Кто из династии романовых был первым царем – Первый царь из рода Романовых

Первый царь из рода Романовых

11 (24) июля 1613 г. митрополит Казанский Ефрем совершил обряд Венчания на царство Михаила Федоровича Романова.

Михаил Федорович Романов (12 июля 1596—13 июля 1645) — первый русский царь из династии Романовых (правил с 24 марта 1613 года). После смерти Патриарха Ермогена (Гермогена) Русская земля «обезглавилась». «Третий Рим» оказался и без Царя, и без Патриарха. Впервые в русской истории был созван Совет Земли Русской — не по воле верховной церковной или высшей светской власти, а по воле народа. Земский собор, проходивший в Москве в январе — феврале 1613 годабыл самым представительным из всех Земских соборов. Его собрания проходили в Успенском соборе, так как в Москве в тот период не существовало иного помещения, способного вместить столь многочисленное общество. По заключению историка С.Ф. Платонова, в Соборе приняло участие не менее 700 «делегатов» (при избрании Годунова их насчитывалось 476). Это было действительно «Русское национальное собрание», представители которого особо были озабочены тем, чтобы их решение выразило волю «всей земли». Выборные хотя и имели широкие полномочия, но свои решения всё-таки рассылали на опрос городов. Собравшись после многолетних жестоких событий, междоусобицы, люди были разделены недавним прошлым. Оно ещё было живо, и на первых порах давало о себе знать взаимными упрёками и обвинениями, тем более что среди претендентов на русский престол фигурировали лица и роды, напрямую втянутые в политические коллизии Смуты: князь Д.Т. Трубецкой, князь В.В. Голицын, князь Ф.И. Мстиславский, князь Д.М. Пожарский и некоторые другие.

 Все они отличались древностями рода, но ни у одного из них не было явных преимуществ на трон. Называлось и имя шестнадцатилетнего племянника царя Фёдора Ивановича, боярина Михаила Романова. Авраамий Палицын, келарь Свято-Троицкого монастыря(Лавры), вспоминал: «И многие дни о том говорили всякие люди всего Российского Царствия с великим шумом и плачем». Впервые имя боярского сына как единственного лица, достойного царского сана, после падения царя Василия Шуйского летом 1610 года назвал Патриарх Ермоген. Но тогда слова Святого Пастыря не были услышаны. Теперь же они приобрели характер великой исторической политической акции. Решение в пользу Михаила Романова оказалось всеобщим. Как справедливо заключил один из авторов, «только внушением Святого Духа можно объяснить столь единодушное решение собрания людей, которые ещё год назад смотрели один на другого, как на злейших врагов». О Соборе 1613 года, ставшего судьбоносным в истории России, много написано и сказано.«Различные группировки продвигали своих кандидатов, блокировали других. Дело грозило затянуться. И тут был найден компромисс. Казаки выкликнули имя 16-летнего Михаила Романова, который после освобождения Кремля находился в своей вотчине в Костромском уезде... Боярство также поддержало его, так как Романовы входили в элиту русской аристократии, а Михаил приходился внучатым племянником Анастасии Романовой, первой жене Иоанна Грозного. Кроме того, боярская группировка не отказалась от старой идеи — поставить на русский трон зависимого от неё монарха и тем самым ограничить самодержавныйдеспотизм. Один из влиятельных бояр-выборщиков утверждал: «Миша Романов молод, разумом ещё не дошёл, и нам будет поваден». По бесхитростному замечанию летописца, «многие же от вельмож, желающее царем быть, подкупахуся, многи и дающи и обещающи многие дары».Как бы то ни было, но в том, что 21 февраля 1613 года в Успенском соборе, перед главным алтарём Руси, имя Михаила Фёдоровича Романова было единогласно утверждено, — явлен был знак особой Божией благодати Руси.

 В Смуту дважды до того Русская земля, на земских соборах 1598 и 1606 годов, провозглашала царя и дважды ошибалась. Эти неудачи слишком дорого стоили, и об этом все знали. Речь шла не о «выборе», как некоей механической процедуре получения максимального числа голосов тем или иным претендентом, а об установлении «достойности». О православном восприятии процедуры цареизбрания очень хорошо написал генерал М.К. Дитерихс (1874 – 1937), занимавшийся расследованием обстоятельств убийства Царской семьи в Екатеринбурге. Он составил об обстоятельствах того злодеяния подробный отчёт. Одновременно генерал провёл историческую реконструкцию народных представлений о царской власти, в системе понимания которых события 1613 года имели ключевое значение. «К Михаилу Фёдоровичу Романову, — писал М.К. Дитерихс, — нельзя применить определения, что он был «выборный царь», так как те действия, которые имели место на Земском Соборе 1613 года, совершенно не подходят к понятиям о «выборах», установленных правилами и тенденциями современных «гражданских идей»... Дебаты на Земском Соборе сосредотачивались не на вопросе «кого избрать», а на вопросе «кто может быть царём на Руси» соответственно тем идеологическим понятиям о власти, которые существовали в то время в русском народе «всея земли»... Земские люди 1613 года, собравшись на «выбирание» Государя, предоставляли «избрать» Царя Господу Богу, ожидая проявления этого избрания в том, что о Своём Помазаннике Он вложит в сердце «всех человецех единую мысль и утверждение». Царя посылает людям Господь, и посылает тогда, когда они сподобятся заслужить Его милость. И удел земных разглядеть этот промыслительный дар и принять с благодарственной молитвой. Таков высший духовный смысл события, происшедшего 21 февраля 1613 года в Успенском соборе Московского Кремля.

Даже при самой тщательной документальной реконструкции ситуации 1613 года значение события, его внутренний смысл невозможно постичь без учёта промыслительного предопределения. Ибо все фактурные доказательства и логические аргументы всё-таки не проясняют главного: почему же именно Михаил Романов стал царём на Руси. Михаил Романов мало кому был известен. Отец Фёдор Никитич (ок. 1564–1633), принявший монашество в 1601 году под именем Филарета, томился в польском плену. Мать, принявшая по принуждению Годунова постриг под именем Марфы, находилась в монастыре. Все главные боярские роды, передравшиеся за свои преимущества, фактически склонились в пользу царя-иностранца. И только праведный Патриарх Ермоген в своём молитвенном усердии распознал имя будущего царя. Народ и все делегаты Собора, просвещённые Святым Духом, склонились безропотно в пользу единого решения. Как заметил С.Ф. Платонов, «по общему представлению, Государя сам Бог избрал, и вся земля Русская радовалась и ликовала». Участник тех событий келарь Троице-Сергиева монастыря (Лавры) Авраамий Палицын заключил, что Михаил Фёдорович «не от человека, но воистину от Бога избран». Он видел доказательство этой исключительности в том, что при «собирании голосов» на Соборе не случилось никакого разногласия. Сие же могло случиться, как заключал Палицын, только «по смотрению Единого Все- сильного Бога». Уже после избрания Михаила, после рассылки грамот о том «во все концы Русской земли» и после присяги и крестоцелования — даже после всего этого в Москве не знали, где находится новый Царь. Направленное к нему в начале марта 1613 года посольство отбыло в Ярославль, или «где он, Государь, будет». Избранник же скрывался в костромской родовой вотчине «Домнино», а позже вместе с матерью переехал в костромской Ипатьевский монастырь, где его и отыскала делегация Земского Собора. Как известно, первоначально и сама инокиня Марфа, и её сын Михаил наотрез отказались от царской участи… «Божие бо есть дело, а не человеческий разум...» В событиях 1613 года победили не мирские страсти, не «политические технологии», не групповые интересы, а религиозная Идея. Михаил стал царём не по воле родовитых и именитых, не по воле родителей, и не в силу прагматических или корыстных расчётов тех или иных сил, а, как заключил исследователь, «давлением народной массы». Отражением этого национального воодушевления стала Утверждённая Грамота об избрании на Московское Государство Михаила Фёдоровича Романова, подписанная участниками Собора и составленная в мае 1613 года. В «Грамоте» приведены различные эпизоды последующих часов, когда решалась будущая судьба Руси и когда мать и сын упорно говорили «нет» на все стоны и мольбы собравшего народа. Тогда архиепископ Феодорит выступил с пастырским поучением, начав его словами: «Милосердный государь Михайло Фёдорович! Не буди противен Высшего Богу промыслу, повинися святой Его воле; никто же боправеден бывает, вопреки глагола судбам Божиим». Архипастырь изложил евангельское понимание долга христианина, сослался на авторитет Святых Отцов Церкви и привёл в качестве Богоизбранности единогласное решение Собора. «Глас Божий — глас народа». Владыка не ограничился оглашением неколебимых инозаконных правил и обратился к историческим примерам, связанным с историей Второго Рима. Это очень важный момент, позволяющий понять, что в русском сознании «русская история» и «греческая история» существовали в едином понятийном пространстве. «Греческое Царство» давало образцы того, как «надо» и как «не надо» жить и править. И те и другие на Руси знали и черпали в давнем кладезе опыта ответы на свои, казалось бы, совсем местные вопросы. Задание для христианской власти одно и то же во все времена. Потому Феодорит и ссылался на примеры Равноапостольного Константина, императоров Феодосия Великого, Юстиниана и других цареградских императоров и василевсов, правивших по воле Божией и утверждавших Дело Христа на земле. Такая же участь уготована и Михаилу Фёдоровичу, и он как христианин не может уклониться от исполнения Воли Всевышнего. Мольбы и увещевания сломили упорство инокини Марфы и юного Михаила. Мать обратилась к сыну со словами: «Божие бо есть дело, а не человеческий разум; аще бо на то будет воля Божия, буди так, и се сотвори». И Михаил, обливаясь слезами, принял царскую ношу как христианское послушание. Михаил Романов прибыл в Москву, а 11 июля 1613 года в Успенском соборе состоялось его венчание на царство.

 Михаил Романов стал первым царём новой династии, занимая царский престол с 1613 года по 1645 год. При нём сложился удивительный союз между Священством и Царством, не имевший аналогов ни до, ни после. При Михаиле Фёдоровиче функции «царства» и «священства» были как бы гармонизированы в пользу Церкви, когда духовному пастырю принадлежала решающая роль в мирских делах. Династия Романовых будет править Россией триста с лишним лет, пока трагически не оборвётся, опять же в июле, в подвале Ипатьевского дома... Известно, что Романовы — младшая ветвь одного из древнейших московских боярских родов Кошкиных — Захарьиных — Юрьевых. В самых ранних родословных XVI – XVII веков все единодушно называли прародителем рода Андрея Ивановича Кобылу, боярина великого князя, жившего в XIV веке. Потомки Андрея Кобылы хорошо известны по различным документам средневековой Руси. Но напрасно искать там их фамилии. Тогда была, как принято говорить, трёхчастная форма имени: имя собственное — отца — деда. Фёдор Никитич Романов (отец будущего царя Михаила), его отец Никита Романович Юрьев, затем Роман Юрьевич Захарьин

После заочного избрания на царство Михаила Федоровича Романова Земский собор назначил ехать к нему большую делегацию во главе с рязанским архиепископом Феодоритом. В число делегатов-челобитчиков вошли чудовский, новоспасский и симоновский архимандриты, троицкий келарь Авраамий Палицын, бояре Ф.И. Шереметев и В.И. Бахтеяров-Ростовский, окольничий Ф. Головин, а также стольники, приказные люди, жильцы и выборные от городов. В связи с тем, что точного места нахождения новоизбранного царя никто не знал, наказ им был такой: «Ехать к государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всея Руси в Ярославль или где он, государь, будет». Только в пути делегаты выяснили, что Михаил с матерью находятся в Ипатьевском монастыре недалеко от Костромы, куда они и прибыли 13 марта 1613 года. На следующий день им была назначена аудиенция. Первая реакция инокини Марфы и ее шестнадцатилетнего сына на известие об избрании Михаила царем был решительный отказ, как отмечают летописи, «с гневом и слезами». Под этим отказом были серьезные причины, ибо мало в истории найдется примеров, когда бы новый государь в столь молодом возрасте вступал на престол в такой крайне сложной обстановке. Главная трудность заключалась в том, что государство находилось в состоянии войны сразу с двумя державами – Польшей и Швецией, которые, оккупировав часть российской территории, выставляли своих кандидатов на московский престол. Более того, у одного из противников в качестве пленника находился отец вновь избранного московского царя – Филарет (Федор) Никитич Романов, а вступление сына на престол могло отрицательно сказаться на его судьбе. Тяжелым было и внутреннее состояние Московского царства. Большую опасность для государства продолжали представлять казачий атаман Иван Заруцкий со своей невенчанной женой и ее сыном «царевичем Иваном», имевшие широкую поддержку со стороны казаков и русской вольницы, распоясавшейся за годы Смуты и державшей в страхе население практически всех областей, включая и московские окрестности. Но самая страшная опасность для Михаила и его матери крылась, как тогда говорили, в малодушестве московских людей, которые, присягнув последовательно Борису Годунову, его сыну Федору, Гришке Отрепьеву, Василию Шуйскому, Тушинскому вору, королевичу Владиславу, предали их одного за другим, руководствуясь своими корыстными соображениями. Мать и сын имели полное право опасаться, что нового царя ждет та же участь – измена, а вслед за ней и позорная смерть. Такой судьбы для своего сына инокиня Марфа, конечно же, не желала. И только угроза посольства, что «Бог взыщет на нем конечное разоренье государства», если Михаил откажется подчиниться воле Земли об его избрании на престол, растопило лед недоверия. Марфа благословила сына, и он принял от архипастыря соборные грамоты и державный посох, пообещав в скором времени быть в Москве. Однако путешествие из Костромы в Москву растянулось по времени почти на два месяца. По мере приближения к столице к Михаилу Федоровичу все с большей очевидностью приходило осознание того, что он гол, нищ и недееспособен. Государственная казна была пуста, как и продовольственные запасы царского двора. Армия из-за невыплаты денежного содержания распалась и занималась грабежом ради собственного пропитания. На дорогах хозяйничали разбойники, свои и чужие. Последствиями этого прозрения стали многочисленные царские грамоты, одна за другой уходившие в Москву. В них Михаил, нужно полагать с подачи своих советников, требовал от Земского собора, чтобы бояре, дворяне, торговые люди исполнили свою часть «общественного договора», а именно обуздали разбойничьи шайки, бродившие по городам и весям; очистили дороги от грабителей и убийц, парализовавших всякое перемещение людей и товаров; восстановили дворцовые села и волости, являвшиеся основным источником пополнения царской казны денежными, продовольственными и иными запасами, предназначенными не только для «царского обихода», но и содержания служилых государевых людей. Оскудение же царской казны доходило до того, что царскому поезду не хватало лошадей и подвод, в связи с чем часть сопровождавших царя людей вынуждена была идти пешком. Да и сам стольный город, как свидетельствует соответствующая переписка, не был готов к приему царя, ибо «хором, что государь приказал приготовить, скоро отстроить нельзя, да и нечем: денег в казне нет и плотников мало; палаты и хоромы все без кровли. Мостов, лавок, дверей и окошек нет, надобно делать все новое, а лесу пригодного скоро не добыть». Тем не менее царский поезд медленно, но верно приближался к Москве. С 21 марта по 16 апреля царь находился в Ярославле, 17 апреля он прибыл в Ростов, 23 апреля – в село Сватково, а 25 апреля – в село Любимово. На следующий день, 26 апреля, он торжественно вступил в Троице-Сергиеву Лавру, а в воскресенье, 2 мая, уже «всяких чинов московские люди» вышли за город для встречи своего государя. В тот же день состоялся его торжественный въезд в столицу, а затем и благодарственный молебен в Успенском соборе Кремля. 11 июля 1613 года считается днем рождения новой династии. В этот день Михаил Федорович Романов был венчан на царство. Перед венчанием два стольника – Иван Борисович Черкасский, родственник царя, и вождь-освободитель князь Дмитрий Иванович Пожарский – были возведены в боярское достоинство. После этого в Успенском соборе казанский митрополит Ефрем провел волнующую церемонию помазания и венчания на царство. Ему помогали князь Мстиславский, осыпавший царя золотыми монетами, Иван Никитич Романов, державший шапку Мономаха, боярин князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой со скипетром и новый боярин князь Пожарский с яблоком (державой). На следующий день по случаю царских именин чествовался новый думский дворянин Кузьма Минин. Каких-либо других пожалований, льгот, милостей, подарков простому народу и знатным людям новый царь, в отличие от своих предшественников, дать не мог: казна была пуста. Трудность положения нового царя усугублялась еще и тем, что в его ближайшем окружении, как утверждают исследователи, не оказалось людей если не равных, то хотя бы отдаленно напоминающих митрополита Алексия, Сильвестра, Алексея Адашева или Бориса Годунова. В его команде не было людей, способных сформулировать и последовательно реализовывать государственную программу, отвечающую национальным требованиям русского народа, измученного полувековыми «испытаниями на прочность» опричниной Ивана Грозного, стихийными бедствиями Борисова царствования, иностранным нашествием и внутренними смутами. Как отмечали иностранные наблюдатели, «все приближенные царя – несведущие юноши; ловкие и деловые приказные – алчные волки; все без различия грабят и разоряют народ. Никто не доводит правды до царя; к царю нет доступа без больших издержек; прошения нельзя подать без огромных денег, и тогда еще неизвестно, чем кончится дело…». Первую скрипку в этом «оркестре» играли родственники матери Михаила – Борис и Михаил Салтыковы, заботившиеся исключительно о своем должностном положении и своем обогащении, в то время как герои Первого и Второго народного ополчения были отодвинуты на второй план или вовсе сошли с исторической сцены. Более того, при любой возможности новые фавориты под разными предлогами старались их унизить, ущемить. Так, князь Пожарский, из местнических соображений отказавшийся объявлять боярство новопожалованному боярину Борису Салтыкову, был подвергнут унизительной процедуре – «выдаче головой». Выдача головой– обряд удовлетворения исков. В данном случае дьяк привел пешком князя Пожарского во двор Салтыкова, поставил его на нижнем крыльце и объявил Салтыкову, что царь выдает ему Пожарского головой. Салтыков озвучил Пожарскому его вину перед ним и отпустил со словами: «Повинную голову меч не сечет». Единственное, что спасало Московское царство от возобновления смуты, так это активная позиция и активная роль Земского собора и Боярской думы, которые делали все от них зависящее, чтобы вывести отечество из кризиса. Ведь, по существу, Михаил Федорович, принимая царский венец, как бы делал одолжение земству. Собор, умолявший его принять на себя ответственность за судьбу государства, со своей стороны взял на себя обязательства навести в стране порядок: прекратить междоусобия, грабежи и разбои, создать приемлемые условия для отправления державных функций, наполнить царскую казну всем необходимым для достойного «обихода» царского двора и содержания войска. Всенародно избранный Земский собор начал выполнять свои обязательства сразу же, о чем свидетельствует его переписка с Михаилом. Вот выписка из его доклада царю, еще находившемуся в пути: «Для сбора запасов послано и к сборщикам писано, чтоб они наскоро ехали в Москву с запасами… О грабежах и воровствах заказ учинен крепкий, воров и разбойников сыскиваем и велим их наказывать. Дворян и детей боярских без государева указа с Москвы мы никого не отпускали, а которые разъехались по домам, тем всем велено быть к государеву приезду в Москву». К польскому королю Собор направил посольство с предложением перемирия и размена пленными, а к «заворовавшимся» казакам и многочисленным шайкам «гулящих людей» посланы грамоты с предложением прекратить «братоубийства» и идти служить новоизбранному царю против шведского короля, захватившего Великий Новгород и его окрестности.... Узнав об избрании царем Михаила Романова, поляки попытались помешать ему занять престол. Небольшой отряд поляков отправился в Ипатьевский монастырь с целью убить Михаила, но по дороге заблудился. Простой крестьянин Иван Сусанин, дав "согласие" показать дорогу, завел их в дремучий лес. После пыток Сусанин был зарублен, так и не показав дороги к монастырю, погибли и поляки - покушение не удалось. 

По возвращении в Москву Филарет согласился быть патриархом. С этого момента (1619 г) на Руси фактически было два государя: Михаил - сын, Филарет - отец. Государственные дела решались обоими, отношения между ними, по данным летописей, были дружелюбными, хотя патриарх имел большую долю в правлении. С приездом Филарета кончилось смутное и безвластное время. При Михайле Федоровиче велась война со Швецией, в результате которой по Столбовскому миру 1617 России вернулись Новгородские земли, а берега Балтийского моря остались у Швеции. Не удалось отвоевать Смоленск и ряд русских территорий у Польши во время войны 1632-1634. Успешно были продолжены колонизация Сибири и строительство засечных черт - оборонительных сооружений на южной окраине государства.

www.stsl.ru

Первый Романов. Как царь Михаил Фёдорович царствовал, но не правил | История | Общество

Требуется монарх

В январе 1613 года в Москве приступил к работе Земский собор. Главной его задачей были выборы нового русского царя, которые должны были поставить точку в затянувшейся Смуте.

Взятие Москвы народным ополчением Минина и Пожарского резко сместило акценты в вопросе подбора кандидатов. Вопреки прежним идеям знати, простолюдины высказались вполне определённо — никаких иностранных королевичей нам не нужно, царь должен быть свой.

Не считаться с мнением вооружённого народа было опасно, поэтому основными кандидатами были представители знатных русских родов.

Если бы вопрос мог решаться всенародным волеизъявлением, то победителем стал бы князь Дмитрий Пожарский, военачальник, освободивший Москву, человек, чья биография осталась незапятнанной в период Смутного времени.

Однако именно это и не устраивало большинство представителей русской знати. Те, кто успел послужить и Лжедмитрию I, и Тушинскому вору, и полякам, стремились перевернуть эту неприглядную страницу своей жизни. А чтобы о старых грехах никто не напоминал, необходимо было привести к власти человека из рода, чьи представители также были замешаны в неприглядных делах.

Влиятельный род Романовых отлично подходил под эти требования. Попав в опалу при Борисе Годунове, они вышли на ведущие роли при Лжедмитрии I, служили Лжедмитрию II, участвовали в Семибоярщине и поддерживали приглашение на царство польского королевича Владислава.

Отрок Михаил, сын монаха

Изначально было понятно, что новый монарх будет компромиссной кандидатурой, которая вряд ли понравится всем, но с которой большинство готово будет примириться.

Таким кандидатом оказался 16-летний сын боярина Фёдора Никитича Романова Михаил.

На момент избрания Михаила на царство сложилась удивительная ситуация — родители его были живы, но являлись монахами.

Ни Фёдор Никитич, ни жена его Ксения Ивановна служению Богу жизнь посвящать не собирались. Однако в 1600 году, когда Романовы при Борисе Годунове оказались в опале, их насильно пострили в монахи под именами Филарета и Марфы. А обратного хода в мир без потери чести у них не было.

На момент избрания на царство Михаил с матерью укрывались в Костроме, а Филарет Романов, в 1611 году поссорившийся с поляками, пребывал в плену.

Предание гласит, что инокиня Марфа, к которой прибыли послы, дабы сообщить об избрании сына царём, долго плакала, умоляя избавить его от этой участи. Сам Михаил якобы тоже колебался.

Откровенно говоря, всё это вызывает сомнения. Вопрос решали серьёзные люди, в том числе из клана Романовых, и когда вопрос был решён, мнение подростка и его матушки мало кого интересовало. На кону была судьба государства, кого в такой момент интересуют женские слёзы?

Всё было настолько серьёзно, что конкурента Михаила Фёдоровича, 3-летнего сына Марины Мнишек и Лжедмитрия II, уже после воцарения первого из Романовых публично повесили «за свои злые дела».

Папа может, папа может всё что угодно…

Присланный из Москвы отряд сопровождал Михаила Романова в столицу через крупные города, дабы показать — у Российского государства снова есть монарх.

21 июля 1613 года, за один день до своего 17-летия, в Успенском соборе Московского кремля Михаил Фёдорович Романов был венчан на царство.

Венчание на царство царя Михаила Фёдоровича в Успенском соборе. Источник: Public Domain

Ни о каком самостоятельном государственном управлении речь не шла — власть снова оказалась в руках представителей знатных родов, и в первую очередь, Романовых. В первые годы правления большое влияние на сына оказывала мать, инокиня Марфа.

В 1619 году из плена возвратился отец царя, Филарет Романов, который был возведён в чин Патриарха Московского и Всея Руси. С этого момента именно Филарет становится реальным главой России. Государственные грамоты подписывались одновременно и от имени царя, и от имени владыки церкви.

Было бы неправдой сказать, что управление политическими делами, которое осуществлял Филарет Романов, было неудачным. России удалось отстоять свою независимость в борьбе с Польшей, была восстановлена централизованная власть на всей территории страны, началось постепенное возрождение разрушенной смутой экономики.

Филарет Романов являлся важнейшей фигурой в русской политике вплоть до самой своей смерти в 1633 году.

Патриарх Филарет. Портретная фантазия XIX века. Источник: Public Domain

Отвергнутая невеста

Ну а что же сам царь Михаил? Главное, что от него требовалось, — это укрепить новую династию, избавив страну от кошмара, который начался после пресечения рода Рюриковичей.

Проще говоря, Михаил Фёдорович должен был оставить потомство, желательно — здоровое и многочисленное. В 1616 году, когда царю исполнилось 20 лет, был объявлен смотр невест.

Мать Михаила, инокиня Марфа, выбрала для сына невесту, но тут царь вдруг спутал её планы, указав на дочь коломенского дворянина Ивана Хлопова Марию.

Царское слово — закон, и Марию стали готовить к свадьбе. Но внезапно девушка заболела, у неё открылась рвота.

Инокиня Марфа заявила, что Мария Хлопова серьёзно больна и на роль царицы не подходит. Есть основания думать, что болезнь у Марии произошла не без участия матери царя.

Врачи настаивали — ничего серьёзного не случилось, и девушка сможет родить здоровых детей. Инокиня Марфа утверждала обратное.

Дело дошло до Земского собора, на котором было решено невесту со всей роднёй отправить в ссылку в Тобольск.

Михаил тосковал по Марии, но перечить матери на сей раз не решился.

В 1619 году из плена вернулся отец царя, Филарет Романов, и устроил сыну разнос, обвинив его в малодушии, нежелании бороться за своё счастье. Хлоповым смягчили условия ссылки, но о браке речь уже не шла. Филарет попытался поискать сыну невесту среди иностранных принцесс, но везде натыкался на отказ.

Мария Хлопова на рисунке Николая Неврева. Источник: Public Domain

Царь выбирает служанку

История с женитьбой растянулась на семь лет. В 1623 году Михаил сорвался и потребовал обвенчать их с Марией. Но инокиня Марфа не отступала, пригрозив — если сын женится на Хлоповой, то она вовсе уедет из страны.

Михаил Фёдорович сдался и в 1624 году женился на той, на кого указала мать, — на княжне Марии Долгорукой. Но всего через несколько дней молодая жена заболела и, несмотря на усилия лекарей, через пять месяцев умерла.

Это была настоящая катастрофа. Царю было почти 30 лет, детей у него не было, да и собственное здоровье начало ухудшаться. Страна содрогнулась при мысли о новой Смуте.

Устроили новый смотр невест, и царь опять удивил — отвернувшись от знатных девушек, он выбрал дочь мелкопоместного дворянина Лукьяна Стрешнева Евдокию. Девушке было 18 лет, и она не была кандидаткой, а оказалась на смотре в качестве прислужницы одной из претенденток.

Родители Михаила Фёдоровича восторга от такого выбора не испытали, но более искушать судьбу не стали — пусть уже женится на ком хочет, лишь бы дети родились. Свадьба состоялась в феврале 1626 года.

В 1627 году у царской четы родился первый ребёнок. К огромному разочарованию приближённых, на свет появилась девочка. Её назвали Ириной.

Вторая беременность царицы Евдокии также закончилась рождением девочки, которую назвали Пелагеей.

Единственный наследник

И лишь в марте 1629 года, к огромному облегчению всего государства российского, у царя родился сын, которого назвали Алексеем.

Алексей I Михайлович Романов. Источник: Public Domain

На самом деле стабильности династии это не принесло. По сути, Алексей оставался единственным наследником трона. Из 10 детей, которых Михаилу Фёдоровичу родила Евдокия, лишь трое были мальчиками, и до совершеннолетия из них дожил лишь Алексей. Да и вообще, из детей царя, кроме Алексея, дожить до взрослых лет удалось только дочери Анне.

К 30 годам царя стала мучить прогрессирующая болезнь ног, из-за которой он стал терять способность к самостоятельному передвижению. При обострении Михаила Фёдоровича носили на руках слуги.

23 июля 1645 года, на следующий день после своего 49-летия, первый царь из династии Романовых скончался от водянки. Царица Евдокия пережила мужа всего на пять недель.

Царём стал 16-летний Алексей Михайлович Романов. Теперь уже ему предстояло решать задачу укрепления правящей династии.

www.aif.ru

краткая история ⋆ Жизнь по-королевски

Династия Романовых, известная также как “Дом Романовых” была второй династией (после династии Рюриковичей), правящей в России. В 1613 году представители 50 городов и несколько крестьян единогласно избрали Новым царем Михаила Федоровича Романова. С него и началась династия Романовых, правившая Россией до 1917 года.

С 1721 года русский царь был провозглашен императором. Царь Петр I стал первым императором всей России. Он превратил Россию в Великую империю. В период правления Екатерины II Великой Российская империя расширялась и совершенствовалась в управлении.

В начале 1917 года в семье Романовых было 65 членов, 18 из которых были убиты большевиками. Остальные 47 человек бежали за границу.

Последний царь Романов, Николай II, начал свое правление осенью 1894 года, когда он взошел на престол. Его вступление произошло гораздо раньше, чем кто-либо ожидал. Отец Николая, царь Александр III, умер неожиданно в относительно молодом возрасте 49 лет.

События быстро разворачивались после кончины Александра III. Новый царь, в возрасте 26 лет, быстро женился на своей невесте из нескольких месяцев Принцесса Аликс Гессе-внучка королевы Виктории Англии. Пара знала друг друга с подросткового возраста. Они были даже отдаленно связаны и имели многочисленных родственников, будучи племянницей и племянником принца и принцессы Уэльской, с разных сторон семьи.

Современное изображение художника о коронации новой (и последней) семьи из династии Романовых — царя Николая II и его жены Александры.

 

В XIX веке многие члены европейских королевских семей были тесно связаны друг с другом. Королеву Викторию называли «бабушкой Европы», потому что ее потомство рассредоточилось по всему континенту через браки ее многочисленных детей. Наряду с ее королевской родословной и улучшенными дипломатическими отношениями между королевскими домами Греции, Испании, Германии и России, потомки Виктории получили нечто гораздо менее желанное: крошечный дефект гена, который регулирует нормальную свертываемость крови и вызывает неизлечимое заболевание, называемое гемофилией. В конце XIX — начале XX века пациенты, страдающие этой болезнью, могли буквально истечь кровью до смерти. Даже самый доброкачественный синяк или удар мог оказаться смертельными. Сын королевы Англии, Принц Леопольд, был болен гемофилией и умер преждевременно после небольшой автомобильной аварии.

Ген гемофилии был также передан внукам и правнукам Виктории через их матерей в королевских домах Испании и Германии.

Цесаревич Алексей был долгожданным наследником династии Романовых

Но, возможно, самое трагическое и значительное влияние гена гемофилии произошло в правящей семье Романовых в России. Императрица Александра Федоровна узнала в 1904 году, что она была носителем гемофилии через несколько недель после рождения ее драгоценного сына и наследника русского престола Алексея.

В России только мужчины могут наследовать трон. Если бы у Николая II не было сына, то корона перешла бы к его младшему брату великому князю Михаилу Александровичу. Однако после 10 лет брака и рождения четырех здоровых великих княжен, долгожданный сын и наследник был поражен неизлечимой болезнью. Немногие подданные понимали, что жизнь цесаревича часто висела на волоске из-за его смертельного генетического заболевания. Гемофилия Алексея оставалась тщательно охраняемой тайной семьи Романовых.

Летом 1913 года семья Романовых праздновала трехсотлетие своей династии. Темное «время бед» 1905 года казалось давно забытым и неприятным сном. Чтобы отпраздновать, вся семья Романовых совершила паломничество к древним историческим памятникам Московской области,и народ обрадовался. Николай и Александра в очередной раз убедились в том, что их народ любит их и что их политика находится на верном пути.

В это время было трудно представить, что всего через четыре года после этих дней славы русская революция лишит семью Романовых императорского трона, и три столетия династии Романовых завершатся. Царь, восторженно поддерживаемый во время торжеств 1913 года, больше не будет править Россией в 1917 году. Вместо этого семья Романовых будет арестована и чуть больше чем через год спустя будет убита своими собственными людьми.

История последней царящей семьи Романовых продолжает очаровывать как ученых, так и любителей российской истории. В ней есть что-то для всех: великая царская романтика между красивым молодым царем — правителем одной восьмой всего мира и прекрасной немецкой принцессой, которая отказалась от своей сильной лютеранской веры и привычной жизни ради любви.

Четыре дочери Романовых: великая княгиня Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия

 

Были их прекрасные дети: четыре прекрасные дочери и долгожданный мальчик, родившийся со смертельной болезнью, от которой он мог умереть в любой момент. Был спорный «мужичок» — крестьянин, который, казалось, пробирался в императорский дворец, и который, как видели, коррумпировал и аморально влиял на семью Романовых: царя, императрицу и даже их детей.

Семья Романовых: царь Николай II и Царица Александра с Цесаревичем Алексеем на коленях, великими Княгинями Ольгой, Татьяной, Марией и Анастасией.

 

Происходили политические убийства могущественных, расстрелы невинных, интриги, массовые восстания и мировая война; убийства, революция и кровавая гражданская война. И, наконец, тайная казнь в середине ночи последней правящей семьи Романовых, их слуг, даже их питомцев в подвале «дома особого назначения» в самом сердце российского Урала.

Возможное открытие и научное выявление останков семьи Романовых в Екатеринбурге должны были положить конец всем теориям заговора и сказкам об окончательной судьбе первого царя и его семьи. Но удивительным образом спор продолжился, и не в последнюю очередь потому, что Русская Православная Церковь, наряду с одной из ветвей уцелевшей расширенной семьи Романовых, отказалась принять окончательные научные результаты, которые доказали, что найденные под Екатеринбургом останки действительно принадлежали убитым членам последней правящей семьи Романовых. К счастью, разум возобладал,и останки были окончательно похоронены в склепе семьи Романовых.

Фамильный склеп Романовых, в котором хранятся останки последнего русского царя и его семьи.

newsroyal.ru

Избрание Михаила Романова на царство. Начало династии Романовых

В начале 1613 года стали съезжаться в Москву выборные "всей земли". Это был первый бесспорно всесословный Земский собор с участием посадских и даже сельских представителей. Число собравшихся в Москве "советных людей" превышало 800 человек, представлявших не менее 58 городов.

Земский собор начал свою работу 16 января (6 января по старому стилю) 1613 года. Представители "всея земли" аннулировали решение предыдущего собора об избрании на русский престол королевича Владислава и постановили: "Иноземных принцев и татарских царевичей на русский престол не приглашать".

Происходили соборные заседания в обстановке ожесточенного соперничества различных политических группировок, оформившихся в русском обществе за годы Смуты и стремившихся упрочить свое положение избранием своего претендента на царский престол. Участники собора выдвинули более десяти претендентов на престол. В разных источниках в числе кандидатов называются Федор Мстиславский, Иван Воротынский, Федор Шереметев, Дмитрий Трубецкой, Дмитрий Мамстрюкович и Иван Борисович Черкасские, Иван Голицын, Иван Никитич и Михаил Федорович Романовы, Петр Пронский и Дмитрий Пожарский.

Данные "Докладной выписи о вотчинах и поместьях 1613 года", в которой зафиксированы земельные пожалования, сделанные сразу же после избрания царя, позволяют установить наиболее активных членов "романовского" кружка. Кандидатуру Михаила Федоровича в 1613 году поддерживал отнюдь не влиятельный клан бояр Романовых, а стихийно сложившийся в ходе работы Земского собора кружок, составленный из второстепенных лиц разгромленных ранее боярских группировок.

Решающую роль, по мнению ряда историков, в избрании Михаила Романова на царство сыграли казаки, которые в этот период становятся влиятельной общественной силой. Среди служилых людей и казаков возникает движение, центром которого стало московское подворье Троице‑Сергиева монастыря, а его деятельным вдохновителем — келарь этого монастыря Авраамий Палицын, лицо весьма влиятельное среди и ополченцев, и москвичей. На совещаниях с участием келаря Авраамия и решено было провозгласить царем 16‑летнего Михаила Федоровича, сына плененного поляками ростовского митрополита Филарета.

Главный аргумент сторонников Михаила Романова сводился к тому, что в отличие от выборных царей он избран не людьми, но Богом, так как происходит от благородного царского корня. Не родство с Рюриком, но близость и родство с династией Ивана IV давали право на занятие его трона.

К романовской партии примкнули многие бояре, его поддержало и высшее православное духовенство — Освященный собор.

Избрание состоялось 17 февраля (7 февраля по старому стилю) 1613 года, но официальное объявление было отложено до 3 марта (21 февраля по старому стилю), чтобы за это время стало ясно, как примет народ нового царя.

В города и уезды страны были отправлены грамоты с известием об избрании царя и проведении присяги на верность новой династии.

23 марта (13, по другим источникам 14 марта по старому стилю) 1613 года послы Собора прибыли в Кострому. В Ипатьевском монастыре, где Михаил был с матерью, ему сообщили об избрании на престол.

ria.ru

Первые цари династии Романовых

Федеральное агентство по образованию

Читинский Государственный Университет

Геологический факультет

Кафедра экономики и управления на предприятиях горной

промышленностии геологоразведки

На тему: Первые цари династии Романовых.

Выполнил:

Студент гр. ЭУг-09 Гарсеванян М.М

Проверил:

Подопригора.

Чита 2009г.

Содержание:

1.Введение……………………………………………………………………..3

2.Михаил Федорович Романов……………………………………………….4

3.Алексей Михайлович Романов……………………………………………..5

4.Фёдор Алексеевич Романов………………………………………………...6

Введение.

Предки Михаила Фёдоровича, первого царя династий Романовых, происходили от младшей ветви одного из древнейших московских боярских родов. Основателем его традиционно считается Андрей Иванович Кобыла, о котором упоминают летописи: в 1346г. он ездил в Тверь сватать за великого князя московского Семёна Ивановича (1340-1353гг.), прозванного Гордым, дочь тверского князя Марию Александровну. От младшего сына боярина Фёдора Кошки и пошли Романовы.

Боярин Фёдор Кошка был доверенным лицом великого князя Василия Дмитриевича (Василия1;1389-1425гг.). Осторожный политик и дипломат, он умел ловким поведением и подарками улаживать дела своего государя в Орде, не доводя отношений до конфликтов и набегов татар на русские земли. Знаменит он и тем, что ему принадлежало роскошное Евангелие, сохранившееся до наших дней: великолепная рукописная книга в драгоценном переплёте, миниатюры к которой, возможно, писал сам Андрей Рублёв

Именно потомки Фёдора Кошки позднее занимали прочное положение при московском дворе. Старшие же ветви рода Андрея Кобылы угасли, не оставив мужских потомков; некоторые семьи этого рода( Колычевы, Епанчины) обосновались в Новгороде.

При дворе Ивана 3 (1462-1505 гг.) служили братья Яков и Юрий Захарьины, сыновья Захария Фёдоровича Кошки. Эти бояре занимались административной деятельностью, в основном в Новгороде. После присоединения к Москве новгородских земель многие старинные боярские семьи были выселены из них новгородских вотчин, в которых “испомещали” московских служилых людей.

Дипломатическую и административную деятельность отца продолжил Михаил Юрьевич Захарьин. Посол императора Максимилиана барон Сигизмунд Герберштейн называл его “государевым секретарём”, подчёркивая тем самым высокое положение этого видного дипломата при великом князе Василий 3 (1505-1533 гг.).

Положение Захарьиных особенно упрочилось в связи с женитьбой Ивана 4 (1533-1584 гг.) на племяннице Михаила Юрьевича-Анастасии Романовне. Братья царицы, в том числе знаменитый впоследствии Никита Романович, были советниками молодого царя Ивана.

В отличие от незнатных любимцев царя, таких, например, как Алексей Адашев, им не надо было делать придворной карьеры - боярский титул издавна принадлежал членам этой семьи. К концу 16 в. из всех потомков Фёдора Кошки остался лишь Никита Романович с детьми. Никита Романович и его сын Фёдор активно участвовали в политической жизни при дворе царя Фёдора Ивановича (1584-1598 гг.), племянника Никиты Романовича и последнего из рода Ивана Калиты на московском престоле. После смерти этого государя Никита Романович и Борис Годунов оказались основными претендентами на престол.

Существовали различные легенды о том, кому именно бездетный царь Фёдор передал свой трон. Так, очевидец московской жизни конца 16 в. швед Пётр Петрей писал, что когда у больного царя Фёдора Ивановича спрашивали, кому он намерен завещать власть, тот отвечал, что “передаст свой скипетр перед смертью”. И действительно, повествует далее Петрей, приняв незадолго до кончины монашеский сан, государь “передал свой скипетр Никите Романовичу”. Скипетр был одним из основных символов царской власти,

передать его другому означало передать управление страной.

Но занять русский престол было суждено лишь внуку Никиты Романовича – Михаилу Фёдоровичу. Это произошло в 1613 г., после долгих лет Смуты, разорившей и обескровившей страну.Выборы Земским собором нового царя были весьма бурными. Несколько боярских партий имели своих кандидатов. За юного Михаила Фёдоровича помимо придворных выступили казаки, создавшие собственную легенду о передаче власти царём Фёдором. Как свидетельствует “Повесть о Земском соборе 1613 г.”, “казаки, не можаху дождати от бояр совету”, пошли на двор митрополита Крутицкого с просьбой дать царя, “кому нам поклониться и служити, у кого жалованья просити”. А на соборе казачий атаман напоминал вельможам, что царь Фёдор Иванович перед смертью передал свой царский посох Фёдору Никитичу Романову.

Михаил Федорович Романов.

Решение Земского собора 1613 г. получило поддержку в народе и узаконило новую династию. Семнадцатилетний Михаил Фёдорович венчался на царство летом 1613 г. В первые годы своего правления он с большим трудом вывел Россию из состояния войны, заключив мир со Швецией и Польшей. Вскоре в Москву вернулся освобожденный из плена патриарх Филарет, и в стране началось двоевластие. Отец царя был высшим церковным иерархом России. Помимо этого он официально получил титул “великий государь”, и все документы писались на имя или от имени отца и сына.

Время длительного царствования Михаила Фёдоровича (1613-1645 гг.) отмечено первыми шагами в восстановлении России после полутора десятилетий Смуты и войн. Заботясь об укреплении власти на местах, царь ввёл новую систему управления – воеводскую. При нём созывались Земские соборы, основные политические вопросы он решал совместно с думой. Наряду с привычным дворянским ополчением стали появляться полки нового строя- предшественники регулярной армий.

В истории Михаил Фёдорович остался как кроткий, легко поддающийся влиянию своего окружения монарх. Обычно все успехи его царствования относят на счёт энергичного патриарха Филарета. Но последние двенадцать лет Михаил Фёдорович правил сам,

и эти годы по важности дел мало чем отличались от предыдущих.

Уклад царского быта почти не изменился по сравнению с временами правления прежних царей. Большое место здесь занимали церковь и воспитание детей. Михаил Фёдорович и его сын Алексей были религиозными людьми, и для них естественным было стремление жить по законам веры. Члены царской семьи считали своей обязанностью ежедневное посещение богослужений, строгое соблюдение установленных обрядов, поездки на богомолье, участие в публичных церковных церемониях.

У Михаила Фёдоровича было десять детей, но к концу жизни царя из всех наследников в живых остался лишь Алексей. Он и сменил на престоле умершего отца.

Избрание шестнадцатилетнего Михаила Романова на царство преодолело династический конфликт лежавший у истоков Смуты. Но оно не могло разрешить социальных конфликтов и прекратить интервенцию. Результатом Смутного времени стал катастрофический упадок хозяйства. В царской казне не было ни рубля. В некоторых уездах вообще не осталось жилых дворов, в некоторых распахивалось всего 5 процентов земель. По стране бродили разбойничьи шайки, польские и шведские отряды грабили города и деревни. В течение нескольких лет царь и его помощники – деятели Второго ополчения ликвидировали последствия Смуты, организовывали органы власти в центре и на местах. Часть бывших тушинцев была включена в состав вооруженных сил государства. Бывшие вольные казаки зачислялись на государеву службу и становились служилыми людьми. Отряды, не желавшие расставаться с казачьей вольницей, были разгромлены. Супруга двух самозванцев Марина Мнишек оказалась в заточений, где и окончила свои дни. Сын Марины и Лжедмитрия 2, “воронёнок Ивашка”, как его называли правительственные документы, был повешен. Столь жестокая расправа с малолетним ребёнком объяснялась тем, что некоторые бывшие тушинцы хотели возвести его на престол. В первые годы правления Михаила Фёдоровича Земские соборы заседали почти непрерывно. Они решали важнейшие государственные вопросы, ограничивая царскую власть. Но по мере упрочения позиций патриарха Филарета соборы стали созываться лишь время от времени. Усилению власти Романовых содействовал и процесс замены выборных должностных лиц в местных органах управления воеводами, назначенными центральной властью. Сосредоточив в своих руках военно-административные, судебные и податные полномочия, воеводы вмешивались в дела органов местного самоуправления.

Алексей Михайлович Романов.

Царь Алексей Михайлович (1645-1676 гг.) начал своё правление в 16 лет. Впервые после длительного перерыва царский трон занял подготовленный к политической деятельности государь. Он знал иностранные языки, разбирался в философий и богословий, в законах, понимал и любил духовную музыку.

Говоря о его госуда

mirznanii.com

Происхождение Романовых. К 400-летию царской династии « Николлетто

Происхождение Романовых. К 400-летию царской династии

В 2013 году отмечается 400-летие восшествия на русский престол первого представителя династии Романовых, царя Михаила Федоровича. Фамилии, при которой Россия встала в один ряд с величайшими державами мира, посвящена открывающаяся в понедельник, 4 ноября, выставка «Русь Православная. Романовы». В этой связи «Ридус» предлагает вспомнить, откуда пошли Романовы, почему на закате правящей династии царей называли «немцами» и как обстоят дела у потомков русский царей сегодня.

Герб рода Романовых. © РИА Новости

В День народного единства, 4 ноября, в московском Манеже открывается выставка «Православная Русь. Романовы». Это дань памяти правителям той старой России, которая осталась в летописях, первых исторических трудах, дневниковых записях и на закате своем в фотографиях Прокудина-Горского. Организаторы выставки, которая обещает быть действительно интересной и полезной, предлагают взглянуть нам с вами на нашу историю беспристрастно, не идеализируя державных правителей.

«Во многом  и сегодня мы пользуемся плодами их (Романовых —  прим. ред.) трудов, забывая о том, кому мы этим обязаны», — отмечает ответственный секретарь Патриаршего совета по культуре архимандрит Тихон (Шевкунов).

Пересказывать историю трехсот лет царствования Романовых, пожалуй, смысла нет, поскольку ее, так или иначе, все мы учили в школе. А вот о происхождении рода, который во многом предопределил развитие русской государственности, поговорить интересно.

Основателем династии считается московский боярин Никита Романович Захарьин-Юрьев, чья сестра Анастасия Романовна стала первой женой первого русского царя Ивана Васильевича Грозного. Фигурой Никита Романович был видной – в Москве до сих пор сохранились названия улиц, которые тесно связаны с дедом первого царя из Дома Романовых Михаила Федоровича. Романов переулок получил свое название по палатам Никиты Романовича, которые в нем находились. А самая длинная улица в центре столицы – Большая Никитская – названа так по Никитскому мужскому монастырю, который был основан Никитой Романовичем.

Михаил Федорович Романов (1596–1645).

Происхождение Никиты Романовича удается проследить до боярина Андрея Кобылы, который служил при дворе московских князей Ивана Калиты и Симеона Гордого. В Бархатной книге, где собраны родословные наиболее знатных боярских и дворянских фамилий России, говорится, что Андрей Кобыла прибыл на Русь из Пруссии. Современные историки, однако, считают эту версию несостоятельной, и приписывают появление этой легенды  моде XVII века (время появления Бархатной книги): тогда среди бояр считалось престижным вести свое происхождение от западных фамилий.  Крупный историк боярских фамилий Степан Веселовский, а также ряд других исследователей, в том числе Александр Зимин, возводят происхождение Андрея Кобылы к новгородской знати. 

Первым же фамилию Романов, в честь деда, начал носить Федор Никитич, более известный истории как Патриарх Филарет. В монахи Федор Никитич был пострижен насильно вместе с женой Ксенией Шестовой, когда все братья Романовы подверглись опале при Борисе Годунове. Приняв постриг, Филарет остался человеком светским и при этом сильным политиком.  Его сын Михаил Федорович, во многом благодаря отцу, в 1613 году был избран царем. До конца жизни Филарет был соправителем при царе и с 1619 года фактически руководил московской политикой и наряду с царем использовал титул «Великий Государь».

Патриарх Филарет. Художник Тютрюмов Никанор.

При Петре Великом царский дом превратился в императорский. Но уже при Елизавете Петровне, которая осталась незамужней и бездетной, прямая женская линия династии Романовых пресеклась. Мужская же оборвалась за тридцать лет до этого, еще при Петре II в 1730 году. Перед смертью Елизавета приняла решение передать власть сыну своей покойной сестры, второй дочери Петра I и Екатерины I Анны Петровны. Та была замужем за герцогом Карлом Гольштейн-Готторпским, так что фактически род Романовых перешел в род Гольштейн-Готторпов. Так что Петр III признавался членом Дома Романовых только по династическому договору. С этого момента, по генеалогическим правилам, императорский род   именуется Гольштейн-Готторп-Романовским.

Петр II.

В популярной историографии на эту деталь, как правило, внимания не обращают, продолжая именовать правителей просто Романовыми. Однако русские аристократы всегда помнили о происхождении правителей, и  о том, что род Романовых «в мужском колене угас в 1730 году», как это было прописано в «Малом энциклопедическом словаре» Брокгауза и Ефрона (1907–1909). На «немецком» происхождении правящей династии многие политики строили интриги, а некоторые и вовсе называли, например, Александра II «исполняющим в России должность Романова». Своего апогея подобные спекуляции достигли к началу 1917 года, когда практически вся российская аристократия отвернулась от царского семейства, и император  Николай II принял решение отречься от престола. Брошенные и преданные верхушкой российского общества последние Романовы нашли свой конец в подвале дома Ипатьева в Екатеринбурге в ночь с 16 на 17 июля 1918 года, где были расстреляны большевиками.

Все Романовы: Император Николай II с женой Александрой Федоровной и детьми — сыном Алексеем и дочерьми — Ольгой, Татьяной, Марией, Анастасией.

После Октябрьской революции удалось спастись 47 представителям Дома Романовых, которые оказались в изгнании за границей. Некоторые из них вплоть до конца 30-х годов надеялись на реставрацию монархии в России.  В 1942 году двоим представителям Дома Романовых предлагали Черногорский престол. В настоящее время большинство представителей рода входят в Объединение членов дома Романовых. Главой ассоциации с 1989 года является князь Николай Романович Романов.

Николай II и цесаревич Алексей.

Цесаревич Алексей за учебой. Последнее поколение царской семьи.

Российский император Николай II с наследником цесаревичем Алексеем (на втором плане на руках казака) отбывают из Новоспасского монастыря. Празднование 300-летия Дома Романовых. © РИА Новости

Российский император Николай II с наследником цесаревичем Алексеем (на втором плане на руках казака) отбывают из Новоспасского монастыря. Празднование 300-летия Дома Романовых. © РИА Новости

Дом, в котором провела последние дни семья императора Николая Романова. © Игорь Виноградов/РИА Новости

Княгиня Ольга Николаевна Куликовская-Романова. © Виталий Аньков/РИА Новости

Источник: http://www.ridus.ru/news/116263/

Понравилось это:

Нравится Загрузка...

05.11.2013 - Posted by Николлетто | Немного истории...

Комментариев нет.

vespig.wordpress.com

Цари династии Романовых

Предки царей династии Романовых

Предки Михаила Федоровича, первого царя династии Романовых, происходили от младшей ветви одного из древнейших московских боярских родов. Основателем его традиционно считается Андрей Иванович Кобыла, о котором упоминают летописи: в 1346 г. он ездил в Тверь сватать за великого князя московского Семена Ивановича (1340-1353 гг.), прозванного Гордым, дочь тверского князя Марию Александровну. От младшего сына боярина Федора Кошки и пошли Романовы.

Боярин Федор Кошка был доверенным лицом великого князя Василия Дмитриевича (Василия I; 1389-1425 гг.) Осторожный политик и дипломат, он умел ловким поведением и подарками улаживать дела своего государя в Орде, не доводя отношений до конфликтов и набегов татар на русские земли. Знаменит он и тем, что ему принадлежало роскошное Евангелие, сохранившееся до наших дней: великолепная рукописная книга в драгоценном переплете, миниатюры к которой, возможно, писал сам Андрей Рублев.

Именно потомки Федора Кошки позднее занимали прочное положение при московском дворе. Старшие же ветви рода Андрея Кобылы угасли, не оставив мужских потомков; некоторые семьи этого рода (Колычевы, Епанчины) обосновались в Новгороде.

При дворе Ивана III (1462-1505 гг.) служили братья Яков и Юрий Захарьины, сыновья Захария Федоровича Кошки. Эти бояре занимались административной деятельностью, в основном в Новгороде. После присоединения к Москве новгородских земель многие старинные боярские семьи были выселены из их новгородских вотчин, в которых "испомещали" московских служилых людей.

Дипломатическую и административную деятельность отца продолжил Михаил Юрьевич Захарьин. Посол императора Максимилиана барон Сигизмунд Герберштейн называл его "государевым секретарем", подчеркивая тем самым высокое положение этого видного дипломата при великом князе Василии III (1505-1533 гг.)

Положение Захарьиных особенно упрочилось в связи с женитьбой Ивана IV (1533-1584 гг.) на племяннице Михаила Юрьевича - Анастасии Романовне. Братья царицы, в том числе знаменитый впоследствии Никита Романович, были советниками молодого царя Ивана. В отличие от незнатных любимцев царя, таких, например, как Алексей Адашев, им не надо было делать придворной карьеры - боярский титул издавна принадлежал членам этой семьи.

К концу XVIв. Из всех потомков Федора Кошки остался лишь Никита Романович с детьми. Никита Романович и его сын Федор активно участвовали в политической жизни при дворе царя Федора Ивановича (1584-1598 гг.), племянника Никиты Романовича и последнего из рода Ивана Калиты на московском престоле. После смерти этого государя Никита Романовича и последнего из рода Ивана Калиты на московском престоле. После смерти этого государя Никита Романович и Борис Годунов оказались основными претендентами на престол.

Существовали различные легенды о том, кому именно бездетный царь Федор передал свой трон. Так, очевидец московский жизни конца XVI в. швед Петр Петрей писал, что когда у больного царя Федора Ивановича спрашивали, кому он намерен завещать власть, тот отвечал, что "передаст свой скипетр перед смертью". И действительно, повествует далее Петрей, приняв незадолго до кончины монашеский сан, государь "передал свой скипетр Никите Романовичу". Скипетр был одним из основных символов царской власти, передать его другому означало передать управление страной.

Но занять русский престол было суждено лишь внуку Никиты Романовича - Михаилу Федоровичу. Это произошло в 1613 г., после долгих лет Смуты, разорившей и обескровившей страну.

Царь Михаил Федорович.

Избрание царя советом всей земли поставило у кормила власти государя-юношу, которому не исполнилось еще и 17 лет. Михаил Федорович вырос в тяжелых и тревожных условиях Смутного времени, поразившего семью бояр Романовых рядом грозных бурь, чтобы вознести ее затем на ту высоту, у подножия которой стояли отец и дед царя Михаила. Известно, что на брата первой своей царицы, Никиту Романовича Захарьина-Юрьева, оставил свое государство Грозный-царь. Не сломи боярина Никиту преждевременная смертная болезнь, едва ли бы мог разыграться тот правительственный, династический кризис, который составил государственную сторону Смуты. Но Никита Романович сошел с житейской сцены раньше, чем окрепло для преемства по нем во влиянии и значении его семейное гнездо - пять его сыновей, пять братьев Никитичей; никто из этой молодежи не успел еще в момент смерти отца достигнуть боярского сана. Главою семьи, сильной связями в боярской среде и популярной в народе, остался старший из Никитичей, Феодор, отец будущего государя. Даровитый и энергичный боярин выступил соперником Бориса Годунова по соисканию осиротевшего престола московских Даниловичей. Но час его еще не пришел, а за разрыв "завещательного союза дружбы" между Романовыми и Годуновыми Никитичам и их родне и друзьям довелось поплатиться царской опалой.

Царь Борис не забыл бурных столкновений избирательной борьбы 1597 г. Пытаясь обезоружить Романовых признанием их высокого боярского положения, он в то же время окружил их недоверчивым надзором, а когда почуял, что не тверда почва под его престолом, не колебался, где искать корней опасности для своей власти и своих династических планов: в 1601 г. взята была под стражу и на розыск вся семья бояр Романовых. Гласно их обвинили в колдовстве. Братьев Никитичей с семьями и нескольких представителей других боярских фамилий, связанных с ними узами родства и дружбы, постигла ссылка. Истинный смысл дела заключался в обвинении, что Романовы "хотели царство достать". Всего суровее обрушилась царская опала на Феодора Никитича. Семья его была разбита; сам боярин испытал насильственное пострижение - и стал иконном Филаретом в далеком монастыре; его жена, Ксения Ивановна, пострижена была под именем инокини Марфы и сослана в глухой Толвуйский погост в Заонежье, а пятилетний Михаил, разлученный с родителями, отдан, вместе с сестрой Татьяной, на попечение тетки, кн. Марфы Никитичны Черкасской, и разделял ее ссылку сперва на Белом озере, потом в селе Клине, Юрьевского уезда, вотчине Романовых. Сюда в следующем же году прибыла с разрешения царя Бориса и мать Михаила, инокиня Марфа, с тех пор не разлучавшаяся с сыном. Но отца он увидал не скоро. Только скоропостижная кончина царя Бориса освободила икона Филарета из монастырского заточения. Заняв московский престол, самозванец поспешил призвать в Москву своих мнимых свойственников, возвел Филарета на митрополичью кафедру ростовскую и сына его пожаловал в стольники.

Надежды Филарета Никитича на возвращение к силе и влиянию на Москве, какие он так смело высказывал в своем далеком монастыре, пока шла борьба Годунова с самозванцем, не оправдались. Не царский, а патриарший престол мог теперь стать крайним пределом личной мечты Филарета. С падением самозванца, воцарением Василия Шуйского он близко подошел к этой новой цели, стал "нареченным патриархом", но волею судеб и политических отношений не переступил последней ступени, а вернулся на свою ростовскую митрополию.

Михаил остался с матерью в Москве, изредка покидая столицу для богомольных поездок по монастырям. Тут мать и сын пережили бурные впечатления времен царя Василия и междуцарствия, ряд событий, в течение которых постоянно выясняется общественно-политическая роль ростовского митрополита.

Филарет Никитич остался и под монашеским клобуком главою тех общественных элементов, связь с которыми служила опорой для значения боярского дома Романовых и выдвинула их на первое и притом бесспорное место, когда назрел вопрос о восстановлении разрушенной храмины Московского государства. В противоположность Шуйскому, первому среди княжеских фамилий московского боярства, Филарет и по личным свойствам, и по семейной традиции был центральной фигурой среди той придворной знати, которая опиралась не на наследие удельных времен, а на службу царям и сотрудничество с ними в деле государственного строительства.

Филарет, не будь на нем пострижения, явился бы сильнейшим кандидатом на престол в наставшее безгосударственное время. Теперь же рядом с именем кн. В. В. Голицына, представителя родословной знати, выступает имя другого кандидата на царский венец - юноши Михаила.

Михаил Федорович был слишком молод, чтобы чем-нибудь себя заявить, особенно в столь бурные годы. Русские люди, скорбевшие о разрухе, постигшей Московское государство, останавливали мысль свою на нем, конечно, не ради его самого. Но молодой боярин оказывался единственным возможным кандидатом той среды, которая была носительницею традиций московского государственного строительства. Рядом с ним стоял его отец, который среди полного упадка авторитета и популярности остального боярства сильно поднял свое значение мужественной ролью защитника национальной независимости и территориальной неприкосновенности Московского государства в переговорах с королем Сигизмундом об условиях избрания на царство королевича Владислава. Ссылка главы земского посольства в польский плен за твердое стояние окружила его имя большим почетом и способствовала успеху мысли об избрании в цари его сына, рядом с которым станет сам Филарет, как патриарх всея Руси.

Крупная фигура Филарета Никитича, естественно, отодвигала в тень облик его юного сына. Немудрено, что мы мало знаем лично о царе Михаиле Федоровиче. Не только в государственной, но и в дворцовой, личной его жизни рядом с ним стояли лица, несравненно более энергичные, чем он, руководили его волей по крайней мере его поступками. Он и вырос, и большую часть жизни своей прожил не только под обаянием властной натуры отца, но и под сильнейшим влиянием матери. А Ксения Ивановна была достойною по силе характера супругой своего мужа. Происходила она из неродословной семьи костромских дворян Шестовых, но браком с Ф. Н. Романовым была введена в первые ряды московского общества, пережила с мужем царскую опалу, но ни ссылка, ни подневольное пострижение и ее крепкой натуры не сломили.

В то время царственному сыну "приспело время сочетаться законным браком". Но дело царского брака сильно затянулось. Патриарх Филарет увлечен был мыслью о женитьбе сына на иностранной принцессе. И Марфа Ивановна не замедлила отдаться этой важнейшей заботе. Дело было вдвойне важное: предстояло упрочить новую династию и притом ввести в семью царскую новый элемент, который необходимо было сохранить в согласии с дворцовой средой, подобранной по воле и хотению "великой старицы".

Во всех этих планах роль самого царя Михаила была, по-видимому, совершенно пассивна. Ему исполнилось уже 29 лет, когда мать выбрала для него невесту, княжну Марью Владимировну Долгорукову, дочь князя Владимира Тимофеевича. В июне 1623 г. состоялся сговор, и в сентябре, во время брачных торжеств, молодая царица занемогла, а в январе 1624 г. скончалась. Так тяжко складывалась судьба царского брака. Быть может, эти перипетии привели к тому, что новый выбор невесты для государя произошел, по преданию, в форме "смотрин", на которых царь Михаил избрал Евдокию Лукьяновну Стрешневу, дочь незначительного рядового дворянина.5 февраля 1626 г. состоялось царское бракосочетание, создавшее наконец личную семью царя Михаила. Но и эта новость в царском быту не умалила дворцового господства великой старицы Марфы Ивановны. Царица-невестка, видимо, подпала под полную зависимость от свекрови.

В начале 30-х гг. государев "верх" вдруг осиротел. Великая старица Марфа Ивановна давно носила в себе серьезную болезнь. Кончина постигла ее 27 января 1631 г., а через три года, 1 октября 1634 г. сошел в могилу и патриарх Филарет Никитич. После стольких тяжелых впечатлений детства и юности, мягкая натура царя Михаила не могла не быть удручена этими потерями. Но ими не кончились испытания, назначенные ему судьбой. В семейной жизни царь испытал еще ряд ударов.17 марта 1629 г. родился, после нескольких детей женского пола, желанный первенец: царевич Алексей; в 1634-м - второй сын, Иван, но он умер пятилетним ребенком, и в том же 1639 г. скончался, "немного пожив", новорожденный царевич Василий.

Время длительного царствования Михаила Федоровича (1613-1645 гг.) отмечено первыми шагами в восстановлении России после полутора десятилетий Смуты и войн. Заботясь об укреплении власти на местах, царь ввел новую систему управления - воеводскую. При нем созывались Земские соборы, основные политические вопросы он решал совместно с думой. Наряду с привычным дворянским ополчением стали появляться полки нового строя - предшественники регулярной армии.

В истории Михаил Федорович остался как кроткий, легко поддающийся влиянию своего окружения монарх. Обычно все успехи его царствования относят на счет энергичного патриарха Филарета. Но последние двенадцать лет Михаил правил сам, и эти годы по важности и сложности решения государственных дел мало чем отличались от предыдущих.

Царь Михаил Федорович скончался в ночь с 12 на 13 июля 1645 гг., оставив о себе память необычайно мягкого и доброго человека, который был очень милостив к окружающим, хотя за добро ему часто платили заносчивой непокорностью и своеволием; предание сохранило одну черту, дополняющую этот облик: большую любовь к цветам. Царь Михаил много тратил казны на выписку из-за границы редких растений для своего сада; для него впервые в Россию были ввезены садовые розы, красота и аромат которых не были до него у нас известны. Видно, что крутая энергия родителей наложила печать мягкой, созерцательной пассивности на его натуру. К тому же царь Михаил никогда не отличался крепким здоровьем, а вторую половину жизни так "скорбел ножками", что часто не мог ходить, а возили его в возке. От "многого сиденья" организм слабел, нарастала лимфатическая вялость. Под конец жизни царя врачи отмечали в нем "меланхолию, сиречь кручину".

У Михаила Федоровича было десять детей, но к концу жизни царя из всех наследников в живых остался лишь Алексей. Он и сменил на престоле умершего отца.

Царь Алексей Михайлович.

Царь Алексей Михайлович (1645-1676 гг.) начал свое правление в 16 лет. Впервые после длительного перерыва царский трон занял подготовленный к политической деятельности государь. Он знал иностранные языки, разбирался в философии и богословии, в законах, понимал и любил духовную музыку. Говоря о его государственной деятельности, надо помнить, что именно при нем был составлен весьма полный свод законов - Уложение 1649 года. Алексей Михайлович принял и личное участие в законотворчестве: будучи страстным охотником, он сам составил уложение соколиной охоты.

Алексей Михайлович был мягким, добродушным человеком; Тишайшим прослыл он в истории. Но внешняя его мягкость была обманчива: этот государь обладал твердым характером. Так, он без колебаний изгонял вчерашних любимцев, которые начинали навязывать ему свои идеи.

Современники искренно любили царя Алексея Михайловича. Самая наружность царя сразу говорила в его пользу и влекла к нему. В его живых голубых глазах светилась редкая доброта; взгляд этих глаз никого не пугал, но одобрял и обнадеживал. Привлекательная внешность отражала в себе, по общему мнению, прекрасную душу. По-видимому, Алексей Михайлович всем, кто имел случай его узнать, казался светлою личностью и всех удивлял своими достоинствами и приятностью.

Он очень любил писать и в этом отношении был редким явлением своего времени, очень небогатого мемуарами и памятниками частной корреспонденции. Царь Алексей с необыкновенною охотой сам брался за перо или же начинал диктовать свои мысли дьякам. Литературный материал замечательно ясно рисует нам личность государя и вполне позволяет понять, насколько симпатична и интересна была эта личность. Царь Алексей высказывался очень легко, говорил почти всегда без обычной в те времена риторики, любил, что называется, поговорить и пофилософствовать в своих произведениях.

Мудрено ли, что такой живой и восприимчивый человек, как царь Алексей, мог быть очень вспыльчив и подвижен на гнев. Несмотря на внешнее добродушие и действительную доброту, Алексей Михайлович, по живости духа, нередко давал волю своему неудовольствию, гневался, бранился и даже дрался. Вспыльчивый и бранчливый, Алексей Михайлович был, однако, в своем гневе непостоянен и отходчив, легко и искренно переходя от брани к ласке. Даже тогда, когда раздражение государя достигало высшего предела, оно скоро сменялось раскаянием и желанием мира и покоя.

Но не только тем, что царь легко прощал и мирился, доказывается его душевная доброта. Общий голос современников называет его очень добрым человеком. Царь любил благотворить. В его дворце, в особых палатах, на полном царском иждивении жили так называемые верховные (т.е. дворцовые) богомольцы, верховые нищие и юродивые. Опекая подобный люд при жизни, царь устраивал богомольцам и нищим торжественные похороны после их кончины и в их память учреждал "кормы" и раздавал милостыню по церквам и тюрьмам. Такая же милостыня шла от царя и по большим праздникам; иногда он сам обходил тюрьмы, раздавая подаяние "несчастным".

Не одна нищета и физические страдания трогали царя Алексея Михайловича. Всякое горе, всякая беда находили в его душе отклик и сочувствие. Он был способен и склонен к самым теплым и деликатным дружеским утешениям, лучше всего рисующим его глубокую душевную доброту.

Живая, впечатлительная, чуткая и добрая натура Алексея Михайловича делала его очень способным к добродушному веселью и смеху. Склонностью к юмору он напоминает своего гениального сына Петра; оба они любили пошутить и словом, и делом.

Такова была природа царя Алексея Михайловича, впечатлительная и чуткая, живая и мягкая, общительная и веселая. Эти богатые свойства были, в духе того времени, обработаны воспитанием. Алексея Михайловича приучили к книге и разбудили в нем умственные запросы. Склонность к чтению и размышлению развила светлые стороны натуры Алексея Михайловича и создала из него чрезвычайно привлекательную личность. Он был один из самых образованных людей московского общества того времени: следы его разносторонней начитанности, библейской, церковной и светской, разбросаны во всех его произведениях.

Соединение глубокой религиозности и аскетизма с охотничьими наслаждениями и светлым взглядом на жизнь не было противоречием в натуре и философии Алексея Михайловича. В нем религия и молитва не исключали удовольствий и потех. Он сознательно позволял себе свои охотничьи и комедийные развлечения, не считал их преступными, не каялся после них. У него и на удовольствия был свой особый взгляд.

Но все же были в личности Алексея Михайловича и свои тени. Злых и мерзких дел за царем Алексеем современники не знали, однако они иногда бывали им недовольны.

При всей своей живости, при всем своем уме царь Алексей был безвольный и временами малодушный человек. Пользуясь его добротою и безволием, окружавшие не только своевольничали, но забирали власть и над самим "тихим" государем. Значит, слабость характера была одним из теневых свойств царя Алексея Михайловича. Другое его отрицательное свойство легче описать, чем назвать. Царь Алексей не умел и не думал работать. Он не знал поэзии и радостей труда и в этом отношении был совершенною противоположностью своему сыну Петру. Жить и наслаждаться он мог среди "малой вещи", как он называл свою охоту и как можно назвать все его иные потехи. Вся его энергия уходила в отправление того "чина", который он видел в вековом церковном и дворцовом обиходе. Вся его инициатива ограничивалась кругом приятных "новшеств", которые в его время, но независимо от него стали проникать в жизнь московской знати. Управление же государством не было таким делом, которое царь Алексей желал бы принять непосредственно на себя. Для того существовали бояре и приказные люди. Сначала за царя правил Борис Иванович Морозов, потом настала пора князя Никиты Ивановича Одоевского; за ним стал временщиком патриарх Никон, правивший не только святительские дела, но и царские; за Никоном следовали Ордин-Нащокин и Матвеев. Во всякую минуту деятельности царя Алексея мы видим около него доверенных лиц, которые правят. Царь же, так сказать, присутствует при их работе, хвалит их или спорит с ними, хлопочет о внешнем "урядстве", пишет письма о событиях - словом, суетится кругом действительных работников и деятелей. Но ни работать с ними, ни увлекать их властною волею боевого вождя он не может.

Добродушный и маловольный, подвижный, но не энергичный и не рабочий, царь Алексей не мог быть бойцом и реформатором. Между тем течение исторической жизни поставило царю Алексею много чрезвычайно трудных и жгучих задач и внутри и вне государства: вопросы экономической жизни, законодательные и церковные, борьба за Малороссию, бесконечно-трудная, - все это требовало чрезвычайных усилий правительственной власти и народных сил. Много критических минут пришлось тогда пережить нашим предкам, и все-таки бедная силами и средствами Русь успела выйти победительницей из внешней борьбы, успевала кое-как справляться и с домашними затруднениями. Правительство Алексея Михайловича стояло на известной высоте во всем том, что ему приходилось делать: являлись способные люди, отыскивались средства, неудачи не отнимали энергии у деятелей: если не удавалось одно средство - для достижения цели искали новых путей. Шла, словом, горячая, напряженная деятельность, и за всеми деятелями эпохи во всех сферах государственной жизни видна добродушная и живая личность царя Алексея. Чувствуется, что ни одно дело не проходит мимо него: он знает ход войны; он желает руководить работой дипломатии; он в думу боярскую несет ряд вопросов и указаний по внутренним делам; он следит за церковной реформой; он в деле патриарха Никона принимает деятельное участие. Он везде, постоянно с разумением дела, постоянно добродушный, искренний и ласковый. Но нигде он не сделает ни одного решительного движения, ни одного резкого шага вперед. На всякий вопрос он откликнется с полным его пониманием, но устранится от его разрешения; от него совершенно нельзя ждать той страстной энергии, какою отмечена деятельность его гениального сына, той смелой инициативы, какой отличался Петр.

Царю Алексею Михайловичу пришлось стоять во главе Московского государства в сложное время борьбы различных течений русской жизни, в эпоху перестройки всего ее государственного и общественного уклада, ломки привычных воззрений и бытовых навыков. Облеченный огромной властью, он находился в центре крупнейших национальных интересов и очередных задач внешней и внутренней политики, исключительных по исторической значительности, бурных столкновений старых традиций с новыми веяниями в жизни церкви и московского общества. До глубин своих всколыхнулась в XVII в. Московская Русь в поисках новых путей дальнейшего исторического развития своей национальной силы. Даровитая натура царя Алексея вскормлена содержанием этих исканий и по-своему чутко на них откликалась. Но весь духовный склад царя, более созерцательный и впечатлительный, чем боевой и творческий, сделал его типичным представителем тех поколений "переходного" времени, которые плывут по течению, не руководя им, и если не запутываются безнадежно в противоречиях отмирающей старины и нарастающих новых явлений в общественной и духовной жизни народа, то примиряют их в условном компромиссе личных воззрений, проходя мимо наиболее острых проблем переживаемого исторического момента.

Алексей Михайлович заботился о том, чтобы его дети получили хорошее образование. Наследники знали один иди два современных европейских языка, изучали риторику, философию, читали произведения античных авторов. Обязательными предметами были богословие и духовная музыка. Сыновья царя имели хорошую библиотеку, составленную из русских и иностранных книг.

За время царствования Алексея Михайловича не раз возникал вопрос о наследовании престола. В 16 лет умер царевич Алексей Алексеевич. Второму царскому сыну Федору было тогда 9 лет, и он не отличался крепким здоровьем. Считается, что Федор изначально был болезненным ребенком, да и умер он совсем молодым, в 21 год. Однако в раннем детстве его здоровье, по-видимому, было не столь уж плохим. Он часто сопровождал отца на охоту, в поездках на богомолье. Несчастье случилось позднее и было подробно описано современником-иностранцем.

Однажды зимой тетки и сестры царевича захотели прокатиться в санях. Федор был не только хорошим наездником, как и многие в то время, но и страстным любителем лошадей. Он имел обыкновение смотреть, как их обучали различным "фокусам". В тот злополучный зимний день царевич решил сам быть возницей у своих теток и сестер. Но людей в санях оказалось слишком много, лошадь не могла тронуться с места и, встав на дыбы, сбросила с себя седока (в те времена возница сидел не на козлах, а верхом на лошади). Федор попал под сани. После этого он долго не мог ходить, постоянно чувствовал боль в груди и спине. Даже на похоронах отца его несли на специальных носилках, сделанных в форме стула.

Престол наследует Федор Алексеевич

Федор наследовал престол в 14 лет. Его представления о царской власти во многом были сформированы под влиянием одного из талантливых философов того времени Симеона Полоцкого, бывшего воспитателем и духовным наставником царевича. Недаром при возведении на престол этот юноша первым из русских царей говорил о "соблюдении общего блага" как основной цели своих деяний.

Было бы неправомерно полагать, что реформы Петра I явились чем-то совершенно новым для русского общества. Многое из того, что сделал Петр, было подготовлено или начато в краткий период правления его старшего брата царя Федора Алексеевича (1676-1682 гг.)

В свое время Петр I в сердцах обронил фразу о том, что при его брате царский двор увлекался нарядами и лошадьми. Действительно, "немецкое платье" постепенно вводилось при дворе еще во времена Алексея Михайловича, а Федор, большой любитель принарядиться, предписал сменить старую придворную одежду на кафтаны западного образца. Да и сами бояре весьма интересовались иноземной модой. Один молодой голландец записал в своем дневнике, что, пока посольство ожидало царской аудиенции, бояре с любопытством рассматривали одежду иностранцев и даже просили у них разрешения примерить европейские шляпы. Свои же высокие меховые шапки они, находясь в помещении, использовали как муфты. И все же не смена одежды была главной приметой царствования Федора Алексеевича.

Новый царь был слишком юн, чтобы править самостоятельно. Постепенно вокруг него сформировался кружок единомышленников, ставших ближайшими царскими советниками. Именно здесь вызревали идеи широких социально-политических реформ. Намечалось преобразование высшего административного аппарата - замена многочисленных приказов более стройной системой управления. Но главной задачей было реорганизовать армию, заменить дворянское ополчение регулярными войсками - полками нового строя.

Дума встретила реформу в штыки, обсуждение ее сопровождалось бранью и затяжными спорами. Проект реорганизации армии был послан в специально созданные комиссии, Гед были не только представители центральных учреждений, но и городового дворянства. Многие преобразования упирались в устаревшую систему "местничества", которая не позволяла продвинуться по службе талантливым, но не знатным дворянам. И отмена ее явилась величайшим достижением семилетнего правления Федора Алексеевича.

Последние месяцы жизни царя были омрачены большим горем: от родов умерла его жена, на которой он женился по любви вопреки советам бояр. Вместе с матерью умер и новорожденный наследник.

Когда стало очевидно, что Федор Алексеевич долго не проживет, вчерашние фавориты стали искать дружбы у младших братьев царя и их родни. Братья-царевичи были дружны и поддерживали друг друга. Федор был крестным отцом Петра Алексеевича и, став царем, заботился о его воспитании, следил за тем, чтобы брат получил достойное образование.

Вступление на престол Ивана и Петра

После смерти Федора Алексеевича на престол вступили оба брата - Иван и Петр. Болезненный царь Иван Алексеевич не мог активно помогать младшему брату, но всегда поддерживал его деятельность, защищал Петра перед придворными. Это не удивительно: на проведение преобразований был настроен еще их отец, и все дети Алексея Михайловича по духу и воспитанию были реформаторами. Но лишь энергичный Петр I (1682-1721 гг.) смог создать из Московского государства Российскую империю.



biofile.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о