Генерал родзянко: Journal of Modern Russian History and Historiography Volume 13 Issue 1 (2020)

Содержание

Отдельный корпус Северной Армии 3 руб 1919 г. Разменный знак. Генерал Родзянко

Пользовательское соглашение

1. Общие положения

1.1. Настоящее Пользовательское соглашение (далее — Соглашение) относится к сайту Антикварной галереи «Раритет», расположенной по адресу: г. Владивосток, ул. Посьетская 28.

1.2. Сайт www.raritetdvr.ru (далее — Сайт) является собственностью Антикварной галереи «Раритет».

1.3. Настоящее Соглашение регулирует отношения между Администрацией сайта Антикварной галереи «Раритет» (далее — Администрация сайта) и Пользователем данного Сайта.

1.4. Администрация сайта оставляет за собой право в любое время изменять, добавлять или удалять пункты настоящего Соглашения без уведомления Пользователя.

1.5. Продолжение использования Сайта Пользователем означает принятие Соглашения и изменений, внесенных в настоящее Соглашение.

1.6. Пользователь несет персональную ответственность за проверку настоящего Соглашения на наличие изменений в нем.

2. Определения терминов

2.1. Перечисленные ниже термины имеют для целей настоящего Соглашения следующее значение:

2.1.1 Сайт Антикварной галереи «Раритет» расположенный на доменном имени www.raritetdvr.ru, осуществляет свою деятельность посредством интернет-ресурса и сопутствующих ему сервисов.

2.1.2. Сайт содержит информацию о Товарах, Продавце, позволяет осуществить выбор, заказ и (или) приобретение Товара.

2.1.3. Администрация сайта — уполномоченные сотрудники на управления Сайтом, действующие от имени Антикварной галереи «Раритет».

2.1.4. Пользователь сайта Интернет-магазина (далее ‑ Пользователь) — лицо, имеющее доступ к Сайту, посредством сети Интернет и использующее Сайт.

2.1.5. Содержание Сайта (далее — Содержание) — охраняемые результаты интеллектуальной деятельности, включая тексты литературных произведений, их названия, предисловия, аннотации, статьи, иллюстрации, обложки, музыкальные произведения с текстом или без текста, графические, текстовые, фотографические, производные, составные и иные произведения, пользовательские интерфейсы, визуальные интерфейсы, названия товарных знаков, логотипы, программы, базы данных, а также дизайн, структура, выбор, координация, внешний вид, общий стиль и расположение данного Содержания, входящего в состав Сайта и другие объекты интеллектуальной собственности все вместе и/или по отдельности, содержащиеся на сайте Антикварной галереи «Раритет».

3. Предмет соглашения

3.1. Предметом настоящего Соглашения является предоставление Пользователю доступа к содержащимся на Сайте Товарам и оказываемым услугам.

3.1.1. Сайт предоставляет Пользователю следующие виды услуг (сервисов):

  • доступ к электронному контенту с правом просмотра контента;
  • доступ к средствам поиска и навигации Сайта;
  • предоставление Пользователю возможности размещения сообщений, комментариев, рецензий Пользователей, выставления оценок контенту Сайт;
  • доступ к информации о Товаре и к информации о приобретении Товара;
  • иные виды услуг (сервисов), реализуемые на страницах Сайта.

3.1.2. Под действие настоящего Соглашения подпадают все существующие (реально функционирующие) на данный момент услуги (сервисы) Сайта, а также любые их последующие модификации и появляющиеся в дальнейшем дополнительные услуги (сервисы) Сайта.

3.2. Настоящее Соглашение является публичной офертой. Получая доступ к Сайту Пользователь считается присоединившимся к настоящему Соглашению.

3.3. Использование материалов и сервисов Сайта регулируется нормами действующего законодательства Российской Федерации

4. Права и обязанности сторон

4.1. Администрация сайта вправе:

4.1.1. Изменять правила пользования Сайтом, а также изменять содержание данного Сайта. Изменения вступают в силу с момента публикации новой редакции Соглашения на Сайте.

4.1.2. Ограничить доступ к Сайту в случае нарушения Пользователем условий настоящего Соглашения.

4.2. Пользователь вправе:

4.2.1. Получить доступ к использованию Сайта после соблюдения требований о регистрации.

4.2.2. Пользоваться всеми имеющимися на Сайте услугами, а также приобретать любые Товары, предлагаемые на Сайте.

4.2.3. Задавать любые вопросы, относящиеся к услугам Антикварной галереи «Раритет» по реквизитам, которые находятся в разделе Сайта «Контакты».

4.2.4. Пользоваться Сайтом исключительно в целях и порядке, предусмотренных Соглашением и не запрещенных законодательством Российской Федерации.

4.3. Пользователь Сайта обязуется:

4.3.1. Предоставлять по запросу Администрации сайта дополнительную информацию, которая имеет непосредственное отношение к предоставляемым услугам данного Сайта.

4.3.2. Соблюдать имущественные и неимущественные права авторов и иных правообладателей при использовании Сайта.

4.3.3. Не предпринимать действий, которые могут рассматриваться как нарушающие нормальную работу Сайта.

4.3.4. Не распространять с использованием Сайта любую конфиденциальную и охраняемую законодательством Российской Федерации информацию о физических либо юридических лицах.

4.3.5. Избегать любых действий, в результате которых может быть нарушена конфиденциальность охраняемой законодательством Российской Федерации информации.

4.4. Пользователю запрещается:

4.4.1. Использовать любые устройства, программы, процедуры, алгоритмы и методы, автоматические устройства или эквивалентные ручные процессы для доступа, приобретения, копирования или отслеживания содержания Сайта;

4. 4.2. Нарушать надлежащее функционирование Сайта;

4.4.3. Любым способом обходить навигационную структуру Сайта для получения или попытки получения любой информации, документов или материалов любыми средствами, которые специально не представлены сервисами данного Сайта;

4.4.4. Несанкционированный доступ к функциям Сайта, любым другим системам или сетям, относящимся к данному Сайту, а также к любым услугам, предлагаемым на Сайте;

4.4.4. Нарушать систему безопасности или аутентификации на Сайте или в любой сети, относящейся к Сайту.

4.4.5. Выполнять обратный поиск, отслеживать или пытаться отслеживать любую информацию о любом другом Пользователе Сайта.

4.4.6. Использовать Сайт и его Содержание в любых целях, запрещенных законодательством Российской Федерации, а также подстрекать к любой незаконной деятельности или другой деятельности, нарушающей права других лиц.

5. Использование сайта

5.1. Сайт и Содержание, входящее в состав Сайта, принадлежит и управляется Администрацией сайта.

5.2. Содержание Сайта не может быть скопировано, опубликовано, воспроизведено, передано или распространено любым способом, а также размещено в глобальной сети «Интернет» без предварительного письменного согласия Администрации сайта.

5.3. Содержание Сайта защищено авторским правом, законодательством о товарных знаках, а также другими правами, связанными с интеллектуальной собственностью, и законодательством о недобросовестной конкуренции.

5.4. Приобретение Товара, предлагаемого на Сайте, может потребовать создания учётной записи Пользователя.

5.5. Пользователь несет персональную ответственность за сохранение конфиденциальности информации учётной записи, включая пароль, а также за всю без исключения деятельность, которая ведётся от имени Пользователя учётной записи.

5.6. Пользователь должен незамедлительно уведомить Администрацию сайта о несанкционированном использовании его учётной записи или пароля или любом другом нарушении системы безопасности.

5.7. Администрация сайта обладает правом в одностороннем порядке аннулировать учетную запись Пользователя, если она не использовалась более количество месяцев календарных месяцев подряд без уведомления Пользователя.

5.7. Настоящее Соглашение распространяет свое действия на все дополнительные положения и условия о покупке Товара и оказанию услуг, предоставляемых на Сайте.

5.8. Информация, размещаемая на Сайте не должна истолковываться как изменение настоящего Соглашения.

5.9. Администрация сайта имеет право в любое время без уведомления Пользователя вносить изменения в перечень Товаров и услуг, предлагаемых на Сайте, и (или) в цены, применимые к таким Товарам по их реализации и (или) оказываемым услугам Антикварной галереей «Раритет».

5.10. Документы, указанные в пунктах 5.10.1–5.10.4 настоящего Соглашения регулируют в соответствующей части и распространяют свое действие на использование Пользователем Сайта. В настоящее Соглашение включены следующие документы:

5. 10.1. Политика конфиденциальности;

5.10.3. Заявка на оформление заказа;

5.10.4. Предложения и замечания.

5.11. Любой из документов, перечисленных в пункте 5.10. настоящего Соглашения может подлежать обновлению. Изменения вступают в силу с момента их опубликования на Сайте.

6. Ответственность

6.1. Любые убытки, которые Пользователь может понести в случае умышленного или неосторожного нарушения любого положения настоящего Соглашения, а также вследствие несанкционированного доступа к коммуникациям другого Пользователя, Администрацией сайта не возмещаются.

6.2. Администрация сайта не несет ответственности за:

6.2.1. Задержки или сбои в процессе совершения операции, возникшие вследствие непреодолимой силы, а также любого случая неполадок в телекоммуникационных, компьютерных, электрических и иных смежных системах.

6.2.2. Действия систем переводов, банков, платежных систем и за задержки связанные с их работой.

6.2.3. Надлежащее функционирование Сайта, в случае, если Пользователь не имеет необходимых технических средств для его использования, а также не несет никаких обязательств по обеспечению пользователей такими средствами.

7. Нарушение условий пользовательского соглашения

7.1. Администрация сайта вправе раскрыть любую собранную о Пользователе данного Сайта информацию, если раскрытие необходимо в связи с расследованием или жалобой в отношении неправомерного использования Сайта либо для установления (идентификации) Пользователя, который может нарушать или вмешиваться в права Администрации сайта или в права других Пользователей Сайта.

7.2. Администрация сайта имеет право раскрыть любую информацию о Пользователе, которую посчитает необходимой для выполнения положений действующего законодательства или судебных решений, обеспечения выполнения условий настоящего Соглашения, защиты прав или безопасности название организации, Пользователей.

7.3. Администрация сайта имеет право раскрыть информацию о Пользователе, если действующее законодательство Российской Федерации требует или разрешает такое раскрытие.

7.4. Администрация сайта вправе без предварительного уведомления Пользователя прекратить и (или) заблокировать доступ к Сайту, если Пользователь нарушил настоящее Соглашение или содержащиеся в иных документах условия пользования Сайтом, а также в случае прекращения действия Сайта либо по причине технической неполадки или проблемы.

7.5. Администрация сайта не несет ответственности перед Пользователем или третьими лицами за прекращение доступа к Сайту в случае нарушения Пользователем любого положения настоящего Соглашения или иного документа, содержащего условия пользования Сайтом.

8. Разрешение споров

8.1. В случае возникновения любых разногласий или споров между Сторонами настоящего Соглашения обязательным условием до обращения в суд является предъявление претензии (письменного предложения о добровольном урегулировании спора).

8.2. Получатель претензии в течение 30 календарных дней со дня ее получения, письменно уведомляет заявителя претензии о результатах рассмотрения претензии.

8.3. При невозможности разрешить спор в добровольном порядке любая из Сторон вправе обратиться в суд за защитой своих прав, которые предоставлены им действующим законодательством Российской Федерации.

8.4. Любой иск в отношении условий использования Сайта должен быть предъявлен в течение срок после возникновения оснований для иска, за исключением защиты авторских прав на охраняемые в соответствии с законодательством материалы Сайта. При нарушении условий данного пункта любой иск или основания для иска погашаются исковой давностью.

9. Дополнительные условия

9.1. Администрация сайта не принимает встречные предложения от Пользователя относительно изменений настоящего Пользовательского соглашения.

9.2. Отзывы Пользователя, размещенные на Сайте, не являются конфиденциальной информацией и могут быть использованы Администрацией сайта без ограничений.

Обновлено «01» декабря 2015 г.

Наследие Земли Псковской/ Культура и история Пскова и Псковской области. Достопримечательности, туристическая инфраструктура

Переворот. Разговор Рузского с Родзянко

Библиотека Хроноса

В то самое время, как во Пскове генерал Рузский добивался у Государя дарования ответственного министерства, в Петрограде, на совещании Временного Комитета с представителями Исполкома, решалась судьба и Государя, и династии, и монархии, как формы правления России. Революция быстро делала свои завоевания. Было 3 часа 20 минут ночи 2 марта, когда начался исторический разговор Родзянко с Рузским, разговор, возымевший решительное влияние на вопрос об отречении Императора Николая II. В аппаратной комнате Штаба Северного фронта во Пскове, в глубоком кресле сидел усталый, изнервничавшийся за ночь генерал Рузский. Он говорил свои мысли находившемуся у аппарата генералу Юрию Данилову и уже последний формулировал их и диктовал для передачи по аппарату.
Петроград — Доложите генералу Рузскому, что подходит к аппарату Председатель Государственной Думы Родзянко.
Псков — У аппарата ген.-адъютант Рузский.
Рузский — Здравствуйте Михаил Владимирович. Сегодня, около семи часов вечера, прибыл в Псков Государь Император. Его Величество при встрече мне высказал, что ожидает вашего приезда. К сожалению, затем выяснилось, что ваш приезд не состоится, чем я был глубоко опечален. Прошу разрешения говорить с вами с полной откровенностью; этого требует серьезность переживаемого времени. Прежде всего я просил бы вас меня осведомить для личного моего сведения истинную причину отмены вашего прибытия во Псков. Знание этой причины необходимо для дальнейшей нашей беседы.
Родзянко — Здравствуйте, Николай Владимирович. Очень сожалею, что не могу приехать. С откровенностью скажу, причин моего неприезда две: во-первых, эшелоны, вами высланные в Петроград, взбунтовались, вылезли в Луге из вагонов, объявили себя присоединившимися к Государственной Думе и решили отнимать оружие и никого не пропускать, даже литерные поезда. Мною немедленно были приняты меры, чтобы путь для поезда Его Величества был свободен. Не знаю, удастся ли это.
Вторая причина — полученные мною сведения, что мой приезд может повлечь за собою нежелательные последствия и невозможность остановить разбушевавшиеся народные страсти без личного присутствия, так как до сих пор верят только мне и исполняют только мои приказания.
Рузский — Из бесед, которые Его Величество вел сегодня со мною, выяснилось, что Государь Император предполагал предложить вам составить министерство, Ответственное перед Его Величеством, но затем, идя навстречу общему желанию законодательных учреждений и народа, отпуская меня, Его Величество выразил окончательное решение и уполномочил меня довести до вашего сведения об этом — дать ответственное перед законодательными палатами министерство с поручением вам образовать кабинет. Если желание Его Величества найдет в вас отклик, то спроектирован манифест который я мог бы сейчас же передать вам.
Манифест этот мог бы быть объявлен сегодня, второго марта, с пометкой — Псков. Не откажите в ваших соображениях по всему вышеизложенному.
Родзянко — Я прошу вас проект манифеста, если возможно, передать теперь же. Очевидно, что Его Величество и вы не отдаете отчета в том, что здесь происходит. Настала одна из страшнейших революций, побороть которую будет не так-то легко, — в течение двух с половиной лет я неуклонно при каждом моем всеподданнешем докладе предупреждал Государя Императора о надвигающейся грозе, — если не будут немедленно сделаны уступки, которые могли бы удовлетворить страну.
Я должен вам сообщить, что в самом начале движения власти, в лице министров, стушевались и не принимали решительно никаких мер предупредительного характера. Немедленно же началось братание войск с народными толпами, войска не стреляли, а ходили по улицам и им толпа кричали «ура». Перерыв занятий законодательных учреждений подлил масла в огонь, и мало-помалу наступила такая анархия, что Гос. Думе вообще, а мне в частности, оставалось только попытаться взять движение в свои руки и стать во главе, для того, чтобы избежать такой анархии при таком расслоении, которое грозило гибелью государства.
К сожалению, это мне далеко не удалось, народные страсти так разгорелись, что сдержать их вряд ли будет возможно, войска окончательно деморализованы. Не только не слушаются, но убивают своих офицеров. Ненависть к Государыне Императрице дошла до крайних пределов. Вынужден был всех министров, во избежание кровопролития, кроме военного и морского, заключить в Петропавловскую крепость. Очень опасаюсь, что такая же участь постигнет и меня, так как агитация направлена на всё, что более умеренно и ограничено в своих требованиях. Считаю нужным вас осведомить, что то, что предлагается вами, уже недостаточно и династический вопрос поставлен ребром. Сомневаюсь, чтобы возможно было с этим справиться.
Рузский — Ваши сообщения, Михаил Владимирович, действительно рисуют обстановку в другом виде, чем она рисовалась здесь, на фронте. Если страсти не будут умиротворены, то ведь нашей родине грозит анархия надолго, и это, прежде всего, отразится на исходе войны. Между тем, затратив столько жизней на борьбу с неприятелем, нельзя теперь останавливаться на полдороге и необходимо довести ее до конца, соответствующего нашей великой родине. Надо найти средство для умиротворения страны. Прежде передачи вам манифеста, не можете ли мне сказать, в каком виде намечается разрешение династического вопроса?
Родзянко — С болью в сердце буду теперь отвечать, Николай Владимирович, Еще раз повторяю, ненависть к династии дошла до крайних пределов, но весь народ, с кем бы я ни говорил, выходя к толпам, войскам, решил твердо войну довести до победного конца и в руки немцам не даваться. К Государственной Думе примкнул весь Петроградский и Царскосельский гарнизоны, то же самое повторяется во всех городах, нигде нет разногласия, везде войска становятся на сторону Думы и народа и грозное требование отречения в пользу сына при регентстве Михаила Александровича становится определенным требованием. Повторяю, со страшной болью передаю я вам об этом, но, что же делать. В то время, когда народ, в лице доблестной нашей армии, проливал свою кровь и нес неисчислимые жертвы, правительство положительно издевалось над нами, — вспомните освобождение Сухомлинова, Распутина и всю его клику, вспомните — Маклакова, Штюрмера, Протопопова, все стеснения горячего порыва народа помогать по мере сил войне, назначение Голицына, расстройство транспорта, денежного обращения и непринятие никаких мер к смягчению условий жизни.
Постоянные аресты, погоня и розыски несуществующей тогда еще революции. Изменение состава законодательной палаты в нежелательном смысле. Вот те причины, которые привели к этому печальному концу.
Тяжкий ответ перед Богом взяла на себя Государыня Императрица, отвращая Его Величество от народа.
Присылка им генерала Иванова с Георгиевским батальоном только подлила масла в огонь и приведет только к междоусобному сражению, так как сдержать войска, не слушающиеся своих офицеров и начальников, решительно никакой возможности нет. Кровью обливается сердце при виде того, что происходит. Прекратите присылку войск, так как они действовать против народа не будут. Остановите ненужные жертвы.
Рузский — Всё то, что вы, Михаил Владимирович, сказали тем печальнее, что предполагавшийся приезд ваш как бы предвещал возможность соглашения и быстрого умиротворения родины. Ваши указания на ошибки, конечно, верны, но ведь это ошибки прошлого, которые в будущем повторяться не могут при предлагаемом способе разрешения переживаемого тяжелого кризиса. Подумайте, Михаил Владимирович, о будущем. Необходимо найти такой выход, который бы дал немедленное удовлетворение. Войска на фронте с томительной тревогой и тоской оглядываются на то, что делается в тылу, а начальники лишены авторитетного слова сделать им надлежащее распоряжение.
Переживаемый кризис надо ликвидировать возможно скорее, чтобы вернуть армии возможность смотреть только вперед в сторону неприятеля. Войска в направлении к Петрограду были направлены с фронтов по общей директиве из Ставки, но теперь этот вопрос ликвидируется. Иванову несколько часов тому назад Государь Император дал указания не предпринимать ничего до личного свидания.
Эта телеграмма послана через Петроград и остается только пожелать, чтобы она поскорее дошла до генерала Иванова. Равным образом Государь Император изволил выразить согласие, и уже послана телеграмма два часа тому назад вернуть на фронт все, что было в пути. Вы видите, что со стороны Его Величества принимаются какие только возможно меры и было бы в интересах родины и той ответственной войны, которую мы ведем, желательным, чтобы почин Государя нашел бы отзыв в сердцах тех, кои могут остановить пожар.
Сообщив затем проект манифеста, генерал продолжал:
— Если будет признано необходимым внести какие-либо частичные поправки, благоволите меня уведомить, равно и об общей схеме такового.
В заключение скажу вам, Михаил Владимирович, я сегодня сделал все, что подсказывало мне сердце и что мог для того, чтобы найти выход в деле обеспечения спокойствия теперь и в будущем, а также для того, чтобы армиям в кратчайший срок обеспечить возможность спокойной работы. Этого необходимо достигнуть в кратчайший срок. Приближается весна и нам нужно сосредоточить все наши усилия на подготовке к активным действиям и на согласовании их с действиями наших союзников. Мы обязаны думать также о них. Каждый день, скажу больше, каждый час в деле водворения спокойствия крайне дорог.
Родзянко — Вы, Николай Владимирович истерзали в конец мое и так истерзанное сердце. По тому позднему часу, в который мы ведем разговор, вы можете себе представить, какая на мне лежит огромная работа, но, повторяю вам, я сам вишу на волоске и власть ускользает у меня из рук. Анархия достигает таких размеров, что я вынужден сегодня ночью назначить временное правительство.
К сожалению манифест запоздал. Его надо было издать после моей первой телеграммы немедленно, о чем я горячо просил Государя Императора. Время упущено и возврата нет. Повторяю вам еще раз, народные страсти разгорелись в области ненависти и негодования. Наша славная армия не будет ни в чем нуждаться. В этом полное единение всех партий. И железнодорожное сообщение не будет затруднено. Надеемся также, что, после воззвания Временного Правительства, крестьяне и все жители повезут на другие станции снаряды и другие предметы снаряжения. Запасы весьма многочисленны, так как об этом всегда заботились общественные организации и Особое совещание. Молю Бога, чтоб он дал сил удержаться хотя бы в пределах теперешнего расстройства умов, мыслей и чувств, но боюсь, как бы не было хуже еще. Больше ничего не могу вам сказать. Помогай вам Бог, нашему славному вождю, в битве уничтожить проклятого немца, о чем в обращении, посланном армии от Комитета Гос. Думы, говорится определенно в виде пожелания успехов и побед. Желаю вам спокойной ночи, если только вообще в эти времена кто-либо может спокойно спать. Глубоко уважающий вас и душевно преданный Родзянко.
Рузский — Михаил Владимирович, еще несколько слов. Дай, конечно, Бог, чтобы ваши мысли в отношении армии оправдались, но имейте в виду, что всякий насильственный переворот не может пройти бесследно. Что, если анархия, о которой говорите вы, перекинется в армию и начальники потеряют авторитет власти, — подумайте, что будет с родиной нашей. В сущности, конечно, цель одна: ответственное министерство перед народом и есть для сего нормальный путь для достижения цели перемены порядка управления государством. Дай Бог вам здоровья и сил для вашей ответственной работы. Глубоко уважающий вас Рузский
Родзянко — Николай Владимирович, не забудьте, что переворот может быть добровольный и вполне безболезненный для всех и тогда все кончится в несколько дней, — одно могу сказать: ни кровопролитий, ни ненужных жертв не будет, я этого не допущу. Желаю вам всего лучшего.
Рузский — Дай Бог, чтобы все было так, как вы говорите. Последнее слово. Скажите ваше мнение, нужно ли выпускать манифест?
Родзянко — Я, право, не знаю, как вам ответить. Всё зависит от событий, которые летят с головокружительной быстротой.
Рузский — Я получил указание передать в Ставку об его напечатании, а посему это и сделаю, а затем будь что будет. Разговор наш доложу, если вы против этого ничего не имеете.
Родзянко — Ничего против этого не имею и даже прошу об этом.
Рузский — До свидания, да поможет вам Бог. Разговор окончился в 5 часов утра с минутами, 2 марта.

