Баллада жуковского эолова арфа – . . . .

Василий Жуковский - Эолова арфа: читать стих, текст стихотворения поэта классика на РуСтих

Владыка Морвены,
Жил в дедовском замке могучий Ордал;
Над озером стены
Зубчатые замок с холма возвышал;
Прибрежны дубравы
Склонялись к водам,
И стлался кудрявый
Кустарник по злачным окрестным холмам.

Спокойствие сеней
Дубравных там часто лай псов нарушал;
Рогатых еленей,
И вепрей, и ланей могучий Ордал
С отважными псами
Гонял по холмам;
И долы с холмами,
Шумя, отвечали зовущим рогам.

В жилище Ордала
Веселость из ближних и дальних краев
Гостей собирала;
И убраны были чертоги пиров
Еленей рогами;
И в память отцам
Висели рядами
Их шлемы, кольчуги, щиты по стенам.

И в дружных беседах
Любил за бокалом рассказы Ордал
О древних победах
И взоры на брони отцов устремлял:
Чеканны их латы
В глубоких рубцах;
Мечи их зубчаты;
Щиты их и шлемы избиты в боях.

Младая Минвана
Красой озаряла родительский дом;
Как зыби тумана,
Зарею златимы над свежим холмом,
Так кудри густые
С главы молодой
На перси младые,
Вияся, бежали струей золотой.

Приятней денницы
Задумчивый пламень во взорах сиял:
Сквозь темны ресницы
Он сладкое в душу смятенье вливал;
Потока журчанье —
Приятность речей;
Как роза дыханье;
Душа же прекрасней и прелестей в ней.

Гремела красою
Минвана и в ближних и в дальних краях;
В Морвену толпою
Стекалися витязи, славны в боях;
И дщерью гордился
Пред ними отец…
Но втайне делился
Душою с Минваной Арминий-певец.

Младой и прекрасный,
Как свежая роза — утеха долин,
Певец сладкогласный…
Но родом не знатный, не княжеский сын;
Минвана забыла
О сане своем
И сердцем любила,
Невинная, сердце невинное в нем.—

На темные своды
Багряным щитом покатилась луна;
И озера воды
Струистым сияньем покрыла она;
От замка, от сеней
Дубрав по брегам
Огромные теней
Легли великаны по гладким водам.

На холме, где чистым
Потоком источник бежал из кустов,
Под дубом ветвистым —
Свидетелем тайных свиданья часов —
Минвана младая
Сидела одна,
Певца ожидая,
И в страхе таила дыханье она.

И с арфою стройной
Ко древу к Минване приходит певец.
Всё было спокойно,

Как тихая радость их юных сердец:
Прохлада и нега,
Мерцанье луны,
И ропот у брега
Дробимыя с легким плесканьем волны.

И долго, безмолвны,
Певец и Минвана с унылой душой
Смотрели на волны,
Златимые тихоблестящей луной.
«Как быстрые воды
Поток свой лиют —
Так быстрые годы
Веселье младое с любовью несут».—

«Что ж сердце уныло?
Пусть воды лиются, пусть годы бегут;
О верный! о милой!
С любовию годы и жизнь унесут!»—
«Минвана, Минвана,
Я бедный певец;
Ты ж царского сана,
И предками славен твой гордый отец».—
«Что в славе и сане?
Любовь — мой высокий, мой царский венец.

О милый, Минване
Всех витязей краше смиренный певец.
Зачем же уныло
На радость глядеть?
Всё близко, что мило;
Оставим годам за годами лететь».—

«Минутная сладость
Веселого вместе, помедли, постой;
Кто скажет, что радость
Навек не умчится с грядущей зарей!
Проглянет денница —
Блаженству конец;
Опять ты царица,
Опять я ничтожный и бедный певец».—

«Пускай возвратится
Веселое утро, сияние дня;
Зарей озарится
Тот свет, где мой милый живет для меня.

Лишь царским убором
Я буду с толпой;
А мыслию, взором,
И сердцем, и жизнью, о милый, с тобой».

«Прости, уж бледнеет
Рассветом далекий, Минвана, восток;
Уж утренний веет
С вершины кудрявых холмов ветерок».—
«О нет! то зарница
Блестит в облаках,
Не скоро денница;
И тих ветерок на кудрявых холмах».—

«Уж в замке проснулись;
Мне слышался шорох и звук голосов».—
«О нет! встрепенулись
Дремавшие пташки на ветвях кустов».—
«Заря уж багряна».—
«О милый, постой».—
«Минвана, Минвана,
Почто ж замирает так сердце тоской?»

И арфу унылой
Певец привязал под наклоном ветвей:
«Будь, арфа, для милой
Залогом прекрасных минувшего дней;
И сладкие звуки
Любви не забудь;
Услада разлуки
И вестник души неизменныя будь.

Когда же мой юный,
Убитый печалию, цвет опадет,
О верные струны,
В вас с прежней любовью душа перейдет.
Как прежде, взыграет
Веселие в вас,
И друг мой узнает
Привычный, зовущий к свиданию глас.

И думай, их пенью
Внимая вечерней, Минвана, порой,
Что легкою тенью,
Всё верный, летает твой друг над тобой;
Что прежние муки:

Превратности страх,
Томленье разлуки —
Всё с трепетной жизнью он бросил во прах.

Что, жизнь переживши,
Любовь лишь одна не рассталась с душой;
Что робко любивший
Без робости любит и более твой.
А ты, дуб ветвистый,
Ее осеняй;
И, ветер душистый,
На грудь молодую дышать прилетай».

Умолк — и с прелестной
Задумчивых долго очей не сводил…
Как бы неизвестный
В нем голос: навеки прости! говорил.
Горячей рукою
Ей руку пожал
И, тихой стопою
От ней удаляся, как призрак пропал…

Луна воссияла…
Минвана у древа… но где же певец?
Увы! предузнала
Душа, унывая, что счастью конец;
Молва о свиданье
Достигла отца…
И мчит уж в изгнанье
Ладья через море младого певца.

И поздно и рано
Под древом свиданья Минвана грустит.
Уныло с Минваной
Один лишь нагорный поток говорит;
Всё пусто; день ясный
Взойдет и зайдет —
Певец сладкогласный
Минваны под древом свиданья не ждет.

Прохладою дышит
Там ветер вечерний, и в листьях шумит,
И ветви колышет,
И арфу лобзает… но арфа молчит.
Творения радость,
Настала весна —
И в свежую младость,

Красу и веселье земля убрана.

И ярким сияньем
Холмы осыпал вечереющий день;
На землю с молчаньем
Сходила ночная, росистая тень;
Уж синие своды
Блистали в звездах;
Сравнялися воды;
И ветер улегся на спящих листах.

Сидела уныло
Минвана у древа… душой вдалеке…
И тихо всё было…
Вдруг… к пламенной что-то коснулось щеке;
И что-то шатнуло
Без ветра листы;
И что-то прильнуло
К струнам, невидимо слетев с высоты…

И вдруг… из молчанья
Поднялся протяжно задумчивый звон;
И тише дыханья
Играющей в листьях прохлады был он.
В ней сердце смутилось:
То друга привет!
Свершилось, свершилось!..
Земля опустела, и милого нет.

От тяжкия муки
Минвана упала без чувства на прах,
И жалобней звуки
Над ней застенали в смятенных струнах.
Когда ж возвратила
Дыханье она,
Уже восходила
Заря, и над нею была тишина.

С тех пор, унывая,
Минвана, лишь вечер, ходила на холм
И, звукам внимая,
Мечтала о милом, о свете другом,
Где жизнь без разлуки,
Где всё не на час —
И мнились ей звуки,
Как будто летящий от родины глас.

«О милые струны,

Играйте, играйте… мой час недалек;
Уж клонится юный
Главой недоцветшей ко праху цветок.
И странник унылый
Заутра придет
И спросит: где милый
Цветок мой?.. и боле цветка не найдет».

И нет уж Минваны…
Когда от потоков, холмов и полей
Восходят туманы
И светит, как в дыме, луна без лучей —
Две видятся тени:
Слиявшись, летят
К знакомой им сени…
И дуб шевелится, и струны звучат.

Анализ баллады «Эолова арфа» Жуковского

Баллада «Эолова арфа» была написана в 1814 году. Стихотворение относится к «долбинскому» периоду, когда поэт В.А. Жуковский испытывал сильные любовные переживания. В конце 1814 года им было написано множество произведений с романтическим сюжетом.

Главная героиня стихотворения — девушка Минвана, которая является дочерью властителя Морвены. Ее добиваются многие воины, но сердце Минваны принадлежит певцу Арминию. Однако певец понимает, что им никогда не быть вместе из-за разницы в социальном положении. Влюбленные встречаются тайно, но знают, что рано или поздно им придется расстаться.

Арминий привязывает к дереву арфу и обещает любимой, что после смерти превратится в ветер и будет напоминать ей о себе звуком инструмента.

Через некоторое время отец Минваны — Ордал узнает о тайном женихе дочери и приказывает изгнать Арминия. Через несколько лет девушка приходит к дереву и слышит приятную мелодию арфы. В этот момент она понимает, что ее любимый больше не принадлежит миру живых. Минвана мучается от тоски и вскоре погибает. В конце произведения автор дарует влюбленным возможность встретиться на небесах.

Произведение написано в резкой тональности и раскрывает тему «запрещенной любви». Обстановка, в которой происходят действия героев, отличается от «русско-народной». В стихотворении четко прослеживается североевропейский пейзаж.

К примеру строки словосочетания «зубчатые стены замка», «озеро воды», «висели рядами их шлемы», а также имена героев демонстрируют средневековой колорит. Считается, что во всей балладе прослеживается влияние оссиановского течения.

Чтобы показать читателям неразрывную связь душ влюбленных, автор дает им созвучные имена — Минвана, Арминий. Основной текст стихотворения описывает свидания пары. Его можно сопоставить с диалогом Ромео и Джульетты.

Чтобы изобразить средневековье, в тексте используют неправильный порядок слов, устаревшую речь, перемещение ударений.

В произведении символом любви является арфа, подвешенная на дереве. Этот жест имеет схожесть со стихотворением И.И. Дмитриева «К Лире».

Критики заметили, что в балладе используется своеобразная рифма. К примеру, в одной строфе идет чередование четырехстопного и двустопного амфибрахия. Такое построение предложений и рифм деформирует структуру произведения, что приводит к преобразованию баллады в лирическое стихотворение с человечным содержанием.

Дополнительно можно выделить перекрестную рифму, где чередуются женские и мужские окончания.

rustih.ru

«Эолова арфа» В. Жуковский - читать, анализ стихотворения

«Эолова арфа» Василий Жуковский

Владыка Морвены,
Жил в дедовском замке могучий Ордал;
Над озером стены
Зубчатые замок с холма возвышал;
Прибрежны дубравы
Склонялись к водам,
И стлался кудрявый
Кустарник по злачным окрестным холмам.

Спокойствие сеней
Дубравных там часто лай псов нарушал;
Рогатых еленей,
И вепрей, и ланей могучий Ордал

С отважными псами
Гонял по холмам;
И долы с холмами,
Шумя, отвечали зовущим рогам.

В жилище Ордала
Веселость из ближних и дальних краев
Гостей собирала;
И убраны были чертоги пиров
Еленей рогами;
И в память отцам
Висели рядами
Их шлемы, кольчуги, щиты по стенам.

И в дружных беседах
Любил за бокалом рассказы Ордал
О древних победах
И взоры на брони отцов устремлял:
Чеканны их латы
В глубоких рубцах;
Мечи их зубчаты;
Щиты их и шлемы избиты в боях.

Младая Минвана
Красой озаряла родительский дом;
Как зыби тумана,
Зарею златимы над свежим холмом,
Так кудри густые
С главы молодой
На перси младые,
Вияся, бежали струей золотой.

Приятней денницы
Задумчивый пламень во взорах сиял:
Сквозь темны ресницы
Он сладкое в душу смятенье вливал;
Потока журчанье —
Приятность речей;
Как роза дыханье;
Душа же прекрасней и прелестей в ней.

Гремела красою
Минвана и в ближних и в дальних краях;
В Морвену толпою
Стекалися витязи, славны в боях;
И дщерью гордился
Пред ними отец…

Но втайне делился
Душою с Минваной Арминий-певец.

Младой и прекрасный,
Как свежая роза — утеха долин,
Певец сладкогласный…
Но родом не знатный, не княжеский сын;
Минвана забыла
О сане своем
И сердцем любила,
Невинная, сердце невинное в нем.—

На темные своды
Багряным щитом покатилась луна;
И озера воды
Струистым сияньем покрыла она;
От замка, от сеней
Дубрав по брегам
Огромные теней
Легли великаны по гладким водам.

На холме, где чистым
Потоком источник бежал из кустов,
Под дубом ветвистым —
Свидетелем тайных свиданья часов —
Минвана младая
Сидела одна,
Певца ожидая,
И в страхе таила дыханье она.

И с арфою стройной
Ко древу к Минване приходит певец.
Всё было спокойно,
Как тихая радость их юных сердец:
Прохлада и нега,
Мерцанье луны,
И ропот у брега
Дробимыя с легким плесканьем волны.

И долго, безмолвны,
Певец и Минвана с унылой душой
Смотрели на волны,
Златимые тихоблестящей луной.
«Как быстрые воды
Поток свой лиют —
Так быстрые годы
Веселье младое с любовью несут».—

«Что ж сердце уныло?
Пусть воды лиются, пусть годы бегут;
О верный! о милой!
С любовию годы и жизнь унесут!»—
«Минвана, Минвана,
Я бедный певец;
Ты ж царского сана,
И предками славен твой гордый отец».—
«Что в славе и сане?
Любовь — мой высокий, мой царский венец.

О милый, Минване
Всех витязей краше смиренный певец.
Зачем же уныло
На радость глядеть?
Всё близко, что мило;
Оставим годам за годами лететь».—

«Минутная сладость
Веселого вместе, помедли, постой;
Кто скажет, что радость
Навек не умчится с грядущей зарей!
Проглянет денница —
Блаженству конец;
Опять ты царица,
Опять я ничтожный и бедный певец».—

«Пускай возвратится
Веселое утро, сияние дня;
Зарей озарится
Тот свет, где мой милый живет для меня.

Лишь царским убором
Я буду с толпой;
А мыслию, взором,
И сердцем, и жизнью, о милый, с тобой».

