На кого опирались большевики: К чему привело лавирование эсеров между красными и белыми — Российская газета

Содержание

История: Наука и техника: Lenta.ru

«Лента.ру» продолжает цикл публикаций, посвященных революционному прошлому нашей страны. Вместе с российскими историками, политиками и политологами мы вспоминаем ключевые события, фигуры и явления тех лет. Что представляли собой первые декреты, изданные Советской властью сразу после Октябрьской революции 1917 года? Об этом «Ленте.ру» рассказал Ярослав Полестеров, старший научный сотрудник отдела научно-просветительской работы Музея современной истории России.

«Лента.ру»: Ночью, когда Зимний дворец был взят, большевики приняли декреты «О мире» и «О земле». Они действительно обещали то, что хотел народ?

Полестеров: Декрет о земле был ответом на чаяния крестьян, высказываемые задолго до октября 1917 года. Его составили на основе 242 крестьянских наказов, адресованных делегатам Первого съезда крестьянских депутатов. Речь шла о том, чтобы изъять землю, оставшуюся у помещиков после реформы 1861 года. Одним из следствий этой реформы стало оформление крестьянской поземельной общины — свободного сельского общества, во временное пользование которого и поступала надельная помещичья земля.

Материалы по теме

12:09 — 16 октября 2017

В 1906 году правительством Столыпина была предпринята попытка реформирования сельской общины путем предоставления права выхода из нее тем, кто мог вести хозяйство самостоятельно. В итоге из общины выделились менее десятой части российских крестьян.

До этого земля делилась на две части: полевой надел, передаваемый крестьянской общине, и имение, которое осталось в собственности помещика. Согласно декрету, землю предполагалось поделить поровну между членами крестьянского сельского общества по числу едоков в семье.

Это была идея большевиков?

Существует версия, что большевики позаимствовали программу партии социалистов-революционеров. Но эсеры высказывались за социализацию земли, передачу ее крестьянским общинам, а Ленин говорил о национализации земли, передаче ее государству. Такой тезис фигурировал в его программе до осени 1917 года, но он понял, что крестьяне вряд ли воспримут это с воодушевлением.

Как скоро они получили землю?

Практически сразу: в конце 1917 и начале 1918 года. Распределением занимались земельные комитеты. Вообще-то, они были созданы еще при Временном правительстве министром земледелия Виктором Черновым — лидером партии эсеров. Они должны были стать органом, ведающим земельным вопросом после реформы, проведенной Учредительным собранием.

Формирование земельных комитетов рассматривалось как мера подготовительная. Но крестьяне хотели землю немедленно: они видели, что происходит — революция снесла монархию, дворяне больше не опора власти… Крестьяне ждали эту землю десятилетиями. А им говорят: погодите, соберется парламент, он займется земельным вопросом и примет все нужные решения.

Лев Троцкий на военном параде на Красной площади в 1924 году

Фото: General Photographic Agency / Getty Images

Количество случаев самовольного захвата земли неуклонно росло весной и летом 1917 года. Это можно связать и с тем, что в 1917 году подошел очередной срок передела земли в крестьянской общине. Еще в 1893 году Александр III издал указ о переделе земли в общине не чаще, чем раз в 12 лет. Если от 1893 года отсчитать 12 лет — получится 1905 год. Если прибавить еще 12 лет, получается как раз 1917-й. Это было время, когда крестьяне были готовы к переделу земли.

После вступления декрета в силу эти захваты легитимировались?

Да, земля осталась за теми крестьянами, кто их взял по справедливости, исходя из количества едоков в семье. То, что крестьяне получали согласно декрету, происходило у всех на виду. Люди, которые десятилетиями живут на одном месте, отлично знали, где лучше, где хуже, — не обманешь никого.

А что было дальше?

Уже в следующем после революции году принимаются декреты об использовании плодов крестьянского труда. Формируются комбеды — комитеты бедноты, которые занимались изъятием хлеба в пользу рабочих заводов и Красной Армии, а в начале 1919 года в стране вводится продразверстка. В ответ развернулось протестное движение. Но власти изымали не землю, а то, что крестьянин на ней выращивал, чтобы обеспечить потребности Красной Армии и рабочих предприятий.

Одним из своих пунктов декрет «О земле» запретил наемный труд. Кто больше всего пострадал от этого?

Запрет наемного труда упоминается не только в декрете, но и в Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа, которая была принята в начале января 1918 года, — то, что войдет в советскую конституцию 1918 года.

Запрещать можно что угодно. Но сложившиеся трудовые отношения, росчерком пера не изменить. Первое время на это смотрели сквозь пальцы. До коллективизации было еще 12 лет. Хотя понятие «кулак» было в ходу, все годы Гражданской войны и НЭПа лишь незначительная часть крестьян считалась кулаками, и конечно, они пользовались наемным трудом.

Помещики при новой власти оставались ни с чем. Как на деле сложилась их судьба?

Здесь не худо было бы вспомнить и конституцию 1918 года, согласно которой была такая категория граждан, как «лишенцы». Это те, кого лишили избирательных прав: бывшие помещики, буржуазия, духовенство. Никакой помощи они не получили.

Красногвардейцы на грузовике,1918 год

Фото: Hulton Archive/Getty Images

Началась новая эпоха, надо было выбирать, что делать — либо как можно быстрее уезжать за границу, либо приспосабливаться к новым условиям. Если бывший помещик включался в сельское общество и оно его принимало — то почему бы и нет. Он мог устроиться учителем в той же деревне.

Что происходило с русской армией на момент принятия декрета о мире?

Братание с противником летом 1917 года очень сильно подкосило армию, учитывая, что весной должно было начаться наступление, готовившееся еще с конца предыдущего года. Приказ номер 1 от 1 марта 1917 года привел к массовому дезертирству.

Говоря о нашей русской армии, мы понимаем, кто в большей степени ее представлял: те же самые крестьяне — побритые, в шинели, с винтовкой, но прежние по своей психологии. И зная, что в 1917 году наступал очередной срок передела крестьянской общины, можно понять, почему крестьянин бежит из армии. Он бежит, понимая, что в такой момент ему нужно быть дома. Большевики никогда не выступали с позиции «штыки в землю», они рассчитывали, что мировая война перерастет в гражданскую.

Большевики правда хотели обратить солдат, воюющих с Россией, на борьбу со своими правительствами?

В последнее верили ортодоксальные большевики, особенно Троцкий. На переговорах с Германией в Брест-Литовске он занял не совсем понятную позицию: «ни войны, ни мира». То есть воевать мы больше не будем, но и мира не подпишем. Это была его скрытая надежда на то, что пришедшая в эти страны революция сделает подписание мира вообще ненужным. Затянутые по вине Троцкого переговоры развязали руки Германии, двинувшей свои войска в наступление по всей нашей западной границе.

Что происходило на фронте после опубликования декрета?

В декабре 1917 года в городе Солы было подписано перемирие — это пока еще не был мир, но боевые действия были приостановлены. Окончательно мир с Германией подписали 3 марта 1918 года.

А кто же воевал?

Тогда, в феврале, люди сами шли на фронт, понимая, что есть более важные вещи, чем их собственные семейные интересы. И им удалось задержать продвижение немцев на западной границе! Но вскоре был подписан позорный Брестский мир, по которому от России отторгались огромные территории.

Фото: Hulton Archive / Getty Images

Необходимо вспомнить, почему мы каждый год отмечаем 23 февраля. Декрет о создании Красной Армии был обнародован 15 января 1918 года, флота — 29 января 1918-го. Когда в феврале 1918 года переговоры были окончательно сорваны, немцы пошли в наступление. 23 февраля был опубликован известный призыв большевиков — «Социалистическое отечество в опасности», и тогда же началась массовая запись добровольцев в Красную Армию.

Как на практике осуществился лозунг «власть — рабочим»?

Один из первых декретов советской власти — Положение о рабочем контроле, которым были созданы так называемые фабрично-заводские комитеты (фабзавкомы). Они следили за соблюдением условий труда. Рабочего нельзя было просто так уволить. Прежде это мог сделать управляющий предприятием в зависимости от его симпатий и антипатий.

Еще один долгожданный декрет, принятый тогда же, — о восьмичасовом рабочем дне. Это вместо 11,5 часов пять дней в неделю и 10 часов в субботу — график, по которому рабочие жили последние 20 лет (по закону от 2 июня 1897 года).

А доход рабочего не сократился вместе с рабочим временем?

Зарплата хороша, когда есть что на нее купить. В условиях Гражданской войны и голода она вообще мало что значила. Ценились продовольственные карточки. А карточки на 800 грамм хлеба выдавались только тем, кто работал на производстве.

Рабочие получили и новое жилье — комнаты в бывших роскошных квартирах в центре. Практика «уплотнения», о чем можно прочитать у Булгакова в «Собачьем сердце», складывается уже с конца 1917 года. Если кто-то владел особняком в центре города, ему оставляли комнатушку, а рабочим с окраин предлагали занять остальное. Хотя до завода добираться им теперь было далеко, они перебирались из бараков в нормальные условия, что было важнее.

Один из первых декретов большевиков посвящен разводу и гражданскому браку. Эта проблема тоже требовала скорейшего разрешения?

Большевики пытались доказать, что власть действительно делает что-то новое в стране, что-то, облегчающее жизнь. До 1917 года брак считался освященным церковью божественным актом, который не подразумевает дороги назад.

Процесс развода в Российской империи был сопряжен с необходимостью получить согласие церкви, для чего в свою очередь надо было доказать, например, факт измены — все эти трудности описаны Львом Толстым в романе «Анна Каренина». Согласно декрету «Об отделении церкви от государства» церковь перестала быть тем институтом, с которым надо было в подобных вопросах считаться.

Владимир Ленин

Фото: Keystone / Getty Images

Кстати, с тем, что мнение церкви больше ни на что не влияло, связан и переход на григорианский календарь. Большевикам хотелось сблизиться с Европой — в тех же надеждах на мировую революцию. Календарь сдвигался на две недели не для того, конечно, чтобы ускорить процесс, а для того, чтобы хотя бы дата была общая.

И это был календарь с уже новыми праздниками — социалистическими?

Да, 1 Мая праздновали уже в 1918 году. Но и Пасха широко отмечалась, хотя выходными церковные праздники уже не считались. Впрочем, в условиях Гражданской войны такие вещи, как праздник, отпуск, зарплата, были очень условными. Это особая эпоха со своими законами, которая длилась пять лет, — в этот период было очень сложно что-либо кому-то гарантировать.

Кто все-таки был наиболее удовлетворен результатами революции на конец 1917-го — начало 1918 года?

Рабочие. Конституцию, принятую летом 1918 года, называли конституцией победившего пролетариата — там очень четко сказано о «диктатуре пролетариата». Если мы говорим о системе выборов в местные органы власти, то соотношения были таковы: один делегат в местный совет мог быть избран от 25 тысяч рабочих или от 125 тысяч крестьян. О других группах населения и говорить нечего. Категория «лишенцев» сохранялась до 1936 года.

В то же время неоднозначным было отношение крестьян к революции из-за продразверстки. Можно вспомнить, например, восстание 1920 года в Тамбовской губернии. Но это было уже позднее.

Почему никто кроме большевиков не боролся за власть?


Редактор и ведущий: Анатолий Стреляный Анатолий Стреляный: Российские и западные историки обсудят вопрос, важнее которого в этом событии не существует. Почему, когда Ленин воскликнул: «Есть такая партия!» — он был прав? Почему только большевики по-настоящему стремились к власти в 1917 году? Почему только они были уверены, что знают, что с нею делать? На сегодня здесь — четыре конкретных вопроса. Почему монархисты, приверженцы царизма не стали бороться за власть? Почему их победители либералы и демократы не стали тоже бороться за власть? Почему соперники демократов, социалисты — не стали бороться за власть? И почему, наконец, не стал бороться за власть крупный российский капитал, в котором весомая доля принадлежала западному капиталу? Почему эти четыре силы допустили, что власть в России 1917 года валялась под ногами? Первый вопрос для сегодняшнего обсуждения: Почему приверженцы потерпевшего поражение царского строя не стали бороться за власть, которая, как очень скоро стало видно, и как говорили уже тогда — «валялась под ногами»?
Вадим Тилицын:
Падение патриотических настроений в обществе и все возрастающая ненависть к царской фамилии подтачивали устои правых партий. Ощущалась острая нехватка финансовых средств для партийной печати. Многие местные отделы было дезорганизованы. Их руководители отходили от политической деятельности. Попытки возобновить деятельность консервативного блока — это объединение «правых» членов Государственного совета и Государственной думы, представляющие различные правые организации, ни к чему не привели. В начале марта 1917 года последовали аресты первых фигур среди монархистов — Дубровина и Щегловитова. «Правые» были практически обезглавлены. А 5-го марта постановлением Петроградского Совета была запрещена газета «Русское знамя», один из немногих печатных органов Союза русского народов, который дотянул до Февральской революции. А предшествующая деятельность Союза стала предметом чрезвычайно-следственной комиссии Временного правительства. Никаких акций «правые» не предпринимали. Они были полностью деморализованы. Вся их оппозиционность сводилась к переписке между собой, восхвалению Корнилова за что был подвергнут аресту один из руководителей Союза русского народа — Римский-Корсаков. Или — к устным заявлениям Пуришкевича, что — «внутренние враги опаснее, чем внешние». И его же призывом: «уничтожить негодяев в тылу и в действующей армии». Лишь в сентябре 1917 года Пуришкевич попытался создать новую монархическую организацию, которая, по его замыслам, должна была консолидировать политические силы, однако все планы перечеркнул октябрь 1917 и аресты, произведенные в ноябре того же года. Стоит упомянуть, что после октября 1917 года, Дубровин и Щегловитов, по постановлению Всероссийской Чрезвычайной Комиссии, были расстреляны. Пуришкевич перешел на нелегальное положение. Ему удалось скрыться на юге России. Римский-Корсаков бежал в Ригу, откуда переехал в Берлин.
Адам Улан:
Это довольно сложный вопрос. Но когда речь идет о весне 1917 года, то о монархистах вообще трудно говорить. Монархия и последний монарх Николай Второй к тому времени уже были полностью дискредитированы, главным образом — среди самих монархистов. Некоторые политики, в особенности из кадетов, полагали, что монархию в России необходимо сохранить как фактор, обеспечивающий стабильность общества. Но, в принципе, весной 1917 года, о монархистах как о серьезной политической силе говорить нельзя, поскольку у них не было даже партии. Что же касается тех, кто поддерживал идею монархии, то и они не знали, что делать, поскольку русский царь был совершенно дискредитирован. Наталья Проскурякова: После февраля «правые» некоторое время были пассивны. Очевидно, это был шок, вызванный событиями февраля 1917 года. Первый раз они заметно проявили себя во время разгона демонстрации начала июля 1917 года, который считается в нашей историографии концом двоевластия. Эти демонстрации уже проходили под большевистскими лозунгами: «Вся власть Советам», и фактически звучал призыв к вооруженному восстанию. Более решительные меры «правые» предприняли в конце августа 1917 года, когда слишком либерального Брусилова на посту главкома сменил Корнилов, настроенный на более решительную борьбу с революцией. Именно тогда произошел так называемый «корниловский мятеж», который являл собой попытку установления военной диктатуры. Это не удалось осуществить Корнилову, потому что столкнулись личные политические амбиции Корнилова и возглавлявшего Временное правительство — Керенского, который в роли диктатора видел лишь себя лично. Керенскому, отказавшемуся от поддержки военной диктатуры, оставалось лишь одно — блокироваться с левыми радикалами, а именно большевиками, он это и сделал. Советы и большевики подняли рабочих на защиту Петрограда от Третьего пехотного корпуса генерала Крымова, основной ударной силы главкома Корнилова. Большевики к этому времени создали для осуществления в будущем вооруженного восстания уже отряды Красной гвардии, и Керенский выдал 20 тысяч винтовок красногвардейцам для защиты Петрограда от Корнилова, и именно эти винтовки сделали свои, так сказать, роковые выстрелы в октябре 1917 года.
Виктор Мальков:
Вы знаете, я думаю, что уже после отречения царя происходит — в результате самых различных процессов деградации — деморализации общества. Силы монархические, консервативные силы (прежде всего — дворянство, помещики, различные организации патриотические, которые конечно, были все промонархическими) теряли, буквально на глазах, влияние на наиболее активную часть общества, которая ставила перед собой уже задачи создания представительных учреждения и, наконец, ликвидации монархии. И, в конечном итоге, по-своему добровольное отречение царя символизировало потери последнего влияния монархии в широких кругах народа, в том числе и крестьянстве. Происходит изоляция вот этих традиционных, охранительных сил, консервативных группировок. Причем, изоляция — это вот очень любопытный факт, на который мало обращают внимание исследователи; изоляция не только внутри российского общества. Все общество от мала до велика, с низу до верху, так сказать, осознало это. Олигархия — она деградировала на глазах. Откуда появилась распутинщина? Окружение царя, элитарные слои — они были изолированы от общества, они уже не понимали его, и общество не понимало их. Это объясняет то, что в конечном итоге, когда, наконец, кризис, не просто назрел, а обрушился на страну, после отречения царя, то фактически их апелляция, тех группировок, которые еще сохранили активность какую-то, их апелляция к более широким массам была обречена буквально на поражение, на крах, на банкротство. Ответа они не получили и не могли получить.
Манфред Хельдемайер:
Я считаю, что весной 1917-го, у монархистов еще не было ни малейшего шанса взять власть в свои руки. Лишь где-то в августе-сентябре поражение июльского наступления Керенского, и особенно после того, как стало ясно, что большевики берут верх, — тогда они были к этому готовы. Но тогда, весной 1917, об этом даже никто и думать не мог. Собственно, даже вплоть до июня 1917 никто даже не рассчитывал на то, что большевики будут иметь такой успех. И уж подавно никто даже не мог предполагать, что впоследствии этот успех примет такие масштабы, как в октябре того же года. Только в результате забастовочного движения летом и серьезного ухудшения экономической ситуации в стране в целом, создалась постепенно такая расстановка сил, которая и была на руку большевикам. Думаю, что весной 1917 года этого никто еще даже предвидеть не мог. Вполне вероятно, что для монархистов это и не было полной неожиданностью, но тогда весной 1917 года они не смогли бы оказать какого либо существенного сопротивления, предпринять что-либо значительное. У них не было необходимых пропагандистских методов, да и вообще никакой возможности хоть в какой-то степени сформировать массовое движение.
Франсуаза Том:
Монархисты, так как они лишились царя, лишились даже кандидата на царство, они были совершенно дезорганизованы. У них уже некого было защищать, можно сказать. И поэтому их сопротивление было, можно сказать, подрублено под корень. К этому надо еще добавить, что монархия была глубоко дискредитирована тогда в России, это надо помнить. Сейчас, задним умом, мы об этом забыли, но еще недавно жил Распутин, были всякие скандалы, которые раздувались. И монархия вообще не пользовалась большой популярностью даже у самих монархистов. Анатолий Стреляный: Российские и западные историки отвечали на вопрос: Почему в 1917 году российские монархисты не стали бороться за власть, точнее за возвращении к власти. Одной из важнейших причин было названо разочарование большинства самих монархистов, прежде всего в монархии, в Николае Втором. Второй вопрос: Почему либералы и демократы не стали бороться за власть в 1917 году? Лучше видимо, вопрос поставить так: почему они не стали изо всех сил держаться за власть, которая в феврале свалилась на них так, как в октябре свалится на большевиков?
Вадим Тилицын:
Во-первых, в действиях либералов отсутствовал, причем напрочь, конъюнктурный момент. Их действия строились не на том, что жаждал «полевевший» российский социум, а на том, что либералы оценивали как квинтэссенцию политики любого цивилизованного государства. Это и непринятие идей ликвидации частной собственности на землю, насильственного уничтожение помещичьего землевладения. Во-вторых, социальная база либеральных объединений в России была довольно узкой. В основном, это университетская профессура, часть земских деятелей, юристы, ряд публицистов и литераторов. Их влияние не распространялось далее круга близких и знакомых. И было практически нулевым в среде крестьянства, промышленных рабочих, тыловых и фронтовых частей. В армии кадетов вообще не любили. Последние, не обещали ни быстрого окончания войны, ни роспуска армии. Все их выступления воспринимались и оценивались однозначно: «Вас бы в окопы, по-другому бы запели». Бывало, что кадетского оратора, призывавшего в своей речи к войне до победного конца, просто поднимали на штыки. Да и манера поведения, европейская учтивость, в первую очередь, выглядели более чем экстравагантно. Так, например, Милюков, где бы он ни выступал, начинал свою речь следующим образом: «Милостивые дамы и господа!» — что вызывало известный резонанс, например, в солдатской аудитории или аудитории рабочих. Российский либерализм унаследовал родовую черту российской интеллигенции — умение топить все здравые мысли и начинания в бесплодных рассуждениях. С марта по октябрь 1917 года, например, состоялось четыре съезда кадетской партии (что в два раза больше, чем за все предыдущие годы), решение которых давали лишь ориентиры для деятельности, а о том, как конкретно можно было переломить ситуацию в стране, в съездовских резолюциях не было сказано ни слова.
Адам Улан:
Вы говорите о весне, то есть о периоде до июня 1917 года, и тогда никто серьезно не относился к возможности захвата власти большевиками. Даже большевики (конечно, за исключением Ленина) не рассчитывали тогда на победу. Никто реально не предусматривал такой возможности, это один из факторов. Число членов большевистской партии во время Февральской революции составляло около сорока тысяч человек, и до июня 1917, никто собственно, и не опасался того, что они захватят власть. В то время никто, в том числе и многие большевики, не осознавали, что цель Ленина — создание однопартийного государства. Ведь официально большевики в то время были лишь фракцией социал-демократической рабочей партии, и всячески опровергали заявления о том, что они стремятся к установлению диктатуры. Левые партии, демократические партии в то время были убеждены, что угроза революции может прийти только справа, по аналогии с Французской революцией, так что сама идея большевистской опасности возникла лишь в июле 1917 года, но даже тогда к ней не относились слишком серьезно. Наталья Проскурякова: Особенностью действия либералов было стремление кадетов к достижению компромисса между различными социально-политическими силами. Для них это было главное условие достижения стабильности в стране. Только по мере нарастания революционной стихии, уже в октябре, когда совершенно очевидно нависла угроза большевистского переворота, кадеты начали активную работу в армии, и попытались создать, так называемую «зеленую гвардию» — в противовес красной гвардии, созданной большевиками, — но было уже поздно. Их историческое время ушло, шанс ими был потерян. Виктор Мальков: Если отвечать на вопрос, почему либерально-демократические партии оказалась не в состоянии возглавить вот эту вот стихию революции, я думаю, что это связано с общим вопросом о кризисе российской интеллигенции в этот очень трудный, очень кризисный, очень драматический, даже трагический — момент. Полагаю, что все эти партии — и главным образом, их руководство — рассчитывали на то, что как только поверхность поля будет очищена от остатков монархии, монархических, консервативных и прочих реакционных группировок, которые их подавляли в течении десятилетий, так моментально они окажутся во главе этого идущего движения, как им казалось, организованного и даже в какой-то степени идеологически управляемого, идеологически контролируемого. Но все оказалось по-другому. Колоссальная стихия захлестнула страну, и они оказались не в состоянии овладеть этой массой. Манфред Хельдемайер: Это не совсем так. Они не только боролись за власть, более того — они обладали политической властью. Они входили в правительство. Как известно, либералы вместе с октябристами создали первое правительство под руководством князя Львова. В этом правительстве социал-революционеры и меньшевики еще не были представлены. Коалиция была создана позднее, так что у либералов просто не было особой необходимости вступать в борьбу с кем-то бы то ни было за большую власть. Они к этому времени еще не видели причин для волнения, а тем более — для создания вооруженных отрядов, которые, в случае необходимости, можно было бы вывести на улицы. В марте-апреле, в мае даже, на мой взгляд, это предвидеть было невозможно. Но до августа-сентября никто не мог предвидеть, что в стране не возникнет ситуация, подобная гражданской войне. Ведь нельзя ни в коем случае забывать, что все это было сразу после Февральских событий, которые для революции (а это ведь бесспорно была настоящая революция, положившая конец немного ни мало трехсотлетнему режиму) прошли относительно бескровно. Особенно, если сравнивать это с Французской революцией, то это был короткий, относительно бескровный процесс. Так что тогда никто не подозревал и думать даже не мог, что в ближайшем будущем предстоит гражданская война. Франсуаза Том: Первая причина, на мой взгляд, это кризис легитимности, который наступил после отречения царя. Кризис легитимности был особенно опасен вот в том состоянии, в котором находилась Россия. И Милюков — лидер кадетов прекрасно понимал это, и он попытался уговорить Великого князя Михаила принимать корону, но ему это не удалось. Второй элемент, который тоже объясняет, по-моему, очень многое — это то, что Временное правительство считало себя, прежде всего военным кабинетом, то есть — это была проблема войны. Кадеты и умеренные партии — вот Милюков, Гучков — выступали за верность союзническим обязательствам и за осуществление русских военных целей, поэтому и называли Милюкова — «Милюков-Дарданельский». Конечно, страна не хотела воевать. Анатолий Стреляный: Наши эксперты отвечали на вопрос, почему российские либералы и демократы 1917 года не стали бороться за власть. Из всего того, что было сказано сегодня, и не раз в том или ином виде звучало за эти восемьдесят лет, можно выделить одно. Российские демократы 1917 года ждали угрозы не с той стороны, откуда он пришла, налетела, обрушилась на них. Российские и западные историки обсуждают вопрос о социалистах, о меньшевиках и эсерах, прежде всего, почему они не стали бороться за власть. Вадим Тилицын: После февраля 1917 года, и особенно после апрельского кризиса, социалистическая идеология в России значительно укрепила свои позиции, в частности, меньшевизм превратился в одну из наиболее влиятельных сил в стране. Его представители играли ведущую роль в Советах рабочих депутатов, занимали ряд министерских постов во Временном правительстве. Второе дыхание обрела и Народная социалистическая партия, объединившаяся в июне 1917 года с Трудовой группой Государственной Думы. Несмотря на подобный политический взлет, партии социалистической ориентации оказались не в состоянии противостоять большевизму и к осени 1917 года растеряли большую часть своих последователей. Так, на выборах в Учредительное собрание за меньшевиков проголосовало лишь чуть более двух процентов избирателей, и это неслучайно. Социалистов изначально преследовали три напасти: внутренняя раздробленность, поиск союзника, правда, с непременным условием — сохранить собственное лицо и патологический утопизм. В лоне соцпартии «сосуществовали» десятки групп, независимых одиночек и самостийных печатных изданий, которые враждовали между собой, пытаясь обосновать свои, как им казалось, единственно верные воззрения, пытаясь претендовать на роль лидера. Но распыление сил было на руку лишь большевикам, их извечным оппонентам. Попытки создать коалицию с левым крылом кадетской партии, предпринятые еще в апреле 1917 года, затянулись, поскольку социалисты не желали, что называется, поступаться своими принципами. Провал коалиционной политики, неэффективность парламента совпали с обострением осенью 1917 года общего социального кризиса, что значительно пошатнуло положение умеренных в обществе. Меньшевики считали, что движение страны к социальному миру и восстановление хозяйства должны проходить в обстановке гражданского согласия, и призывали к классовому самоограничению. Один из самых известных российских публицистов — Александр Изгоев написал по этому поводу: «Русские социалисты очутись у власти, они должны были оставаться простыми, ничего не делающими для осуществления своих идей болтунами или проделать от «а» до «ижицы» все, что проделали большевики». Адам Улан: Партию эсеров поддерживала наибольшая часть деревенского населения. И когда состоялись выборы в Учредительное собрание, эсеры получили большинство. Но дело в том, что партия эсеров не была единой, ее членов разделяли личные споры и политические взгляды. Так, некоторые эсеры выступали за мирную парламентскую работу, а некоторые взяли настолько влево, что решили объединиться с большевиками. Среди руководства партии эсеров не было также выдающихся личностей, способных стать подлинными лидерами. И, наконец, судьбу революции решала не популярность той или иной партии, не число ее избирателей, а вопрос о войне: продолжать ее или закончить. И большевики приобрели широкую поддержку именно потому, что выступали против продолжения войны. Большевики также отвергли идею создания коалиционного правительства, требуя всей власти Советам, но решающим все же оказался лозунг: «Конец войне!» И он предопределил победу большевиков. Наталья Проскурякова: Наиболее активными на политической арене были партии социалистической ориентации, как мы их сейчас называем, это эсеры, энесы и меньшевики. Приверженность меньшевиков и эсеров, входивших во Временное правительство, принципам демократии и сотрудничества с либеральной буржуазией, требовало постоянных компромиссов, впрочем, как и со стороны либеральной буржуазии, то есть кадетов, представлявших интересы либеральной буржуазии. И, по мере обострения ситуации в стране, все больше теряла под собой почву и подвергалась критике, как я уже говорила, и справа и слева. Политика коалиционного Временного правительства не удовлетворяла ни одну из социальных сил страны. Буржуазия и часть городских слоев требовала наведения порядка в стране. Вот именно они поддержали «корниловский мятеж». Глава Временного правительства — Керенский — в поисках социального мира и согласия предпринимал несколько акций. Он созвал Государственное совещание в начале августа, стремясь расширить социальную базу Временного правительства. Но совершенно неожиданно для него на этом Государственном совещании в большинстве оказались «правые», которые устроили триумфальную встречу потенциальному диктатору — Корнилову. После подавления «корниловского мятежа» Керенский создает новый орган — «Совет пяти» или директорию, в которую входят и кадеты. Он объявляет Россию республикой, но все это, в общем-то, не решает наболевших проблем. Виктор Мальков: После того, как социал-демократия, в целом, вышла из состояния такого полулегального существования, главный вопрос, который их занимал, это определение путей развития России. Не конкретная работа по организации масс, каких-то выступлений и всего прочего, не до этого еще дело было, им нужно было определиться. И вот здесь началась всем нам хорошо известная острейшая борьба течений, которая отнимала и занимала все их силы. Утрачено была из поля зрения дорога к массам. Прежде всего, искали теоретически — искали дорогу к храму. Манфред Хельдемайер: К тому времени только две другие партии: социал-революционеры как сторонники аграрной революции, и меньшевики — играли вообще какую-то сознательную роль, выдвигали ведущих политиков. Большевики же (и это сейчас, глядя назад, ни в коем случае нельзя недооценивать) вообще никакой роли не играли. Их, как политически активную силу, даже всерьез никто не принимал. Они вросли в свою последующую политическую роль только в ходе лета, когда сумели использовать настроение масс, создавшееся в связи с экономической катастрофой и ослабленной обороноспособностью страны. Но все это было уже значительно позднее, так что события сентября и октября нельзя проецировать на апрель-май. Тогда, к тому времени, большевики еще ни для кого не могли представлять опасности, никто не верил даже в возможность такого, они ведь даже на выборах не играли никакой роли. Так что, думаю, просто ни для кого — и для социалистических партий тоже — не было основания волноваться по поводу большевиков, которые были не более чем осколочной партией. Только в ходе лета все — и значительно — изменилось. Франсуаза Том: Совет издал, со своей стороны, уже 28-го февраля роковой «Приказ № 1», который лишил офицерства контроля над армией и передал контроль избранным комитетам солдат и моряков. Это приведет к тому, что у руководителей Совета, которые тогда были в большинстве меньшевики, и довольно умеренные большевики были в меньшинстве в Совете, но эти руководители очень скоро сами потеряют контроль над массами рядовых членов Советов. И солдаты-дезертиры будут, в конечном итоге, главной опорой большевиков. Часть социалистов — например, некоторые меньшевики — очень быстро поняла опасность хаоса. И они тоже в мае-июне уже попытались какой-то порядок восстановить. Но весь вопрос в том, что верхушка социалистов, верхушка Совета, была постоянно ослаблена массой и настроение масс было совершенно уже неуправляемо, можно сказать. Анатолий Стреляный: Почему российские социалисты 1917 года не стали бороться за власть? На этот вопрос отвечали западные и российские историки. Выслушав ответы наших экспертов, приходится — в порядке заключения разве что — уточнить вопрос. Он должен был, видимо, звучать так: Почему российские социалисты не стали бороться за власть «по-ленински, по-большевистски», не по правилам, с полным презрением к демократическим нормам и приличиям? Почему они, российские социалисты, вели себя нормально? Ответ, конечно, на поверхности. Они ошибались, веря в «социализм с человеческим лицом», говоря современным языком, но у них была совесть. Последний на сегодня вопрос. Ленин и большевики очень много говорили — в 1917 году и позже — об антинародном сговоре капиталистов и помещиков, о происках крупного капитала; пугало буржуя сделало для них не меньше, чем штыки. И все-таки крупный российский капитал 1917 года — капитал беззубый. Почему он не боролся за власть? Вадим Тилицын: Свою партию промышленно-финансовые круги России создать не смогли. Средств хватало, а вот людей, способных генерировать идеи, не было. Не смогли — или, скорее, не захотели — привлечь на свою сторону интеллектуалов со стороны. Кадеты казались им слишком радикальными, а правые слишком архаичными. Лишь не многие, нашли в себе силы, преодолеть неприязнь к радикальным, как им казалось, силам и войти в состав кадетской партии. Попытки влияния на общественное сознание, через различного рода военно-промышленные комитеты, экономические союзы, общественные организации, — результатов не имели. Слишком разношерстная, в политическом смысле, публика была представлена в этих объединениях. Любое предложение вызывало бесплодные споры, которые ни к чему не приводили. Очень ценно признание представителей Всероссийского союза промышленности и торговли о том, что торгово-промышленный класс повлиять на руководящих лиц — то есть, на Временное правительство — не может. В силу превалирования в обществе идей социального равенства и ненависти к более удачливому и предприимчивому. И, в то же время, из частных источников шла финансовая поддержка военизированных организаций, типа Союза офицеров армии и флота. Стоит, правда, отметить индивидуальную деятельность ряда магнатов, стремившихся (как, например, Павел Павлович Рябушинский) не столько повлиять на ход событий, сколько «засветиться на публике» с призывами о «национальном единении, ввиду продолжавшейся войны, о единстве всех социальных сил и прочее». Из членов Временного правительства ближе всех к кругам крупной буржуазии, стояли Коновалов и Гучков. Первый активно выступал против ограничения прав частных владельцев промышленных предприятий, второй — боролся с «приказом номер один», по сути дела, развалившим русскую армию, но в итоге, промышленно-финансовые круги постигла та же участь, что и все так называемые «непролетарские» партии и объединения. Адам Улан: Трудно говорить о капиталистах как о политической силе. Разумеется, в России были партии, выступающие за сохранение частной собственности, однако, идея социальных преобразований широко поддерживалась обществом. Большевики сумели также нейтрализовать крестьянство при помощи лозунга «Земля — крестьянам». Другими словами, большевики выступали тогда с самыми радикальными лозунгами: «Конец войне!» и «Долой Временное правительство!», которое не хотело покончить с войной. Они старались повлиять на солдат, и им это удалось. Оппозиция деморализованных солдат, в значительной степени, обусловила судьбу революции. То же можно сказать и о крестьянах. Так что речь шла не о столкновениях капиталистов с большевиками, потому что до Октябрьского переворота, я повторяю еще раз, никто не считал, что большевики представляют собой опасность. Большинству они казались фанатиками, непрактичными людьми, которые продержаться у власти — ну, максимум несколько месяцев, и тем дело кончится. Таким же образом оценивали большевиков и представители иностранного капитала. В предоктябрьский период большевики, безусловно, опирались на более широкую поддержку. К моменту Октябрьского переворота их партия насчитывала уже около трехсот тысяч человек. Они призывали к прекращению войны и предлагали другим политическим партиям присоединиться к этому призыву. Армия, разумеется, была тогда полностью деморализована. Солдаты, естественно, хотели вернуться домой — и это, конечно, было одним из главных моментов, обусловивших растущую поддержку большевикам. Другим фактором было отсутствие единства демократических сил, нежелание части меньшевиков признать, что большевики предали дело рабочих и устанавливают диктатуру. Именно поэтому им и не сопротивлялись, а попытка Корнилова сыграла лишь на руку большевикам, парализовав демократов и социалистов. Наталья Проскурякова: Конечно, большой вопрос вызывает поведение русской буржуазии. А что она-то, буржуазия, которая имела уже большие капиталы, которая имела серьезный опыт предпринимательской деятельности, ей что, было все равно? Почему она не предприняла никаких акций, для того чтобы как-то обеспечить порядок в стране, сохранить и обезопасить свои капиталы? Но русская буржуазия — это некая тоже совершенно особая социальная группа. Так исторически сложилось, что русская буржуазия, особенно крупная, была политически индифферентна. Она вообще, так сказать, была равнодушна, так условно скажем, к политической жизни, к политической деятельности, и она ведь практически не создала ни одной крупной, сильной политической партии, которая бы занимала заметное место в спектре политической жизни страны. Правда, некоторые представители крупного капитала, такие как Гучков, в первом составе правительства, Терещенко, затем Коновалов — вошли в состав Временного правительства, но так и не сыграли в нем какой-либо решающей роли. Очень интересное отношение между буржуазией и кадетами, при всем том, что кадеты, естественно, отражали интересы буржуазного развития страны. Но отношения буржуазии к этим либералам и джентльменам в белых перчатках у буржуазии было несколько отстраненным, она не доверяла кадетам, считала их слишком абстрактными и не оказывала им реальной поддержки ни до 1917 года, ни в период этих трагических событий от февраля к октябрю. Виктор Мальков: Почему крупный капитал не оказал должного сопротивления? Если речь шла о российской буржуазии, национальной буржуазии, то я думаю, что она еще даже не успела даже до Первой мировой войны (в особенности — до революции 1917 года) по-настоящему встать на ноги, и пустить, основательно пустить — в идеологическом отношении, моральном отношении, духовном отношении — корни, глубокие корни; их еще не было. Она еще была недостаточно влиятельна в обществе в целом. Она не имела достаточной информации. Она не имела политической партии, прочно вставших на ноги групп, даже просто группировок и так далее. Все эти мелкие группировки, которые боролись между собой, они не могли практически прийти к какому-то единству и они не чувствовали контакта с этой буржуазией, с национальной буржуазией. И буржуазия не чувствовала, что она может опереться на плечи этих малочисленных, очень разнообразных, и крайне пестрых в идеологическом отношении групп. Если говорить об иностранном капитале, который действительно преобладал накануне Первой мировой войны, с начала 20-го века, преобладал в структуре российского капитала, то надо сказать, что ведь у него не было достаточно средств для этого. Ведь все великие державы были заняты великой войной и все страны испытывали большие экономические трудности экономического порядка, поэтому, скажем, заниматься мобилизацией контрреволюции в России, это было не просто сделать. 1917 год был критическим, поэтому какая-либо вот мобилизация западной крупной буржуазии на поддержку — предположим, демократии — в России была крайне затруднена. Мы должны иметь исторический взгляд. Шла война, причем смертельно-опасная война для обеих сторон, и в этом отношении все ресурсы должны быть мобилизованы для победы, прежде всего. Манфред Хельдемайер: Эти группировки, промышленники и финансисты, всегда были, тесто связаны с либералами, т.е. с кадетами и с так называемыми октябристами. Некоторые из них, из богатых предпринимателей даже занимали посты министров, Ковалев, например, Терещенко и другие. Они входили в состав кабинета, после свержения царя, вплоть до образования первого коалиционного правительства в июне-июле. И, поскольку они уже входили в правительство, т.е. уже имели политическую власть, естественно, у них полагаю, не было ни малейшего повода о чем-то заботиться; например, о создании каких-то новых группировок, организаций, партий. Никто из них не предвидел, что либералы и умеренные социалистические партии так быстро отдадут власть, выпустят из рук бразды правления, что в стране создастся абсолютно неподконтрольная для них ситуация. Франсуаза Том: Главная цель союзников — и Франции, прежде всего — состояла в том, чтобы Россия осталась в войне и чтобы она эффективно воевала, другой цели у них не было тогда. Даже вопрос о сохранении капитала был второстепенным, потому что я напомню, что тогда на Западном фронте шли ожесточенные бои, весной 1917 года и не очень удачные для Франции, например. Для них приоритетами были боевые качества русской армии. И французы были под впечатлением. Они все рассматривали через прецедент Французской революции, то есть, они считали, что после свержения ненавистной монархии, русский народ возьмется за оружие, будет народное такое ополчение, как французы это делали, и русский народ пойдет воевать против проклятого кайзера, проклятых прусаков, как это было во Франции. И это объясняет поведение французского правительства, которое послало французских социалистов в Россию, в апреле это было, и эта делегация пришла к выводу, что надо поддерживать социалистов в Российском правительстве, что вот надо поддерживать Керенского и других социалистов. Результат того, что французы перестали поддерживать умеренные партии, Милюкова и кадетов и они переключились на левые элементы, и это привело, в конце концов, к отставке Милюкова в мае, и к новому правительству, на этот раз к коалиционному правительству, где социалисты имели министерские уже посты. Конечно, это привело к дальнейшему ослаблению Временного правительства и к последующим событиям. Анатолий Стреляный: Итак, обсуждался вопрос: почему российский капитал 1917 года не боролся за власть? Получается, что Февральская революция застала «большие российские деньги» врасплох. Финансово-промышленный гигант оказался политическим карликом. У него не было ни партий, ни того, что теперь называется «политическим лобби» своих людей в коридорах власти. Он мог бы это все создать, но у него не хватило времени.

Глава 27. Большевики, которые готовились, но «проспали» революцию

Глава 27. Большевики, которые готовились, но «проспали» революцию

Самая противоречивая с точки зрения оценок партия предреволюционного и революционного периода — партия большевиков. Формально — одна из групп, сформировавших РСДРП — Российскую социал-демократическую рабочую партию. По факту — сумевшая свести многочисленные внутренние противоречия к одному принципиальному идеологическому спору — большевиков и меньшевиков, одержать в нем победу, исключить меньшевиков из партии, создать РСДРП(б) – большевиков. Сохранить на всем протяжении революционного периода, несмотря на репрессии со стороны царских властей, подчас на практический разгром партии, строгую централизованную структуру, идеологическую прочность, четкое понимание целей и задач.

Благодаря этому партия сохраняла базовый костяк своих членов, каждый раз «восставая из пепла», быстро наращивая на скелет организаторов и идеологов массу сторонников. В значительной мере эта особенность объяснялась масштабнейшей интеллектуальной работой, которая велась в партии. Огромный массив работ В.И.Ленина охватывал вопросы от тактики и стратегии до философских основ человеческой жизнедеятельности.

Большевики прекрасно представляли себе, интересы каких социальных слоев они выражают, в то время, как остальные партии активно «плавали» в этом вопросе. Позиция РСДРП(б) не была косной. «Непревзойденная способность подслушать массу составляла великую силу Ленина», — отмечал Л.Троцкий. Отметим, в свою очередь, что дело не только в способности подслушать массу, но и в умении обосновать свои выводы в виде четких логических построений, философских, экономических, политических концепций. Если другие партии создавали программы, то В.И.Ленин создавал (и корректировал в случае необходимости) целостное описание окружающего мира.

Характерно, что историю российской социал-демократии В.И.Ленин, как и эсеры, вел от революционных демократов, русских социалистов: Белинского, Герцена, Чернышевского, Добролюбова, революционеров-народников 70-х годов, выступивших за свержение самодержавия путём крестьянской революции и выступавших за переход к социализму, минуя капитализм [212].

Свою первую политическую организацию В.И.Ленин создал в Петербурге в 1895 году. Из объединения марксистских кружков был сформирован «Союзы борьбы за освобождение рабочего класса», явно наследовавший социалистическим рабочим организациям, появившимся в Российской империи еще в 70-е годы XIX века («Южнороссийский союз рабочих» в Одессе, «Северный союз русских рабочих» в Петербурге).

Организационно ленинский «Союз» (а вернее «Союз», созданный при участии Ленина) представлял собой централизованную конспиративную организацию с Центральной организационной группой во главе, тремя районными группами, связанными, в свою очередь, с местными марксистскими и рабочими кружками.

В декабре 1895 года полиция арестовала многих членов организации, в том числе и Ленина. В феврале 1897 года он был выслан на 3 года в село Шушенское Минусинского округа Енисейской губернии. Находясь в тюрьме, а затем в ссылке Ленин написал «Проект и объяснение программы социал-демократической партии».

Представление о масштабах деятельности «Союза борьбы» дает такой факт: всего по его делу было арестовано и привлечено к дознанию 251 человек, из них 170 рабочих [213].

Петербургский «Союз» для своего времени не был ни особо передовой, ни принципиально новой организацией. Первую русскую марксистскую группу – «Освобождение труда» — создал в 1883 году Г.В.Плеханов. Именно Плеханов в своих работах постулировал, что Россия вступила в стадию капиталистического развития, и значит, революционеры в борьбе с самодержавием и капитализмом должны опираться на пролетариат, как на самую прогрессивную общественную силу. Первым вопрос о необходимости создания партии российского рабочего класса также поднял Г.В.Плеханов. Группа «Освобождение труда» выработала два проекта программы такой партии.

В декабре 1883 года марксистская организация под громким названием «Партия русских социал-демократов» появилась в Петербурге, в 1885 здесь же сформировалось «Товарищество санкт-петербургских мастеровых», далее процесс пошел по нарастающей: в Поволжье, на Украине, в Белоруссии, Польше, Литве возникают социал-демократические кружки и организации.

Первый съезд РСДРП прошел в Минске в 1898 году. Ленин участия в нем не принимал, находясь в ссылке. Партия, впрочем, была создана лишь формально – приняв «Манифест Российской социал-демократической рабочей партии», съезд не смог согласовать ее устав и программу. Вскоре избранный Центральный комитет партии был арестован, РСДРП осталась без руководства.

Устав и программа партии были приняты на втором съезде РСДРП, прошедшем в июле-августе 1903 в Брюсселе, а затем в Лондоне. Перенос основных организационных мероприятий (часто и руководящих органов) политических партий за границу был обусловлен законодательным запретом на их существование в России. Повторения печального опыта первого съезда РСДРП с немедленным арестом всего руководящего состава не хотелось никому.

Ко второму съезду Ленин среди российских марксистов имел уже немалую известность. На рубеже веков он из ссылки возглавил кампанию против «экономизма» в российской социал-демократии, подвергнув критике внутрипартийное течение, полагавшее возможным выдвижение чисто экономических требований в пользу рабочих — без, собственно, политической борьбы. Ленин составил «Протест российских социал-демократов», который был подписан 17 ссыльными марксистами.

После освобождения из ссылки в 1900 году В.И.Ленини приступил к созданию партийной газеты. Она должна была, по его задумке, объединить доселе разрозненную партию в единое целое. Такое издание – газета «Искра» — было создано в сотрудничестве с группой Плеханова. На ее базе был доработан и обсужден ленинский проект устава и программы партии, которые были в 1903 году представлены съезду.

Программа РСДРП состояла из программы-минимум (подготовка и осуществление буржуазно-демократической революции для свержения самодержавия и установления демократической республики) и программы-максимум (осуществление социалистической революции, свержение капитализма).

2-й съезд РСДРП с одной стороны завершил объединение марксистских организаций России в единую партийную структуру. С другой он же выявил серьезные внутренние противоречия социал-демократов, наглядно продемонстрировал формирование в рядах эсдеков двух руководящих и идеологических центров.

Острая борьба развернулась на съезде, в частности, вокруг первого параграфа устава партии, устанавливающего принципы членства и обязанности членов. В.И.Ленин, стремящийся к созданию строгой партийной структуры, формулировал его так: «Членом партии считается всякий, признающий ее программу и поддерживающий партию, как материальными средствами, так и личным участием в одной из партийных организаций».

Было понятно, что требование личного участия члена партии в работе партийной организации не способствовало бы массовости РСДРП, могло отпугнуть от нее не определившихся потенциальных сторонников. Группа эсдеков во главе с Ю.О.Мартовым (псевдоним Лев Мартов), стремясь к созданию массовой партии, выступала за исключение пункта о личном участии. Такой подход более соответствовал «традициям» российского партийного строительства, льстил перспективой записать в свои члены миллионы сограждан. В итоге первый параграф устава был принят в формулировке Мартова, однако история доказала правоту Ленина — впоследствии наплыв «записавшихся» никак не помог ни эсерам, ни октябристам, ни кадетам. Напротив, партии, становясь численно все больше (100 тысяч членов, как полагали кадеты, или миллион, как полагали эсеры), одновременно становились все аморфнее организационно (Впоследствии РСДРП вернулась к формулировке Ленина – на своем 3-м съезде в 1905 году).

Зато в ходе 2-го съезда партии сторонники Ленина получили подавляющее большинство голосов при формировании руководящих органов РСДРП – Центрального комитета, Центрального органа, Совета партии. С этого момента сторонники Ленина именовались большевиками, сторонники Мартова – меньшевиками.

Фактически, противоречия большевиков и меньшевиков выросли из представлений о методах партийного строительства. В.И.Ленин в брошюре «Шаг вперед и два назад (о кризисе в нашей партии)» писал: «В сущности, уже в спорах о параграфе первом стала намечаться, вся позиция оппортунистов в организационном вопросе: и их защита расплывчатой, не сплоченной крепко партийной организации, и их вражда к идее («бюрократической» идее) построения партии сверху вниз, исходя из партийного съезда и из созданных им учреждений, и их стремление идти снизу вверх, предоставляя зачислять себя в члены партии всякому профессору, всякому гимназисту и «каждому стачечнику», и их вражда к «формализму», требующему от члена партии принадлежности к одной из признанных партией организаций, и их наклонность к психологии буржуазного интеллигента, готового лишь «платонически признавать организационные отношения», и их податливость к оппортунистическому глубокомыслию и к анархическим фразам, и их тенденция к автономизму против централизма» [214].

Ленин тонко чувствовал возможные последствия отказа от централизма, то, на чем погорели все остальные партии.

«Но — дальше в лес, больше дров, — продолжает он, — попытки анализа и точного определения ненавистного «бюрократизма» неизбежно ведут к автономизму, попытки «углубления» и обоснования неминуемо приводят к оправданию отсталости, к хвостизму, к жирондистским фразам. Наконец, в качестве единственного, действительно определенного, и на практике поэтому выступающего особенно ярко (практика всегда идет впереди теории) принципа появляется принцип анархизма. Высмеивание дисциплины — автономизм — анархизм, вот та лесенка, по которой то спускается, то поднимается наш организационный оппортунизм» [215].

Большевики выступали за жесткую партийную структуру. В ряде случаев эта жесткость приводила к абсурдным с точки зрения современного представления о большевиках итогу. Так, формировался целый класс «коммунистов, но беспартийных». Упоминавшийся выше рабочий Сормовского завода Петр Заломов, первым поднявший в ходе стачки красное знамя с лозунгом «Долой самодержавие», так и не вступил в партию до конца жизни, занимая, тем не менее, высокие посты в СССР. То же самое можно сказать об организаторе восстания на крейсере «Очаков» лейтенанте Шмидте, который, будучи сторонником РСДРП, был, тем не менее, беспартийным.

Сторонники Мартова, напротив, настаивали на «демократизации» партии. Вокруг этих противоречий разгорелся жесткий идеологический спор. Оставшись в меньшинстве, мартовцы обвинили большевиков в узурпации партийного руководства, в установлении диктатуры, в «твердости» («твердолобости») и в «заезжательстве» политических оппонентов. В пылу этой полемики в 1904 году в «Искре» Мартов опубликовал статью «На очереди», в которой привел саркастическую «Краткую Конституцию Росс.соц.-дем-раб. Партии»:

«(Устав — максимум «твердых»).

1. Партия делится на заезжателей и заезжаемых.

Прим. Группы и лица, кои не склонны быть заезжаемыми, но также неспособны заезжать, упраздняются вовсе.

2. Заезжатели, вообще, заезжают. Что же касается заезжаемых, то оные преимущественно бывает заезжаемы.

3. В интересах централизма заезжатели бывают разных степеней доверия. Заезжаемые уравнены в правах.

4. Для обжалования уже воспоследовавших заезжаний учреждается Совет. Впрочем, последний заезжает и самостоятельно.

5. Иерархия сия увенчивается Пятым, права коего по заезжанию ограничены лишь естественными законами природы.

6. Ц.О. заезжает мерами духовного вразумления. В случае закоренелости вразумляемых, предает оных в руки Ц.К.

7. Тогда Ц.К. поступает.

8. Заезжаемые делают взносы в партийную кассу на расходы по заезжанию, а равно и по пропаганде.

9. В свое время все члены партии, и заезжатели, и заезжаемые делают революцию.

Прим. От сей повинности увольняются заезженные» [216].

Ленин резко ответил на критику Мартова:

«В тесной психологической связи с ненавистью к дисциплине стоит та неумолчная, тягучая нота обиды, которая звучит во всех писаниях всех современных оппортунистов вообще и нашего меньшинства в частности. Их преследуют, их теснят, их вышибают, их осаждают, их заезжают. В этих словечках гораздо больше психологической и политической правды, чем, вероятно, подозревал сам автор милой и остроумной шутки насчет заезжаемых и заезжателей. Возьмите, в самом деле, протоколы нашего партийного съезда, — вы увидите, что меньшинство это все обиженные, все те, кого когда-либо и за что-либо обижала революционная социал-демократия. Тут бундовцы и рабочедельцы, которых мы «обижали» до того, что они ушли со съезда, тут южнорабоченцы, смертельно обиженные умерщвлением организаций вообще и их собственной в частности, тут тов. Махов, которого обижали всякий раз, когда он брал слово (ибо он всякий раз аккуратно срамился) тут, наконец, тов. Мартов и тов. Аксельрод, которых обидели «ложным обвинением в оппортунизме» за § 1 устава и поражением на выборах. И все эти горькие обиды были не случайным результатом непозволительных острот, резких выходок, бешеной полемики, хлопанья дверью и показыванья кулака, как думают и по ею пору очень и очень многие филистеры, а неизбежным политическим результатом всей трехлетней идейной работы «Искры». Если мы в течение этих трех лет не языком только распутничали, а выражали те убеждения, которые должны перейти в дело, то мы не могли не бороться на съезде с антиискровцами и с «болотом». А когда мы, вместе с тов. Мартовым, который бился в первых рядах с открытым забралом, переобидели такую кучу народа, — нам оставалось уже совсем немножечко, чуть-чуточку обидеть тов. Аксельрода и тов. Мартова, чтобы чаша оказалась переполненной. Количество перешло в качество. Произошло отрицание отрицания. Все обиженные забыли взаимные счеты, бросились с рыданиями в объятия друг к другу и подняли знамя «восстания против ленинизма» [217].

«Узурпация» власти в партии со стороны большевиков в значительной степени действительно имела место, но партия, выражающая интересы определенного класса и отстаивающая их в политической борьбе — не парламент и не собрание дискуссионного клуба. Она либо четко представляет свои задачи и действует, либо не представляет и мечется вправо-влево. В этом смысле действия Ленина по «заезжательству» были, без сомнения, оправданы — тем более, что им предшествовала трехлетняя дискуссия о судьбах партии на страницах «Искры».

Противоречия большевиков и меньшевиков, однако, не сводились к чисто организационным вопросам. Именно Мартов в своих работах ввел термин «ленинизм» для обозначения политики большевиков. Позже противники использовали его для отделения идей истинного марксизма от большевистских искажений, а сами большевики трансформировали в марксизм-ленинизм, подчеркивая преемственность своей идеологии от марксистского учения и его развития в работах В.И.Ленина.

Рассматривая деятельность большевиков сейчас, из XXI века, представляется очевидным, что В.И.Ленин, как, без сомнения, гениальный политик, начав с марксизма, планомерно использовал его, непрерывно «трансформируя» под российскую действительность. Марксизм представлял собой полноценную общественно-экономическую теорию, ничуть не хуже теорий А.Смита и Дж.Рикардо, из которых вырастал либерализм. Соответственно не было никаких оснований отказываться от него — ведь он «научно обосновывал» неизбежность наступления коммунизма (ничуть не менее научно, отметим, чем либеральные теории — «естественность» и «совершенство» рыночных отношений и вытекающих из них демократических принципов правления).

Не стремясь изобретать велосипед, В.И.Ленин апеллировал к научному авторитету Маркса. Который, однако, исходил из поэтапной смены формаций, и лишь из развитого капитализма, согласно его учению, мог появиться коммунизм. Отсюда в ранних работах, в ленинской программе РСДРП программа-минимум — построение буржуазной республики.

Из концепции Маркса о сверхкритическом развитии капитализма следовал вывод о его всемирном на этот момент (на момент созревания пролетарской революции) распространении, а значит и сама революция должна была стать мировой, охватить все страны.

Меньшевики, следуя классическому марксизму, именно такое развитие истории — переход от самодержавия к капитализму и его развитие — полагали закономерным и естественным. Соответственно, по результатам революции они планировали укрепление буржуазной республики, демократические свободы и капиталистические отношения — с тем, чтобы в будущем иметь возможность готовить выступление пролетариата.

Ленина теоретические доктрины не смущали. Очевидно отдавая себе отчет в происходящих в России процессах, он, как принято выражаться, «теоретически обосновал» возможность пролетарской революции и построения социализма в отдельно взятой стране с неразвитыми капиталистическими отношениями. В отсутствии массового пролетариата как опоры революции, он обосновал представление о революционной роли крестьянства при руководящей роли пролетариата (хотя в ранних работах характеризовал крестьянство как силу мелкобуржуазную).

Интересно, что все эти глубоко противоречащие (по мнению самих ортодоксальных марксистов) учению Маркса установки Ленин виртуозно обосновал, опираясь именно на Маркса. Происходящая в России революция была социалистической, но не марксистской, а единственная сила, которой располагал Ленин, следовала учению Маркса. И только на научный базис теории марксизма мог он эффективно опереться в этих условиях.

Пришлось изменить само учение — «подогнать» его под реалии страны. В этом смысле ленинское развитие марксизма — марксизм-ленинизм — является уникальным памятником человеческой мысли и политики. Кстати, прав в итоге оказался именно марксизм-ленинизм, а не классический марксизм: все успешные социалистические революции XX века произошли не в промышленно-развитых, а в аграрных странах.

Ортодоксальные марксисты так и не смогли принять деятельность Ленина. В итоге меньшевики, воспринимая Февральскую революцию как закономерный процесс, перешли на сторону буржуазии, не приняли Октябрьской революции (социалистическая революция в аграрной стране — нонсенс!) и вступили в вооруженную борьбу с большевиками совместно с эсерами, кадетами и Белым движением. Большевики, пройдя серьезный эволюционный путь, пришли к 1917 году к идеологии, сближающейся с народничеством. Имея, однако, ее базисом стройную экономическую теорию Маркса и ее ленинское развитие. Таким образом, научное обоснование идей большевиков на несколько порядков превосходило прежние идеологические концепции.

Несколько слов нужно сказать об участии большевистской партии в революционных событиях. Ленинцы не сыграли существенной роли в революции 1905 года, численно и организационно уступая на тот момент другим политическим партиям. По данным самих большевиков, их численность в конце 1905 года составляла около 3 тысяч членов в Петербурге, около 2,5 тысяч членов в Москве, в городах России действовали более 50 большевистских организаций [218]. Фразу Ленина «Весной 1905 г. наша партия была союзом подпольных кружков; осенью она стала партией миллионов пролетариата» [219] следует, видимо, отнести к идеологическим утверждениям, пропаганде, нацеленной на самих членов партии, вставших в одни ряды с миллионами восставших по всей стране.

В ходе революции 1905 года большевики неверно оценили роль Советов, основными организаторами которых выступали меньшевики и эсеры. Позже Ленин изменил свое мнение, но Советы 1905 года были к тому моменту уже уничтожены.

В период послереволюционой реакции партия подверглась разгрому, Ленин был вынужден бежать за границу. Из эмиграции он вел борьбу против меньшевиков, стремящихся к легальной деятельности в рамках дарованных царским Манифестом свобод (за эту деятельность меньшевики были прозваны «ликвидаторами», так как подобная легальная деятельность означала ликвидацию РСДРП в прежнем виде). В январе 1912 года в Праге была созвана 6-я Всероссийская конференция партии, которая исключила меньшевиков-ликвидаторов из РСДРП.

Февральскую революцию 1917 года большевики «не увидели», оказались совершенно не готовы к ней. В марте В.И.Ленин в Цюрихе получил первые известия о начавшейся в России революции и в апреле вернулся из эмиграции в Петроград. Через Германию он ехал в опломбированном вагоне, что сегодня рассматривается то ли как комический элемент, то ли как свидетельство сотрудничества с Германией. Хотя именно чтобы предотвратить подозрения в таком сотрудничестве вся акция и была затеяна: на каждой станции представители местных социал-демократических партий проверяли пломбы и свидетельствовали в специальном протоколе, что Ленин вагона не покидал и посетителей на территории врага не имел.

С возвращения в Петроград началась активная работа большевиков – повторять ошибки 1905 и февраля 1917 годов они не собирались.

Партия определила недопустимость сотрудничества с Временным правительством, выдвинула лозунг «Вся власть Советам!» Одновременно В.И.Ленин приступил к созданию массовой партии – актив большевиков, агитаторы, развернули широкую деятельность среди рабочих, крестьян, солдат, матросов по всей стране. Выстроенная ранее четкая структура с проработанной идеологией показала себя как нельзя лучше: на начало 1917 года численность партии составляла около 24 тысяч членов, к концу апреля достигла 100 тысяч, в июле — 240 тысяч. В октябре партия большевиков насчитывала около 350 тыс. членов [220].

Росту партии способствовала как собственно деятельность агитаторов, так и метания других политических сил, в частности эсеров и меньшевиков, имевших большинство в Советах, и входивших в состав Временного правительства. Неудачи Временного правительства, откладывание в долгий ящик земельного вопроса, курс на продолжение войны до победного конца не добавляли им симпатий населения.

С другой стороны В.И.Ленин в «Апрельских тезисах» задал курс на перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую. Движущими силами этого процесса он определил союз пролетариата с крестьянской беднотой против буржуазии города и деревни. Новой формой государственной организации Ленин назвал Республику Советов, как государственную форму диктатуры рабочего класса.

Задачей партии ставилось получение большинства в Советах рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, что было в целом осуществлено к октябрю 1917 года.

25 октября (7 ноября по новому стилю) в Петрограде открылся Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, который принял постановление о переходе всей власти в центре и на местах к Советам. На следующий день был избран высший орган Советского государства – ВЦИК, было образовано первое Советское правительство — Совет Народных Комиссаров (СНК) во главе с Лениным.

На съезде присутствовало 649 делегатов от 402 Советов, из них: 390 большевиков, 160 эсеров, 72 меньшевика, 14 объединенных интернационалистов, 6 меньшевиков-интернационалистов, 7 украинских социалистов [221].

Первыми декретами Советского правительства, одобренными 2-м съездом Советов, стали Декрет о мире и Декрет о земле. Оба указа были приняты на основании многочисленных наказов с мест. «Еще в период подготовки ко II Всероссийскому съезду Советов, — отмечают исследователи, — на заседаниях Советов рабочих и солдатских депутатов, собраниях рабочих по предприятиям, солдат и моряков по воинским частям, на крестьянских сходах было выработано большое число наказов делегатам этого съезда. Они нашли отражение и воплощение во всех постановлениях и декретах съезда» [222].

«Таким образом, — отмечается далее, — само возникновение советского права связано с наказами избирателей. В частности, Декрет о земле, принятый съездом, опирался на 242 крестьянских наказа». При этом «В.И.Ленин неоднократно подчеркивал, что крестьянский наказ о земле не отражал большевистских требований по аграрному вопросу, но поскольку в нем была выражена воля трудового крестьянства, большевики приняли его, положив в основу Декрета о земле. Это было необходимо для обеспечения прочного союза рабочего класса с трудовыми массами крестьянства. Это определялось также тем, что Советское государство с самого начала своего существования руководствуется требованием выражения воли большинства. «…Мы,- говорил В. И. Ленин, — открыто сказали в нашем декрете от 26 октября 1917 года, что мы берем в основу крестьянский наказ о земле. Мы открыто сказали, что он не отвечает нашим взглядам, что это не есть коммунизм, но мы не навязывали крестьянству того, что не соответствовало его взглядам, а соответствовало лишь нашей программе» [223].

Интересно, что упоминаемые 242 крестьянских наказа составляли аграрную программу эсеров, которые, однако, так и не приблизились к ее реализации за все время своего большинства в советах и участия во Временном правительстве. Зато с момента ее реализации на Ленина обрушились обвинения в «похищении» программы.

Декрет о мире содержал призыв ко всем воюющим сторонам немедленно начать переговоры о подписании справедливого демократического мира без аннексий и контрибуций (провал переговоров со странами Антанты по этому вопросу стал впоследствии поводом для начала переговоров с Германией о заключении сепаратного мира).

Декрет о земле устанавливал отмену помещичьей собственности и передавал все земли в распоряжение волостных земельных комитетов и уездных Советов крестьянских депутатов. Каждой крестьянской семье выделялись дополнительные земли. Положения декрета были далее развиты в законе «О социализации земли», устранившей частную собственность на землю, переведя ее в разряд общенародной собственности.

Закон действительно более соответствовал программе Социалистов-революционеров, а не большевиков. Последние в программе 1903 года выступали за создание условий для «свободного развития классовой борьбы в деревне» и за передачу в собственность (!) земель «которые отрезаны у крестьян при уничтожении крепостного права и служат в руках помещиков орудием для их закабаления». Земли же «землевладельцев-дворян» планировалось обложить специальным налогом [224].

Трансформация идеологии большевиков, таким образом, продолжалась, партия не зацикливалась в своих доктринах, следуя реальному положению вещей, а не теоретическим установкам прошлых лет. Социалистическая революция с мощным аграрным движением требовала конкретных мер, и здесь Ленин апеллирует уже не к Марксу, а к «воле трудового крестьянства», выраженного в наказах.

почему большевики смогли завоевать власть? – тема научной статьи по истории и археологии читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

К 100 — летию Великой Русской революции

Никонов В.А.

Октябрь 1917: почему большевики смогли завоевать власть?

Никонов Вячеслав Алексеевич — доктор исторических наук, декан, факультет государственного управления, МГУ имени М.В. Ломоносова, Москва, РФ. E-mail: [email protected] msu. ru

Aннотация

В статье рассматриваются основные факторы, предопределившие приход к власти большевиков в России в 1917 году. Проанализированы предпосылки и последствия событий Великой Русской революции, отмечен ее разрушительный характер для всех сфер жизни российского общества.

Ключевые слова

Великая Русская революция, 1917 год, Октябрьская революция, Февральская революция, большевики, В.И. Ленин, Временное правительство, Николай II, Первая мировая война, Гражданская война.

Революции 1917 года и громыхавшую до 1921 года Гражданскую войну принято в последнее время объединять в один исторический акт, называемый Великой Русской революцией.

Событие действительно одно. Только в нем не было ничего великого, кроме трагедии страны и ее народа. Это была одна из самых драматических страниц отечественной истории. «Русская революция оказалась национальным банкротством и мировым позором — таков непререкаемый морально-политический итог пережитых нами с февраля 1917 года событий»1, — напишет в 1918 году Петр Бернгардович Струве. «Революцию я пережил трагически, как гибель того, что было для меня самым дорогим, сладким, радостным в русской жизни, как гибель любви, — описывал свои чувства Сергей Николаевич Булгаков. — Да, для меня революция именно и была катастрофой любви, унесшей из мира ее предмет и опустошившей душу, ограбившей ее»2.

За пять лет «Великой революции» экономика России была отброшена на полстолетия назад. Страна понесла огромные территориальные потери в результате проигранной Мировой войны. Последовавшая Гражданская война унесла 8 миллионов жизней. Погибла или была вынуждена покинуть страну значительная часть ее интеллектуальной, творческой, военной, предпринимательской элиты. «Что такое русская революция? Как осмыслить и понять эту ужасную катастрофу, которая нам,

1 Струве П.Б. Исторический смысл русской революции и национальные задачи // Из глубины. Сборник статей о русской революции. М.: Издательство Московского университета, 1990. С. 235.

2 Булгаков С.Н. Автобиографические заметки // Великая русская революция глазами интеллектуалов. М.: Научный эксперт, 2015. С. 271.

современникам и жертвам ее, легко кажется чем-то небывалым, доселе невиданным по своей опустошительности и которую и бесстрастный объективный историк должен будет признать одной из величайших исторических катастроф, пережитых человечеством!»3 — писал Сергей Людвигович Франк.

Главная революция 1917 года произошла в феврале. Именно тогда потерпела крушение многовековая российская государственность, существовавшая в форме Российской империи Романовых. Было много празднеств по поводу свержения «проклятого царизма». Пришедшее к власти правительство либеральной мечты сняло все ограничения гражданских прав, гарантировало свободу собраний и создания общественных организаций, отменило смертную казнь, разрешило неограниченное местное самоуправление. «От Радищева через декабристов, Герцена, «Народную волю», великих русских писателей, безымянные тысячи культурной молодежи, уходившей на каторгу во имя освобождения народа, через 1905 год и Государственную думу — прямая дорога вела к весенним дням 1917 года»4, — восторгался Керенский. Однако уже через насколько месяцев этого правительства не станет, у него не окажется защитников, к власти придет ультралевая маргинальная партия, которая установит свою безраздельную диктатуру.

Что же пошло не так? Почему большевики так стремительно и малой кровью смогли завоевать власть?

Конечно, дело не в мифических марксистских объективных предпосылках революций, приводящих производственные отношения в соответствие уровню развития производительных сил. Октябрь 1917 года полностью противоречил марксизму. Ведь, согласно этому учению, пролетарская революция должна была стать конечным итогом индустриализации, а не наоборот, должна была произойти прежде всего в высокоразвитых промышленных странах и только затем — в среднеразвитых, как Россия. Причины в другом.

Февральскую революцию подготовила и осуществила группа элиты — олигархической и интеллигентской, — воспользовавшаяся трудностями войны для установления собственной власти, при этом не понимавшая природы власти и той страны, которой намеревалась управлять. Отцы революции не вполне отдавали себе отчет в возможных последствиях разрушения государства и выпуска на волю раскрепощенной

3 Франк СЛ. Избранные труды. М.: РОССПЭН, 2010. С. 259.

4 Керенский А.Ф. Потерянная Россия. М.: Вагриус, 2007. С. 256.

энергии масс, да еще в условиях тяжелейшей войны. В течение нескольких дней февраля-марта 1917 года исчезнет российская государственность, а с ней и великая страна.

Октябрьская революция стала результатом, в первую очередь, нежизнеспособности Временного правительства и его фантастических провалов. «Когда они прежде воображали себя правительством — то за каменной оградой монархии, — справедливо замечал Александр Исаевич Солженицын, — Все протоколы этого правительства, если смерить их с порой, — почти на уровне анекдота»5. Ученые, земские деятели, юристы, промышленники, они неплохо разбирались в общеполитических вопросах и парламентской практике, но никто из членов кабинета не обладал ни малейшим опытом административной или государственной работы. Премьер-министр — князь Львов — был бездеятельным, мягким и благодушным популистом, безгранично верившим в добрую душу народа и испытывавшим отвращение к любому централизованному управлению. В заявлении об образовании Временного правительства вслед за перечислением его состава шли «основания» его деятельности, которые почти дословно воспроизводили 8 пунктов, сформулированных Советом рабочих и солдатских депутатов. Слабый либеральный кабинет был связан необходимостью реализовывать социалистическую программу и мог пользоваться властью лишь с молчаливого согласия энергичных советских лидеров, дожидаясь Учредительного Собрания, выборы в которое еще долго даже не будут назначены.

Важный фактор слабости февральской власти — сомнительность ее легитимности. Временное правительство отказалось выводить преемственность своей власти как от императорской, так и от власти Государственной думы, считая ее осколком старого режима. Опытный юрист Сергей Владиславович Завадский справедливо замечал, что сразу после того, как «помимо какого-либо официального акта упразднили Думу как учреждение», «Временный комитет Думы, а потом Временное правительство оказались висящими над пропастью, держась, подобно путнику в стихотворении Жуковского, за куст, корни которого усердно подтачивали мыши из Исполнительного комитета рабочих и (теперь уж) солдатских депутатов»6. Обладая лишь революционной легитимностью, новая власть не спешила с обеспечением собственной легитимизации, как будто ей была отпущена вечность. Только в конце марта Временное правительство создало Особое

5 Солженицын А.И. Размышления над Февральской революцией. М.: Российская газета, 2007. С. 74. URL: http://fevral1917.rg.ru/ (дата обращения: 16.10.2017).

6 Завадский С.В. На пути к революции: Из архива моей памяти; На великом изломе: Отчет гражданина о пережитом в 1916-1917 годах. М.: Кучково поле, 2016. С. 165.

совещание для выработки лучшего в мире избирательного закона, которое приступило к работе в мае. Когда до него дойдет дело, у власти будут уже большевики.

Вместе с тем, стране, привыкшей на протяжении предшествовавшего тысячелетия к централизованной системе власти, была предложена крайняя форма политического либерализма. В политическом плане в 1917 году Россия стала — и это признавал даже Ленин — самой свободной в мире.

«Временное правительство предоставило целый ряд либеральных свобод, но, как часто отмечалось, свобода в России имела анархические оттенки. 7

это часто бывает в русской истории, стала произволом и беззаконием» , — замечает британский историк Ричард Саква.

Что же касается настоящих институтов представительной демократии, то они либо разрушались, либо создавались исключительно медленно. Дума была официально ликвидирована решением Временного правительства 6 октября 1917 года. Создававшиеся по его инициативе псевдопарламентские структуры — Демократическое совещание, Временный совет Российской Республики, или Предпарламент — по принципам своего представительства и полномочиям были более похожи на Земские соборы (за исключением их права избирать царей), чем на настоящие парламенты. Они представляли территории, сословия и общественные организации, а также действовавшую власть, но не население.

Масса населения связывала реализацию своих представлений о народоправстве с теми политическими формами, которые ей были понятны и апробированы на собственном опыте. С этой точки зрения им ближе были Советы, которые в идеальной форме соединяли в себе выборность всех органов, корпоративно-общинное представительство (от фабрик, заводов, крестьянских общин), коллективное принятие решений, нерасчлененность власти (сочетание исполнительных, законодательных и контрольных функций). Советская организация власти оказалась более понятной массовому (во многом все еще общинному) сознанию, нежели парламентская, которая к тому же ассоциировалась со столько лет критиковавшейся царской Думой.

7 Саква Р. Коммунизм в России. Интерпретирующее эссе. М.: Фонд «Президентский центр Б.Н. Ельцина», 2011. С. 43.

Действуя в твердом убеждении, что представители прежней власти по определению являются некомпетентными, антинародными и склонными к предательству элементами, Временное правительство в здравом уме и твердой памяти самостоятельно ликвидировало весь государственный аппарат России, оставив потом большевиков с их идеей слома старой государственной машины практически без работы. Причем следует подчеркнуть, что разрушение администрации и правоохранительных структур осуществлялось вовсе не под давлением Советов. Это была программа российского либерализма, претворенная в жизнь.

Временное правительство полностью уничтожило российскую правоохранительную систему. Двери всех тюрем распахнулись. Одновременно были упразднены не только полиция, но и особые гражданские суды, охранные отделения, отдельный корпус жандармов, включая и железнодорожную полицию. На места были разосланы инструкции о создании отрядов народной милиции под командованием армейских офицеров, выбранных земствами и Советами. Дееспособность такой милиции была нулевой, тем более что в нее в массовом порядке стали записываться криминальные авторитеты, выпущенные на волю в рамках всеобщей политической и уголовной амнистии.

Исчезла вертикаль исполнительной власти. 5 марта премьер Львов сделал телеграфное распоряжение о повсеместном устранении от должностей губернаторов и вице-губернаторов и временной замене их председателями губернских земских управ, о возложении на председателей уездных земских управ обязанностей уездных комиссаров Временного правительства.

В результате в регионах оказались у власти главы земств, которые в прошлом умели только распределять получаемые из центра деньги на небольшие социальные и образовательные программы. Одновременно повсеместно возникли комитеты общественных организаций, куда входили все, кому не лень, и Советы создали ситуацию «многовластия» на местах, что тождественно безвластию. Можно было восторгаться гением народа, возрождением стародавних вечевых традиций, но машина местной администрации в России перестала функционировать.

Страна пошла вразнос. Финляндия провозгласила автономию и требовала вывода русских войск со своей территории. Украинская Рада заявила о независимости, приступила к формированию собственной армии. Национальные движения бурным потоком разлились по всем окраинам государства. «Установив в стране режим демократических свобод, центральная власть создала благоприятные условия для

развития национальных движений, но ничуть не позаботилась о создании механизмов, которые позволили бы хотя бы частично удовлетворить их требования»8. Зато националистические силы в различных регионах нашли надежных союзников в лице большевиков, всячески поддерживавших автономистские настроения под флагом реализации права наций на самоопределение.

Временное правительство, провозгласив принцип свободы вероисповедания для всех, разорвало связь российской власти с православной церковью. Впервые со времен крещения Руси в стране установилась власть, которая не только не опиралась на Русскую Православную Церковь и не обладала сакральностью, но и видела в церкви серьезную преграду на пути общественного прогресса. Вероисповедная политика Временного правительства исходила из стремления, с одной стороны, отделить церковь от государства, а с другой, поставить ее под жесткий контроль и поощрять в ней обновленческое движение. Церковные иерархи и глубоко верующие люди не могли согласиться с политическими чистками в рядах епископата, национализацией церковных общеобразовательных школ, отменой обязательного изучения Закона Божьего и другими нововведениями. При этом успехи атеизма и ослабление столпов веры сопровождались очевидным подрывом моральных устоев российского общества. Временное правительство лишило себя возможности опереться на авторитет церкви.

Патриаршество было введено уже после прихода к власти большевиков, и на семь десятилетий перед церковью встанет куда более сложная задача, чем при православной

монархии: сохранить хоть что-то, сберечь для будущих поколений огонек веры.

* * *

Армия была доведена до состояния небоеспособности и прогрессирующего разложения и Временным правительством, открыто выражавшим недоверие старому генералитету и офицерскому корпусу, и Советом, который выпустил «Приказ № 1», отменявший дисциплину в армии, и неоднократно заявлял об общности интереса народов всех воевавших стран к прекращению захватнической политики собственных правительств.

Реформы армии были осуществлены в соответствии с рецептами либеральных военных — «младотурок» — и советских лидеров. Они включали в себя наделение

8 Верстюк В.Ф. Февральская революция и украинское национально-освободительное движение // 1917 год в судьбах России и мира. Февральская революция: от новых источников к новому осмыслению. М.: ИРИ РАН, 1997. С. 187.

военнослужащих всей полнотой гражданских прав, фактическую отмену мер дисциплинарного воздействия, выборность командного состава, создание комитетов, введение института политических комиссаров, свободу политической деятельности и партийной пропаганды. Логика армейской реформы была продиктована недоверием получившей власть интеллигенции к вооруженным силам, пренебрежением к военным как к людям низшего сорта, полным непониманием принципов военного дела, желанием получить контроль над армией с помощью ее низовых структур.

И без большевистской пораженческой пропаганды первые недели после революции прошли под лозунгами очищения воинских частей от неугодных начальников, сотни из них лишились жизни. Начались массовые братания с противником, отказы выполнять приказы, дезертирство — два миллиона человек самовольно оставили военную службу уже в весенние месяцы. Солдатская масса была сознательно противопоставлена офицерству как классово чуждой силе. Реформа армии «лишила офицерский состав всякой дисциплинарной власти, подорвала его командный авторитет, узаконила полную распущенность находившихся в тылу запасных войск и открыла неограниченные возможности для дальнейшего революционизирования солдатских масс Действующей Армии, запаздывавших, по сравнению с тыловыми частями, в своем разложении»9.

Меры, предложенные позднее — после провала летнего наступления — для восстановления дисциплины и боеспособности, непоследовательные сами по себе, либо не применялись на практике, как смертная казнь на фронте, либо давали крайне ограниченный или неоднозначный эффект, как создание ударных, женских, национальных армейских подразделений. Во всех военных операциях 1917 года армия терпела поражения, несмотря на имевшийся у нее подавляющий перевес в живой силе и артиллерии, из-за отсутствия дисциплины, неподчинения приказам, непонимания необходимости жертвовать своими жизнями.

Корниловский мятеж в августе 1917 года был отражением отчаяния армейской верхушки. Но результатом его подавления, в котором активную роль сыграла Красная гвардия, стала фактическая легализация вооруженных отрядов большевистской партии, которая вышла из подполья и завоевала позиции в Советах по всей стране. В офицерском корпусе после Корниловского мятежа и чисток в командном составе нарастало неприятие власти.

9 Головин Н.Н. Российская контрреволюция в 1917-1918 гг. М.: Айрис-Пресс, 2011. Т. 1. С. 64.

Армия сыграла решающую роль во всех революционных событиях. Солдаты запасных батальонов были главной силой во время уличных выступлений в столице и в феврале, и в октябре; разложившиеся и большевизированные тыловые гарнизоны были основным фактором быстрого установления Советской власти в большинстве российских городов. Деникин утверждал, что в солдатской массе все вносимые в нее лозунги и «понятия, обнаженные от хитросплетенных аргументаций, предпосылок, обоснований, претворялись в простые до удивления и логичные до ужаса выводы. В них преобладало прямолинейное отрицание:

— Долой!

Долой буржуазное правительство, долой контрреволюционное начальство, долой «кровавую бойню», вообще все опостылевшее, надоевшее, мешающее так или иначе утробным инстинктам и стесняющее «свободную волю» — все долой!»10.

У Временного правительства не оказалось никакой экономической программы. Большую инициативу проявлял Совет, тяготевший к перераспределению национального богатства и усилению государственного регулирования в ущерб рыночным принципам. Однако регулирование на практике оказалось невозможным из-за слома государственных институтов, способных его осуществлять.

Под разговоры о лишении предпринимателей «военных сверхприбылей» бизнес был избавлен сначала от прибыли, затем от оборотных средств и от самих производственных активов. На промышленных предприятиях свои порядки стали устанавливать фабзавкомы, которые занялись изгнанием владельцев и менеджмента, повышением окладов, приватизацией доходов. Начались серьезные перебои с транспортом, разладилась система распределения.

Аграрная реформа понималась исключительно как конфискация земель у помещиков, что дезорганизовало производство стремительно таявших крупных хозяйств. Правительство установило де-факто государственную монополию на торговлю хлебом, предписав крестьянам сдавать зерно по твердым ценам и введя карточную систему на основные продукты питания. Частная торговля хлебом официально ликвидировалась. При этом содержание продовольственных комитетов, распределявших продовольствие, обходилось дороже продовольствия, подлежавшего распределению. Крестьяне хлеб придерживали еще больше, на железных дорогах и водных путях шли грабежи транспортов с продуктами. К осени в стране начался голод, шли голодные бунты.

10 Деникин А.И. Очерки Русской Смуты. М.: Айрис-Пресс, 2015. Кн. 1. Т. 1. С. 403-404.

Отгрузки в столицу продовольствия к осени не превышали четверти от потребного, да и то, что поступало, в основном разворовывалось; на каждую основную карточку отпускалось по У фунта муки в день.

Не в силах собирать налоги, власть прибегла к печатному станку, спровоцировав резкий скачок инфляции. В расстройство пришла вся финансовая система. Деньги обесценились настолько, что рабочие переставали трудиться, убегая в деревню, производительность резко падала. К осени покупательная способность рубля упала до 67 довоенных копеек. Коррупция и растащиловка приобрели революционные масштабы.

«Выход из заколдованного круга мог быть найден только в определенной экономической политике, которой не было у Временного правительства, загипнотизированного концепцией рисовавшегося в отдалении вершителя судеб — Учредительного собрания»11, — справедливо констатировал Мельгунов. Рябушинский от лица предпринимателей заявлял, что «в настоящее время Россией управляет какая-то

несбыточная мечта, невежество и демагогия».

* * *

Внешнеполитический контекст революции определялся продолжавшейся Первой мировой войной. К 1917 году все ведущие воевавшие страны были уже максимально истощены — экономически, демографически, — причем Россия в наименьшей степени. Антанта, безусловно, одерживала победу, тем более, что на ее стороне в войну вступила первая экономика мира — Соединенные Штаты.

Февральская революция обрадовала всех. Союзники были счастливы избавиться от Николая II, которого вслед за российской оппозицией считали реакционером и сторонником сепаратного мира с Германией. Противники были счастливы избавиться от самого страшного врага — российского императора.

Западные союзники хотели от России, в первую очередь, активного продолжения военных действий против Германии. «Мои постоянные усилия сводятся к тому, чтобы удержать Россию в войне, поскольку ее выход перебросит основное бремя нанесения поражения Германии на нашу страну»12, — объяснял смысл своей (и других западных посольств) дипломатической деятельности американский посол Фрэнсис. Западные правительства видели в России необъятный резервуар людской пушечной массы,

11 Мельгунов С.П. Мартовские дни 1917 г. М.: Вече, 2006. С. 484.

12 Francis D.R. Russia from the American Embassy. April, 1916 — November, 1918. New York: CreateSpace Independent Publishing Platform, 1921. P. 125.

рассматривая россиян как людей, в лучшем случае, второго сорта. От Временного правительства требовали мер по дисциплинированию армии для перехода в наступление, что предполагало полное неприятие проводимой им «демократизации» вооруженных сил.

Антанта была настроена добить Германию и ее союзников, получить территориальные приращения в Европе, на Ближнем Востоке и в Африке, значительные репарации. Поэтому идеи российской «демократии» о «мире без аннексий и контрибуций» шли категорически вразрез с устремлениями западных столиц. Они не могли допустить даже мысли о возможности одностороннего или совместного с союзниками выхода России из войны, к чему все сильнее стремилось российское общество.

От нашей страны также ожидали следования западной модели развития, усиленной пропаганды либеральных ценностей, что предполагало избавление от социалистов и Советов (их существование западные правительства и посольства старались не замечать), а также физическое уничтожение большевиков или хотя бы их руководителей. Поэтому разочарование во Временном правительстве со стороны Запада оказалось более сильным, чем со стороны Центральных держав. Это выразилось в сокращении военной помощи и поставок, в ставке на «сильную руку» Корнилова, а затем и в растущем равнодушии к судьбе Керенского и его правительства. Не случайно Керенский считал союзников неблагодарными: «В целом за все время существования Временного правительства, которое непрестанно критиковали союзники, они так и не сумели понять, что ослабленная после крушения монархии Россия полностью возместила им всякий ущерб, благодаря воздействию русской революции на внутреннюю ситуацию в Германии, Австрии, Болгарии и Турции»13.

Западные страны, навязывая России свои модели развития, а российская власть — стремясь слепо им следовать, внесли свой вклад в успех большевиков. И многие понимали это уже тогда. В донесении в Государственный департамент 20 октября 1917 года американский консул в Москве Саммерс объяснял, почему демократический эксперимент в России закончился провалом. Американцы, уверенные в превосходстве собственной модели, склонны «видеть события так, как нам хотелось бы их видеть, и верить, что они могут произойти и развиваться только так, как мы того пожелаем… Нам нравится республиканская идея, и мы посчитали, что это как раз то, что нужно для России. Нам не следовало бы навязывать народу того, что ему не нужно, или того, что он не хотел. Этот эксперимент почти развалил державу, фактически привел к проигрышу ими войны,

13 Керенский А.Ф. Русская революция. 1917. М.: Центрполиграф, 2005. С. 196.

вызвал анархию в стране, увеличил пропасть между социально-политическим партиями

14

до почти непроходимых размеров и подготовил почву для скорой реакции» .

Для Центральных держав, из последних сил выдерживавших тяготы войны, революция в России была даром небес: самый сильный их противник выходил из строя. Берлин, боясь вспугнуть удачу, прекратил военные действия на Восточном фронте, подталкивая дальнейшее разложение России призывами к миру, братаниям, поддержкой пацифистских сил, включая большевиков, пропагандой, возвращением в Россию радикальных революционеров, стимулированием национальных движений, прежде всего на Украине и в Закавказье. Ограниченные военные удары Германии имели скорее психологический характер, ставя целью спровоцировать внутриполитические осложнения для российской власти, вызвать панику населения и усилить стремление армии к миру.

Брюс Локкарт справедливо замечал, что «революция была революцией ради земли, хлеба и мира, — но прежде всего ради мира. Был только один путь спасения России от большевизма — это заключить мир. Керенский провалился потому, что не захотел мира. И Ленин достиг власти только тем, что обещал прекратить войну»15.

Правительство пало во многом из-за своей идейной бесплодности. «В чем была его программа? — задавал вопрос Бубликов. — Она формулировалась в коротких словах: «Довести страну до Учредительного собрания, продолжая войну». Что это? Разве этим можно предлагать народу отсрочку решения всех волнующих его вопросов до неведомого будущего, когда он всем существом своим требует от своей власти: Действия. Немедленного действия. Немедленного устроения всех нужд, выполнения всех его многолетних мечтаний, выставления перед Россией таких задач, от которых гордостью забилось бы ее сердце, загорелись бы глаза и радостно было бы каждому всего себя за нее отдать»16.

Троцкий выносил правительству безжалостный приговор: «Об этом правительстве можно вообще сказать, что до самых дней Октября оно в трудные минуты переживало кризисы, а в промежутках между кризисами… существовало. Непрерывно

17

«обсуждая свое положение», оно так и не нашло время заняться делами» . Правительственные кризисы следовали один за другим. «Два месяца — вот почти точно

14 Цит. по: Листиков С.В. США и революционная Россия в 1917 году. К вопросу об альтернативах американской политики от Февраля к Октябрю. М.: Наука, 2006. С. 205.

15 Локкарт Р.Б. Агония Российской империи. Воспоминания офицера британской разведки. М.: Алгоритм, 2016. С. 179-180.

16 Бубликов А.А. Русская революция. Впечатления и мысли очевидца и участника. М.: Кучково поле, 2016. С. 114.

17 Троцкий Л.Д. История русской революции. М.: Терра, 1997. Т. 1. С. 349.

тот срок, на который вновь организовавшемуся правительству удавалось удержать над страной власть, становившуюся все более и более номинальной и фиктивной» , — отмечал Милюков. В начале мая он подаст в отставку вместе с Гучковым, оказавшимся бессильным изменить «условия, угрожающие роковыми последствиями для свободы, безопасности, самого существования России».

После июльского кризиса и устранения князя Львова во главе государственной машины оказался энергичный человек — Александр Керенский, — который искренне пытался привести Россию к торжеству демократии, как он сам ее понимал, но не обладал ни качествами стратега или аналитика, ни железной волей или хитростью диктатора. «Керенский чем дальше, тем больше становился единственным связующим звеном между крайностями, утратившими взаимное понимание, при центре, продолжавшем терять поддержку массы, — писал Милюков. — Политическая позиция, в начале понятная и даже неизбежная, все более превращалась в одинокую позу, выдерживать которую становилось трудно для актера, а наблюдать со стороны — невозможно для зрителя»19.

Проседали одна за другой ведущие политические партии. Скорость их падения определялась сначала степенью их близости в императору, а затем — степенью сопротивления немедленным чаяниям масс. «Одновременно с падением царской власти погиб авторитет всех монархических партий, затем в один-два дня исчез авторитет партии октябристов и ее лидеров (Родзянко, Гучкова и других), в две-три недели пал авторитет кадет, вслед за ними пришла очередь плехановцев, трудовиков и всех «социал-соглашателей»: социал-демократов меньшевиков и социалистов-революционеров. На смену должны были прийти большевики, дававшие полный простор своеволию масс, ничего не тормозившие, благословлявшие разнузданность всякого рода и дававшие ей идеальные облагораживающие словесные одежды. Успех большевиков был неизбежен»20, — подчеркивал Питирим Сорокин.

Когда большевики приходили к власти, они имели дело не с функционирующей государственной системой, разрушенной Временным правительством, а с анархией.

Революция перевернула все классы традиционного российского социума, взорвала нравственные и духовные столпы общества, вывернула на поверхность глубинные пласты народного бессознательного с его бунтарским и анархическим началом. Крупный историк Степан Борисович Веселовский еще 7 мая 1917 года записал в

18 Милюков П.Н. История второй русской революции. М.: РОССПЭН, 2001. С. 54.

19 Там же. С. 208.

20 Сорокин П.А. Социология революции. М.: Территория будущего, 2005. С. 78.

дневнике: «То, что называют теперь великой революцией (это уже вторая! сколько сил!) в

сущности есть не революция, и даже не политический переворот, а распад, разложение,

21

государственное и социальное» . Страна оказалась во власти взбудораженного революцией народа, который почувствовал неограниченную свободу, понимаемую как отказ от самоограничения, и уставшего от войны. Революционные идеи всегда сильнее всего резонируют в молодежной среде. Российскую революцию делали молодые люди, многие — в романтическом порыве к справедливости, многие — в попытках найти средство самовыражения и ухода от серых будней.

После Февраля Россию поразила эпидемия слов, шествий, празднований, отражавших несбыточные фантазии о прорыве в царство справедливости во всемирном масштабе, в которых потонули реальные проблемы. Возник новый язык, в котором центральное место заняли понятия свободы, народа, революции и контрреволюции, «демократии» как социализма и «буржуазии» как всего несоциалистического и не рабоче-крестьянского. Но из этого языка выпали понятия России, Отечества, Родины, веры, долга, чести.

«Поток слов ораторов первой эпохи революции подготовлял почву для большевиков, — писал кадет Рысс. — Агитация Совета рабочих депутатов против буржуазии готовила бесславную кончину самому же Совету: безответственные речи Керенского и тысяч других не могли остаться без результата. Послушав эти речи три-четыре месяца кряду, народ требовал, чтобы слова был заменены действиями, из этих слов вытекающими. И когда действия не было, народ был вправе думать, что его обманывали Керенский и лидеры социалистических партий. И в том, что партии и члены их обещали и обещаний своих не выполнили, было предзнаменование большевиков, людей действия»22.

Стремительно исчезали понятия авторитета власти, рефлексы повиновения, растворялись морально-правовые и религиозные нормы. Мораль войны перешла на все отношения в обществе, сделав насилие основным способом действия. Убийства, зверские расправы и самосуды стали нормой поведения. Размывалось представление о собственности, преступность приняла небывалые прежде масштабы. Страна переставала работать — рабочие добивались повышения заработной платы с помощью протестной активности, а крестьяне и за меньшее количество своей продукции получали все больше денег, на которые все равно нечего было купить. Появилась совершенно не характерная

21 Веселовский С.Б. Страницы из дневника 1917-1923 // Великая русская революция глазами интеллектуалов. М.: Научный эксперт, 2015. С. 225.

22 Рысс П.Я. Русский опыт. Историко-психологический очерк русской революции. М.: Кучково поле, 2017. С. 64.

для традиционной России половая распущенность, аллегория революции как «гулящей девки на шальной солдатской груди» не была преувеличением.

Революционный год был отмечен бездельем и опрощением. Их символами стала шелуха от семечек, которой заросли улицы всех российских городов в 1917 году. Из воспоминаний современников — это была революция семечек.

Революция сломала традиционные общественные рамки, сделав общество всесословным, но одновременно максимально поляризовала его на «трудящиеся массы», понимавшиеся как рабочий класс и крестьянство, и всех остальных, отнесенных к категории «буржуазии». Поляризация эта вызвала всплеск классовой ненависти, предопределила успех большевистской агитации за «экспроприацию экспроприаторов», задала основной сюжетный стержень Гражданской войны.

При этом у всех социальных слоев были основания для разочарования новой властью. Имущие классы быстро переставали быть таковыми, а неимущие были недовольны темпами перемен в их пользу. И все одинаково остро чувствовали экономический хаос, разгул анархии и тяготы войны.

Русская революция, как и любая другая, стала «кладбищем аристократий». Дворянская элита не смогла ни защитить себя, ни убедить людей в нужности своего существования. Тысячи людей были просто уничтожены кровавым колесом репрессий, как и царская семья, многие члены императорской фамилии. Настоящая трагедия ждала дом Романовых. В конце апреля 1918 года Николая, Александру Федоровну и Марию Николаевну посадили на телеги, довезли до Тюмени и оттуда на поезде отправили в Екатеринбург, где разместили в здании на Вознесенском проспекте, реквизированном у инженера Ипатьева. Дети воссоединились с семьей только через месяц. В ночь с 16 на 17 июля в подвале того же здания вся царская семья — Николай II, Александра Федоровна, цесаревич Алексей, великие княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия — была расстреляна. Царица незадолго до смерти молилась не только за свою семью.

Пошли нам, Господи, терпенье В годину буйных, мрачных дней Сносить народное гоненье И пытки наших палачей. Дай крепости нам, о Боже правый, Злодейство ближнего прощать И Крест тяжелый и кровавый С твоею кротостью встречать23.

23 Шавельский Г. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота. М.: Крутицкое Патриаршее подворье, 2010. С. 582.

Николай II, его супруга и дети причислены к лику святых.

В январе 1918 года в ответ на «злодейское убийство в Германии товарищей Розы Люксембург и Карла Либкнехта» расстреляли в Петропавловской крепости трех внуков Николая I — великих князей Дмитрия Константиновича, Николая Михайловича, Георгия Михайловича, а с ними и великого князя Павла Александровича, бывшего командующего гвардией. Брат императора Михаил Александрович, не принявший престола, в ночь с 12 на 13 июня 1918 года был расстрелян в лесу в пяти верстах от Мотовилихи. Великая княгиня Елизавета Федоровна — старшая сестра императрицы Александры; великий князь Сергей Михайлович — внук Николая I; князья Иоанн, Константин и Игорь Константиновичи — молодые правнуки Николая I; а также князь Владимир Павлович Палей в ночь на 18 июля 1918 года были расстреляны и сброшены в шахты недалеко от Алапаевска. Елизавета Федоровна причислена к лику святых.

Все представители прежней элиты, которым посчастливилось выжить, лишились собственности и Родины. Драшусов прощался с родной усадьбой, покинутыми краями: «Тяжелым грузом легли на вас старые, тяжелые грехи, и вместе с вами погибаем и мы, выброшенные из жизни, ненужные и ненавидимые, унося с собой глубокую тоску по

24

сладкому запаху своей земли и зелени своих полей» .

Революция была в огромной степени творением интеллигенции. Она готовила ее интеллектуально, она была в первых рядах борцов с царским самодержавием, она поставляла кадры самых пылких революционеров и руководителей всех без исключения политических партий, она составляла Временное правительство. «Явление русской революции объясняется совпадением того извращенного воспитания русской интеллигенции, которое она получила в течение почти всего XIX века, с воздействием великой мировой войны на народные массы: война поставила народ в условия, сделавшие его особенно восприимчивым к деморализующей проповеди интеллигентских идей»25, — полагал Струве.

Бунин серчал на либерального интеллигента:

«— Не народ начал революцию, а вы. Народу было совершенно наплевать на все, чего мы хотели, чем мы были недовольны. Я не о революции с вами говорю, — пусть она неизбежна, прекрасна, все, что угодно. Но не врите на народ — ему ваши ответственные министерства, замены Щегловитых Малянтовичами и отмены всяческих цензур были

24 «Все кончено и никакие компромиссы уже невозможны.»: из воспоминаний Е.Е. Драшусова // Россия 1917 года в эго-документах. Воспоминания. М.: Политическая энциклопедия, 2016. С. 270.

25 Струве П.Б. Указ. соч. С. 237.

нужны, как летошний снег, и он это доказал твердо и жестоко, сбросивши к черту и Временное правительство, и Учредительное собрание, и «все, за что гибли поколения лучших русских людей», как вы выражаетесь, и ваше «до победного конца»»26.

Ариадна Тыркова напишет: «За то, что в феврале 1917 года в России произошла революция, несет ответственность не русский народ, не низы, не так называемые массы, а верхи, интеллигенция, грамотные люди всех градаций: профессора, адвокаты, писатели, артисты, юристы, даже генералы. Все они жаждали перемены, твердили, что дальше так жить нельзя. Но они не поняли необходимости, не сумели сразу образовать сильное правительство, способное вести войну и управлять страной, отдавать приказы, заставлять себя слушаться. Они обязаны были не допустить перерыва власти. С этой обязанностью русская интеллигенция не справилась. И не в наказание ли за это история

27

превратила ее в пыль» .

А любитель ярких образов Троцкий писал: «Бесшумно передвигалась социальная

почва, точно вращающаяся сцена, выдвигая народные массы на передний план и унося

28

вчерашних господ в преисподнюю» .

Рабочие — особенно столичные — действительно сыграли большую роль в событиях Октября. Давид Мандель подчеркивает, что «в тот период большевистская партия объединяла в своих рядах наиболее сознательную и решительную часть рабочего класса. Ту часть, которая могла представить себя стоящей во главе государства и даже без активной поддержки интеллигенции. Если Октябрьской революции не случилось бы без руководства партии, то без давления «снизу», со стороны рядовых рабочих-большевиков, на колеблющиеся «верхи» партии не было бы руководящей роли партии» .

Крестьянство повсеместно восприняло революцию, прежде всего, как начало реализации мечты о «черном переделе», ожидая только сигнала сверху на захват чужой земли. Не дождавшись, мужик сам начал решать аграрный вопрос. Причем наиболее активную роль в революции сыграли крестьяне в солдатских шинелях. Дан писал: «В те дни все помыслы, надежды, страсти миллионов крестьян на фронте были целиком поглощены мыслью о немедленном возвращении домой, а десятков миллионов крестьян в тылу — стремлением, тоже немедленно, приступить к «черному переделу». Что действительно

26 Бунин И.А. Окаянные дни: Повести. Рассказы. Воспоминания. М.: Воскресенье, 2006. С. 74.

27 Цит. по: Новоселова Е. Дама против Ленина // Российская газета. 20.04.2017. Федеральный выпуск № 7252 (86). URL: https://rg.ru/2017/04/20/k-stoletiiu-revoliucii-gosarhiv-opublikuet-vospominaniia-ariadny-tvrkovoj.html (дата обращения: 16.10.2017).

28 Троцкий Л.Д. История русской революции. Октябрьская революция. М.: Вече, 2017. С. 220.

29 Мандель Д. Петроградские рабочие в революциях 1917 года (февраль 1917 г. — июнь 1918 г.). М.: Новый хронограф, 2015. С. 518.

кровно привязывало крестьян к новой, «советской» власти, — это твердое сознание, что это

власть «своя», которая ни немедленной ликвидации войны, ни немедленному

осуществлению «черного передела» никаких препятствий ставить не будет»30.

Усталость от безделья власти, от голода и преступности к октябрю была «-» 31

всеобщей. «Народ возненавидел все» , — записал в дневник Бунин.

* * *

Октябрьскую революцию невозможно объяснить без Ленина и той самой организации революционеров, с помощью которой он еще в 1902 году собирался перевернуть Россию.

Фактор Ленина был огромным. Зиновьев считал: «Октябрьская революция и роль в ней нашей партии есть на десять десятых дело рук товарища Ленина. не только своего главного политического вождя, практика, организатора, пламенного пропагандиста, певца

32

и поэта, но и своего главного теоретика, своего Карла Маркса» . Как говорил Молотов, «никто не верил, какая социалистическая революция может быть в России, а вот Ильич поверил и повел, и дисциплина оказалась, и преданность оказалась, и сила оказалась, и мозгов хватило. А другие не смогли. И всех покорил, всех расшиб. Выдержка

33

колоссальная, а какая внутренняя сила!» . И порой Молотов наизусть декламировал отрывки поэмы Пастернака «Высокая болезнь», которая, как ему казалось, наиболее ярко отражала масштаб фигуры вождя:

«Чем мне закончить свой отрывок? Я помню говорок его Пронзил мне искрами загривок, Как шорох молньи шаровой. Все встали с мест, глазами втуне Обшаривая крайний стол, Как вдруг он вырос на трибуне И вырос раньше, чем вошел. Он проскользнул неуследимо Сквозь строй препятствий и подмог, Как этот, в комнату без дыма Грозы влетающей комок. Он был — как выпад на рапире,

30 Дан Ф.И., Церетели И.Г. Два пути. Избранное. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010. Ч. 1. С. 501.

31 Бунин И.А. Указ. соч. С. 47.

32 Зиновьев Г.Е. Ленин. Речь в Петроградском Совете в связи с выздоровлением Ленина после ранения 30 августа 1918 г. Харьков, 1920. С. 38.

33 Чуев Ф. Молотов. Полудержавный властелин. М.: Олма-Пресс, 1999. С. 658.

Гонясь за высказанным вслед, Он гнул свое, пиджак топыря И пяля передки штиблет. Столетий завистью завистлив, Ревнив их ревностью одной, Он управлял теченьем мыслей И только потому — страной. Тогда его увидев въяве, Я думал, думал без конца Об авторстве его и праве Дерзать от первого лица. Из ряда многих поколений Выходит кто-нибудь вперед. Предвестьем льгот приходит гений

тт — 34

И гнетом мстит за свой уход» .

Полагаю, без Ленина Октябрьской революции действительно могло бы и не случиться. Это он всех торопил, гнал, вел на бой, понимая, что победное для России завершение мировой войны означало бы конец его надеждам на захват власти. Он обладал мощнейшей волей к власти, которая превосходила волю всех его оппонентов. Точно подметил Георгий Вернадский: «В то время, как члены семьи Романовых один за другим отказывались от власти, в то время, как кадеты и эсеры один за другим уходили в отставку с министерских постов во Временном правительстве, Ленин был готов отстаивать власть любой ценой»35.

Как писал его биограф, в 1917 году «он был быстрее, прозорливее, сообразительнее, энергичнее, хитрее, дальновиднее тех, кого история поднимала вместе с ним по эскалатору. Он принимает нестандартные, потенциально роковые решения, способные уничтожить все достигнутые за двадцать лет результаты. Он отходит от всех догм, уставов и параграфов — и отказывается от теорий и положений, на защиту которых были положены годы, — ради новейших, только что изобретенных, полученных опытным путем. Он убегает от преследователей на паровозах и автомобилях, шныряет по буеракам, закоулкам и лесным опушкам, прописывается на болоте и в случае опасности готов спуститься с третьего этажа по водосточной трубе. Амплитуда осцилляции, передающей одобрение его деятельности, крайне далека от нормальной: то его встречают официальные делегации с оркестром в вип-зале, то государство гоняется за ним с собаками-ищейками. То он выступает перед министрами, то обматывает себе голову бинтами — и выдает себя за глухонемого, за железнодорожного журналиста, за косца, за пациента стоматологической

34 Пастернак Б. Стихотворения и поэмы / Сост. Л.А. Озеров. Л.: Советский писатель, 1976. С. 418-419.

35 Вернадский Г. Ленин — красный диктатор.

есть вера в свой путь и упрямая решимость идти по нему»39. Выдающийся британский

мыслитель Бертран Рассел находил у большевистской верхушки черты сходства с

воспитанниками британских привилегированных школ: «У тех и других налицо хорошие

и плохие черты молодой и жизнеспособной аристократии. Они мужественны, энергичны,

способны властвовать. склонны к диктаторству и им недостает обычной

снисходительности к плебсу»40.

Большевики переиграли всех остальных идеологически. Ленин моментально по

возвращении в Россию понял, что людям в массе совершенно безразлична политика, их

гораздо больше волнует собственное материальное положение, и они безумно устали от

войны. «С свойственным ему поразительным революционным чутьем, Ленин сейчас же

учел это положение, когда совершенно снял лозунг «демократической республики»,

сделал главным лозунгом агитации среди рабочих — «рабочий контроль», среди

крестьян — конфискацию всей помещичьей земли, среди солдат — немедленное

заключение мира, а лозунгом своей кампании против Временного правительства —

«Долой министров-капиталистов!», и когда выдвинул требование «Вся власть Советам!»,

которое и рабочие, и крестьяне, и солдаты понимали одинаково не как гарантию

36 Данилкин Л. Ленин. Пантократор солнечных пылинок. М.: Молодая Гвардия, 2017. С. 553, 488-489.

37 Пастернак Б. Собрание сочинений. М.: Художественная литература, 1990. Т. 3. С. 448.

38 Пайпс Р. Россия при большевиках. М.: РОССПЭН, 1997. С. 8.

39 Цит. по: Кара-Мурза А.А., Поляков Л.В. Русские о большевизме: опыт аналитической антологии. СПб.: Издательство Русского Христианского гуманитарного института, 1999. С. 247.

40 Рассел Б. Практика и теория большевизма. М.: Наука, 1991. С. 17-18.

осуществления их политических прав, а как гарантию «неурезанного» осуществления их экономических и социальных надежд и чаяний»41, — подчеркивал Дан.

Социальный психолог Гюстав Лебон, которого с одинаковым удовольствием читали и Ленин, и Гитлер, замечал, что «успех вероучения совершенно не зависит от доли истины или заблуждения, заключающихся в нем, но исключительно от возбуждаемых им чувств и доверия, которые оно внушает»42. Большевизм не имел бы успеха, если бы не был созвучен общественным настроениям, ожиданиям, корневым стереотипам массового российского сознания, в котором столь большое место занимали государственно-патерналистский комплекс в сочетании с общинно-демократическими представлениями (в которые весьма естественно укладывались идеи Советов).

Об органичности большевизма на российской почве сказал Федор Степун: «Было ясно, что большевизм — это географическая бескрайность и психологическая безмерность России. Это русские «мозги набекрень» и «исповедь горячего сердца вверх пятами», это исконное русское «ничего не хочу и ничего не желаю», это дикое «улюлюканье» наших борзятников, но и культурнический нигилизм Толстого во имя последней правды и смрадное богоискание героев Достоевского. Было ясно, что большевизм — одна из глубочайших стихий русской души: не только ее болезнь и ее преступление»43.

Каждая революция — следствие несбывшихся ожиданий. И наибольшие шансы на победу получают те, кто дают новую надежду. Желание изменить жизнь к лучшему, приблизить «настоящий день» стало всеобщим. Людям были безразличны либерализм, демократия или социализм. Но большевики породили надежду на мир и землю, что дало им ту лестницу, по которой они вскарабкались к власти, — армию. Генерал Алексей Брусилов авторитетно свидетельствовал о причинах поворота к большевикам солдат: «Их совершенно не интересовал Интернационал, коммунизм и т. п. вопросы. Они только усвоили себе следующие начала своей будущей свободной жизни: немедленно мир во что бы то ни стало, отобрание от всего имущественного класса, к какому бы он сословию ни принадлежал, всего имущества, уничтожение помещика и вообще барина»44. Бубликов подчеркивал, что большевики, в отличие от Временного правительства, «нашли нужные слова: «Мы несем вам хлеб, мир и землю». И все это сейчас. «Мир хижинам, война —

41 Дан Ф.И., Церетели И.Г. Указ. соч. Ч. 1. С. 497.

42 ЛебонГ. Психология социализма. СПб.: Маркет, 1995. С. 119.

43 Цит. по: Кара-Мурза А.А., Поляков Л.В. Указ. соч. С. 152.

44 Брусилов А.А. Мои воспоминания. М.: РОССПЭН, 2001. С. 271.

дворцам». «Долой источник всех зол — капитализм». «Мы научим весь мир, как устраивать счастье народных масс!» Есть от чего духу заняться! Есть чем воодушевиться массам!»45.

Исключительно плодотворной оказалась идея Советов как новой формы государственной власти. «В примитивном представлении русских народных масс этот лозунг был синонимом народовластия, — признавал генерал Головин. — Крестьянин видел в нем закрепление за ним обладания землей через посредство своего сельского земельного комитета; солдат видел в осуществлении этого лозунга окончательное освобождение его от дисциплины и возможность громко требовать мира через посредство своего Совета; рабочий усматривал в нем способ захвата в свои руки фабрик. Вместе с этим, выкидывая лозунг «Вся власть Советам», большевики чрезвычайно облегчали себе подготовку к восстанию. Всякий риск, сопряженный с этой подготовкой, устранялся тем «невесомым» фактором, который Троцкий называет «советской легальностью»»46.

Действительно, захват большевиками власти не выглядел как чистый произвол. Вопреки многократным настояниям Ленина, большевики синхронизировали его со Съездом Советов, тем самым придав своей власти видимость легитимности. Ведь во все время двоевластия народ вполне привык к тому, что Совет выступал против правительства или исправлял его решения. Как подчеркивал Троцкий, «съезд Советов, по существу съезд переворота, является в то же время бесспорным для народных масс носителем если не всего суверенитета, то, по крайней мере, доброй его половины. Было бы грубой ошибкой считать все это юридическими тонкостями, безразличными для народа: наоборот, именно в таком виде основные факты революции отражались в

47

сознании масс» . Легитимность, прикрытая традициями и приемами двоевластия, была лучше, чем никакая.

Большевики оказались сильнее остальных организационно. «Нельзя не считаться с тем, что наша партия добилась октябрьской победы главным образом благодаря тому, что гибкость ее тактики опиралась на предшествующую основательную подготовку к немирным путям революции: боевые дружины вооруженных рабочих; нелегальные партийные организации, которым принадлежала руководящая роль; нелегальная большевистская печать, включая издание руководящих органов печати за рубежом;

45 Бубликов А.А. Указ. соч. С. 118.

46 Головин Н.Н. Указ. соч. Т. 1. С. 273, 274.

47 Троцкий Л.Д. К истории русской революции. М.: Издательство политической литературы, 1990. С. 372.

нелегальные большевистские организации в армии и в военно-морском флоте и др.»48, — утверждал Молотов.

«Власть падала из слабых рук Временного правительства, во всей стране не оказалось, кроме большевиков, ни одной действенной организации, которая могла бы предъявить свои права во всеоружии реальной силы»49. К осени у большевиков окажется большинство в Советах, опираясь на которые, Ленин объявит себя верховной властью после стремительной операции собственных вооруженных отрядов.

Большевизм воплотил и широко разлившуюся после целого года хаоса потребность в порядке, которая существовала не только в низах, но и — может быть еще сильнее — в состоятельных и консервативных слоях, презиравших эсеро-меньшевистскую интеллигенцию ничуть не меньше Ленина. По словам Бердяева, «России грозила полная анархия, анархический распад, он был остановлен коммунистической диктатурой, которая нашла лозунги, которым народ согласился подчиниться»50. В большевиках почувствовали людей, способных создать сильную власть.

Бывший начальник Петроградского охранного отделения Глобачев профессионально заключал: «Для меня лично в то время, по существу, решительно все равно было, правит ли Россией Керенский или Ленин. Но если рассматривать вопрос с точки зрения обывательской, то я должен сказать, что на первых порах новый режим принес обывателю значительное облегчение, которое заключалось в том, что новая власть своими решительными действиями против грабителей поставила в более сносные условия жизнь и имущество обывателя. Но, должен оговориться, это было только на первых порах, пока еще не разгорелась сильная борьба нового правительства с саботажем буржуазии, вызванным партией социалистов-революционеров и кадетов»51.

У наиболее влиятельной в октябре 1917 года — эсеро-меньшевистской — оппозиции было немного оснований возражать большевикам по существу. «Добросовестность велит признать, что под каждым свои декретом большевики могут привести выдержки из писаний не только Маркса и Ленина, но и всех русских социалистов и сочувственников как марксистского, так и народнического блока, — констатировал Изгоев. — Чхеидзе, Чернов, Церетели, Скобелев, Некрасов, Ефремов, Керенский говорили и прогнозировали то, что принципиально должно было привести к

48 Молотов В.М. Об уроках периода подготовки (рукопись) // ЛАМ. Пап. 20. Док. 1. С. 20-21.

49 Деникин А.И. Указ. соч. Кн. 2. Т. 2. С. 130.

50 Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. Москва: Наука, 1990. С. 109.

51 Глобачев К.И. Правда о русской революции: Воспоминания бывшего начальника Петроградского охранного отделения. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2009. С. 169.

господству большевизма, решившегося, наконец, воплотить в делах их слова»52. Принципиальные возражения были в вопросах о сроках и темпах, что воспринималось и большевиками, и массами как трусливый оппортунизм.

Демократия в 1917 году противопоставлялась не диктатуре, а царизму и привилегированным классам, и «демократический лагерь» охватывал все трудящиеся массы и все левые партии, включая большевиков. В терминах 1917 года, в октябре власть брала демократическая сила.

Идеологические братья большевиков, эсеры и меньшевики долго не расставались с убеждением, что рано или поздно Ленин поймет невозможность управлять Россией в одиночку и призовет их к кормилу. Вследствие этого они ограничивали свою оппозиционность мирной агитацией, а порой — даже защищали большевиков от «происков буржуазной реакции».

Оппозиция большевикам оказалась относительно слаба. На первых порах с правительством Ленина почти некому было бороться. Да и никто не спешил бороться, поскольку существовала стойкая уверенность, что большевики — калифы на час, и продержатся максимум до Учредительного собрания. Продержались 74 года.

Но вместе с тем очевидно, что метод насильственной революции во имя диктатуры меньшинства привел к серьезной родовой травме нового режима, усилив предпосылки создания привычек к деспотизму. Дан писал: «В таких условиях, при полной дезорганизации и значительном разрушении транспорта, вызванных беспорядочным бегством миллионов солдат с фронта и, в свою очередь, грозивших голодом и остановкой промышленности в городах, «советская власть» — и помимо «диктаторской» идеологии большевизма — не могла не стать при самом возникновении своем властью диктаторской. Встреченная тотчас же саботажем бюрократии и профессиональной интеллигенции, формированием «белых» армий, первыми вспышками надвигающейся гражданской войны, она в своей отчаянной и на девять десятых безнадежной борьбе с продовольственными, экономическими и административными затруднениями не могла не

53

превращаться во власть террористическую» . Миллионы людей, находившихся по разные стороны баррикад, у каждого из которых была своя правда, не пережили революционную эпоху, многие герои 1917 года сгинут в жерновах репрессий.

52 ИзгоевА.С. Социализм, культура и большевизм // Из глубины. Сборник статей о русской революции. М.: Издательство Московского университета, 1990. С. 152.

53 Дан Ф.И., Церетели И.Г. Указ. соч. С. 501.

И только ценой колоссальных жертв большевикам удалось вновь собрать страну, восстановить разрушенное, запустить промышленный рост, вернуть уже Советскому Союзу статус великой державы, победить нацизм, проложить человечеству дорогу в космос. Чтобы затем опять разбиться о революцию 1991 года.

«Революция в своей фатальной диалектике пожирает своих отцов и детей, — справедливо замечал Бердяев. — Стихийная революция не знает благодарности, она никогда не воздает по заслугам. Эту последнюю миссию берет на себя история и историки»54.

Дай Бог, чтобы российские революции остались исключительно предметом исторических исследований.

Потому что еще одной революции наша страна может не пережить.

Список литературы:

1. Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. Москва: Наука, 1990.

2. Бердяев Н.А. Падение священного русского государства: Публицистика 1914-1922. М.: Астрель, 2007.

3. Брусилов А.А. Мои воспоминания. М.: РОССПЭН, 2001.

4. Бубликов А.А. Русская революция. Впечатления и мысли очевидца и участника. М.: Кучково поле, 2016.

5. Булгаков С.Н. Автобиографические заметки // Великая русская революция глазами интеллектуалов. М.: Научный эксперт, 2015. С. 271-282.

6. Бунин И.А. Окаянные дни: Повести. Рассказы. Воспоминания. М.: Воскресенье, 2006.

7. Вернадский Г. Ленин — красный диктатор. М.: Аграф, 1998.

8. Верстюк В.Ф. Февральская революция и украинское национально-освободительное движение // 1917 год в судьбах России и мира. Февральская революция: от новых источников к новому осмыслению. М.: ИРИ РАН, 1997.

9. Веселовский С.Б. Страницы из дневника 1917-1923 // Великая русская революция глазами интеллектуалов. М.: Научный эксперт, 2015. С. 221-255.

10. «Все кончено и никакие компромиссы уже невозможны.»: из воспоминаний Е.Е. Драшусова // Россия 1917 года в эго-документах. Воспоминания. М.: Политическая энциклопедия, 2016. С.254-273.

54 Бердяев Н.А. Падение священного русского государства: Публицистика 1914-1922. М.: Астрель, 2007. С. 551.

11. Глобачев К.И. Правда о русской революции: Воспоминания бывшего начальника Петроградского охранного отделения. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2009.

12. Головин Н.Н. Российская контрреволюция в 1917-1918 гг. М.: Айрис-Пресс, 2011. Т. 1.

13. Данилкин Л. Ленин. Пантократор солнечных пылинок. М.: Молодая Гвардия, 2017.

14. Дан Ф.И., Церетели И.Г. Два пути. Избранное. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010. Ч. 1.

15. Деникин А.И. Очерки Русской Смуты. М.: Айрис-Пресс, 2015.

16. Завадский С.В. На пути к революции: Из архива моей памяти; На великом изломе: Отчет гражданина о пережитом в 1916-1917 годах. М.: Кучково поле, 2016.

17. Зиновьев Г.Е. Ленин. Речь в Петроградском Совете в связи с выздоровлением Ленина после ранения 30 августа 1918 г. Харьков, 1920.

18. ИзгоевА.С. Социализм, культура и большевизм // Из глубины. Сборник статей о русской революции. М.: Издательство Московского университета, 1990.

19. Кара-Мурза А.А., Поляков Л.В. Русские о большевизме: опыт аналитической антологии. СПб.: Издательство Русского Христианского гуманитарного института, 1999.

20. Керенский А.Ф. Потерянная Россия. М.: Вагриус, 2007.

21. Керенский А.Ф. Русская революция. 1917. М.: Центрполиграф, 2005.

22. Лебон Г. Психология социализма. СПб.: Маркет, 1995.

23. Листиков С.В. США и революционная Россия в 1917 году. К вопросу об альтернативах американской политики от Февраля к Октябрю. М.: Наука, 2006.

24. Локкарт Р.Б. Агония Российской империи. Воспоминания офицера британской разведки. М.: Алгоритм, 2016.

25. Мандель Д. Петроградские рабочие в революциях 1917 года (февраль 1917 г. — июнь 1918 г.). М.: Новый хронограф, 2015.

26. Мельгунов С.П. Мартовские дни 1917 г. М.: Вече, 2006.

27. Милюков П.Н. История второй русской революции. М.: РОССПЭН, 2001.

28. Молотов В.М. Об уроках периода подготовки (рукопись) // ЛАМ. Пап. 20. Док. 1. С. 20-21.

29. Новоселова Е. Дама против Ленина // Российская газета. 20.04.2017. Федеральный выпуск № 7252 (86). URL: https://rg.ru/2017/04/20/k-stoletiiu-revoliucii-gosarhiv-opublikuet-vospominaniia-ariadny-tvrkovoi.html (дата обращения: 16.10.2017).

30. ПайпсР. Россия при большевиках. М.: РОССПЭН, 1997.

31. Пастернак Б. Собрание сочинений. М.: Художественная литература, 1990. Т. 3.

32. Пастернак Б. Стихотворения и поэмы / Сост. Л.А. Озеров. Л.: Советский писатель, 1976.

33. Рассел Б. Практика и теория большевизма. М.: Наука, 1991.

34. Рысс П.Я. Русский опыт. Историко-психологический очерк русской революции. М.: Кучково поле, 2017.

35. Саква Р. Коммунизм в России. Интерпретирующее эссе. М.: Фонд «Президентский центр Б.Н. Ельцина», 2011.

36. Солженицын А.И. Размышления над Февральской революцией. М.: Российская газета, 2007. URL: http://fevral1917.rg.ru/ (дата обращения: 16.10.2017).

37. Сорокин П.А. Социология революции. М.: Территория будущего, 2005.

38. Струве П.Б. Исторический смысл русской революции и национальные задачи // Из глубины. Сборник статей о русской революции. М.: Издательство Московского университета, 1990.

39. Троцкий Л.Д. История русской революции. М.: Терра, 1997. Т. 1.

40. Троцкий Л.Д. История русской революции. Октябрьская революция. М.: Вече, 2017.

41. Троцкий Л.Д. К истории русской революции. М.: Издательство политической литературы, 1990.

42. Франк С.Л. Избранные труды. М.: РОССПЭН, 2010.

43. Чуев Ф. Молотов. Полудержавный властелин. М.: Олма-Пресс, 1999.

44. Шавельский Г. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота. М.: Крутицкое Патриаршее подворье, 2010.

45. Francis D.R. Russia from the American Embassy. April, 1916 — November, 1918. New York: CreateSpace Independent Publishing Platform, 1921.

Nikonov V.A.

October 1917: Why the Bolsheviks Managed to Seize the Power

Vyacheslav A. Nikonov — Ph.D., Dean, School of Public Administration, Lomonosov Moscow State University, Moscow, Russian Federation. E-mail: [email protected] msu. ru

Annotation

The article examines the key factors which determined the Bolsheviks’ rise to power in 1917 Russia. The author analyzes the causes and consequences of the events of the Russian Revolution, noting their destructive influence on all the areas of the Russian society.

Keywords

Russian Revolution, 1917, October Revolution, February Revolution, bolsheviks, Lenin, Provisional Government, Nicholas II, First World War, Russian Civil War.

ВЗГЛЯД / Большевики сами виноваты в том, что на них «повесили всех собак» :: Политика

Встречая юбилей Октябрьской революции, мы по-прежнему пребываем в плену мифов, причем как советских, так и антисоветских. В общественном сознании они переплелись настолько, что отделить одни от других – задача нетривиальная. Где же та грань, которая мешает нам относиться к событиям 1917 года рационально и трезво?

Историю пишут победители. В этом смысле не стала исключением и партия большевиков, присвоив себе прямо или косвенно ключевую роль в развитии революционного процесса.

Нельзя сказать, что советская историография прямо утверждала, будто, например, революция 1905 года происходила при руководящей и направляющей роли Коммунистической партии. Однако описание тех событий снабжалось цитатами из Ленина настолько обильно, что волей-неволей возникало ощущение присутствия вождя мирового пролетариата на всех ключевых поворотах разгорающегося кризиса. Он происходящее описывал, комментировал, советовал, спорил с непосредственными участниками и критиковал их действия.

В свою очередь, массовая культура рассказывала не столько о самих революционных процессах, сколько о действиях большевиков на их фоне. В музеях Ленина по всей стране гораздо больше внимания было уделено истории газеты «Искра», нежели экономике и политике революционного периода. А в литературе и кинематографе центральной фигурой раз за разом оказывался пламенный большевик – агитатор и организатор, смело и в одиночку выходящий со словом правды к массам, вокруг которых кипела и бурлила революция.

Против истины Советы не грешили, и большевик в подавляющем большинстве случаев действительно отважно выходил к массам один – слишком мала была тогда численность ленинской партии. Но победители явно смещали акценты. 

Пример из того же ряда – Февральская революция. Согласно советской историографии, партия большевиков сразу же начала разъяснять трудящимся ее буржуазный характер и призывать к созданию советского правительства, хотя все было несколько сложнее.

Что же касается революционного брожения в армии, то именно ленинцы объясняли солдатам империалистический характер идущей бойни, а их агитаторы трудились на фронте не покладая рук. И так далее в том же духе.

Неудивительно, что именно большевики к концу XX века в умах наших сограждан стали главной действующей силой истории начала столетия. Поэтому в конце 80-х, а особенно после 1991 года ей досталось за все – и за посеянную смуту, и за пожатую бурю.

На ваш взгляд

Необходимо ли на государственном уровне отмечать события октября 1917 года (в советское время называвшиеся Великой Октябрьской социалистической революцией)?

Шокирующий фильм-откровение своего времени – лента Станислава Говорухина «Россия, которую мы потеряли» (тот самый, что первым заявил на всю страну о счастливой дореволюционной России с ее цветущей экономикой и стремительно растущим населением, не знавшим нужды и кормившим половину Европы) начинался такими словами:

«Россия… Так уж получилось, что мы ничего не знаем о ней. Поэтому, наверное, и живем так трудно и так глупо… История России, которой мы учились в школе, написана услужливыми лакеями, спешившими угодить своим хозяевам. Как раз тем, кто растоптал и разграбил эту страну. Ее убийцам. История России написана ее убийцами».

Убийцы – это, разумеется, большевики, что прямо следует из контекста высказывания.

Так на смену советской мифологии пришла мифология антисоветская. На первом этапе она во многом была обусловлена политическими мотивами – задачей делегитимизации советского строя. Если большевики сделали своим ниспровергателям такой подарок, прописав свою роль буквально во всех исторических процессах, странно бы было им не воспользоваться. В итоге образ истории пересматривался не в сторону рационального анализа и исторической достоверности, а «от противного» – от советской историографии к историографии с противоположным знаком.

Конечно, сводить все к политике означало бы чрезмерно упрощать. В конце концов, подавляющее большинство советских людей просто не знало другой истории, так как источники, представляющие точку зрения противников большевиков, в СССР банально не публиковались.

Вадим Кожинов вспоминал, что диссидентствующая советская публика была искренне уверена, будто Белая армия сражалась исключительно «За веру, царя и Отечество», и люди чтили память Корнилова и Колчака, полагая их истинными монархистами. Последовавшее за этим отрезвление было тяжелым: оказывается, монархистов у «белых» преследовала контрразведка.

Увы, на поверхности эмиграции плавала пена злобных антибольшевистских сочинений, а не серьезных исторических исследований. Потому, например, у Александра Солженицына, который при желании мог бы ознакомиться с воспоминаниями непосредственных участников Февральской революции, ответственность за хлебный бунт в Петрограде возлагается на большевизированных пекарей, решивших придержать муку, а не на расстройство транспортного сообщения в стране.

Ставший уже анекдотичным пример высказывания «Большевики свергли царя» смешон лишь на первый взгляд – и лишь для тех, кто потрудился разобраться в отечественной истории. Обычно за «Россией, которую мы потеряли» сразу следует переворот тех самых большевиков, которые «убили историческую Россию». Через 100 лет после революции в сетевых дискуссиях нетрудно найти эмоциональные восклицания, подобные такому:

«Товарищи коммунисты! Сколько раз вам говорить: поражение в Первой мировой войне Россия потерпела не под руководством Николая Второго, а под руководством Ленина и Троцкого, заключивших Брестский мир!».

То есть Февральская революция, отречение императора, «Приказ номер 1» – целый пласт исторических событий – банально выпадают из поля зрения.

В действительности Ленин комментировал ход Первой русской революции из эмиграции, вернувшись в Россию лишь в ноябре 1905 года. Большевики не играли в тех событиях определяющей роли уже потому, что численность их партии к тому моменту не превышала 14 тысяч членов (для сравнения: численность партии эсеров оценивалась в десятки тысяч человек).

В Петербургском совете рабочих депутатов, в руках которого осенью 1905 года оказалась реальная власть в стране, заседали меньшевики, эсеры и будущие конституционные демократы. Большевики же недооценили роль Советов и заявили, что готовы работать в организации, претендующей на политическое руководство массами, только при условии принятия Советом социал-демократической программы и подчинения директивам партии.

Февральскую революцию большевистская партия встретила фактически обезглавленной: Русское бюро Центрального Комитета РСДРП(б) было разгромлено, его руководители находились или в эмиграции, или в ссылке. Ленин не предсказывал революции и не ожидал ее – буквально за месяц до февральских событий он писал: «Мы, старики, может быть, не доживём до решающих битв грядущей революции».

По состоянию на февраль 1917 года численность РСДРП(б) оценивалась в 24 тысячи человек на всю страну. В Петроградском совете рабочих и солдатских депутатов, которому восставшие 27 февраля вручили власть, большевиков были буквально единицы – к их голосу большинство, представленное эсерами и меньшевиками, просто не прислушивалось.

Антивоенная агитация большевиков на фронте и в тылу не шла ни в какое сравнение с аналогичной агитацией самой массовой революционной партии – эсеровской. «Приказ номер 1» действительно произвел наиболее разрушительное воздействие на армию, но издан он был, разумеется, не большевиками, а эсеро-меньшевистским Петросоветом в марте 1917 года,

Сегодня (и это, опять-таки, наследие советской историографии) принято считать, что именно большевики последовательно выступали за поражение своего правительства в империалистической войне, призывая к миру «без аннексий и контрибуций», в то время как меньшевики и эсеры заняли позицию «оборончества». Между тем все тот же эсеро-меньшевистский Петросовет издал манифест «К народам мира». В нем, обращаясь к «товарищам-пролетариям и трудящимся всех стран», «оборонцы» с радостью констатировали поражение своего правительства и призвали народы воюющих стран свергать власть у себя для установления мира и прекращения войн, захватов и насилий.

То есть с подобных позиций выступали не только большевики. Меньшевики и эсеры писали в своем Манифесте еще в марте 1917-го: «Мы призываем вас: сбросьте с себя иго вашего самодержавного порядка подобно тому, как русский народ стряхнул с себя царское самовластие; откажитесь служить орудием захвата и насилия в руках королей, помещиков и банкиров, и дружными объединенными усилиями мы прекратим страшную бойню, позорящую человечество и омрачающую великие дни рождения русской свободы».

В конце марта 1917 года положения манифеста «К народам мира» подтвердило буржуазное Временное правительство. Не от большого желания, а под революционным давлением «снизу», но подтвердило.

Идем далее. Большевистский «Декрет о мире», принятый после Октября, являлся логическим продолжением декрета «К народам мира». Он не объявлял о выходе России из войны, а предлагал «всем воюющим народам и их правительствам начать немедленно переговоры о справедливом демократическом мире» без захватов и контрибуций, выражая готовность рабоче-крестьянского правительства к началу таких переговоров.

Большевистский «Декрет о земле» опирался на земельную программу эсеров, составленную на основе приговоров и наказов крестьян. А декрет о введении восьмичасового рабочего дня опирался на требования рабочих – о восьмичасовом рабочем дне Петросовет заявил уже 23 марта 1917 года.

Феномен большевиков заключался не в том, что они несли за собой особые, принципиально отличные от всех других политических сил России идею и программу. Их феномен заключался в том, что они были единственными, кто последовательно шел к реализации основных требований революции. Когда свою неспособность к осуществлению реформ продемонстрировали и либералы Временного правительства, и социалисты Петросовета, поддержку обрели именно большевики. Но произошло это лишь во второй половине 1917 года.

Понятно стремление победителей Октября 1917-го преувеличить свои заслуги, как понятно и желание их противников списать все беды исключительно на большевиков. Но не большевики разрушили и «убили историческую Россию». В стране за 12 лет случилось три революции, в двух из которых роль сторонников Ленина не прослеживается, зато ярко представлена роль самой массовой партии – эсеров, представляющих интересы самого массового сословия – крестьянства. 

Историческую Россию не убивал никто – в нашей стране произошла Революция. И это неотъемлемая часть ее истории – истории развития страны.

кто виноват в революции? – WARHEAD.SU

На эти вопросы обычно дают два ответа.

Первый называет причиной революции деятельность радикальных партий, которые смогли «раскачать» государственный порядок и в установившемся хаосе захватить власть.

Второй ответ связывает революцию с социальными проблемами в стране: стремлением крестьян к земельному переделу, а рабочих — к социальным гарантиям и увеличению доходов.

Оба ответа верны, но лишь отчасти. Главной причиной и главной движущей силой революции стали армия и флот.

Империя и армия едины

В России армия и государство были так тесно связаны, что порой становилось непонятно, где заканчивается одно и начинается другое. Вся страна — начиная со времён Петра Великого — походила на военное учреждение и управлялась подобно армейскому корпусу. Гражданские ведомства были военизированы. Чиновники — от дипломатов до школьных учителей — носили мундиры. Вся жизнь в России подчинялась петровской «Табели о рангах».

Как и все абсолютистские монархии Европы, Россия вплоть до 1917 года оставалась милитаристским государством. Власть рассматривала армию как важнейший государственный институт, опору порядка и стабильности. Поэтому любые сомнения в лояльности армии вызывали панику в правящих кругах империи.

В эпоху дворцовых переворотов военные, свергшие неугодного правителя, немедленно присягали на верность новому, возведённому на трон их штыками. Поэтому даже незначительные военные мятежи в революцию 1905 года так напугали власть — ведь пошатнулась главная опора трона.

Слияние армии и государства несло в себе и причину гибели империи. Армия, на которую всегда можно было положиться, оказалась слабым звеном. Разрыв этого звена привёл к крушению всего старого миропорядка.

Мировая война меняет армию

Первая мировая война. За три года боевых действий кадровая армия мирного времени очень сильно изменилась.

Молодые офицеры накануне Первой мировой

Ранее офицерский корпус представлял собой замкнутую военную корпорацию, основанную на идеях чести и служения. Офицерам же военного времени — вчерашним гимназистам, студентам, мелким чиновникам и учителям, обученным на ускоренных курсах, — старинные военные традиции были чужды. В мирное время эти люди никогда бы не оказались в армии, но к 1917 году составляли большинство младшего командного состава.

То же самое произошло и с солдатами. В армии мирного времени они служили четыре, а затем три года. И успевали за это время осознать необходимость военного порядка, стать дисциплинированными и ответственными. В военное время старые солдаты быстро оказались в меньшинстве. Винтовку в руки взяли крестьяне, которые чаще всего даже не проходили службу в молодости, а сразу были записаны в запас и ополчение. И конечно же, имели самое отдалённое представление об армии и её порядках.

Что же происходило с этими «суррогатными военными»? О, тут начинается самое интересное и важное в нашей истории.

Всю эту гигантскую массу людей (напомним, что никогда ранее ни в одной стране мира не возникала необходимость создания миллионных армий) размещали в тыловых гарнизонах. Там обучали призывников и формировали пополнение для фронта.

Причина разложения армии

Именно тут военное руководство допустило самую большую ошибку. Чтобы обеспечить превосходство на театре военных действий, в армию призвали слишком много людей. Конечно, стремление к численному превосходству вовсе не является признаком плохого военного руководства. Напротив — армия, превосходящая противника, легче осуществляет военные операции и несёт меньшие потери. Так что логика штабистов вполне понятна.

Офицеры знакомятся с мобилизованными, 1915 год

Ошибка была в другом. К 1917 году огромные массы людей в шинелях были сосредоточены в тылу, где готовились к отправке на фронт. Большая часть солдат идти на фронт не хотела. Война затянулась, немцев остановили близ границ России, никаких особых зверств по отношению к русским не происходило.

Поэтому патриотический подъём 1914–1915 годов постепенно угас. Простой народ не понимал, за что ведётся столь длительная и тяжёлая война.

Эта картина дополнялась тем, что среди «нового офицерства» оказалось множество сторонников революционных партий, прежде всего эсеров. И когда в одном гарнизоне вместе оказывались вчерашние крестьяне, которые думали, как бы вернуться домой ко времени посевной, и оппозиционно настроенная офицерская молодёжь, создавался эффект бочки с порохом.

Пока существовала сильная власть, положение в армии (несмотря на взрывоопасную ситуацию) оставалось стабильным. Ни отчёты министерства внутренних дел, ни сведения, полученные корпусом жандармов, не говорят о каком-то подъёме антиправительственных настроений среди солдат в 1916 году. Но первое же ослабление самодержавия привело к быстрому краху сразу всего. И государственных, и военных институтов.

Гибель империи и её армии

Февральская революция, скорее всего, стала результатом верхушечного заговора. Готовившие переворот политики и генералы воспользовались беспорядками в столице, чтобы дестабилизировать систему управления. А затем навязать Николаю II требование об отставке угрозами гибели империи и начала массовых беспорядков. Но заговорщики не предусмотрели одного. Стоило разрушить основу государственной системы — императорскую власть — и немедленно стали рушиться другие государственные институты. Первым, разумеется, стала армия.

Составители «Приказа «№ 1»

Знаменитый «Приказ № 1» Петроградского совета от 1 марта 1917 года, отменявший власть офицеров и подчинявший войска солдатским советам, был абсолютно закономерен. Его появление стало неизбежностью в условиях, когда значительная часть армии сидела в тылу и не желала идти на фронт, а все остальные сидели в окопах и не хотели идти в наступление. С этого момента разложение армии стало неизбежностью.

По всей стране в тыловых гарнизонах пронёсся вихрь признания революции. В течение первой недели марта большинство гарнизонных частей признало Временное правительство, создало солдатские советы и приступило к практическому воплощению положений «Приказа № 1».

Самым революционным слоем в стране внезапно оказались рядовые-тыловики. Это привело к тому, что именно гарнизонные части стали воспринимать себя как опору революции.

Мир любой ценой!

И неудивительно! Куда приятнее сидеть в благоустроенных казармах, ходить на митинги, заниматься конфискациями и реквизировать содержимое винных складов, чем находиться на линии фронта.

Бойцы тыловых гарнизонов — а вовсе не рабочие и крестьяне — стали основой для Красной гвардии и других (анархистских, эсеровских) революционных военных формирований.

Именно солдаты и матросы составили ту силу, на которую опирались большевики осенью 1917 года.

А что же флот? Из-за специфики боевых действий моряки большую часть времени проводили на берегу. Там безделье в сочетании с особым статусом флота (который считался отборным формированием и снабжался гораздо лучше армии) привели матросов к тем же выводам: лучше сидеть в тылу, чем проливать кровь в боях.

Единственной политической силой, которая поддержала не желающих воевать солдат и матросов, оказались большевики. Если все остальные (даже революционные) партии стояли на позиции «война до победы», то у большевиков была иная позиция. Они прямо говорили благодарным слушателям: «Мы прекратим войну».

О том, какой ценой будет куплен мир, конечно же, никто не задумывался. Слова о нём и принесли большевикам столь желанную власть.

Несмотря на обещания мира, Россия вскоре оказалась вовлечена в гораздо более тяжёлую и кровопролитную Гражданскую войну.

Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.

«Большевики хотели осчастливить все человечество». Как спустя 100 лет историки оценивают итоги революции на Ямале

О том, как сегодня оценивают события 100-летней давности — Октябрьскую революцию на Ямале, читайте в материале «УралПолит.Ru».

Известно, что история не имеет сослагательного наклонения. Невозможно предположить, как развивались бы события если бы что-то сложилось по-другому. Но и на события уже состоявшиеся у историков подчас бывают совершенно разные точки зрения. О том, как сегодня оценивают события 100-летней давности — Октябрьскую революцию на Ямале, читайте в материале «УралПолит.Ru».

Итоги и результаты всех войн и революций пишут победители. Разумеется, что о событиях 1917 года во многом мы знаем из трудов большевиков. Но сегодня историки представляют читателям и альтернативные точки зрения. Корреспондент «УралПолит.Ru» попросил рассказать о том, как Октябрьская революция пришла на отдаленную от основных событий осени 1917 года территорию Ямала и что она принесла северянам двух историков – старшего научного сотрудника сектора новой и новейшей истории ГБУ «МВК» Германа Бардина и полковника ФСБ в отставке, историка и краеведа Александра Петрушина.

Вопрос: Октябрьская революция пришла на Ямал с опозданием. Как развивались события в арктическом регионе?

Герман Бардин: О том, что произошла революция, на Ямале узнали только спустя 4 дня. Специфика Севера была такова – практически не было дорог. Регион был отрезан от европейской части России. Это сказалось и на всех революционных процессах. На Ямале революционные настроения преобладали в меньшей степени, чем в Санкт-Петербурге, Москве и на юге страны. В то время зажиточные ямальцы составляли меньшинство, не более 5-7% от всего населения округа. К людям состоятельным также относились и рыбопромышленники. Купцы знали, что революция не принесет им ничего хорошего. Делать исторические выводы о событиях революции на Ямале сложно. Дело в том, что в округе не было принято вести дневники, в отличие, например, от жителей северной столицы, личные записи которых позволили историкам восстановить ход событий.

Александр Петрушин: На Ямале революция началась позднее, чем в пролетарских центрах. События разворачивались с учетом северной логистики. Единственный путь передвижения – реки. Смена власти длилась пятилетие – с 1918 по 1922 годы. В это время на Ямале произошло мощное и достаточно кровавое событие – большевистское восстание. Повстанцы, выступив против продразверстки и всех мерзостей новой власти, свергли большевистскую власть. Они установили свое правление, но затем были выбиты красными войсками.

Вопрос: Как местное население приняло новую власть?

Герман Бардин: С 1921 года большевики проводят на Ямале политику изъятия излишков у крестьян. В комиссию по изъятию входили разные люди, поэтому комиссия изымала все, что считала нужным по собственному усмотрению. По всей бывшей Тобольской губернии крестьяне поднимали восстания, в каждом районе был свой лидер. На Ямале такими лидерами стали купцы и рыбопромышленниками. Так, в 1921 в течение двух дней было подавлено восстание. Большевики, зная, что из Тобольска идет теплоход с подкреплением покинули Обдорск (ныне Салехард, — прим. ред.). Позднее они, хорошо вооружившись, вернулись назад в город на Полярном круге.

Александр Петрушин: Коренные народы Севера были насильственно втянуты в новые отношения. Причем события разворачивались в несколько этапов. Один из них – революционный, который тундровики не только не воспринимали, но старались в нем вообще не участвовать. До Гражданской войны коренное население крайне мало, и то, в основном в качестве обслуживающего персонала, участвовало в этих событиях. Тундровики зачастую не понимали всей сути происходящего.

Вопрос: На кого опирались большевики? Кто стал их союзниками на Ямале?

Герман Бардин: Большевики сделали упор на хантов, ненцев, на всех, кто зависел от купцов, которые обманывали и обсчитывали своих рабочих. Из-за отсутствия в то время у коренных народов письменности, сейчас сложно установить их истинные чувства. А, как писали большевики, аборигены Севера поддержали революцию. Противниками новой власти были зажиточные оленеводы и шаманы. Окончательно советская власть на Ямале установилась с 1924 по 1930 год.

Александр Петрушин: Большевики опирались на своих ставленников, специально отправленных на Ямал. На их сторону также встали ссыльные, которых революция застала в северном регионе.

Вопрос: Как закреплялась новая власть в северном регионе?

Герман Бардин: Массовых репрессий в Арктическом регионе не было, были частичные перегибы. В сохранившихся документах говорится о том, что была расстреляна одна из известных северных купчих. Массово в Тобольской губернии пострадали Березово, Тобольск, Обдорск, кочевое население установление новой власти коснулось в меньшей степени. Сохранились записи о том, что в поисках оленей большевики уходили далеко к тундровикам и отнимали имущество.

Александр Петрушин: Ямал, в первую очередь, был местом политической ссылки. Это было и до 1917 года, когда в тот же Обдорск высылали противников царского режима. Кстати, многие ссыльные и стали лидерами вооруженных выступлений. А уже в советское время в тундру начали высылать противников большевистского режима. Это были представители различных политических партий. Затем, в 29-30 годы прошлого столетия прошла массовая крестьянская ссылка, а немногим позднее ссылка времен Великой Отечественной войны, и, конечно же, сфабрикованные дела против коренного населения Ямала и жестокое подавление надуманных «антисоветских» восстаний.

Вопрос: Что советская власть дала Ямалу? Как изменилась жизнь региона с приходом большевиков?

Герман Бардин: Советская власть дала Ямалу больше, чем тот же царский период. После прихода большевиков, в 30-е годы территорию ожидал значительный скачок во многих направлениях. У коренного населения появился алфавит, стала развиваться медицина, культура, экономика. Новая власть принесла больше плюсов, чем минусов.

Александр Петрушин: Несмотря на то, что революция на Ямале прошла позже, чем в крупных городах России, она была не менее жестокой, а во многих моментах даже более страшной.

Вопрос: Для чего большевикам был нужен арктический регион? Какие планы они с ним связывали?

Герман Бардин: Ямал большевики рассматривали, как территорию для торгово-обменных операций. Территория имела стратегическое значение. Как выгодная магистраль рассматривалось Карское море. В то время одним из главных богатств Севера была рыба и пушнина. О запасах нефти и газа заговорили только в середине прошлого столетия. Арктический регион расценивался, как неделимая часть России, а с приходом советской власти сюда пошли денежные вливания. На Ямале сохранились памятники того времени. Никто их не собирается их сносить. До сих пор существует городской сад, посаженный комсомольцами, уцелело здание окружного Совета. Именами некоторых революционеров названы улицы. Так, в Салехарде одна из них носит имя Богдана Кнунянца.

Александр Петрушин: Четких планов у новой советской власти в отношении Ямала не было. Большевиками двигала главная идея – мировая революция. Они рассчитывали за счет ресурсов России и, в частности ямальских, устроить революцию в Восточной, а затем и в Западной Европе. Большевики хотели осчастливить все человечество. 

Виктория Ахремчук

Фото предоставлено МВК им. Шемановского

Большевик | Определение, история, верования, флаг и факты

Большевик , (русский: «Один из большинства»), множественное число Большевики или Большевики , член крыла Российской социал-демократической рабочей партии , который во главе с Владимиром Лениным захватил власть в России (октябрь 1917 г.) и стал доминирующей политической силой. Группа возникла на втором съезде партии (1903 г.), когда последователи Ленина, настаивая на том, чтобы членство в партии было ограничено профессиональными революционерами, получили временное большинство в центральном комитете партии и в редакции ее газеты «Искра». Они приняли имя большевиков и окрестили своих противников меньшевиками («меньшинства»).

Владимир Ленин

Владимир Ленин читает Правда , 1918.

© Photos.com/Thinkstock

Подробнее по этой теме

Международные отношения ХХ века: большевистская дипломатия

Глубокие опасения Франции по поводу будущей германской угрозы в значительной степени проистекали из устранения России как фактора баланса в Европе….

Хотя обе фракции вместе участвовали в Русской революции 1905 года и пережили периоды явного примирения (около 1906 и 1910 годов), их разногласия усилились. Большевики продолжали настаивать на высоко централизованной, дисциплинированной и профессиональной партии. Они бойкотировали выборы в Первую Государственную Думу (российский парламент) в 1906 году и отказались сотрудничать с правительством и другими политическими партиями в последующих Думах. Более того, их методы получения доходов (включая грабеж) не одобрялись меньшевиками и нероссийскими социал-демократами.

В 1912 году Ленин, возглавляя очень небольшое меньшинство, сформировал отдельную большевистскую организацию, решительно (хотя и не формально) расколов Российскую социал-демократическую рабочую партию. Однако его решимость сохранить строгую организацию своей фракции также оттолкнула многих его коллег-большевиков, которые хотели заняться нереволюционной деятельностью или не соглашались с Лениным в политической тактике и непогрешимости ортодоксального марксизма. В 1912 году к Ленину не присоединились ни одни выдающиеся русские социал-демократы.

Тем не менее, большевики становились все более популярными среди городских рабочих и солдат в России после Февральской революции (1917 г.), особенно после апреля, когда Ленин вернулся в страну, требуя немедленного мира и того, чтобы рабочие советы или Советы пришли к власти. . К октябрю большевики имели большинство в Советах Петрограда (Санкт-Петербург) и Москвы; и когда они свергли Временное правительство, второй съезд Советов (лишенный крестьянских депутатов) одобрил действие и формально взял правительство под свой контроль.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Сразу после Октябрьской революции большевики отказались делить власть с другими революционными группами, за исключением левых эсеров; в конце концов они подавили все соперничающие политические организации. Они изменили свое название на Российская коммунистическая партия (большевиков) в марте 1918 года; Всесоюзной коммунистической партии (большевиков) в декабре 1925 г .; и Коммунистической партии Советского Союза в октябре 1952 года.

Лев Троцкий | Биография, книги, убийства и факты

Лев Троцкий , имя Лев Давидович Бронштейн , (родился 7 ноября [26 октября по старому стилю] 1879 года, Яновка, Украина, Российская Империя — умер 21 августа 1940 года, Койоакан, Мексика), теоретик-коммунист и агитатор , лидер Октябрьской революции 1917 года в России, а затем комиссар иностранных дел и войны в Советском Союзе (1917–24). Однако в борьбе за власть после смерти Владимира Ильича Ленина Иосиф Сталин вышел победителем, а Троцкий был отстранен от всех руководящих должностей, а затем сослан (1929 г.).Он оставался лидером антисталинской оппозиции за рубежом до его убийства сталинским агентом.

Популярные вопросы

Кем был Лев Троцкий?

Лев Троцкий был коммунистическим теоретиком и советским политиком. Он сыграл ключевую роль в русской революции 1917 года. В это время Троцкий руководил советскими вооруженными силами. Позже он служил советским комиссаром иностранных дел (1917–18) и войны (1918–24). После смерти Владимира Ленина в 1924 году Троцкий постепенно был отстранен от власти.В 1929 году он был сослан своим главным соперником в правительстве Иосифом Сталиным.

Какую роль сыграл Лев Троцкий в Октябрьской революции?

Лев Троцкий — когда-то громко критиковавший Ленина и партию большевиков — присоединился к большевикам в августе 1917 года. Троцкий быстро поднялся до власти в партии: незадолго до Октябрьской революции он был избран в Центральный комитет большевиков. Во время революции Троцкий руководил советскими военными операциями в Петрограде (ныне Санкт-Петербург), столице Российской империи.К началу ноября Троцкий практически разграбил столицу. 13 ноября свергнутый либеральный политик Александр Керенский попытался вернуть Петроград верными войсками. Войска Керенского встретили силы Троцкого в битве под Пулково. Троцкий победил Керенского, и большевики установили полный контроль над Петроградом.

Во что верил Лев Троцкий?

Лев Троцкий был коммунистом с уникальным мировоззрением. Троцкий не верил, что экономическая система может существовать изолированно. Он считал, что экономическая система должна рассматриваться и пониматься как мировая система, а не как национальная.Таким образом, с точки зрения Троцкого, длительный успех социалистической революции (например, Октябрьской революции) зависит от революций в других странах. Взгляды Троцкого, которые он называл «перманентной революцией», были противоположны взглядам Сталина: Сталин считал, что социалистическая революция может быть осуществлена ​​«в одной стране», независимо от других стран.

Каковы были отношения между Львом Троцким и Иосифом Сталиным?

Лев Троцкий и Иосиф Сталин были политическими соперниками. После того, как Владимир Ленин, первый глава советского государства, перенес инсульт в начале 1923 года, Троцкий и Сталин вступили в борьбу за власть.Сталин быстро одержал верх: в апреле 1923 года он укрепил свою власть в ЦК большевиков. Попытки Троцкого напасть на Сталина впоследствии были в основном безуспешными. Тем не менее, борьба продолжалась до конца 1920-х годов. В конце концов Сталин стал победителем и фактически установил диктаторский контроль над Советским Союзом. С другой стороны, Троцкий был исключен из партии большевиков (1927 г.), сослан (1928 г.) и изгнан с территории Советского Союза (1929 г.).

Как умер Лев Троцкий?

После изгнания Лев Троцкий попросил убежища в Мексике.Он поселился в доме в Койоакане в 1936 году. В мае 1940 года люди, вооруженные автоматами, напали на его дом. Троцкий пережил инцидент. Второе покушение произошло примерно через три месяца. 20 августа 1940 года испанский коммунист Рамон Меркадер смертельно ударил Троцкого ледорубом. Принято считать, что Меркадер действовал по приказу соперника Троцкого Иосифа Сталина.

Ранняя жизнь, образование и революционная карьера

Отец Троцкого, Давид Бронштейн, был фермером русифицированного еврейского происхождения, поселившимся колонистом в степной области, а его мать Анна была из образованного среднего класса.У него были старшие брат и сестра; двое других братьев и сестер умерли в младенчестве. В возрасте восьми лет его отправили в школу в Одессе, где он провел восемь лет в семье племянника своей матери, либерального интеллигента. Когда он переехал в Николаев в 1896 году, чтобы закончить школу, его вовлекли в подпольный социалистический кружок и приобщили к марксизму. После непродолжительного учебы в Одесском университете он вернулся в Николаев, чтобы помочь организовать подпольный Южно-российский рабочий союз.

Арестованный в январе 1898 г. за революционную деятельность, Бронштейн провел четыре с половиной года в тюрьме и ссылке в Сибири, за это время женился на своей соучастнице Александре Соколовской и родил двух дочерей.Он сбежал в 1902 году с поддельным паспортом на имя Троцкого, которое он принял в качестве своего революционного псевдонима. Его жена осталась, и разлука стала постоянной. Троцкий направился в Лондон, где он присоединился к группе русских социал-демократов, работавшей с Владимиром Ульяновым (Ленин) над революционной газетой Искра («Искра»).

На втором съезде Российской социал-демократической рабочей партии, состоявшемся в Брюсселе и Лондоне в июле 1903 года, Троцкий встал на сторону меньшевистской фракции, выступающей за демократический подход к социализму, против Ленина и большевиков.Незадолго до этого в Париже Троцкий познакомился и женился на Наталье Седовой, от которой впоследствии у него родились два сына, Лев и Сергей.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

После начала революционных волнений в 1905 году Троцкий вернулся в Россию. Он стал ведущим представителем Санкт-Петербургского Совета рабочих депутатов, когда тот организовал революционное забастовочное движение и другие меры неповиновения царскому правительству.После этого Троцкий был заключен в тюрьму и предстал перед судом в 1906 году. Находясь в заключении, Троцкий написал одну из своих главных работ «Итоги и перспективы», изложив свою теорию перманентной революции.

В 1907 году, после второй ссылки в Сибирь, Троцкий снова бежал. Он поселился в Вене и поддерживал себя в качестве корреспондента во время Балканских войн 1912–1913 годов. С началом Первой мировой войны Троцкий присоединился к большинству российских социал-демократов, которые осудили войну и отказались поддерживать военные усилия царского режима.Он переехал в Швейцарию, а затем в Париж. Его антивоенная позиция привела к его изгнанию из Франции и Испании. В январе 1917 года он прибыл в Нью-Йорк, где вместе с большевистским теоретиком Николаем Бухариным редактировал русскоязычную газету «Новый мир» («Новый мир»).

Троцкий приветствовал вспышку революции в России в феврале (март по новому стилю) как начало предсказанной им перманентной революции. В середине мая он прибыл в Петроград и возглавил левую меньшевистскую фракцию.После неудавшегося восстания июльских дней Троцкий был арестован в ходе подавления большевистского руководства либеральным правительством Александра Керенского. В августе, еще находясь в тюрьме, Троцкий был официально принят в партию большевиков, а также был избран в члены Центрального комитета большевиков. Он был освобожден из тюрьмы в сентябре и вскоре после этого был избран председателем Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов.

Когда боевые действия были спровоцированы безрезультатным рейдом правительства в начале 6 ноября (24 октября по старому стилю), Троцкий взял на себя ведущую роль в руководстве контрмерами Советского Союза, одновременно заверяя общественность в том, что его Военно-революционный комитет имел в виду только защиту Конгресса. Советов.Власть правительства быстро рухнула, и к тому времени, когда 7 ноября Ленин снова вышел из подполья, Петроград был в значительной степени в руках большевиков, чтобы взять на себя непосредственное руководство революцией и представить съезду Советов свершившийся факт, когда он созвется на следующий день.

Троцкий продолжал действовать в качестве военного лидера революции, когда Керенский тщетно пытался вернуть Петроград с верными войсками. Он организовал и руководил силами, которые сломили усилия Керенского в Пулковской битве 13 ноября.Сразу после этого он присоединился к Ленину в борьбе с предложениями о создании коалиционного правительства, включающего меньшевиков и эсеров.

коммунизм | Определение, история, разновидности и факты

Коммунизм , политическая и экономическая доктрина, направленная на замену частной собственности и экономики, основанной на прибыли, общественной собственностью и общим контролем, по крайней мере, над основными средствами производства (например, шахтами, заводами и фабриками) и природными ресурсами страны. общество.Коммунизм, таким образом, является формой социализма — более высокой и продвинутой формой, по мнению его сторонников. То, чем именно коммунизм отличается от социализма, давно является предметом споров, но различие в значительной степени основывается на приверженности коммунистов революционному социализму Карла Маркса.

Популярные вопросы

Что такое коммунизм?

Коммунизм — это политическая и экономическая система, которая стремится создать бесклассовое общество, в котором основные средства производства, такие как шахты и фабрики, принадлежат и контролируются обществом.Нет правительства, частной собственности или валюты, а богатство делится между гражданами поровну или в соответствии с индивидуальными потребностями. Многие принципы коммунизма происходят из работ немецкого революционера Карла Маркса, который (вместе с Фридрихом Энгельсом) написал «Коммунистический манифест » (1848). Однако с годами другие вносили вклад — или искажали, в зависимости от точки зрения, — марксистскую мысль. Возможно, самые важные изменения были предложены советским лидером Владимиром Лениным, который особенно поддерживал авторитаризм.

Какие страны коммунистические?

Когда-то около одной трети населения мира жило при коммунистических правительствах, особенно в республиках Советского Союза. Сегодня коммунизм является официальной формой правления только в пяти странах: Китае, Северной Корее, Лаосе, Кубе и Вьетнаме. Однако ни один из них не соответствует истинному определению коммунизма. Вместо этого можно сказать, что они находятся на переходной стадии между концом капитализма и установлением коммунизма.Такой этап был обозначен Карлом Марксом, и он включал создание диктатуры пролетариата. В то время как все пять стран имеют авторитарные правительства, их стремление к ликвидации капитализма является дискуссионным.

Чем коммунизм отличается от социализма?

Чем именно коммунизм отличается от социализма, давно является предметом споров. Карл Маркс использовал эти термины как синонимы. Однако для многих различие можно увидеть в двух фазах коммунизма, обозначенных Марксом.Первая — это переходная система, в которой рабочий класс контролирует правительство и экономику, но все же платит людям в зависимости от того, как долго, усердно или хорошо они работают. Капитализм и частная собственность существуют, хотя и в ограниченной степени. Этот этап широко известен как социализм. Однако в полностью реализованном коммунизме Маркса в обществе нет классового разделения, правительства или личной собственности. Производство и распределение товаров основано на принципе «От каждого по способностям, каждому по потребностям.»

Каковы истоки коммунизма?

Хотя термин коммунизм не использовался до 1840-х годов, общества, которые можно считать коммунистическими, были описаны еще в 4 веке до нашей эры, когда Платон написал Республика . В этой работе описывалось идеальное общество, в котором правящий класс посвящает себя служению интересам всего сообщества. Первые христиане практиковали простую форму коммунизма, а в Utopia (1516) английский гуманист Томас Мор описал воображаемое общество, в котором деньги упразднены, а люди делятся едой, домами и другими благами.Однако коммунизм наиболее широко отождествляется с Карлом Марксом, который очертил систему вместе с Фридрихом Энгельсом в «Манифесте коммунистической партии » (1848 г.). Принятие Марксом коммунизма отчасти было вызвано несправедливостью, вызванной промышленной революцией.

Как и большинство писателей XIX века, Маркс имел тенденцию использовать термины коммунизм и социализм как синонимы. В своей книге «Критика Готской программы » (1875 г.), однако, Маркс определил две фазы коммунизма, которые последуют за предсказанным ниспровержением капитализма: первая будет переходной системой, в которой рабочий класс будет контролировать правительство и экономику, но все еще остается. считают необходимым платить людям в зависимости от того, как долго, усердно или хорошо они работали, и второй будет полностью реализованным коммунизмом — обществом без классового разделения или правительства, в котором производство и распределение товаров будет основано на принципе « От каждого по способностям, каждому по потребностям.Последователи Маркса, особенно русский революционер Владимир Ильич Ленин, подхватили это различие.

В Государство и революция (1917) Ленин утверждал, что социализм соответствует первой фазе коммунистического общества Маркса, а коммунизм — второй. Ленин и большевистское крыло Российской социал-демократической рабочей партии усилили это различие в 1918 году, через год после захвата власти в России, приняв название Всероссийская коммунистическая партия. С тех пор коммунизм в значительной степени, если не исключительно, отождествлялся с формой политической и экономической организации, разработанной в Советском Союзе и впоследствии принятой в Китайской Народной Республике и других странах, управляемых коммунистическими партиями.

Фактически, большую часть ХХ века около трети населения мира жило при коммунистических режимах. Эти режимы характеризовались правлением единой партии, которая не терпела оппозиции и небольшого инакомыслия. Более того, вместо капиталистической экономики, в которой люди соревнуются за прибыль, партийные лидеры установили командную экономику, в которой государственная собственность и ее бюрократы определяли заработную плату, цены и производственные цели. Неэффективность этих экономик сыграла большую роль в распаде Советского Союза в 1991 году, а остальные коммунистические страны (за исключением Северной Кореи) теперь допускают усиление экономической конкуренции, сохраняя при этом однопартийное правление.Еще неизвестно, удастся ли им добиться успеха в этом начинании. Однако успех или поражение коммунизм явно не та сила, которая потрясла мир, как это было в 20 веке.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Историческая справка

Хотя термин коммунизм не использовался до 1840-х годов — он происходит от латинского communis , означающего «разделяемый» или «общий», — представления об обществе, которое можно считать коммунистическим, появились еще в 4 век до н. Э.В идеальном состоянии, описанном Платоном в Republic , правящий класс стражей посвящает себя служению интересам всего сообщества. Платон утверждал, что, поскольку частная собственность на товары развращает их владельцев, поощряя эгоизм, опекуны должны жить большой семьей, которая совместно владеет не только материальными благами, но также супругами и детьми.

Другие ранние представления о коммунизме черпали вдохновение в религии. Первые христиане практиковали простой вид коммунизма — как описано, например, в Деяниях 4: 32–37 — и как форму солидарности, и как способ отказа от мирской собственности.Подобные мотивы позже вдохновили формирование монашеских орденов, в которых монахи принимали обеты бедности и обещали разделить свои немногочисленные мирские блага друг с другом и с бедными. Английский гуманист сэр Томас Мор расширил этот монашеский коммунизм в книге Utopia (1516), описывающей воображаемое общество, в котором деньги упразднены, а люди делятся едой, домами и другими благами.

За ними последовали и другие вымышленные коммунистические утопии, в частности Город Солнца (1623) итальянского философа Томмазо Кампанелла, а также попытки претворить коммунистические идеи в жизнь.Возможно, наиболее примечательным (если не сказать печально известным) из последних была теократия анабаптистов в вестфальском городе Мюнстер (1534–1535 гг.), Закончившаяся военным захватом города и казнью его лидеров. Английские гражданские войны (1642–1651 гг.) Побудили диггеров отстаивать своего рода аграрный коммунизм, при котором Земля была бы «общей сокровищницей», как предполагал Джеррард Уинстенли в «Законе свободы » (1652) и других работах. Это видение не разделял протекторат во главе с Оливером Кромвелем, который жестко подавил диггеров в 1650 году.

Ни религиозный переворот, ни гражданская война, а технологическая и экономическая революция — промышленная революция конца 18-го и начала 19-го веков — дала импульс и вдохновение для современного коммунизма. Эта революция, которая достигла больших успехов в экономической производительности за счет все более и более несчастного рабочего класса, подтолкнула Маркса к мысли о том, что классовая борьба, господствовавшая в истории, неизбежно ведет к обществу, в котором процветание будет разделяться всеми благодаря общему владению всем миром. средства производства.

Раскол большевиков и меньшевиков | История сегодня

57 делегатов Второго съезда крохотной, сварливой и явно неэффективной Российской социал-демократической рабочей партии собрались 30 июля 1903 года на заброшенном блохами складе муки в Брюсселе. Георгий Плеханов, уважаемый ветеран русского марксизма, был избран председателем, но делегаты почувствовали себя не в своей тарелке в Бельгии и переехали в Лондон, где власти могли их игнорировать. Их занятия проходили в рыболовном клубе с рыболовными трофеями на стенах и в помещениях пабов и кафе.Встречи были чрезвычайно бурными, с множеством ожесточенных споров, скандалов и бесконечных раздоров, когда каждая крошечная точка была расчленена и проанализирована. Стало ясно, что партия раскололась на две группы: большевиков («большинство») и меньшевиков («меньшинство»).

Большевики заявили права на это имя после того, как добились своего в споре из-за редакции партийной газеты Искра («Искра» — которая должна была «разжечь большой пожар»). Меньшевики неразумно приняли это наименование, хотя на самом деле они были чаще в большинстве.Обе группы были энтузиастами разрушения капитализма и ниспровержения царского режима, но меньшевики во главе с Мартовым поддерживали большую, слабо организованную демократическую партию, члены которой могли согласиться во многих пунктах. Они были готовы работать с либералами в России и не сомневались в применении насилия. Большевики во главе с Лениным были жесткими революционерами, которые не боялись бы угрызений совести, если бы купили им выпивку.

Ленину не было времени на демократию и доверие масс.Он хотел создать небольшую, плотно организованную и строго дисциплинированную группу, состоящую из постоянных членов, которые выполняли бы то, что им велят, следовали линии партии во всем, и царской полиции было бы намного труднее проникнуть в нее. (Один из членов оргкомитета конгресса, как оказалось, был агентом российской тайной полиции.)

В своих записях тогда Ленин называл свою группу «твердыми», а своих оппонентов — «мягкими». Когда один из делегатов посетовал на то, что недоброжелательное отношение портит съезд, Ленин резко ответил, что, наоборот, ему нравится хорошая открытая борьба вместо бесконечных безрезультатных разговоров.Его позиция подвергалась критике как элитарная и тираническая. Молодой Троцкий, ныне и на долгие годы меньшевик, как сообщается, однажды сказал Ленину: «Вы защищаете диктатуру», на что Ленин ответил: «Другого пути нет».

Ленин, которому сейчас было 33 года. (Мартову было 29, Троцкому 23), он запустил «Искру » в сотрудничестве с Плехановым в Мюнхене в 1900 году и был главным редактором газеты, в которой он, Мартов и Плеханов были основными авторами. Съезд решил создать центральный комитет, который курировал бы новый партийный совет и новую редакцию Искры .Ленин был полон решимости получить полный контроль над этим аппаратом и добился сброса трех меньшевиков с правления Искры . При этом Мартов сердито отказался от дальнейшего участия в газете, оставив на время Ленина командовать.

Конгресс завершился 23 августа, и на следующий день Ленин, хорошо знавший Лондон, отвел некоторых делегатов в Музей естественной истории и зоопарк, после чего последовал почтительный визит к могиле Карла Маркса на Хайгейтском кладбище.

Триумф Ленина вскоре превратился в унижение. На конференции партии «Зарубежный союз» в Женеве в конце октября Мартов нанес на него сокрушительную личную атаку. На митинге было встроено меньшевистское большинство, и Ленин, который пытался помешать его проведению, а затем безуспешно собрал его, вылетел из комнаты и захлопнул за собой дверь. 16 ноября он заявил о выходе из редакции и партийного совета. «Искра » отныне была меньшевистским органом.Теперь раскол был безвозвратным. Все попытки исправить это разбивались о непримиримую ненависть Ленина к меньшевикам, и он сосредоточился на создании эффективной машины для своих послушных последователей с роковыми последствиями.

Банкиры и большевики — Институт внешней политики

Когда Владимир Ленин, Лев Троцкий и их соратники-большевистские лидеры начали коммунистическую революцию в 1917 году, они рассматривали Россию как «самое слабое звено» в цепи глобального капитализма.Книга Хасана Малика «Банкиры и большевики: International Finance и русская революция» предполагает, что это мнение было правильным. В своем отчете Малик использует архивы российского правительства и часто недоступные архивы банков в Лондоне, Париже и Соединенных Штатах, чтобы объяснить, как Императорская Россия стала первым развивающимся рынком для инвестиций — и как он рухнул в результате анти- капиталистическая революция.

Малик считает, что дореволюционная Россия застряла в напряженных переговорах между российским правительством и мировым финансовым сообществом о необходимости инвестиций в Россию.Он подробно описывает, как увеличение иностранных инвестиций в российскую экономику повлияло на национальную политику. Когда большевики пришли к власти, они отказались от того, что они считали «одиозным долгом» в 1918 году, что спровоцировало один из крупнейших дефолтов в истории. В то время большинство наблюдателей от России не подозревали, что что-то подобное может случиться, утверждает Малик. Тем не менее, бум спекулятивного кредитования Российской империи затуманил глаза иностранных инвесторов на лежащие в основе политические риски — и затуманил глаза российского правительства на хрупкость его политической системы.

Малик начинает свое обсуждение с обзора политики министра финансов Сергея Витте по привлечению иностранных инвесторов. Традиционно Витте считался модернизирующимся государственным деятелем. Анализируя наследие Витте, Малик интерпретирует операционные и финансовые вопросы как вопросы политической стратегии. Для Малика ориентация Витте на привлечение иностранных инвестиций и его движение к золотому стандарту были долгосрочными тенденциями в российской экономической политике, которые предшествовали его назначению. Скорее, Витте следует оценивать в плане ориентации финансовой политики на конкретных иностранных кредиторов, прежде всего на Францию, а не на Германию, Лондон или Нью-Йорк.Здесь, утверждает Малик, Витте имел правильную тактику, но неправильную стратегию. Витте не удалось диверсифицировать базу финансирования России, в результате чего Россия оказалась в большой зависимости от Франции и французских рынков капитала.

Малик подчеркивает риски для стратегии Витте полагаться на иностранные инвестиции, анализируя иностранный заем, который Россия получила в 1906 году, сразу после катастрофической русско-японской войны 1904-1905 годов и антиправительственных протестов в 1905 году, потрясших царское правительство. основной. Витте описал 2.Кредит в 25 миллиардов франков как «кредит, который спас Россию» — и действительно, он стабилизировал российский бюджет. Здесь тоже, как утверждает Малик, общепринятое мнение об успехе ссуды упускает из виду ключевой момент. Расширение зависимости России от внешних заимствований усилило риск, с которым царское правительство столкнулось внутри страны и за рубежом. Внутри страны заем стал сплотом либеральной и более радикальной оппозиции против правительства. Радикальные революционеры во главе с молодым Троцким бросили вызов правительству своим «финансовым манифестом», призывающим сделать Россию менее зависимой от международного капитала и защитить мелких держателей облигаций, а не крупных иностранных капиталистов.Этот манифест объединил большую часть российской оппозиции, от социалистов до либеральной кадетской партии — даже таких иностранцев, как редакция журнала The Economist . Иными словами, «заем, который спас Россию», ввел Россию в противоречие внутри страны и усилил ее зависимость от иностранных финансов.

Чтобы получить доступ к этому обзору, щелкните здесь.

Большевики — Исторический очаг

Большевики родились из Социал-демократической партии России.Когда в 1903 году партия раскололась, у большевиков был только один явный лидер — Ленин.

В последние годы 19 века социал-демократы конкурировали с множеством других идеологий в России. В эти идеологии входили эсеры и народники. Как и в случае со многими движениями, основанными на чистой идеологии, социал-демократы часто спорили о своих убеждениях и о том, куда им следует идти для их дальнейшего развития. Интеллектуалы в движении, такие как Плеханов и Юлий Мартов, проводили время в дебатах, а не на том, чтобы на самом деле донести свои убеждения до рабочих и крестьян.Именно в результате этого Ленин написал в 1902 году «Что делать». Работа была тайно ввезена в Россию и ясно выражала его взгляды на то, что социал-демократы должны делать как партия. Ленин напал на членов партии, которые «довольствовались ожиданием, пока история пойдет своим предопределенным курсом». Вместо того, чтобы ждать, Ленин хотел дать толчок решению проблемы, в которую он верил, чтобы добиться цели, а не ждать полемики.

«Что делать?» — это атака на ревизионизм — главного противника марксизма.Это было началом того, что называют марксизмом-ленинизмом. Ленин отвергал терроризм и видел путь вперед в создании социал-демократами высшего организационного органа за границей (где он был бы более безопасен от российской полиции) с подчиненным центральным комитетом, базирующимся в самой России. Первоочередной задачей ЦК было выполнение указаний того, что называлось «Правлением Искры», поскольку в основе высшего органа лежали Ленин, Мартов, Плеханов и Вера Засулич — все члены редакционной коллегии «Искры».

Когда лидеры социал-демократов встретились в Лондоне в 1903 году, казалось, что идеи Ленина, изложенные в «Что делать», будут приняты. Однако вскоре возникли разногласия относительно того, как должна действовать партия — с революционной элитой, которую предпочитал Ленин, или с менее организованной базой, которая не была бы элитарной. Делегаты Еврейского социалистического союза (Бунд) покинули съезд. Они считали, что все, что было сказано на съезде, никак не облегчит страдания евреев в России.Следующей причиной разногласий стал аргумент Ленина о том, что для повышения эффективности работы редакции «Искры» ее нужно сократить с шести человек до трех. Его точка зрения получила поддержку, которую нужно было передать, но не со стороны Мартова, который был членом газеты и который должен был расколоть социал-демократов и сначала возглавить меньшевиков.

Хотя Мартов и Ленин могли быть в одной партии и разделять схожие взгляды до раскола, они оба не любили друг друга. В частности, Мартов не доверял Ленину — особенно его методам и его бескомпромиссным требованиям, чтобы все делалось по-своему.В результате раскола Ленин вышел из «Искры» и сопротивлялся всем попыткам исправить большевистско-меньшевистский раскол.

Большевики финансировали свою работу за счет грабежей, поддерживаемых партией, — что Ленин называл «прискорбной необходимостью». Преследовались только лица или учреждения, несущие государственные средства.

Большевики сыграли минимальную роль в революции 1905 года. Их влияние и влияние на рабочих в тот год было слабым. В марте 1905 года в Санкт-Петербурге большевики признали, что они могут собрать только 200 сторонников во всем городе, тогда как эсеры утверждали, что могут заручиться поддержкой 10 000 — почти наверняка преувеличение — но указание на то, что социалисты-революционеры имел гораздо большую поддержку в городе, которую большевики должны были иметь на своей стороне, чтобы революция увенчалась успехом.

Почему отсутствовала поддержка партии, которая хотела улучшить образ жизни бедных? Причин несколько. Во-первых, действия полиции означали, что большевики должны были действовать очень осторожно, поскольку любой промах был бы воспринят властями; во-вторых, почему рабочие в городе поддерживали партию, когда у них были, казалось бы, более популярные социалисты-революционеры? Наконец, нет никаких сомнений в том, что самому Ленину не доверяли полностью по сравнению с руководством эсеров.

К апрелю 1905 года раскол между большевиками и меньшевиками стал постоянным. Иерархия большевиков провела собрание в Лондоне, чтобы решить, что делать дальше, тогда как меньшевики, как бы подчеркивая раскол, провели собрание в то же время — но в Женеве, Швейцария. Ни один меньшевик не поехал в Лондон, ни один большевик не поехал в Женеву. Любопытно, что, несмотря на очевидные признаки, большевики в Лондоне проголосовали за воссоединение социал-демократов, но затем приступили к избранию центрального комитета, в котором доминировал тот человек, который предполагал, что такое воссоединение не состоится, если это не будет сделано по его инициативе. термины — Ленин.

Ленин также знал, что для того, чтобы заслужить доверие к большевикам, они должны обратиться к рабочему классу России. Это означало не давать обещаний, которые невозможно сдержать.

Почему большевикам это удалось?

Вероятно, самым важным фактором был сам Ленин. Он был целеустремленным человеком, который считал, что те, кто будет руководить рабочими, должны быть образованной элитой, способной делать то, что необразованное большинство не может. Он также разработал ряд убеждений, которые понравятся рабочему классу.

У большевиков не было идеологии, подчеркивающей высокие идеалы. У них была непосредственная программа на время, когда они придут к власти, но у них было мало планов, что делать после того, как они придут к власти. Сразу после прихода к власти большевики пообещали, что они выведут Россию из Первой мировой войны и потребуют мира с немцами, они передадут землю крестьянам и передадут им власть в своих сельских общинах, а также создадут рабочих. Советы на заводах, которые работали над улучшением условий труда и общего образа жизни тех, кто работал в промышленных городах.Такая смесь верований была по-настоящему популярна как в городских, так и в сельских районах, а также обеспечила притяжение большевиков к двум крупнейшим социальным группам России.

Если меньшевики не желали форсировать события, то большевики были наоборот. Ленин считал, что даже на массы нельзя полагаться, чтобы они двигались так, как он хотел, — поэтому большевики должны были быть партией, которая инициировала действия.

Для Ленина практические вопросы были важнее разработки идеологических теорий.В то время как массы могут помочь в практических вопросах, они почти наверняка не поймут теоретических дебатов и не поймут, почему время тратится на теорию. У Ленина всегда была одна цель — добиться своей цели. Для этого у Ленина не было установленного метода работы и эффективного, он считал, что любой метод приемлем, пока цель была достигнута.

Великая сила Ленина заключалась в его способности организовывать партию — и многое из этого приходилось делать тайно до ноября 1917 года. Хотя он был безжалостным человеком, он также был тем, кто распознавал талант других.Лев Троцкий присоединился к меньшевикам в результате раскола 1903 года, но позже был принят в ряды большевиков и стал важным членом партии. Мастерство Троцкого как военачальника, его зажигательное ораторское искусство и преданность революции в сочетании с умением Ленина как организатора, понимающего мельчайшие детали, привели к очень мощной комбинации. Их мастерство заразило остальную партию энтузиазмом и энергией, которые были жизненно важны в ноябре 1917 года и в месяцы, последовавшие сразу после прихода большевиков к власти в России.

Ноябрьская революция 1917 года — классический пример совместной работы Ленина и Троцкого. Планирование революции было сделано Лениным, фактическое исполнение задуманного Лениным было почти осуществлено Троцким. Однако все это не имело бы смысла, если бы то, что предлагали большевики, им не нравилось. Тысячи солдат дезертировали из армии и возвращались домой — они, безусловно, поддерживали любую партию, которая призывала к прекращению войны. Война также вызвала голод в городах и недовольство в деревне.Эсеры традиционно были сильны в деревне, но к 1917 году им не удалось добиться ничего конкретного. Теперь Ленин пообещал этим людям землю. Сообщение было недвусмысленным и быстро было воспринято. Послание Ленина «Мир, хлеб и земля» нашло широкое признание.

Похожие сообщения

  • Меньшевики составляли меньшинство Социалистической демократической партии, когда они раскололись в 1903 году. Ленин призвал небольшую сплоченную элиту, которая…

  • Когда большевики захватили власть в Петрограде в ноябре 1917 года, они столкнулся со многими проблемами.Не в последнюю очередь был тот факт, что большевики контролировали только…

  • Политические реформы 1919 года. Ленин был убежденным сторонником того, что политические реформы должны сопровождать экономические реформы. Во время гражданской войны большевикам пришлось…

Как Германия положила начало русской революции | Европа | Новости и текущие события со всего континента | DW

Цюрих, 9 апреля 1917 г .: 32 русских эмигранта на вокзале ждут отправления.Но они там не единственные. На путников раздаются крики «предатели, негодяи, свиньи». Присутствуют и сторонники группы, поющие «Интернационал». На короткое время рельсы перекрыты, затем поезд трогается с места.

Зафрахтованный в Германии поезд был предоставлен кайзером Вильгельмом II с целью содействия русской революции. В одном из вагонов сидел никто иной, как Владимир Ильич Ульянов, более известный как Ленин. С помощью немцев Ленин покинул ссылку в Швейцарии и через неделю прибыл в пункт назначения: Петроград, который позже был переименован в Ленинград, а затем снова стал нынешним Санкт-Петербургом.

«Он работает по нашему желанию», — сказало немецкое военное руководство о Ленине.

В России только закончилась Февральская революция, царь Николай II был смещен с престола, временное правительство находилось у власти, а октябрьский Революции еще не было видно.

Прусские штыки и русские пролетарские кулаки

За возвращением Ленина на родину в Берлине следили с большим вниманием.

«Въезд Ленина в Россию удался.Он работает в соответствии с вашими пожеланиями », — было послание высшего армейского командования Германии в министерство иностранных дел.

Политический парадокс, или так может показаться: кайзер Вильгельм II объединил свои силы с коммунистом Лениным. Целью германского императора было окончательно подорвать царскую империю, с которой так называемые Центральные державы — Германия и Австро-Венгрия — воевали с 1914 года.

Подробнее:

Октябрьская революция 100 лет спустя: «Россия не разобрались с прошлым ‘

Из того, что осталось от Октябрьской революции в Санкт-Петербурге.Petersburg

Стратегия Берлина была ясна: Ленин и его большевики должны были дестабилизировать Россию, тем самым — в разгар Первой мировой войны — облегчить бремя боевых действий на Восточном фронте. Германская империя полагалась на старое правило дипломатии: враг моего врага — мой друг. И план сработал.

Идея возникла у человека, взявшего коммунистическое псевдоним «Парвус», или маленького: Исраэля Лазаревича Гельфанда. Это был русский еврей, который в конце 1914 года уже использовал свое влияние, чтобы предложить германскому послу в Константинополе союз «прусских штыков и русских пролетарских кулаков».«Он утверждал, что интересы Германии и русских революционеров совпадают. После некоторого первоначального скептицизма ему была предоставлена ​​аудиенция в Берлине.

Капиталисты и кресельные большевики

Израиль Лазаревич Гельфанд:« маленький », который вызвал у него интерес Revolution?

Гельфанд, любивший стильно жить и окружать себя женщинами, впервые приехал в Германию в 1891 году. Он писал для левых газет под разными псевдонимами и встречался со всеми ведущими коммунистами того времени: Роза Люксембург, Карл Каутский, Ленин и Лев Троцкий.Однако товарищи не доверяли ему из-за его антисоциалистического образа жизни.

Подробнее: От футболок Че Гевары до сборных домов: как русская революция изменила мир

После кровавого воскресенья 22 января 1905 года, когда царская гвардия расстреляла демонстрантов в Санкт-Петербурге и убила более 200 человек, Гельфанд и Троцкий были среди первых русских ссыльных, которые вернулись домой. Они заняли должности глав советов, но позже были арестованы полицией.

Гельфанд оказался в заключении в Сибири. Ему удалось бежать и, основав бизнес-империю в Константинополе, он стал богатым человеком. Он даже владел банком, из-за чего его старые коммунистические друзья отвернулись от него. Троцкий даже написал «Некролог живому другу».

Однако начало войны в 1914 году предоставило Парвусу возможность проявить свое влияние. После визита к послу Германии в Османской империи он был принят в министерстве иностранных дел в Берлине в феврале 1915 года.

Русская революция на 23 страницах

Русский коммунист с его журналистским прошлым в Германии и успехом в бизнесе в Константинополе написал сценарий революции для Министерства иностранных дел. Это была дорожная карта того, что на самом деле произошло всего несколько месяцев спустя. На 23 страницах машинописного текста Гельфанд подробно описал, как государственный переворот, поддерживаемый иностранцами, может быть успешным. Для него это был вопрос денег, саботажа и свержения правительства. Через месяц германская имперская казна утвердила 2 миллиона марок «для поддержки революционной пропаганды в России.»

Подробнее: Исторический поворотный момент: Возвращение к русской революции

Гельфанд был активен и в личном качестве. Практически не было разделения между его бизнес-интересами и его политическими целями. со всем и вся: оружие, металлы, коньяк, икра, ткань. Дорога на восток была заблокирована боевыми действиями, поэтому его помощники переправляли товары через шведскую деревню на границе с Финляндией, которая в то время была великим княжеством внутри Российской Империи и давали взятки пограничникам.

Вильгельм II (посередине) раскрыл кошелек, чтобы ослабить врага

Фраза «Привет от Ольги» указала на то, что русские революционеры получали больше, чем просто пропагандистскую поддержку. Оружие и динамит также пересекли границу. С помощью этих «подарков из Германии» в Архангельске потопили корабли и подожгли порты. Действия Парвуса координировал посол Германии в Копенгагене граф Ульрих фон Брокдорф-Ранцау, который считал поддержку коммунистов оправданной, если она помогает разрушить военную коалицию.

Произвести революцию в Германии с помощью русских денег?

Хитрый план Гельфанда в конце концов принес свои плоды. 7 ноября 1917 года государственный переворот вошел в историю как Октябрьская революция. Временное правительство было свергнуто, Советский Союз захватил власть, а Россия позже разорвала военный союз Тройственной Антанты с Францией и Великобританией. Для России это был фактически конец войны. Кайзер Вильгельм II потратил около полумиллиарда евро (582 миллиона долларов) сегодняшними деньгами, чтобы ослабить своего военного врага.

Парвус был непосредственным посредником для немецкого кайзера. Немецкая марксистка Клара Цеткин посмертно описала человека, который помог ленинской революции в успехе, как «блудницу империализма». Гельфанд умер от инсульта в Берлине в 1924 году, в возрасте всего 57 лет. И Советский Союз, и Германская империя замолчали по поводу той исторической роли, которую он сыграл.

Ленин был ненадолго дискредитирован среди российских коммунистов как получатель капиталистической поддержки, но после убийства царя и его семьи 17 июля 1918 года он перешел в наступление.На партийной конференции он сказал, что его часто обвиняли в том, что он добился революции только с помощью немецких денег. Он возразил, что этого никогда не отрицал. Вместо этого он настаивал: «Однако я хотел бы добавить, что мы устроим аналогичную революцию в Германии на российские деньги».

  • 8 революционных музыкальных произведений

    Музыка революции

    Во многих странах композиторы писали произведения в поддержку революции. Французская революция 1789 года нашла свое отражение в многочисленных композициях.На музыкантов повлияли и другие восстания. Девиз Бетховенфеста, который в этом году пройдет в Бонне с 9 сентября по 9 октября, — «Революции», и некоторые из этих произведений есть в афише.

  • 8 революционных музыкальных произведений

    «Янки Дудл», песня о независимости Америки

    Одна из самых известных патриотических народных песен США «Янки Дудл» была исполнена американскими революционерами, которые хотели оторваться от британцев. Империя; им это удалось в 1776 году.В Декларации независимости Томас Джефферсон подчеркнул важность свободы и равенства для всех людей — ценностей, которые вскоре были подхвачены Французской революцией.

  • 8 революционных музыкальных произведений

    Месса «Коронационная месса для Наполеона»

    Этьен-Николя Мехул считается революционным композитором по преимуществу. Наполеон поручил ему сочинить один из самых известных гимнов того времени — «Le Chant du départ» (Песня отъезда).Однако Наполеона не интересовала торжественная месса, которую Мехул сочинил для своей коронации. Если это произведение было в значительной степени забыто, оно, по крайней мере, вдохновило Людвига ван Бетховена на его Пятую симфонию.

  • 8 революционных музыкальных произведений

    Опера спасения Керубини

    Луиджи Керубини тоже был движим духом революции. Его хит 1800 года «Водовоз» представляет собой образец музыкального жанра под названием «опера-спаситель», в котором преследуемый персонаж спасается.В творчестве Керубини водовоз приходит на помощь политически преследуемому графу, разделяющему его прогрессивные взгляды. Говорят, что опера оказала влияние на «Фиделио» Бетховена.

  • 8 революционных музыкальных произведений

    «Героика» Бетховена

    Третья симфония Бетховена, более длинная и выразительная, чем все, что было написано до того времени, вышла за рамки в 1803 году. Бетховен посвятил это поистине революционное произведение Наполеону.Но когда Наполеон провозгласил себя императором, предав тем самым идеалы свободы, равенства и братства, Бетховен отозвал посвящение.

  • 8 революционных музыкальных произведений

    «Кантата Октябрьской революции» Прокофьева

    В 1937 году, к 20-летию Октябрьской революции, Сергей Прокофьев написал праздничную кантату. Хоровая симфония для 500 музыкантов и певцов включала звуковые эффекты — даже стрельбу, пулеметы и звонки тревоги.Сопровождаемое текстами Маркса, Энгельса и Ленина, это могущественное произведение было подвергнуто цензуре Сталиным и впервые было исполнено в 1966 году в упрощенной версии.

  • 8 революционных музыкальных произведений

    «Ода Наполеону» Шенберга

    В 1814 году поэт и борец за свободу лорд Байрон написал «Оду», высмеивающую Наполеона. В 1942 году, во время нацистской диктатуры, Арнольд Шенберг положил оду Байрона на музыку в обстановке для говорящего голоса, фортепиано и струнного квартета.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *