Сторонники реформации: Сторонников реформации во Франции называли как? 🤓 [Есть ответ]

Содержание

Философия человека. Часть II. Глава 1. Рыцарь протестантской этики — Гуманитарный портал

В отечественной историографии эпоха Реформации за последние годы стала рассматривать как самостоятельный и крайне значимый период в истории Европы. Привычное следование Нового времени за эпохой Возрождения сменилось более внимательным отношением к генезису капиталистической эпохи. Российские философы подчёркивают, что Реформация осуществила радикальную перестройку духовных, общекультурных и цивилизационных установок.

Период Реформации (от лат. Reformatia — преобразование, исправление) — разнородное социально-политическое и духовное движение XVI–XVII веков, которое охватило многие страны Западной и Центральной Европы. Движение, как известно, началось в Германии с выступления Лютера. В его тезисах оспаривалась власть католической церкви с её иерархией, отвергалась власть духовенства вообще (тезис об «оправдании одной верой» без посреднической роли духовенства в спасении верующего).

Сторонники Реформации провозгласили единственным источником религиозной истины Священное Писание, отвергнув католическое Священное Предание. Они требовали «дешёвой церкви», отрицали права церкви на земные богатства.

В эпоху Реформации складывался радикально иной образ человека, нежели в Средневековье или Возрождении. Произошла решительная ломка ценностных ориентаций. Это отразилось на мировосприятии индивида Реформации, на его поведении. Не случайно многие современные философские антропологи, в частности Э. Фромм, при осмыслении человеческой природы нередко обращаются к данной эпохе.

Преображение духовных установок

История Европы и Америки с конца Средних веков — это летопись полного освобождения человека. В феодальном Средневековье индивид был неразрывно связан с общиной. Вся жизнь человека, от рождения до смерти, была регламентирована. «Он почти никогда не покидал места своего рождения. Жизненный мир большинства людей той эпохи был ограничен рамками общины и сословной принадлежности.

Как бы ни складывались обстоятельства, дворянин всегда оставался дворянином, а ремесленник — ремесленником. Социальное положение для индивида было так же органично и естественно, как собственное тело; каждому сословию соответствовала своя система добродетелей, и каждый индивид должен был знать своё место» 1.

Процесс же освобождения индивида от диктата общины начался в эпоху Возрождения. Потребовалось более четырёхсот лет, чтобы разрушить средневековый мир и освободить людей от самых явных ограничений. Во многих отношениях индивид вырос, развился умственно и эмоционально. Степень его участия в культуре приобрела неслыханные прежде масштабы. Но в то же время, по словам Э. Фромма, диспропорция между свободой от каких-либо связей и ограниченными возможностями для позитивной реализации свободы и индивидуальности привела в Европе к паническому бегству от свободы в новые узы или по меньшей мере к позиции полного безразличия  Примечания»>2.

В период Реформации экономический базис западного общества претерпел радикальные перемены, которые сопровождались столь же значительными изменениями в психике человека. Тогда же возникла и новая концепция свободы, получившая наиболее яркое выражение в новых религиозных доктринах Реформации. В эту эпоху закладывались основы современной культуры.

Современный индивидуализм, как уже отмечалось, зародился в эпоху Возрождения. Человек выходил из доиндивидуального существования и осознавал себя в качестве отдельного существа. Но хотя идеи Возрождения и оказали значительное влияние на дальнейшее развитие европейской мысли, основные корни современного капитализма, его экономической структуры и его духа обнаруживаются не в итальянской культуре позднего Средневековья, а в экономической и общественной ситуации Центральной и Западной Европы и в выросших из неё доктринах Лютера и Кальвина.

В чём же состоит основное различие этих двух культур? Культура Возрождения представляла общество сравнительно высокоразвитого торгового и промышленного капитализма. Небольшая группа богатых и обладавших властью индивидов управляла этим обществом, составляя социальную базу для философов и художников, выражавших дух этой культуры.

Реформация же была главным образом религией крестьянства и низших слоёв городского общества. По мнению Макса Вебера, основой современного капиталистического развития в западном мире стал городской средний класс. Освобождение индивида от прежних уз повлияло на склад характера представителей городского среднего класса. Протестантство и кальвинизм, выражая новое чувство свободы, в то же время представляли собой бегство от бремени этой свободы.

В средневековом обществе экономическая организация городов была сравнительно статичной. Торговля в ту эпоху осуществлялась в основном множеством мелких предприятий. Ещё не было условий для возникновения организаций слишком большого масштаба по отношению к отдельному человеку. Люди, следовательно, не были настроены на экономическую эффективность.

Протестантизм, как уже отмечалось, радикально изменил ценностные установки людей. Возникшая система норм и святынь стала по-иному регламентировать человеческие отношения и общественное поведение. Возникли новые социально-этические оценки. Качественный сдвиг в структуре сознания закономерно привёл к перевороту во всей системе духовных представлений и интеллектуально-мировоззренческих характеристик общества.

Люди всегда пытались соединить разрозненные представления, формируемые их социальным опытом. Сколь разорванным ни казалось бы сознание индивида, оно тем не менее образует собой некую целостность. В истории философии нередки попытки её обмирщения, приближения к живому человеку, его переживаниям, непосредственным жизненным ощущениям, внутренним состояниям.

Культура действительно во многом архетипна, ибо она постоянно воспроизводит определённые жизненные ситуации, с которыми человек встречается во все времена. Речь идёт о проблемах долга, любви, жертвы, трагедии, героизма, смерти. Протестантская этика в отличие от декалога и евангельских заповедей отражала не столько канонические предписания, сколько мироощущение человека новой эпохи, который избрал для себя новые ценностные установки.

Эти ценности были закреплены в учениях идеологов Реформации. Отдельные заповеди вошли в конкретные исповедания веры.

Отношение к труду как ценность

Разные эпохи демонстрировали различное ценностное отношение к труду. Варвары, например, показывали презрение к созидательной активности. «Искусство войны проникает в среду варваров быстрее и глубже, чем любая другая отрасль техники» 3. К производительному труду в целом варварское общество относилось крайне противоречиво. «Свободный соплеменник, воин, участник народного собрания был вместе с тем и домохозяином, скотоводом и земледельцем. Лишь владевшие значительным количеством рабов были вовсе избавлены от труда и могли вести праздную жизнь, какую описывал Тацит, повествуя о древнегерманских дружинниках и их вождях. Однако вряд ли оценка труда свободным дружинником была высокой. Естественно, что в обществе, которое в немалой степени жило войной, захватами и грабежами, вырабатывались героические идеалы поведения, и наиболее достойным свободного человека занятием, приносящим ему славу и добычу, считалось военное дело.

Поскольку же к нему так или иначе были причастны все соплеменники, то, вероятно, рядовые свободные, которым приходилось делить своё время между походами и обработкой полей, не могли одинаково высоко ставить оба эти занятия. Свободный труд в собственном владении никого не унижал, но мог ли он идти в сравнение с дружинными подвигами?» 4.

Трудолюбие не считалось добродетелью и в Античности, где политические качества человека ценились выше. Эпоха эллинизма не признавала высокого нравственного достоинства физического труда. К концу античной эпохи и земледелие не относили к числу достойных занятий, как это было в более патриархальный период, во времена Цинцинната. В период Римской империи стало расхожим в кругах господ представление о прирождённой низости людей, занятых физическим трудом. Правда, стоики, Сенека, Эпиктет и некоторые другие мыслители пытались преодолеть отрицательную оценку труда.

В христианстве произошла переоценка рабовладельческой морали. «Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь» (Г. Солун. 3,10). Этот принцип раннего христианства перевёртывал сложившиеся приоритеты. Отныне тягчайшим грехом объявлялась праздность. «Христианское учение оценивало земные установления с точки зрения их пригодности как средства приближения к Богу, и в этом смысле определялось и отношение к труду. Трактовка труда, собственности, бедности, богатства в раннехристианской литературе — а эти сюжеты занимают в ней немалое место — может быть правильно понята, только если принять во внимание, что все эти вопросы ставились в плане религиозно-этическом, неизменно спиритуализировались, отнюдь не составляя некоей системы «экономических взглядов». Собственно экономическая проблематика чужда сознанию евангелистов и отцов церкви, а равно и средневековых теоретиков, — она поставлена здесь в совершенно иные понятийные связи и приобретает значение лишь в более широких мировоззренческих рамках» 

5.

Если сопоставить эти ценностные ориентации с отношением к труду в протестантской этике, то можно увидеть существенное отличие. Здесь не просто признается достоинство труда, низость праздности. Труд рассматривается как судьба, как призвание человека. Он возвеличивается как главное дело жизни человека, как его предназначение. Декларируется богоугодность трудового призвания. Высшее существо, как выясняется, вовсе не против деловой сметки, не против богатства. Более того, Лютер учил, что человек получил прибыль небольшую, хотя имел возможность увеличить доход, — это означает, что он совершил грех перед Богом.

Протестантская этика освятила труд. Более того, она открыла в нём неисчерпаемую поэзию. Мир хозяйства традиционно считался мёртвым, косным. Предполагалось, что сфера экономики с её заботами о насущном ограничивает и стирает вдохновение души. В предшествующей культуре гений выглядел противостоянием ремесленника, поэт — торговца, рыцарь — ростовщика. В эпоху Реформации возвышенность укоренилась в области самого хозяйства. Всякий труд, сопряжённый с преобразованием жизни, оказывался поэтичным.

Одновременно была осуждена праздность. В ряде стран приняли законы против бродяг. Хозяйственная профессия оценивалась как ответ на призыв Бога. Следовательно, готовность перестраивать, украшать жизнь воспринималась как моральный долг. Этим же диктовалось желание совершенствовать своё мастерство, свой хозяйственный навык. Однако понимание труда как ценности ещё не выражало целиком внутренний мир человека эпохи Реформации.

Труд был соотнесён с аскетизмом, с высокой целью. Иначе говоря, вовсе не предполагалось, что полученная прибыль должна немедленно обслужить гедонистические потребности человека. Напротив, смысл труда усматривался в том, чтобы произвести некое накопление, преодолев искушение всяческих удовольствий. Если католицизм считал заботу о нищих святым и добрым поступком, то протестантизм отверг этот предрассудок. Милосердие понималось только как готовность помочь обездоленному освоить профессию и позволить ему продуктивно работать.

Одной из самых высших добродетелей считалась бережливость. Но речь шла вовсе не о накоплении как таковом. Полученную прибыль человек новой эпохи пускал в оборот. Приращение не оседало мёртвым грузом. Напротив, оно требовало от агента хозяйственной жизни ещё большего напряжения. Важно было выйти за пределы повседневного наличного опыта и выявить сферу малоизвестного, область риска. Эпоха Реформации открыла запредельность там, где она менее всего предполагалась, — в экономическом укладе, в мире хозяйства. Прибыль, следовательно, всегда больше того, что она приносит своему владельцу. Приращение богатства — это выход за пределы нужного, насущного, потребляемого, это чистый прирост бытия. Это прыжок в неизвестность, это стихия творчества.

«Прежние системы хозяйства были построены на потреблении того, что производилось, на некоем балансе вложения и отдачи. Подход к хозяйству был утилитарный: рабовладелец получал от рабов, а феодал от своих крестьян и вассалов всё, что ему нужно было для роскошной жизни. Капитализм стал производить для расширения самого производства. Баланс уступил место авансу: капитализм — это искусство вложения средств, гениальная растрата. Раньше практические люди были заняты в основном извлечением средств себе на пользу и в удовольствие, а капитализм стал их влагать, разбрасывать, тратить, как в бурной любовной игре» 6.

Не случайно, по мнению некоторых исследователей, ускоренное развитие капитализма в Европе совпало с эпохой романтизма. Романтизм, стало быть, вовсе не протест против капитализма, против духа чистогана, как это традиционно осмысливалось в марксизме. У капитализма и романтизма — общая метафизическая установка: стремление в бесконечность. По мнению М. Эпштейна, все античные, «наивные» формы хозяйствования, с их установкой на конечный, потребляемый продукт, были устранены капитализмом, так же как романтизм отбросил все наивные, классицистические формы поэзии, с их установкой на наглядный, воплощённый, созерцаемый идеал. Идеал оказался отброшенным в будущее, в прошлое, в невозможное, в никуда. Поэзия стала томлением по недосягаемому идеалу и насмешкой, иронией над всеми конечными формами его воплощения.

Таким образом, протестантская этика не просто опоэтизировала труд. Она придала ему новое, неведомое измерение, позволяющее переосмыслить человеческую природу, обрести новые грани безмерного бытия. Можно сказать, в эпоху Реформации стал вырабатываться человек — носитель другого характера, нежели в предшествующие эпохи. Он видел своё предназначение в свободе, в дерзновенности.

Здесь пролегает глубинное отличие собственно предпринимательского труда от труда машинного, который идеализировался позже в марксизме. Пролетарий, или разнорабочий, тоже относятся к труду как к благу. Однако это занятие выглядит поэтически окрашенным только в сочинениях идеологов коммунизма. На самом деле рутинный, механистический труд не открывает в человеке ни особого достоинства, ни величия, ни творческих граней.

Предпринимательство же провоцирует в человеке новые, малоизвестные стороны его натуры. Деловой расчёт немыслим без напряжения риска, конкретная выгода — без страха перед банкротством. Понимание труда как божественного призвания — это приглашение к иному существованию, к бесконечной игре возможностей. Человек отыскивает в наличном мире не себя самого, а иного, некий собственный идеал, именно то, кем он может стать, если довериться зову трансцендентального. В человеке просыпается множество новых «Я», которые он стремится воплотить в дерзновенном замысле.

Когда Макс Вебер поставил вопрос, какое сцепление обстоятельств привело к тому, что именно на Западе, и только здесь, возникли определённые явления культуры, которые приобрели затем универсальное значение, он имел в виду прежде всего новые ценностные ориентации. Капиталистические авантюристы существовали во всём мире. Однако именно в Европе эпохи Реформации сложился принципиально новый комплекс жизненных ориентаций. Экономический рационализм, по мнению Вебера, зависит от предрасположенности людей к определённым видам практически-рационального жизненного поведения 7.

Капитализм, подчёркивает Вебер, существовал в Китае, Индии, Вавилоне в древности и в Средние века. Однако ему недоставало именно своеобразного этоса. У человека эпохи Реформации часто обнаруживается известная сдержанность и скромность. Индивиду докапиталистической эпохи накопления материальных благ благодаря личному аскетизму казалось непонятным и таинственным, грязным и достойным презрения.

Протестантская этика регламентировала образ жизни человека едва ли не во всем. Её предписания касались не только производственной, но и социальной практики. Она требовала качества труда и дисциплины. Эта этика осуждала также пьянство и разврат, требовала крепить семью, приобщать детей к труду и обучать религиозной вере, то есть умению читать и понимать Библию.

Свобода и бессилие человека

Начало Реформации сопряжено с новым пониманием веры. К концу Средних веков жизнь стала насыщаться духом беспокойства. Возникло современное понятие времени, минуты приобрели ценность. Труд всё больше превращался в наивысшую добродетель. Развилось новое отношение к работе, настолько требовательное, что в среднем классе возникло возмущение экономической неэффективностью церковных учреждений.

Продуктивность приобрела роль одной из высоких моральных ценностей. В то же время стремление к богатству и материальному успеху оказалось всепоглощающей страстью. Вместе с тем выявилась двойственность свободы как установки. Индивид освобождается от экономических и политических оков. Он реально обретает свободу. Однако его автономность чревата тем, что он освобождается от тех связей, которые давали ему чувство уверенности и принадлежности к какой-то общности.

Утратив определённое место в сложившейся социальной структуре, человек как бы потерял и ответ на вопрос о смысле его жизни. Кто он? Что он? Зачем он живёт? Теперь ему угрожают грозные силы, стоящие над личностью, капитал и рынок. Он видит отныне в собрате не опору, а возможного конкурента. Индивид оказывается одиноким, изолированным, ему угрожают со всех сторон. Новая свобода вызывает ощущение неуверенности и бессилия, сомнения, одиночества и тревоги.

Именно на этой стадии развития возникли лютеранство и кальвинизм. Здесь важно для начала рассмотреть существенные теологические принципы средневековой церкви. По мнению Э. Фромма, некоторые доктрины Лютера и Кальвина настолько походили на доктрины средневековой церкви, что трудно заметить сколько-нибудь существенную разницу между ними 8. Католическая церковь тоже всегда отрицала возможность спасения человека в силу одних лишь его добродетелей и достоинств. Она утверждала, что для спасения нужна милость Господня.

Тем не менее дух католической церкви существенно отличался от духа Реформации, особенно в отношении взглядов на человеческое достоинство и свободу, на значение поступков человека в определении его судьбы.

В течение длительного времени, предшествовавшего Реформации, католическое богословие придерживалось следующих принципов: человеческая природа — хотя и испорчена грехом Адама — внутренне стремится к добру. Собственные усилия человека способствуют его спасению. Церковное причастие, основанное на искупительной смерти Христа, может спасти даже грешника. Хотя Фома Аквинский и сформулировал идею предопределения, он никогда не уставал подчёркивать, что свобода воли является одним из основных его тезисов. Чтобы преодолеть противоречие между идеями предопределения и свободной воли, ему приходилось создавать сложнейшие конструкции.

Другие теологи подчёркивали роль усилий человека для его спасения ещё сильнее, чем Фома Аквинский. Бонавентура говорил, что Бог всегда готов ниспослать человеку свою благодать, но получают её лишь те, кто заслужил своими добрыми делами. В течение XIII, XIV и XV веков тенденция подчёркивать свободу воли усиливалась в системах Дунса Скотта, Оккамы и Бёме. Итак, средневековая церковь подчёркивала достоинство человека, свободу его воли, ценность его усилий. Она указывала на богоподобие человека и его право быть уверенным в любви Бога.

Однако лютеранское учение существенно отличается от католической традиции. «В этом состоит лютеранская вера, согласно которой человек находится в таком отношении к богу, что он должен существовать в этом отношении именно как данный человек, то есть его благочестие, надежда на достижение вечного блаженства и все подобное требуют, чтобы его сердце, его субъективность наличествовали в этом отношении… Человек должен сам в своём сердце свершить покаяние и испытывать раскаяние в своих грехах. Это сердце должно быть полно святым духом. Высшим подтверждением принципа является то, что он имеет значение лишь перед Богом, что необходима лишь вера и преодоление собственного сердца. Только этим установлен впервые и истинно осознан этот принцип христианской свободы… Лютер не завершил бы своей реформации, если бы он не дал перевода библии на немецкий язык» 10.

Теология Ж. Кальвина, сыгравшая в англо-саксонских странах ту же роль, что лютеранство в Германии, и в богословском, и в психологическом плане аналогична теологии Лютера. Хотя Кальвин выступает против власти церкви, против слепого принятия католических доктрин, его учение также основано на бессилии человека. Лейтмотив мысли Кальвина — самоуничижение и разрушение человеческой гордыни. Лишь тот, кто презирает этот мир, может посвятить себя миру грядущему.

Кальвин учит, что мы должны унизиться, что посредством этого самоуничижения мы и полагаемся на всесилие Божие. Он поучает, что человек не должен считать себя хозяином своей судьбы. Человек не должен стремиться к добродетели ради неё самой: это приведёт лишь к суете. «Ибо давно уже и верно замечено, что в душе человеческой сокрыты сонмы пороков. И нет от них иного избавления, как отречься от самого себя и отбросить все заботы о себе, напротив все помыслы к достижению того, что требует от тебя Господь и к чему должно стремиться единственно по той причине, что Ему так угодно» 11.

Итак, новая религия выражала чувство свободы, но в то же время и ощущение ничтожности и бессилия индивида. Она предлагала выход, внушая индивиду, что можно обрести новую уверенность при условии полной покорности и самоуничижения. Между учениями Кальвина и Лютера можно обнаружить ряд расхождений. Первый пункт этих несовпадений — ученика Кальвина о предопределении. В отличие от Августина, Фомы Аквинского и Лютера у Кальвина эта доктрина становится одной из основных, если не самой главной во всей его системе. Кальвин выдвинул новую версию предопределения, утверждая, что Бог не только предрешает, кому будет дарована благодать, но и заранее обрекает остальных на вечное проклятие.

Согласно Кальвину, спасение или осуждение не зависит ни от какого добра или зла, совершенного человеком при его жизни, но предрекается Богом до его появления на свет. Почему Бог избирает одних и проклинает других, — это тайна, непостижимая для человека, и не следует даже пытаться проникнуть в неё. Бог это делает, потому что ему угодно таким образом проявлять свою безграничную власть. Бог Кальвина, несмотря на все попытки как-то сохранить идею присущей ему любви и справедливости, обладает всеми качествами тирана, который не только лишён любви к кому бы то ни было, но не имеет и понятия о справедливости.

Доктрина предопределения выражает и усиливает чувство беспомощности и ничтожности человека. Ни одна доктрина не могла бы более отчётливо сформулировать бессмысленность человеческой воли, человеческих усилий. Решение судьбы человека полностью изъято из его рук. Человек не может сделать ничего, чтобы изменить это решение, он лишь безвольное орудие в руках Бога.

Другой смысл этой доктрины, по мнению Э. Фромма, состоит в том, что она должна скорее усиливать, а не заглушать сомнения. Не должен ли человек ещё больше терзаться опасениями, если он узнает, что ещё до рождения ему предназначено то ли спасение, то ли вечное проклятие? Как он может быть уверен в своей участи? Хотя Кальвин и не утверждал, что такую уверенность можно как-то обосновать, фактически и он сам, и его последователи были убеждены, что они принадлежат к избранным.

У Кальвина проглядывает, следовательно, идея прирождённого неравенства людей. У него все люди делились на тех, что будут спасены, и тех, кому предназначено вечное проклятие. Поскольку эта судьба назначена ещё до рождения, никто не в состоянии её изменить, что бы он ни делал в течение своей жизни. Человеческое равенство отрицается в принципе. Люди созданы неравными. Отсюда и невозможность солидарности между людьми, поскольку отвергается сильный фактор, лежащий в основе этой солидарности, — общность человеческой судьбы.

Есть ещё одно отличие кальвинизма от учения Лютера. Оно состоит в утверждении огромной значимости моральных усилий и добродетельной жизни.

Культ добродетелей

Эпоха Реформации породила культ человеческих добродетелей, среди которых особо важное значение имели потребность в труде, воздержанность, бережливость, справедливость, целомудрие, скромность. Все эти качества освещались как святыни в воскресных проповедях. Их воспевали и поэты. Один из них, писавший под псевдонимом «Бидермейер» вошёл в историю как создатель особого мира семейных добродетелей. Он прославлял верность браку, долг перед близкими, чистые и благородные отношения в семье.

Напомним некоторые заповеди человека пуританской этики, как они воспроизведены, скажем, в книге М. Оссовской «Рыцарь и буржуа».

«Помните, что время — это деньги. Если тот, кто может своим трудом зарабатывать в день десять шиллингов, пойдёт гулять или полдня будет сидеть без дела, хотя и будет тратить только шесть пенсов во время прогулки или безделья, он не должен думать, что это только единственный расход; на самом деле он тратит или, скорее, бросает на ветер ещё пять шиллингов.

Помните, что кредит — это деньги. Если человек оставляет свои деньги у меня, этим самым он даёт мне проценты и даёт право в течение этого времени делать с ними всё, что я хочу. Если человек имеет хороший и большой кредит и правильно его использует, он может получить значительный доход.

Помните, что деньги обладают способностью размножаться. Деньги могут производить деньги, и эти новые деньги могут тоже рождать деньги и так далее. Пять шиллингов превращаются в шесть, которые затем превращаются в семь шиллингов и три пенса и так далее, до тех пор, пока не превратятся в сто фунтов. Чем больше денег, тем больше они производят при каждом обороте, так что прибыль растёт быстрее и быстрее. Тот, кто убивает одну свиноматку, уничтожает всех её отпрысков до тысячного поколения. Тот, кто уничтожает одну крону, уничтожает всё, что она могла произвести, — десятки фунтов» 12.

Согласно Кальвину, никакими усилиями человек не может изменить свою судьбу, но сам факт его усилий — знак принадлежности к спасённым. Добродетели, которыми должен обладать человек, — это скромность и умеренность, справедливость в том смысле, что каждый должен получить причитающуюся ему долю. «Добросовестное стяжание» — благочестие, соединяющее человека с Богом. Добродетелям и непрерывным усилиям кальвинизм придавал всё большее значение. Успехи в земной жизни — не что иное, как знак спасения.

Кальвинизм требует, чтобы человек постоянно старался жить по-божески и никогда не ослаблял этого стремления. Оно должно быть непрерывным. Сам факт неутомимости человека в его усилиях, какие-то достижения в моральном совершенствовании или в мирских делах служат более или менее явным признаком того, что человек принадлежит к числу избранных. Деятельность служит не достижению какого-то результата, а выяснению будущего.

Протестантство отказалось от основополагающих элементов иудео-христианской традиции. Его доктрины изображали человека, Бога и мир так, что новые чувства бессилия и ничтожности казались естественными, создавалось впечатление, будто эти чувства происходят из неизменных качеств человека, будто он должен испытывать эти чувства.

Новое отношение к труду, которое сложилось в эпоху Реформации, знаменует собой наиболее важный психологический сдвиг, который произошёл в человеке с конца Средних веков. Стремление к неустанному труду стало одной из главных производительных сил, не менее важной для развития промышленной системы, чем пар и электричество. Одновременно человек лишился своего былого чувства уверенности, чувства бесспорной принадлежности к общности. Он был вырван из мира и ощутил тревогу и одиночество.

В то же время человек мог свободно мыслить и действовать независимо, стать хозяином своей жизни и распоряжаться ей по собственной воле. В целом для человека эпохи Реформации преобладающим был позитивный аспект свободы, что нашло выражение ещё в культуре Возрождения. В искусстве и философии новой эпохи отражён дух человеческого достоинства, воли, могущества, хотя достаточно часто и дух отчаяния и скептицизма.

Движение Реформации — это… Что такое Движение Реформации?

Реформа́ция (от лат. reformatio — исправление, восстановление) — массовое религиозное и общественно-политическое движение в Западной и Центральной Европе в XVI веке, направленное на реформирование церкви в соответствии с её первоначальными канонами. Помимо религиозных Реформация также включала в себя политические, экономические и культурные аспекты.

Её началом принято считать выступление доктора богословия Виттенбергского университета Мартина Лютера: 31 октября 1517 года он прибил к дверям виттенбергской Замковой церкви свои «95 тезисов», в которых выступал против существующих злоупотреблений католической церкви, в частности против продажи индульгенций. Концом Реформации можно считать подписание Вестфальского мира 1648 года[1], по итогам которого религиозный фактор перестал играть важную роль в европейской политике.

Основной причиной Реформации являлось недовольство различных слоёв населения Европы моральным разложением католической церкви, которое сопровождалось экономической узурпацией и созданием препятствий на пути централизации власти.

Одним из основных последствий реформационного движения стало появление протестантизма, который получил распространение во всей Европе в вероучениях Лютера (Германия, скандинавские страны, Прибалтика), Жана Кальвина (Швейцария, Шотландия, Нидерланды, Франция, Англия) и учении анабаптистов.

Реакционные меры, предпринятые католической церковью и иезуитами для борьбы с Реформацией, получили название Контрреформация.

Причины Реформации

На протяжении всего Средневековья церковь играла значительную роль в жизни общества, идеально вписываясь в господствующий на Западе феодальный строй. Церковная иерархия была полным отражением иерархии светской: подобно тому, как в светском феодальном обществе выстроились разные категории сеньоров и вассалов — от короля (верховного сеньора) до рыцаря, так и члены клира градуировались по феодальным степеням от папы (верховного первосвященника) до приходского кюре. Являясь крупным феодалом, церковь в разных государствах Западной Европы владела до 1/3 количества всей обрабатываемой земли, на которой использовала труд крепостных, применяя те же методы и приёмы, что и светские феодалы[2]. Узурпируя таким образом готовые формы феодального общества, получая от них бесчисленные плоды, как организация церковь одновременно формировала идеологию феодального общества, ставя своей задачей обоснование закономерности, справедливости и богоугодности этого общества. Монархи Европы в свою очередь шли на любые затраты, дабы получить от клириков высшую санкцию на своё господство.

Феодальная католическая церковь, бывшая идейной санкцией средневекового общества, могла существовать и процветать до тех пор, пока господствовала её материальная основа — феодальный строй. Но уже в XIV—XV веках сначала в Средней Италии и Фландрии, а с конца XV века и повсюду в Европе началось формирование нового класса, постепенно захватывавшего в свои руки экономику, а затем устремившегося и к политической гегемонии, — класса буржуазии[2]. Новому классу, претендующему на господство, нужна была и новая идеология. Собственно, она не была такой уж и новой: буржуазия не собиралась отказываться от христианства, но ей было нужно вовсе не то христианство, которое обслуживало старый мир; новая религия должна была отличаться от католицизма в первую очередь простотой и дешевизной: меркантильной буржуазии деньги были нужны не для того, чтобы бросать их на ветер, строя величавые соборы и проводя пышные церковные службы, а для того, чтобы, вкладывая их в производство, создавать и приумножать свои разрастающиеся предприятия. И в соответствии с этим становилась не только ненужной, но и просто вредной вся дорогостоящая организация церкви с её папой, кардиналами, епископами, монастырями и церковным землевладением. В тех государствах, где сложилась сильная королевская власть, идущая навстречу национальной буржуазии (например, в Англии или Франции), католическая церковь особыми декретами была ограничена в своих претензиях и этим на время спасена от гибели. В Германии, к примеру, где центральная власть была призрачной и папская курия получила возможность хозяйничать, как в своей вотчине, католическая церковь с её бесконечными поборами и вымогательствами вызывала всеобщую ненависть, а непристойное поведение первосвященников многократно эту ненависть усиливало[2].

Помимо экономического и национального гнёта предпосылкой Реформации послужили гуманизм и изменившаяся интеллектуальная среда в Европе. Критический дух эпохи Возрождения позволил по-новому взглянуть на все явления культуры, в том числе и на религию. Упор Возрождения на индивидуальность и личную ответственность помог критически пересмотреть церковную структуру, а мода на древние рукописи и первоисточники обратила внимание людей на несоответствие первохристианства и современной церкви. Люди с пробуждённым рассудком и мирским мировоззрением становились критически настроенными к религиозной жизни их времени в лице католической церкви.

Предтечи Реформации

Джон Виклиф

Экономическое давление, помноженное на ущемление национальных интересов, вызвало ещё в XIV веке протест против авиньонских пап в Англии. Выразителем недовольства масс тогда стал Джон Виклиф, профессор Оксфордского университета, провозгласивший необходимость уничтожения всей папской системы и секуляризации монастырско-церковной земли[3]. Виклиф с отвращением относился к «пленению» и расколу и после 1379 года начал выступать против догматизма римской церкви с революционными идеями. В 1379 году он посягнул на авторитет папы римского, выразив в своих сочинениях идею о том, что Христос, а не папа римский, является главой церкви. Он утверждал, что Библия, а не церковь, является единственным авторитетом верующего и что церковь должна строиться по образу Нового Завета. Чтобы подкрепить свои взгляды, Виклиф сделал Библию доступной людям на их родном языке. К 1382 году был закончен первый полный перевод Нового Завета на английский язык. Николай Герфордский закончил перевод большей части Ветхого Завета на английский язык в 1384 году. Таким образом, впервые англичане имели полный текст Библии на своём родном языке. Виклиф пошёл ещё дальше и в 1382 году выступил против догмата о пресуществлении, хотя римская церковь полагала, что сущность элементов изменяется при неизменной внешней форме. Виклиф утверждал, что вещество элементов остаётся неизменным, что Христос является духовно присутствующим во время этого таинства и ощущается верой. Принять взгляд Виклифа значило признать, что священник не в состоянии влиять на спасение человека путём запрета ему принимать тело и кровь Христа при евхаристии. И хотя взгляды Виклифа были осуждены в Лондоне и в Риме, его учение о равенстве в церкви было применено к экономической жизни крестьянами и способствовало крестьянскому восстанию 1381 года. Студенты из Чехии, обучавшиеся в Англии, принесли его учение к себе на родину, где оно стало почвой для идей Яна Гуса[4].

Чехия в это время переживала засилье немецкого духовенства, стремившегося приобрести участки на Куттенберских рудниках[5]. Ян Гус, пастор Вифлеемской часовни, обучавшийся в Пражском университете и примерно в 1409 году ставший его ректором, читал сочинения Виклифа и усвоил его идеи. Проповеди Гуса пришлись на время подъёма чешского национального сознания, выступившего против власти Священной Римской империи в Чехии. Гус предлагал реформу церкви в Чехии, сходную с той, которую провозглашал Виклиф[6]. Стремясь пресечь народное недовольство, император Сигизмунд I и папа римский Мартин V инициировали церковный собор в Констанце, на котором Ян Гус и его сподвижник Иероним Пражский были провозглашены еретиками и сожжены на костре. Еретиком провозглашался и Джон Виклиф[7].

Лютеранская Реформация

Реформация в Германии

Начало Реформации в Германии

Лютер на Вормсском рейхстаге

В Германии, которая к началу XVI века всё ещё оставалась политически раздробленным государством, недовольство церковью разделяли практически все сословия: крестьян разоряла церковная десятина и посмертные поборы, продукция ремесленников не могла конкурировать с продукцией монастырей, которая не облагалась налогом, церковь расширяла свои земельные владения в городах, угрожая превратить горожан в пожизненных должников[8]. Всё это, а также огромные суммы денег, которые Ватикан вывозил из Германии[9], и моральное разложение духовенства, послужило к выступлению Мартина Лютера, который 31 октября 1517 года прибил к дверям виттенбергской Замковой церкви свои «95 тезисов». В них доктор богословия выступал против продажи индульгенций и власти Папы над отпущением грехов. В проповедуемом им учении он провозглашал, что церковь и духовенство не являются посредником между человеком и Богом. Он объявил ложными претензии папской церкви на то, что она может давать людям посредством таинств «отпущение грехов» и «спасение души» в силу особых полномочий от Бога, которыми она якобы наделена. Основное положение, выдвинутое Лютером, гласило, что человек достигает «спасения души» (или «оправдания») не через церковь и её обряды, а при помощи веры, даруемой ему непосредственно Богом[10].

Также Лютер опроверг авторитет Священного предания, то есть постановлений церкви и папские декреты, отводя роль единственного источника религиозной истины Священному писанию[10].

Папство первоначально не выказало особой озабоченности его выступлением. Столкновения между различными монашескими орденами были не редкостью, так что и в этот раз произошедшее показалось папе «монашеской сварой». Однако Лютер, заручившись поддержкой Фридриха, курфюрста Саксонского, не уступал присылаемым папским эмиссарам, в то же время обязуясь не распространять свои идеи при условии, что молчание будут хранить и его противники[11]. Однако события на Лейпцигском диспуте заставили его прервать молчание. Выразив поддержку Яну Гусу и недоверие церковному собору, осудившему его, Лютер обрёк себя на проклятие и разрыв отношений с церковью. Следующим шагом было то, на что до этого практически никто не решался: 10 декабря 1520 года при огромном скоплении народа Лютер сжёг папскую буллу, где осуждались его взгляды. Здесь в дело вмешалась светская власть. Вновь избранный император Священной Римской империи Карл V вызвал Лютера на имперский сейм в Вормсе с целью убедить его отказаться от своих взглядов — подобно тому, как сто лет назад подобную попытку предпринял Император Сигизмунд в отношении Гуса. Лютеру дали два дня, чтобы дать ответ на вопрос о том, готов ли он отречься. В конце второго дня Лютер, стоя перед императором, окружённым верховными светскими и духовными правителями Германии, ответил: «На том стою. Не могу иначе. Да поможет мне Бог». Пути назад больше не было. Согласно Вормсскому эдикту Лютер был поставлен вне закона на территории Священной Римской империи.

Второй этап Реформации

После Вормсского эдикта начались первые репрессии против сторонников Лютера. Так, папский легат Джироламо Алеандер, который и способствовал принятию императором этого решения, после сейма направился в Нидерланды, где по его наущению были сожжены два монаха, которые стали первыми мучениками Реформации.

Фридрих Мудрый решил не оставлять своего профессора без защиты. Для этого Лютер по пути из Вормса был похищен группой людей курфюрста, причём сам Фридрих не знал, где находится Лютер, дабы не лгать, если император Карл V его спросит об этом. Лютер был помещён в отдалённый замок Вартбург, где о его нахождении знал только секретарь курфюрста Георг Спалатин. В Вартбурге Лютер занялся переводом сперва Нового Завета, а затем и всей Библии на немецкий язык.

Вместе с этим в Германии выступление Лютера на Вормсском рейхстаге всколыхнуло широкие народные массы, которые исходя из своих сословных интересов по-разному трактовали учение Лютера.

В отсутствие Мартина в Виттенберге развернулось бюргерское движение, во главе которого стали Андреас Карлштадт и Габриэль Цвиллинг. Участники этого движения требовали немедленных радикальных преобразований, в частности осуждали католические мессы, одобряли ликвидацию монашеских обетов и выход монахов из монастырей[12], часто при этом выражая своё недовольство в форме погромов католических храмов. В противовес «телесному мятежу» Цвиллинга и Карлштадта Лютер предложил идею «духовного мятежа» (мирного пути Реформации), которая не получила широкой поддержки среди населения[12].

На протяжении этого времени у Лютера были веские основания надеяться на воплощение своей идеи «духовного мятежа»: имперское правление вопреки папской булле 1520 г. и Вормсскому эдикту 1521 г. не запрещало реформаторские «новшества» окончательно и бесповоротно, перенося окончательное решение на будущий рейхстаг или церковный собор. Созываемые рейхстаги откладывали рассмотрение дела к созыву церковного собора, лишь запрещая Лютеру печатать новые книги.

Однако вслед за движением радикальной бюргерской группировки, сопровождающейся стихийными выступлениями народных масс, в стране произошло выступление имперского рыцарства. В 1523 году часть рыцарей во главе с Ульрихом фон Гуттеном и Францем фон Зиккингеном, недовольных своим положением в империи, подняло восстание, провозгласив себя продолжателями дела Реформации. Задачи поднятого Реформацией движения Гуттен видел в том, чтобы подготовить весь немецкий народ к такой войне, которая приведёт к возвышению рыцарства и превращению его в господствующую политическую силу в освобождённой от римского засилья империи[10]. Очень быстро рыцарское восстание было подавлено, но оно показало, что стремления Лютера осуществить Реформацию мирным путём уже не осуществятся. Доказательством этого стала разгоревшаяся вскоре Крестьянская война во главе с Томасом Мюнцером.

Крестьянская война Томаса Мюнцера

Крестьянская война стала следствием толкования крестьянскими массами идей Реформации как призыва к социальным преобразованиям. Во многом этим настроениям способствовало учение Томаса Мюнцера, который в своих проповедях призывал к мятежу, социально-политическому перевороту. Однако неспособность крестьянских масс и бюргерства сплотиться в совместной борьбе привела к поражению войны[10].

По окончанию Крестьянской войны на рейхстаге в Шпейере в 1526 году действие Вормсского эдикта по требованию германских князей было приостановлено. Однако через три года там же Вормсский эдикт был подтвержден, что вызвало протест шести германских князей и нескольких имперских городов. По названию этого документа — Шпейерской протестации — сторонники Реформации впредь начали именоваться протестантами[13].

В 1527 году Лютером были предприняты визитации в приходы, которые теперь считались евангелическими. Результат был удручающим: реформатора поразило глубокое невежество не только прихожан, но и руководителей приходов. В результате Лютер написал две книги — Малый Катехизис, предназначенный для мирян, и Большой Катехизис, предназначенный для пасторов. В них Лютер дал своё толкование Десяти заповедям, молитве Отче наш, Символу веры, изложил, в чём смысл и как происходят таинства крещения и причастия.

В 1529 году Филиппом Гессенским была предпринята попытка объединить усилия сторонников Лютера и Цвингли в ходе совместного диспута. Однако в итоге участники Марбургского диспута не смогли договориться по одному пункту из шестнадцати. Этот пункт касался реального присутствия Плоти и Крови Христа в евхаристии. В результате Лютер отказался признать в Цвингли единоверца.

Аугсбургский рейхстаг и продолжение Реформации

Аугсбурский рейхстаг

На следующем рейхстаге в Аугсбурге противодействующие стороны сделали попытку договориться. Лютеру было запрещено участвовать в имперском собрании, в результате он направил делегатом на сейм своего друга и единомышленника Филиппа Меланхтона, который представил там документ, впоследствии названный Аугсбургским исповеданием. Сторонники католицизма выдвинули свои аргументы против текста, которые были озвучены, однако письменный текст сторонникам Реформации не был предоставлен. Но последние успели записать аргументы оппонентов со слуха. В качестве ответа Меланхтоном под руководством Лютера был написан более объёмный текст — Апология Аугсбургского исповедания. Это были первые документы, в которых было более-менее последовательно изложено догматическое учение нового религиозного движения.

В ходе рейхстага вероисповедальные тексты были составлены и сторонниками Цвингли, получившие название Тетраполитанское исповедание.

После Аугсбургского рейхстага протестантскими князьями начал формироваться оборонительный Шмалькальденский союз, вдохновителем создания которого явился Филипп, ландграф Гессенский.

Реформация в Германии после смерти Лютера

Сразу же после смерти Лютера протестантов Германии ждало суровое испытание. Одержав ряд побед над турками и французами император Карл V решил заняться внутренними делами. Заключив союз с папой и Вильгельмом Баварским, он направил свои войска на земли князей-участников Шмалькальденского союза. В результате последовавшей за этим Шмалькальденской войны войска протестантов были разгромлены, в 1547 году войсками императора был захвачен Виттенберг, который уже почти 30 лет являлся неофициальной столицей протестантского мира (могила Лютера по приказу императора не была подвергнута разграблению), а курфюрст Саксонский Иоганн-Фридрих и ландграф Филипп оказались в тюрьме. В итоге на рейхстаге в Аугсбурге 15 мая 1548 года был объявлен интерим — соглашение между католиками и протестантами, согласно которому протестанты были вынуждены пойти на значительные уступки. Однако воплотить план Карлу не удалось: протестантизм успел пустить на немецкой земле глубокие корни и давно уже являлся не только религией князей и купцов, но и крестьян и рудокопов, в результате чего проведение интерима встречало упорное сопротивление.

Тогда по инициативе Морица группой умеренных протестантских теологов во главе с Меланхтоном был выработан более приемлемый для лютеран текст интерима, однако и он вызвал негативную реакцию со стороны непримиримых сторонников Реформации, получивших название гнесиолютеран. Конфликт между ними и сторонниками Меланхтона продолжался почти 30 лет.

В 1552 году протестантский Шмалькальденский союз вместе с французским королём Генрихом II начал против императора вторую войну, закончившуюся их победой. После второй Шмалькальденской войны протестантские и католические князья заключили с императором Аугсбургский религиозный мир (1555 г.), который установил гарантии свободы вероисповедания для имперских сословий (курфюрстов, светских и духовных князей, свободных городов и имперских рыцарей). Однако, несмотря на требования лютеран, Аугсбургский мир не предоставил права выбора религии подданным имперских князей и рыцарей. Подразумевалось, что каждый правитель сам определяет вероисповедание в своих владениях. Позднее это положение трансформировалось в принцип «Чья власть, того и вера» (лат. cujus regio, ejus religio). Уступкой католиков в отношении конфессии подданных стала фиксация в тексте соглашения права на эмиграцию для жителей княжеств, не пожелавших принять религию своего правителя, причём им гарантировалась неприкосновенность личности и имущества.

Однако разрешение политических споров не положило конец спорам догматическим. После смерти Лютера его ближайший помощник Меланхтон не смог сохранить единство лютеран, постоянно пытался найти компромисс — то с католиками, то с реформатами, что вызывало неудовольствие гнесиолютеран. В результате лютеранские богословы почти на 30 лет оказались вовлечёнными в ожесточённые теологические споры. Не обошлось даже без казней несогласных, что, однако, вызвало всеобщее возмущение. Помимо прочего, подобные споры не способствовали сплочённости лютеран перед лицом внешнего противника, поэтому в дело вмешались правители немецких земель. В 1576 году по инициативе курфюрста Августа Саксонского в Торгау состоялось обсуждение предварительных материалов, составленных Якобом Андреэ и Мартином Хемницем, был составлен документ «Torgisches Buch», разосланный различным земельным церквям для ознакомления с их мнением. К 1580 году работа была практически закончена, итоговый документ получил название Формулы Согласия. С выработкой Формулы Согласия и созданием корпуса Книги Согласия основные теологические споры внутри Евангелической Церкви были завершены[14]

Реформация в Дании и Норвегии

Реформация в Дании связана с именем Ганса Таусена, который после учёбы в Виттенберге начал проповедовать лютеранские идеи на родине. Попытка церковных иерархов устроить суд над «датским Лютером» не увенчалась успехом, так как ему покровительствовал король Фредерик I. В 1530 году на церковном синоде в Копенгагене Таусен защитил «символ веры» датских протестантов — «43 копенгагенские статьи».

Официально же евангелическо-лютеранская Церковь была признана государственной при сыне Фредерика I — Кристиане III, который использовал проведение Реформации в политических целях. Однако Кристиан III и до вступления на престол был верным приверженцем лютеранства и с 1528 года ввёл лютеранское богослужение на своих землях в Шлезвиге. Сделав Реформацию законом, Кристиан III сместил католических епископов и провёл секуляризацию всей церковной собственности, в результате чего королевская земельная собственность возросла втрое: королю принадлежало больше половины земель в стране[15]. По просьбе короля Кристиана Меланхтон прислал в Данию опытного священника-реформатора Йоганнеса Бугенхагена, который возглавил проведение Реформации в стране. В итоге Реформация в Дании ориентировалась на немецкие образцы. По оценке датских историков, «Дания с введением Лютеранской Церкви стала в церковном отношении на длительное время немецкой провинцией» [16] В 1537 году по указу короля была создана комиссия из «учёных людей» для разработки уложения о новой церкви, куда вошёл и Ганс Таусен. С составленным уложением был ознакомлен Лютер, и с его одобрения в сентябре того же года новый церковный закон был утвержден.

В 1550 году на датском языке была издана Библия. Особенностью Реформации в Дании было отношение к монастырям, которые не были закрыты, хотя и обложены налогами. Новых послушников принимать не разрешалось. В итоге монастыри существовали ещё 30 лет после начала церковных реформ. Большинство же приходских священников не стали жертвовать своими местами и влились в новую церковную структуру. [17]

Церковная реформация в Норвегии была также проведена датским королём Кристианом III, который распространил на страну действие датской церковной ординации 1537 года, определявшей положение новой религии в церкви. Попытка норвежского архиепископа Олава Энгельбректссона воспрепятствовать введению новой религии оказалась безуспешной. Более того, борьба за сохранение старой церкви привела к окончательной потере Норвегией самостоятельности и превращению её в «датскую провинцию», о чём было официально объявлено в Копенгагене[18].

Реформация в Швеции и Финляндии

Триумф Густава Васа. Женщина в жёлтом платье — Католическая Церковь

В 1517 году братья Олаус (Олаф) и Лаврентий (Ларс) Петри, сыновья кузнеца из Эребру, приехавшие в Германию для получения образования, стали свидетелями выступлений Мартина Лютера против злоупотреблений в Римско-католической Церкви. В 1518 году Олаус вернулся в Швецию и стал диаконом и учителем Стренгнесской церковной школы. Первоначально к выступлениям Петри отрицательно отнеслись не только церковные иерархи, но и обычные прихожане, которые кидали в проповедника камнями и палками. Негативно отнёсся к проповеди нового учения и новый король Густав Васа, которым в 1523 году был издан указ, запрещавший под угрозой лишения имущества и смертной казни изучать произведения Лютера. Однако сложная внутриполитическая ситуация заставила короля искать как новых союзников внутри страны, так и дополнительные источники финансирования своего правления. Вдобавок в 1524 году возник конфликт между королём и папой Клементом VII по поводу избрания нового архиепископа. В результате отношения с папством были прерваны и больше не возобновлялись.

Реформа Церкви в Швеции осуществлялась постепенно. С 1525 года началось проведение богослужений на шведском языке, в 1526 году был издан Новый Завет, а в 1541 году — вся Библия, и король обязал все церкви купить новые книги.[19]

В 1527 году на Вестеросском риксдаге главой Церкви был провозглашён король, а имущество монастырей было конфисковано в пользу короны. Делами Церкви стали управлять светские лица, назначенные королём.

В 1531 году архиепископом Швеции стал брат Олауса Лаврентий. Под его руководством в 1536 году в Уппсале состоялся Церковный собор, на котором лютеранские церковные книги были признаны обязательными для всей Швеции. Целибат был отменён. В 1571 году Лаврентием Петри был разработан «Шведский церковный устав», в котором определялась организационная структура и характер самоуправляющейся Шведской Церкви. Пасторы и миряне получали возможность выбирать епископов, однако окончательное утверждение кандидатов стало прерогативой короля. [20]

Вместе с тем необходимо отметить, что ввиду отсутствия ожесточённого противостояния между римскими католиками и приверженцами Реформации, имевшего место в странах Центральной Европы, различия во внешнем характере богослужений реформированной и Римско-католической Церкви были минимальны. Поэтому шведский обряд принято считать образцом высокоцерковной традиции в лютеранстве. Также формально считается, что Церковь Швеции имеет Апостольскую Преемственность, так Лаврентий Петри был ординирован в епископы Петром Магнуссоном, епископом Вестерасским, посвящённым в свой сан в Риме.

Реформация была проведена и в Финляндии, в то время заявлявшейся частью королевства Швеции. Первым лютеранским епископом в Финляндии (в Або) стал Микаэль Агрикола, который составил первый букварь финского языка и перевёл на финский Новый Завет и части Ветхого Завета.

Реформация в Прибалтике

Реформация в Прибалтики началась с земель Тевтонского ордена. В 1511 году его гроссмейстером был выбран Альбрехт Бранденбургский. Он пытался проводить независимую от Польши политику, вследствие чего в 1519 году поляки опустошили всю Пруссию. Тогда Альбрехт решил воспользоваться распространением в Пруссии реформации, в 1525 году секуляризировал орден и получил его от польского короля в лен в качестве герцогства. Император германский низложил Альбрехта, папа отлучил его от церкви, но Альбрехт не отказался от своего дела[21].

Реформационные процессы достаточно рано затронули земли Ливонской конфедерации. Уже в 1520-е годы здесь выступали ученики Лютера Йоганн Бугенхаген, Андреас Кнопкен и Сильвестр Тегетмейер[22]. Реформатором Дерпта был Мельхиор Хоффман. Их проповеди нашли живой отклик как среди дворян, так и среди бюргеров и городской бедноты. В результате в 1523—1524 гг. основные католические церкви в Таллине и Риге были разгромлены, а католическое духовенство изгнано. Николаусом Раммом части Библии были переведены на латышский язык. В 1539 году Рига вошла в состав протестантских городов. Ландтаг в Валмиере в 1554 году провозгласил свободу веры, что фактически означало победу лютеранства[23]. Но торжество того или иного вероучения в различных частях бывшей Ливонской конфедерации во многом было обусловлено тем, кому они стали принадлежать после Ливонской войны.

Активно распространялось новое учение и в Великом княжестве Литовском. В 1547 году на литовский язык Мартинасом Мажвидасом был издан евангелический катехизис[24]. Как это часто бывало, он стал вообще первой книгой на литовском языке, так что автору помимо собственно перевода пришлось создавать литовский алфавит и основные правила чтения. В 1550 году Аугсбургское исповедание принял Каунас. На какое время вся Литва стала протестантской (преобладающими конфессиями стали лютеране и реформаты), однако помимо этого здесь началась активная проповедь социнианства, что, во многом облегчило задачи Контрреформации.

Анабаптисты

После поражения в Крестьянской войне анабаптисты долго не проявляли себя открыто. Тем не менее, их учение достаточно успешно распространялось, причём не только среди крестьян и ремесленников. В начале 30-х годов большое их количество находилось в Западной Германии.

Иоанн Лейденский на крещении девушек

В результате в 1533 году власть в Мюнстере была захвачена анабаптистами во главе с Иоанном Лейденским. В городе была установлена теократическая диктатура, а Иоанн Лейденский объявлен царём. Имущество горожан было обобществлено, а фактически его хозяином стал царь, купавшийся в своём дворце в немыслимой роскоши. Так же было объявлено многожёнство, так что одних царских жён было 18. Положение же жителей Мюнстера, не составлявших окружение Иоанна стало катастрофическим, в результате чего они посчитали для себя благом вернуть власть прежнего сюзерена города — католического архиепископа, войска которого ворвались в город в июле 1535 года. На этом кровавая история Мюнстерской коммуны была завершена. С тех пор и по настоящее время Мюнстер представляет собой один из оплотов католицизма в Германии.

После разгрома Мюнстерской коммуны оставшиеся анабаптистские общины подверглись жестоким гонениям как со стороны католических, так и протестантских властей. Большая их часть была разгромлена. Оставшиеся анабаптисты: меннониты на западе Европы, преимущественно в Нидерландах, и хаттериты — на востоке (Моравия) стали проповедовать крайнюю форму пацифизма, включающую отказ от службы в армии, владение оружием, непринятие присяги и т. д., что вновь вызвало у властей недовольство против их образа жизни. В результате в течение последующих нескольких сотен лет они эмигрировали в Америку или в Россию.

Непрямыми наследниками анабаптистов являются баптисты, появившиеся в XVI веке в Англии. В настоящее время это одна из самых многочисленных христианских конфессий.

Кальвинистская Реформация

Реформация в Швейцарии

Ситуация, аналогичная германской, сложилась и в Швейцарии, где авторитет католической церкви упал из-за злоупотреблений, разврата и невежества клириков. Монопольное положение церкви в области идеологии здесь также было подорвано успехами светского образования и гуманизма. Однако здесь, в Швейцарии, к идеологическим предпосылкам добавились сугубо политические: местное бюргерство стремилось превратить конфедерацию независимых друг от друга кантонов в федерацию, секуляризировать церковные земли, запретить военное наёмничество, которое отвлекало рабочие руки от производства.[25]

Однако подобные настроения преобладали лишь в так называемых городских кантонах страны, где уже зародились капиталистические отношения. В более консервативных лесных кантонах сохранялись дружеские отношения с католическими монархиями Европы, армии которых они и снабжали наёмниками.

Тесная связь политического и идеологического протеста и породила движение Реформации в Швейцарии, наиболее яркими представителями которого выступили Ульрих Цвингли и Жан Кальвин.

Доктрина Цвингли имела черты сходства с лютеранством, но и немало отличалась от него. Как и Лютер, Цвингли опирался на Священное Писание и отвергал «Священное предание», резко критиковал схоластическое богословие, отстаивал принципы «оправдания верой» и «всеобщего священства». Идеалом для него была раннехристианская церковь. Он не признавал того, что нельзя было, на его взгляд, обосновать свидетельством Священного Писания, и потому отвергал церковную иерархию, монашество, поклонение святым, безбрачие духовенства. В критике обрядов католической церкви он шёл дальше Лютера. Главное богословское различие между ними состояло в разной трактовке причастия, носившей у Цвингли более рационалистический характер. Он видел в евхаристии не таинство, а символ, обряд, совершаемый в воспоминание об искупительной жертве Христа. В то время, как Лютер шёл на союз с князьями, Цвингли был сторонником республиканизма, обличителем тирании монархов и князей[26].

Идеи Цвингли получили широкое распространение в Швейцарии при его жизни, но после гибели реформатора постепенно были вытеснены кальвинизмом и другими течениями протестантизма.

Стержневым положением учения Жана Кальвина являлось учение о «всеобщем предопределении», согласно которому Бог предначертал каждому человеку его участь: одним — вечное проклятие и скорбь, другим, избранным, — вечное спасение и блаженство. Человеку не дано изменить свою участь, он способен лишь веровать в своё избранничество, прикладывая всё своё трудолюбие и энергию, чтобы достичь успеха в мирской жизни. Кальвин утверждал духовный характер причастия, считал, что Божью благодать при его свершении получают лишь избранные[27].

Идеи Кальвина получили широкое распространении и в Швейцарии и за её пределами, послужив основой для Реформации в Англии и Нидерландской революции.

Реформация в Шотландии

В Шотландии первоначальное проявление идей Лютера жестоко подавлялось: парламент попытался запретить распространение его книг. [28] Однако эта попытка была в значительной степени неудачна. И лишь решающее влияние политического фактора (шотландские лорды путём поддержки английского протестантизма надеялись избавиться от французского влияния) узаконило Реформацию.

Реформация в Нидерландах

Основные предпосылки Реформации в Нидерландах определялись, как и в других европейских странах, сочетанием социально-экономических, политических, культурных перемен с возраставшим в разных слоях общества недовольством католической церковью — её привилегиями, богатствами, поборами, невежеством и безнравственностью духовенства. Важную роль в распространении реформационных идей сыграла также оппозиция политике, проводившейся правительством, которое жестоко преследовало инакомыслящих, вплоть до приравнивания еретических взглядов к преступлению против государства.

Появление первых протестантов в Нидерландах по времени практически совпадает с проповедью Лютера[29], однако ни лютеранство, проповедовавшее верность сюзерену (которым для Нидерландов был испанский король), ни анабаптизм не получили в стране значительного количества сторонников. С 1540 года здесь начал распространяться кальвинизм, так что к 1560 году большинство населения были реформатами.[30]. Именно кальвинизм стал идеологической основой разгоревшейся Нидерландской революции, которую помимо религиозного недовольства вызвала экономическая и национальная политика короля Филиппа II.

Реформация во Франции

Как и во многих других странах Реформация во Франции возникла на почве, подготовленной гуманистическими идеями, проповедываемыми здесь Ж. Лефевр д’Этаплем и Г. Брисонне (епископом в Мо). В 20—30-х гг. XVI в. среди богатых горожан и плебейских масс распространение получили лютеранство и анабаптизм. Новый подъём реформационного движения, но уже в форме кальвинизма, относится к 40—50-м гг. «Кальвинизм явился во Франции идеологическим знаменем как социального протеста плебейства и нарождавшейся буржуазии против феодальной эксплуатации, так и оппозиции реакционно-сепаратистской феодальной аристократии крепнувшему королевскому абсолютизму; последний же для укрепления своей власти использовал во Франции не реформацию, а католицизм, утверждая в то же время независимость французской католической церкви от папского престола (королевское галликанство). Оппозиция различных слоёв абсолютизму вылилась в так называемые Религиозные войны, закончившиеся победой королевского абсолютизма и католицизма.[31]»

Реформация в Англии

Реформация в Англии проводилась в отличие от других стран «сверху», по воле монарха Генриха VIII, который таким образом пытался порвать с папой и Ватиканом, а также укрепить свою абсолютную власть. При Елизавете I была составлена окончательная редакция англиканского символа веры (так называемые «39 статей»). В «39 статьях» признавались и протестантские догматы об оправдании верой, о Священном писании как единственном источнике веры и католический догмат о единоспасающей силе церкви (с некоторыми оговорками). Церковь стала национальной и превратилась в важную опору абсолютизма, её возглавлял король, а духовенство подчинялось ему как часть государственного аппарата абсолютистской монархии. Богослужение совершалось на английском языке. Отвергалось учение католической церкви об индульгенциях, о почитании икон и мощей, было уменьшено число праздников. Вместе с этим признавались таинства крещения и причащения, была сохранена церковная иерархия, а также литургия и пышный культ, характерные для католической церкви. По-прежнему взималась десятина, которая стала поступать в пользу короля и новых владельцев монастырских земель.

Россия и Реформация

Как таковой Реформации в России не было. Тем не менее, ввиду тесных контактов с государствами Центральной Европы, равно как и военных столкновений, в России стали появляться мастера, а также военнопленные, которым русскими царями было дозволено исповедовать свою веру.

Наиболее массовое переселение произошло во время Ливонской войны, во время которой в глубь Русского Царства попадали не только ремесленники, но даже иерархи лютеранской церкви. Так в 1556 г. в Москву в составе посольства ездил епископ города Або финский реформатор Микаэль Агрикола. В 1569 г. в составе следующего посольства был епископ Турку Паавали Юстен. Это посольство русским царём было сослано в Муром, где и пребывало в течение 2 лет. [32]

В дальнейшем в Москве (и ряде торговых городов, например, в Архангельске) существовали «немецкие слободы», где жили протестанты и имелись протестантские церкви. Российские власти обычно не вмешивались в их внутреннюю жизнь, иногда сотрудничая с руководством общины в наказании ересей (например, казнь проповедника Квирина Кульмана в конце XVII в.)

Богословское осмысление Реформации в России начинается уже вскоре после выступления Лютера. Оно упоминается у Максима Грека, причём тот, отвергая положительную программу Лютера, согласен с ним по поводу оценки папства. К 1640-м годам относится сатирическое стихотворное «Изложение на люторы» московского книжника Ивана Наседки, опиравшегося на опыт полемических сочинений украинца Захарии Копыстенского. С протестантским влиянием ряд исследователей ассоциирует деятельность Петра I по преобразованию Русской православной церкви (отмена патриаршества с подчинением церкви светской власти, ограничения на монашество).

Впрочем, к лютеранам в России периодически относили весьма экзотических личностей. В старообрядческой книге «Винограде Российском» рассказывается о некоем Вавиле, прославившемся своими аскетическими подвигами и сожжённом в 1666 г.: «Бяше.. рода иноземска, веры люторския, учения художественна, вся художественныя науки прошед.. в славней парижстей академии учився довольна лета, языки же многими.. добре и всеизрядне ведый глаголати». [33]

Контрреформация

Реформация вызвала ответную реакционную политику со стороны Католической Церкви, которая получило название Контрреформации. В итоге католическими остались Италия, Испания, юг Германии, часть кантонов Швейцарии, Ирландия. В конце XVI века католицизм победил на юге Нидерландов (современной Бельгии) и в Речи Посполитой. Франция оказалась государством, где государственной религией был католицизм, однако протестанты долгое время пользовались правом свободного вероисповедания.

Карта показывает распространение Реформации и Контрреформации в Европе (не указаны Испания и Италия)

Необходимо заметить, что контрреформация имела как внешнюю, так и внутреннюю стороны. Если внешне это проявлялось в насильственном подавлении реформаторского движения путём преследования протестантов, распространения инквизиции и создания Индекса запрещённых книг, то внутренне это были процессы, которые можно назвать реформацией в самой католической Церкви.

В 1536 году папа Павел III создал специальную комиссию, в состав которой пригласил членов общества «Часовня Божественной любви», которые составили отчёт, что в многих злоупотреблениях в Католической Церкви были виновны папы и кардиналы, ставившие меркантильные интересы выше духовных[34]. В 1545 году по инициативе Павла III был созван Тридентский собор, который должен был дать ответ на многие важные духовные вопросы современности. На соборе, который продолжался в течении понтификата нескольких пап, были приняты не только решения по догматическим вопросам, но и сформулированы декреты в связи с церковным злоупотреблениями.

Перед смертью Павел III покаялся в непотизме.[35] Последующие папы, хотя и не проявляя последовательности, но так же боролись с этим явлением. Помимо этого папы вели борьбу за восстановление морального облика клира католической церкви. Так, Павел IV (участник комиссии Павла III) изгнал из Рима 113 епископов, незаконно оставивших свои епархии, при нём сотни монахов были отправлены опять в свои монастыри. Преследованию подвергались даже кардиналы, заподозренные в аморальности[36].

Помимо этого, были учреждены монашеские ордена нового типа — театинцы, капуцины, урсулинки и иезуиты. Последние занялись активной пропагандой католицизма как в протестантских странах, так и на территориях, где до этого вообще не было христианских миссионеров. При вступлении в орден иезуит давал присягу не только генералу, но и самому папе. Во многом благодаря деятельности иезуитов удалось вернуть в состав Католической Церкви Речь Посполиту.[37]

Итоги Реформации

Вестфальский мир 1648 окончательно закрепил те изменения, которые произошли на карте Европы в результате Реформации, в том числе и существование новых государств. Больше значимых религиозных войн в континентальной Европе не велось. В итоге сторонники лютеранства составляли большинство населения в Северной Германии, Дании, Скандинавии, Прибалтике. Реформаты же преобладали в Шотландии и Нидерландах, а так же нескольких кантонах Швейцарии, хотя последователи этого вероучения были и в Венгрии, Центральной Германии и Франции. В Англии утвердилась Англиканская Церковь.

Представители небольших протестантских конфессий сохранились практически по всей Северной и Центральной Европе, однако часто они подвергались преследованиям как со стороны католических, так и со стороны протестантских государственных структур. В дальнейшем многие из них выехали в Америку или эмигрировали в Россию.

Итоги реформационного движения невозможно охарактеризовать однозначно. С одной стороны Христианского Мира, который объединял все народы Европы под духовным руководством Папы Римского, больше не существовало, равно как и не существовало единой христианской культуры. Единая церковь была заменена множеством национальных церквей, которые часто находились в зависимости от светских правителей, тогда как раньше клирики могли апеллировать к папе в качестве арбитра. С другой стороны, национальные церкви способствовали росту национального сознания народов Европы. При этом существенно повысился культурный и образовательный уровень жителей Северной Европы, которая до этого была как бы окраиной Христианского Мира — необходимость изучения Библии приводила к росту как начальных учебных заведений (в основном в форме приходских школ), так и высших, что выразилось в создании университетов для подготовки кадров национальных церквей. Для некоторых языков специально была разработана письменность, чтобы иметь возможность издавать на них Библию.

Провозглашение духовного равенства стимулировало развитие представлений о равенстве политическом. Так, в странах, где большинство составляли реформаты, мирянам представлялись большие возможности в управлении церковью, а гражданам — в управлении государством. [38]

В экономическом плане Реформация способствовала смене старых феодальных экономических отношений на новые капиталистические. Стремление к экономии, к развитию промышленности, к отказу от дорогостоящих развлечений (равно как и дорогостоящих богослужений) способствовало накоплению капитала, который вкладывался в торговлю и производство. В итоге протестантские государства начали опережать в экономическом развитие католические. Даже самая этика протестантов способствовала развитию экономики [39]

Примечания

  1. Edith Simon Great Ages of Man: The Reformation. — Time-Life Books, 1966. — С. pp. 120-121. — ISBN 0662278208
  2. 1 2 3 Гобри, И. Лютер — С. 5 − 18
  3. Лозинский С. Г. История папства. — С. 165
  4. Керне, Э. Дорогами христианства. История церкви. — С. 145—146
  5. Лозинский С. Г. История папства. — С. 187
  6. Керне, Э. Дорогами христианства. История церкви. — С. 146
  7. Лозинский С. Г. История папства. — С. 192
  8. Ермолаев, В. А. Гейльброннская программа: Программа немецкого радикального бюргерства в крестьянской войне 1525 года. — Саратов: Издательство Саратовского университета, 1986. — С. 68—69. — 262 с.
  9. Лютер называет цифру в 300 тыс. гульденов, ежегодно получаемых из Германии папским двором («К христианскому дворянству…»)
  10. 1 2 3 4 Смирин, М. М. Германия в XVI и в начале XVII в. // История средних веков в двух томах / Под ред. С. Д. Сказкина. — 2-е изд.. — М.: Высшая школа, 1977. — Т. 2. — С.  48—90. — 325 с. — 50 000 экз.
  11. Керне, Э. Дорогами христианства. История церкви. — С. 168
  12. 1 2 Голубкин, Ю.А. Социально-политические взгляды и позиция Мартина Лютера во время второго периода раннебуржуазной революции в Германии (1521-1524 гг.). — Харьков: Автореф. дис., 1976. — 26 с.
  13. Керне, Э. Дорогами христианства. История церкви. — С. 171
  14. Бенгт Хегглунд, «История теологии», СПб, «Светоч», 2001, стр.234 — 239
  15. История средних веков/Под ред. Сказкина. — М.:Высшая школа, 1977. — С.246
  16. Danmarks historie. Kopenhavn, 1963. Bd 6 S 195
  17. О. В. Чернышева, Ю. Д. Комаров. Церковь в скандинавских странах. — М., 1988. — С. 79-82
  18. О. В. Чернышева, Ю. Д. Комаров. Церковь в скандинавских странах. — М., 1988. — С. 121
  19. Murray R. Svenska kyrkans historia. Stockholm, 1978, р.26
  20. О. В. Чернышева, Ю. Д. Комаров «Церковь в скандинавских странах», Москва, Наука, 1988, стр. 9-12
  21. Albert, Duke of Prussia
  22. Реформация в Ливонии
  23. Евангелическо-Лютеранская Церковь Латвии
  24. Мартинас Мажвидас — творец
  25. Сказкин, С.Д., Чистозвонов, А.Н. Реформация в Швейарии // История средних веков в двух томах / Под ред. С.Д. Сказкина. — 2-е изд.. — М.: Высшая школа, 1977. — Т. 2. — С. 90 — 105. — 325 с. — 50 000 экз.
  26. История средних веков в двух томах. Т. 2./Под ред. Карпова. — М.:Изд-во Моск. ун-та.:Наука, 2005. — С. 131—132
  27. История средних веков в двух томах. Т. 2./Под ред. Карпова. — М.:Изд-во Моск. ун-та.:Наука, 2005. — С. 134—135
  28. J. Kirk Dictionary of Scottish Church History and Theology Wright D.F. et al (eds) Edinburgh 1993 p694
  29. Чистозвонов, А. Н. Нидерландская буржуазная революция XVI века. — 1958. — С. 39 — 49. — 191 с.
  30. Кернс Эрл, «Дорогами Христианства», Москва, Протестант, 1992, стр. 267
  31. [Реформация//БСэ]
  32. Павел Юстен. Посольство в Московию 1569—1572 гг. СПб., 2000.
  33. Пустозерская проза, Москва, Московский рабочий, 1989
  34. Кернс Эрл. Дорогами Христианства. — М., 1992. — С. 286
  35. Ковальский Ян Веруш, «Папы и Папство», Москва, ИПЛ, 1991, стр. 182
  36. Ковальский Ян Веруш, «Папы и Папство», Москва, ИПЛ, 1991, стр. 184
  37. Кернс Эрл, «Дорогами Христианства», Москва, Протестант, 1992, стр. 292
  38. Кернс Эрл, «Дорогами Христианства», Москва, Протестант, 1992, стр. 299
  39. Макс Вебер. «Протестантская этика и дух капитализма», М. 2003

Литература

Научные труды (о Реформации в целом)
  1. Источники по истории Реформации. — М., 1906. — Вып. 1-2
  2. Зноско-Боровский, М. Православие, римско-католичество, протестантизм и лютеранство. — Загорск, 1991.
  3. Ковальский, Ян Веруш Папы и папство. — М.: Политиздат, 1991. — 236 с. — ISBN 5-250-01237-X
  4. Культура эпохи Возрождения и Реформации. — Л., 1981
  5. Лемэтр, Н. Католики и протестанты: религиозный раскол XVI века в новом освещении // ВИ. — 1995. — №10
  6. Очерки истории западного протестантизма. — М., 1995
  7. Смирнов, М. Ю. Реформация и протестантизм : Словарь. — СПб: Издательство СПбГУ, 2005. — 196 с. — ISBN 5-288-03727-2
  8. Соловьёв, Э.Ю. Политико-юридические завоевания Реформации // Философия эпохи ранних буржуазных революций. — М., 1983
  9. Фромм, Э. Бегство от свободы. — М., 1990
  10. Цвейг, Стефан Совесть против насилия: Кастеллио против Кальвина. — М.: Мысль, 1986. — 238 с. — (Библиотечная серия).
  11. Эпоха Реформации. Европа / А.Н. Бадак, И.Е. Войнич, Н.М. Волчек и др. — Минск: Харвест, 2002. — 624 с. — ISBN 985-13-0267-8
Научные труды (о Реформации — по странам)
  1. Английская реформация: документы и материалы. — М., 1990
  2. Бецольд, Ф. фон. История Реформации в Германии. — Спб., 1900
  3. Дементьев, Г.А. Введение реформации в Швеции. — Спб., 1892
  4. Дементьев, Г.А. Введение реформации в Дании. — Спб., 1900
  5. Лифшиц, Г.М. Реформационное движение в Чехии и Германии. — Минск, 1978
  6. Смирин, М. М. Германия эпохи Реформации и Великой Крестьянской войны. — М., 1962
  7. Соколов, В. Реформация в Англии. — М., 1881
  8. Чистозвонов, А.М. Реформация как фактор германской истории XVI в. // Средние века. — М., 1985. — Вып. 48
Теологические труды
Биографии
  1. Гобри, Иван Лютер. — Москва: Молодая гвардия, 2000. — 513 с. — (Жизнь замечательных людей). — 5000 экз. — ISBN 5-235-02389-7
  2. Прозоровская, Б. Мартин Лютер. Его жизнь и реформаторская деятельность. — Спб, 1994
  3. Флауэр, А. Жизнь и вера М. Лютера. — Спб, 1994
  4. Ян Гус; Лютер; Кальвин; Цвингли; Патриарх Никон : Биографические повествования. — 2-ое изд.. — Челябинск: Урал LT, 1998. — Т. 12. — 521 с. — (Библиотека Флорентия Павленкова). — 15000 экз. экз. — ISBN 5-88294-077-X

Wikimedia Foundation. 2010.

Мартин Лютер: христианский богослов и инициатор Реформации | Справка | Вопрос-Ответ

Мартин Лютер знаменит, прежде всего, тем, что положил начало масштабным преобразованиям в религиозном мировоззрении народа на рубеже XV-XVI веков, которые привели к появлению еще одного направления христианства — протестантизма. 

Кем был Мартин Лютер?

Лукас Кранах. Ганс и Маргарита Лютер. 

Мартин Лютер родился в семье бывшего крестьянина, ставшего горным металлургом, а со временем — зажиточным бюргером. Когда мальчику исполнилось 14 лет, его отдали во францисканскую католическую школу, после чего, по велению родителей, он приступил к изучению юриспруденции в университете в Эрфурте. С ранних лет мальчика привлекало богословие, вместе с друзьями он исполнял церковные песнопения под окнами зажиточных горожан.  

В 1505 году против воли родителей Мартин покинул юридический факультет и поступил в Августинский монастырь в Эрфурте. Уже через год служения юноша принял монашеский постриг, а в 1507 году был посвящен в священники. 

В 1508 году его отправили преподавать в один из недавно учрежденных институтов в Виттенберге, где он заинтересовался философскими трудами епископа Августина, одного из выдающихся деятелей христианской церкви. 

Во время одной из своих поездок по Италии в 1511 году Лютер пришел к выводу, что римско-католическая церковь повсеместно злоупотребляет своим положением, выдавая индульгенции за деньги. Это был кризис веры, с которым он долго не мог справиться. 

Вскоре после поездки Лютер получил степень доктора теологии и стал много преподавать. В то же время он очень вдумчиво и кропотливо изучал библейские тексты. В результате его теологических изысканий у Лютера сформировались свои собственные убеждения о том, как верующий должен служить Богу, что значительно расходилось с тем, что исповедовала католическая церковь.  

«95 тезисов» и начало Реформации

Началом Реформации можно считать «95 тезисов» Мартина Лютера. В 1515-1519 гг. в народе уже начала подниматься волна недовольства деятельностью церкви, но открытых выступлений не было — все боялись попасть в немилость Папы Римского.

95 тезисов Лютера. Commons.wikimedia.org

31 октября 1517 года Мартин Лютер вывесил на дверях виттенбергской Замковой церкви документ, состоящий из 95 тезисов с критикой папства и индульгенций (прощения грехов за деньги). В своем послании, прибитом к двери прихода, он объявил, что церковь не является посредником между Богом и человеком, и давать отпущение грехов Папа не вправе, так как человек спасает свою душу не через церковь, а через веру в Создателя. 

Поначалу тезисы Лютера остались без должного внимания Папы, который посчитал, что это одно из проявлений «монашеских свар» (распрей между разными церковными приходами), которые не были редкостью в те времена. Тем временем Лютер, заручившись поддержкой римского князя Фридриха Мудрого, продолжил распространять свои взгляды на деятельность католической церкви. Только когда Папа прислал к нему своих эмиссаров, богослов согласился прекратить критику сложившихся церковных устоев. 

Отлучение Лютера от церкви 

Одним из ключевых событий периода Реформации стал Лейпцигский диспут, состоявшийся в 1519 году. Иоганн Экк, выдающийся богослов и ярый противник Лютера, вызвал одного из соратников реформатора — Карлштадта — на публичный диспут в городе Лейпциг. Все тезисы Экка были построены таким образом, чтобы осудить идеи и убеждения Мартина Лютера. Присоединиться к диспуту и защитить свою позицию Лютер смог только через неделю после начала диспута. 

Лютер в Вормсе: «На сём я стою…».  Commons.wikimedia.org

Мартин Лютер, в противовес оппоненту, настаивал на том, что главой церкви является Иисус Христос, а папская церковь получила освящение только в 12 веке, не являясь, таким образом, законным заместителем Бога на земле. Спор двух оппонентов длился целых два дня, его свидетелями стало большое количество народа. Прения сторон закончились тем, что Лютер порвал всякую связь с папской церковью. 

Выступление богослова из Эрфурта всколыхнуло народные массы, стихийно начали организовываться целые движения, которые требовали церковных преобразований и ликвидации монашеских обетов.

Особенную поддержку идеи Лютера обрели среди зарождающегося слоя капиталистов, ведь папская церковь сильно подавляла экономическую самостоятельность и предпринимательскую активность народа, осуждая личные накопления.

В 1521 году римский император Карл V издал т.н. Вормсский эдикт (указ), согласно которому Мартин Лютер был объявлен еретиком, а его работы подлежали уничтожению. Каждый, кто оказывал ему поддержку, отныне мог быть отлучен от папской церкви. Лютер прилюдно сжег императорский указ и объявил, что борьба с папским засильем – дело его жизни. 