«Прости, уж бледнеет
Рассветом далекий, Минвана, восток;
Уж утренний веет
С вершины кудрявых холмов ветерок».—
«О нет! то зарница
Блестит в облаках,
Не скоро денница;
И тих ветерок на кудрявых холмах».—

«Уж в замке проснулись;
Мне слышался шорох и звук голосов».—
«О нет! встрепенулись
Дремавшие пташки на ветвях кустов».—
«Заря уж багряна».—
«О милый, постой».—
«Минвана, Минвана,
Почто ж замирает так сердце тоской?»

И арфу унылой
Певец привязал под наклоном ветвей:
«Будь, арфа, для милой
Залогом прекрасных минувшего дней;
И сладкие звуки
Любви не забудь;
Услада разлуки
И вестник души неизменныя будь.

Когда же мой юный,
Убитый печалию, цвет опадет,
О верные струны,
В вас с прежней любовью душа перейдет.
Как прежде, взыграет
Веселие в вас,
И друг мой узнает
Привычный, зовущий к свиданию глас.

И думай, их пенью
Внимая вечерней, Минвана, порой,
Что легкою тенью,
Всё верный, летает твой друг над тобой;
Что прежние муки:
Превратности страх,
Томленье разлуки —
Всё с трепетной жизнью он бросил во прах.

Что, жизнь переживши,
Любовь лишь одна не рассталась с душой;
Что робко любивший
Без робости любит и более твой.
А ты, дуб ветвистый,
Ее осеняй;
И, ветер душистый,
На грудь молодую дышать прилетай».

Умолк — и с прелестной
Задумчивых долго очей не сводил…
Как бы неизвестный
В нем голос: навеки прости! говорил.
Горячей рукою
Ей руку пожал
И, тихой стопою
От ней удаляся, как призрак пропал…

Луна воссияла…
Минвана у древа… но где же певец?
Увы! предузнала
Душа, унывая, что счастью конец;
Молва о свиданье
Достигла отца…
И мчит уж в изгнанье
Ладья через море младого певца.

И поздно и рано
Под древом свиданья Минвана грустит.
Уныло с Минваной
Один лишь нагорный поток говорит;
Всё пусто; день ясный
Взойдет и зайдет —
Певец сладкогласный
Минваны под древом свиданья не ждет.

Прохладою дышит
Там ветер вечерний, и в листьях шумит,
И ветви колышет,
И арфу лобзает… но арфа молчит.
Творения радость,
Настала весна —
И в свежую младость,
Красу и веселье земля убрана.

И ярким сияньем
Холмы осыпал вечереющий день;
На землю с молчаньем
Сходила ночная, росистая тень;
Уж синие своды
Блистали в звездах;
Сравнялися воды;
И ветер улегся на спящих листах.

Сидела уныло
Минвана у древа… душой вдалеке…
И тихо всё было…
Вдруг… к пламенной что-то коснулось щеке;
И что-то шатнуло
Без ветра листы;
И что-то прильнуло
К струнам, невидимо слетев с высоты…

И вдруг… из молчанья
Поднялся протяжно задумчивый звон;
И тише дыханья
Играющей в листьях прохлады был он.
В ней сердце смутилось:
То друга привет!
Свершилось, свершилось!..
Земля опустела, и милого нет.

От тяжкия муки
Минвана упала без чувства на прах,
И жалобней звуки
Над ней застенали в смятенных струнах.
Когда ж возвратила
Дыханье она,
Уже восходила
Заря, и над нею была тишина.

С тех пор, унывая,
Минвана, лишь вечер, ходила на холм
И, звукам внимая,
Мечтала о милом, о свете другом,
Где жизнь без разлуки,
Где всё не на час —
И мнились ей звуки,
Как будто летящий от родины глас.

«О милые струны,
Играйте, играйте… мой час недалек;
Уж клонится юный
Главой недоцветшей ко праху цветок.
И странник унылый
Заутра придет
И спросит: где милый
Цветок мой?.. и боле цветка не найдет».

И нет уж Минваны…
Когда от потоков, холмов и полей
Восходят туманы
И светит, как в дыме, луна без лучей —
Две видятся тени:
Слиявшись, летят
К знакомой им сени…
И дуб шевелится, и струны звучат.

Баллада «Эолова арфа», написанная Василием Андреевичем Жуковским, относится к «долбинскому» периоду его творчества. С этим временем связаны наиболее сильные любовные переживания поэта, поэтому осень 1814 года, когда было создано это произведение, была очень плодотворной на романтические сюжеты.

Именно такой сюжет лег в основу «Эоловой арфы». Речь в балладе идет о молодых возлюбленных, которым не суждено быть вместе из-за разницы в их положении. Героиня баллады, юная красавица Минвана, — дочь Ордала, воинственного властителя Морвены. Ее руки добиваются многие славные воины, но ее сердце уже принадлежит незнатному певцу Арминию. Их чувство чистое и наивное: «Минвана забыла о сане своем, и сердцем любила, невинная, сердце невинное в нем». Певец понимает, что их тайные свидания не будут длиться вечно, поэтому он привязывает свою арфу к ветвям дуба, где проходили их встречи, и обещает вернуться к любимой хотя бы и ветром после смерти, и утешить Минвану милыми ее сердцу звуками.

Так и происходит. Отец девушки, узнав о свиданиях, изгоняет Арминия. Спустя годы Минвана снова приходит к дубу и слышит голос арфы. Все эти годы она хранила верность любви. Теперь, услышав голос арфы, она понимает, что милый уже не принадлежит этому миру, но по-прежнему верен ей. Тоска снедает Минвану, поэтому и ее смертный час тоже близок. В финальных строках баллады автор дарует счастье влюбленным, которые после смерти воссоединяются у памятного дерева, прославляя всепобеждающую силу любви.

В этом произведении прослеживаются как биографические мотивы, так и образы из других произведений, вдохновившие Жуковского на творчество. В частности, пейзажи («зубчатый замок с холма», «озера воды»), интерьеры («убраны были чертоги пиров еленей рогами», «висели рядами их шлемы, кольчуги, щиты по стенам»), портреты героев напоминают картины из средневековых баллад. Здесь прослеживается влияние оссиановского течения в литературе начала XIX века.

Нужно сказать, что «Эолова арфа» — очень проработанное произведение. Сохранилось несколько планов баллады с подробным описанием сюжета и диалогов. Даже имена персонажей имеют значение. Созвучием в именах «Минвана» и «Арминий» автор показывает неразрывную связь душ этих героев.

Язык стихотворения, как и полагается для изображения средневекового сюжета, устаревший. Часто используются инверсии (нарушение порядка слов) и перемещения ударения.

Критики отмечают, что балладе присущ своеобразный ритм – в одной строфе чередуются двухстопные и четырехстопные амфибрахии. Рифма перекрестная с чередованием мужских и женских окончаний.

Несмотря на то, что сюжет баллады уникальный, читателю могут вспомниться истории Ромео и Джульетты, Тристана и Изольды и других несчастных возлюбленный. «Эолова арфа» по праву занимает свое место среди прекрасных образов романтической поэзии.

pishi-stihi.ru

Стих Эолова арфа читать онлайн полностью, Баллады Василия Жуковского

Владыко Морвены,

Жил в дедовском замке могучий Ордал;

‎Над озером стены

Зубчатые замок с холма возвышал;

‎Прибрежны дубравы

‎Склонялись к водам,

‎И стлался кудрявый

Кустарник по злачным окрестным холмам.

 

‎Спокойствие сеней

Дубравных там часто лай псов нарушал;

‎Рогатых еленей

И вепрей и ланей могучий Ордал

‎С отважными псами

‎Гонял по холмам;

‎И долы с холмами,

Шумя, отвечали зовущим рогам.

 

‎В жилище Ордала

Веселость из ближних и дальних краев

‎Гостей собирала;

И убраны были чертоги пиров

‎Еленей рогами;

‎И в память отцам

‎Висели рядами

Их шлемы, кольчуги, щиты по стенам.

 

‎И в дружных беседах

Любил за бокалом рассказы Ордал

‎О древних победах

И взоры на брони отцов устремлял:

‎Чеканны их латы

‎В глубоких рубцах;

‎Мечи их зубчаты;

Щиты их и шлемы избиты в боях.

 

‎Младая Минвана

Красой озаряла родительский дом;

‎Как зыби тумана,

Зарею златимы над свежим холмом,

‎Так кудри густые

‎С главы молодой

‎На перси младые,

Вияся, бежали струей золотой.

 

‎Приятной денницы

Задумчивый пламень во взорах сиял:

‎Сквозь темны ресницы

Он сладкое в душу смятенье вливал;

‎Потока журчанье —

‎Приятность речей;

‎Как роза дыханье;

Душа же прекрасней и прелестей в ней.

 

‎Гремела красою

Минвана и в ближних и в дальних краях;

‎В Морвену толпою

Стекалися витязи, славны в боях;

‎И дщерью гордился

‎Пред ними отец…

‎Но втайне делился

Душою с Минваной Арминий-певец.

 

‎Младой и прекрасный,

Как свежая роза — утеха долин,

‎Певец сладкогласный…

Но родом не знатный, не княжеский сын:

‎Минвана забыла

‎О сане своем

‎И сердцем любила,

Невинная, сердце невинное в нем.

 

‎На темные своды

Багряным щитом покатилась луна;

‎И озера воды

Струистым сияньем покрыла она;

‎От замка, от сеней

‎Дубрав по брегам

‎Огромные теней

Легли великаны по гладким водам.

 

‎На холме, где чистым

Потоком источник бежал из кустов,

‎Под дубом ветвистым —

Свидетелем тайных свиданья часов —

‎Минвана младая

‎Сидела одна,

‎Певца ожидая,

И в страхе таила дыханье она.

 

‎И с арфою стройной

Ко древу к Минване приходит певец.

‎Все было спокойно,

Как тихая радость их юных сердец:

‎Прохлада и нега,

‎Мерцанье луны,

‎И ропот у брега

Дробимыя с легким плесканьем волны.

 

‎И долго, безмолвны,

Певец и Минвана с унылой душой

‎Смотрели на волны,

Златимые тихо блестящей луной.

‎«Как быстрые воды

‎Поток свой лиют —

‎Так быстрые годы

Веселье младое с любовью несут».

 

‎«Что ж сердце уныло?

Пусть воды лиются, пусть годы бегут,

‎О верный! о милый!

С любовию годы и жизнь унесут.» —

‎«Минвана, Минвана,

‎Я бедный певец;

‎Ты ж царского сана,

И предками славен твой гордый отец».

 

‎«Что в славе и сане?

Любовь — мой высокий, мой царский венец.

‎О милый, Минване

Всех витязей краше смиренный певец,

‎Зачем же уныло

‎На радость глядеть?

‎Все близко, что мило;

Оставим годам за годами лететь».

 

‎«Минутная сладость

Веселого вместе, помедли, постой;

‎Кто скажет, что радость

Навек не умчится с грядущей зарей!

‎Проглянет денница —

‎Блаженству конец;

‎Опять ты царица,

Опять я ничтожный и бедный певец».

 

‎«Пускай возвратится

Веселое утро, сияние дня;

‎Зарей озарится

Тот свет, где мой милый живет для меня.

‎Лишь царским убором

‎Я буду с толпой;

‎А мыслию, взором,

И сердцем, и жизнью, о милый, с тобой».

 

‎«Прости, уж бледнеет

Рассветом далекий, Минвана, восток;

‎Уж утренний веет

С вершины кудрявых холмов ветерок». —

‎«О нет! то зарница

‎Блестит в облаках;

‎Не скоро денница;

И тих ветерок на кудрявых холмах».

 

‎«Уж в замке проснулись;

Мне слышался шорох и звук голосов». —

‎«О нет! Встрепенулись

Дремавшие пташки на ветвях кустов». —

‎«Заря уж багряна».

‎«О милый, постой». —

‎«Минвана, Минвана,

Почто ж замирает так сердце тоской?»

 

‎И арфу унылый

Певец привязал под наклоном ветвей:

‎«Будь, арфа, для милой

Залогом прекрасных минувшего дней;

‎И сладкие звуки

‎Любви не забудь;

‎Услада разлуки

И вестник души неизменныя будь.

 

‎Когда же мой юный,

Убитый печалию, цвет опадет,

‎О верные струны,

В вас с прежней любовью душа перейдет.

‎Как прежде, взыграет

‎Веселие в вас,

‎И друг мой узнает

Привычный, зовущий к свиданию глас.

 

‎И думай, их пенью

Внимая вечерней, Минвана, порой,

‎Что лепкою тенью,

Все верный, летает твой друг над тобой;

‎Что прежние муки:

‎Превратности страх,

‎Томленье разлуки,

Все с трепетной жизнью он бросил во прах.

 

‎Что, жизнь переживши,

Любовь лишь одна не рассталась с душой;

‎Что робко любивший

Без робости любит и более твой.

‎А ты, дуб ветвистый,

‎Ее осеняй;

‎И, ветер душистый,

На грудь молодую дышать прилетай».

 

‎Умолк — и с прелестной

Задумчивых долго очей не сводил…

‎Как бы неизвестный

В нем голос: навеки прости! говорил.

‎Горячей рукою

‎Ей руку пожал

‎И, тихой стопою

От ней удаляся, как призрак пропал…

 

‎Луна воссияла…

Минвана у древа… но где же певец?

‎Увы! предузнала

Душа, унывая, что счастью конец;

‎Молва о свиданье

‎Достигла отца…

‎И мчит уж в изгнанье

Ладья через море младого певца.

 

‎И поздно и рано

Под древом свиданья Минвана грустит.

‎Уныло с Минваной

Один лишь нагорный поток говорит;

‎Все пусто; день ясный

‎Взойдет и зайдет —

‎Певец сладкогласный

Минваны под древом свиданья не ждет.

 

‎Прохладою дышит

Там ветер вечерний, и в листьях шумит,

‎И ветви колышет,

И арфу лобзает… но арфа молчит.

‎Творения радость,

‎Настала весна —

‎И в свежую младость,

Красу и веселье земля убрана.

 

‎И ярким сияньем

Холмы осыпал вечереющий день:

‎На землю с молчаньем

Сходила ночная, росистая тень;

‎Уж синие своды

‎Блистали в звездах;

‎Сравнялися воды;

И ветер улегся на спящих листах.

 

‎Сидела уныло

Минвана у древа… душой вдалеке…

‎И тихо все было…

Вдруг… к пламенной что-то коснулось щеке;

‎И что-то шатнуло

‎Без ветра листы;

‎И что-то прильнуло

К струнам, невиди́мо слетев с высоты…

 

‎И вдруг… из молчанья

Поднялся протяжно задумчивый звон;

‎И тише дыханья

Играющей в листьях прохлады был он.

‎В ней сердце смутилось:

‎То друга привет!

‎Свершилось, свершилось!..

Земля опустела, и милого нет.

 

‎От тяжкия муки

Минвана упала без чувства на прах,

‎И жалобней звуки

Над ней застенали в смятенных струнах.

‎Когда ж возвратила

‎Дыханье она,

‎Уже восходила

Заря, и над нею была тишина.

 

‎С тех пор, унывая,

Минвана, лишь вечер, ходила на холм

‎И, звукам внимая,

Мечтала о милом, о свете другом,

‎Где жизнь без разлуки,

‎Где все не на час —

‎И мнились ей звуки,

Как будто летящий от родины глас.

 

‎«О милые струны,

Играйте, играйте… мой час недалек;

‎Уж клонится юный

Главой недоцветшей ко праху цветок.

‎И странник унылый

‎Заутра придет

‎И спросит: где милый

Цветок мой?.. и боле цветка не найдет».

 

‎И нет уж Минваны…

Когда от потоков, холмов и полей

‎Восходят туманы

И светит, как в дыме, луна без лучей,

‎Две видятся тени:

‎Слиявшись, летят

‎К знакомой им сени…

И дуб шевелится, и струны звучат.

 

vseskazki.su

Эолова арфа (Жуковский) — Викитека

‎Владыко Морвены,
Жил в дедовском замке могучий Ордал;
‎Над озером стены
Зубчатые замок с холма возвышал;
‎Прибрежны дубравы
‎Склонялись к водам,
‎И стлался кудрявый
Кустарник по злачным окрестным холмам.

‎Спокойствие сеней
Дубравных там часто лай псов нарушал;
‎Рогатых еленей
И вепрей и ланей могучий Ордал
‎С отважными псами
‎Гонял по холмам;
‎И долы с холмами,
Шумя, отвечали зовущим рогам.

‎В жилище Ордала
Веселость из ближних и дальних краев
‎Гостей собирала;
И убраны были чертоги пиров
‎Еленей рогами;
‎И в память отцам
‎Висели рядами
Их шлемы, кольчуги, щиты по стенам.

‎И в дружных беседах
Любил за бокалом рассказы Ордал
‎О древних победах
И взоры на брони отцов устремлял:
‎Чеканны их латы
‎В глубоких рубцах;
‎Мечи их зубчаты;
Щиты их и шлемы избиты в боях.

‎Младая Минвана
Красой озаряла родительский дом;
‎Как зыби тумана,
Зарею златимы над свежим холмом,
‎Так кудри густые
‎С главы молодой
‎На перси младые,
Вияся, бежали струей золотой.

‎Приятной денницы
Задумчивый пламень во взорах сиял:
‎Сквозь темны ресницы
Он сладкое в душу смятенье вливал;
‎Потока журчанье —
‎Приятность речей;
‎Как роза дыханье;
Душа же прекрасней и прелестей в ней.

‎Гремела красою
Минвана и в ближних и в дальних краях;
‎В Морвену толпою
Стекалися витязи, славны в боях;
‎И дщерью гордился
‎Пред ними отец…
‎Но втайне делился
Душою с Минваной Арминий-певец.

‎Младой и прекрасный,
Как свежая роза — утеха долин,
‎Певец сладкогласный…
Но родом не знатный, не княжеский сын:
‎Минвана забыла
‎О сане своем
‎И сердцем любила,
Невинная, сердце невинное в нем.

‎На темные своды
Багряным щитом покатилась луна;
‎И озера воды
Струистым сияньем покрыла она;
‎От замка, от сеней
‎Дубрав по брегам
‎Огромные теней
Легли великаны по гладким водам.

‎На холме, где чистым
Потоком источник бежал из кустов,
‎Под дубом ветвистым —
Свидетелем тайных свиданья часов —
‎Минвана младая

ru.wikisource.org

ЭОЛОВА АРФА. «Собрание баллад» | Жуковский Василий Андреевич

 

Владыко Морвены, Жил в дедовском замке могучий Ордал;

Над озером стены Зубчатые замок с холма возвышал;

Прибрежны дубравы

Склонялись к водам,

И стлался кудрявый Кустарник по злачным окрестным холмам.

Спокойствие сеней Дубравных там часто лай псов нарушал;

Рогатых еленей И вепрей и ланей могучий Ордал

С отважными псами

Гонял по холмам;

И долы с холмами, Шумя, отвечали зовущим рогам.

В жилище Ордала Веселость из ближних и дальних краев

Гостей собирала; И убраны были чертоги пиров

Еленей рогами;

И в память отцам

Висели рядами Их шлемы, кольчуги, щиты по стенам.

И в дружных беседах Любил за бокалом рассказы Ордал

О древних победах И взоры на брони отцов устремлял:

Чеканны их латы

В глубоких рубцах;

Мечи их зубчаты; Щиты их и шлемы избиты в боях.

Младая Минвана Красой озаряла родительский дом;

Как зыби тумана, Зарею златимы над свежим холмом,

Так кудри густые

С главы молодой

На перси младые, Вияся, бежали струе й золотой.

Приятней денницы Задумчивый пламень во взорах сиял:

Сквозь темны ресницы Он сладкое в душу смятенье вливал;

Потока журчанье -

Приятность речей;

Как роза дыханье; Душа же прекрасней и прелестей в ней.

Гремела красою Минвана и в ближних и в дальних краях;

В Морвену толпою Стекалися витязи, славны в боях;

И дщерью гордился

Пред ними отец…

Но втайне делился Душою с Минваной Арминий-певец.

Младой и прекрасный, Как свежая роза - утеха долин,

Певец сладкогласный… Но родом не знатный, не княжеский сын:

Минвана забыла

О сане своем

И сердцем любила, Невинная, сердце невинное в нем.

На темные своды Багряным щитом покатилась луна;

И озера воды Струистым сияньем покрыла она;

От замка, от сеней

Дубрав по брегам

Огромные теней Легли великаны по гладким водам.

На холме, где чистым Потоком источник бежал из кустов,

Под дубом ветвистым - Свидетелем тайных свиданья часов -

Минвана младая

Сидела одна,

Певца ожидая, И в страхе таила дыханье она.

И с арфою стройной Ко древу к Минване приходит певец.

Все было спокойно, Как тихая радость их юных сердец:

Прохлада и нега,

Мерцанье луны,

И ропот у брега Дробимыя с легким плесканьем волны.

И долго, безмолвны, Певец и Минвана с унылой душой

Смотрели на волны, Златимые тихо блестящей луной.

"Как быстрые воды

Поток свой лиют -

Так быстрые годы Веселье младое с любовью несут".

"Что ж сердце уныло? Пусть воды лиются, пусть годы бегут,

О верный! о милый! С любовию годы и жизнь унесут". -

"Минвана, Минвана,

Я бедный певец;

Ты ж царского сана, И предками славен твой гордый отец".

"Что в славе и сане? Любовь - мой высокий, мой царский венец.

О милый, Минване Всех витязей краше смиренный певец.

Зачем же уныло

На радость глядеть?

Все близко, что мило; Оставим годам за годами лететь".

"Минутная сладость Веселого вместе, помедли, постой;

Кто скажет, что радость Навек не умчится с грядущей зарей!

Проглянет денница -

Блаженству конец;

Опять ты царица, Опять я ничтожный и бедный певец".

"Пускай возвратится Веселое утро, сияние дня;

Зарей озарится Тот свет, где мой милый живет для меня.

Лишь царским убором

Я буду с толпой;

А мыслию, взором, И сердцем, и жизнью, о милый, с тобой".

"Прости, уж бледнеет Рассветом далекий, Минвана, восток;

Уж утренний веет С вершины кудрявых холмов ветерок". "О нет! то зарница

Блестит в облаках;

Не скоро денница; И тих ветерок на кудрявых холмах".

"Уж в замке проснулись; Мне слышался шорох и звук голосов". "О нет! встрепенулись Дремавшие пташки на ветвях кустов". "Заря уж багряна", -

"О милый, постой". -

"Минвана, Минвана, Почто ж замирает так сердце тоской?"

И арфу унылый Певец привязал под наклоном ветвей:

"Будь, арфа, для милой Залогом прекрасных минувшего дней;

И сладкие звуки

Любви не забудь;

Услада разлуки И вестник души неизменным будь.

Когда же мой юный, Убитый печалию, цвет опадет,

О верные струны, В вас с прежней любовью душа перейдет.

Как прежде, взыграет

Веселие в вас,

И друг мой узнает Привычный, зовущий к свиданию глас.

И думай, их пенью Внимая вечерней, Минвана, порой,

Что легкою тенью, Все верный, летает твой друг над тобой;

Что прежние муки:

Превратности страх,

Томленье разлуки, Все с трепетной жизнью он бросил во прах.

Что, жизнь переживши, Любовь лишь одна не рассталась с душой;

Что робко любивший Без робости любит и более твой.

А ты, дуб ветвистый,

Ее осеняй;

И, ветер душистый, На грудь молодую дышать прилетай".

Умолк - и с прелестной Задумчивых долго очей не сводил…

Как бы неизвестный В нем голос: навеки прости! говорил.

Горячей рукою

Ей руку пожал

И, тихой стопою От ней удаляся, как призрак пропал…

Луна воссияла… Минвана у древа… но где же певец?

Увы! предузнала Душа, унывая, что счастью конец;

Молва о свиданье

Достигла отца…

И мчит уж в изгыанье Ладья через море младого певца.

И поздно и рано Под древом свиданья Минвана грустит.

Уныло с Минваной Один лишь нагорный поток говорит;

Все пусто; день ясный

Взойдет и зайдет -

Певец сладкогласный Минваны под древом свиданья не ждет.

Прохладою дышит Там ветер вечерний, и в листьях шумит,

И ветви колышет, И арфу лобзает… но арфа молчит.

Творения радость,

Настала весна -

И в свежую младость, Красу и веселье земля убрана.

И ярким сияньем Холмы осыпал вечереющий день:

На землю с молчаньем Сходила ночная, росистая тень;

Уж синие своды

Блистали в звездах;

Сровнялися воды; И ветер улегся на спящих листах.

Сидела уныло Минвана у древа… душой вдалеке…

И тихо все было… Вдруг… к пламенной что-то коснулось щеке;

И что-то шатнуло

Без ветра листы;

И что-то прильнуло К струнам, невидимо слетев с высоты…

И вдруг… из молчанья Поднялся протяжно задумчивый звон;

И тише дыханья Играющей в листьях прохлады был он.

В ней сердце смутилось:

То друга привет!

Свершилось, свершилось!.. Земля опустела, и милого нет.

От тяжкия муки Минвана упала без чувства на прах,

И жалобней звуки Над ней застенали в смятенных струнах.

Когда ж возвратила

Дыханье она,

Уже восходила Заря, и над нею была тишина.

С тех пор, унывая, Минвана, лишь вечер, ходила на холм

И, звукам внимая, Мечтала о милом, о свете другом,

Где жизнь без разлуки,

Где все не на час -

И мнились ей звуки, Как будто летящий от родины глас.

"О милые струны, Играйте, играйте… мой час недалек;

Уж клонится юный Главой недоцветшей ко праху цветок.

И странник унылый

Заутра придет

И спросит: где милый Цветок мой?.. и боле цветка не найдет".

И нет уж Минваны… Когда от потоков, холмов и полей

Восходят туманы И светит, как в дыме, луна без лучей,

Две видятся тени:

Слиявшись, летят

К знакомой им сени… И дуб шевелится, и струны звучат.

litra.pro

Эолова арфа читать онлайн - Баллады Жуковского

Владыко Морвены,

Жил в дедовском замке могучий Ордал;

?Над озером стены

Зубчатые замок с холма возвышал;

?Прибрежны дубравы

?Склонялись к водам,

?И стлался кудрявый

Кустарник по злачным окрестным холмам.

?Спокойствие сеней

Дубравных там часто лай псов нарушал;

?Рогатых еленей

И вепрей и ланей могучий Ордал

?С отважными псами

?Гонял по холмам;

?И долы с холмами,

Шумя, отвечали зовущим рогам.

?В жилище Ордала

Веселость из ближних и дальних краев

?Гостей собирала;

И убраны были чертоги пиров

?Еленей рогами;

?И в память отцам

?Висели рядами

Их шлемы, кольчуги, щиты по стенам.

?И в дружных беседах

Любил за бокалом рассказы Ордал

?О древних победах

И взоры на брони отцов устремлял:

?Чеканны их латы

?В глубоких рубцах;

?Мечи их зубчаты;

Щиты их и шлемы избиты в боях.

?Младая Минвана

Красой озаряла родительский дом;

?Как зыби тумана,

Зарею златимы над свежим холмом,

?Так кудри густые

?С главы молодой

?На перси младые,

Вияся, бежали струей золотой.

?Приятной денницы

Задумчивый пламень во взорах сиял:

?Сквозь темны ресницы

Он сладкое в душу смятенье вливал;

?Потока журчанье —

?Приятность речей;

?Как роза дыханье;

Душа же прекрасней и прелестей в ней.

?Гремела красою

Минвана и в ближних и в дальних краях;

?В Морвену толпою

Стекалися витязи, славны в боях;

?И дщерью гордился

?Пред ними отец…

?Но втайне делился

Душою с Минваной Арминий-певец.

?Младой и прекрасный,

Как свежая роза — утеха долин,

?Певец сладкогласный…

Но родом не знатный, не княжеский сын:

?Минвана забыла

?О сане своем

?И сердцем любила,

Невинная, сердце невинное в нем.

?На темные своды

Багряным щитом покатилась луна;

?И озера воды

Струистым сияньем покрыла она;

?От замка, от сеней

?Дубрав по брегам

?Огромные теней

Легли великаны по гладким водам.

?На холме, где чистым

Потоком источник бежал из кустов,

?Под дубом ветвистым —

Свидетелем тайных свиданья часов —

?Минвана младая

?Сидела одна,

?Певца ожидая,

И в страхе таила дыханье она.

?И с арфою стройной

Ко древу к Минване приходит певец.

?Все было спокойно,

Как тихая радость их юных сердец:

?Прохлада и нега,

?Мерцанье луны,

?И ропот у брега

Дробимыя с легким плесканьем волны.

?И долго, безмолвны,

Певец и Минвана с унылой душой

?Смотрели на волны,

Златимые тихо блестящей луной.

?«Как быстрые воды

?Поток свой лиют —

?Так быстрые годы

Веселье младое с любовью несут».

?«Что ж сердце уныло?

Пусть воды лиются, пусть годы бегут,

?О верный! о милый!

С любовию годы и жизнь унесут.» —

?«Минвана, Минвана,

?Я бедный певец;

?Ты ж царского сана,

И предками славен твой гордый отец».

?«Что в славе и сане?

Любовь — мой высокий, мой царский венец.

?О милый, Минване

Всех витязей краше смиренный певец,

?Зачем же уныло

?На радость глядеть?

?Все близко, что мило;

Оставим годам за годами лететь».

?«Минутная сладость

Веселого вместе, помедли, постой;

?Кто скажет, что радость

Навек не умчится с грядущей зарей!

?Проглянет денница —

?Блаженству конец;

?Опять ты царица,

Опять я ничтожный и бедный певец».

?«Пускай возвратится

Веселое утро, сияние дня;

?Зарей озарится

Тот свет, где мой милый живет для меня.

?Лишь царским убором

?Я буду с толпой;

?А мыслию, взором,

И сердцем, и жизнью, о милый, с тобой».

?«Прости, уж бледнеет

Рассветом далекий, Минвана, восток;

?Уж утренний веет

С вершины кудрявых холмов ветерок». —

?«О нет! то зарница

?Блестит в облаках;

?Не скоро денница;

И тих ветерок на кудрявых холмах».

?«Уж в замке проснулись;

Мне слышался шорох и звук голосов». —

?«О нет! Встрепенулись

Дремавшие пташки на ветвях кустов». —

?«Заря уж багряна».

?«О милый, постой». —

?«Минвана, Минвана,

Почто ж замирает так сердце тоской?»

?И арфу унылый

Певец привязал под наклоном ветвей:

?«Будь, арфа, для милой

Залогом прекрасных минувшего дней;

?И сладкие звуки

?Любви не забудь;

?Услада разлуки

И вестник души неизменныя будь.

?Когда же мой юный,

Убитый печалию, цвет опадет,

?О верные струны,

В вас с прежней любовью душа перейдет.

?Как прежде, взыграет

?Веселие в вас,

?И друг мой узнает

Привычный, зовущий к свиданию глас.

?И думай, их пенью

Внимая вечерней, Минвана, порой,

?Что лепкою тенью,

Все верный, летает твой друг над тобой;

?Что прежние муки:

?Превратности страх,

?Томленье разлуки,

Все с трепетной жизнью он бросил во прах.

?Что, жизнь переживши,

Любовь лишь одна не рассталась с душой;

?Что робко любивший

Без робости любит и более твой.

?А ты, дуб ветвистый,

?Ее осеняй;

?И, ветер душистый,

На грудь молодую дышать прилетай».

?Умолк — и с прелестной

Задумчивых долго очей не сводил…

?Как бы неизвестный

В нем голос: навеки прости! говорил.

?Горячей рукою

?Ей руку пожал

?И, тихой стопою

От ней удаляся, как призрак пропал…

?Луна воссияла…

Минвана у древа… но где же певец?

?Увы! предузнала

Душа, унывая, что счастью конец;

?Молва о свиданье

?Достигла отца…

?И мчит уж в изгнанье

Ладья через море младого певца.

?И поздно и рано

Под древом свиданья Минвана грустит.

?Уныло с Минваной

Один лишь нагорный поток говорит;

?Все пусто; день ясный

?Взойдет и зайдет —

?Певец сладкогласный

Минваны под древом свиданья не ждет.

?Прохладою дышит

Там ветер вечерний, и в листьях шумит,

?И ветви колышет,

И арфу лобзает… но арфа молчит.

?Творения радость,

?Настала весна —

?И в свежую младость,

Красу и веселье земля убрана.

?И ярким сияньем

Холмы осыпал вечереющий день:

?На землю с молчаньем

Сходила ночная, росистая тень;

?Уж синие своды

?Блистали в звездах;

?Сравнялися воды;

И ветер улегся на спящих листах.

?Сидела уныло

Минвана у древа… душой вдалеке…

?И тихо все было…

Вдруг… к пламенной что-то коснулось щеке;

?И что-то шатнуло

?Без ветра листы;

?И что-то прильнуло

К струнам, невиди?мо слетев с высоты…

?И вдруг… из молчанья

Поднялся протяжно задумчивый звон;

?И тише дыханья

Играющей в листьях прохлады был он.

?В ней сердце смутилось:

?То друга привет!

?Свершилось, свершилось!..

Земля опустела, и милого нет.

?От тяжкия муки

Минвана упала без чувства на прах,

?И жалобней звуки

Над ней застенали в смятенных струнах.

?Когда ж возвратила

?Дыханье она,

?Уже восходила

Заря, и над нею была тишина.

?С тех пор, унывая,

Минвана, лишь вечер, ходила на холм

?И, звукам внимая,

Мечтала о милом, о свете другом,

?Где жизнь без разлуки,

?Где все не на час —

?И мнились ей звуки,

Как будто летящий от родины глас.

?«О милые струны,

Играйте, играйте… мой час недалек;

?Уж клонится юный

Главой недоцветшей ко праху цветок.

?И странник унылый

?Заутра придет

?И спросит: где милый

Цветок мой?.. и боле цветка не найдет».

?И нет уж Минваны…

Когда от потоков, холмов и полей

?Восходят туманы

И светит, как в дыме, луна без лучей,

?Две видятся тени:

?Слиявшись, летят

?К знакомой им сени…

И дуб шевелится, и струны звучат.

Категории: Баллады Жуковского,

nanochskazki.ru

Эолова арфа - Жуковский Василий. Читать стих на Оллам.ру

   Владыко Морвены,
Жил в дедовском замке могучий Ордал;
   Над озером стены
Зубчатые замок с холма возвышал;
   Прибрежны дубравы
   Склонялись к водам,
   И стлался кудрявый
Кустарник по злачным окрестным холмам.

   Спокойствие сеней
Дубравных там часто лай псов нарушал;
   Рогатых еленей
И вепрей и ланей могучий Ордал
   С отважными псами
   Гонял по холмам;
   И долы с холмами,
Шумя, отвечали зовущим рогам.

   В жилище Ордала
Веселость из ближних и дальних краев
   Гостей собирала;
И убраны были чертоги пиров
   Еленей рогами;
   И в память отцам
   Висели рядами
Их шлемы, кольчуги, щиты по стенам.

   И в дружных беседах
Любил за бокалом рассказы Ордал
   О древних победах
И взоры на брони отцов устремлял:
   Чеканны их латы
   В глубоких рубцах;
   Мечи их зубчаты;
Щиты их и шлемы избиты в боях.

   Младая Минвана
Красой озаряла родительский дом;
   Как зыби тумана,
Зарею златимы над свежим холмом,
   Так кудри густые
   С главы молодой
   На перси младые,
Вияся, бежали струей золотой.

   Приятней денницы
Задумчивый пламень во взорах сиял:
   Сквозь темны ресницы
Он сладкое в душу смятенье вливал;
   Потока журчанье –
   Приятность речей;
   Как роза дыханье;
Душа же прекрасней и прелестей в ней.

   Гремела красою
Минвана и в ближних и в дальних краях;
   В Морвену толпою
Стекалися витязи, славны в боях;
   И дщерью гордился
   Пред ними отец…
   Но втайне делился
Душою с Минваной Арминий-певец.

   Младой и прекрасный,
Как свежая роза – утеха долин,
   Певец сладкогласный…
Но родом не знатный, не княжеский сын:
   Минвана забыла
   О сане своем
   И сердцем любила,
Невинная, сердце невинное в нем.

   На темные своды
Багряным щитом покатилась луна;
   И озера воды
Струистым сияньем покрыла она;
   От замка, от сеней
   Дубрав по брегам
   Огромные теней
Легли великаны по гладким водам.

   На холме, где чистым
Потоком источник бежал из кустов,
   Под дубом ветвистым –
Свидетелем тайных свиданья часов –
   Минвана младая
   Сидела одна,
   Певца ожидая,
И в страхе таила дыханье она.

   И с арфою стройной
Ко древу к Минване приходит певец.
   Все было спокойно,
Как тихая радость их юных сердец:
   Прохлада и нега,
   Мерцанье луны,
   И ропот у брега
Дробимыя с легким плесканьем волны.

   И долго, безмолвны,
Певец и Минвана с унылой душой
   Смотрели на волны,
Златимые тихо блестящей луной.
   «Как быстрые воды
   Поток свой лиют –
   Так быстрые годы
Веселье младое с любовью несут».

   «Что ж сердце уныло?
Пусть воды лиются, пусть годы бегут,
   О верный! о милый!
С любовию годы и жизнь унесут.» –
   «Минвана, Минвана,
   Я бедный певец;
   Ты ж царского сана,
И предками славен твой гордый отец».

   «Что в славе и сане?
Любовь – мой высокий, мой царский венец.
   О милый, Минване
Всех витязей краше смиренный певец.
   Зачем же уныло
   На радость глядеть?
   Все близко, что мило;
Оставим годам за годами лететь».

   «Минутная сладость
Веселого вместе, помедли, постой;
   Кто скажет, что радость
Навек не умчится с грядущей зарей!
   Проглянет денница –
   Блаженству конец;
   Опять ты царица,
Опять я ничтожный и бедный певец».

   «Пускай возвратится
Веселое утро, сияние дня;
   Зарей озарится
Тот свет, где мой милый живет для меня.
   Лишь царским убором
   Я буду с толпой;
   А мыслию, взором,
И сердцем, и жизнью, о милый, с тобой».

   «Прости, уж бледнеет
Рассветом далекий, Минвана, восток;
   Уж утренний веет
С вершины кудрявых холмов ветерок».–
   «О нет! то зарница
   Блестит в облаках;
   Не скоро денница;
И тих ветерок на кудрявых холмах».

   «Уж в замке проснулись;
Мне слышался шорох и звук голосов». –
   «О нет! встрепенулись
Дремавшие пташки на ветвях кустов». –
   «Заря уж багряна». –
   «О милый, постой». –
   «Минвана, Минвана,
Почто ж замирает так сердце тоской?»

   И арфу унылый
Певец привязал под наклоном ветвей:
   «Будь, арфа, для милой
Залогом прекрасных минувшего дней;
   И сладкие звуки
   Любви не забудь;
   Услада разлуки
И вестник души неизменныя будь.

   Когда же мой юный,
Убитый печалию, цвет опадет,
   О верные струны,
В вас с прежней любовью душа перейдет.
   Как прежде, взыграет
   Веселие в вас,
   И друг мой узнает
Привычный, зовущий к свиданию глас.

   И думай, их пенью
Внимая вечерней, Минвана, порой,
   Что легкою тенью,
Все верный, летает твой друг над тобой;
   Что прежние муки:
   Превратности страх,
   Томленье разлуки,
Все с трепетной жизнью он бросил во прах.

   Что, жизнь переживши,
Любовь лишь одна не рассталась с душой;
   Что робко любивший
Без робости любит и более твой.
   А ты, дуб ветвистый,
   Ее осеняй;
   И, ветер душистый,
На грудь молодую дышать прилетай».

   Умолк – и с прелестной
Задумчивых долго очей не сводил…
   Как бы неизвестный
В нем голос: навеки прости! говорил.
   Горячей рукою
   Ей руку пожал
   И, тихой стопою
От ней удаляся, как призрак пропал…

   Луна воссияла…
Минвана у древа… но где же певец?
   Увы! предузнала
Душа, унывая, что счастью конец;
   Молва о свиданье
   Достигла отца…
   И мчит уж в изгнанье
Ладья через море младого певца.

   И поздно и рано
Под древом свиданья Минвана грустит.
   Уныло с Минваной
Один лишь нагорный поток говорит;
   Все пусто; день ясный
   Взойдет и зайдет –
   Певец сладкогласный
Минваны под древом свиданья не ждет.

   Прохладою дышит
Там ветер вечерний, и в листьях шумит,
   И ветви колышет,
И арфу лобзает… но арфа молчит.
   Творения радость,
   Настала весна –
   И в свежую младость,
Красу и веселье земля убрана.

   И ярким сияньем
Холмы осыпал вечереющий день:
   На землю с молчаньем
Сходила ночная, росистая тень;
   Уж синие своды
   Блистали в звездах;
   Сравнялися воды;
И ветер улегся на спящих листах.

   Сидела уныло
Минвана у древа… душой вдалеке…
   И тихо все было…
Вдруг… к пламенной что-то коснулось щеке;
   И что-то шатнуло
   Без ветра листы;
   И что-то прильнуло
К струнам, невиди́мо слетев с высоты…

   И вдруг… из молчанья
Поднялся протяжно задумчивый звон;
   И тише дыханья
Играющей в листьях прохлады был он.
   В ней сердце смутилось:
   То друга привет!
   Свершилось, свершилось!..
Земля опустела, и милого нет.

   От тяжкия муки
Минвана упала без чувства на прах,
   И жалобней звуки
Над ней застенали в смятенных струнах.
   Когда ж возвратила
   Дыханье она,
   Уже восходила
Заря, и над нею была тишина.

   С тех пор, унывая,
Минвана, лишь вечер, ходила на холм
   И, звукам внимая,
Мечтала о милом, о свете другом,
   Где жизнь без разлуки,
   Где все не на час –
   И мнились ей звуки,
Как будто летящий от родины глас.

   «О милые струны,
Играйте, играйте… мой час недалек;
   Уж клонится юный
Главой недоцветшей ко праху цветок.
   И странник унылый
   Заутра придет
   И спросит: где милый
Цветок мой?.. и боле цветка не найдет».

   И нет уж Минваны…
Когда от потоков, холмов и полей
   Восходят туманы
И светит, как в дыме, луна без лучей, –
   Две видятся тени:
   Слиявшись, летят
   К знакомой им сени…
И дуб шевелится, и струны звучат.

ollam.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *