянье самого дурного тону, и ко всему этому беспомощная корявость языка превращают чтение романа в трудную, почти невыносимую работу». В общий хор вступает писатель и превосходный стилист Николай Лесков: «Роман странно написан. Со стороны искусства — ниже всякой критики, он просто смешон».

Положим, это те, кому была неприятна, даже противна сама фигура Чернышевского и его откровенно социалистические предпочтения. Но вот что говорит «неисправимый социалист» Александр Герцен: «Читаю роман Чернышевского. Господи, как гнусно написано, сколько кривлянья, что за слог! Какое дрянное поколенье, которого эстетика этим удовлетворена. .. Всё полито из семинарски-петербургски-мещанского урыльника».

Да что там Герцен. Николай Бердяев, мыслитель, который считал и называл Чернышевского святым, к главному его произведению беспощаден: «Художественных достоинств этот роман не имеет, он написан неталантливо».

Тем не менее, этот лютый трэш стал чуть ли не главным событием культурной жизни второй половины XIX столетия. Самым модным произведением — точно. Не читать его было попросту невозможно, немыслимо. Свидетельствует профессор-правовед Пётр Цитович: «За 16 лет пребывания в университете мне не удалось встретить студента, который не прочел бы знаменитого романа еще в гимназии; а гимназистка 5-6 класса считалась бы дурой, если бы не познакомилась с похождениями Веры Павловны — иногда по совету своего учителя гимназии».

Этот феномен не могли объяснить тогда, не очень-то могут и сейчас. И не смогут, если по-прежнему будут считать «Что делать» романом. То есть литературой.

Зато если выйти из этого порочного круга и признаться наконец, что произведение Чернышевского не литература вообще, то многое станет понятно. Потому что это и впрямь не литература. Но что тогда?

«Что делать?» — пространная, подробная инструкция к тому, как надо жить нормальным людям. Между прочим, автор недвусмысленно вынес это в название — как говорится, ткнул носом.

«Что делать?» — это бестселлер по лайф-коучингу тех времён, когда само словосочетание, противное уму и сердцу, ещё не придумали.

«Что делать?» — это картина той крутой, осмысленной и блестящей жизни, которой любой болван может достичь прямо вот здесь и сейчас или чуть погодя. Если, конечно, будет следовать советам автора-коуча.

Чернышевский дотошно, въедливо объясняет и показывает, что конкретно следует делать и как следует поступать в конкретных жизненных ситуациях, если ты хочешь достичь успеха. Например, в бизнесе — Вера Павловна начинает с задрипанной швейной мастерской на дому и заканчивает тем, что открывает на Невском свой бутик под названием Au bon travail. Magasin des Nouveautes. То есть «За хорошую работу. Магазин новинок».

Ну а если ты хочешь достичь настоящего, большого успеха, да такого, чтобы о тебе помнили годы и столетия спустя, то делай жизнь с господина Рахметова.

Чернышевский на смертном одре. Фото: Public Domain

Во-первых, как и он, выйди для начала из пресловутой «зоны комфорта» — откажись от пособий из поместья, покинь университет.

Во-вторых, начни работать над собой — правильно распределяй время: «Он успевал делать страшно много, потому что и в распоряжении времени положил на себя точно такое же обуздание прихотей, как и в материальных вещах. Ни четверти часа в месяц не пропадало у него на развлечение, отдыха ему не было нужно».

В-третьих, не забывай о поддержании физического тонуса и о диете: «Он вздумал, что нужно приобрести физическое богатство, и начал работать над собою. Стал очень усердно заниматься гимнастикою… Стал кормить себя — именно кормить себя — исключительно вещами, имеющими репутацию укреплять физическую силу, больше всего бифштексом, почти сырым, и с тех пор всегда жил так».

Противостоять обаянию инструкции, которая показывает, что из откровенного слабака или неудачника можно превратиться в крутого супергероя, попросту невозможно. Это был заслуженный хит, а Чернышевский — первый русский хитмейкер.

Кстати, невозможно противостоять обаянию ещё одного певца таких вот героев и «сверхчеловеков». Иногда кажется, что значительная часть хитов Виктора Цоя написана под прямым влиянием Чернышевского. Во всяком случае его песни «героического» периода могли бы стать идеальным саундтреком к театральной постановке «Что делать?»

Представьте себе: на сцене Рахметов жрёт сырой бифштекс, качает железо, рядом стоит каноническая раскладушка с гвоздями, на которой, умерщвляя плоть, спит наш герой. А из динамиков звучит вот это вот:

Ты должен быть сильным, ты должен уметь сказать:
Руки прочь, прочь от меня!
Ты должен быть сильным, иначе зачем тебе быть.
Что будет стоить тысячи слов,
Когда важна будет крепость руки?

Теплоход «Николай Чернышевский» — отзывы, цены на туры, адрес на карте.

Нижняя палуба — 3-м 2-яр (НП)

Свободные каюты по запросу

К каютам категории 3-м 2-яр (НП) относятся следующие номера кают: 109-118.Однокомнатная двухъярусная каюта с удобствами, рассчитанная на размещение трех человек.Расширена площадь санблока, отдельный душ, санузел, кондиционер.В каюте: три спальных места (два внизу, одно — вторым ярусом), шкаф для одежды, трюмо, радио, телевизор, холодильник, сейф, обзорное окно, электророзетка на 220V.

Средняя палуба — 2-м (СП)

Свободные каюты по запросу

К каютам категории 2-м (СП) относятся следующие номера кают: 319-346, 351, 352. Однокомнатная каюта с удобствами, рассчитанная на размещение двух человек.Расширена площадь санблока, отдельный душ, санузел, кондиционер.В каюте: два спальных места, шкаф для одежды, трюмо, радио, телевизор, холодильник, сейф, обзорное окно, электророзетка на 220V.

Шлюпочная палуба — Делюкс (ШП)

Свободные каюты по запросу

К каютам категории Делюкс (ШП) относятся следующие номера кают: 403, 405-409, 412, 414, 419-422. Просторная однокомнатная каюта с удобствами, рассчитанная на размещение двух человек.Расширена площадь санблока, отдельный душ, санузел, кондиционер.В каюте: двуспальная кровать, шкаф для одежды, трюмо, телевизор, холодильник, сейф, радио, одно обзорное окно, электророзетка на 220V.

Шлюпочная палуба — 1-м (ШП)

Свободные каюты по запросу

К каютам категории 1-м (ШП) относятся следующие номера кают: 429-436. Однокомнатная каюта с удобствами, рассчитанная на размещение одного человека.В каюте: одно спальное место, шкаф для одежды, радио, телевизор, холодильник, сейф, душ, санузел, кондиционер, обзорное окно, электророзетка на 220V.

Главная палуба — Делюкс (ГП)

Свободные каюты по запросу

К каютам категории Делюкс (ГП) относятся следующие номера кают: 201-224. Просторная однокомнатная каюта с удобствами, рассчитанная на размещение двух человек. Расширена площадь санблока, отдельный душ, санузел, кондиционер.В каюте: две односпальные кровати (сдвинуть нельзя), шкаф для одежды, трюмо, телевизор, холодильник, сейф, радио, одно обзорное окно, электророзетка на 220V.

Средняя палуба — Делюкс (СП)

Свободные каюты по запросу

К каютам категории Делюкс (СП) относятся следующие номера кают: 301-306, 347-350. Просторная однокомнатная каюта с удобствами, рассчитанная на размещение двух человек.Расширена площадь санблока, отдельный душ, санузел, кондиционер.В каюте: кровать, шкаф для одежды, трюмо, телевизор, холодильник, сейф, радио, одно обзорное окно, электророзетка на 220V.

Номера кают с двуспальной кроватью: 347-350.Номера кают с двумя односпальными кроватями (сдвинуть нельзя): 301-306.

Средняя палуба — Полулюкс

Свободные каюты по запросу

К каютам категории Полулюкс относятся следующие номера кают: 307, 308. Однокомнатная каюта с удобствами, рассчитанная на размещение до трех человек.Расширена площадь санблока, отдельный душ, санузел, кондиционер.В каюте: двуспальная кровать, прикроватные тумбы, диван и кресло, журнальный столик, шкаф, телевизор, холодильник, радио, фен, сейф, три обзорных окна, электророзетка на 220V.

Средняя палуба — Люкс

Свободные каюты по запросу

К каютам категории Люкс относятся следующие номера кают: 359, 360. Двухкомнатная каюта с удобствами, рассчитанная на размещение от двух до трех человек.Расширена площадь санблока, отдельный душ, санузел, кондиционер. Площадь каюты — 30 кв.м.Комфортабельная гостиная с современным интерьером, мягкая мебель (два кресла, диван), журнальный столик, шкаф, телевизор, холодильник, сейф, радио, два обзорных окна, электророзетка на 220V.В спальне: двуспальная кровать, шкаф, трюмо, два обзорных окна.

Средняя палуба — 1-м (СП)

Свободные каюты по запросу

К каютам категории 1-м (СП) относятся следующие номера кают: 355, 356, 365-371. Однокомнатная каюта с удобствами, рассчитанная на размещение одного человека.В каюте: одно спальное место, шкаф для одежды, радио, телевизор, холодильник, сейф, душ, санузел, кондиционер, обзорное окно, электророзетка на 220V.

Шлюпочная палуба — 2-м (ШП)

Свободные каюты по запросу

К каютам категории 2-м (ШП) относятся следующие номера кают: 401, 402, 404, 410, 411, 413, 415-418. Однокомнатная каюта с удобствами, рассчитанная на размещение двух человек.Расширена площадь санблока, отдельный душ, санузел, кондиционер.В каюте: два спальных места, шкаф для одежды, трюмо, радио, телевизор, холодильник, сейф, обзорное окно, электророзетка на 220V.

2. Николай Чернышевский. | Румянцевский музей

 

Н. Г. ЧЕРНЫШЕВСКИЙ

(1829-1889)

I

29-го октября 1969 г. исполнилось восемьдесят лет со дня смерти знаменитого русского ученого экономиста, публициста и литературного критика Николая Гавриловича Чернышевского. Карл Маркс, который не был щедр на похвалы, печатно назвал Чернышевского «великим русским ученым и критиком». А знаменитому русскому революционеру-народнику Герману Лопатину Маркс не раз говорил, что «из всех современных экономистов Чернышевский представляет единственного оригинального мыслителя, между тем как остальные суть только простые компиляторы».
Чернышевский родился 24 июня 1828 г. в Саратове, где отец его был священником. Он учился сначала в тамошней духовной семинарии, потом поступил в Петербургский университет, который окончил в 1850 г.
Чернышевский был с ранней юности и до конца жизни революционером и социалистом. Еще юношей, в 1848 г., он писал в своем «Дневнике»:
«В сущности я нисколько не подорожу жизнью для торжества своих убеждений, для торжества свободы, равенства, братства, уничтожения нищенства и порока, если я только буду убежден, что мои убеждения справедливы и восторжествуют, и если уверен буду, что восторжествуют они, даже не пожалею, что не увижу дня торжества их».
Тогда же он писал в своем «Дневнике»: — «Историческое значение каждого русского великого человека измеряется его заслугами родине, его человеческое достоинство — силой его патриотизма».
{16} Далее Чернышевский объяснял, в чем, по его мнению, заключается истинный патриотизм. Он писал: — «Неужели наше призвание ограничивается тем, что мы имеем миллион пятьсот тысяч войска и можем, как гунны, как монголы, завоевать Европу, если захотим?… Таково ли наше назначение? Быть всемогущими в политическом и военном отношении и ничтожными по другим высшим элементам жизни народной? В таком случае лучше вовсе не родиться, чем родиться гунном, Аттилою, Чингисханом, Тамерланом или одним из их воинов и подданных».
Чернышевский был убежденным противником как расового, так и национального гнета. Еще юношей он по поводу подавления венгерского восстания русскими войсками Николая I, писал в своем «Дневнике» 17-го июля 1848 года: — «Я друг венгров, желаю поражения там русских и для этого готов был бы самим собой пожертвовать».
В 1850 г., по окончании университета, он вернулся в Саратов, где был преподавателем в гимназии. В 1853 г. он переехал в Петербург. Сначала он и там занимался педагогической деятельностью, но вскоре всецело посвятил себя литературному труду. Писал вначале в журнале «Отечественные записки», а потом стал писать исключительно для журнала Некрасова «Современник». Благодаря ему и привлеченному им Добролюбову, «Современник» скоро приобрел огромное влияние. «Современник» был самым популярным журналом в русском образованном обществе того времени. В 1861 г. тираж его дошел до 7.125 экземпляров, что было для той эпохи самым большим тиражом. Каждый экземпляр «Современника» читался коллективно, таким образом действительное число читателей журнала во много раз превышало его тираж.
Чернышевский был одним из образованнейших людей в России. Он знал 16 иностранных языков. Из 225 юношеских рукописей Чернышевского было написано: на немецком языке 12 работ, французском — 4, {17} латинском— 62, греческом — 12, арабском — 3, персидском — 5, татарском — 10, древнееврейском — 3. Некоторые из этих рукописей переведены на русский язык. За сравнительно небольшой период (1855-1862) из-под его пера вышло свыше 250 работ, посвященных вопросам внутренней и международной политики, философии, истории, политической экономии, теории и истории литературы.
Верховной ценностью мира Чернышевский, как и Герцен признавал человеческую личность; возможно полная свобода развития человеческой индивидуальности была, в их глазах, конечной целью общественного союза; если они были социалистами, то именно потому, что только социализм мог в их глазах обеспечить человечеству свободу.

II

Чернышевский был убежден в неизбежности крестьянской революции в России, и в этом он расходился не только с тогдашними либералами, но также с Герценом. В 50-х годах Герцен верил в возможность мирного разрешения вопроса об отмене крепостной зависимости. Герцен в своем лондонском журнале «Колокол» взял русских либералов под свою защиту от критики «Современника» и в оскорбительной форме отзывался о Чернышевском и Добролюбове. По настоянию Некрасова Чернышевский поехал в Лондон объясниться с Герценом. Во время встречи с Герценом, состоявшейся 25 июня 1859 г., Чернышевский вел разговоры по принципиальным коренным вопросам, связанным с практической подготовкой крестьянской революции. В мемуарах современников сохранились отзывы Герцена и Чернышевского друг о друге, вызванные их встречей. «Какой умница, какой умница… и как отстал», — сказал Чернышевский о Герцене. «Ведь он до сих пор думает, что продолжает остроумничать в московских салонах и препирается с Хомяковым. А время идет теперь с страшной быстротой: один {18} месяц стоит прежних десяти лет.
Присмотришься — у него все еще в нутре московский барин сидит».
«Удивительно умный человек, — заметил в свою очередь Герцен, — и тем более при таком уме показательно его самомнение. Ведь он уверен, что «Современник» представляет из себя пуп России. Нас грешных они совсем похоронили. Ну, только, кажется, уж очень они торопятся с нашей отходной — мы еще поживем».
Когда в 1861-1862 гг. начались крестьянские восстания, Чернышевский увлекся и написал прокламацию «К барским крестьянам», но прежде чем она была напечатана, провокатор, который видел ее, выдал Чернышевского. Ненавидевшее его правительство, боявшееся его революционного влияния на молодежь, воспользовалось доносом, арестовало его, и после того, как он просидел два года в Петропавловской крепости, он был присужден к семи годам каторги и по истечении этого срока — на вечное поселение в Сибирь.
19-го мая 1864 г. в «Петербургских ведомостях» было опубликовано объявление об исполнении приговора над Чернышевским. В этот день на Мытинской площади в Петербурге над Чернышевским был совершен обряд гражданской казни. Жандармский полковник Дурново в донесении от 19-го мая 1864 г. сообщил шефу жандармов Долгорукову: «По приказанию вашего сиятельства сего числа в 61/2 утра прибыл я на Мытинскую площадь, где в 8 часов должен быть объявлен публичный приговор государственному преступнику Чернышевскому. На площади я нашел, несмотря на раннее время и ненастную погоду, около 200 человек, ко времени же объявления приговора собралось от 2 до 21/2 тысяч человек.
В числе присутствующих были литераторы и сотрудники журналов, много студентов Медико-хирургической академии, три воспитанника училища правоведения, до 20 человек воспитанников корпуса путей сообщения, несколько офицеров пехотных гвардейских полков и офицеров армейских и стрелковых батальонов. Перед приводом {19} Чернышевского, находящийся в числе зрителей, г. Якушкин изъявил желание проститься с преступником, и когда к нему подошел полицмейстер полковник Ваннаш и спросил, он ли желает проститься,
г. Якушкин сказал, что желает не он один, а желают все». (M. H. Чернышевская. Летопись жизни и деятельности H. Г. Чернышевского. Москва, стр. 331).
На другой день, 20-го мая 1864 г. в 10 часов утра закованного в цепи Чернышевского из каземата Петропавловской крепости отправили по этапу в Сибирь на каторгу.
Почти 21 год Чернышевский томился в крепости, на каторге и в Сибирской ссылке, но ничто не могло сломить его железной воли. Еще сидя в Петропавловской крепости и зная, что его впереди ожидают тягчайшие испытания, он писал жене:
«Скажу тебе одно — наша с тобой жизнь принадлежит истории; пройдут сотни лет, а наши имена все еще будут милы людям и будут вспоминать о нас с благодарностью, когда уже забудут почти всех, кто жил в одно время с нами. Так надобно же нам не уронить себя со стороны бодрости характера перед людьми, которые будут изучать нашу жизнь».

III

Трагическая судьба Чернышевского не переставала волновать Герцена. Он проклинал палачей Чернышевского, которого называл «великим борцом за свободу русского народа и одним из самых замечательных русских публицистов».
В своих «Письмах к противнику» Герцен в конце 1864 г. писал в «Колоколе»: «Что, Чернышевский отрекся от своих убеждений? Нет, он ушел на каторгу с святой нераскаянностью». А через два года в конце 1866 г., Герцен в статье «Порядок торжествует» писал в «Колоколе»:
«Первые представители социальных идей в Петербурге были Петрашевцы. Их даже судили как {20} «Фурьеристов». За ними является сильная личность Чернышевского. Он не принадлежал исключительно ни к одной социальной доктрине, но имел глубокий социальный смысл и глубокую критику современно существующих порядков. Стоя один, выше всех головой, середь петербургского брожения вопросов и сил, середь застарелых пороков и начинающихся угрызений совести, середь молодого желания иначе жить, вырваться из обычной грязи и неправды, Чернышевский решился схватиться за руль, пытаясь указать жаждавшим и стремившимся — что им делать. Его среда была городская, университетская, среди развитой скорби, сознательного недовольства и негодованья; она состояла исключительно из работников умственного движения, из пролетариата интеллигенции, из «способностей». Чернышевский, Михайлов и их друзья, первые в России звали не только труженика, съедаемого капиталом, но и труженицу, съедаемую семьей, к иной жизни. Они звали женщину к освобождению работой от вечной опеки, от унизительного несовершеннолетия, от жизни на содержании — ив этом одна из величайших заслуг их.
Пропаганда Чернышевского была ответом на настоящие страдания, слово утешения и надежды гибнувшим в суровых тисках жизни. Она им указывала выход. Она дала тон литературе и провела черту между в самом деле юной Россией — и прикидывавшеюся такою Россией, немного либеральной, слегка бюрократической и слегка крепостнической. Идеалы ее были в совокупном труде, в устройстве мастерской, а не в тощей палате, в которой бы Собакевичи и Ноздревы разыгрывали «дворян в мещанстве» — и помещиков в оппозиции.
Огромный успех социальных учений между молодым поколением, школа вызванная ими, нашедшая себе не только литературные отголоски и органы, но начала практического приложения и исполнения — имеют историческое значение».
Чернышевский был не только замечательный публицист, но и выдающийся литературный критик. Он раньше {21} других заявил о мировом значении русской литературы. «Каково бы ни было достоинство произведений Пушкина, Грибоедова, Лермонтова и современных нам писателей, писал он еще в начале 50-х гг., — но они еще милее для нас, как залог будущих торжеств нашего народа на поприще искусства, просвещения и гуманности». (Собр. соч. т. 1, стр. 3191).
Чернышевский высоко ценил талант Тургенева. Он первый раскрыл в творчестве Л. Н. Толстого его «глубокий реализм, умение отразить всю полноту человеческих переживаний». Именно Чернышевский первый предсказал блестящее литературное будущее Толстому.

Один из товарищей детства и отрочества Александра II — известный писатель А. К. Толстой — зимой 1864-1865 г. во время охоты, стоя рядом с царем, решил воспользоваться случаем и замолвить слово за осужденного Чернышевского, которого он знал лично. На вопрос Александра II, что делается в литературе и не написал ли он, Толстой, что-либо новое, писатель ответил: «Русская литература надела траур по поводу несправедливого осуждения Чернышевского»…
Александр II не дал ему кончить фразу: «Прошу тебя, Толстой, никогда не напоминать мне о Чернышевском», — проговорил он недовольно и затем, отвернувшись в сторону, дал понять, что беседа кончена.
2 декабря 1871 г. начальство каторжной тюрьмы в которой содержался Чернышевский получило следующее предписание:
«Важность преступлений, совершенных Чернышевским, и значение которым пользуется он в среде сочувствующих ему поклонников, вызывают со стороны правительства особые меры для отстранения ему возможности побега и отклонения его вредного влияния на общество. В этих видах, для поселения Чернышевского, по случаю окончания определенного ему срока каторжных работ, назначается отдаленное и уединенное место Якутской области, именно город Вилюйск, в котором {22} Чернышевский должен помещаться в том здании, где раньше его помещались важные преступники».
В казенной повозке, под конвоем двух жандармов и офицера, Чернышевский в сибирский лютый мороз, доходивший до 50 градусов, был отправлен в Вилюйск. Он проехал раньше больше 1.000 верст до Иркутска и затем 710 верст от Иркутска до Вилюйска. Путь лежал по мерзлым, занесенным снежными сугробами сибирским дорогам. На остановках у нищего якутского населения нельзя было достать даже корки хлеба. Чернышевский прибыл в Вилюйск в январе 1872 г. и был помещен в лучшем здании города — в тюрьме. Тюрьма в то время пустовала — ни одна душа не вышла ему навстречу. Сам он в письмах к родным писал: «Что такое Вилюйск? Это город только по названию. В действительности это даже не село, даже не деревня — это нечто такое пустынное и мелкое, чему подобного в России нет».
В этой пустыне Вилюйск, по словам Чернышевского, представлялся настоящим оазисом. Этот «оазис» был совершенно отрезан от всего культурного мира. Почта приходила туда раз в два месяца. Ближайший рынок — Якутск — находился в 710 верстах оттуда, и товары привозились только раз в год. Достать стакан или тарелку или кусок мыла было нельзя. Условия питания были самые тяжелые. Мясом запасались там раз в год. Чтобы не заболеть, Чернышевский совершенно отказался от такого «свежего» мяса и питался исключительно хлебом, кашей и чаем. Ближайшего доктора можно было найти только — в Якутске. Климат в этих местах сносен только при самых жестоких морозах. В остальное время воздух пропитан болотными испарениями, гибельными для непривычных людей.
Поселившись в «лучшем доме» Вилюйска, Чернышевский перестал ждать смягчения своей участи. Он пришел к заключению, что правительство решило похоронить его заживо, отрезать от всего культурного мира. Всю {23} свою энергию мысли и напряжение воли он сосредоточил на одной цели: сохранить свое духовное «я» и не дать ему погибнуть в глухой сибирской тайге. Может быть, голос его когда-нибудь еще зазвучит, и поэтому надо во что бы то ни стало сохранить себя для того времени. Он зарылся в книги и продолжал по целым ночам писать. Утром рвал все написанное на мелкие клочки, ибо он вечно боялся обыска и не хотел, чтобы какой-нибудь жандарм рылся в его бумагах. Надеяться на то, что написанное когда-нибудь увидит свет, он не мог. Цензура строго запретила русской печати даже упоминать его имя. Днем и ночью два стражника охраняли его дом.
Летом 1874 г. правительство попыталось склонить Чернышевского, чтобы он подал царю просьбу о помиловании. Генерал-губернатор Восточной Сибири направил в Вилюйск (место ссылки Чернышевского) своего адъютанта полковника Винникова для переговоров с Чернышевским. Винников явился к Чернышевскому в острог и, поздоровавшись с ним, передал ему предложение подать царю прошение о помиловании. Чернышевский сказал:
«В чем же я должен просить помилования?… Мне кажется, что я сослан только потому, что моя голова и голова шефа жандармов Шувалова устроены на разный манер, а об этом разве можно просить помилования?»
Лишь в 1883 г. царь Александр III разрешил Чернышевскому вернуться из Сибири и поселиться под строгим надзором полиции сначала в Астрахани, а потом в его родном Саратове.

IV

Влияние Чернышевского на современников было громадно. «Имя Чернышевского, — писал знаменитый историк Н. И. Костомаров, — продолжало служить знаменем развивавшейся в России революционной пропаганды.
{24} Никто в России не имел такого огромного влияния в области революционных идей на молодежь, как Чернышевский».
Коммунистические историки объявили Чернышевского «предшественником Ленина и русских большевиков», но это явная неправда. Чернышевский, действительно, относился с презрением к либералам. Это презрение вызывалось у него тем, что тогдашние либералы не понимали или не хотели понять, что все на свете требует силы для своего осуществления. «Дурное и хорошее, писал он, одинаково ничтожно, когда бессильно». Он едко смеялся над прусскими либералами, наивно ожидавшими, что желательные для них конституционные гарантии упадут с неба. Но либералы 50-х годов прошлого столетия не были похожи на русских либералов 20-го столетия, членов «Союза Освобождения» и Конституционно-Демократической партии, против которых воевал Ленин.
Чернышевский говорил о себе, что он не принадлежит к числу людей, готовых жертвовать нынешними интересами народа ради будущих его интересов. «Выше человеческой личности, — писал Чернышевский, — мы не принимаем на земле ничего». В своей статье «Капитал и труд» Чернышевский изложил план известного французского социалиста Луи Блана, и главной особенностью этого плана было, в изложении Чернышевского, то что его осуществление не стеснило бы ничьей свободы. «Кто чем хочет, тот тем и занимается», «живи, где хочешь, живи, как хочешь». В статье «Капитал и труд» Чернышевский называет план Луи Блана его собственным планом.
Чернышевский был решительным сторонником полного народовластия и раскрепощения всех угнетенных национальностей и их национального самоуправления. Чернышевский был противником национальной ограниченности. Он не отрывал интересов России от общечеловеческих и был решительным врагом всякого шовинизма. Он писал:
«Народность развивается соразмерно {25} общечеловечности: только образование дает индивидуальности содержание и простор. Варвары все сходны между собой, каждая из высокообразованных наций отличается от других резко обрисованной индивидуальностью. Поэтому, заботясь о развитии общечеловеческих начал, мы в то же время содействуем развитию своих собственных качеств, хотя бы вовсе о том не заботились». (Н. Г. Чернышевский. Собр. сочинений. Том 1, стр. 180).
В другой статье он писал: — «Не люблю я тех господ, которые говорят свобода, свобода и эту свободу ограничивают тем, что сказали это слово, да написали его в законах и не вводят в жизнь, что уничтожают законы, говорящие о неравенстве, а не уничтожают порядка, при котором девять десятых народа рабы и пролетарии». (Там же, стр. 110).
Чернышевский был решительным врагом кнута и принуждения в экономической области. Он проповедовал образование производительных товариществ на добровольных началах. «Без добровольного согласия человека, — писал он, — ничто действительно полезное не может быть сделано для него». В одном из его романов один из его любимых героев говорит: «Без свободы счастье невозможно». А в одной из его статей, написанных им в 1879 г., Чернышевский писал:
«Мне всегда было тошно читать рассуждения о ‘гнусности буржуазии’ и обо всем тому подобном; тошно, потому что эти рассуждения, хоть и внушаемые ‘любовью к народу’, вредят народу, возбуждая вражду его друзей против сословия, интересы которого, хотя и могут часто сталкиваться с интересами его (как сталкиваются очень часто интересы каждой группы самих простолюдинов с интересами всей остальной массы простолюдинов), но в сущности одинаковы с теми условиями национальной жизни, какие необходимы для блага народа, потому в сущности тождественны с интересами народа». (Однотомник Н. Г. Чернышевского: Избранные статьи. Москва, 1950, стр. 787).
{26} Известно, что Чернышевский писал романы, которые, хотя и не блещут особыми художественными достоинствами, но ни кто иной, как Лев Толстой в письме от 26 сентября 1903 г. о романе Чернышевского «Что делать?» писал:
«Эта книга — проявление силы и величия души, смелый опыт, в котором гармонически соединилось чувство и истинное искусство. Не могу выразить вам того восхищения, которое эта книга вызывает во мне». (Сборник «Литературное наследство» № 31-32. Москва, 1937 г. стр. 1011).
Выдающийся русский философ Николай Бердяев, в книге «Русская идея», так пишет о романе Чернышевского «Что делать?»:
«Роман Чернышевского замечателен и имел огромное значение. Это значение было, главным образом, моральное. Это была проповедь новой морали. Роман был оклеветан представителями правого лагеря, — начали кричать о его безнравственности те, кому это менее всего было к лицу. В действительности мораль «Что делать?» очень высокая.
Бухарев, один из самых замечательных русских богословов, признавал «Что делать?» христианской по духу книгой. Прежде всего, это книга аскетическая, в ней есть тот аскетический элемент, которым была проникнута русская революционная интеллигенция.
Герой романа Рахметов спит на гвоздях, чтобы приготовить себя к перенесению пытки, он готов во всем себе отказывать. Мораль «Что делать?» должна быть признана очень чистой. Проповедь свободы любви есть проповедь искренности чувства и ценности любви, как единственного оправдания отношений между мужчиной и женщиной. Чернышевский восстает против всякого социального насилия над человеческими чувствами, он движется любовью к свободе, уважением к свободе и искренности чувства. …Чернышевский имел самую жалкую философию, которой была заполнена поверхность его сознания. Но глубина его нравственной природы внушала ему {27} очень верные и чистые жизненные оценки. В нем была большая человечность, он боролся за освобождение человека. Он боролся за человека против власти общества над человеческими чувствами».
В сентябре 1884 г., через несколько месяцев после проезда Чернышевского из Вилюйска в Россию, молодому тогда писателю Владимиру Короленко пришлось провести несколько часов на пустом острове Лены. Ему пришлось разговориться с местными ямщиками. Эти люди, которые, как все люди, все ждут чего то и на что то надеются, везли Чернышевского, когда его отправляли в Вилюйск. Они заметили тогда, что этого арестанта провожали с особенным вниманием, и долго в юртах этих мужиков толковали о «важном генерале», попавшем в опалу. Затем его через 12 лет повезли обратно и опять с необычайными предосторожностями. И вот теперь, рассказывая Короленко о своем житье-бытье, один из ямщиков задумчиво сказал:
— Вот разве от Чернышевского не будет ли нам чего?
— Что такое? От какого Чернышевского? — удивился Короленко.
И ямщик рассказал Короленко следующее:
«Чернышевский был у покойного царя (Александра II) важный генерал и самый первейший сенатор. Вот однажды созвал государь всех сенаторов и говорит: «слышу я — плохо в моем государстве: людишки больно жалуются. Что скажете, как сделать лучше?» Ну, сенаторы — один одно, другой другое… Известно уже, как всегда заведено. А Чернышевский молчит. Вот, когда все сказали свое, царь говорит: — «Что же ты молчишь, мой сенатор Чернышевский? Говори и ты». — Всё хорошо твои сенаторы говорят, отвечает Чернышевский, и хитро, да все вишь не то. А дело то, батюшка-государь, просто. Посмотри на нас: сколько на нас золота и серебра навешано, а много ли работаем? Да, пожалуй, что меньше всех! А которые у тебя больше всех в государстве {28} работают — те вовсе, почитай, без рубах. И всё идет навыворот.
А надо вот как: нам бы поменьше маленько богатства, а работы бы прибавить, а прочему народу убавить тягостей. — Вот услышали это сенаторы и осердились. Самый старший из них и говорит: «Это знать последние времена настают, что волк волка съесть хочет». Да один за одним и ушли. И сидит за столом царь да Чернышевский один. Вот царь и говорит: «Ну, брат, Чернышевский, люблю я тебя, а делать нечего, надо тебя в дальние края сослать, потому с тобой с одним мне делами не управиться». Заплакал да и отправил Чернышевского в самое гиблое место, на Вилюй. А в Петербурге осталось у Чернышевского 7 сыновей и все выросли, обучились и все стали генералы.
И вот пришли они к новому царю и говорят: «Вели, государь, вернуть нашего родителя, потому его и отец твой любил. Да теперь он уже и не один будет — мы все с ним семь генералов». Царь и вернул его в Россию, теперь, чай, будет спрашивать, как в Сибири, в отдаленных местах, народ живет? Он и расскажет. Привез я его в лодке на станок, да как жандармы то сошли на берег, я поклонился ему в пояс и говорю:
«Николай Гаврилович, видел наше житьишко?» — Видел, — говорит. — «Ну, видел, так и слава те Господи». Так закончил ямщик свой рассказ в полной уверенности, что в ответе Чернышевского заключался залог лучшего будущего для них. Конечно, Чернышевский не был сенатором и у него не было сыновей генералов. Но он говорил русскому читателю и правительству именно то, что приводится в легенде. Нам нужно работать больше на пользу народа, а народу нужно облегченье. Он твердой рукой разрушал шлюзы, из-за которых в русское общество хлынул поток освободительных идей.
Когда через несколько лет Короленко рассказал эту легенду Чернышевскому, он с добродушной иронией покачал головой и сказал:
«А-а. Похоже на правду, именно похоже! Умные парни эти ямщики!»
{29} Чернышевский умер в Саратове 29-го октября 1889 г. Имя Н. Г. Чернышевского навсегда занесено в число тех, которые всю свою жизнь посвятили борьбе за права и счастье народа и принесли мировую славу великой русской культуре.