Мартин Лютер сжигает буллу. Гравюра на дереве, 1557. Commons.wikimedia.org

Покровитель Лютера Фридрих Мудрый тайно отправил богослова в отдаленный замок Вартбург, чтобы о месторасположении предателя узнать не смог Папа Римский. Именно здесь, находясь в добровольном заточении, Лютер занялся переводом Библии на немецкий язык. Надо сказать, что в те времена народ не имел свободного доступа к библейским текстам: переводов на немецкий язык не было, и людям приходилось опираться на те догматы, которые диктовала им церковь. Работа по переводу Библии на немецкий имела большую значимость для народа, и помогла самому богослову утвердиться в своих убеждениях в отношении католической церкви. 

Развитие Реформации

Главная идея Реформации, по мнению Лютера, состояла в ненасильственном ограничении полномочий Папы Римского, без войны и кровопролития. Тем не менее, стихийные выступления народных масс в то время часто сопровождались погромами католических приходов. 

В качестве ответной меры были посланы имперские рыцари, часть которых, впрочем, перешла на сторону зачинщиков Реформации. Это случилось потому, что социальная значимость рыцарей в процветающем католическом обществе сильно снизилась по сравнению с древними временами, воины мечтали восстановить свою репутацию и привилегированное положение.  

Следующим этапом противостояния католиков и реформаторов стала крестьянская война под предводителем еще одного духовного деятеля Реформации – Томаса Мюнцера. Крестьянский бунт был неорганизован и вскоре подавлен силами империи. Тем не менее, даже после окончания войны сторонники Реформации продолжили продвигать свое видение роли католической церкви среди народа. Все свои постулаты реформаторы объединили в т.н. Тетраполитанское исповедание. 

В это время Лютер уже был сильно болен и не мог отстаивать свое видение ненасильственной Реформации перед другими участниками протестного движения. 18 февраля 1546 года он умер в городе Айслебен в возрасте 62-х лет.

Бугенхаген проповедует на похоронах Лютера. Commons.wikimedia.org

Реформация без Лютера

Приверженцев идеи Реформации стали называть протестантами, а тех, кто последовал теологическому учению Матрина Лютера — лютеранами. 

Реформация продолжилась и после ухода из жизни своего идейного вдохновителя, хотя имперская армия нанесла серьезный удар по протестантам. Города и духовные центры протестантизма были разорены, многие приверженцы Реформации оказались за решеткой, даже могила Мартина Лютера была разрушена. Протестанты были вынуждены пойти на значительные уступки католической церкви, тем не менее, идеи Реформации забыты не были. В 1552 году началась вторая крупная война протестантов с имперскими силами, которая закончилась победой реформаторов. В итоге, в 1555 году между католиками и протестантами был заключен Аугсбургский религиозный мир, который уравнивал в правах представителей католицизма, протестантизма и других конфессий. 

Реформация, начавшаяся в Германии, в разной степени коснулась многих европейских стран: Австрии, Дании, Норвегии, Швеции, Финляндии, Франции. Власти этих государств были вынуждены идти на уступки нарастающей народной массе, которая требовала свободы вероисповедания. 

Реформация в Польше | Понятия и категории

Реформационные идеи находили отклик во всех слоях польского общества — среди плебейских масс города и крестьянства, в средних слоях горожан и в шляхте, а также в среде светских магнатов.

Причины этого заключались в могуществе и особых привилегиях католического духовенства. В XVI в. церковные владения составляли в Польше 1/5 всей земли. Церковная десятина, взимавшаяся как с крестьян, так и с других слоёв населения, была весьма разорительна и вызывала всеобщее возмущение, равно как и особые сборы в пользу папской курии, церковных судов и т. п.

Требования отмены десятины, церковной юрисдикции и распространения на духовенство государственных повинностей и налогов сделались важными пунктами, вокруг которых развёртывалась политическая борьба на сеймах. Как и в других странах Европы, широкие слои населения ставили в связь погоню католического духовенства за материальными богатствами с его моральным вырождением, с его формальным и равнодушным отношением к вопросам веры. Краковскому епископу приписывали фразу: «Ты уплачивай десятину, верить же ты можешь хоть в козла». Нараставшее в разных слоях польского общества возмущение против церковного землевладения, против стяжательства католического духовенства и его бесцеремонных методов феодальной эксплуатации содействовало распространению в Польше реформационных идей.

Уже в XV веке в Польшу проникло гуситское учение. Оно нашло особенно благоприятную почву в Великой и Малой Польше и в Поморье.

Под его влиянием реформационное движение зародилось в Польше ещё до выступления Лютера. Одним из его ранних представителей в конце XV — начале XVI века был Бернат из Люблина, который свои разоблачения папской церкви и борьбу против схоластики сочетал с пропагандой в духе учения таборитов, направленной против феодальной эксплуатации. Одновременно в оппозиционных шляхетских кругах Польши распространялись идеи умеренного гусизма.

После выступления Лютера в Германии немецкая часть населения польских городов стремилась придать реформационному движению в Польше характер лютеранства. Вначале идеи Лютера были популярны и в плебейских кругах польских городов. Однако вскоре отдельные плебейские элементы, особенно в Поморье, стали толковать учение Лютера в радикальном духе. Появились также приверженцы анабаптистских идей. В Пруссии в 1525 г. под влиянием происходивших тогда в Гданьске волнений выдвигались народные «статьи» в духе радикальных требований анабаптистов.

Пропагандистом гуманистических и народно-реформационных идей в Малой Польше был профессор Краковской академии Яков из Ильжи, сторонники которого поддерживали тесную связь с «чешскими братьями»и с моравскими анабаптистами. Свою пропаганду среди ремесленников и крестьян Яков из Ильжи и его ученики связывали с восхвалением физического труда и технических знаний и с критикой схоластики.

Как и в других странах, в Польше со второй половины 20-х годов XVI века в анабаптизме одержали верх сторонники непротивленчества и мирного сектантства.

Политической слабостью польских городов объясняется то обстоятельство, что они были мало затронуты реформационным движением. Отдельные прогрессивные деятели из числа сторонников Реформации, проникнутые патриотическим настроением и стремлением к социальной свободе, оставались одинокими. В Кракове реформационное движение горожан приняло характер гуманистического вольнодумства и критики церковной идеологии с позиций естествознания.

С конца 30-х годов XVI века реформационные учения интенсивно распространяются среди шляхты и части магнатов. Светские феодалы, стремившиеся к обогащению путём секуляризации церковных земель и к достижению большей независимости от государственной власти, избрали орудием своей политики кальвинизм. Он привлекал шляхту своей церковной организацией, облегчавшей вмешательство именитых людей на правах старейшин общин в церковную жизнь, в деятельность синодов и школ, что привело бы к зависимости церковных общин от шляхты. Интересам шляхты отвечал и тезис Кальвина о праве сословно-представительных учреждений не повиноваться королевской власти. В то же время представители шляхетско-кальвинистской реформации не допускали изменений и новшеств в области феодального строя. Даже такие просвещённые кальвинисты, как Миколай Рей и Анзельм Гостомский, считали необходимостью умеренную феодальную эксплуатацию крестьян.

Поэтому примкнувшие вначале к кальвинизму демократические элементы из мещан и крестьян отошли от него, образуя своё особое направление реформации — арианство, или антитринитаризм (т. е. отрицание троичности божества), последователи которого называли себя «польскими братьями».

Внутри арианства вскоре выявились два течения. Его умеренное крыло состояло из шляхетских деятелей, которые выступали противниками коренных социальных преобразований. Радикальное же крыло ариан требовало не только освобождения крестьян от крепостной зависимости и от барщины, но и введения «общности имущества». Это последнее требование являлось по существу плебейским выражением требования упразднения феодального землевладения и установления равноправия сословий.

На состоявшемся в 1568 г. арианском синоде раздавались такие обращения к шляхте: «Не следует вам есть хлеб, добываемый тяжёлым трудом бедных холопов ваших, но сами работайте; не следует вам жить в имениях, пожалованных предкам вашим за пролитие крови, продайте же такие имения и раздайте нищим». Радикальные общины ариан по образцу «моравских братьев» ввели у себя общее потребление.

Ариане, как и анабаптисты, традиции которых они продолжали, оставались сектой, не искавшей революционных путей. Их организация сложилась уже в эпоху католической реакции и контрреформации. Значение движения «польских братьев» заключалось, однако, в том, что оно отражало дух социального протеста народных масс против усилившегося феодально-крепостнического гнёта и их стремление к свободе мысли.

Цитируется по изд.: Всемирная история. Том IV. М., 1958, с. 426-428.

«Яйцо, из которого вылупился Лютер» – Weekend – Коммерсантъ

Эразм Роттердамский Я всегда по какому-то необъяснимому врожденному чувству отвращался от сражений и всегда предпочитал выступать на более свободных полях муз, чем сражаться врукопашную «Диатриба, или Рассуждение о свободе воли»


Священник, гуманист, богослов, публицист, признанный ученейшим человеком своего времени. Огромный диапазон его сочинений охватывает и поэзию, и сочинения по педагогике, и филологические исследования, и трактаты по теологии и христианской этике. Но более всего известны, во-первых, его сатира «Похвала глупости», а во-вторых, полемика с Лютером, в которую он был вынужден с неохотой вступить.

«Всему, чего требует Лютер, я учил сам, только не столь резко и не с такими крайностями»,— пожалуй, не без обиды вывел в письме к Цвингли Эразм Роттердамский, надежда учености позднего Ренессанса, один из первых «граждан Европы», человек, дружбы которого все государи домогались так же ревностно, как это будет разве что с Вольтером два с лишним века спустя. Он кривил душой только самую малость: действительно, кто же высмеивал алчность, лень и невежество духовенства так же язвительно, как Эразм, кто же еще так настаивал прежде всякого Лютера на свободе религиозной совести и на необходимости, вооружившись всеми достижениями просвещенного ума, освободить христианское благочестие от налипших на него заблуждений и злоупотреблений. И это Эразм, посягнув на священный авторитет латинского перевода Библии, смело исправил перевод Нового Завета — и был при этом так убедителен, что именно его изданием Нового Завета пользовался Лютер в своих собственных переводческих трудах.

Казалось, что рано или поздно они должны объединиться. Сам авторитет «князя гуманистов» значил многое, и дружелюбная переписка с обласканным могущественнейшими князьями светилом, которая по жанру своему была обречена на публичность, могла придать Лютерову делу дополнительный вес.

И Лютер, героически отложив запальчивость и известный эгоцентризм, пишет в 1519 году письмо Эразму, которое даже с поправкой на принятые в гуманистических эпистолах расшаркивания, кажется чуть ли не самым заискивающим текстом, который вышел из-под пера реформатора. Он риторически интересуется: «Есть ли такой человек, которого до глубины сердца не занимал бы Эразм, которого не учил бы Эразм, в котором не царствовал бы Эразм?» Вежливо удивляется тому обстоятельству, что Эразму «из-за этих пустяков с индульгенциями» стали известны его, Лютера, «побасенки». И рекомендуется так: «Знай, что пишет тебе ничтожный брат во Христе, чрезвычайно ревностный и преданный; впрочем, по невежеству своему он не заслуживает ничего, кроме безвестной могилы: о нем не знает ни небо, ни солнце».

Эразм отреагировал учтиво, но сдержанно. Ставки были слишком высоки, слишком напряженно все ждали от него решительного высказывания за или против нового учения. А это стесняло и пугало. Впрочем, пугало и то, что сторонники и противники Лютера расходятся все дальше, и в воздухе начинают звучать угрозы. Эразм пытается все же высказаться, избрав роль не публичного арбитра, а закулисного примирителя: сторонникам Реформации пишет в том духе, что Лютер, да, во многом, наверно, прав, но не нужно же раскачивать лодку. А официальным властям, светским и церковным,— что Лютер, да, во многом, наверно, неправ, но надо разбираться спокойно и с кротостью. Когда Фридрих, курфюрст Саксонский, припер его к стенке прямым вопросом «Что же нам делать с Лютером?», Эразм, поюлив, ответил, что его дело должны разбирать уважаемые и непредвзятые судьи, а до тех пор никаких репрессий затевать нельзя, потому что, дескать, трудно идти против рожна. И тогда Карл V в 1521 году собирает рейхстаг в Вормсе, который ни к какому примирению не приводит: Лютера осуждают, он бросает в лицо «уважаемым и непредвзятым судьям» свое великое «на том стою» и оказывается вынужденным тайком бежать под защиту курфюрста Фридриха.

И только в 1524 году двое оказываются вынуждены уже без всякой куртуазии и без уверток вступить в открытый поединок. Лютер, понятное дело, был зол на то, что «князь гуманистов» так и не бросился на его защиту, но еще больше его злило то, что виделось ему богословской амбивалентностью Эразма, мягкостью и увертливостью, граничившей со скептицизмом: «Слово неопределенное, сомневающееся, речь колеблющуюся надобно выметать железной метлой, сворачивать в бараний рог, выводить под корень без всякого снисхождения». Эразм, в свою очередь, изнывал под грузом морального и политического долга: если уж не высказался против Рима, то давай-ка теперь доказывай его правоту. Может быть, он отделался бы еще дюжиной-другой изящных увещательных писем, но то, что творили по местам толпы новоявленных лютеран, богословствовавших дрекольем и вилами, видимо, окончательно его побудило все-таки взяться за перо.

Даже тут он бравирует миролюбием и разборчивостью: мог бы написать холерический, шумный, сочащийся желчью и переполненный оскорблениями памфлет вроде тех, что так хорошо удавались самому Лютеру. Но нет. Вместо тотальной атаки на Лютера-учителя, Лютера-вождя и Лютера-человека Эразм (хоть и подпустив пару шпилек в адрес тех, «которые отважно заявляют, что у Лютера в мизинчике заключено более просвещенности, чем у Эразма во всем теле, против чего я, разумеется, сейчас возражать не стану») принципиально сосредотачивается на одном-единственном богословском пункте: свободе воли.

Это действительно обострившийся в пору Реформации, но старый-престарый вопрос. Официальная доктрина сходилась на том, что человеческая свобода грехопадением повреждена, но не упразднена, а абсолютного предопределения не существует, есть только предведение. Однако схоластическая философия, не без влияния арабских перипатетиков, иногда посматривала на учение об абсолютном предопределении с сочувствием. Не торопясь, правда, с нравственными выводами: речь шла скорее о надморальном законе мироздания, в котором нет места случайному и непредусмотренному, а значит, и действительной свободе.

Лютер эту отвлеченную дискуссию переводит в тот регистр, который для его аудитории имел самое жизненное звучание. Если свободы воли нет (не по космическим законам, а из-за повреждения человеческой природы), если без сверхъестественной помощи человек обречен только грешить даже при добрейших намерениях — то, значит, и все традиционные дела внешнего благочестия бессмысленны, и спасти грешника может только благодать, оправдать же — только вера.

В своей диатрибе Эразм подробно разбирает ссылки на Писание, которые говорят о другом, о том, что произвольно выбирать между добром и злом человек все же способен. И ужасается тем выводам, которые можно сделать из Лютерова учения о том, что мы действуем не по своей воле — а значит, и зло творим тоже по воле Бога. «Какое широкое окно для нечестия откроет бесчисленным смертным распространение этих слов! <…> Какой слабый человек выдержит постоянную и очень тяжелую борьбу со своей плотью? Какой дурной человек будет стараться исправить свою жизнь? Кто сможет решиться полюбить всем сердцем Бога, который создал кипящий Тартар с вечными муками и который наказывает несчастных за Свои злодеяния, будто Его радуют человеческие мучения?! А ведь так истолкуют это многие».

Лютер долго собирался с силами для ответа, но, собравшись, не скупился на гневные окрики. «Хмель Эпикура!», восклицает он, «Лукианова зараза!» И сообщает корреспонденту, что в его словах «нет Христа, нет Духа, они холоднее самого льда, и только блеск твоего красноречия скрывает такой порок! Красноречие отняло у тебя, несчастного, страх перед папистами и тиранами, и ты не боишься прослыть вообще безбожником!» Эразмова книжица, мол, «настолько нечестива, настолько богохульна и порочна, что подобной ей никогда еще и не было». Не самый удачный гарнир для аргументов, хотя бы и многочисленных, и подобранных по существу. Эразм замкнулся в раздосадованном молчании; Лютер долго еще говорил друзьям с глазу на глаз, что Эразм этот — бесовская дрянь, клоп, которого раздавить бы, да вони много будет, потом попытался все-таки помириться, но, как можно догадаться, без особого успеха.

Так они и не сошлись, два питомца одной и той же кормилицы ренессансного христианского гуманизма, так уверенные когда-то, что, в сущности, делают — один искусным пером, другой зычными призывами — одно и то же дело. Эразм потом, откровенно признаваясь в трусоватости, говорил, что пользы в его защите Лютера было бы немного: если бы дело дошло до репрессий, то он не стал бы ради истины рисковать головой. Ну и вообще, мол, не всем дано быть мучениками, и разумнее тогда уж правильным велениям папы следовать, раз уж они правильные, а неправильные — как-нибудь терпеть. Слабость одного-единственного человеческого характера — еще не трагедия, но вот крах многолетней уверенности лучших умов континента в том, что всегда можно договориться, что наука, просвещение и отказ от фанатизма приведут ко всеобщему примирению действительно оказался бедой с совсем не академическими последствиями.

Сергей Ходнев

Единение на благо страны. Празднование 500-летия Реформации в «Доме Пашкова»

Приветствуя гостей церемонии, архиепископ Евангелическо-Лютеранской Церкви России Дитрих Брауэр напомнил, что ровно 500 лет назад произошло событие, которое положило начало Реформации: августинский монах Мартин Лютер опубликовал 95 тезисов, в которых выступил с критикой злоупотреблений Церкви. Он не хотел создания отдельной конфессии, но стремился реформировать Церковь. «Да, Реформация привела впоследствии к образованию новой деноминации, но она же научила нас критически вглядываться внутрь себя и принимать различия, признавать ошибки и примиряться во имя Христа», – сказал архиепископ. По его словам, Реформация «совершила переворот в сознании людей», и в первую очередь научила воспринимать Бога «не как далекого и непонятного деспота, но посредством радостной вести Иисуса Христа». Кроме того, одним из краеугольных камней богословия Реформации стало представление о «высоте христианской свободы, которая тождественна глубине ответственности».

Далее он кратко рассказал о многовековом присутствии лютеран в России (до 1917 г. лютеранство было вторым исповеданием по числу последователей), об их вкладе в политическое, экономическое, культурное развитие нашей страны, а также о репрессиях, которым подверглись многие лютеране в советские годы.

По словам архиепископа Брауэра, задача нынешнего поколения последователей Лютера – «восстановление богатейшего лютеранского наследия нашей страны». В связи с этим он с особым удовлетворением сообщил о недавней передаче государством московского кафедрального собора святых Петра и Павла в собственность Евангелическо-Лютеранской Церкви Европейской части России.

Далее архиепископ Брауэр уделил внимание современному положению и активному служению протестантских церквей в России, а также их плодотворному взаимодействию друг с другом и с другими христианскими конфессиями. Одним из плодов совместной работы стали масштабные юбилейные мероприятия по всей стране «с целью раскрытия основной идеи Реформации – возвращение к единым ценностным истокам».

Приветствие Президента Российской Федерации Владимира Путина зачитал первый заместитель Руководителя Администрации Президента Сергей Кириенко. В президентском поздравлении воздается должное Реформации, которая «оказала огромное влияние на развитие мировой культуры, науки, просвещения; коренным образом изменила экономическое и правовое устройство государств и обществ». Особенно подчеркивается, что представители протестантизма «внесли значимый многогранный вклад в развитие России, это важная и неотъемлемая часть нашего культурного и исторического наследия». Также отмечены сегодняшние усилия последователей Лютера по сохранению межрелигиозного мира и сохранению традиционных ценностей.

 От себя же Сергей Кириенко заверил, что «государственная власть России воспринимает протестантов как неотъемлемую часть традиционного религиозного сообщества», особенно ценя такие их качества, как «трудолюбие, патриотизм, нравственное поведение». Он подчеркнул также, что «сегодня государство делает все возможное, чтобы восстановить историческую справедливость, вернуть и восстановить разрушенные храмы, поддержать национальное духовное возрождение». По его словам, то, как все протестантские общины смогли объединиться при подготовке празднования 500-летия Реформации, «показывает хорошее взаимопонимание и возможность совместной работы на благо и протестантских общин, но самое главное – на благо развития нашей страны».

Рюдигер фон Фрич, Чрезвычайный и Полномочный Посол Германии в России, также выразил надежду, что в России произойдет не только возвращение храмов лютеранам, но и «полноценная реабилитация лютеран, пострадавших в годы репрессий». В своей речи он говорил о значении Реформации для немецкой и мировой культуры, упомянув о том, что «более 800 млн. человек по всей планете объединены евангельской верой».

От имени Патриарха Московского и всея Руси Кирилла и от себя лично протестантов поздравил митрополит Волоколамский Иларион (Алфеев), председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата. Сначала он говорил о разрушительности любых расколов, которые «наносят урон христианскому единству», оставляют «плачевные последствия для многих стран». Но, отринув «трагические страницы истории», глава ОВЦС обратился к тому вкладу, который внесла протестантская традиция в сокровищницу мировой культуры и мирового христианства. В качестве примера митрополит назвал Иоганна Себастьяна Баха и посвятил значению его творчества значительный фрагмент своего выступления. Он упомянул также о влиянии протестантского наследия на развитие богословия в России (так, настольной книгой святителя Тихона Задонского было сочинение Иоганна Арндта «Об истинном христианстве», в подражание которому святитель написал свой собственный труд). А труды протестантского богослова ХХ века Дитриха Бонхёффера, лютеранского пастора, «сегодня вдохновляют многих христиан разных конфессий», отметил митрополит Иларион.

Далее речь зашла о традиции: «Многие современные православные и католики привыкли думать о себе как о носителях Церковной Традиции с большой буквы, а о протестантах – как о представителях либерального облегченного христианства». Однако именно в возвращении к исконной христианской традиции видели свое призвание сторонники Лютера, у них была «огромная тяга к истинному христианству». Лютеране создали свою традицию, которой строго придерживаются, продолжил выступавший. И значительная часть российских протестантов сегодня также продолжает «стоять на традиционных позициях в вопросах нравственности». «Несмотря на все разногласия, нас, православных и протестантов, объединяет вера во Христа как Бога и Спасителя», – заключил митрополит Иларион и вручил архиепископу Брауэру 6 томов своей книги «Иисус Христос – жизнь и учение», заметив, что не раз в этих сочинениях ссылался на протестантских богословов.

Апостольский нунций Ватикана в России архиепископ Челестино Мильоре в своей речи продолжил тему христианского единства. «Как католик я особенно горд, что Папа Франциск принял на себя обязанность участвовать в празднествах по случаю юбилея Реформации, не касаясь темы схизм и разделений, чтобы верить в перспективу совместного будущего», – сказал он. Ватиканский дипломат с удовлетворением отметил, что в последние годы «в экуменическом измерении видит преодоление предрассудков о Реформации», и акцентировал две главных темы в протестантском богословии, которые важно осмыслить христианам других конфессий: это религиозная свобода и «центральность» Слова Божия. «Все это рисует новые горизонты нашего свидетельства», возможность преодоления «болезни конфликтности», заключил нунций.

Руководитель Департамента национальной политики и межрегиональных связей города Москвы Виталий Сучков (на фото) поздравил всех собравшихся и огласил приветствие Мэра Москвы Сергея Собянина. «Многие поколения протестантов – российских подданных – оставили яркий след в истории нашего Отечества и его столицы», – отмечено в приветствии. Особо подчёркнута общность духовных, религиозных ценностей: «Самое главное – это стремление протестантов, католиков и православных жить в мире, уважать друг друга и не отрываться от наших общих христианских корней».

С приветствиями в адрес протестантского сообщества также выступили почётные гости: глава комитета Госдумы по развитию гражданского общества, вопросам общественных и религиозных объединений, координатор депутатской группы по защите христианских ценностей Сергей Гаврилов; глава комиссии Общественной палаты РФ по гармонизации межнациональных и межрелигиозных отношений Иосиф Дискин; муфтий Духовного собрания мусульман России Альбир Крганов. От имени главы Российской и Ново-Нахичеванской епархии Армянской Апостольской Церкви архиепископа Езраса Нерсисяна протестантов поздравил священник Георг Вартанян.

«Реформация будет продолжаться в сердцах людей», – на устремленности протестантизма в будущее, на ответственности и способности достойно отвечать на вызовы современности сосредоточился в своем выступлении президент Генеральной конференции церкви Адвентистов Седьмого дня Тед Вильсон. С приветствиями выступили также лидеры российских протестантов: председатель Российского союза евангельских христиан-баптистов Алексей Смирнов; председатель Всесоюзного содружества евангельских христиан Павел Колесников, начальствующий епископ Российской церкви христиан веры евангельской Эдуард Грабовенко и начальствующий епископ Российского объединённого Союза христиан веры евангельской (пятидесятников) Сергей Ряховский.

По традиции, торжественное собрание сопровождалось симфонической и хоровой музыкой. Государственный академический Московский областной хор, хор Церкви Адвентистов Седьмого дня и камерный оркестр «Инструментальная капелла» исполняли произведения Баха, Мендельсона, Бортнянского, а также фрагмент из оратории «Страсти по Матфею» митрополита Илариона (Алфеева).

Прощаясь с гостями церемонии, организаторы позаботились об оригинальных подарках: каждый получил тульский пряник с надписью «500 лет Реформации».

 

По информации Благовест-инфо

Фото пресс-службы Российского объединённого Союза христиан веры евангельской (пятидесятников)

15 интересных фактов о Мартине Лютере – Православный журнал «Фома»

Приблизительное время чтения: 7 мин.

500 лет назад монах-августинец Мартин Лютер прибил к дверям храма в Виттенберге свои знаменитые 95 тезисов. Что доказывал в них родоначальник Реформации? Кем был он сам? И какие последствия это все имело?

1. Мартин Лютер (10 ноября 1483 – 18 февраля 1546 г.) – родоначальник Реформации, в ходе которой возникает протестантизм как одно из трёх (наряду с православием и католицизмом) главных направлений христианства. Название «протестантизм» возникает из так называемой Шпайерской протестации. Это был протест, поданный в 1529 году шестью князьями и четырнадцатью свободными немецкими городами на рейхстаге в Шпайере, против преследования лютеран. По названию данного документа сторонники Реформации получили впоследствии название протестантов, а совокупность возникших в результате Реформации некатолических конфессий – протестантизм.

2.  Началом Реформации считается 31 октября 1517 года, когда монах-августинец Мартин Лютер прибил к дверям храма в Виттенберге, где обычно проводились торжественные университетские церемонии, свои знаменитые 95 тезисов. В них пока не было ни отрицания верховной власти римского папы и тем более объявления его Антихристом, ни вообще отрицания церковной организации и церковных таинств как необходимых посредников между Богом и человеком. Тезисы оспаривали практику индульгенций, которая в то время особенно широко распространилась в целях покрытия расходов на строительство собора святого Петра в Риме.

95 тезисов Мартина Лютера

3. Доминиканский монах Иоганн Тецель, который был агентом по продаже папских индульгенций и который беззастенчиво ими торговал и тем самым спровоцировал Мартина Лютера, прочитав 95 тезисов, заявил: «Я добьюсь, чтобы через три недели этот еретик взошел на костер и в урне проследовал к небу».

Тецель утверждал, что индульгенции имеют большую силу, чем само Крещение. Про него рассказывают следующую историю: один аристократ в Лейпциге обратился к Тецелю и попросил простить ему грех, который он совершит в будущем. Тот согласился при условии немедленной оплаты индульгенции. Когда Тецель покинул город, аристократ нагнал его и побил, сказав, что именно этот грех он подразумевал.

4. Мартин Лютер родился в семье бывшего крестьянина, ставшего преуспевающим горным мастером и зажиточным бюргером. Его отец принимал участие в прибылях, получаемых с восьми шахт и трех плавилен («огней»). В 1525 году Ганс Людер завещает своим наследникам 1250 гульденов, на которые можно было приобрести поместье с пахотными землями, лугами и лесом. Вместе с тем, семья жила очень умеренно. Питание было не слишком изобильным, экономили на одежде и топливе: например, мать Лютера наравне с другими горожанками собирала зимою хворост в лесу. Родители и дети спали в одном алькове.

5. Настоящая фамилия родоначальника Реформации – Людер (Luder или Luider). Уже став монахом он много общался и переписывался с гуманистами, среди которых было принято брать себе звучные псевдонимы. Так, например, Герард Герардс из Роттердама стал Эразмом Роттердамским. Мартин в 1517 году скрепляет свои письма именем Eleutherius (в переводе с древнегреческого – «Свободный»), Elutherius и, наконец, не желая далеко отходить от имени отца и деда, Luther. Первые последователи Лютера называли себя еще не лютеранами, а «мартинианами».

6. Отец мечтал видеть своего способного сына преуспевающим адвокатом и смог обеспечить сыну хорошее образование. Но неожиданно Мартин решает стать монахом и вопреки воле отца, пережив сильный конфликт с ним, поступает в Августинский монастырь. Согласно одному из объяснений, однажды он попал в очень сильную грозу, когда молния ударила совсем рядом с ним. Мартин почувствовал, как он потом сказал, «чудовищный страх перед внезапной смертью» и взмолился: «Помоги, святая Анна, я хочу стать монахом».

7. Отец, узнав о намерении Лютера принять монашеский постриг, пришел в бешенство и отказал ему в благословении. Другие родственники заявили, что вообще не хотят его больше знать. Мартин был в затруднении, хотя и не был обязан спрашивать разрешения отца. Однако летом 1505 года в Тюрингии свирепствовала чума. Два младших брата Мартина заболели и умерли. Затем из Эрфурта родителям Лютера сообщили, что и Мартин стал добычей чумы. Когда выяснилось, что, к счастью, это не так, друзья и родственники стали убеждать Ганса, что он должен позволить своему сыну стать монахом, и отец в итоге дал согласие.

8. Когда была подготовлена папская булла с отлучением Лютера «Exsurge Domine» («Восстань, Господь…»), она была доставлена на подпись папе Льву X, охотившемуся в своем поместье на дикого кабана. Охота была неудачной: кабан ушел виноградниками. Когда расстроенный папа взял в руки грозный документ, то прочел его первые слова, которые звучали так: Восстань, Господь, и Петр, и Павел… на дикого кабана, который опустошает виноградник Господень». Папа тем не менее подписал буллу.

9. На Вормсском рейхстаге 1521 года, где в присутствии германского императора слушалось дело Лютера и от него требовали отречения, он произносит свою знаменитую фразу «Я здесь стою и не могу иначе». Вот его более полные слова: «Если я не буду убежден свидетельствами Писания и ясными доводами разума — ибо я не верю ни папе, ни соборам, поскольку очевидно, что зачастую они ошибались и противоречили самим себе, — то, говоря словами Писания, я восхищен в моей совести и уловлен в слово божье… Поэтому я не могу и не хочу ни от чего отрекаться, ибо неправомерно и неправедно делать что-либо против совести. На том стою и не могу иначе. Помоги мне бог!».

Лютер в семейном кругу

10. Реформация расколола западный мир на католиков и протестантов и породила эпоху религиозных войн – как гражданских, так и международных. Они длились более 100 лет до Вестфальского мира 1648 года. Эти войны принесли много горя и несчастий, в них погибли сотни тысяч людей.

11. Во время немецкой Крестьянской войны 1524–1526 годов Лютер выступил с резкой критикой восставших, написав «Против убийственных и грабящих орд крестьян», где назвал расправу с зачинщиками беспорядков богоугодным делом. Впрочем, во многом восстания были вызваны реформационным брожением умов, порожденным Лютером. На пике восстания весной-летом 1525 года в событиях участвовало до 300 000 человек. По современным оценкам, количество погибших составило около 100 000 человек.

12. Лютер решительно отверг принудительное безбрачие духовенства, в том числе и на собственном примере. В 1525 году он, бывший монах, в возрасте 42 лет женится 26-летней и тоже бывшей монахине Катарине фон Бора. В браке у них родилось шесть детей. Вслед за Лютером женится и другой лидер Реформации из Швейцарии У. Цвингли. Кальвин не одобрил эти поступки, а Эразм Роттердамский сказал: «Лютеранская трагедия переходит в комедию, и всякие смуты кончаются свадьбой».

13. Лютер в 1522 году переводит на немецкий язык и издает Новый Завет, а в последующие 12 лет и Ветхий Завет. Этой лютеровской Библией немцы пользуются до сих пор.

Библия Лютера

14. Согласно великому немецкому социологу Максу Веберу в его знаменитой работе «Протестантская этика и дух капитализма», Лютер не только положил начало Реформации, но и дал решительное начало зарождению капитализма. Протестантская этика определила по Веберу дух Нового времени.

15.  В отличие от Православия лютеранство признает лишь два полноценных таинства – Крещение и Причастие. Лютер как таинство отверг даже покаяние, хотя его «95 тезисов» начинались с требования, «чтобы вся жизнь верующих была покаянием». Также в протестантизме практически с самого начала начались сильные споры о природе евхаристии и способе присутствия в ней Господа.

Лютер по этому важнейшему вопросу сильно разошелся с Цвингли и Кальвином. Последние понимали присутствие Тела и Крови Христа лишь как символические, «возгревающие веру» действия. Лютер же, отвергнув учение о пресуществлении, не смог в полемике с реформатами-швейцарцами отказаться от реального, но невидимого присутствия Христа в хлебе и вине. Таким образом, таинство причащения Лютер допускал, считая, что в нем присутствует Христос, но полагал его как некое специфическое или «сакраментальное единение» материальным хлебом и вином, не конкретизируя природы этого сопребывания. Позже в одном из вероучительных документов лютеранства, «Формуле согласия» (1577), будет выработана такая формула соприсутствия Тела и Крови Христа: «Тело Христово присутствует и преподается под хлебом, с хлебом, в хлебе (sub pane, cum pane, in pane)… этим способом выражения мы желаем научить таинственному единению неизменяемой субстанции хлеба с Телом Христовым».

 

Сильно разнится и отношение к священству. Хотя Лютер признавал необходимость священства, в вероучительных лютеранских книгах нет ни слова о преемственности пастырского служения, ни об особом посланничестве свыше. Право рукоположения признается за любым членом Церкви (посланничество снизу).

Лютеране также отрицают призывание и помощь святых, почитание икон и мощей, значение молитв за умерших.

Как пишет протоиерей Максим Козлов в книге «Западное христианство: взгляд с Востока», «Лютер имел намерение освободить верующих от духовного деспотизма и произвола. Но, отвергнув авторитет папы, он в силу логической необходимости, отверг и авторитет римско-католической иерархии, а затем святых отцов и Вселенских соборов, то есть отверг все вселенское Священное Предание. Отвергнув же во имя личной свободы весь авторитет Церкви, Лютер тем самым дал полный произвол в делах веры, что привело к разделению и отпадению от Римской Церкви. Дав народу Библию на немецком языке, немецкий реформатор считал, что Священное Писание ясно само по себе и что всякий человек, не закоснелый во зле, будет правильно понимать его без руководства Преданием Церкви. Однако он ошибся: даже ближайшие сподвижники его различно толковали одно и то же библейское место.

Итак, полное отрицание всех авторитетов и возведение в степень авторитета личного мнения, субъективного принципа, то есть рационализм в области веры, – вот к чему пришел Лютер в борьбе со злоупотреблениями католичества».

На заставке картина Антона фон Вернера. Лютер в Вормсе: «На сём я стою…».

Источник фото wikipedia.org

 

 

Реформация 500:50 Фигурок Реформации

Когда мы отмечаем 500 годовщину Реформации, Living Lutheran исследует 500 своих уникальных аспектов, продолжая нашу серию в этом месяце с 50 фигурами Реформации.

1

Джон Уиклиф (ок. 1329 -1384)

Часто называемый «Утренней звездой Реформации», Уиклиф был английским теологом, наиболее известным тем, что первым перевел Библию на английский язык.Он отверг папскую власть и считается первым предшественником Реформации.

2

Ян Гус (ок. 1369-1415)

Под влиянием Виклифа Гус был чешским священником, выступавшим за церковную реформу. Он был сожжен на костре после того, как был признан виновным в ереси, развязав гуситские войны, в которых его последователи восстали против римско-католических правителей.

3

Иероним Пражский (ок. 1379-1416)

Один из центральных последователей Гуса, Иероним был чешским теологом, который стремился к радикальной и радикальной церковной реформе.Он был сожжен на костре за ересь на Констанцском соборе.

4

Иоганн Гутенберг (ок. 1398-1468)

Изобретатель подвижной печати в Европе, Гутенберг положил начало революции печати, сыгравшей ключевую роль в Реформации, распространив печатные работы, посвященные идеям Реформации, по всей Европе.

5

Вессель Гансфорт (1419–1489)

Гансфорт, которого называли «реформатором до Реформации», был голландским теологом и ранним гуманистом, чьи работы вдохновили Мартина Лютера и Хульдриха Цвингли.Он был сторонником многих позиций, укоренившихся в Реформации.

6

Джироламо Савонарола (1452–1498)

Итальянский монах-доминиканец Савонарола осудил церковную коррупцию. Когда Медичи были свергнуты в 1494 году, Савонарола стал лидером Флоренции, способствуя развитию республики. Он был отлучен от церкви и казнен за ересь, но его произведения повлияли на Лютера и других более поздних реформаторов.

7

Мартин Лютер (1483-1546)

Лютер стремился ко многим из тех же реформ, за которые ранее выступали другие, в том числе один из его героев, Гус. Но именно немецкий монах привел в действие серию событий, которые изменили западную цивилизацию.

8

Иоганн фон Штаупиц (ок. 1460-1524)

Викарий ордена августинцев Виттенбергского университета фон Штаупиц руководил молодым Лютером в трудный духовный период. Хотя фон Штаупиц сам не был реформатором, его упор на Божью благодать сильно повлиял на Лютера.

9

Хулдрих Цвингли (1484-1531)

Центральная фигура-основатель швейцарской Реформации, Цвингли был священником, возглавившим альянс реформированных кантонов Швейцарской Конфедерации против римско-католических кантонов.Цвингли был убит в бою, но Цюрих остался протестантским городом.

10

Дезидериус Эразм (1469-1536)

Голландский гуманист и священник, перевод Нового Завета на греческий язык Эразмом помог осуществить Реформацию. Хотя он критиковал папство, он также отвергал многие идеи Лютера.

11

Иоганн Оеколампадий (1482-1531)

Немецкий гуманист и проповедник Оеколампадий работал с Цвингли и Эразмом над распространением усилий Реформации в Базеле, Швейцария.Его богословие позже оказало особое влияние на Жана Кальвина.

12

Андреас Карлштадт (1486-1541)

Этот немецкий теолог и профессор был одним из первых сторонников Лютера. Карлштадт в конце концов порвал с ним из-за желания продвигать более радикальные реформы.

13

Томас Кранмер (1486-1541)

Лидер английской Реформации, Кранмер был первым протестантским архиепископом Кентерберийским и автором «Книги общей молитвы».Он был сожжен на костре за ересь, но реформы, за которые он выступал, привели к образованию англиканской церкви.

