Текст судебника 1497 года: Load document | Музей истории российских реформ имени П. А. Столыпина

Судебник 1497 года | Law.pp.ru

Введение

Впервые упоминание о Судебнике 1497 года имеется в Записях о Московии австрийского дипломата Сигизмунда Герберштейна, бывшего послом императора Максимилиана I при дворе Василия  III. Опубликованные в 1556 году в Базале на латинском языке, эти записки раскрывали содержание лишь первых статей Судебника (3-7, 9-16) о порядке решения споров при помощи судебного поединка и наказаниях за разного рода преступления.

Рукопись Судебника 1497 года была обнаружена в 1817 году         П.М. Строевым и опубликована им совместно с К.Ф. Калайдовичем в 1819 году. Она остается до сих пор единственным известным списком Судебника и хранится в фонде Государственного древнехранилища Центрального государственного архива древних актов в Москве.

В советское время вышло академическое издание «Судебники        XV-XVI вв.» (подготовка текста к печати и комментарий Л.В. Черепнина). Исследуя сохранившийся единственный список Судебника 1497 года,             Л.

В. Черепнин пришел к выводу, что текст его был переписан с подлинника или другого списка не менее чем тремя сменявшими друг друга писцами. Рукопись Судебника не имеет постатейной нумерации. Ее текст подразделяется с помощью киноварных заголовков на 36 разделов, внутри которого имеются более мелкие подразделения – выполненные также киноварью инициалы. Систематизируя эти подразделения, М.Ф. Владимирский-Буданов при публикации текста Судебника в своей «Хрестоматии», изданной в 1873 году, разделил его на 68 статей. Однако, как показал    Л.В. Черепнин, эта система деления искусственна. М.Ф. Владимирский-Буданов, не имевший возможности ознакомиться с рукописью Судебника и пользовавшийся исключительно публикацией К.Ф. Калайдовича и     П.М. Строева, в которой не всюду учитывалось наличие выполненных киноварью инициалов, не отразил полностью архитектонику памятника. По мнению Л.В. Черепнина, памятник следует разбить на 100 статей. Однако ввиду того, что все научные работы, посвященные Судебнику 1497 года, основаны на нумерации Владимирского-Буданова, в академическом издании (и в настоящей публикации) сохранено общепринятое деление.

М.Ф. Владимирский-Буданов отметил наличие в Судебнике определенной системы по сравнению с предшествовавшими актами. Предложенное выделение из состава Судебника четырех частей – постановления о суде центральном, суде местном, материального права и дополнительных статей – было воспринято всеми последующими исследователями. Рассматривая Судебник 1497 года как объединение местных законов в один общий, М.Ф. Владимирский-Буданов впервые предпринимает попытку более детального изучения вопроса о его источниках. Формально юридическое сравнение, проведенное путем текстологического анализа, приводит его к выводу, что в качестве «не только основного, но и единственного источника»  Судебника выступают уставные грамоты, а нормы обычного права употреблены в незначительной степени. Использована Псковская Судная грамота, несколько видоизмененная  по сравнению с вечевым законодательством. Судебник, считает М.Ф. Владимирский-Буданов, значительно беднее по сравнению с Псковской Судной грамотой как по содержанию, так и по искусству редакций.

Он находит и неизвестные ранее памятникам статьи, например, запрещение отказывать в правосудии (ст. 2), законы о взяточничестве и лжесвидетельстве (ст. 67) и некоторые другие, автором которых он считает Ивана III.

1 из 33 След. стр. →

СУДЕБНИК ИВАНА 3 1497 ГОДА

ВВЕДЕНИЕ Впервые упоминание о Судебнике 1497 года имеется в Записях о Московии австрийского дипломата Сигизмунда Герберштейна, бывшего послом императора Максимилиана I при дворе Василия III. Опубликованные в 1556 году в Базале на латинском языке, эти записки раскрывали содержание лишь первых статей Судебника (3-7, 9-16) о порядке решения споров при помощи судебного поединка и наказаниях за разного рода преступления. Рукопись Судебника 1497 года была обнаружена в 1817 году П.М. Строевым и опубликована им совместно с К.Ф. Калайдовичем в 1819 году. Она остается до сих пор единственным известным списком Судебника и хранится в фонде Государственного древнехранилища Центрального государственного архива древних актов в Москве. В советское время вышло академическое издание «Судебники XV-XVI вв.» (подготовка текста к печати и комментарий Л.В. Черепнина). Исследуя сохранившийся единственный список Судебника 1497 года, Л.В. Черепнин пришел к выводу, что текст его был переписан с подлинника или другого списка не менее чем тремя сменявшими друг друга писцами. Рукопись Судебника не имеет постатейной нумерации. Ее текст подразделяется с помощью киноварных заголовков на 36 разделов, внутри которого имеются более мелкие подразделения – выполненные также киноварью инициалы. Систематизируя эти подразделения, М.Ф. Владимирский-Буданов при публикации текста Судебника в своей «Хрестоматии», изданной в 1873 году, разделил его на 68 статей. Однако, как показал Л.В. Черепнин, эта система деления искусственна. М.Ф. Владимирский-Буданов, не имевший возможности ознакомиться с рукописью Судебника и пользовавшийся исключительно публикацией К.Ф. Калайдовича и П.М. Строева, в которой не всюду учитывалось наличие выполненных киноварью инициалов, не отразил полностью архитектонику памятника. По мнению Л.В. Черепнина, памятник следует разбить на 100 статей. Однако ввиду того, что все научные работы, посвященные Судебнику 1497 года, основаны на нумерации Владимирского-Буданова, в академическом издании (и в настоящей публикации) сохранено общепринятое деление. М.Ф. Владимирский-Буданов отметил наличие в Судебнике определенной системы по сравнению с предшествовавшими актами. Предложенное выделение из состава Судебника четырех частей – постановления о суде центральном, суде местном, материального права и дополнительных статей – было воспринято всеми последующими исследователями. Рассматривая Судебник 1497 года как объединение местных законов в один общий, М.Ф. Владимирский-Буданов впервые 4 предпринимает попытку более детального изучения вопроса о его источниках. Формально юридическое сравнение, проведенное путем текстологического анализа, приводит его к выводу, что в качестве «не только основного, но и единственного источника» Судебника выступают уставные грамоты, а нормы обычного права употреблены в незначительной степени. Использована Псковская Судная грамота, несколько видоизмененная по сравнению с вечевым законодательством. Судебник, считает М.Ф. Владимирский-Буданов, значительно беднее по сравнению с Псковской Судной грамотой как по содержанию, так и по искусству редакций. Он находит и неизвестные ранее памятникам статьи, например, запрещение отказывать в правосудии (ст. 2), законы о взяточничестве и лжесвидетельстве (ст. 67) и некоторые другие, автором которых он считает Ивана III. В советской историко-юридической литературе наиболее крупные специальные исследования Судебника 1497 года принадлежат С.В. Юшкову и Л.В. Черепнину. С точки зрения С.В. Юшкова, централизация территориальная предопределила централизацию законодательную. Однако господствовавшая в 20-е годы XX века концепция «торгового капитализма» при определении общественно-политического строя России периода XIV – XVI вв. оказала влияние и на труды, посвященные проблемам юридического оформления процесса ликвидации феодальной раздробленности и образования единого Российского государства. Судебник 1497 года трактуется С.В. Юшковым как памятник права, регламентировавший определенные социальные сдвиги на пути замены феодальных общественных отношений отношениями «торгового капитализма». Солидаризируясь в основном с С.В. Юшковым по вопросам об источниках Судебника, а также в оценке ряда его статей и значения для процесса централизации Русского государства, Л.В. Черепнин предложил иное решение проблемы авторства Судебника 1497 года. Он пришел к выводу, что составителем Судебника не был и не мог быть сын боярский Владимир Гусев (этот вывод Л.В. Черепнина был подтвержден позднее А.Н. Насоновым), и предположил, что активное участие в создании Судебника принимали бояре-князья И.Ю. и В.И. Патрикеевы, С.И. Ряполовский, а также великокняжеские дьяки В. Долматов, Ф. Курицын и др. Изучая вопрос об источниках Судебника 1497 года, С.В. Юшков и Л.В. Черепнин сделали заключение, что при его составлении были использованы не только Русская Правда, Псковская Судная грамота и уставные грамоты наместничьего управления. Например, дошедшие до нас Двинская 1397 года и Белозерская 1488 года уставные грамоты, в которых, помимо вопросов местного управления и суда, содержались и нормы материального, гражданского и уголовного права. Действовало также местное законодательство, определявшее корм наместника, судебные и 5 делопроизводством, ведавшим личным имуществом великого князя, его казной, а также архивом. Избираемые князем не от шляхетского роду, ни от благородна, но паче от поповичов, или от простого всенародства, дьяки являлись его надежной опорой. Не из бояр, а из дьяков, повествует Псковская летопись, выбрал Иван III истолкователя своей воли перед псковским вечем. Роль дьяков усиливается с возрастанием письменного делопроизводства. Они могли возглавлять приказы и являлись компетентными людьми в политических, административных, финансовых и иных вопросах. Не случайно с XVI века в состав Боярской Думы были включены думные дьяки, заведовавшие четырьмя главными приказами: Разрядным, Посольским, Поместным и Казанского Дворца. Боярская Дума в качестве суда первой инстанции судила своих собственных членов, должностных лиц приказов и местных судей, разбирала споры о местничестве и иски служилых людей, не пользовавшихся привилегией великокняжеского суда. Боярская Дума была высшей инстанцией по отношению к местному суду. В нее передавались по докладу дела, изъятые из самостоятельного ведения местного суда, а также дела от приказных судей, когда между ними не было согласия, или порядок их решения не предусматривался законом. Помимо этого Боярская Дума была, наряду с великим князем, апелляционной инстанцией. За производство суда или иного печалования запрещалось брать посулы (взятки). Первоначально посул – не столько взятка в буквальном смысле этого слова, сколько плата за проявление судьей прилежания в разборе дела. О посулах, как плате за суд, свидетельствует и ст. 4 Записи о душегубстве 1456 – 1462 гг.: А тиуну великого князя что посулят. Посулы, как вознаграждение, мзда от тяжущихся были обычным явлением и в последующее время. Централизация государственного аппарата и недовольство масс злоупотреблениями должностных лиц на местах требовали упорядочения и ограничения прав должностных лиц. Так, в послании известного церковного деятеля Кирилла Белозерского князю Андрею (от 1413 года) предлагалось, чтобы судьи…посулов не имели, довольны бы были уроки своими. Запрещение тайных посулов, т.е. взяток, отразили Новгородская и Псковская Судные грамоты. Статья 4 последней гласит : А тайных посулов не имати ни князю, ни посаднику. С этого времени слово посульник принималось уже как взяточник. В таком же смысле посул понимается и в статье 6 Двинской уставной грамоты, устанавливавшей ответственность наместника, отпустившего вора за взятку: Кто…татя отпустит, а себе посул возмет. Запрещение посула как взятки получило законодательное подтверждение в статьях Судебника, отразивших ряд мер по ограничению прав кормленщиков (ст.ст. 1, 33, 38, 43, 65, 67). 8 СТАТЬЯ 2. Судья обязан принять всех обратившихся к нему истцов и разобрать дело, если оно не превышает компетенции данного судьи. Если дело не подсудно данному судье, он должен доложить об этом великому князю или послать истца к тому судье, в компетенцию которого входит разбор данного дела. Статья указывает на наличие у судей различной компетенции. Если к судье попадает дело, ему не подсудное, он должен обратиться за указанием к великому князю или сам передать дело по подсудности. Статья впервые упоминает о зарождении приказной системы. Высказанное Л.В. Черепниным и поддержанное А.К. Леонтьевым мнение о том, что в статьях 1-2 нет еще данных, указывающих на оформление приказной системы, и что судьи для разбора того или иного дела назначались каждый раз по решению великого князя, вызывает возражение. Уже в XIV – XV вв. наряду с дворцово-вотчинной системой отдельные дела поручались, приказывались какому-нибудь боярину или дьяку, которые разрешали их самостоятельно. Поэтому приказы часто носили имя дьяка, которому поручалось выполнение того или иного дела (например, Приказ дьяка Варфоломея.). Должности дьяков переходили к их преемникам, постепенно образуя постоянные учреждения. Полемизируя с А.А. Зиминым, выдвинувшим трехзвенную схему формирования приказной системы: приказ – «поручение», что и было, по его мнению, в Судебнике 1497 года, приказ – изба (50-е годы XVI в.) и приказ – учреждение (со времен опричнины), И.И. Смирнов отмечает, что принцип суда по приказам намечается еще в Судебнике 1497 года. Но здесь он выступает еще в виде своего рода дополнения к старому боярскому суду. Суд по приказам применяется лишь в тех случаях, когда дело не может быть разрешено обычным, старым путем. В Судебнике 1550 года суд по приказам превращается уже в основную форму центрального суда. Действительно, ст. 2 Судебника 1497 года предусматривает обязанность судьи принимать к производству дело в пределах его компетенции. Если дело выходит за эти пределы, то судья, а не великий князь отсылает истца к надлежащему судье. Статья 7 Судебника 1550 года, аналогичная ст. 2, свидетельствует о закреплении судей за определенными приказами: А кто к которому боярину…придет жалобник его приказу. СТАТЬЯ 3. Со стороны, признанной судом виновной, взыскивается боярином и дьяком судебная пошлина: боярину 2 алтына, дьяку 8 денег, если цена иска в деле равна рублю. Статья 3 и следующие статьи развивают и конкретизируют ст. 9 Белозерской уставной грамоты, определяя размер и порядок взимания пошлин за рассмотрение дел боярским судом. Статья 3 направлена против посулов и заменяет их строго регламентированными судебными пошлинами, которые взыскивались на виноватом, т.е. со стороны, 9 проигравшей дело. Размер пошлины зависел от суммы иска и лица, его подающего. За основу бралась цена иска в один рубль. При этом боярин получал два алтына (12 денег), а дьяк 8 денег. С увеличением или уменьшением суммы иска пропорционально изменялся и размер пошлины. СТАТЬЯ 4. О пошлинах за судебный поединок. Если стороны в процессе судебного разбирательства придут к примирению до начала поединка, с них взыскивается пошлина из расчета по 2 алтына с рубля боярину, а дьяку по 8 денег. От уплаты пошлин за судебный поединок окольничему, дьяку и недельщику стороны освобождаются. Судебник конкретизирует порядок взимания пошлины за организацию судебного поединка – поля. Поединку предшествовало крестное целование, даже если бились не сами истцы и ответчики, а наймиты – полевщики, представляющие интересы той или иной стороны. Это уже институт судебного представительства (подробнее о нем см. комментарий к ст.ст. 49 и 52). Отказ от поля расценивался как признание вины. По свидетельству Герберштейна, на судебный поединок стороны «могут выставить вместо себя…какое угодно лицо, точно так же …могут запастись каким угодно оружием, за исключением пищали и лука. Обыкновенно они имеют продолговатые латы, иногда двойные, кольчугу, наручи, шлем, копье, топор и какое-то железо в руке наподобие кинжала, однако заостренное с того и другого краю; они держат его одной рукой и употребляют так ловко, что при каком угодно столкновении оно не препятствует и не выпадает из руки. Но по большей части его употребляют в пешем бою». Судебный поединок как вид доказательства существовал еще в Древнерусском государстве, но законодательно впервые закреплен в Псковской грамоте (ст. ст. 10, 13, 17, 18, 21, 36, 37, 101, 117, 119). Поле назначалось только по делам, не затрагивающим интересов государства, и могло быть заменено свидетельскими показаниями. Организацией поля ведали окольничий, дьяк и недельщик. Недельщик – должностное лицо, в обязанность которого входили вызов в суд сторон, арест и пытка обвиняемых и передача в суд дел о воровстве, организация судебного поединка и исполнение решения суда. По определению Гербештейна, «недельщик есть до известной степени общая должность для тех, кто зовет людей на суд, хватает злодеев и держит их в тюрьме; недельщики принадлежат к числу благородных». Наименование свое недельщики получили потому, что сменялись по неделям. Недельщики могли назначаться судом по просьбе истца для помощи ему в отыскании ответчика и обеспечения его явки в суд. Гербенштейн писал: «Всякий желающий обвинять другого в воровстве, грабеже или убийстве, отправляется в Москву и просит позвать такого-то 10 Наиболее существенным новшеством является введение в статью такой категории преступного деяния, как лихое дело. Статья вводит понятие ведомого лихого человека. Уже по ст. 10 Белозерской уставной грамоты совершившие татьбу, разбой или душегубство подлежали, помимо возмещения материального ущерба истцу, наказанию по усмотрению судьи. С усилением борьбы феодально- зависимого и закрепощаемого населения, принявшей массовый характер, совершение преступлений ведомым лихим человеком, безусловно, влекло для него смертную казнь. Определяя порядок распоряжения его имуществом, часть которого шла в возмещение иска, а остальная — в пользу судей, ст. 8 специально подчеркивает невозможность отмены смертной казни и передачи обвиненного, при отсутствии у него имущества, истцу для отработки долга. Здесь, подчеркивает М.Ф. Владимирский-Буданов, в первый раз требования истца уступают требованиям уголовного закона. Судебные функции по поручению великого князя или наместников и волостелей осуществляли тиуны. В соответствии с этим тиуны подразделялись на государевых и боярских. Боярские подчинялись наместнику или волостелю, в пользу которых они собирали доходы. Тиуны государевы или великокняжеские были лишь в Москве и московских волостях, являвшихся великокняжескими вотчинами. Доходы с них поступали в пользу великокняжеской казны. Московский тиун подчинялся не наместнику, а непосредственно великокняжескому казначею. Таким же правом пользовался Новгородский тиун. Лихим человеком мог быть признан любой, хотя бы и не совершивший никакого конкретного деяния, но сочувствовавший требованиям народа, поддерживавший их и в силу этого являющийся лицом опасным для господствующего класса. Он отнюдь не был рецидивистом, как трактует это Е. И. Колычева. Виновность оговоренного подтверждалась не представлением доказательств, а крестным целованием (присягой) оговаривающих (ст.ст. 12—13), что свидетельствовало о применении следственной формы процесса при расследовании наиболее опасных деяний. Дела начинались, как явствует из статьи, не только по иску частного лица, но, главным образом, вследствие довода, т. е. обвинения, производимого специальными должностными лицами — доводчиками. Они находились в штате наместников и выполняли, по мнению С. Б. Веселовского, обязанности судебных следователей. Вероятно, во избежание лишних поборов, вызывавших недовольство населения, доводчикам предписывалось ездити в стану без паропка (помощника) и без простые (в данном случае — без лишней) лошади… А где доводчик ночует, туто ему не обедати, а где обедаеть, туто ему не ночевати. Доводчикам поручался также вызов в суд, а иногда и выполнение судейских обязанностей. 13 СТАТЬЯ 9. Совершивший убийство господина, крамолу, церковную кражу или святотатство, кражу, сопровождавшуюся убийством, передачу секретных сведений или оговор невиновного, поджог города с целью предать его врагу, а также ведомый лихой человек карается смертной казнью. Имея в своей основе ст. 7 Псковской Судной грамоты, ст. 9 перечисляет особо опасные преступления против государства и церкви, а также деяния, совершаемые феодально-зависимым населением против своих господ. На первом месте упоминается государский убойца, т. е. убийца своего господина. Именно так переводит это выражение Герберштейн. Введение специального понятия государский убойца и установление смертной казни для лиц, совершивших это деяние, обусловливалось учащением случаев выступления зависимого населения против своих господ и необходимостью защиты жизни представителей господствующего класса. Крамола упоминается, например, в договоре князя Семена Ивановича (сына Калиты) с братьями в начале 50-х годов XIV века по отношению к боярину Олексию Хвосту, который вшел в коромолу к великому князю. Первоначально крамола выражалась главным образом в отъездах князей и бояр, пытавшихся сохранить свою самостоятельность. Крамольник и его дети лишались боярского чина и права на имущество, но не подлежали еще уголовному наказанию. По мере усиления борьбы с великокняжеской властью крупные бояре стали прибегать к прямой измене, заговорам, восстаниям и иным действиям, направленным против власти и жизни самого великого князя. Можно предположить, что крамольник, покушавшийся на государственный строй или особу государя, наказывался даже за голый умысел. Так, в 1456 году за прежние деяния и по подозрению в умыслах крамолы был пойман на Москве и сослан в Углич серпуховской князь Василий Ярославич. Несомненно, что крамола инкриминировалась и всем тем представителям низов феодального общества, которые вступали в открытую борьбу против господствующего класса. Интересно, что В.Н. Татищев называет крамольника возмутителем народа. Под церковным татем, по мнению большинства исследователей Судебника, понимается лицо, совершившее святотатство, т. е. деяние, так или иначе нарушающее права и интересы церкви, являющейся оплотом феодального государства. Однако ни Судебник 1497 года, ни Судебник 1550 года не определяют еще специальных составов святотатства. Относительно понятия головная татьба нет единого мнения. По словам В.