Николай Чернышевский — кратко


Писатель Николай Гаврилович Чернышевский выдающийся революционер и философ публицист и литературный критик, глубоко занимавшийся теорией социализма. Наиболее прославило имя этого человека литературное произведение «Что делать?», в котором он по новому поставил важнейшие вопросы российской жизни своего времени. Идеи, изложенные в этой книге, глубоко повлияли на несколько поколений россиян, на общественно-политический и мировоззренческий выбор многих людей.

Детские и юношеские годы

 

Николай Чернышевский появился на свет 12 июля 1828 г. в Саратове. Его отцом был небогатый приходской священник. Он был хорошо образованным, всесторонне развитым человеком, которого отличала глубокая житейская мудрость. До 14-летнего возраста Николая учил в основном родной отец, имевший неплохое представление об азах всех школьных наук. И уже в ранние детские годы Чернышевский проявил большой интерес к литературе, посвящая чтению книг всё свободное время. Это позволило ему уже в отроческие годы поражать взрослых своей эрудицией и начитанностью. 

Когда Чернышевскому исполнилось 15 лет, он приступил к учёбе в духовной семинарии в Саратове, отличившись в ней большими успехами и получая отличные оценки по всем дисциплинам. Несмотря на эти блестящие результаты в учёбе, через 3 года занятий в семинарии он бросил её и принял решение уехать в Санкт-Петербург, чтобы учиться на философском факультете столичного университета. 

Переворот в мировоззрении

 

Став студентом, Чернышевский испытал серьёзный переворот в своём мировоззрении. На его взгляды в этот период, безусловно, повлияло участие в кружке Иринарха Введенского. Чернышевский стал интересоваться революционными идеями и постепенно превратился в сторонника демократии, социализма и философии материализма. 

Успешно завершив университетский курс в 1850 г., Чернышевский получил место преподавателя во 2-м кадетском корпусе и приступил к написанию своих первых статей, которые охотно публиковали различные периодические издания. 

Работа в «Современнике»

 

В скором времени после своих первых журналистских публикаций, создавших ему хорошую профессиональную репутацию, Чернышевский сумел устроиться на работу в редакцию журнала «Современник», где он близко познакомился с Добролюбовым и Некрасовым, разделявшими его революционно-демократические взгляды. 

Несмотря на то, что Чернышевский прослыл среди царских чиновников и цензоров неблагонадёжным в политическом отношении журналистом, это не помешало ему получить диплом магистра словесности. 

Философские и политические взгляды

 

В юные годы Чернышевский искренне придерживался православной веры и с большим интересом изучал Библию и другие церковные книги. Но после того, как он приобщился к классическим трудам французских и немецких философов-материалистов, он стал относиться к вере в Бога как к предрассудку и пережитку прошлого. Одновременно он стал критиковать и господство буржуазии в экономическом и политическом устройстве общества, встав на социалистические позиции. 

Чернышевский стал последовательным противником крепостнических порядков, приравнивая положение крепостных крестьян в России к положению чернокожих рабов в Новом Свете. В своих публицистических статьях он призывал власти к реформам в целях полного освобождения людей. Он искренне полагал, что в этом случае уже через несколько десятилетий в государстве наступят социалистические порядки, которые станут следствием естественно хода вещей и добровольного выбора освобождённых людей. В последствие, те, кто изучал и осмысливал идейное наследие Чернышевского, как правило, оценивали эти его взгляды как утопические. 

«Земля и воля»

 

Занимаясь пропагандой революционных, демократических и социалистических идей на протяжении многих лет, Чернышевский в итоге стал вдохновителем народнической организации «Земля и воля», которая постепенно становилось всё более популярной в кругах образованных людей, но не находила широкой поддержки среди крестьян. Чернышевский вступил в переписку с Герценом, который под давлением властей эмигрировал в Лондон и начал издавать там неподцензурный журнал «Колокол». 

Арест

 

Своей бурной революционной публицистической деятельностью Чернышевский привлёк к себе пристальное внимание тайной полиции, которая установила за ним негласную слежку. В 1861 г. его арестовали, обвинив в авторстве прокламаций, дискредитирующих государственную власть. На время ведения следствия он был помещён в главную политическую тюрьму страны, располагавшуюся на территории Петропавловской крепости. 

«Что делать?»

 

Чтобы не терять впустую долгое время тюремного заключения, Чернышевский взялся за написание романа, которому он дал название «Что делать?». При этом он задался целью изложить в этом произведении свои философские и политические идеи. Однако сделать это надо было таким образом, чтобы текст не напугал официальную цензуру. С этой задачей ему удалось справиться блестяще, вполне гармонично совместив жанры философско-политического трактата и любовного романа.

Судебный приговор

 

Суд первой инстанции приговорил Чернышевского к каторге и вечному поселению в Сибири. Но затем царь Александр II уменьшил этот срок до 7-летнего. Однако и этих лет хватило, чтобы серьёзно подорвать здоровье писателя. После отбытия каторги ему было разрешено жить только в небольших провинциальных городах. И большую часть остававшихся лет жизни он провёл в Астрахани. Лишь только в самые последние годы власти позволили ему поселиться на малой родине в Саратове. 

Личная жизнь

 

Николай Чернышевский был женат только один раз. Его избранницей стала дочь Саратовского врача Ольга Васильева. Она была очень красивой, энергичной, смелой и жизнерадостной девушкой, которой доставляло нескрываемое удовольствие внимание многочисленных поклонников. Предлагая ей руку и сердце, Чернышевский самым ясным образом изложил ей свои взгляды на семейную жизнь. Будучи убеждённым сторонником эмансипации женщин, он подобно хиппи XX века, считал, что супружеский союз не даёт мужчине права ограничивать право своей избранницы на любовные отношения с другими мужчинами. Он считал своим долгом создать для жены достойные материальные условия. Своими статьями в прессе до своего ареста он неплохо зарабатывал, и львиная доля доходов от гонораров уходила на её расходы. У Чернышевских было три сына: Александр, Виктор и Михаил. 

Кончина и посмертная слава

 

Николай Гаврилович Чернышевский скончался 17 октября 1889 г. от кровоизлияния в мозг и был погребён в Саратове на Воскресенском кладбище. Ему исполнился на момент кончины 61 год. 

После свержения самодержавия в 1917 г. жизнь и творческая деятельность Чернышевского заняли серьёзное место в официальной коммунистической идеологии. Его называли предтечей большевизма. Считалось, что роман «Что делать?» существенным образом повлиял на формирование революционных взглядов Владимира Ульянова-Ленина, прочитавшего его ещё в гимназические годы. Этот роман в СССР был включён в обязательную школьную программу.


краткая биография, деятельность, история жизни и цитаты

Писатель, философ и журналист Николай Чернышевский был популярен при жизни в узкой среде читателей. С приходом советской власти его работы (особенно роман «Что делать?») стали хрестоматийными. Сегодня его имя – один из символов русской литературы XIX века.

Детство и юность

Николай Чернышевский, биография которого началась в Саратове, родился в семье провинциального священника. Отец сам занимался образованием ребенка. От него Чернышевскому передалась религиозность, которая сошла на нет в студенческие годы, когда юноша увлекся революционными идеями. С детства Коленька много читал и проглатывал книгу за книгу, чем удивлял всех окружающих.

В 1843 году он поступил в духовную семинарию Саратова, но, не окончив ее, продолжил образование в университете Санкт-Петербурга. Чернышевский, биография которого была связана с гуманитарными науками, выбрал философский факультет.

В университете у будущего писателя сформировались общественно-политические взгляды. Он стал социалистом-утопистом. На его идеологию повлияли члены кружка Иринарха Введенского,с которыми студент много общался и спорил. Одновременно с этим он начал свою литературную деятельность. Первые художественные произведения были только тренировкой и остались неопубликованными.

Преподаватель и журналист

Получив образование, Чернышевский, биография которого теперь была связана с педагогикой, стал учителем. Он преподавал в Саратове, а потом вернулся в столицу. В эти же годы он познакомился со своей женой Ольгой Васильевой. Свадьба состоялась в 1853 году.

С Петербургом было связано начало журналисткой деятельности Чернышевского. В том же 1853 году он начал публиковаться в газетах «Отечественные Записки» и «Санкт-Петербургские Ведомости». Но больше всего Николай Гаврилович был известен как член редакции журнала «Современник». Там существовало несколько кружков писателей, каждый из которых защищал свою позицию.

Работа в «Современнике»

Николай Чернышевский, биография которого уже была известна в литературной среде столицы, больше всего сблизился с Добролюбовым и Некрасовым. Эти авторы страстно увлекались революционными идеями, которые они хотели выражать в «Современнике».

