Судебной реформе 1864 г: Александр Верещагин: Образцовая реформа. Истоки и принципы судебной реформы 1864 года

Содержание

Колледж по подготовке социальных работников » Попытки корректировки судебной реформы 1864 г.

Попытки корректировки судебной реформы 1864 г.

Попытки корректировки судебной реформы 1864 г.

Скоморохов Николай Евгеньевич.Студент I курса ГБПОУ КПСР.

Аннотация: Статья посвящена рассмотрению и анализу общественно-политической ситуации, сложившейся в Российском государстве после проведения императором Александром II целой серии либеральных реформ. Автор выявляет и объясняет мотивы противодействия российских консерваторов новым принципам судопроизводства.

Ключевые слова:Великие реформы 1860-1870-х гг., либерализм, консерватизм, Контрреформы, Судебные Уставы.

История России в XIXвеке – это история борьбы в самых высших эшелонах власти двух ведущих идеологий этого века, это сменяющие друг друга либеральные и консервативные периоды.

Во время правления императора Александра II либеральные тенденции, казалось, одержали верх, и были проведены целый ряд значительных структурных реформ, либеральных по своей сути.

Но традиционная консервативная концепция управления при этом никуда не делась. Люди консервативных взглядов, даже если они потеряли во время «Великих реформ» свои высокие посты, сохраняли свое влияние при дворе и в обществе. Они всячески старались употребить его на противодействие реформаторским усилиям команды «красных бюрократов», как называли чиновников, проводивших либеральные преобразования.

Одним из самых влиятельных консерваторов в тогдашней России был К.П. Победоносцев, занявший после воцарения Александра IIIпост обер-прокурора Святейшего Синода. Известный юрист, автор самого знаменитого и востребованного учебника по гражданскому праву, он с самого начала был непримиримым противником выстраивания судебной системы в России в соответствии с нормами буржуазного права.

Непосредственным объектом критики представителей консервативной партии и прежде всего К.

П.Победоносцева стали Судебные уставы 1864 г. Суть их претензий к законодательному акту, воплотившему основные положения судебной реформы заключалась в следующем.

Традиционная консервативная концепция управления предполагала, что судебная власть есть особая отрасль государственного управления, во главе ее находится монарх, верховная власть которого должна осуществляться и в области правосудия: «Судья – есть око Верховной власти».!! ! К.П.Победоносцев считал суд необходимым элементом специализированной отрасли, компетенция которой сосредотачивается в руках монарха: «как административное, так и судебное ведомство суть органы одной и той же верховной, самодержавной власти, действующие в пределах, каждому из них начертанных, и долженствующие стремиться к одной и той же цели, указываемой монархом».

Новые черты судоустройства, содержащиеся в Судебных Уставах, с точки зрения консерваторов, существенно уменьшили степень влияния верховной власти на область осуществления правосудия.

Во-первых, отменялся надзор за деятельностью судебных органов, действующих по поручению верховной власти. А во-вторых, данный законодательный акт существенно ограничивал возможность личного участия монарха в отправлении правосудия, оставляя лишь три возможности для осуществления принадлежащих ему, как верховному судье, судебных полномочий: во-первых, это право помилования и смягчения наказания (статья 5 «Правил о порядке принятия и направления прошений и жалоб, на Высочайшее Имя приносимых»), во-вторых, право разрешать судебное преследование высших должностных лиц и лиц первых трёх классов (статья 1097 Устава Уголовного Судопроизводства)18, и, наконец, в третьих, право утверждения наиболее важных приговоров (статья 945 Устава Уголовного Судопроизводства).

Кроме того,Судебные уставы 1864 г. содержали еще несколько принципов, в соответствии с которыми судебная власть отделялась от власти верховной.

Правительствующий Сенат окончательно превращался в верховный кассационный суд, чьи решения теперь было невозможно обжаловать в апелляционном порядке монарху. И еще: к компетенции Сената прибавлялось право толкования законов, что частично наделяло его признаками законодательной власти. К тому же существенно ограничивалась возможность контроля над судебными органами со стороны монарха, т.к. несменяемые теперь судьи были ответственны только перед Правительствующим Сенатом.

Надо уточнить, что представители пореформенного консерватизма не подвергали сомнению необходимость наделения судебной власти независимостью, провозглашаемой Судебными Уставами, только распространяли эту независимость исключительно на отношения с властью административной, но не верховной. Они были искренне убеждены, что зарождение в государстве любой независимой от монарха власти есть не что иное как ограничение ее универсального характера.

Главная опасность самостоятельности судебной власти от власти верховной, с точки зрения К.П.Победоносцева, заключалась в том, что суд, не будучи обеспеченным авторитетом субъекта верховной власти, становится «заложником господствовавших в обществе либеральных тенденций», что особо отчётливо проявляется во время судебного процесса над Верой Засулич. Девушку, стрелявшую в Петербургского градоначальника Трепова, суд присяжных оправдал, и она была освобождена после вынесения приговора в зале суда. «Судебная власть при рассмотрении данного уголовного дела, — писал Победоносцев — из малодушной боязни оскорбить будто бы общественное мнение, из желания пощеголять перед интеллигенцией, — пожалуй, перед Европой, — уважением к суду присяжных» игнорирует «интерес государственный, соединённый с этим делом».Интерес этот, по мнению Победоносцева необходимо было соблюдать неукоснительно, потому как, если «частное возмущение против государственной власти…будет объявлено правдой», то, что же «станет с обществом?!».Процесс над террористкойВ.Засулич убедительно доказал, что отделённый от верховной власти суд подменяет основополагающий всеобщий принцип справедливого верховенства власти «соблюдением форм, в которых полагает свободу и равенство, и боится в чём-нибудь переступить эту формальную правду».

Сразу же после восхождения на престол Александра III его бывший наставник обращает внимание молодого монарха на имевшее место положение дел в действующем законодательство, которое «отделило суд от государства, поставило судей…в какую-то ложную независимость от государства» напоминает императору, что «нигде в мире суд не обособлен так, как у нас в России».

Доклад К.П.Победоносцева «О необходимости судебных реформ», представленный Александру III в 1885 году, содержал перечень основных идей и принципов необходимого реформирования судебной системы.

Александру III консервативные взгляды Победоносцева были очень близки, но даже этот прославившийся своими Контрреформами император был уже не в силах выполнить «указания» своего наставника. Новые принципы судопроизводства стали к тому времени неотъемлимой частью не только судебной системы, но и всей общественной ситуации в России.

Что было в его силах, Александр III сделал, судебной реформе, как мог, навредил. Большинство общественно значимых дел были из ведения суда присяжных изъяты, суд стал менее открытым, менее публичным, на целый ряд процессов пресса не допускалась и т.п. Но отменить в целом принципы буржуазного права, введенные Судебными Уставами, не удалось. Таким попыткам твердо и последовательно противостояли выдающиеся русские юристы А.Ф. Кони, Д.В. Стасов, В.Д. Спасович, К.

К. Арсеньев и многие другие. Да и сама стремительно меняющаяся российская действительность, происходящая на рубеже веков ускоренная индустриализация и все связанные с ней общественные процессы делали невозможным возвращение к дореформенным порядкам, о чем мечтали консерваторы – традиционалисты.

 

 

Список литературы

  1. Барщевский М.Ю. Организация и деятельность адвокатуры в России: Научно-практическое пособие. — М.: Юристъ, 1997. — 320 с.;
  2. Гессен И.В. История русской адвокатуры. Адвокатура, общество и государство (1864-1914 гг.). — М., 1997
  3. Гриненко А.В., Костанов Ю.А., Невский С.А. Адвокатура в Российской Федерации Учебное пособие / Под ред. А.В. Гриненко — М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2003 — 192 с.;
  4. Кучерена А.Г. Адвокатура: Учебник. — М.: Юристъ, 2004. — С. 64-112.;
  5. Смоленский М. Б. Адвокатская деятельность и адвокатура Российской Федерации. Серия «Высшее образование» — Ростов н/Д: «Феникс», 2004. — С. 21-57.;
  6. История становления и развития института адвокатуры [общедоступный электронный ресурс] http://www.coolreferat.com (дата обращения 10.10.2016).
  7. История Российской адвокатуры [общедоступный электронный ресурс] http://www.bakharev.pro/pub/573 (дата обращения 11.01.2017).
  8. Конституция Российской Федерации [общедоступный электронный ресурс] http://www.constitution.ru (дата обращения 14.03.2017).
  9. Лекции по адвокатуре [общедоступный электронный ресурс] http://gendocs.ru/v11778 (дата обращения 05.11.2016).
  10. Как правильно писать научные статьи [общедоступный электронный ресурс]https://moluch.ru/information/howto (дата обращения 17.03.2017).

Судебные реформы прибыли в Сибирь на русских тройках — Российская газета

Новые суды Сибири

Судебная реформа 1864 г., инициированная Александром II, растянулась на несколько десятилетий. В Сибири, как и по всей стране, почти тридцать лет обсуждали, как же приступить к ее осуществлению. Наконец, в 1894 г. на пост министра юстиции был назначен Николай Валерианович Муравьев, перед которым была поставлена задача завершить распространение Судебных уставов на всю империю.

20 октября 1894 г. была создана министерская комиссия для разработки преобразования сибирского суда, а через год Муравьев запросил у императора разрешение начать действовать. Николай II, дав согласие, написал в «высочайшем соизволении»: «Дай бог, чтобы Сибирь через два года получила столь необходимое ей правосудие наравне с остальной Россией»1. 1 марта 1896 г. министр юстиции представил проект в Государственный совет. Там документ обсуждался 6 апреля и 8 мая 1896 г.2, а 13 мая был утвержден в виде «Временных правил о применении Судебных уставов к губерниям и областям Сибири»3.

Учреждение Временных правил сибирские власти и общественность встретили с энтузиазмом. Проводилась работа по разделению губерний на мировые участки, по найму жилья и помещений для мировых судей. Министерство юстиции пыталось в короткие сроки решить проблему укомплектования судебных органов. В июне 1896 г. в Сибирь командировались старшие председатели и прокуроры Казанской и будущей Иркутской судебных палат. Цель их поездки состояла в изучении местных кадров для работы в реорганизованных судах. Всем российским судебным палатам предлагалось указать лиц, желавших перейти на службу в Сибирь. Собранный материал поступил на обсуждение особого министерского совещания, где окончательно устанавливались служащие, получившие назначения в сибирские судебные установления4.

12 февраля 1897 г. в присутствии Муравьева состоялась встреча императора Николая II с высшими чинами будущих учреждений правосудия края: старшим председателем Иркутской судебной палаты, прокурором той же палаты, председателями всех окружных судов и их прокурорами5.

Статистические данные показывали, что 47% назначений в новые сибирские суды выпало на долю людей, так или иначе знакомых с регионом, а 53% назначенцев увидели этот край впервые6. На небывалую высоту поднимался общий образовательный уровень местных судей. Из назначенных 81,5% получили высшее юридическое образование, 10,3% — высшее неюридическое и лишь 8,2% не имели аттестата о высшем образовании, но обладали достаточной юридической практикой7.

Высочайшим повелением от 19 февраля 1897 г. Муравьеву предоставлялось право утвердить проекты разграничения губерний и областей Сибири на судебно-следственные участки, а также назначить до 1 июля 1897 г. почетных мировых судей8. Император позволил министру юстиции лично открыть Иркутскую судебную палату и Иркутский окружной суд.

Открытие новых судов планировалось на 2 июля 1897 г. За несколько дней стали приезжать высокие гости. Вечером 29 июня Иркутск встречал Муравьева — единственного министра юстиции Российской империи, побывавшего в Сибири. Он преодолел путь на восток с представительной делегацией, в которую входили, в частности, директоры первого и второго департаментов Министерства юстиции С. С. Манухин (министр юстиции в 1905 г.9) и Н.Э. Шмеман: до Канска — на специальном поезде, далее, до места назначения — на пятерке и пятнадцати тройках лошадей10. На приветствие иркутского городского головы он ответил: «Я считаю великим для себя счастьем быть исполнителем мудрой царской воли, даровавшей Сибири новые суды»11.


Всеобщее ликование

Ажиотаж, сопровождавший первые шаги реформы в регионе, показывает, насколько важной представлялась она сибирякам. Всеобщее воодушевление по ее поводу превратилось в настоящий праздник. «Русские ведомости» писали, что «ни один из провинциальных судебных округов не открывался с такой торжественностью, как сибирский»12. В Томске, ожидая наплыв горожан на открытие новых судебных учреждений, полицмейстер А.А. Зеленский распорядился назначить к зданию губернского суда усиленный наряд, приказав не пускать в судебные помещения посторонних и расположив публику на противоположной стороне улицы13. Городские думы, мещанские и купеческие общества выделяли средства на проведение торжеств, улицы украшались флагами, судебные здания роскошно декорировались, устраивались праздничные обеды, иллюминации, организовывались народные гуляния14. Население края, уставшее от произвола дореформенной юстиции, ликовало.

Главную речь на открытии новой системы правосудия в Иркутске произнес Муравьев. Он был уверен, что реформа проводится в полном соответствии с Судебными уставами, а предпринятые отклонения от общего судоустройства и судопроизводства представлялись ему «глубоко обдуманными». Министр указал на особую миссию мировых судей: «В глуши, в одиночестве, среди суровой природы и чуждых людей это будет своего рода подвигом, но пусть даже и так — сознательный подвиг и бескорыстная жертва возвышают и облагораживают того, кто способен на них!»15.


С чувством глубокой благодарности

В биографию знаменитого дореволюционного юриста Муравьева — блестящего оратора, поднявшего обвинительную речь в суде на уровень искусства16, человека, который «правды свет зажег над миром» и «зло открыто обличал»17 — была вписана еще одна яркая страница. За деятельность по завершению судебной реформы 1864 г. в стране, в частности в Сибири, он удостоился благодарности императора: «Николай Валерианович. По вступлении моем на престол я обратил особое внимание на необходимость распространения области применения Судебных уставов императора Александра II, дабы во всех, даже самых отдаленных местностях России действовало скорое, беспристрастное и близкое к народу правосудие…»18

На сибиряков Муравьев произвел благоприятное впечатление, и они еще долго сохраняли к нему теплые чувства. Когда в 1905 г. он, назначенный послом в Италию, покидал должность управляющего министерством, в его адрес поступило множество телеграмм, в одной из которых сибирские судьи писали: «Ваши сердечные и высоко справедливые отношения к нам, судебным деятелям, укрепили навсегда в сердцах наших чувства глубокой благодарности вам и самые светлые воспоминания о тех минутах, когда нам приходилось видеть вас, слушая с умилением и гордостью ваши поучения и речи»19.


Итоги преобразований

Почувствовать положительные изменения можно было уже в июле 1897 г., когда во время празднеств в Томске министр юстиции выслушивал благодарности за продвижение в правительстве вопроса о дополнении единственного в Сибири университета — Томского — юридическим факультетом20.

Летом 1897 г. сибиряки благодаря усилиям Муравьева стали свидетелями коренных изменений судебных порядков, вместе с тем получив очередную порцию надежд. Все-таки, несмотря на разные ограничения, реализовались основополагающие принципы Судебных уставов: независимость судебной власти и несменяемость судей, равенство всех перед законом, гласность и состязательность судопроизводства, право обвиняемого на защиту.


1. РГИА. Ф. 1405. Оп. 542. Д. 240. Л. 1; Д. 250. Л. 1.
2. Судебная реформа в Сибири. СПб. 1896. С. 3.
3Полное собрание законов Российской империи (ПСЗ)-III. Т. 16. N 12932.
4. Замещение должностей в новых судебных учреждениях Сибири // Журнал Министерства юстиции. 1897. N 4. С. 115; Статистический обзор Тобольской губернии за 1897 г. Тобольск, 1898. С. 40; Тобольские губернские ведомости. 1897. 19 июля.
5. Представление государю императору высших чинов судебных установлений Сибири // Журнал Министерства юстиции. 1897. N 3. С. 44.
6. Плотников М. Хроника внутренней жизни // Русское богатство. 1898. N 2. С. 201; Статистический обзор Тобольской губернии за 1897 г. С. 40; Тобольские губернские ведомости. 1897. 26 июля.
7. Замещение должностей в новых судебных учреждениях Сибири. С. 117-118; Статистический обзор Тобольской губернии за 1897 г. С. 40-41.
8. ПСЗ-III. Т. 17. N 13775.
9. Министерская система в Российской империи: К 200летию министерств в России. М., 2007. С. 230-231.
10. Яковлев Я.А., Рассамахин Ю.К. Рассказы о томской прокуратуре. Томск, 2004. Т. 1. С. 278.
11. Восточное обозрение. 1897. 2 июля.
12. Цит. по: Восточное обозрение. 1897. 24 августа.
13. Томский листок. 1897. 2 июля.
14. Иркутские губернские ведомости. 1897. 9 июля; Сибирский вестник. 1898. 3 января; Сибирский листок. 1897. 29 июня; Тобольские губернские ведомости. 1897. 12 июля; Томский листок. 1897. 1 июля.
15. Муравьев Н.В. Из прошлой деятельности. СПб. 1900. Т. 2. С. 410-416.
16. Панов П.И. Министр юстиции, генерал-прокурор Российской империи Н.В. Муравьев — в служении закону // Вестник Московского университета. Сер. 21. Управление (государство и общество). 2005. N 1. С. 19-36.
17. Баранцевич Е.М. На смерть Николая Валериановича Муравьева (скончался 1 декабря 1908 г.). Томск, 1908. С. 1.
18. Высочайший рескрипт, данный на имя министра юстиции, статс-секретаря, тайного советника Муравьева // Журнал Министерства юстиции. 1899. N 7. С. 3-4.
19. Журнал Министерства юстиции. 1905. N 2. С 88.
20. Томский листок. 1897. 13 июля.

Монография «Суд скорый, правый, милостивый и равный для всех»

Информация о материале
Опубликовано: 14 июля 2020
Просмотров: 3566

В монографии раскрыты история подготовки и реализации Судебной реформы 1864 года, её влияние на развитие российской государственности в течение 150 лет.

Названием книги стали общечеловеческие стандарты правосудия, выраженные в словах указа от 20 ноября 1864 года, – «Суд скорый, правый, милостивый и равный для всех».

Авторы монографии — член Президиума Совета Российского исторического общества, декан Высшей школы государственного аудита МГУ им. М.В. Ломоносова, признанный специалист в области теории государства и права, конституционного права, теории федерализма и конституционного правосудия Сергей Михайлович Шахрай и профессор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, ученый-юрист, специалист по истории отечественного государства и права, гражданскому и правовому образованию Константин Петрович Краковский. Они показывают конституционно-правовое значение реформы (опережающее становление самостоятельной судебной власти, стимулирующей развитие институтов парламентаризма и элементов конституционной монархии).

Трансформация судебной власти в дореволюционной России прослеживается через авторскую концепцию судебной реформы и контрреформы. В работе показаны неоднократные попытки «перезапуска» судебной реформы в начале, середине и конце ХХ века.

Монография основана на широком круге источников, в том числе архивных, значительная часть которых вводится в научный оборот впервые. В книге воспроизведены малоизвестные современному читателю документы и фотографии.

В обращении к читателям Председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин отметил:

«Реформа 1864 года принесла стране независимую судебную власть, создала новую судебную систему, преобразовала прокуратуру, ввела не существовавшие ранее институты судебных следователей, адвокатов, нотариусов. Одновременно она дала мощный импульс развитию юридического образования и науки права, благотворно отразилась на политической жизни страны».

Издание книги было приурочено к 150-летнему юбилею реформы. По мнению Сергея Нарышкина, «Судебной реформе 1864 года свойственны как минимум три уникальных качества, которые позволили ей на протяжении 150 лет неуклонно менять политическую реальность в нашей стране».

Во-первых, сама реформа, как и положенные в её основу идеи и принципы, продемонстрировала удивительную жизнеспособность. «Несмотря на многократные и целенаправленные попытки контрреформ, она, как птица феникс, раз за разом восставала из пепла», – отмечает он.

Во-вторых, Судебная реформа 1864 года никогда не была узкопрофессиональной «вещью в себе», а с самого начала оказалась тесно переплетена с политическими изменениями.

«Фактически речь шла о том, что в недрах самодержавия рождалась относительно самостоятельная и сильная судебная власть как один из первоэлементов абсолютно новой политической системы, основанной на принципе разделения властей. С этой точки зрения Судебная реформа 1864 года была реформой конституционной»,– полагает Председатель РИО.

«В царской России новый суд стал школой гражданственности, школой усвоения простыми людьми правовых понятий, юридических ценностей. А значит, Судебная реформа непосредственно содействовала преодолению правового нигилизма и негативизма, помогала повышению правовой грамотности и культуры»,

– говорится в тексте обращения.

В-третьих, «Судебная реформа 1864 года была тесно вплетена в историю российского парламентаризма и оказалась своего рода активной энергетической точкой, воздействовав на которую можно было гарантированно оздоровить и нормализовать весь общественный организм».

Книга адресована преподавателям, аспирантам и студентам юридических и исторических вузов, юристам-практикам, а также читателям, интересующимся проблемами истории российской государственности.

В Оренбурге прошла научно-практическая конференция, посвященная судебной реформе 1864 года | Инициативы

В Оренбурге 27–28 ноября прошла научно-практическая конференция, посвященная 150-летию судебной реформы и 80-летию Оренбургского областного суда.

В первый день на базе Оренбургского областного суда состоялось пленарное заседание, в котором приняли участие председатель Оренбургского областного суда В. А. Емельянов, вице-губернатор – заместитель председателя правительства – руководитель аппарата Губернатора и Правительства Оренбургской области Д.В. Кулагин, прокурор Оренбургской области И.В. Ткачев, председатель Арбитражного суда Оренбургской области Г.В. Чердинцева, начальник управления Судебного департамента при Верховном Суде РФ в Оренбургской области В.К. Купчик, а также судьи, представители правоохранительных органов и средств массовой информации,  преподаватели и деканы вузов Оренбурга. Докладчики осветили роль судебной реформы 1864 года в истории и современности, значимость судов в укреплении российской государственности, открытость и гласность судопроизводства сегодня, факторы эффективного взаимодействия судов со СМИ.

– В этом году мы празднуем несколько важных дат: 80-летие Оренбургской области, 150-летие Оренбургской губернии, 80-летие областного суда и, конечно, 150-летие судебной реформы. Почему в XIX веке стало возможным провести судебную реформу? К тому времени судебная система в России в прежнем ее виде не могла дальше существовать: она носила ярко выраженный сословный характер, была сложной, запутанной, и, фактически, суд подменяла полиция. По данным юстиции, в то время в судах скопилось около трех миллионов нерассмотренных дел. Поэтому необходимость судебной реформы стояла очень остро. 3 декабря (а по старому стилю это 20 ноября) 1864 года императором Александром II были учреждены четыре основных Судебных устава: «Учреждение судебных установлений», «Устав гражданского судопроизводства», «Устав уголовного судопроизводства», «Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями». В результате проведения реформы появились суд присяжных, мировые судьи, адвокатура. Судебная реформа упорядочила судебную систему и установила рассмотрение дел в первой и апелляционной инстанциях. Судебная реформа 1864 года имеет огромнейшее значение, это одна из основных реформ принятых в истории России, – отметил в своем выступлении Виктор Александрович Емельянов.

Далее с докладом «Роль и значение судов в укреплении российской государственности» выступил вице-губернатор, председатель Оренбургского регионального отделения Ассоциации юристов России Д. В. Кулагин. О суде присяжных по судебной реформе 1864 года – председатель Арбитражного суда Оренбургской области Г.В. Чердинцева. Прокурор Оренбургской области И.В. Ткачев сообщил об ускоренных формах отправления правосудия в истории и современности.

– В последний раз торжественные мероприятия, посвященные судебной реформе 1864 года, проходили в 1914 году, сто лет назад. Я считаю это неправильным. Преемственность законов, развитие научной мысли должны быть вектором, определяющим развитие сегодняшнего законодательства, – выступая перед собравшимися, подчеркнула судья Арбитражного суда Оренбургской области в отставке, доцент кафедры гражданского права и процесса МГЮА, канд.юрид.наук С.И. Анисимова.

Адвокат Н.Н. Чебачев заострил Внимание присутствующих на том, что судебная реформа в Оренбургский край пришла с опозданием, только спустя 34 года – в 1898 году. Это связано с такими факторами, как отдаленность нашего региона от центра, приграничность территории, неудобство дорог, социально-экономические причины того времени.

Практикующие журналисты рассказали присутствующим о современном состоянии взаимодействия судов со СМИ. Заместитель директора филиала ФГУП ВГТРК ГТРК «Оренбург» С.Г. Губернская предложила представителям судейского сообщества принимать участие в передачах проходящих в прямом эфире, помогать журналистам находить экспертов для компетентных комментариев. Также она предложила проводить круглые столы или специальные занятия для СМИ, на которых журналисты смогли бы повысить уровень своей юридической грамотности. О правилах подачи судебной информации на телевидении рассказала заместитель главного редактора на ООО «Орен-ТВ» Т.А. Ленкова. Все докладчики отметили важность, значимость информационного сотрудничества.

С докладом «Исполнение судами Оренбургской области постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2012 года № 35  «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов» выступил судья Оренбургского областного суда А. В. Батаев. Он подчеркнул: «Каждое развитое демократическое государство должно получить доступ к полной и достоверной информации о судопроизводстве и открытый доступ к правосудию для всех граждан и, конечно, для лиц с ограниченными возможностями, что на высоком уровне реализуется в Оренбургской области».

Мировой судья судебного участка № 3 Соль-Илецкого района Е.С. Волкова наглядно (со слайдами и видеороликом) рассказала гостям конференции о правовом воспитании несовершеннолетних в нашей области. Сделав экскурс в историю вопроса, она подробно остановилась на современном этапе взаимодействия судов с учебными заведениями области.

– Соль-Илецкий районный суд тесно сотрудничает cо школами и дошкольными учреждениями  города и района. Стали  доброй традицией встречи, круглые столы с коллективами учителей, учащихся, родителей, проводятся различного рода творческие конкурсы. С 2011 года в Соль-Илецком районном суде действует программа обучения детей дошкольного возраста. Занятия с детьми проводятся в игровой форме, детям разъясняется, какими правами они обладают и что нарушение этих прав недопустимо. Во время путешествия по сказочной стране ребята встречаются как с положительными, так и с отрицательными героями, совместными усилиями «плохие» персонажи перевоспитываются. Всего же судами области за 9 месяцев текущего года проведено более 300 подобных мероприятий – поделилась опытом формирования правового мировоззрения у детей Елена Сергеевна.

Во второй день на юридических кафедрах ОГУ, ОГАУ, Оренбургского института (филиала) МГЮА прошли секционные заседания с участием почетных гостей, председателей и судей Оренбургской области, преподавателей, студентов. В своих выступлениях участники подробно осветили самые разные аспекты влияния судебной реформы как на становление гражданского общества в XIX веке, так и на современное состояние судебной системы.

На базе факультета филологии и журналистики ОГУ состоялся круглый стол на тему: «Современные масс-медиа и судебная власть – практика и проблемы взаимодействия».

С приветственным словом к собравшимся обратились заместитель председателя Оренбургского областного суда В. М. Ушаков,  проректор по научной работе С.Н. Летута ОГУ, декан факультета филологии и журналистики ОГУ И.А. Солодилова.

 В ходе заседания были обсуждены вопросы позиционирования судебной власти в современном медиа-пространстве. С докладами выступили преподаватели университета, представители областных СМИ и судебной системы области. О судебной системе в зеркале общественного мнения рассказала руководитель социологического центра «Общественное мнение» Г.В. Шешукова. В своем выступлении «Об актуальных задачах информационной деятельности судов» мировой судья судебного участка № 3 Дзержинского района г. Оренбурга В.И. Копылова отметила, что судебная система России наиболее открыта по сравнению с другими странами.

Темой доклада студентки факультета филологии и журналистики ОГУ Д.Р. Елкибаевой стал образ судебной власти в региональном Интернет-пространстве, студентка отделения журналистики ОГПУ О.Л. Крячкова на примерах публикаций оренбургских СМИ проанализировала нарушение деонтологических норм журналистами региональной прессы. Подводя итоги заседания, представители СМИ и судебной системы высказали предложения о дальнейшем проведении встреч в подобном формате.

 

Project MUSE — Судебная реформа 1864 г. в Западной Сибири by Е. А. Крестьянников (review)

Имперский суд в региональном контексте

1

В последние годы историки уделяют значительное внимание феномену империи, особенностям организации имперской власти в России и отечественному опыту регионализма в исторической науке. Монография Е. А. Крестьянникова отражает эту тенденцию. Работа посвящена изучению одной из важнейших составляющих российского имперского государственного механизма – судебной системе. Проблематика исторического развития системы правосудия многоаспектна. Она подразумевает определение вектора и основных условий этого развития на разных этапах, уровня эффективности суда, степени взаимовлияния правосознания [End Page 266] населения и судебной практики и т.д. Но конфигурация проблемы в целом во многом замыкается на специфику регионов. Е. А. Крестьянников в своей книге сосредоточился на изучении устройства, развития и деятельности суда Западной Сибири как властного института в 1823–1917 гг.

Как показывает опыт подобного рода региональных исследований, при анализе судебных институтов власти общеимперский подход невозможен и малопродуктивен. Современный уровень развития регионалистики дает теоретические обоснования важности сосредоточения внимания на процессах и явлениях регионального масштаба. Как констатировал один из крупнейших современных зарубежных специалистов по истории Российской империи Л. Хефнер, в “территориальных образованиях империи существовали феномены, которые ввиду отсутствия межрегиональных форм и сетей коммуникации не были представлены в национальном масштабе или присутствовали только в рудиментарном виде”.2 Именно этими аргументами, видимо, и был обусловлен выбор территориальных рамок исследования, ограниченных Западной Сибирью как регионом, обладающим социальной и культурной специфичностью. В XIX в. Сибирь являлась самым обширным окраинным регионом Российской империи. При этом Западная Сибирь, по сравнению с Сибирью Восточной, была своеобразной “внутренней периферией”, несколько утратившей свою окраинность, но все же сохранившей устойчивую специфику (удаленность от центра, низкая плотность населения, слабая развитость коммуникаций и пр.). Ограничение исследование Западной Сибирью оказалось оптимальным решением, позволившим разумное сочетание в исследовании макро- и микроанализа: автор смог рассмотреть изученные на примере Западной Сибири “технологии правосудия” в общероссийском контексте. Думается, что создание подобного рода работ по истории судебной власти других регионов страны, в первую очередь периферийных, откроет новые перспективы в исследовании феномена российского имперского правосудия в целом.

В методологическом отношении Крестьянников является приверженцем концепции частичной [End Page 267] модернизации. Кроме того, в неявном виде в качестве методологической базы монографии выступает теория институционализма. Применение обеих теоретических моделей в исследовании выглядит весьма обоснованным. Этот подход дал возможность проследить, как в процессе эволюции судебной системы изменялись судебные институты, как модернизировались законодательные нормы, устанавливавшие условия труда чиновников и неформальные принципы, определявшие их должностное поведение, и т.п.

Накопленный в общероссийской и региональной историографии теоретический и фактический материал по эволюции законодательства, регулирующего судопроизводство и судоустройство; материал, касающийся взаимоотношений судебных чиновников с администрацией и представителями сословий и других общественных групп; материал, вскрывающий социокультурный облик судей и т.п., создал хорошую базу для следующего шага в изучении проблемы. Этим шагом должно стать рассмотрение перестройки дореформенного суда и постепенного введения в регионе пореформенной судебной системы в качестве единого процесса. Таким образом, исследование Крестьянникова вписывается в общий контекст развития исторической науки и отвечает на ее наиболее актуальные запросы. Данная монография обогащает складывающуюся научную школу изучения российского имперского судопроизводства.

Крестьянников указал на то, что реформа суда М. М. Сперанского, упорядочив судебную организацию, оставила в неприкосновенности судопроизводство. В результате такого частичного реформирования правосудие в регионе не повысило свою эффективность. Вместе с тем исследователь аргументированно доказывает, что и эта реформа, и последующие корректировки судоустройства, особенно в 1850–1860-х гг., шли по пути рационализации, унификации и упрощения. Из сопоставления двух указанных выводов следует, что региональная юстиция находилась в XIX веке на пути количественного накопления необходимых изменений, которые закономерно приближали ее к качественному сдвигу еще до появления Судебных уставов 1864 г. и их распространения на Западную Сибирь.

Представляет значительный интерес парадоксальное, на первый взгляд, заключение Крестьянникова о том, что реформа сибирской юстиции 1885 г. свидетельствовала в первую очередь о стремлении правительства “повысить силу репрессии сибирской [End Page 268] судебной системы”. С учетом проведенного в книге анализа реальных кадровых подвижек в судебных учреждениях региона и процесса перераспределения специалистов, направлявшихся в Сибирь Министерством юстиции, между главным образом прокуратурой и судебным следствием, авторский вывод представляется обоснованным. Этот тезис позволяет лучше объяснить подоплеку тех решений, которые вызвали к жизни “полуреформу” 1885 г.

Анализируя реформу 1897 г., которая, с рядом оговорок, распространила на регион действие судебной реформы 1864 г., Крестьянников убедительно показал, что она коренным образом изменила судебные порядки и реализовала (с некоторыми ограничениями) принципы передового правосудия: независимость судебной власти и несменяемость судей, равенство всех перед законом, гласность и состязательность судопроизводства, право обвиняемого на защиту и т.д. Важным прогрессивным последствием реализации этой реформы стал начавшийся процесс включения местных судейских деятелей в общероссийское судейское сообщество, что создавало возможности для сплочения судебной корпорации региона и приобретения ею большего веса. Вместе с тем автор показал, что причина предусмотренных законодателем ограничений при реализации реформы 1897 г. заключалась не столько в пресловутой региональной специфике, сколько лежала в идеологической сфере (влияние судебной “контрреформы” и даже ее углубление).

Новаторским является вывод Крестьянникова о том, что одним из неожиданных для правительства следствием реформы 1897 г. стал отток судей из Западной Сибири в европейскую Россию или в адвокатуру, продолжавшийся весь срок существования в крае новой юстиции. Предложенный Крестьянниковым статистический анализ заставляет согласиться с этой оценкой, отклоняющейся от принятых в историографии взглядов.

Представляется весьма значимым и вывод автора о том, что для преобразований 1897 г. было характерно открытое нежелание правительства нести сколько-нибудь крупные финансовые затраты. Автор характеризует эту ситуацию как нездоровую экономию и оценивает ее как “главный источник дефектов реформированного правосудия”. “Главный” в данном случае не означает “единственный”, и хотелось бы узнать подробнее и о других “источниках” неэффективности реформы. Тем не менее установленное автором недофинансирование центром [End Page 269] программы по реформе судопроизводства заставляет по-новому взглянуть на проблему.

Исследование показало, что практиковавшийся в Сибири на протяжении всего XIX в. ревизионный порядок участия губернаторов в деятельности суда был неэффективным, поскольку вскрывавшиеся в ходе ревизий недостатки не исправлялись, повторяясь от проверки к проверке. Тем не менее, как отмечает Крестьянников, местные губернаторы остались активными участниками регионального судопроизводства и после 1897 г. Подобная необходимость вызывалась спецификой реализации реформы в Западной Сибири: отсутствием института присяжных заседателей, наделением мировых судей следовательскими полномочиями и функциями нотариусов и явно недостаточным штатом новых судебных органов.

Изучая в рамках функционирования института суда деятельность полицейских чиновников региона, Крестьянников пришел к важному выводу о том, что местные полицейские “явно не состоялись как следователи”, что существовавшая система позволяла им пользоваться своей властью отнюдь не в интересах правосудия и даже содействовать распространению преступности. Этот тезис дополняет уже установленный факт наличия в среде губернского чиновничества Урала в позднеимперский период устойчивого неформального объединения, основанного на коррупционном механизме.3 Вместе эти открытия позволяют по-новому взглянуть на причины надвигавшегося революционного кризиса 1905 г.

Здесь следует оговорить, что авторская оценка следовательской работы полицейских базируется главным образом на отзывах современников. Однако существует и другой путь решения данной проблемы – методика, основанная на статистическом анализе соотношения дел о должностных преступлениях собственно полицейских чинов, дошедших и не дошедших до суда. Именно этот показатель может указать на наличие устойчивых негативных тенденций в полицейской среде и на существование коррупционной корпоративной этики. К сожалению, автор не перепроверил полученные им данные с помощью указанной методики, что, [End Page 270] безусловно, способствовало бы большей точности полученного результата.

Оригинальным является предложенный Крестьянниковым анализ становления института сибирской адвокатуры как автономного юридического сообщества. В частности он выявил объективные причины устойчивости в регионе такого специфического института, как “подпольная адвокатура”, которая являлась фактической альтернативой легальной самоорганизации присяжных поверенных.

Серьезного внимания заслуживают и наблюдения автора, касающиеся изменения отношения сибирского населения к судебной системе. Позитивное отношение сибиряков к новому суду (основанному на положениях закона 1896 г.) довольно быстро сменилось на негативное, причем “недоверие к правосудию становилось агрессивным, враждебным, случаи самосуда учащались”. Этот вывод также вносит свой вклад в понимание причин революционных потрясений, накрывших страну в начале XX в.

Таким образом, исследование Е. А. Крестьянникова предлагает концепцию эволюции дореволюционного сибирского суда как властного института в условиях набирающего силу модернизационного процесса. В ее рамках этапы эволюции сибирской юстиции в XIX – начале XX в. увязаны с динамикой политики самодержавия как в отношении правосудия, так и в отношении Западной Сибири. В центре этой модели – исследование включенности регионального суда во властные отношения.

Вместе с тем отдельные нюансы этой авторской концепции, на наш взгляд, нуждаются в дополнительном комментировании и обсуждении. Так, в монографии содержится тезис о том, что “имперское сознание столичного чиновничества… побуждало правительство… игнорировать, не замечать потребностей региона в судебных преобразованиях”. В этом выводе можно усмотреть противоречие. Многие современные трактовки империи рассматривают ее как способ управления сложным, гетерогенным в культурном плане пространством, основанным на опоре центра на местные элиты. В рамках такого подхода сложная конфигурация судебной системы Российской империи исследуемого периода может быть рассмотрена как важный инструмент строительства и укрепления империи, как один из регионально-ориентированных способов управления гетерогенным пространством. И в этом смысле наличие у петербургского чиновничества имперского сознания не только не предполагает игнорирования региональных [End Page 271] особенностей, а, напротив, заставляет ожидать, что эти особенности учитываются центром. Думается, для осмысления представленного в книге материала нужна более динамичная модель империи как системы управления, сочетающей универсализм с партикуляризмом.

Достаточно часто Крестьянников оценивает судебную власть на территории Западной Сибири как “эффективную” или “неэффективную”. Хотелось бы, чтобы автор прояснил используемые для этой оценки критерии. Более детализированный подход должен показать, для кого судебная система была “эффективной” или “неэффективной” и при каких обстоятельствах; насколько традиции и инновации казались приемлемыми (“эффективными”) местной власти и разным группам регионального населения; как современники, особенно те, кто готовил и требовал реформ и критиковал судебную систему, были идеологически ангажированы и т. д. На наш взгляд, проблема “эффективности” именно в контексте разных плоскостей ее восприятия населением может стать весьма плодотворной для дальнейшего изучения государственных институтов (которые, кстати, не тождественны государственным учреждениям).

Крайне критические оценки дореформенной системы суда и правосудия широко приняты в отечественной, да и зарубежной исторической науке. Крестьянников следует в русле этой традиции. Выявленный исследователем “негатив” действительно иллюстрирует объективную необходимость судебной реформы и модернизации данной сферы в изучаемом регионе. Но значит ли это, что существовавшая до 1864 г. (на Урале и в Сибири – до 1890-х гг.) судебная система держалась только на косности правительственного курса? Как объяснить, что данная система, имевшая серьезные недостатки, просуществовала в империи более века? В чем причины ее феноменальной устойчивости? Можно ли считать, что слабость имперской бюрократии, вызванная объективными условиями (разорванными коммуникациями, недостаточными ресурсами и др. ) и отразившаяся также и в судебной сфере, компенсировалась развитием выборного сословного начала, и такая “индивидуализация правосудия” в зависимости от конкретного локального сообщества существенно увеличивала его эффективность? Можно ли считать, что дореформенная судебная система была достаточно рациональна с точки зрения решения задачи мягкого “подтягивания” окраин и внутренней периферии до стандартов “ядра” империи? [End Page 272] И что она постепенно начала утрачивать эффективность тогда, когда на повестку дня встала задача кардинальной социальной трансформации страны, т.е. когда страна встала на путь утраты своей “имперскости”? Думается, эти вопросы могут составить программу дальнейших исследований Крестьянникова.

Вместе с тем можно с полным основанием утверждать, что рецензируемая работа стала важным вкладом в историографию российской имперской государственности.

Современные украинские историки о Судебной реформе 1864 года в Российской империи — Studia z Dziejów Państwa i Prawa Polskiego — Volume XXIV, Issue 24 (2021) — CEJSH

Современные украинские историки о Судебной реформе 1864 года в Российской империи — Studia z Dziejów Państwa i Prawa Polskiego — Volume XXIV, Issue 24 (2021) — CEJSH — Yadda

EN

Modern Ukrainian historians on the Judicial Reform of 1864 in the Russian Empire

EN

The article is devoted to the latest Ukrainian historiography of the Judicial Reform of 1864. It is noted that in Ukrainian literature of recent years, attention has been paid to the implementation of the Judicial Reform on the lands that are part of modern Ukraine. In both Russian and Ukrainian historical literature, the Judicial Reform of 1864 received only a positive assessment.

RU

Не все аспекты Судебной реформы еще изучены, особенно на землях, которые ранее входили в состав Российской империи, где она вводилась несколько позже. На польских землях Судебную реформу ввели только в 1876 году. Статья посвящена новейшей украинской историографии Судебной реформы 1864 года. Отмечается, что в украинской литературе последних лет уделено внимание реализации Судеб- ной реформы на землях, которые входят в состав современной Украины. Как в рос- сийской, так и в украинской исторической литературе, Судебная реформа 1864 года получила положительную оценку. Положительную оценку Судебная реформа полу- чила и в польских исследованиях

  • Sochi Institute of the Peoples’ Friendship University of Russia

Publication order reference

bwmeta1. element.ojs-doi-10_48269_2450-6095-sdpipp-24-010

JavaScript is turned off in your web browser. Turn it on to take full advantage of this site, then refresh the page.

Судебная реформа 1864 года | От Николая до Николая

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА 1864 года — законодательные акты, утвердившие начала буржуазного судоустройства и судопроизводства в России. Судебные уставы 20 ноября 1864 года являлись составной частью буржуазных реформ 1860-1870-х годов, вызванных отменой крепостного права и ускоренных подъёмом общественного и революционного движения. Дореформенный суд являлся одним из наиболее несовершенных органов государственной власти. Вопрос о частичной реформе суда был поставлен еще в 40-х годах, в 1860 году судебное следствие было изъято у полиции и передано специальному институту судебных следователей. Подготовка Судебной реформы началась в 1861 году под руководством государственного секретаря В. П. Буткова с привлечением группы талантливых юристов (Н. А. Будковский, С. И. Зарудный, К. П. Победоносцев, Д. А. Ровинский, Н. И. Стояновский и др.). В сентябре 1862 года в Государственном совете были утверждены и одобрены Александром II основные начала новых уставов: отделение суда от администрации, равенство всех перед законом, гласность, устность и состязательность судебного процесса, несменяемость судей и судебных следователей, создание суда присяжных, института присяжных поверенных (адвокатов).

Вводились два вида судов: мировой и коронный. Мировой суд с упрощенным судопроизводством создавался как в городах, так и в уездах. Каждый уезд составлял мировой округ, разделявшийся на мировые участки. Мировые судьи избирались уездными земскими собраниями (в столицах — Городскими думами). Коронный суд состоял из окружных судов — первой инстанции, и второй инстанции — судебных палат. В каждой губернии создавалось от 1 до 3 окружных судов. Судебные округа во главе с судебной палатой объединяли несколько губерний. Окружным судам были подсудны все уголовные дела, за исключением политических и преступлений по должности, совершенных чинами старше титулярного советника. Уголовные дела в окружных судах рассматривались с участием присяжных заседателей. Приговоры по гражданским делам могли обжаловаться в судебные палаты. Судебные палаты в первой инстанции рассматривали дела по государственным преступлениям и должностные, совершенные чинами до пятого класса включительно. В Сенате были созданы кассационные департаменты, которые помимо кассации, рассматривали должностные преступления, совершенные чинами выше пятого класса. Для суда над членами Государственного совета, министрами и равными им лицами учреждался Верховный уголовный суд. Судьи и судебные следователи пользовались правом несменяемости, т. е. могли быть уволены только по приговору суда.

Судебная реформа являлась наиболее последовательной из буржуазных преобразований этого периода, однако и она содержала известные феодально-крепостнические пережитки, что отразилось в сохранении крестьянских, военных и духовного судов, а также в порядке подсудности должностных лиц. Судебные уставы 1864 года были введены повсеместно лишь к 1896 году, причем на окраинах империи со значительными ограничениями. С наступлением реакции правительство постепенно ограничивало действие Судебной реформы. В 1866 году дела о печати изымаются из ведения суда присяжных и передаются Судебным палатам. В 1871 году дознание по делам о государственных преступлениях перешло в ведение жандармских органов, в 1872 году было создано Особое присутствие правительствующего Сената для рассмотрения этой категории дел. В 1878 году рассмотрение ряда политических преступлений перешло из суда присяжных к военно-окружным судам. В 1885 году было создано Высшее дисциплинарное присутствие для суждения о неблаговидных поступках судей, что явилось прямым посягательством на несменяемость их. В эти же годы ограничивается гласность суда, повышается ценз присяжных заседателей. В 1889 году был ликвидирован мировой суд (за исключением столиц и Одессы), восстановлен в 1912 году. В 1895-1899 годы делались попытки вовсе ликвидировать судебные уставы, однако общественный подъем 2-й половине 90-х годов помешал этому. При Временном правительстве 1917 года была учреждена Комиссия по восстановлению Судебных уставов 1864 года, функции суда присяжных значительно расширились. Буржуазное судоустройство и судопроизводство, установленные Судебной реформой 1864 года, были упразднены декретом Советской власти о суде 22 ноября (5 декабря) 1917 года.

П. А. Зайончковский. Москва.

Советская историческая энциклопедия. В 16 томах. — М.: Советская энциклопедия. 1973—1982. Том 13. СЛАВЯНОВЕДЕНИЕ — СЯ ЧЕН. 1971.

Литература:

2ПСЗ, т. 39, СПБ, 1867, No 41473-41478; Судебная реформа, т. 1-4, М., 1915; Кони А. Ф., Отцы и дети судебной реформы, М., 1914; его же, Из записок судебного деятеля, Собр. соч., т. 1, M., 1966.

 

юристов-художников и литературоведов в позднеимперской России, 1864-1900 гг.

Abstract

В моей диссертации исследуются уникальные отношения между художественной литературой, правом и литературной критикой в ​​России XIX века, в течение десятилетий после судебной реформы 1864 года, ознаменовавшей введение публичных процессов и суда присяжных. В то время как предыдущие ученые отмечали крайне негативное изображение судов в художественной литературе и журналистике поздней империи, моя диссертация предлагает серьезную поправку к этому господствующему взгляду, рассматривая работы «литературных юристов», группы юристов поздней империи, которые также были исключительно успешны как литераторы.В частности, я исследую труды таких видных литературоведов, как Владимир Спасович (1829–1906), Анатолий Кони (1844–1927), Сергей Андреевский (1847–1918) и некоторых других. Эти литературоведы писали как комментарии о значении права для русского общества, так и литературные анализы великих произведений художественной литературы Золотого века России. В своей диссертации я сосредоточусь на влиянии их работ на конкурирующие концепции российского отношения к правовой справедливости. Пользуясь своим авторитетным положением литературных критиков, эти юристы встали на энергичную защиту правовой культуры.В частности, они боролись с односторонним историческим взглядом на глубоко укоренившуюся в России враждебность к закону и суду, возникшим в трудах и идеологических работах таких авторитетных и влиятельных авторов, как харизматичный редактор «Московских ведомостей» Михаил Катков и романистов Федора Достоевского и Льва Толстого, которые намеренно создали неполную картину судебного правосудия, которая с тех пор ограничивает наше понимание его. После того, как судебные контрреформы 1870-х и 80-х годов лишили суды их важных свобод, литературная критика стала важной для российских литературоведов, поскольку давала им возможность выразить свою интеллектуальную позицию.Пользуясь своим привилегированным статусом литературоведов, эти юристы делали все возможное, чтобы превратить произведения великих писателей в союзников в их защите судов как мест законного и гуманного правосудия. Словесная война между российскими писателями и юристами свидетельствует о том, что в качестве публичного форума литература и литературный анализ стали важной площадкой для дебатов о значении правовой справедливости в неохотно реформирующемся обществе.

Субъектов

Русская литература XIX века

 

Право и литература

 

История России XIX века

 

Литературные юристы

 

Судебная реформа 1864 года, Россия

 

Достоевский и Толстой

Судебная реформа 1864 года в России

Вторая половина XIX века в России вошла в историю как эпоха Великих реформ. По масштабу, охвату всех сторон общественной, государственной и политической деятельности этот комплекс преобразований может быть сравним только с реформами Петра I. Но по глубине, как следствие, аналога в российской истории им еще не было .

Судебная реформа 1864 г. в России

г. Петр тем не менее реформировал монархический строй в условиях феодализма, не помышляя коренным образом изменить существовавшие отношения. После его реформ феодально-крепостнический строй и монархия оказались еще более укрепленными, еще более совершенными, чем прежде.Но во второй половине XIX века Россия совершила решительный переход к принципиально новой экономической системе товарно-рыночных отношений, что также потребовало принципиально нового государственного и политического устройства.

Многие исследователи отмечают, что проекты Великих реформ быстро обрели форму законов и начали реализовываться. Это и неудивительно: в основе своей они начали разрабатываться задолго до 1860-х гг. Необходимость реформ с всеобъемлющей конкуренцией во властных структурах понималась вполне отчетливо. Главный политический, экономический, социальный вопрос эпохи — крепостное право — заставлял делать самые решительные шаги. Еще при императоре Николае I было создано несколько секретных комитетов для разработки проектов крестьянской реформы, совершенствования отечественной судебной системы и судопроизводства. Руководство работой над судебной реформой осуществлялось бывшим в 1840-х — 1850-х гг. Дмитрий Николаевич Блудов (1785 — 1864), обер-управляющий II Отделом Императорской канцелярии, выдающийся общественный и государственный деятель первой половины XIX века.Реформа 1864 г. заложила эти материалы в свою будущую основу.

Факт, которому в учебной литературе уделяется мало внимания: реформы 1860-х — 1870-х гг. проводились параллельно, в комплексе, так как они взаимообусловлены друг другом. Ведь в связи с отменой крепостного права и развитием рыночных отношений, товародвижения люди должны были подумать о новой системе местного самоуправления, учитывающей интересы всех сословий, о создании нового внесословного строя. судов, гарантировавших защиту гражданских прав, о замене рекрутского метода комплектования армии, полностью основанного на крепостном праве, и т. д.Судебная система и судопроизводство требовали упрощения: два десятка судов с весьма расплывчатой ​​юрисдикцией и множество судебных процедур, порождавших волокиту и взяточничество, не соответствовали новым задачам и условиям.

Судебная власть

Image

Согласно Судебным уставам (ст. ст. 1 — 2 Учр. Судебного уложения) в зависимости от их компетенции образовались три вида судов: мировые, общие и сословно-специализированные. Основным правовым актом, регулирующим статус различных судов, статус судей, статус прокуратуры и адвокатуры, статус органов, исполняющих судебные решения, было Учреждение Судебного регламента.

Мировые суды

Суды с таким названием впервые появились в русской судебной системе, хотя их аналоги можно найти в русской истории и раньше: губные избы Ивана Грозного, нижний земский суд Екатерины II, некоторые черты совестного и словесного судов модель 1775 года.

Суды общей юрисдикции

Гражданские и уголовные дела, выходящие за пределы компетенции мировых судов, рассматривались общими судами, систему которых составляли окружные суды и судебные палаты.

Окружной суд являлся судом первой инстанции и создавался для 3-5 уездов; всего в России было образовано 106 окружных судов. Такое разделение судебно-территориального устройства от административно-территориального было предпринято в практике российских судов впервые. Предполагалось, по смыслу закона, закрепить независимость суда от исполнительной власти, особенно от местной администрации. С мировыми судами все обстояло иначе: традиционно границы судебного округа совпадали с административным. те.Возможно, два фактора сыграли роль в причине такого разного подхода. Были избраны мировые судьи, и правительство решило сохранить за ними более строгий административный надзор. Кроме того, сама система выборов мировых судей, решение их организационных и финансовых вопросов были тесно связаны с органами местного земского самоуправления. Общие суды, назначаемые верховной властью, таких проблем не имели.

Конечно, присяжные не лишены опасности судебных ошибок.Ошибки такого рода нашли свое художественное воплощение даже в великих произведениях русской литературы: романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» и особенно в рельефе – в романе Л.Н. Толстого «Воскресение», сюжет которого, кстати, подсказал автору А. Ф. Коней.

Событием, глубоко встревожившим страну, стало рассмотрение в 1878 году судом присяжных дела о покушении на революционерку-народницу, первую русскую террористку Веру Засулич (1849 1919) на ул.Мэр Петербурга Ф.Ф. Трепов (1812 — 1889). Почему-то Минюст не стал придавать делу политический характер. Правонарушение было классифицировано как обычное преступление и передано на рассмотрение присяжным, а не Специальному присутствию Сената. Присяжные признали Засулич невиновным, чем привели в восторг революционную социал-демократию и шокировали правящие круги. Подробное описание всего хода этого дела оставил в своих воспоминаниях А. Ф. Кони, руководивший этим процессом.

Волостные (крестьянские) суды

Image

Волостные суды рассматривали гражданские дела, возникшие между крестьянами на сумму 100 рублей, а также дела о мелких проступках, когда и виновный, и потерпевший принадлежали к крестьянскому сословию, и этот проступок не был связан с уголовными правонарушениями подлежат рассмотрению в общих и мировых судах.Такая формулировка закона вызвала самое широкое толкование. Учитывая, что волостные суды при принятии решений руководствовались в основном местными обычаями, эти органы стали весьма действенным инструментом в политике сохранения крестьянской общины. Крестьяне имели право по взаимному соглашению передать свое дело в мировой суд, но, как правило, оказывались в ситуации не очень богатого выбора: либо судиться в своих волостях, где влияние местных родов сильна, взяточничество процветает, решения далеко не справедливы, или иди в город, где тебя может не понять мастер-судья, да и ехать далеко и дорого. Духовные суды Оставили в неприкосновенности судебную реформу и духовные суды. Со времен Петра I их система и круг подсудных дел не претерпели существенных изменений и регулировались Уставом духовных консисторий 1841 г.

Первой инстанцией был суд архиерея, не связанный никакими процессуальными формами, следующей — суд консистории, коллегиальный, но решение которого тем не менее было утверждено архиереем. Материалы консистории были написаны.Наконец, Священный Правительствующий Синод продолжал оставаться высшей ревизионной инстанцией.

Арбитражные суды

Image

Хозяйственные суды были созданы еще в 1808 году. Они рассматривали купеческие, торговые споры, воксельные споры, дела о банкротстве. Апелляционным судом был Сенат. Деятельность этих судов в основном регулировалась особым положением 1832 г.

Состав был выборным: председатель и четыре члена суда избирались местными купцами.В хозяйственный суд также был назначен юрисконсульт для руководства разбирательством и толкования положений законов судьям.

Иностранные суды

Иностранцы составляли особую категорию русских подданных. Это были народы, населявшие окраины многонациональной Российской империи: самодийцы, киргизы, калмыки, кочевые народы южных губерний страны и др. Государство создало для этих народов особую систему управления, приспособленную к особенностям их существования и при одновременно отвечая интересам Империи.В частности, иностранцам была предоставлена ​​возможность учреждать собственные суды обычного права для рассмотрения мелких гражданских и даже уголовных дел. Фактически такие суды были юридически включены в российскую судебную систему. Можно спорить о положительных и отрицательных сторонах такого решения, но в этой связи стоило бы еще раз задуматься о проблеме национальной политики России в XIX-XX веках, которая, как мне кажется, была более гибкой, чем мы обычно представляем. Наверное, тезис о «тюрьме народов» не следует понимать буквально, а уж тем более — возводить его в абсолют.

Центральные судебные учреждения

Image

XIX век внес новые изменения в деятельность и организацию Правительствующего Сената. С созданием министерств в 1802 г., а затем Государственного совета в 1810 г. Сенат в значительной степени утратил как исполнительную, так и законодательную власть. Он продолжал оставаться надзорным органом местного самоуправления, высшей апелляционной инстанцией и «хранилищем законов», ответственным за публикацию и регистрацию правил.

Главой судебной власти, разумеется, оставался император, который сохранял за собой право помилования, назначая на должности коронных судей.Однако прямое и открытое вмешательство главы государства в осуществление судебной власти, давление на суд стало практически невозможным. Нужно было изобретать уловки, менять законы в нужном направлении, ограничивая самостоятельность судов, принимать полицейские, внесудебные меры, но монарх уже не мог предписывать судам произвол.

На нескольких политических процессах в 1877 г. 110 обвиняемых предстали перед судом особого присутствия. Из них к каторжным работам приговорено 16 человек, к ссылке — 28 человек, к различным видам лишения свободы — 27 человек, оправдано 39 подсудимых. Но в данном случае это был внесудебный метод расправы со стороны властей.

Подробная информация об ошибке IIS 10.0 — 404.11

Ошибка HTTP 404.11 — не найдено

Модуль фильтрации запросов настроен на отклонение запроса, содержащего двойную управляющую последовательность.

Наиболее вероятные причины:
  • Запрос содержал двойную escape-последовательность, а фильтрация запросов настроена на веб-сервере для отклонения двойных escape-последовательностей.
Что вы можете попробовать:
  • Проверьте параметр configuration/system.webServer/security/[email protected] в файле applicationhost.config или web.confg.
Подробная информация об ошибке:

0

модуль RequestFilteringModule
Уведомление Beadrequest
Handler StaticFile
Код ошибки 0x0000000000
Запрошенный URL-адрес    http://search. ebscohost.com:80/login.aspx?direct=true&profile=ehost&scope=site&authtype=crawler&jrnl=07981406&an=149538184&h=acatlmgrweumiymnqqp2oggszlmw2a8sa21vm%2foame%2blehzyxc9nilh5r2d%2bikb01d1fqwavhd3brptmlspvrq%3d%3d&crl=f
Физический путь C: \ WebApps \ аф-webauth \ login.aspx? прямой = истина & профиль = ehost & Объем = сайта & AuthType = гусеничного & Jrnl = 07981406 & ап = 149538184 & ч = acatlmgrweumiymnqqp2oggszlmw2a8sa21vm% 2foame% 2blehzyxc9nilh5r2d% 2bikb01d1fqwavhd3brptmlspvrq% 3d% 3d & CRL = F
Метод входа пока не определено
Вход Пользователь    Еще не определено
Дополнительная информация:
Это функция безопасности.Не изменяйте эту функцию, пока полностью не поняты масштабы изменений. Перед изменением этого значения следует выполнить трассировку сети, чтобы убедиться, что запрос не является вредоносным. Если сервер разрешает двойные управляющие последовательности, измените параметр configuration/system. webServer/security/[email protected] Это может быть вызвано искаженным URL-адресом, отправленным на сервер злоумышленником.

Посмотреть дополнительную информацию »

Памятники имперского права России: правовая реформа XIX века

Вортман, Ричард С.Развитие российского правосознания. Чикаго: Издательство Чикагского университета, 1976). Юридическая библиотека Лилиан Голдман

Период с 1864 по 1917 годы широко известен как «золотой век» российского права и российской адвокатуры. Основными причинами этого «золотого века» считались реформы российской судебной системы и создание «Адвокатуры» (профессионального общества юристов, представляющих интересы сторон).

Исследование Вортмана (недавно переведенное на русский язык) коренным образом изменило наше восприятие этих правовых реформ.Сомневаясь, что «золотой век» мог наступить стихийно и внезапно, он убедительно возводил реформы к профессионализации российской государственной службы при Александре I, основанию юридических факультетов в других городских центрах, помимо Москвы (Санкт-Петербург, Киев, Казань). и др.), формирование кадров русских юристов, постепенно назначаемых на административные, судебные и академические должности, склонность этих юристов рассматривать право как самостоятельный источник власти, кодификацию русского законодательства, издание трактатов и учебники, основанные на позитивном русском праве (а не на естественном праве), и постепенное появление подлинно русской юриспруденции.

Для Вортмана судебные реформы 1864 г. были не необъяснимым началом Золотого века, а окончательной кульминацией институциональной модернизации и счастливого слияния личностей. Со временем эти институты и поощряемое ими правосознание оказались несовместимыми с русской разновидностью самодержавного абсолютизма и способствовали возникновению конституционной монархии в 1906 г.

«Памятники имперского российского права», куратор Уильям Э.Батлер и Майк Уайденер выставлены с 1 марта по 25 мая 2012 г. в Галерее выставок редких книг, уровень L2, Юридическая библиотека Лилиан Голдман, Юридическая школа Йельского университета.

СЕРЕБРЯНЫЙ ЗНАК ’50 ЛЕТ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЕ 1864-1914′ | лот 1348 | Важные русские и греческие иконы | Русское искусство в Hargesheimer Kunstauktionen Düsseldorf | Auction.fr

А78 | A78

Условия продажи Компания Hargesheimer Kunstauktionen Düsseldorf GmbH (далее именуемая «Hargesheimer Kunstauktionen») проводит публичные торги в соответствии со статьей § 474, абз.1 строка 2 и статья § 383 абз. 3 Строка 1 Гражданского кодекса Германии (BGB) в качестве комиссионера от своего имени и за счет клиентов («грузоотправитель»), которые остаются анонимными. 1. Состояние, гарантия 1.1. Предметы, выставленные на аукцион, могут быть просмотрены и осмотрены до аукциона, при этом потенциальные покупатели несут ответственность за любой ущерб, причиненный ими выставленным предметам. 1.2. Все без исключения произведения искусства, выставленные на аукцион, являются бывшими в употреблении предметами и продаются как есть.Они находятся в состоянии ремонта, соответствующем их возрасту и происхождению. Возражения относительно состояния ремонта упоминаются в каталоге только в том случае, если, по мнению Hargesheimer Kunstauktionen, они отрицательно влияют на визуальное впечатление от произведения искусства в целом. Таким образом, отсутствие информации о состоянии ремонта не является основанием для каких-либо претензий, основанных на гарантии или соглашении о состоянии. Потенциальные покупатели могут запросить отчет о состоянии каждого произведения искусства. Этот отчет, будь то устный или письменный, не содержит каких-либо отличающихся условий, согласованных в индивидуальном порядке, и выражает только субъективную оценку Hargesheimer Kunstauktionen.Информация, содержащаяся в отчете о состоянии, предоставляется в меру наших знаний и убеждений. Это не является какой-либо гарантией или соглашением об условиях и служит только для предоставления необязательной информации. То же самое относится к общей информации любого рода, будь то устная или письменная. Во всех случаях фактическое состояние ремонта произведения искусства на момент принятия предложения является согласованным условием с точки зрения законодательных положений (разделы § 434 и след.Гражданского кодекса Германии (BGB) 1.3. Вся информация, содержащаяся в каталоге, основана на знаниях, опубликованных до даты проведения аукциона, а также на других общедоступных научных знаниях. Hargesheimer Kunstauktionen оставляет за собой право исправлять информацию каталога о произведениях искусства, выставленных на аукцион. Указанное исправление вносится путем письменного уведомления в месте проведения аукциона и/или устно аукционистом непосредственно перед выставкой конкретного произведения искусства на аукцион. Исправленная информация заменит описание в каталоге.1.4. Компания Hargesheimer Kunstauktionen прямо исключает любую ответственность за возможные дефекты при условии, что компания Hargesheimer выполнила свои обязательства по бережному отношению. 1.5. Независимо от положений пункта 1.2., информация в каталоге, касающаяся авторства произведения искусства, является частью условия, согласованного с покупателем. Аукционист не несет ответственности за дефекты, если он выполнил свой долг осмотрительности. Но он обязуется предъявлять жалобы, которые были своевременно предъявлены в течение срока исковой давности грузоотправителю.При этом срок исковой давности в отношении подлинности устанавливается в двенадцать месяцев, в отношении любых других дефектов — шесть месяцев после продажи. В случае успешного обращения к грузоотправителю аукционист возместит покупателю покупную цену, включая комиссию. 1.6. Претензии к Hargesheimer Kunstauktionen о возмещении убытков в связи с юридическими и материальными дефектами и по другим юридическим основаниям (включая компенсацию напрасных расходов или стоимость экспертных заключений) исключаются, если только они не вызваны преднамеренным поведением или грубой небрежностью со стороны Hargesheimer Kunstauktionen или нарушением существенных договорных обязательств. Hargesheimer Kunstauktionen или вызваны травмой жизни или конечностей или повреждением для заживления.2. Проведение аукционов, торгов 2.1. Сметы, указанные в каталоге, являются резервными ценами. 2.2. Hargesheimer Kunstauktionen оставляет за собой право объединять, разделять, предлагать не по порядку или отзывать пронумерованные лоты во время аукциона. 2.3. Все заявки считаются поданными участником торгов от своего имени и за свой счет. Если участник торгов желает сделать ставку от имени третьего лица, он должен уведомить об этом за 24 часа до начала аукциона, указав имя и адрес лица, которое он представляет, и предоставив письменную доверенность.В противном случае договор купли-продажи заключается с участником торгов при принятии предложения. 2.4. После предъявления юридического личного документа и допуска к участию в аукционе каждому участнику торгов компания Hargesheimer Kunstauktionen присвоит номер участника торгов. В аукционе будут участвовать только ставки, использующие этот номер. Участники торгов, до сих пор неизвестные Hargesheimer Kunstauktionen, должны подать письменное заявление не позднее чем за 24 часа до аукциона вместе с документом, удостоверяющим личность. Hargesheimer Kunstauktionen может запросить недавнюю банковскую справку или другие рекомендации для допуска к аукциону.2.5. Начальная цена предложения определяется аукционистом; заявки, как правило, подаются в евро максимум на 10% выше предыдущей заявки. Ставки могут быть сделаны лично в аукционном зале или через живой аукцион во время продажи. Заочные ставки могут быть поданы в письменной форме, по телефону, через Интернет или через платформу, одобренную Hargesheimer Kunstauktionen. 2.6. Все предложения основаны на так называемой цене молотка и увеличиваются с надбавкой, НДС и таможенными сборами, где это применимо. 2.7. При наличии равных предложений, независимо от того, были ли они поданы в аукционном зале, по телефону, в письменной форме или через Интернет, решение принимается путем жеребьевки.Письменные предложения или предложения, поданные через Интернет, принимаются во внимание Hargesheimer Kunstauktionen только в той сумме, которая необходима для того, чтобы превзойти другое предложение. 2.8. Заочные ставки, как правило, допускаются, если участник торгов обратился в Hargesheimer Kunstauktionen за разрешением не менее чем за 24 часа до начала аукциона и, насколько это возможно, предоставил дополнительную информацию в соответствии с рис. 2.4. В заявке должно быть указано произведение искусства, а также его каталожный номер и каталожное описание.В случае сомнений каталожный номер имеет решающее значение; участник торгов несет ответственность за последствия любых неопределенностей. 2.9. Hargesheimer Kunstauktionen бесплатно предоставляет услугу оформления заочных торгов для удобства клиентов. Таким образом, Hargesheimer Kunstauktionen не дает никаких гарантий в отношении осуществления или безупречного исполнения предложений. Это не относится к случаям, когда Hargesheimer Kunstauktionen несет ответственность за ошибку, допущенную умышленно или по грубой небрежности. Заочные ставки приравниваются к ставкам, сделанным на аукционе.2.10. Письменная заявка должна быть подписана участником торгов. В случае письменных предложений заинтересованное лицо уполномочивает аукциониста подавать предложения от его имени. 2.11. Предложения по телефону могут быть зарегистрированы Hargesheimer Kunstauktionen. Подавая заявку на телефонные торги, заявитель заявляет о своем согласии на запись телефонных переговоров. Hargesheimer Kunstauktionen не несет ответственности за установку и обслуживание телекоммуникационных соединений или за ошибки передачи. 2.12. Заявки через Интернет могут быть поданы как «предварительные ставки» до начала аукциона, как «живые ставки» во время онлайн-аукциона в прямом эфире или как «пост-ставки» после завершения аукциона в соответствии с положениями указано далее.Ставки, полученные Hargesheimer Kunstauktionen через Интернет во время аукциона, будут учитываться для соответствующего аукциона только в том случае, если это онлайн-аукцион, транслируемый в прямом эфире. Кроме того, ставки через Интернет допустимы только в том случае, если участник торгов был уполномочен Hargesheimer Kunstauktionen делать ставки через Интернет, предоставив ему имя пользователя и пароль. Они представляют собой действительные предложения только в том случае, если они могут быть однозначно сопоставлены с участником торгов с помощью такого имени пользователя и пароля. Предложения через Интернет регистрируются в электронном виде.Точность соответствующих расшифровок принимается участником торгов/покупателем, который, тем не менее, может предоставить доказательства того, что расшифровка неточна. Текущие ставки считаются эквивалентными ставкам, поданным в аукционном зале во время аукциона. 2.13. После продажи является частью аукциона. В случае пост-тендеров договор заключается только после того, как Hargesheimer Kunstauktionen примет предложение. 2.14. Делая ставку устно на аукционе, по телефону, в письменной форме, по факсу или через Интернет, участник торгов подтверждает, что он ознакомился с настоящими условиями продажи на аукционе и принимает их.2.15. При дистанционных контрактах право на возврат и расторжение не распространяется на письменные, телефонные или интернет-заявки, если только заявка не была сделана после продажи. 3. Аукцион 3.1. Ставка считается принятой после того, как аукционист трижды назвал самую высокую ставку участника. Когда предложение принято, между Hargesheimer Kunstauktionen и участником торгов, чье предложение было принято, заключается договор купли-продажи. Покупатель обязан выполнить свои обязательства по оплате товара и забрать купленный товар.3.2. Hargesheimer Kunstauktionen может отказаться принять предложение или принять его с оговорками. Если ставка отклонена, предыдущая ставка остается в силе. Если несколько человек делают одинаковую ставку, и после трех звонков нет более высокой ставки, решение принимается путем жеребьевки. Hargesheimer Kunstauktionen может отменить принятие ставки и повторно предложить товар, если более высокая ставка, сделанная в свое время, была случайно проигнорирована, если участник, предложивший самую высокую цену, не хочет, чтобы его ставка оставалась в силе, или если есть другие сомнения относительно принятие.Если ни одно предложение не будет успешным, несмотря на то, что было подано несколько предложений, Hargesheimer Kunstauktionen несет ответственность перед участником торгов только за умысел или грубую небрежность. 3.3. Участник торгов остается связанным предложением, которое было принято при условии резервирования сроком на один месяц. Предложение, принятое с оговоркой, становится действительным только в том случае, если Hargesheimer Kunstauktionen подтвердит предложение в письменной форме в течение одного месяца после даты аукциона, представив соответствующий счет. 4. Цена покупки и оплата 4.1.В дополнение к присуждению ставки покупатель должен заплатить надбавку в размере 25%. Это включает установленный законом НДС, который, однако, не будет указан из-за схемы маржи в соответствии с разделом § 25a Закона Германии о налоге с оборота. Исключением являются партии со звездочкой (*) перед каталожным номером. Они должны быть проданы с НДС. и рассчитываются в соответствии с установленной законом ставкой НДС в размере 19%, соответственно, будут взиматься с суммы присужденной заявки и премии. 4.2. Для покупателей, имеющих право на вычет предналога, счет-фактура при желании (после предварительного уведомления) может быть выставлен в соответствии со стандартным налогообложением. НДС не взимается при поставках в зарубежные страны (т.е. за пределы ЕС), а также – если номер НДС-идентификатора указано – компаниям в государствах-членах ЕС. Если стороны, участвующие в аукционе, сами вывозят купленные товары за границу, им будет возмещен налог с оборота, как только Hargesheimer Kunstauktionen получит сертификат экспорта и приобретателя. 4.3. Счета-фактуры, выставленные во время или сразу после аукциона, должны быть проверены; ошибки остаются зарезервированными до этой степени. 4.4. Оплата общей суммы, причитающейся после принятия предложения, должна быть произведена наличными, банковским переводом или банковским чеком.Чеки принимаются только на счет производительности. Все налоги, расходы, сборы за перевод или инкассацию (включая банковские сборы, удерживаемые Hargesheimer Kunstauktionen) несет покупатель. Покупатели, участвующие в аукционе лично, должны уплатить Hargesheimer Kunstauktionen покупную цену сразу после принятия предложения. Без ущерба для того факта, что платеж должен быть произведен немедленно, заявки, сделанные заочно, могут быть оплачены в течение 14 дней с даты выставления счета, и это не будет считаться просроченным. Просрочка платежа начинается через две недели после даты выставления счета. 4.5. Выставленные на аукцион предметы, как правило, передаются только после полной оплаты всей суммы, причитающейся покупателю. 5. Сбор и принятие риска 5.1. Принятие заявки налагает обязательство забрать товар. Покупатели, которые не присутствуют, должны забрать свои товары сразу после того, как Hargesheimer Kunstauktionen уведомит их о том, что ставка была успешной. Hargesheimer Kunstauktionen организует страхование и отправку произведения искусства покупателю только по письменному указанию последнего и за его счет и на его риск.Поскольку покупная цена должна быть уплачена немедленно, а покупатель обязан незамедлительно забрать свои товары, он обнаружит, что не принял его не позднее, чем через две недели после принятия предложения или после предложения, так что самое позднее, и независимо от еще не доставленных товаров, риск переходит на покупателя. Каждый лот находится на риск покупателя от падения с молотка. 5.2. Если покупатель не забрал товары из Hargesheimer Kunstauktionen не позднее чем через три недели после того, как его предложение было принято и/или после того, как он был уведомлен, Hargesheimer Kunstauktionen призовет покупателя забрать товары в течение одной недели.По истечении указанного периода Hargesheimer имеет право хранить товары на складе за счет и риск покупателя. Hargesheimer Kunstauktionen информирует покупателя перед хранением. Любые покупки, которые не были получены в течение трех недель с даты выставления счета, подлежат оплате за обработку и хранение в размере 1 евро + 19 % НДС за лот в день. Независимо от этого, Hargesheimer Kunstauktionen может потребовать выполнения договора или заявить о законных правах за нарушение обязанностей.Для расчета любых потерь обратимся к рис. 4 и 7 настоящих условий. 5.3. Hargesheimer Kunstauktionen ни при каких обстоятельствах не несет ответственности за потерю или повреждение предметов, которые не были получены или не переданы из-за неуплаты, за исключением случаев, когда Hargesheimer Kunstauktionen действовал преднамеренно или по грубой небрежности. 6. Удержание титула, зачет, право удержания 6.1. Право собственности на произведение искусства переходит к покупателю только после получения всех платежей, причитающихся согласно рис.4 и 7 полностью. 6.2. По претензиям Hargesheimer Kunstauktionen покупатель может компенсировать только те претензии, которые не оспариваются или которые были окончательно определены юридически. 6.3. Поскольку покупатель является коммерсантом, зарегистрированным в торговом реестре, он отказывается от своих прав в соответствии с разделами §§ 273, 320 Гражданского кодекса Германии (BGB). 7. По умолчанию 7.1. Покупная цена вносится после принятия предложения. Если оплата производится в иностранной валюте, любые убытки от курсовой разницы и банковские сборы несет покупатель.То же самое относится к чекам, которые будут признаны платежом только после получения безоговорочного подтверждения кредита от банка. 7.2. В случае просрочки платежа взимается пеня в размере 1% в месяц. Покупатель имеет право представить доказательства того, что убытки меньше или что потерь нет. Кроме того, в случае просрочки платежа Hargesheimer Kunstauktionen может потребовать исполнения договора купли-продажи или расторгнуть договор после установления подходящего срока для исполнения.В случае расторжения договора все права покупателя на приобретенное произведение искусства теряют силу, и Hargesheimer Kunstauktionen имеет право потребовать возмещения убытков в размере утерянного гонорара за произведение искусства (комиссионное вознаграждение отправителю и надбавка). Если лот повторно выставляется на новый аукцион, то покупатель, нарушивший правила, несет дополнительную ответственность за любую недостачу выручки по сравнению с предыдущим аукционом и расходы на повторный аукцион; он не имеет права на какие-либо избыточные доходы. Hargesheimer Kunstauktionen имеет право исключить его из дальнейших заявок на аукционах.7.3. Через месяц после неисполнения обязательств Hargesheimer Kunstauktionen имеет право и, если этого требует грузоотправитель, обязана предоставить последнему сведения об имени и адресе покупателя. 8. Заявление о конфиденциальности данных 8.1. Покупатель соглашается с тем, что его имя, адрес и любые партии товаров хранятся в электронном виде и обрабатываются Hargesheimer Kunstauktionen с целью выполнения договорных отношений, а также для предоставления информации о будущих аукционах и предложениях.Если покупатель не выполняет договорные обязательства в рамках выполнения и выполнения этих договорных отношений, то он соглашается на добавление этого факта в список, который будет доступен немецким аукционным домам. Покупатель имеет право возразить против сбора и использования данных в будущем, удалив указанный пункт или отправив уведомление Hargesheimer Kunstauktionen позднее. 9. Прочие положения 9.1. Настоящие Условия аукциона регулируют все отношения между покупателем и Hargesheimer Kunstauktionen.Общие коммерческие условия покупателя не применяются. Дополнительных устных договоренностей нет. Изменения должны быть сделаны в письменной форме, чтобы быть действительными. 9.2. Насколько это возможно, местом исполнения и юрисдикции является Дюссельдорф. Применяется исключительно право Федеративной Республики Германии. Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров (CISG) не применяется. 9.3. Вышеупомянутые положения применяются mutatis mutandis к частной продаже предметов, отправленных на аукцион.9.4. Если какое-либо из вышеуказанных положений является недействительным полностью или частично, это не влияет на действительность остальных положений. Недействительное положение заменяется действительным положением, наиболее близким по коммерческому содержанию к недействительному положению. То же самое применяется, если в договоре обнаруживается лазейка, требующая внесения поправок. В случае сомнений немецкая версия Условий поставки имеет преимущественную силу. Фрэнк Харгешаймер | Сюзанна Харгешаймер (публично назначенный и присяжный аукционист произведений искусства и антиквариата) Подробнее

История

В ноябре 1864 г. были приняты Судебные статуты, учредившие адвокатуру как обязательный элемент открытого состязательного судопроизводства.По Уставу адвокатура существовала при судебных палатах и ​​окружных судах. При судебных палатах были образованы советы присяжных поверенных, органы самоуправления адвокатуры. Барристеры принимали участие в процессе либо по согласованию с клиентом, либо по назначению председателя суда или присяжных в случае применения клиентом «закона о бедных».

Результатом судебной реформы, по мысли Александра II, будет «установление скорого, справедливого и милостивого суда, равного для всех граждан.Через 50 лет после судебной реформы 1864 г. были образованы Советы присяжных поверенных (органы самоуправления адвокатуры) при девяти судебных палатах. Среди них было 5,5 тыс. присяжных и 2 тыс. незарегистрированных адвокатов. 24 ноября гг. Декретом СНК «О суде» прежняя судебная система была упразднена.

С принятием в 1922 году Уголовно-процессуального кодекса РСФСР адвокатам в какой-то мере вернули свою роль в судопроизводстве и право на профессиональные объединения. Деятельность адвоката контролировалась судами и прокуратурой, а также местными органами исполнительной власти – губисполкомами.

Положение об адвокатуре, принятое в 1939 г., сохраняло зависимость адвокатов от государственной и партийной власти. Последний имел право лишить адвокатов статуса адвоката.
В 1969 г. было принято новое Положение об адвокатуре: несмотря на то, что коллегии адвокатов по-прежнему находились в ведении управлений юстиции при облисполкомах и городских Советах депутатов трудящихся, самоуправление адвокатского сообщества уже было сходно с его до- революционное государство.

Только через 10 лет был принят первый в истории России закон, конкретно регулирующий адвокатскую деятельность, — Закон «Об адвокатуре в СССР». В 1980 г. были приняты Закон РСФСР «Об адвокатуре в РСФСР» и Положение об адвокатуре РСФСР. Эти акты не внесли принципиальных изменений в структуру адвокатского сообщества, но расширили перечень прав адвокатов. Они давали возможность создавать коллегии адвокатов по инициативе самих адвокатов, а административный контроль заменялся партийным контролем, который осуществлялся адвокатами-членами партии. Коллегии адвокатов осуществляли просветительскую деятельность, при коллегиях адвокатов создавались научно-исследовательские институты по судебной защите, представители коллегии обменивались опытом на всесоюзных и региональных конференциях и семинарах. Адвокатура сделала первые шаги к новым объединениям.

В 1989 году съездом адвокатов была создана первая общероссийская коллегия адвокатов — Союз юристов СССР. Председателем Совета был избран Г. Воскресенский, М.Хофштейна, Г. Падва и В. Калитвина его заместителями.

После распада СССР корпоративные связи адвокатуры значительно ослабли. Перед адвокатским сообществом в этот переходный период стояла важная задача – принятие нового закона об адвокатуре. Государственная Дума Российской Федерации работала над его проектом почти семь лет.

26 апреля , 2002 Президент Российской Федерации подписал Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».Адвокатское сообщество превратилось в единую самостоятельную общероссийскую профессиональную корпорацию, основанную на самоуправлении и являющуюся важным элементом гражданского общества.

В 2003 году состоялся 1-й -й Всероссийский съезд адвокатов, создана Федеральная палата адвокатов России, избраны ее руководящие органы, приняты ее Устав и Кодекс профессиональной этики. Это было началом новой эры в развитии российской адвокатуры как неотъемлемой части гражданского общества.

Расширенный поиск: CQ Supreme Court Collection

Искать по всему тексту Искать только по именам дел Искать только имена правосудия

Чтобы найти полную фразу, поместите ее в кавычки.
И = нужны ВСЕ слова     ИЛИ = нужно любое слово     НЕ = исключить слово


ТЕМА

Конституционное AreaLaw и общество TopicsHistory, анализ и традиция TopicsJustice Тема

десятого Amendment11th Amendment12th Amendment13th Amendment14th Amendment15th Amendment16th Amendment17th Amendment18th и двадцать первого Amendments1st Amendment24th Amendment2nd Amendment4th Amendment5th Amendment6th Amendment7th Amendment8th Amendment9th AmendmentArticle IArticle IIArticle IIIArticle IVArticle VArticle VIBill права: GeneralBill прав: IncorporationConstitution: GeneralConstitution : Преамбула

AbortionAdministrative AgenciesAdministrative ProcedureAffirmative ActionAlien деликтного StatuteAntitrustAppealsArbitrationArbitration: в EmploymentArbitration: Другое чем в EmploymentAttorneysBankruptcyCampaign FinanceCapital PunishmentCensusChildren, молодежи и FamiliesCitizenshipClass ActionsCommercial SpeechConfessionsConspiracyConsumer ProtectionContempt из CourtCourt CostsCriminal OffensesCruel и необычные наказания (не смертная казнь) DamagesDebtors и CreditorsDeport ationDesegregation: GeneralDiscoveryDNA TestingDouble JeopardyDrugsDue Процесс: HearingsDue Процесс: MiscellaneousDue Процесс: RightsEducation заключенных: помощь и ReligionEducation: DesegregationEmployment DiscriminationEnergy: ElectricityEnergy: NuclearEnergy: Нефть и GasEnergy: PipelinesEntrapmentEnvironmental ProtectionEstablishment из ReligionEvidenceEx Post FactoEyewitness IdentificationFair HousingFalse Иски ActFamily LawFederal Административный LawFederal ContractsFederal CourtsFederal EmployeesFederal RegulationFederal Правила Гражданского процессуального кодексаФедеральные правила уголовного судопроизводстваФедеральный закон о деликтных искахФедерализмИностранные делаЗакон об иммунитетах иностранных сувереновКонфискацияМошенничествоСвободное исповедание религииЗакон о свободе информацииБеглецыАзартные игрыОбщиеПравительственная информацияПравительственная коррупцияПризнание виныОружие Habeas CorpusГаагская конвенцияИммиграция и натурализацияИндейцыСтрахованиеИнтеллектуальная собственностьВнутренняя безопасностьМежгосударственные отношенияСужденияСудебные полномочия и гражданские права urisdictionJury Стандарты InfluencesJury TrialsJuvenilesLabor и PracticesLabor-менеджмент IssuesLegal CounselLegislative InvestigationsLegislative VetoLiability: Гражданская RightsLiability: GovernmentalLiability: NongovernmentalLiability: Карательная DamagesLibel и DefamationLine-UpsLoyalty OathsMaritime LawMedicare и MedicaidMergers и AcquisitionsMilitary персонала и VeteransMootnessNational безопасности и IntelligenceNative AmericansObscenityObstruction из JusticeOrganized CrimePensions и BenefitsPerjury и Ложные StatementsPersons с DisabilitiesPlea BargainingPrisons и тюрьмыКонфиденциальностьСвидетели обвинения и защитыПроституцияПротестыКоммунальные услугиРасовая дискриминацияРадио и телевидениеПерераспределение округовПраво на смертьРеки и водные путиОбыск и конфискацияценные бумаги и товарыСамообвинениеПриговорыДискриминация по признаку пола (без трудоустройства)Преступники на сексуальной почвеРабствоСоциальное обеспечениеСкорые судебные процессыПостоянные государственные суды gn Иммунитет Срок исковой давности Налогообложение: Федеральное налогообложение: Общее Налогообложение: Право на подачу иска Налогообложение: Телекоммуникации штата Анализ по сроку, естественному суду и президентской администрации. Аргументы и бюллетениКонференцииКонгресс и судСтоимость судаСуды специальной юрисдикцииРазмещение судаМненияПроисхождение, развитие и организация судебной системыРезультаты политики и влияние судаОсвещение суда и общественного мненияОтмена постановленийРассмотрение и отбор делВспомогательные организацииВспомогательный персоналАдвокатская коллегия Верховного суда и генеральный солиситорСрок полномочий суда Исполнительная власть и суд. БиблиографияБиографияСводка делаОтчет судаCQ ResearcherЗапись в энциклопедииФакты и цифрыАнализ законодательстваПервоисточникВопросы и ответы

ГЛАВНЫЙ СУДЬЯ

Робертс РенквистБургерУорренВинсонСтоунХьюзТафтЭ.УайтФуллерУэйтС. П. Чейз Тэни Дж. MarshallEllsworthRutledgeJay

ИТОГО ГОЛОСОВ

9-08-17-26-35-48-07-16-25-34-47-06-15-24-36-05-14-23-35-04-13-24-03-1

КОРПУС ТИП

ПостановлениеРешение судаМеморандумМнение судаPer Curiam (с устными аргументами)Per Curiam (без устных аргументов)Seriatim OpinionTie Vote    Поиск только по ключевым делам CQP

ДАТА СОБЫТИЯ

OnSinceBeforeBetween и
Включить документы без дат.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.