Н. Татищева, «головной тать на многих местах разумеет смертноубийцу, да и всякий тать, по словам христовым, из того не выключен», т. е. тать включал и понятие убийцы. Л.В. Черепнин считал, что под головной татьбой следует рассматривать воровство, сопровождавшееся убийством. Оспаривая это положение, Е.И. Колычева 14 присоединяется к сложившейся в историко-правовой литературе позиции, согласно которой головная татьба — это похищение людей, преимущественно холопов. Квалификация головной татьбы как кражи холопов – наиболее ценного для господствующего класса имущества — не лишена основания. Тем более что ст. 10, открывающая цикл статей о порядке ответственности за разного рода кражи, включает в их число головную татьбу. К толкованию термина головная татьба как кражи людей (для продажи в холопство) присоединяется и А.А. Зимин, считая нелогичным с точки зрения древнерусского права понимать головную татьбу как татьбу с убийством. Однако, как показывает Л.В. Черепнин, укрывательство людей, похищение холопов или переправка их за рубеж влекли не смертную казнь, а похолопление виновных. Ярко выраженный классовый характер Судебника 1497 года, защищавшего феодальную собственность и личность феодала, не исключает установления высшей меры наказания за такое квалифицированное преступление, как кража, сопровождавшееся убийством собственника, что могло быть одновременно и средством расправы с тем или иным представителем господствующего класса, но не группой лиц, а в одиночку. Исходя из вышесказанного, точка зрения Л.В. Черепнина представляется убедительнее. Еще более спорным является определение преступных деяний, инкриминируемых подымщикам и зажигалникам. Подымщик в досоветской историографии трактовался преимущественно как поджигатель дома, двора, жилого помещения (дыма), в отличие от поджигателя укреплений, города — зажигалника. Справедливо отмечая, что данная трактовка не объясняет, почему понадобилось такое подразделение, если оба вида поджога относятся к числу наиболее опасных преступлений и влекут высшую меру наказания, Л.В. Черепнин заменяет термин ст. 9 подымщик другим, содержащимся в ст. 61 Судебника 1550 года, — подметчик. А затем высказывает предположение, воспринятое советской историографией, что подмет — это шпионаж или разглашение секретных сведений. Впервые на неточность такой трактовки ст. 9 обратил внимание О.И. Чистяков. Он не только отметил неправомерность проведенной замены и отождествления термина подымщик с подметчиком, но и не согласился с тем, что подмет означает шпионаж. Подмет — это подбрасывание кому- либо не только похищенного имущества с целью обвинения его в разбое или татьбе, но и подметных писем. Аналогичную трактовку давал и В.Н. Татищев: «Подметчик двояков: 1) которой поличное кому подкинет, хотя оного невинно ополичить..; 2) пасквилянт, которой поносительные или возмутительные письма, сочиня, подкладывает… ». Подметное письмо, по мнению О.И. Чистякова, не шпионаж, а скорее какая-то прокламация, которую подбрасывают (подметывают) для возбуждения народа против власти или ее представителей, поэтому подымщика можно рассматривать 15 смертную казнь (ино повесити) за третью кражу. Эти нормы повторяются затем в ст. 8 Псковской Судной грамоты. Судебник устанавливает виды кражи, квалифицированные по объекту — церковная и головная татьба (ст. ст. 9, 10), по повторяемости — рецидив, повторная кража (ст. 11), по субъекту — кража, совершенная ведомым лихим человеком (ст. 13). Всякая квалифицированная кража каралась смертной казнью. При этом, аналогично ст. 8, требования частного лица уступали уголовным требованиям государства, а не будет у того татя статка с ысцеву гыбель, ино его исцу в гибели не выдати, казнити его смертною казнью (ст. 11). В ст. 10 предусматривается наказание за простую кражу. Кража, совершенная впервые, кроме церковной и головной, и кража с поличным со стороны ведомого лихого человека влекли за собой торговую казнь, а также возмещение убытков потерпевшему. В случае несостоятельности осужденного можно было выдать головой. С.Г. Струмилин интерпретировал это положение лишь как продажу имущества, но никак не личности истца. Выдача неимущих истцам головою в работу до искупа получила, по его мнению, законодательное закрепление лишь в Уложении 1649 года. Однако общепринятым в науке является мнение о том, что несостоятельный должник отдавался истцу или кредитору в холопство до отработки долга. Это защищало интересы феодальных собственников. Торговая казнь означала битье кнутом, которое производилось палачом на торгах, площадях или в иных местах скопления народа, с целью устрашения последнего. Торговая казнь часто являлась замаскированным видом смертной казни, особенно в случаях, когда предписывалась торговая казнь без пощады. Число ударов в законодательстве не определялось. В XVIII —XIX вв. число ударов доходило до 400, в XVII веке для пытки устанавливалось 300 ударов. Но уже 50 ударов считалось битьем нещадным: Тех воров… бить кнутом… нещадно, давать бы ударов по 50. Этот вид наказания применялся до середины XIX века. Статья 11, относя рецидив к числу отягчающих признаков, рассматривает повторную кражу как квалифицированную. При отсутствии у виновного имущества он не выдается истцу для возмещения убытков, а подвергается смертной казни. Статьи 12—13 определяют порядок оценки показаний, изобличающих преступников. По ст. 12 оговор в воровстве со стороны 5—6 добрых людей, даже при отсутствии доказательств в виновности (а довода на него в прежнем деле не будет), влек для оговоренного обязанность удовлетворить требования истца без разбора дела по существу (ст. 12). Институт оговора — обвинения (а на кого взмолвят. ..пять или шесть… добрых христиан) трактовался по-разному. Б.И. Сыромятников видел в 18 этом обыскное начало в виде язычной молки, т. е. свидетельства целой общины, которая добрила или лиховала человека, давая общую оценку его личности. Признавая, что институт оговора является остатком суда общины, М.Ф. Владимирский-Буданов рассматривает его, однако, как переходный момент к началу повального обыска. Это более соответствует действительности, ибо оговор со стороны добрых, т. е. благонадежных с точки зрения господствующего класса, людей приобретал в глазах законодателя безусловную доказательственную силу. К добрым людям обычно относились дети боярские, составлявшие разряд свободных служилых людей, занимавшие низшие и средние должности в армии и системе управления и получавшие за свою службу земельные пожалования, или волостные крестьяне, сидевшие на черных землях, находившихся под управлением общей администрации, и целовавшие крест, т. е. присягавшие при избрании их населением для выполнения различных должностей в органах местного управления. Таким образом, добрые люди являлись представителями господствующего класса или зажиточной части крестьянского населения. Согласно ст. 13 признание добрыми людьми вора ведомым лихим человеком, хотя бы и совершившего первую кражу (а довода на него в прежнем деле не будет), но пойманного с поличным, влекло для него смертную казнь. М.Ф. Владимирский- Буданов подчеркивает, что более строгое наказание вора, захваченного с поличным, характерно для древнего права всех народов. Поличное – непосредственная улика в виде украденных вещей, найденных у похитителя под замком. А поличное то, что выимут из клети из-за замка; а найдут что во дворе, или в пустой хоромине, а не за замком, ино то не поличное. По ст. 14 оговор со стороны татя подлежал проверке. Если оговоренный татем был прирочный (известный как уже раз совершивший противозаконное деяние) человек с доводом, он подвергался пытке. В противном случае оговоренный отдавался на поруки до производства обыска. Обыск, по мнению большинства ученых, означал опрос добрых людей с целью определения репутации подсудимого. Представляется, однако, заслуживающим внимания мнение Г. Сокольского о том, что в данном случае разумеется не повальный обыск, а – аналогично ст. 60 Псковской Судной грамоты – осмотр дома. А татю веры не ять; а на кого возклеплет, ино дом его обыскати; и знайдуть в дому его что полишное, и он тот же тать, а не найдут в дому его, и он свободен. СТАТЬЯ 15. О правой грамоте. За выдачу правой грамоты взыскивается пошлина из расчета с рубля: за приложение печати — 9 денег, за подпись дьяку — алтын, за написание документа подьячему — 3 деньги. СТАТЬЯ 16. О докладном списке. Докладной список скрепляется печатью боярина и подписывается дьяком. За список взыскивается пошлина из 19 расчета с рубля: боярину за приложение печати по алтыну, дьяку за подпись по 4 деньги, подьячему за написание решения вышестоящего суда по 2 деньги. СТАТЬЯ 17. О правой грамоте по холопским искам. За выдачу правой или отпускной грамоты взыскивается пошлина из расчета с человека боярину за приложение печати по 9 денег, дьяку за подпись по алтыну, а подьячему за написание грамоты по 3 деньги. СТАТЬЯ 18. Об отпускной грамоте. Отпускная грамота без боярского утверждения и без подписи дьяка, а для городов — без утверждения наместником, пользующимся правом решать наиболее важные дела, является недействительной, за исключением грамоты, написанной собственноручно господином холопа. СТАТЬЯ 19. О неправомерном разбирательстве дела. Решение, вынесенное судьей без надлежащего разбора дела в суде, признается недействительным, а ответчику возвращается все взысканное с него. При этом судьи ответственности не несут, а истец может передать дело в суд на новое рассмотрение. В ст. ст. 15 — 19 определяется порядок выдачи судебных актов. Все они должны были оплачиваться судебными пошлинами, скрепляться подписью дьяка и печатью великого князя, что свидетельствовало о придании большего значения формальной стороне дела. В ст. 15 говорится о выдаче правой грамоты — судебного решения. Правая грамота состояла из протокола судебного разбирательства и решения суда. Она выдавалась обычно по просьбе стороны, выигравшей дело, и облагалась пошлиной в пользу должностных лиц судебного аппарата, а именно — подьячего, которой грамоту напишет, дьяка, подписывавшего грамоту, и боярина, скреплявшего грамоту печатью. Статья 16 определяет размер пошлин с докладного списка. Докладной список представлял собой протокол заседания (судный список) суда первой инстанции, передававшийся на рассмотрение (доклад) вышестоящей инстанции, которая давала указание, как решить дело. Решение вышестоящей инстанции писалось на оборотной стороне судного списка и служило основанием для выдачи правой грамоты судом первой инстанции. Основанием для доклада являлись сомнения судей, возникающие из трудности дела или неясности права, ограниченная компетенция судьи и разногласия судей при сместном суде. Институт доклада, встречающийся и в Новгородской Судной грамоте (ст. ст. 6, 20, 26, 28, 42), представлял своеобразную форму контроля вышестоящего суда над нижестоящим, содействуя централизации и укреплению княжеского и боярского суда. Установление доклада обеспечивало 20 решения суда по спорному делу между холоповладельцами о выдаче холопа или робы одной из сторон или о несостоятельности притязаний феодала, когда холопу удавалось доказать свое свободное состояние. Контроль за выдачей этих документов в условиях отпуска холопов и наряду с этим массового бегства и переманивания холопов землевладельцами был особенно необходим для охраны интересов господствующего класса. СТАТЬЯ 21. О суде великого князя. При осуществлении суда великим князем или детьми великого князя судебные пошлины с виновного взыскиваются в том же размере, что и при разборе дел боярским судом, т. е. из расчета с рубля по 2 алтына. СТАТЬЯ 22. О правой грамоте. За выдачу правой грамоты взыскивается пошлина из расчета с рубля: печатнику великого князя или детей великого князя за приложение печати по 9 денег, дьяку за подпись по алтыну, подьячему за написание грамоты по 3 деньги. СТАТЬЯ 23. С холопа и с рабы за выдачу правой грамоты взыскивается печатнику с человека по 9 денег, а подьячему за написание грамоты с человека по 3 деньги. СТАТЬЯ 24. О докладном списке. Докладной список, утвержденный великим князем или детьми великого князя, скрепляется печатью великого князя или детей великого князя. С докладного списка взыскивается пошлина из расчета с рубля: печатнику за проставление печати — по 9 денег, дьяку за подпись – по алтыну, а подьячему за написание решения вышестоящего суда — по 2 деньги. Данные статьи, могущие, по мнению Л.В. Черепнина, представлять собой самостоятельный правовой памятник, посвященный великокняжескому суду, определяют размер пошлин за разбор дел этим судом. Под княжеским судом понимался как суд самого великого князя, так и его детей. Сохранились правые грамоты XV века — сына и внука Ивана III. Великокняжеский суд в тот период рассматривал дела в качестве суда первой инстанции по отношению к жителям своего домена, а также особо важные дела или дела, совершенные лицами, имеющими привилегию на суд князя. К ним обычно относились обладатели (духовные и светские) тарханных грамот и служилые люди, начиная с чина стольника. Помимо этого князь рассматривал дела, поданные лично на его имя, направленные по докладу из нижестоящего суда для утверждения или отмены принятого судом решения, а также являлся высшей апелляционной инстанцией по делам, решенным нижестоящими судами, осуществляя так называемый пересуд. Воспроизводя текст ст.ст. 3,15—17 о размерах 23 пошлин за выдачу правых грамот, отпускных и докладного списка, статьи подтверждают, что пошлины в великокняжеском суде взыскиваются те же, что и в боярском суде. СТАТЬЯ 25. О бессудной грамоте. За выдачу бессудной грамоты взыскивается пошлина из расчета с рубля: печатнику за приложение печати и дьяку за подпись по алтыну, а подьячему по 2 деньги. В статье определяются пошлины за выдачу бессудной грамоты. Дело в этом случае решалось в пользу явившейся стороны. Поскольку бессудная грамота упоминается только в связи с производством дела в княжеском суде и в статье говорится о пошлинах печатнику, можно согласиться с А.Г. Поляком, что «решение вопроса о возможности удовлетворить иск без предварительного судебного разбирательства входило исключительно в компетенцию великокняжеской власти». Отнесение вопроса о выдаче бессудной грамоты к великокняжеской компетенции позволяло брать под защиту дворян, которые, будучи на государственной службе, могли пропустить срок явки в суд. СТАТЬЯ 26. О срочных грамотах. За выдачу срочных грамот взыскивается пошлина дьяку за подпись по 2 деньги. За изменение срока явки сторон в суд пошлина взыскивается из расчета: дьяку за подпись с рубля по 3 деньги и подьячему за написание новой срочной с рубля по 2 деньги. Если изменение срока происходит по просьбе обеих сторон, то связанные с этим пошлины (в том числе — «хоженое» недельщику) уплачиваются сторонами поровну, а если по просьбе одной стороны, то уплата всех пошлин возлагается на нее. Срочные грамоты хранятся у дьяков. В статье устанавливается пошлина за выдачу срочной грамоты, а также за изменение срока явки в суд. Если срок отписати, т. е. изменить срок явки хотели обе стороны, пошлины, в том числе хожоное недельщику (см. комментарии к ст. ст. 4—7, 29), распределялись между ними поровну; если же срок отписывался по просьбе одной из сторон, то уплата всех пошлин возлагалась на нее. В данном случае хожоное – плата недельщику за извещение истца или ответчика о явке в суд к сроку, указанному в срочной грамоте, или за посылку в суд для оформления (по поручению одной из сторон) отсрочки. Срочные грамоты оформлялись при участии официального лица — пристава, хранились обычно у дьяков и служили основанием для выдачи бессудных грамот. СТАТЬЯ 27. О бессудных грамотах. В случае неявки на суд ответчика в назначенный срок, наступление которого устанавливается непосредственно дьяками путем рассмотрения срочных грамот. Неявившийся признается виновным без разбора дела, и явившейся 24 стороне подьячим выдается бессудная, а не срочная грамота. Бессудная грамота выдается на восьмой день после назначенного срока. В статье предписывается (при неявке ответчика в суд в назначенный срок, что устанавливалось дьяками) выдавать истцу на восьмой день после срока, указанного в срочной грамоте, бессудную грамоту. Это делать мог только дьяк, а не подьячий, что усиливало значение центрального суда. СТАТЬЯ 28. О приставных грамотах. За оформление приставной грамоты по делу с ценой иска в один рубль из суммы езда взыскивается по алтыну в пользу печатника за приложение печати и дьяка — за подпись. При увеличении или уменьшении суммы езда пошлины взыскиваются из того же расчета. Приставная по делу, в котором цена иска меньше суммы езда, дьяком не подписывается. Приставные подписываются дьяком обязательно в присутствии недельщиков. Сумма езда не зависит от того, сколько истцов участвуют по долям в оплате езда, и определяется в зависимости от расстояния до города, указанного в приставной грамоте. В статье регламентируется порядок выдачи приставных грамот, т. е. грамот, выдававшихся приставу и разрешавших ему брать на поруки ответчика при вызове его в суд, производить обыски или иные действия, необходимые для расследования по делу или приведения в исполнение приговора. Пошлина за выдачу приставной грамоты взыскивалась из суммы езда, получаемого недельщиком. Под ездом понималась пошлина за поездку пристава, недельщика за пределы города. В целях предупреждения злоупотреблений со стороны должностных лиц сумма езда оставалась неизменной независимо от числа истцов, участвующих в оплате езда, и устанавливалась в зависимости от расстояния до пункта, куда направлялся недельщик (см. комментарий к ст. 30). Приставная грамота выдавалась только в том случае, если цена иска превышала затраты, необходимые для отправки пристава за ответчиком. Таким образом, малоимущее население, чаще всего обращавшееся в суд с исками небольших размеров, фактически лишалось возможности прибегнуть к помощи пристава. СТАТЬЯ 29. Площадная пошлина недельщику за вызов в суд в пределах Москвы устанавливается в размере 10 денег и увеличивается вдвое, если недельщик производит расследование по делу. За поручительство вознаграждение брать запрещается. Сумма езда зависит от расстояния и увеличивается вдвое, если недельщик производит расследование по делу. СТАТЬЯ 30. Указ о пошлинах недельщику за выполнение обязанностей вне пределов города. Пошлины устанавливаются в следующем размере: от Москвы до Коломны полтина, до Каширы полтина, до Хотуни 10 алтын, 25 Одновременно в статье определяется порядок осуществления недельщиком своих обязанностей. Ему запрещается брать вознаграждение за назначение поручителей при выезде на расследование и ездити с приставными в своем городе. Высказанное Л.В. Черепниным предположение, что эта фраза может означать запрещение повышенного вознаграждения (езд вместо хожоного), не согласуется с положением статьи о запрещении недельщику осуществлять расследование в месте своего жительства. Именно этим, по мнению В. Н. Татищева, достигалось пресечение злоупотреблений и предупреждение пристрастных действий со стороны недельщика. Представляется, что такое объяснение является более правильным и вытекает из самого текста статьи. Статья 32 устанавливает взыскание убытков и расходов, причиненных волокитой, т. е. затяжкой, проволочкой дела (большей частью в целях вымогательства) со стороны, проигравшей дело, оставляя безнаказанным виновное в этом должностное лицо, в частности пристава. Статья 33 (как и ст. 1 Судебника) запрещает недельщикам брать посулы (взятки) как в свою пользу, так и в пользу судей, хотя еще и не устанавливает ответственности за такой вид преступления. Статья 34 предписывает пытати татя бесхитростно, т. е. добросовестно, справедливо, без предвзятого мнения и злого умысла, запрещая ему клеветать на кого-либо. О результатах допроса недельщик обязан был доносить великому князю или судье, по чьему поручению он рассматривает дело. Как видно из статьи, в обязанности недельщика входил не только допрос данного ему судьей татя, но и розыск преступника. К этим случаям, надо полагать, и относится характеристика недельщика как лица, которое «хватает злодеев и держит их в тюрьмах». Возможно, что недельщики специально посылались для вылавливания татей, лихих людей, разбойников в наиболее неспокойные местности. При розыске татей также предписывалось не попустительствовать им. Запрещалось отпускать найденных татей за взятку и, злоупотребляя правами недельщика, арестовывать невинных, не причастных к преступлению людей. Как видно из ст. 35, в обязанность недельщика входило также содержание татей под стражей до передачи их дела в суд. Находящихся под арестом татей запрещалось без обращения в вышестоящую инстанцию ни отдавать на поруки, ни продавати, т. е. выдавать истцу в холопы до отработки долга. Статья 36 устанавливает обязанность недельщика не задерживать передачу дела в суд, особо запрещая волокиту при выдаче бессудных грамот или перенесения срока явки в суд. Отражая стремление правительства ограничить произвол должностных лиц, статья содержит запрет недельщику получать двойное вознаграждение за одно и то же действие, а именно при перенесении срока явки в суд обема исцем вместе, т. е. одновременно, на один срок, недельщику взяти одно хожоное с обеих сторон, а опроче того ему не взяти ничего. Также при отписании срока кем-либо по поручению 28 стороны пошлина взыскивалась только одна. Уточняются и условия взимания езда, который взыскивается по окончании дела с виноватого. Если пристав получил вознаграждение со стороны, которая была признана победившей, последняя приобретала право регрессного иска к проигравшему дело. Однако закон не доводит дело до конца, ибо не устанавливает конкретных санкций за нарушение предписаний. На практике подобные нарушения карались, очевидно, чаще всего отстранением от должности. СТАТЬЯ 37. Указ наместникам о городском суде. Недельщик или заменяющий его человек, приехавший с приставной грамотой в город или волость, обязан предъявить приставную грамоту наместнику или волостелю, или их тиунам. Если обе стороны подсудны суду того же города или волости, то недельщик обязан доставить их к наместнику, волостелю или их тиунам. Статья 37 начинает раздел судебника, в котором регламентируется порядок действий местных судебных органов — наместников и волостелей (ст. ст. 37—45, 64, 67). По мнению С.В. Юшкова и Л.В. Черепнина, этот текст был составлен ранее и вошел подобно «Указу о езду» в Судебник. Наместники и волостели обычно чинили суд и расправу над населением не лично, а через тиуна, являющегося, как правило, их холопом. Приезжавший в город или волость с приставной грамотой недельщик обязан был предъявить грамоту наместнику, волостелю или их тиунам, и в случае, когда оба истца, как именуются здесь истец и ответчик, подсудны суду одного города или волости, т. е. имеют одну подсудность, обоих исцов поставити пред наместником или пред волостелем, или пред их тиуны. Действовать самостоятельно на территории наместничества без санкции наместника недельщик не имел права. Вместе с тем Судебник, отражавший политику Ивана III, направленную на укрепление позиций дворянства и ограничение своеволия боярства, распространяет нормы, регулирующие деятельность центрального суда, на местный суд и берет под контроль деятельность органов наместничьего управления. СТАТЬЯ 38. При осуществлении суда боярами или детьми боярскими, пользующимися правом решать наиболее важные дела, должны присутствовать представители местной администрации ( дворский, староста) и верхушки посадских людей и черных крестьян («лучшие люди»). Без этих лиц не могут осуществлять суд и наместник, и волостель. Наместникам, волостелям, их тиунам и людям, сборщикам пошлин запрещается за производство суда брать взятки для себя или своего господина. За производство суда, если истец докажет свой иск, 29 взыскивается с виновного пошлина, размер которой установлен грамотами. При отсутствии грамот пошлина взыскивается в размере суммы иска. Если истец не докажет своего иска и будет признан виновным, с него взыскивается пошлина: наместникам 2 алтына, а тиунам 8 денег, если сумма иска равна рублю. Если сумма иска выше или ниже рубля, пошлина взыскивается по соответствующему расчету. Размер езда и пошлин, взыскиваемых доводчиком за вызов сторон в суд, расследование дела, производство суда и организацию судебного поединка определяются грамотами. При отсутствии грамоты пошлина в пользу доводчика с тиуном в случае примирения сторон взыскивается в размере половины суммы иска. Если судебным поединком разрешаются дела по обязательствам из договоров займа или дела о личном оскорблении, то пошлина взыскивается в размере, равном сумме иска. Если судебным поединком разрешаются дела о поджогах, убийстве, разбое или воровстве, то побежденная сторона обязана уплатить требуемую другой стороной сумму иска. Помимо этого, побежденная сторона подвергается наказанию и «продаже» по усмотрению наместника. В этой статье предписывается обязательное участие в суде кормленщиков с боярским судом (см. комментарий к ст.ст. 17—18) представителей местной администрации, а также верхушки посадских людей и черных крестьян. Дворский следил за землеустройством, выполнением феодальных повинностей, делил землю на выти между тяглыми крестьянами, был обязательным участником «разъездов» земли. Лучшие или добрые люди представляли население не по выбору, а по своему положению в местном обществе. Обычай, когда в судебном разбирательстве принимали участие представители общины, был закреплен ст. 19 Белозерской уставной грамоты — наместником и тиуном без добрых людей не судити суд, а затем в настоящей статье судебника. Присутствовавшие на суде лучшие люди, число и функции которых еще не определялись, контролировали суд кормленщиков, ограничивали их произвол, что способствовало укреплению единой централизованной системы судебного аппарата. Симптоматично то, что участие лучших людей было обязательно в судах наместников, державших кормление с боярским судом, рассматривавшим наиболее важные и опасные для государства дела. Остальное содержание статьи определяет порядок взимания пошлин при рассмотрении дела в местном суде и повторяет фактически ст.ст. 1-7 Судебника в отношении центрального суда с той лишь разницей, что для местного суда размер пошлин определяется по уставным грамотам наместничьего управления, среди которых были Двинская (1397 г.) и Белозерская (1488 г.) уставные грамоты. СТАТЬЯ 39. Указ о ворах. Если обвиненный в воровстве, разбое, убийстве, злостной клевете или в ином каком лихом деле окажется ведомым лихим 30 Статья 45, имея в основе ст. 13 Двинской уставной грамоты и ст. 23 Белозерской уставной грамоты о праве обжалования действий должностных лиц наместничьего управления, устанавливает обязанность кормленщика являться на суд в центральные органы в срок, указанный срочной грамотой. Последняя давалась ответчику на основе приставной. Приставная грамота, подписанная недельщиком, давалась приставу и содержала указание «дать ему на поруки такого-то, от имени такого-то, в таком-то иске». Приехав на место, пристав должен был накинуть на ответчика срочную, т. е. сообщить ему срок явки в суд и потребовать от него поручительства о явке в суд в указанный срок. Срок назначался по усмотрению суда, с учетом имеющегося по этому поводу законодательства. Так, наместников можно было вызывать к суду лишь по окончании срока их кормления. Срок вызова крестьян обычно падал на период с 1 октября по 1 апреля, т. е. не на деловую пору. При невозможности кормленщика приехать самому ему разрешалось послать кого-либо вместо себя. СТАТЬИ 46. О торговцах. Если кто-нибудь купит что-либо на рынке, за исключением лошади, не зная того, у кого купит, а о покупке будет известно двум или трем добрым людям, то, если при претензии на купленное с чьей-либо стороны эти люди подтвердят, что спорная вещь действительно была куплена при них на рынке, покупатель считается оправданным и освобождается от присяги. СТАТЬЯ 47. Если кто-нибудь купит что-либо на чужой земле, а другое лицо предъявит претензии на эту вещь, и два свидетеля или два-три добрых человека надлежаще подтвердят, что вещь была действительно куплена при них на рынке, то покупатель считается оправданным и освобождается от присяги. При отсутствии свидетелей дело разбирается судом. В этих статьях определяется порядок доказывания добросовестного приобретения вещи. Статья 46 несколько перерабатывает и уточняет нормы ст. 56 и частично ст. 46 Псковской Судной грамоты. Не дифференцируя еще порядок заключения договора купли-продажи в зависимости от объекта, Судебник оговаривает, что речь идет о покупке новых вещей опроче лошади. Это свидетельствует о том, что сделка купли-продажи лошадей — в то время основной тягловой силы — требовала иного оформления. Действительность сделки купли-продажи, совершенной на торгу в отношении новых вещей, подтверждалась показаниями двух-трех людей добрых. По Псковской Судной грамоте требовалось 4—5 человек, которые здесь впервые в русском законодательстве именовались свидетелями. 33 Статья 46 также понимает под добрыми людьми свидетелей, которые подтверждали, что пред ними купил в торгу. Показания свидетелей являлись бесспорным видом доказательств, не требующим принесения покупателем присяги. Статья 47 распространяет этот порядок доказательства правомерности владения и распоряжения вещью и на случай купли-продажи но чюжей земли. Вслед за Псковской Судной грамотой Судебник воспринимает термин «свидетели». Но если по ст. 47 Псковской Судной грамоты для освобождения покупателя от ответственности достаточно было принесения им присяги в том, что имущество приобретено законным путем, то, по Судебнику, дело решается на основе показаний свидетелей, в присутствии которых совершена покупка, и лишь при отсутствии их допускалась присяга (а не будет у него свидетелей, ино ему правда дати). Ограничение применения присяги объяснялось недоверием к этому виду доказательства со стороны господствующего класса. Эта линия неуклонно проводилась судебной практикой. Так, например, если ответчик не имел свидетелей или письменных доказательств для подтверждения своего права, суд отказывал в применении целованиа в качестве доказательства даже в том случае, если обе стороны были согласны на него. СТАТЬЯ 48. О свидетельских показаниях. Если свидетель показывает против ответчика в делах о личном оскорблении, грабежах или по обязательствам из договоров займа, дальнейший порядок решения спора зависит от воли ответчика: либо он вступает в судебный поединок с послухом, либо, начав поединок, под присягой согласится добровольно на уплату суммы иска. Истец в последнем случае считается выигравшим дело без принесения присяги, а ответчик обязан уплатить пошлины за судебный поединок и освобождается от наказания. Если ответчик до начала судебного поединка под присягой добровольно согласится на уплату суммы иска, он платит пошлину судьям, а от уплаты пошлин за судебный поединок освобождается. СТАТЬЯ 49. Если ответчик, который должен участвовать в поединке со свидетелем, является престарелым, малолетним, имеющим увечья, или попом, или монахом, или монашкой, или женщиной, он может выставить наймита. Свидетель заменить себя наймитом не может. Причиненные оправданной стороне или ее свидетелю убытки возмещаются признанным судом виновным. СТАТЬЯ 50. Если свидетель не явится в суд, независимо от того, мог ли он дать показания по делу или нет, с него взыскивается сумма иска и все убытки и пошлины. Если неявка свидетеля вызвана неверным указанием приставом срока, свидетель мог предъявить иск к приставу. 34 СТАТЬЯ 51. Если свидетель дает показания против истца, последний признается проигравшим дело. СТАТЬЯ 52. Если истцом является женщина, или малолетний, или престарелый, или больной, или имеющий увечья, или поп, или монах, или монашка, или если свидетели будут давать показания против этих лиц, то такие лица могут нанять наймитов. Истец и послухи могут приносить присягу, а наймит обязан биться. Против чужого наймита истец или ответчик может выставить своего наймита либо биться сам. В статьях регламентируется порядок свидетельских показаний. В Судебнике 1497 года, в отличие от Русской Правды, свидетели не разделяются на послухов и видоков. Аналогично ст. 20 Псковской Судной грамоты, послух является в XV веке свидетелем факта, очевидцем, о чем ясно говорится в ст. 67 Судебника: А послухом не видев не послушествовати. Послухами могли быть все, в том числе и холопы. Необходимым условием свидетельских показаний была личная непричастность к делу и совершеннолетие. Однако показания свидетелей расценивались по-разному в зависимости от их социальной принадлежности. Согласно ст. 22 Новгородской Судной грамоты холопы могли послушествовать только на холопа. «Свидетельство одного человека из благородного сословия, — отмечал Герберштейн, — значит более, чем свидетельства многих людей низкого состояния». Наиболее часто послухами, особенно по земельным спорам, являлись старожильцы, именуемые также знахарями. Это были старые люди, имеющие репутацию добрых, т. е. благонадежных, людей, помнивших все подробности данной земельной тяжбы. Они могли сказать судье: Яз, господине, помню за тридцать, пятьдесят или семьдесят лет. Послухами могли быть также прежние владельцы спорного имущества, составители письменных документов на него, дьяки и должностные лица — разъездные мужи, отводчики (лица, участвовавшие в отводе земель) и даже сами судьи. Свидетель должен был явиться на суд в определенный ему должностными лицами (доводчиками, праветчиками, ездоками, приставами, недельщиками) срок. От явки его освобождали лишь болезнь или служба. Однако и в этом случае он должен был прислать свое письменное свидетельство. Поскольку послушество признавалось бесспорным видом доказательства, судебная практика знала случаи отвода послухов ввиду их заинтересованности в разрешении тяжбы. Так, по спорному делу о половине села Гравороново свидетели были отведены противной стороной, потому что с одним из послухов ответчик был в неприязненных отношениях и судился, а два других являлись родственниками истца. В ст. 48 на основе ст. ст. 20, 28, 29, 107 Псковской Судной грамоты определяется порядок проверки свидетельских показаний в делах о побоях, грабеже или по обязательствам из договоров займа. Порядок решения спора, как свидетельствует Р. Ченслер, зависел от ответчика, 35 СТАТЬЯ 55. О займах. Если купец поедет торговать и займет у кого-либо деньги или товар, а в пути у него этот товар погибнет не по его вине — потонет, сгорит или будет отнят войском, то, выяснив дело, боярин приказывает дьяку великого князя выдать купцу грамоту об уплате суммы, взятой взаймы, в рассрочку и без процентов. Если кто-либо, взяв что-нибудь для торговли, пропьет или погубит взятое без условий, не зависящих от воли человека, то он выдается истцу в холопство до отработки или уплаты долга. Статья 55 детализирует ст. 54 Русской Правды Пространной редакции с учетом экономического развития Руси и ростом товарно-денежных отношений. Судебник уточняет права и обязанности купца, который, идучи в торговлю (вместо шед кде любо, как было записано в Русской Правде), использует в своих торговых оборотах не только чужие деньги, но и чужой товар. В случае растраты, потери взятого имущества несостоятельный должник отвечает в зависимости от наличия или отсутствия злой воли. Неуплата долга вследствие несчастного случая, происшедшего с виновным (утеряется товар безхитростно, истонет, или згорить, или рать возметь), не сопровождалась выдачей кредитору, а влекла лишь обязанность возвратить исцеву истину. Судебник дополняет положение Русской Правды о взыскании причитающейся истцу суммы от лета — погодно, указанием на то, что сумма иска взыскивается без росту, без процентов. Вместе с тем Судебник, отражая развитие русской правовой мысли, опускает имевшееся в Русской Правде религиозное обоснование несостоятельности (за не же пагуба от бога есть). Если невозвращение долга или потеря имущества произошли по вине ответчика (пропиет, или иным какым безумием погубит товар свой без напраздньства), то, в отличие от Русской Правды, где наказание передавалось на усмотрение кредиторов (ждут ли ему, продадят ли, а своя им воля), Судебник предписывает выдачу виновного истцу головою на продажу. По мнению Л.В. Черепнина, это означало выдачу виновного истцу в холопство. Усиливая роль государственного аппарата в пресечении разного рода злоупотреблений и охране интересов кредиторов, Судебник устанавливает не известный Русской Правде порядок, согласно которому полетная грамота выдается только после того, как боярин, расследовав все обстоятельства дела, установит, что несостоятельность возникла в силу независящих от займополучателя причин. Обязательность расследования боярином, т. е. должностным лицом центрального суда, причин несостоятельности и скрепление полетной грамоты великокняжеской печатью гарантировало защиту интересов заимодавцев, в первую очередь купцов и духовных феодалов, являвшихся основными кредиторами. 38 СТАТЬЯ 56. Холоп, попавший в плен к татарам и бежавший из плена, становится свободным, освобождаясь от холопства своему прежнему господину. В этой статье устанавливается, что холопы, бежавшие из татарского плена, освобождаются от холопства и не подлежат отдаче старому государю, т. е. своему прежнему владельцу. Это способствовало пополнению рядов великокняжеских тяглых, городских, а иногда и служилых людей, что соответствовало политике централизованного государства. Возвращение пленных было одной из важнейших забот Русского государства: в XVI веке существовал даже специальный налог — полоняничные деньги — для выкупа пленных. Помимо того освобождение бежавшего из татарского плена холопа могло рассматриваться как награда за участие в борьбе с татарами. СТАТЬЯ 57. О переходе крестьян. Крестьянам разрешается переходить из волости в волость, из села в село лишь в течение одного срока в году: за неделю до осеннего Юрьева дня (26 ноября) и в течение недели после осеннего Юрьева дня. За пользование двором крестьяне платят в степной полосе рубль, а в лесной — полтину. Если крестьянин проживет у господина год, то при уходе он платит четверть стоимости двора, если два года — половину стоимости двора, три года— три четверти, а за четыре года он уплачивает стоимость всего двора. Статья 57 Судебника, озаглавленная О христианском отказе, отразила крупнейший этап в оформлении крестьянской зависимости. В предшествующий период феодального строя, несмотря на зависимость крестьян от землевладельца, крестьяне пользовались еще правом выхода, т. е. свободного перехода от одного владельца к другому. Усиленное развитие феодального землевладения в XIV — XV вв., происходившее за счет захвата или раздачи издавна населенных крестьянством земель в собственность феодалам, дальнейшее развитие производительных сил вызывали невиданную ранее потребность землевладельцев в рабочих руках. Землевладельцы стали ограничивать выход крестьян, устанавливая невыгодные для них сроки выхода и обязанность уплаты всех долгов. Первоначально это относилось к наиболее зависимым от землевладельца категориям — старожильцам, серебренникам, половникам. Возник вопрос о закреплении крестьянского населения за землевладельцами. Переход крестьян в другое княжество затрагивал не только интересы мелкого феодального собственника, но и князя, который в лице ушедших терял плательщиков дани. Поэтому в XIV веке князья вносили в договоры между собой обязательство не переманивать друг у друга чернотяглых крестьян, т. е. людей, составлявших основную массу тяглецов. Так, жалованная грамота 39 великого князя Ивана Даниловича Калиты о привилегиях людям новгородского Юрьева монастыря, живущим на Волоке, относящаяся к первой половине XIV века, гласит: А архимариту тяглых людей волоцких не приимати; такоже и из очины князя великого из Москвы людии не приимати. А кто детей моих, или братьи моее мое данье порушит, а то судит ему бог и святый Геворгий в страшное свое пришествие, а князю великому дасть сто рубля… Различные грамоты отчетливо показывают, что пополнение вотчин и поместий рабочими руками могло происходить за счет покупки или переманивания крестьян одними феодалами у других. Заинтересованные в росте хозяйств своих феодалов великие князья оказывали льготы феодальным хозяйствам, пополняемым новопорядчиками, при условии, если эти новопорядчики взяты не из владения самого князя-жалователя – великого или удельного. Тутошних людей волостных в ту деревню отцю моему митрополиту не приимать. А кого отец мой митрополит перезовет в ту деревню людей из ыных княженеи, а не из моево великого княжениа, и тем людем пришлым на десять лет ненадобеть им моя дань… – гласит жалованная грамота великого князя Василия Дмитриевича митрополиту Фотию от 1420—1421 гг. Так началось ограничение свободного передвижения крестьян. С середины XV века появляется ряд грамот великого князя, выдававшихся по просьбе отдельных крупнейших феодалов (особенно церковных). Просьбы эти сводились, во-первых, к установлению единого для всех феодалов срока отпуска и приема крестьян, а именно: к узаконению установившегося на практике Юрьева дня. О том, что Юрьев день был уже общепринятым сроком (по Судебнику две недели: одна — до 26 ноября, другая — после этой даты) перехода крестьян, свидетельствуют жалобы великому князю на землевладельцев, продолжавших отказывать (принимать) крестьян … не о Юрьеве дни, иных о Рожестве Христове, а иных о Петрове дни. Во- вторых, наряду с установлением общего срока перехода, грамоты закрепляли и другое требуемое феодалами условие — обязательство уходящего крестьянина вернуть имеющуюся за ним задолженность, серебро (а отказати серебреника и половника о Юрьеве дни, да и серебро заплатит). Еще более стремились землевладельцы к закреплению за собой основной рабочей силы — старожильцев. Именно эта категория крестьян, как более связанная с землей, данным хозяйственным комплексом, в первую очередь подверглась такому закрепощению. Отдельные феодалы добивались от великого князя грамот, запрещающих вовсе отпуск крестьян-старожильцев. Так, уже в жалованной грамоте великого князя Василия II Васильевича от 1455—1462 гг. Троице-Сергиеву монастырю говорится: … которово их хрестьянина ис того села и из деревень кто к собе откажет, а их сторожилца, и яз князь велики, тех крестьян из Присек и из деревень не велел выпущати ни х кому. Жалованная грамота предоставляла монастырю право вернуть на свои земли людей, 40 участвовали представители от духовного и светского суда. Не подлежали святительскому, т. е. церковному суду, и вдовы, живущие своим хозяйством. Помимо ограничения компетенции церковных судов по субъектам церковные суды ограничивались еще и по категориям дел. К ведению церковных судов относились преимущественно дела по личным искам — разбор брачных и семейных дел, между родителями и детьми, дела о наследстве. Наиболее важные уголовные дела — душегубство и разбой с поличным, хотя бы и совершенные лицами, подсудными церковному суду, подлежали рассмотрению исключительно государственными органами. Так, в жалованной грамоте Звенигородского князя Юрия Дмитриевича Савво-Сторожевскому монастырю от 1404 года говорится: А ведает игумен Сава сам свои люди во всех делех и судит сам во всем, или кому игумен прикажет, оприче душегубства… Даже менее опасные уголовные дела, совершаемые духовными лицами (например, кража), подлежали рассмотрению в государственных судебных органах. СТАТЬЯ 60. Если человек умрет, не оставив завещания, то при отсутствии у него сыновей все его имущество и земля передается дочери, а при отсутствии дочери наследует ближний его рода. В статье определяется порядок наследования в случае отсутствия духовной грамоты — завещания. Сохраняя характерное для русской феодальной собственности положение — сестра при братьях не наследница, — Судебник, в отличие от ст. ст. 92—93 Русской Правды Пространной редакции, предусматривавших выморочность имущества, законодательно подтверждает бытовавший на практике порядок передачи наследования по женской линии и расширяет круг наследников привлечением ближнего от его рода, т. е. боковых родственников, аналогично ст. 15 Псковской Судной грамоты. Отражая начавшийся с XIV века рост феодального землевладения и дальнейшее укрепление феодализма, Судебник значительно усиливает защиту феодальной собственности и ее основы — земли. Таким образом, в законодательстве наряду с нормами о движимом имуществе — статном — формулируются нормы и относительно недвижимого имущества — земли: порядок наследования и распоряжения ею в условиях борьбы великокняжеской власти с удельно-княжеской оппозицией шел по пути расширения поместной системы, связанной со службой великому князю, государству. СТАТЬЯ 61. Об изгородях. Расходы по установлению изгородей между селами и деревнями распределяются между владельцами поровну. Если из- за отсутствия или плохого огораживания произойдет потрава, убытки платит тот, кто ставил изгородь. Владелец покосов, удаленных от сел и деревень, не обязан ставить изгородь; изгородь ставит владелец той пахотной земли, которая смежна с отдаленными покосами. 43 СТАТЬЯ 62. О межах. Если кто-нибудь перепашет межу или повредит межевые знаки у боярина и монастыря на земле великого князя или у великого князя на боярской и монастырской земле, или у боярина на боярской или монастырской земле, или у монастыря на боярской земле, он подвергается битью кнутом и с него взыскивается рубль в пользу истца. Если перепашет или перекосит межу крестьянин у крестьянина своей же волости или села, то волостель или посельский взыскивает с виновного штраф в 2 алтына и вознаграждение в пользу потерпевшего от перепашки в зависимости от человека и количества перепаханного по своему усмотрению. СТАТЬЯ 63. Разбирательство дел о землях. По искам о земле боярина к боярину, монастыря к монастырю, боярина к монастырю или монастыря к боярину устанавливается исковая давность в три года. По искам о земле чернотяглого крестьянина к чернотяглому, или помещика к помещику, получивших землю от великого князя, или черно-тяглого или сельского крестьянина к помещику, или помещика к чернотяглому или сельскому крестьянину также устанавливается исковая давность в три года. По искам о землях великого князя к боярам или монастырям устанавливается исковая давность в шесть лет. Спорные земли передаются до суда под наблюдение пристава. В ст. 61, отражающей борьбу феодалов с пережитками общинных сервитутов, говорится о необходимости установления изгородей между граничившими землями во избежание потравы скотом посева. Раскладывая расходы по установлению изгородей по половинам, т. е. поровну между смежными владельцами, статья возлагает расходы за причинение потравы не на владельца скота, а на того, чья огорода, т. е. на того, чья изгородь оказалась неисправной. В статье устанавливается, что обязанность ставить изгородь возлагается на владельца той пахотной земли, которая смежна с покосами. В ст. 62 предусматривается ответственность за повреждение или уничтожение межевых знаков и запашку чужой земли. Воспроизводя в основном ст. 18 Белозерской и ст. 4 Двинской уставных грамот о наказании за нарушение межевых знаков, ст. 62 усиливает охрану земельной собственности феодалов. Охране подлежат земли не только великого князя, но также боярина и монастыря. Статьей вводится новый для данного преступления вид наказания. Если раньше нарушители подлежали разного рода штрафам, то по данной статье виновного в повреждении межевых знаков или перепашке земли собственника-феодала предписывалось бити кнутием, да исцу взяти на нем рубль. Это же преступление, но совершенное крестьянами промежу себя, влекло за собой денежный штраф (за боран по два алтына) и возмещение убытков пострадавшему, размер которых устанавливался посельским по принципу посмотря по человеку и по ране и по рассуждению. Встречающееся в 44 статье выражение за боран по 2 алтына является особой формулой денежной оплаты, возникшей в результате замены натуральных поборов денежными. С XV века натуральный оброк в ряде мест вытесняется денежным, и всякого рода поборы часто исчисляются параллельно в натуральном и денежном счете. Так, в жалованной грамоте 1462 года великий князь указывает монастырским крестьянам: А на Петров день дают моему наместнику или волостелю боран да десятеро хлебов, а нелюб боран, ино десять денег; а нелюбы хлебы, ино по дензе за ковригу. Постепенно слово боран стало означать поборы, взыскание, налоги, штрафы (кто у кого межу переорет, межевой боран два алтына; кто у кого пустош или пожню перекосит, перекосной боран по восьми денег). Боран означал также пошлину и административный сбор: А кто перейдет из села в село или из деревни в деревню, перехожий боран взять с обе стороны… В связи с тем, что слово «боран» означало разного рода поборы, возникла и пословица – на мир боран прибыл. В ст. 63 срок давности по земельным искам определяется как основа для закрепления права на земельные участки. Вопрос об источниках этой статьи является спорным, ибо сроки исковой давности на Руси, особенно Северо-Восточной, были различными. Первое упоминание о давности связывают с постановлением великого князя Василия Дмитриевича (1389 —1425), на которое ссылается в жалованной грамоте от 1483 года его внук Иван III: Как дед мой учинил, князь великий, в своей вотчине в великом княжении суд тогды о землях и о водах за пятнадцать лет, так и мне, князю великому, послати своего боярина. А хто будет отец наш митрополит в нашей вотчине и отцу нашему послать своего боярина и они, ехав в слободку, также учинят исправу в пятнадцать лет землям. Псковская Судная грамота, различавшая давности исковую и приобретательскую, устанавливает единый срок 4—5 лет (ст. 9), и, наконец, в Правосудии Митрополичьем говорится о трехлетнем сроке. Как справедливо замечает С. В. Юшков, необходимо учитывать само понятие давности и ее сроки. В первом случае статья Судебника не является нововведением, поскольку давность была известна еще Правосудию Митрополичью (памятнику, относившемуся еще к XIII веку). Что же касается сроков давности, — а это основное, — в ст. 63 устанавливаются два срока, чего не знал ни один прежний закон. Основываясь на практике митрополичьего суда, статья вводит трехлетнюю давность по искам частных лиц. Этот срок обусловливается тем, что «использование земли в севообороте (трехлетнем) является фактом, в достаточной степени свидетельствующим о полном хозяйственном овладении участка». Вместе с тем, отражая стремление великокняжеской власти ограничить общинные сервитуты и сосредоточить распоряжение земельной собственностью в своих руках, Судебник увеличивал срок исковой давности по земельным спорам до 6 лет, если иск был направлен на изъятие у неправомочного владельца великокняжеской земли. 45 иную интерпретацию этой статьи. Она считает, что Судебник в вопросе источников холопства является более консервативным, чем Русская Правда. Это утверждение автор основывает включением в Судебник нового источника холопства — по холопе роба. Однако, как справедливо отмечает сама Е.И. Колычева, вряд ли можно считать этот источник полностью новым. И раньше вольная жена холопа находилась в фактической зависимости от холопо-владельца, ее свобода, так же как и оговоренная свобода холопа, через несколько лет попросту забывалась. Установление нормы по холопе роба является, по всей вероятности, не столько расширением источников холопства, сколько отражением норм уже существующего семейного феодального права. В остальном же нельзя не отметить, что Судебник не просто повторяет известные Русской Правде источники холопства, но устанавливает обстоятельства, ограждающие от него. Так, в Судебнике сохраняется холопство в случае продажи по полной грамоте, но при поступлении на должность тиуна или ключника холопство возникает лишь для вступившего в эту должность в сельской местности. При этом оно распространялось не на всю его семью, а лишь на жену и тех детей, которые будут жить с отцом у одного господина. Кроме того, холопство сельских ключников к XV — XVI вв. становится по сути службой по какой-либо из специальностей. На основании анализа новгородских писцовых книг Б.Д. Греков сближает их положение не с холопами в узком смысле, а с крепостными крестьянами. Об особом положении верхушки холопов, занимавших административно- хозяйственные должности, являвшиеся одним из путей формирования служилого класса помещиков, и тем самым перестающие быть источником пополнения института холопства, говорит и Е.И. Колычева, признавая постепенное изживание полного холопства. СТАТЬЯ 67. О взятках и о свидетельских показаниях. Надлежит объявить по рынкам в Москве, во всех городах Московской и Новгородской земли и во всех волостях о запрещении истцам и ответчикам обещать судьям и приставам взятки за разбирательство дела, а свидетелям давать показания, не зная дела, повелев им говорить правду. В случае обнаружения впоследствии ложности показания свидетеля с него взыскиваются все убытки и расходы, понесенные потерпевшим. В этой статье предписывается публичное объявление (прокликать по торгам) о запрещении взяток и лжесвидетельства. Данное установление сходно с положением ст. 1 Судебника, в котором судьям запрещается брать посулы и решать дела, исходя из своих выгод. СТАТЬЯ 68. О пошлинах за судебный поединок. По прибытии на поединок окольничего и дьяка они выясняют у истцов и ответчиков, кто является их стряпчими и поручниками. Установив это, они приказывают 48 последним находиться у места проведения поединка, но без доспехов, дубин и жердей. Если у места проведения поединка находятся посторонние люди, то окольничий и дьяк удаляют их. Если эти люди откажутся уйти, с них взыскивается вся сумма иска и пошлины, а сами они передаются на поруки и предаются суду великого князя. В ст. 68 определяется порядок проведения судебного поединка — поля. Наряду с уточнением обязанностей окольничьего и дьяка — должностных лиц, организующих поле, — в статье упоминается о стряпчих и поручниках, т. е. лицах, сопровождавших стороны и охраняющих их во время участия в судебном поединке. Участие этих лиц было необходимо потому, что «поединок проходил в присутствии доброжелателей и друзей обеих сторон, которые смотрят на поединок, не имея при себе никакого оружия, кроме дубин, которыми они время от времени и пользуются. Ибо если доброжелатели одного из бойцов увидят, что ему делается какая-нибудь обида, то тотчас бегут для отражения этой обиды, то же делает и другая сторона, — и, таким образом, между ними происходит схватка, интересная для зрителей, потому что дерутся в потасовку, кулаками, батогами и дубинами с обозженным концом» (Герберштейн С.). Стряпчие и поручники должны были находиться у места проведения поединка. Однако доспехи, дубины и ослопы, т. е. орудия боя, стряпчим и поручникам держать у себя запрещалось. Для обеспечения порядка при решении спора полем нельзя было присутствовать опришным. За отказ опришных покинуть поле с них взыскивалась сумма иска и пошлины, а сами они передавались на поруки и подлежали преданию великокняжескому суду как злоумышленники — соучастники. 49

Судебник 1497 года

 
 
 

ВВЕДЕНИЕ 

    Впервые упоминание о Судебнике 1497 года имеется  в Записях о Московии австрийского дипломата Сигизмунда Герберштейна, бывшего послом императора Максимилиана I при дворе Василия III. Опубликованные в 1556 году в Базале на латинском языке, эти записки раскрывали содержание лишь первых статей Судебника (3-7, 9-16) о порядке решения споров при помощи судебного поединка и наказаниях за разного рода преступления.

    Рукопись  Судебника 1497 года была обнаружена в 1817 году         П.М. Строевым и опубликована им совместно с К.Ф. Калайдовичем в 1819 году. Она остается до сих пор единственным известным списком Судебника и хранится в фонде Государственного древнехранилища Центрального государственного архива древних актов в Москве.

    В советское время вышло академическое издание «Судебники        XV-XVI вв.» (подготовка текста к печати и комментарий Л. В. Черепнина). Исследуя сохранившийся единственный список Судебника 1497 года,             Л.В. Черепнин пришел к выводу, что текст его был переписан с подлинника или другого списка не менее чем тремя сменявшими друг друга писцами. Рукопись Судебника не имеет постатейной нумерации. Ее текст подразделяется с помощью киноварных заголовков на 36 разделов, внутри которого имеются более мелкие подразделения – выполненные также киноварью инициалы. Систематизируя эти подразделения, М.Ф. Владимирский-Буданов при публикации текста Судебника в своей «Хрестоматии», изданной в 1873 году, разделил его на 68 статей. Однако, как показал    Л.В. Черепнин, эта система деления искусственна. М.Ф. Владимирский-Буданов, не имевший возможности ознакомиться с рукописью Судебника и пользовавшийся исключительно публикацией К.Ф. Калайдовича и     П.М. Строева, в которой не всюду учитывалось наличие выполненных киноварью инициалов, не отразил полностью архитектонику памятника. По мнению Л.

В. Черепнина, памятник следует разбить на 100 статей. Однако ввиду того, что все научные работы, посвященные Судебнику 1497 года, основаны на нумерации Владимирского-Буданова, в академическом издании (и в настоящей публикации) сохранено общепринятое деление.

    М.Ф. Владимирский-Буданов отметил наличие  в Судебнике определенной системы по сравнению с предшествовавшими актами. Предложенное выделение из состава Судебника четырех частей – постановления о суде центральном, суде местном, материального права и дополнительных статей – было воспринято всеми последующими исследователями. Рассматривая Судебник 1497 года как объединение местных законов в один общий, М.Ф. Владимирский-Буданов впервые предпринимает попытку более детального изучения вопроса о его источниках. Формально юридическое сравнение, проведенное путем текстологического анализа, приводит его к выводу, что в качестве «не только основного, но и единственного источника»  Судебника выступают уставные грамоты, а нормы обычного права употреблены в незначительной степени.

Использована Псковская Судная грамота, несколько видоизмененная  по сравнению с вечевым законодательством. Судебник, считает М.Ф. Владимирский-Буданов, значительно беднее по сравнению с Псковской Судной грамотой как по содержанию, так и по искусству редакций. Он находит и неизвестные ранее памятникам статьи, например, запрещение отказывать в правосудии (ст. 2), законы о взяточничестве и лжесвидетельстве (ст. 67) и некоторые другие, автором которых он считает Ивана III.

    В советской историко-юридической  литературе наиболее крупные специальные  исследования Судебника 1497 года принадлежат  С.В. Юшкову и Л.В. Черепнину.

    С точки зрения С.В. Юшкова, централизация  территориальная предопределила централизацию законодательную. Однако господствовавшая в   20-е годы XX века концепция «торгового капитализма» при определении общественно-политического строя России периода XIV – XVI вв. оказала влияние и на труды, посвященные проблемам юридического оформления процесса ликвидации феодальной раздробленности и образования единого Российского государства.

Судебник 1497 года трактуется С.В. Юшковым как памятник права, регламентировавший определенные социальные сдвиги на пути замены феодальных общественных отношений отношениями «торгового капитализма».

    Солидаризируясь в основном с С.В. Юшковым по вопросам об источниках Судебника, а также в оценке ряда его статей и значения для процесса централизации Русского государства, Л.В. Черепнин предложил иное решение проблемы авторства Судебника 1497 года. Он пришел к выводу, что составителем Судебника не был и не мог быть сын боярский Владимир Гусев (этот вывод Л.В. Черепнина был подтвержден позднее А.Н. Насоновым), и предположил,  что активное участие в создании Судебника принимали бояре-князья И.Ю. и В.И. Патрикеевы, С.И. Ряполовский, а также великокняжеские дьяки В. Долматов, Ф. Курицын и др.

    Изучая  вопрос об источниках Судебника 1497 года, С.В. Юшков и     Л.В. Черепнин сделали заключение, что при его  составлении были использованы не только Русская Правда, Псковская Судная грамота и уставные грамоты наместничьего управления. Например, дошедшие до нас Двинская 1397 года и Белозерская 1488 года уставные грамоты, в которых, помимо вопросов местного управления и суда, содержались и нормы материального, гражданского и уголовного права. Действовало также местное законодательство, определявшее корм наместника, судебные и торговые пошлины, уголовные штрафы, отношение наместника к суду центральному, а также законодательство присоединенных к Москве княжеств и земель. Так, помимо известных нам Псковской и Новгородской Судных грамот,       В.Н. Татищев упоминает о не дошедших до нас ростовских и рязанских законах.

    К источникам Судебника относятся  правые и жалованные грамоты, указы  и инструкции, касающиеся суда и управления, и издававшиеся как Московским, так и иными княжествами. Таков, в частности, «Указ наместников о суде городским», изданный в 1483 -1484 гг.  в связи с массовой конфискацией земель крупных феодалов, противившихся централизации, и передачей этой земли дворянству. Указ предусматривал привлечение к участию в суде представителей верхов местного населения, регламентацию судебных пошлин, установление твердых сроков, которых должны придерживаться кормленщики, призываемые приставом к ответу. В Судебник также вошли «Указ о езду», содержащий таксу пошлин за поездку приставов в различные города Московского государства, и «Указ о недельщиках».

    Источниками при составлении Судебника 1497 года служили грамоты отдельных княжеств, устанавливавшие сроки отказа крестьян, сроки исковой давности по земельным спорам и др. По мнению С.В. Юшкова, в Московском великом княжестве, вероятно, существовал и до Судебника 1497 года сборник правил о судопроизводстве, применявшийся в центральных судебных учреждениях и, весьма возможно, в тех областях, которые не получили уставных грамот. Этот сборник должен был включать в себя «…по крайней мере, исчисление пошлин и сборов, следуемых с тяжущихся в пользу судей и в пользу второстепенных органов, а также сборов, взимавшихся при выдаче различного рода официальных актов». Исследуя русские феодальные архивы XIV – XV вв., Л.В. Черепнин уточняет это предположение и приходит к выводу, что около 1491 года был составлен «московский сборник», воспринявший некоторые местные, особенно звенигородские, правовые нормы и являвшийся руководством для разбора в суде поземельных дел. Ликвидация земельных конфликтов во вновь присоединенных владениях была очередной задачей московского правительства.

    Проводя доскональное сопоставление всего  предшествовавшего законодательства с текстом Судебника 1497 года, С.В. Юшков пришел, однако, к выводу, что только в 27 статьях Судебника  можно найти следы непосредственного влияния каких-либо известных нам юридических памятников или норм обычного права (12 статей из уставных грамот, 11 из Псковской Судной грамоты, 2 статьи из Русской Правды (ст. 55 Судебника о займах и ст. 66 о холопах) и 2 статьи из норм обычного права). Но при заимствовании из старых источников нормы права перерабатывались применительно к изменениям в социально-экономическом строе. Усиливая в связи с обострением классовой борьбы репрессии, Судебник вводит смертную казнь для лихих людей, тогда как статьи Белозерской уставной грамоты, послужившие источником соответствующих статей Судебника, предоставляли разрешение вопроса о наказании  таких людей на усмотрение суда. Судебник изменяет по сравнению с прежним законодательством порядок обращения к суду, обязанности судей, вводит новое понятие института послушества и т.д.

    40 статей, т.е. около 3/5 всего состава Судебника, не имеют какой-либо связи с дошедшими до нас памятниками. Они или извлечены из несохранившихся законодательных актов Ивана III, или принадлежат самому составителю Судебника и представляют, таким образом, новые нормы, не известные прежней судебной практике. Именно новизной Судебника объясняется, по мнению С.В. Юшкова, то обстоятельство, что далеко не все его статьи осуществлялись на практике. Часть их оставалась программой, пожеланием, для реализации которой требовалось время. Именно поэтому Судебник 1497 года был положен в основу царского Судебника 1550 года, а отдельные его положения и принципы получили дальнейшее развитие в последующем законодательстве. Роль и значение Судебника 1497 года особенно возрастают в свете исследований  Л.В. Черепнина, И.И. Смирнова и Б.А. Романова, доказывающих отсутствие промежуточного памятника  права, а именно – Судебника Василия  III. 
 

(текст  и комментарий) 

    В сентябре месяце 1497 года Великий князь  всей Руси Иван Васильевич со своими детьми и боярами установил, как судить боярам и окольничим. 

СТАТЬЯ 1. Суд осуществляется боярами и окольничими в присутствии дьяков. Судьям запрещается брать за производство суда и ходатайств взятки, а также решать дело несправедливо из-за  мести или дружбы со стороной. 

    Статья 1 определяет состав боярского суда и пределы его компетенции. Суд осуществляется членами Боярской Думы, занимавшими высшие придворные должности и исполнявшими фактически обязанности судей.  В целях ограничения судебных прав бояр и необходимости ведения судопроизводства к боярскому суду допускаются представители иных сословий – дьяки. Первоначально дьяки появились в штате князя и, как правило, занимались оформлением его духовных и иных грамот. Иногда они даже были холопами, на что указывают документы времен Ивана Калиты. Первые официальные упоминания о великокняжеском казенном дьяке встречаются в 1447-1453 гг., а в 1493 году появляется упоминание о «Казне». Она понимается как Казенный приказ с дьяками и делопроизводством, ведавшим личным имуществом великого князя, его казной, а также архивом.

    Избираемые  князем  не от шляхетского роду, ни от благородна, но паче от поповичов, или от простого всенародства, дьяки являлись его надежной опорой. Не из бояр, а из дьяков, повествует Псковская летопись, выбрал Иван III истолкователя своей воли перед псковским вечем. Роль дьяков усиливается с возрастанием письменного делопроизводства. Они могли возглавлять приказы и являлись компетентными людьми в политических, административных, финансовых и иных вопросах. Не случайно      с XVI века в состав Боярской Думы  были включены думные дьяки, заведовавшие четырьмя главными приказами: Разрядным, Посольским, Поместным и Казанского Дворца.

    Боярская  Дума в качестве суда первой инстанции  судила своих собственных членов, должностных лиц приказов и местных судей, разбирала споры о местничестве и иски служилых людей, не пользовавшихся привилегией великокняжеского суда. Боярская Дума была высшей инстанцией по отношению к местному суду. В нее передавались по докладу дела, изъятые из самостоятельного ведения местного суда, а также дела от приказных судей, когда между ними не было согласия, или порядок их решения не предусматривался законом. Помимо этого Боярская Дума была, наряду с великим князем, апелляционной инстанцией.

    За  производство суда или иного печалования запрещалось брать посулы (взятки). Первоначально посул – не столько взятка в буквальном смысле этого слова, сколько плата за проявление судьей прилежания в разборе дела. О посулах, как плате за суд, свидетельствует и ст. 4 Записи о душегубстве 1456 – 1462 гг.: А тиуну великого князя что посулят. Посулы, как вознаграждение, мзда от тяжущихся были обычным явлением и в последующее время.

    Централизация государственного аппарата и недовольство масс злоупотреблениями должностных лиц на местах требовали упорядочения и ограничения прав должностных лиц. Так, в послании известного церковного деятеля Кирилла Белозерского князю Андрею (от 1413 года) предлагалось, чтобы судьи…посулов не имели, довольны бы были уроки своими.      Запрещение тайных посулов, т.е. взяток, отразили Новгородская и Псковская Судные грамоты. Статья 4 последней гласит : А тайных посулов не имати ни князю, ни посаднику. С этого времени слово посульник принималось уже как взяточник. В таком же смысле посул понимается и в статье 6 Двинской уставной грамоты, устанавливавшей ответственность наместника, отпустившего вора за взятку: Кто…татя отпустит, а себе посул возмет. Запрещение посула как взятки получило законодательное подтверждение в статьях Судебника, отразивших ряд мер по ограничению прав кормленщиков (ст.ст. 1, 33, 38, 43, 65, 67). 

СТАТЬЯ 2.  Судья обязан принять всех обратившихся к нему истцов и разобрать дело, если оно не превышает компетенции данного судьи. Если дело не подсудно данному судье, он должен доложить об этом великому князю или послать истца к тому судье, в компетенцию которого входит разбор данного дела. 

    Статья  указывает на наличие у судей  различной компетенции. Если к судье  попадает дело, ему не подсудное, он должен  обратиться за указанием к великому князю или сам передать дело по подсудности.

    Статья  впервые упоминает о зарождении приказной системы. Высказанное Л.В. Черепниным и поддержанное  А.К. Леонтьевым мнение о том, что в статьях 1-2 нет еще данных, указывающих на оформление приказной системы, и что судьи для разбора того или иного дела назначались каждый раз по решению великого князя, вызывает возражение. Уже в XIV – XV вв. наряду с дворцово-вотчинной системой отдельные дела поручались, приказывались какому-нибудь боярину или дьяку, которые разрешали их самостоятельно. Поэтому приказы часто носили имя дьяка, которому поручалось выполнение того или иного дела (например, Приказ дьяка Варфоломея.). Должности дьяков переходили к их преемникам, постепенно образуя постоянные учреждения.

практических групп | Обзор национального законодательства

 

Правовая оговорка

Вы несете ответственность за прочтение, понимание и согласие с Условиями использования и Политикой конфиденциальности National Law Review (NLR) и National Law Forum LLC перед использованием веб-сайта National Law Review. The National Law Review — это бесплатная база данных юридических и деловых статей, не требующая регистрации. Контент и ссылки на сайте www.NatLawReview.com предназначены только для общего ознакомления.Любой юридический анализ, обновления законодательства или другой контент и ссылки не должны рассматриваться как юридические или профессиональные советы или замена таких советов. Передача информации между вами и веб-сайтом National Law Review или любыми юридическими фирмами, адвокатами или другими специалистами или организациями, которые размещают контент на веб-сайте National Law Review, не создает никаких отношений между адвокатом и клиентом или конфиденциальных отношений. Если вам требуется юридическая или профессиональная консультация, пожалуйста, свяжитесь с адвокатом или другим подходящим профессиональным консультантом.

В некоторых штатах действуют законы и этические нормы, касающиеся привлечения адвокатов и/или других специалистов к рекламе. The National Law Review не является юридической фирмой, и www. NatLawReview.com не предназначен для использования в качестве справочной службы для адвокатов и/или других специалистов. NLR не желает и не намеревается обращаться к кому-либо за помощью или направлять кого-либо к адвокату или другому специалисту. NLR не отвечает на юридические вопросы и не направит вас к адвокату или другому специалисту, если вы запросите у нас такую ​​информацию.

В соответствии с законодательством некоторых штатов на этом веб-сайте могут потребоваться следующие заявления, и мы включили их, чтобы полностью соответствовать этим правилам. Выбор адвоката или другого специалиста является важным решением и не должен основываться исключительно на рекламе. Уведомление о рекламе адвоката: Предыдущие результаты не гарантируют аналогичный результат. Заявление в соответствии с Техасскими правилами профессионального поведения. Если не указано иное, адвокаты не сертифицированы Техасским советом по юридической специализации, и NLR не может подтвердить точность каких-либо обозначений юридической специализации или других профессиональных полномочий.

The National Law Review — National Law Forum LLC 3 Grant Square #141 Hinsdale, IL 60521 Телефон (708) 357-3317 или бесплатный номер (877) 357-3317. Если вы хотите связаться с нами по электронной почте, пожалуйста, нажмите здесь.

1 февраля 2021 г. Дисциплинарные меры – Коллегия адвокатов Флориды

1 февраля 2021 г. Дисциплинарные взыскания

Верховный суд Флориды в недавних судебных постановлениях наложил дисциплинарные взыскания на 19 адвокатов, троих лишил адвокатских прав, отозвал лицензии у троих, отстранил от работы 12 и объявил выговор одному.Один адвокат был помещен на испытательный срок, а двое должны выплатить реституцию.

Рита Хорвиц Альтман , 215 S. Olive Ave., Suite 200, West Palm Beach, отстранение от на три года и испытательный срок на два года после этого вступает в силу сразу после постановления суда от 17 декабря. (Допущен к практике: 1992 г.) Альтман представлял клиента иммиграционной службы в ходатайстве о предоставлении убежища. Клиент представил критические доказательства Альтману, который не смог добавить их к ходатайству о предоставлении убежища и в суд во время последнего слушания.Халатность, некомпетентность, отсутствие усердия и неспособность Альтмана быть откровенным с судом, когда его спросили о доказательствах, привели к отказу в ходатайстве о предоставлении убежища. (Дело №: SC20-848)

Жан Бернар Чери , 1221 W. Colonial Drive, Suite 201, Орландо, аннулирование дисциплинарного взыскания с разрешением добиваться повторного допуска через пять лет после вступления в силу 30 дней после решения суда от 25 ноября. (Допущен к практике: 2009 г.) Чери ненадлежащим образом производил выплаты себе со своего трастового счета.Он также получил средства для урегулирования нескольких дел о телесных повреждениях и выплатил себе гонорары адвокатов до того, как клиенты подписали заявления об урегулировании, и в суммах, превышающих его право. Chery внесла средства на трастовый счет для восполнения недостающих средств, но не уведомила Отдел регулирования адвокатской палаты о недостачах, их причинах или сумме пополнений. (Дело №: SC20-1323)

Крейг Альберт Файн , 159 New Dorp Lane, Fl PLAZA-1, Staten Island, New York, действие номера приостановлено на 90 дней с 14 декабря на основании постановления суда от 10 декабря.(Допущен к практике: 2012 г.) Файн не смог вести минимальные записи на трастовом счете, что привело к нехватке 17 965,97 долларов на его трастовом счете. Кроме того, Файн смешивал личные средства на своем доверительном счете и перечислял себе заработанные комиссионные, которые выплачивались через средства другого клиента, находящиеся в доверительном управлении. В смягчении суд установил непреднамеренный характер незаконного присвоения; его раскаяние и принятие ответственности; немедленные усилия, направленные на исправление ситуации; и исправительные меры по ведению учета, среди прочего, включая его безупречную дисциплинарную репутацию. Это взаимный дисциплинарный иск Верховного суда Нью-Йорка, Апелляционное отделение, Второй судебный департамент. (Дело №: SC20-1497)

Джастин Инфурна , 8324 Престбери Драйв, Орландо, действие приостановлено на основании ходатайства об экстренном приостановлении действия через 30 дней после решения суда от 28 декабря. С 28 декабря новые клиенты не могут быть приняты. (Допущен к практике: 2010 г.) Инфурна наносит большой общественный вред, отказываясь от дел своих клиентов, не являясь на судебные разбирательства, вводя ложные сведения клиентам, а также как минимум одному судье. , а также путем словесных нападок на клиентов, бывших сотрудников и коллег-адвокатов.(Дело №: SC20-1834) Ходатайство об экстренном отстранении от должности удовлетворяется Верховным судом Флориды, когда Коллегия адвокатов Флориды представляет четкие и убедительные доказательства того, что адвокат причиняет большой общественный вред (см. Правило 3-5.2(а)) и также представляет собой официальную жалобу, чтобы вопрос был полностью расследован и приняты окончательные дисциплинарные меры.

Джон Кристофер Кенни , 1700 N. Monroe St., Suite 11-131, Таллахасси, действие номера приостановлено на 60 дней сразу после решения суда от 10 декабря.(Допущен к практике: 1994 г.) Кенни был нанят для решения вопроса об усыновлении и не смог своевременно ответить на ходатайство об усыновлении, поданное его клиенту. Он не смог компетентно и добросовестно урегулировать юридический вопрос своего клиента, в результате чего против его клиента было подано ходатайство о неисполнении обязательств. (Дело №: SC20-814)

Bryan Alexander Kutchins , 3980 Tampa Road, Suite 101, Oldsmar, приостановка действия на один год и выплата реституции через 30 дней после решения суда от 1 декабря.(Допущен к практике: 1973 г.) Катчинс был нанят по делу об опеке, когда у него не было достаточного опыта в ведении дел об опеке и взимались чрезмерные сборы. 30 ноября 2016 г. суд издал постановление, запрещающее Катчинсу принимать какие-либо дальнейшие платежи по контракту. Скорее, компенсация Катчинса была ограничена тем, что было предусмотрено законом, который требовал одобрения судом гонораров адвоката. Катчинс отрицал, что ему известно о приказе от 30 ноября 2016 г., и принял платеж от клиента 12 декабря 2016 г. в нарушение приказа.(Дело №: SC20-525)

Джеймс Рассел Леоне , 1594 Росс Драйв, Дельтона, аннулирование дисциплинарного взыскания с разрешением на повторный прием через пять лет после вступления в силу 30 дней после решения суда от 17 декабря. (Допущен к практике: 1985 г.) Леоне был предметом расследования Коллегии адвокатов Флориды, в котором он, как утверждалось, ввел в заблуждение или исказил факты или закон неюристу, касающемуся жилой недвижимости, в отношении которой Леоне отстаивал законный интерес для своего клиента. Леоне подал иск о выдворении, но суд первой инстанции пришел к выводу, что Леоне не смог установить никаких правовых оснований для иска своего клиента.Леоне ранее представлял своего клиента как минимум в семи подобных делах. (Дело №: SC20-1553)

Кармен Диана Люббеке , 715 N. Washington Blvd., Suite B, Сарасота, действие приостановлено на один год, начиная с 30 дней, после решения суда от 17 декабря. (Допущен к практике: 2000 г.) Люббеке представляла интересы мужа и жены в деле о защите от потери права выкупа. После этого она заключила соглашение с мужем о получении выручки от продажи дома, находящегося под арестом, в качестве оплаты судебных издержек.Люббеке не советовала клиентам обращаться за советом к независимому адвокату. Люббеке связалась с мужем и заключила юридическое соглашение о покупке дома, чего в конечном итоге она не сделала. Представляя жену в деле о лишении права выкупа, Люббеке подал против нее иск об удалении ее имени из имущества в соответствии с соглашением сторон при их разводе. (Дело №: SC20-1786)

Рональд Луис Нельсон , 1247 1 пр. Н., S т. 1 Действие в Санкт-Петербурге приостановлено на 91 день сразу после решения суда от 30 ноября. (Допущен к практике: 1994 г.) Нельсона обвинили в неуважении к постановлению суда от 27 марта за то, что он не уведомил клиентов, адвокатов противоположной стороны и суды о его отстранении. (Дело №: SC20-1365)

Mayowa F. Odusanya , 1315 Oakfield Drive, Brandon, действие приостановлено на три года сразу же после решения суда от 24 ноября. (Допущен к практике: 2010 г.) Одусанья был нанят для решения вопросов после вынесения обвинительного приговора для клиента, осужденного по уголовным обвинениям в Шестом и 13-м судебных округах.Одусанья подал уведомление о явке в суд по делу одного округа, но не подал состязательных бумаг по делам другого округа. Одусанья не смог усердно добиваться помощи своему клиенту и не предоставил существенную информацию семье своего клиента и его клиенту, который находился в заключении в государственной тюрьме. (Дело №: SC19-1309)

Ernest Maloney Page IV , 115 W. Drew St., Perry, аннулирование дисциплинарного взыскания вступает в силу через 30 дней после постановления суда от 10 декабря. (Допущен к практике: 2004 г.) Пейдж обвинялся в информации в США.Окружной суд С., Средний округ Флориды, округ Джексонвилл. 3 сентября Пейдж признал себя виновным в сговоре с целью получения взятки в отношении программы, получающей федеральные средства. Пейдж подал заявление об отзыве дисциплинарного взыскания, которое было удовлетворено Верховным судом Флориды 10 декабря. (Дело №: SC20-1338)

Mark Payne , 9040 Town Centre Pkwy., Lakewood Ranch, лишение адвокатского статуса вступает в силу через 30 дней после решения суда от 10 декабря. (Допущен к практике: 1985) Пейн и его жена владеют Real Estate Services Group, Inc., корпорация Флориды, которая покупает и продает недвижимость. Пейн купил дом после вынесения окончательного решения по делу о потере права выкупа. После покупки Пейн связался с домовладельцами, предложив представлять их интересы в иске о лишении права выкупа, возбужденном их ипотечным кредитором. Пейн не заключал письменное соглашение с клиентами-домовладельцами, не объяснял и не запрашивал их согласия на его одновременную долю владения и юридическое представительство в Real Estate Services Group. В дополнение к конфликту интересов Пейн не предоставил необходимую и надлежащую информацию кредитору и представил ложные сведения всем сторонам.(Дело №: SC18-680)

John Chandler Ross , 1025 Indian River Ave., Titusville, действие приостановлено на три года с подтверждением реабилитации, необходимой для восстановления в течение 30 дней после решения суда от 24 ноября. (Допущен к практике: 1983 г.) Это было взаимное дисциплинарное взыскание, основанное на постановлении Окружного суда США Среднего округа Флориды от 18 декабря 2019 г., принятом по делу о конфискации имущества, в котором суд отстранил Росса от должности адвоката клиента и предписал что он будет отстранен от юридической практики в США.S. Окружной суд Среднего округа Флориды. Суд счел необходимым принять меры по отстранению Росса от должности адвоката из-за того, что он отказался от клиента и от дела. (Дело №: SC20-588)

Леонардо Адриан Рот , 201 S. Biscayne Blvd. , Suite 905, Майами, лишен адвокатского статуса , вступает в силу немедленно по решению суда от 23 декабря. (Допущен к практике: 1988 г.) Ранее Рот был лишен адвокатского статуса в 2013 г., но в трех отдельных жалобах на коллегию адвокатов он, как утверждается, зарекомендовал себя как адвокат с хорошей репутацией, имеющий лицензию на юридическую практику в штате Флорида.Заявители по этим делам утверждают, что они получали юридические консультации и другие услуги от Рота и что он не сообщил о своем лишении права адвоката. (SC20-1260)

Джеймс М. Томас , 36181 E. Lake Road, Suite 414, Палм-Харбор, действие приостановлено на один год через 30 дней после решения суда от 1 декабря. (Допущен к практике: 2003 г.) Томас представлял интересы истца в гражданском деле, касающемся ущерба кондоминиуму истца. Суд вынес упрощенное решение об ответственности в пользу истца и зарезервировал решение о сумме убытков, гонораров и расходов на адвоката. После этого Томас не появился на двух должным образом замеченных досудебных совещаниях. В результате суд вынес постановление о прекращении дела заявителя без рассмотрения. Суд первой инстанции пришел к выводу, что неявка Томаса не могла быть объяснена простой ошибкой в ​​календаре и была более чем простительной небрежностью. Последствием увольнения стало то, что заявитель ничего не получил и был обязан выплатить Томасу гонорар адвоката в размере 30 563,10 долларов США. Томас повторно подал новое дело для заявителя, но не продолжил его.(Дело №: SC18-1391)

Райан Кристофер Вагнер , 110 ЮВ 6 St., Suite 1420, футов. Лодердейл, публичный выговор и обвинение в неуважении к суду вступает в силу сразу после заседания суда 24 ноября. (Допущен к практике: 2014 г.) Вагнер своевременно не ответил на официальный запрос коллегии адвокатов. (Дело №: SC20-1361)

Майкл Ли Веймортс , P.O. Box 4926, Santa Rosa Beach, лишился лицензии и должен выплатить 3500 долларов в качестве реституции Ассоциации таунхаусов Summerhaven North, вступившей в силу через 30 дней после решения суда от 10 декабря. (Допущен к практике: 1993 г.) Weimorts не смог должным образом представлять ассоциацию домовладельцев, не общался с клиентом более двух лет, не отвечал на запросы адвокатов Флориды и не участвовал в дисциплинарных разбирательствах. (Дело №: SC20-555)

Катрина Вегманн , 66 W. Flagler St., Suite 500, Майами, действие приостановлено на три года, вступает в силу через 30 дней после решения суда от 23 декабря. (Допущен к практике: 2012 г.) Вегманн была арестована и обвинена в мошенничестве со страховкой после иска о возмещении ущерба ее дому, в котором она исказила дату инцидента, повлекшего за собой ущерб.После того, как Вегманн успешно заключит досудебное соглашение об отмене наказания с прокуратурой округа Майами-Дейд, уголовные обвинения будут сняты. (SC20-1795)

Sasha Bentley Weitzner , 37 N. Orange Ave., Suite 500, Orlando, действие приостановлено на 18 месяцев через 30 дней после решения суда от 10 декабря. (Допущен к практике: 2007 г.) В суде Вайцнер находился под воздействием наркотиков или алкоголя. Суд запросил анализ мочи, от которого Вейцнер отказался.Затем его заменили по просьбе клиента. В другом случае Вейцнер заснул во время voir dire, из-за чего судья остановил разбирательство, чтобы разбудить его и сделать замечание. На допросе Вайцнер отрицал, что находился под воздействием наркотиков или алкоголя. В другом случае Вайцнер был арестован по одному пункту обвинения в крупной краже и двум пунктам обвинения в мелком воровстве. Он поступил в стационарное лечебное учреждение, где оставался в течение 18 месяцев, пока его не выписали. Он полностью сотрудничал со следствием коллегии адвокатов, раскаялся и доказал временную реабилитацию.(Дело №: SC20-215)

Являясь официальным органом Верховного суда Флориды, Коллегия адвокатов Флориды и ее Департамент по регулированию деятельности юристов отвечают за администрирование дисциплинарной системы штата для обеспечения соблюдения правил профессионального поведения Верховного суда для более чем 108 000 членов Коллегии адвокатов Флориды. Основные файлы дисциплинарных дел, которые являются общедоступными, публикуются в индивидуальных онлайн-профилях адвокатов Флориды. Информацию о дисциплинарной системе и о том, как подать жалобу, можно найти на сайте www.floridabar.org/attorneydiscipline.

Судебные постановления не являются окончательными до тех пор, пока не истечет время для подачи ходатайства о повторном слушании и, если оно подано, не будет определено. Подача такого ходатайства не изменяет дату вступления дисциплинарного взыскания в силу. Уволенные адвокаты не могут повторно подавать заявление о приеме в течение пяти лет. Они должны пройти обширный процесс, который включает в себя тщательную проверку биографических данных и повторную сдачу экзамена на адвоката. Адвокаты, отстраненные от работы на 91 день и более, должны пройти строгий процесс восстановления своих юридических лицензий, включая доказывание реабилитации.Дисциплинарное отстранение равносильно лишению свободы.

Minted попал под иск об утечке данных в Калифорнии после взлома ShinyHunters

Мы ожидали, что будет подано много судебных исков в соответствии с новым законом Калифорнии, Законом о конфиденциальности потребителей Калифорнии (CCPA), поскольку он налагает на организации обязанность обеспечивать безопасность данных. Но выдержат ли какие-либо из поданных жалоб досрочные ходатайства об отклонении? CCPA требует, чтобы заявители давали организации 30 дней на «лечение» нарушения и гарантии того, что оно больше не повторится.Может ли истец заявить, что из-за того, что его данные были украдены и проданы в даркнете, нет никакого лечения, и дело должно продолжаться?

На этой неделе в федеральный суд был подан потенциальный коллективный иск. Это связано со взломом злоумышленниками, известными как ShinyHunters. 6 мая на популярном форуме было объявлено, что данные ряда компаний, взломанных в январе, теперь выставлены на продажу. Злоумышленники также сами разместили продажу на торговой площадке даркнета с ценой в 2500 долларов.На сегодняшний день данных о продажах Minted на этом единственном рынке не было, но, конечно, это не исключает частных продаж или продаж, заключенных на Jabber и т. д.

Minted, Inc. предположительно впервые узнала о том, что они были взломаны, когда ZDNet сообщил, что данные нескольких компаний якобы были взломаны и выставлены на продажу Shiny Hunters.

Истцами коллективного иска, поданного в федеральный суд Сан-Франциско на этой неделе, являются Мелисса Аткинсон и Кэти Ренвалл.В жалобе утверждается о нарушении Закона Калифорнии о конфиденциальности потребителей § 1798.150, нарушении Закона Калифорнии о недобросовестной конкуренции
, Cal. Автобус. & Prof. Code § 17200 и далее, халатность, нарушение договора и нарушение подразумеваемого договора.

Согласно жалобе, взлом скомпрометировал имя потребителя, адрес электронной почты, «хешированный» или «соленый» пароль, а также «если возможно, номер телефона, платежный адрес и адрес(а) доставки».

Уведомление

Minted о взломе можно найти здесь.В соответствующей части написано:

Используемая информация включает имена клиентов и учетные данные для входа в их учетные записи Minted, состоящие из их адреса электронной почты и пароля. Пароли были хешированы и солены, а не в виде простого текста. Также могли быть затронуты номер телефона, платежный адрес, адрес(а) доставки и, менее чем для одного процента затронутых клиентов, дата рождения.

Основываясь на проведенном нами на сегодняшний день расследовании, у нас нет оснований полагать, что была затронута следующая информация: информация об оплате или кредитной карте, информация адресной книги клиента, фотографии или персонализированная информация, которые клиенты добавили в проекты Minted.

В иске содержатся некоторые интересные заявления о том, что он пытается установить шифрование как необходимое, а все меньшее — как не представляющее разумной безопасности. Ссылаясь на прошлогодний пост Стива Туоу на IAPP, жалоба утверждает:

Minted не удалось обеспечить разумные меры безопасности и системы, соответствующие характеру PII, которые он поддерживает, как того требует CCPA и другие общие и статутные законы. Хэшированные и «соленые» пароли не обязательно шифруются.По словам одного блоггера Международной ассоциации профессионалов в области конфиденциальности, «шифрование — это стратегия безопасности… [которая] защищает вашу организацию от таких сценариев, как разрушительное нарушение, когда, если злоумышленник получит доступ к вашим серверам, хранящиеся данные будут они бесполезны, если у них нет ключа шифрования. Это принцип безопасности по принципу «все или ничего»: либо вы видите данные в незашифрованном виде, либо нет». «Организации должны шифровать свои данные на диске в качестве необходимой меры безопасности.Но они не должны останавливаться на достигнутом. На самом деле, CCPA ясно, что они должны идти дальше». Идентификатор.

В жалобе также утверждается, что Minted не принял надлежащих мер для обнаружения взлома и вторжений. Поскольку Minted признал, что они не знали, что их взломали и что данные были украдены в январе, пока репортер не опубликовал что-то об этом в мае, как они будут защищаться от этого утверждения, если до этого дойдет? И если это уже не считается разумным и необходимым, когда станет отраслевым стандартом, что все организации, собирающие и хранящие личную информацию более X человек, должны иметь средства для обнаружения передачи / эксфильтрации больших файлов по sftp, которые являются аномалиями их обычного сетевого трафика. ? Или должен быть какой-то другой стандарт или лучшая практика, которой мы будем придерживаться?

Неудивительно, что в жалобе не утверждается, что кто-либо из названных истцов испытал какие-либо конкретные травмы, такие как кража личных данных или мошенничество. Все дело в том, что может случиться, и времени, которое им придется потратить навсегда, и т. д. и т. д. и т. д. Но тот факт, что истцы утверждают, что лекарства нет, заставляет меня задаться вопросом, будут ли все будущие жалобы использовать тот же подход. Некоторые из нас обсуждали именно этот вопрос на форуме Privacy&Security в прошлом месяце. Что такое «лекарство» от подтвержденного нарушения, если речь идет об идентификационной информации, которая не изменится в течение жизни человека? И как организация может действительно гарантировать, что подобное или идентичное нарушение не повторится? Хватит ли ругательств на мизинцах?

Я думаю, что судебное разбирательство по CCPA — в той мере, в какой жалобы выдерживают первоначальные вызовы — может помочь нам в большей степени добиться того, что считается «разумной» безопасностью — по крайней мере, в Калифорнии.

DataBreaches.net пока не может связаться с Minted по электронной почте, но связался с фирмой через Twitter, чтобы попытаться получить контактную информацию. Если я смогу получить от фирмы заявление о судебном процессе, этот пост будет дополнен им.

Обновление: Компания ответила, заявив, что она не комментирует какие-либо возможные судебные разбирательства.

(PDF) ВОЛЯ КОЛУМБА 1502 ГОДА И ТРИ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ ЗАВОЯ, ИЗ КОТОРЫХ НЕКОТОРЫЕ ЯВЛЯЮТСЯ ЗАКОННЫМИ, А ДРУГИЕ ПОДДЕЛЬНЫМИ

«Известно, что в 1497 г. Христофор Колумб получил привилегию, учредив один или несколько

мажоратов в пользу своего сына Диего.Первый проект этого акта был составлен нотариусом

Мартином Родригесом из Севильи в том же 1497 году; акт, однако, имеет дату

22 февраля 1498 года, день, когда он был фактически оговорен».

В любом случае относительно нормального завещания ученые обычно сверялись с

протоколами нотариуса Мартина Родригеса из Севильи в указанную дату, и они

проверяли и подтверждали положения этого завещания Колумба, даже если бы оно имело был

изменен впоследствии. Но, к сожалению, протоколы Мартина Родригеса, относящиеся к этой дате

, исчезли из очень обширного Исторического архива протоколов Севильи. Это

, поэтому мы не можем знать содержание оригинального завещания 1497/98.

В соответствии с анализом, содержащимся в «Colombo Città di Genova» (стр. 238)

, мы находим следующее:

«Этот документ, копия которого была представлена ​​в известном судебном процессе о наследовании

Герцогство Верагуа появилось в мемориале судебного процесса, напечатанном в 1606 году,

, но оригинальный акт, хотя и искали в архивах, так и не удалось найти, и по этой причине возникли сомнения в его подлинности.

Читателя предупреждают, что оригинал акта так и не был найден и что его простая

предполагаемая копия, впервые появившаяся в судебном процессе более чем через 90 лет после ее сомнительной

датировки, могла быть легко представлена ​​как подделка. документ. Но благодаря

исследованиям профессора Анхеля де Альтолагирре и американского ученого Алисы Б. Гулд

«происхождение драгоценного документа окончательно доказано», как утверждается в той же книге

.И как это было доказано? Альтолагирре и Гулд нашли в Генеральном архиве

Симанкаса «оригинал и копию первых двух и двух последних страниц

Королевского ордера от 28 сентября 1501 года». Что ж, давайте признаем, что эти

документы законны и что король подтвердил первое завещание Колумба

28 сентября 1501 года. Однако здесь есть существенная проблема. Хотя начало текста королевского ордера

точно такое же, как и в копии, которая

фигурировала в судебном процессе, средние страницы документа также исчезли!

Таким образом, текст в копии, фигурировавшей в иске, не может быть признан

достоверным или подлинным! Даже авторы «Columbus Città di Genova» признают на странице 239, что:

«Это доказывает, что эти найденные листы были отделены от Реестра и что

из них была удалена внутренняя часть тетради, содержащая Majorat». .

Тем не менее, они утверждают, что «эта находка больше не оставляла сомнений в

подлинности документа». Хотя король, возможно, составил этот ордер

первого майората Колумба, в котором отсутствует внутренняя часть письма, мы не можем знать, что именно

Колумб указал в нем! Документ, фигурировавший во время судебного процесса как простая копия

, не может быть принят за подлинный, за исключением его не относящихся к делу частей в начале и конце

, совпадающих с королевским ордером 1501 года.

Мы полагаем, что события развивались следующим образом: в начале судебного процесса Герцогства

Верагуа кто-то имел доступ к королевскому ордеру 1501, хранившемуся в

королевских архивах; что кто-то удалил ордер из реестра, скопировал

начало и конец документа и украл все средние страницы документа;

затем средние страницы завещания Колумба были изменены в пользу вора.

Закон штата Массачусетс о гендерной идентичности или самовыражении

Босток против округа Клейтон, Джорджия, __ США __ (15 июня 2020 г. )
Верховный суд США постановил, что «работодатель, который увольняет человека только за то, что он гей или трансгендер, нарушает Раздел VII [Закона о гражданских правах 1964 года]. .»

Доу против Массачусетса Департамента исправительных учреждений, округ США, Ct. Масса, ГРАЖДАНСКИЙ ИСК №. 17-12255-RGS (2018)
«Джейн Доу — 53-летняя трансгендерная женщина, отбывающая срок от трех до четырех лет в MCI-Norfolk за ненасильственное преступление, связанное с наркотиками…. Хотя диагноз БГ Доу не оспаривается, DOC поместил Доу в MCI-Norfolk, мужскую тюрьму, с 31 октября 2016 года». После подробного обсуждения лечения гендерной дисфории в ADA и конституционных вопросов, суд отклонил ходатайство Департамента исправительных учреждений об отклонении. «Как видно из этого решения, суд считает, что Доу вполне может победить в своих требованиях ADA и о равной защите. » 

Doe v. Yunits et al, 15 Mass. Law Reporter 278  (2001)
Учащийся с расстройством гендерной идентичности не исключается из определения «лицо с ограниченными возможностями» в соответствии со статьей CXIV Декларации прав Конституции штата Массачусетс. Кроме того, требование Доу одеться в одежду мальчика может рассматриваться как «конструктивное исключение [если Доу] не может выполнить эти условия, не подвергая опасности свое психическое здоровье».

Jette v. Honey Farms Mini Market, 23 MDLR 229 (2001)
«Дискриминация транссексуалов из-за их транссексуальности является дискриминацией по признаку пола в значении MGL c. 151B», и транссексуальность не «исключена из определения». «нетрудоспособности» с точки зрения закона».

Косилек с.Спенсер, 774 F.3d. 63 (2014) 
В соответствии с 8-й поправкой, выбор DOC конкретного лечения, которое включало гормональную терапию, удаление волос на лице и теле, а также возможность заключенного иметь доступ и одеваться в женскую одежду и макияж — не было конституционно неадекватным, и окружной суд неправомерно издал судебный запрет, требующий предоставления альтернативного лечения — хирургического вмешательства, — что вызвало бы новые опасения, связанные с безопасностью и охраной тюрьмы.

Ли с.Sky Publishing Corp., 15 Mass. Law Reporter 412 (2002)
Описывает разницу между транссексуалом, трансгендером и другими терминами. Истец, трансгендерная женщина, установила prima facie дело о дискриминации по признаку пола в соответствии с MGL c.151B и дискриминации на основании инвалидности.

Millet and MCAD v. Lutco, Inc., 23 MDLR 231 (2001)
Хотя «транссексуальность» не является «сексуальной ориентацией», как этот термин определяется в MGL c. 151B § 3(6), «вместо этого мы считаем что дискриминация по признаку пола, запрещенная главой 151B, включает запрет на дискриминацию транссексуалов.»

Parents for Privacy vs. Barr, 949 F.3d 1210 (2020), свидетельство Верховного суда США. отклонено, __ США __ (7 декабря 2020 г.).
Верховный суд США решил не рассматривать апелляцию штата Орегон по этому делу, которая поддержала политику средней школы, разрешающую трансгендерным учащимся пользоваться туалетом, соответствующим их гендерной идентичности.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.