За несколько лет до того по всей Европе прошли гражданские бунты, что эхом прокатилось и по России. Например, в Париже буржуазией был свергнут Луи-Филипп. А в Австрии националистическое движение венгров было подавлено только после того, как на выручку императору пришел Николай I, который прислал в Будапешт несколько полков. Царь, правление которого началось с подавления восстания декабристов, боялся революций и усилил цензуру в России.

Это вызывало озабоченность либералов в «Современнике». Они (Иван Тургенев, Василий Боткин, Александр Дружинин и другие) не хотели радикализации журнала.

Деятельность Чернышевского все больше привлекала внимания государства и чиновников, ответственных за цензуру. Ярким событием стала публичная защита диссертации об искусстве, на которой писатель выступил с революционной речью. В знак протеста министр просвещения Авраам Норов не дал присудить премию Николаю Гавриловичу. Только после того, как его на этой должности сменил более либеральный Евграф Ковалевский, писатель стал магистром русской словесности.

Взгляды Чернышевского

Важно отметить некоторые особенности взглядов Чернышевского. На них повлияли такие школы, как французский материализм и гегельянство. В детстве писатель был ревностным христианином, но в зрелом возрасте стал активно критиковать религию, а также либерализм и буржуазию.

Особенно яростно он клеймил крепостное право. Еще до того, как был опубликован Манифест об освобождении крестьян Александра II, писатель в множестве статей и очерков описывал будущую реформу. Он предлагал радикальные меры, в том числе передачу земли крестьянам на безвозмездной основе. Однако Манифест имел мало общего с этими утопическими программами. Так как были установлены выкупные платежи, которые мешали крестьянам стать окончательно свободными, Чернышевский регулярно ругал этот документ. Положение русских крестьян он сравнивал с жизнью чернокожих рабов в США.

Чернышевский считал, что уже через 20 или 30 лет после освобождения крестьян страна избавится от капиталистического земледелия, и наступит социализм с общинной формой собственности. Николай Гаврилович ратовал за создание фаланстеров — помещений, в которых жители будущих коммун работали бы вместе для взаимной выгоды. Проект сей был утопическим, что неудивительно, ведь автором его выступал Шарль Фурье. Фаланстер был описан Чернышевским в одной из глав романа «Что делать?»

«Земля и воля»

Пропаганда революции продолжалась. Одним из ее вдохновителей был Николай Чернышевский. Краткая биография писателя в любом учебнике обязательно содержит хотя бы абзац о том, что именно он стал основоположником знаменитого движения «Земля и воля». Это действительно так. Во второй половине 50-х годов Чернышевский стал много контактировать с Александром Герценем. Этот журналист отправился в эмиграцию из-за давления властей. В Лондоне он начал издавать русскоязычную газету «Колокол». Она стала рупором революционеров и социалистов. Ее тайными тиражами отправляли в Россию, где номера пользовались большой популярностью среди радикальных студентов.

Печатался в ней и Николай Гаврилович Чернышевский. Биография писателя была известна любому социалисту в России. В 1861 году при его горячем участии (а также влиянием Герцена) и появилась «Земля и воля». Это движение объединяло дюжину кружков в самых больших городах страны. В него входили писатели, студенты и другие сторонники революционных идей. Интересно, что Чернышевскому даже удалось перетянуть туда офицеров, с которыми он сотрудничал, печатаясь в военных журналах.

Члены организации занимались пропагандой и критикой царских властей. «Хождения в народ» с годами стали историческим анекдотом. Агитаторы, пытавшиеся найти общий язык с крестьянами, ими же и выдавались полиции. На протяжении многих лет революционные взгляды не находили отклика в простом народе, оставаясь уделом узкой прослойки интеллигенции.

Арест

Со временем биография Чернышевского, кратко говоря, заинтересовала агентов тайного сыска. По делам «Колокола» он даже ездил к Герцену в Лондон, что, конечно, только больше привлекало к нему внимание. С сентября 1861 года писатель оказался под негласным наблюдением. Его подозревали в провокациях против власти.

В июне 1862 года Чернышевского арестовали. Еще до этого события вокруг него начали сгущаться тучи. В мае был закрыт журнал «Современник». Писателя обвинили в составлении порочащей власть прокламации, которая оказалась в руках провокаторов. Также полиции удалось перехватить письмо Герцена, где эмигрант предлагал снова издавать закрытый «Современник», только уже в Лондоне.

«Что делать?»

Обвиняемого поместили в Петропавловскую крепость, где он находился на протяжении следствия. Оно шло полтора года. Сначала писатель пытался протестовать против ареста. Он объявлял голодовки, которые, впрочем, никак не меняли его положения. В дни, когда арестованному становилось лучше, он брался за перо и начинал работать над листом бумаги. Так был написан роман «Что делать?», который стал самым известным произведением, которое опубликовал Чернышевский Николай Гаврилович. Краткая биография этого деятеля, напечатанная в любой энциклопедии, обязательно содержит информацию об этой книге.

Роман был опубликован во вновь открытом «Современнике» в трех номерах за 1863 год. Интересно, что никакого издания могло бы и не быть. Единственный оригинал был потерян на улицах Санкт-Петербурга во время перевозки в редакцию. Бумаги нашел прохожий и только по своей душевной доброте вернул их в «Современник». Николай Некрасов, работавший там и буквально сходивший с ума от потери, был вне себя от счастья, когда ему вернули роман.

Приговор

Наконец в 1864 году состоялось оглашение приговора опальному писателю. Он отправлялся на каторгу в Нерчинск. Также приговор содержал пункт, по которому Николай Гаврилович должен был провести остаток жизни в вечной ссылке. Александр II изменил срок каторги на 7 лет. О чем еще может нам поведать биография Чернышевского? Кратко, буквально в двух словах, скажем о годах, проведенных философом-материалистом в неволе. Суровый климат и тяжелые условия сильно ухудшили его здоровье. Несмотря на это, писатель пережил каторгу. Позже жил в нескольких провинциальных городках, но так и не вернулся в столицу.

Еще на каторге его пытались освободить единомышленники, которые придумывали различные планы побега. Однако они так и не были реализованы. Время с 1883 по 1889 год Николай Чернышевский (биография его гласит, что это было под конец жизни революционера-демократа) провел в Астрахани. Незадолго до смерти он вернулся в Саратов благодаря протекции сына.

Смерть и значение

11 октября 1889 года в родном городе скончался Н. Г. Чернышевский. Биография писателя стала предметом подражания многих последователей и сторонников.

Советская идеология поставила его в один ряд с деятелями XIX века, которые были предвестниками революции. Роман «Что делать?» стал обязательным пунктом школьной программы. На современных уроках литературы эта тема тоже изучается, только на неё отведено меньше часов.

В российской журналистике и публицистике есть отдельный список основоположников данных направлений. В него вошли Герцен, Белинский и Чернышевский. Биография, краткое содержание его книг, а также влияние на общественную мысль — все эти вопросы исследуются литераторами и сегодня.

Цитаты Чернышевского

Писатель был известен своим острым языком и умением строить предложения. Вот наиболее знаменитые цитаты Чернышевского:

  • Личное счастье невозможно без счастья других.
  • Молодость — время свежести благородных чувств.
  • Ученая литература спасает людей от невежества, а изящная — от грубости и пошлости.
  • Льстят затем, чтобы господствовать под видом покорности.
  • Только в правде сила таланта; ошибочное направление губит самый сильный талант.

Самая политически опасная книга, о которой вы никогда не слышали

Адам Вайнер — доцент кафедры русского языка в колледже Уэллсли и автор недавней книги Как плохое письмо разрушило мир: Айн Рэнд и литературные истоки финансового кризиса .

Когда Алан Гринспен начал свою политическую карьеру в 1974 году, он попросил двух человек сопровождать его в Овальный кабинет на церемонии приведения к присяге в качестве председателя Совета экономических консультантов: его мать, Роуз Голдсмит, и его гуру, Айн Рэнд. С момента своего назначения несколько лет спустя на пост председателя Федеральной резервной системы и до своего выхода на пенсию в 2006 году Гринспен реализовывал идеологию «объективизма» Рэнда в качестве денежно-кредитной политики: рассчитывая на то, что участники рынка будут саморегулироваться в преследовании своих эгоистических интересов, он отменил регулирование финансовую отрасль и высмеивали в конце 1990-х, когда предупреждали о системных рисках, связанных с нерегулируемым рынком деривативов. Достаточно скоро это «финансовое оружие массового уничтожения», как его однажды назвал Уоррен Баффет, взорвется, разрушив планы и жизни бесчисленных американцев во время Великой рецессии.В ходе расследования Конгресса возложила вину за финансовый кризис 2008 года прямо на ноги Гринспена, и на допросе членов палаты Гринспен признал, что в его рандианском мировоззрении должен был быть «изъян».

Недостаток, да, но откуда он взялся?

Ответ удивит даже самых заядлых фанатов Rand. Фундаментальной идеей, лежащей в основе ее объективизма, была двойная идеология, известная как рациональный эгоизм — вера в то, что рациональное действие всегда максимизирует личный интерес. И Рэнд, которая использовала фразу «второсортность» как дубину против своих врагов, сама позаимствовала эту идею из каракулей своего земляка, русского писателя Николая Чернышевского, чей утопический роман 1863 года, хотя и подвергался критике, стал источником вдохновения. для поколения Рэнда начала 1900-х годов.

Это еще не все, чем известен Чернышевский. Отвращение Рэнда к социализму хорошо задокументировано, но в России тот же роман Чернышевского стал руководством для революционеров, начиная с радикальных современников автора и заканчивая Владимиром Лениным и его большевистской революцией 1917 года.

Это означает, что, хотя сейчас он почти забыт, Чернышевский оказал одно из самых разрушительных влияний прошлого века: сначала в его родной стране, где его творчество помогло породить Советский Союз, а теперь, прежде всего, в Соединенные Штаты, где его рациональный эгоизм продолжает отражаться в американской политической и экономической мысли. На протяжении десятилетий Рэнд был музой американских политиков, от Рональда Рейгана до Рона Пола, Пола Райана и Кларенса Томаса, не говоря уже о таких бизнесменах, как Тед Тернер и Марк Кьюбан, не говоря уже о Гринспене из ФРС. Либертарианское движение считает ее одним из своих первоначальных вдохновителей. А Рэнд Atlas Shrugged стал культовой классикой, продавая сотни тысяч экземпляров каждый год.

Чернышевский родился в Саратове в 1828 году и был верным последователем технократических предшественников Карла Маркса, Анри де Сен-Симона и Августа Конта, которые вдохновили его на идею научной утопии, управляемой техническими экспертами. Прочитав французского социалиста Шарля Фурье, Чернышевский пришел к идее «фаланстера» — проекта коммунального жилья для дивного нового мира.А в трудах немецкого философа Людвига Фейербаха Чернышевский обнаружил идею «человека-бога», замены бога человеком в материалистической вселенной. В этот бурлящий котел идей Чернышевский бросил последний секретный ингредиент: «невидимую руку» Адама Смита, представление о том, что корыстная выгода отдельного человека является выгодой для всего общества. Рациональное преследование своекорыстия должно составлять основу всех человеческих взаимодействий, и как только этот «рациональный эгоизм» станет универсальным, он приведет к счастью, гармоничным экономическим и политическим условиям и идеальной реконфигурации мира.

Так рассуждал Чернышевский в «Что делать?» Книга № , которую Чернышевский написал в тюрьме за подстрекательство к мятежу и которая, несмотря на ее эклектичный беспорядок философских предпосылок и прискорбный стиль прозы, мгновенно стала классикой в ​​России.

Насколько плохой была книга, которая потрясла две империи? Что делать? Некоторые истории о новых людях рассказывает о затруднительном положении Веры Розальской, молодой женщины, которая живет со своими родителями в 1850-х годах в Санкт-Петербурге.Петербург. Ее деспотичная мать хочет выдать ее замуж за развратного армейского офицера. Студент-медик по имени Дмитрий Лопухов вмешивается, чтобы спасти ее. Лопухов бывал в доме Розальских в качестве наставника младшего брата Веры и обсуждал с Верой социализм. Эти двое сбегают и переезжают в свою квартиру с тщательно продуманными правилами, гарантирующими их конфиденциальность, свободу и равенство. Когда Вера решает, что хочет обрести финансовую независимость, она присоединяется к другим молодым женщинам и открывает коммунальное швейное дело. Швеи живут вместе в прототипе фаланстера и делят прибыль. (Как замужняя женщина, Вера живет отдельно.)

Лопухов влюблен в Веру, но Вера испытывает к нему только дружеские чувства. Вместо этого она влюбляется в его лучшего друга и одноклассника Александра Кирсанова, такого же социалиста, как Лопухов. Лопухов решает исключить себя из уравнения, инсценировав свое самоубийство и переехав в Америку. Ему помогает загадочный человек по имени Рахметов, который приносит скорбящей Вере записку от Лопухова.Уловка объяснена. Уход Лопухова открывает Вере и Кирсанову путь к свадьбе. Тем временем Лопухов под псевдонимом Чарльз Бомон сколачивает состояние в Америке, затем тайно возвращается в Россию и женится на дочери промышленника, которую Кирсанов спас от изнурительной болезни. «Бомонты» (дальновидная Вера узнает Лопухова вопреки псевдониму) и Кирсановы живут вместе в менаже . Коммуна шитья быстро расширяется, но Вера бросает ее, чтобы изучать медицину, любимую профессию русских социалистов XIX века.

Стиль книги представляет собой резкую какофонию. Каждый раз, когда один из героев Чернышевского совершает что-то иррациональное или, что еще хуже, благотворительность (благотворительность не допускается в этой утопии, как это не разрешалось позже в утопии Рэнда в Атлас расправил плечи ), рассказчик появляется как рефери, чтобы объяснить почему персонажи технически все еще находятся в рамках рационального эгоизма. Не навредил ли Лопухов своей карьере, спасая Веру от злых родителей? Бросьте эту мысль, говорит Чернышевский; Лопухов ведет себя эгоистично, спасая Веру, так как он любит ее и хочет, чтобы она была рядом.Это все очень неловко. Что еще хуже, Лопухов жаждет Веры, которая не отвечает ему взаимностью, а дразнит его маленькими целомудренными поцелуями и даже позволяет ему вместо служанки одевать ее, создавая жуткое сексуальное напряжение, которое Чернышевский поддерживает на протяжении половины книги. Добавьте к этому раздражающую скуку социалистических проповедей и нарастающую абсурдность четырех аллегорических мечтаний, которые Вера преследует на протяжении всего романа. Печально известные в русской литературе, эти сны происходят в отдельных разделах книги, каждый из которых возглавляется символической женской фигурой, представляющей Любовь или Равенство.В четвертом и последнем сне Веру переносят в утопический мир, организованный в фаланстерии из стекла, алюминия, труда, равенства и блудодеяния. Ей говорят перенести как можно больше из мира снов в реальность. Она немедленно начинает это делать.

Главное, что многие читатели Чернышевского увлекли из его книги, — это образ таинственного Рахметова. Из чтения романа становится ясно, что Рахметов является своего рода радикальным социалистом, но Чернышевский не мог сказать ничего большего, чем это, прямо из опасения, что царская цензор воспрепятствует изданию книги.Автор был вынужден ограничиться подмигиванием и шепотом. Рахметов силен, как богатырь (рыцарь русской легенды), и суров, как святые русской агиографии. Он рвет себе зад, спит на ложе из гвоздей без уважительной причины. Он избегает женщин, вместо этого спасая свое тело и тренируя его для… ну, нам никогда не говорят, для чего, но мы можем догадаться, что это для террора и революции. В какой-то момент романа Рахметов исчезает, побуждая рассказчика предположить, что он может вернуться через три года, когда «это будет« необходимо »» и что тогда «он сможет сделать больше.Читатели Чернышевского правильно понимали Рахметова как своего рода образцового революционера. По возвращении в Россию Рахметов предположительно возглавит восстание и свергнет царский режим, расчистив путь для утопии рационального эгоизма.

Роман Чернышевского поначалу был встречен русской интеллигенцией с удивительным отвращением. Александр Герцен, сама душа и совесть реформаторских прогрессистов в России, писал: «Господи, как низко написано, как много аффектации…».какой стиль! Что за никчемное поколение, эстетика которого этим удовлетворена ». Иван Тургенев, чей роман Отцы и дети Опус Чернышевского был прямым откликом, писал: «Я никогда не встречал автора, чьи фигуры воняли … Чернышевский невольно представляется мне голым и беззубым стариком, который шепелявит, как младенец». Великий русский поэт Афанасий Фет обвинял Чернышевского в «наихудшей по форме преднамеренной аффектации» и в «совершенно беспомощной неуклюжести речи», которая «делала чтение романа трудной, почти невыносимой задачей. Фет восхищался «циничной глупостью всего романа» и «очевидным сговором цензуры». Цензор пропустил роман, рассудив, что ужасный стиль письма нанесет вред делу революции.

Роковой просчет: однажды опубликованный роман не просто вызвал приступ саркастического веселья; он также установил новую причудливую парадигму поведения в России. Рациональный эгоизм, хотя на самом деле построенный на незыблемом фундаменте детерминизма, потакал своим последователям идеей бесконечной личной свободы, снова и снова изображая почти чудесный процесс трансформации, в результате которого социально некомпетентные люди стали подобны аристократам, проститутки стали честными работниками, писателями-писаками. стали литературными гигантами.В течение десятилетий после публикации романа, подражая вымышленным героям Чернышевского, молодые люди вступали в фиктивные браки с девушками, чтобы освободить их от угнетенных семей. Номинальные муж и жена будут подчиняться правилам совместной жизни Чернышевского с отдельными комнатами для мужа и жены. Подражая швейному кооперативу из романа Чернышевского, повсюду начали появляться коммуны. Например, известная революционерка Вера Засулич в течение двух лет после публикации романа работала в коммунальной переплетной мастерской, а ее сестры и мать присоединились к швейному кооперативу — все это напрямую связано с «Что делать?» .

Книга Чернышевского также стала очень эффективной в радикализации молодежи. Николай Ишутин образовал революционный кружок сразу в 1863 году, в том же году. Что делать? было опубликовано. Последователи Ишутина подражали Рахметову, живя жизнью добровольных лишений, спали на полу и посвятили себя революционной деятельности. Печально известный двоюродный брат Ишутина, Дмитрий Каракозов, совершил неудачное покушение на царя Александра II, за что был повешен.Вспоминая загадочные слова о возвращении Рахметова через три года, Ишутин и Каракозов выбрали датой убийства 4 апреля 1866 года — три года до дня после публикации «Что делать?». Каракозов явно пытался стать живым воплощением литературного персонажа. В следующие два десятилетия Рахметов будет вдохновлять все больше и больше молодых россиян присоединиться к революционному делу, якобинский убийца Сергей Нечаев, как говорят, спит на досках и питается черным хлебом, как Рахметов, и образ революционера в его шокирующей брошюре «Катехизис революционера» почти наверняка создан по образцу Рахметова. Что делать? также была любимой книгой старшего брата Ленина Александра Ульянова, революционера и экстремиста.

Большая часть произведений Федора Достоевского написана как своего рода возмездие идеям Чернышевского. Первое великое литературное произведение Достоевского, Записки из подполья, , опубликованное в 1864 году, было прямым ответом на Что делать? . Главный герой «подполья» выступает с прямой атакой на наивную логику рационального эгоизма.«О, скажите мне, — говорит он, — кто первым заявил, что человек делает гадости только потому, что не знает своих истинных интересов, и что если бы он был просветленным, если бы его глаза были открыты для его истинных, нормальных интересов? , тогда человек немедленно перестанет делать гадости, сразу станет добрым и благородным, потому что, будучи просвещенным и понимая, в чем заключается его истинный интерес, он увидит, что его собственный интерес заключается в добре, и хорошо известно, что нет ни одного человека, который может действовать сознательно против своей личной выгоды, следовательно, так сказать, он был бы вынужден делать добрые дела? О, детка! О, чистое, невинное дитя! » Четыре классических романа Достоевского: Преступление и наказание , Идиот , Бесы и Братья Карамазовы продолжают борьбу с утопическими идеями Чернышевского. Фактически Что делать? на самом деле материализуется в форме книги на кофейном столике в самом злобном романе Достоевского « Дьяволы », чтобы довести сюжет до кризиса. Десятилетие, последовавшее за публикацией «Что делать?» В году произошла странная гонка между жизнью и литературой: Достоевский все время пытался потушить революционный огонь, а живые подражатели Рахметова зажигали новый.

Достоевский умер, и пожар вышел из-под контроля: в начале 1900-х Ленин вспоминал, что он читал Что делать? пять раз за лето после того, как его брата казнили за заговор с целью убийства царя и что книга «полностью затопила меня.Из этого чтения вышел суровый, бескомпромиссный, реальный Рахметов. В 1902 году Ленин назвал свою первую серьезную книгу «Что делать?» по роману Чернышевского. Подобно Рахметову, Ленин отказывался от физических удобств, укрощал и тренировал свою плоть, старался закалиться и ожесточиться к чужим страданиям. Он продолжал руководить русской революцией, и он продолжал играть роль Рахметова даже после этого, когда он был назначен в Кремле верховным диктатором Советского Союза. Там он санкционировал красный террор, завещав Иосифу Сталину аппарат и методологию жестоких репрессий. Наивный утопизм, направленный в будущее, и беспощадные репрессии, направленные на настоящее, — Ленин черпал вдохновение и в Чернышевском.

И не только поколение Ленина поклонялось Чернышевскому. Алиса Розенбаум — позже Айн Рэнд — родилась в 1905 году и выросла в России в то время, когда идеи Чернышевского были практически повсеместными и неоспоримыми среди интеллигенции.Прогрессивные молодые россияне, подражая «новым людям» Чернышевского, практиковали свободную любовь и новые формы брака и экспериментировали с коммунальной экономической моделью Чернышевского. Хотя Рэнд никогда публично не признавался в том, что занимал у Чернышевского, каждый образованный человек ее поколения читал Что делать? , и нет никаких оснований полагать, что Розенбаум был единственным исключением. Несколько литературоведов на протяжении многих лет убедительно доказали влияние Чернышевского на Рэнда. Что действительно укоренилось в сознании Рэнд будущего, так это: образ Рахметовой, который мы легко узнаем в ее собственных супергероях; рациональный эгоизм, который становится основой объективизма; сильное отвращение к благотворительности, которое Рэнд также изгнала бы из своей утопии в «Атлас расправил плечи» . С этим странным «багажом» юная Розенбаум сбежала в Соединенные Штаты в 1926 году под официальным предлогом, что она хотела навестить некоторых американских родственников.

Забавно, Чернышевский обнаружил, что утопией рациональных эгоистов будет социализм, а Рэнд, применив ту же формулу, пришел к капитализму.Такие противоречия на самом деле являются правилом в зоне искажения, называемой рациональным эгоизмом. Однако Рахметов вернулся и почти не изменился. Герой Рэнда в The Fountainhead , Говард Рорк, взрывает здание бомбой. Бизнес-титаны «Атлас расправил плечи » — тоже террористы в образе Рахметова: сильные, высокие, худощавые и суровые до аскетизма — и все экстремисты. Нефтяной магнат Эллис Вятт стреляет из собственных нефтяных скважин; Франсиско д’Анкония, владелец огромного международного предприятия по добыче меди, взорвал свои медные предприятия и накануне своего саботажа намеренно вызвал панику среди продавцов акций своей компании.

Этот последний пример — финансового терроризма — предвосхищает деятельность последнего творения Рэнда, Алана Гринспена. Если Чернышевский разбудил Ленина, то Айн Рэнд сделала то же самое с Гринспеном. «Я был ограничен в интеллектуальном плане, пока не встретил ее», — написал Гринспен в своих мемуарах 2007 года « Age of Turbulence: Adventures in a New World ». «Рэнд … расширил мои горизонты далеко за пределы изученных мной экономических моделей». Читая вслух свою рукопись Атлас расправил плечи членам «Коллектива», , как называли себя последователи Рэнда (в том числе Гринспен), она превратила его в одного из своих самых верных объективистов.

Романы Чернышевского и Рэнда стали чрезвычайно популярными и влиятельными, вдохновив несколько поколений корпоративных лидеров и политиков. Но обе книги также вызвали насмешливую реакцию в интеллигенции. Уильям Ф. Бакли, который десятилетия спустя точно описал Atlas Shrugged как «тысячу страниц идеологического басни» и усмехнулся, что ему пришлось «выпороть» себя, чтобы прочитать его, в 1957 году попросил Уиттакера Чемберса разобрать книгу на части. Национальное обозрение .Чемберс ответил смертельной статьей под названием «Старшая сестра наблюдает за тобой». Атлас расправил плечи , писал Чемберс, была «удивительно глупой книгой», «железобетонной сказкой», в которой описывалась война между ненавистными к жизни коллективистскими «мародерами» и сверхчеловеческими капиталистами. Капиталистические титаны берут верх и вырывают контроль над Соединенными Штатами у разочарованных коллективистов. Утомительный, резкий «диктаторский тон» Рэнд разоблачил ее как «старшую сестру», а весь потрясающий роман основан на ненависти к человечеству.Рэнд так и не простила Бакли этот обзор, который она сделала вид, что не читала; он утверждал, что ее последователям было запрещено даже упоминать об этом. Они продолжали делать вид, что это величайшая книга из когда-либо написанных, хотя на самом деле она с точки зрения ее противоречивых идей и болезненного стиля прозы не более чем подставка для книги и продолжение « What Is to Be Done ?».

«Каждый диктатор — мистик, — провозглашает Джон Голт, герой « Атлас расправил плечи », — и каждый мистик — потенциальный диктатор.… То, что он ищет, — это власть над реальностью и над мужскими средствами ее восприятия ». Сама Ранд стремилась именно к этой силе, но, несмотря на все ее усилия, она была встречена насмешками. Она полностью ожидала, что Атлас расправил плечи , чтобы превратить мир в рационально-эгоистическую утопию Ущелья Джона Голта. Когда этого не произошло, она стала более замкнутой и злоупотребляла наркотиками.

Наконец, она дала волю Гринспену по всему миру. В нем она написала последнего разрушительного героя, наследника Рахметова Чернышевского, наследника ее собственного Джона Галта, и освободила его со своих страниц, чтобы он мог беспрепятственно действовать в среде истории. Гринспен был плотью ее разума, воплощением ее идеи, и она, должно быть, хотела пережить его, когда он начал проявлять объективизм на национальной и глобальной сцене. Интересно, что бы сказала учительница Гринспена, если бы она дожила до его встречи в ФРС, где он представил бы экономику США в эффектной гекатомбе объективизму. Интересно также, что Чернышевский подумает обо всей этой ошеломляющей истории, которую он затеял. Теперь для вас есть мистика.

Эта статья помечена в соответствии с тегами:

Чернышевский, Николай Гаврилович (1828–1889) | Энциклопедия.com

Николай Гаврилович Чернышевский, русский литературный и социальный критик, был руководителем русского нигилизма и крупным представителем позитивистского материализма в русской философии XIX века.

Чернышевский родился в Саратове, Россия. Сын православного священника, он посещал духовную семинарию, прежде чем поступить в Петербургский университет в 1846 году. После его окончания в 1850 году он преподавал в средней школе в Саратове до 1853 года, когда вернулся в Санкт-Петербург. В Петербурге, получил степень магистра русской литературы и начал писать для ведущих рецензий. Вскоре он стал главным редактором журнала «Современник » («Современник») и к началу 1860-х годов был главным выразителем радикальной социалистической мысли в России. Арестованный в 1862 году, он был сослан в Сибирь в 1864 году и провел оставшиеся двадцать пять лет своей жизни в принудительной ссылке. Ему разрешили вернуться в Саратов в тяжелом состоянии за несколько месяцев до смерти.

В студенческие годы Чернышевский увлекался трудами французских социалистов и Г.В. Ф. Гегель и левые гегельянцы. В 1849 году он прочитал книгу Людвига Фейербаха «Сущность христианства » и к 1850 году его преданность Фейербаху стала решающей в его философском развитии. На него также оказали влияние английские утилитаристы, в частности Джон Стюарт Милль, чьи Принципов политической экономии он перевел на русский язык в 1860 году. отношение искусства к действительности; св.СПб., 1855), является критикой гегелевской эстетики, «выведенной» (как позднее выразился Чернышевский) из натуралистических принципов Фейербаха. Чернышевский утверждал, что искусство эстетически неполноценная замена конкретной реальности. Основная цель искусства — воспроизвести интересующие человека явления реальной жизни, компенсируя отсутствие у него возможности познать саму реальность. Производные цели искусства, которые придают ему моральное измерение, состоят в том, чтобы объяснить эту реальность на благо человека и вынести суждение о ней.Чернышевский развил свои эстетические взгляды дальше, подчеркнув социальный контекст искусства, в работе «Очерки гоголевского периода русской литературы » (Санкт-Петербург, 1855–1856; в переводе Очерки гоголевского периода русской литературы ).

В своем главном философском труде, длинном эссе под названием Антропологический принцип в философии (Антропологический принцип в философии; 1860), Чернышевский продемонстрировал свое принятие антропологизма Фейербаха и занял материалистическую позицию, которую он сохранял на протяжении всей своей жизни.Под «антропологическим принципом» Чернышевский понимал концепцию человека как единого организма, природа которого не раздваивается на «духовные» и «материальные» элементы. Он утверждал, что философские вопросы могут быть решены только с этой точки зрения и методами естественных наук. В самом деле, во всей своей сути, такие вопросы уже были разрешены науками, согласно Чернышевскому: человек представляет собой сложное химическое соединение, поведение которого строго подчиняется закону причинности, который в каждом действии ищет своего собственного удовольствия и чей характер является непостоянным. определяется особенностями среды, в которой он обязан действовать.

На этом основании Чернышевский защищал «рациональный эгоизм» — этическую теорию просвещенного эгоистического утилитаризма — и утверждал, что радикальная реконструкция социальной среды необходима для создания счастливых и продуктивных людей. Он изобразил этих «новых людей» и социалистический строй будущего в романе Что делать? ( Что делать? , Санкт-Петербург, 1863), который был основным литературным трактатом русского нигилизма и на протяжении десятилетий оказывал огромное влияние на радикальное движение. В своей социально-экономической мысли в целом Чернышевский делал упор на крестьянскую общину и артель и считается важным предшественником русского народничества.

Чернышевский был резким критиком неокантианского феноменализма. В ряде писем и в эссе Характер Человеческого знания (Характер человеческого знания; Москва, 1885), написанном в изгнании, он исповедовал гносеологический реализм и осуждал скептицизм и «иллюзионизм» (как он его называл) таких такие ученые, как Рудольф Вирхов и Эмиль Генрих Дюбуа-Реймон.

Библиография

сочинения Чернышевского

Полное собрание сочинений (Полное собрание сочинений). 16 томов. Москва, 1939–1953 гг.

Собрание сочинений (Сочинения). 5 томов. М .: Правда, 1974.

Избранные философские очерки . Вестпорт, Коннектикут: Гиперион, 1981.

Что делать? . Перевод М. Р. Каца. Итака, Нью-Йорк: Cornell University Press, 1989.

работы по Чернышевскому

Паперно, И. Чернышевский и эпоха реализма: исследование семиотики поведения . Стэнфорд, Калифорния: Издательство Стэнфордского университета, 1988.

Рэндалл, Ф. Б. Н. Г. Чернышевский . Нью-Йорк: Туэйн Паблишерс, 1967.

Вентури, Франко, Il populismo russo . 2 тт. Турин, 1952. Перевод Фрэнсиса Хаскелла как Корни революции . Нью-Йорк: Кнопф, 1960.

Вурлин, В. Ф. Чернышевский: Человек и журналист . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета, 1971.

Зенковский В.В. История русской философии . Перевод Г. Клайна. Нью-Йорк и Лондон: Routledge, 2003.

Джеймс П. Сканлан (1967)

Библиография обновлена ​​Владимиром Марченковым (2005)

Чернышевский, Николай (писатель)

(1828-1889) публицист, писатель-фантаст

Николай Гаврилович Чернышевский родился в Саратове, Россия. Первоначально получив образование у своего отца, священника Русской Православной Церкви, Чернышевский был принят в духовную семинарию — учреждение, готовившее студентов к духовной карьере. В семинарии он проявил большие способности как ученый, и родители решили отправить его в университет в Санкт-Петербурге, где он поступил на филологический факультет.

Социально неуклюжий и финансово бедный, Чернышевский изолировал себя от однокурсников. Он был заядлым читателем и мечтал стать великим социальным реформатором и философом. С 1855 по 1862 год Чернышевский работал в политическом издании «Современник», где публиковал переводы, критику и политические статьи.На него большое влияние оказали европейские социалистические мыслители, такие как Гегель. Чернышевский выступал за аграрную реформу, освобождение крестьян и создание общинных аграрных общин, которые он рассматривал как переход к социализму. Его политически радикальное мышление и нападки на политику правительства, особенно на институт крепостного права, привели к почти 20-летней ссылке в Сибирь, куда его отправили в 1864 году. Он продолжал безжалостно критиковать политику правительства и стал членом нескольких подпольных радикальных организаций. которые хотели реформировать Россию любыми средствами, включая насилие против представителей власти.

Хотя Чернышевского помнят как предшественника русского революционного движения, он также известен своим романом «Что делать?» (1863). Этот полемический роман исследует социальное неравенство российского общества. Сюжет повествует о группе молодых идеализированных интеллектуалов, которые отправляются в деревню, чтобы облегчить жизнь крестьян научными методами. Роман осуждает умеренных за их кажущуюся неспособность участвовать в социальных преобразованиях и призывает к быстрому радикальному движению.Роман получил высокую оценку радикальных реформаторов, но был осужден правительственными чиновниками.

Чернышевский оставил радикальное наследие русскому социализму. Его работы повлияли на ряд исторических личностей, в том числе на Владимира Ленина, который участвовал в русской революции. Чернышевский считается одним из величайших социальных философов России.

Другие произведения Николая Чернышевского

Пролог: Роман 1860-х гг.Перевод Майкла Дж. Каца. Эванстон, 1л .: Издательство Северо-Западного университета, 1995.

Избранные философские очерки. Москва: Иностранные языки, 1953; переиздан в 2002 г.

Произведение о Николае Чернышевском

Паперно, Ирина. Чернышевский и эпоха реализма. Стэнфорд: Издательство Стэнфордского университета, 1988.

Николай Чернышевский (1828-1889). Эйрес, изд. 1917. Читательский словарь авторов

STURA DIGITAL · ПЕРЕСМОТР СТАТЬИ · БИОГРАФИИ ЗАПИСЬ
Выберите поискWorld FactbookМеждународный тезаурус РоджераЦитаты БартлеттаУважительно процитированыFowler’s King’s EnglishСтиль СтранкаМенкенский языкКембриджская историяБиблия короля ДжеймсаОксфорд ШекспирАнатомия ГреяФермерская поваренная книгаЭтикет поста, фраза пивовара и мифология БулфонаЭлиот, Т. С.Фрост, Р. Хопкинс, GMKeats, Дж. Лоуренс, DHMasters, Э.Л. Сэндбург, К. Сассун, С. Уитман, У. Вордсворт, У. Йейтс, WBA Все документальные произведения Гарвардская классикаАмериканские очерки Относительность ЭйнштейнаГрант, США Рузвельт, Т. История УэллсаПрезидентские инаугурацииВся художественная литератураПолка художественной литературыИстории о привиденияхКраткие рассказыШоу, Дж. Б. Стейн, Г. Стивенсон, Р. Л. Уэллс, HG
Справочная информация> Библиотека> H.М. Эйрес, изд. > Словарь авторов

СОДЕРЖАНИЕ · ОБЩИЙ ИНДЕКС · БЫСТРЫЙ ИНДЕКС · ПЕСНИ И ЛИРИКА · БИОГРАФИИ
C. D. Warner, et al., Comp. Библиотека лучшей литературы мира.
Антология в тридцати томах.1917.
Х. М. Эйрес, изд. Читательский авторский словарь. 1917 г.
Николай Чернышевский (1828–1889)
Чернышевский, Николай Гаврилович (chervkē-ne). Русский писатель-разносторонний писатель; родился в Саратове 1 июля 1828 г .; умер там 29 октября 1889 года. Он перевел на русский язык «Основы политической экономии» Дж. Милля, сделав значительные дополнения к первому тому.Будучи подозреваемым, он написал роман «Что делать?» (1863 г.), который принес ему депортацию в Сибирь. Он переведен на английский язык. В 1883 году ему разрешили жить в Астрахани, а в 1889 году он был помилован.

Теплоход «Николай Чернышевский» (тип 301)

Теплоход «Николай Чернышевский» — комфортабельное четырехпалубное судно (тип 301). Построенный в Германии в 1981 году, отремонтированный в 2012 году, теплоход оснащен современным навигационным оборудованием и развивает скорость до 26 км в час (около 17 миль в час).

Длина — 125 м, Ширина — 16,7 м, Глубина — 2,9 м, Пассажировместимость — 254 человека (трехместные каюты для двухместного размещения).

Размещение:
  • 2 люкса
  • 2 полулюкса A
  • 6 полулюксов Б
  • 18 одиночных игр
  • 100 близнецов
  • 14 троек

Все каюты снаружи с большими (кроме нижней палубы) панорамными окнами, оборудованы удобствами, кондиционированием воздуха, холодильниками и розетками на 220 вольт.

Характеристики судна:
  • Ресторан
  • Ресторан-бар
  • Пиано-бар
  • Кофейня
  • Гладильная
  • Конференц-зал
  • Сувенирный магазин
  • Солярий
  • Сауна
  • Медицинский кабинет

График теплохода «Николай Чернышевский» 2014

Даты Дней / ночей Маршрут Сезон
05 июл (сб) — 15 июл (втор) 2014 11/10 Санкт-Петербург — Москва С
15 июл (Вт) — 26 июл (сб) 2014 12/11 Москва — Санкт-Петербург С
26 июл (сб) — 05 авг (вт) 2014 11/10 Санкт-Петербург — Москва С
05 августа (Вт) — 16 августа (сб) 2014 12/11 Москва — Санкт-Петербург D
16 августа (сб) — 26 августа (Вт) 2014 11/10 Санкт-Петербург — Москва С
26 авг (Вт) — 06 сен (сб) 2014 12/11 Москва — Санкт-Петербург B
06 сен (сб) — 16 сен (вт) 2014 11/10 Санкт-Петербург — Москва С
16 сен (Вт) — 27 сен (сб) 2014 12/11 Москва — Санкт-Петербург B
27 сен (сб) — 07 окт (вт) 2014 11/10 Санкт-Петербург — Москва A

График теплохода «Николай Чернышевский» 2015

Даты Дней / ночей Маршрут Сезон
04 июля (сб) — 14 июля (Вт) 2015 11/10 г. Петербург — Москва С
14 июл (Вт) — 25 июл (сб) 2015 12/11 Москва — Санкт-Петербург С
25 июл (сб) — 04 авг (вт) 2015 11/10 Санкт-Петербург — Москва С
04 августа (Вт) — 15 августа (сб) 2015 12/11 Москва — Санкт-Петербург D
15 августа (сб) — 25 августа (Вт) 2015 11/10 г.Петербург — Москва С
25 авг (Вт) — 05 сен (сб) 2015 12/11 Москва — Санкт-Петербург B
05 сен (сб) — 15 сен (вт) 2015 11/10 Санкт-Петербург — Москва С
15 сен (Вт) — 26 сен (сб) 2015 12/11 Москва — Санкт-Петербург B
26 сен (сб) — 06 окт (вт) 2015 11/10 г. Петербург — Москва A

Николай Чернышевский — Проект Борген


От экстравагантных бальных залов до кровавых полей сражений — мир русской литературы повествует об одном из величайших народов мира. Но вдали от элегантности и светской жизни вырисовывается другой мир, полный бедности, который не игнорируют великие художники, свидетелями которого были. Фактически, многие великие русские авторы писали о бедности в России.

Фёдор Достоевский

Великий романист Федор Достоевский, один из немногих русских авторов, родившихся в семье среднего класса и который сам жил в бедности в течение ряда лет, на протяжении всей своей карьеры подчеркивал бедность в России. В своей книге «Преступление и наказание» Достоевский рассказывает историю о бедном студенте, который за деньги убивает ростовщика. Однако вскоре читатель узнает, что деньги не были его единственной мотивацией и не принесли пользу главному герою.

В фолианте Достоевский пишет: «В бедности вы можете еще сохранить свое врожденное благородство души, но в нищете — никогда — никого. Из-за нищеты человека не изгоняют из человеческого общества палкой, его выметают метлой, чтобы сделать это как можно более унизительным; и совершенно правильно, потому что я в нищете готов быть первым, кто унизит себя ».

По ходу повествования Достоевский наполняет читателя подробностями бедной жизни главного героя.Решение Достоевского бедности в России сводится к его религиозным убеждениям. Он считал, что нужно проявлять милосердие по-христиански, чтобы помогать нуждающимся.

Николай Чернышевский

Современник и соперник Достоевского Николай Чернышевский совершенно иначе смотрел на ситуацию в России. Чернышевский, радикальный коммунист и революционер, считал, что установление коммунистической системы правления освободит русский народ от обнищания.Величайший опус Чернышевского «Что делать?» Впоследствии оказал влияние на ряд коммунистов-революционеров, в том числе на Владимира Ленина.

Достоевский боролся с коммунистическими идеалами на протяжении всей своей жизни, но прежде всего в своей книге «Записки из подполья», которая была ответом на «Что делать?». Опровергая предложения Чернышевского, Достоевский пишет: «Но человек имеет такую ​​склонность к системам и абстрактным выводам, что он готов намеренно исказить истину, он готов отрицать свидетельства своих чувств только для оправдания своей логики.”

«Записки из подполья» в значительной степени были аргументом против идей Чернышевского, но этот аргумент является прекрасным примером идей, которые боролись друг с другом в России девятнадцатого века. Многие видели в коммунизме способ исправить сломленное состояние русских людей, особенно тех, кто живет в бедности. Другие думали, что реформа в сельском хозяйстве принесет процветание российскому низшему классу.

От Тургенева до Толстого все русские писатели XIX века боролись с экономическими проблемами низшего сословия.Некоторые игнорировали их, некоторые писали о них, но было ясно, что литература влияет на бедность в России.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.