Я вернулась в свой город знакомый до слез текст: Мандельштам «Ленинград» («Я вернулся в мой город, знакомый до слез…») – читать текст

Содержание

Ленинград (Памяти Лидии Клемент; А.Пугачёва – О.Мандельштам) слова песни

Ленинград (Памяти Лидии Клемент; А.Пугачёва – О.Мандельштам) (исполнитель: Алла ПУГАЧЕВА)

Песня «Ленинград» посвящена памяти популярной ленинградской певицы Лидии Клемент, умершей от скоротечной болезни в 1965 году в возрасте 27 лет. В 70-е годы в нескольких журнальных изданиях эта песня упоминалась с названием "Монолог Лиды".
Текст в песне Пугачевой немного отличается от оригинала. Так она сознательно заменила название Петербург на Ленинград. А вот изменение «речных фонарей» на «ночных фонарей» произошло случайно. Записывая песню, она спела по ошибке «ночных фонарей», после чего пришлось перезаписывать и петь «речных». Но на пластинку вошел именно первый вариант, т.к. редактор, монтирующий песню, просто не обратил на это внимание. Кстати, когда Тамара Гвердцители записала песню для «Концерта ко Дню Победы 2005» она исполнила «рыбий жир ленинградских речных фонарей».

оригинальный текст:

Я вернулся в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухлых желез.
Ты вернулся сюда, так глотай же скорей Рыбий жир ленинградских речных фонарей, Узнавай же скорее декабрьский денек, Где к зловещему дегтю подмешан желток. Петербург! я еще не хочу умирать! У тебя телефонов моих номера. Петербург! У меня еще есть адреса, По которым найду мертвецов голоса. Я на лестнице черной живу, и в висок Ударяет мне вырванный с мясом звонок, И всю ночь напролет жду гостей дорогих, Шевеля кандалами цепочек дверных. текст песни: Я вернулась в мой город, знакомый до слез, До прожилок, до детских припухших желез. Я вернулась сюда, так глотай же скорей Рыбий жир ленинградских ночных фонарей. Я вернулась в мой город, знакомый до слез, До прожилок, до детских припухших желез, Узнавай же скорее декабрьский денек, Где к зловещему дегтю подмешан желток. Ленинград! Ленинград! Я еще не хочу умирать, У меня еще есть адреса, По которым найду голоса.
Ленинград! Ленинград! Я еще не хочу умирать, У тебя телефонов моих номера, Я еще не хочу умирать. Я вернулась в мой город, знакомый до слез, До прожилок, до детских припухших желез, Я на лестнице черной живу, и в висок Ударяет мне вырванный с мясом звонок. Я вернулась в мой город, знакомый до слез, До прожилок, до детских припухших желез, И всю ночь напролет жду гостей дорогих, Шевеля кандалами цепочек дверных. Ленинград! Ленинград! Я еще не хочу умирать, У меня еще есть адреса, По которым найду голоса. Ленинград! Ленинград! Я еще не хочу умирать, У тебя телефонов моих номера, Я еще не хочу умирать.

Сурганова Светлана — Ленинград, аккорды для гитары

 Am 
Я вернулась в мой город, знакомый до слез, 
                            
E
До прожилок, до детских припухших желез. Am Я вернулась сюда, так глотай же скорей B E7 Рыбий жир ленинградских ночных фонарей. Am Я вернулась в мой город, знакомый до слез, A7 Dm До прожилок, до детских припухших желез. Am Узнавай же скорее декабрьский денек, B E7 Где к зловещему дегтю подмешан желток. C Ленинград, Ленинград! A7 Dm Я еще не хочу умирать, F C У меня еще есть адреса, G C По которым найду голоса. G#7 C# Ленинград, Ленинград!
Bb7
D#m Я еще не хочу умирать, F# C# У тебя телефонов моих номера, G# C# F7 Я еще не хочу умирать Bbm Я вернулась в мой город, знакомый до слез, F До прожилок, до детских припухших желез. Bbm Я на лестнице черной живу, и в висок C F7 Ударяет мне вырванный с мясом звонок. Bbm Я вернулась в мой город, знакомый до слез, Bb7 D#m До прожилок, до детских припухших желез. Bbm И всю ночь напролет жду гостей дорогих, C F7 Шевеля кандалами цепочек дверных. C#
Ленинград, Ленинград! Bb7 D#m Я еще не хочу умирать, F# C# У меня еще есть адреса, G# C# По которым найду голоса. A7 D Ленинград, Ленинград! B7 Em Я еще не хочу умирать, G D У тебя телефонов моих номера, A D Я еще не хочу умирать D Ленинград, Ленинград, Ленинград. .. Bm F# Bm C# F#7 Bm B7 Em Bm C# F#7 Bm Я еще не хочу умирать... Ленинград... C# F#7 Bm Я еще не хочу умирать... Ленинград...
C#
F#7 Bm Я еще не хочу умирать... Ленинград... C# F#7 Bm Я еще не хочу умирать... Ленинград...

Мандельштам О — Ленинград (Я вернулся в мой город) чит. Р. Клейнер

Осип Мандельштам

ЛЕНИНГРАД

Я вернулся в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухлых желез.

Ты вернулся сюда, так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей,

Узнавай же скорее декабрьский денек,
Где к зловещему дегтю подмешан желток.

Петербург! я еще не хочу умирать!
У тебя телефонов моих номера.

Петербург! У меня еще есть адреса,
По которым найду мертвецов голоса.

Я на лестнице черной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок,

И всю ночь напролет жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных.

читает Р.Клейнер
Рафаэ́ль Алекса́ндрович Кле́йнер (род. 1 июня 1939, д. Рубежное, Луганская область, УССР, СССР) — российский театральный режиссер, Народный артист России (1995 г.).

С 1967 по 1970 г. был актёром Московского Театра Драмы и Комедии на Таганке.

Мандельштам Осип Эмильевич — поэт, прозаик, эссеист.
Осип Эмильевич Мандельштам (1891, Варшава – 1938, Владивосток, пересыльный лагерь), русский поэт, прозаик. Отношения с родителями были весьма отчуждёнными, одиночество, «бездомность» – таким Мандельштам представил своё детство в автобиографической прозе «Шум времени» (1925). Для социального самосознания Мандельштама было важным причисление себя к разночинцам, острое чувство несправедливости, существующей в обществе.
Отношение Мандельштама к советской власти с конца 1920-х гг. колеблется от резкого неприятия и обличения до покаяния перед новой действительностью и прославления И. В. Сталина. Самый известный пример обличения – антисталинское стихотворение «Мы живём, под собою не чуя страны…» (1933) и автобиографическая «Четвёртая проза».

Наиболее известная попытка принять власть – стихотворение «Когда б я уголь взял для высшей похвалы…», за которым закрепилось название «». В середине мая 1934 г. Мандельштам был арестован и сослан в город Чердынь на Северном Урале. Его обвиняли в написании и чтении антисоветских стихотворений. С июля 1934 по май 1937 г. жил в Воронеже, где создал цикл стихов «Воронежские тетради», в которых установка на лексическое просторечие и разговорность интонаций сочетается со сложными метафорами и звуковой игрой. Основная тема – история и место в ней человека («Стихи о неизвестном солдате»). В середине мая 1937 г. вернулся в Москву, но ему было запрещено жить в столице. Он жил под Москвой, в Савёлове, где написал свои последние стихи, затем – в Калинине (ныне Тверь). В начале марта 1938 г. Мандельштам был арестован в подмосковном санатории «Саматиха». Спустя месяц ему объявили приговор: 5 лет лагерей за контрреволюционную деятельность. Умер от истощения в пересылочном лагере во Владивостоке.
http://www. stihi-xix-xx-vekov.ru/biografia39.html

Ленинград слова песни исполнителя Alla Pugacheva

Я вернулась в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухших желез.
Я вернулась сюда, так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских ночных фонарей.

Я вернулась в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухших желез,
Узнавай же скорее декабрьский денек,
Где к зловещему дегтю подмешан желток.

Припев:
Ленинград! Ленинград!
Я еще не хочу умирать,
У меня еще есть адреса,
По которым найду голоса.

Ленинград! Ленинград!
Я еще не хочу умирать,
У тебя телефонов моих номера,
Я еще не хочу умирать.

Я вернулась в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухших желез,
Я на лестнице черной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок.

Я вернулась в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухших желез,
И всю ночь напролет жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных.

Припев:
Ленинград! Ленинград!
Я еще не хочу умирать,
У меня еще есть адреса,
По которым найду голоса.
Ленинград! Ленинград!
Я еще не хочу умирать,

У тебя телефонов моих номера,
Я еще не хочу умирать

Ленинград! Ленинград!

Я еще не хочу умирать,
Я еще не хочу умирать,
Я еще не хочу умирать,
Я еще не хочу умирать

I returned to my city,
Familiar to tears and veins,
To childhoods’s swollen glands.

I came back here, so swallow quickly
The fish oil of Leningrad’s river lamps.

I returned to my city,
Familiar to tears and veins,
To childhoods’s swollen glands.

You recognize quickly a December day,
Where mournful tar is mixed with yolk.

Leningrad,
Leningrad!
I don’t want to die yet,
I still have some addresses, where I can find some voices.
Leningrad,
Leningrad!
II don’t want to die yet,
You have my phone number,
I don’t want to die yet,

I returned to my city,
Familiar to tears and veins,
To childhoods’s swollen glands.

I live on the black stairs,
And my temple gets hit with a door bell that was torn out with its guts

I returned to my city,
Familiar to tears and veins,
To childhoods’s swollen glands.

And all night long I am waiting for the dear guests
Fiddling with the door chains.

Leningrad,
Leningrad!
I don’t want to die yet,
I still have some addresses, where I can find some voices.
Leningrad,
Leningrad!
I don’t want to die yet, you have my phone number,
I don’t want to die yet,
Leningrad,
Leningrad!
Leningrad!

I don’t want to die yet,
I don’t want to die yet,
I don’t want to die yet,
I don’t want to die yet,
I don’t want to die yet,
I don’t want to die yet,
I don’t want to die yet,
Leningrad!

«Ленинград»: о чём писал Мандельштам и о чём спела Пугачёва.

Как выворачивается смысл трагических стихов | Библио Графия

Много толкований вызывает стихотворение Осипа Мандельштама «Ленинград». В тесте «Москва или Петербург?», который недавно был опубликован на канале (ссылку на тест найдёте в конце статьи), прозвучал вопрос по этому произведению. И снова стало понятно, насколько сильно перетасовка строк Аллой Пугачёвой искажает понимание стихотворения.

Но сначала «дадим слово» Осипу Мандельштаму.

«Ленинград»

Для Мандельштама Санкт-Петербург был любимым родным городом («мой город, знакомый до слёз»). Здесь прошли его детские и юношеские годы. Как переехал с семьёй из Варшавы в Петербург в шестилетнем возрасте, так в дальнейшем вся жизнь и была связана с этим городом, он всегда сюда возвращался.

Возвращаясь в Петербург из командировки на Кавказ в 1930 году, Мандельштам и написал своё стихотворение «Ленинград». Часто возникает разночтение: «Ленинград» или «Петербург» называется произведение. Если же вспомнить, какой год на дворе (1930!), понятно, в какой город возвращается поэт. К этому времени названия «Петербург» нет уже 16 лет! Ведь ещё в 1914 году по указу Николая II город переименовали в Петроград. А в 1924 году, после смерти Владимира Ильича, Петроград в честь Ленина стали называть Ленинградом.

Так что Мандельштам возвращался в Ленинград, НО вспоминал и нежно любил город своего детства — Петербург. Отсюда в стихотворении и есть упоминание Петербурга.

Поэт вернулся в свой город, но город уже не тот. Его застилает «зловещий дёготь». И говорит о смерти Мандельштам не случайно («я еще не хочу умирать»), он предчувствует катастрофу. «Мертвецов голоса», «вырванный с мясом звонок», «кандалы цепочек дверных» — как эти метафоры далеки по смыслу от того, что мы слышим в похожей на вальс песне Пугачёвой. У поэта — сплошная боль! Родной город уже как чужой, ему осталась лишь «чёрная лестница» и мрачное предчувствие конца.

Певица полностью распотрошила стихотворение Мандельштама и из его строчек составила свой текст с иным смыслом. Интересно, что эта песня официально посвящена ленинградской певице Лидии Клемент, умершей в 1965 году в возрасте 27 лет. В некоторых источниках песня называется «Монолог Лиды». Не знала, что так можно делать, — вложить крик души одного человека в уста другого.

Спустя три года после стихотворения «Ленинград», в 1933 году, Осип Мандельштам написал знаменитое «Мы живём, под собою не чуя страны»:

Борис Пастернак назвал эти строки самоубийством. Эпиграмма на Сталина была прочитана Мандельштамом нескольким людям. И кто-то «удружил» и доложил, «куда надо». Так мрачные предчувствия поэта, высказанные им в стихотворении «Ленинград», стали сбываться.

А что Вы думаете о стихотворении Мандельштама и песне Пугачёвой?

Тест: Москва или Петербург? Угадай город по картине, фото или стихотворению

Изучение поэзии Осипа Мандельштама.

Урок II. Поэт и век. «Я вернулся в мой город, знакомый до слёз…» | veykova.ru — портал учителя русского языка и литературы

1922 — 1938 годы.

Стихотворения «Я вернулся в мой город, знакомый до слёз…» 1930.

Вступительное слово учителя.

Заметим, что, говоря о стихах Мандельштама 30-х годов, мы нередко отождествляем лирического героя его стихов с самим поэтом. И это не случайно. В стихах этого периода мы не найдем той метафоричности, той усложненности образов, которые были присущи раннему творчеству поэта. Мандельштам стремится с предельной ясностью высказать свою позицию, он бросает вызов бесчеловечной власти.

В декабре — январе 1930 года Мандельштам оказывается в Ленинграде после поездки на Кавказ.

Анализ стихотворения «Я вернулся в мой город, знакомый до слёз…»

Я вернулся в мой город, знакомый до слез,

До прожилок, до детских припухлых желез.

 

Ты вернулся сюда, — так глотай же скорей

Рыбий жир ленинградских речных фонарей.

 

Узнавай же скорее декабрьский денек,

Где к зловещему дегтю подмешан желток.

 

Петербург, я еще не хочу умирать:

У тебя телефонов моих номера.

 

Петербург, у меня еще есть адреса,

По которым найду мертвецов голоса.

 

Я на лестнице черной живу, и в висок

Ударяет мне вырванный с мясом звонок.

 

И всю ночь напролет жду гостей дорогих,

Шевеля кандалами цепочек дверных.

Вопросы на выявление общего представления о стихотворении в целом.

Фронтальная работа.

  1. Что связывает поэта с городом?
  2. Какую роль играет упоминание старого и нового названий города?
  3. Какая строка является смысловым и эмоциональным центром стихотворения?

Вопросы для анализа стихотворения в группе.

  1. Какова цветовая гамма стихотворения? Что с помощь цвета хочет сказать поэт?
  2. С помощью чего звучит в стихотворении мотив разобщённости людей?
  3. Прокомментируйте образы, возникающие в двух последних двустишиях, обратите внимание на их многозначность.
  4. Какова композиция стихотворения? Можно ли объединить строфы-двустишия? Почему первая стоит особняком?
  5. Как отразились в стихотворении представления поэта об эпохе? Какую главную мысль он хочет донести до читателя?

Предполагаемые ответы.

1.       Что связывает поэта с городом?

Петербург был для О. Мандельштама городом, в котором прошли его детство и молодость. Все здесь знакомо ему «до слез, до прожилок, до детских припухлых желез».

2.       Какую роль играет упоминание старого и нового названий города?

 Оглядываясь по сторонам, Мандельштам пытается узнать прекрасный Петербург, но ничего дорогого из воспоминаний он не может разглядеть в этом городе — Ленинграде, грязном, неуютном, проникнутом неуверенностью перед завтрашним днем и страхом перед днем настоящим.

3.       Какая строка является смысловым и эмоциональным центром стихотворения?

Петербург, я еще не хочу умирать… Беспросветность и мрак говорят о гибели в городе живого начала, и город  угрожает жизни поэту. Это обращение перекликается с пушкинским «Но не хочу, о други, умирать…», однако перекликается лишь внешне. Тональность обоих стихотворений разная. Герой пушкинской «Элегии» полон оптимизма; он не верит, что его жизнь может быть прервана до срока. Более того, он надеется на то, что любовь улыбкою прощальной озарит его закат печальный. Мандельштамовское ещё не хочу умирать придаёт стихотворению смысл безысходности.  Смерть надвигается неумолимая. А.Ахматова вспоминает, что в начале 30-х годов Мандельштам «отяжелел, поседел, стал плохо дышать, производил впечатление старика (ему было 42), но глаза по-прежнему сверкали. Стихи становились лучше, проза тоже».

4.       Какова цветовая гамма стихотворения? Что с помощью цвета хочет сказать поэт?

Черно-желтая цветовая гамма вызывает ощущение тоски и беспокойства — наверное, это основные чувства, которые испытывают жители Петербурга 30-х годов. Рыбий жир — чувственно воспринимаемый образ маслянистого, жёлтого отблеска фонарей в тёмной речной воде, он ассоциативно связан с детской темой припухлых желёз. Чёрно жёлтым кажетсядекабрьский денёк (к зловещему дёгтю подмешан желток), который должен вызывать совершенно другие ассоциации: белизны, солнечного света.

5.       С помощью чего звучит в стихотворении мотив разобщённости людей?

Но телефон молчит, и это говорит о том, что не только город стал неузнаваемым — изменились сами люди: кто-то испугался и затих, кто-то приспособился, кто-то уехал, а кто-то и ушел из жизни. Но велика ли разница теперь между живыми и погибшими? Люди разобщены, живые как мертвецы.

6.       Прокомментируйте образы, возникающие в двух последних двустишиях, обратите внимание на их многозначность.

