Гоголь нос краткое содержание слушать: Краткое аудио содержание «Нос» Н.В. Гоголя

Краткое содержание Нос, Гоголь по главам читать или смотреть видео

Главная>Краткие содержания>Произведения Гоголя

Нос, Гоголь

Быстрый переход:

Очень краткое содержание (в двух словах)

Краткое содержание (подробно)

Видео краткого содержания (для тех, кто предпочитает слушать)

Очень краткое содержание (в двух словах)

Цирюльник Иван Яковлевич нашёл утром в хлебе нос коллежского асессора Ковалёва, которого часто брил. Он хотел от него избавиться, но около моста его заметил квартальный. Тем временем, Ковалёв проснулся и не обнаружил на лице своего носа. Он пошёл в полицию, но по дороге увидел свой нос в мундире. Он попытался с ним поговорить, чтобы тот вернулся на лицо, но нос отказался с ним разговаривать и опять пропал. Ковалёв бросился к обер-полицмейстеру домой, потом в газету дать объявление о пропажи носа, но везде неудачно. Без сил он вернулся домой, но тут к нему пришёл квартальный и принёс его нос. Сначала нос не хотел приклеиваться к лицу, но вскоре поутру, всё же вернулся на место.

Краткое содержание (подробно по главам)

I

Случилась эта история 25 марта в Петербурге. Когда цирюльник Иван Яковлевич проснулся, он вместо привычной чашечки кофе решил съесть свежеиспечённого хлеба. Жена его Прасковья Осиповна обозвала его дураком, а сама порадовалась, что ей больше кофе достанется. Когда он разрезал хлеб на две половины, то обнаружил в нём нос коллежского асессора Ковалёва, которого он периодически брил. Это странное происшествие не на шутку взбудоражило его. Жена была вне себя от злости, называла его пьяницей и мошенником, требовала, чтобы он тот час же вынес нос из дома и избавился от него, пока их не арестовали. В его голову лезли всякие мысли: может пьян был и не помнит, может случайно нос отрезал, но как он оказался тогда в хлебе? Ничего из этого он определенно не помнил. Да и объяснению этот случай не поддавался. Иван Яковлевич завернул нос в тряпку и вышел на улицу. Он хотел куда-нибудь подкинуть его или ещё лучше выбросить в Неву.

По дороге ему встретился один знакомый, который стал его расспрашивать, куда он идет так рано, кого собирается брить. С трудом отделавшись от расспросов, он направился к Исаакиевскому собору. Тут стоит сказать пару слов о натуре Ивана Яковлевича. Как и всякий мастеровой, он был пьяница страшный, к тому же неряшливый. Когда Ковалёв приходил бриться, то часто делал замечание цирюльнику, что у того руки воняют. За это Иван Яковлевич, понюхавши табаку, мылил его больше положенного. Вскоре он дошел до Исаакиевского моста, где его заметил квартальный надзиратель. То, что произошло дальше, покрыто туманом и неизвестно.

II

Тем временем коллежский асессор Ковалёв проснулся довольно рано и не обнаружил у себя носа. Его это не просто испугало, а не на шутку расстроило. Он имел чин майора и всегда старался выглядеть с иголочки. Здесь нужно также добавить, что целью его приезда в Петербург был поиск солидного места в госдепартаменте и невесты с завидным капиталом. Сам себя он никогда не называл коллежским асессором, а только майором. Не зная, как поступить в этой ситуации, он решил пойти к обер-полицмейстеру. По дороге он встретил собственный нос в мундире, шитом золотом. На нём были также замшевые панталоны, а сбоку шпага. Ковалёву на мгновение показалось, что он сходит с ума. Нос направлялся в Казанский собор, чтобы помолится. Он последовал за ним. Там он подошёл к носу и пытался поговорить с ним, уговорить его вернуться обратно на лицо, но попытка была безрезультатна. Отвлёкшись на минутку на даму в шляпке, он и вовсе потерял из виду своего странного собеседника.

Недолго думая, майор Ковалёв отправляется к обер-полицмейстеру домой, но не застаёт его там. Тогда, он решает сходить в редакцию и дать объявление о пропаже. Там он также получает отказ и, расстроившись, уходит. Тогда он отправляется к частному приставу, но тот лишь сонно отпускает пару возмущённых комментариев и говорит, что приличному человеку нос не оторвали бы. В отчаянии майор решает, что всё это дело рук штаб-офицерши Подточиной, которая желала выдать за него свою дочь, а он тянул с ответом. Он был уверен, что та обратилась к каким-нибудь бабкам-колдовкам, чтобы наказать его. В таком настроении его застаёт квартальный, принёсший его нос, завернутый в бумагу. Радости Ковалёва не было предела. Он осмотрел нос со всех сторон, и действительно, это был его нос, даже прыщик с левой стороны был на месте. Но как майор не пытался приклеить нос на прежнее место, ничего не выходило.

Тогда он пошел к доктору, но тот лишь посоветовал положить нос в специальный раствор и продать его. Вернувшись домой, он написал письмо Подточиной с просьбой расколдовать его, но получил ничего не понимающий ответ, что свидетельствовало о том, что Подточина не имеет никакого отношения к этому делу.

Спустя некоторое время по городу начали распространяться слухи об этом вопиющем случае. Стали поговаривать, что нос коллежского асессора ровно в три прогуливается по Невскому, затем идет в магазин Юнкера, а потом и в Таврический сад. К этим местам в назначенное время стало стекаться множество народу.

III

Так или иначе, но 7 апреля нос вернулся на свое место. Ковалёв снова увидел на своём лице нос, чему несказанно обрадовался. На радостях он пошёл бриться к Ивану Яковлевичу, который теперь с величайшей осторожностью и смущением выполнял свое дело. Затем он побывал в кондитерской, в департаменте, повстречал одного приятеля такого же чина, а потом штаб-офицершу Подточину с дочерью. Беседуя с ними, все время нюхал табак. Везде, где попадались зеркала, Ковалёв заглядывал в них, чтобы убедиться, что нос на месте. Каждый раз, убеждаясь, что тот на месте, радовался как ребёнок.

В конце повести автор признаётся, что эта история по большей части неправдоподобна, но ещё удивительнее, что находятся авторы, работающие над подобным сюжетом. К тому же, он с уверенностью заявляет, что происшествия такие редко, но всё же случаются.

Видео краткого содержания (для тех, кто предпочитает слушать)

см. также:
Краткие содержания других произведений

Характеристики главных героев произведения Нос, Гоголь

Сочинения по произведению Нос, Гоголь

Краткая биография Николая Гоголя

Нос (Гоголь Николай) — слушать аудиокнигу онлайн

Скорость

00:00 / 10:50

01 Нос

08:50

02 Нос

11:26

03 Нос

09:28

04 Нос

09:33

05 Нос

09:36

06 Нос

09:34

07 Нос

13:58

08 Нос

Классика

97K

Исполнитель

Рейтинг

8.07 из 10

Длительность

1 час 23 минуты

Год

2014

Альтернативные озвучки

Актеры театров 29

Васильев Юрий 22

Репина Лана 14

Цвейг Лев 8

Левашев Владимир

Описание

«Без носа человек — чорт знает что: птица не птица, гражданин не гражданин;

просто, возьми да и вышвырни за окошко!»

Поделиться аудиокнигой

akniga. org Классика Гоголь Николай Нос

Другие книги Гоголь Николай

Аудиокниги жанра «Классика»

Новинки

Показать все книги

Интересное за неделю

Все лучшие

Прямой эфир скрыть

Футбольный Обзореватель 10 минут назад

Взрослые дядьки, с научными степенями боярышник и стекломой потребляют, но по второму разу уже не все

Морелл Дэвид — Было время

Alexey Shatrov 17 минут назад

Сидишь, читаешь про спорт и принимаешь капли.

Глубина. Погружение 47-е

Cat_onamat 24 минуты назад

не стоило ГГ в эти дла влезать. Приехал исследовать, так исследуй. Стругацкие эту тему подробно разработали в…

Азимов Айзек — Штрейкбрехер

89501331972 33 минуты назад

Интересная книга, приятный голос, спасибо!

Вайн Барбара — Черный мотылек

zonderjamp 40 минут назад

Супер!!! Удивительно слушать Желязны про робототехнику. -Это как бы прерогатива Азимова. Гарри Красавчик! Озвучил…

Желязны Роджер — Жизнь, которую я ждал

goracio 56 минут назад

слушалась с интересом

Крапивин Владислав — Наследники

Светлана Бессонова 1 час назад

Очень приятный голос у исполнителя. Спасибо за труд.

Евтишенков Игорь — Римская сага. Том I. Город соблазнов

ljalja 1 час назад

да полно котов так живут! а в ваших цивилизованных странах собакам голосовые связки подрезают, им гавкать там…

Дю Морье Дафна — Опасный мужчина

Галина Годунова 2 часа назад

Спасибо, Вам, Слава, за доверие!

Кравчук Юрий — Хроники с того Света

ANGELIKA 2 часа назад

Ну очень интересная книга. Слушаю второй раз. Мне нравятся все подробности и сюжет. Слушаю с удовольствием,…

Джеймс Питер — За сумеречным порогом

Таня П.

3 часа назад

Прекрасная работа автора и прочтение Джахангира. Я не любитель рассуждать о политике, все мы пешки и расходный…

Игорь Окунев — Пир Сатаны

Lotta_lo_ 4 часа назад

Замечательный роман. Невероятной глубины. Нужно немного терпения в начале, пока длится пролог. Обязательно нужно…

Манн Томас — Иосиф и его братья

Jon Kontra 6 часов назад

Очень понравилось, при нынешних то реалиях. Автору спасибо 🙏

Миронова Елена — В лесогорье, в лихолесье

Константин Дорф 7 часов назад

Спасибо за интересную повесть и прекрасную озвучку

Брайдер Юрий, Чадович Николай — Ад на Венере

AgentJ 7 часов назад

Очень примитивно написано. Я могу догадываться о мотивации автора, но это уж слишком клишированно

Романов Александр — Скафандр для души

Oleg 7 часов назад

нет никаких сомнений, что на самом деле этих несчастных заманивают на чужую планету, а затем инопланетные паразиты…

Финней Джек — О пропавших без вести

Леонид Жмурко 7 часов назад

себе в адамово

Харитонов Михаил — Вариант Омега

Наиль2802 8 часов назад

Ремарк почти не участвовал в боях, получил тяжёлые ранения и был уволен.

Юнгер Эрнст — В стальных грозах

Андрей Адамович 8 часов назад

Вам лучше самому… читать… про себя.

Круз Андрей — После

Леонид Жмурко 8 часов назад

когда мне было 5 лет, у нас появился плюшевый набитый опилками Мишка, 48 лет он был игрушкой, другом, амулетом или…

Раткевич Элеонора — Друг детства

Эфир

Метрополитен-опера | На Носе

В мире Шостаковича Нос , по задумке Уильяма Кентриджа, части тела исчезают и появляются в виде государственных чиновников, Анна Павлова танцует с гигантским носом на голове, а жизнью правит то, что режиссер называет «абсурдной логикой». Премьера спектакля состоялась в сезоне 2009–10 гг. Мэтт Добкин

«Двадцать пятого марта в Петербурге произошел необычайно странный случай». Так начинается рассказ Николая Гоголя 1837 года «Нос» — и «необычайно странный» не начинает передавать характер этого абсурдистского шедевра. Через несколько абзацев мужчина разрезает буханку хлеба и находит спрятанный внутри нос, который тут же сбрасывает с моста. Через страницу государственный служащий просыпается и обнаруживает, что его собственный нос пропал. Позже в тот же день он встречает оторванный придаток в церкви и узнает, что нос не хочет иметь с ним ничего общего — теперь он имеет более высокий бюрократический ранг. Остальная часть рассказа следует за коллежским асессором Ковалевым, когда он пытается выследить орган обоняния в самоволке. Сюжет и его игривый дух «все возможно» идеально подходили к творческому дару южноафриканского художника Уильяма Кентриджа, чье вдохновенное представление открылось в Метрополитен-музее в 2010 году, а автором выступил баритон, удостоенный премии «Тони», Пауло Сот. — растерялся Ковалев.

«Чехов назвал «Нос» величайшим из когда-либо написанных рассказов, — говорит Кентридж, дебютировавший в Метрополитене с этой постановкой. «И повесть, и опера — о том, что составляет человека — насколько мы уникальны и насколько мы разделены друг с другом? Это еще и об ужасах иерархии — как в русском обществе царской эпохи ты испытывал подлый страх перед тем, кто был выше тебя, а если ты был выше по чину, то имел убийственное презрение к тому, кто ниже тебя».

Неудивительно, что эта история понравилась 22-летнему Дмитрию Шостаковичу, который адаптировал ее для своей первой оперы в первые годы советского правления Сталина (премьера состоялась в 1930 году). «Шостакович написал эту оперу, когда только что закончил музыкальную школу, — говорит Кентридж. «Поэтому возможен любой эксперимент. Там смесь анархии и абсурда, которая казалась правильным языком для взгляда на период истории, когда была написана опера, где вся логика была настолько кривовата, где сам язык потерял смысл, и самое абсурдное, запутанная логика была наиболее точным способом описания общества».

В некотором смысле вся работа Кентриджа была подготовкой к этому чрезвычайно амбициозному театральному проекту. Художник начал свою карьеру в 1970-х годах в качестве одного из основателей, актера, дизайнера и режиссера театральной труппы Junction Avenue в Йоханнесбурге. Именно там он впервые разработал свой мультимедийный подход к театру, объединив рисование, кино и живое исполнение, чтобы обратиться к политической системе Южной Африки. Позже он обратился к кукольному искусству и даже пантомиме, все время развивая свои навыки рисовальщика и аниматора. Эти таланты наиболее ярко проявились в серии анимационных фильмов, посвященных главным образом Феликсу Тейтлебауму и Сохо Экштейну, двум придуманным Кентриджем персонажам, живущим в эпоху апартеида в Южной Африке (и представляющим разные стороны самого художника).

Кентридж сделал свой первый серьезный набег на оперу в 2005 году с постановкой Моцарта Волшебная флейта , которая сначала была показана в Брюсселе, а затем гастролировала по миру с остановкой в ​​Нью-Йорке. The New York Times описывает постановку как «буйный диалог между рисованием и музыкой». Тот же комплексный подход к музыкальным и визуальным элементам используется в «Нос », для которого Кентридж создал серию ярких анимационных фильмов, которые можно увидеть на протяжении всей оперы. «Идея постановки заключается в том, что декорации и декорации существуют как огромный экран для проекции», — объясняет художник, разработавший декорации вместе с Сабиной Теуниссен. «Общий принцип, который проходит через Гоголя и русскую литературу, — малость личности против могущества государства. Центральная метафора вокруг этого в постановке заключается в том, что певцы иногда очень четко видны, с фокусом и светом только на них, а затем они как бы стираются внутри огромной проекции».

Эти кинематографические элементы, по словам Кентриджа, «очень нетехнологичны. В некоторых эпизодах это оторванный лист бумаги, представляющий нос, который снимается на видео, продвигается на один кадр и снова снимается. Так что кинопроизводство очень практическое». Кентридж использовал те же приемы рисования углем в своих анимационных фильмах (съемка неподвижных изображений, стирание и добавление, а затем повторная съемка), наиболее известными из которых являются сериалы « Феликс и Сохо» . Эти нарисованные от руки элементы также были включены в производство. Все это совершенно естественно для Кентриджа, который видел прямые параллели между рисованием и режиссурой.


Ранняя модель с проекцией

«Я работаю режиссером так же, как я работаю рисовальщиком, делая рисунки, — говорит он. — Когда вы делаете рисунок, в процессе рисуя, вы обнаруживаете рисунок, который делаете, вместо того, чтобы полностью знать рисунок в своей голове и просто выполнять какой-то заранее запрограммированный план».

Кентридж не рассматривает оперу Шостаковича как чистый холст или кусок глины, которым можно манипулировать в своих собственных экспериментальных, кинематографических целях: он рассказывает историю во всей ее эксцентричной красе и позволяет сиять неровно красивой партитуре Шостаковича. Но структура оперы Шостаковича предоставляет Кентриджу множество возможностей для игры. В партитуре есть несколько инструментальных интермедий (многие из которых показывают Шостаковича в его самом юношеском буйстве и смелости, в том числе одна, полностью состоящая из перкуссии), в которых действие на сцене приостанавливается. Кентридж видит в этом возможность для того, что он называет «боковыми исследованиями» — натягивается, когда может представить, чем был занят нос, пока Ковалев лихорадочно его искал.

«Для меня это необычные моменты, которых нет в истории напрямую, но они связаны с ней», — говорит он. «Если опера — это история о том, как Ковалев пытается найти свой нос, то проекты, которые я делаю для этих оркестровых интермедий, — это история самого носа — влюбленного носа, желания носа стать членом политбюро, ареста. , будучи избитым. Нос нам нужен, чтобы танцевать — есть старая пленка Анны Павловой с наложенным на него носом. Мы смотрим на все эти другие вещи, которые могут происходить, когда нос не на сцене».


Эскизы костюмов Греты Гойрис

«Когда я открыл для себя эту оперу, она показалась мне идеальной, — говорит он, — потому что музыкально я всегда любил Шостаковича, а тематически меня очень интересует конец русского модернизма. У вас есть необычные вещи, сделанные русскими фотографами, фотомонтажи, русское кино. Анимация состоит из советских архивных кадров, а в 1920-е годы, когда была написана опера, в визуальном мире доминировал текст, а не изображение. Так что в декорациях и во многих проекциях используются текстовые блоки, а экраны нарисованы своего рода коллажем из газет». Образы, основанные на тексте, которые были использованы и на костюмах Греты Гойрис, напоминают изощренную пропаганду сталинской России.

У самого Шостаковича были натянутые отношения с советской властью. Вундеркинд на фортепиано, он быстро поднялся по карьерной лестнице Петроградской консерватории, и его первое крупное сочинение, Первая симфония 1926 года, было хорошо принято. Нос , однако, не был: «Как только опера была готова, она была очень быстро запрещена в Советском Союзе, — отмечает Кентридж, — и прошло еще 30 лет с момента ее первого исполнения до второго». На протяжении своей долгой и продуктивной карьеры Шостакович постоянно сталкивался с неодобрением правительства.

Для певцов ритмические хитросплетения и мелодические сюрпризы Шостаковича являются серьезным испытанием. «Мне всегда нравилось петь на русском, — говорит Сот. «Это прекрасный язык для пения. А The Nose — отличная история с фантастической музыкой. Музыку Шостаковича очень интересно слушать, но очень сложно играть. Вам нужно время, чтобы ваш мозг привык к этим интервалам, ритмическим изменениям».

Если стиль Шостаковича, лоскутное мастерство хорошо подходит для абсурдистской истории Гоголя, то и Кентриджа, чье прошлое повлияло на его подход к постановке и к его работе в целом. «Моя вера в то, что можно чему-то научиться на абсурде, во многом связана с тем, что я рос в Южной Африке, где существовала система апартеида, связанная со злом, но также и с безумной логикой, абсурдной логикой», — объясняет он. «Относиться к абсурду очень серьезно, учиться абсурду — это для меня ключ к опере.

«Есть большой вопрос, является ли трагедия или комедия способом справиться с огромными социальными катаклизмами, — продолжает он. «Ответ Гоголя и ответ Шостаковича как раз в том, что через странную смесь брутального комизма мы приближаемся к действительной логике мира».

 

Мэтт Добкин — креативный директор по маркетингу и стратегии Met.

«Нос» (1836 г.) Николая Гоголя в «Купании в пруду под дождем» (2021 г.) Джорджа Сондерса

Добавил: Лиза Хилл | 12 июня 2021 г.

Хотя эта книга позиционируется как «литературный мастер-класс», основанный на многолетнем обучении Джорджа Сондерса русским рассказам в рамках программы творческого письма, я отношу ее к своей категории «литературная критика», потому что в этом ее полезность. мне как читателю. Как сказано в аннотации:

Семь эссе этой книги, дополненные культовыми рассказами Чехова, Тургенева, Толстого и Гоголя, предназначены для всех, кто интересуется тем, как работает художественная литература и почему она как никогда актуальна в эти неспокойные времена.

В наши дни все являются книжными критиками, но, как я обнаружил в начале своей читательской жизни, более интересные книги иногда используют повествование незнакомым образом, и опасность заключается в том, чтобы судить о книге, не понимая цели автора или даже не признавая ремесло.

Сондерсовский анализ приемов, которые используют эти русские писатели, особенно полезен, когда дело доходит до осмысления таких произведений, как « Нос» Гоголя.

Как вы можете видеть из того, что претендует на роль моей рецензии, я имел лишь смутное представление о том, о чем говорил Гоголь в своем странном рассказе о майоре Ковалеве, проснувшемся однажды утром и обнаружившем, что у него нет носа. Но в главе «Дверь к истине может быть странностью» размышления о The Nose ‘, Сондерс начинает с вопроса о том, как истории могут быть правдой. История может казаться правдой, потому что она изображает мир, который кажется правдой, с подробностями о погоде и ветре или аспектами обстановки. Или может случиться так, что последовательность событий кажется верной, потому что персонажи ведут себя так, как можно было бы ожидать от них после определенных событий, например, обвиняя кого-то другого в том, что он заблудился. Но, напоминает он нам, реализм на самом деле нереален: истории

сжаты и преувеличены, с сумасшедшим уровнем отбора, пропусков и формообразования.   Тем не менее, многие писатели используют так называемую «консенсусную реальность» для написания историй, в которых вещи происходят примерно так, как они происходят в реальном мире; режим ограничивается тем, что обычно происходит, тем, что физически возможно.

Но история также может быть правдивой, если она отвергает общепризнанную реальность — если в ней происходят вещи, которых нет и никогда не могло бы произойти в реальном мире. (стр.275)

Даже самая причудливая история может быть правдивой, если…

…она правдива в том, как она реагирует на себя, в том, как она реагирует на свою предпосылку, в том, как она развивается— тем, как в нем меняются вещи, контуры его внутренней логики, отношения между его элементами. (стр. 275)

В случае с гоголевским Носом, Сондерс говорит, история кажется правдивой, потому что психологическая физика вымышленного мира ощущается похожей на психологическую физику нашего собственного. Под этим он подразумевает, что это кажется психологически «правильным».

Хотя я вряд ли буду использовать выражение психологическая физика вымышленного мира в будущих рецензиях, я точно увижу, что он имеет в виду в своем очень забавном анализе повести Гоголя. Он отмечает, что цирюльник Иван Яковлевич ошарашен, когда находит нос в своем хлебе на завтрак, как и мы. Его жена, Прасковья Осиповна, однако, спешит обвинить его в том, что он отрезал лицо клиенту, и да, мы быстро находим виноватых, не так ли? В реальном мире Иван отреагировал бы, потребовав знать, почему она думает, что он так поступил, и почему он положил это в тесто, и почему она этого не заметила. Но он не делает этого в гоголевском мире, потому что принимает ее логику. Если случилось что-то ужасное, это должен быть он.

Далее Сондерс описывает последующую последовательность событий как синдром множественных наложенных странностей.

Начальная странность: в буханке хлеба появляется нос. Странность второго уровня: пара иррационально реагирует на присутствие носа в хлебе. Странность третьего уровня: из-за того, что отреагировали иррационально, в ответ строят странный план (уронить нос), Странность четвертого уровня: Иван плохо выполняет план; он не может выполнить работу, потому что подходит к ней со слишком большим опасением и потому, что мир, который он там обнаруживает, настроен на него с легкой злобной враждебностью: постоянный поток знакомых и улица, забитая полицейскими, или, по крайней мере, два из них на таком же количестве страниц. (стр. 278)

И…

Еще один уровень странности возникает, когда рассказчик говорит нам, что Иван респектабельный человек , а затем продолжает опровергать собственное заявление. Другими словами, у The Nose ненадежный рассказчик. И что мне хотелось бы знать, когда я впервые читал «Нос», так это то, что в нем есть особая русская форма ненадежного повествования от первого лица, называемая сказ. Рассказчик сказ необразован, неграциозен и не умеет аргументировать. Он болтает и отвлекает, придавая одинаковое значение тривиальному и важному. Поэтому, когда в своем обзоре я написал, что думал, что читаю черновик или посмертный неоконченный рассказ и (как вы, я уверен, можете сказать) я не был до конца уверен, что Гоголь знал, что он делал, когда пересматривал свой рассказ, я ошибался. Нос не вульгарен, как думали те, кто изначально отверг историю. Великий писатель пишет безобразного рассказчика, который слишком уверен в своей сообразительности, чтобы заметить странность истории, которую он рассказывает.

(Кстати, если вы уже поняли, что вам просто нужно прочитать рассказ, все рассказы, которые анализирует Сондерс, включены в перевод книги. Душенька» Антона Чехова; «Певцы» Ивана Тургенева; «Хозяин и человек» и «Горшок Алойша» Льва Толстого.)

Эта сказ традиция бросает вызов идее о том, что рассказчики являются теми, кем мы склонны считать их: бескорыстного, объективного, всезнающего рассказчика от третьего лица не существует.

Так как всякое повествование есть пересказ, говорит Гоголь, то будем с радостью пересказывать. (с.280)

Гоголя часто называют абсурдистом, и он им является, но он также и реалист в том смысле, что изображает людей, не замечающих абсурда. Ричард Флэнаган делает то же самое в Живое море снов наяву. Его персонаж постоянно теряет части тела, и никто этого не замечает. Точно так же, как мы не замечаем вымирания видов на наших глазах и наступления катастрофических климатических изменений.

В Купание в пруду под дождем есть нечто большее, чем это. Если вы серьезно настроены стать писателем, это полезное дополнение к вашей профессиональной библиотеке. Если вы такой же читатель, как и я, я думаю, вам это тоже понравится.

(Интересно, что я терпеть не могу роман Джорджа Сондера, получивший Букеровскую премию  Линкольн в Бардо и бросил на 50 страницах!)

Автор: Джордж Сондерс
Название: Плавание в пруду под дождем: в котором четверо русских проводят мастер-класс по письму, чтению и жизни
Издатель: Bloomsbury, 2021
ISBN: 9781526624284, hbk.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *