Наталья дмитриевна горе от ума – Характеристика героя Наталья Дмитриевна, Горе от ума, Грибоедов. Образ персонажа Наталья Дмитриевна

Содержание

Наталья Дмитриевна Горичева ("Горе от ума")


Наталья Дмитриевна Горичева ("Горе от ума")
Смотри также Литературные типы произведений Грибоедова

— Молодая дама, знакомая Чацкого, жена Платона Михайловича. "Говорит тоненьким голоском". При встрече с нею на вечере у Фамусова Чацкий говорит: "Однако, как, смотря на вас, не подивиться? Полнее прежнего, похорошели страх; моложе вы, свежее стали; огонь, румянец, смех, игра во всех чертах?" Влюблена в своего мужа ("прелестный муж", "единственный", "бесценный", сам по себе, по нраву, по уму"). "Знает наперед", что муж ее понравится Чацкому. — "Взгляните и судите", — говорит она, представляя мужа Чацкому. На вопросы Чацкого к Платону Михайловичу за него отвечает Нат. Дм.: "Платон Михайлыч мой к затеям склонен разным". "Платон Михайлыч мой здоровьем очень слаб". — "Платон Михайлыч город любит". Воспоминания Чацкого о прошлой жизни, его советы ("в полк! эскадрон дадут! Движенья боле! В деревню, в теплый край, будь чаще на коне!") перебивает заботами о том, чтобы муж не простудился. — "Ах, мой дружочек! Здесь так свежо, что мочи нет; ты распахнулся весь и расстегнул жилет! — Послушайся разочек, мой милый, — застегнись скорей!" — "Мой ангел, Бога ради, от двери дальше отойди!" За совет Платону Михайловичу "жить в деревне" считает Чацкого сумасшедшим. Когда же Хлестова заводит речь о том, что Чацкий "чай, пил не по летам" и "шампанское стаканами тянул", Н. Д. прибавляет: "бутылками и пребольшими".

Критика: 1) "Наталья Дмитриевна с своим мужем Платоном Михайловичем Горичем, этим "высоким идеалом московских всех мужей", их взаимные отношения; князь Тугоуховский и княгиня с шестью дочерьми; графини Хрюмины, бабушка и внучка; Загорецкий, Хлестова — все это типы, созданные рукою истинного художника; а их речи, слова, обращения из под них, гениальная живопись, поражающая верностью, истинною и творческою объективностью; но все это как-то несвязно с целью комедии выставляется сама собою, особенно и отдельно". (Белинский. Сочинения т. V, стр. 82).

Словарь литературных типов. - Пг.: Издание редакции журнала «Всходы». Под редакцией Н. Д. Носкова. 1908-1914.

  • Н. ("Горе от ума")
  • Наталья Николаевна ("Горе от ума")

Смотреть что такое "Наталья Дмитриевна Горичева ("Горе от ума")" в других словарях:

literary_types.academic.ru

Наталья дмитриевна горе от ума характеристика. 

«Горе от ума» - произведение поистине гениальное, которое навсегда сделало ее автора великим классиком русской литературы. Эта сатирическая пьеса буквально сразу разлетелась на крылатые фразы, цитаты и выражения уже тогда, когда еще не была настолько известной широкой публике. Грибоедов очень правдиво изобразил жизнь московского дворянства и точно описал характеры героев, присущие людям того века. А главное - подарил столько мудрости и великолепной сатиры, что теперь на протяжении практически двух столетий мы учимся на всем этом познавать мир предков.

«Горе от ума». Комедия А.С. Грибоедова

Главные персонажи произведения «Горе от ума» очень четко показывают, что в светском обществе начала XIX века образовался раскол между молодым, передовым, с прогрессивными взглядами поколением, представленным в образе Чацкого, и зацикленными консерваторами старого поколения в образ Фамусова. «Горе от ума» - комедия, где эти два основных персонажа показаны очень ярко и колоритно, и каждый в своей правде принципиален и непреклонен. Однако есть и второстепенные герои комедии, которые тоже вносят в сюжет свои краски. Их можно поделить на три типа: "Фамусовы", те, кто претендует на "Фамусовых", и "Фамусовы-неудачники".

Загорецкий, «Горе от ума». Характеристика этого героя

Среди приглашенных гостей в доме Фамусова в третьем действии появляется Антон Антонович Загорецкий - «ловкий светский человек», который представляет тип «Фамусовы - неудачники». Он не имеет чинов и званий, все его считают «отъявленным мошенником и плутом», «лгунишкой, картежником и вором».

Раскрывая тему «Загорецкий, «Горе от ума». Характеристика», можно сказать, что в обществе Фамусова он определил для себя роль всеобщего угодника и прислужника, который всегда ищет случая угодить своим поведением и лестью и, что еще лучше, неожиданными подарками, поэтому и этим всегда вызывает большую симпатию и одобрение у всего окружения. Например, гостье Хлестовой он двух «арапченков» достал на ярмарке или, что скорее всего, сплутовал их в карты и Софье достал билет в театр, когда никто не смог этого сделать.

Нелестный герой

Персонаж Горич тоже постоянно нелестно отзывается о Загорецком, однако считает, что хоть все его и ругают, однако с охотой везде принимают. Этот герой действительно вхож во все приличные дома столицы. Образ Загорецкого - это собирательный образ дворянского общества, которое стало постепенно загнивать и выглядеть крайне безнравственно. Этому персонажу всегда сподручнее наврать чего-нибудь, нежели вспомнить правду. Он действительно настолько привык врать, что уже никто на его ложь не обращает никакого внимания.

Загорецкому, как и Репетилову, в комедии «Горе от ума» отводится особое место. Хоть критики и относят их к но они не являются его защитниками. Однако именно с их молчаливого согласия могут решаться судьбы других людей.

Роль в обществе

Возвращаясь к теме «Загорецкий, «Горе от ума». Характеристика», выскажем даже мнение, что Загорецкий - человек, по характеру «близкий к политическому сыску». И это совсем не случайно. На эту мысль наталкивают цитаты Загорецкого, которые говорят, что если бы он получил бы должность цензора, то в первую очередь «налег» бы на басни, где царят вечные насмешки над львами и орлами: «Хотя животные, а все-таки цари».

Загорецкий стремительно и с «жаром» ведет разговоры, он любит все преувеличивать и любой слух может раздуть до невероятных размеров. А на резкие высказывания о своей персоне он злобно не реагирует, а просто сводит их к обычной шутке.

Горич в очередной раз о нем заговаривает: «оригинал, брюзглив, а без малейшей злобы».

Грибоедов отводит ему роль человека, который распространяет ложные слухи о Чацком. Загорецкий еще толком не понял, о ком идет речь, но зато в его голове уже родились разные версии сумасшествия. Хлестова выразилась о Чацком, что, мол, тот много пил «бутылками пребольшими», Загорецкий добавляет, что он пил «бочками сороковыми».

Внесценические образы

Загорецкий - это один из внесценических персонажей и новаторский прием драматурга Грибоедова. Такие герои еще шире раскрывают картину «века минувшего» и обрисовывают его ценности и идеалы. Роль внесценических героев в том, что они помогают лучше понять и раскрыть поведение главных героев и всего фамусовского общества. Именно фигура Загорецкого показывает безнравственное поведение дворянского общества. Кстати, от Горича мы узнаем и то, что Загорецкий - доносчик. Да и Чацкий сразу получает предупреждение от Горича, что при нем лучше не высказываться откровенно.

В заключение темы «Загорецкий, «Горе от ума». Характеристика» важно отметить, что статус дворянина в России был защищен уже самим этим фактом, и если следовал традициям и устоям, то имел неплохие перспективы сделать успешную карьеру и за счет этого обогатиться. Главное, чтобы не быть такими неудачниками и угодниками без ума, как Загорецкий, который все обо всех знает и следует заветам своего отца «угождать людям всем без изъятья».

Комедия А. С. Грибоедова «Горе от ума» — это своего рода «энциклопедия русской жизни» первой половины XIX века. Значительно расширив рамки повествования за счет множества второстепенных и внесценических персонажей, Грибоедов обрисовывает в ней великолепные человеческие типы современной ему Москвы.

Как замечает О. Миллер, почти все второстепенные лица комедии сводятся к трем типам: «Фамусовы, кандидаты в Фамусовы и Фамусовы-неудачники».

Первым из них в пьесе появляется полковник Скалозуб, «поклонник» Софьи. Это «Фамусов в армейском мундире», но, вместе с тем, Сергей Сергеич «гораздо ограниченнее Фамусова».

Скалозуб обладает характерной внешностью («трех сажен удалец»), жестами, манерами, речью, в которой множество военных терминов («дивизия», «бригадный генерал», «фельдфебель», «дистанция», «шеренга»).

Столь же типичны и черты характера героя. Грибоедов подчеркивает в Скалозубе грубость, невежество, умственную и духовную ограниченность. Отвергая его «потенциальное жениховство» , Софья замечает, что он «слова умного не выговорил сроду». Будучи не слишком образованным, Скалозуб выступает против наук и просвещения, против «новых правил». «Ученостью меня не обморочишь...», — уверенно заявляет он Репетилову.

Кроме того, автор подчеркивает в Скалозубе еще одну черту — карьеризм, «грубо выраженную страсть к крестам» (Н. К. Пиксанов). Сергей Сергеич с едва ли осознаваемым цинизмом рассказывает Фамусову о причинах своего продвижения по службе:

Довольно счастлив я в товарищах моих,

Вакансии как раз открыты;

То старших выключат иных,

tattoo-club.ru

Второстепенные персонажи комедии «Горе от ума»

Второстепенные персонажи комедии «Горе от ума» — персонажи комедии Грибоедова «Горе от ума», не являющиеся главными действующими лицами. Многие из этих персонажей имеют значительную роль в композиции комедии. Почти все второстепенные персонажи комедии сводятся к трём типам: «Фамусовы, кандидаты в Фамусовы и Фамусовы-неудачники» (О.Миллер).

Горичи

Молодая дама Наталья Дмитриевна и её муж Платон Михаилович. Оба старые знакомые Чацкого, что становится известным в 5 явлении третьего действия. Горичей Грибоедов изображает, иронически улыбаясь.

Чацкий
Моложе вы, свежее стали;
Огонь, румянец, смех, игра во всех чертах.
Наталья Дмитриевна
Я замужем.
Чацкий
Давно бы вы сказали!

Тугоуховские

Тугоуховские приезжают на бал к Фамусову одними из первых. Они супруги, и приехали сюда главным образом для поиска богатых женихов для своих дочерей. В их поле зрения попадает и Чацкий, но так как тот не богат, они быстро теряют к Чацкому интерес. Князь Тугоуховский, следуя логике фамилии, глух. Почти все его реплики — междометия. Он подкаблучник, ни в чём не ослушивается жену. Княгиня отличается злым нравом и язвительностью.

Хрюмины

Графини Хрюмины: бабушка и внучка. Внучка — злая старая дева. На её едкие замечания Чацкий отвечает не менее резко. Её он сравнивает с французскими модистками.

Загорецкий

Особое место в комедии занимают Репетилов и Загорецкий.Критики относят их к второстепенным героям, но они не ярые его защитники, явным образом они ничего плохого Чацкому не делают, но именно их «молчаливое согласие» решает важные вопросы в жизни других людей. Загорецкий представляется автором как завсегдатай гостиных и столовых, «лгунишка, картежник и вор».

Платон Михаилович (о Загорецком)

...рекомендую!
Как эдаких людей учтивее зовут?
Нежнее? — человек он светский,
Отъявленный мошенник, плут:
Антон Антоныч Загорецкий.

Тугоуховские, Хрюмины, Загорецкий — сатира на московское общество тех времен.

Репетилов

Репетилов появляется в комедии в четвертом действии в качестве гостя на балу у Фамусова. Грибоедов в "Горе от ума" дает говорящие фамилии многим персонажам, так в переводе с французского фамилия Репетилов означает "повторять". Так автор подчеркивает, что Репетилов способен лишь повторять на словах высокие идеи декабристов, не вникая в их истинный смысл. Он становится центральной фигурой четвертого действия. Около него останавливаются разъезжающиеся с бала гости, начиная с Чацкого, и из разговоров гостей с Репетиловым до него доходит сплетня о сумасшествии.

Петрушка

Слуга в доме Фамусова. К нему обращается Фамусов со словами, ставшими крылатыми: «Читай не так, как пономарь, а с чувством, с толком, с расстановкой.»

dic.academic.ru

Book: Горе от ума

Явление 1

Фамусов, Слуга.

Фамусов

Петрушка, вечно ты с обновкой,

С разодранным локтем. Достань-ка календарь;

Читай не так, как пономарь,

А с чувством, с толком, с расстановкой.

Постой же. — На листе черкни на записном,

Противу будущей недели:

К Прасковье Фёдоровне в дом

Во вторник зван я на форели.

Куда как чуден создан свет!

Пофилософствуй, ум вскружится;

То бережёшься, то обед:

Ешь три часа, а в три дни не сварится!

Отметь-ка, в тот же день… Нет, нет.

В четверг я зван на погребенье.

Ох, род людской! пришло в забвенье,

Что всякий сам туда же должен лезть,

В тот ларчик, где ни стать, ни сесть.

Но память по себе намерен кто оставить

Житьём похвальным, вот пример:

Покойник был почтенный камергер,

С ключом, и сыну ключ умел доставить;[10]

Богат, и на богатой был женат;

Переженил детей, внучат;

Скончался; все о нём прискорбно поминают.

Кузьма Петрович! Мир ему! —

Что за тузы в Москве живут и умирают! —

Пиши: в четверг, одно уж к одному,

А может, в пятницу, а может, и в субботу,

Я должен у вдовы, у докторши, крестить.

Она не родила, но по расчёту

По моему: должна родить…

Явление 2

Фамусов, Слуга, Чацкий.

Фамусов

А! Александр Андреич, просим,

Садитесь-ка.

Чацкий

Вы заняты?

Фамусов

(слуге)

Поди.

(Слуга уходит.)

Да, разные дела на память в книгу вносим,

Забудется, того гляди. —

Чацкий

Вы что-то не веселы стали;

Скажите, отчего? Приезд не в пору мой?

Уж Софье Павловне какой

Не приключилось ли печали?

У вас в лице, в движеньях суета.

Фамусов

Ах! батюшка, нашёл загадку,

Не весел я!.. В мои лета

Не можно же пускаться мне вприсядку!

Чацкий

Никто не приглашает вас;

Я только, что спросил два слова

Об Софье Павловне: быть может, нездорова?

Фамусов

Тьфу, господи прости! Пять тысяч раз

Твердит одно и то же!

То Софьи Павловны на свете нет пригоже,

То Софья Павловна больна.

Скажи, тебе понравилась она?

Обрыскал свет; не хочешь ли жениться?

Чацкий

А вам на что?

Фамусов

Меня не худо бы спроситься,

Ведь я ей несколько сродни;

По крайней мере, искони

Отцом недаром называли.

Чацкий

Пусть я посватаюсь, вы что бы мне сказали?

Фамусов

Сказал бы я, во-первых: не блажи,

Именьем, брат, не управляй оплошно,

А, главное, поди-тка послужи.

Чацкий

Служить бы рад, прислуживаться тошно.

Фамусов

Вот то-то, все вы гордецы!

Спросили бы, как делали отцы?

Учились бы, на старших глядя:

Мы, например, или покойник дядя,

Максим Петрович: он не то на серебре,

На золоте едал; сто человек к услугам;

Весь в орденах; езжал-то вечно цугом:

Век при дворе, да при каком дворе!

Тогда не то, что ныне,

При государыне служил Екатерине.

А в те поры все важны! в сорок пуд…

Раскланяйся — тупеем не кивнут.[11]

Вельможа в случае[12] — тем паче;

Не как другой, и пил и ел иначе.

А дядя! что твой князь? что граф?

Сурьезный взгляд, надменный нрав.

Когда же надо подслужиться,

И он сгибался вперегиб:

На ку́ртаге[13] ему случилось обступиться;

Упал, да так, что чуть затылка не пришиб;

Старик заохал, голос хрипкой;

Был высочайшею пожалован улыбкой;

Изволили смеяться; как же он?

Привстал, оправился, хотел отдать поклон,

Упал вдруго́рядь — уж нарочно,

А хохот пуще, он и в третий так же точно.

А? как по-вашему? по-нашему — смышлён.

Упал он больно, встал здорово.

Зато, бывало, в вист[14] кто чаще приглашён?

Кто слышит при дворе приветливое слово?

Максим Петрович! Кто пред всеми знал почёт?

Максим Петрович! Шутка!

В чины выводит кто и пенсии даёт?

Максим Петрович. Да! Вы, нынешние, — ну-тка! —

Чацкий

И точно, начал свет глупеть,

Сказать вы можете вздохнувши;

Как посравнить, да посмотреть

Век нынешний и век минувший:

Свежо предание, а верится с трудом;

Как тот и славился, чья чаще гнулась шея;

Как не в войне, а в мире брали лбом;

Стучали об пол, не жалея!

Кому нужда: тем спесь, лежи они в пыли,

А тем, кто выше, лесть, как кружево плели.

Прямой был век покорности и страха,

Всё под личиною усердия к царю.

Я не об дядюшке об вашем говорю;

Его не возмутим мы праха:

Но между тем кого охота заберёт,

Хоть в раболепстве самом пылком,

Теперь, чтобы смешить народ,

Отважно жертвовать затылком?

А сверстничек, а старичок

Иной, глядя на тот скачок,

И разрушаясь в ветхой коже,

Чай, приговаривал: — Ах! если бы мне тоже!

Хоть есть охотники поподличать везде,

Да нынче смех страшит и держит стыд в узде;

Недаром жалуют их скупо государи. —

Фамусов

Ах! боже мой! он карбонари![15]

Чацкий

Нет, нынче свет уж не таков.

Фамусов

Опасный человек!

Чацкий

Вольнее всякий дышит

И не торопится вписаться в полк шутов.

Фамусов

Что говорит! и говорит, как пишет!

Чацкий

У покровителей зевать на потолок,

Явиться помолчать, пошаркать, пообедать,

Подставить стул, поднять платок.

Фамусов

Он вольность хочет проповедать!

Чацкий

Кто путешествует, в деревне кто живёт…

Фамусов

Да он властей не признаёт!

Чацкий

Кто служит делу, а не лицам…

Фамусов

Строжайше б запретил я этим господам

На выстрел подъезжать к столицам.

Чацкий

Я наконец вам отдых дам…

Фамусов

Терпенья, мочи нет, досадно.

Чацкий

Ваш век бранил я беспощадно,

Предоставляю вам во власть:

Откиньте часть,

Хоть нашим временам впридачу;

Уж так и быть, я не поплачу.

Фамусов

И знать вас не хочу, разврата не терплю.

Чацкий

Я досказал.

Фамусов

Добро, заткнул я уши.

Чацкий

На что ж? я их не оскорблю.

Фамусов

(скороговоркой)

Вот рыскают по свету, бьют баклуши,

Воротятся, от них порядка жди.

Чацкий

Я перестал…

Фамусов

Пожалуй, пощади.

Чацкий

Длить споры не моё желанье.

Фамусов

Хоть душу отпусти на покаянье!

Явление 3



Слуга

(входит)

Полковник Скалозуб.

Фамусов

(ничего не видит и не слышит)

Тебя уж упекут.

Под суд, как пить дадут.

Чацкий

Пожаловал к вам кто-то на́ дом.

Фамусов

Не слушаю, под суд!

Чацкий

К вам человек с докладом.

Фамусов

Не слушаю, под суд! под суд!

Чацкий

Да обернитесь, вас зовут.

Фамусов

(оборачивается)

А? бунт? ну так и жду содома.

Слуга

Полковник Скалозуб. Прикажете принять?

Фамусов

(встаёт)

Ослы! сто раз вам повторять?

Принять его, позвать, просить, сказать, что дома,

Что очень рад. Пошёл же, торопись.

(Слуга уходит.)

Пожало-ста, сударь, при нём остерегись:

Известный человек, солидный,

И знаков тьму отличья нахватал;

Не по летам и чин завидный,

Не нынче завтра генерал.

Пожало-ста, при нём веди себя скромненько.

Эх! Александр Андреич, дурно, брат!

Ко мне он жалует частенько;

Я всякому, ты знаешь, рад;

В Москве прибавят вечно втрое:

Вот будто женится на Сонюшке. Пустое!

Он, может быть, и рад бы был душой,

Да надобности сам не вижу я большой

Дочь выдавать ни завтра, ни сегодня;

Ведь Софья молода. А впрочем, власть господня.

Пожало-ста, при нём не спорь ты вкривь и вкось,

И завиральные идеи эти брось.

Однако нет его! какую бы причину…

А! знать, ко мне пошёл в другую половину.

(Поспешно уходит.)

Явление 4

Чацкий

Как суетится! что за прыть!

А Софья? — Нет ли впрямь тут жениха какого?

С которых пор меня дичатся как чужого!

Как здесь бы ей не быть!!.

Кто этот Скалозуб? отец им сильно бредит,

А может быть, не только что отец…

Ах! тот скажи любви конец,

Кто на три года вдаль уедет.

Явление 5

Чацкий, Фамусов, Скалозуб.

Фамусов

Сергей Сергеич, к нам сюда-с.

Прошу покорно, здесь теплее;

Прозябли вы, согреем вас;

Отдушничек отве́рнем поскорее.

Скалозуб

(густым басом)

Зачем же лазить, например,

Самим!.. Мне совестно, как честный офицер.

Фамусов

Неужто для друзей не делать мне ни шагу,

Сергей Сергеич дорогой!

Кладите шляпу, сденьте шпагу;

Вот вам софа, раскиньтесь на покой.

Скалозуб

Куда прикажете, лишь только бы усесться.

(Садятся все трое. Чацкий поодаль.)

Фамусов

Ах! батюшка, сказать, чтоб не забыть:

Позвольте нам своими счесться,

Хоть дальними, наследства не делить;

Не знали вы, а я подавно, —

Спасибо, научил двоюродный ваш брат, —

Как вам доводится Настасья Николавна?

Скалозуб

Не знаю-с, виноват;

Мы с нею вместе не служили.

Фамусов

Сергей Сергеич, это вы ли!

Нет! я перед роднёй, где встретится, ползком;

Сыщу её на дне морском.

При мне служа́щие чужие очень редки;

Всё больше сестрины, свояченицы детки;

Один Молчалин мне не свой,

И то затем, что деловой.

Как станешь представлять к крестишку ли, к местечку,

Ну как не порадеть родному человечку!..

Однако братец ваш мне друг и говорил,

Что вами выгод тьму по службе получил.

Скалозуб

В тринадцатом году мы отличались с братом

В тридцатом егерском, а после в сорок пятом.

Фамусов

Да, счастье, у кого есть эдакий сынок!

Имеет, кажется, в петличке орденок?

Скалозуб

За третье августа; засели мы в траншею:[16]

Ему дан с бантом, мне на шею.[17]

Фамусов

Любезный человек, и посмотреть — так хват,

Прекрасный человек двоюродный ваш брат.

Скалозуб

Но крепко набрался каких-то новых правил.

Чин следовал ему: он службу вдруг оставил,

В деревне книги стал читать.

Фамусов

Вот молодость!.. — читать!.. а после хвать!..

Вы повели себя исправно:

Давно полковники, а служите недавно.

Скалозуб

Довольно счастлив я в товарищах моих,

Вакансии как раз открыты:

То старших выключат иных,

Другие, смотришь, перебиты.

Фамусов

Да, чем кого господь поищет, вознесёт!

Скалозуб

Бывает, моего счастливее везёт.

У нас в пятнадцатой дивизии, не дале.

Об нашем хоть сказать бригадном генерале.

Фамусов

Помилуйте, а вам чего недостаёт?

Скалозуб

Не жалуюсь, не обходили,

Однако за полком два года поводили.

Фамусов

В погонь ли за полком?

Зато, конечно, в чём другом

За вами далеко тянуться.

Скалозуб

Нет-с, ста́рее меня по корпусу найдутся,

Я с восемьсот девятого служу;

Да, чтоб чины добыть, есть многие каналы;

Об них как истинный философ я сужу:

Мне только бы досталось в генералы.

Фамусов

И славно судите, дай бог здоровье вам

И генеральский чин; а там

Зачем откладывать бы дальше,

Речь завести об генеральше?

Скалозуб

Жениться? я ничуть не прочь.

Фамусов

Что ж? у кого сестра, племянница есть, дочь;

В Москве ведь нет невестам перевода;

Чего? плодятся год от года;

А, батюшка, признайтесь, что едва

Где сыщется столица, как Москва.

Скалозуб

Дистанции огромного размера.

Фамусов

Вкус, батюшка, отменная манера;

На всё свои законы есть:

Вот, например, у нас уж исстари ведётся,

Что по отцу и сыну честь;

Будь плохенький, да если наберётся

Душ тысячки две родовых, —

Тот и жених.

Другой хоть прытче будь, надутый всяким чванством,

Пускай себе разумником слыви,

А в се́мью не включат. На нас не подиви.

Ведь только здесь ещё и дорожат дворянством.

Да это ли одно? возьмите вы хлеб-соль:

Кто хочет к нам пожаловать — изволь;

Дверь отперта для званых и незваных,

Особенно из иностранных;

Хоть честный человек, хоть нет,

Для нас равнехонько, про всех готов обед.

Возьмите вы от головы до пяток,

На всех московских есть особый отпечаток.

Извольте посмотреть на нашу молодёжь,

На юношей — сынков и вну́чат;

Журим мы их, а если разберёшь,

В пятнадцать лет учителей научат!

А наши старички? — Как их возьмёт задор,

Засудят об делах, что слово — приговор, —

Ведь столбовые всё, в ус никого не дуют;

И об правительстве иной раз так толкуют,

Что, если б кто подслушал их… беда!

Не то, чтоб новизны вводили, — никогда,

Спаси нас боже! Нет. А придерутся

К тому, к сему, а чаще ни к чему,

Поспорят, пошумят, и… разойдутся.

Прямые канцлеры в отставке — по уму!

Я вам скажу, знать время не приспело,

Но что без них не обойдётся дело. —

А дамы? — сунься кто, попробуй овладей;

Судьи́ всему, везде, над ними нет судей;

За картами когда восстанут общим бунтом,

Дай бог терпение, — ведь сам я был женат.

Скомандовать велите перед фрунтом!

Присутствовать пошлите их в Сенат!

Ирина Власьевна! Лукерья Алексевна!

Татьяна Юрьевна! Пульхерия Андревна!

А дочек кто видал, — всяк голову повесь…

Его величество король был прусский здесь;

Дивился не путём московским он девицам,

Их благонравью, а не лицам;

И точно, можно ли воспитаннее быть!

Умеют же себя принарядить

Тафтицей, бархатцем и дымкой,

Словечка в простоте не скажут, всё с ужимкой;

Французские романсы вам поют

И верхние выводят нотки,

К военным людям так и льнут,

А потому, что патриотки.

Решительно скажу: едва

Другая сыщется столица, как Москва.

Скалозуб

По моему сужденью,

Пожар способствовал ей много к украшенью.

Фамусов

Не поминайте нам, уж мало ли крехтят!

С тех пор дороги, тротуары,

Дома и всё на новый лад.

Чацкий

Дома новы́, но предрассудки стары.

Порадуйтесь, не истребят

Ни годы их, ни моды, ни пожары.

Фамусов

(Чацкому)

Эй, завяжи на память узелок;

Просил я помолчать, не велика услуга.

(Скалозубу.)

Позвольте, батюшка. Вот-с — Чацкого, мне друга,

Андрея Ильича покойного сынок:

Не служит, то есть в том он пользы не находит,

Но захоти — так был бы деловой.

Жаль, очень жаль, он малый с головой,

И славно пишет, переводит.

Нельзя не пожалеть, что с эдаким умом…

Чацкий

Нельзя ли пожалеть об ком-нибудь другом?

И похвалы мне ваши досаждают.

Фамусов

Не я один, все также осуждают.

Чацкий

А судьи кто? — За древностию лет

К свободной жизни их вражда непримирима,

Сужденья черпают из забыты́х газет

Времён Очаковских и покоренья Крыма;[18]

Всегда готовые к журьбе,

Поют все песнь одну и ту же,

Не замечая об себе:

Что старее, то хуже.

Где? укажите нам, отечества отцы,

Которых мы должны принять за образцы?

Не эти ли, грабительством богаты?

Защиту от суда в друзьях нашли, в родстве,

Великолепные соорудя палаты,

Где разливаются в пирах и мотовстве,

И где не воскресят клиенты-иностранцы

Прошедшего житья подлейшие черты.

Да и кому в Москве не зажимали рты

Обеды, ужины и танцы?

Не тот ли, вы к кому меня ещё с пелен,

Для замыслов каких-то непонятных,

Дитей возили на поклон?

Тот Нестор негодяев знатных,[19]

Толпою окружённый слуг;

Усердствуя, они в часы вина и драки

И честь, и жизнь его не раз спасали: вдруг

На них он выменял борзые три собаки!!!

Или вон тот ещё, который для затей

На крепостной балет согнал на многих фурах

От матерей, отцов отторженных детей?!

Сам погружён умом в Зефирах и в Амурах,

Заставил всю Москву дивиться их красе!

Но должников не согласил к отсрочке:

Амуры и Зефиры все

Распроданы поодиночке!!!

Вот те, которые дожили до седин!

Вот уважать кого должны мы на безлюдьи!

Вот наши строгие ценители и судьи!

Теперь пускай из нас один,

Из молодых людей, найдётся — враг исканий,

Не требуя ни мест, ни повышенья в чин,

В науки он вперит ум, алчущий познаний;

Или в душе его сам бог возбудит жар

К искусствам творческим, высоким и прекрасным, —

Они тотчас: разбой! пожар!

И прослывёт у них мечтателем! опасным!! —

Мундир! один мундир! он в прежнем их быту

Когда-то укрывал, расшитый и красивый,

Их слабодушие, рассудка нищету;

И нам за ними в путь счастливый!

И в жёнах, дочерях — к мундиру та же страсть!

Я сам к нему давно ль от нежности отрёкся?!

Теперь уж в это мне ребячество не впасть;

Но кто б тогда за всеми не повлекся?

Когда из гвардии, иные от двора

Сюда на время приезжали, —

Кричали женщины: ура!

И в воздух чепчики бросали!

Фамусов

(про себя)

Уж втянет он меня в беду.

(Громко.)

Сергей Сергеич, я пойду

И буду ждать вас в кабинете.

Явление 9

София, Лиза, Чацкий, Скалозуб, Молчалин (с подвязанною рукою).

Скалозуб

Воскрес и невредим, рука

Ушибена слегка,

И, впрочем, всё фальшивая тревога.

Молчалин

Я вас перепугал, простите ради бога.

Скалозуб

Ну! я не знал, что будет из того

Вам ирритация.[21] Опро́метью вбежали. —

Мы вздрогнули! — Вы в обморок упали,

И что ж? — весь страх из ничего.

София

(не глядя ни на кого)

Ах! очень вижу, из пустого,

А вся ещё теперь дрожу.

Чацкий

(про себя)

С Молчалиным ни слова!

София

Однако о себе скажу,

Что не труслива. Так бывает,

Карета свалится, — подымут: я опять

Готова сызнова скакать;

Но всё малейшее в других меня пугает,

Хоть нет великого несчастья от того,

Хоть незнакомый мне, — до этого нет дела.

Чацкий

(про себя)

Прощенья просит у него,

Что раз о ком-то пожалела!

Скалозуб

Позвольте, расскажу вам весть:

Княгиня Ласова какая-то здесь есть,

Наездница, вдова, но нет примеров,

Чтоб ездило с ней много кавалеров.

На днях расшиблась в пух, —

Жоке не поддержал, считал он, видно, мух. —

И без того она, как слышно, неуклюжа,

Теперь ребра недостаёт,

Так для поддержки ищет мужа.

София

Ах, Александр Андреич, вот —

Яви́тесь вы вполне великодушны:

К несчастью ближнего вы так неравнодушны.

Чацкий

Да-с, это я сейчас явил,

Моим усерднейшим стараньем,

И прысканьем, и оттираньем,

Не знаю для кого, но вас я воскресил.

(Берёт шляпу и уходит.)

Явление 11

София, Лиза, Молчалин.

София

Молчалин! как во мне рассудок цел остался!

Ведь знаете, как жизнь мне ваша дорога!

Зачем же ей играть, и так неосторожно?

Скажите, что у вас с рукой?

Не дать ли капель вам? не нужен ли покой?

Пошлемте к доктору, пренебрегать не должно.

Молчалин

Платком перевязал, не больно мне с тех пор.

Лиза

Ударюсь об заклад, что вздор;

И если б не к лицу, не нужно перевязки;

А то не вздор, что вам не избежать огласки:

На смех, того гляди, подымет Чацкий вас;

И Скалозуб, как свой хохол закрутит,

Расскажет обморок, прибавит сто прикрас;

Шутить и он горазд, ведь нынче кто не шутит!

София

А кем из них я дорожу?

Хочу — люблю, хочу — скажу.

Молчалин! будто я себя не принуждала?

Вошли вы, слова не сказала,

При них не смела я дохнуть,

У вас спросить, на вас взглянуть. —

Молчалин

Нет, Софья Павловна, вы слишком откровенны.

София

Откуда скрытность почерпнуть!

Готова я была в окошко к вам прыгну́ть.

Да что мне до кого? до них? до всей вселенны?

Смешно? — пусть шутят их; досадно? — пусть бранят.

Молчалин

Не повредила бы нам откровенность эта.

София

Неужто на дуэль вас вызвать захотят?

Молчалин

Ах! злые языки страшнее пистолета.

Лиза

Сидят они у батюшки теперь,

Вот кабы вы порхнули в дверь

С лицом весёлым, беззаботно:

Когда нам скажут, что хотим —

Куда как верится охотно!

И Александр Андреич, — с ним

О прежних днях, о тех проказах

Поразвернитесь-ка в рассказах,

Улыбочка и пара слов,

И кто влюблён — на всё готов.

Молчалин

Я вам советовать не смею.

(Целует ей руку.)

София

Хотите вы?.. Пойду любезничать сквозь слёз;

Боюсь, что выдержать притворства не сумею.

Зачем сюда бог Чацкого принёс!

www.e-reading.mobi

Читать книгу Горе от ума

- 1 - Александр Грибоедов ГОРЕ ОТ УМА Комедия в четырёх действиях в стихах Действующие лица

Павел Афанасьевич Фамусов, управляющий в казённом месте.

Софья Павловна, дочь его.

Лизанька, служанка.

Алексей Степанович Молчалин, секретарь Фамусова, живущий у него в доме.

Александр Андреевич Чацкий.

Полковник Скалозуб, Сергей Сергеевич.

Наталья Дмитриевна, молодая дама, Платон Михайлович, муж её — Горичи.

Князь Тугоуховский и княгиня, жена его, с шестью дочерями.

Графиня-бабушка, Графиня-внучка — Хрюмины.

Антон Антонович Загорецкий.

Старуха Хлёстова, свояченица Фамусова.

Г. N.

Г. D.

Репетилов.

Петрушка и несколько говорящих слуг.

Множество гостей всякого разбора и их лакеев при разъезде.

Официанты Фамусова.

Действие в Москве в доме Фамусова.

ДЕЙСТВИЕ I Явление 1

Гостиная, в ней большие часы, справа дверь в спальню Софьи, откудова слышно фортопияно с флейтою, которые потом умолкают. Лизанька среди комнаты спит, свесившись с кресел.

(Утро, чуть день брезжится.)

Лизанька(вдруг просыпается, встаёт с кресел, оглядывается)Светает!.. Ах! как скоро ночь минула!Вчера просилась спать — отказ.«Ждём друга». — Нужен глаз да глаз,Не спи, покудова не скатишься со стула.Теперь вот только что вздремнула,Уж день!.. сказать им…(Стучится к Софии.)Господа,Эй! Софья Павловна, беда.Зашла беседа ваша за́ ночь.Вы глухи? — Алексей Степаныч!Сударыня!.. — И страх их не берёт!(Отходит от дверей.)Ну, гость неприглашённый,Быть может, батюшка войдёт!Прошу служить у барышни влюблённой!(Опять к дверям.)Да расходитесь. Утро. — Что-с?Голос СофииКоторый час?ЛизанькаВсё в доме поднялось.София(из своей комнаты)Который час?ЛизанькаСедьмой, осьмой, девятый.София(оттуда же)Неправда.Лизанька(прочь от дверей)Ах! амур проклятый!И слышат, не хотят понять,Ну что́ бы ставни им отнять?Переведу часы, хоть знаю: будет гонка,Заставлю их играть.

(Лезет на стул, передвигает стрелку, часы бьют и играют.)

Явление 2

Лиза и Фамусов.

ЛизаАх! барин!ФамусовБарин, да.(Останавливает часовую музыку)Ведь экая шалунья ты, девчонка.Не мог придумать я, что это за беда!То флейта слышится, то будто фортопьяно;Для Софьи слишком было б рано?..ЛизаНет, сударь, я… лишь невзначай…ФамусовВот то-то невзначай, за вами примечай; - 1 -

www.bookol.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о