14

T Homas M üntzer (ок. 1489-1525)

Крупный немецкий радикальный проповедник, теолог и реформатор, Мюнцер был лидером крестьянского восстания 1525 года, во время которого он был схвачен, затем предан суду и казнен.

15

Мартин Бусер (1491-1551)

Этот лидер Реформации из Страсбурга, Германия, непрерывно работал над устранением разногласий между группами внутри Реформации.Он повлиял на лютеранство, кальвинизм и развитие англиканства.

16

W olfgang Capito (ок. 1478-1541)

Капито был немецким священником, который стал центральным реформатором в Страсбурге. Как и Бусер, он стремился объединить различные группы в рамках движения Реформации.

17

C aspar Hedio (1494-1552)

Немецкий теолог и историк, Эдио работал с Бусером и Капитоном над усилиями Реформации в Страсбурге. Он стремился распространить Реформацию на неизведанные территории.

18

Катарина Шютц Целль (ок. 1497-1562)

Зелл был реформатором Страсбурга, который проводил кампании и писал брошюры о праве духовенства на вступление в брак и необходимости женщин проповедовать Евангелие. Она была одной из первых протестантских женщин, вышедших замуж за представителя духовенства.

19

Филипп Меланхтон (1497-1560)

Меланхтон, широко известный как интеллектуальный и образовательный лидер лютеранской реформации, опубликовал первый протестантский текст систематического богословия «Loci Communes.Он сменил Лютера как фактического лидера Реформации.

20

K Атарина фон Бора (ок. 1499-1552)

После того, как фон Бора заинтересовался движением Реформации, она скрылась от своей жизни в качестве монахини с помощью Лютера. В 1525 году она и Лютер поженились. Фон Бора управлял финансами семьи, в том числе имел дело с возвещателями Лютера.

21

Аргула фон Грумбах (ок. 1492–1554)

г. Первая женщина-богослов и автор Реформации, фон Грумбах была баварской дворянкой, которая публично выступала за Реформацию.Известно, что она бросила вызов преподавателям Ингольштадтского университета по поводу наказания лютеранского студента.

22

N Иколаус фон Амсдорф (1483-1565)

Немецкий профессор фон Амсдорф был близким другом и главным сторонником Лютера. Он был известен своей строгой приверженностью теологии Лютера, что приводило к спорам с Меланхтоном и Бусером, в которых он считал компромисс с верованиями Лютера.

23

Йоханнес Бугенхаген (1485–1558)

Известный как «второй апостол севера», Бугенхаген был реформатором, который помогал организовывать лютеранские церкви в северной Германии и Скандинавии. Он служил пастором Лютера в Виттенберге и пользовался уважением за свои организаторские способности.

24

Генрих VIII (1491-1547)

Король Англии с 1509 по 1547 год, Генрих VIII инициировал английскую Реформацию из-за своего несогласия с папой по поводу расторжения его первого брака. Он стал верховным главой церкви в Англии после того, как парламент принял закон, ограничивающий папскую власть.

25

Уильям Тиндейл (ок.1494-1536)

Английский ученый и богослов, Тиндейл сделал один из первых переводов Библии на английский язык. Он был признан виновным в ереси и казнен. Сообщается, что его последними словами были: «Господи! Открой глаза королю Англии! »

26

Маргарита де Наварра (1492-1549)

Принцесса Франции и королева Наварры де Наварра поддержала Реформацию, финансово спонсируя работу реформаторов и предоставляя им убежище, когда они бежали от преследований.

27

Жанна д’Альбре (1528–1572)

Дочь Маргариты Наваррской, д’Альбре была королевой, правившей в Наварре с 1555 по 1572 год. Более открытая в своей поддержке Реформации, чем ее мать, д’Альбре публично обратилась в протестантизм и стала центральным политическим лидером гугенотов. .

28

Мария Дентиер (ок. 1495-1561)

Бельгийская настоятельница, оставившая свой монастырь после участия в Реформации, Дентьер была первой женщиной-богословом Женевской Реформации.Она подчеркнула необходимость того, чтобы женщины играли более важную роль в церкви.

29

Иоахим Вадиан (1484–1551)

Союзник Цвингли, швейцарский гуманист Вадиан стал мэром Санкт-Галлена, Швейцария, в 1526 году и обратил город в протестантизм.

30

Ганс Таузен (1494-1561)

Известный как «датский Лютер», Таузен был монахом, который учился у Лютера, прежде чем возглавить Реформацию в Дании. После успеха Реформации он был назначен епископом Рибе.

31

Лаврентий Петри (1499–1573)

Петри вместе со своим братом Олаусом был лидером Реформации в Швеции. Он служил первым евангелистско-лютеранским архиепископом Швеции и в первую очередь отвечал за первый перевод Библии на шведский язык.

32

J и Ласки (1499-1560)

Польский священник, ставший реформатором, Ланский испытал сильное влияние Цвингли и стал лидером кальвинистской Реформации.

33

Менно Симонс (1496-1561)

Голландский священник, который стал центральным лидером анабаптистов и защитником этического христианства, Саймонс был пацифистом-реформатором, последователи которого сформировали меннонитскую церковь.

34

Петр мученик Вермигли (1499-1562)

Итальянский аббат, ставший лидером Реформации, Вермигли бежал в протестантскую северную Европу, где стал профессором. Он порвал с Лютером из-за взглядов на евхаристию, которые повлияли на реформатскую традицию.

35

Конрад Гребель (1498-1526)

Соучредитель движения швейцарских братьев Гребель был последователем Цвингли, который отказался от более радикальных позиций. Он совершил первое взрослое крещение Реформации.

36

Генрих Буллингер (1504-1575)

После Цвингли Бюлинджер был избран главой цюрихской церкви.Там, где Буллинджер и Лютер не смогли объединиться из-за разногласий, связанных с Вечерей Господней, он и Жан Кальвин пришли к соглашению, положив начало реформатской традиции.

37

Джон Кальвин (1509-1564)

Самый выдающийся деятель второго поколения Реформации, французский богослов Кальвин работал над реформированием церкви в Женеве, Швейцария. Его «Институты христианской религии» помогли сформировать основу кальвинизма или реформатской традиции.

38

Пьер Вирет (1511–1571)

Один из ближайших друзей Кальвина, Вирет был пастором в Лозанне, Швейцария, где он основал первую реформатскую академию в городе. Во многом благодаря усилиям Вирет Лозанна стала второй после Женевы тренировочной площадкой для реформатских проповедников.

39

Уильям Фарел (1489-1565)

Известный в Реформации как «Илия Альпийский», Фарель был французским евангелистом, основавшим реформатскую церковь во франкоязычных кантонах Швейцарии.Он прославился тем, что убедил Кальвина возглавить реформацию в Женеве.

40

Михаил Сервет (ок. 1511-1553)

Испанский врач и богослов, Сервет участвовал в Реформации, но в конечном итоге разработал теологию нетринитарного христианства, что вызвало осуждение как протестантами, так и католиками. Он был сожжен на костре кальвинистами в Женеве за ересь.

41

Джон Нокс (ок.1513-1572)

Лидер шотландской Реформации, Нокс был священником, который опирался на принципы Кальвина. Он руководил составлением конституции и литургии шотландской реформатской церкви, что привело к созданию пресвитерианской церкви Шотландии.

4 2

G Эорге Вишарт (1513-1546)

Уишарт был шотландским священником, который популяризировал учения Реформации, особенно Кальвина и Цвингли, в Шотландии.Хотя Уишарт был сожжен на костре за ересь, его мученичество вдохновило Нокса и других на распространение движения.

43

Аонио Палеарио (1500-1570)

Под влиянием Эразма этот итальянский гуманист выступал за примат Писания над традициями. Автор книги «Благо Христовой смерти» Палеарио был осужден и казнен за ересь в Риме.

44

Лукас Кранах Старший (1472–1553)

Один из самых влиятельных немецких художников -х годов -го века, Кранах был другом Лютера и писал алтари, придворные портреты и портреты реформаторов. Он стремился распространять лютеранские идеи через свою работу.

45

Юстус Йонас (1493–1555)

Богослов, профессор и автор гимнов, Йонас был коллегой Лютера и соавтором Аугсбургского Исповедания. Он перевел на немецкий язык произведения Лютера и Меланхтона с латыни.

46

Мартин Хемниц (1522-1586)

Хемниц, немецкий реформатор во втором поколении, стремившийся объединить лютеранскую церковь, был известен как «Второй Мартин.Он служил суперинтендантом церквей Брауншвейга.

47

Матиас Флаций Иллирик (1520-1575)

Пионер в герменевтике и истории церкви, хорватский богослов Иллирик вызвал раскол в лютеранстве, заняв более консервативный взгляд на адиафору (теологические несущественные вещи), чем Меланхтон.

48

Primo ž Трубар (1508-1586)

Автор первой печатной книги на словенском языке, Трубар был основателем словенского литературного языка, а также основателем и первым суперинтендантом протестантской церкви герцогства Карниола.

49

Теодор Беза (1519-1605)

Французский богослов Беза был преемником Кальвина на посту лидера Реформации в Женеве. Вместе с Кальвином он стал соучредителем Женевской академии, тренировочного центра кальвинистов.

50

Иржи Тржановский (1592-1637)

Как «Лютер славян», Тржановский был лютеранским священником, сочинителем гимнов и профессором из Тешинской Силезии, который стал основоположником словацкой гимнодии.

Подробнее о:

Straßburg — Reformationsstädte Europas

Die Hauptstadt des Elsass hat eine lange europäische Geschichte im deutsch-französischen Kulturraum und ist Sitz zahlreicher europäischer Institutionen. Das Zentrum der Stadt mit seinen zahlreichen Fachwerkhäusern und dem Straßburger Münster zählt zum UNESCO-Weltkulturerbe.

Schon früh konnte die Reformation in Straßburg Fuß fassen. Reformatoren, wie Wolfgang Capito, Caspar Hedio und Matthäus Zell erreichten mit ihrer evangelischen Predigt weite Teile der städtischen Bevölkerung. Als der Rat der Stadt Matthäus Zell das Predigen auf der Kanzel des Münsters untersagte, bauten die Schreiner ihm 1522 eine tragbare Kanzel, um das Wort Gottes weiterhin unter die Menschen zuedingen.Mit dem Auftreten des Reformators Martin Bucer setzte sich die Reformation in Straßburg durch und gewann an Bedeutung und Ausstrahlungskraft für ganz Europa. 1530 legte die Stadt mit drei weiteren Städten für den Reichstag в Аугсбурге ein eigenes evangelisches Glaubensbekenntnis, die Confessio tetrapolitana , vor. Darin kam die Grundausrichtung der oberdeutschen Reformation als Vermittlung zwischen Wittenberg und Zürich zum Ausdruck.

Vermehrt nahm die Stadt auch evangelische Glaubensflüchtlinge aus Frankreich auf, für die ab 1538 Johannes Calvin als Pfarrer in Straßburg wirkte. An der ebenfalls 1538 neugegründeten Hohen Schule lehrten die Straßburger Reformatoren und fanden Zulauf von Studenten, die zum Teil von weit her dem Ruf der Straßburger Hohen Schule folgten. Durch sie und die vielen in Straßburg ansässigen Druckereien wurde das reconatorische Gedankengut weit verbreitet.

Eine besondere Bedeutung kommt in Straßburg den Frauen der Reformation zu: Katharina Zell war nicht nur die Ehefrau eines Reformators und gehörte damit zum Kreis der ersten evangelischen Pfarrfrauen, sie unterhielte imangelischen Pfarrfrauen, sie unterhielte im Griefwechsel organ daneben die Hilfe für die Glaubensflüchtlinge.

Das correatorische Erbe находится в Штрасбурге, на улице Ортен-Пресен. Im malerischen Stadtviertel «Маленькая Франция» kann man durch die Gassen des 16. und 17. Jahrhunderts schlendern. Dort findet sich auch ein Bibelmuseum. На улице Томаскирхе, евангелической церкви Штрассбургов находятся больницы Bucer gepredigt und auf der Silbermann-Orgel spielte Albert Schweitzer viele Konzerte zur Finanzierung seines Больницы в Ламбарене. Die evangelisch-theologische Fakultät mit dem angeschlossenen Stift trägt die Tradition protestantischer Bildungsverantwortung und Gelehrsamkeit weiter.In Straßburg befindet sich auch das Institut für Ökumenische Forschung des Lutherischen Weltbunds, das regelmäßig auch Sommerkurse zu aktuellen Fragestellungen der Ökumene anbietet.

Straßburg — eine Stadt mit europäischer Weite, die schon in der Reformationszeit angelegt ist.

Project MUSE — Травма империи в Шекспире и ранней современной культуре

Андерсон, Томас П. 2006. Выполнение ранней современной травмы от Шекспира до Милтона . Олдершот: Ашгейт.94,95 долларов США. viii + 225 с.

Деринг, Тобиас. 2006. Представления траура в шекспировском театре и ранней современной культуре . Нью-Йорк: Пэлгрейв Макмиллан. 74,95 долларов США. viii + 223 pp.

Эллиотт, Дж. Х. 2006. Империи атлантических миров: Великобритания и Испания в Америке 1492-1830 гг. . Нью-Хейвен: издательство Йельского университета. $ 50.00 hc. $ 22.00 sc. xxi + 546 с.

Джордан, Констанс и Карен Каннингем, ред. 2007. Закон Шекспира .Нью-Йорк: Пэлгрейв Макмиллан. 74,95 долларов США. x + 286 с.

Монтроуз, Луи. 2006. Субъект Елизаветы: власть, пол и репрезентативность . Чикаго: Издательство Чикагского университета. $ 64.00 hc. $ 25.00 sc. xii + 341 с.

Шугер, Дебора. 2006. Цензура и чувствительность: регулирование языка в Англии эпохи Тюдоров-Стюартов . Филадельфия: Пенсильванский университет Press. 59,95 долларов США. 346 с.

Когда она поступила хорошо, что еще не так?
Какие империи могли угодить, когда она заболела?

(сэр Уолтер Рэйл, «Океан Синтии» (qtd.by Montrose 2006, 91)

Я давил на меня никого, кроме хороших домовладельцев, сыновей йомена …
Такой товар горячих рабов.

(Фальстаф, Генрих IV , Часть первая, 4.2.14-17)

Король и командующий нашего общего блага,
Император обширного мира, освящаю я
Мой меч, мою колесницу и моих пленников.

(Тит, Тит Андроник 1.1.247-49)

Эти шесть книг представляют захватывающий, в значительной степени ревизионистский взгляд на период раннего Нового времени. 1 Прежде чем определять вклад каждой из этих прекрасных книг в науку в непрерывном потоке исследований эпохи раннего Нового времени, я сначала хотел бы предложить краткий обзор, возможно, знакомого важного поворота событий, который принес ранняя современность.

В шестнадцатом веке потеря хотя бы теоретического правового и религиозного единства церкви и государства, которое формально характеризовало средневековую культуру, эксплуатировалась и осуждалась, воспевалась и оплакивалась реформаторами и контрреформаторами.Насилие и травмы распространились по Европе и повсюду, где европейцы выдвигали свои расколотые и корыстные претензии на суверенитет по всему миру. Безудержное сектантство и разделение привели к религиозным войнам и завоеваниям внутри страны и за рубежом, которые часто причиняли страдания под макиавеллистским видом жертвоприношения какому-то якобы высшему или духовному благу. Утрата Папой власти националистическим и реформаторским силам, а также борьба за вновь открытые земли после Колумба способствовали возникновению монархических империй и различных форм абсолютизма в Португалии, Испании, Франции и Англии.Этот подъем поставил под угрозу традиционные, якобы древние конституции европейского правительства, которое функционировало как составная монархия или даже как монархическая республика, где суверен принимает закон только в парламенте (Elliott 1992; Collinson 1987). Именно об этом говорил главный судья Англии пятнадцатого века сэр Джон Фортескью, описывая Англию как « dominium politicum et regale », то есть как сложную суверенную власть устанавливать закон, таким образом, владение или государство, разделяемое королем и теми, кто люди, которые также конституционно являются частью законодательного и политического процесса (Fortescue 1997, 83).Таким образом, возникло значительное юридическое и основанное на традициях сопротивление подъему абсолютизма, хотя в XVI веке оно было в значительной степени безрезультатным, поскольку ему приходилось как бы прятаться в тени. Сопротивление меркнуло перед оппортунистической, стремящейся к монополии поддержкой имперских схем государственных суверенов. К тому же правовой баланс уже сильно смещен в пользу монарха. Даже в традиционных составных монархиях монархи юридически считали себя императорами в своих владениях, а с буллами Папы Александра VI в 1493-94 гг., Пожертвовавшими Новый Свет Португалии и Испании, эти царства становились все более глобальными с точки зрения последующей борьбы за европейское владычество. неевропейская почва.

Трудно переоценить значение этого империализма раннего Нового времени для всех фаз жизни и культуры как на родной, так и на чужой почве. Шекспир тоже исследовал его корни и последствия во всех драматических и литературных жанрах, в которых он писал. Многие его работы можно считать не зеркалами человеческой натуры, а ее суверенитета …

Реформация и классический либерализм | Джеймс Перон | Радикальный центр

Мартин Лютер, отец протестантской Реформации, не был другом капитализма. Он сказал: «Погоня за материальной выгодой за пределами личных нужд, таким образом, должна казаться признаком недостатка благодати, и поскольку она, очевидно, может быть достигнута только за счет других, что прямо предосудительно». J.A. Хобсон отмечает: «Намерение и личное влияние Лютера не были направлены на то, чтобы освободить экономическое или деловое поведение людей от правил духовной жизни, которыми руководствовалось христианское сообщество. Его прежняя позиция во время реформаторской деятельности заключалась в пренебрежении материальной выгодой, безразличием к экономической жизни.

Хобсон отмечал: «Раннюю лютеранскую церковь, вдохновленную таким образом, нельзя считать дружественной капитализму». Фактически: «Сам Лютер отрицает ростовщичество, да и вообще любые проценты, предполагает определенно реакционное отношение к растущему коммерческому и финансовому капитализму его времени». Однажды великий реформатор сказал: «Обменять что-либо с кем-либо и получить от обмена — это не заниматься благотворительностью, а воровать». Консервативный христианский писатель Эрик фон Кюнельт-Леддин говорит, что Лютер «был типичным медиевистом.И вместо того, чтобы «защищать что-то вроде классического либерализма, Лютер учил всемогуществу государства и выступал против всех форм рационализма, христианского или любого другого». Иезуит Франсиско Суарес был ведущим публицистом Контрреволюции и одним из его аргументов, по словам Дж. Меркиор ( Либерализм: Старый и Новый ), было то, что Лютер «отверг естественный закон».

Суарес счел «темный взгляд Лютера на человеческую греховность» несовместимым с идеей о существовании справедливого общества на Земле.Суарес также счел аргумент о естественных правах полезным для католиков, живущих в районах, где преобладает протестантизм, и выступил за «полное возвращение к перспективе естественного права». Однако Суарес, будучи хорошим католиком, видел эти права не столько индивидуалистическими, сколько целостными и ограниченными социально-нравственными рамками общества. По словам Меркиора, именно знаменитый юрист Хуго Гроций первым использовал эти взгляды на естественные права, «чтобы построить индивидуалистический взгляд на общество».

Лютер довольно ясно высказывался в своих взглядах на гражданское управление.Он сказал:

«Вы видите, как я сказал, христиане — редкие люди на земле. T поэтому необходимо строгое, жесткое гражданское правление в мире, чтобы мир не стал диким, мир исчез, а торговля и общие интересы не были разрушены… Никто не должен думать, что миром можно править без крови. Гражданский меч должен и должен быть красным и окровавленным ».

Барбара Уорд ( Вера и свобода, , Нортон, 1954) говорит: «Социальное учение Лютера, таким образом, направило часть немецкой нации на путь пассивного гражданства и государственного абсолютизма.Она считает, что эта «традиция пассивного принятия государственной власти, несомненно, помогла Гитлеру в обеспечении тоталитарного контроля над немецким народом». Кюнельт-Леддин писал, что реформаторы не были либералами в декадентском или истинном смысле слова. Он утверждал, что классический либерализм «в вере Реформации дает о себе знать только в XVIII веке в результате воздействия Просвещения и рационализма, которые являются поздними потомками Возрождения и поэтому чужды сами по себе духу Реформации».

Я подозреваю, что возникает большая путаница в отношении идей раннего протестантизма, потому что их движение было названо «Реформацией». Люди склонны рассматривать реформацию как прогрессивную или продвигающуюся вперед. На самом деле ни Лютер, ни Кальвин этого не хотели. Они реформировали христианскую церковь в обратном направлении. В частности, они восставали против роли разума, которую Аквинский привел в Церковь. Протестантские реформаторы пытались полностью погасить свет разума.Они не были предшественниками Эпохи Просвещения, но ее самых смертоносных врагов. Фредерик Бейснер, профессор философии Университета Индианы, объясняет, как реформаторы были в яростной оппозиции эпохе Просвещения:

«Если мы посмотрим на раннюю теологию Реформации, становится ясно, что она представляла собой серьезную проблему. к рационализму Просвещения. Лютер и Кальвин твердо поддерживали доктрины, противоречащие принципу верховенства разума.Эти доктрины включают следующее:

1. Все человеческие силы были полностью испорчены грехопадением, так что человек не может достичь спасения своими собственными усилиями или познать Бога посредством своего естественного разума.

2. Что сфера разума — это только возможный опыт, так что он не может обнаружить, объяснить, продемонстрировать или опровергнуть какое-либо убеждение относительно сверхъестественного и духовного царства за его пределами.

3.Что истинное значение Библии не может быть понято разумом, но только духом.

4. Бог полностью превосходит природу человека и отличается от него не только по степени, но и по характеру, так что применять к нему рациональный дискурс — значит только предаваться антропоморфизму.

Если мы рассмотрим все эти моменты, то станет ясно, что раннее богословие Реформации нельзя рассматривать как предшественник, а тем более как основу современного рационализма.Скорее, это его противоположность, даже его враг, попытка возродить дух и мировоззрение средневекового августинизма. Целью Лютера и Кальвина было восстановить эту августинскую традицию — ее учения касаются веры, благодати, греха и предопределения — путем очищения ее от всех языческих и схоластических наслоений. Они хотели восстановить строгий и суровый дуализм Августина между земными и небесными городами, который был затемнен синтезом христианства и язычества Аквинским ».

Выдающийся швейцарский историк Герберт Люти ( Once Again, Calvinism and Capitalism , Encounter , январь 1964) писал: «Восстание Мартина Лютера против мирского Рима эпохи Возрождения было восстанием средневекового духа против современного мира, а не аверс.Фактически, он использовал гораздо более строгий язык для описания Реформации: «Реформация, поскольку она была связана с делами года этого мира года, была также годом и явным протестом против поклонения Золотому тельцу. Говоря современным языком, это была вспышка антикапиталистического движения , которое давно достигло апогея на всех уровнях общества ».

Люди протестантской Реформации

Список некоторых из самых влиятельных людей протестантской Реформации.Протестантская Реформация относится к периоду 15 века, когда некоторые христиане отделились от Римско-католической церкви, начав новые протестантские движения. Эти новые религиозные движения, как правило, подчеркивали важность Библии и верили, что Спасение может быть получено непосредственно от Бога, а не через посредничество священника.

Реформаторы до Реформации

Мейстер Экхарт (1260–1327) немецкий мистик, теолог и философ. Экхарт не имел прямого отношения к Реформации.Однако его радикальные проповеди, в которых говорилось о прямом контакте человека с Божественным, оказали влияние на более позднее формирование мышления Мартина Лютера. Экхарта судили за ересь за его нетрадиционную философию.

Джон Уиклиф (1330–1384) Переводил некоторые из первых версий Библии на английский язык. Уиклиф был одним из первых критиков папства и духовной власти. Он уделял больше внимания Священным Писаниям, отстаивая основанное на Библии христианство. Его последователи были известны как лолларды и были предшественниками Мартина Лютера.

Протестантская Реформация

Ян Гус (1369–1415) Гус был чешским теологом, который пропагандировал радикальные реформы Виклифа и был ключевой фигурой в более поздней протестантской Реформации. Гус критиковал многие аспекты церковного учения и был сожжен на костре за ересь. Однако его учение и мученичество распространились по чешским землям, создав сильное движение реформации.

Дезидерий Эразм (1466–1536) Эразм был католическим священником и известным ученым.Он был заметной фигурой эпохи Возрождения и проповедовал религиозную терпимость. Хотя он оставался католиком всю свою жизнь, он хотел видеть церковную реформу, и его идеи оказали влияние на Реформацию и развитие протестантизма.

Основные фигуры Реформации

Мартин Лютер (1483–1546) Стремился реформировать Римско-католическую церковь, которая, по его мнению, была испорчена и потеряла свою первоначальную направленность. Считается, что это ключевая фигура протестантской Реформации, которая началась, когда Мартин Лютер прикрепил свои 95 тезисов к церковной двери в Виттенберге в 1517 году.

Хульдрих Цвингли (1484–1531) Основная фигура Реформации в Швейцарии и Европе. Цвингли предложил множество реформ католической церкви, основанных на главенстве Библии и под влиянием его учения эпохи Возрождения и работ Эразма.

Томас Кранмер (1489–1556) Архиепископ Кентерберийский во время правления Генриха VIII, Эдуарда VI и Марии I. Кранмер был ключевой фигурой в английской Реформации, уменьшив влияние Святого Престола и написав английскую общую книгу молитвы.

Уильям Тиндейл (1494–1536) был одним из первых, кто напечатал Библию на английском языке. Он работал над переводом Библии на английский язык, даже когда это считалось незаконным. Он был казнен за богохульство после многих лет избегания ареста. Его английская Библия была по иронии судьбы затем принята Генрихом VIII после того, как он отделился от римско-католической церкви.

Жан Кальвин (1509–1564) Французский протестантский реформатор. Кальвин отделился от Римско-католической церкви в 1530 году.Он написал влиятельные христианские произведения, которые поддержали протестантскую Реформацию. Он также ввел новую литургию и форму церковного правления. Его богословские учения легли в основу реформатской, конгрегационалистской и пресвитерианской церквей.

Михаил Сервет (1509–1553) Сервет был гуманистом эпохи Возрождения и влиятельной фигурой в Реформации. Он разработал теологию нетринитарного христианства (отвергая понятие Святой Троицы). Взгляды Сервета осуждались как католиками, так и протестантами.Сервет был сожжен на костре после того, как Кальвин и его последователи осудили его.

Английская Реформация

Генрих VIII (1491–1547) Король Англии с 1509 по 1547 год. Генрих VIII отделил Англиканскую церковь от Рима, что привело к подъему протестантизма в Англии. Он распустил монастыри и уменьшил власть церкви.

Анна Болейн (1501–1536) 2-я жена Генриха VIII. Анна Болейн оказала влияние, заставив Генриха VIII порвать с Римом и основать Англиканскую церковь.Анна Болейн отказалась быть любовницей Генриха — только королевой. Она была коронована королевой в 1533 году, но, не сумев произвести наследника мужского пола, Болейн был казнен в 1536 году.

Королева Елизавета I (1533–1603) Королева с 1558 по 1603 год. После непродолжительного правления она вернула Англию к протестантизму. ее католической сестры Марии. Несмотря на сильную напряженность, она в значительной степени избегала погружения в религиозную рознь. Она также привела свою страну к известному поражению (католической) испанской армады, когда Англия выглядела уязвимой для вторжения.

Томас Кромвель (1485–1540) Правая рука короля Генриха VIII. Кромвель настаивал на том, чтобы Генрих порвал с Римом и основал англиканскую церковь. Кромвель также возглавил роспуск монастырей и наступление на старые религиозные традиции католической веры.

Другие влиятельные фигуры в период Реформации

Иоганн Гутенберг (1400–1468) Гутенберг был изобретателем подвижной печати в Европе. Это положило начало печатной революции, которая позволила распространить печатные произведения по Европе.Также выпустил «Библию Гутенберга». Это изобретение сыграло решающую роль в распространении печатных работ протестантской Реформации.

Образец цитирования: Pettinger, Tejvan. «Знаменитые люди Реформации», Оксфорд, www.biographyonline.net, 11 февраля 2013 г. Обновлено 25 сентября 2017 г.

Реформация

Реформация в Amazon

Соответствующие страницы

Люди эпохи Возрождения (1350–1650 годы) Период Возрождения относится к расцвету искусства и культуры в Европе.В первую очередь в искусстве, но и в науке.

Люди Просвещения (1650–1780 годы)

Христиане — известные христиане от Иисуса Христа и первых апостолов до католических пап и святых. Включает святого Франциска Ассизского, святую Екатерину Сиенскую и святую Терезу.

Известные исторические личности (на протяжении всей истории) Список самых известных деятелей на протяжении всей истории. Включает Будду, Иисуса Христа, Мухаммеда, Юлия Цезаря, Альберта Эйнштейна и Константина Великого.

Новые и улучшенные

Аудиофайл содержит пятнадцать клипов из кавер-версий в местах, где они отличаются от оригинального текста:

  • Lady Marmalade, первоначально авторство Патти Лабелль, переписка Кристины Агилеры и др.; «Мулен Руж» заменяет «Новый Орлеан»
  • Boys of Summer, первоначально Дона Хенли, кавер на The Ataris; «Black Flag» заменяет «Deadhead»
  • Big Yellow Taxi, первоначально Джони Митчелл, прикрытие Эми Грант; «двадцать пять баксов» заменяет «полтора доллара»
  • Kiss Me Deadly, первоначально Лита Форд, кавер на песню Reel Big Fish; «Папа Тэвиса» заменяет «мой старик»
  • No Woman No Cry, первоначально Боб Марли, кавер на песню The Fugees; «Бруклин» заменяет «Тренчтаун»
  • Gimme Gimme Gimme («Человек после полуночи»), первоначально исполнявшаяся ABBA, кавер на песню Ингви Мальмстина; «твоя любовь» заменяет «мужчина»
  • Proud Mary, первоначально исполненная Creedence Clearwater Revival, переплетенная Айком и Тиной Тернер; «tane» заменяет «pain» или «pane»
  • «Я боролся с законом», популяризированный Бобби Фуллером Четвёртым, прикрытый Мертвым Кеннеди; «I» заменяет «закон»
  • «У тебя есть друг», первоначально Кэрол Кинг, кавер на песню McFly; «рука помощи» заменяет «нежная забота»
  • Knocking on Heaven’s Door, первоначально Боб Дилан, кавер на Guns N ‘Roses; «холодный» заменяет «длинный»
  • «
  • » Она действительно собирается с ним гулять? «, Первоначально Джо Джексон, перепевка Голдфингера; «Эми» заменяет «Джинни»
  • «Я выживу», первоначально написанная Глорией Гейнор, прикрытая Cake; «мой гребаный» заменяет «этот тупой»
  • декабрь 1963 года (Oh What a Night), первоначально называвшаяся The Four Seasons, покрытая витамином C; «девяносто три» заменяет «шестьдесят три»
  • My Way, популяризированный Фрэнком Синатрой, переплетенный Сидом Вишесом; «убил кота» заменяет «сделал все это»
  • «Когда мужчина любит женщину», первоначально Перси Следж, перепевка Майкла Болтона; «драгоценный» заменяет «высококлассный»

Использование номера обновления (5. 6.15.3.2.2.2.1.8.2.4.9.1.7.8) в качестве индексов в замененных текстах песен дает ответ РЕФОРМАЦИОНЕРЫ .

После завершения этой загадки на круглой странице появляется следующее анимированное изображение:

Комментарий: вырождение иезуитов — UPI.com

ВАШИНГТОН, 22 марта (UPI) — Упадок иезуитского ордена хорошо проиллюстрирован в разграблении великой книжной программы в крупном католическом университете и изгнании традиционалистского священника, который основал его.

В прошлом году Стэнли Курц из Института Гудзона писал об этом печальном событии в Университете Сан-Франциско в серии достойных уважения статей для National Review. Я полагаюсь на него и Тима Дрейка из Национального католического реестра в повествовании.

Но сначала немного раскрытия и контекста.

Иезуиты, обучавшие меня в колледже Канисиуса в Буффало, штат Нью-Йорк, с 1962 по 1966 год, были яростными контрреформаторами. Члены Общества Иисуса были известны как «воины Христа» и «ударные отряды католической церкви». «

Это была не шутка. Орден был основан в 1540 году бывшим испанским офицером, агрессивным баском по имени Игнатий Лойола, явно военным. В дополнение к обычным обетам бедности, целомудрия и послушания иезуиты дали обет личного послушания папе.

Священники в Канисиусе были очень умными, иногда ироничными, а иногда и непристойными. Некоторые придерживались политических убеждений, которые были умеренно перераспределенными, в духе демократов Нового курса, а некоторые были более консервативными.Но ни один из них не проявил признаков радикализма, симпатии к «альтернативному» образу жизни или враждебности католической ортодоксии.

Все изменилось. Недавно я был шокирован, когда протестантский богослов, человек, отнюдь не враждебный католической церкви, сказал мне, что Общество Иисуса изобилует гомосексуализмом и отвращением к традиционному католицизму. Эти вещи теперь задокументированы в новой книге Питера МакДонаф и Юджина Бьянки «Страстная неопределенность: изнутри американских иезуитов».

Гарри Уиллс в выпуске New York Review of Books от 28 марта написал, что Макдонаф и Бьянки сообщают о «общем соглашении между нынешними и бывшими иезуитами, что в обществе процветает гей-субкультура. Посторонние узнали об этой субкультуре в 2000 году. когда стало известно, что иезуиты десятками страдали или умирали от СПИДа ».

Внутри ордена существует гомосексуальная защитная сеть, которую авторы называют «лавандовой мафией». Гетеросексуалы жалуются, что они меньшинство среди молодых священников и придерживаются более строгих стандартов поведения.

Неудивительно, что в нынешних обстоятельствах многие иезуиты не согласны с учением церкви и больше уважают руководство своего ордена — несмотря на личные обеты послушания Папе — чем церковную власть.

«Некоторые иезуиты пытаются избежать неприятностей, обучая« духовности », — пишет Уиллс, — часто делая упор на восточные религии, а не на католическое богословие». Макдонаф и Бьянки цитируют одного священника, который сказал: «Если бы я мог остаться иезуитом, присоединившись к квакерам, меня бы искушали!»

Большинство иезуитов, в том числе многие на высоких руководящих должностях, не согласны с небольшой группой «реставраторов» внутри ордена, которые согласны с усилиями Папы Иоанна Павла II по возрождению традиционной церкви.

Я считаю разумным заключить, что в нынешнем состоянии упадка иезуитские «прогрессисты» найдут в своей среде форпост католической ортодоксии личным упреком — раздражителем, который необходимо устранить. И на этом вся история.

В выпуске National Review Online от 13 марта Курц написал, что в феврале 2001 года отец Стивен Приветт, недавно назначенный президентом Университета Сан-Франциско, без промедления уволил директоров Института Святого Игнатиуса, небольшой программы, в которой преподавался традиционный католицизм. «в свете его места в русле великой западной мысли.»

Защитники института обратились к Папе Римскому. В ответе Рима содержится призыв к доктринальной целостности, но «президент Приветт быстро ухватился за содержащийся в письме призыв к« сотрудничеству »между« всеми сторонами »для провозглашения победы», — писал Курц. «Более чем очевидно, что президент Приветт обязан и полон решимости уничтожить любой небольшой оставшийся центр традиционного католического обучения в своем университете — и сделать это в прямом нарушении увещеваний самого Ватикана».

Хорошей новостью является появление нового двухгодичного учебного заведения, Кэмпион Колледж, с учебной программой, очень похожей на то, что было в первоначальном институте.Колледж предоставит степень младшего специалиста по гуманитарным наукам как минимум в двух кампусах: один в Сан-Франциско и один в Вашингтоне, округ Колумбия.Его программа по гуманитарным наукам и отличным книгам предназначена для подготовки студентов к переходу в четырехлетние университеты. В Калифорнии его преподаватели будут включать основных членов старого Института Святого Игнатия.

Плохая новость в том, что основателя института и Кэмпион-колледжа отца Жозефа Фессио отправляют в иезуитскую Сибирь. Его начальство направило ученого к капеллану больницы Санта-Тересита в Дуарте, Калифорния., в округе Лос-Анджелес.

Фессио в телефонном интервью сказал, что видит в своем переводе попытку отделить Общество Иисуса от колледжа Кэмпион.

Дрейк в выпуске Национального католического реестра от 20 марта цитирует письмо от 11 марта к Фессио от своего начальника, калифорнийского провинциала иезуитов, отца Томаса Смолича: «Кэмпион-колледж не был и не является частью вашего задания от Общества. Иисуса … Вы не должны иметь никакой роли, общественной или частной, в Кэмпион-Колледже, точно так же, как Кэмпион не имеет отношения к Обществу Иисуса.«

Фессио сообщил UPI, что Смолич отказался сказать, почему он не хочет, чтобы новый колледж был связан с Орденом.

Дрейк пишет: «Отец Фессио сказал Регистру, что ему не сообщали причину переназначения, даже когда он настаивал на ней». Дрейк цитирует слова Смолича: «Если люди хотят связать это с (основанием) Campion, они могут пойти дальше и сделать это».

В системе иезуитов около 100 000 студентов, заметил Фессио, так почему же орден боится 15 потенциальных абитуриентов в Кэмпион?

«Вы прошли до того, как произошла катастрофа», — сказал Фессио, комментируя мой опыт общения со священниками в Колледже Канисиуса.«Они были гетеросексуальны, они были православными, они любили Церковь — они бы умерли за Церковь».

Есть ли связь между потрошением иезуитскими лидерами Института Святого Игнатия и их отрицанием Кэмпион-колледжа и гомосексуальной сетью, которую описывают Макдонаф и Бьянки? Могут ли члены этой «лавандовой мафии» опасаться перспективной когорты элитных студентов-католиков, готовящихся к «воинствующей церкви» — собранию верующих на земле?

Раймонд Деннехи, профессор философии Университета Сан-Франциско, преподавал в первоначальном Институте Святого Игнатиуса, а сейчас преподает на факультете Кэмпион-Колледжа.

UPI спросил Деннехи, управляет ли сеть гомосексуалистов иезуитской провинцией Калифорнии.

«Я не удивлюсь», — ответил он, подбирая слова с криминалистической точностью. Но он продолжал устанавливать связь между этой сетью, существование которой его не удивило бы, и сменой Фессио.

Госпиталь

Санта-Тересита «превратился в ГУЛАГ для обездоленных иезуитов», — сказал он. Ранее отец К.В. «Сэм» Бакли, историк из Университета Сан-Франциско, был «изгнан» туда, потому что, как считает Деннехи, Бакли руководил местным отделением «Храбрость», католической группой гомосексуалистов, которая поощряет целомудрие.

«Они считают православных неприятным напоминанием», — сказал профессор. «Эти ребята сейчас похожи на универсалистов. Сомнительно, что они верят в божественность Христа или реальное присутствие (Иисуса в Евхаристии). Это та великая энчилада в небе, которой могут поклоняться как индуисты, так и буддисты, мусульмане и христиане.

«Они просто не могли больше терпеть Институт (Святого Игнатия)».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.