В этом стихотворении О. Мандельштама перед нами раскрывается весь ужас, вся трагичность эпохи, когда люди от страха не могли спать по ночам: они не знали, будут ли завтра живы. Клевета, доносы, насилие сделали горожан слабыми и покорными. С замиранием сердца они прислушиваются к шагам за дверью, говорят вполголоса.

Дверные засовы, крючки и цепочки поэт не зря считает кандалами — это оковы, надетые, в первую очередь, на души, на волю людей. И, конечно же, совсем не дорогих гостей ожидает Мандельштам ночью, зная, скольких его друзей, товарищей и знакомых увели в неизвестность такие «гости».

7.       Какова композиция стихотворения? Можно ли объединить строфы-двустишия? Почему первая стоит особняком?

Строфы можно объединить по темам парами, но первая всё равно останется особняком. В ней говорится о родном Петербурге, городе детства и юности.

8.       Как отразились в стихотворении представления поэта об эпохе? Какую главную мысль он хочет донести до читателя?

Это стихотворение О. Мандельштама позволяет нам, живущим спустя семьдесят лет после описанных событий потомкам, понять психологию человека в страшные и трагические годы Советской страны. Поэт пытался донести до нас главную мысль: самое важное и самое ценное, чем может владеть человек — это свобода, как внешняя, так и внутренняя.

Домашнее задание: Учащиеся читают стихи 30-х годов. Выполняют письменно задания С3, С4. Учат наизусть одно стихотворение.

Примеры домашних работ:

В каких образах стихотворения «Я вернулся в мой город, знакомый до слёз…» воплощено представление лирического героя о Петербурге 30-х годов?

Для лирического героя, в первую очередь, Петербург — это город его раннего детства. В связи с этим, первые образы, появляющиеся в стихотворении, — это «детские припухшие желёзы», а фонари напоминают о «рыбьем жире». То, что в этот момент герой вспоминает свои детские болезни, не случайно. Общее настроение стихотворения — мрачное, полно плохих предчувствий. Основные цвета города — жёлтый и чёрный (декабрьский денёк — это зловещий дёготь, в который подмешан желток — пятна фонарей).

Вторая часть стихотворения начинается с обращения к Петербургу, который не имеет ничего общего с тем городом, где лирический герой провёл детство и юность. Наступление нового политического режима у него ассоциируется со смертью, а люди, подчинившиеся ему, с мертвецами: «у меня ещё есть адреса, где найду мертвецов голоса». Сам герой живёт в страхе: по лестнице (опять же чёрной) за ним придут, поэтому у него «вырванный с мясом» дверной звонок. Самый сильный образ стихотворения — «шевеля кандалами цепочек дверных» — передаёт не только  пророческое предчувствие скорого ареста, но и общее душевное состояние жителей Ленинграда, психологическую атмосферу города 30-х годов ХХ века.

Мелехина Ольга. 11 Я.

Какие стихотворения русских поэтов обращены к Петербургу и что их сближает со стихотворением О. Мандельштама «Я вернулся в мой город знакомый до слёз…»?

Наверное, в русской литературе будет сложно найти поэта или писателя, в чьей жизни Петербург не сыграл своей особой роли. «Северной Пальмирой» восхищались, её обожествляли и презирали, но равнодушным к ней не оставался никто.

А.С.Пушкин в своей поэме «Медный всадник» обращается к Петербургу, городу величественному, гордому:

Громады стройные теснятся

Дворцов и башен; корабли

Толпой со всех концов земли

К богатым пристаням стремятся…

Поэт не  в силах сдержать своё восхищение, каждая строфа во вступлении к поэме пропитана гордостью за этот неповторимый город и любовью к нему:

Люблю тебя, Петра творенье,

Люблю твой строгий, стройный вид…

Возможно, именно такие чувства испытывал и Мандельштам к прежнему, дореволюционному, Петербургу — городу, открытому мировой культуре.

Анна Ахматова в своей поэме «Реквием» пишет уже о Ленинграде. Настроение поэмы очень близко стихотворению «Я вернулся в мой город, знакомый до слёз…». Героиня Ахматовой также не находит в городе живой души:

И мне не разобрать

Теперь, кто зверь, кто человек,

И долго ль казни ждать.

Страх и ожидание мучают её. Ленинград стал тюрьмой для тысяч русских людей: «И ненужным привеском казался тюрем своих Ленинград».

Шульц Ксения. 11Я.

Какие стихотворения русских поэтов обращены к Петербургу и что их сближает со стихотворением О. Мандельштама «Я вернулся в мой город знакомый до слёз…»?

Петербург, средоточие культурных и политических течений России, жемчужина, созданная Петром, не могла оставить равнодушным русских поэтов. О Петербурге писали многие замечательные классики. В их произведениях можно выделить две диаметрально противоположные оценки Петербурга: город бюрократизма, сурового гранита, равнодушного к горю и страданиям простого человека, центр деспотии царской, а потом советской власти. Петербург им представлялся символом неволи и отчуждённости. С другой стороны, во многих стихотворениях русских поэтов Петербург — это олицетворение торжества русской культуры, величайший город России, поражающий простором для самореализации. Вот что писали о Петербурге поэты 13 века: «Мы град в тебе престольный видим ныне», а  это уже слова Пушкина: «Люблю тебя, Петра творенье, /Люблю твой строгий, стройный вид». Мандельштам же характеризует Петербург эпитетами: мрачный, чёрный. Для этого поэта Петербург — тюрьма. Подобные оценки встречались и у других поэтов. А.С.Хомяков писал о нем: «Здесь, где гранитная пустыня /Гордится мертвой красотой…». Таким предстаёт Петербург в творчестве Некрасова: «Пройдут года в борьбе бесплодной, /И на красивые плиты, /Как из машины винт негодный, /Быть может, будешь брошен ты?».

Петров Анатолий. 11Я.

Какие стихотворения русских поэтов затрагивают тему свободы личности и какие мотивы сближают её со стихотворением Мандельштама?

Тема свободы является одной из основных в русской поэзии. Раскроем её на примере стихотворений Пушкина и Лермонтова. В оде «Вольность» Пушкин воспевает свободу в её политическом смысле, защищая идею французских просветителей: «Лишь там над царскою главой /Народов не легло страданье, /Где крепко с Вольностью святой /Законов мощных сочетанье». С ужасом он смотрит на современный ему мир, мир господ и рабов: «Увы! куда ни брошу взор —/ Везде бичи, везде железы, /Законов гибельный позор, /Неволи немощные слезы». Особенно сильны мотивы свободы в  тех стихотворениях Пушкина, которые были  написаны в годы южной ссылки.

Тема свободы поднимается и в творчестве Лермонтова. Первоначально эта тема возникает под влиянием декабристских традиций («Песнь барда», «Жалоба турка»). Однако в дальнейшем тема свободы обретает у Лермонтова конкретное социальное значение — оправдание революций против деспотической власти («Есть суд земной и для царей»). Эти стихотворения сближает с произведением Мандельштама любовь к свободе, осознание того факта, что российский народ находится под властью деспота.

Петров Анатолий. 11Я.

«Я вернулся в мой город, знакомый до слез…»: к 130-летнему юбилею со дня рождения Осипа Мандельштама

Имя Осипа Мандельштама тесно связано с историей северной столицы – Санкт-Петербурга. Его образ врезался в память поэта ещё в самом детстве. Конечно, ранние годы были связаны отнюдь не только с красотой города: Мандельштам, принадлежав еврейской общине, испытывал радость от приобщения к традициям и определённому сообществу и одновременно чувство отчуждённости от всего окружающего мира. Однако, как отмечает биограф поэта и литературовед О. Лекманов, в детские годы и в юности «хаосу иудейскому» в сознании Мандельштама противостоял идеально организованный ампирный Петербург. Сам же художник вспоминал: «Скажу и теперь, не обинуясь, что, семи или восьми лет, весь массив Петербурга, гранитные и торцовые кварталы, все это нежное сердце города, с разливом площадей, с кудрявыми садами, островами памятников, кариатидами Эрмитажа <…> я считал чем-то священным и праздничным».

Именно в этом городе, будучи ещё воспитанником Тенишевского училища, Мандельштам начал писать стихи. Позже, уже студентом, в 1909 году он посетил петербургскую квартиру Вячеслава Иванова, ту самую литературную «башню», чтобы послушать лекции о поэтическом искусстве. С этого момента Мандельштам серьёзно задумался о пути поэта, завёл знакомство со многими «старшими» символистами. Некоторые, как Фёдор Сологуб, поначалу отнеслись благосклонно к юному таланту, однако чета Мережковских, наоборот, не приняла его в свой круг. Так, жена будущего стихотворца Надежда Яковлевна вспоминала о том, как прошла первая встреча Мандельштама с родоначальниками символистского движения в литературе: «К нему вышла Зинаида Гиппиус и сказала, что, если он будет писать хорошие стихи, ей об этом сообщат; тогда она с ним поговорит, а пока что – не стоит, потому что ни из кого не выходит толку». В конце концов о взаимоотношениях поэта и представителей первого модернистского течения в литературе Анна Ахматова написала: «Символисты никогда его не приняли».

Совсем иначе сложились отношения между Мандельштамом и акмеистами. Именно Ахматова вместе с Николаем Гумилёвым стали ближайшими друзьями поэта. Они приняли его в свой круг, что положило начало профессиональной литературной карьере будущего создателя «Камня» и “Tristia”. Впоследствии в одном из своих шуточных стихотворений поэт написал:

Но в Петербурге акмеист мне ближе,

Чем романтический Пьеро в Париже.

Определившись с художественным методом и кругом общения, Мандельштам с головой ушёл в литературную деятельность: создал несколько программных акмеистских трактатов («Утро акмеизма», «Слово и культура», «О природе слова»), опубликовал свой первый поэтический сборник «Камень». Здесь читатель сразу познакомился с основными особенностями мандельштамовской поэзии: архитектурными образами, темой тоски по мировой культуре и, конечно же, восхищением лирического героя перед Петербургом. «Царское Село», «Петербургские строфы», «Адмиралтейство» – вот неполный список текстов, в которых лирический герой обращается к городу, чувствует себя в центре мировой культуры и наполняется энергией.

Я вернулся в мой город, знакомый до слез,

До прожилок, до детских припухлых желез.

 

Ты вернулся сюда — так глотай же скорей

Рыбий жир ленинградских речных фонарей.

Слова эти растиражированы современной массовой культурой: в советские годы они вошли в одну из эстрадных песен, которую пела вся страна. Событие поистине уникальное: Мандельштам был отчетливо элитарным поэтом, он писал сложные стихи, смысл которых был подвергнут словно многократной шифровке и доступен был почти исключительно «своим». Подобный «вираж» в истории восприятия его поэзии – словно венок популярности на не сохранившуюся могилу стихотворца. Осип Мандельштам без следа сгинул в одном из сталинских лагерей на Дальнем Востоке. Было это в 1938 году…


Материал подготовила преподаватель кафедры

журналистики и литературоведения

Осип Мандельштам. Петербург

Осип Мандельштам. Петербург
  • Ленинград , by Дмитрий Бергер
    Я снова в своем городе, родной мне как мои слезы / Словно маленькие вены, набухшие железы младенческих лет моего. Вы пришли сюда, теперь вперед залпом. ..
  • Ленинград , by Андрей Кнеллер
    Вернулся в свой город, он и вправду знакомый / К слезам, к венам, набухшим железам моей юности.Ты снова здесь, — скорей глоток…
  • Ленинград , by Питер Рассел
    Я вернулся в свой город знакомый до слез, / К крови в жилах, к опухшим с детства миндалинам. / Вы вернулись ч…
  • Ленинград , по Бернард Мирс
    Вернулась я в свой город, знакомый как слезы, / Как вены, как свинка с детских лет. Ты вернулся сюда, так что глотай как можно быстрее / ф…
  • Ленинград , по Руперт Мортон
    Я вернулся в свой город, со слезами слишком хорошо разбираясь, / И с венами, и с детскими железками, готовыми лопнуть. Вы вернулись сюда — с поспешностью…
  • Ленинград , по Алистер Полдень
    Я снова в городе Я гулял до слез, / что я знал о своих венах и железах в детстве. Сейчас в Ленинграде. Быстрее и быстрее, / глоток д…
  • Ленинград , by Роуз Стайрон
    Вернись в мой город, мне дороже слёз, / в его жилы, набухшие железы детских ночей, / вернись, помня — проглоти, о скорей…
  • Петербург , by Дина Беляева
    Вернулась в свой знакомый до слез город, / Моим сосудам и миндалинам детских лет, Ты снова сюда вернулся, то жри и зубри/ Рыба…
на испанском

Осип Мандельштам (испанский)

на голландском языке

Осип Мандельштам (Нидерланды)

  • Ленинград , Vertaalgroep Leidse Slavisten
    Terug in de stad mij tot tranen bekend, / In het merg, in het bloed tot het laatste bekend. / Je bent weer terug, dus je vreet je meteen / Дверь …
на финском

Осип Мандельштам (suomi)

  • Ленинград , Марья-Лина Миккола
    Palasin kaupunkiini — kyynelrauhasillani / туннистан сен куин лапси — джока суонеллани. Палазит? Kiirehdi niin ehdit ryypätä / kalaöljyn Ленинград…

‘Ленинград’, Мандельштам — Русское Кувырок: приключения в понимании России

Ниже приводится стихотворение Осипа Мандельштама, которое я недавно перевел. Это стихотворение особенно понравилось мне по ряду причин: оно вдохновлено городом, в котором я жил достаточно долго, чтобы оно проникло в мое сердце и стало другом; это говорит об истории изменений названия, через которые он прошел в 20 веке — от св.Петербург, в Петроград, в Ленинград и обратно в Петербург; образы в этом стихотворении мрачны и в то же время интимны.

Вот мой перевод:
Ленинград
Осип Мандельштам
(1930)

Я вернулся в свой город, знакомый до слез,
К венам, набухшим железам детских лет

Ты вернулся сюда, в Ленинград, так что скорее глотай
Рыбий жир из речных фонарей в городе

Узнай все скорее день в декабре
Где смешанный с черной смолой желток серы

Петербург, я все еще не хочу умирать
У вас есть мои телефоны, попробуйте

Петербург, у меня до сих пор есть адрес, который хвастается
Окружение, наполненное голосами призраков

Я живу на темной лестнице, а внутри моей головы
Звучит колокол, вырванный из плоти мертвеца

И всю ночь я жду своих дорогих гостей
Двигающиеся дверные цепи, как кандалы, их приход свидетельствует

Мне нравится, как это стихотворение, хотя и называется Ленинград , обращается к «Петербургу». Я понимаю, что, несмотря на мою собственную ностальгию и желание вернуться в это место, которое до сих пор нежно хранит часть моих собственных слез, крови и юношеской страсти, Санкт-Петербург/Ленинград того, кто пережил Первую мировую войну, революции 1917 год, Гражданская война в России и установление власти коммунистической партии имели над ними власть иного характера. Я полагаю, что было много людей, которые продолжали думать о городе как о Петербурге в течение довольно долгого времени. Тот факт, что ей вернули это название в 1991 году, через год после падения коммунистической партии, свидетельствует о живучести такого рода памяти.

Перевод этого стихотворения был забавным упражнением. Я сделал все возможное, чтобы сохранить образы, даже когда мне было трудно полностью понять их значение. Наверное, самая сложная в этом плане строка — двенадцатая — Звучит колокольчик, вырванный из плоти мертвеца . У меня возникли проблемы с этим, я пошел в Google переводчик, чтобы посмотреть, что это должно было сказать. Вот что получается для одиннадцатой и двенадцатой строк:

.

Я живу на темной лестнице и в храме
Ударяет меня рваным мясом звоните

Одна хорошая вещь в Google-переводчике заключается в том, что он настолько снижает планку для переводов, что я чувствую, что сделал довольно хорошо, по сравнению с такой ерундой, созданной компьютером.

Прощание Халила Джебрана — Стихи

 И вот настал вечер.
     И Альмитра провидица сказала: Благословен этот день, и это место, и твой дух, который говорил.
     И он ответил: не я ли говорил? Разве я не был также слушателем?

     Затем он спустился по ступеням Храма, и все люди последовали за ним. И он достиг своего корабля и стал на палубе.
     И, снова повернувшись к народу, возвысил голос и сказал:
     Народ Орфалеса, ветер велит мне покинуть вас.Я менее тороплив, чем ветер, но я должен идти.
     Мы, странники, всегда ищущие более уединенный путь, не начинаем день там, где закончили другой день; и ни один восход не находит нас там, где нас оставил закат. 
     Даже когда земля спит, мы путешествуем.
     Мы семена живучего растения, и именно в нашей зрелости и полноте сердца мы отдаемся ветру и рассеиваемся.

     Коротки были дни мои среди вас, и еще короче слова, которые я говорил. Но если мой голос умолк в твоих ушах, и моя любовь исчезнет в твоей памяти, тогда я снова приду,
     И с более богатым сердцем и устами, более податливыми духу, я буду говорить.Да, я вернусь с приливом,
     И хотя смерть может скрыть меня, и великая тишина объяла меня, я снова буду искать твоего понимания.
     И не напрасно буду искать.
     Все, что я сказал, есть истина, что истина откроется более ясным голосом и словами, более близкими вашим мыслям.

     Я иду с ветром, люди Орфалеса, но не вниз в пустоту;
     И если этот день не является исполнением твоих потребностей и моей любви, то пусть это будет обещанием до другого дня.
     Потребности человека меняются, но не его любовь, не его желание, чтобы его любовь удовлетворяла его потребности.Знай же, что из великого безмолвия я вернусь. 
     Туман, что рассеивается на рассвете, оставляя на полях только росу, поднимется и соберется в облако, а затем падет дождем.
     И я был похож на туман.
     В ночной тишине я ходил по вашим улицам, и мой дух входил в ваши дома,
     И ваше сердцебиение было в моем сердце, и ваше дыхание было на моем лице, и я знал вас всех.
     Да, я знал твою радость и твою боль, и во сне твои сны были моими снами.И часто я был среди вас озером среди гор.
     Я отразил в тебе вершины и изгибы склонов, и даже проплывающие стаи твоих мыслей и твоих желаний.
     И к моему безмолвию пришел смех детей твоих в ручьях, и тоска юношей твоих в реках.
     И когда они достигли моей глубины, ручьи и реки еще не перестали петь.

     Но еще слаще, чем смех, и больше, чем тоска, пришли ко мне.
     Это было безграничным в тебе;
     Огромный человек, в котором вы всего лишь клетки и сухожилия;
     Тот, в чьем пении все твое пение есть лишь беззвучное биение.В огромном человеке ты огромен,
     И глядя на него, я видел тебя и любил тебя. 
     Ибо каких расстояний может достигнуть любовь, кроме той обширной сферы?
     Какие видения, какие ожидания и какие предположения могут превзойти этот полет?
     Как гигантский дуб, покрытый яблоневым цветком, в огромном человеке в тебе.
     Его мощь привязывает вас к земле, его благоухание возносит вас в космос, и в его стойкости вы бессмертны.

     Вам говорили, что, даже как цепь, вы так же слабы, как и ваше самое слабое звено.Это всего лишь половина правды. Вы так же сильны, как и ваше самое сильное звено.
     Измерять вас по вашему малейшему поступку — все равно, что считать силу океана хрупкостью его пены.
     Судить о вас по вашим неудачам — значит обвинять времена года в их непостоянстве.

     Да, ты как океан,
     И хотя корабли, прибитые к земле, ждут прилива на ваших ботинках, но, даже подобно океану, вы не можете ускорить свои приливы.
     И ты тоже, как времена года,
     И хотя зимой ты отрицаешь свою весну,
     Но весна, покоящаяся в тебе, улыбается в дремоте своей и не обижается. Не думайте, что я говорю это для того, чтобы вы могли сказать одно другому: «Он хорошо нас похвалил. Он видел в нас только хорошее».
     Я говорю вам только словами то, что вы сами знаете в мыслях.
     И что такое словесное знание, как не тень бессловесного знания?
     Твои мысли и мои слова — волны запечатанной памяти, которая хранит записи наших вчерашних дней,
     И о давних днях, когда земля не знала ни нас, ни себя,
     И о ночах, когда земля содрогалась от смятения.Мудрецы пришли к вам, чтобы поделиться с вами своей мудростью. Я пришел почерпнуть твоей мудрости:
     И вот, я нашел то, что больше мудрости.
     Это дух пламени в тебе, когда-либо собирающий все больше себя,
     Пока ты, не обращая внимания на его распространение, оплакиваешь увядание дней твоих.
     Это жизнь в поисках жизни в телах, которые боятся могилы.
  
     Здесь нет могил.
     Эти горы и равнины — колыбель и ступенька.
     Всякий раз, когда вы будете проходить мимо поля, на котором вы положили своих предков, внимательно посмотрите на него, и вы увидите себя и своих детей, танцующих рука об руку. Поистине, вы часто веселитесь, не зная.

     К вам пришли другие, которым за золотые обещания, данные вашей вере, вы дали лишь богатство, силу и славу.
     Меньше, чем обещание, я дал, и все же вы были более щедры ко мне.
     Вы дали мне мою более глубокую жажду жизни.
     Несомненно, нет большего дара человеку, чем тот, который превращает все эти цели в пересохшие уста и всю жизнь в источник.
     И в этом моя честь и моя награда, —
     Что всякий раз, когда я прихожу к источнику, чтобы напиться, я нахожу живую воду жаждущей;
     И он пьет меня, пока я пью его.Некоторые из вас считали меня гордым и слишком застенчивым, когда я получаю подарки.
     Я слишком горд, чтобы получать плату, но не подарки.
     И хотя я ел ягод среди холмов, когда ты хотел, чтобы я сидел за твоей доской,
     И спал в портике храма, когда ты с радостью приютил меня,
     Но не Твоя ли любовная забота о моих днях и ночах делала пищу сладкой для уст моих и опоясывала сон мой видениями?

     За это я благословляю вас больше всего:
     Вы даете много и не знаете, что даете вообще. Воистину, доброта, которая смотрит на себя в зеркало, превращается в камень,
     И доброе дело, называющее себя нежными именами, становится родителем проклятия.

     И некоторые из вас назвали меня отчужденным и пьяным от моего одиночества,
     И вы сказали: «Он держит совет с деревьями в лесу, но не с людьми».
     Он сидит в одиночестве на вершинах холмов и смотрит вниз на наш город».
     Верно то, что я взбирался на холмы и ходил в отдаленные места.
     Как я мог увидеть, как ты спасаешься с большой высоты или с большого расстояния?
     Как можно быть действительно близко, если он не далеко?

     И другие из вас воззвали ко мне не на словах и сказали:
     «Незнакомец, незнакомец, любитель недостижимых высот, зачем ты живешь среди вершин, где орлы вьют свои гнезда?
     Зачем искать недостижимое?
     Какие бури ты поймал бы в свои сети,
     А на каких паровых птиц ты охотишься в небе?
     Приходи и стань одним из нас.Сойди и утоли голод нашим хлебом и утоли жажду нашим вином». 
     В уединении своей души они говорили это;
     Но будь их одиночество глубже, они бы знали, что я ищу лишь тайну твоей радости и твоей боли,
     И я охотился только за вашими более крупными личностями, которые ходят по небу.

     Но охотник был и добычей;
     Ибо многие из моих стрел покинули мой лук только для того, чтобы найти мою собственную грудь.
     И летун был также и лианой;
     Ибо когда мои крылья были расправлены на солнце, их тень на земле была черепахой.И я, верующий, был также и сомневающимся;
     Ибо часто я затыкал свою собственную рану, чтобы больше верить в тебя и больше знать о тебе.

     И именно с этой верой и этим знанием я говорю:
     Вы не заключены в свои тела, не ограничены домами или полями.
     То, что есть ты, обитает над горой и бродит с ветром.
     Это не существо, которое ползет к солнцу в поисках тепла или роет норы во тьме в поисках безопасности,
     Но вещь свободная, дух, обволакивающий землю и движущийся в эфире.Если это расплывчатые слова, то старайтесь не прояснять их. 
     Неясно и туманно начало всех вещей, но не их конец,
     И я бы хотел, чтобы вы помнили обо мне как о начале.
     Жизнь и все, что живет, зачато в тумане, а не в кристалле.
     И кто знает, не кристалл ли туман в тлен?

     Я хотел бы, чтобы вы помнили обо мне:
     То, что кажется в вас самым слабым и сбитым с толку, на самом деле является самым сильным и самым решительным.
     Не твое ли дыхание воздвигло и укрепило структуру твоих костей?
     И не сон ли это, которого никто из вас не помнит, построил ваш город и создал все, что в нем есть?
     Если бы вы только видели приливы этого дыхания, вы перестали бы видеть все остальное,
     И если бы вы могли слышать шепот сна, вы не услышали бы других звуков.Но ты не видишь и не слышишь, и это хорошо.
     Покрывало, застилающее глаза ваши, поднимется руками, ткавшими его,
     И глина, наполняющая уши твои, будет пронзена пальцами, месившими ее.
     И ты увидишь
     И ты услышишь.
     И все же вы не должны сожалеть о том, что познали слепоту, и не сожалеть о том, что были глухими. 
     Ибо в тот день ты узнаешь скрытые цели во всех вещах,
     И ты благословишь тьму, как ты благословил бы свет.

    Сказав это, он огляделся кругом и увидел, что кормчий его корабля стоит у руля и смотрит то на полные паруса, то вдаль.И сказал он:
     Терпеливый, сверхтерпеливый капитан моего корабля.
     Дует ветер, и беспокойны паруса;
     Даже руль умоляет направление;
     Но мой капитан тихо ждет моего молчания.
     И эти мои моряки, которые слышали хор великого моря, они тоже терпеливо слушали меня.
     Теперь они не будут больше ждать.
     Я готов.
     Поток достиг моря, и снова великая мать прижимает сына к своей груди.

     Прощайте, жители Орфалеса.Этот день закончился.
     Он приближается к нам, как кувшинка к собственному завтрашнему дню.
     Что нам здесь дали, то и сохраним,
     А если этого недостаточно, то опять должны мы собраться вместе и вместе протянуть руки к дающему.
     Не забывай, что я вернусь к тебе.
     Еще немного, и моя тоска превратится в пыль и пену по другому телу. 
     Немного, мгновение отдохну от ветра, и меня понесет другая женщина.

     Прощай, ты и молодость, которую я провел с тобой.Это было, но вчера мы встретились во сне.
     Ты пела мне в моем одиночестве, и я из твоих желаний построил башню в небе.
     Но теперь наш сон убежал, и наш сон закончился, и уже не рассвет.
     Наступил полдень, и полусонный сон превратился в более полный день, и мы должны расстаться.
     Если в сумерках воспоминаний мы встретимся еще раз, мы снова заговорим вместе, и ты споешь мне более глубокую песню.
     И если наши руки сойдутся в другом сне, мы построим еще одну башню в небе.Сказав это, он сделал сигнал матросам, и тотчас же они снялись с якоря, отвязали корабль от якоря и двинулись на восток.
     И вопль исходил от людей, как бы из единого сердца, и поднимался он в сумерки, и разносился над морем, как великая труба.
     Только Альмитра молчала, глядя вслед кораблю, пока тот не исчез в тумане.
     И когда все люди рассеялись, она все еще стояла одна на дамбе, вспоминая в сердце своем его слова:

     «Немного времени, мгновение покоя на ветру, и другая женщина понесет меня.

Вой, части I и II Аллена Гинзберга — Стихи

Для Наоми Гинзберг, 1894-1956

 Странно теперь думать о тебе, прошедшем без корсетов и глаз, пока я иду
   солнечный тротуар Гринвич-Виллидж.
центр Манхэттена, ясный зимний полдень, и я не спал всю ночь, разговаривая,
   говорить, читать вслух Кадиш, слушать блюз Рэя Чарльза
   кричать вслепую на фонограф
ритм ритмом — и твоя память в моей голове спустя три года —
   И читал вслух последние триумфальные строфы Адонаиса — плакал, понимая
   как мы страдаем -
И как Смерть есть лекарство, о котором мечтают все певцы, пойте, помните,
   пророчество, как в еврейском Гимне или буддийской Книге Ан-
   ответы — и мое собственное воображение увядшего листа — на рассвете —
Мечтаю о жизни, Твоё время — и моё, ускоряющееся к Апокалипсису.
   липс,
последний момент — цветок, горящий в Дне — и то, что последует,
оглядываясь назад на сам разум, который видел американский город
вспышка, и великий сон обо мне или о Китае, или о тебе и о призраке
   Россия, или смятая постель, которой никогда не было —
как поэма в темноте — убежала обратно в Обливион —
Больше нечего сказать и не о чем плакать, кроме Существ во сне,
   в ловушке своего исчезновения,
вздыхая, крича вместе с ним, покупая и продавая части фантома, поклоняясь. ..
   пинговать друг друга,
поклонение богу, включенному во все это, — страстное желание или неизбежность? — в то время как это
   длится, Видение — что-нибудь еще?
Он прыгает вокруг меня, когда я выхожу и иду по улице, оглядываюсь через плечо,
   Седьмая авеню, зубцы окон офисных зданий должны
   взявшись друг за друга высоко, под облаком, высотой с небо в одно мгновение — и
   небо над головой — старое голубое место.или вниз по авеню на юг, к — когда я иду к Нижнему Ист-Сайду
   — куда ты шла 50 лет назад, девочка — из России, поедая
   первые ядовитые помидоры америки испугались на скамье подсудимых
затем боролись в толпе на Орчард-стрит, к чему?
   Ньюарк—
к кондитерской, первой самодельной газировке века, взбитому вручную льду
   сливки в задней комнате на заплесневелых коричневых досках пола—
К воспитанию браку, нервному срыву, операции, обучению в школе,
   и научиться безумствовать во сне — что это за жизнь?
К Ключу в окне — и великий Ключ кладет свою головку света
   на вершине Манхэттена, и над полом, и ложится на
   тротуара — единым широким лучом, движущимся, когда я иду вниз Сначала к
   еврейский театр — и место бедности
ты знал, и я знаю, но теперь это не заботит меня. 
   через Патерсон, и на Запад, и в Европу, и снова сюда,
с криками испанцев теперь в дверных косяках и темных мальчиках на
   улица, пожарные лестницы старые как ты
— Хоть ты и не стар, но остался здесь со мной —
Во всяком случае, я сам, может быть, так же стар, как вселенная, и я думаю, что он умрет вместе с
   нас - достаточно, чтобы отменить все, что приходит - то, что пришло, ушло навсегда
   каждый раз-
Это хорошо! Это оставляет его открытым без сожаления - не бойтесь радиаторов, отсутствия любви,
   мучить даже зубную боль в конце—
Хотя, когда оно приходит, это лев, пожирающий душу, и ягненок, душу,
   в нас, увы, принося себя в жертву яростному голоду перемен - волосы
   и зубы — и рев боли в костях, голый череп, сломанное ребро, гнилая кожа,
   мозговитая непримиримость.Ай! ай! мы делаем хуже! Мы в затруднительном положении! И ты вышел, Смерть тебя выпустила,
   Смерть пощадила, ты покончил со своим веком, покончил с
   Боже, покончено с тропой через него - Покончено наконец с собой - Чисто
   -- Назад к Младенцу, темному перед твоим Отцом, перед всеми нами -- перед
   Мир-
Там, отдыхай.  Нет больше страданий для тебя. Я знаю, куда ты ушел, это хорошо.
Никаких больше цветов на летних полях Нью-Йорка, никакой радости, никакой радости.
   страх перед Луи,
и нет больше его сладости и очков, его школьных десятилетий, долгов,
   любовь, испуганные телефонные звонки, ложа для зачатия, родственники, руки…
Нет больше сестры Эланор, она ушла раньше тебя, мы держали это в секрете.
   убил ее - или она покончила с собой, чтобы терпеть вас - артрит сердца
   — Но Смерть убила вас обоих — неважно —
Ни воспоминаний о матери, слез 1915 года в немых кинонеделях и
   недели — забывая, скорбя, наблюдая, как Мари Дресслер обращается к человеческому
   ity, чаплинский танец в юности,
или Борис Годунов, шаляпинский в Метрополитен-музее, зазывающий своим голосом плачущего царя
   — стоя в комнате с Эланор и Максом — также наблюдая за Столицей
   исты садятся в Оркестр, белые меха, бриллианты,
с YPSL, путешествующим автостопом по Пенсильвании, в черных мешковатых спортивных юбках
   штаны, фотография четырех девушек, держащихся вокруг отходов, и
   смеющийся глаз, слишком застенчивый, девственное одиночество 1920-х
все девушки состарились или уже умерли, и эти длинные волосы в могиле - повезло
   иметь мужей позже —
Ты успел — я тоже пришел — Юджин, мой брат раньше (до сих пор горюю и
   будет греться до последней одеревеневшей руки, пока он проходит через рак, или убьет
   — возможно, позже — скоро он подумает —)
И это последний момент, который я помню, когда я вижу их всех, сквозь себя, сейчас
   -- не ты
Я не предвидел того, что вы почувствовали - какой более отвратительный зияющий злобный рот появился
   сначала - вам - и были ли вы готовы?
Идти куда? В этой тьме. .. в этом Боге? сияние? Лорд в
   Пустота? Как глаз в черной туче во сне? Адоной, наконец, с
   Вы?
За пределами моей памяти! Не в силах угадать! Не просто желтый череп
   в могиле, или ящик червячной пыли, и запачканная лента — Смерти-
   голова с ореолом? ты можешь в это поверить?
Разве только солнце сияет однажды для ума, только вспышка бытия,
   чем никто никогда не был?
Ничего сверх того, что есть у нас — того, что было у вас — такого жалкого — и все же Три-
   гм,
побывал здесь и изменился, как дерево, сломанное или цветок, — скормленный
   земля, но сотворенная своими лепестками цветная, мыслящая Великая Вселенная,
   встряхнул, порезал голову, стриптиз листьев, спрятал в больничном ящике из-под яиц, ткань
   обернутый, болезненный - взбесившийся в лунном мозгу, Безупречный.Нет такого цветка, как тот цветок, который знал себя в саду и боролся с
   нож - потерял
Срубленный идиотом Снеговика ледяным даже весной странным призраком
   подумали некоторые—Смерть—Острая сосулька в руке—увенчанная старыми
   розы — собака для его глаз — петух потогонной мастерской — сердце электрического
   утюги. 
Все накопления жизни, изнуряющие нас, — часы, тела, сознание,
   туфли, груди — рожденные сыновья — ваш коммунизм — «паранойя» в
   больницы.
Однажды ты ударил Эланор по ноге, она умерла от сердечного приступа.Вы из
   Инсульт. Спящий? в течение года, вы двое, сестры в смерти. Является
   Эланор счастлива?
Макс горюет заживо в офисе на Нижнем Бродвее, с длинными одинокими усами
   полночь Бухгалтерия, не уверен. Его жизнь проходит — как он видит — и
   в чем он теперь сомневается? Все еще мечтаю зарабатывать деньги, или это может
   заработали деньги, наняли няньку, родили детей, нашли даже свое Им-
   смертность, Наоми?
Я скоро увижу его. Теперь мне нужно прорваться, чтобы поговорить с тобой, как я не
   когда у тебя был рот.Навсегда. И мы обречены на это, Навсегда, как лошади Эмили Дикинсон.
   — направился в Край.
Они знают путь — эти кони — бегут быстрее, чем мы думаем — это наш собственный путь.
   жизнь они пересекают — и уносят с собой.

   Великолепный, больше не оплакиваемый, испорченный сердцем, ум позади, испорченный
во сне, смертный изменился — жопа и лицо покончено с убийством. 
   В мире, данном, обезумевшем цветке, не сотворенном утопии, закрытом под
сосна, almed в земле, винят в Одиноком, Иегова, прими.
   Безымянный, Одноликий, Навсегда вне меня, безначальный, бесконечный,
Отец в смерти.Хотя я не здесь для этого Пророчества, я не женат, я
без гимнов, я без небес, безголовый в блаженстве, я все еще обожаю
   Тебя, Небеса, после Смерти только Единого блаженного в Небытии, не
свет или тьма, Бездневная Вечность —
   Возьми этот, этот псалом, от меня, вырвавшийся из моей руки через день, какой-то
Моего Времени, теперь отданного Ничему — восхвалять Тебя — Но Смерти
   Это конец, избавление от Пустыни, путь к Победе.
дерер, Дом ищет Всех, черный платок выстиран плачем
— страница после Псалма — Последняя перемена моя и Ноемини — к Божьему совершенному
Тьма - Смерть, останови свои призраки!

II
   Снова и снова — припев — о больницах — все еще не написали
история — оставьте это абстрактно — несколько изображений
   бегут по разуму — как саксофонный хор домов и лет —
воспоминание о поражении электрическим током. Долгими ночами в детстве в квартире Патерсона, присматривая за твоим
нервозность — ты был толстым — твой следующий шаг —
   К тому дню я остался дома и не ходил в школу, чтобы заботиться о тебе…
раз и навсегда — когда я поклялся навеки, что когда-то человек не согласился с моим
мнение космоса, я потерялся —
   Мое позднейшее бремя — клятва просветить человечество — это освобождение
подробности — (безумие, как и вы) — (здравомыслие — уловка согласия) —
   Но вы смотрели в окно на углу Бродвейской церкви, и
шпионил мистического убийцу из Ньюарка,
   Так что позвонил Доктору: «Хорошо, иди отдыхать», поэтому я надел пальто.
и шел с тобой вниз по улице - По дороге гимназист кричал,
необъяснимо — «Куда ты идешь, леди смерти»? Я вздрогнул —
   а ты прикрыла нос мотыльковым меховым воротником, противогазом
против яда, проникшего в атмосферу центра города, распыленного бабушкой—
   И был ли водитель общественного автобуса с сырной коробкой членом
Банда? Ты вздрогнул от его лица, я с трудом мог достучаться до Нью-Йорка. 
Йорк, прямо на Таймс-сквер, чтобы захватить еще одну борзую — 

История Дня независимости Мексики

16 сентября мексиканцы всего мира будут отмечать годовщину независимости страны от Испании.Этот день отмечен национальным праздником в Мексике, реконструкцией исторического момента от лидера революции и множеством представлений от фейерверков до танцевальных номеров.

Люди, живущие в Соединенных Штатах, которые часто путают с Синко де Майо, на самом деле отмечают день независимости Мексики в 1810 году, когда Мигель Идальго-и-Костилья, католический священник, известный как отец Идальго, впервые провозгласил независимость. После трогательной речи в мексиканском городе Долорес Идальго поднял знамя Девы Гваделупской, римско-католического изображения Девы Марии, как она предстает перед Хуаном Диего, коренным мексиканским верующим, которого церковь позже прославила как святого.

«Независимость отмечает начало [борьбы]», — говорит Елена Альбарран, доцент кафедры истории, глобальных и межкультурных исследований Университета Майами в Огайо. «В этом случае вы празднуете момент мятежа, возможность и надежду».

Десятилетняя борьба

Когда Идальго поднял знамя Гваделупы, покровительницы Мексики, многие люди захотели последовать за ним. Альбарран говорит, что они собрали большую, неуправляемую, разношерстную армию, в которую входили женщины, дети, бабушки и дедушки и домашний скот.Необученный и трудноуправляемый, он в конце концов потерпел поражение, и многие его члены вернулись домой, чтобы собирать урожай на своих полях.

Идальго был лишен сана священника испанской инквизицией, говорит Уильям Бизли, профессор истории Аризонского университета. Позже гражданское правительство обезглавило его в наказание за мятеж, и его голова была выставлена ​​в Гуанахуато, где ему и его армии было предъявлено обвинение в организации резни.

Другой священник, Хосе Мария Морелос, принял мантию революции, отправив домой любого из первой армии без оружия и лошади.Бизли говорит, что эта более сплоченная версия армии была более эффективной, но Морелос также в конце концов предстал перед инквизицией и был обезглавлен, а борьба за независимость погрузилась в период хаоса, поскольку Мексика продолжала бороться с ослабевающим испанским правлением.

Затем, в 1821 году, Агустин де Итурбиде, солдат, поддерживавший испанцев, который стал лидером движения за независимость Мексики, повел войска в Мехико, решительно захватив город и провозгласив независимость страны.Его следующее политическое обещание, названное Планом Игуалы или Планом трех гарантий, было направлено на освобождение Мексики от испанского контроля, укрепление страны как католика и обеспечение равенства всех граждан. Итурбиде стал императором новой нации, установив систему в стиле монархии и потратив большую часть бюджета новой страны на роскошную одежду, которая напоминала моду австрийского королевского двора того времени.

В конце концов, эта система тоже вышла из строя. Военные лидеры боролись и боролись за власть, и, наконец, была создана демократическая республика во главе с борцом за независимость Гваделупе Викторией, которая стала первым президентом Мексики.

«Мексиканцы не прославляют и не признают Итурбиде как отца независимости», — говорит Альбарран. «Герой, которого неизменно выбирают отцом независимости, — это отец Идальго, харизматичный, но катастрофический священник, который заводит дело».

Предоставлено Дэвидом Рамси Коллекция карт

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Путаница с Синко де Майо

В Америке люди часто путают празднование Дня независимости Мексики с Синко де Майо, говорит Альбарран: «Каждый раз, когда я преподаю историю Мексики и спрашиваю студентов, когда наступит День независимости Мексики, они либо понятия не имеют , что нормально, или половина или большинство считают, что это Синко де Майо.

Она говорит, что многие американцы считают, что Cinco de Mayo приехал в США, потому что общины иммигрантов привезли его с собой, но главная причина, по которой праздник так разыгрывается в США, — это корпоративная реклама со стороны компаний по производству напитков для взрослых.

«Рекламодатели пива начали продвигать продажи пива в мексиканских общинах и районах, — говорит Бизли. «Это был рекламный трюк, и дата была неправильной. Он до сих пор спонсируется во многих местах».

Альбарран говорит, что поскольку Синко-де-Майо не является национальным праздником в Мексике, его отмечают там в совершенно другом масштабе, чем в США.С. Она видела эту разницу, освещенную ее учениками. Во время задания, где она просила студентов вести блог со своими сверстниками в Мехико, американские студенты опубликовали пост о праздновании Синко де Майо в США

«Мексиканские студенты не могли в это поверить», — говорит она. «Они ржали, катались от смеха. Они не могли поверить, что мешанина из мексиканской иконографии и китча была включена в празднование в США». (Вот почему празднуется Синко де Майо)

Вспоминая первое восстание

Однако по традиции в День независимости Мексики президент чтит наследие отца Идальго, проводя своего рода реконструкцию Национального дворца в Мехико.Бизли рассказывает, что в ночь на 15 сентября в 11 часов вечера, согласно мексиканской традиции и фольклору, Идальго зашел в приходскую церковь в городке Долорес, позвонил в церковный колокол и сказал прибежавшим сельским жителям, что им нужно восстать.

«В результате 15 сентября президент Мексики выйдет на балкон, позвонит в тот самый звонок и произнесет речь, которая якобы является словами Идальго», — говорит он. «Никто не записал, что сказал Идальго. Он был обезглавлен, так что кто знает, что случилось с [настоящей] версией этого? Но мексиканцы по всей стране и в США.С., и где бы они ни были, могут посмотреть это по телевизору, и это то, что празднуется».

Несмотря на неопределенность в отношении точных слов Идальго, сегодняшняя речь прославляет его страсть к Мексике и ее народу — и чтит момент, когда он подтолкнул страну к ее возможной независимости.

Исправление: в предыдущей версии этой статьи было неверно сказано, что Агустин де Итурбиде привел войска в Мехико в 1921 году; на самом деле это было в 1821 году.

Я врач скорой помощи в Нью-Йорке.Никто из нас никогда не будет прежним.

Во многих моментах я спрашиваю себя: Имеет ли это вообще какое-то значение? Такое ощущение, что вирус повсюду, дышит всеми поверхностями, выдыхает себя в атмосферу. Утомительно носить одну маску весь день и накрывать ее другой, чтобы она оставалась чистой, много думать о том, чтобы не испачкать ее, и думать, не загрязню ли я случайно ее внутреннюю часть, когда держу ее подальше от лица, чтобы дышать в течение некоторого времени. минуту или снимите его, чтобы попить воды.Иногда я вижу отдельные вирусные частицы — круглые с красными торчащими шипами в форме короны, как на изображении Центра по контролю и профилактике заболеваний — повсюду в больнице, на койках, мониторах, телефонах и компьютерах. Я вздрагиваю, заставляя себя стереть образ из памяти.

Я принимал участие в миссиях по оказанию гуманитарной помощи в более чем 20 странах, в местах с ограниченными ресурсами, таких как мобильные клиники в Южном Судане сразу после его отделения, лагеря беженцев в Кении, заброшенный военный госпиталь в Либерии, медицинские учреждения в Сомали. .Лично я никогда не чувствовал себя в безопасности, как будто у меня не было достаточной защиты для себя. Люди теперь называют нас «страной третьего мира», но с точки зрения СИЗ. в этой пандемии, это на самом деле хуже, чем в тех заграничных больницах. В то время как большинство специалистов были непоколебимо щедры, предлагая дополнительные руки в отделении неотложной помощи и подвергая опасности собственную жизнь, несколько врачей, с которыми консультируются из-за их опыта в определенных заболеваниях, вообще отказываются принимать пациентов здесь.По их словам, они чувствуют себя небезопасно. В глубине души я знаю, что они, вероятно, правы.

К концу моей смены каждый пациент начинает сливаться в одного пациента. «Лихорадка и кашель», «лихорадка, кашель и одышка», «кашель и затрудненное дыхание», «отправлено из кабинета врача для исключения Covid», «отправлено из отделения неотложной помощи для теста на Covid». Я даже не могу больше следить за ними. Обычно я помню пациентов по их лицам, но они все тоже в масках, так что я вижу только их глаза, которые чаще всего закрыты.

Я стал одержим уровнем кислорода, который, кажется, является единственным надежным показателем того, как поживают пациенты. 92 процента намного лучше, чем 90 процентов? Должен ли быть 93-й предел, чтобы отправить кого-то домой, или я должен сделать его 94-м? Раньше я мог положиться на свою интуицию и клиническое суждение, когда входил в комнату и смотрел на пациента, но коронавирус беззаконен. Он не подчиняется никаким правилам. Что необычно при этой болезни, так это то, что многие люди обращаются к вам, даже когда их дыхание ухудшается.Они могут говорить, но показатели кислорода у них пугающе низкие. С течением времени им становится все хуже, и им нужна дыхательная трубка. В большинстве других ситуаций люди, которым требуются дыхательные трубки в отделении неотложной помощи, прибывают в больницу слишком больными, чтобы общаться со мной, и им сразу же требуется искусственная вентиляция легких. Это делает его немного легче.

Кислородные баллоны пациентов закончились. (Это невозможно узнать, если вы не наклонитесь, не заглянете за носилки и не увидите тонкую черную стрелку, тикающую в красную зону на шкале. ) Или тот кислород, который вы им дали, внезапно становится недостаточным, поскольку их легкие сжимаются все больше. Может быть, звучит сигнал тревоги, потому что у них упал уровень кислорода. Или, что более вероятно, они отключились от монитора, что случается слишком часто, и вы видите, как они отчаянно пытаются дышать. Или, скорее всего, кислород, даже если и дует, бесполезен, потому что они не могут его принять, почти не вдыхают, молча умирают, в одиночестве.

То, что еще неделю назад казалось немыслимым, сейчас кажется вполне возможным и даже вероятным.Коллега сообщает мне, что ей пришлось отодвинуть мертвое тело, чтобы подключить аппарат искусственной вентиляции легких для нового пациента, который недавно был интубирован. Так теперь мертвые покидают мир?

Раньше я связывался с итальянскими врачами, беспокоясь о их благополучии и благополучии их пациентов, но теперь наши роли поменялись. Теперь я получаю конец их горя и сочувствия. «Как дела?» один пишет мне. — Мы слышали, что там так плохо. Да, это действительно так. «Будь сильным», — говорит другой.

Договор, изгнавший народ чероки с их родины, выставлен на обозрение | Смитсоновские голоса

Члены Молодежного национального хора чероки принимают участие в инсталляции Нового Эхотского договора в Национальном музее американских индейцев в Вашингтоне, округ Колумбия.C. (Пол Мориги/AP Images для Смитсоновского института)

«Чем больше мы сможем рассказать нашу историю, тем меньше вероятность того, что она повторится». Главный вождь Билл Джон Бейкер, народ чероки в Оклахоме

В пятницу, 12 апреля 2019 г., представители трех признанных на федеральном уровне племен народа чероки — нации чероки из Оклахомы, восточной группы индейцев чероки и объединенной группы индейцев чероки китова в Оклахоме — собрались в Национальном музее американских индейцев в Вашингтоне, Д. C., за инсталляцию Нового Эхотского договора на выставке «Нация к нации: договоры между Соединенными Штатами и американскими индейскими народами ».

Заключенный в 1835 году партией меньшинства чероки, оспариваемый большинством народа чероки и их избранным правительством, Нью-Эхотский договор был использован Соединенными Штатами для оправдания насильственного изгнания чероки с их родины в соответствии с тем, что стало известно. как Тропа слез.

Еще в 1780 году Томас Джефферсон, тогдашний губернатор Вирджинии, выдвинул идею переселения американских индейцев с их земель на Востоке.В 1803 году президент Джефферсон написал территориальному губернатору Индианы, что любое племя, «достаточно безрассудное, чтобы взяться за топор» против белых поселений, должно быть «захвачено всей страной этого племени и изгнано через Миссисипи, как единственный состояние мира».

Коренные народы сопротивлялись их перемещению всеми доступными им средствами, в том числе путем общественных и политических дебатов и в судах. Но с принятием Закона о переселении индейцев в 1830 году народы юго-востока Индии столкнулись с огромным давлением, заставляющим их двигаться на запад.Партия меньшинства чероки пришла к выводу, что их единственный выход — заключить договор о выселении с Соединенными Штатами. Не имея права представлять свой народ, подписавшие договор отказались от всех земель чероки к востоку от реки Миссисипи. Взамен чероки получат пять миллионов долларов и новые земли на Индейской территории (ныне Оклахома). Договор, подписанный в Нью-Эхоте, штат Джорджия, в декабре 1835 года, устанавливал двухлетний срок, в течение которого чероки должны были покинуть свою родину.

Большинство чероки сочло Нью-Эхотский договор мошенническим, и в феврале 1836 года Национальный совет чероки проголосовал за его отклонение.Во главе с главным вождем Джоном Россом противники подали петицию, подписанную тысячами граждан чероки, с призывом к Конгрессу аннулировать соглашение. Несмотря на усилия народа чероки, Сенат ратифицировал договор 1 марта 1836 года одним голосом, и президент Эндрю Джексон подписал его как закон.

Переговорщики чероки, подписавшие Новый Эхотский договор в 1835 году, не имели законного права говорить от имени своего народа. Пол Мориги/AP Images для Смитсоновского института

Несмотря на ратификацию Соединенными Штатами Нового Эхотского договора, большинство чероки отказывались покидать свои дома на юго-востоке.По мере приближения крайнего срока выселения в 1838 году президент Мартин Ван Бюрен — преемник Джексона — приказал генералу Уинфилду Скотту заставить чероки двинуться на запад. Семь тысяч солдат армии США штыками окружили семьи чероки. Около тысячи чероки бежали в Северную Каролину, где сегодня живут их потомки как граждане Восточной полосы. Приблизительно шестнадцать тысяч мужчин, женщин и детей совершили вынужденное путешествие на территорию Индии. Около четырех тысяч человек погибли на так называемой Тропе слез.

Во время презентации договора в музее главный вождь народа чероки Билл Джон Бейкер отметил, что эта глава американской истории могла сложиться иначе: «Мы проиграли в Конгрессе одним голосом, чтобы остаться на своей родине». Тем не менее, в Оклахоме и Северной Каролине чероки восстановили свои общины и сохранили свои традиции, институты и суверенитет. Член Совета племен Ричард Френч, представляющий восточную группу индейцев чероки, призвал три племени продолжать сотрудничество друг с другом.Вождь Джо Банч, чей United Keetowah Band переехал к западу от Миссисипи за несколько десятилетий до того, как Новый Эхотский договор стал законом, напомнил собравшимся гостям, что общие ценности чероки сохранились, сказав: «Семья, традиции и язык привели нас сюда. ». Молодежный хор народа чероки завершил церемонию установки песней на языке чероки.

Договоры — торжественные соглашения между суверенными государствами — лежат в основе отношений между индийскими народами и Соединенными Штатами.Иногда вынуждаемые, но неизменно нарушаемые договоры по-прежнему определяют наши взаимные обязательства. В Национальном архиве хранится 377 договоров между Соединенными Штатами и американскими индейцами, 100 из которых доступны в Интернете. С 2014 года Национальный архив сотрудничает с музеем, чтобы выставлять договоры в Вашингтоне и Нью-Йорке.

Новый Эхотский договор будет действовать до сентября 2019 года в нации к нации . Посетители музея также могут увидеть выставку Trail of Tears: The Story of Cherokee Removal , созданную народом чероки.Инсталляция договора совпала с открытием фестиваля «Дни чероки» с 12 по 14 апреля, организованного в музее тремя племенами.

Американская история Родной .

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.