Из воспоминаний генерала П. Н. Врангеля – Власть – Коммерсантъ

30-го марта вернулся генерал Крымов, назначенный командиром 3-го конного корпуса вместо графа Келлера. Первые шаги Александра Ивановича Гучкова в роли военного министра ознаменовались массовой сменой старших начальников — одним взмахом пера были вычеркнуты из списков армии 143 старших начальника, взамен которых назначены новые, не считаясь со старшинством. Мера эта была глубоко ошибочна. Правда, среди уволенных было много людей недостойных и малоспособных, сплошь и рядом державшихся лишь оттого, что имели где-то руку, но тем не менее смена такого огромного количества начальников отдельных частей и высших войсковых соединений одновременно и замена их людьми, чуждыми этим частям, да еще в столь ответственное время, не могли не отразиться на внутреннем порядке и боеспособности армии. ..

Генерал Крымов, повидавши Гучкова, М. В. Родзянко, Терещенко и других своих политических друзей, вернулся значительно подбодренный. По его словам, Временное правительство, несмотря на кажущуюся слабость, было достаточно сильно, чтобы взять движение в свои руки. Главной поддержкой Временного правительства помимо широких кругов общественности и значительной части армии должны были быть, по мнению генерала Крымова, казаки.

Надежд, возлагаемых генералом Крымовым на казаков, я не разделял. Прожив детство и юность на Дону, проведя Японскую войну в рядах Забайкальского казачьего полка, командуя в настоящую войну казачьим полком, бригадой и дивизией, в состав коих входили полки трех казачьих войск,— я отлично знал казаков. Я считал, что они легко могут стать орудием в руках известных политических кругов.

Генерал Крымов, видимо, понимал меня и не особенно удерживал. Он предложил написать военному министру и начальнику штаба Верховного Главнокомандующего, ходатайствуя о предоставлении мне в командование регулярной дивизии. ..

Я застал Петербург необыкновенно оживленным. С раннего утра и до поздней ночи улицы города были наполнены толпами народа. Большую часть их составляли воинские чины. Занятия в казармах нигде не велись, и солдаты целый день и большую часть ночи проводили на улицах. Количество красных бантов, утеряв прелесть новизны по сравнению с первыми днями революции, поуменьшилось, но зато неряшливость и разнузданность как будто еще увеличились. Без оружия, большей частью в расстегнутых шинелях, с папиросой в зубах и карманами, полными семечек, солдаты толпами ходили по тротуару, никому не отдавая чести и толкая прохожих. Щелканье семечек в эти дни стало почему-то непременным занятием «революционного народа», а так как со времени «свобод» улицы почти не убирались, то тротуары и мостовые были сплошь покрыты шелухой.

В Таврическом дворце, городской думе, во всех общественных местах, на площадях и углах улиц ежедневно во все часы шли митинги. Это была какая-то вакханалия словоизвержения. Казалось, что столетиями молчавший обыватель ныне спешил наговориться досыта, нагнать утерянное время. Сплошь и рядом в каком-либо ресторане, театре, кинематографе, во время антракта или между двумя музыкальными номерами какой-нибудь словоохотливый оратор влезал на стул и начинал говорить. Ему отвечал другой, третий и начинался своеобразный митинг. Страницы прессы сплошь заняты были речами членов Временного правительства, членов совета рабочих и солдатских депутатов, речами разного рода делегаций. Темы были всегда одни и те же: осуждение старого режима, апология «бескровной революции», провозглашение «продолжения борьбы до победного конца» (до «мира без аннексий и контрибуций» тогда еще не договорились), восхваление «завоеваний революции». Спасать Россию уже не собирались, говорили лишь о спасении «завоеваний революции». Формула эта стала наиболее ходячей, и в невольном стремлении сделать ее более удобоваримой договорились до «спасения революции», получилось что-то безграмотное и бессмысленное.


КОММЕРСАНТ

30 марта 1917 года

Восьмичасовой рабочий день

Нижний Новгород, 28.III. Общее собрание рабочих Нижегородской Льняной М-ры установило 8-часовой рабочий день. Администрация фабрики ввиду того, что сокращение производства может отразиться на снабжении армии, объявила, что вводит 8-часовой рабочий день, только подчиняясь силе, снимает с себя ответственность перед армией и оставляет за собой право протеста.


ПРАВДА

31 марта 1917 года

Резолюция модельной мастерской Путиловского завода

В виду распространенных слухов, что рабочие не хотят работать и что у рабочих разгорелись алчность и леность, обращаемся с призывом к населению и к нашим воинам — не верить подобным слухам. Эти слухи разносят темные силы защитников павшей самодержавной клики. А посему заявляем, что у нас в настоящее время одно желание: не отдать своей завоеванной свободы на растерзание шайки Вильгельма и защитников самодержавия, и если явится потребность, то выражаем желание работать усиленно сверхурочные работы впредь до слияния трудящегося народа всех стран.


НОВОЕ ВРЕМЯ

1 апреля 1917 года

Еще раз о кавказских автономиях

В Закавказье все продолжается спор об автономном устройстве кавказских народностей. После уже известного нашим читателям митинга грузинских социалистов-федералистов в Тифлисе участники его отправились ко дворцу, где проходили занятия краевого съезда исполнительных комитетов. К манифестантам вышли на балкон дворца В. А. Харламов, М. Ю. Джафаров и Кита Абашидзе, который в своей речи указал на роль русской интеллигенции, подчеркнув, что счастье Грузии зависит от величия России. В. А. Харламов и М. Ю. Джафаров в своих речах указали на несвоевременность выставления в данный момент национальных лозунгов.

Рубрику ведет Евгений Жирнов

Лица Февраля 17-го: революционеры поневоле — Александр Протопопов

Автор фото, РИА Новости

Подпись к фото,

28 февраля 1917 года власть перешла в руки Временного комитета Государственной думы. Сидят, слева направо: Владимир Львов, Владимир Ржевский, Сергей Шидловский, Михаил Родзянко; стоят, слева направо: Василий Шульгин, Иван Дмитрюков, комендант гарнизона Петрограда полковник Борис Энгельгардт, Александр Керенский

Среди деятелей Февраля нет ни одного большевика, и вообще левого. Революция началась неожиданно для профессиональных революционеров и свершилась без их участия.

Кто были эти люди, которые во время великого переворота в жизни России, порой не по своей воле, оказались на гребне событий.

Александр Протопопов, 50 лет, министр внутренних дел Российской империи (возраст и положение персонажей даны на момент Февральской революции):

Автор фото, Фото Карла Буллы

Подпись к фото,

Александр Протопопов в кресле министра

Родился в Симбирской губернии, оказавшись, таким образом, земляком Ленина и Керенского. Крупный помещик и суконный фабрикант. Племянник убитого террористом жандармского генерала Николая Селиверстова.

Мировой судья, уездный предводитель дворянства, депутат Госдумы III и IV созывов от партии октябристов, в 1914-1916 годах вице-спикер.

В июле 1916 года, находясь в зарубежном турне в составе думской делегации, тайно встретился в Стокгольме с немецким банкиром Вартбургом и привез Николаю II предложение кайзера о сепаратном мире, предусматривавшее передачу Германии Прибалтики в обмен на Галицию.

Зондаж не возымел результата, но в сентябре Протопопов был назначен на ключевой пост министра внутренних дел, в чем многие увидели многозначительное совпадение.

Бравировал тем, что получил должность по протекции Распутина, с которым якобы даже имел общую любовницу, некую Шейлу Лунц. После убийства «старца» уверял императрицу, что общается с его астральным духом.

Думцы всех направлений объединились в категорическом неприятии Протопопова, видя в нем ренегата из своих рядов и приписывая ему любые пороки и темные замыслы. Особенно возмутило их то, что на первую встречу с коллегами после нового назначения Протопопов явился в голубом мундире шефа жандармов.

«Я ввел в правительство одного из них, а они снова недовольны! С какого же времени он стал «сумасшедшим»? Вероятно, с того, когда я назначил его министром», — негодовал в свою очередь Николай II.

Протопопов в объяснение своего поступка твердил одно: «Я полюбил Государя и его семью. Я хочу спасти Россию!».

Его единственным заметным государственным деянием стало распоряжение от 18 ноября (1 декабря) 1916 года об отмене черты оседлости. Не все знают, что покончила с ней не революция, а царская власть, хотя весьма запоздало.

По оценке известного специалиста по истории российских спецслужб Зинаиды Перегудовой, Протопопов ничего не понимал в вопросах политического сыска, безумно боялся принимать решения и интересовался только организацией охраны Распутина, в чем также не преуспел.

22 февраля, перед отъездом императора из столицы в Ставку, Протопопов доложил ему, что в Петрограде и в стране все спокойно.

О массовых беспорядках сообщил лишь вечером 25 февраля, на третий день волнений.

27 февраля, во время последнего заседания царского правительства во главе с Николаем Голицыным, коллеги обвинили Протопопова в развале управления и потребовали, чтобы он подал в отставку. Министр вышел из комнаты, воскликнув: «Теперь мне остается только застрелиться!».

Следующий раз он появился на людях в 23:15 28 февраля, когда явился сдаваться в Таврический дворец, где заседала Дума. Керенский весь день волновался: «Где Протопопов? Пока его нет, революция в опасности!» — как выяснилось, напрасно.

Толпа солдат хотела устроить над бывшим министром самосуд, но Керенский остановил их властным окриком: «Не сметь прикасаться к этому человеку!»

Протопопова отправили в Петропавловскую крепость. Там он повредился рассудком и уверял, что в камере установлен прибор для чтения его мыслей. В сентябре 1917 года экспертиза признала его невменяемым.

Большевики перевезли Протопопова в Таганскую тюрьму Москвы и в октябре 1918 года расстреляли без суда и предъявления обвинений.

«После истории с Вартбургом началось выдвижение Протопопова. Он стал третьим министром внутренних дел, выдвинутым Распутиным. Вряд ли кто-нибудь мог предсказать летом 1916 года, что товарищ председателя Думы, «шармер», любимец оппозиции, ловелас, баловень судьбы, через несколько месяцев станет самым презираемым человеком в политической жизни России.

Александр Дмитриевич Протопопов — типичная фигура времен заката империи, человек декаданса. Блестяще образован, очарователен в обществе, но все в нем было как-то изуродовано, тронуто гнилью, Еще во время службы в конногвардейском полку он прославился участием в оргиях, кутежами пустил на ветер большое состояние. Мягкий, хорошо воспитанный, больной и безвольный человек».

(Эдвард Радзинский, российский писатель и историк)

«Александр Протопопов — единственный в истории член дореволюционной Госдумы, ставший министром. Его пребывание на посту главы МВД оказалось коротким, а, главное, исключительно неудачным, как в силу обстоятельств, так и по его собственной вине.

Прежде всего, он не сумел сохранить доверие бывших коллег по Думе и наладить с ними совместную работу, чего, возможно, не случилось бы, если бы он заранее обсудил с ними полученное предложение».

(Джеффри Хоскинг, британский историк)

100 лет назад РККА прорвала фронт Юденича, наступавшего на Петроград

22 октября 1919 года части Красной армии прорвали фронт наступавшей на Петроград белой Северо-Западной армии под командованием генерала Юденича. Угроза городу трех революций была снята. Делегированный Лениным для спасения Петрограда Троцкий чувствовал себя триумфатором, а отступление белогвардейцев обернулось трагедией. Многие офицеры попали в концлагеря или погибли по вине изменивших Юденичу эстонцев.

Поход на Москву Деникина

Как-то уже подзабылось, что ровно 100 лет назад, в хмурые октябрьские дни 1919 года решалась судьба России. Это был кульминационный момент Гражданской войны, в которой одни бывшие царские генералы и полковники сражались, условно говоря, за «старый режим», а другие поддерживали «новый» — большевиков, обслуживая интересы бывшего адвоката Владимира Ленина, экс-журналиста Льва Троцкого, химика-недоучки Григория Зиновьева и других еще недавно скромных политэмигрантов, вынесенных революцией на первый план. На полях сражений по разные стороны баррикад частенько встречались отец и сын, бывшие однокашники по военному училищу, сослуживцы по Первой мировой войне.

Еще в начале июля о наступлении на Москву объявил в своей легендарной директиве главнокомандующий Вооруженными силами Юга России (ВСЮР) Антон Деникин. Три месяца кряду его войска продвигались к цели весьма успешно. Добровольческая армия, непосредственное командование которой осуществлял Владимир Май-Маевский, брала город за городом, вызывая панику у советского руководства, а Деникин уже не сомневался в скором падении древней столицы.

И тщетно один из помощников главкома Петр Врангель увещевал, что без должным образом подготовленного тыла и оборонительных узлов наступление в любой момент может смениться беспорядочным отступлением.

Штаб ВСЮР верил в успех выбранной линии, за что в итоге поплатился. Когда Красная армия в середине октября 1919 года остановила белогвардейцев у Орла, перейти в позиционную оборону им оказалось попросту негде – необходимые защитные рубежи в спешке продвижения на сотни километров создать не успели. Вместо зимовки в Москве деморализованным деникинцам пришлось отходить по тяжелым разбитым дорогам до Черного моря.

Однако был момент, когда даже красные не слишком-то верили в свое спасение. Недаром Ленин провозгласил столицу осажденным лагерем: со всех сторон к Кремлю стремились подобраться противники большевизма, начиная от действовавших в самой Москве анархистов, и заканчивая поляками, которые не прочь были повторить ситуацию начала XVII века. И только армии Верховного правителя России Александра Колчака, наступавшие из Сибири, подкачали. Бросив сначала все силы против белого адмирала, красные сумели захлебнуть его усилия и погнать колчаковцев обратно на восток. Соединиться с Деникиным, о чем мечтало почти все Белое движение, Колчаку оказалось не суждено.

«Цель белой гвардии – изгнать большевиков из России»

Между тем при содействии англичан на базе Северного корпуса, ведомого участником конных соревнований на Олимпиаде в Стокгольме-1912 генералом Александром Родзянко, была сформирована белая Северно-Западная армия (СЗА) с базой в Гдове. Высшее руководство над ней с одобрения Колчака принял Николай Юденич – один из наиболее успешных русских генералов Первой мировой войны, бывший командующий Кавказским фронтом, который формулировал свои идеи предельно ясно:

«У русской белой гвардии одна цель — изгнать большевиков из России.

Политической программы у гвардии нет. Она и не монархическая, и не республиканская. Как военная организация, она не интересуется вопросами политической партийности. Ее единственная программа — долой большевиков!»

Во главе своего немногочисленного корпуса Родзянко ходил на Петроград еще в мае – июне 1919 года. На его сторону перешли несколько красных отрядов, но сил для штурма все равно не хватило, а контакты с антибольшевистским подпольем в городе генерал не установил. Пришлось вернуться на исходные позиции.

После появления в Северо-Западной армии Юденича генерал Родзянко был вынужден отойти на второй план, став его помощником. Между ними развился конфликт, выросший из недовольства более молодого и менее авторитетного военачальника своим положением. Эта история очень похожа на отношения генералов Деникина и Врангеля на юге. Отметим при этом, что сравнивать масштабы, мощь и возможности двух белых армий на разных концах страны априори нельзя. Численность войск ВСЮР, с учетом мобилизованных, в октябре 1919 года равнялась почти 300 тыс., они занимали территорию от Киева и Одессы на западе до Северного Кавказа и Каспия на юге, Царицына и Саратова на востоке и, собственно, Орла на севере. Контингент СЗА на пике не превышал 20 тыс. (по версии Троцкого – 25 тыс.). Ее фронт пролегал на сравнительно узком пространстве.

Родзянко призывал развернуть наступление на Новгород, другие командиры видели приоритетным для главного удара псковское направление.

Однако Юденич после диспутов остановился на Петрограде.

Защитники Петрограда – башкиры, женщины и Котовский

Северо-Западная армия вышла в поход 28 сентября 1919 года. Ряд историков склонен считать, что Юденичу пришлось форсировать начало операции и отправлять свои войска, когда они еще не были готовы. Но командующий опасался приближения мирных переговоров РСФСР с Эстонией, хотел воспользоваться успехами ВСЮР, которые оттянули на себя значительную часть войск РККА, и, кроме того, испытывал давление со стороны англичан. СЗА располагала шестью английскими танками, однако в первый же день они увязли в грязи: дороги осенью 1919-го размыло до основания, что существенно осложняло белогвардейцам задачу.

И все же на первом этапе поход складывался удачно. 16 октября Юденич взял Гатчину, а 20-го – Царское Село.

«Матросы! Час падения Петрограда настал.

Наши войска стоят на ближайших подступах к городу. Расплата за ваши кровавые подвиги, ужаснувшие весь мир, близится.

Вы можете спасти вашу жизнь только лишь переходом на нашу сторону в момент занятия Петрограда. Всякий же застигнутый на улице Петрограда с оружием в руках для сопротивления нам будет беспощадно расстрелян на месте», — грозил главком СЗА в своем воззвании, листки с которым разбрасывались с аэропланов над Кронштадтом.

Учитывая, что одновременно добровольцы Деникина стояли в Орле, качественных резервов для защиты Петрограда у советского правительства по сути не было. Поэтому в город свезли всех, кого только было можно. С Урала доставили красных башкир: фотографии этих мало что понимавших в хитросплетениях русской междоусобицы людей на фоне памятника Петру I можно найти в архиве.

А с красного юга экстренными эшелонами доставили конную бригаду Григория Котовского. Партизаны-котовцы, в большинстве своем бывшие бандиты из молдаванских деревень, с удивлением рассматривали потрепанные снарядами царские дворцы, фонтаны и парки. В находившемся на осадном положении Петрограде царил страшный голод, от которого каждый день умирали люди. Чтобы хоть как-то накормить своих коней – от них во многом зависел уровень сопротивления Юденичу – Котовский распорядился реквизировать у горожан соломенные матрасы.

Защитники Петрограда, облаченные во что попало, часто в женских пальто, в лаптях или ботинках на босу ногу, походили скорее на нищих и оборванцев, чем на регулярные войска.

И все же их моральных дух был довольно велик. Составленные из бывших рабочих отряды красных курсантов, комсомольцы смело ходили в атаку бок о бок с не говорящими по-русски башкирами, обещая партии победить Юденича или умереть. С бывшей городской элитой Ленин велел не церемониться. Для рытья окопов и строительства баррикад чекисты под угрозой расстрела выгнали на промерзшие улицы интеллигенцию, профессоров и царских чиновников. На тыловых работах в октябре были задействованы и женщины.

Большевики не гнушались мобилизовать против Юденича даже детей. Так, комитет Шлиссельбургского порохового завода отправил на фронт 14-15-летних подростков. Более половины из них погибли от разрыва снарядов или в столкновениях с опытными ветеранами Первой мировой. Собственно, Ленин и не скрывал намерения подавить армию белого генерала массой.

«Покончить с Юденичем (именно покончить — добить) нам дьявольски важно. Если наступление начато, нельзя ли мобилизовать еще тысяч 20 питерских рабочих, плюс тысяч 10 буржуев, поставить позади их пулеметы, расстрелять несколько сот и добиться настоящего массового напора на Юденича?» — писал председатель Совнаркома, когда положение уже несколько поменялось.

Троцкий требовал «защищаться до последней капли крови»

За несколько дней до того спасать положение Ленин отправил свою палочку-выручалочку – «министра обороны» Троцкого, который еще в 1918-м доказал вождю свою исключительную полезность. Появляясь на самых жарких участках фронтов в наиболее важный момент, Троцкий вместе со своей командой неизменно заражал красноармейцев энергией и верой в собственные силы, действуя тактикой кнута и пряника. Как известно, наркомвоен не останавливался перед показательными расстрелами, чтобы оказать психологический эффект на остальных.

Отличившихся же традиционно выделял и награждал. Речи Троцкого действовали на бывших рабочих, ставших солдатами, завораживающе, словно гипноз. Поставленную Лениным миссию он четко выполнил и на этот раз.

«Наступление Юденича приурочено было к такому моменту, когда нам приходилось и без того смертельно трудно, — вспоминал Троцкий в своей автобиографии «Моя жизнь». — Деникин взял Орел и угрожал Туле, центру военной промышленности. Дальше открывался короткий путь на Москву. Юг привлекал все наше внимание. Первый же крепкий удар с запада окончательно выбил 7-ю армию из равновесия. Она стала откатываться почти без сопротивления, бросая оружие и обозы.

Питерские руководители, и прежде всего Зиновьев, сообщали Ленину о превосходном во всех отношениях вооружении противника: автоматы, танки, аэропланы, английские мониторы на фланге и прочее.

Ленин пришел к выводу, что успешно бороться против офицерской армии Юденича, вооруженной по последнему слову техники, мы могли бы только ценою оголения и ослабления других фронтов, прежде всего Южного. Но об этом не могло быть и речи. Оставалось, по его мнению, одно: сдать Петроград и сократить фронт».

Согласно Троцкому, он лично убеждал Ленина не отказываться от обороны города и не дать шанс Юденичу встретиться с Деникиным в Москве. В этой дискуссии наркомвоена неожиданно поддержал его заклятый враг Иосиф Сталин, набравший к тому времени военно-политической вес после успехов при обороне Царицына. В итоге Политбюро ЦК РКП (б) приняло резолюцию Троцкого о положении на фронтах:

«Признавая наличность грозной военной опасности, добиться действительного превращения Советской России в военный лагерь. Провести через партийные и профессиональные организации поголовный учет членов партии, советских работников и работников профессиональных союзов с точки зрения военной пригодности».

«Защищать Петроград до последней капли крови, не уступая ни одной пяди и ведя борьбу на улицах города»,

— указывалось в проекта постановления, внесенном им же в Совет Обороны.

После занятия Гатчины генерал Юденич рассчитывал быть в Петрограде в течение одного-двух дней.

Он уже отдал распоряжение своему правительству грузить в вагоны и везти в город продовольствие, закупленное у финнов и эстонцев для решения проблемы голода в Петрограде. Была подготовлена автоколонна, которая должна была ворваться на улицы вслед за войсками и произвести арест большевиков по заранее составленному списку.

Почему проиграл Юденич

Парад Северо-Западной армии Юденича на Дворцовой площади все-таки не состоялся. Исследователи сходятся во мнении, что отсутствие резервов и растянутость фронта СЗА позволили Красной армии 21 октября остановить наступление белых, а 22-го – прорвать их оборону. Как и Деникину, Юденичу не хватило совсем немного.

«Северо-западная армия генерала Юденича, приблизившись к Петрограду, 21 октября была остановлена советскими войсками на линии Лигово — Красное Село — Детское Село — Колпино, — отмечал советский историк, специалист по периоду Гражданской войны, профессор ЛГУ Николай Корнатовский в своей книге «Борьба за Красный Петроград». — В рядах армии Юденича впервые стало наблюдаться смятение, нервничанье, дерганье частей с одного участка на другой. Надежда стремительной атакой завладеть Петроградом и ликование белых по случаю занятия каждой деревни не давали возможности генералам здраво разобраться в сложившейся обстановке.

Под Гатчиной и другими местами белогвардейские части сталкивались между собою, перемешивались, нарушалась вся организация дивизий, приказы не доходили по назначению.

СЗА стала распыляться на отдельные самостоятельные боевые отряды, действующие на свой страх и риск без всякой связи с соседними колоннами. Приказы штаба главнокомандующего если и доходили вовремя по назначению, то своевременно не исполнялись».

Не на руку Юденичу сыграло крайне не вовремя случившееся наступление Западной армии Павла Бермондт-Авалова на Ригу, что не только оттянуло часть белогвардейских сил от Петрограда и оголило фланг, но и восстановило против белых дружественных им до этого эстонцев. Впоследствии ряд белых эмигрантов обвинял ориентировавшегося на Германию генерала в провале похода Юденича.

21 октября красное командование выработало план контрнаступления частей РККА. Начались непрерывные боестолкновения. Вечером 23 октября 7-я армия РККА под командованием бывшего царского генерала Дмитрия Надежного одержала первые победы, вернув под контроль советского правительства Детское Село и Павловск.

«Положение моей армии крайне неопределенное, — констатировал Юденич 25 октября. — Большевики сражаются с неудержимой храбростью, оказывая сильное сопротивление нашему наступлению. Они сконцентрировали против нас самые отборные части, стянутые со всех участков их фронта.

Красные курсанты и финские красные части, как мне сообщают, не остановятся даже перед тем, чтобы вступить с нами в бой на улицах Петрограда».

Постоянно увеличивавшие свою численность войска красных, в конечном счете выросшие до 60 тыс. человек, оттеснили СЗА к эстонской границе в районе Нарвы. Белым пришлось перейти через реку по льду. В Эстонии офицеры Юденича подверглись интернированию и разоружению, многих бросили в концлагеря. Сам генерал был арестован, но после заступничества со стороны англичан освобожден и вывезен в Ригу, а затем в Лондон.

Явились гости непрошенные из параллельной России

«Печально началась и не без позора закончилась Первая русская олимпиада… Ни одна из арен к открытию не была пригодна для состязаний»

О связанных с Псковом олимпийцах я первоначально писать не собирался. Но для Александра Родзянко сделал исключение – по той причине, что он вошёл в историю не только как участник Олимпиады, но и как белый генерал, участник Гражданской войны. Родзянко — один из тех, кто воевал в наших краях вместе с Булак-Балаховичем, а потом пытался его арестовать (о том, как это было, я писал здесь 17 декабря).

Александр Родзянко – племянник председателя предреволюционной Государственной думы, долго совмещал военную службу со спортивными соревнованиями, специализировался по конному спорту. Одно из самых известных его выступлений – на Олимпиаде в Стокгольме в 1912 году. Для России, отправившей в Швецию команду в 175 человек, это была одна из самых провальных олимпиад. Наша страна оказалась на предпоследнем 17-м месте в общем зачёте, не завоевав ни одной золотой медали. Сборная конников России, возглавляемая  великим князем Дмитрием Павловичем, в командных соревнованиях заняла 5-е место. Родзянко в Стокгольме, как и великий князь Дмитрий Павлович, выступал и в индивидуальных, и в командных соревнованиях.

На многих соревнованиях Александр Родзянко выступал вместе со своим братом Павлом, в начале 1910-х годов входившим в десятку лучших конников мира. Российская сборная с участием Родзянко в 1912, 1913 и 1914 годах выигрывала переходящий Золотой Кубок короля Эдуарда VII в выставочном комплексе Олимпия в Лондоне. Так что 5-е место в Стокгольме было расценено как неудача, хотя 5-е место конников — это было значительно лучше, чем выступление российских футболистов, проигравших в Швеции сборной Германии с неприличным счётом 0:16 (Готфрид Фукс тогда забил в наши ворота 6 мячей). Впрочем, сравнивать нам не с чем. Сборная России по футболу после распада СССР вообще на Олимпиаду ни разу попасть не смогла. Результаты олимпийцев в 1912 году так огорчили великого князя, что было принято решение проводить свои альтернативные ежегодные олимпиады и гарантировано побеждать в них, обходясь без иностранцев. Первую Всероссийскую спортивную олимпиаду провели в августе 1913 года в Киеве, вторую – в августе 1914 года в Риге.

Российским конникам на той олимпиаде в Киеве тоже не повезло. И не им одним. Когда настало время вручать награды, их не оказалось.  

«Печально началась и не без позора для киевлян закончилась Первая русская олимпиада, — написал после окончания олимпиады журнал «Огонёк».  — Ни одна из арен к открытию не была пригодна для состязаний. Много у экспансивных южан размаха, кипения и доброго желания… но работать за них пришлось петербуржцам: они буквально выбивались из сил, что бы закончить брошенные хозяевами недоделки. Были курьёзы и некрасивого характера – требование платы за поле спортивными учреждениями, которые сами потеряли права за неуплатой аренды. Сами состязания прошли благополучно, доставив много лавров Петербургу и другим приезжим. Но когда лауреаты протянули руки за лаврами, таковых не оказалось… В момент раздачи призов, созванные на ипподром победители, которым были присуждены золотые и серебряные награды, ушли ни с чем: медали не были готовы!». Как показала практика, убивать Григория Распутина у великого князя Дмитрия Павловича Романова получалось немного лучше, чем участвовать в олимпиадах или устраивать их. Правда, именно на той русской олимпиаде  Наталия Попова пробежала 100 метров за 13,1 секунду. Это был  мировой рекорд среди женщин, продержавшийся семь лет.

Во время Гражданской войны братья Родзянко воевали на стороне белых, а потом оказались в эмиграции (Павел Родзянко женился на двоюродной племяннице Уинстона Черчилля — писательнице Аните Лесли (Anita Theodosia Moira Rodzianko King). Александр долгое время жил в Нью-Йорке, дожив до преклонных годов и умерев в 1970 году в возрасте 91 год. Но наиболее заметные события его жизни – это спортивные соревнования накануне Первой мировой войны, сама война и то, что последовало сразу после её.

Несмотря на то, что в Белой армии Александр Родзянко был не последний человек, в советское время о нём в книгах писали мало. В отличие от Колчака, Юденича или Врангеля. Хотя всё-таки писали. В том числе и такие одиозные советские авторы как Всеволод Кочетов. Так Родзянко попал прямиком в один из самых нашумевших, а заодно и самых быстро забытых советских романов — «Чего же ты хочешь?» (как написал 11 ноября 1969 года нобелевский лауреат Михаил Шолохов Леониду Брежневу: «Сейчас вокруг романа Вс. Кочетова «Чего же ты хочешь?» идут споры, разноголосица. Мне кажется, что не надо ударять по Кочетову. Он попытался сделать важное и нужное дело, приёмом памфлета разоблачая проникновение в наше общество идеологических диверсантов…». Этот роман противники называли «жутко баздарным», «тупым»… Основания так говорить были. Вот небольшой отрывок:

«Генералы не сразу поняли, чего от них хочет адъютант начальника штаба, появившийся в дверях.

– Что-что? – переспросил Родзянко.

– Прибыл его превосходительство генерал Краснов.

– Кто? – уже удивился и Крузенштерн.

– Генерал Краснов! – повторил адъютант.

Родзянко и начальник штаба переглянулись.

– Ну-ну, просите! – сообразил, наконец, Родзянко. – Нельзя же столь знаменитого полководца заставлять ждать в приёмной….Родзянко и Крузенштерн заёрзали в креслах. Им не нравилось, что этот фанфарон заглядывает в их сокровенное. Русским офицерам давно было известно по тому телеграфу, которые летит от губ к уху, от следующих губ к следующему уху, что донской атаман разошёлся с генералами белых армий юга из-за своей германской ориентации. Немцы его вооружали, немцы ему покровительствовали, поддерживали его. Кто знает, откуда он появился сейчас. Не из тех ли русских формирований Бермонта-Авалова, не из тех ли войск, в которых германские генштабисты скрывают от жёстких параграфов Версальского договора своего фон дер Гольца с его «Железной дивизией»? У той части русских белогвардейцев, накрепко спаявшихся с немцами, совсем другие планы. Генерал Юденич предпринял уже не одну попытку объединённых действий с Бермонтом, но каждый раз как бы наталкивался на стену. Кто их знает: может быть, они сами хотят пойти на Петроград со стороны Риги? И кто знает, не их ли агент этот кавалерийский вояка-сочинитель, по пути в Нарву из Новочеркасска обогнувший всю Европу?..

– Вы это можете сделать, генерал! – радостно воскликнул Родзянко. – Случай благоприятствует вам. В наших войсках, под чужим именем, правда, подвизается, кто бы вы думали? Господин Марков-второй! Один из тех самых, вам ненавистных. Вы с ним будете трудиться по одному ведомству. Он издаёт изумительную газетку «Белый крест».

…Краснов насупился. Невозможно было не почувствовать, что над ним смеются.

…Допив кофе, Краснов встал и попрощался. Проводив его до дверей, Родзянко вернулся к столу.

– А ведь хлыщ! – сказал он. – Чего удивляться, что он подвёл Керенского. Таких, знаете, в оперетках представляют. Вокруг них субреточки миловидненькие крутятся, а они индючками, индючками, хвост веером, по сцене фланируют и этакие-разэтакие куплетики распевают…».

Тот роман Кочетова перекликается с нынешними событиями. Кочетов был один из тех, кто почти сразу же после того, как Сталина вынесли из мавзолея и похоронили, принялся отрыто мечтать о возрождении сталинизма (после выхода в 1069 году романа «Чего же ты хочешь?») Александр Твардовский записал в дневнике: «Дементьев вычитывал мне некоторые места из новой штуки Кочетова. Устами положительного отца разъясняется положительному сыну, что едва ли не первым условием нашей победы была ликвидация пятой колонны, то есть 37 и 39-й годы… Намёки, «личности», подсказки, науськивания… Отчётливый призыв к смелым и решительным действиям по выявлению и искоренению «отдельных», то есть людей из интеллигенции, которые смеют чего-то там размышлять, мечтать о демократии и пр. Очень сходное всё с тем, что говорил Щербина («наш КГБ — богадельня», «поставить 1 миллион к стенке — и всё будет ясно и спокойно»).

Похоже, эта незатейливая мысль приходит на ум разным людям регулярно: «поставить миллион к стенке, и всё будет спокойно». Так думали в 1918 году. Так думали в 1937 году. Так думали в 1969 году. Так некоторые думают и в 2016 году. Будто бы могильное спокойствие это и есть наш общественный идеал.

В 1918 году Александр Родзянко был одним из тех, кто имел шанс изменить ход истории.

Василий Горн, о котором я писал здесь 19 декабря, рассказывал о событиях 1919 года в наших краях: «Почти с первых же дней вся занятая белыми территория распалась на два, если можно так выразиться, воеводства: Югом — Псковская губ. — завладел атаман Булак-Балахович, на севере — в Гдовском и Ямбургском уездах — царила власть ген. Родзянко. Короткое время, около двух недель, до отъезда своего во Псков, когда его взяли эстонцы, в Гдове хозяйничали Балахович и Иванов».

 В этот период Булак-Балахович положил начало своим знаменитым развешиваниям обывателей по фонарям…»

В Северо-западном правительстве,  располагавшемся в Ревеле, оказалось несколько связанных с Псковом людей. Министром земледелия стал бывший председатель псковской уездной земской управы Богданов,  государственным контролёром – бывший председатель финансовой комиссии псковской городской думы Горн. Юденич был в нём военным министром и главнокомандующим. А вот министром общественных работ — бывший владелец банковской конторы в Петрограде Николай Иванов, мечтавший создать «Псковскую республику», по всей видимости, под протекторатом Эстонии. Некоторое время Иванов будет редактировать левокадетскую газету «Новая Россия», а потом организует партию под названием «Практическая народная партия». Ничего из этой партии (как и из Псковской республики) не вышло. Остались немногочисленные упоминания, например в книге Василия Горна: «Виделся там с членами эстонского правительства и с главнокомандующим ген. Лайдонером. Может определенно заявить, что в ближайшее время, не позже августа месяца (разговор происходил в середине июля), эстонцы отойдут на свою границу (укрепленную линию Изборска). Отход вызывается желанием сохранит боеспособность армии и нежеланием помогать русской реакции во главе с Родзянко и Хомутовым. По мнению г. Иванова, выход из создавшегося положения один: должна быть образована Псковская Республика. Командование белыми вооруженными силами должно перейти к Булак-Балаховичу, главнокомандование — к генералу Лайдонеру…».

Да что там Псковская республика… Куда более организованное Северо-Западное правительство тоже оказалось недолговечным.

Декларация «К населению Северо-Западной Области России», опубликованная в псковской газете «Заря России»  (№ 19, 21 августа 1919 года), сулила отличные перспективы: «Неприкосновенность личности и жилища, свобода совести, слова, печати, союзов, собраний и стачек», «созыв нового Всероссийского Учредительного Собрания децентрализации при ближайшей связи с местным самоуправлением», Ну и, конечно, «решительную борьбу с большевизмом и со всеми попытками восстановить старый режим».

Однако уже 26 августа 1919 года Гдов, Ямбург и Псков белые сдали Красной армии, а новое наступление на большевиков не получило поддержки правительств Эстонии и Латвии (большевики пообещали признать их независимость).

В своих мемуарах Родзянко пишет не только о своих разногласиях с Булак-Балаховичем, но и о разногласиях с Николаем Юденичем. Родзянко планировал главный удар на Псковском направлении, но Юденич настоял на наступлении на Петроград.

Недоброжелатели Александра Родзянко предъявляли к нему много претензий, сомневаясь даже в правомерности того генеральского звания, которое он носил. Дело в том, что до Брестского мира Родзянко был полковником, находясь в Пскове в бывшем штабе Северного фронта в Пскове. После того как большевики сдали Псков немцам, он остался в Пскове, но вскоре  интернирован в Германию. Однако в августе 1918 года его отпустили, и он поселился в Риге – там, где жила его жена. Ему потом часто вспоминали «сотрудничество с немцами» и «подозрительное» возвращение.

В удостоверении, которое ему выдали в штабе 8-й германской армии 20 ноября 1918 года, Родзянко был ещё полковником, а 23 ноября 1918 года командировочное предписание штаба Псковского Добровольческого корпуса он уже генерал-майор, хотя приказа о присвоении звания издать не успели – немцы сдали Псков красным. Но это пустяки. О том, что в 1918-1919 году у белых на Северо-Западе появилось невиданное количество генералов (некоторые ими стали после полного разгрома)… К Родзянко предъявляли и более существенные претензии (в том числе, после прочтения его мемуаров).

В библиотеке-фонде «Русское Зарубежье», в архиве Зурова (о Леониде Зурове читайте здесь 12 декабря), есть много интересных материалов, связанных с Родзянко. Например «Рецензия на воспоминания Родзянко»  К. Леймана. Там, в частности,  говорится: «Большинство ближайших помощников ген. Родзянко были чистой воды авантюристы, далекие от идейного служения проблеме белого движения, шедшие напролом для удовлетворения личных нужд…»

Авантюристов в Гражданскую войну было множество и у красных, и у белых. И у зелёных. Северо-Западная армия не исключение. «Есаул Всеволод Пермикин (стр. 48) впоследствии был штаб-офицером для поручений при ген. Родзянко (неужели был взят в штаб для связи с Балаховичем?), — написал Лейман в рецензии. — Что касается нравственных качеств этого офицера, скажу слова его родного брата, командира Талабского полка полковника Бориса Пермикина: «Он пятнает нашу старую фамилию, и мне стыдно сознаться, что я его родной брат».

О своём участии в шайке «чёрных автомобилистов» в Петрограде рассказывает сам. Был ярый партизан и разбогател грабежом. Эти пять лиц были «одни из многих» и являлись более яркими сотрудниками генерала Родзянко. Заканчивая свои впечатления о воспоминаниях генерала Родзянко, не желая описывать его личность, замечу, что частые приезды генерала в штаб 1-го корпуса, заканчивавшиеся пьянством на виду у офицеров и солдат не только штаба, но и посторонних, вряд ли служили в пользу генерала, т. к. сильно подрывали уважение и доверие и часто вызывали грубую остроту и насмешку…»

Как бы то ни было, но не только насмешку вызывал генерал Родзянко. Капитан Александр Гершельман вспоминал наступление белых в октябре 1919 года под Петроградом: «В длиннополой кавалерийской шинели, в сапогах «танках» (солдаты так называли тяжеловесные английские сапоги), Родзянко, не обращая внимания на стрельбу, пёр вперёд…»

Но в итоге Родзянко оказался не в Петрограде, а там, где его команда на Олимпиаде заняла 5-е место, – в Стокгольме.

 

…А если поставить на белое?
Хоть что-нибудь делая.
А потом, не жалея красок,
Быль отделять от сказок.
Кто-то на белом свете
Должен же быть в ответе.
А если поставить на красное?
В разделе «разное».
И обозвать всё красным, включая зелёное,
Приземлённое.
Закопать, с головой зарыться.
Красные видят зарницу
Даже в братской могиле.
Подготовить речь не могли бы?
Объявлен траур по прошлому.
Явились гости непрошенные
Из параллельной России
И строго спросили:
«А если поставить на чёрное?
На нечётное».
Пятилетка русской рулетки.
Кто же здесь самый меткий?
Ночная «погоня за потерей».
Нет, меткие не потеют.
Работает «стратегия колеса».
Падает красная слеза.

Вложения были выгодны.
Ставки сделаны, корни вырваны.

 

 

Кем был господин Родзянко? — Елена Хорватова — LiveJournal

(1859-1924)

Потомственный дворянин, действительный статский советник, камергер, член Государственного совета, депутат Третьей и Четвертой Государственной Думы, в 1911-1917 гг. председатель Государственной Думы. Один из основателей Союза 17 октября.


Михаил Владимирович Родзянко родился 31 марта 1859 года в наследственном имении Попасное Новомосковского уезда Екатеринославской губернии, принадлежавшем семейству малороссийских помещиков, начало которому положил сотник Василий Иванович Родзянко, получивший «панство» в 1710 году.  Несмотря на то, что род Родзянко не отличался особой знатностью и аристократизмом (всего за полтора века до рождения Михаила Васильевича его предки получили дворянство), к середине ХIХ века представители фамилии Родзянко сумели занять видное место в обществе.


Дед будущего председателя Государственной Думы Михаил Петрович Родзянко служил в Павлоградском гусарском полку, участвовал в войне 1812 года, за отвагу и воинскую доблесть был награжден Золотым крестом. Закончил свою карьеру генерал-майором корпуса жандармов. Бабушка, Екатерина Квашнина-Самарина, фрейлина высочайшего двора, долго возглавляла училище ордена святой Екатерины в Петербурге – весьма престижный пост для дамы.


Михаил Петрович Родзянко, герой войны 1812 года

Отец, Владимир Михайлович Родзянко, воспитывался в Пажеском корпусе и службу начал в аристократическом кавалергардском полку, где служили члены императорской фамилии. В 1868 году в чине генерал-майора он становится помощником начальника штаба корпуса жандармов и в 1879 году производится в генерал-лейтенанты. Генерал Родзянко был одним из богатейших помещиков юга России, вместе с братом он владел 17 тысячами десятин земли в Екатеринославской губернии. Мать, Мария Павловна, тоже происходила из военной семьи. Она была дочерью генерал-адъютанта Витовта и свято соблюдала традиции генеральского клана.

Генерал Витовт, дед М.В. Родзянко, на маневрах

Казалось бы, по семейной традиции для Михаила было уготовано одно будущее – военная карьера и, со временем, генеральские погоны. Во всяком случае, родители Миши Родзянко полагали именно так, и он по стопам отца поступил в Пажеский корпус и в 1878 году стал офицером кавалергардского полка. Однако через несколько лет, в 1882 году в чине поручика он оставил службу и был зачислен в запас, предпочитая военной карьере жизнь провинциального помещика. Он всегда любил родную Украину и в анкетах в графе «народность» писал: «малоросс».

По возвращении М.В. Родзянко в родную Екатеринославскую губернию начинается его общественная деятельность на различных выборных должностях в дворянских и земских организациях. В 1883 году М.В. Родзянко избирается новомосковским уездным собранием почетным мировым судьей. В январе 1884 года в личной жизни М.В. Родзянко произошло важное событие: он женился на княжне Анне Николаевне Голицыной, дочери сенатора и обер-гофмейстера императорского двора. От этого брака родилось трое сыновей.


Молодой помещик, хороший хозяин и примерный семьянин, Родзянко пользовался большим уважением в своем кругу. В 1886 году он становится предводителем дворянства Новомосковского уезда. В 1891 году Родзянко покидает эту должность и налаженную жизнь в южной Екатеринославской губернии и переселяется в имение Топорок, Новгородской губернии. Хозяйство в Топорке без должного присмотра не приносило дохода, и Михаил Васильевич решил пожить там, чтобы привести дела в порядок. Конечно, он и в Новгородской губернии не отказался от общественного поприща, работая в уездном и губернском земствах в качестве гласного.

Северные леса, река Мста, на берегу которой раскинулось его имение, весь неспешный уклад жизни новгородской провинции пришлись Михаилу Владимировичу по вкусу.

Старый навесной мост, сохранившийся в имении Родзянко  Топорок

Родзянко строит в своем имении лесопильный завод, занимается благотворительностью и земской деятельностью, руководит церковным хором. В своем доме он устраивает праздники для окрестных ребятишек, рождественские елки с подарками, попечительствует церковно-приходской школе, строит на собственные средства больницу…

Но все же уединенная жизнь в глухом лесном уголке не дает настоящего выхода его энергии. А между тем, Родзянко не забывают при дворе – в 1892 году он был пожалован в звание камер-юнкера, а в 1899 – камергера. Высокое общественное положение требует и высокой отдачи. Вернувшись в Екатеринославскую губернию, он в качестве кандидата принимает участие в выборах председателя губернской земской управы и получает этот пост.

Приближается новый, ХХ век, век революционных потрясений, требующий от каждого определиться с собственными политическими пристрастиями – оставаться в стороне от политики было уже невозможно.

На почве занятий земской деятельностью Родзянко близко сходится с людьми, которые во многом разделяют его либеральные взгляды. С течением времени они встанут вместе с Родзянко у основания «Союза 17 октября». К ним можно отнести Д.Н. Шипова и М.А. Стаховича, будущих политиков, представляющих либеральную часть правого крыла российского политического спектра.

«Я всегда был и буду убежденным сторонником представительного строя на конституционных началах, который дарован России великим манифестом 17 октября 1905 года, – говорил он, – укрепление основ которого должно составить первую и непреложную заботу русского народного представительства».

События 1905 года заставили многих людей, неравнодушно относившихся к судьбам родины, активно заняться политической деятельностью. М.В. Родзянко, возглавивший наряду с А.И. Гучковым партию октябристов, быстро приобретавшую популярность в обществе, выдвигается в число наиболее заметных политиков. В 1906-1907 годах он является членом Государственного совета, представляя там интересы земского движения.

В состав Первой и Второй Дум октябристы в качестве значительной сильной фракции не вошли. Впрочем, и сами Думы первого и второго созыва просуществовали недолго.

В 1907 году Родзянко прошел на выборах в Третью Думу. В связи с этим он принял решение сложить с себя полномочия члена Государственного совета, как и Гучков, его партийный соратник, вместе с которым Родзянко занял лидирующее положение во фракции октябристов. Гучков был во фракции октябристов первым лицом, а Родзянко –  товарищем (заместителем) председателя фракции.

В Третьей Думе М.В. Родзянко занял еще один важный пост – ему предложили возглавить земельную комиссию. А вопрос о земле был наиболее острым и болезненным для того периода, и деятельность комиссии осложнялась множеством политических проблем и разногласий государственного масштаба. Октябристы в области земельных реформ поддержали политику П.А. Столыпина, у которого было много противников.

После того, как А.И. Гучков, разочаровавшись в столыпинских принципах, в знак протеста оставил пост председателя Государственной Думы, на эту должность был избран М. В. Родзянко. Он так «пришелся» на этот пост, что оставался бессменным председателем и в следующей, Четвертой Думе. Депутат Думы А.А. Ознобишин вспоминал в эмиграции: «В интересах справедливости, однако, должен сказать, что по росту, фигуре, осанке и голосу − лучшего председателя в Думе нельзя было найти и вообще заседания Родзянко вел хорошо и довольно беспристрастно».

Другой депутат – профессор М.М. Новиков, при полном уважении к личности председателя, не мог не отметить и присущие Родзянко комические черты: «Председатель думы М.В. Родзянко обладал солидной внушительной внешностью. Он авторитетно и умело вёл собрания. Лишь при одном обстоятельстве он становился несколько комичным. Это было, когда слово предоставлялось социал-демократическому депутату. Я не знаю, почему, но эти депутаты, в отличие от теперешних большевистских вождей, казались людьми простоватыми и недалёкими. Они не произносили своих речей, а считывали с заранее приготовленной рукописи, что запрещалось думским наказом. Родзянко, как только замечал это, делал «стойку», т. е. внимательно присматривался, весь вытягивался вперёд, а иногда и вставая с места. Убедившись в том, что его подозрение справедливо, он останавливал оратора, напоминая ему думский наказ. Оратор, пробормотав несколько невнятных фраз, вновь обращался к рукописи, за что получал второе предостережение, а после третьего лишался слова».

Социал-демократическая фракция Четвертой Государственной Думы. В центре (с пышной шевелюрой и усами) большевик Роман Малиновский, который впоследствии был разоблачен как полицейский провокатор

Однако не все думцы считали его «лучшим председателем».

П.Н. Милюков, стараясь соблюдать объективность в оценках, тем не менее оставил весьма противоречивую характеристику личности Родзянко:

«М.В. Родзянко мог бы поистине повторить про себя русскую пословицу: без меня женили. Первое, что бросалось в глаза при его появлении на председательской трибуне, было – его внушительная фигура и зычный голос. Но с этими чертами соединялось комическое впечатление, прилепившееся к новому избраннику. За раскаты голоса шутники сравнивали его с «барабаном», а грузная фигура вызвала кличку «самовара». За этими чертами скрывалось природное незлобие, и вспышки напускной важности, быстро потухавшие, дали повод приложить к этим моментам старинный стих:

Вскипел Бульон, потек во храм…

Бульон, конечно, с большой буквы – Готфрид Бульонский, крестоносец второго похода.

В сущности, Михаил Владимирович был совсем недурным человеком. Его ранняя карьера гвардейского кавалериста воспитала в нем патриотические традиции, создала ему некоторую известность и связи в военных кругах; его материальное положение обеспечивало ему чувство независимости. Особым честолюбием он не страдал, ни к какой «политике» не имел отношения и не был способен на интригу. На своем ответственном посту он был явно не на месте и при малейшем осложнении быстро терялся …Его нельзя было оставить без руководства, и это обстоятельство, вероятно, и руководило его выбором. За ним стояла небольшая группа октябристских «лидеров» во главе с главным оракулом, Николаем Вас. Савичем…»


Павел Николаевич Милюков


При всей природной незлобивости и несклонности к интригам, Родзянко ухитрился нажить немало врагов. «Царь его не любил; Маклаков ненавидел, — писал П.Н. Милюков. — Но по своему положению Родзянко выдвигался на первый план в роли рупора Думы и общественного мнения. «Напыщенный и неумный», — говорил про него Маклаков. «Напыщенным» Родзянко не был; он просто и честно играл свою роль. Но … он «вскипал», надувался сознанием своей великой миссии и «тек во храм». «Неумен» он был; в своих докладах, как в своих воспоминаниях, он упрощал и утрировал положение  — вероятно, и под влиянием Гучкова. Паникерство было ему свойственно… При всем том не считаться с ним было нельзя».

В. Пуришкевич, любивший высмеивать своих коллег по Думе в язвительных эпиграммах, высказался по поводу избрания Родзянко на пост председателя Думы в поэтической форме:

«Варили, варили, варили овсянку —

Гадали, гадали — избрали Родзянку…

Мораль этой басни моей такова:
            На полном безрыбьи и — рак голова». ..


И все же, умело лавируя между фракциями и политическими группировками, М.В. Родзянко и в дальнейшем ежегодно переизбирался на пост председателя Думы.

Но это требовало и тонкой политической игры в отношении высших властей. Председатель совета министров В.Н. Коковцов, сменивший на этом посту Столыпина после трагической смерти Петра Аркадьевича, вспоминал:

«…все, что было правее кадетов, видимо, не знало, на какой ноге танцевать [после выборов в IV Думу]. Родзянко, всегда наружно выражавший большие симпатии ко мне, лично вовсе не появлялся…»

Что ж, заметил премьер-министр двойственность в отношении Родзянко к собственной персоне, или нет, — Михаил Владимирович упорно гнул свою линию.

Григорий Распутин

И все же в политической карьере М.В. Родзянко был очень сложный эпизод. Ему пришлось в 1911 году готовить для государя доклад по «распутинскому делу», а личность и деяния Распутина председатель Государственной Думы оценивал крайне негативно: «…Безграмотный, безнравственный, развратный мужик, сектант, человек порочный, явился как бы в роли всесильного временщика, котрого, к сожалению, часть общества поддерживала и окружила организованным кружком. Что хорошего могло сулить России такое мрачное явление? (…) Если бы дело ограничивалось исключительно увлечением императрицы Александры Федоровны воображаемым даром пророчества этого человека и гипнотической силой, облегчавшей ее нервное страдание и умерявшей ее страхи и опасения за свою семью, в особенности за жизнь наследника, то, конечно, это особой тревоги возбудить бы не могло. Но Распутин, завладев неограниченным доверием царской семьи, организовал (или вокруг него был организован) плотно спаянный кружок единомышленников, который сначала преследовал личные цели, а засим мало-помалу стал вмешиваться сначала в церковные, а затем и в государственные дела, устраняя популярных деятелей и заменяя их своими ставленниками. (…) Наконец, близость к царскому престолу заведомо безнравственного и развратного, безграмотного мужика, слава о безобразных похождениях которого гремела, очевидно, способна была в корне подорвать высокое чувство уважения и почитания верховной власти. Были темные слухи о том, что именно это и входило в план вдохновителей распутинского кружка…»
Неизвестно, на какую реакцию со стороны Родзянко рассчитывал государь, поручая ему столь щекотливое дело. Желал ли Николай Александрович объективного расследования, хотел ли ознакомиться с подлинными документами, или рассчитывал, что осторожный и дипломатичный Родзянко сумеет «нейтрализовать» подлинные результаты проверок и сделает угодные императорскому семейству выводы?
Родзянко, во всяком случае, решил действовать бескомпромиссно и воспользоваться выпавшим ему шансом «открыть глаза» царю.

Владимир Николаевич Коковцов

«…Государь приказал… достать из Синода дело по исследованию епископом Тверским, бывшим Тобольским, Антонием поступившего на Распутина обвинения в принадлежности его к секте хлыстов, — вспоминал премьер-министр В.Н. Коковцов. — Это дело… предано было государем генерал-адъютанту Дедюлину, с повелением отвезти его к председателю Государственной думы Родзянко для рассмотрения и представления затем непосредственно государю его личного заключения. Передавая это дело и высочайшее повеление Родзянко, Дедюлин прибавил на словах, что е.и.в. уверен, что Родзянко вполне убедится в ложности всех сплетен и найдет способ положить им конец. Кто посоветовал государю сделать этот шаг – я решительно не знаю; допускаю даже, что эта мысль вышла из недр самого Синода, но результат оказался совершенно противоположный тому, на который надеялся государь.
М.В. Родзянко немедленно распространил по городу весть об «оказанной ему государем чести», приехал ко мне [Коковцову] с необычайно важным видом и сказал, между прочим, что его смущает только одно: может ли он требовать разных документов, допрашивать свидетелей и привлекать к этому делу компетентных людей. Я посоветовал ему быть особенно осторожным, указавши на то, что всякое истребование документов и тем более расспросы посторонних людей составят уже предмет расследования, вызовут только новый шум и могут закончиться еще большим скандалом… он  может нарваться на крупную неприятность и скомпрометировать то доверие, которое оказано монархом председателю Государственной думы.
Родзянко, по-видимому, внял моему голосу, но так как он все-таки сознавал, что справиться один с таким делом не может, то привлек к нему членов Думы Шубинского и Гучкова, и они втроем стали изучать дело и составлять всеподданнейший доклад… Родзянко рассказывал направо и налево о возложенном на него поручении и, не стесняясь, говорил, что ему суждено его докладом спасти государя и Россию от Распутина, носился со своим «поручением», показал мне однажды 2-3 страницы своего чернового доклада, составленного в самом неблагоприятном для Распутина смысле, и ждал лишь окончательной переписки его и личного своего доклада у государя…
Под влиянием всех рассказов Родзянко толки и сплетни не только не унимались, но росли и крепли. …Распутинский вопрос вырос во весь свой рост».


Вдовствующая императрица Мария Федоровна с сыном-императором

Родзянко готовился к докладу у государя очень серьезно. Накануне он получил аудиенцию у вдовствующей императрицы-матери Марии Федоровны, попросившей ознакомить ее с результатами расследования. Запись о встрече со старшей императрицей Родзянко оставил для потомков:
«Разве это зашло так далеко?[ – спросила Мария Федоровна].
— Государыня, это вопрос династии. И мы, монархисты, больше не можем молчать. Я счастлив, ваше величество, что вы предоставили мне счастье видеть вас и вам говорить откровенно об этом деле. Вы меня видите крайне взволнованным мыслью об ответственности, которая на мне лежит. Я всеподданейше позволю себе просить вас дать мне ваше благословение.
Она посмотрела на меня своими добрыми глазами и взволнованно сказала, положив свою руку на мою:
— Господь да благословит вас.
Я уже уходил, когда она сделала несколько шагов и сказала:
— Но не делайте ему [Николаю II] слишком больно».
От этого доклада ожидали много в самых разных кругах.


«Родзянко работал, вместе с приглашенными им… двумя сотрудниками, около 8-ми недель и, испросивши себе особую аудиенцию у государя, повез свое заключение в Царское Село. Вся Дума отлично знала, с чем поехал председатель, и нетерпеливо ожидала возвращения его. Кулуары шевелились как муравейник, и целая толпа членов Думы ожидала Родзянку в его кабинете к моменту возвращения. Результат его доклада этой толпе не оправдал ее ожидания. Как всегда, последовал полный пересказ о том, что «ему сказано», что он ответил, «какие взгляды высказал», «какое глубокое впечатление, видимо, произвели  его слова», «каким престижем несомненно пользуется имя Государственной Думы наверху, несмотря на личную нелюбовь и интриги придворной камарильи», — все это повторилось и на этот раз, как повторялось много раз и прежде, но по главному вопросу – о судьбе письменного доклада о Распутине, — последовал лаконический ответ: «Я представил мое заключение, государь был поражен объемом моего доклада, изумился, как мог я в такой короткий срок выполнить столь объемистый труд, несколько раз горячо благодарил меня и оставил доклад у себя, сказавши, что пригласит меня особо, как только успеет ознакомиться с ним».
Но дни быстро проходили за днями, а приглашение не следовало. Родзянко со мной [Коковцовым] не заговаривал об этом, хотя мне приходилось не раз бывать в Думе за эту пору». …
Сам Родзянко признавался в своих воспоминаниях:
«У меня образовался целый том обличительных документов. Если бы десятая доля только того материала, который был в моем распоряжении, была истиной, то и этого было бы довольно для производства следствия и предания суду Распутина. Ко мне как к председателю Государственной Думы отовсюду неслись жалобы и обличения преступной деятельности этого господина».
Но император проигнорировал доклад председателя Думы. На просьбы М.В. Родзянко о повторной аудиенции государь ответил: «Прошу… передать председателю думы, что я принять его не могу и не вижу в этом надобности, так как полторы недели назад я его принимал».
Распутин по-прежнему оставался в касте неприкасаемых.

Продолжение следует.

Родзянко и манифест великих князей от 1 марта 1917 года в JSTOR

Абстрактный

Кулон «Русская революция феврие 1917 года», «Великие герцоги готовятся к манифесту, гласящему, что издатель доброй воли Николая II». Ce document peu connu, selon Katkov, était sans important. Бурджалов, за свою часть, подтверждаю документ, подтверждающий закон о заговоре Комитета Думы за сохранение монархии. Ni l’une ni l’autre interprétation étaient correctes.Существуют два мнения в Комите де ла Дума, подвешенные к революции, касающейся будущего монархии. Родзянко тентат де résoudre la crise politique en forçant le Tsar d’accorder un «ministère de confiance». Un autre groupe, sous la direction de Miliukov, require l’abdication de Nicolas II. Et le Manifeste des grands ducs représentait un essai par Rodzianko de poursuivre l’établissement d’un «ministère de confiance». Cet essai a échoué parce que la politique de l’abdication Fut followers officiellement par le Comité de la Douma.

Информация о журнале

Канадские славянские газеты / Revue canadienne des slavistes (CSP) были созданы в 1956 году. В 1967 году они начали выходить дважды в год, а в 1968 году стали выходить ежеквартально. Журнал является официальным изданием Канадской ассоциации славистов (CAS). CSP — это рецензируемый многопрофильный журнал, публикующий оригинальные исследования на английском и французском языках по Центральной и Восточной Европе. Он привлекает читателей со всего мира и ученых из различных дисциплин: язык и лингвистика, литература, история, политология, социология, экономика, антропология, география, фольклор и искусство.Журнал особенно силен в славянском языкознании; Русская литература и история; Украинская литература и история; Польская и балканская история и культура. Статьи хорошо сбалансированы между темами современности, раннего модерна и средневековья. Специальные тематические выпуски (или разделы) выходят регулярно и проходят сложную рецензию журнала.

Информация об издателе

Основываясь на двухвековом опыте, Taylor & Francis за последние два десятилетия быстро выросла и стала ведущим международным академическим издателем. Группа издает более 800 журналов и более 1800 новых книг каждый год, охватывающих широкий спектр предметных областей и включая журнальные оттиски Routledge, Carfax, Spon Press, Psychology Press, Martin Dunitz и Taylor & Francis. Тейлор и Фрэнсис полностью привержены делу. на публикацию и распространение научной информации высочайшего качества, и сегодня это остается первоочередной задачей.

Человек, который, возможно, произвел революцию

Пытаясь утихомирить революционные потрясения в его стране, Николай II, последний царь России, 15 марта 1917 года отправил телеграмму, в которой объявил о своем отречении.

Оно было адресовано Михаилу Родзянко, высокопоставленному придворному, спикеру имперского парламента, Думы и видному стороннику конституционной реформы.

«Нет жертвы, на которую я бы не пошел ради истинного благополучия и спасения нашей матушки России. По этой причине я готов отречься от престола », — написал Николай II.

За несколько недель до принятия решения именно Родзянко предупредил Николая II о том, что ситуация в Петрограде, так военное время называли Санкт-Петербург.Петербург, имперская столица России, выходил из-под контроля на фоне массовых демонстраций, забастовок и мятежей в вооруженных силах.

Спустя сто лет, когда Россия отмечает столетнюю годовщину отречения царя, правнук Родзянко, Алексис Родзянко, все еще живет с делами своего знаменитого предка.

Жизнь с наследием

Современные консерваторы и националисты обвиняют «предателей» в событиях 1917 года, которые привели к разрушению Российской Империи, и Родзянко является одной из их целей.

«Похоже, этот человек все еще жив, и они все еще спорят с ним», — говорит Алексис Родзянко, ныне глава Американской торговой палаты в Москве. «Есть люди, которые и по сей день считают нашу семью нереальной. Вот почему это так неоднозначно. Люди до сих пор живут этим ».

Алексис Родзянко говорит, что часто читает онлайн-атаки на свою семью. Также распространены социальные пренебрежения: его не пригласили на недавнюю резонансную конференцию по Февральской революции, организованную Православной церковью в московском храме Христа Спасителя.

Отречение Николая II было кульминацией Февральской революции 1917 года (хотя сейчас она приходится на март, когда Россия приняла григорианский календарь). После того, как Николай II ушел в отставку, появилось временное правительство, которое было сметено только в ноябре, когда большевики Владимира Ленина захватили власть и начали создавать коммунистическое государство.

Алексис Родзянко, который вырос в Соединенных Штатах после того, как его родители эмигрировали туда после Второй мировой войны, сказал, что в семейном доме всегда много разговоров, особенно между его бабушкой и дедушкой, о революции и ее последствиях.

«Это была горячая тема для них», — говорит он. «Первое, что я запомнил, — это оживленные дискуссии о революции и событиях в России».

«Единственный, кто сказал царю правду»

Михаил Родзянко, известный своим пухлым телосложением и глубоким басом, происходил из старинной русской аристократической семьи и владел большими поместьями под Полтавой на территории современной Украины. Он был назначен спикером Думы в 1911 году. Несмотря на то, что он был лояльным монархистом, у него были сложные отношения с Николаем II, и он играл ведущую роль в критике императорской семьи за влияние скандального святого Распутина, который, по мнению жены Николая II, мог справиться с гемофилией ее сына.

Но отношения между двумя мужчинами приобрели огромное значение для будущего России во время событий Февральской революции.

Родзянко был одним из немногих приближенных к царю, который неоднократно предупреждал его о том, что ситуация в Петрограде приближается к критической точке. 28 февраля, за неделю до эскалации демонстраций, которые приведут к революции, Родзянко сделал страшное предупреждение. «Мы приближаемся к двенадцатому часу и слишком близки к тому моменту, когда апелляции к разуму народа будут запоздалыми и бесполезными», — сказал он царю в письме, согласно сайту project1917.ru, который отмечает столетие революции, пересказывая события в реальном времени в социальных сетях, используя отрывки из дневников, писем и мемуаров.

12 марта, за три дня до отставки царя, Родзянко написал: «Анархия в столице. Правительство парализовано. Транспорт продуктов питания и топлива полностью дезорганизован. Общественное недовольство растет. Беспорядочная стрельба на улицах. Армейские подразделения стреляют друг в друга », — говорится в отчете американского историка Ричарда Пайпса« Русская революция ».

Николай II, находившийся вдали от столицы, неоднократно игнорировал Родзянко.

Пайпс рассказывает, как 13 марта в ответ на очередное сообщение Николай II заметил: «Этот толстяк Родзянко снова написал мне всякую чушь, на которую я даже не потрудился ответить».

Но всего два дня спустя, когда его поезд застрял в Пскове из-за забастовок, Николай II был уговорен его генералами, которых Родзянко также проинформировал о ситуации.

Алексис Родзянко говорит, что, согласно семейной легенде, вскоре после своего отречения Николай II признал, что ему следовало прислушаться к предупреждениям, и сказал: «В конце концов, единственный человек, который сказал мне правду, был Родзянко».

Неловкая годовщина

Столетие революции и падение Николая II, убитого большевиками вместе с семьей в следующем году, — неприятное событие для Кремля, который предпочитает подчеркивать более триумфальные эпизоды в истории России. .По случаю юбилея запланировано несколько официальных мероприятий.

«Это сбивающее с толку событие для России и населения России», — говорит Алексис Родзянко. «Есть еще много разных точек зрения: был ли это шаг вперед? Национальная трагедия? Конец русской истории? Не ясно. »

Для Михаила Родзянко, который всегда утверждал, что он хочет, чтобы Россия превратилась в конституционную монархию, подобную Британии, крах царизма был трагедией.

«Его реакция [на отречение] заключалась в том, что это был конец.И это было — для него. Его реальное влияние и способность что-либо делать были устранены », — говорит Алексис Родзянко о своем прадеде. «Он также понимал, что как только произойдет отречение и будет создано временное правительство, он будет проклят навсегда. Он очень четко об этом думал и был прав ».

Когда дело консервативных белых в гражданской войне рухнуло, и коммунисты укрепили контроль, Михаил Родзянко покинул Россию со своей семьей в 1920 году. Один из его сыновей был застрелен большевиками в Киеве в 1918 году, другой эмигрировал в Париж.Третий сын, дед Алексиса Родзянко, жил в Сербии до прихода Красной армии в конце Второй мировой войны, когда, опасаясь за свою жизнь, он бежал со своей семьей сначала в Германию, а затем в США

Сам государственный деятель умер в Сербии в 1924 году, видимо, в бедности. По словам правнука Алексиса, в те решающие дни 1917 года его мучила его роль: «Его величайшей болью было:« Сделал ли я все, что мог, чтобы предотвратить эту революцию? »»

Морис Палеолог.Воспоминания посла. 1925. Vol. III, Глава IX.

Морис Палеолог. Воспоминания посла. 1925. Vol. III, Глава IX.

AN ВОСПОМИНАНИЯ ПОСОЛА
Морис Палеолог
Том III

ГЛАВА IX

12-22 МАРТА 1917.

От бунта к революции .— Баррикады, грабежи и пожары; уличные бои .— Армия дружит с мятежники. Правительство в замешательстве. министры обращаются к императору. — Зимний дворец и Крепость занята.— Дума организует исполком. — Далее бои на улицах. Миссия генерала Иванова. Последний шанс спасения царизма. Бурное развитие революции. — Социалисты. образовать «Совет рабочих и солдатских депутатов». Совет, в оппозиции Думе. Жизненно важная часть армии в революционной драме. Позорное поведение Великий князь Кирилл и Императорская гвардия. — Император, после тщетная попытка вернуться в Петроград, останавливается в Пскове, где два посланника Думы умоляют его отречься от престола в пользу своего сын.Сформировано временное правительство. Николай II не будет согласие на разлучение со своим сыном и отречение от престола в пользу брата его Михаила-Александровича. Ярость советского , , который требует и обеспечивает отречение от престола Великим князем Михаилом .—- Новости из Царского Села; Великий князь Павел сообщает императрице об отречении императора. Слабость Временного правительства в борьбе с Советом : Петроградский гарнизон вымогает обещание не быть отправлен на фронт.— Милюков назначен министром иностранных дел; наш первый разговор: я требую, чтобы новые правители России провозгласили их решимость продолжать войну до победного конца. общее резюме недавних событий. Бездействие духовенства в революции. Дополнительные сведения об отречении от престола Император .— Манифест Временного правительства., он содержит лишь смутный намек на ведение войны: Я протестую Милюкову. — Советский принуждает Временную Правительство должно арестовать павших монархов, Милюков просит британцев Правительство предоставило им убежище в Англии.Красноречивый Прощание императора с армией.

Понедельник, 12 марта 1917 г.

Сегодня в половине девятого утра, когда я закончил одеваться, Я услышал странный и продолжительный шум, который, казалось, исходил от Александровский мост. Я выглянул: на мосту никого не было, который обычно представляет собой такую ​​оживленную сцену. Но почти сразу В конце появилась беспорядочная толпа с красными флагами, которая находится на правом берегу Невы, и полк подошел к это с противоположной стороны.Выглядело так, будто будет жестокий столкновение, но, наоборот, два тела слились. Армия братался с восстанием.

Вскоре после этого кто-то пришел ко мне и сказал, что Волынский полк гвардии поднял восстание ночью, убил его офицеров и маршировали по городу, призывая людей взять участвуют в революции и пытаются привлечь на свою сторону войска, которые все еще оставаться верным.

В десять часов произошла резкая вспышка огня и пламени. можно было увидеть подъем где-то на Литейном проспекте, который довольно близко к посольству.Потом тишина.

В сопровождении моего военного атташе подполковника Лавернь, я вышел посмотреть, что происходит. Напуганные жители разбегались по улицам. Была неописуемая неразбериха на углу Литейного. Солдаты помогали мирным жителям воздвигнуть баррикаду. Пламя поднялось из судов. В ворота арсенала с треском распахнулись. Вдруг трещина пулеметного огня раскололи воздух: именно регулярные войска только что занял позицию у Невского проспекта.Революционеры ответил. Я видел достаточно, чтобы не сомневаться в том, что должно было произойти. Под градом пуль я вернулся в посольство с Лаверни. кто спокойно и медленно дошел до самого горячего уголка чистая бравада.

Около половины двенадцатого я пошел в Министерство иностранных дел, собирая Бьюкенена по пути.

Я рассказал Покровскому все, что только что видел.

«Значит, это даже серьезнее, чем я думал», — сказал он.

Но он сохранил невозмутимое хладнокровие, сдобренный прикосновением скептицизма, когда он рассказал мне о шагах, по которым министры Ночью решил:

«Заседание Думы перенесено на апрель и мы отправили телеграмму Императору, умоляя его вернуться сразу.За исключением М. Протопопова, мои коллеги и Я все думал, что диктатура должна быть установлена ​​без задерживать; это будет дано какому-нибудь генералу, чей престиж с армией довольно высокий, генерал Русский например »

Я утверждал, что, судя по тому, что я видел сегодня утром, верность армии был уже слишком сильно потрясен для наших надежд на спасение основываться на использовании «сильной руки», и что немедленное назначение министерства, внушающего доверие Дума казалась мне важнее, чем когда-либо, потому что нет момент потерять. Я напомнил Покровскому, что в 1789, 1830 и 1848 г. были свергнуты три французские династии, потому что они тоже конец в понимании значения и силы движение против них. Я добавил, что в таком тяжелом кризисе представитель союзной Франции имел право предоставить совет имперского правительства по вопросам внутренней политики.

Бьюкенен поддержал мое мнение.

Покровский ответил, что лично разделяет наши взгляды, но что присутствие Протопопова в Совете министров парализовало действие любого рода.

Я его спросил:

«Нет ли никого, кто мог бы открыть Императору глаза на реальная ситуация? »

Он отчаянно вздохнул.

«Император слеп!»

Глубокое горе было написано на лице честного человека и порядочный гражданин, чья честность, патриотизм и бескорыстие Я никогда не смогу достаточно превозносить.

Он попросил нас заехать еще раз в конце дня.

Когда я вернулся в посольство, ситуация стала очень худший.

Одна плохая новость сменялась другой. Суды имели стать не чем иным, как огромной печью; Арсенал на Литейном, Министерство внутренних дел, здание Военного правительства, канцелярии министра судов, штаб-квартира детектива Силы тоже тоже знаменитые Охрана, и еще десяток полицейских участков. были в огне; тюрьмы были открыты, и все заключенные был освобожден; Крепость СС. Петр и Павел переживали осада и Зимний дворец был занят.Бой был в разгаре во всех частях города.

В половине седьмого я вернулся с Бьюкененом в министерство для Иностранные дела.

Покровский сообщил нам, что ввиду серьезности ситуации Совет Министров решил удалить Покровского из МВД и назначить генерала Макаренко временно директор «. Совет сразу же доложил Императора, а также умолял его немедленно наделить чрезвычайными полномочиями на какого-то генерала, разрешив ему принять все исключительные меры ситуация требует, в частности, назначения других министров.

Он также сообщил нам, что, несмотря на указ от Прерогация , Дума собралась сегодня днем ​​в Таврическом дворце. Он создал постоянный комитет с целью обслуживания как посредник между правительством и мятежными войсками. Родзянко, председатель комитета, телеграфировал императору, что династия находится в величайшей опасности и малейшее колебание будет для него фатальным.

Была кромешная тьма, когда мы с Бьюкененом покинули министерство для Иностранные дела; не горела ни одна лампа.Как только моя машина появлялась от Millionaïa, напротив Мраморного дворца, мы были остановила военная мафия. Что-то происходило в казарме Павловского полка. Разъяренные солдаты кричали, кричать и драться на площади. Моя машина была окружена. Там была жестокая демонстрация против нас. Напрасно мои егерь и шофер пытались объяснить, что мы послы Франции и Англии. Двери открылись, и наши положение было на грани того, чтобы стать опасным, когда унтер-офицер офицер, сидящий на коне, узнал нас и громовым голосом предложил «болеть за Францию ​​и Англию!» Мы пришли из этого неприятного затруднительного положения под аккомпанемент бури аплодисментов.

Я провел вечер, пытаясь получить информацию о том, что Дума делала. Это было очень сложное дело, так как стрельба и горели во всех кварталах.

В конце концов пришли некоторые отчеты, в которых в основном было согласовано.

Дума, как мне сказали, делает все, что в ее силах, чтобы организовать Временное правительство, навести порядок в какой-то степени и обеспечить продовольственные запасы столицы.

Быстрое и полное дезертирство армии было большим сюрприз для лидеров либеральных партий и даже рабочего класса вечеринка.Собственно говоря, перед умеренными депутатами, которые пытаются направлять и контролировать народное движение (Родзянко, Милюков, Шингарев, Маклаков и др.) С вопросом о том, еще не поздно спасти династический режим года. Это представляет собой серьезную проблему, поскольку республиканская идея, которой отдают предпочтение в рабочих кругах Петрограда и Москвы, чужд духу страны, и невозможно предсказать, как армии на фронте получат вхождения в столицу.


Вторник, 13 марта 1917 г.

Стрельба, стихшая к сегодняшнему утру, возобновилась. около десяти часов; казалось, что в регионе было довольно активно Адмиралтейства. Броневики, с пулеметами и выставкой красные флаги постоянно проезжали мимо посольства на максимальной скорости. В нескольких точках столицы горели новые пожары.

Во избежание еще одного инцидента, например, вчерашнего, Я предпочел не ехать на машине в МИД. Дела; Я шел туда в сопровождении моего егеря , верная Леонида в штатском.

Рядом с Летним садом я встретил одного из эфиопов, который раньше охранял дверь Императора и часто открывал меня в имперский кабинет. Честный негр тоже носил в штатском и выглядела очень удрученно. Мы гуляли вместе на короткое расстояние в его глазах стояли слезы. Я пытался немного утешить его и пожал ему руку. Пока он шел прочь я наблюдал за ним веселыми глазами. В этом крахе целого политическая и социальная система он олицетворяет монархическое великолепие в другие дни был представлен живописный и роскошный церемониал. Елизавета и Екатерина Великие (давным-давно) и вся эта магия атмосферу, которую создали слова, которые впредь ничего не значат: «Суд России.«

Я встретил Бьюкенена в вестибюле министерства. Покровский сказал нам:

«Совет министров заседает непрерывно. всю ночь в Мари Палас. Император не питает иллюзий по поводу серьезность ситуации, поскольку он дал генералу Иванову чрезвычайную полномочия по наведению порядка; он также кажется полон решимости отвоевать его столица силой и не хочет мириться с войсками которые убили своих офицеров и подняли красный флаг. Но я сомневаюсь, что генерал Иванов, вчера побывавший в Могилеве, дойти до Петрограда: повстанцы контролируют все железнодорожные пути.И даже если бы ему удалось попасть сюда, что могло он делает? Все полки перешли на революцию. Только отдельные отряды и несколько отрядов полиции все еще предлагая сопротивление. Из моих коллег по министерству большинство находятся в бегстве, несколько человек были арестованы. У меня лично было наибольшая сложность уйти от Мари Палас сегодня вечером. Я жду своей участи в этот момент ».

Он говорил очень спокойно, простым, достойным, смелым и твердый тон, придававший благородство его приятному лицу.Чтобы понять, насколько достойна его безмятежность, нужно помнить что, хотя он был главным контролером финансов Империя давно, капитала у него вообще нет и блажен с большой семьей.

«Поскольку вы только что пересекли город, — сказал он, — скажи мне, думаешь ли ты, что Император все еще может спасти свою корону? »

«У него есть шанс, потому что там ужасная путаница. во всех кварталах. Но Император должен немедленно принять то, что произошло назначение временного комитета Думы в качестве министров и помилование повстанцев.Я тоже думаю, что если бы он появился. лично своей армии и народу, и торжественно объявил шаги Казанской иконы Божией Матери о начале новой эры для России, он будет иметь великолепный прием. Но если он подождет день, это будет опоздать .— Есть прекрасное замечание Лукана, которое может быть применительно к начальным ступеням всех оборотов: Ruit irvocabile vulgus. . Я говорил это себе сегодня вечером. В бурных обстоятельствах, через которые мы проходим, безвозвратное скоро станет фактом! »

«Мы даже не знаем, где Император.Он должен иметь выехал из Могилева вчера вечером или на рассвете сегодня утром. у меня есть Никаких новостей от Императрицы. Невозможно общаться с Царским Селом ».

Когда мы закончили служение, сэр Джордж Бьюкенен сказал: я:

«Пойдем не по набережной, а по набережной. Millionaïa. Так мы избежим казарм Гвардии «.

Но когда мы вошли на набережную, нас узнала группа студенты, которые нас подбодрили и сопровождали. Напротив мрамора Palace толпа стала намного больше и шумно восторженно.Плачет «Да здравствует Интернационал! Да здравствует мир!» неприятно смешались с криками «Да здравствует Франция!» Да здравствует Англия! »

На углу Суворовской площади Бьюкенен оставил меня, посоветовав укрыться в его посольстве от мафии, несколько слишком взволнован. Но так как было поздно, и я хотел телеграфировать в Париж перед обедом я отправился в путь.

Напротив Летнего сада я был полностью окружен толпа остановила проезжающий автомобильный пулемет и настояла на я вошел и меня отвезли в Таврический дворец.Огромный и шумный студент, размахивая красным флагом, орал мне в лицо в отличный французский:

«Отдать дань уважения русской революции! Красный флаг теперь флаг России; отдать ему дань уважения во имя Франции! »

Он перевел свои слова на русский язык, и они были встречены с неистовыми возгласами. Я ответил:

«Я не могу отдать дань русской свободе лучше, чем чтобы пригласить вас присоединиться ко мне и сказать: «Да здравствует война!» »

Он был очень осторожен, чтобы не перевести мой ответ.Наконец мы дошел до посольства. Не обошлось и без немалых хлопот и напряженными усилиями моего chasseur мне удалось получить вдали от толпы и в моих собственных дверях.

В течение всего дня революция была следуя своему логическому и неизбежному курсу. Ruit безвозвратно vulgus ..

Я последовательно узнал, что князь Голитизин (президент Совета) митрополит Питирим, Штурмер, Добровольский, Протопопов и др., были арестованы. Бледное сияние свежего пожары можно увидеть в разных местах. Крепость СС. Питер и Павел стал штабом восстания. Жестокие бои происходит вокруг Адмиралтейства, где военный министр, военно-морской министр и несколько высокопоставленных чиновников нашли убежище. Во всех остальных частях города боевики безжалостно выслеживают на «предателей», полицейских и жандармов. В на улицах вокруг посольство, что мои дворники отказались принимать мои телеграммы в Главное почтовое отделение, единственное, которое все еще работает; Мне пришлось полагаться на старшину французского военно-морского флота, который в отпуске в Петрограде и не боится пуль.

Около пяти часов, высокопоставленный чиновник. K ——, пришел сказать мне, что исполком Думы пытается сформировать «временное правительство», но этот президент Родзянко, Гучков, Шульгин и Маклаков совершенно опешили анархическое поведение армии.

«Они и представить себе не могли такую ​​революцию», — сказал мой информер добавлен; «они надеялись направить его и удержать в рамках границы через армию. Войска теперь не признают лидера и сеют ужас по всему городу.«

Затем он внезапно сказал мне, что его попросили увидеть меня Президент Родзянко, и спросил меня, нет ли у меня советов, предложений отправить его.

«Как посол Франции, — сказал я, — война моя главная забота, конечно, поэтому я хочу эффекты революции в максимально возможной степени и порядок в самый ранний момент. Не забывайте, что французская армия делает подготовка к крупному наступлению, и что русская армия обязан сделать свою долю чести.«

«Так вы считаете необходимым сохранить имперскую систему?»

«Да, но в конституционном, а не в автократическом форма «

«Николай II не может больше править; никто ему осталось хоть какое-то доверие, и он потерял всякую власть. В любом случае он никогда не согласится принести в жертву Императрицу ».

«Царя можно сменить, но царизма следует держаться».

И я попытался объяснить ему, что царизм — это самый каркас России, незаменимый и незаменимый опор российского общества и единственное звено, объединяющее все разнородные наций Империи:

«Если царизм рухнет, можете не сомневаться, что рухнет царизм. разрушить им все здание России.«

Он заверил меня, что Родзянко, Гучков и Милюков думали точно так же и усердно работали на этой основе, но это социалистические и анархистские элементы набирали силу каждый час.

«Это еще одна причина не терять время», — сказал я.

С наступлением темноты мы со своим секретарем Чамбруном отправились в подбодрить друзей-женщин, которые жили рядом и которых я знал быть очень тревожным. После разговора с принцессой. Станислас Радзивилл и графиня де Робьен, мы решили вернуться, несмотря на темноты шла постоянная стрельба, и, когда мы пересекали Сергиевская, мы слышали, как мимо свистели пули.

.

В течение дня, который был богат на серьезные события и возможно, определили будущее России на столетие до да ладно, я записал один эпизод, который кажется банальным на на первый взгляд, но на самом деле весьма значимо. Таунхаус Кчечинской, в конце проспекта Каменного-Остров напротив Александровского парка, сегодня был занят повстанцами. и уволили сверху вниз. Я помню деталь, которая заставляет легко понять, почему резиденция знаменитого танцора была выделен яростью толпы.Это было прошлой зимой; холод был сильным а столбик термометра упал до -35 °. Сэр Джордж Бьюкенен, чье посольство имеет центральное отопление, не смог приобрести уголь, который является основным топливом для этой системы. Он подал апелляцию в российское адмиралтейство, но тщетно. В то самое утро Сазонов определенно сказал ему, что уголь невозможно найти ни в одном общественное депо. Днем мы вместе пошли гулять по Острова, так как небо было чистым и не было ветра. Просто Когда мы въезжали на проспект Каменный-Остров, Бьюкенен взорвался: «Ну, если это не слишком толсто!» Он указал на четыре военных грузовика напротив дома танцора; они были загружены с мешками с углем, которые убирал отряд солдат. «Не волнуйтесь, сэр Джордж, — сказал я. «У тебя нет те же претензии, что и мадам Кчечинская к вниманию имперских властей ».

Вероятно, что за прошедшие годы многие тысячи россиян сделали аналогичные замечания по поводу милостей, оказанных Кчечинской. Балерина , когда-то возлюбленная царевича, а затем за ухаживанием сразу двух великих князей, стал как бы символом императорского ордена. Это тот символ, на который напали сегодняшними плебсами.Революция — это всегда более или менее итог и санкция.


Среда, 14 марта 1917 г.

В Петрограде снова было много боев и сожжений. этим утром. Солдаты охотятся на офицеров и жандармов … безжалостная и жестокая погоня, предающая все варварские инстинкты все еще скрытый в природе moujik .

.

Во всеобщей анархии, бушующей в Петрограде, три руководящих органов в процессе формирования:

(1) «Исполком Думы» с Родзянко. как его президент и состоящий из двенадцати членов, включая Милюкова, Шульгин, Коновалов, Керенский и Чеидзе.Таким образом, это репрезентативный всех партий прогрессивной группы и крайне левых. Он пытается немедленно провести необходимые реформы, чтобы поддерживать существующую политическую систему ценой провозглашения другой император, если понадобится. Но Таврический дворец занят повстанцами, так что комитету пришлось среди общих шум, и подвергается издевательствам со стороны толпы; (2) Совет рабочих и солдатских депутатов », Совет. свои заседания на Финляндском вокзале.Его пароль и боевой клич это «Провозгласить социальную республику и положить конец войне». Его лидеры уже осуждают депутатов Думы как предатели революции и открыто придерживаются той же позиции в отношении законного представительского органа как Парижская Коммуна принят в Законодательное собрание в 1792 г .; (3) «Штаб-квартира» Войск ». Это тело находится в Крепости СС. Петр и Пол. Он состоит из нескольких младших офицеров, ушедших перешли на революцию и несколько Н. Офицеры или солдаты, у которых есть дослужился до офицерского звания. Он пытается представить небольшая система в деле снабжения комбатантов и посылает им еду и боеприпасы. В частности, сохраняется Дума в подчиненном состоянии. Через него солдат всемогущ в настоящий момент. Несколько батальонов расквартированы внутри и вокруг крепости — единственные организованные силы в Петрограде; они преторианцы революции и, как определено, невежественные и фанатичные, как знаменитые батальоны Предместья Сен-Антуан и предместье Сен-Марсель в том же году 1792 .

Со времен русской революции, воспоминания о французской революции часто приходили мне в голову. Но дух двух движений совершенно не похож. По своему происхождению, принципам и социальным, точнее чем политический характер, нынешние потрясения имеют гораздо более сильную сходство с революцией 1848 года.

.

Император сегодня утром выехал из Могилева. Его поезд продолжился в сторону Бологое, что на полпути между Москвой и Петроградом. Предполагается, что император намерен вернуться в Царское Село. но некоторые люди задаются вопросом, не думает ли он о том, чтобы уйти в Москву для организации сопротивления революции.

.

Тот факт, что армия монополизировала лидерство в революционном драма только что была подтверждена на моих глазах зрелищем трех полков, марширующих мимо посольства на пути к Таврический дворец. Они шли в полном порядке со своей группой во главе. Первыми вышли несколько офицеров в большой красной кокарде. в шапках, на плечах завязан узел из красной ленточки и красный полосы на рукавах. Старый полковой штандарт, прикрытый с иконами, был окружен красными флагами.

.

Великий князь Кирилл Владимирович открыто выступил в пользу революции.

Он пошел еще дальше. Забывая клятву верности, и в канцелярию адъютанта, связывающую его с Императором, он пошел около часу дня, чтобы отдать дань уважения популярным правило. В форме морского капитана он был замечен во главе морской пехоты. гвардии, командиром которой он является, и предоставляя свои услуги в распоряжении повстанцев!

Вскоре после этого Потемкинский дворец стал местом другого и столь же меланхолическое зрелище.Тело офицеров и солдат, посланный гарнизоном Царского Села, означал его приверженность революции.

Во главе стояли казаки Эскорта, величественные всадники — цвет Касачесво, гордый и привилегированная элита Императорской гвардии. потом прибыл полк Его Величества, Священного легиона , который набирается путем выбора из всех подразделений Охрана, и чья особая функция — обеспечение личной безопасности безопасность своих государей.Затем прибыл Железнодорожный полк Его Величества. который обязан проводить императорские поезда и наблюдать за безопасность Их Величеств во время путешествий. В конце шествия прошли Полиция Императорских дворцов, избранные сателлиты, которые должны охранять императорские резиденции от внутри и, таким образом, ежедневно участвовать в интимной частной жизни своих хозяев. Все эти люди, как офицеры, так и рядовые, поклялись в своей преданности новой власти — само имя которой они не знают — как будто они не могут обнять цепи новое рабство слишком рано.

Пока ему рассказывали эту постыдную новость, я вернулся к храбрым швейцарцам, которые позволили себя разрезать на куски на ступенях Тюильри 10 августа 1792 года, хотя Луи XVI не был их властелином, и когда они приветствовали его, они сделали не назови его: Цары батюшка «Наша Маленькая Отец Царь! »

В течение вечера граф С. позвал меня, чтобы спросить для информации о ситуации. Я сказал ему случайно о унизительное подчинение Царскосельского гарнизона в Таврическом дворце.Сначала он мне не поверил. После Он продолжил долгие и скорбные размышления:

«Какая ужасная, ужасная вещь. Войска гвардии, которые приняли участие в этой демонстрации, опозорились за Когда-либо. Но, возможно, это не полностью их вина. В их постоянном посещаемости Их Величеств они видели слишком много всего, что они Не следовало бы видеть, что они слишком много знают о Распутине. . . «

Как я писал вчера, говоря о Кчечинской, революция — это всегда более или менее резюме и санкция.

.

Незадолго до полуночи мне сказали, что лидеры либеральной стороны провели секретную конференцию сегодня вечером — в отсутствие социалистов и без их ведома — с целью достижение соглашения о будущей форме правления.

Они были единодушны в том, что монархия должна быть сохранена, но Николай II, виновный в нынешних бедствиях, нужно принести в жертву спасению России. Бывший президент Думы Александр Иванов Гучков, сидящий сейчас в Совет Империи тогда выразил следующее мнение: «Это жизненно важно, чтобы Николай II не был свергнут насилием.Единственное, что может обезопасить постоянное представительство нового порядка, без особого шока, является его добровольное отречение. Самопроизвольное отречение Николая II — единственное средство о спасении имперской системы и династии Романовых ». Эта точка зрения, которая мне кажется очень здравой, была единодушно принята.

Либеральные лидеры завершили свою конференцию, решив, что Гучков и депутат от правых националистов Шульгин должны идти прямо к Императору и умолять его отречься от престола в пользу его сын.


Четверг, 15 марта 1917 г.

Гучков и Шульгин выехали из Петрограда в девять часов утра. Благодаря помощи инженера железнодорожной службы, они смогли попасть в специальный поезд, не вызвав подозрений социалистических комитетов.

В войсках постепенно восстанавливается дисциплина. В городе наведен порядок и магазины осторожно снова открывая свои двери.

Исполком Думы и Совет трудящихся и солдатские депутаты договорились о следующем баллов:

(1) Отречение императора; (2) Воцарение царевича; (3) Великий князь Михаил (брат Императора) быть регентом; (4) формирование ответственного министерства; (5) Выборы избирателя собрание всеобщим голосованием; (6) Все расы будут объявлены равны перед законом.

Молодой депутат Керенский, заслуживший репутацию адвокат в политических процессах, выступает как один из самых активные и целеустремленные организаторы нового порядка.Его влияние с советский это отличный . Он человек, которого мы должны попробовать чтобы привлечь на свою сторону наше дело. Только он один способен сделать советский. осознают необходимость продолжения войны и сохранения Альянс. Поэтому я телеграфировал в Париж, предлагая Бриану, что призыв французских социалистов к патриотизму русских социалистов надо послать через Керенского.

Но весь интерес дня был сосредоточен на городке Пскове, на полпути между Петроградом и Двинском.Там императорский поезд, не доехавший до Царского Села, остановился вчера в восемь часов вечера.

Император, выехавший из Могилева 13 марта в 4.30 утра, решил ехать в Царское Село, императрица умоляла его вернитесь туда сразу. Новости, которые он получил из Москвы, сделали не тревожьте его чрезмерно. Конечно, может быть, что генерал Воейков скрыл от него часть правды. Около трех часов утра 14 марта, когда локомотив императорского поезда вода на станции Малая-Вичара, генерал Забель, командующий Железнодорожного полка Его Величества, взял на себя задачу разбудить Императору сказать ему, что линия на Петроград закрыта. и что Царское Село было в руках революционных силы.Выразив свое удивление и раздражение на то, что будучи более информированным, император, как говорят, ответил:

«Москва останется мне верна. Мы поедем в Москву!»

Затем он, как сообщается, добавил со своей обычной апатией:

«Если революция удастся, я откажусь от престола добровольно. Я поеду жить в Ливадию; Я люблю цветы ».

Но на станции Дно выяснилось, что все население Москвы примкнули к революции.Тогда Император решил искать убежище среди своих войск и выбрал штаб армий Севера под командованием генерала Русского в Пскове.

Императорский поезд прибыл вчера в Псков в восемь часов. вечер.

Генерал Русский тотчас приехал посовещаться с Императором и без труда продемонстрировал, что его долг — отречься от престола. Он также сослался на единодушное мнение генерала Алексеева. и командующие армией, с которыми он консультировался по телеграфу.

Император велел генералу Русскому явиться Родзянко, Председатель Думы, его намерение отречься от престола.

Сегодня утром Покровский подал в отставку с поста министра иностранных дел; он сделал это с тем спокойствием и непринужденным достоинством, которое заставляет его так мило.

«Моя работа окончена», — сказал он мне. «Президент Совета и все мои коллеги арестованы или находятся в полете. Прошло три дня с тех пор, как Император подал знак жизни и, в довершение всего, генерала Иванова, который должен был нам приказ Его Величества не прибыл.В обстоятельствах я не могу выполнять свои обязанности; Я оставляю свой пост и передать его обязанности моему заместителю по административным вопросам. Таким образом я избегаю нарушения клятвы Императору, как я не вступал ни в какие связи с революционерами ».

Вечером лидерам Думы наконец удалось в формировании Временного правительства с князем Львовым в качестве президента; он забирает МВД. Остальные министры Гучков (Война), Милюков (Иностранные дела), Терещенко (Финансы), Керенского (Справедливость) и др.

Первый шкаф нового режима был только образовался после бесконечных споров и торгов с Советским . Социалисты наверняка осознали, что русский пролетариат все еще слишком неорганичен и невежественен, чтобы брать на себя практические ответственность власти; но они хотят быть властью за кулисами, поэтому они настояли на назначении Керенского министром юстиции, чтобы следить за Временное правительство.


Пятница, 16 марта 1917 г.

Николай II отрекся от престола вчера, незадолго до полуночи.

Когда прибыли эмиссары Думы Гучков и Шульгин в Пскове около девяти часов вечера Император подарил им его обычный простой и добрый прием.

Очень достойным языком и слегка дрожащим голосом, Гучков сообщил Императору цель своей миссии и закончил с этими словами:

«Ничего, кроме отречения Вашего Величества в пользу вашего сына еще могут спасти Российское Отечество и сохранить династия.«

Император ответил очень быстро, как будто имел в виду банальное дело:

«Я вчера решил отречься от престола. Но меня нельзя разлучить от моего сына; это больше, чем я мог вынести; его здоровье тоже тонкий ты должен понять, что я чувствую. . . Поэтому я буду отречься от престола в пользу моего брата, Михаила Александровича ».

Гучков сразу склонился перед аргументом отцовской привязанности к которому апеллировал царь, и Шульгин тоже согласился.

Затем император вошел в свой кабинет с министром Суд; он вышел через десять минут с актом отречения подписано. Граф Фредерикс передал его Гучкову.

Этот памятный документ имеет следующую редакцию:

Милостью Божией мы, Николай II, Император всея Руси, Царь Польши, великий князь Финляндский и т. Д. И т. Д., Всем нашим верные подданные дают знать:

В эти дни страшной борьбы с иноземным врагом который три года пытался навязать свою волю Нашим Отечество, Бог пожелал, чтобы Россия столкнулась с новое и грозное испытание.Неприятности дома грозят фатальное воздействие на окончательный ход этой упорной войны. Судьбы России, честь Нашей героической армии, благополучие народа и всего будущего нашей родной страны требуют что война будет продолжена, чего бы это ни стоило, победоносному конец.

Наш жестокий враг делает последнее усилие, и настал день под рукой, когда наша храбрая армия с помощью наших славных союзников, свергнет его раз и навсегда.

В этот момент момент, столь решающий для существования Россия, Наша совесть велит Нам способствовать самому тесному союзу наших подданных и организацию всех своих сил для скорейшее достижение победы.

По этой причине Мы считаем это правильным — и Императорская Дума разделяет Наше мнение — отречься от престола Государства Российского. и уйти в отставку с верховной власти.

Поскольку Мы не желаем разлучаться с Нашим любимым сыном, Мы передаем в наследство Нашему брату Великому князю Михаилу. Александровича и благослови его на вступление в трон. Мы просим его управлять ближайшим концертом с представители нации, сидящие в законодательных собраний и дать им неприкосновенную клятву от имени любимой страны.

Обращаемся ко всем верным сынам России и просим их исполняют свой патриотический и священный долг, подчиняясь царю в этом момент болезненного национального кризиса и помочь ему и его представителям народа, ведущего Государство Российское на путь процветания и слава.

Да поможет Бог России!

НИКОЛАЙ.

При чтении этой декларации, напечатанной на обычном лист бумаги, эмиссары Думы были глубоко взволнованы и едва могли говорить, когда они прощались с Николаем II который был так же невозмутим, как всегда, когда он любезно пожал им руку.

Как только они вышли из вагона, императорский поезд тронулся. выезд в Двинск с целью возвращения в Могилев.

История может показать несколько событий столь важных или столь чреватых возможности и далеко идущие последствия. Но из всех тех из которых он оставил какие-либо записи, есть ли хоть один, который происходило в такой случайной, банальной и прозаической моде, и прежде всего с таким безразличием и самоуничижением со стороны главного героя?

Это просто отсутствие интереса к делу Императора? я думаю нет.Его указ об отречении, над которым он долго размышлял, если на самом деле он сам этого не сказал, вдохновлен самым возвышенным настроения, и его общий тон — это само благородство. Но его мораль отношение к этому высшему кризису кажется совершенно логичным, если оно признается, как я часто отмечал, что в течение многих месяцев несчастный государь почувствовал себя потерянным и что он давным-давно принес свою жертву и принял свою судьбу.

.

Восхождение на престол Великого князя Михаила пробудило ярость Советов: «Романовых больше нет!» является крик со всех сторон: «Мы хотим республику!»

На один миг нарушилась гармония, которая установилась. с таким затруднением между Исполкомом Думы и Советский вчера вечером.Но боязнь тюремных птиц кто командует Финляндским вокзалом и крепостью вынудил представителей Думы уступить дорогу. Делегация из исполкома поехал к великому князю Михаилу который не возражал и согласился принять корону только если это должно быть предложено ему учредительным собранием. Возможно, он бы уступил менее покорно, если бы его жена, умная и честолюбивая графиня Брасова была рядом с ним, а не Гатчина.

Советский это теперь мастер.

В городе снова начинаются волнения. В ходе днем мне рассказали о многих демонстрациях против война. Некоторые полки предложили протестовать на улице. Посольства Франции и Англии. В семь часов вечера горисполком решил, что солдат лучше выставить в двух посольствах. Тридцать два курсанта Пажеского корпуса только что заняли свое место в моем доме.


Суббота, 17 марта 1917 г.

Погода сегодня утром очень мрачная. От темного и тяжелого тучи снег падает плотными хлопьями, и так медленно, что Я даже не могу разглядеть гранитную стену, окаймляющую ледяную кровать Невы в двадцати шагах от моих окон. Мы могли бы быть в самом глубины зимы. Мрачность пейзажа и. вражда природа слишком хорошо гармонирует с зловещими событиями курса берут.

Один из присутствовавших дает мне следующие подробные отчет о встрече, по завершении которой великий князь Вчера Майкл подписал свое временное отречение от престола.

Это произошло в десять часов утра у принца Павла. Дом Путятина, дом 12, Millionaïa.

Кроме великого князя и его секретаря Матвеева, присутствовали князь Львов, Родзянко, Милитиков, Некрасов, Керенский, Набоков, Шингарев и барон Нольде; около половины прошлого десять к ним присоединились Гучков и Шульгин, пришедшие прямо из Пскова.

Как только обсуждение. начал, Гучков и Милюков смело утверждал, что Михаил Александрович не имел права уклоняться от ответственность верховной власти. Родзянко, Некрасов и Керенский утверждал против , что воцарение нового царя освободит поток революционных страстей и столкнет Россию лицом к лицу с ужасным кризисом; их вывод заключался в том, что монархическая вопрос следует отложить до собрания учредителя собрание, которое заявит о своей суверенной воле. Аргумент давили с такой силой и упорством, особенно со стороны Керенского, что к нему подошли все присутствующие, за исключением Гучкова и Милюкова.С полным бескорыстием Сам великий князь согласился.

Гучков сделал последнее усилие. Обращение к великому князю лично и апеллируя к своему патриотизму и мужеству, он указал как надо было представить русский народ сразу с живым воплощением национального лидера:

«Если боишься брать на себя ношу императорской корона теперь, монсеньер, вы должны хотя бы согласиться на упражнения высшая власть в качестве ‘Регента Империи во время вакансии престола », или, если использовать более тонкий титул,« Защитник Нация », как называл себя Кромвель. В то же время вы даст народу торжественное обязательство сдать власть учредительному собранию, как только война закончится «.

Эта гениальная идея, которая могла бы спасти всю ситуацию, приводил Керенского в неистовство страстью и спровоцировал его к потоку оскорблений и угроз, пугавших всех там.

В общем замешательстве великий князь поднялся с замечанием: что он хотел бы все обдумать на минуту или два.Он направлялся в следующую комнату, когда вбежал Керенский. перед ним, как будто чтобы удержать его:

«Обещайте нам не советоваться с вашей женой, монсеньор!»

Его мысли сразу обратились к честолюбивой графине Брассовой. чья империя над разумом ее мужа была полной. С улыбкой Великий князь ответил:

«Не волнуйтесь, Александр Федорович, моей жены здесь нет. сейчас; она осталась в Гатчине! »

Через пять минут вернулся великий князь.В очень спокойных тонах он заявил:

«Я решил отречься от престола».

Торжествующий Керенский крикнул:

«Монсеньор, вы благороднейший из людей!»

Однако остальная часть компании была окутана. тишина; даже те, кто были самыми решительными сторонниками отречения — принц Львов и Родзянко, например, казались подавленными непоправимым происшествие, которое только что произошло. Гучков успокоил совесть по окончательному протесту:

«Господа, вы ведете Россию к гибели; я не собираюсь следовать за вами по этому губительному пути.«

Затем был составлен предварительный и условный отказ от престола. Некрасова, Набокова и барона Нольде. Михаил Александрович несколько раз прерывали их задачу, чтобы ясно, что его отказ от императорской короны оставался предметом к окончательному решению русского народа в его представлении учредительным собранием.

В заключение он взял ручку и подписал.

Во время этой долгой и мучительной дискуссии Великий Князь самообладание и достоинство ни разу не покинули его.Доселе его соотечественники имел только плохое мнение о нем; он считался из слабый характер и безмозглость. Но по этому историческому поводу его патриотизм, благородство и самопожертвование были очень трогательны. Когда последние формальности были завершены, делегаты Исполнительный комитет не мог не показать ему, что впечатление он заставил их завоевать их симпатию и уважение. Керенский пытался интерпретировать эмоции, которые они все испытывали, в лапидарной фразе, которая упал с его губ в театральной вспышке.

«Monseigneur! Вы великодушно доверили нам священная чаша твоей силы. Обещаю, мы передадим это составной сборке, не пролив ни капли ».

Генерал Ефимович, заходивший ко мне сегодня утром, принес мне новости Царского Села.

Императрица узнала от великого князя Павла. вчера вечером отречения Императора; она ничего не слышала его в течение двух дней. Она вырвалась:

«Это совершенно невозможно! Это неправда! Это очередная газета. ложь! Я верю в Бога и верю в армию.Ни один не мог покинуть нас в такой критический момент! »

Великий князь зачитал ей отречение, которое только что было опубликовано. Потом все пришло к ней домой, и она разразилась слезы.

.

Временное правительство недолго капитулировало. к требованиям социалистов. По советской команде фактически пришло к следующему унизительному решению:

Войска, принявшие участие в революционном движении. не разоружатся, а останутся в Петрограде.

Таким образом, первым действием революционной армии является извлечение обещание, что он не будет отправлен на фронт, а будет сражаться больше не надо! Какой позор русской революции! Как можно ли подумать о контрасте, который предлагают добровольцы? 1792 года! Кроме того, солдаты на улицах кажутся всем потерянными. порядочности и демонстрируют отвратительную демонстрацию наглости и лицензия. По своей печально известной настойчивости Советский создал для себя грозное ополчение, для гарнизонов Петрограда и окраины (Царское Село, Петергоф, Красное Село и Гатчина) насчитывают не менее 170 тысяч человек.

.

Сегодня днем ​​Милюков принял портфель иностранных дела. Он сразу обратился ко мне, так же как и к моему английскому. и итальянские коллеги.

Мы сразу ответили на его вызов.

Я нашел его очень изменившимся, очень усталым и выглядящим на десять лет старше. Дни и ночи ожесточенных споров которые он только что прошел, утомили его.

Я его спросил:

«Прежде чем переходить к официальной фразеологии, скажите откровенно. и честно говоря, что вы думаете о ситуации.«

В порыве искренности он ответил:

«За последние двадцать четыре часа я перестал полное отчаяние для всех, кроме полной уверенности ».

Тогда поговорили официально:

«Я еще не в состоянии, — сказал я, — сказать вы, что Правительство Республики признает правительство вы настроили; но я уверен, что только жду своих инструкций в обещании вам активной и отзывчивой помощи с моей стороны ».

Он тепло поблагодарил меня и продолжил: «Мы не хотели этого революция, грядущая во время военных действий; Я даже не ожидал Это; но это произошло в результате действий других агентств, и через ошибки и преступления имперского режима . Наши Дело сейчас в том, чтобы спасти Россию, беспощадно ведя войну побеждать. Но страсти людей были так разгневаны и трудности положения настолько ужасны, что мы должен сразу пойти на большие уступки национальному сознанию «.

Среди этих немедленных уступок он упомянул арест несколько министров, генералов, чиновников и т. д., прокламация всеобщей амнистии — от которой слуги старого правительства конечно будет исключено — уничтожение всего имперского эмблемы созыва.учредительное собрание в ближайшем будущее; Одним словом каждая мера рассчитана на ограбление русских нация всех боится контрреволюции.

«Так я сказал, династия Романовых пала».

«Да, по сути; нет, по закону. Только Учредительное собрание получит право изменить политический статус России ».

«Но как вы обеспечите избрание этого избирателя? сборка? Смогут ли солдаты на фронте отказаться от своих голосов? «

С большим замешательством он признал: «Мы будем обязан предоставить людям на фронте право голоса. «

«Что, вы дадите людям на передовой голосование! Большинство из них сражаются за тысячи верст от своих деревень. и не умеет ни читать, ни писать! »

Милюков так хорошо сказал мне, что в глубине души он разделял мои взгляды и признался, что делает все возможное, чтобы дать нет определенного обещания относительно даты всеобщих выборов.

«Но социалисты настаивают на немедленных выборах», добавил он. «Они чрезвычайно сильны, и ситуация очень и очень критично! »

Когда я настаивал на объяснении этих слов, он сказал мне, что, хотя В какой-то степени восстановлен порядок в Петрограде, Прибалтике. Флот и Кронштадтский гарнизон находятся в открытом восстании.

Я спросил Милюкова об официальной номенклатуре нового правительство.

«Титул еще не определен», — сказал он. «В настоящий момент мы называем себя Временным правительством . Но под этим именем мы получаем всю исполнительную власть, в том числе имперская прерогатива в наших руках; так что мы не несем ответственности в Думу ».

«Одним словом, вы черпаете всю свою силу из революции?»

‘»Нет, мы получили.по наследству от Великого Герцог Михаил, который передал его нам своим указом об отречении ».

Эта юридическая деликатность показала мне, что «умеренные» нового порядка, Родзянко, князь Львов, Гучков и Милюков сам, чрезвычайно обеспокоены и обеспокоены своей совестью при мысли о нарушении монархических прав. Внизу — и это только нормальное течение революций — они чувствуют, что уже оттесняются и со страхом гадают, где они будут завтра.

Милюков выглядел таким измученным, и потеря голоса страдания в последние несколько дней сделали для него такие болезненные разговоры, что мне пришлось прервать наше интервью. Но прежде чем покинуть его Я очень настоятельно призвал Временное правительство отложить больше не в торжественном провозглашении своей верности альянсам и его решимость продолжать войну любой ценой.

«Вы должны понимать, что то, что вам нужно, — это простой и недвусмысленный провозглашение. Конечно, я не сомневаюсь в твоих чувствах.Но направление российских дел теперь во власти новых силы; им нужно сразу дать повод. У меня есть другая причина за то, что настаивал на безжалостном преследовании войны и о сохранении союзов следует провозглашать открыто. Я должен скажу, что в старину я не раз ловил германофилов кружки при дворе — банда Штурмера и Протопопова — выпадение намек, который меня очень обеспокоил; было признано, что Император Николай не сможет так долго заключить мир с Германией так как русская земля не была полностью очищена от врага, ибо он принес клятву на Евангелии и иконе Богоматери Казань; но шепотом говорили, что если Императора удастся отречься от престола в пользу царевича под регентством Императрица, его губительная клятва не будет обязательной для его наследника.Как видите, мне хотелось бы быть уверенным, что новая Россия считает себя связанной присягой бывшего царя ».

«Вы получите все гарантии на эту голову».

.

Продовольственная проблема в Петрограде до сих пор так остра, что моя припасы и мастерство моего повара очень ценны для моих друзей. У меня было семь или восемь из них на ужин сегодня вечером, включая вечеринку. Горчаковы и Бенкендорфы. Все были очень подавлены; они могли видеть, что экстремистские пролетарские доктрины уже охватывают над Россией, разрушая национальное единство, распространяя анархию, везде голод и разруха.

Мои предчувствия, увы, столь же мрачны! Ни один из мужчин в власть в данный момент обладает политическим видением, способностью быстрое решение, смелость и смелость, которые так грозны в ситуации призывает для. Они «октябристы», «кадеты», сторонники конституционной монархии, рассудительные, честные, умеренные и бескорыстно. Они напоминают мне Моле, Одилона, Барро, и т. д. в июле 1830 года. И все же самое меньшее, что требуется сейчас, — это Дантон! Мне говорят, однако, что среди них есть один человек действия, молодой министр юстиции Керенский, представляющий «Труд» в Думе и был навязан Временному правительству. от совет.

Бесспорно, инициативные, энергичные и энергичные смелости, надо искать в совете . разнообразные секции социал-революционных и социал-демократических партий, «Народная партия», «Лейбористы», «Террористы», «Максималисты», «Минималисты», «Пораженцы», и т. д., не недостаток в мужчинах, представивших доказательства решения и дерзость в заговорах, каторга и ссылка; Мне нужно только упомянем Чеидзе, Церетели, Зиновьева и Аксельрода.Эти истинные герои драмы, над которой сейчас занавес рост


Воскресенье, 18 марта 1917 г.

Пока мне ничего не известно о влиянии русской революции имел во Франции; но я боюсь иллюзий, которые он может создать там и мне слишком легко угадать все примеры с которыми, вероятно, будут преподносить социалистические жаргонизмы. Поэтому я счел целесообразным дать моему правительству слово предупреждения, и я подключаю к Бриану следующие телеграммы:

Когда я попрощался с М.Думерг и генерал де Кастельно в прошлом месяце я попросил их посоветовать президенту республики и себя меня все больше беспокоит внутренняя ситуация Империи; Я добавил, что было бы серьезной ошибкой думаю, что время работает на нас, по крайней мере в России; я пришел к заключению, что мы должны ускорить наши военные действия насколько это возможно.

Я убежден в этом больше, чем когда-либо. За несколько дней до Revolution Я сообщил вам, что решения недавней конференции были уже мертвой буквой, что путаница в боеприпасах производственные предприятия и транспортные услуги начинали снова в еще более грозном масштабе и так далее.Вопрос способно ли новое правительство оперативно проводить из необходимых реформ. Он совершенно искренне говорит, что может, но я не верю ни единому слову. Потому что это не просто неразбериха, но полная дезорганизация и анархия, из которых страдают военные и гражданские ведомства.

Чего мы можем ожидать, принимая самые обнадеживающие взгляды? А ужасная нагрузка сошла бы с ума, если бы я мог быть уверен, что сражающиеся армии не будут заражены демагогической агитацией и вскоре в тыловых гарнизонах восстановилась дисциплина.Я еще не отказался от этой надежды. Я все еще могу заставить себя думать, что социал-демократы не осуществят своего желания чтобы закончить войну непоправимыми действиями. Я также могу допустить возможность возрождения патриотического рвения в некоторых частях страны. Но при этом должно происходить ослабление национальных усилий. который уже был слишком анемичным и спазматическим. И процесс выздоровления, вероятно, будет долгим с гонкой, идеи которой метода и предусмотрительности настолько рудиментарны.

Отправив эту телеграмму, я пошел посмотреть некоторые церкви: Мне было любопытно узнать, как верующие поведут себя в воскресенье месса теперь, когда имя Императора было удалено из публичного молитвы. В православной литургии постоянно присутствовала божественная защита. взывают к Императору, Императрице, Царевичу и всем Императорская семья, это был своего рода повторяющийся хор. По порядку Священным Синодом отменена молитва за Государей. и ничто не заняло его места.Церкви, которые я посетил, были Преображенский собор, Святые Симеон и Святитель Пантелеймон. В везде меня встречала одна и та же сцена; серьезное и безмолвное собрание обменялись удивленными и меланхоличными взглядами. Некоторые из моджиков выглядел сбитым с толку и испуганным, и у некоторых из них были слезы. глаза. Но даже среди тех, кто казался наиболее тронутым, я не мог найдите того, у кого не было красной кокарды или повязки на руке. Они имели все работали на революцию; все они были с этим, тело и душа.Но это не помешало им пролить слезы за их батюшка, царя, царь батиньшка!

Затем я позвонил в Министерство иностранных дел.

Милюков сказал мне, что вчера вечером он обсуждал со своим коллеги формула, которая будет вставлена ​​в грядущий манифест Временного правительства по предмету обвинения войны и сохранения союза; он добавил в тон смущения:

«Я надеюсь добиться принятия такой формы слов, которая удовлетворит вас.«

«Вы хотите сказать, что у вас только надежда? Надежда бесполезна. для меня: я хочу уверенности ».

«Будьте уверены, я сделаю все, что в моих силах. . . . . Но вы не представляете, как трудно нашим социалистам ручка! И мы должны любой ценой избежать разрыва с ними. А иначе это гражданская война! »

«Какими бы ни были причины, по которым вы не спешите с советские горячие головы, вы должны понять, что я терпеть не могу любые сомнения в вашей решимости продолжить альянс и вести войну.«

«Пожалуйста, поверьте мне!»

Милюков показался мне менее оптимистичным, чем вчера. Новости из Кронштадта, Балтийского флота и Севастополя плохие. В довершение ко всему беспорядок распространяется на фронте; офицеры был убит.

.

Сегодня днем ​​я прогулялся по островам, которые пустыннее, чем когда-либо, и все еще засыпано снегом.

Размышляя о моем посещении церквей сегодня утром, я задумался. о странном бездействии духовенства во время революции; Это не принимал участия; никогда нигде не видел и дал абсолютно никаких признаков жизни.Это воздержание и самоуничижение — все удивительнее, потому что не было ни одного торжества, церемонии или публичное мероприятие, в котором Церковь не занимала переднего плана с великолепием его обрядов, одежды и пения.

Дело не требует пояснений, и поставить это объяснение на словах мне остается только поискать на страницах этого дневника. в во-первых, русские люди не такие религиозные, как кажутся быть: они в первую очередь мистики. Их привычка постоянно креститься, их колени, их склонность к ритуалам а шествия и увлечение иконами и реликвиями — просто отдушина для требований их живого воображения.Пирс, но немного в их умы, и все, что можно найти, — это вера, которая расплывчата и туманный, сентиментальный и мечтательный, почти лишенный интеллектуальных и богословские элементы и всегда на грани погружения в сектантская анархия. Также следует иметь в виду ограниченность и унизительное рабство царизм всегда навязывал Церкви, рабство, сделавшее духовенство своего рода духовной полицией, для усиления армии, полиции. Достаточно часто во время роскошных службы в соборах св.Александр Невский или Казань, я напомнили замечание Наполеона о том, что «архиепископ просто второй префект полиции! »Нельзя забывать осуждение Священного Синода и епископальной иерархии в последние годы Распутина. Гермоген, Варнава, Василий скандалы вокруг Питирима и многие другие сильно потрясли всех истинно верующие. Когда нация восстала, духовенство могло ничего не делать, кроме молчания. Но когда приходит время реакции, возможно, сельские священники, которые поддерживали связь с сельские массы сделают так, чтобы их голос снова был услышан.

.

Вчера мне сказали, что форма отречения Императора постановление было принято Николаем Александровичем Василием, ранее Заместитель директора департамента Сазонова и сейчас курирует дипломатический отдел Главного штаба; Указ сказано быть переданным телеграфом из Пскова в Могилев на 15 марта, еще до того, как депутаты Госдумы Гучков и Шульгин видел Императора. Это момент, который был бы интересен чтобы прояснить.

Как ни странно, сегодня вечером меня посетил Василий. кого генерал Алексеев направил к Временному правительству на какой-то миссии.

«Привет!» Я сказал: «Я так понимаю, это ты подготовили указ об отречении Императора? »

Он вздрогнул и энергично возразил: «Я категорически отрицаю отцовство документа, подписанного Императором. Проект I подготовленный по приказу генерала Алексеева был совсем другим ».

Он сказал мне следующее:

«Утром 14 марта генерал Алексеев. получил от президента. Родзянко, телеграмма, информирующая его о том, что в Петрограде перестала работать государственная машина и единственным средством предотвращения анархии было обеспечение императора отречение в пользу сына.Начальник штаба Императорского Таким образом, армии столкнулись с ужасной проблемой. Не было бы царской отречение грозит армии дивизиями, если не разложением? Единственное, что нужно было сделать, — это добиться согласия всех военачальников. сразу на один курс. Генерал Русский, командующий северным армий, уже решительно высказался за немедленное отречение. Генерал Алексеев лично к этому склонялся. Посмотреть; но дело было настолько серьезным, что он считал своим долгом проконсультироваться по телеграфу с другими командирами групп армий, генералы Эверт, Брусилов, Сахаров и Великий князь Николай Николаевич.Все они ответили, что Император должен отречься от престола как можно скорее. возможный момент »

«В какой день все эти ответы поступили в Генеральную Алексеев? »

«Утром 15 марта. Именно тогда генерал Алексеев поручил мне доложить ему об обстоятельствах в котором основной статус Империи уполномочил царя сложить скипетр. Я вскоре снабдил его меморандум, объясняющий и доказывающий, что если Император отрекся от престола он был обязан передать свои полномочия законному наследнику, царевич Алексей.«Это именно то, о чем я думал», — сказал генерал. сказал мне. «Вы составите мне прокламацию по этим строкам в однажды?’ Вскоре я подготовил черновик, в котором изложил теорию моего меморандума в меру моих возможностей, пытаясь настойчиво поддерживать необходимость вести войну до победы на переднем плане. С начальником штаба был его руководитель. соратник и верный квартирмейстер генерал Лукомский. Я передал ему мой документ. Он прочитал это вслух и соглашался с каждым словом. Лукомский это тоже одобрил.Документ был немедленно телеграфирован в Псков, чтобы предстать перед Императором. Незадолго до полуночи в тот же день генерал Данилов, генерал-квартирмейстер северные армии вызвали его коллегу в Ставку. к магнитофону сообщить ему о решении Его Величества. Я случилось в тот момент находиться в комнате Лукоруского с великим князем Сергеем Михайловичем. Мы все бросились к телеграфу, и машина начала работают у нас на глазах. Я сразу узнал свой черновик на лента как вышла.

. . . Мы сообщаем всем Нашим верным подданным. . . в эти дни ожесточенного конфликта с иностранным противником и т. д. Но вы можете только представить себе изумление всех нас троих, когда мы заметил, что имя великого князя Михаила было заменено за царевича Алексея! Мы посмотрели друг на друга в пустой ужас по поводу одной и той же идеи охватил все наши головы. В немедленное воцарение царевича было единственным средством остановить революция в своей карьере, или, по крайней мере, удержание ее в пределы великой конституционной реформы.На первом месте, молодой Алексей Николаевич имел бы закон о его сторона. Ему также помогло бы сочувствие. нации и армии к нему. Наконец — и это было жизненно важный момент — императорский кабинет не остался бы вакантным даже на мгновение. Если бы царевич был провозглашен, никто бы не стал имели власть заставить его отречься от престола. Что случилось великому князю Михаилу было бы невозможно в случай этого мальчика. Возможно, были какие-то споры по поводу назначение регента, вот и все.Россия имела бы национальный руководитель. . . Но где мы сейчас? »

«Сожалею, но боюсь, что события подтвердят вашу правоту очень скоро. . . Когда император удалил имя своего сына из прокламации, которую вы составили для него, он запустил Россию ужасное приключение ».

После долгого обсуждения этой темы я спросил В основном:

«Вы видели Императора после его отречения?»

«Да. 16 марта, когда Император возвращался от Пскова до Могилева генерал Алексеев послал меня сказать ему как развивалась ситуация.Я встретил его поезд в Орче и пошел прямо к своему тренеру. Он был абсолютно спокоен, но это шокировало мне увидеть его. с изможденным взглядом и пустыми глазами. После рассказа о последних событиях в Петрограде, я взял на себя смелость о том, что мы на Ставке были сильно огорчены потому что он не передал свою корону царевичу. Он тихо ответил: «Меня нельзя разлучить с моим сыном». Я узнал потом из своего эскорта, который до того, как Император пришел к нему По этому поводу он посоветовался со своим врачом профессором Федоровым: «Я приказываю вам дать мне откровенный ответ, — сказал он.’Ты думаешь Возможно ли, что Алексис когда-нибудь поправится? «Нет, ваше величество, его болезнь неизлечима ». ‘Вот о чем долго думала императрица назад, хотя у меня еще были надежды. Как того пожелал Бог Я не разлужусь со своим бедным мальчиком! Через несколько минут ужин был подан. Это была печальная еда. Все мы чувствовали себя сердца разрываются; мы не могли ни кошку, ни пить. Тем не менее, Император сохранил прекрасное самоконтроль и задал мне несколько вопросов о мужчины, составляющие Временное правительство; но как он был одет довольно низкий воротник, я видел, что он все время задыхался вниз его эмоции. Я оставил его вчера утром в Могилеве ».

.

Этим вечером я тихонько обедал с мадам П ——, другой гостями был граф Николай Муравьев, бывший губернатор Москвы, и граф Кутусов.

Madame P —— сказал:

«Пока Россия управляется из Петрограда, все будет идти от плохого к худшему. . . Петроград может только разрушить; Москва только один способен реконструировать ».

Муравьев ответил:

«Не застраивайся на Москве! Гражданское население. почти такой же гнилой, как Петроград.«

Кутусов прерван:

«Нам предстоит еще очень многое упасть; на самом деле мы будем коснуться дна бездны. . . Но в течение трех месяцев Империя будет восстановлена. Никогда не забывайте, что в России 178000000 жителей, из которых 160 000 000 крестьян, 12 1000000 казаков, 3 000 000 коммерческих и государственных служащих, 1 800 000 аристократов. и 1 200 000 — самое большее — рабочих. Те 1200000 рабочих не будут нашими хозяевами навсегда! »

«Значит, вы думаете, что Дубровин и Пуришкевич знамениты. «Black Bands» еще предстоит сыграть свою роль? »- сказал я.

«Конечно … и очень скоро!»


Понедельник, 19 марта 1917 г.

Николай Романов, как теперь официально именуется Император. документы и бумаги, попросило Временное правительство для —

(1) Бесплатный проезд из Могилева в Царское Село; (2) Разрешение проживать в Александровском дворце до выздоровления детей от кори; (3) бесплатный проезд из Царского Села в Порт Романов на берегу Мурмана.

Правительство удовлетворило его просьбу.

Милюков, являющийся моим авторитетом в этой информации, предполагает, что что Император намеревается попросить у короля Англии место убежища.

«Он не должен терять времени, чтобы сбежать», — сказал я. «В противном случае советские экстремисты могли бы процитировать неуклюжие прецеденты против него «.

Милюков, который скорее принадлежит к школе Руссо и, будучи душа доброты слишком склонна верить в врожденное доброта человечества, не думает, что жизнь суверены в опасности. Если он хочет, чтобы они ушли, то в основном чтобы избавить их от печали заключения и суда, что значительно увеличило бы трудности правительства. Он придает большое значение необычайной сдержанности и терпению. проявленные людьми во время этой революции, небольшое количество жертв, то, как быстро последовало насилие модерацией и т. д.

«Все в порядке», — сказал я; «мафия скоро вернулся к своей естественной доброте сердца, потому что это не в любое сильное страдание и переполняется приятным ощущением свободы.Но если начнется голод, сразу же начнется насилие ».

Я процитировал очень выразительное замечание Родерера в 1792:

«Ораторам достаточно воззвать к голоду, чтобы вызвать жестокость».


Вторник, 20 марта 1917 г.

Манифест Временного правительства был опубликован сегодня утром. Это длинный, многословный и сильно сформулированный документ, который яростно осуждает режим ancien и обещает народу все преимущества равенства и свободы. О войне почти не упоминается: Временное правительство будет лояльно поддерживать все свои союзы и сделать все, что в ее силах, чтобы обеспечить армию всеми ее возможностями. потребности с целью ведения войны до победного конца. Ничего лишнего!

Я пошел прямо к Милюкову, именно так и сказал:

«После недавних разговоров с вами я не был удивлен язык, принятый в манифесте, опубликованном сегодня утром предмет войны; но это не делает меня менее злым.Решимость вести войну любой ценой и до полной а окончательная победа даже не упоминается! Название Германии делает не происходит! Нет ни малейшего намека на прусский милитаризм: Никаких ссылок на наши военные цели! Франция тоже имела ее революции с врагом у ворот; но Дантон в 1792 г. и Гамбетта в 1870 году использовал совсем другой язык. . . И все же в В те дни у Франции не было союзника, который подвергался бы смертельной опасности от ее имени ».

Милюков выглядел очень бледным и смущенным, выслушивая меня. Выбор его слова осторожно, он утверждал, что манифест был предназначен специально для русской нации и вообще политического красноречия сегодня используется более умеренная лексика, чем в 1792 и 1870 годах.

Затем я прочитал ему воззвание, которое наши социалисты, Гед, Сембат и Альберт Томас только что обратились — по моему предложению — в социалистов России, и мне не составило труда доставить домой ему теплоту тона, яростную решимость и решительность побеждать, что вдохновляет каждую строчку этого призыва.(1)

Милюков, казалось, до глубины души растроганный, сделал он старается убедить смягчающие обстоятельства, трудности внутренней ситуации и т. д. Он заключил с:

«Дай мне время!»

«Время никогда не было дороже! было так необходимо! Пожалуйста, не думайте, что это не очень больно для мне говорить с тобой вот так. Но момент слишком серьезный чтобы мы относились друг к другу дипломатическими эвфемизмами. Вопрос с которым мы столкнулись — или, возможно, я должен сказать вопрос что на нас навязывает: да или нет, пойдёт Россия? сражаясь на стороне своих союзников до полной и окончательной победы, без запинки и без скрытых мотивов? Ваши способности и ваше патриотическое и благородное прошлое — моя гарантия, что вы скоро дайте мне ответ, которого я ожидаю. «

Милюков пообещал воспользоваться первой возможностью, чтобы настроить наши взгляды полностью в покое.

.

Сегодня днем ​​прогулялся по центру города. и Василий-Остров. Порядок практически восстановлен. Есть меньше пьяных солдат, кричащих мобов и броневиков, груженных злобные маньяки. Но я обнаружил, что «встречи» продолжаются повсюду, под открытым небом, или, может быть, я должен сказать открыто шторм. Группы были небольшие: человек двадцать-тридцать снаружи, и состоял из солдат, крестьян, рабочих и студентов.Один компании устанавливает камень, скамейку или груду снега и молчит, дико жестикулируя. Аудитория пристально смотрит смотрит на оратора и слушает, как бы поглощённо увлечённым. Как только как только он останавливается, его место занимает другой и сразу получает то же самое пылкое, молчаливое и сосредоточенное внимание.

Какое это простое и трогательное зрелище, когда вспоминаешь что русский народ веками ждал правильного речи!

По дороге домой я заехал к княгине Р —— на Сергиевской. для чая.

Прекрасная мадам Д ——, «Гудон Диана» или Таврическая Диана «была там в сделанном на заказ и скунсовом токе, курение сигарет с хозяйкой дома. Князь Б ——, Генерал S —— и несколько его фамильяров пришли к нам после разное. Рассказанные истории и обмен впечатлениями выявили мрачнейший пессимизм.

Но было одно беспокойство сильнее всех остальных, преследующее страх в каждом уме — раздел земли.

«Мы не выберемся из этого в этот раз! Что будет стать из нас без нашей ренты? »

Для русского дворянства рента, конечно, главное, и часто единственный источник дохода.

Предчувствия компании заключались не только в юридическом разделе. земли, т.е. формальная экспроприация, но конфискация сверху, разграбление оптом и жакери . Я уверен, что такой же разговор можно услышать в каждом уголок России в настоящее время.

Вошел новый звонивший, лейтенант Шевалье-Гард, . в комнате, одетый в красную одежду на своей тунике. Он успокаивал компании немного обеспокоены, рассказывая им (поддерживая его аргумент цифрами), что аграрный вопрос не так страшен как кажется на первый взгляд.

«Нет необходимости немедленно обращаться в наши поместья. чтобы утолить голод крестьян, — сказал он ». Вместе с коронными землями, возможно, девяносто четыре миллиона десятин, (2) церковно-монастырских земель, допустим три миллиона десятин, хватит на моджики от грызунов довольно долгое время давай. «

Вся его аудитория согласилась с этим аргументом; все утешены с мыслью, что, очевидно, русский дворянство не пострадает слишком сильно, если Император, Императрица, Великие князья, великие княжны, церковь и монастыри безжалостно грабят и грабят.Как сказал Рошфуко: «Мы всегда может найти в себе силы перенести чужие несчастья ».

Попутно замечу, что один из присутствующих обладает имение 300 000 га на Волыни!

Когда я вернулся в посольство, я услышал, что министерский кризис во Франции и место Бриана занято пользователя Ribot.


Вторник, 21 марта 1917 г.

В последние дни среди мафии распространился слух. что «Гражданин Романов» и его жена «Александра» немцы «тайно работают над восстановлением самодержавия, при попустительстве «умеренных» министров Львов, Милюков, Гучков и др. Советский соответственно требовал немедленный арест государей вчера вечером. В Временное правительство уступило его желаниям. В тот же вечер четыре депутата Думы, Бубликов, Грибунин, Калинин и Вершинин, уехал в G.H.Q. в Могилеве, с указанием принести Императору обратно с ними.

Что касается императрицы, то генерал Корнилов отправился в Царское Село. сегодня утром в сопровождении. По прибытии в Александровский дворец он был немедленно принят царицей, которая услышала решение Временного правительства без замечаний; все, что она просила, было что ей следует оставить всех слуг, которые ухаживают за ее дети-инвалиды — просьба, которая была удовлетворена. Александр Дворец теперь отрезан от всех коммуникаций с внешним миром.

Милюков очень расстроен арестом императора и императрица; он хочет, чтобы король Англии оказал им гостеприимство британской территории и даже гарантировать их безопасность; у него есть поэтому умолял. Бьюкенен немедленно телеграфирует в Лондон и настаивает на том, чтобы получив ответ без промедления.

«Это последний шанс обезопасить этих несчастных свободы и, возможно, спасения их жизней! »- сказал он нам.

Бьюкенен сразу же вернулся в посольство, чтобы передать Милюкову предложение своему правительству.

Когда я шел сегодня днем ​​по Миллионайе, Я видел великого князя Николая Михайловича. В гражданском платье — наряд старого чинооника — он был крадущимся вокруг его дворца. Он открыто встал на сторону революции и полон оптимистичных разговоров. Я знаю его достаточно хорошо, чтобы не иметь сомневаюсь, что он искренен, когда говорит, что крах самодержавия теперь будет означать спасение и величие России; но я делаю не знаю, надолго ли сохранит свои иллюзии и надежды он не потеряет их, как Филипп-Эгалите потерял свои. В в любом случае он честно сделал все возможное, чтобы открыть глаза Императору к приближающейся катастрофе, он действительно набрался храбрости время назад, чтобы отправить ему следующее письмо, которое было показано сегодня утром:

Вы часто упоминали о своем намерении продолжить война к победе! Но вы действительно думаете, что победа возможна в нынешнее положение дел?

Вы знаете ситуацию в Империи? Вам сказали правда? Кто-нибудь указал, где корень зла вранье?

Вы часто говорили мне, что мужчины всегда обманывали вы и единственное, во что вы верили, так это во взгляды Твоя жена.Я говорю вам, что слова, которые она произносит, являются результатом умных происков и не по правде. Если вы бессильны избавить ее от этих влияний, по крайней мере, вы что можно сделать, — это всегда быть настороже против интриганов, которые использовать ее как свой инструмент. Очистите эти темные силы, и вы немедленно восстановите доверие своих людей, которое у вас есть уже наполовину потеряна.

Я долго колебался, прежде чем сказать вам правду, но я решил сделать это, при поддержке твоей матери и две сестры.Вы станете свидетелями новых волнений, нет, покушение на вашу жизнь.

Я говорю так же, как и в интересах вашей безопасности и вашего престола и страны.


Четверг, 22 марта 1917 г.

Император сегодня утром прибыл в Царское Село.

Его арест в Могилеве не привел к происшествию; его прощание с окружавшие его офицеры (многие из которых плакали) приводили в замешательство банальна в своей простоте.Но порядок дня, в котором он прощается с армией, имеет определенное благородство:

Я обращаюсь к вам в последний раз, вы, солдаты, которые так дороги в моем сердце. Поскольку я отрекся от престола России для себя и мой сын, власть передана Временному правительству созданный по инициативе Императорской Думы.

Да поможет Бог этому правительству привести Россию к славе и процветанию! И пусть Бог также поможет вам, мои храбрые солдаты, защитить ваши страна против жестокого врага! Более двух с половиной лет вы постоянно терпите тяготы тяжелой службы; пролито много крови, приложены огромные усилия и уже близок час, в который Россия и ее славная союзники сломят последнее отчаянное сопротивление врага одним мощным общим усилием.

Эта беспрецедентная война должна быть доведена до окончательной победы. Тот, кто думает о мире в настоящий момент, предатель Россия.

Я твердо убежден, что безграничная любовь, которую вы несете, нашу прекрасное Отечество не умерло в ваших сердцах. Пусть Бог благословит Вы и Святой Георгий, великомученик, ведете вас к победе!

НИКОЛАЙ.

Возвращаясь с посещения Адмиралтейского канала, через который я приехал Улица Глинки, на которой живет великий князь Кирилл Владимирович.Я видел, как что-то развевалось над его дворцом — красный флаг!


Сноски к главе

1. Текст телеграммы от Мм. Жюль Гед, Сембата и Томаса — министру юстиции М. Керенскому. Временное правительство.

Париж,
18 марта 1917 г.

Поздравляем министра-социалиста возродившейся России. и братский привет.

Мы приветствуем обретение свободного правительства для своей страны рабочим классом и русским социализмом с глубочайшей эмоции.

Еще раз, как и наши предки великой Революции, вы должны приложить те же усилия, чтобы обеспечить независимость нации и защиты страны.

Войной, доведенной до крайности, и героической дисциплиной гражданских солдат, которые готовы отдать свои жизни за свободу, мы должны работать вместе, чтобы уничтожить последний и самый грозный цитадель абсолютизма, прусский милитаризм.

Все здесь смотрят с безмятежной уверенностью в поисках свежих сил. со стороны русского народа, вся энергия которого будет склонялся к войне.Это победа, которую мы собираемся одержать благодаря нашим пыл, который, принося мир во всем мире, обеспечит его благополучие и свобода навеки.

ДЖУЛ ГЕСДЕ, МАРСЕЛЬ СЕМБАТ. АЛЬБЕРТ ТОМАС.

2. desiatin — это приблизительно один га.


Объем III, Глава десятая

Стол содержания

Родзянко призывает царя не брать командование (1915)

25 августа 1915 года председатель Государственной Думы Михаил Родзянко написал Николаю II, призывая царя пересмотреть свое решение принять командование армией:

Ваше Императорское Величество,

«В дополнение к моему устному докладу, который я имел честь представить вам 24 августа, я осмеливаюсь снова умолять Ваше Величество не подвергать вашу священную личность опасностям, которым вы можете подвергнуться последствиями вашего решения.

Отец! Вы — символ и эталон, вокруг которого сплачиваются все народы России. Этот стандарт нельзя и нельзя втягивать в стресс и бурю испытаний, с которыми мы столкнулись. Он должен сиять, как светильник для всех стремлений нации, служить непобедимым оплотом для всех сынов России и обещанием безопасности для их умов, встревоженных этими событиями.

Отец! Перед лицом нации у вас нет права допустить, чтобы случилось что-либо, что могло бы бросить самую слабую тень на это священное знамя.

В этот ужасный час опасности, беспрецедентный в истории России, когда возникает возможность тяжелого тевтонского ига над русской землей, вы, государь, должны быть выше тех органов власти, которые берут на себя обязанность немедленно отразить враг. Вы не можете действовать как исполнитель: вы должны быть судьей, милостивым вдохновителем или непримиримым карателем.

Но если вы, Сир, возьмете на себя прямое командование нашей славной армией, вы — последнее прибежище своего народа, кто тогда вынесет приговор в случае поражения или поражения? Разве не очевидно, государь, что вы добровольно отдадите свою неприкосновенность на суд народа? И это губительно для России. Подумайте, на что вы возлагаете руки — на самого себя, Сир!

Наша Родина переживает болезненный кризис. Нынешнее правительство, утратившее доверие к себе и силе воли, окружено всеобщим недоверием. Всякая идея власти была разрушена ее беспорядочными мерами, и тем не менее, более чем когда-либо прежде, в стране выросло осознание необходимости твердой, непоколебимой веры в себя и в народную силу правительства. Умы всех россиян достигли состояния небывалого напряжения, опасаясь за судьбу России.

Народ нетерпеливо жаждет силы, которая вселит уверенность и поведет страну на путь победы. Но в такое время, Ваше Величество, Вы решаете сместить верховного главнокомандующего, которому русский народ все еще полностью доверяет. Люди интерпретируют Ваш шаг не иначе, как вдохновленные окружающими Вас немцами, которые в умы людей отождествляются с нашими врагами и с изменой русскому делу.

В общественном сознании результатом решения Вашего Величества будет осознание безвыходности ситуации и хаоса, охватившего администрацию.

Отец! Ситуация будет еще хуже, если армия, лишившись лидера, пользующегося абсолютным доверием, потеряет мужество. В этом случае поражение неизбежно, и тогда внутри страны вспыхнет революция и анархия, сметая все со своего пути.

Ваше Величество! Пока не стало слишком поздно, отмените свое решение, каким бы трудным оно ни было для вас. Сохранить во главе армии великого князя Николая Николаевича. Успокойте встревоженные и взволнованные умы, сформировав правительство из людей, пользующихся вашим доверием и известных стране своей общественной деятельностью.

Отец, еще не поздно! Стоя на коленях, горячо прошу вас не откладывать решение, которое защитит священную личность русского царя и правящей династии.

Сир, прислушайтесь к этому правдивому слову из сердца Твоего преданного слуги ».

Родзянко
Петроград
25 августа 1915 г.

Телеграммы накануне Февральской революции (1917 г.)

Следующие телеграммы были отправлены накануне Февральской революции и сообщают о нарушении общественного порядка в Петрограде:

Генералу Алексееву, начальнику штаба
От генерала Хабалова
5. 40 вечера, 25 февраля

«Сообщаю, что из-за нехватки хлеба 23 и 24 февраля на многих предприятиях началась забастовка. 24 февраля около 200 000 рабочих объявили забастовку и вынудили других уволиться с работы. Движение трамвая было остановлено рабочими. Во второй половине дня 23 и 24 февраля часть рабочих прорвалась к Невскому, откуда и была рассеяна. В результате насилия в нескольких магазинах и трамваях были разбиты окна. Оружие в войсках не применялось.Четверо полицейских получили легкие ранения ».

Генералу Алексееву, начальнику штаба
От генерала Хабалова
13.15 26 февраля

«Сообщаю, что во второй половине дня 25 февраля толпы рабочих, собравшиеся на Знаменской площади и возле Казанского собора, неоднократно разгонялись милицией и военными. Около 17:00 демонстранты у Гостиного двора запели революционные песни и подняли красные флаги с надписями «Долой войну!». В ответ на предупреждение о том, что против них будет применено оружие, из толпы прозвучало несколько выстрелов из револьвера, один из которых ранил в голову солдата 9-го резервного кавалерийского полка. Отряд драгунов спешился и открыл огонь по толпе, убив троих и ранив десять человек. Толпа сразу разошлась.

Около 18:00 была брошена граната в отряд конных жандармов, в результате чего один жандарм и его лошадь были ранены. Вечер прошел относительно спокойно. 25 февраля бастовали 240 000 рабочих. Я выступил с заявлением, в котором запретил людям собираться на улицах и предупредил население, что любое проявление беспорядков будет подавлено силой оружия.Сегодня, 26 февраля, все утро в городе царит тишина ».

Царю
От Родзянко, председателя Думы
26 февраля

«Ситуация серьезная. В столице царит анархия. Правительство парализовано; транспортная система вышла из строя; полностью дезорганизованы системы снабжения продовольствием и топливом. Общее недовольство нарастает. На улицах беспорядочная стрельба; некоторые войска стреляют друг в друга.Необходимо, чтобы кому-то, пользующемуся доверием страны, было немедленно поручено формирование нового правительства. Никакой задержки быть не может. Любое промедление фатально. Я молю Бога, чтобы в этот час ответственность не упала на государя ».

Царю
От Родзянко, председателя Думы
27 февраля

«Ситуация ухудшается. Меры надо принимать немедленно, потому что завтра будет уже поздно. Пробил последний час, когда решается судьба страны и династии.”

Реестр бумаг Родзянко М.В. (Михаила Владимировича) за 1916-1923 гг.

Обработка Ольги Верховской Данлоп; машиночитаемое средство поиска, созданное Эрнан Кортес

Архивы Института Гувера

Стэнфордский университет

Стэнфорд, Калифорния 94305-6010

Телефон: (650) 723-3563

Факс: (650) 725-3445

Электронная почта: hooverarchives @ stanford. edu

© 1998

Архив Института Гувера. Все права защищены.


Реестр бумаг Родзянко М.В. (Михаила Владимировича) за 1916-1923 гг.

Архивы Института Гувера
Стэнфордский университет
Стэнфорд, Калифорния

Контакты

  • Архив Гувера
  • Стэнфордский университет
  • Стэнфорд, Калифорния 94305-6010
  • Телефон: (650) 723-3563
  • Факс: (650) 725-3445
  • Электронная почта: hooverarchives @ stanford. edu
Обработал:
Ольга Верховской Данлоп
Дата завершения:
1995
Кодирует:
Эрнан Кортес

© 1998 Hoover Institution Archives. Все права защищены.


Описательное резюме

Название: М.В. (Михаил Владимирович) Родзянко Статьи,

Дата (включительно): 1916-1923 гг.

Номер коллекции: 27003

Создатель: Родзянко М. В. (Михаил Владимирович), 1859-1924 гг.

Размер коллекции: 1 ящик для рукописей (0.4 погонных фута)

Репозиторий: Архивы Института Гувера

Стэнфорд, Калифорния 94305-6010

Резюме: Переписка, труды и отчеты, касающиеся усилий России в Первой мировой войне, русской революции и гражданской войны, а также антибольшевистские движения.Включены письма и доклады генералам Врангелю и Деникину.

Язык: Русский.

Административная информация

Доступ

Коллекция открыта для исследования.

Архивы учреждения Гувера разрешают доступ только к копии аудиовизуальных материалов. Чтобы послушать звукозаписи или просмотреть видео или фильмы во время вашего визита, обратитесь в Архивы минимум за два рабочих дня до вашего приезда. Затем мы сообщим вам о доступности материала, который вы хотите просмотреть. или услышать. Обратите внимание, что не все аудиовизуальные материалы доступны сразу.

Права на публикацию

Информацию о статусе авторских прав можно получить в архиве Института Гувера

Предпочтительное цитирование

[Идентификация предмета], Михаил В.Документы Родзянко, [Box no.], Гуверовский институт. Архивы.

Информация о приобретении

Приобретено в архивах Гуверовского института. Прирост был добавлен в 1927 году.

Начисления

Материалы могли быть добавлены в коллекцию после того, как было подготовлено данное пособие.Чтобы определить, произошло ли это, найдите коллекция в онлайн-каталоге Стэнфордского университета по адресу http://searchworks.stanford.edu/. Материалы добавлены в коллекцию, если количество ящиков, указанных в онлайн-каталоге, превышает количество коробок, перечисленных в данном пособии.

Доступна альтернативная форма

Также доступно на микрофильме (1 катушка).

Точки доступа

Вооруженные силы на Юге России.

Мировая война, 1914-1918 гг.

Мировая война 1914-1918 гг. — Россия.

Россия.

Советский Союз.

Советский Союз — История — Революция 1917-1921 гг.

Государственных деятеля — Россия.

Деникин Антон Иванович, 1872-1947 гг.

Врангель, Петр Николаевич, барон, 1878-1928 гг.

Биографическая справка

. .
1859 Родился в родовой усадьбе, Екатеринославская губерния, Россия.Получил образование в Пажеском корпусе
1878-1882 Состоит в гвардейском кавалерийском полку
1883-1885 Мировой судья в Екатеринославской губернии
1886–1891 Служит предводителем дворянства Екатеринославской губернии
1900–1906 Возглавляет Екатеринославскую губернскую судебную власть (Екатеринославская Земская Управа)
1905 Является одним из основателей партии октябристов (Союз 17 Октября)
1906-1907 Избран депутатом Третьей и Четвертой Думы и назначен членом Государственного Совета.
1911-1912 Избран председателем Третьей и Четвертой Думы
1917 помогает убедить императора Николая II отречься от престола.После Февральской революции уходит из правительства и присоединяется к антибольшевистским силам на юге России
1920 Эмигрирует в Сербию
1924 Dies, Белград, Сербия

Коробка 1

ФАЙЛ ДЛЯ ПЕРЕПИСКИ, 1918-1923 гг.

Примечание об объеме и содержании

Голографические черновики писем и писем в редакцию по политическим вопросам. Также включает копии переписки с атаманом Петром Красновым. В алфавитном порядке по имя корреспондента

Коробка 1

ПИСЬМА, 1916-1923 гг.

Примечание об объеме и содержании

Голографические черновики и машинописные копии отчетов и статей, относящихся к политической сфере. имеет значение. В хронологическом порядке

ПЕРЕПИСКА, 1918-1923 гг.

Общие.Письма в редакцию. Эскизы голограмм

Коробка 1, Папка 1

Монархический Совет, н.д.

Папка 3

Русское Дело, 1922 сен. , re Великий князь Кирилл Владимирович

Папка 4

Антоний, митрополит Киевский и Галицкий, 1921 год

Папка 5

Краснов, Петр, Атаман.»О высылке атаманом П. Н. Красновым — М. В. Родзянки из пределов Всевеликаго Войска Донского», 1918. Переписка между атаманом Петром Красновым и Михаилом Родзянко. Машинопись копии

Папка 6

Шопфер, Сидней, 1923 г. , дело Конради и Полунина

Коробка 1, Папка 7

«По поведу конференции в Генуе», п.d. Черновик голографии

Папка 8

Отчет без названия о положении на Русском фронте за 1916 год. Машинопись

Папка 9

Отчет без названия генералуАлексей Деникин о ситуации в Екатеринославе, сентябрь-октябрь 1919 года. Машинопись

Папка 10

«Что делать России и русским людям», 1920 май. Черновик голографии в двух тетрадях. Включает также часть проекта письма генералу Петру Врангелю ‘

Папка 11

«Что нужно делать», 1921 г.Черновик голографии

Папка 12

«Позднее раскаи», 1921 г. Черновик голографии

Папка 13

Очерк без названия о деле Конради и Полунина, 1923 год. Черновик голографии

ВЕЛИКАЯ ВОЙНА 18: Толстый Родзянко прислал мне чушь (Царь Николай II) [Основное название]

описание
Описание объекта

События в России, предшествовавшие большевистской революции 1917 года.

Полное описание

Октябрьская революция 1917 года вывела Россию из войны. Россия всегда была проблемой для Германии; хотя российские армии часто легко терпели поражение, они вынудили отвести немецкие войска с других фронтов и пригрозили полностью разгромить Австро-Венгрию в 1916 году.Остальные союзники надеялись на новое наступление русских в 1917 году; но русская армия «страдала буквально невыносимо», повсюду царила усталость от войны и братание с немецкими солдатами. Русское руководство войной фактически становилось более эффективным, но Николай II, ставший главнокомандующим в 1915 году, был безрезультатным, а жизнь среднего русского крестьянина, рабочего или беженца была жалкой. Николай все больше полагался на царицу и ее духовного наставника Распутина, который явился символом всех бед России и чье убийство было встречено с радостью.Зима 1916-1917 гг. Была очень суровой, и царь отказался увольнять некомпетентных министров. В марте 1917 года протесты против еды в Петрограде переросли в полномасштабное восстание, к которому присоединилась армия. Царь был вынужден отречься от престола, и при князе Львове было сформировано временное правительство с Керенским в качестве министра юстиции. Союзники надеялись, что этот новый либеральный режим улучшит военные действия России. Тем временем экстремистские большевики, пропустившие настоящую революцию, вышли из тюрьмы или ссылки во главе с Лениным, прибывшим в Россию с помощью Германии из Швейцарии 16 апреля.Керенский, ныне военный министр, планировал летнее наступление, которое началось 1 июля, но после первоначального успеха было отражено; Русская армия распалась. Ленин использовал хаос, призывая к миру. Керенскому пришлось использовать войска, чтобы подавить народный протест и объявить большевиков вне закона. Но когда главнокомандующий генерал Корнилов приказал своим войскам двинуться на Петроград, Керенский был вынужден перевооружить большевиков для защиты своей либеральной революции. Это составило ядро ​​Красной гвардии.Тем временем в октябре немцы спровоцировали кризис в России, начав морскую атаку на балтийские острова к северу от Риги, обезопасив свой фланг для возможного наступления на Петроград. Ленин смог вернуться в Россию, и 7 ноября большевики захватили власть в результате почти бескровного переворота, штурмовав Зимний дворец в Петрограде. Было заключено перемирие и начались переговоры с немцами в Брест-Литовске. У немцев не хватало времени и зерна: они заключили отдельные мирные договоры с антибольшевистским государством Украина и с Румынией, чтобы обеспечить и то и другое, а когда большевики попытались затянуть переговоры, начали новое наступление, вынудив их принять самые жесткие условия. .Немцы также оказали Финляндию военную помощь в очистке от оккупационных русских войск. Все это означало значительные военные обязательства Германии на Восточном фронте даже после подписания мира.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.