Горацио и гамлет дружба: Без истинной дружбы жизнь — ничто. Сочинение с аргументами, что писать?

Содержание

Отношения между Гамлетом и Горацио сочинение пример

Динамика отношений между Гамлетом и Горацио. Горацио – единственный человек в пьесе, которому доверяет Гамлет. Горацио – один из двух людей, которые наверняка знают, что безумие Гамлета – это акт. Горацио – единственный друг / семья Гамлета. Горацио – единственный, кто ухаживает за ним, заботится о нем, следит, чтобы он был хорошим, и все в порядке. Горацио никогда не показывает, что ему нужен Гамлет. Горацио относится к более низкому классу, чем Гамлет, он слуга, он служит Гамлету с уважением, но также является его другом, и он верен Гамлету, и говорит с ним о его проблемах.

Гамлет медленно впадает в безумие, он злится из-за смерти своего отца, и теперь он оборачивается, его дядя теперь становится его отчимом в считанные дни. Он действительно никому не доверяет, но может чувствовать доверие, когда имеешь дело с Горацио. Он рассказал Горацио о призраке, похожем на его отца. Пока Гамлет видит это, Горацио говорит с ним о том, что делать, а что не делать. Гамлет параноик и думает, что кто-то идет за ним, потому что он пытается выяснить, как именно умер его отец. Когда Гамлет и Горацио говорят, он не боится высказывать свое мнение, когда они оба обсуждают.

Когда Гамлет впервые встречает призрака, Горацио говорит ему, что Гамлет выбрал следовать за призраком в надежде узнать причину, по которой он появился в первую очередь. Он честен и прямолинеен в своих аргументах и, похоже, обеспокоен тем, что Гамлет может поддаться искушению потерять рассудок и оказаться в безумии. Когда Гамлет все равно следует за призраком, узнает, что король Гамлет был отравлен, и поклялся отомстить за его смерть, Горацио позволяет себе поклясться заставить замолчать и сохранить тайну Гамлета. Горацио – не только честный, но и верный друг, и секрет призрака отца Гамлета является первым из многих секретов, которые Горацио будет хранить для Гамлета. Несмотря на то, что они друзья, Горацио хочет стать тем, кем является Гамлет.

Гамлет много значит для Горацио, что он готов на все, и пожертвовать всем, чтобы выжить. Несмотря на то, что он слуга, он все равно будет защищать Гамлета, и он скорее покончит с собой, чем будет жить после Гамлета. Пока они вместе, они смеются и шутят друг с другом, почему? Потому что они считают себя семьей и своей семьей, которую он имеет сейчас. В конце дня Гамлет и Горацио наслаждаются друг другом дружбой, компанией и когда они вместе, потому что они любят шутить и веселиться. Когда пришло время стать серьезным, они станут серьезными, и они будут друг с другом и следят за тем, чтобы ничего не произошло. Это отношения между Гамлетом и Горацио.

#30DaysOfShakespeare: Day 3 - Your favourite hero

#30DaysOfShakespeare (используйте этот тег, если пишете у себя на стене). #ShakespeareLives !Продолжаем тридцатидневный челлендж по Шекспиру. Второй день (любимый персонаж) был тут. Все сошлись на том, что выбрать нереально )) Под катом - цитаты (смотрите-ка, Розалинда как крута). А сегодня - день третий и - любимый герой. Тоже та еще задачка! 
Мишель Терри в роли Розалинды, постановка As You Like It "Глобуса" 2015

Провокационный вопрос, на самом деле:). Но если предложено выбрать именно любимый характер, то это для меня - Розалинда из "Как вам это понравится". Знаю, что Беатриче ярче (имя-то какое!), что протагонисты трагедий объемнее и ближе, на самом деле, нашему сегодняшнему миру, но более всего близка - именно она. Кокетливая, влюблённая, насмешливая и пугливая, с которой так интересно загадывать словесные загадки, которая готова бежать в лес, но не поступиться собственными представлениями о мире. Действительность требует, чтобы она переоделась в мужчину, но и в чужом костюме она остаётся женщиной - по-моему, один из самых принципиальных образов для современной культуры. Их диалог в Арденском лесу с Орландо - это, помимо всего прочего, великолепная модель уважительного общения двух равноправных героев, от полноты чувств способных понимать друг друга с полуслова - с поэтического намёка, над которым можно и посмеяться, но который при этом многозначителен, как Мальволио в желтых подвязках.

Да, плюс ко всему этому Розалинда - героиня многопрофильного амплуа, а такая многопрофильность - основа основ шекспировского театра. В общем, Розалинда.

* * *

Любимый персонаж - это вообще-то еще убойнее, чем пьеса. Их же МНОГО! (И потом, мужчины-женщины, взрослые-дети... 🙂 )

Но, если выбирать... Наверное, все-таки Розалинда в "Как вам это понравится". И умная, и храбрая, и ЧСД в порядке, а про ЧЮ можно даже не упоминать. И все разрулила в итоге. 🙂 И я каждый ее второй монолог читаю с удовольствием не меньшим, чем выступления номинальных шутов и философов у Барда, а это еще постараться надо. 🙂

Но. Мне очень стыдно перед Бенедиктом и Беатриче, Фальстафом (хотя ему самому нечего выступать, ибо тоже есть за что стыдиться 😉 ) и Бироном, шутами короля Лира и герцогини Оливии, а также ее же камеристкой Марией, Эмилией из "Отелло", Корделией, самим Лиром (у меня к нему много претензий, но ах как написан ведь!), пожалуй, все-таки Гамлетом ;), целой компанией виндзорских дам 😉 и Меркуцио, что я выбрала не их.

* * *

Бенедикт. Редкий по красоте характер. Умный, добрый, чуткий. Чувство долга и чести. Склонность к рефлексии и умение слушать окружающих. Позитивный. Если "Много шума" и заканчивается хорошо, так во многом его усилиями. И все у них дальше будет хорошо. В том числе и потому, что он умеет ценить то, чего добился.

* * *

Любимый персонаж... Ох!.. "Кого любим больше - папу или маму?.." Примерно так же выбирать.

Но...

Гамлет и Горацио. Горацио и Гамлет - они для меня как одно целое. Друзья. Абсолютно бескорыстные по отношению к друг другу. Дающие узнать о себе больше, если вслушаться в их слова друг о друге. Не дающие друг другу почувствовать себя абсолютно одинокими. Единственный, кто пишет Горацио письма - Гамлет! Единственный, кому Гамлет доверяет рассказ Призрака - Горацио. И тот не спешит к властям с доносом! Хранящие верность самому этому слову - "дружба". Поддерживающие друг друга.

Горацио находит слова соболезнования, когда двор празднует свадьбу вслед за похоронами. Гамлет говорит с ним о многом без утайки - до меня долетает со страниц лишь малая часть их разговоров. 

Гамлет

Горацио, ты изо всех людей, 

Каких я знаю, самый настоящий.

Горацио

О, что вы, принц!

Гамлет

Не думай, я не льщу.

Зачем мне льстить, когда твое богатство,

И стол и кров - один веселый нрав?

Нужде не льстят. Подлизам предоставим

Умильничать в передних богачей.

Пусть гнут колени там, де раболепье

Приносит прибыль. Слушай-ка. С тех пор

Как для меня законом стало сердце

И в людях разбирается, оно

Отметило тебя. Ты знал страданья,

Не подавая виду, что страдал.

Ты сносишь все и равно благодарен

Судьбе за гнев и милости. Блажен,

В ком кровь и ум такого же состава.

Он не рожок под пальцами судьбы,

Чтоб петь, что та захочет. Кто не в рабстве 

У собственных страстей? Найди его,

Я в сердце заключу его с тобою,

В святилище души.

"Не рожок под пальцами судьбы"... "...но играть на мне нельзя". Как они в этом похожи.

Их обоих несет в вихре событий, ничего нельзя изменить или поправить. Они верны самим себе и друг другу.

Ужасающая развязка едва не утяжеляется еще одной смертью: самоубийством Горацио, не способного пережить гибель Гамлета. Какой должна быть дружба, чтобы померкло солнце, а боль стала невыносимой. До этого момента Горацио не был мною замечен ни в черной меланхолии, ни склонностью к истерике... А сейчас он в отчаянии. Он плачет. Он способен на непоправимое.

Гамлет останавливает его. Удерживает. Дает этой ужасающей боли другое направление: "Поведай про жизнь мою". Все правильно. Кому еще можно доверить рассказ? Ну не "подлизам" же из "передних богачей"!.. Горацио честен, он расскажет все как есть. Храбрость этого человека важна и необходима для другого: с помощью не оружия, но слова отстоять доброе имя Гамлета после его смерти.

И не только не дать похоронить под домыслами и ложью репутацию принца; рассказ Горацио важен, чтобы "умы в чаду не натворили новых беззаконий". Внезапно освободившийся трон слишком лаком, чтоб не началась за него губительная междоусобица. Все таки Принц Датский разбирался в людях!..

Если Гамлет в чем-то и был виноват перед людьми, то за спасение жизни этого доброго, прямого, чистого душой человека, ему зачтется. Я верю в это. 

P.S. Кому перепуганная насмерть охрана замка говорит о появившемся призраке, не боясь быть осмеянной? Лишенному предрассудков, храброму, безденежному книжнику из Виттенбергского университета. 

Хотя здесь больше написала о Горацио, с равной силой ценю и люблю обоих. Шекспир написал о незапятнанной ничем дружбе. Великолепно написал! На них обоих было "нельзя играть"... 

И еще к День #1: Любимая пьеса

* * *

У меня нет любимых пьес, у меня есть любимые постановки и актеры ) По моему скромному мнению, читать Шекспира на бумаге занятие сугубо профессиональное, это как читать музыку по нотам (был такой прекрасный эпизод в Амадее, когда Сальери читает с листа Реквием и тащится)) Все-таки пьесы надо смотреть в театре, даже плохая постановка лучше просто чтения ) Поэтому для меня нет просто Гамлета, а есть Гамлет Высоцкого, или Гамлет Лоуренса Оливье и это разные пьесы.

* * *

Пожалуй, это самый сложный пункт из списка - выбрать только одну практически не реально.

В моем случае пришлось разрываться между Макбетом и Гамлетом.

Сокращая 37 до двух, я, все же, скажу, что Гамлет - мое любимое произведение Шекспира.

Сколько бы я ни читала эту трагедию, она всегда воспринимается по-новому и дело не только во мне: увидеть двух одинаковых Гамлетов на сцене никогда не получится - настолько этот персонаж многогранен и противоречив.

Иногда он - вечно гибнущий тридцатилетний мальчик, этакий герой рок - н - ролла, волнующий дамские сердца, иногда - одержимый благородной местью одиночка, а иногда - просто безумец с тревожным расстройством личности, тянущий за собой в бездну всех, кто приблизился на расстояние ближе метра.

Полагаю, именно это привлекло 15-летнюю меня, впервые взявшую в руки толстый томик с полки родительской библиотеки (кстати, то был Гамлет в переводе Пастернака, который позже стал моим любимым русским поэтом).

С трагедии датского принца развился мой интерес к величайшему из драматургов и вот уже почти половину жизни он и не думает угасать.

А с монологом Гамлета я даже футболку себе купила. Да-да, в Шекспировском Глобусе в честь 400 летнего юбилея со дня смерти писателя.

P.S. Мечтаю увидеть постановку Гамлета в Кронборге (прототип замка Эльсинора), в котором довелось побывать на свой прошлый день рождения.

День #3. Любимый герой


Сейчас у меня все будет опять до безобразия просто и очевидно - Ричард II. Мой негероический герой, мой бездарный король, засранец, сибарит, интеллектуал и андрогин мой ненаглядный (и каждый из эпитетов я могу сама же оспорить - очень даже героический, и вовсе не настолько бездарный, и не такой уж засранец). И все это, конечно, заслуга исключительно Дэвида Теннанта с Грегори Дораном, потому что по прочтении пьесы (сорри, Билл!) я пребывала в недоумении, как этого велеречивого истерика и позера вообще можно любить. 

Дэвид Теннант, "Ричард II", 2013
Кончилось все сами знаете чем - и мало того, что мы сделали книжку, мы ж страстно полюбили его реального прототипа - потому что в версии Дорана-Теннанта подмешано исторического Ричарда столько, что просто ложкой ешь. Я нигде не писала про свой январский вояж в Лондон подробно, но одно из самых дорогих воспоминаний у меня оттуда - это поход с сочувствующими в Вестминстерское аббатство. Мы шли по нему чинно стараясь следовать экспозиции и аудио-гиду, но вообще очень хотелось все бросить и побежать к "нашему мальчику". Мы потом еще ходили вокруг этой крипты раза три, пытаясь разглядеть профиль с длинным носом со всех ракурсов. И гладили каменный гроб, а потом торчали неприлично долго у портрета и вообще... Потом я еще в последний день забежала в Национальную галерею - тоже все ради него, ради "мальчика" (ну 33 года всего - мальчик же и есть), то есть ради Уилтонского диптиха. И там тоже его разве что не облизала со всех сторон. Золото, лазурь, нежный профиль. Дивное наше величество. Люблю ни магу.
Дэвид Теннант у гробницы Ричарда II во время подготовки к спектаклю

За то, что в нем под этим райским оперением был такой стальной стержень. За то, что он и по жизни был такой эстет и покровитель искусств (и наверняка слишком заковыристо выражался). За то, что придумал носовой платок и любил принимать ванны! ))) За эту надмирную надменность, за это... "чувство правомочия", как бы оно не бесило, оно одновременно и восхищает. За то, что просто это была красивая жизнь и... красивая смерть - смерть не бывает красивой, но на каком-то внутреннем уровне это была смерть героическая. Ричард - наш король. 
Day #1: Your favourite play
Day #2: Your favourite character
Day #3: Your favourite hero
Day #4: Your favourite heroine
Day #5: Your favourite villain
Day #6: Your favourite villainess
Day #7: Your favourite clown
Day #8: Your favourite comedy
Day #9: Your favourite tragedy
Day #10: Your favourite history
Day #11: Your least favourite play
Day #12: Your favourite scene
Day #13: Your favourite romantic scene
Day #14: Your favourite fight scene
Day #15: The first play you read
Day #16: Your first play you saw
Day #17: Your favourite speech
Day #18: Your favourite dialogue
Day #19: Your favourite movie version of a play
Day #20: Your favourite movie adaptation of a play
Day #21: An overrated play
Day #22: An underrated play
Day #23: A role you've never played but would love to play
Day #24: An actor or actress you would love to see in a particular role
Day #25: Sooner or later, everyone has to choose: Hal or Falstaff?
Day #26: Your favourite couple
Day #27: Your favourite couplet
Day #28: Your favourite joke
Day #29: Your favourite sonnet
Day #30: Your favourite single line

День #1: Любимая пьеса
День #2: Любимый персонаж
День #3: Любимый герой
День #4: Любимая героиня
День #5: Любимый злодей
День #6: Любимая злодейка
День #7: Любимый шут
День #8: Любимая комедия
День #9: Любимая трагедия
День #10: Любимая историческая пьеса
День #11: Самая нелюбимая пьеса
День #12: Любимая сцена
День #13: Любимая романтическая сцена
День #14: Любимая сцена боя
День #15: Первая пьеса, которую вы прочитали
День #16: Первая постановка, которую увидели
День #17: Любимый монолог
День #18: Любимый диалог
День #19: Любимая кинопостановка
День #20: Любимая киновариация по пьесе
День #21: Слишком переоцененная пьеса
День #22: Недооцененная пьеса
День #23: Роль, которую вы никогда не играли, но хотели бы сыграть
День #24: Актер или актриса, которых вы хотели бы увидеть в определенных ролях
День #25: Рано или поздно всем придется выбирать: Хэл или Фальстаф?
День #26: Любимая пара
День #27: Любимое четверостишье
День #28: Любимая шутка
День #29: Любимый сонет
День #30: Любимая строчка

Примеры любви и дружбы в литературе.

Дружба в литературных произведениях. Гамлет и Горацио, трагедия «Гамлет», Уильям Шекспир
  1. (48 слов) Настоящие друзья всегда с чуткостью относятся друг к другу. Герой одноимённого романа А.С. Пушкина, Евгений Онегин, позволил себе злую шутку по отношению к своему приятелю Ленскому. Он не учёл, что тот может принять всё близко к сердцу, и необдуманный поступок обернулся трагедией. Их отношения не были истинной дружбой.
  2. (48 слов) К сожалению, нередко под предлогом дружбы один человек использует другого. Такой случай встречается в рассказе А.И. Солженицына «Матрёнин двор». Друзья Матрёны, пользуясь её добротой, постоянно просят её помочь по хозяйству – разумеется, задаром. Но они прекрасно знают, что у нее и так много дел, однако собственная выгода им важнее.
  3. (38 слов) Пример искренней, нежной дружбы – общение Макара Девушкина и Варвары Добросёловой из «Бедных людей» Ф.М. Достоевского. Несмотря на бедность и жизненные трудности, каждый из героев больше заботится о благополучии другого, чем о своём, что отражается в их трогательных письмах.
  4. (59 слов) «Нет проку в том, кто старых друзей забывает!» – так говорит Максим Максимыч, один из персонажей романа М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени». Он считал Печорина близким другом и был очень рад новой встрече, но в ответ получил лишь холодное рукопожатие. Это расстроило бедного старика до слёз. К слову, Печорин был наказан судьбой: до конца жизни он так и остался одиноким.
  5. (49 слов) Несколько необычная дружба возникла между главными героями романа Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев». Казалось бы, Остап и Ипполит Матвеевич не только компаньоны по общему делу, но и соперники в борьбе за драгоценную добычу – однако они проходят весь путь вместе, и только в конце близость цели рушит их приятельские отношения.
  6. (46 слов) Истинная дружба предполагает равенство. В романе У. Голдинга «Повелитель мух» дети, оставшиеся без взрослых, быстро разделились на лидеров и подчинённых, и лишь немногие сохранили способность дружить. Один из таких персонажей – мальчик Хрюша, который не бросает своего друга Ральфа, даже когда тот из вождя превращается в изгоя.
  7. (48 слов) Известно, что друг познаётся в беде. Герой романа Майн Рида «Всадник без головы», Морис Джеральд был ложно обвинён в страшном преступлении, но не мог ничего доказать из-за помутившегося сознания. Его товарищ, охотник Зебулон Стумп, сделал всё возможное, чтобы восстановить справедливость, и ему это удалось: настоящий виновник был наказан.
  8. (57 слов) В повести-сказке А. Де Сент-Экзюпери «Маленький принц» слова Лиса описывают, какой должна быть дружба: «Мы станем нужны друг другу. Ты будешь для меня единственный в целом свете. И я буду для тебя один в целом свете…». Также он говорит Маленькому принцу, что при расставании с другом горечь неизбежна, но в то же время приятные воспоминания останутся навсегда.
  9. (41 слово) Идея о том, как важна дружба, пронизывает фэнтези-роман Дж. К. Роулинг «Гарри Поттер». Поддерживая друг друга в горе и радости, герои легче справляются с личными проблемами и преодолевают жизненные трудности. Но самое главное: лишь вместе они образуют силу, способную противостоять злу.
  10. (41 слово) Историю дружбы человека и волка рассказывает Дж. Лондон в книге «Белый Клык». Самое удивительное, что люди причинили Белому Клыку много зла, но доброта последнего хозяина сотворила с диким зверем чудо. Тот не остался в долгу и стал преданным защитником всей семьи.
  11. Примеры из жизни

    1. (51 слово) Лучшая дружба – та, что навек. Но мне известен более поразительный случай, когда даже смерть не стала поводом для её конца. Двое знакомых моего отца воевали вместе в горячей точке. Один погиб, и второй до сих пор (а прошло уже больше двадцати лет!) помогает пожилой матери своего товарища в память о нём.
    2. (53 слова) Есть хорошая притча про дружбу. В ней речь идёт о старике с собакой, которые долго шли и очень устали. Вдруг на пути возник оазис, но животным туда было нельзя. Старик не стал бросать друга и прошёл мимо. Вскоре они добрались до фермы, хозяин которой впустил их обоих. Настоящий товарищ в беде не бросит.
    3. (33 слова) В фильме Л. Халльстрёма «Хатико» между героями зарождается настоящая дружба, которая победила смерть. Профессор приютил бродячего щенка, который привык встречать спасителя с работы. Преданный пес ждал своего хозяина даже тогда, когда тот умер.
    4. (48 слов) Не секрет, что самая крепкая дружба рождается в период студенчества. Действительно, в эту пору люди уже сформировались как личности, поэтому связи устанавливаются обычно между теми, кто близок по духу. Известно, что Борис Ельцин каждый год встречался с бывшими однокурсниками и не изменил своей традиции, даже когда стал президентом.
    5. (43 слова) Говорят, «друг познаётся в беде». Это отчетливо видно в русской экранизации романа Дюма «Три мушкетёра». Юрий Ряшенцев написал превосходные песни, восхваляющие боевое братство героев. Каждый из них, прикрывая товарища, нараспев произносит: «Я задержу их, ничего!». В этой фразе прорывается вся сила мужской дружбы.
    6. (48 слов) Теме дружбы посвящено множество фильмов. Один из моих любимых – «Ёлки-1» Тимура Бекмамбетова. В нём девочка-сирота по имени Варя невольно соврала, что её папа – президент, и поздравит её с Новым годом. Что теперь делать? К счастью, на помощь приходит верный друг Вова, и благодаря его усилиям невозможное становится возможным.
    7. (54 слова) В наше время практически у каждого человека есть несколько десятков, а то и сотен друзей в социальных сетях. Считается ли это дружбой? Я уверена, что да, если вы много общаетесь с человеком, и это приносит вам радость. Более того, с некоторыми из интернет-знакомых мне повезло встретиться в реальности, и это только укрепило нашу привязанность.
    8. (49 слов) В Интернете распространено высказывание: «Друг – это не тот, кто общается с тобой в свободное время, а тот, кто освобождает время, чтобы пообщаться с тобой». С этим можно согласиться: когда человек жертвует своими делами ради другого – значит, ценит его; а если нет – скорее всего, это просто приятельство, которое длится недолго.
    9. (45 слов) Дружба несовместима с эгоизмом – это факт. Хороший пример для меня – подруга Аня. Я знаю, что всегда могу рассчитывать на неё. Однажды мне срочно понадобилось, чтобы кто-то приехал и посидел с младшим братом, пока я отсутствую. Аня согласилась без раздумий, хотя живёт на другом конце города.
    10. (48 слов) Дружить можно не только с людьми. Разве наши домашние любимцы – не настоящие друзья? Моя собака всегда ждёт меня с учёбы, а если видит, что я чем-то расстроена – пытается утешить, например, кладёт голову на колени или зовёт играть. И наоборот, когда она видит, что я занята – мешать не станет.
    11. Интересно? Сохрани у себя на стенке!

В мире нет ничего лучше и приятнее дружбы; исключить из жизни дружбу - все равно, что лишить мир солнечного света. Цицерон

30 июля во всем мире отмечается Международный день дружбы. Это один из самых “молодых” праздников, решение о его учреждении Генеральная ассамблея ООН приняла только в 2011 году.

Мы уверены, что для кого-то этот день станет повод позвонить старым друзьям или встретиться с другом, которого давно не видел или собраться большой и шумной компанией. Этот день также хорош тем. что дает возможность вспомнить, какое количество прекрасных книг посвящено дружбе.

В нашей сегодняшней подборке – на наш взгляд, 7 самых лучших произведений. Большую часть из них мы все прочитали в юности, но от этого они не стали менее актуальными. А кого-то наш список, возможно, подтолкнет взять с полки книгу, чтобы узнать о настоящей дружбе.

Александр Дюма. Три мушкетера

Одна из самых экранизируемых книг во всем мире. Книга о любви, дружбе, верности и принципах. Похождения отважного гасконца Д’Артаньяна и его друзей – мечта любого юноши.

Достаточно сказать, что общий тираж книги – более 70 миллионов экземпляров!

“Пора-пора-порадуемся!”

Дж. Р.Р. Толкин. Властелин колец

Роман-эпопея английского писателя Дж. Р. Р. Толкина – самое известное произведение жанра фэнтези. «Властелин колец» был написан как единая книга, но из-за объёма при первом издании его разделили на три части: «Братство Кольца», «Две крепости» и «Возвращение короля».

Приключения Фродо и его друзей стали одной из самых известных и популярных книг ХХ века. Впоследствии история неоднократно использовалась в настольных и компьютерных играх, а также была экранизирована Питером Джексоном.

Среди прочего, «Властелин колец» занял первую строчку в списке «200 лучших книг по версии BBC».

Эрих Мария Ремарк. Три товарища

История о дружбе трех школьных, а затем и фронтовых товарищей – Роберта Локампа, Готтфрида Ленца и Отто Кестера. именно военное братство сплотило трёх товарищей: Роберта Локампа, Отто Кестера и Готтфрида Ленца.

Отношения главных героев, а также возлюбленной Роберта на фоне послевоенной Германии покорили чердца миллионов читателей.

Герои романа готовы на всё ради дружбы. Несмотря на пропитавшую его смерть, роман говорит о жажде жизни.

  • Читайте также:

Джек Лондон. Сердца трех

Роман, написанный Джеком Лондоном незадолго до его смерти, стал для него юбиленым, пятидесятым.

Роман начинается с предисловия, в котором Джек Лондон пишет, что взялся за эту работу по причине отсутствия свежих сюжетов для кинематографа.

Молодой потомок пирата Моргана, который оставил ему богатое наследство, отправляется на поиски сокровищ своего предка. На пути он знакомится со своим дальним родственником - Генри Морганом. Их ждут опасные приключения, неведомые земли и любовь.

Аркадий и Борис Стругацкие. Повесть о дружбе и недружбе

Данное произведение асболютно нехарактерно для Стругацких, так как его целевая аудитория – подростки. Данная книга стала единственной, созданной ими в качестве детской литературы.

Нужно отметить, что сами авторы низко оценивали «Повесть о дружбе и недружбе». “Главной побудительной причиной послужило то обстоятельство, что ничего серьёзного в те поры опубликовать было невозможно. Поэтому мы и решили переделать старый сценарий в сказку для детей старшего школьного возраста. Соответственно так к этой сказке всегда и относились: как к нежеланному и нелюбимому ребенку.” – Вспоминал позже Борис Стругацкий.

В трудную минуту подставить плечо и протянуть руку помощи способен только настоящий друг. Именно он не оставит в беде и всегда поддержит. О таких людях складывают песни, снимают фильмы и, конечно, пишут литературные произведение. Книги о дружбе , как правило, трогательны и эмоциональны. Что неудивительно, ведь они затрагивают самые искренние чувства человека. Книги о дружбе понятны всем: взрослым и детям, мужчинам и женщинам. Они включены в литературную сокровищницу лучших произведений мира и известны читателям еще с далеких времен.

Часто книги о дружбе, список которых стремительно увеличивается, советуют для прочтения именно юной аудитории. Сопереживая героям, учась у них выстраивать искренние отношения, постигая смысл науки товарищества, дети приобретают бесценные навыки. Эти знания общения людей друг с другом пригодятся молодому читателю в будущем. Положительный пример литературных героев хорошей книги о дружбе надолго останется в памяти.

Книги о дружбе – список самых увлекательных изданий

Теме товарищества, безвозмездной преданности и безграничного взаимопонимания были посвящены тысячи произведений классических авторов. Однако эти идеи переносят в свои сочинения и современные писатели. Перечисляя книги о дружбе, список которых полностью составить практически невозможно, конечно, следует упомянуть произведение Марка Твена «Приключения Тома Сойера». Это произведение неизменно покоряет умы и сердца все новых читателей. «Трое в лодке, не считая собаки» Джерома К. Джерома – еще одно известное сочинение, рассказывающее о путешествиях верных друзей.

Известны случаи, когда книги, посвященные товариществу, переворачивали жизнь своих читателей. Дети по всему Советскому Союзу мечтали совершать добрые и полезные поступки как герои книги Аркадия Гайдара «Тимур и его команда». В качестве более современных примеров можно привести – целое фанатское движение поклонников саги про волшебника Гарри Поттера. Следя за нелегкой судьбой храброго юного мага и его верных друзей, читатели по всему миру поверили, что настоящей дружба способна спасти, оживить и вдохновить на великие свершения.

Любители произведений, посвященных идеям товарищества, оценят сочинения Дж. Р.Р. Толкина (трилогия «Властелин колец»), Ника Хорнби («Мой мальчик»), Джека Лондона («Сердца трех»), Владислава Крапивина («Трое с площади Карронад»), Марка Леви («Где ты?») и многих других отечественных и зарубежный авторов.

В русской литературе тема дружбы распространена и представлена во многих произведениях.
  • В романе Ивана Гончарова “Обломов” показано единство двух друзей: Ильи Ильича Обломова и Андрея Ивановича Штольца. Эти отношения завязались еще в детстве и прошли через всю жизнь. Автор противопоставляет неповоротливого и ленивого Обломова активному и деятельностному Штольцу, но это не мешает им радоваться общением друг с другом. Каждый из них не отказывается от помощи. Обломов помогает Андрею Ивановичу разобраться в своих чувствах, а тот, в свою очередь, не дает засидеться, и постоянно “вытаскивает” товарища из дома.

Рис. 1. Пьер Безухов, Андрей Болконский и на балу

  • Верными друзьями оказываются и герои романа-эпопеи Л. Н. Толстого “Война и мир” . очень лестно отзывается о своем друге . Их дружба перетерпела проблемы, которые не мог бы выдержать человек без поддержки друга. Это и предательство супруги Безухова - Элен, и смерть жены Болконского - Лизы, война, ранение, разочарование в жизни. Они оставались верными товарищами и всегда приходили на помощь друг другу.
  • “Отцы и дети” И. С. Тургенева. Еще одним примером можно пополнить список товарищества связью Аркадия Кирсанова и . показывает не только проблему отцов и детей, но и раскрывает перед нами художественное сочинение на тему дружбы. Это - один из тех примеров, когда все же жизненная позиция героев, их моральные принципы становятся причиной прекращения дружбы, которая исчислялась годами. Базаров - человек нового времени, нигилист, верит в науку и считает себя учителем Кирсанова. Аркадий - романтик, живущий в мечтах о хорошей жизни, пытается подражать Базарову. Такую дружбу нельзя назвать настоящей, так как больше идет зависимость одного героя от другого. Это больше проявление наставничества.
Важно! Большинство отечественных писателей используют в своих работах героев-антагонистов, то есть противопоставление двух совершенно разных личностей.

Тема дружбы в зарубежной литературе

В зарубежной литературе есть не меньшее количество интересных примеров дружбы:
  • Первое, о чем мы думаем и ставим в пример настоящей дружбы, конечно, произведение А. Дюма “Три мушкетера” . Верные друзья, мушкетеры, готовые умереть друг за друга. Дюма даже гиперболизирует героев, придавая им способности “супергероев”. Например, Д`Артаньян и его три друга, вчетвером, с легкостью справились с гвардейцами, число которых намного превышало количество друзей. Друзья познаются не только в беде, но и в радости. Автор показывает как искренне радуются любовным успехам Д`Артаньяна его товарищи - Атос, Портос и Арамис. На протяжении всей книги Дюма ставит друзей в различные истории, и они выходят из них победителями.
  • Если в “Трех мушкетерах” автор “кричит” о мужской дружбе, то в произведениях Артура Конан Дойла про гениального сыщика Шерлока Холмса и его верного товарища доктора Ватсона мы не видим явного проявления дружеских отношений. Они дополняют друг друга - Холмсу тяжело жить в реальном мире, и ему помогает Ватсон, который не так гениален, но способен уловить желания своего друга. Взамен тот ему дает материал для написания статей. С одной стороны может показаться, что эта дружба основана на коммерции, но мы видим, что Ватсон настолько привязывается к Шерлоку, что даже ценой собственной жизни спасает гения сыска.

  • Пример истинной дружбы наблюдается в произведении Э.М. Ремарка “Три товарища”. Трое друзей, прошедшие войну, пытаются выжить в мире без убийств и оружия. Отто, Роберт и Готфрид держатся за свою дружбу, организовывают общее дело и вместе открывают автомастерскую. Их даже не разлучила влюбленность Роберта в Патрицию, друзья с радостью приняли девушку в свою компанию. В этом произведении показано, на что может пойти верный товарищ для помощи. Отто Кестер продает свою машину “Карла”, чтобы помочь друзьям, тем самым продлевает жизнь Патриции во время ее болезни. После трагической смерти Готфрида Ленца и Патриции, Роберт почти отчаялся в жизни, но его вновь поддержал верный друг Отто.

Тема дружбы в детской литературе

Через что еще, как не через детские произведения показать смысл настоящей дружбы, ведь именно в детские годы мы находим друзей на всю оставшуюся жизнь. И рассказы для детей отлично говорят о дружбе мальчиков и девочек, о дружбе человека и четвероногих друзей, о дружбе между животными.

Вот несколько достойных внимания примеров:
  • “Тимур и его команда” Аркадия Гайдая - одно из самых ярких произведений о дружбе между подростками. Тимур является неким предводителем тайной организации, вокруг него образовывается круг добрых и отзывчивых детей. Команда помогает не только другим людям, они помогают себе - постигают вместе основы дружбы, понимают, что только вместе они - сила. Но эта сила добрая и бескорыстная. Тимуровцы дают понять взрослым, какой должна быть настоящая дружба, ведь они забыли об этом и пытаются оградить от всех “приключений” своего ребенка. Друг в детстве является точкой опоры, Гайдар и пытался показать это при помощи своего произведения.
  • В пример дружбы людей и животных, безусловно является “Каштанка” Антона Павловича Чехова , где главный герой взял бедную измученную собаку, выкормил ее, обучил трюкам. Произведение является примером преданности и верности, однако, не считать эти качества для построения хороших дружеских отношений нельзя. Без доверия можно ли говорить о дружбе вообще?
  • Вспомните рассказы Эдуарда Успенского про друзей из Простоквашино. Дядя Федор, пес Шарик и кот Матроскин - три друга, которые без помощи взрослых справляются с бытом, их жизнь наполнена приключениями. Пусть в некоторых моментах они и ссорятся, но дружба помогает им преодолеть непонимание.

  • Крокодил Гена бескорыстно помогает Чебурашке, дает ему кров и работу, таким образом мы видим, что дружба - это взаимопомощь. Детские рассказы направлены на принятие ребенком постулатов, которые необходимы для создания крепких товарищеских отношений.
  • учат нас, что необходимо говорить другу о его ошибках, учить его познавать этот мир. Лис говорит с маленьким принцем об основах не только пребывания на планете, но и учит дружить, доверять и помогать другим.
Тема дружбы представлена в литературных произведениях многих писателей, поэтов, романистов. И надо с ними знакомиться, вдумываться в смысл при чтении книг, чтобы учиться правильной жизни “на чужих ошибках” и иметь правильное представление о взаимоотношениях людей в обществе. Еще несколько примеров предлагаем вам посмотреть в видео.

Направление "Дружба и вражда" итогового сочинения 2016-2017 по литературе: примеры, образцы, разбор работ

Примеры написания сочинений по литературе по направлению "Дружба и вражда". К каждому сочинению приведена статистика. Некоторые сочинения школьные, и использовать как готовые образцы на итоговом сочинении не рекомендуется.

Данные работы можно применять для подготовки к итоговому сочинению. Они предназначены для того, чтобы сформировать представление учащихся о полном или частичном раскрытии темы итогового сочинения. Рекомендуем использовать их как дополнительный источник идей при формировании собственного представления раскрытия темы.

Наверное, каждый из нас задумывался над тем, каким должен быть настоящий друг. И каков бы ни был итог наших размышлений, мы все сходимся в том, что истинной дружбой можно назвать только отношения, полные искренности, доверия, душевной близости, готовности прийти на помощь в трудную минуту… Тот, кто обрёл в лице другого человека такого верного товарища и сам соответствует высокому званию друга, может смело назвать себя счастливцем.

Но, к сожалению, тот или та, что звались нашими друзьями, не всегда ими являются. Открывая свои сокровенные мысли или протягивая руку помощи другому человеку, мы всегда рискуем, так как «чужая душа - потёмки». И враг, умело скрывавшийся под дружеской личиной, конечно же, самый опасный, потому что ему известно о вас многое.

Русские писатели не раз обращались к сюжетам, где вчерашний друг оказывался страшнейшим врагом, причинявшим герою страдания. Вспомним «Капитанскую дочку» А.С.Пушкина. Коварный Швабрин, сначала казавшийся Петру Гринёву приятелем, не раз совершает подлости по отношению к молодому дворянину. Алексей Иванович, оклеветав Машу Миронову, вынуждает Гринёва защищать честь девушки на дуэли. Но и на дуэли Швабрин ведёт себя далеко не благородно. Воспользовавшись тем, что Пётр на секунду отвлёкся на спешившего к ним Савельича, наносит тяжёлую рану Гринёву. На протяжении всего произведения мы видим, как Швабрин, недавно притворявшийся другом не только Петра, но и семьи Мироновых, с лёгкостью отрекается от них, от дворянской чести, от императрицы…

В романе М.Ю.Лермонтова «Герой нашего времени» мы знакомимся с ещё одним персонажем, который только симулирует дружеское расположение. Печорин неспособен быть другом, но, чтобы играть человеческими судьбами, притворяется внимательным товарищем Грушницкого, а также пылко влюблённым в княжну Мери. Убедив наивного молодого человека в том, что девушка испытывает к нему влюблённость, Григорий Александрович сплетает сеть интриг, в которую попадает и неопытная Мери, полюбившая Печорина, а также самовлюблённый Грушницкий, уязвлённый охлаждением княжны к нему из-за Григория Александровича. Чтобы развеять скуку, Печорин становится режиссёром кровавого спектакля, развязкой которого станет разбитое сердце юной девушки и смерть несчастного Грушницкого, действительно любившего Мери… Лермонтов хорошо понимал, что такое подлость мнимого друга и оставил потомкам переложение мудрых строк Абдуррахмана Джами:

Что от врагов ты хочешь скрыть,
Друзьям не должен говорить.

Да, враг - это человек очень опасный, но неприятель, надевший маску друга, в стократ страшнее. Столкнувшись с таким лицемером, разрушившим жизнь, человек может на многие годы и десятилетия перестать доверять людям и оставаться одиноким. Но всё-таки, как ни велик риск быть преданным, счастье иметь искренних друзей гораздо больше.

(387 слов)

Материал Н.А. Зубовой

"Друг познается в беде" так гласит народная мудрость, но я не совсем согласен с ней. Настоящий друг познается не только в беде, но и в радости. И это доказали многие писатели.
В романе Вениамины Александровича Каверина “Два капитана” показывает нам двух друзей Сашу Григорьева и Мишу Ромашова. Их дружба в один миг заканчивается, так как Миша не смог спокойно смотреть на близкие взаимоотношения Кати Татариновой и Сашки Григорьева, потому что Ромашка сам был в неё влюблен. Миша способен на предательство своего друга, во время войны он бросил раненного Сашку умирать.

Это показывает, что Ромашову вовсе не нужны были друзья, да и способны ли полюбить такого человека. Ведь такие люди как Миша не способны помочь человеку в трудную минуту, да и радости с ним не разделишь.

А Лев Николаевич Толстой в своем романе-эпопее “Война и мир” показывает нам настоящую дружбу на примере Андрея Болконского и Пьера Безухова.

Пьер пытается помочь Андрею справится с потерей жены и соболезнует ему. А когда Болконский влюбляется в Наташу, Безухов искренне радуется счастью своего друга. Эти эпизоды показывают отношения Пьера к дружбе, он дорожит своей дружбой с Андреем. Пьер Безухов готов пожертвовать своим счастьем ради друга. Это видно потому как рьяно он пытается помирить Андрея с Наташей, хоть и сам в неё влюблен. Только настоящий друг способен прийти на помощь в трудную минуту, он не умеет завидовать и причинять боль своему близкому другу. Таких друзей способна разделить только смерть.
Таким образом, друг может называться настоящим, если он и в горе поможет и в радости порадуется вместе с тобой.

(252 слова)

Рассуждая о важных людях в своей жизни, мы чаще всего расставляем их в таком порядке – родители, близкие родственники, друзья, знакомые. Родителей и родственников не выбирают, знакомых не впускают слишком глубоко в жизни. И только настоящий друг – это человек, отношения с которым основываются на взаимности, доброжелательности, искренности и симпатии. Вот так случается – встречаются двое незнакомцев и при определенных условиях становятся незаменимыми друг для друга.

Без дружбы жизнь не полноценна. Но только если речь идет о настоящей дружбе – не пустом общении, использовании друг друга в корыстных целях. Как раз это наоборот не приносит нам ничего хорошего. Зачем вам друг, который с вами только потому, что ему больше ничем заняться, и он легко исчезнет надолго, даже не предупредив? Или друг, который с вами говорит одно, аза вашей спиной сплетничает о вас? Или тот, кто общается с вами, только когда ему что-то нужно? Или завистник? Разве такие «друзья» делают жизнь полноценной?

И лучше всего истинная сущность дружбы, как по мне, раскрыта в сказке «Маленький принц» А. де Сент-Экзюпери. Там в разговоре Лиса с Маленьким принцем говорится, что для того чтобы стать близкими, нужно узнать друг друга. Надо впустить человека в свое сердце, мысли, жизни. И самому войти в его. Это - доверие, и именно оно священно. И это настоящее счастье - быть с кем откровенным и знать, что тебя таким примут и не предадут. И это необходимость в жизни каждого из нас.

(318 слов)

«В доме человеческого счастья дружба сводит стены, а любовь образовывает купол». В этих словах К. Пруткова образно определенная роль дружбы в человеческих отношениях. Ныне, когда время бежит чрезвычайно быстро, когда ритм жизни приобретает неистовый темп, когда не хватает времени для общения, а телевидение часто заменяет его, как понять что есть Настоящая дружба? Не смешиваются ли эти отношения с поверхностными приятельскими, которые основываются на общности дел и отдыха? Дружба облагораживает жизнь, ее ценили и возвеличивали мыслители древности. Дружба, в оценке Аристотеля, – наинеобходимейшее для жизни: ведь никто не хочет жить без друзей, даже если бы он имел все другие богатства.

Дальше он разъяснял: «Дружба не только неоценимая, а и прекрасная - мы прославляем того, кто любит своих друзей, имеет много друзей - это чудесно, а некоторым даже кажется, что быть хорошим человеком и другом - это одно и то же. Чрезвычайно высоко оценивается дружба в украинской культуре. Раскрывая большую силу дружбы, Григорий Сковорода приводит слова Плутарха: «Дружба, сопровождая жизнь, не только прибавляет утехи и обворожительности светлым его сторонам, а и уменьшает страдание, и Бог, прибавив к жизни дружбу, сделал так, чтобы все было радостным, приятным и милым, когда друг рядом и вместе с вами утешается. И как бы льстец не ковал бедствие, используя наслаждения и приятности, надо знать, что он ничего радостного не вносит в дружбу». Сковорода учил быть осмотрительным в выборе друзей. Конечно, время вносит свои коррективы, но такие понятия, как дружба, любовь всегда будут оставаться высочайшими ценностями.

Они представляют собой какой-либо таинственный процесс, который невозможно запрограммировать, наполняют жизнь радостью общения, взаимопонимания, эмоционально обогащают его. В психологии понятия «дружба» определяется как стойкие личностно-выборочные межличностные отношения, которые характеризуют взаимную благосклонность их участников, взаимные ожидания соответствующих чувств и отдача преимущества. Развитие дружбы предусматривает следование ее неписаному «кодексу», что утверждает необходимость взаимопонимания, откровенности и искренности. Она предусматривает доверчивость, активную взаимопомощь, взаимный интерес к делам и переживаниям другого, искренность и бескорыстие чувств.

Серьезные нарушения «кодекса дружбы» ведут к ее прекращению, или к поверхностным приятельским отношениям, или даже к преобразованию дружбы в ее противоположность - враждебность. Наибольшей интенсивности достигает дружба в юношеские годы и в период ранней зрелости, когда отмечается исключительная значимость отношений с друзьями, наибольшая частота встреч и наибольший объем совместно проведенного времени. При этом отношения между друзьями наполнены глубоким эмоциональным содержанием и часто сохраняются на протяжении всей жизни. Дружба выступает иногда своеобразной формой психотерапии. Она разрешает высказать сокровенные чувства, которые переполняют человека, и найти поддержку тех, кто разделяет ее мысли.

Для меня друзья имеют большое значение. Это самые дорогие люди после родителей.

С ними я всегда могу быть откровенным. Вместе с друзьями я быстрее нахожу решение любой проблемы, с ними легче выполнять всякую работу, радостнее проводить свободное время. Я ценю своих друзей, стараюсь не ссориться с ними и помогать им всегда, когда возникает потребность. Итак в самом деле, как утверждает народная пословица, человек без друзей - что дерево без корней.

(467 слов)

Дружба и вражда – эти антиподы всё чаще и чаще встречаются в 21 веке. Дружба-это отношения,основанные на доверии,взаимопомощи и поддержке. А вражда – это противопоставление дружбе. Люди не ценят друг друга, дружбы между друг другом. Поссорившись,можно никогда не вернуть дружбу.За доказательствами своих рассуждений хочу обратиться к примерам из художественной литературы.

В романе А. С. Пушкина "Евгений Онегин" рассказывается о двух товарищах – Онегине и Ленском. Их дружба была настолько крепка,но вражда позволила эту дружбу разрушить. На дне рождении Татьяны Лариной,Евгений Онегин пригласил на танец возлюбленную Ленского – Ольгу Ларину.Это было со стороны Евгения,как бы отместка. Но эта отместка очень оскорбила Ленского,после чего он пригласил на дуэль Евгения. Дуэль закончилась весьма трагична-смертью Ленского.По началу Евгений не хотел убивать Ленского,но также он не хотел выглядеть трусом в обществе. После смерти Ленского Евгений просто не понимал смысла жизни,ведь он потерял близкого человека.

Также в качестве доказательства своих мыслей могу привести роман М.Ю. Лермонтова "Герой нашего времени", где главными героями являются Печорин и Грушницкий.Грушницкий клеветал на своего друга Печорина,потому что он считал себя лидером,предполагая,что им двоим места нет. После всей этой гнусной клеветы,Печорин вызвал Грушницкого на дуэль. Он считал,что больше ему ничего не оставалось кроме нее.В мелкой душе Грушницкого не пробудилось великодушия. И он выстрелил в безоружного человека. К счастью, пуля только оцарапала колено соперника. Презрение и злоба охватили Печорина при мысли, что этот человек с такой легкостью мог убить его.

Здесь
– Темы итогового сочинения 2016-2017 по всем направлениям
процедура написания итогового сочинения (изложения)
– утвержденные критерии оценки выпускного сочинения ;
для школ .
– Критерии оценивания выпускного итогового сочинения для вузов .

Образ Горацио и его роль в трагедии “Гамлет” 👍

При рассмотрении трагедии этому персонажу обычно отводится мало места да и говорят о нем, как правило, в последнюю очередь. Как мы видели, в Виттенберге Горацио усвоил передовые взгляды и не склонен верить в привидения. Вынужденный признать факт появления Призрака, Горацио тем не менее остается убежденным рационалистом.

Он человек трезвого рассудка. Горацио возникает для нас как личность в той характеристике, которую ему дает Гамлет, а она полна глубокого значения:

Горацио, ты лучший из людей, С которыми случалось мне сходиться. .. .Нет,

не подумай, я не льщу… .. . Едва мой дух стал выбирать свободно И различать людей, его избранье Отметило тебя; ты человек, Который и в страданиях не страждет И с равной благодарностью приемлет Гнев и дары судьбы; благословен, Чьи кровь и. разум так отрадно слиты, Что он не дудка в пальцах у Фортуны, На нем играющей. Будь человек Не раб страстей, – и я его замкну В средине сердца, в самом сердце сердца, Как и тебя.

Совершенно бездейственному персонажу, Горацио отведена в идейном замысле трагедии важная роль. Он, так же как и Призрак, служит Шекспиру для выявления идеала человека.

Он не раб страстей. Все другие

лица трагедии в большей или меньшей степени подвержены страстям. Горацио человек спокойный, уравновешенный.

Ему присущ рационализм, сказавшийся в его отрицании духов и призраков. Но главное, что в нем подчеркивает Гамлет, это его философский взгляд на жизнь. Из характеристики, которую дает ему принц, следует, что Горацио последователь стоицизма, древнего учения, возвращенного к жизни мыслителями эпохи Возрождения. Основанная еще древнегреческим философом Зеноном (334 – 262 до н. э.), философия стоицизма проповедовала подчинять поведение требованиям разума.

Стоики верили в то, что миром управляет некое провидение, считали, что разумный человек должен подчиняться его воле.

Гамлет утверждает, что таков и его идеал. Однако разве свободен сам Гамлет от страстей? Уже с его первого монолога ясно, что он натура страстная. Им владеют разные настроения, он не способен относиться спокойно к злу, оно вызывает его возмущение, страстный протест, он не может успокоиться, видя проявления безнравственности и бесчеловечности.

Поэтому до поры до времени между идеалом Гамлета и его собственным поведением есть явное расхождение. Но именно до определенного времени. Мы уже приводили его слона о том, что “и в гибели воробья есть свой промысел”.

Вся эта речь соответствует основам стоицизма, и это дает право сказать, что Гамлет, сначала в сильной степени подверженный страстям, в итоге тяжкой борьбы и жизненного опыта пришел к такому взгляду. Но покорность судьбе у Гамлета не означает смирения. Он был и остается врагом зла и несправедливости.

Не беспокоится он лишь о том, что ожидает лично его – пусть свершится то, что должно свершиться! Стоик не боится смерти. И отголосок этого звучит в несколько загадочных последних словах Гамлета: “Остальное – молчание”.

Более того, если вначале между Гамлетом и Горацио заметна противоположность жизненных позиций и принц лишен стоической отрешенности от тревог и забот, а его друг таким качеством обладает, то в финале они как бы меняются местами. Горацио при всем его мудром спокойствии горячо любит Гамлета. Видя, что принц умирает, он хочет разделить с ним судьбу иго-тон выпить яд из отравленного кубка. Гамлет останавливает его и просит:

Если ты мужчина, Дай кубок мне Дыши в суровом мире…

Иначе говоря, Гамлет призывает друга вспомнить его философию и следовать ее предписаниям. Горацио повинуется. Горацио – человек гуманистической культуры, он горячий поклонник античности.

Эту особенность его духовного склада Шекспир выявил дважды: в начале трагедии, когда Горацио вспоминает о том, что было в Риме накануне смерти Юлия Цезаря, и в финале. Намереваясь покончить самоубийством, чтобы не пережить друга, Горацио восклицает: “Я римлянин, не датчанин душою” .

Горацио хочет подражать “античным римлянам”, героям, которые бесстрашно бросались на меч, когда им ничего не оставалось в жизни, как это делают у Шекспира Брут в “Юлии Цезаре” и Антоний в “Антонии и Клеопатре”.

Датский римлянин: образ Горацио, тень Гамлета 👍

В первой сцене первого действия трагедии появляется персонаж, который будет наблюдать за событиями на протяжении всей пьесы. Горацио, как тень, будет сопровождать Гамлета. Первыми словами героя на сцене будет первая часть своеобразного пароля.

На оклик Франциска “Стой! Кто здесь?” Горацио отвечает: “Это друзья.” В этих словах сформулировано жизненное кредо молодого человека, который получил европейское образование мечтал о просвещенном монархе, который бы построил государство опираясь на право и закон.

Таким королем в

будущем Горацио хотел бы видеть принца. Объясняя Гамлету, почему он прибыл в Виттенберг, Горацио скажет; “На похороны спешил – ваш отец умер”. Тем не менее, позднее читатель поймет, что в Данию его позвала не просто вассальская обязанность.

Он ехал давать присягу на верность новому королю, а им должен был быть Гамлет. Мечта Горацио послужить молодому королю, принять участие в государственном строительстве на этот раз не осуществилась, тем не менее, надежды он не теряет.

Герой хорошо знает не только историю Рима, а и датскую давность. В разговоре о прошлых событиях своей родины, герой заинтересованно

рассказывает о том, что происходило в стране где-то свыше тридцати лет тому назад. События приобретают определенную словесную форму: используются упроченные эпитеты, ритуальные языковые структуры.

В его рассказе удивительно объединяются устаревшие мифологические формулы и концепты римского права.

Для него Гамлет – “храбрый… во всем мире известный за отвагу”. Проникаясь монументальностью прошлого, Горацио даже не замечает, что выставлять на одну ступень человеческую жизнь и имущество антигуманно и аморально, что убить “по договору” – это все же таки убить. Ренессансные идеи, поступление ценностями человеческой жизни для Горацио не является основой сутью его мировосприятия.

В трагедии Горацио – единый человек, который (не полностью, но как может) понимает принца и является верным охранником его сокровенных мыслей. Во второй сцене третьего действия Гамлет говорит: “Горацио, из всех людей, с которыми я сталкивался, ты – наилучший”. Чем привлекает внимание к себе Горацио?

Гамлет объясняет: “Так как ты такой, что и в страданиях не страдаешь, ровно принимаешь благодарно внизу ласку и гнев”. Внутренняя независимость не демонстрируется, не выставляется героем.

Так, в начале произведения он предостерегает Гамлета не идти за Призраком, а потом советует королю и королю не отвечать отказом сумасшедшей Офелии в аудиенции. “С ней нужно бы поговорить, так как она у мыслях неуверенных может лихие предположения посеять”. Он видит в принце Гамлете короля своих мечтаний и восторженно перерывает его рассказ о подготовленной гибели Розенкранца и Гильденруля приподнятым восклицанием: “Вот так король!” Но другим вместе Горацио предостерегает принца против поединка с Лаэртом. Он боится за жизнь принца, однако не остановит его.

Со смертью Гамлета Горацио теряет надежду на построение нового государства, которое бы держалось на праве и законе. Не судилось. За античной, скорее римской, традицией, Гораций готовый, выпив яд, достойно уйти из жизни: Просьба Гамлета оставляет героя живым “…Какое обезображенное имя, Горацио, останется здесь, когда уйдешь и ты?”.

Со словами Гамлета возрождается для Горацио смысл жизни. Он остается жить, чтобы рассказать о событиях, свидетелем которых был. Теперь друг и вассал принца – творец и хранитель истории о Гамлете, датском принце, который так и не стал королем.

Уже может осуществиться мечта жизни Горацио, поскольку первые государственные шаги нового монарха реализуются при его участии и за его рекомендациями. “Спешим, пока пораженный народ, чтобы бедствий, и заговоров, и ошибок избегнут”, – скажет он Фортинбрасу.

В диалоге Гамлета с Горацио якобы утверждается бестолковость человеческой жизни: “Великий Цезарь умер “. Тем не менее читатель понимает, что физическому небытию противостоят память, слава, великие и добрые действия. Подобные мысли могут спасти человека от пустоты и отчаяния. К разговору о вечном подключаются не только Гамлет и Горацио, а и читатели.

Диалог превращается в полемику. Таким образом драматург расширяет территорию эмоционального влияния мысли, заставляя всех, кто попал в водоворот событий трагедии, стать активными соучастниками давней истории. Финал трагедии заставляет читателя возвратиться к началу. Вспомним, завязка действия состоялась с появлением Горацио, он же остается на сцене (рядом с Фортинбрасом), когда все кончилось.

Главный герой погиб, но действие длится. И именно второстепенный персонаж, за волей драматурга, завершает историю, подталкивая читателей и зрителей к раздумьям.

Позиция каждого из героев в пьесе проверяется наличием своеобразного двойника. Сосуществование двух (а то и трех) персонажей, самореализация которых есть похожей, происходит в постоянном диалоге. Драматург дает возможность читателю проследить процесс рождения и кристаллизации мысли, позиции, поступков героя.

Подтверждением этого является прелюдия к погребению Офелии, в которой появляются два гробокопателя. Место действия – кладбище – не позволяет ждать веселых событий, тем не менее в этой сцене страх перед потусторонним уступает здравому смыслу, трагедия – философии.

Каждый из героев ведет свою партию. Первый Гробокопатель четко держится логики. Он старается все проверить ею: каждое действие имеет три составные части: поступок, действие и выполнение: Стихия жизни в его представлении возникает направленной и подвластной. Возможно, подобное отношение к действительности помогает герою не потерять голову, не упасть в отчаяние от несправедливости мира и даже сохранить чувство юмора, которое проявляется в его соображениях о правах вельможных людей.

И если Второй Гробокопатель попадается в конфликт с реальностью (“Когда бы она и не была вельможной панной, то ее бы и не хоронили по христианскому обряду”, – скажет он об обряде погребения Офелии), то Первый проверяет настоящее прошлым и этим поддерживает равновесие собственного бытия. Он вспоминает библейские времена, воспринимая все, что происходит сегодня, как “выполнение” пророчеств. Для него закономерность того, за чем он наблюдал столько лет, является подтверждением справедливости высшего Божьего промысла

Мудрость подобного отношения к жизни поражает Гамлета, принц готов принять опыт простого человека как урок. После общения с Первым Гробокопателем Гамлет доходит до вывода, что надо “говорить осторожно, так как иначе двусмысленности потеряют нас “. Задавшись вопросом, как выглядел Александр Македонский в земле, принц выкрикивает: “На какой низкий обиход можем мы пойти”.

Гамлет (другая версия) – Краткое содержание (краткий пересказ в сокращении)

Перевод:

Замок Эльсинор, что в Датском королевстве. Перед ним на страже Франциско и Бернардо. Часы бьют двенадцать.

Приходят Марцелл и Горацио, ближайший друг Гамлета. Они взволнованы тревожными слухами о появлении призрака, умершего короля.

Друзья находят принца в прихожей замка. Гамлет страдает от мысли, что его мать менее чем через два месяца после смерти мужа вышла замуж за его братом Клавдием, человеком подлой и тупой.

Узнав о привидении, Гамлет решает ночью вместе с друзьями стоять в карауле и ждать появления Тени отца.

А из замка слышно пьяный разгул нового короля. Появляется тень отца наедине с Гамлетом рассказывает о коварное убийство: Клавдий влил в ухо брата-короля яд, когда тот спал. Известие поражает Гамлета. Офелия, возлюбленная Гамлета, видя принца в таком состоянии, рассказывает отцу Полонию о своих впечатлениях. Полоний решает, что Гамлет потерял смысл за любви к Офелии.

Цитата:

Полоний

Ну что, Офелия? В чем забота?

Офелия

Ох, папочка, я так испугалась!

Полоний

Чего, дай бог?

Офелия

Когда я шила в своей комнате,

Принц Гамлет — вон растерзанный, без шапки,

В непидвьязаних, грязных чулках,

обвисли, как кандалы на ногах,

Бледный как снег, убиваются колени,

А на виду такая страшная отчаяние,

Как просто из ада вырвался рассказать

Страшные ужасы, — вошел в меня.

Полоний

От любви потерял смысл?

Офелия

Не знаю, папа,

Но боюсь, что действительно.

Перевод:

Король Клавдий просит университетских друзей Гамлета Гильденстерн и Розенкранца проследить за принцем и узнать, какая тайна испепеляет его.

В Эльсинор прибывают бродячие актеры — давние друзья Гамлета. Принц просит их разыграть пантомиму, в которой в подробности воспроизведена убийство его отца, чтобы смутить короля-преступника.

Полоний и король Клавдий используют Офелию, чтобы узнать тайные мысли Гамлета.

Офелия поражена переменами в восприятии мира Гамлетом, в отношениях с ней.

Цитата:

Офелия

О, что за дух изнемог! Меч, разум, язык —

Солдата, ученого и царедворца;

Надежда и цвет прекрасной государства,

Благородства зеркало и образец,

С какого пример брали, — все пропало!

А я, нуждающимся всех женщин,

Что упивалась медом клятв его,

Смотрю, как этот величественный, гордый ум,

Словно колокол расколот, задребезжал;

Как несравненный молодости образ

разбился о безумство Горе, я от плача

не слепнет! Что я видела, что вижу!

Перевод:

Проницательный король Клавдий понимает, что Гамлета захватило другое чувство, чем любовь.

Цитата:

Входят король и Полоний.

Король

Любовь? Нет, не в том его недуг;

В его словах хоть и мало состава,

Но нет и безумия. То и зреет

В его душе, угнетенному печалью.

родиться может в нем и такое,

Чего бояться следует.

Перевод:

Начинается спектакль, во время которого Горацио должна следить за королем. И вот решающая сцена: Луциан вливает в ухо герцога Гонзаго яд, а затем стремится любви его жены. Король Клавдий не выдерживает и выходит. Гамлет и Горацио приходят к выводу, что призрак рассказал правду и Клавдий виновен в смерти отца Гамлета.

Розенкранц и Гильденстерн рассказывают принцу, как расстроился его выходкой король Клавдий. На это Гамлет предлагает Гильденстерн заиграть на флейте. Когда тот отказывается, принц раскрывает аллегорию: так же невозможно играть и на клапанах его души, которая является тайной для шпионов Клавдия!

Король Клавдий, на котором висит проклятие — убийство брата, — хочет молиться: слова идут, но чувства не появляются, они застыли.

У Гамлета, проходящей рядом, появляется возможность убить Клавдия, но он не хочет этого делать, когда король молится.

Гамлет входит в покои королевы. Полоний прячется за ковром. Мать требует от сына объяснений позорного поведения.

Цитата:

Гамлет

Мамочка, в чем дело?

Королева

Ты, сын мой, претяжко обидел отца.

Гамлет

Б., мама, обидели моего отца.

Королева

Успокойся, достаточно этих скоморошеский слов.

Гамлет

Опомнитесь, не употребляйте грешных слов.

Королева

Что случилось, Гамлете?

Гамлет

А в чем дело?

Королева

Забыли вы, кто я?

Гамлет

Нет, вот вам крест!

Вы королева, деверя жена

И — о, хотя бы не так! — Мне вы мать.

Перевод:

Гамлет слышит некий шорох за ковром и решает, что это Клавдий шпионит за ним. Удар шпагой — и на пол падает пронзенное тело Полония.

Гамлет обращается с горячими словами к матери, чтобы та открыла глаза и посмотрела, что окружает ее. Не понимая всего до конца, королева-мать поддерживает сына.

Цитата:

Гамлет

Посмотрите-ка на этот портрет и этот.

Мастерские здесь подобия двух братьев.

Какая красота на этом вида, смотрите:

Волосами Феб; лбом Юпитер сам;

Зрение как в Марса, властный и суровый;

осанкой быстрый Меркурий, только

Спустился он на гору небосяжну;

Состав всех добродетелей в едином теле,

Где каждый бог оставил свою печать,

Чтобы мир узнал достойный образ мужа.

Это был ваш муж. Сюда взгляните:

Это есть ваш муж; как ржавый колос,

потерял он и здоров. Где у вас глаза?

Разве меняют чистую горную

На пастбище в болоте? Где у вас глаза?

Не называйте любовью это, потому что в вашем возрасте

Ярость крови угомонился, умолк, утих,

покорился усмотрению. А что по усмотрению

сменял бы то на это? Вы живете,

Поэтому есть и чувства, но они

В паралича. Безумие так не ошибется,

НЕ пленяет чувств настолько, чтобы

Не сохранилась здоровая доля смысла,

Что усмотрит здесь разницу. Что за черт

Вас, как в прятки, так вскружил?

Ведь ни зрение, ни прикосновение ваш, ни слух,

Ни обоняние — ни один орган чувства,

Когда он даже больной был, не мог бы

В такую заблуждение вас слово

О стыд, где румянец твой? В ад,

Если бунтуешь кости пожилой женщине,

То молодость палка пусть чистоту,

Словно воск, растопит на своем огне.

не стыдно, что мощный пал одолевает.

Когда горит и лед, когда уже и разум

Свашкуе сладострастия.

Королева

Огоди, сынок!

Обратил мне ты глаза в глубь души:

В ней теперь я черные пятна вижу,

Каких ничем не вывести.

Перевод:

Смерть Полония и страх за свою жизнь заставляют короля Клавдия принять решение отправить принца в изгнании, где спланировано его убийство.

Идя к судну, чтобы плыть по приказу короля в Англию, Гамлет наблюдает передвижения по равнине войска норвежского принца Фортинбраса. Несмотря высокое мнение о ум победоносного рыцаря, Гамлет видит, что для этого королевского отпрыска ничего не значит человеческая жизнь, и от конкретного случая приходит к обобщениям.

Цитата:

ли это человек, кто величайшим благом

Считает еду и сон? Животное, и только.

Перевод:

Человек чести, как считает Гамлет, должна всколыхнуть болото покорности своим поступком сопротивления честолюбию и жажде власти.

Цитата:

Так, величие

Не в суете беспорядочной без причины,

А в том, чтобы драться даже за стебелек,

Как честь поставлено на кон. У меня

Забит отца, мать в позоре,

И сердце, и ум возмущенные до предела,

А я, усыпив их, смотрю безразлично

На тысячи обреченных людей,

Что ради выдумки и пустой славы

В могилу уходят, как в постель, за надел,

Где всем этим воякам не развернуться,

Где даже и земли вряд ли станет

Павших похоронить. О, время,

Чтобы размышление мой или впитался в кровь, или угас!

Перевод:

Возвращается из Парижа Лаэрт — сын Полония и брат Офелии. Его волнует загадка смерти, тайна быстрого похорон отца. Но Лаэрта на родине ждет и другая беда: Офелия становится взбалмошной. Мысль о том, что она является игрушкой судьбы, лишь орудием для достижения чьих-то целей, душевно надламывает девушку. Смерть отца от руки Гамлета оказалась для Офелии роковой. Лаэрт жаждет мести.

Вооружен, с толпой бунтовщиков, он врывается в покои короля, который называет Гамлета виновником всех несчастий.

В замок прибывают матросы, приносящие письма. Из них Горацио, а затем и король узнают, что корабль принца атакован корсарами и Гамлет возвращается домой.

Король Клавдий дает слово Лаэрт, что поможет приблизить конец их совместного обидчика — Гамлета — так, что никто не заподозрит заговора. Найдено и повод: Гамлет давно хочет помериться силой и боевым искусством с Лаэртом, поэтому и готовят для поединка рапиры. Решено, что во время поединка заостренной рапиру подменят боевой, острие которой смажьте ядом. Знают: Гамлет по своему характеру — человек, далекий от уловок, и не будет проверять рапиры.

Приходит королева Гертруда и приносит печальную весть: Офелия утонула.

Избежав смертельной опасности, Гамлет возвращается домой и на пути к замку вместе с Горацио заворачивает на кладбище.

Среди могил Гамлет размышляет о смысле бытия на земле, о воле случая, которые превращают величественные фигуры в прах.

Цитата:

… Александра похоронили, Александр обернулся, в прах; прах — это земля, с земли копают глину; почему бы той глиной, на которую он обернулся, не замазать затычку в бочке пива?

Мощный Цезарь умер и струх на глину,

Что ней в доме заткнуть щель.

Когда на весь мир нагонял ужас,

Теперь латает стены древней прах.

Перевод:

И вот на кладбище появляется похоронная процессия. Хоронят Офелию. Лаэрт прозрачно намекает на виновника смерти сестры и, прыгнув в могилу, просит закопать его вместе с Офелией. Между ними возникает спор, почти переходит в драку. Гамлет открывает свое сердце и говорит о любви к девушке.

Цитата:

Офелию любил я.

Я так ее любил, что и сорок тысяч

Братьев, соединив всю свою любовь,

мою не осилили бы. На что ты способен

Для нее?

Перевод:

Теперь пути назад Гамлету нет — он готов идти до конца: Цитата:

В сердце чувствовал какую борьбу,

Что не давала спать мне. Казалось,

Я в ходулях, как бунтарь, лежу. И вдруг …

Хвала поспешности, ибо эта поспешность

Становится полезным время нам, когда

Глубокий замысел погибает. Это доказывает,

Что провидение дело довершае,

Пусть хоть какие у нас намерения …

Перевод:

Король просит Лаэрта подождать, напоминает об их договоренность. Гамлет рассказывает Горацио, как похитил королевское письмо, как узнал о подлости дяди, как написал другой, скрепив его родительской печатью, что теперь уже приставлены шпионить за ним Розенкранц и Гильденстерн плывут навстречу своей смерти. Принц сожалеет о споре с Лаэртом, потому что в его несчастьях видит отражение своих. Приближается поединок Гамлета с Лаэртом. Перед началом Гамлет просит прощения у противника.

Во время боя в коротких перерывах король неоднократно предлагает Гамлету отравленное вино. Но кубок попадает не по назначению — вино пьет в честь победы сына королева-мать.

Цитата:

Королева

Дышит он тяжело.

Вот платок, Гамлете, хоть вытри лоб.

Тебе на счастье королева пьет.

Гамлет

Ласковая дамы!

Король

Нет, не пей, Гертруда!

Королева

Мне мой мужу, хочется. Простите.

Король

(в сторону)

Отравленная чаша сия! Ох, поздно!

Лаэрт

Здесь, Гамлете. Ты, Гамлете, уже убит, —

Никакие в мире лекарства не спасут.

В тебе нет жизни и на полчаса.

Сервис измены он, в твоей руке,

точеные и затруене. Подлость

Моя на меня острие вернула.

Смотри, я лежу и больше уже не встану.

Яд иметь выпила твоя …

Не могу более. Король … его вина.

Перевод:

Напоследок, перед смертью, Гамлет отравленной рапирой протыкает Клавдия, убийцу отца и матери.

Цитата:

Гамлет

Жало отравлено?

Делай свое, яд!

Перевод:

Противники прощают друг другу вины.

Ближайший друг Гамлета Горацио хочет уйти на тот свет вместе с принцем, но тот не позволяет юноше выпить вино с ядом:

Цитата:

Гамлет

Если ты человек,

Брось бокал! Во имя небес, отдай!

Горацио, как не раскрыть все,

Заплямиться имя мое навеки!

Если меня в сердце хранил ты сердце,

отсрочь свое блаженство еще на время.

Еще подишы на этом жестоком мире

И обо мне расскажи!

Перевод:

За сценой слышно марш и выстрелы: это в королевство прибыли английские послы, с победой из Польши вернулся Фортинбрас, которого Гамлет хотел бы видеть на престоле вместо себя. Горацио публично рассказывает:

Цитата:

Как произошло то все. То будет повесть

О ярости, бесчеловечные, кровавые поступки,

Об убийствах темные, о страшных расплаты,

О жертвах силы, хитрости и предательства

И напоследок о том коварный замер,

Упавший на головы зачинщикам. Правду

Скажу о тебе.

Перевод:

По приказу Фортинбраса с почестями выносят тело Гамлета.

Перевод Л. Гребенки

Комментарий

В трагедии «Гамлет» (1601) Уильям Шекспир, переработав сюжет средневековой легенды и старой английской пьесы о принце Амлета, с наибольшей глубиной отразил трагедию гуманизма в современном ему мире. Гамлет, принц датский, — прекрасный образ гуманиста, который столкнулся с миром, враждебным к гуманизму. Коварное убийство отца раскрывает перед сыном зло, царящее в стране. Для Гамлета обязанность отомстить за убийство отца — это не обычная кровавая месть. Она вырастает для него в общественный долг борьбы за правое дело, в большую и тяжелую историческую задачу.

свихнулся время наш. Мой талант проклятый,

Что я тот вывих должен исправлять!

Однако в этой борьбе Гамлет медлит, порой жестоко упрекая себя за бездействие .. Иногда высказывается мнение, что Гамлет является слабохарактерной от природы человеком, мыслителем и созерцателем, не способным к решительным действиям. Но это не так.

В Героев трагедии показана та мощная сила чувств, которой отличались люди эпохи Возрождения. Он тяжело переживает гибель отца и позорный брак матери. Гамлет любит Офелию, но не находит с ней счастье. Его жестокость и оскорбительные слова в обращении с девушкой свидетельствуют о силе любви и разочарования.

Гамлет отличается благородством, действует и мыслит, исходя из высоких гуманистических представлений о человеке. Именно отсюда вытекает его колоссальное озлобление, когда он сталкивается с окружающим его миром лжи и преступности, коварства и кощунства.

Гамлет способен на большую и верную дружбу. В своих отношениях он чужой феодальным предубеждением, людей он ценит по личным качествам, а не за их положением. Единственным его близким другом оказывается студент Горацио. Презирая царедворцев, Гамлет приветливо встречает людей искусства — актеров. Его любит народ, о чем с тревогой говорит король.

Гамлет — человек философской мысли. В отдельных фактах он умеет видеть выражение больших общих явлений. Но не сама себе способность к размышлению задерживает его действия в борьбе, а те мрачные выводы, к которым он приходит в результате размышлений над всем окружающим. События, происходящие при дворе, приводят Гамлета к обобщающих выводов относительно человека и мира в целом. Если в мире возможно такое зло, если в нем погибают честность, любовь, дружба, достоинство человека, тогда он действительно «разладился», я «время свихнулся». Мир представляется Гамлету или огородом, где изобилуют сорняки, или тюрьмой, хорошо упорядоченной, с казематами, камерами и подземельями. Гамлет называет мир «буйным садом», что, плодит лишь дикое и злое семя. Он заявляет своим товарищам, которые приезжают, что Дания — тюрьма и весь мир — тюрьма. А в известном монологе «Быть или не быть» Гамлет высказывает сомнения в ценности самой жизни. Перечисляя различные беды человека, он рисует нравы общества. Дийнисть он воспринимает как невыносимо тяжелую для человека, ведь ей приходится терпеть

… бичи и надругательства времени,

Фитиль властью, гордеца пренебрежения,

оттолкнуть любовь, несправедливость,

Властей произвол, волокиту суда,

С добродетели скромной бесчестный глумление …

Итак, Гамлет поражен не только преступностью Клавдия, но и всей системой чуждых ему принципов жизни и моральных понятий. Герой знает, что не может ограничиться только местью, потому что убийство Клавдия не изменит мира. Гамлет не отказывается от мести, но вместе с тем сознает, что задача его гораздо шире — противодействовать злу целом.

Величие задачи и объективная неосуществимость его предопределяют чрезвычайную сложность внутренней жизни и действий Гамлета. В жизни «бесчестной игре», «опутанным сетью подлости», ему трудно определить собственное место и найти реальные средства борьбы. Масштабы зла угнетают Гамлета, вызывают у него разочарование, осознание скудности своих сил. Человек и мир воспринимаются не такими, какими они казались ранее.

Таким образом, Гамлет сталкивается не со случайным преступлением, не с единичным врагом, а с целым враждебным обществом. И именно потому, что его дальновидная философская мысль раскрывает перед ним законы этого общества, он чувствует свое бессилие в борьбе против зла.

Содержание трагедии «Гамлет» навеян общественными условиями Англии того времени, но значение ее выходит за рамки одной страны и одного исторического периода. Показанная в ней картина угнетения и лжи, в частности тирании, оказалась характерной на долгие времена. Отсюда незатухающий протяжении веков интерес к Гамлета, благородного и одинокого борца против зла, и к его страдальческой переживаний в условиях неравной борьбы.

p>

враг Горацио и т.п., или Переводы шекспировского «Гамлета» как повод для сенсации — Журнальный зал

Рец. на кн.: Шекспир У. Трагедия Гамлета, принца датского: Пьеса в трех актах в переводе А.Ю. Чернова. М.; Париж, 2002)

Шекспир У. Трагедия Гамлета, принца датского: Пьеса в трех актах в переводе А.Ю. Чернова. — М.; Париж, 2002. — 301 с. — 1000 экз.

 

В декабре 2003 г. в Москве на заседании Шекспировской комиссии произошло прелюбопытнейшее событие: одновременно собрались в одном зале четыре автора новых переводов на русский язык трагедии «Гамлет». Обратимся к трем переводам, опубликованным первыми в новом тысячелетии. Вот путь В. Поплавского: «Начав со скромной с виду текстологической работы по своду всех вариантов пастернаковского перевода главной шекспировской трагедии <…>, он с неизбежностью обратился ко всем прежним переводческим опытам. <…> сличение всех русских текстов между собой и с английским оригиналом не только не испугало исследователя, но подвигло его на новый перевод — двадцатый по счету и отнюдь не последний по качеству», — пишет автор вступительной статьи Н. Журавлев1. Ценное признание, в какой-то мере раскрывающее механизм порождения новых переводов «Гамлета» вообще, а не только этого, юбилейного: любой переводчик так или иначе знает текст кого-нибудь из предшественников и, сличая с оригиналом, правит стиль. Учитывая порой крайне неопределенное представление русских переводчиков о том, что есть настоящий оригинал «Гамлета», учитывая, что сам этот оригинал местами загадочно темен, местами просто непонятен и требует специального этимологического исследования (для чего нужен как минимум очень хороший толковый словарь, включающий устаревшие значения слов), приблизительно можно себе представить, что видят в этом оригинале на фоне уже имеющегося русского текста в разных вариантах. В результате этого призматического видения каждый новый переводчик создает новый поворот стиха, но, за редкими исключениями, совсем не новый поворот смысла пьесы.

А новый поворот стиха — это отнюдь не всегда достоинство. Если, например, Горацио рассказывает Гамлету о своей встрече с Призраком в таких словах: «Но в этот миг петух прокукарекал / И он стремительно пошел от нас / Куда подальше» (с. 55), сам Призрак заявляет: «Страна покорно хлопает ушами / Под эту чушь» (с. 68), Офелия докладывает Полонию о встрече с Гамлетом: «Расстегнут нараспашку, непричесан, // Сплошную рвань напялил на себя» (с. 77), а сам Полоний допрашивает Офелию: «Как далеко зашло у вас? Колись» (с. 61), то это — вряд ли удача «не последнего по качеству» перевода «Гамлета» на язык телетусовки или камеры предварительного заключения.

И все-таки перевод В. Поплавского и в самом деле не последний по качеству из всех современных, не говоря уже о присущих книге несомненных достоинствах: она воспроизводит почти точно название Второго кварто и предлагает «Систематизированный указатель всех переводов всех пьес В. Шекспира на русский язык с 1787 по 2001 г. » (с. 194—223). Однако перевод Н. Коршуновой В. Поплавский, кажется, имел право и не знать: их книги вышли почти одновременно. А жаль! Это как раз тот вариант, который уже смело претендует на звание последнего по качеству, хотя в Иваново «Hamlet» издан на порядок лучше 2, чем «Трагическая история Гамлета, датского принца» В. Поплавского в Москве. И претензий в книге на порядок больше. К переводу, то ли прозаическому, то ли поэтическому (строфика поэзии, ритмика прозы) приложено 27 этюдов, «экскурсов в текст», хотя и сам перевод можно было бы назвать одним большим экскурсом в текст 3. Н. Коршунова не утруждает себя переводом с английского языка. Для перевода она использует все известные ей языки: живые, мертвые, гипотетические. И переводит она в основном на язык своих потаенных мыслей: что-то вроде исследовательского гамлетизма. Мне эти предложенные «мысли в себе» во многих случаях так и остались не-доступны. Например, Н. Коршунова переводит слова Горацио (1. 1. 53, 55) «What art thou that usurp’st this time of night… / In which the majesty of buried Denmark» так: «Какой такой Закон в Тебе, что в нем скрыто (похоронено) могущество (величие; величество — величина)» и поясняет: «What art thou…? Какое “бытиё”…? Art — “закон” и “бытиё”… В “иллюминаторе” фантазии Закон Бытия Art видится как раскручивающаяся “спираль” на темном небе, “спираль” звезды… Но, может быть, это “спираль” вселенной, раскручивающаяся из точки, вспышки…» (с. 159, выделено Н. Коршуновой). Все бы хорошо, но в «иллюминаторе фантазии» переводчика простой бытийный глагол-связка «art» (архаический стиль) превратился в знаменательное слово. Так что претензии Коршуновой на Закон бытия русского «Гамлета» вряд ли обоснованны.

Но все претензии и В. Поплавского, и Н. Коршуновой кажутся совершенно невинными по сравнению с претенциозностью издания А. Чернова. Что Чернов сделал с Шекспиром — об этом особый разговор. Для начала заметим только: если В. Поплавский весело переводил «Гамлета» на язык массовой коммуникации начала ХХI в., Н. Коршунова — грустно на свой тайный язык (и оба выполнили задачу вполне честно), то А. Чернов скрыл истинные цели перевода — продемонстрировать свой поэтический дар. Но не стоило в жертву этому дару приносить текст трагедии Шекспира, и стилистически, и сюжетно имеющий мало общего с пьесой Чернова.

Если вспомнить, что проделывали с «Гамлетом» в России в первой половине XIX в.4, и назвать это переводом-присвоением 5 (так тогда было принято), то происходящее в начале нынешнего века смело можно назвать переводом-паразитированием. Так, паразитируют на славе шекспировского «Гамлета» Н. Коршунова со своими псевдонаучно-философскими изысканиями, В. Поплавский — (умеренно) со своим стилистическим новоязом и особенно А. Чернов (неумеренно и демонстративно) со своими постмодернистскими поползновениями, якобы научными, якобы художественными.

И в самом деле: судя по приведенному тексту «Гамлета» по-русски, А. Чернов — вполне приличный поэт, только эпоха — не поэтическая, и нет сейчас любви в России к поэтам, если они не поют. Остается два пути к славе: стать журналистом и/или переводчиком. Но переводчик — профессия сложная, тут нужно быть филологом, а это редко совпадает с поэтическим темпераментом. Остается вариант квалификации журналист-переводчик с демонстративным незнанием языка оригинала. По этой квалификации самый профессиональный абзац в книге Чернова — концовка стартового «От переводчика», которая начитается словами: «Спасибо всем, кто читал рукопись и сделал многие памятные мне замечания…» (с. 6) — и далее идет список из семидесяти двух (!) фамилий. А. Чернов переводит «Гамлета» сократическим методом, посредством разговоров с самыми разными специалистами, и не просто переводит (зачем просто?), а, как сказано в аннотации, делает первую попытку «реконструкции шекспировского замысла, в которой автор перевода выступает и как поэт, и как исследователь». Кто и когда занимался реконструкцией замыслов Шекспира? Да… пожалуй, никто и никогда раньше. Можно даже назвать это перестройкой замысла, так как еще самое косметическое в этой реконструкции — разделение пьесы на три акта. Анализ всей перестройки, конечно, ни в какую рецензию не вместится, тут нужно книгу «Анти-Чернов» писать, поэтому я вынужден ограничиться ключевой осью этой перестроенной конструкции — образом Горацио, по Чернову, предателем Гамлета и убийцей Офелии, беременной от Гамлета.

Вообще-то ничего особенно страшного и уж тем более ничего нового в самых необычных интерпретациях этой трагедии нет, загадочный автор, по-моему, сознательно сделал пьесу поливалентной, нет даже канонического текста ее (что А. Чернов пытается использовать в своих майевтико-сократических интересах), текст величайшей трагедии западноевропейской литературы как минимум троится в осуществившихся замыслах автора не случайно: драматург и постановщик Шекспир оставлял простор для театральных и иных трактовок. Но именно потому, что вибрирующий текст трагедии предоставляет возможности для разнообразных интерпретаций, именно потому, что текст сам по себе открывает неограниченные театральные и литературные перспективы для осмысления, любая интерпретация должна исходить из шекспировского текста, а не из полупроизвольных переводов его. Разумеется, удобно делать сам перевод под интерпретацию, как, на мой, ниже развернутый взгляд, и поступает А. Чернов, но едва ли это корректный путь в сердце тайны «Гамлета». Сколько бы ошибок ни совершала наша переводческая традиция, концептуальное соперничество с которой заявлено уже в четвертой строчке введения рецензируемой книги, но раньше пьесе Шекспира в процессе перевода обычно сцен от себя не приписывали. Тут полное новаторство. Хотя собственным ли изобретением Чернова является его экстравагантная трактовка образа Горацио, это тоже вопрос, однако вопрос неинтересный.

А интересные и неожиданные последствия могут возникнуть, когда не добирающийся всерьез до оригинала переводчик все-таки своим журналистским чутьем понимает, что традиция наших переводов во многих случаях дает совсем не то, что было у Шекспира, — пределов игре поэтического ума тогда не поставлено. Разберем же по мере сил эту поэтическую игру. Сначала о принципах переводческой работы А. Чернова: «Предлагаемый читателю перевод (двадцать первый русский перевод “Гамлета”, считая с выполненного А.П. Сумароковым в 1748 г.) сделан мною по тексту Второго кварто и Первого фолио. Выбор варианта каждый раз определялся логикой развития сюжета. Эта логика в деталях отличается от той, которой традиционно следовали переводчики и шекспироведы. Главным образом это касается Горацио, “лучшего друга” Гамлета. Скажем, по Первому фолио взят эпизод, в котором уже пошедший на службу к королю Горацио приходит к королеве с доносом на Офелию. Сцена, в которой Горацио (а не анонимный Придворный) предупреждает короля о начавшемся восстании Лаэрта (и тем дает Клавдию шанс сохранить жизнь и корону), взята мной также по Первому фолио. При такой редакции, как мне представляется, становится более очевидна пропасть, разделяющая Гамлета и его “лучшего друга”» (с. 210, выделено полужирным здесь и далее, если не оговорено иное, мной. — И.П.).

Заметим попутно, что назвать переводом сумароковскую пьесу по мотивам «Гамлета», где герой приходит к власти и женится на Офелии, невозможно даже по меркам XVIII в., но если содержания пьесы А.П. Сумарокова 6 собеседники «исследователя» ему не рассказали, это не столь важно. Существенная же беда нового переводчика состоит в том, что он декларирует знание логики шекспировского произведения еще до того, как он с ним в оригинале знакомится, то есть предлагает концепцию раньше, чем начинает переводить. Новое слово в переводческой практике! Хотя в подсознании какую-то интерпретацию трагедии имеют все переводчики7, но столь официально привилегию задания перед данностью не демонстрировал доселе никто. Это типичный подход журналиста, причем журналиста ангажированного, потому что А. Чернов не только делает выбор из двух изводов, как в эпизоде, где Горацио (по Первому фолио) уговаривает королеву принять Офелию 8, но и прямо подтасовывает факты (или не знает их): ни Горацио, ни «анонимный Придворный» не предупреждают Клавдия о приближении мятежников с Лаэртом; на то есть Вестник («Messenger» — по обоим главным изводам, 4. 5. 96). «При такой редакции» исследователя, а также если переводить текст «Гамлета» с «раннесреднеанглийского (??? — И.П.) оригинала» (с. 6), за толкование трудных мест которого приносится сердечная «благодарность театроведу Ольге Коршаковой» (не позавидуешь такой благодарности), суперновое прочтение гарантировано заранее.

Трактовка образа Горацио как предателя начинается так: «Горацио (Horatio) — это имя не имеет никакого отношения к античному Горацию, который и пишется-то по-иному, через латинское “с”» (с. 216). Человеку, не обремененному знанием латыни, стоило бы все-таки открыть словарь, а не доверять таким специалистам, которые дали ему столь ценную лингвистическую информацию.

Образу Горацио посвящена в комментирующей статье А. Чернова целая глава «Загадка Горацио». Начинается новая трактовка с возведения шекспировского Горацио к Горацио пьесы Кида «Испанская трагедия», потом упоминается еще одна не дошедшая до нас трагедия: «так называемый “Пра-Гамлет”», — демонстрирует Чернов свое знакомство с общепредположительными источниками «Гамлета» (с. 259). Все дело в том, что, оставляя в стороне «Пра-Гамлета» (скорее всего, того же Кида, о содержании которого ученые могут судить только по немецкой пьесе, считающейся его переделкой, но влияние на эту вероятную переделку мог в принципе оказать и сам шекспировсий «Гамлет»), «Испанская трагедия» и трагедия Шекспира не столь уж много имеют между собой общего: тема мести и некоторые сценические приемы (призрак, требующий мести, сцена на сцене и др. 9). В любом случае так сразу смело утверждать, что Горацио Шекспира — это пародия на Горацио Кида, даже опираясь на мнение, высказанное в частной беседе Е.Н. Черноземцевой, возводящей повешенного на дереве Горацио Кида к Иуде (наблюдение само по себе крайне сомнительное), по меньшей мере рискованно. Единственное, что точно объединяет Горацио «Испанской трагедии» и Горацио Шекспира, — это имя, но боюсь, это как раз случай чистой омонимии: у Кида Горацио никого не предает, скорее его предают, он — жертва насилия, за которое мстит отец, у шекспировского Горацио совершенно другие драматургические функции. Вообще пародийность «Гамлета» кажется мне несколько преувеличенной. Это — оценка трагедии в малом времени. Но А. Чернов непреклонен: «…пародируя своего предшественника, Шекспир из преданного друга лепит предателя. Но предателя особого, доселе не виданного» (с. 260). Что за доселе не виданный предатель, попробуем понять из дальнейших комментариев.

А дальше А. Чернов прямо переходит к утверждению, что Горацио — швейцарец, а «продажность швейцарцев-наемников в средневековой Европе была притчей во языцех» (с. 269). Как же приписывается Горацио эта «продажная» национальность? Ну, во-первых, его фамилия кончается на «о», а все стражники (Франциско, Бернардо), шпионы (Рейнальдо) и, по предположению А. Чернова, начальник королевской канцелярии (Клаудио) имеют такие фамилии (из списка стражников почему-то исключен Марцелл, получается, что не у всех стражников фамилия кончается на «о», но это еще совершенный пустяк), а уж, что полный набор вышеперечисленных персонажей — непременно швейцарцы, автор гипотезы нисколько не сомневается. Да, виноват, есть мотивировка: они — швейцарцы потому, что, когда в четвертом акте Лаэрт с толпой ломает дверь в зал короля, тот восклицает: «Где мои швейцарцы?» (4. 5. 98). Железный силлогизм.

Ну ладно, пусть Франциско и Бернардо — швейцарцы. Первому, по Чернову, на вопрос «Кто там?» (А. Чернов переводит «Стой, кто идет!», но это особая тема 10) Горацио аттестует себя «другом этой страны» (с. 262): («Friends to this ground», 1. 1. 16), чем окончательно разоблачает в себе швейцарца. Можно согласиться, что в таком переводе уж иностранцем-то он себя, вероятно, рекомендует. Но только в таком переводе: слово «ground» едва ли правильно переведено как «страна». Вот что дают нам классические переводы11: А. Кронеберг, К. Романов: «Друзья отечества», М. Лозинский: «Друзья стране», А. Радлова, М. Морозов, Б. Пастернак: «Друзья страны». Испанский: «Amigos del país»12, французский: «Amis de ce pays»13, немецкий: «Freund dieses Bodens»14. Так что А. Чернов со своей «страной» оказался в неплохой традиционной компании. Один Август Вильгельм Шлегель против него (Bodens — «почвы»). Кронеберг и великий князь — тоже не «за». Самое близкое к «стране» значение слова «ground» — «местность», но есть и другие, совсем далекие от «страны», но очень подходящие по контексту. Я бы сказал так: «Друзья твердынь» (не очень понимающий многозначность ученого Горацио Марцелл уточняет) «и Дании вассалы». А. Чернов, имеющий на Горацио концепцию, переводит: «Друзья / Державы здешней. (Марцелл:) И опора трона» (с. 14).

Конечно, можно согласиться, что для любого переводчика здесь место проблематичное: первые фразы Горацио («Friends to this ground», «A piece of him»,

1. 1. 23) вызывают некоторое недоумение своей кажущейся контекстуальной неуместностью, что всегда подвигало комментаторов к разнообразным трактовкам, ни одна из которых не утвердилась окончательно (например, М. Морозов видит здесь некую шутку Горацио типа «Я за него»15, но ведь Горацио — вовсе не шутник, ничего смешного или даже иронического он за всю пьесу так и не сказал). Если же исходить из «хоровой гипотезы»16, все становится на свои места: первыми же словами корифей Горацио определяет состав хора. Это друзья. Друзья основ, друзья земель, друзья твердынь, то, что должно дать герою твердую точку опоры в трагедии, где нет почти ничего твердого, где все, начиная с протагониста и кончая антагонистом, течет и изменяется, где подлый братоубийца молится, и раскаивается, и страдает; и где прекрасный принц и справедливый мститель издевается и над своей возлюбленной, и над своей матерью, с легкостью убивает отца любимой и столь же легко отправляет на смерть друзей детства. Горацио — опора героя, его хоровая поддержка, поэтому на вопрос, обращенный к Марцеллу, с ним ли Горацио, последний, перебивая, спешит заметить, что лишь «часть его»17: основная его часть принадлежит Гамлету. В оригинале вопрос поставлен еще загадочней: «Say, what is Horatio there?», что практически буквально можно переводить: «Скажи, кто такой этот Горацио?», потому что запятой после вопросительного слова в оригинале (и Второго кварто и Первого фолио) нет, хотя чуть ниже аналогичное вводное «что» запятой выделено. Первое кварто дает еще простое «Say, is Horatio there?».

Так что за связи с иностранцами А. Чернов принца Гамлета, кажется, осуждает зря18. Видимо, почувствовав это, исследователь бросает на стол козырную карту — имя. Тут уж придется процитировать весь абзац: «Ключ к разгадке этого характера — в самом имени “Horatio”. В пьесе не раз звучит междометие “ho-ho!”, и Гамлет этим играет: “Эгей, хо-хо, Хорацио!” (“What ho! Horatio!” — III, 2). Но, как заметил московский лингвист Антон Иваницкий, в имени “Горацио” звучит и еще более неприятное словцо, бытовавшее в XVII в.: whore (проститутка, мужчина-проститутка, беспринципный тип) — и хорошо восходящее к готскому hors и древнеисландскому horr (негодяй, клятвопреступник)» (с. 260—261). «Так что на русский имя этого персонажа можно перевести как “Прагматичная б-дь”» (с. 216).

Может быть, английское слово (и ныне вполне бытующее в языке) и восходит к приведенным готскому и древнеисландскому, это очень даже вероятно, но вот что в ho звучит whore для английского уха, это московский лингвист ошибся (или переводчик его недопонял). Разница в гласных звуках у этих слов в английском языке не меньшая, чем для русского уха, например, в словах «брод» и «бред» или «стол» и «стул».

Далее поэт-исследователь придает Горацио ряд голословных характеристик типа: «Мечтает разбогатеть. Последний вопрос к Призраку: не прятал ли он при жизни в землю сокровищ?» (с. 262).

Приведу пример, где есть хоть о чем порассуждать: «Хочет, чтобы Марцелл остановил Призрака, а когда видит, что это не удается, приказывает ударить его алебардой. Гамлету он об этом не расскажет, только обмолвится, что Призрак прошел “на расстоянии его жезла” (а не алебарды Марцелла!): “Within his truncheon’s length”» (с. 262). Тут все подтасовано. Это Марцелл (хоть по логике А. Чернова он и не швейцарец в отличие от остальных мерзавцев на площадке перед замком) предлагает ударить Призрака протазаном, Горацио же лишь дает согласие на это. Приказывать ему он никак не может: ученые редко командуют военными. В разговоре же с Гамлетом речь вполне может идти не о жезле, просто переводчик не нашел иного значения слова «truncheon» — «древко». Впрочем, тут новатор восприятия «Гамлета» остается вполне в русле традиции: А. Кронеберг: «Жезлом своим едва их не касаясь», К. Романов: «От них лишь на длину его жезла», М. Лозинский, А. Радлова: «На расстоянии жезла», Б. Пастернак: «на расстоянье / Протянутой руки», Б. Пастернак (второй вариант): «В длину жезла от них»19, вариант из испанских переводов: «a la distancia del bastón de mando»20 (жезл власти), и вариант из французских: «Ils passe àpouvoir les toucher de son bôton»21 (палка, посох, жезл). Как бы то ни было, между расстоянием алебарды и расстоянием жезла не такая большая разница, чтобы на этом основании делать из Горацио хитрого обманщика. А вот если это древко копья Призрака, то уже безотносительно к Чернову интересно, что бы это значило, особенно учитывая внутреннюю форму имени Шекспира («Потрясающий копьем») и то обстоятельство, что, по преданию, Призрака играл сам Шекспир?

В одном можно согласиться с А. Черновым: «Именно Горацио спускает курок трагедийного сюжета, решая, что надо сказать Гамлету о Призраке» (с. 265). Но это вовсе не его индивидуальное действие, в конце концов до сведения Гамлета догадались бы довести появление Призрака его отца и без Горацио. Нет, дело в том, что он уже тут функционально выполняет роль alter ego Гамлета, сразу пытается вступить в разговор с Призраком, подменяя собой Гамлета. И Призрак, кажется, был готов ему отвечать. В любом случае я бы переформулировал метафору Чернова так: Горацио взводит курок трагедии.

Как бы то ни было, в целом тенденциозный перевод Чернова способен сыграть положительную роль в нашем шекспироведении тем, что вообще обращает внимание на образ Горацио. И в самом деле, школьная интерпретация Горацио как товарища, друга и конфидента Гамлета, никем, насколько мне известно, до последнего десятилетия не оспариваемая, представляется несколько примитивной и не отвечающей тексту пьесы. Во-первых, ясно, что Горацио не друг детства (как Розенкранц или Гильденстерн), при встрече Гамлет просто называет его сокурсником, после разговора с Призраком Гамлет обращается с Горацио не по-товарищески. Впрочем, гораздо более недружественно по отношению к Горацио ведет себя Чернов, не стесняясь в выборе средств: есть вещи, которые у специалиста по поэтике загадок А. Чернова выглядят слишком загадочными. Например, непревзойденную загадку-мышеловку зрителю поставил Чернов, выстраивая возможную мизансцену с убийством Офелии — по Чернову, ее убили и это предположительно сделал как раз Горацио. Тут совместилось слабое знание оригинального текста пьесы с подтасовкой последовательности событий. Все построено на реплике короля Клавдия с ключевой ремаркой (4. 5. 73): «Follow her close, give her good watch I pray you.(:) / +Exit Horatio+ », что Чернов переводит: «Последуйте за нею по пятам. / Прошу вас!..» (с. 150). Камень преткновения заключен в словах, ограниченных плюсиками. Так обозначены вставки позднейших редакторов, к исходным оригиналам этот текст отношения не имеет. Чернов же долго анализирует реплику короля и приходит к выводу (небесспорному, мягко говоря, и самому по себе), что король намекает Горацио, чтобы тот пошел и убил Офелию. И тот, по Чернову, идет. Так вот, никто в оригинале никуда не идет. По контексту за Офелией может проследить любой слуга, а по ходу действия совершенно не важно, ушел Горацио или нет. Тут издатели могли фантазировать, как им вздумается.

Справедливости ради надо сказать, что А. Чернов вовсе не первый, кто вывернул наизнанку образ Горацио. Еще более концептуальную роль играет Горацио в трактовке А. Баркова, и в ней Горацио убивает Офелию. Работы А.Н. Баркова, безусловно, заслуживают отдельного внимания, хотя бы тем, что содержат проработанную литературоведческую концепцию авторского творчества, концепцию, затрагивающую не только «Гамлета» и даже не только Шекспира, но и А.С. Пушкина, М.А. Булгакова и многих других, — это концепция романа-мениппеи 22. Затронем только маленький нюанс, на котором у А. Баркова, похоже, многое построено в отношении разбираемой трагедии. Сначала процитируем исходный пункт этого исследователя: «Располагавший обширными материалами по данной тематике А.А. Аникст, по книгам которого изучает работы Шекспира уже не одно поколение студентов филфаков в странах бывшего СССР, обозначил несколько основных несоответствий в фа-буле пьесы:

1           Из содержания первого акта следует, что Гамлету двадцать лет, а в пятом четко указано, что ему тридцать.

2           Из текста не ясно, знала ли королева о том, что Клавдий готовится убить ее мужа.

3           Непонятно, почему Гамлет встречает Горацио так, как будто они давно не виделись, тогда как за два месяца до этого, то есть в момент убийства короля, Гамлет находился в Виттенберге, где должен был быть и Горацио.

4           Странно, что Горацио, прибывший на похороны короля и находившийся все время в Эльсиноре, за два месяца ни разу не встретился с Гамлетом».

 

Второй вопрос вообще нельзя считать ключевым. Ответ на него безразличен для основного развития трагедии. Почему, собственно, нам это должно быть ясно, что именно знала королева? Первый вопрос разрешается, возможно, чисто текстологически: Гамлету, скорее всего, не тридцать лет, хотя и в тридцатилетнем Гамлете (такой возраст выводится только из Второго кварто, где мы, скорее всего, имеем дело с простой опечаткой) я большой беды не вижу, понятие «студент» в Средние века и Возрождении было значительно более широким, чем сейчас. Гамлет — такой же ученый, как и Горацио. Откуда взялась точная цифра 20, вообще непонятно.

Почему Гамлет встречается с Горацио, как будто давно с ним не виделся? А. Барков, в частности, чтобы объяснить это, производит вивисекцию всей трагедии, рассматривая ее в двух временных и модальных планах, различает Гамлета-учащегося и Гамлета-зрелого (30 лет) и т.д. А ничего этого не надо, если сосредоточить внимание на тексте оригинала, который не дает никаких оснований считать, что Гамлет приехал в Эльсинор из Виттенберга недавно, как это обычно молчаливо предполагается, по причине смерти своего отца (1. 1. 112—117):

Поскольку же намерение ваше

Опять поехать в школу Виттенберга

Противоречитнашемужеланью,

Покорноумоляемвасостаться,

Чтоб радовать и утешать наш взор,

Главнейший при дворе, наш брат и сын.

…for your intent

In going back to school in Wittenberg,

It is most retrograde to our desire,(:)

And we beseech you<,> bend you to remain

Here, in the cheer and comfort of our eye,

Our chiefest courtier{,} cousin, and our son.

 

Намек на то, что Гамлет приехал недавно, создан (по крайней мере отчасти) нашей переводческой традицией, в которую спокойненько вписывается и А. Чернов (правда, в комментирующей части своей книги он признает, что Гамлет приехал в Эльсинор задолго до смерти своего отца, но связывает это с беременностью Офелии): Б. Пастернак: «Что до надежд вернуться в Виттенберг / И продолжать ученье…», А. Кронеберг: «Что до твоей поездки в Виттенберг, / Она с моим желаньем не согласна…», К. Романов: «А что до твоего / Желанья в Виттенберг вернуться на ученье…», М. Лозинский: «Что до твоей заботы / Вернуться для ученья в Виттенберг…», А. Радлова: «А ваше пожеланье / Вернуться для ученья в Виттенберг…», А. Чернов: «А что до просьбы / Твоей — вернуться в Виттенберг и дале / Учиться…».

Точен только подстрочник Морозова (хотя переводить «back» как «обратно» вовсе не обязательно, есть и значение «опять», пусть, конечно, и не основное): «Что же касается вашего намерения вернуться обратно в школу в Виттенберг, это противно нашему желанию»23. А. Кронеберг, хотя и пропустил «школу» в переводе, был все-таки ближе к сути — он не видел Гамлета учеником, остальные заменили эту «школу», которая резала русский слух, на «ученье» — и вот вышло, что Гамлет приезжал как бы на каникулы по семейным обстоятельствам, чего в оригинале нет. Более того, если бы Гамлет приезжал ненадолго, терялся бы смысл просьбы к нему Клавдия, которому важно в любом случае подчеркнуть стабильность в государстве и легитимность своей власти. Ему невыгоден внезапный, демонстративный отъезд принца, а плановое возвращение студента к занятиям ничем бы новому королю не грозило. Нет, пусть и студент (даже и в современном смысле), Гамлет (он же принц Гамлет) вовсе не обязан безвыездно сидеть в Виттенберге. О том, что Гамлет приехал в отчий дом задолго до смерти отца, можно судить и по его отношениям с Офелией (вряд ли при очевидном общем ригоризме его поведения он стал бы заводить роман с Офелией, пусть и самого платонического свойства, после смерти отца). Итак, Гамлет действительно с Горацио давно (может быть — год, а может, и больше) не виделся.

И наконец, остается четвертый вопрос: почему за два месяца, прошедшие с похорон отца Гамлета, Горацио с Гамлетом ни разу не встретился. А. Чернов считает, что он не находил повода втереться в доверие к Гамлету. А я думаю, что если подходить к Горацио как к обычному персонажу, то можно мотивировать их невстречу деликатностью Горацио, ведь Гамлет проводил свое свободное время с Офелией. Но вся тонкость заключается в том, что к Горацио нельзя подходить как к обычному персонажу. Это не вполне обычный персонаж, Горацио в трагедии Шекспира несет на себе реликтовые функции античного хора, но эта тема особая. Приведу только еще одно интересное место, где Горацио отчетливо выступает в роли хора: совместная встреча Гамлета и Горацио с Призраком (1. 4. 61—84). Как друг, Горацио должен отговаривать Гамлета идти за Призраком, но в действительности он сам и провоцирует (как сказал бы, наверно, А. Чернов) протагониста идти вслед, комментируя и интерпретируя жест Призрака как пригласительный, и лишь после слов Марцелла начинает увещевать принца не следовать за Призраком. Суть в том, что Горацио в первую очередь должен выполнить хоровые функции, которые не вполне совпадают с функциями заботливого друга: и дальнейший подробный совет-предупреждение он тоже дает как функциональный хор ratio, вводя тему возможного безумия и предостерегая от него. При взятии клятв Гамлет вовсе не пытается что-то утаить от Горацио, он защищает в его лице свой разум, заклинает его отодвинуться от мистики, от потустороннего, как чуть раньше сам Горацио защищал разум Гамлета, предупреждая об опасности ухода того с Призраком.

Таким образом, выстраивать из взаимоотношений Гамлета и Горацио какие-то сюжетно мотивированные выводы нельзя из-за роли и места образа Горацио в структуре трагедии «Гамлет». Это не определенный персона-характер, как Офелия, Лаэрт или Полоний. Нет. Например, можно попробовать задуматься о возрасте Горацио (на эти раздумья наводят строки, где Горацио узнает в Призраке старого Гамлета, 1. 1. 69—71)24. Если он видел короля Гамлета 16 лет назад (как следует из Первого кварто и Первого фолио) или 30 лет назад, как, может быть, следует из Второго кварто, то ему 16 или 30 + х лет, где х равен возрасту Горацио, в котором он видел короля. Принимая во внимание, что едва ли он мог видеть поединок с Фортинбрасом (если он не был пажом) еще мальчиком, х будет больше или равен 18. Выходит, Горацио не меньше 34 или не меньше 48. Последнее тоже не так уж плохо: Аристотель считал 49 лет возрастом интеллектуального расцвета. Но в целом эти поиски возраста Горацио имеют еще меньше смысла, чем определение возраста Гамлета, — Горацио, повторяю, не обычное действующее лицо в трагедии, его индивидуальные характеристики малосущественны, и эти математические выкладки еще сильнее поддерживают такой вывод. Горацио сорок восемь лет в том случае, если Гамлету — тридцать; и тридцать четыре, если Гамлету — двадцать три: и в том, и в другом случае едва ли вероятно, что они вместе учились в университете (а уж это-то считается фактом непреложным), будь они равноправными персонажами в сюжете. То же относится и к национальности Горацио. А. Чернов без особого напряжения сделал его швейцарцем, не так трудно было бы представить его итальянцем. Но как он тогда в ранней юности видел все основные поединки Гамлета-старшего? Был наемником с молодых ногтей? Все-таки он ученый или солдат? Он все знает о Дании и ее истории, но почему-то не в курсе того, как и сколько здесь пьют. Он прекрасно общается со стражниками, с Гамлетом, с Гертрудой, матросом, Озриком, королем Клавдием, Фортинбрасом. Что оставалось подумать А. Чернову? Ну чем не Молчалин для начала и убийца в конце концов?

Но пора вернуться к А. Чернову, который для нас постепенно становится все загадочней. Пусть бы, как считает исследователь, Горацио и был отправлен королем убить Офелию, но ведь он ее не убивает, она живехонькой появляется в следующей сцене. Видимо, чтобы Горацио успел подпилить роковой для Офелии сук ивы.

Теперь — о самой Офелии. Ей досталось не меньше, чем Горацио. Основания, по которым ей приписывает беременность не ведающий снисхождения к классическому в мировой литературе образу невинности Чернов (видимо, тут столкнулись две внутренние формы: фамилии исследователя и имени героини, созвучному древнегреческому слову, означающему, в частности, «невинность»), примерно такого же рода, как у деревенских сплетниц: она с ним гуляла, а он ей хамил — не иначе в подоле принесла. Единственное серьезное текстологическое объяснение предполагаемого медицинского факта целиком исследователем подтасовано. Привожу перевод поэта (заодно оценим на примере его точность в принципе) и его же комментарий:

С в я щ е н н и к

Все, что позволяет

Устав церковный, мы произвели.

Но эта смерть сомнительна. И если б

Не указанье свыше — то, что строже,

Чем даже и церковные каноны!

Лежать бы ей в земле неосвященной

До Страшного Суда. Взамен молитв

Покойную — ну точно б! — забросали

Каменьями да битою посудой…

А так — чего ж еще? — нам разрешили,

Ну как при отпевании девицы,

Гирляндами украсить Божий храм,

Позволили цветы бросать в могилу

И колокольный звон — не отменили! (с. 249).

 

Эти стихи предваряются комментарием: «Гамлет не догадался, почему Офелия согласилась шпионить за ним, почему отдала его письмо своему отцу. Эту загадку должны разгадать зрители. В пьесе же ее разгадает только следователь, который осмотрит тело утопленницы. Что же он мог обнаружить такое, что заставило церковь пойти против светской власти (абсолютной власти короля Клавдия) и, несмотря на распоряжение короля хоронить Офелию как христианку, отменить исполнение реквиема и пение поминальных молитв? Единственная возможная причина — установленная следствием беременность покойницы. Только это могло привести к вопросу, а не разыграла ли Офелия свое сумасшествие, чтобы оправдать беременность? (Откуда взялся этот вопрос и кто его собственно задает? Следователь? — И.П.) И не утопилась ли она из страха грядущей огласки? Только этими сомнениями церковников можно объяснить, почему Офелию хоронят по усеченному обряду и почему ее могилу «должны были забросать камнями и битой посудой» как могилу непокаявшейся блудницы» (с. 248). С каких это пор грех потери невинности вне брака стал более страшным, чем грех самоубийства? Что за специалист по истории церкви рассказал Чернову такое? Пошутил, может быть. Ну ничего, зато мы в подробностях пронаблюдаем, как делается перевод под концепцию. Приведу оригинал вместе со своим, смею думать, гораздо более точным переводом

(5. 1. 232—240):

Д о к т о р

Но похороны полны лишь настолько,

Насколько ордер дан: сомнительная смерть;

Приказу свыше и порядок уступил,

Не то б покоилась в земле неосвященной

До судного призыва: не молитвы,

А камни, галька, черепки б ей вслед;

И так позволены невинности венки,

Девичества цветы в последний дом

И звон колоколов на погребенье.

D o c t o r (Priest)

Her obsequies have been as far enlarged<.>

As we have warranty, her death was doubtful,

And, but that great command<,> oversways the order,

She should in ground unsanctified been (haue) lodged<,>

Till the last trumpet:(.) for charitable pray(i)er{s},

<Shards,> flints and pebbles should be thrown on her:

Yet here she is allow’d her virgin crants (rites),

Her maiden strewments, and the bringing home

Of bell and burial.

 

Во-первых, чтобы подогнать текст под концепцию, А. Чернову исходных восьми с половиной строчек не хватило, потребовалось тринадцать с половиной, значит, добавилось пять: еще бы! Ведь пришлось сменить текст, прямо говорящий о невинности Офелии, о том, что именно эта невинность — ее достоинство, в то время как основной грех — самоубийство (его священнослужитель деликатно называет «сомнительной смертью» — «her death was doubtful»). Полужирным я выделил в переводе текст, дописанный Черновым-переводчиком по заказу Чернова-исследователя. Оригинальное «she is allow’d her virgin crants» (буквально: «ее невинности венки») превратилось в:

А так — чего ж еще? — нам разрешили,

Ну как при отпевании девицы,

Гирляндами украсить Божий храм, —

 

а шекспировское «Her maiden strewments» (буквально: «ее девичества цветы <для могилы>») — в: «Позволили цветы бросать в могилу». Впрочем, в очень небольшое оправдание подтасовок Чернова должен сообщить, что он действовал не так, как я здесь предположил: брал оригинал и раздувал его до противоположного смысла, нет, он, скорее всего, вообще не касался оригинала, а взял подстрочник М. Морозова: «С в я щ е н н и к. Мы исполнили все те обряды на ее похоронах, какие разрешает церковный устав. Смерть ее сомнительна. Если бы верховный приказ не оказался сильнее церковных правил, она лежала бы в неосвященной земле до трубы Страшного суда; вместо благородных молитв ее забросали бы черепками, кремнями, камешками. Но, как полагается при погребении девушки, нам разрешили украсить церковь гирляндами и бросать в ее могилу цветы, а также похоронить ее с колокольным звоном на кладбище» (с. 422). Морозов же не просто переводит, а попутно немного комментирует, какие-то вещи у него существенно расширены. Тут явление, характерное для всей нашей переводческой традиции относительно «Гамлета»: переводится не только оригинал, но и комментарий. Но, хоть материал для расширения стиха Чернов и взял у Морозова, концепцию-то он вставил свою: М.М. Морозов не сомневался в невинности Офелии. Однако, выдавая свой перевод за невинно точный, А. Чернов заставляет в невинности Офелии сомневаться уже совершенно невинных читателей, большинство из которых не будут проверять по подлиннику.

Впрочем, журналисту-исследователю этого мало. Так, он с маху вписывает события «Гамлета» в библейские шесть дней творенья. Правда, и перед лицом самого верховного демиурга не может обойтись без подтасовок. Предположить, что действие второго акта трагедии происходит на следующий день после событий первого акта, еще можно (да и то с огромной натяжкой, есть факты, этому прямо противоречащие 25), но уж предположить, что плаванье Гамлета до начала пятого акта продолжалось не более суток («Далеко он не уплыл», — острит исследователь-географ), невозможно совершенно: как раз географические сведения не позволяют. Даже если Шекспир и не знал точно, как долго нужно добираться из Эльсинора до Парижа (а именно в такой путь пустился Лаэрт в первом действии), то о том, что в пути придется пробыть не день, не два и не три, а, скорее всего, почти неделю, он, видимо, догадывался. А вот в команде собеседующих с А. Черновым, похоже, географа не нашлось, и на пятый день пути в Париж его Лаэрт-Шумахер уже снова был в Эльсиноре. Тут, возможно, литературовед Чернов возразит, что в трагедии мы имеем время художественное, условное, но, во-первых, он-то и намеревается сделать его более безусловным своими подсчетами, а во-вторых, как только он хоть в чем-то пытается опереться на сам текст трагедии, то тут же и передергивает: «К примеру, Гамлет сообщает Горацио, что пираты напали на их корабль на второй день путешествия. Поскольку из слов короля, сказанных перед высылкой Гамлета, мы знаем, что корабль с опальным принцем должен был отплыть до вечера, значит, для Гамлета плаванье продолжалось лишь одну ночь и часть следующего дня» (с. 212). Нигде в тексте пьесы нет и намека на то, что пираты напали на корабль с Гамлетом, Розенкранцем и Гильденстерном на следующий день после начала их путешествия в Англию. Более того, в письме к Горацио Гамлет указывает, что бой с пиратами был по истечении двух (или почти двух) дней плавания («Ere we were two days old at sea, a pirate of very warli<c>ke appointment gave us chase» 26, 4. 6. 14). Уже из этого текста следует, что плавание Гамлета продолжалось как минимум три дня даже с учетом быстроходности корабля пиратов (ведь назад к берегу тоже надо плыть), а если снова вспомнить Лаэрта, который к моменту возвращения Гамлета уже не менее суток был в Эльсиноре (а ему-то тоже не меньше пяти-шести дней пути из Парижа), — то и всю неделю. Не вышло у Чернова раздробить трагедию ритмом творения мира.

В мрачном свете этих ошибок, передержек и домыслов, с журналистским размахом вводимых в трагедию Шекспира А. Черновым, мне не хотелось бы даже касаться его общеэстетических достижений, построенных теперь на базе математики: я имею в виду его статью «Формула Шекспира». Посчитал человек честно соотношение типографских знаков в Первом фолио в сценах на свежем воздухе, в зале и в комнатах соответственно — и при определенных математических операциях получилась у него формула золотого сечения, по каковым пропорциям он и разделил пьесу на три акта. Ну получилось и получилось, стоит ли вмешиваться, при чем здесь Горацио? Я бы и не стал вникать (надо же во что-то верить в книге), но сам А. Чернов к этому математико-эстетическому делу как раз Горацио и подмешал: «Если следовать логике шекспировского текста, Офелия не утонула. Ее утопили по указанию короля» (с. 293), «Восстановление интермедии, показывающей гибель Офелии, в III акте оправдано, на мой взгляд, пропорционально и текстологически» (с. 295). Текстологически причастность к этому делу Горацио уже давно исследователем доказана, а вот пропорциональное доказательство вытекает из золотых расчетов А. Чернова, рассекающего пьесу Шекспира по-новому.

Так что придется аккуратно коснуться этой тонкой материи цифр и отношений: «Структура “Гамлета” языком математики свидетельствует, что актов в трагедии Шекспира три, и каждый из них соответствует определенному типу пространства: I акт — сумме сцен, действие которых происходит на природе, II акт — сумме сцен, происходящих в парадном зале замка, III — сумме действия в комнатах замка» (с. 286). Совпадение этих пропорций не должно вызывать изумления по очень простой причине: разделение на действия произведено самим А. Черновым именно на основании полученной пропорции. Тут даже не важно, насколько точно получена сама пропорция и на каких основаниях выбирались исходные данные. А вот для проверки наличия золотого сечения в «Гамлете» нужно было бы долго разбираться, действительно ли та или иная сцена происходит непременно пространственно там, куда ее поставил исследователь, и никогда не будет у нас никаких гарантий однозначности в этом пространственном отнесении — вот о чем говорит текстология «Гамлета». Но увы! До таких текстологических тонкостей моя инспекция не успела дойти: первое же число, мной проверенное, — количество знаков в «Гамлете» Первого фолио — оказалось сфальсифицированным или полученным по ненадежному источнику. С моими сведениями данные Чернова разошлись больше чем на десять тысяч знаков. И я прекратил аналитическую работу по проверке правильности черновского золотого сечения. Возможно, я был не прав.

 

1) Журавлев Н. «О брате нашем, Гамлете родном…» // Шекспир В. Трагическая история Гамлета, датского прин-ца / Пер. с англ. Виталия Поплавского. М., 2001. С. 22.

2) Коршунова Н. Hamlet: Перевод пьесы В. Шекспира «Hamlet, prince of Denmark». «Этюды». Экскурсы в текст… Иваново, 2001.

3) В какой именно текст совершается экскурс, тоже не вполне ясно, ссылается Коршунова, в частности, на более чем темное текстологически, массовое издание: The Сomplete Works of William Shakespeare. The Word-sworth Poetry Library, 1994.

4) Особенно знаменателен в этом смысле перевод Н. Полевого (1837). С ним можно познакомиться в книге: Шекспир У. Гамлет: Избранные переводы: Сб. / Сост., предисл. и коммент. А.Н. Горбунова. М., 1985.

5) Использую термин А. Махова, см.: Махов А.Е. Перевод-присвоение: чужое слово «инкогнито» // Российский литературоведческий журнал. 1994. № 3. С. 13—23.

6) См.: Сумароков А. Полное собрание всех сочинений в стихах и прозе. М., 1782. Ч. Х. Есть перепечатка: Юность. 2003. № 4.

7) Если сознательно (и то лишь на каком-то этапе работы) не поставлена цель противоположная — забыть о традиционных переводах, как в моей книге. Описание этой технологии перевода, условно названной «метод адекватности», см. в: Пешков И.В. В поисках подлинника // Шекспир. Гамлет / Пер., подгот. текста оригинала, комментарии и вводная статья И.В. Пешкова. М., 2003. На нумерацию строк оригинала мы ниже будем ссылаться именно по этому изданию, наиболее полно представляющему в России оригинал «Гамлета». Может быть, кому-то покажется некорректным, что рецензию на перевод «Гамлета» пишет тот, кто сам только что его перевел, но, во-первых, это почти единственная возможность серьезной оценки работы переводчика (просто исследователь никогда так не проникнет в текст подлинника, М. Морозов захотел — и ему пришлось стать переводчиком), а во-вторых, перевод в вышеуказанной книге не претендует на самостоятельное эстетическое значение, он носит вспомогательный характер по отношению к публикуемому оригиналу, равноправно представленному обоими исходными изводами.

8) Никакого доноса там нет, она сама рвется на прием, к тому же ей просто опасно оставаться в ее положении — я имею в виду не придуманную Черновым беременность, а реальное безумие — на улице: Горацио искренне хочет ей помочь. Кстати, нельзя согласиться с А. Черновым, «что тот же М.М. Морозов просто исключает Горацио из сцены доноса на Офелию и отдает его слова Придворному» (с. 265). Морозов должен был здесь выбрать один из двух изводов, и цели как-то бороться с будущей концепцией А. Чернова у него не было, мне кажется.

9) Хотя некоторые ученые и насчитывают между двумя пьесами до двадцати двух сходств в самых разных отношениях (см., например: Bullough G. «Hamlet». Introduction // Narrative and Dramatic Sources of Shakespeare. N.Y., 1973. Vol. VII. P. 16—17), это еще не говорит об их прямых генетических связях.

10) См.: Peshkov Igor. Who’s there? Concerning a case of «intertextuality» in Russian translations of Hamlet // Playing Games with Shakespeare. Gdansk, 2004. P. 62—69.

11) Перевод Лозинского цитируется по изданию: Шекспир В. Гамлет, принц датский // Шекспир В. Гамлет. Ромео и Джульетта. М., 1999. Переводы Б. Пастернака (если не оговорено другое), А. Кронеберга, К. Романова и А. Радловой — по изданию: Шекспир У. Собр. соч.: В 8 т.. Т. 8: «Гамлет» в русских переводах ХIХ—ХХ веков. М., 1994.

12) Shakespeare W. Hamlet / Estudio y notas por Agustín Mu-n ~oz-Alonso. Madrid, 2001. Р. 16.

13) Shakespeare. Hamlet / Texte original, traduction, notes, chronologie et bibliographie par François Maguin. Paris, 1995. Р. 53.

14) Shakespeare W. Hamlet. Prinz von Dänemark / Übersetzt von August Wilhelm Schlegel. Herausgegeben von Dieterich Klose. Stuttgart, 2001. S. 5.

15) МорозовМ.М. Избранныестатьиипереводы. М., 1954. С. 446.

16) См.: Peshkov Igor, Shelogurova Galina. Horatio in the structure of Hamlet (On the role of chorus in drama) // Play-ing Games with Shakespeare. P. 11—25.

17) Чернов, разумеется, использует эту половинчатость, неполноценность Горацио как персонажа в интересах своей, антигорациевской концепции: «Горацио — человек рацио, прагматик и карьерист, эдакий “человек отчасти”. Горацио претендует на роль ученого схоласта, но для него внешнее сходство и суть чего-то — неразличимы, поскольку он сам лишь маска» (с. 261). Процитированный абзац из статьи Чернова наглядно демонстрирует переход стиля журналистского в стиль поэтический при полном отсутствии стиля научного: логика здесь и не ночевала. С «маской» Чернов что-то угадывает, правда, сам не знает, что хор ratio — это в некотором смысле маска Гамлета, но маска — особая.

18)  Говоря объективно, иностранец Горацио или нет (спор этот, кстати, очень старый в шекспироведении), никакого значения для трагедии не имеет.

19) «Гамлет» Бориса Пастернака: Версии и варианты перевода шекспировской трагедии / Сост. и подгот. текста В. Поплавского. М., 2002. С. 47.

20) Shakespeare W. Hamlet / Estudio y notas por Agustín Mu-n ~oz-Alonso. Р. 43.

21) Shakespeare. Hamlet / Texte original, traduction, notes, chronologie et bibliographie par François Maguin. Р. 85.

22) Барков А.Н., Маслак П.Б. У. Шекспир и М.А. Булгаков: невостребованная гениальность. Киев, 2003.

23) Морозов М.М. Указ. соч. С. 340—341. 359)

24) Об этом раздумывал еще С. Судиенко в своей в целом малоинтересной работе «О трагедии Шекспира “Гамлет”: 1. Портрет принца Гамлета. 2. Друг Гамлета — Горацио» (Тверь, 1909. С. 15).

25Например, в первом акте со смерти отца Гамлета не будет двух месяцев, по солилоквиуму принца Гамлета, а в третьем — уже полных дважды два месяца, по словам Офелии. Еще пример: по Чернову выходит, что Полоний пишет письмо Лаэрту и отправляет к нему соглядатая с денежной передачей ровно на следующий день после отъезда сына.

26) М. Морозов переводит (похоже, впрочем, переводят и остальные): «Не успели мы пробыть и двух дней в море, как хорошо вооруженный пиратский корабль погнался за нами» (Морозов М.М. Указ. соч. С. 410).

Анализ друга Гамлета Горацио

Знакомство с Горацио в

Гамлете Роль Горацио в пьесе незначительна, и большинство критиков согласны с тем, что он не выходит за рамки персонажа великого принца. Однако Горацио служит двум основным целям драмы, и именно с их помощью мы можем лучше всего обсудить те качества, которые делают Горацио незабываемым. Горацио - наш предвестник истины. Именно благодаря Горацио действия, предпринятые Гамлетом и другими персонажами, приобретают доверие.Он сторонний наблюдатель безумия. Гамлет мог бесконечно говорить монологом, но именно его разговоры с Горацио обосновывают пьесу в действительности. Горацио верит Гамлету, и поэтому у нас есть разрешение верить. Он видит Призрака, и поэтому мы можем поверить, что Гамлет видел Призрака. Если бы Горацио не было, здравомыслие Гамлета действительно было бы под сомнением.

Вторая цель Горацио - быть верным доверенным лицом Гамлета. Помимо монологов Гамлета, его беседы с Горацио - единственное, что мы можем понять, что на самом деле думает и чувствует принц.Но то, почему Гамлет выбирает Горацио в качестве единственного человека, на которого он может положиться, здесь имеет первостепенное значение. Из первой сцены мы видим, что Горацио спокоен, решителен и рассудителен. Не боясь противостоять Призраку, Горацио требует, чтобы он заговорил, если он знает, какое будущее ожидает Данию, или пришел, чтобы признаться:

Если ты причастен к судьбе своей страны ...
О, говори!
Или если ты поддержал в своей жизни
Вымогательство сокровищ в недрах земли...
Говорите, оставайтесь и говорите! (I.i.133-9)

Гамлет восхищается Горацио за качества, которыми сам Гамлет не обладает. Он хвалит Горацио за его добродетель и самообладание: «Горацио, ты как человек, как и мой разговор с ним» (III.ii.56-7). Сила характера Горацио непоколебима, и Гамлет жаждет душевного спокойствия, которое такой стоицизм должен принести Горацио:

Слышишь?
Так как моя дорогая душа была любовницей по ее выбору,
И могли ли мужчины отличить ее избрание,
Запечатала тебя для себя, ибо тебе было
Как один, страдающий во всех, ничего не страдающий,
Человек, которому удача накрывает и награждает
Хаст та'эн с такой же благодарностью: и благословенны те
Чья кровь и суд так хорошо побуждаются
Что они не трубка для пальца удачи
Чтобы озвучить, что останови она, пожалуйста.Дай мне этого человека
Это не раб страсти, и я буду носить его
В глубине моего сердца, в моем сердце,
Как я тебя. (III.ii.63-75)

Таким образом, Горацио достиг вершины, которую Гамлет признает свободой от эмоциональных потрясений. Горацио глубоко чувствует; он любит Гамлета всем сердцем; но он ничего не чувствует в такой степени, чтобы это подавляло его. Горацио не «раб страсти». Его стабильность сделала его потомком классического мира, и Гамлет в своей глубокой дружбе и восхищении Горацио пытается учиться у него.Как пишет Цицерон, наверняка представляя себе кого-то вроде Горацио, «нет ни одного народа, который, найдя вождя, не может достичь добродетели» ( Закона I.30).

Когда Гамлет лежит при смерти, Горацио готов совершить очень страстный акт самоубийства, чтобы ему не пришлось жить без своего любимого друга, но даже в этом он решителен и уравновешен, действуя не из неконтролируемых эмоций, но чувство чести и долга. Горацио называет себя «скорее античным римлянином, чем датчанином» (В.II.346) (напоминает Брута и Кассия). Добродетель Горацио становится еще более яркой в ​​свете трусливого ответа Макбета: «Зачем мне изображать римского дурака и умирать / На своем собственном мече?» (V.iii.1-2). В конечном итоге Гамлет действительно становится немного больше похожим на своего кумира Горацио в его принятии судьбы и зла, присущего всем людям.

Как цитировать эту статью:
Мабийяр, Аманда. Знакомство с Горацио . Шекспир онлайн . 15 августа 2008 г.
Номер ссылки
Марк Туллий Цицерон. De legibus libri . apud F. Vahlenum. 1883

______________

Дополнительные ресурсы

Повседневная жизнь в Лондоне Шекспира
Жизнь в Стратфорде (структуры и гильдии)
Жизнь в Стратфорде (торговля, законы, мебель, гигиена)
Дни в Стратфорде: что читал Шекспир?

Игры в Англии Шекспира [AL]
Игры в Англии Шекспира [MZ]
Елизаветинское Рождество
Одежда в елизаветинской Англии

Королева Елизавета: Покровитель Шекспира
Король Англии Джеймс I: Покровитель Шекспира
Покровитель Шекспира Шекспир
Граф Саутгемптон: Покровитель Шекспира:
Идут на спектакль в елизаветинском Лондоне

Бен Джонсон и упадок драмы
Публикация в елизаветинской Англии
Аудитория Шекспира
Религия в Англии Шекспира

Алхимия и астрология в первый день Шекспира
Публичный театр в Елизаветинской Англии
Развлечения в Елизаветинской Англии
Шекспир играет большую роль

Горацио в Гамлете | Шмооп

Горацио

Горацио - ближайший друг Гамлета, и он единственный, кто, кажется, действительно заслуживает этого титула.В отличие от Розенкранца и Гильденштерна (также старых приятелей Гамлета), лояльность и здравый смысл Горацио незыблемы на протяжении всей пьесы.

Скептицизм Горацио

На самом деле, первое, что мы узнаем о Горацио, - это его здравый смысл. Когда мы впервые видим Горацио, охранники позвали его в замок, потому что он «ученый» (он ходит в школу в Виттенберге с Гамлетом). Это означает, что он должен суметь судить, действительно ли привидение, появляющееся на зубчатых стенах, является призраком.Согласно Марцеллу, Горацио говорит, что призрак - это «всего лишь фантазия [охранников] / И не позволит вере овладеть им» (1.1.28-29).

Он убедился в легитимности духа достаточно скоро, но его первоначальный скептицизм вносит первую нотку сомнения в пьесу, которая будет преследовать его друга Гамлета в течение нескольких действий.

Смерть на руках

Горацио так сильно копает Гамлета, что предлагает покончить жизнь самоубийством, когда его любимый Гамлет умирает (5.2.373-375). Но у Гамлета этого не будет.Он настаивает на том, чтобы Горацио дожил до того, чтобы рассказать эту трагическую историю - что подходит, поскольку критики часто отмечают, что имя Горацио напоминает латинский термин «оратор» или «оратор». И это именно то, что делает Горацио. Он обещает поставить трупы на «сцену», пока он рассказывает принцу Фортинбрасу и остальному миру, что произошло в Эльсиноре:

И позвольте мне поговорить с еще не знающим миром
Как все это произошло. Итак, услышите ли вы
о плотских, кровавых и неестественных действиях,
о случайных суждениях, случайных убийствах,
о смертях, вызванных хитростью и насильственными причинами,
И, в этом заключении,
целей ошибочно приняли за изобретателей ». головы.Все это я могу
Верно доставить.
(5.2.421-428)

Хм. Это вроде того, что делает Шекспир драматург, верно? Это почти как если бы Горацио стал своего рода драматургом, использующим тела, чтобы рассказывать историю.

Отношения Гамлета и Горацио в шекспировском «Гамлете»

В шекспировском «Гамлете» главный герой пьесы впадает в состояние меланхолии и депрессии из-за смерти отца и кровосмесительного брака матери с братом отца.Это заставляет Гамлета искать совета в его дружбе с Горацио из-за его лояльности и хороших качеств. Другие персонажи пьесы готовы пожертвовать своей дружбой с Гамлетом, чтобы добиться благосклонности нового короля Клавдия. Когда Гамлет преследует призрак своего отца, Горацио демонстрирует силу своей дружбы с Гамлетом, когда он обеспокоен своим благополучием.

Горацио не хочет, чтобы интерес Гамлета к призраку причинил ему какой-либо вред от сверхъестественного.Видно, что дружба между двумя персонажами налажена. Кроме того, решительная клятва о молчании Горацио по поводу призрака короля Гамлета указывает на его тесную дружбу с Гамлетом. Это потому, что Горацио желает лучшего для Гамлета и не желает вмешиваться в любые последующие действия. Очевидно, что Гамлет не может доверять никому в пьесе, кроме Горацио.

Все остальные персонажи более верны королю Клавдию, который желает использовать любую возможность, чтобы избавиться от Гамлета.В отличие от этих других персонажей, Горацио чрезвычайно предан Гамлету и даже помогает ему идентифицировать Клавдия как убийство его отца. Горацио также не раскрывает Клавдию, что Гамлет лишь симулирует безумие, что свидетельствует о его лояльности и доверии Гамлета к тому, чтобы сообщить ему эту информацию. Это также демонстрирует, насколько высоко Горацио ценит свою дружбу с Гамлетом над своими отношениями с Клавдием.

Напротив, Розенкранц и Гильденстерн меняют своих верных Клавдию в поисках престижа, демонстрируя, что они не настоящие друзья Гамлета.В результате Гамлет демонстрирует свое уважение к верности, когда меняет письмо, которое они несут, приказывая его смерть, чтобы приказать смерть Розенкранца и Гильденстерна. Гамлет ценит качества Горацио и уважает его за его качества. Согласно Гамлету, именно из-за качеств Горацио Гамлет выбирает его своим другом, заявляя, что «,« Дайте мне этого человека / Это не раб страсти, и я буду носить его / В глубине моего сердца, да, в моем сердце ». сердца, / Как и я ». Гамлет уважает это, потому что Горацио обладает такими качествами, как баланс между разумом и действием, которых у Гамлета нет.Если бы Гамлет обладал такими качествами, он мог бы отомстить своему отцу и убить Клавдия, что является причиной его восхищения Горацио. Горацио - единственный персонаж в пьесе, которому Гамлет может считать своим другом, которому он может доверять и которому он может доверять. Гамлет уважает качества Горацио, а также его лояльность, в то время как другие персонажи нелояльны и не имеют сильной морали.

Доверие и предательство. Мотив дружбы в Гамлете

Содержание

1 Введение

2 источника Шекспира

3 Елизаветинская дружба

4 Мотив дружбы в Гамлете
4.1 Доверие Гамлета к Горацио
4.2 Качества Горацио как друга
4.3 Равенство в дружбе Гамлета и Горацио
4.4 Гамлет, Горацио и призрак
4.5 Менталитет Гамлета и Горацио
4.6 Предательство Розенкранца и Гильденстерна

5 Заключение

6 Библиография
6.1 Первичные источники
6.2 Вторичные источники
6.3 Веб-лиография
6.4 Справочник иллюстраций

7 Приложение

1 Введение

Сын мстит за убийство своего отца.Это самое краткое описание сюжета Гамлета , одной из самых известных пьес Шекспира. Однако трагедия исследует гораздо больше идей, чем просто месть, включая смерть, любовь, семью, политику, обман, смысл жизни, невозможность определенности, сложность действия, способности драмы, женоненавистничество, безумие, религию, соперничество. мировоззрения, верность, секс, пол и дружба. Несмотря на то, что дружба - одна из важнейших частей жизни каждого, о ней часто забывают, когда подводят итоги одной из трагедий Шекспира.Тема дружбы, за исключением Тимона Афинского , часто кажется второстепенной. Первые ассоциации с Romeo and Juliet - это запретная любовь и трагическая смерть, с Macbeth - безумие и амбиции, с Othello - любовь и предрассудки, с Hamlet - месть, безумие и ложь.

Однако тема дружбы, должно быть, была каким-то образом важна для Уильяма Шекспира, поскольку он полностью изобрел друга не только для драматических целей, но и для моральной поддержки своего трагического героя.Происхождение персонажей Горацио, Розенкранца и Гильденстерна и их роли в пьесе Гамлет будет рассмотрено позже. Кроме того, цель данной статьи - привлечь внимание к часто забываемому мотиву дружбы в Гамлете , самой длинной пьесе Шекспира и одном из самых сильных и влиятельных произведений мировой литературы. В нем дается обзор елизаветинского понимания дружбы, изображается дружба Горацио и Гамлета, исследуются возможные причины предательства Розенкранца и Гильденстерна (оба - бывшие друзья Гамлета) и дается ответ на вопрос, насколько похожи эти дружеские отношения на современные.

2 источника Шекспира

Как и большинство драматургов своего времени, Шекспир не придумывал основные сюжеты своих пьес, а адаптировал их. История Гамлет восходит к легенде об Амлете, сохраненной Саксоном Грамматиком в Амлет и пересказанной Франсуа де Бельфорест в XVII Histoires Tragiques . Шекспир, возможно, также использовал утраченную, более раннюю елизаветинскую пьесу, известную как Ур-Гамлет Томаса Кида.

В Saxo Grammaticus Амлет , персонаж , наиболее близкий к Горацио, верному другу Гамлета. «Молочный брат» Амлета (21) появляется как его наставник и советник, например когда Амлет должен быть испытан соблазнением женщины, сумасшедший он или притворяется (19 и далее). Поскольку странное предупреждение молочного брата о том, чтобы прикрепить мякину к хвосту слепня, летящего в Амлет (25), было изобретено из-за древнескандинавского каламбура, который Саксон больше не мог распознать (4), его нельзя использовать для заключения о его персонаж. Поскольку он упоминается только в этом случае, он не приобретает твердой формы, хотя подразумеваются определенные личные отношения с Амлетом.В рассказе о саксофоническом Гамлете XVII Histoires Tragiques Беллфореста этот «молочный брат» остается еще бледнее и менее существенным, чем в Амлетус , и неизвестно, была ли утраченная пьеса Томаса Кида, известная как Ур-Гамлет фигурирует друг Гамлета. Однако в его Испанской трагедии можно найти друга Андреа по имени Горацио. Учитывая то, как Томас Кид изображает их дружбу, становится ясно, что Шекспир взял только имя.Кид заставляет Горацио влюбиться в Бел-Империю (см. II.2), возлюбленного Андреа, делая невозможной любую дружбу между Горацио и Андреа. Очевидно, что Шекспир нашел для своего Горацио лишь небольшое вдохновение из этих источников и, вдохновленный Орестом и Пиладом, превратил его в интеллектуального и морального товарища, с которым Гамлет может делиться секретами и обсуждать философию. Для Герберта Берра Горацио - «зеркало нормальности» Гамлета (см. 37), для Г. Ф. Брэдби, с другой стороны, Горацио не обладает «ярко выраженной индивидуальностью» (15), а для Джона Дувра Уилсона он «драматический образец». структура »(235).Однако только потому, что он «предоставляет [аудитории] необходимую информацию о политической ситуации в Дании» (235) и «является получателем информации, еще более необходимой для того, чтобы аудитория могла ее услышать» (235), это не означает, что он можно просто свести к структуре. Возможно, Брэдби и Уилсон пришли к такому выводу, потому что у Горацио относительно мало говорящих. Имея всего 265 разговорных линий 1 , он не выглядит очень впечатляющим. Однако то, что Горацио делает и говорит, имеет важное значение, и подробный отчет о его дружбе с Гамлетом показывает, что Горацио - не просто схема, а подлинная шекспировская фигура.

Для персонажей Розенкранца и Гильденстерна начальная версия может быть найдена в Amlethus и XVII Histoires Tragiques . Саксон описывает их так же, как и Белльфорест, как двух последователей Фенге, которые сопровождают Амлета в путешествии в Англию, неся послание, в котором король Англии приказывает убить посланного к нему мальчика (см. 35). Так же, как Розенкранц и Гильденстерн, они умирают, потому что Амлетус находит сообщение и меняет свое имя на имена своих сопровождающих (см. 35).Однако Шекспир полностью развил своих персонажей. У двух эскортов теперь есть датские аристократические имена шестнадцатого века («Розенкранц», «Гильденштирн»), подробная история их прежней дружбы с Гамлетом, амбиции служить новому королю и задача, которую они должны выполнить из-за их двойственности (см. Metzler 42), комическое облегчение публике. В результате в пьесе больше контрастов, параллелей и взаимодействий связанных сюжетных линий, чем в шекспировских источниках.

3 Елизаветинская дружба

Поскольку Гамлет - это пьеса, написанная елизаветинцем для елизаветинцев, нужно рассмотреть их представления о дружбе, прежде чем пытаться понять, как Шекспир обработал эту тему в пьесе.Уилл Тош объясняет в своей статье Шекспир и дружба , что Шекспир использовал термин «друг» в том виде, в каком он используется в настоящее время, когда означает знакомого компаньона, но также и при обозначении других видов отношений, например члены семьи, любовники или соседи. В самом широком смысле друг был «товарищем по теме». В отличие от этого двусмысленного определения, дружба рассматривалась как нечто «гораздо более глубокое и значимое», чем сегодня. Как пишет Тош: «Для некоторых дружба была чрезвычайно редким союзом глубокого эмоционального, интеллектуального, духовного и физического напряжения, который испытывали немногие счастливчики, и которому невозможно было устоять».Дружба, описанная с такой интенсивностью и словарным запасом, которые в наши дни ассоциируются с романтической или сексуальной любовью, вызывает стирание границ. Некоторые однополые дружеские отношения были интенсивными, но платоническими, для других близость однополой дружбы обеспечивала контекст, в котором гомосексуальное желание могло быть исследовано и выражено, особенно в период, когда однополые сексуальные отношения не одобрялись. Однако, поскольку последние были скрыты, дружба в сознании людей ставилась выше брака, свободная от «греха сексуальности».По словам Мишеля де Монтеня, философа французского Возрождения, «души друзей смешаны и смешаны в таком универсальном слиянии, что они стирают стык, соединяющий их вместе, так что его невозможно найти» (9) в идеальном виде. дружбы. Затем «каждый так целиком отдает себя своему другу, что ему нечего делить с другим» (15). Римский политический деятель и философ Марк Туллий Цицерон использует в О жизни и смерти похожие метафоры, восхваляя друга как «другое я» (100) и процесс становления друзьями как «несколько душ становятся [становятся]… одной» (104). ).

Abbildung in dieser Leseprobe nicht enthalten

Иллюстрация 1. Эмблема дружбы Джорджа Уизера

Многие писатели-мужчины, например Монтень и Аристотель особенно высоко ценили мужскую дружбу, предполагая, что только мужчины способны противостоять сильным эмоциям дружбы (Монтень 7). Аристотель считал, что идеальная дружба может существовать только «между хорошими людьми» (206), а Уилл Тош утверждает, что даже трактаты определяют дружбу «как нечто, существующее только в своей идеальной форме между людьми схожего интеллекта, морального мужества и этической стойкости».Он видит женоненавистничество в символе дружбы Джорджа Уизера. На нем изображена пара сцепленных рук, держащая коронованное пылающее сердце, обведенное связанными кольцами. Латинские слова bona fide вокруг гравюры означают «добросовестно». Хотя Тош утверждает, что на иллюстрации изображены «две мужские руки», он не дает никаких доказательств или объяснений, почему он пришел к такому выводу. Стихи выше и ниже гравюры никогда не упоминают какой-либо пол, но описывают дружбу как «настоящую любовь» надежности, взаимности и щедрости, существующую в трудную минуту.Однако Тош справедливо называет елизаветинское образование причиной женоненавистничества. Поскольку все примеры идеальных друзей, например Орест и Пилад, Дамон и Пифий, Давид и Ионафан, которых учили восхищаться елизаветинцами, были мужчинами.

4 Мотив дружбы в Гамлете

4.1 Доверие Гамлета в Горацио

Гамлет, как и любой член королевской семьи или обладающий исключительным богатством или властью, сталкивается с проблемой определения того, кто настоящий друг, а кто льстец.В начале пьесы Гамлет демонстрирует недоверие к Горацио и Марцеллу, опасаясь, что они откроют его секрет. После того, как Горацио и Марцелл поклялись небом, что они не будут этого делать, он начинает им говорить. Однако Гамлет прерывает себя и заканчивает фразу иначе, чем он, вероятно, первоначально намеревался сделать, словами «как король Клавдий» и умалчивает о том, что сказал ему призрак.

ГАМЛЕТ.

- Во всей Дании никогда не обитает злодей -
- Но он отъявленный мошенник.(I.5.123-124) 2

Согласно Уилсону, Гамлет уже знает, что может доверять Горацио, и хочет рассказать ему все, но сначала он должен убедиться, что другой свидетель, Марцелл, хранит молчание (Wilson 78f). Слова Горацио показывают, что поведение Гамлета причиняет ему боль (I.5.133-135). Поскольку Гамлет не хочет обидеть своего единственного друга, он «отводит его в сторону, чтобы сказать ему правду» (Wilson 79, I.5.136-138). Он почти раскрывает секрет Горацио, но, понимая, что Марцелл все еще присутствует, он прерывается и вместо этого возвращается к обращению к ним обоим (I.5.139-141).

Другая интерпретация заключается в том, что Гамлет делает именно то, что следует делать согласно Цицерону: «суди, прежде чем любить, а не любить, прежде чем судить» (101). Аристотель придерживался аналогичного взгляда на эту тему, утверждая, что друзьям «нужно время и близость» (206), чтобы узнать друг друга. По его словам, мужчина не может «принять другого или двое стать друзьями, пока каждый не докажет другому, что он достоин любви и таким образом не завоюет его доверие» (206). Гамлет получает это доказательство, когда Горацио помогает ему определить вину короля (III.2.88-99). У Горацио есть важная задача - наблюдать за реакцией Клавдия во время пьесы внутри пьесы, быть сообщником Гамлета, его второй парой глаз и видеть все, что Гамлет упускает.

В IV.6 Гамлет обращается в своем письме к Горацио как «тот, кого ты знаешь твое» (IV.6.30), показывая свою преданность Горацио. Однако он не рассказывает своему другу о разговоре с призраком до V.2. Здесь принц наконец рассказывает Горацио тайну (V.2.64-67), которую он так долго скрывал от него.Гамлету трудно не знать, кому доверять и к кому обратиться за советом: Офелия ответила на его любовные письма, отношения окончены. Более того, он испытывает отвращение к поведению своей матери, он обеспокоен тем, что его отец был убит его дядей, он видит себя окруженным политической коррупцией, интригами и предательством своих бывших близких друзей Розенкранца и Гильденстерна, и он не знает, что он должен с этим поделать. Но в Горацио он находит хорошего друга, единственного, на кого он может полностью положиться.

[...]


1 Из главных героев-мужчин только Лаэрт имеет менее разговорные реплики.

2 Все следующие цитаты, приведенные в скобках такого рода, относятся к пьесе Гамлет .

Великих литературных произведений I, весна 2020 - Онлайн - Два - A Blogs @ Baruch site

Мишель де Монтень, философ 16 века, который не предлагал никаких теорий, не верил в разум и не проявлял желания убеждать читателей в чем-либо.В своей обширной книге «Очерки» он противоречил самому себе и следовал за своими мыслями, куда бы они ни вели. Его очерки должны были время от времени совпадать с мудростью древних. Многие люди видели его не только как философа, но и как действительно современного мыслителя в мире из-за его глубокого осознания того, что он сложен и саморазделен, всегда двойственен в себе. На мой взгляд, он был первым и величайшим философом жизни в том виде, в котором она проживается на самом деле.

де Пизан отреагировал на изображение женщины в ее работах авторами-мужчинами, задав вопрос, почему до этого момента никто не подумал подвергнуть сомнению истории, рассказанные о женщине, написанные исключительно мужчинами.Читая о женщине, важно понимать точку зрения автора и понимать, настроен ли он на реальные истории женщин, а не только на предвзятое мужское изображение. Я думаю, что это была революционная идея того времени - задаться вопросом, что значит быть женщиной и как мужчины сыграли большую роль в управлении повествованием. Меня захватило то, как автор писал об общих темах, с которыми женщины все еще работают, чтобы бороться сегодня. В наше время для женщины как никогда важно получить контроль над повествованием вокруг них, особенно в средствах массовой информации, поскольку это также подвергалось сомнению в «Книге городских дам».Работа Pizans является новаторской, потому что она помогает женщине рассказать свою собственную историю.

Память играет важную роль в творчестве Августина, потому что каждая из книг в «Исповеди» является отражением его собственных жизненных событий. Августин в значительной степени полагается на свою собственную память, чтобы показать читателю, насколько его история не слишком отличается от их собственной. Используя свои воспоминания, Августин способен создать узнаваемую тему долгой личной борьбы, прежде чем прийти к расчету и окончательному принятию Бога.Когда вы можете вспомнить свое взрослое детство, это дает вам лучшее понимание того, почему все происходило именно так, как сейчас, и вы можете смотреть на это через призму взрослого. Этот тип саморазвития может положить конец многим болезненным событиям из вашего прошлого и изменить эти болезненные воспоминания. То, как мы интерпретируем наши воспоминания, может помочь нам примириться с нашими внутренними конфликтами и вести нас по пути к Божьей благодати.

Очерки Монтеня являются своего рода поучительными для жизни, из тех мест, к которым, однажды узнав, он обращается в надежде найти ясность.На страницах «Очерков» Мишель де Монтень постоянно преподает нам урок мудрости. Для него нет ничего чуждого: некоторые темы, которые были упомянуты, - это дружба, страх, воспитание детей, тщеславие или опыт. Я считаю, что для Монтеня, который пережил одно из самых жестоких времен в истории человечества, ложь - один из худших возможных пороков, поскольку она умаляет ценность людей. По словам Монтеня, страх - это разъедающая эмоция, от которой мы должны попытаться избавиться.Это странная страсть, которая больше всего способствует нарушению суждений и возникновению галлюцинаций.
Риск страха заключается в том, что он парализует, а это худшее, что мы можем сделать в трагические моменты.

Мишель де Монтень (1533-1592 гг.) Был сыном в богатой семье. Он был одним из первых французских дворян, разделивших свою жизнь между политической деятельностью и философскими уединениями, соединяющими философию с жизненным опытом. Кроме того, Монтень был гуманистом и философом, которого считали отцом современного скептицизма, сомневаясь в истинности чего-либо.Он популяризировал эссе, короткое письмо, в котором автор обсуждает свои личные мысли по определенной теме. Эссе считалось новым литературным жанром, который стал очень популярным и по сей день. Монтень был перед классической философской или моральной работой; он выражает, как мужчина должен вести себя, основываясь на его образе жизни и опыте, в отличие от либеральных идей интеллектуалов того времени.

Мишель Монтень был философом и одним из самых влиятельных писателей французского Возрождения.Монтень в своей работе критически рассуждает о себе и дает ценные комментарии о французской культуре, политике и жизни средневековья. Очерки представляет собой сборник анализов, наблюдений, событий о любознательном уме. «Они представляют собой любопытный ум, исследующий историю, сложный и изменчивый социально-политический мир, и собственные слегка загадочные действия ума» (343 очерка).

Монтень хотел лучше понять, как работает разум во всех жизненных обстоятельствах, от величайших событий до повседневной рутины.«Когда Монтень смотрит внутрь себя, он не превозносит и не оправдывает себя, но пытается понять, как работает разум» (343 очерка). Его беспокоит то, что обычно можно назвать «хорошим» или «этичным». На протяжении всего моего опыта ум связан с предыдущими событиями прошлого и признает это как хорошие или плохие мысли в нашей взрослой жизни. В детстве нас учили, что хорошо, а что плохо, мы не допускали установки на позитивные или негативные перспективы. Мы учились у родителей, старших братьев и сестер, близких родственников, а не у школы, учителей, книг, которые сформировали наше мышление.Я согласен с Монтенем, если вы хотите достичь состояния, близкого к совершенству, вы должны выйти за пределы себя. Вам нужно выйти за пределы своих возможностей! Я знаю это по своему личному опыту. Если вы хотите чего-то, вам нужно выйти из зоны комфорта, иначе вы никогда не сдвинетесь с того места, где стоите, и не достигнете своей мечты или цели.

Монтень был художником жизни, проницательно наблюдавшим за повседневной жизнью. Он изучал, «как жить» и пересматривал их, когда писал эссе в течение двадцати лет до своей смерти.Он был свидетелем или переживал больше смертей в своей семье, чем любые известные писатели. Он дал своим читателям подробный отчет о своих личных наблюдениях или сторонних отчетах о том, что произошло в другом месте. В отличие от древних философов, в книге Of Cannibals Монтень отстаивает этическую точку зрения, согласно которой один обычай не превосходит и не уступает другому и что потребление мертвых тел кажется менее варварским, чем пытки людей, пока они еще живы. Напротив, кремация трупов или захоронение и разрешение червям поглотить умершего легко воспринимаются как жестокие.

Американский поэт, эссеист и философ Генри Дэвид Торо сказал: «Сначала прочтите лучшие книги, иначе у вас вообще не будет возможности их прочитать». Когда я учился в старшей школе, каждый год в школе давали список книг, которые мы должны прочитать. В список вошли классические произведения литературы, истории, философии и культуры. Исповедь Святого Августина - одна из тех великих книг, которые вы должны прочитать.

Св. Августин Гиппопотам дает в Исповедь связное обоснование.Основная причина для чтения отличных тестов - быть мудрее. Для Августина чтение по любой причине, кроме разумной, имеет очень маленькое значение или ценность. Он утверждает, что мудрость должна вести к личному преобразованию - вопрос жизни или смерти.

«Общий эффект Исповедания - повернуть читателя внутрь себя, от индивидуального путешествия Августина к коллективному путешествию человечества к божественному» (Августин 46).

Августин много читал, чтобы лучше понять это путешествие; он измеряет свой духовный рост через призму чтения.Красота чтения Исповедь - это документальная история, в которой собраны различные факты из жизни. Августин рассказывает историю своего сердца и души.

В эссе Монтеня «О силе воображения» он обсуждает способность мозга и воображения создавать реальность. В некоторой степени он улавливает концепцию, которая была доказана наукой, как мы видим с эффектами плацебо. Кроме того, наше восприятие других людей действительно может влиять на наши собственные чувства и поведение, поскольку он говорит: «Вид страданий других людей причиняет мне очень реальную боль, и мои чувств часто повлияли на чувства других.Постоянное кашель раздражает мои легкие и горло ». Он описывает реальный феномен, созданный «узким швом между телом и душой». В этом случае душа (психологическое состояние) - это наша ментальная структура, которая может действительно влиять на то, как мы себя чувствуем, так как более счастливый человек может быть здоровее и жить дольше, чем более грустный человек, учитывая, что стресс и страдания могут законно быть фактором смертности. плохое питание и недостаток сна могут быть, даже если они полностью нефизические.

«Эти народы, таким образом, кажутся мне варварскими в том смысле, что они очень мало созданы человеческим разумом и все еще очень близки к своей изначальной естественности.Ими по-прежнему правят законы природы, очень мало искаженные нашими; и они такие чистые »(356)…

Европа захватила многие страны, убивая королей и их учеников очень варварскими методами. Ирония всего этого заключается в том, что они считали убитых ими людей варварами. Они принесли смерть всем ради удовлетворения их тщеславных и роскошных желаний.

В старом мире люди не были счастливы, они были очень пусты. Мы видим, что у королей были только дорогие привычки и вещи, которыми они могли похвастаться перед бедным обществом.Это все закручено и перевернуто. Люди голодали, но высоко ценили своего короля и ничего не получали взамен.

Что хорошего принесло это тщеславие? Это принесло только смерть. Смерть гладиаторам, которые должны были устроить зрелище их величеству. Смерть другим народам ради любви к золоту и прекрасным вещам. И смерть голодающему обществу, у которого не было еды из-за алчности своего короля.

Дружба Гамлета и Горацио: взаимное, взаимное, преобразующее, свободное

Это последняя часть в серии, состоящей из нескольких частей, в которой исследуется, как персонажи взаимодействуют в «Гамлете», предлагаются возможности, подарки, сажаются семена для будущего вдохновения или для изменения сердца и разума.Он следует идеям Льюиса Хайда («Труд благодарности», глава в его книге «Дар: воображение и эротическая жизнь собственности»). Дополнительные примечания к серии и указатель предыдущих публикаций этой серии см. В конце этой публикации.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~


[ Фрагмент картины Фердинанда Виктора Эжена Делакруа 1839 года (общественное достояние)]

Горацио и Гамлет связаны особой дружбой , хотя, возможно, любая дружба с принцем временами может показаться односторонней.Горацио, кажется, покинул Виттенберг по собственному желанию, чтобы почтить память своего короля, отца своего друга. Ему не велели приходить. Когда Гамлет спрашивает в 1.2, что привело его в Данию, Горацио в шутку говорит: «Прогулка», - ответ Гамлет не примет, потому что он знает Горацио лучше.

Хорошая дружба, как и хороший брак, - это дело любви. Существует достаточно различий во взглядах, чтобы отношения не казались устаревшими, но достаточно точек соприкосновения для плодотворного диалога.Друзья празднуют успехи друг друга, сочувствуют неудачам и неудачам и поправляют друг друга, когда кажется, что один из них не в своем роде, ошибается, ошибается, не в своих силах.

Таким образом, хорошая дружба - это постоянный взаимный обмен подарками, сопровождаемый счастливыми долгами благодарности. В долгосрочной перспективе нас может привлечь друг или партнер, потому что мы восхищаемся ими и хотим учиться на некоторых из их лучших качеств. Со временем мы вполне можем стать похожими на наших друзей.

В своей книге Дар: воображение и эротическая жизнь собственности , в главе «Труд благодарности», пишет Льюис Хайд,

, я хотел бы сказать о благодарности как о труде, предпринимаемом душа, чтобы произвести преобразование после того, как подарок был получен. Между тем, как нам приходит подарок, и тем, когда мы его передаем, мы испытываем благодарность. Более того, с дарами, которые являются движущими силами изменений, только когда дар сработал в нас, только когда мы как бы достигли его уровня, мы можем отдать его снова.Передача подарка - это акт благодарности, завершающий труд. Преобразование не завершится, пока мы не сможем сделать подарок на наших условиях. Следовательно, завершение труда благодарности - подобие подарку или его дарителю. Как только это сходство будет достигнуто, мы можем почувствовать длительную и всеобщую благодарность, но мы не почувствуем ее с настоятельной необходимостью истинного долга. (47)

В последние недели я писал о том, как персонажи шекспировского «Гамлета » преображаются благодарностью и сожалением.Некоторые из этих постов были сосредоточены на конкретных моментах, когда сожаление или благодарность проявляются в некотором изменении направления, например, Полоний сожалеет о том, что, возможно, неверно оценил намерения Гамлета по отношению к своей дочери, или изменения Гамлета после спасения пиратами, которые он рассматривает как инструменты милосердного провидения.

Этот пост немного отличается тем, как он исследует дружбу между Горацио и Гамлетом, которая протягивается определенными способами, которые на первый взгляд могут показаться двусмысленными.Но я думаю, что многие из движущих сил, описанных здесь Хайдом, все еще применимы, как я надеюсь показать. Дружбу Горацио и Гамлета можно рассматривать как преобразующую в том, как описывает Хайд.

Свободно выбранная дружба, а не обязательная
Тот факт, что дружба Горацио и Гамлета выбирается относительно свободно, важен в отличие от «обязательных условий» (1.1), которые Горацио описывает относительно того, как Фортинбрас хотел бы требовать возвращения земель погиб, когда его отец был убит.Их дружба также контрастирует с очень неравными отношениями между Гамлетом и тем, что он считает призраком своего отца: призрак предполагает, что Гамлет должен отомстить за его смерть (1.5). Отношения царя с подданным и отца-царя с сыном очень неравны, тем более, когда отец кажется призраком, вернувшимся из могилы. Призрак не прилагает никаких усилий, чтобы заметить этот дисбаланс сил и избежать злоупотребления этим своим сыном. Вместо этого призрак использует этот дисбаланс, используя Гамлета для достижения своих целей.

Призрак приказывает Гамлету не иметь дела с матерью, а оставить ее на небесах, и Гамлет не подчиняется этому приказу. Но что касается Клавдия, даже если Гамлет сначала не хочет доверять призраку или не желает рисковать вечной судьбой своей души, стремясь отомстить, что, если, в конце концов, Гамлет обнаружит, что для Дании было бы лучше, если бы Клавдий были казнены, особенно учитывая, что ни один суд не вынесет решения против короля? Основное внимание в пьесе уделяется Гамлету, чтобы он сделал свой собственный выбор, на своих условиях, чтобы его выбор был свободным, а не на «обязательных» условиях.

Итак, имея это в виду, мы могли бы отметить некоторую интересную динамику свободной дружбы, которой наслаждались Гамлет и Горацио. Это их дружба, свидетелями которой мы не можем позволить себе роскошь наблюдать в более неспешные моменты; то, что мы видим, происходит только в критической точке, после смерти отца Гамлета и повторного брака его матери с дядей, а также после появления призрака в 1.1, когда Горацио испытывает странное бремя сказать своему другу, что, по его мнению, у него есть видел призрак своего отца.

Господь и Слуга: изменить эти имена?
Я уже отмечал ранее (здесь и здесь), что Горацио в 1.2 называет Гамлета своим «господином» и представляется Гамлету «твоим слугой на все времена». Гамлет отвечает, говоря, что он обменяется этими именами с Горацио, имея в виду, что Гамлет будет слугой. Это перекликается с строками ряда синоптических евангелий, в которых Иисус говорит ученикам, что всякий, кто хочет быть первым, должен быть всем слугой (Мк 9:35, Мф 20:26, Лк 14:11, Мк 10:44), и в Евангелие от Иоанна перекликается с Иисусом, омывающим ноги ученикам во время Тайной вечери, говоря, что если Он, их господин и господин, омыл их ноги, то они должны делать друг для друга (Иоанна 13:14, 15:15 ).

Господь и Слуга: «Быть ​​управляемым»?
Этот момент не только дает нам представление о том, каким человеком является Гамлет, а также о взаимности его дружбы с Горацио, но также предвещает момент в 1.4, когда призрак манит Гамлета уйти с ним наедине, и Марцелл и Горацио спорят с ним, чтобы не идти и пытаться удержать его. Горацио говорит Гамлету: «Будь правителем. Вы не пойдете ». (667)

Горацио назвал Гамлета своим господином и представился Гамлетом «вечным слугой».Но Гамлет сказал, что поменяет эти имена на Горацио. Теперь, когда Горацио видит, что его друг в опасности, Горацио хочет поверить Гамлету на слово: позволь мне быть господином и правителем, а ты быть слугой, потому что ты в опасности и не проявляешь здравого смысла. Для Горацио это смелая вещь - заявить о себе таким образом с принцем Датским, его другом.

Отойди от меня, сатана
Гамлет, со своей стороны, не в настроении, чтобы им правили. Этот момент в 1.4 и аналогичный момент в 5.2, Горацио советует Гамлету не рисковать своей жизнью, но Гамлет не соглашается и делает свой собственный выбор. В 5.2 Горацио считает, что дуэль на мечах с Лаэртом может быть ловушкой, но Гамлет отвечает, что мы не знаем, когда умрем, но «готовность - это все».

Конечно, у Шекспира было много литературных примеров дружбы, включая близкую дружбу Ахилла и Патрокла. Вспомните, что, когда игроки прибывают, Гамлет просит кого-то произнести речь, касающуюся смерти Приама от рук Пирра, сына Ахилла, рассказ о неоднократной мести и ответной мести.

Но, согласно «обязательным условиям», все жители Англии во времена Шекспира были обязаны посещать церковь, где они слышали об Иоанне, «любимом ученике», и других учениках. Они читают в своих женевских библиях о тесной дружбе между царем еврейских писаний Давидом и Ионафаном. Вспомните, что, как я уже отмечал ранее, в «Гамлете» есть множество намеков на библейские истории о царе Давиде.

Но, пожалуй, в первую очередь в связи с неудачными попытками Горацио остановить Гамлета от риска своей жизнью, люди времен Шекспира также читали об Иисусе, говоря, что он должен умереть, и Петр возражает ему, говоря, что мы не можем допустить этого.Иисус классно упрекает Петра, говоря: «Отойди от меня, сатана» (Мк 8:33, Мф 16:23). Иногда принцу приходится сталкиваться с опасностью и рисковать своей жизнью - своего рода долг. Итак, хотя в обоих случаях Горацио имеет в виду добро, Гамлет делает то, что, по его мнению, должен.

Гамлет возвращает благосклонность
После того, как Горацио дважды попытался спасти своего друга от опасности, но оба раза потерпел неудачу, мы можем подумать, что Гамлет не ценит защиту или усилия своего друга. Но на самом деле к концу пьесы Гамлет больше похож на Горацио: В 5.2, когда Гамлет умирает, Горацио говорит, что он выпьет немного яда, который остался в чаше, чтобы он мог умереть со своим другом, но Гамлет останавливает его, спасая от самоубийства. Верно, что Гамлет также действует в своих интересах: он хочет, чтобы Горацио жил и рассказывал свою историю. Так что, возможно, они оба выиграют.

Горацио, необходимый скептик
Несколько настойчиво на протяжении всей пьесы Горацио играет скептика. В первой сцене он - Сомневающийся Томас, который не верит в призраков.В 1.4 он не хочет, чтобы Гамлет следовал за призраком. В 1.5, когда он и Марцелл уже поклялись, но Гамлет просит их снова поклясться его мечом, Горацио сопротивляется: зачем эта возня? Мы уже поклялись.

После «Мышеловки» в 3.2, Гамлет убежден, что он поймал совесть короля, и следует этот обмен с Горацио:

Гамлет
«Да пусть пораженный олень плачет,
The Heart unngallèd play,
Некоторые должны смотреть, а некоторые должны спать
Так убегает мир."
Разве это, сэр, и лес перьев - если остальная часть моего состояния превратится в Турка вместе со мной - с двумя провинциальными розами на моих снесенных ботинках, принесут мне товарищество в крике игроков, сэр?

Горацио
Половина доли.
Гамлет
Целый, I.
Деймон, дорогой,
Это царство демонтировано было
Самого Юпитера, а теперь здесь царит
Очень, очень паджок.

Горацио
Вы могли рифмовать.

Гамлет
О добрый Горацио, я верю на слово Призрака за тысячу фунтов. Понимал?

Горацио
Очень хорошо, милорд.

Гамлет
По разговорам об отравлении?

Горацио
Я очень хорошо его заметил.
(2143-2162)

Горацио, верный друг, все еще играет скептика, а не ласкового, льстивого приятеля, пытающегося снискать расположение принца, но не желающего проявлять излишний энтузиазм, когда принца уносят. . (Мы также получаем бонус в виде внутренней шутки о том, какой долей Шекспира владеет в своей компании.)

В некоторых постановках Горацио без особого энтузиазма соглашается с тем, что он отметил реакцию Клавдия на пьесу и разговоры об отравлении: отравитель как «племянник короля», а не как брат, поэтому пьеса могла показаться Клавдию больше угрозой, чем уколом его совести, и Горацио мог заподозрить это.

Горацио, Офелия и королева
В 4.5, как во Втором квартале, так и в Первом фолио, Горацио играет ключевую роль в убеждении сопротивляющейся Гертруды поговорить с Офелией, которая, кажется, сошла с ума.

В этой сцене мы могли бы подумать, что Горацио рассматривает свою роль как защиту Офелии, как своего рода замену своему другу Гамлету, который еще не вернулся из моря.

Некоторые ученые находят последнее рассуждение Горацио (в первом квартале, 4.5), побуждающее Гертруду разговаривать с безумной Офелией, проблематичным, что языки будут болтать, поверхностной причиной для разговора с Офелией, с которой очень нужно поговорить.(2759-2760) Но так же легко можно утверждать, что Горацио действует здесь стратегически, выбирая аргумент, чтобы убедить королеву, не потому, что эта последняя причина является лучшей из всех причин, а потому, что она сработает, убедив ее.

Гамлет уговаривал свою мать подумать о ее ошибке, когда она вышла замуж за Клавдия, и его слова, кажется, дошли до него. Гертруда выражает свое чувство вины в этой сцене незадолго до появления Офелии, и ее обмены с Офелией, поощряемые Горацио, могут помочь она продолжает арку своего персонажа:

Для моей больной души, какова истинная природа греха,
Каждая игрушка кажется прологом к какой-то большой ошибке.
Вина настолько полна бесхитростной ревности,
Она разливается в страхе быть проливаемой.
(2762-2765)

Итак, Гамлет был геем или бисексуалом?
Многие ученые, которые гораздо лучше разбираются в Шекспире, гендере и теории квир, знали бы по этому вопросу гораздо больше, чем я, но в основном отношение к сексу во времена Шекспира было не таким, как у нас сегодня. Некоторые мужчины вступали в сексуальные отношения с другими мужчинами, будучи женатыми на женщинах, как многие предполагали, это было в случае с самим Шекспиром.Они бы не назвали такие отношения точно такими же, как мы сегодня. Гамлет говорит на кладбище (5.1), что он любил Офелию, и он кажется искренним, но это не исключает других возможностей. Были ли его отношения с Горацио платоническими или что-то большее, это не имело значения. Постановки пьесы на протяжении веков исследовали множество возможностей, обычно включая проблемы их возраста и социального / культурного контекста. Для тех, кто интересуется этой темой, см. Сообщение в блоге Мирлина А. Гермеса «Был ли Гамлет геем?» Текстовые свидетельства..., "здесь, а также следующая статья о постановке Гамлет 2011 Оттавской шекспировской компании, которая исследовала этот угол, здесь.

Различие, взаимное уважение и высокая похвала
В целом, дружба Горацио и Гамлет отмечены различием (они часто выражают хотя бы незначительные разногласия), взаимным уважением и даже высокой похвалой Горацио от его друга Гамлета:

Гамлет
Горацио, ты - э ' ru как мужчина
Как бы то ни было, с моим разговором справился.

Горацио
О, мой дорогой лорд -

Гамлет
Гамлет На какое продвижение я могу надеяться от тебя
Что нет доходов, кроме твоего доброго духа
Чтобы накормить и одеть тебя? Почему бедным нужно льстить?
Нет, пусть засахаренный язык лизнет абсурдную пышность
И согнет беременные петли колена
Там, где бережливость может последовать за лебедем.Ты слышишь?
Так как моя дорогая душа была любовницей по своему выбору
И могли ли люди отличить ее избрание,
Ш'хат запечатала тебя для себя, ибо ты была
Как один, страдающий всем, кто ничего не страдает,
Человек, которого Фортуна накаляет и награждает
Хаст та'эн с равной благодарностью; и благословенны те
, Чья кровь и рассудительность так хорошо смешаны
Что они не трубка для пальца Фортуны
Звук, что остановите она пожалуйста.Дай мне этого человека
Это не раб страсти, и я буду носить его
В глубине моего сердца, да, в моем сердце,
Как я делаю тебя. (1904-1925)

Поскольку Гамлет - единственный персонаж в пьесе, который упоминается (или называет себя) бедным, нищим или просящим милостыню, чаще всего можно представить, что Гамлет может жестикулировать на себя и Горацио, когда он произносит фразу: «Почему бедные должны быть польщены?» (1910).Он знает, что Горацио небогат и чувствует себя бедным, узником Дании и нищим.

Гамлет, кажется, чувствует, что ему нужен такой друг, как Горацио, возможно, потому, что он знает, что сам слишком раб собственных страстей. Он живет во дворце, где такие люди, как Полоний, льстят Клавдию, говоря ему то, что он любит слышать, и настраивают против него старых друзей Гамлета, Розенкранца и Гильденстерна, ради того, какую награду они могут надеяться получить от короля и королевы. Горацио, кажется, не похож на этих других, относительно бедный человек, который, по крайней мере, в сознании Гамлета, не ищет награды.

Некоторые ученые рассматривают краткое содержание Горацио Фортинбрасу в 5.2 истории, которую он должен рассказать, как своего рода заявление о должности Полония: быть ключевым советником короля; некоторые из них также находят большой недостаток в том, что его краткое изложение не дает хорошего рассказа. Возможно, они видят важные вещи, которых я упускаю, или, возможно, «очень приятно находить ссору в соломинке», как выражается Гамлет в 4.4
(2743.49).
~~~~~~~~~~~~~~~~
[Все цитаты из Гамлета взяты из современной редакционной версии, отредактированной Дэвидом Бевингтоном, доступной в Internet Shakespeare из Университета Виктории, Канада.]

[Все цитаты из Женевской Библии 1599 года взяты с сайта BibleGateway.com, который предлагает широкий спектр переводов Библии, но модернизирует орфографию и поэтому не является предпочтительным источником для ученых, но более доступным.]
~~~~~~ ~~~~~~~~~~~~
ПРИМЕЧАНИЕ К ЭТОЙ СЕРИИ ПОСТОВ:

Это последний выпуск в серии, состоящей из нескольких частей, в которой исследуется, как персонажи взаимодействуют в Гамлете, предлагая возможности, дары, сажая семена для будущее вдохновение, или для изменений сердца и разума.Он следует идеям Льюиса Хайда («Труд благодарности», глава в его книге «Дар: воображение и эротическая жизнь собственности»).

- Чем больше я исследую персонажей таким образом, тем больше понимаю, что главные персонажи в «Гамлете» - это динамичные персонажи, которые меняются, тем или иным образом становятся лучше или хуже. Такой подход идет вразрез с основами многих ученых, которые, кажется, овеществляют (или преувеличивают) слишком много персонажей (таких как фальшивые, как эдиповы, как макиавеллистские и т. Д.).) и рассматривать их как более статичные, а не как динамические, подвижные, взаимодействующие. Индекс предыдущих публикаций этой серии см. Ниже.
~~~~~~~~~~~~~
Указатель других сообщений из этой серии:
Часть 1: Подарки и труды благодарности в Hansel & Gretel - (подготовка для Hamlet ) - 8 / 19.12.
Часть 2: Происхождение Гамлета и дуга к милосердию: Труды благодарности и сожаления в Гамлете - 19.08.
Часть 3: Труд сожаления Полония - 26.08.19
Часть 4: В круг отца Страх и лесть: подвиги Лаэрта в благодарности и сожалении, 1.2 - 03.09.19
Часть 5: Страх и лицемерие; Труды благодарности и сожаления Лаэрта, Гамлет 1.3 - 9/9/19
Часть 6: Страшное, польщенное, мимолетное преобразование: Труды благодарности и сожаления Лаэрта, 4.5 - 17.09.19
Часть 7: Лаэрт Труды благодарности и сожаления (Токсическая мужественность отвлекает, пока Офелия тонет, Гамлет 4.7 - 24.09.19
Часть 8: Труды благодарности и сожаления Лаэрта (Лаэрт и Гамлет, Бой у могилы Офелии, Гамлет 5.1 - 10/01 / 19
Часть 9: Гертруда как получатель и источник даров: Труды благодарности и сожаления в Гамлете - 10/8/19
Часть 10: Труды благодарности и сожаления Лаэрта: Лаэрт поворачивается, но только перед лицом смерти, 5.2 - 15.10.19
Часть 11: Меняет ли их любовь Гамлета и Офелии? (Труды благодарности и сожаления в Гамлете ) - 21.10.19
Часть 12: Клавдий сопротивляется динамике дара и благодати (Труды благодарности и сожаления в Гамлете ) - 29.10.19
Часть 13: Имеет ли Фортинбрас получает выгоду от благодарности или сожаления (или он больше шифр для Джеймса VI и I)? - 11.05.19
Часть 14: Динамика дара Горацио и изменения фигур Христа в Гамлете 1.1 - 19.11.19
Часть 15: Дружба Гамлета и Горацио: взаимная, взаимная, преобразующая, свободная - 26 ноября / 19
~~~~~~~~~~~~~
МОЙ КНИЖНЫЙ ПРОЕКТ:
Мой книжный проект: https: // pauladrianfried.blogspot.com/2017/05/hamlets-bible-my-book-project-im.html

РЕТРОСПЕКТИВЫ:
Ретроспективы популярных сообщений до 0 марта 2019 г .: https://pauladrianfried.blogspot.com/2019/03 /hamlets-bible-2-year-anniversary.html

[Пример эссе], 487 слов GradesFixer

Динамика взаимоотношений Гамлета и Горацио. Горацио - единственный человек в пьесе, которому Гамлет доверяет. Горацио - один из двух людей, которые точно знают, что безумие Гамлета - это акт.Горацио - единственный друг / семья Гамлета. Горацио - единственный, кто заботится о нем, заботится о нем, следит за тем, чтобы с ним все было хорошо и все в порядке. Горацио никогда не показывает, что ему нужен Гамлет. Горацио принадлежит к более низкому классу, чем Гамлет, он слуга, он с уважением служит Гамлету, но также является его другом, он предан Гамлету и разговаривает с ним о его проблемах.

Пссш ... мы можем написать оригинальное эссе специально для вас

121 писатели онлайн

Гамлет медленно впадает в безумие, он злится из-за смерти отца, и теперь он оборачивается, его дядя теперь становится его отчимом в считанные дни.Он действительно никому не доверяет, но может чувствовать доверие, имея дело с Горацио. Он рассказал Горацио о призраке, похожем на его отца. Пока Гамлет видит этого, Горацио обсуждает с ним, что делать и чего не делать.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *