Сократ это: Недопустимое название — Викицитатник

Содержание

Сократ

Сократ

IGDA/A. Dagli Orti
СОКРАТ

Сократ (Σωκράτης) (470/469-399 до н. э.) — древнегреческий философ. Родился в Афинах, сын ваятеля; сам ничего не писал, проповедовал на улицах и площадях, ставя своей целью борьбу с софистами и воспитание молодежи.

Сократ был одним из родоначальников философской диалектики в смысле нахождения истины при помощи бесед, т. е. постановки определенных вопросов и методического нахождения ответов на них. Наиболее развернуто его взгляды изложены у Платона, его ученика, вследствие чего бывает трудно отделить сократовские мысли от платоновских.

Главным предметом философствования Сократ был человек, основное отличие которого от всего мира — это душа. Сократ понимает душу интеллектуалистически, в первую очередь душа — это разум, но также это и нравственные нормы, следование добродетелям. Поэтому, будучи сутью человека, душа больше, чем тело, нуждается в попечении.

Девизом философии Сократа стало «Познай самого себя» — надпись над входом в храм Аполлона в Дельфах. Сократический метод со всем арсеналом своих приемов (ирония, майевтика, индукция) имел своей целью, сверхзадачей заставить человека заглянуть в себя. При этом Сократ не навязывал готового знания собеседнику, а пытался вместе с ним построить его. Себя он уподоблял повивальной бабке, присутствующей при рождении истины.

Майевтика — это повивальное искусство. Ирония помогала собеседнику увидеть, что его спесь, самомнение основаны на кажущемся знании, частичном, ложном.

Другим девизом Сократа было: «Я знаю, что я ничего не знаю». Ирония расчищает душу.

С помощью индукции, которую, по Аристотелю, Сократ начинает применять первым, он строит нечто общее — понятие, что объединяет изменчивые вещи в один род. Он искал устойчивые нравственные нормы, на которые мог опереться человек для совершенствования своей души. Добродетель — это способ бытийствования, делающий человека тем, чем должен быть.

Сократ в области этики интеллектуалистичен: если человек знает, что есть благо, разве ему захочется плохого? Порочность идет от незнания. Поэтому Сократ и ставит вопросы о благе, мужестве, мудрости, справедливости.

 В вопросе о смерти или бессмертии души Сократ придерживается взглядов орфиков. Душа бессмертна, тело — могила души, умирает тело — начинает жить душа.

 Сократ был философом жизни в подлинном смысле: он жил и умер так, как учил.

Философский словарь / авт.-сост. С. Я. Подопригора, А. С. Подопригора. — Изд. 2-е, стер. — Ростов н/Д : Феникс, 2013, с 401-402.


Вернуться на главную страницу Сократа

 

 

Может, не стоит? Или прошёл бы Сократ педагогическую аттестацию / Newtonew: новости сетевого образования

А в самом деле, давайте представим себе Сократа с компьютерными технологиями. Добился бы Сократ большего? Попробуем разобраться.

Метод Сократа — метод, названный в честь древнегреческого философа Сократа, базирующийся на проведении диалога между двумя индивидуумами, для которых истина и знания не даны в готовом виде, а представляют собой проблему и предполагают поиск. Этот метод часто подразумевает дискуссию, в которой собеседник, отвечая на заданные вопросы, высказывал суждения, обнаруживая свои знания или, напротив, свое неведение.

Итак, метод Сократа направлен на то, чтобы истина родилась в голове у конкретного собеседника. Сократ считал, что знания уже содержатся в головах слушателей, и задачей учителя видел лишь извлечение этих знаний на поверхность, доведение их до сознания человека, что он и делал путем задавания наводящих вопросов или же нахождением противоречий в новых утверждениях собеседника.

«Сократ учит Перикла», масло, холст, 1780 г.

 

А теперь добавим Сократу информационно-коммуникационные технологии.

Поможет ли ему документ-камера? Так ведь все знания содержатся исключительно в головах, никаких документов нет и быть не может. Нужен ли ему интернет? Возможно. Одна из целей Сократа была на начальном этапе при помощи заранее заготовленных вопросов поставить собеседника в тупик («я знаю, что я ничего не знаю»), чтобы потом вместе с ним прийти к новому знанию. Интернет вполне мог бы пригодиться на стадии подготовки этих вопросов (и, кстати, на этапе создания «досье» на собеседника). Но представить себе, что Сократ «гуглит» во время диалогов я не могу. Как и не могу представить того, что он даёт «гуглить» собеседнику. Noblesse oblige. Метод обязывает вести диалог без применения внешних «ходулей».

Окей, скажу я. Не нужен интернет, но давайте сделаем презентацию и тут же, под оливой, покажем собеседнику ярко и наглядно при помощи слайдов всю глубину его незнания. Ведь, как известно, грамотно сделанная презентация позволяет задействовать помимо абстрактного мышления (так называемого «левополушарного», с преобладанием логики и анализа) ещё и образное («правополушарное», с преобладанием эмоций, интуитивного и образного подхода к проблемам).

Казалось бы, круто! Мы добавляем сократическому диалогу новое измерение. Заставляем проснуться спящее правое полушарие головного мозга, ура!

Но не тут-то было. Добавляя эмоции, мы уводим метод очень далеко от Сократа. Сократ с PowerPoint — это уже не Сократ, а коммивояжер, пытающийся продать свои подтяжки обывателям. Стройность метода разрушена. Профессионализм смят: показать красивые картинки (особенно сделанные профессиональным художником) может каждый. Вау-эффект гарантирован. «О, у вас ещё и летает всё, как в Prezi!» И за этими красивыми картинками так легко спрятать то, что наш заезжий коммивояжер даже и не подступился к главному, ради чего Сократ задавал свои вопросы — к прояснению истины. Ведь картинка, заранее подготовленная презентация противоречит самой сути метода Сократа:

«В основе жанра лежит сократическое представление о диалогической природе истины и человеческой мысли о ней. Диалогический способ искания истины противопоставлялся официальному монологизму, претендующему на обладание готовой истиной, противопоставлялся и наивной самоуверенности людей, думающих, что они что-то знают, то есть владеют какими-то истинами. Истина не рождается и не находится в голове отдельного человека, она рождается между людьми, совместно ищущими истину, в процессе их диалогического общения.

Сократ называл себя «сводником»: он сводил людей и сталкивал их в споре, в результате которого и рождалась истина; по отношению к этой рождающейся истине Сократ называл себя «повивальной бабкой», так как он помогал её рождению. Поэтому и свой метод он называл «родовспомогательным». Но Сократ никогда не называл себя единоличным обладателем готовой истины».

(М. М. Бахтин. Проблемы поэтики Достоевского. М., 1963. C. 63-66)

Но ничего. В запасе у нас есть еще одна ипостась ИКТ — коммуникация. Компьютер может помочь нашему Сократу вести диалог, невзирая на расстояния.

Чат с Сократом? Ого!

Но стал ли чат с Сократом чем-то иным по сравнению с диалогом в оливковой роще? Да нет, это тот же самый диалог. Ничего нового. Разве что собеседники не проговаривают свои реплики, а печатают их на клавиатуре. Но, в самом деле, есть ли разница?

Другое дело, что теперь Сократ может вести «сеанс одновременной игры». Почему бы не вести диалог с двумя, тремя, десятью собеседниками одновременно? Сократ-многостаночник! Массовый онлайн-курс «Диалоги с Сократом» — сегодня и ежедневно!

Стоп.

Идея, конечно, хорошая, но сократовский диалог предполагает глубокое проникновение в точку зрения собеседника, его логику и понимание сути проблемы. Это не формализованный вопросник, а индивидуальная, глубоко продуманная система задавания вопросов. По сути, Сократ «влезает в голову» собеседника и заставляет его самого найти ответ на свой вопрос. Возможно ли это при поточном методе? Сомневаюсь, что такой «сеанс одновременной игры» под силу даже гроссмейстеру.

«Ну, что сынку, помогли ли тебе твои ляхи?»

А теперь вернёмся в нашу школу.

Профессиональный стандарт педагога требует от нас наличия «Профессиональной ИКТ-компетентности», определяя её следующим образом: «квалифицированное использование общераспространенных в данной профессиональной области в развитых странах средств ИКТ при решении профессиональных задач там, где это необходимо».

Заметили последние слова? Это золотые слова. Если Сократу не нужен компьютер на уроке, то и не надо требовать от него проведения урока с использованием ИКТ. Ибо хорошему методу новые технологии могут только повредить.

Но в действительности всё совсем не так, как на самом деле.

Открываю бланк «Экспертного заключения об уровне профессиональной деятельности педагогического работника образовательного учреждения». Это критерии педагогической аттестации, принятые в г. Санкт-Петербурге.

Читаем пункт 2.9. Использование современных образовательных технологий:

Конспекты не менее 5 уроков (занятий) (распечатка на бумажном носителе), подтверждающие обоснованное и эффективное использование педагогом современных образовательных технологий.

Да, этот пункт даёт к аттестации всего 10 баллов. Но Сократ бы их не получил. Ни одного.

Идём дальше. Пункт 2.10 «Владение навыками пользователя персонального компьютера: курсы пользователя ПК или квалификационное испытание пользователя ПК» даёт 50 баллов в случае прохождения курсов или 40, если учитель настолько владеет ИКТ, что курсы ему не нужны и он готов выдержать любое испытание (что само по себе очень странно — почему простая «бумажка» о прохождении курса «ценится» больше, чем полноценный экзамен, в результате чего квалифицированные учителя оказываются в заведомо проигрышном положении при аттестации)

Зачем Сократу курсы ПК? Я уже не говорю, что эти курсы ровно ничего не дадут нашему Сократу в области методики (мы разобрали уже это выше). Просто обратим внимание, что бумажка о прохождении курсов даёт в пять раз больше баллов, чем пять методических разработок с использованием современных образовательных технологий. Воистину, бумажка у нас — король!

Кстати, если бы Сократ был у нас кандидатом наук, он получил бы те же 50 баллов. А вот участие в конференциях, публикация статей и распространение своего опыта, в чём он мог бы преуспеть, дало бы всего-навсего от 5 до 20 баллов.

Грустно это.

Получается, что для того, чтобы получить вожделенные 585 баллов, необходимые для получения высшей квалификационной категории, Сократу нужно обязательно записаться на абсолютно ненужные ему курсы ПК! Кстати, обратите внимание на название! Оно словно пришло к нам из начала 90-х, когда компьютеры только появились. Сегодня вы почти уже нигде не встретите словосочетание «персональный компьютер», поскольку сейчас компьютер — это коммуникатор, медийный центр, средство для доступа к информационным системам, и этот список не завершить. Более того, роль ПК сегодня с успехом играют и планшеты (и есть целые школы, где всё обучение построено на использовании планшетов), и смартфоны, да и просто ноутбуки при всей похожести отличаются от настольных ПК. Но учитель должен иметь удостоверение пользователя ПК.

Смотрю разговоры о мобильном обучении в ДОгМ. Один из спикеров заявляет:

Конечно, нельзя сейчас говорить о том, что все учителя обязаны использовать мобильные технологии, это нонсенс. Но мы должны исходить из того, что это ещё один инструмент, которым учитель ОБЯЗАН владеть, а дальше уже он принимает решение, в какой ситуации он будет это делать, а в какой не будет делать этого.

Заметили, я выделил слово «обязан»? Это не я выделил, это докладчик подчеркивает именно его.

Но почему обязан? Кто сказал, что ОБЯЗАН?

Это круто, прикольно, весело.

Это трудно, затратно и непонятно.

Это спорно, сомнительно, впечатляюще.

Но почему ОБЯЗАН?

Почему нужно заставлять пожилую Марьванну, которая читает блестящие лекции, тыкать в кнопки телефона, которых она не видит? Станет ли Сократ учить лучше, если он изучит мобильные технологии?

Почему все считают, что учитель ОБЯЗАН?

Может ли новое вино, влитое в старые мехи, дать им новую жизнь?

Мы пытаемся влить новое вино информационно-коммуникационных технологий в старые мехи бумажной педагогической культуры.

Традиционный урок, придуманный триста лет назад Коменским, вся наша бюрократическо-бумажная школьная культура «заточены» под другое. Я не говорю здесь, что это плохо. Но старые мехи либо изменяют вкус молодого вина, либо рвутся под его напором.

И урок, выстроенный и выстраданный годами жизни прекрасного учителя — может ли он быть украшен использованием ИКТ? Иногда да. Иногда нет. ИКТ — не «серебряная пуля», позволяющая попасть в любую цель.

И уж точно не самоцель.

В 2012 году, когда по стране прошел первый масштабный эксперимент по использованию планшетов в школах, представитель одного из производителей, участвовавших в эксперименте, с придыханием рассказывал мне об инновационных методиках использования планшетов на уроке.

«Представляете, — говорил он мне, — учителя нашли, как встроить планшет в свои уроки: они во время опроса просят учеников написать на планшете номер правильного ответа и поднять над головой как карточку, чтобы учитель мог увидеть!»

Для меня это — чистейший образец культа «карго».

На уроке в российской школе. Пример того, как абсолютно инновационное оборудование (планшеты) используется в архаичной форме урока («Откройте учебник на странице…»).

Источник: appleinsider

«Умный» планшет, умеющий и могущий столько изменить на уроке, используется только как картонка. Просто потому, что учителю надо было показать уважаемому представителю завода, как используются его планшеты.

Но не так ли происходит в большинстве случаев?

Пытаясь вложить информационные технологии в прокрустово ложе традиционной бумажно-бюрократической парадигмы, мы не рождаем сущности, а только калечим — и сами технологии, и то хорошее, что ещё осталось в старой классно-урочной системе.

Так, может, не надо трогать Марьванну? Может, надо дать ей возможность проводить классные уроки без всяких «новомодных технологий»? Но тогда и спрашивать по-настоящему, присуждая 50 баллов не за сомнительные корочки «курсов пользователей ПК», а за то, за что мы любим школу — за талант, за глубокое проникновение в суть предмета и умение её, эту суть, передать детям?

А использованию новых технологий надо учить. Учить планомерно и долго. Не ожидая моментального результата. Выстраивая в школе параллельно с классической моделью Марьванны новую модель — с уроками вне стен классной комнаты, с «перевернутым классом», со всеми преимуществами, которые может дать ИКТ.

Без толку просто вешать в каждом классе интерактивную доску или вручать каждому учителю планшет. Нужно создавать систему, которая не просто покажет, как ими пользоваться, но даст понимание того, что эти инструменты — шанс выйти на иной уровень, и показать этот уровень, и научить выходить на него.

Если мастеру дать новый набор инструментов и не научить пользоваться ими — он продолжит работать своими, привычными ему, пилами и лобзиками. Если даже обучить его использованию этих пил и лобзиков, но не сказать, что хотят получить от него в итоге, — он не поймет, зачем ему умение пользоваться этими новыми инструментами.
Чистое знание? Не в наших условиях вечного цейтнота.
В общем, нужно четкое планирование результата (шкатулка, причудливо резьбой украшенная), обучение мастера — причем ОЧЕНЬ практическое (не надо рассказывать, как это важно и красиво — резные шкатулки, и сообщать, что есть мастера, умеющие их успешно вырезать, надо показать, как вырезать, и дать попробовать) и, наконец, нужно дать мастеру эти новые инструменты, если у него нет возможности взять их где-либо самостоятельно: программу-то скачать можно, а вот 3D-принтер найти потруднее. И тогда есть шанс получить множество изысканных шкатулок».

Анастасия Гавриленко

И во всех этих поисках очень важно, чтобы учитель принял новые инструменты как свои, как продолжение своего профессионализма, как нечто, что помогает ему самому раскрыться и передать знания ученикам.

Без этого понимания технологии несут не жизнь и цветение, а тлен и разрушение. Именно поэтому они и вызывают такое раздражение и неприятие у старшего поколения.

Одной из самых ярких цитат Стива Джобса, основоположника эры Apple, является эта:

I would trade all of my technology for an afternoon with Socrate («Я бы обменял все мои технологии за встречу с Сократом»).

Не заменят все технологии мира одного Сократа. Но, может быть, диалог Джобса и Сократа родил бы что-то новое в голове Сократа? Или у Джобса?

12 октября 2015, 12:00
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Даннинг с Крюгером, Сократ и круги знаний / Хабр

Меня давно занимает тема познания. Так я столкнулся с изречением Сократа — «Я знаю, что ничего не знаю», с эффектом Даннинга-Крюгера. Уверился в истинности этих концепций. Увидел их взаимосвязь. А кроме того мне у меня появилась уверенность, что можно математически обосновать наличие эффекта Даннинга-Крюгера.


Эффект Даннинга-Крюгера

Эффект Да́ннинга—Крю́гера — метакогнитивное искажение, которое заключается в том, что люди, имеющие низкий уровень квалификации, делают ошибочные выводы, принимают неудачные решения и при этом неспособны осознавать свои ошибки в силу низкого уровня своей квалификации.

Ниже показан упрощенный график с демонстрацией эффекта Даннинга — Крюгера.

График с демонстрацией эффекта Даннинга — Крюгера не дает нам никаких объяснений происходящего. Но дает нам лишь надежду, что можно выбраться из Долины отчаяния. График очень ровный и относительно неплохо отражает действительность. Для использования в психологии такого графика его почти достаточно. Иногда он вводит в заблуждение. Например, судя по графику выбравшись однажды из Долины отчаяния ты никогда в нее не вернешься. На практике выходит так, что возвращаешься и не раз. Однако такой график это хорошая отправная точка для дальнейших изысканий.

График функций это математический инструмент и возможно существует какая-то функция, которая нам поможет математически обосновать проявление самого эффекта.


Сократ

Эффект Да́ннинга — Крю́гера некоторым образом перекликается с изречением Сократа — «Я знаю, что ничего не знаю».

Аналогичные идеи можно проследить в трудах других мыслителей, которые желающие могут прочитать самостоятельно.

Смысл выражения можно наглядно представить следующим образом: вообразим, что всё наше знание — это внутренность шара, а незнание — внешность шара. Чем больше становится наше знание, тем больше становится площадь поверхности шара, а следовательно наше «соприкосновение» с незнанием.


Круги Знаний

Мне представляется правильным рассуждение про шар знаний. Но термин Шар знаний звучит как-то антинаучно. Заменим шар знаний на круг знаний. А точнее кругами знаний. Таких кругов четыре:


  1. Я знаю.
  2. Я знаю, что я не знаю. Осознанное непознанное.
  3. Я не знаю, что я не знаю. Это все знание человечества.
  4. Абсолютное знание.


Каждый из внешних кругов полностью включает в себя внутренний круг.

3 и 4 круги одинаковые для всего человечества. 1 и 2 круги для каждого человека индивидуальны.

Обычно расширение первого круга способствует расширению и второго круга. Каждое расширение второго круга приближает нас к границе третьего круга. Если скорость роста второго круга будет намного больше скорости роста первого круга человек неизбежно попадает в Долину отчаяния на графике эффект Даннинга — Крюгера.


Математическое обоснование эффекта Даннинга-Крюгера

Давайте разберемся что происходит с человеком в процессе познания и как это связано с эффектом Даннинга-Крюгера.


Обозначения


  • К1 = Я знаю.
  • К2 = Я знаю, что я не знаю. Осознанное непознанное.
  • К3 = Я не знаю, что я не знаю. Это все знание человечества.
  • К4 = Абсолютное знание.

Новичок

К1 очень маленький. K2 чуть больше, чем К1.

В процессе познания К1 растет быстрее, чем К2.


Пик Глупости

К1 догоняет К2. К2 очень далек от К3.


Долина отчаяния

К2 очень сильно вырастает. Такое бывает после перехода на крупные проекты с очень маленьких, посещения конференций или начала прослушиваний подкастов.

К1 не успевает за увеличением К2.

Сразу становится понятно что нужно делать, чтобы выбраться из Долины Отчаяния. Нужно прокачивать существующие знания (К1). Можно ограничить рост К2. Такое стоит осознанно делать если вам абсолютно некомфортно в Долине Отчаяния. Лично мне комфортно ссылаться на Сократа и оставаться в Долине Отчаяния.

Нужно понимать, что даже в этой долине нет стагнации. Объем ваших знаний все равно растет. Но растет и осознанное непознанное (К2). По ощущениям вы остаетесь в этой долине. Однако продолжайте свое развитие. И тогда К1 начнет догонять К2 и выберетесь на Склон Просветления.


Склон Просветления

К1 растет быстрее чем К2.

Вот что нужно сделать, чтобы рост К1 опережал рост К2:


  1. Начать более интенсивно изучать свою область.
  2. Выбрать более узкую специализацию.
  3. Ограничить рост К2
    • перестать слушать подкасты;
    • перестать посещать конференции;
    • downshifting.

Способы 1-2 хороши. Способ 3 стоит применять при наличии психологических проблем.


Плато Стабильности

К1 догоняет К2. Такое уже было с нами на Пике Глупости.

Плато Стабильности от Пика Глупости отличается только соотношением К2 и К3. На Плато Стабильности К2 должно быть очень близким к К3. Однако распознать это непросто. Ведь на предыдущем этапе у нас рост К2 был очень сильно ограничен. Посмотрите внимательно вокруг.


Правильный график уверенности в своих знаниях

Этот график показывает зависимость уверенности от собственных знаний. Он похож на график из эффекта Даннинга-Крюгера, но будут и отличия.

Предположим, что уверенность в знаниях равна отношению объема собственных знаний к объему знаний второго круга (К1/К2). Оба параметра изменяются со временем.

Линии на графике:


  • Синяя линия показывает уверенность в собственном знании.
  • Красная линия показывает размер второго круга знаний.
  • Зеленая линия показывает разность между объемом знаний второго круга и объема собственных знаний (К2-К1).
    Посмотреть на таблицу с данными и графиком можно тут.

Вывод

Функция уверенности в своих знаниях выглядит так:

Уверенность в знаниях = K1/K2.
Где К1 собственные знания, а К2 осознанное непознанное.

Выбраться из Долины Отчаяния можно. Но можно туда и вновь вернуться с большим объемом знаний чем первый раз.

Люди, которые на самом деле двигают науку вперед, перманентно находятся в Долине Отчаяния, потому что у них…

Сократ и Вьетнам — Михаил Гефтер

Обращение к выпускникам отделения классических и современных языков и литературы Калифорнийского университета в Беркли, 20 мая 1987 года. Опубликовано в: Vlastos G., Burnyeat M. Socratic Studies. Cambridge University Press, 1994. P. 127–133; перевод (кроме цитат): Ольга Алиева, 2012. Публикуется с разрешения издательства Cambridge University Press.

От редакции. Тема человеческого поражения — одна из центральных для М.Я. Гефтера. Но политическое поражение для него — только один тип ущербности, недостаточности личности. Есть разные поражения. И именно интеллектуальное поражение может стать той позицией, которая кристаллизует новое понимание политической жизни. Пораженчество интеллектуала может рассматриваться различно: как попытка смягчить реальное историческое поражение или как попытка создать новый политический язык, когда старые формулы уже не могут описывать изменившуюся реальность. В случае Сократа, как считал один из крупнейших антиковедов ХХ века Грегори Властос, мы должны видеть соединение двух тактик. Уклоняясь от прямого влияния на политику, которое могло бы породить новые конфликты, Сократ стремился смягчить общий позор своей страны и создать новый этический язык описания конфликта, отличающийся от прежнего инструментального языка, который культивировали риторы. Но, как думает Властос, такая тактика Сократа, будучи революцией политического языка, не стала революцией этического сознания — безупречная личная этика Сократа не стала императивной для его сограждан. Властос размышлял о том, может ли интеллектуал, выполняющий долг перед образованным сообществом и при этом стремящийся создать безупречный научный язык, совершить этическую революцию. Очевидным оказывается, что такая революция требует нового сообщества — сообщества друзей, границы которого могут совпасть с границами политических решений. Показательно, что Властос не считал Сократа создателем кружка политической элиты: слишком очевидно для него было, что пока элита не может изменить вектор текущей политики, она остается элитой авантюристов, а не политиков. Никакие военные успехи Алкивиада не могут изменить сам стиль афинской внешней политики, даже если Алкивиаду и его друзьям уже понятны провалы этой политики. Кружок понимающих не сразу становится кружком действующих. Но интеллектуалу важно давать себе отчет в том, когда именно этот переход происходит.

Слова, которыми завершается сцена смерти Сократа в «Федоне», хорошо известны:

«Таков, Эхекрат, был конец нашего друга, человека — мы вправе это сказать — самого лучшего из всех, кого нам довелось узнать на нашем веку, да и вообще самого разумного и самого справедливого».

Был ли Сократ действительно так хорош? Нигде в обширной литературе о Сократе я не встречал такой постановки вопроса. Я задаю его, прекрасно понимая, что во всех сочинениях Платон изображает своего учителя как человека, непревзойденного в отношении трех наиболее почитаемых греками добродетелей: храбрости, разумности, благочестия. Он подчеркивает последнюю точно так же, как и другие две, выстраивая на этом защиту против обвинений в нечестии, из-за которых Сократ был осужден на смерть: занятия философией для Сократа — это упражнение в благочестии длиною в жизнь, послушание дельфийскому божеству, приказавшему ему философствовать и «испытывать самого себя и других» [1]. Платон дает понять, что именно непреклонная решимость следовать божественному повелению стала причиной осуждения Сократа; прибегни он к услугам «внутреннего цензора», его бы признали невиновным.

Так что в отношении этих трех качеств образ Сократа у Платона совершенно безукоризнен. Но как насчет ударной в эпитафии реплики: «самый справедливый»? Платон настолько убежден в безупречности своего Сократа на сей счет, что [в «Горгии»] его герой признается: на божественном суде в подземном царстве он предстанет в уверенности, что «никогда и ни в чем не был несправедлив — ни перед людьми, ни перед богами» [2]. Допустим, мы достоверно знаем, что Сократ никогда не нарушал личных обязательств. И все же мы можем спросить: а как насчет обязательств перед городом? Стоит ли верить Платону, что и в этом Сократ безупречен? Думаю, нет.

Как гражданина Афин, Сократа следует судить на основании того сугубо афинского критерия, который озвучивает у Фукидида Перикл в «Надгробной речи»:

«Мы одни считаем не свободным от занятий и трудов, но бесполезным того, кто вовсе не участвует в государственной деятельности» [3].

Делом всей жизни для Сократа стало спасение душ посредством эленктических бесед. Это наполняло его жизнь изо дня в день, не оставляя времени на то, что считалось в Афинах «политической деятельностью» (prattein ta politika), а именно на дискуссии в народном собрании и другие формы государственной активности. От того, что афиняне называли prattein ta politika, Сократ сознательно удалялся. (Отказ поддержать противозаконное рассмотрение en masse дела десяти стратегов или подчиниться приказу Тридцати и арестовать невинного человека для дальнейшей казни не считаются.) Так что, с точки зрения Перикла, Сократ — «бесполезный человек». Но мы не можем на этом успокоиться. Давайте задумаемся о том, что значила сократовская аполитичность для двух судьбоносных моментов в истории Афин.

В марте 415 года до н.э. народное собрание обсуждает, следует ли Афинам прийти на помощь Сегесте — незначительному союзнику в отдаленной Сицилии, на самом западе греческого мира. Помочь — значило открыть новый фронт в вялотекущей войне со Спартой и вовлечь в эту войну Сиракузы, противника воинственного и куда более мощного, богатого и грозного, чем те, с которыми приходилось сталкиваться Афинам ранее. Может ли город себе это позволить? Приверженцы экспансионистского империализма во главе с Алкивиадом, как всегда ярким и как всегда неразборчивым в средствах, крикливо требуют экспедиции. Никий, опытный и консервативный политик, призывает к осторожности и говорит об огромных вложениях, которых потребует эта операция вдали от Афин, — в то время как Спарта, Коринф и другие уже у афинских ворот, готовые нанести удар в любой момент. Здравый смысл на стороне Никия. Но имперская ненасытность и амбиции одерживают верх. Афины опрометчиво бросаются в эту авантюру. Одобрен огромный бюджет, и вскоре крупнейшее из греческих экспедиционных войск выдвигается к Сиракузам. Итоги? Полный провал. Из 45−50 тыс. воинов и моряков, отправленных Афинами и их союзниками, выжили лишь семь тысяч. Они вошли в Сиракузы военнопленными, обреченными на судьбу, которая для многих из них была едва ли лучше, чем смерть; их согнали в каменоломни, где им предстояло погибать от ранений, болезней, недостатка пищи и воды в отбросах и зловонии, где они не могли избавиться от собственных испражнений и похоронить мертвецов.

Был ли Сократ в собрании, когда принималось это гибельное решение? Мы этого не знаем. Но мы можем быть уверены, что если он там и был, то помалкивал. Ведь четырнадцать лет спустя на суде, обозревая свое политическое прошлое, он признается виновным в том, что никогда не решался «выступать всенародно в собрании и давать советы городу» [4].

Его объяснение поразительно:

«Если бы я попробовал заниматься государственными делами, то уже давно бы погиб и не принес бы пользы ни себе, ни вам».

Пораженчество этого ретроспективного суждения произвольно: зачем сбрасывать со счетов воздействие афинского овода, чей хладнокровный сардонический комментарий на градус-другой мог снизить перегретую атмосферу спора? Во всяком случае, учитывая, как отчаянно нуждался в здравом совете его город, разве не было его долгом сделать хоть что-то возможное, многое или малое, чтобы голос разума был услышан — независимо от последствий для него самого?

Тот же вопрос еще более остро встает и в другом случае, когда Афины нуждались в спасении не только от стратегического просчета, но и от грубейшего попрания нравственности. Митилена, не плативший фороса [5] участник Афинского союза, переметнулась к Спарте, однако после длительной и дорогостоящей осады восстание было подавлено. В бешенстве от предательства давнего союзника и в страхе, что другие союзники последуют примеру Митилены, афиняне вздумали устроить показательную расправу. Клеон предлагает неслыханной жестокости приговор: казнить всех взрослых мужчин Митилены, а всех женщин и детей продать в рабство. Его предложение проходит с небольшим преимуществом, и на остров отправляют триеру с приказанием привести в исполнение приговор. К счастью, это не было последним словом Афин:

«Афиняне стали несколько раздумывать и приходить к убеждению, что решение погубить весь город, а не одних виновных, сурово и жестоко» [6].

Примечания:

↑1. «Апология», 28e.

↑2. «Горгий», 522d.
↑3. «История», 2. 40. 2.
↑4. «Апология», 31c.
↑5. Т.е. самостоятельный, не подчиненный Афинам участник союза (прим. перев.).
↑6. Фукидид, «История», 3. 36. 4.

Терпение никогда не смешно | Почему Сократ терпел выходки Ксантиппы

Почему Сократ терпел выходки Ксантиппы?

Всемогуща судьба, и даже такой мудрец, как Сократ(469 – 399 гг. до н. э.), не смог посредством знания и добродетели возвыситься над ней… Знаменитый афинский философ своё время, в основном, посвящал умственному образованию молодых людей, вступая с ними в длинные диалоги, но деньги за свои услуги не брал, не желая прослыть профессиональным учителем. Он искренне верил, будто избран для занятий философией свыше и приставлен к народу Афин, «как овод к коню», дабы тот не впадал «в духовную спячку», а заботился о своём нравственном самосовершенствовании и развитии интеллекта: «Бог послал меня в этот город, чтобы я будил каждого из вас, носясь целый день повсюду, уговаривал, упрекал непрестанно». Но однажды на афинском базаре он вступил в житейский диалог с молодой девушкой по имени Ксантиппа. Она стояла, подбоченившись, среди глиняных горшков и звонким голосом зазывала покупателей, расхваливая свой товар. Сократ часто прохаживался возле меняльных лавок, рыночных продавцов и знал почти каждого из них в лицо, но эту голосистую красавицу видел впервые. Афинянам он был хорошо известен, как мудрый человек, искусный мастер разговора и отличный советчик.

Народная слава пришла к афинскому философу во время первой половины Пелопоннесской войны. Он доблестно воевал, поражая всех отвагой, физической силой и закалкой. От наград Сократ отказывался, отдавая их другим. О выдержке, терпении и самоуглублении философа уже тогда ходили легенды, и девушка, продававшая глиняные горшки, вероятно, была польщена его вниманием, узнав, какой знаменитый афинянин поднял её на руки, но пощёчину ему всё-таки закатила.

Сократу, решившему взять её в жёны, придётся до конца жизни терпеть затрещины, скандальный нрав и разные истерические выходки, проявляя смирение. Но почему он выбрал эту молодую девушку в спутницы жизни? Только ли красота Ксантиппы так притянула Сократа, что он решил немедленно связать с ней свою судьбу, или острый как бритва её язык напомнил женские уроки красноречия?

Женился Сократ поздно, приблизительно на сорок восьмом году жизни, пропустив пятое семилетие – лучшее время по мнению афинского мудреца Солона для вступления мужчины в брак. Сын камнетёса Софрониска и повитухи Финареты (Фенареты) из пригорода Афин (дема Алопека), вступил в брак с девушкой по имени Ксантиппа сразу после заключения Никиева мира в Пелопоннесской войне. Такой вывод можно сделать, исходя из того, что на момент смерти Сократа в 399 г. до н. э. его старшему сыну Лампроклу исполнилось двадцать лет.

В молодости философ был безнадёжно влюблён в молодую красавицу из Милета по имени Аспасия, открывшую в Афинах школу красноречия. Придя к ней первый раз на занятие из любопытства, молодой камнетёс был поражён её обаянием и умными, смелыми речами. Она отважно вступала в дискуссии с мужчинами своим певучим, нежным голосом, подшучивая над глупостью и невежеством. С того дня он забросил ваяние, посвящая всё время философии и ораторскому искусству, однако молодая и знатная красавица ничем не выделяла неказистого камнетёса из толпы других поклонников. Сократ, должно быть, страдал от неразделённого чувства и боль свою выразил в словах отчаяния: «Любовь к женщине – это яд». Но одинаковы страсти человеческие, и спустя почти двадцать четыре века повторит его мысли поэтесса Анна Ахматова: «… горек яд неразделённой любви!».

Молодой камнетёс старался не пропускать уроки Аспасии и впоследствии всем говорил, что благодаря этим занятиям и стал философом. Он входил в «кружок» правителя Афин, лидера демократов Перикла (Периклеса) и часто с ним встречался в его доме. От влюблённого Сократа великий стратег узнал о красивой, умной учительнице красноречия из Милета. Вместе с ним он пришёл на выступления чужеземки и был очарован ею с первого взгляда. Аспасия ответила стратегу взаимностью, и они, несмотря на все сложности, связали свои судьбы в браке.

Перикл часто собирал в своём доме друзей, и в дискуссиях его «кружка» принимали участие Аспасия, философ Анаксагор, приглашённый стратегом по её просьбе из Клазомен, и другие великие греки. Разным премудростям научился у них молодой Сократ: у Аспасии – искусству риторики и спора, тонкой иронии, проникновенному и уважительному отношению к женщине, у Анаксагора – понятию тезиса «всё во всём», единства большого и малого, от Перикла – удивительной выдержке и терпению.

Философ искал утешения от любовного женского яда и всем сердцем привязался к племяннику правителя Афин Алкивиаду, красивому и своенравному юноше. Вместе с ним он участвовал в походах, когда началась Пелопоннесская война, выносил его с поля боя после ранения, спасая не раз ему жизнь. Сократ много времени уделял воспитанию племянника Перикла, отличавшегося прекрасными способностями и стремившегося с самого детства к лидерству.

Алкивиад был очень богат, окружён молодыми бездельниками и часто проявлял неуважение к людям. Он мог из бахвальства ударить любого уважаемого гражданина, и хотя под влиянием Сократа извинялся потом и даже просил наказать его плетьми, тщеславие и стремление везде быть первым мешали воспитанию нравственности.

После заключения Никиева мира Алкивиад стал правителем Афин, возглавив группировку войны. Он женился на девушке из богатой семьи, однако это не мешало ему посещать салон ионийских гетер, который содержала Аспасия. Приблизительно в это же время Сократ и познакомился на базаре с девушкой по имени Ксантиппа, острый язычок которой и красота так его приворожили, что он женился на ней.

Его молодая жена быстро убедилась, что, несмотря на то, что философ дружил со стратегами и к нему приходили многие знатные афиняне за советом, богатства ей не видать. И она топтала в ярости пироги, которые присылал Алкивиад, знавший, что денежную помощь его наставник не примет. Её имя стало нарицательным для сварливых истеричных жён во все времена: острый язык пригодился ей для отборной ругани, и она его использовала с утра и до позднего вечера.

Сократу советовали прогнать строптивую женщину, позорившую его в общественных местах, но он улыбался и говорил: «Я хотел научиться искусству ладить с людьми и женился на Ксантиппе в уверенности, что если вынесу её нрав, то смогу выдержать всякие характеры». Многие осуждали философа за его супружеское терпение и предлагали ему побить Ксантиппу, но Сократ только посмеивался: «Вы хотите, чтобы город стал свидетелем наших ссор, чтобы я при всех вступил в драку с женой, а вы бы подзадоривали как на петушином бою… Поверьте мне, терпение никогда не смешно. ». В глубине души философ, должно быть, понимал причину злого неистовства Ксантиппы: «Она, по-видимому, никогда его не любила». Сам он навсегда остался верен чувству своей молодости и искал в женщинах несравненную красоту и ум Аспасии, говорившей в своих беседах о равноправии: «Брак должен быть союзом двух любящих сердец».

Острый ум Ксантиппы, разочарованной в браке с мудрым «болтуном» и «бездельником», обрушился на него жёсткими упрёками, и он смиренно переносил её «грозы и дождичек», так и не догадавшись повысить образованность своей жены. Если Сократа просили посоветовать, как воспитать или найти хорошую спутницу жизни, он признавал, что лучше это может сделать умудрённая жизненным опытом Аспасия.

Философ использовал ещё один шанс семейного благополучия – в Афинах, опустошённых чумой и войной, издали декрет, позволявший каждому афинянину иметь двух жён, и все дети признавались законными. Сократ женился вторым браком на овдовевшей внучке знаменитого стратега Аристида, известного своей справедливостью. Он говорил, что желал подать пример законопослушания и служения своей родине, но, возможно, втайне надеялся, что этот брак сделает сносной его семейную жизнь.

Его новую избранницу звали Мирто, она была очень бедна и, должно быть, обрадовалась предложению философа стать его второй женой (или служанкой). Как её приняла Ксантиппа, неизвестно, но эта сварливая, обозлённая невзгодами женщина, по слухам изменявшая Сократу и не стеснявшаяся втайне собирать деньги с его учеников, скандалила даже с сыном Лампроклом. Дальнейшая судьба Мирто не известна истории. Возможно, она скончалась до суда над Сократом, и потому в тюрьму к нему прощаться не пришла. Ксантиппа принесла на руках младшего сына философа и рыдала при прощании с мужем, возмущаясь несправедливостью: «Ты умираешь безвинным!». А он ей заметил с иронией: «А ты хотела, чтобы заслуженно?». Ученики пообещали Сократу поддержать его семью, и Ксантиппа с детьми не знали нужды, получая помощь из разных городов Древней Греции. Когда философа спрашивали о поведении в браке, он уклонялся и посылал к Аспасии. Каждый из них шёл по жизни своим путём, но увековечили их на одном барельефе из бронзы вместе: она в платке, накинутом на волнистые волосы, говорит о любви, Сократ находится рядом и внимательно слушает, а сзади Эрос её мысли записывает. В Ватикане хранится гемма с портретом Аспасии, и на ней повторяется эта же тема.

Сократ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

ХРОНОС:
В Фейсбуке
ВКонтакте
В ЖЖ
Twitter
Форум
Личный блог

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ

Сократ

IGDA/A. Dagli Orti
СОКРАТ

Сократ (ок. 470/469–399 до н.э.), афинский философ, удостоившийся поистине вечного памятника – диалогов Платона, в которых Сократ выведен главным действующим лицом. Родителями Сократа были скульптор (или каменотес) Софрониск и Фенарета. Отец, вероятно, был довольно зажиточным гражданином (судя по тому, что Сократ воевал как гоплит, т.е. тяжеловооруженный воин), однако сам Сократ нисколько не заботился о своем имуществе и к концу жизни чрезвычайно обеднел. Свое учение Сократ излагал только в устной форме. Наши сведения о нем происходят из нескольких источников, среди которых изображение и упоминания Сократа в комедиях Аристофана – прижизненные и пародийные, а портреты Сократа у Платона и Ксенофонта – посмертные и хвалебные, однако они мало соответствуют друг другу. Сообщения Аристотеля, по-видимому, опираются на Платона. Свой вклад в легенды о Сократе внесли и многие другие дружественно или враждебно настроенные авторы.

Жизнь. Сократу было 37 лет, когда началась Пелопоннесская война. В круг людей, с которыми он водил знакомство до войны, входили интеллектуалы из круга Перикла – музыкант Дамон, ученый Архелай, софист Протагор и блистательная Аспасия. Имеются сведения о его знакомстве с философом Анаксагором (о чувстве неудовлетворенности, оставшемся у него от чтения Анаксагора, Сократ рассказывает в платоновском Федоне). У Зенона Элейского Сократ учился диалектике, а позднее посещал лекции софиста Продика и участвовал в диспутах с Горгием, Фрасимахом и Антифонтом. На войне Сократ отличился в сражениях при Потидее (432 до н.э.), Делии (424 до н.э.), а также при Амфиполе (422 до н.э.). Важнейшим этапом в становлении Сократа как мыслителя явилось провозглашение его «мудрейшим из людей» Дельфийским оракулом (об этом повествует Платон в Апологии Сократа). Размышляя об этих словах и сопоставляя их с собственным убеждением в том, что он «знает только то, что ничего не знает», Сократ пришел к выводу, что это убеждение и делает его мудрейшим, поскольку другие люди не знают даже этого. Познание меры собственного (и других людей) незнания, к чему побуждают человека и значащиеся при входе в дельфийский храм Аполлона слова «Познай самого себя», стало общим принципом сократовских исследований. К 423 году до н.э. он сделался достаточно заметной фигурой для того, чтобы навлечь на себя сатирические выпады сразу двух афинских комедиографов – Аристофана и Амейпсия. Сократ сторонился политики, насколько это было возможно, хотя к числу его друзей принадлежали Ферамен, Хармид, Критий и Алкивиад. Первые трое были вождями Тридцати тиранов, свергнувших афинскую демократию, в то время как Алкивиада его политический оппортунизм довел до измены родному городу. Имеются свидетельства, что эти связи повредили Сократу на суде. В 406 Сократ пытался воспрепятствовать истерическому и противозаконному приговору стратегам, привлеченным к суду после выигранной афинским флотом битвы у Аргинусских островов, а в 404 году пренебрег исходившим от Тридцати тиранов повелением схватить Леонта с Саламина, внесенного ими в проскрипционные списки.

Уже в пожилом возрасте Сократ вступил в брак с Ксантиппой, родившей ему троих детей (возможно, это был его второй брак). Бедность Сократа, его неприхотливость и необычная внешность вошли в поговорку. В 399 году его привлекли к суду по обвинению в «нечестии» и «развращении молодежи» и признали виновным незначительным большинством голосов. Когда Сократ не пожелал признать свою вину и не стал просить о замене смерти изгнанием, за смертный приговор было подано уже больше голосов. В течение месяца Сократ находился в тюрьме, после чего ему во исполнение приговора поднесли чашу с цикутой. Платоновские сочинения Апология Сократа, Критон и Федон, где рассказывается о суде над Сократом, его пребывании в тюрьме и казни, увековечили непреклонное мужество Сократа, его непоколебимую верность своим принципам.

Учение. Пытаясь представить себе Сократа как учителя, мы неизменно получаем противоречивую фигуру. Смертный приговор Сократу обычно относят на счет вырождения демократии, однако восстановленный в Афинах в 403 режим был вполне человечным и умеренным и основывался на принципах политической амнистии, которые неукоснительно соблюдались. В данном случае все указывает на то, что конкретным и наиболее серьезным было обвинение в «развращении молодежи», но что именно стоит за этими словами, можно только гадать. В диалоге Критон обсуждается проблема защиты Сократа от обвинения в «подрыве законов» – возможно, это указание на то, что его влияние на молодежь воспринималось как покушение на самые основы общества.

С гомеровских времен юноша, вышедший из школьного возраста, получал «высшее образование» благодаря общению со старшими: выслушивая устные наставления и подражая поведению своих наставников, он приобретал качества взрослого гражданина (греч. «аретэ», что означает «доблесть» или «добродетель»). Точно так же среди политической элиты передавались из поколение в поколение приемы осуществления государственной власти. Однако теперь все эти функции были отобраны у семейного круга и переданы иной инстанции (получившей форму учреждения, созданного специально для этой цели уже после смерти Сократа), прототипом которой сделалась Академия Платона. Во главе этого процесса стояла как раз та группа интеллектуалов, в которую входил Сократ, это они принесли в Афины из Ионии и западной Греции концепцию «профессионального» образования. Сократ, которому пришлось действовать в Афинах, должен был нести особенно тяжелое бремя. В 423 сразу два комедиографа, Амейпсий (Конн, комедия не сохранилась) и Аристофан (Облака), заклеймили его как руководителя новомодной школы, в программе которой стоят уроки юношеского бунта и сыновнего непослушания. К 399 такое представление о Сократе выкристаллизовалось в обвинение в «развращении молодежи». В диалогах учеников Сократа неизменно рассматривается вопрос: могут ли отцы и старшие передать молодежи добродетель, или этому надо учиться специально?

Углубившись в анализе культурного кризиса эпохи еще на один шаг, мы приблизимся к объяснению силы сократовской диалектики. Непонятно, почему она так зачаровывала греков на протяжении двух поколений (при том, что в ней склонны были видеть орудие разрушения), если не пытаться отыскать ключ в происходившей во времена Сократа смене способа человеческого общения. Афины пребывали на завершающей стадии перехода от устной речи к письменному слову. Это, в свою очередь, влияло на лексику и форсировало изменения в формах человеческого сознания. Такие перемены можно определить, вообще говоря, как переход от поэзии к прозе, от образа к абстракции, от интуитивных навыков к рациональным операциям. Абстрактная идея представлялась каким-то новым, восхитительным открытием, и провозвестником ее был Сократ. В тех же Облаках Аристофана он осмеян как абстрактный мыслитель (phrontistes), отыскивающий «мысли» (phrontides) и возглавляющий «мыслильню» (phrontisterion), а также как священнослужитель понятий, которые парят в небесах, словно облака. «Мысли» должны были вызывать смех уже потому, что это были мысли. Кроме того, Сократ у Аристофана изъясняется новой «речью», говорит на абстрактном жаргоне, где идеи обретают форму. Поглощенность идеями, которую высмеивает Аристофан, у учеников Сократа изображается как поиск определений для таких отвлеченных понятий, как «благое» и «справедливое», а также как процесс становления точного языка, который позволил бы выразиться понятийному познанию в противоположность конкретному опыту. Основоположение сократовского метода, как его дал Аристотель, сводится к парадоксу «Добродетель есть знание», или, более точно: «Человеческая добродетель есть состояние ума».

Сократ настаивал на систематическом умственном образовании молодежи, но отказывался брать деньги за свои услуги, не желая быть причисленным к профессиональным учителям мудрости, софистам (такое клеймо пытались поставить на нем его обвинители). Лучше любого из современников Сократ осознавал основное направление, в котором двигалась эпоха, и обозначил его в виде двух положений: 1) степень абстракции, к которой стремится мысль, должна быть абсолютной и совершенной, сведенной средствами диалектики к «идее как таковой»; 2) в человеке кроется мыслящая сила, способная к осуществлению этой задачи. Эта сила – псюхэ. С чего начинается познание? Псюхэ чувствует притяжение («эрос») к другой псюхэ и «совокупляется» с ней посредством «логоса» (слова), порождая последовательность мыслей, которые очищаются затем методами диалектики. Учение Сократа, выраженное в терминах любовной символики, воплощалось в личности самого Сократа, и, быть может, именно это обеспечило ему неувядаемую славу.

Использованы материалы энциклопедии «Мир вокруг нас».


Вернуться на главную страницу Сократа

 

 

Почему Сократ?

Почему Сократ?

2015-02-27  Marek Jan Siemek Версия для печати

 

Разве есть люди, которые не сталкивались бы с этим именем? Не говоря о профессиональных философах или историках философии, не говоря также о тех, кто вообще интересуется ближе, хотя бы по-любительски, отраслью истории культуры. Речь идёт о всех тех, которые занимаются в жизни совершенно другими делами и только время от времени мимолётно и случайно вступают в минутное соприкосновение с этой проблематикой. Можно не знать вообще ничего о философии, можно даже не знать ничего, кроме этого одного имени. Но о Сократе слышали все и все знают, что именно он был «философом». Смело можно утверждать, что это имя стало для нас наиболее коротким и наиболее узнаваемым символом философии вообще.

Кем же он был, и что такого сделал этот человек, который жил почти 25 веков назад, а оставил после себя такую подробную память, которая до нашего времени живёт и многим нам близка? Тот, который своими согражданами был приговорен к смерти за развращение юношества — который для всей позднейшей истории стал ярчайшим примером нравственности; тот, который только знал, что «ничего не знает» — а которого выбрали, напротив, за идеал мудреца и философа. Тот, наконец, кто не написал ни одной работы, а о котором написано уже (и сейчас ещё пишется) огромное множество книг? Чем же он заслужил себе почётное место в культуре и в истории? Почему же именно он? Почему Сократ?

Известно, что этот афинянин классической эпохи Перикла оказал значительное влияние на развитие всей, за малым исключением, позднейшей философской культуры. Но и сейчас о нём самом знаем очень мало, меньше, чем о любой другой великой личности древности. Сократ не писал, был принципиальным сторонником устного слова. Потому также наше знание о нём происходит исключительно из вторых рук — из описаний и свидетельств людей, которые с ним непосредственно имели дело. Проблема состоит однако в том, что три наиважнейших из этих свидетельств (т.н. диалоги Платона, воспоминания Ксенофонта и комедии Аристофана) отнюдь не согласны между собой: предлагают нам трёх сильно отличающихся Сократов. Сократоведческая профессиональная литература не справилась с этой проблемой и по сейчас. Во всяком случае, большинство позднейших исследователей уже согласны, что истина наиболее вероятна за платоновским описанием, однако с необходимостью учёта того, что нужно в нём выделить то, что происходит от самого Платона; но, несмотря на это, объяснения всё равно разные. Сократ постоянно является одной из наиболее спорных фигур в философской летописи. И никто не скажет, что эти споры должны были бы вскоре утихнуть. В пользу этого говорят также многочисленные публикации на эту тему, но ни одна из них не решает вопроса окончательно; «спор о Сократе» всё также продолжается. Эти непрекращающиеся споры являются вообще лучшим доказательством того, что мы имеем дело с мыслителем, которого нельзя заключить в одной формуле, классифицировать однозначно и определённо. Сократ является для нас всё ещё поводом для вопрошания — а это значит, что его наследие имеется по прежнему и в нашей современной культуре.

Сократ является для нас наиполнейшим символом философствования, так как уже при первом сближении проводит нас до самых истоков всякой философии. Задаёт он нам те самые вопросы, которые каждый из нас хорошо знает как свои собственные: Как жить? К чему стремиться? Что стоит наших усилий, а что их недостойно? И хотя сегодня область возможных ответов другая, чем во времена Сократа, но однако же эти вопросы, напротив, не устарели. Они «вечны» — в том смысле, в которым вечен человек и его дела. И рефлексия над теми и подобными вопросами — это собственно и есть философия.

Известно ведь, что Сократ был собственным творцом и вдохновителем гуманистичных традиций философии в нашем культурном кругу. Был первым, кто тесно соединил истину теоретическую с истиной нравственной. От него идёт то глубокое убеждение, свойственное для магистральной линии всей европейской культуры, что все человеческие проблемы принципиально решаемы на основе рациональной и полемической, что они могут формулироваться во всеобще-понятных категориях и разрешаться таким способом, который одинаков для всех людей без исключения.

Но собственно наследие Сократа — это не столько готовые ответы и решения, сколько соответствующая определённая основа их поиска. Она выражается полнее всего сократовским «знаю, что ничего не знаю». Это совсем не выражение слабости, но наоборот — гордое выражение превосходства над теми, которым кажется, что они обладают каким-то окончательным знанием. Ведь это их знание лишь видимость — но сами они о том не знают. Они ведь не сознают даже своего незнания — и в том собственно состоит их ничтожность перед Сократом, который, по крайней мере в этом, отдаёт себе отчёт.

В этом собственно видится наибольшая ценность сократического элемента в человеческой культуре. Афинский философ — это творец и символ такой мыслительной  традиции, в которой родилась и снова возрождается критическая основа, основа оппозиции против всего, что хочет сойти за несомненное и окончательное, за догмат. Традиция эта выводит на первый план отрицательные и критические функции философского мышления. Наименьший вес оставляется за формулированием истин и утвердительных положений, наоборот, неотрывно и безжалостно обнажается каждая мистификация. Распутывая следы ложности и лживости, вносить беспокойство в дела, выглядящие очевидными, отбросить освящённые авторитеты, пробудить сомнения, ставить вопросы непрерывно и агрессивно. Не зря сам Сократ говорил, что он как «овод, пущенный с руки бога», что он хочет беспокоить своих ближних упрямо и неотвязно, чтобы как сказал — «не опустились». Чтобы не опустились — значит: чтобы не замкнулись в разрозненных клетках своих понятий, чтобы не отождествили себя без остатка с какой-либо системой умствования или моральной системой. Ведь зло действует тогда, когда человек даёт себя целиком заменить неподвижной системой категорий и понятий.

Такая собственно критическая основа является неотъемлемым элементом всякой философии. Философский критицизм — против каждой попытки унификации человеческой жизни, замыкания её в одной законченной формуле. Опасность подчинения видимым истинам для человека больше, чем шанс на нахождение действительной истины — потому для человека важнее то, что он не знает и чего он не знает, чем то, что он знает.

Но признать своё собственное незнание — не значит принять его. Критицизм не скептицизм, сомнение не приводит к смирению-отречению. Люди должны постоянно искать новых решений, постоянно предпринимать новые познавательные и нравственные усилия; должны также верить в успешность и результативность этих усилий. Конечной истины нельзя получить никогда, но также никогда нельзя прекратить поиски такой истины.

Этому собственно учит нас Сократ — человек-символ, вечно живой и всегда современный философ. Его философия близка каждому и понятна для каждого, ведь нет в ней ничего из академической учёности, но зато очень много в ней глубокой человеческой мудрости, которая проистекает из благородного размышления над всеми трудными проблемами народной жизни. Это философия критики и сомнения; но одновременно это философия надежды и гуманистического оптимизма. И глубоко ошибается тот, кто судит, что в современном мире, значительно более трудном и намного более сложном, чем тот, в которым жил Сократ, нет места для такой философии. Напротив: именно сейчас потребность в ней сильнее, чем когда-либо.

Перевод сделал Mikołaj Zagorski. Переведено на основании белорусского перевода и сверено с польским оригиналом, который был взят по адресу.

Написано в 1965 году, опубликовано в книге „W kręgu filozofów” (wyd. Czytelnik, Warszawa, 1984), awt. Marek Jan Siemek (1942-2011). Библиографию автора см.

 

 

теория история

Сократ, философ-смутьян

Сократ жил в Афинах в V веке до нашей эры. Он был архетипическим философом: беспокойным искателем мудрости, занозой в боку афинской интеллигенции, обильным пьяницей и мыслителем, утверждавшим, что, когда дело доходит до дела, он вообще ничего не знает.

Жизнь

Сократ (ок. 470 г. до н. э. — 399 г. до н. э.) родился в Афинах в семье каменщика и акушерки. Вероятно, какое-то время он сам работал каменщиком в семейном бизнесе.Он также проходил военную службу во время Пелопоннесской войны — возможно, это был один из немногих случаев, когда он путешествовал далеко от Афин.

Его философское образование было неформальным. Учился у философа Анаксагора. И, по словам его ученика Платона, на него также повлияли две женщины-философы: Аспасия Милетская, с которой он изучал искусство ораторского искусства; и жрица Диотима Мантинейская. Он был философом, который верил в ценность слова перед письмом, и, следовательно, он никогда ничего не писал; но его идеи были записаны и приукрашены его учениками, включая Ксенофонта и Платона.

Сократ был яркой фигурой. Современные отчеты описывают его как приземистого, уродливого и часто грубого до грубости. Он также был почти невосприимчив к физическим трудностям. Он мог выносить жару, холод, голод и жажду, не выказывая беспокойства. А еще он был известен как пьяница: Сократ мог выпить под столом почти кого угодно и при этом оставаться на ногах.

В поисках мудрости

Сократ был озабочен идеей мудрости. Согласно рассказу Платона « Апология », оракул Аполлона в Дельфах однажды сказал другу детства Сократа Херефонту, что нет никого мудрее Сократа.Когда Херефон сказал об этом Сократу, Сократ подумал, что это не может быть правдой, потому что он знал, что он совсем не мудр. Итак, он начал ходить, перекрестно допрашивая людей, которых встречал, чтобы посмотреть, сможет ли он доказать, что оракул ошибался. Он разговаривал с философами, политиками, поэтами и обнаружил, что при тщательном перекрестном допросе так называемые мудрецы в конце концов оказывались невеждами.

В конце концов, Сократ понял, что никто другой тоже многого не знает: мы все блуждаем в темноте. Итак, Сократ пришел к выводу, что, возможно, бог Аполлон был прав: Сократ был самым мудрым, потому что он был единственным человеком, у которого хватило мудрости понять, что его мудрость ни к чему не приводит.

Смерть возмутителя спокойствия

Неудивительно, что Сократ сделал себя непопулярным, разгуливая и вызывая подобные проблемы. Когда ему было около 70 лет, он был привлечен к ответственности по сфабрикованным обвинениям и приговорен к смертной казни через употребление яда. Хотя ему дали возможность сбежать, он настоял на том, чтобы приговор был доведен до конца. Он утверждал, что, пользуясь законами города всю свою жизнь, он не должен пытаться убежать от них, когда ему это удобно.

Смерть Сократа из «Истории Греции: рассказанной мальчикам и девочкам» Мэри МакГрегор (1914).Иллюстрация: Уолтер Крейн.

Философия

Сократ не был первым философом Древней Греции. Но он настолько важен для развития философии на Западе, что всех греческих философов, которые ему предшествовали, часто сваливают в одну кучу как «досократических» философов. Он внедрил новый стиль философского анализа и аргументации. Он поставил этику в центр философских исследований. И он поднял вопросы о теле и душе (или разуме), которые станут центральными в западных философских традициях.

Перекрестный допрос

Сократ играет важную роль в истории философии, потому что он был первым, кто утверждал, что утверждения — особенно этические или моральные утверждения — должны подвергаться строгому перекрестному допросу. Этот перекрестный допрос (или elenchus , как его называют) является способом проверки истинности или ложности того, что мы считаем истинным. Цель elenchus может состоять в том, чтобы выяснить правду. Но в равной степени это может подрывать нашу уверенность в истинах, которых мы придерживаемся, и провоцировать более вопросительное и любопытное отношение к вещам, которые мы считаем само собой разумеющимися.

Сущность и этика

Одним из первых греческих философов был Фалес Милетский (ок. 625 г. до н. э. — ок. 546 г. до н. э.), который прозревал, что за сложными явлениями физического мира могут скрываться более простые, лежащие в основе принципы или сущности. Или что есть разница между видимостью — как вещи кажутся — и лежащей в их основе реальностью.

Сократ взял эту идею и применил ее к этике. Когда он допрашивал людей о таких вещах, как «справедливость», «благочестие» или «добродетель», он искал не просто примеры этих вещей, не только проявления этики или морали.Вместо этого он стремился понять лежащие в их основе принципы. Он спрашивал, что делает что-то справедливым, благочестивым или добродетельным.

Философия, смерть и душа

Еще одно важное утверждение, которое Платон приписывает Сократу, состоит в том, что душа и тело неразделимы. Философия предполагает удаление себя от телесных забот и обращение к интеллекту. Таким образом, говорит Сократ в своей предсмертной речи в « Федоне », философия есть способ приготовления к смерти, когда тело и душа будут необратимо разлучены.


Присоединяйтесь к сообществу и поддержите долгосрочный рост компании «В поисках мудрости». Как член сообщества вы получите доступ к форуму сообщества Agora, где вы сможете участвовать в дискуссиях с гидом, а также получите бесплатный доступ к нашим ежемесячным воскресным салонам. Вы также получите эксклюзивный информационный бюллетень для членов сообщества и теплое ощущение того, что вы поддерживаете независимые публикации. Насколько это приятно?

В поисках мудрости: Сообщество

Зарегистрируйтесь в качестве бесплатного подписчика еженедельника Philosopher Files.Или станьте членом нашего сообщества, чтобы поддержать «В поисках мудрости» и принять участие в управляемых дискуссиях на Агоре.


Дополнительная литература

Книги

Для альтернативного взгляда на Сократа, где он представлен не как великий философ, а как шутник, прочитайте Облака его современника, драматурга Аристофана. Это очень весело. Одна особенно читаемая версия — Аристофан 1: Облака, Осы, Птицы , пер. Питер Мейнек (Hackett 1998).

Если вы хотите углубиться в переводы греческих текстов, лучше всего начать с « Апологии» Платона , в которой рассказывается о судебной защите Сократа, и Федона , в которой рассказывается история смерти Сократа. Они доступны в нескольких версиях. Но попробуйте версию Penguin Classics, The Last Days of Socrates , переведенную Гарольдом Таррантом (Penguin 2010).

Для обзора жизни и мыслей Сократа попробуйте Socrates, A Very Short Introduction by C.CW Taylor (Oxford University Press, 2019)

Интернет-ресурсы

Одно из самых интересных кратких представлений о Сократе — это книга 8-Bit Philosophy «Кто был Сократ?»: https://www.youtube.com/watch?v=bJUuOnsRcvc

Изображение на обложке: Сократ учит Платона и Аристотеля. Исламская рукопись XIII века. Предоставлено Викискладом.



Пример ответа на вопрос 1

Пример ответа на вопрос 1

Пример ответа на вопрос 1

Аноним

<с примечаниями, добавленными преподавателем>

 

Сократ и апология атеизма

Сократа обвиняли в атеизме, но он не был атеистом.

(парафраз д-ра Пола Сака, лекция по древней философии, 23 февраля 2005 г.)

 

     Заявление доктора Саки, приведенное выше, состоит из двух пунктов, оба из которых верны. Сократа действительно обвиняли в том, что он не верит в города богов, но сам утверждал, что верит в них. Если предположить, что Сократ был говоря правду, то конфликт между ним и Мелетом, его обвинителем, должен речь шла не о том, верил ли Сократ в богов, а о том, как Сократ видел богов по сравнению с тем, как общество видело богов. < проницательный > Похоже, дело было в том, что Сократ унижал богов в глазах Мелета и его единомышленников-афинян. Поскольку Платон не приводит доводов в пользу судебного преследования, мы можем лишь сделать некоторые выводы о том, как Сократ мог пренебрегать духовными чувствами своих сограждан. Однако в «Апологии Сократа» или представлении его защиты есть подсказки. как его взгляд на богов отличается от взглядов общества.

     Обращаясь к проблеме атеизма, Сократ старался показать, что в своих философских беседах он ссылался на божеств. Он говорит: Ах, милый Мелет, что ты говоришь такое? Разве я не по крайней мере признать Солнце и Луну богами, как это делают другие люди? Мелет отвечает: нет, нет, Господа и судьи, не тогда, когда он говорит, что Солнце — камень, а Луна — земля. (Платон 83). Ответ смущает, ибо тон искренне обезумевший. и создается впечатление, что Сократ может искажать свои взгляды как-то.Мелет может быть тем, кто неточен в своем заявлении о Сократе. возражает, что это Анаксагор говорит такие вещи. Тем не менее, выбор образа Мелет предполагает, что он чувствует, что Сократ считает богов ложными, тривиальными или незначительный. Одно дело верить в богов, другое — уважать для них.

     Действительно, Сократовское изображение богов не особенно благоговейный. Он отмечает, что Мелет не может опровергнуть его утверждение о том, что он говорит о вещах, относящихся к божествам (Платон 84). Затем он излагает загадка:

     С другой стороны, если божества являются детьми богов, некоторые незаконнорожденные

     нимф или других, о которых также говорится, которые можно было бы поверить

     что есть дети богов, но не боги? Это было бы так же абсурдно, как верить

     что есть дети лошадей и ослов, а именно мюли, без

     полагая, что есть лошади и ослы.(Платон 84)

Ссылка на незаконнорожденность по существу богов в человеческом нравственном плане. И сравнивая божественный репродуктивный процесс с то, что производит бесплодных мулов, определенно дегламурирует божественный статус боги. У присяжных возникло бы ощущение, что Сократ мог выбрать примеры более лестные для их богов.

     Что Сократ может верить в городских богов, но не уважать их и, таким образом, не уважать людей, которые придают им большое значение, предполагает благоговение, которое он выражает перед Богом, которому он поклоняется. Возможно, это понял, что фраза Бог относится к Зевсу, но Сократ никогда не относится Зевсу, только Богу. И этот Бог с большой буквы о низком мнении все, кроме Сократа. Этот Бог сказал, что нет никого мудрее Сократа (Платон 78). Но под этим Бог не имеет в виду, что другие мудры, а Сократ просто немного мудрее. Нет, Сократ отмечает, что общее понимание мудрости ошибочно. Он сам изучал этот вопрос и обнаружил, что те, кого больше всего почитали за мудрость, почти не отличались от самых несовершенны, и что другие, как сообщается, низшие, были людьми более проницательными (Платон 78).Он узнает, что поэты, подобно провидцам и пророкам, ничего не знают о то, что они говорят (Платон 78). В конце концов Сократ пришел к выводу, что на самом деле Бог, который мудр, и своим оракулом он хочет сказать, что человеческая природа это малоценная вещь или ничего не стоит (Платон 79). Сократ мудрее только в этом он ничего не знает о мудрости (Платон 79).

     Если мы заменим слово «высший» на «мудрее», мы можно понять, как Сократа могли признать виновным, хотя он и верил в Бог. Сократ представляет себя орудием Бога, призванным через оракулы и мечты, чтобы показать людям их философские заблуждения. У сообщества может быть простил бы Сократа за то, что он сделал работу Бога, если бы только он не наслаждался ею так явно, много. Вероятно, они возмущались не его превосходством, а его воздухом . превосходства. Одно дело угодить Богу, другое дело наслаждайтесь, угождая Богу за счет менее одаренных.

     Справедливости ради Сократ, когда его обвиняли, выхода достойно не было. < И.Ф. Стоун, в г. Суд над Сократ , утверждает, что Сократ мог бы привлечь присяжных, обратившись к Афинская либеральная традиция свободы слова. Я должен отметить, однако, что Сократ Республики не верит в свободу слова. > Он мог бы польстить присяжным и сказать им, что все они мудры, но даже если если бы ему поверили, он бы почувствовал себя ненастоящим. Именно потому, что он не был легко обмануть себя, что он может подчинить свои интересы требованиям обязанность. Когда Тридцать Тиранов приказали ему присоединиться к группе, чтобы принести назад кого-то на казнь, он отказался идти, и в том политическом климате, это было рискованное решение (Платон 88-89). Я думаю, что он действительно чувствовал смирение в лицо тайны жизни. Его богом не был Зевс или, по крайней мере, не Зевс. который переоделся истощенной кукушкой, чтобы подобраться поближе к своей сестра-близнец Гера, чтобы изнасиловать ее (Могилы 50). Нет, это был более нравственный Бог, и он был подвиг нравственного воображения, который в те языческие времена Сократ мог вообразил или принял божество мудрости.Демокрит, возможно, был более блестящий философ, я подозреваю, что он был лучшим теоретиком, но это не означают, что у него были лучшие моральные суждения. Оглядываясь назад, он кажется великолепным в контекст времени, которое не терпело многого на пути независимой моральной суждение.

 

< Студент начинает с того, что соглашается со мной, но заканчивает эссе, не соглашаясь со мной (без явного признания этого). в идеале газета не согласилась бы более прямо, но я признаю, что некоторые студенты могут быть обеспокоены этим вопросом, поэтому я позволяю себе свободу действий.>

Апология Сократа // Цифровые очерки // Бог и хорошая жизнь // Университет Нотр-Дам

Аргумент Приобретение смерти

И он классно утверждает, что смерть не может быть плохой.

 

Давайте подумаем иначе, и мы увидим, что есть большие основания надеяться, что смерть — это благо; ибо одно из двух: либо смерть есть состояние небытия и полного бессознательного состояния, либо, как говорят люди, есть изменение и переселение души из этого мира в иной.Теперь, если ты предположишь, что нет сознания, а есть сон, подобный сну того, кого не тревожат даже сны, смерть будет невыразимым приобретением. Ибо если бы человек выбрал ту ночь, в которую его сон не был нарушен даже сновидениями, и сравнил бы с ней другие дни и ночи своей жизни, а затем сообщил бы нам, сколько дней и ночей он провел в течение его жизни лучше и приятнее, чем это, я думаю, что любой человек, я не скажу частный человек, но даже великий король не найдет много таких дней или ночей, по сравнению с другими. Теперь, если смерть имеет такую ​​природу, я говорю, что смерть есть приобретение; ибо вечность тогда всего лишь одна ночь. Но если смерть есть путешествие в другое место, и там, как говорят люди, обитают все мертвые, что может быть лучше этого, о друзья мои и судьи? Если действительно, когда пилигрим прибывает в нижний мир, он избавляется от исповедующих справедливость в этом мире и находит настоящих судей, которые, как говорят, судят там, Миноса, Радаманта, Эака и Триптолема и других сыновей Божьих, которые были праведны в своей жизни, это паломничество стоит того.Чего бы не дал человек, если бы мог беседовать с Орфеем и Мусеем и Гесиодом и Гомером. Нет, если это правда, позволь мне снова и снова умирать…

 

Прежде всего, тогда я смогу продолжить поиск истинного и ложного знания; как в этом мире, так и в грядущем; и я узнаю, кто мудр, а кто притворяется мудрым, а на самом деле таковым не является. Чего бы ни дал человек, о судьи, чтобы иметь возможность допросить предводителя великой троянской экспедиции; или Одиссей, или Сизиф, или бесчисленное множество других, мужчин и женщин! Какое бесконечное наслаждение было бы беседовать с ними и задавать им вопросы! В другом мире человека не казнят за то, что он задает вопросы: уж точно нет. Ибо они будут не только счастливее нас, но и бессмертны, если сказанное верно.

 

А потому, судьи, ободритесь смертью и твердо знайте, что с добрым человеком не может случиться никакого зла ни в жизни, ни после смерти. Боги не пренебрегают им и его; и мой собственный приближающийся конец не был случайностью. Но я ясно вижу, что пришло время, когда мне лучше умереть и освободиться от беды; а потому оракул не дал никакого знака.Посему и я не гневаюсь ни на своих осудителей, ни на своих обвинителей; они не причинили мне никакого вреда, хотя и не хотели сделать мне ничего хорошего; и за это я могу мягко обвинить их.

 

Тем не менее, у меня есть к ним просьба. Когда мои сыновья вырастут, я прошу вас, о друзья мои, наказать их; и я хотел бы, чтобы вы беспокоили их, как я беспокоил вас, если кажется, что они заботятся о богатстве или о чем-то еще больше, чем о добродетели; или если они притворяются чем-то, когда на самом деле они ничто, — тогда укоряйте их, как я упрекал вас, за то, что они не заботятся о том, о чем должны заботиться, и думают, что они нечто, когда на самом деле они ничто. И если ты сделаешь это, то и я, и мои сыновья получат правосудие от твоих рук.

 

Настал час отъезда, и мы идем своим путем — я умираю, а ты живешь. Что лучше одному Богу известно.

Этика Сократа

 

 

Философия 302: Этика
Этика Сократа

Аннотация: Этика Сократа кратко изложил.

  1. Жизнь Сократа (469-399 до н.э.): Некоторые особенности жизни Сократа дают понимание его этики.
    1. Юношей в бою отличился за храбрость несколько раз.
    2. Сократ выставил «даймонион» — божественное знак или внутренний голос, периодически издававший запрещающие сообщения сократовских заклинаний (которые некоторые писатели находят наводящими на размышления об эпилепсии).
    3. Дельфийский оракул утверждает: «Нет человека, живущего мудрее Сократа.Сократ истолковывает это утверждение, указывающее на то, что любая такая предполагаемая мудрость просто его собственное знание того, что он не был мудрым.
    4. Его настойчивые расспросы властей и общественных деятелей вероятно, имело целью не унизить их, а вместо этого выявить истина, которая могла бы пролить свет на представление о хорошей жизни.
      1. Сократ считал себя оводом, надоедливым государству.
      2. «Сократовская ирония» — профессия Сократа невежество, когда он берет интервью у других, вероятно, в некотором смысле искренне но кажется сильно преувеличенным в свете его наводящих вопросов которые часто определяют путь диалектического исследования.
    5. Великий пример суда и смерти Сократа демонстрирует тесная связь между его характером и его философией.
      1. Среди прочих обвинений Сократ признан виновным в нечестии (непоклонение богам, которым поклоняется государство), коррупция молодежи (внушение молодым духом критики афинского общества), среди прочих обвинений.
      2. Сократ отказывается избежать смерти, покидая Афины, хотя он мог бы бежать, но такой побег противоречил бы его моральным принципов и было бы несправедливо по отношению к государству, в котором он родитель, его образование и происхождение права.
      3. В конечном счете, решение Сократа не бежать основано на следующем Принцип действия выражен Платоном Апология [28Б]:

        «Вы ошибаетесь, друг мой, если думаете, что человек тот, кто чего-то стоит, должен тратить свое время на взвешивание перспектив жизни и смерти. У него есть только одна вещь, которую он должен учитывать при выполнении любого действие, то есть правильно ли он поступает или неправильно, как хороший человек или плохой.

  2. В своей жизни Сократа больше всего интересовала этика.
    1. Самопознание является достаточным условием хорошей жизни. Сократ отождествляет знание с добродетелью. Если знанию можно научиться, так может добродетель. Таким образом, Сократ утверждает, что добродетели можно научить.
    2. Он считает, что «неизученная жизнь не стоит того, чтобы жить». Один должен стремиться к знаниям и мудрости, а не к личным интересам.Таким образом, знание рассматривается как средство этического действия.
    3. Что человек действительно знает, так это веления совести или душа: эти идеи составляют философию парадокса Сократа.
  3. Этический интеллектуализм Сократа имеет эвдемологическое персонаж.
    1. Сократ предполагает, что разум необходим для хорошей жизни.
      1. Истинное счастье достигается правильным поступком.
      2. Когда ваша истинная полезность служит (заботясь о своей душе), вы достигают счастья.Счастье проявляется только в длительное воздействие на душу.
      3. Сократовская этика имеет телеологический характера — следовательно, механистическое объяснение поведение человека ошибочно. Человеческая деятельность направлена ​​к добру в соответствии с назначением в природе.
    2. Сократ утверждает, что никто не выбирает зло; никто не хочет действовать в неведении.
      1. Мы ищем добра, но не достигаем его из-за невежества или отсутствия знания о том, как получить то, что хорошо.
      2. Он считает, что никто не причинит себе вред намеренно. Когда вред приходит к нам, хотя мы думали, что ищем добра, добра в таком случае не получается, так как нам не хватало знаний о том, как лучше всего добиться добра.
      3. Критика Аристотелем веры Сократа в то, что никто намеренно причиняет себе вред, заключается в том, что человек может знать, что лучше, и все же все еще не в состоянии действовать правильно.
    3. Влияние Сократа распространяется на множество различных последующих этических теории в западном мире.Некоторые специфические аспекты этики Сократа. влияние показано на следующей диаграмме.
Сократик Этика
Платонизм Гедонизм Цинизм Стоицизм
телеологический
символ
Аристипп
Эпикур
Диоген Зенон из Китиона
Эпиктет
Марк Аврелий
«хороший» счастье пример
Сократа
эмоциональная независимость
;
самопознание

IV. Некоторые предлагаемые возражения против этики Сократа заключаются в следующем.

  1. Если бы зло никогда не делалось преднамеренно или добровольно, то зло было бы невольным актом, и, следовательно, никто не мог бы должным образом нести ответственность за содеянное зло.
  2. Поскольку, по мнению Сократа, благо есть то, что способствует реальные интересы, из этого следует, что если добро известно, люди будут искать его. Но часто люди этого не делают./>
  3. Если бы нравственные законы были объективны и независимы от чувств и если бы знание должно быть отождествлено с добродетелью, тогда, казалось бы, следует, что моральные проблемы всегда поддаются рациональному разрешению.Но часто это не так.
  4. Психиатрические данные показывают, что иногда люди ведут себя совершенно самоуничижительной манере. Например, св. Павел сказал: «Ибо я не Делай добро, которого я хочу, но зло, которого я не хочу, это то, что я делать. »
  5. Если психоаналитическая теория Зигмунда Фрейда верна, мы часто не зная о рационализации неэтичных действий, чтобы сохранить нашу самоуважение. То есть такой защитный механизм приводит к самообман.Что касается определения Фрейда, Маргарет Боден отмечает: «Поскольку защитные механизмы используются нормальными, невротическими и психотическими личностями они могут считаться как универсальные черты человека разум.»

Примечания


Рекомендуемые источники

Апология Платона: Конспекты лекций по Суд над Сократом дан во «Введении в философию».

     

Евтифрон, Апология, Критон и Федон

Резюме и анализ извинения

Резюме

Апология считается наиболее достоверным из сохранившихся рассказов о защите Сократом самого себя, представленных Афинскому собору. Это находится в существенной гармонии со ссылками на суд, которые встречаются в других диалогах Платона, а также с рассказом, данным в « Memorabilia» Ксенофонта. Похоже, во многих случаях он записывает точные слова, которые Сократ использовал, произнося речь в свою защиту. Конечно, слова не были записаны в то время, когда они были сказаны, но мы знаем, что Платон присутствовал на суде, и, следовательно, мы можем заключить, что рассказ, данный в «Апологии» , содержит слова Сократа в том виде, в каком они были запомнены. Платоном.Однако следует иметь в виду, что Платон был одновременно и учеником, и горячим поклонником Сократа, и поэтому его версия суда могла быть несколько предвзятой в пользу того, кого он считал поистине великим героем. Во всяком случае, мы можем быть вполне уверены, что, хотя Сократ был до некоторой степени идеализирован своим учеником, приведенное описание представляет собой то, что Платон считал правдой о своем учителе. Также возможно, что Сократ защищал себя даже сильнее, чем сообщалось.

Содержимое диалогового окна включает несколько различных частей. Первый состоит из вводного заявления, которое Сократ делает относительно манеры его речи. Затем следует отчет о конкретных обвинениях, выдвинутых в отношении его жизни и повседневной деятельности. Сократ довольно подробно отвечает на каждое из обвинений, выдвинутых против него. После выступления в защиту дается отчет о его попытке смягчить наложенное на него наказание. Наконец, Сократ делает пророческий упрек судьям за то, что они полагают, что после вынесения приговора в качестве наказания за его преступления они будут жить спокойно и с невозмутимой совестью.

Диалог начинается с того, что Сократ произносит короткую речь, в которой он приносит извинения за разговорный стиль, в котором он будет защищаться. Его обвинители предупредили судей, чтобы они были начеку, чтобы их не обмануло красноречие Сократа, пытавшегося убедить их в своей невиновности. Сократ настаивает на том, что он не претендует на красноречие в своей речи. Он не ритор, и им должно быть стыдно за предположение, что он попытается ввести их в заблуждение силой своего красноречия.Единственный вид красноречия, который ему полезен, — это то, что излагает истину языком настолько простым, что все его понимают. Это совсем другое красноречие, чем то, которое они подразумевали в своем предупреждении судьям. Сократ говорит им, что он действительно будет говорить правду, и умоляет судей думать не о манере его речи, а только о справедливости дела, за которое он выступает.

В своей защите Сократ ответит на два вида обвинений.Первое упоминается как более древнее или более древнее обвинение, а второе — современное обвинение, выдвигаемое Мелетом, Анитом и другими, присутствующими на суде. Это первое или более раннее обвинение, которого он боится больше всего. Причина этого страха в том, что его обвинителей много, и он не может назвать их всех по имени. Большинство из них отсутствуют, и поэтому он не может дать им возможность ответить на то, что он хочет сказать. Обвинения восходят к многолетнему периоду и могут быть резюмированы следующими словами: «Сократ — злодей и любопытный человек, который исследует вещи под землей и на небе, и он делает худшее видимым». лучшее дело, и он обучает вышеупомянутым доктринам других.»

Утверждая, что эти обвинения полностью основаны на лжи, Сократ указывает, что за эти годы они создали ему плохую репутацию. В качестве примера он упоминает тот факт, что Аристофан в своей комедийной пьесе под названием «Облака » упомянул человека по имени Сократ, который постоянно заявляет, что может ходить по воздуху, и притворяется, что несет множество других глупостей, касающихся вопросов, о которых не может быть и речи. нет элемента истины. Хотя вполне возможно, что Аристофан не намеревался воспринимать эти утверждения всерьез, тем не менее они способствовали формированию неблагоприятного мнения о нем.Другим фактором, работавшим против него, были слухи о том, что он исследует вещи на небе вверху и на земле внизу. Они также основаны на лжи, поскольку он не интересовался физическими науками и никогда не заявлял, что обладает какой-либо мудростью в таких вопросах. Это не означает, что у него какие-то разногласия с учеными-физиками. Он признает законность того, что они делают, но предпочитает уделять внимание другим вопросам, особенно тем, которые имеют отношение к нравственному поведению и благополучию души.

Дальнейшее объяснение того, как появились эти слухи, можно увидеть в рассказе о мудрости, на которую Сократ, как говорят, претендует сам. История произошла следующим образом. Некий человек по имени Херефонт спросил у Дельфийского оракула, есть ли кто-нибудь мудрее Сократа. Оракул ответил на вопрос отрицательно, тем самым дав понять, что Сократ действительно был мудрейшим из всех людей в Афинах. Когда об этом сообщили Сократу, он был поражен, ибо никогда не считал себя мудрым человеком.Чтобы определить, верно ли утверждение оракула, он начал ряд расспросов и расследований. Он ходил к разным людям, каждый из которых называл себя мудрым и считался таковым среди своих сограждан. В каждом случае репутация человека была необоснованной, поскольку после расспросов и исследований Сократа становилось очевидным, что они не обладают приписываемой им мудростью. Он пошел к одному человеку, который был политиком и слыл мудрым, но когда Сократ начал с ним беседовать, стало ясно, что он не так мудр, как полагал себя.Когда Сократ указал ему на это, в результате политик возненавидел его, а его неприязнь к тому, кто разоблачил его невежество, разделили некоторые из присутствовавших и слышавших разговор. Тем не менее Сократ заключает, что он находится в лучшем положении, чем индивидуум, которого он только что исследовал, ибо этот человек ничего не знает, но думает, что знает, а Сократ не знает и не думает, что знает. Оракул в Дельфах был прав в своем заявлении. Сократ мудрее всех остальных, потому что он осознает свое невежество, а они нет.

После встречи с политиком Сократ ходил к одному человеку за другим, отчаянно пытаясь определить, действительно ли утверждение, сделанное оракулом, было правдой. Он пошел к поэтам и, попросив их объяснить некоторые из наиболее сложных отрывков в их собственных произведениях, обнаружил, что они не понимают того, что написали. Они даже настаивали на том, что их поэзия была плодом не мудрости, а своего рода вдохновения, как у прорицателей и прорицателей.Оставив поэтов, он направился к ремесленникам, но снова увидел, что они впали в то же заблуждение, что и поэты, ибо хотя они и знали некоторые вещи, но не знали о вещах величайшей важности. В результате своих исследований он сообщает афинянам, что он обнаружил, что люди с самой высокой репутацией были все, кроме самых глупых, и что некоторые низшие люди были действительно мудрее и лучше, чем те, кого высоко ценили. Хотя его миссия убедила его в том, что оракул сказал правду, тем не менее она имела печальные последствия, нажив для него большое количество врагов, что породило целый ряд обрушившихся на него клевет.

Снова Сократ указывает на другой источник предубеждения против него, которое сложилось за эти годы. Некоторых молодых людей из более богатого класса он привлекал, потому что им нравилось слушать, как он разоблачает невежество тех, кто называет себя мудрыми. Они замечают, что те, кого исследуют и обнаруживают, что им не хватает мудрости, вместо того, чтобы сердиться на себя, сердятся на Сократа и называют его подлым обманщиком молодежи, опасным персонажем и тем, чьему влиянию следует положить конец.Их обвинения вызывают большое любопытство со стороны людей в целом. Когда они спрашивают юношей, которые слушали прения, в чем состоит злое учение, в котором обвиняют Сократа, эти молодые люди не могут сказать. Однако, чтобы показать, что они не теряются в знании того, о чем идет речь, они повторяют слышанные ими обвинения в адрес философов, которые учат вещам в облаках и под землей и выставляют худшее за лучшее дело. .Поскольку люди, выдвигающие эти обвинения, многочисленны, энергичны и имеют убедительные языки, они наполнили уши многих своими громкими и закоренелыми клеветами. Вот почему Мелет, Анит и другие обвиняют его в преступлениях и предают его суду.

Защитившись от первого класса своих обвинителей, Сократ приступает к ответу на конкретные обвинения, которые теперь выдвигаются против него. Мелет заявил, что Сократ — творец зла, поскольку он развращает молодежь, не верит в богов государства и ввел новых собственных божеств.Чтобы защитить себя от этих обвинений, Сократ просит Мелета выйти вперед и ответить на несколько вопросов. Сократ особенно искусен в вопросах, которые он задает своему противнику, в результате чего показано, что Мелет противоречит сам себе и выдвигает совершенно абсурдные обвинения. Его заявления подразумевают, что Сократ — единственный в Афинах, кто развращает молодежь. Все остальные работают над их улучшением. В то же время он признает, что никто не стал бы умышленно делать людям хуже, пока он вынужден жить среди них.Из этого следует либо то, что Сократ не делает людям хуже, либо он делает это ненамеренно. В любом случае он не виновен ни в каком преступлении и не должен быть наказан. Очевидно, Мелет не понимает природы обвинений, которые он выдвигает, и не в состоянии увидеть логические последствия, подразумеваемые в заявлениях, которые он делает.

Затем Сократ просит Мелета объяснить, как он развращает юношу. Не учит ли он их признавать не богов, которых признает государство, а вместо них каких-то других божеств или духовных сил? Или он настаивает на том, что Сократ — атеист и вообще не верит ни в какого бога? Мелет отвечает, что Сократ — атеист, поскольку он не верит в божественность солнца или луны, но учит, что солнце — камень, а луна — земля.Затем Сократ напоминает Мелету, что не он учил этим вещам о солнце и луне. Анаксагор Клазоменец утверждал, что солнце и луна — лишь материальные субстанции. Мелет, должно быть, очень плохого мнения о судьях на этом процессе, если думает, что они не узнают о его ошибке. Более того, Сократ указывает, что Мелет ввел себя в противоречие с самим собой: он обвиняет Сократа в введении новых и чуждых божеств и в то же время утверждает, что он атеист, не верящий ни в какого бога.

Ответив на обвинения Мелета, Сократ переходит к другим вопросам, связанным с его судом. Был поднят вопрос о том, правильно ли для него продолжать образ жизни, который может привести к преждевременной смерти. Его ответ заключается в том, что он не боится смерти. Любой в его обстоятельствах не должен рассчитывать шансы на жизнь или смерть. Ему следует только размышлять, правильно или неправильно то, что он делает. Будучи солдатом в армии, он не покидал свой пост перед угрозой смерти.Он предпочел бы смерть позору, ибо лучше умереть с честью, чем жить в бесчестии. Как он объяснял ранее, его образ жизни является ответом на повеление Бога выполнить миссию философа по исследованию себя и других людей. Поэтому ослушаться этого приказа ради спасения собственной жизни было бы постыдным поступком. Обращаясь к своим слушателям, Сократ произнес следующие слова:

Если ты скажешь мне, Сократ, на этот раз мы не будем возражать против Анита и отпустим тебя, но с одним условием, чтобы ты больше не спрашивал и не размышлял таким образом, и если тебя снова поймают на этом, ты будешь умереть.Я отвечу: «Афиняне, я чту и люблю вас, но я буду повиноваться Богу, а не вам, и, пока у меня есть жизнь и сила, я никогда не перестану заниматься и преподавать философию, увещевая каждого, кого я встречу, по-своему». , и убеждая его, говоря: О друг мой, почему ты, гражданин великого, могущественного и мудрого города Афин, так заботишься о накоплении наибольшего количества денег, чести и репутации и так мало о мудрости а истину и величайшее улучшение души вы никогда не принимаете во внимание и не принимаете во внимание?»

Он завершает эту часть своей защиты, говоря: «Ибо я только и делаю, что убеждаю всех вас, и старых, и молодых, не заботиться о себе или своем имуществе, а прежде и главным образом заботиться о наибольшем улучшении душа.. . . Это мое учение, и если это учение развращает молодежь, то мое влияние поистине губительно. . . . А потому, говорю я вам, афиняне, делайте, как велит Анит, или не так, как велит Анит, и либо оправдайте меня, либо нет; но что бы вы ни делали, знайте, что я никогда не изменю своих путей, даже если мне придется много раз умирать». лет назад, теперь достигли зрелости и, следовательно, могут знать, были ли они искажены.Если бы это было так, то теперь они были бы среди его обвинителей. Вместо этого они входят в число его самых преданных друзей и верных сторонников. Сократ узнает некоторых из них в аудитории перед собой.

Сократу известно, что лица, обвиненные в каком-либо преступлении, часто пытаются завоевать симпатию к себе или повлиять на своих судей, привлекая членов своих семей для защиты их интересов. Сократ не будет прибегать ни к какой такой тактике. Он считает, что такое поведение позорно как для него самого, так и для государства.Есть что-то неправильное в том, чтобы подать прошение судье и таким образом добиться оправдательного приговора вместо того, чтобы информировать и убеждать его. Долг судьи не даровать правосудие, а выносить приговор, ибо он поклялся, что будет судить по законам, а не по своему усмотрению.

После того, как голосование было проведено, Сократ выразил удивление, что размер большинства, проголосовавшего против него, не был больше, чем был. Без помощи Мелета, Анита и Ликона оппозиция не набрала бы более пятой части голосов, и Сократ был бы оправдан. В Афинах было принято, чтобы заключенный, приговоренный к смертной казни, имел возможность предложить альтернативный приговор, который был бы принят, если бы его одобрило большинство судей. Наказание могло быть заменено выплатой денежной суммы, изгнанием из города на определенный период времени или рядом других вещей, каждая из которых была бы предпочтительнее смертного приговора.

Сократ заявил, что у него нет денег, чтобы заплатить штраф, и хотя любой из его друзей был бы рад предоставить ему любую необходимую сумму, он не мог принять ее, так как тем самым он признать себя виновным в чем-то, в чем он был совершенно невиновен.Он также не хотел быть изгнанным из города, в котором он всегда жил и где он вел свою деятельность, повинуясь божественному повелению. Единственной альтернативой смертному приговору, которую он предложил, было обеспечение его за государственный счет в порядке, подходящем для того, кто посвятил свою жизнь служению и благополучию своих сограждан. Никакая более подходящая награда не может быть предложена бедному человеку, который является благодетелем общества и желает использовать свободное время для обучения.

Предполагалось, что Сократ сможет избежать смертной казни, если перестанет вести разговоры, вызывавшие столько подозрений и споров в связи с его деятельностью. Тогда он сможет свободно отправиться в какую-нибудь чужую страну, и никто не будет вмешиваться в то, что он делает. Сократ отвечает на это предложение, говоря, что для него было бы неповиновением божественной заповеди молчать. Он считает, что величайшее благо человека — ежедневно беседовать о добродетели, исследуя и себя, и других, ибо неисследованная жизнь не стоит того, чтобы жить.У него есть одна просьба к своим судьям после его ухода: чтобы они следили за его сыновьями, когда они станут мужчинами, и наказывали их, если кажется, что они заботятся о богатстве или о чем-то большем, чем добродетель, или если они притворяются быть чем-то, чем они не являются.

Покончив со своей защитой, Сократ в заключение предостерегает тех, кто его осудил. Они могут думать, что, избавившись от нарушителя спокойствия, они обретут мир с собой и будут почитаться теми, кто придет после них. Однако этого не произойдет. Правда в том, что, предав Сократа смерти, они вредят себе гораздо больше, чем ему. То, что следует считать наиболее важным, — это не избежание смерти, а скорее избежание неправедности.

Вот что говорит Сократ:

И теперь, о люди, которые осудили меня, я хотел бы пророчествовать вам; ибо я скоро умру, и это час, когда люди одарены пророческой силой. И я пророчествую вам, моим убийцам, что сразу же после моей смерти непременно вас ожидает наказание гораздо более тяжелое, чем вы наложили на меня.Меня вы убили, потому что хотели избежать обвинителя и не давать отчета в своей жизни. Но это будет не так, как вы предполагаете: совсем иначе. Ибо я говорю, что обвинителей против вас будет больше, чем теперь; обвинители, которых я до сих пор удерживал; и чем моложе они, тем суровее будут к тебе, и ты будешь больше обижаться на них. Ибо если вы думаете, что, убивая людей, вы сможете избежать порицания вашей жизни обвинителем, то вы ошибаетесь; это не способ бегства, который либо возможен, либо почетен; самый простой и благородный путь — не крушить других, а улучшать себя. Это пророчество, которое я произношу перед моим отъездом к судьям, которые осудили меня.

Анализ

Апология в некотором смысле представляет собой исторический рассказ о том, как Сократ защищал себя во время суда над ним. Обычно считается, что это самая надежная запись об этом событии из сохранившихся. Тем не менее, мы должны иметь в виду, что существуют определенные ограничения, неизбежно присущие любому историческому письму. История никогда не является полным и точным отчетом о том, что произошло.Это всегда запись того, что, по мнению историка, имело место. Это обязательно его интерпретация события, как оно рассматривается с точки зрения времени и места написания, что не означает, что историческое описание ненадежно, а только то, что оно имеет определенные ограничения, которых нельзя полностью избежать. В данном конкретном случае это допускает тот факт, что концепция Платона о Сократе может быть до некоторой степени идеализирована, и вполне возможно, что в некоторых случаях он мог сообщить то, что, по его мнению, должно было быть сказано, а не то, что сказал Сократ. Тем не менее, после допущения этих ограничений, мы должны признать, что понимание Платоном Сократа и манера его защиты, вероятно, настолько близки к реальным фактам, насколько это вообще возможно для человека. На это указывает ряд различных фактов. Во-первых, Апология — это единственный диалог, в котором Платон упоминается как тот, кто присутствовал на суде. Это делает его письмо свидетельством очевидца. Опять же, отчет, по-видимому, был написан вскоре после суда, и в этом случае любые неточности или фальсификации были бы обнаружены другими, знакомыми с обстоятельствами.Наконец, рассказ в «Апологии » согласуется с сообщениями Ксенофонта и других авторов, а также согласуется со ссылками на судебный процесс, найденными в других диалогах Платона.

В ссылке Сократа на манеру его речи есть некоторая ирония. Так называемые риторы того времени были известны своим красноречием, которое обычно состояло из эмоционального призыва, призванного завоевать одобрение аудитории, а не из попытки четко представить соответствующие факты. Утверждая, что он не ритор, Сократ хочет дать понять, что он не использует речь для воздействия на чувства своей аудитории. Единственный вид риторики, который он может использовать, — это изложение фактов таким ясным языком, чтобы все могли его понять.

Целью написания Платоном этого диалога было нечто большее, чем исторический интерес. Он хотел представить Сократа в роли мученика, употребив этот термин в самом лучшем смысле этого слова.Особого внимания заслуживал характер человека, увиденный изнутри. В случае Сократа мученичество было возвышением, чем-то большим, чем безвременная смерть того, с кем обошлись несправедливо. Это был человек, который, повинуясь божественному повелению, провел свою жизнь в преданности общему благу и который не опустился бы до спасения собственной жизни, если бы при этом ему пришлось пойти на компромисс со своей совестью.

В своей защите Сократ говорит, что ответит на каждое из двух обвинений.Первый носит общий характер и связан с большей частью общественного мнения, возникшего против него. Второй более конкретен и кажется вполне вероятным, что именно за него он был обвинен и предстал перед судом. Первый из них имеет непосредственное отношение к судебному разбирательству лишь косвенным образом. Однако необходимо остановиться на нем достаточно подробно, чтобы подготовить почву для правильного понимания дела, рассматриваемого присяжными. Верно и то, что ответ Сократа на первое обвинение проливает много света на ситуацию в целом, поскольку обнаруживает некоторые преобладающие черты характера как обвинителя, так и обвиняемого.

Из-за образа жизни Сократа возникло множество популярных историй о нем. Некоторые из них носили юмористический характер и никогда не воспринимались всерьез, а рассматривались как не более чем шутка о некоторых его странностях. Кажется, так было, когда Аристофан изобразил его карикатурно в комедии под названием « Облака». Сократ воспринял это как забаву и, похоже, даже позабавился. Тем не менее, истории такого рода имеют некоторое влияние на общественное мнение, и всегда найдутся люди, которые придадут им неправильную интерпретацию. Другие истории носят более серьезный характер, поскольку содержат неточности и часто смешиваются с данными, совершенно не относящимися к деятельности лица, которому их приписывают. Именно это произошло, когда Сократу приписали некоторые доктрины, которым учил Анаксагор, ученый-физик. Также ходили слухи, что Сократ был тем, кто брал плату за свое обучение и, следовательно, был заинтересован в зарабатывании денег для себя. Сократ без труда отвечал на подобные слухи.Он никогда не интересовался физическими науками, хотя был знаком с теориями Анаксагора. Любой, кто был бы хорошо информирован, не стал бы приписывать теории о солнце и луне Сократу, интересы которого всегда были в другом направлении. Конечно, Мелет был глупцом, полагая, что судьи не заметят его ошибки. Что касается слуха о том, что Сократ брал плату за свои наставления, то любой из тех, кто его слушал, мог засвидетельствовать тот факт, что он никогда не брал плату за свои услуги.На самом деле у него были веские причины отказываться брать деньги за то, что он делал. Он не считал уместным оценивать истину в деньгах или процесс обучения людей думать самостоятельно. Кроме того, он не хотел никого исключать из своих услуг, потому что у них не было денег, чтобы заплатить за них. Обучение людей самосовершенствованию путем обучения ясному и правильному мышлению было, по его мнению, самой ценной услугой, которую он мог оказать, и он хотел, чтобы она была доступна для всех, кто воспользуется ею, независимо от их платежеспособности, социального статуса. положение или любое другое соображение.Это не означало, что он считал неправильным, чтобы любой учитель брал плату за свое обучение, если он чувствовал в этом необходимость. Сократ даже похвалил Эвена за столь скромную плату за своих учеников.

Рассказ о Дельфийском оракуле и приписываемое ему высказывание о том, что Сократ является мудрейшим человеком в Афинах, — еще один пример сократовской иронии. Может быть сомнительно, следует ли считать эту историю буквально правдивой, но цель, для которой эта история используется, достаточно ясна. Он был разработан, чтобы разоблачить ложные утверждения тех, кто притворялся кем-то, кем они не были. Поскольку у афинян не было авторитетной книги, сравнимой с Библией для христиан и иудеев или Кораном для последователей Мухаммеда, было принято консультироваться с местными божествами по важным вопросам, которые нельзя было решить обычными средствами. За исключением Дельф, не существовало касты жрецов-переводчиков. Чтобы получить ответы на религиозные вопросы, афиняне-интеллектуалы обращались к популярным поэтам, многочисленные рассказы которых имели отношение к деятельности богов, признанных государством.Сократ не принимал этих историй о богах. Одной из причин отказа от них был тот факт, что богам приписывались аморальные поступки, которые никогда не были бы допущены среди людей. Сократ считал богов добрыми. Он не верил темным и тревожным легендам, которые ходили о них. Во всяком случае, он не доверял поэтам и почти не верил местным божествам, хотя серьезно относился к голосу или демону, который говорил с ним в определенных случаях, говоря ему, чего не делать. Несмотря на личные убеждения Сократа, большинство афинян верили в Дельфийский оракул, и поэтому можно было использовать эту историю как средство для разоблачения ложных претензий тех, кто утверждал, что обладает великой мудростью, но на самом деле понимал очень мало. во всяком случае, относительно некоторых из наиболее важных проблем, касающихся человеческой жизни. Заявление, приписываемое Дельфийскому оракулу, можно привести в соответствие с признанием Сократом собственного невежества, указав, что он осознавал свое собственное невежество, в то время как те, кто утверждал, что они мудры, не осознавали своих собственных ограничений.

Опровергнув некоторые ложные и пустые слухи, ходившие о нем, и разоблачив некоторые ложные отговорки со стороны его обвинителей, Сократ приступает к ответу на главное обвинение, которое привело к его обвинению. Мелет кажется главным обвинителем, хотя Анит, по всей вероятности, был тем, кто возбудил обвинение. Они обвинили Сократа в том, что он злой человек, который не верит в богов государства и развращает молодежь, заставляя ее терять доверие к правительству, имеющему над ними юрисдикцию. Поскольку Сократа обвиняли в том, что он не верил в богов, признанных государством, не может быть и речи о его виновности. По его собственному признанию, он не принимал многих популярных взглядов на афинских богов, но это было отнюдь не единственной и даже не главной причиной его привлечения к суду. Хотя это было заявленной причиной его обвинения, фактическая причина, по-видимому, заключалась в том, что его учения считались опасными для тех, кто находился у власти.В то время в Афинах правила демократическая форма правления, и если бы можно было представить, что Сократ был врагом демократии, это во многом способствовало бы возбуждению народных настроений против него. Это указывало бы на то, что его учения могут представлять угрозу общепринятым стандартам и обычаям того времени.

В своей защите Сократ не пытался доказать свою невиновность в обвинении в неверии в афинских богов. Вместо этого он обратился к более серьезным последствиям так называемых преступлений, в которых его обвиняли. Что касается развращения молодежи, он ясно дал понять, что никогда не пытался внушать своим слушателям идеологию или принуждать их к принятию определенного набора идей. Он не утверждал, что сам пришел к окончательной или абсолютной истине, и не настаивал на том, чтобы его ученики придерживались тех же взглядов, что и он. Его единственная цель состояла в том, чтобы стимулировать и поощрять каждого из них думать самостоятельно. Если это представляло угрозу общепринятым стандартам и обычаям того времени, пусть будет так.Он был вполне готов взять на себя ответственность за это. Обвинение в том, что Сократ развратил юношу, частично основывалось на том факте, что некоторые из тех, кто был с ним связан, совершали действия, оскорбляющие государство. Это могло быть правдой, поскольку все эти люди были свободными моральными агентами и, следовательно, несли ответственность за все, что они могли сделать. Никакие проступки с их стороны нельзя было приписать Сократу. Фактически, он был готов вызвать родителей и старших братьев молодых людей, которые были связаны с ним, в качестве свидетелей того, что никому из них не стало хуже от его общения. В той мере, в какой они находились под влиянием либо его учения, либо его примера, это всегда было к лучшему.

На то, что Сократ был законопослушным гражданином, а не врагом государства, указывает его поведение на протяжении всей жизни. Служа солдатом, он оставался на своем посту в условиях, когда его собственная жизнь была в большой опасности. Только в двух случаях его действия противоречили установленным властям страны, и в обоих случаях ему было приказано совершить действия, которые либо противоречили конституции, либо прямо нарушали требования справедливости.Хотя он считал, что законам Бога следует подчиняться, а не законам человеческим, он никогда не пытался избежать наказания, требуемого государством за нарушение законов, которые он считал несправедливыми. Он не стал бы пытаться сбежать из тюрьмы, чтобы спасти свою жизнь, даже если бы у него было достаточно возможностей для этого. Он не боялся смерти. Больше всего он боялся, что может сделать что-то аморальное.

Оппозиция Сократу со стороны Мелета и его сподвижников основывалась в какой-то мере на религиозной почве. Поскольку Сократ не верил в богов, признанных государством, был сделан вывод, что он не верил ни в какое божественное существо. На самом деле Мелет, когда его спрашивают об этом, настаивает на том, что Сократ — атеист. Обвинение, конечно, было смехотворным, и Сократ поясняет это, указывая на то, что Мелет противоречил самому себе, говоря, что Сократ ввел новые и странные божества и все же не верит ни в какое божество. На самом деле Сократ, не принимая многих популярных концепций религии, был глубоко религиозным человеком.У него была глубокая вера в духовный смысл жизни и мира, а также твердая вера в Бога как источник наших нравственных обязательств. Любая молитва, которую он обращал к божеству, никогда не была мольбой о телесном утешении или материальном благополучии, а была мольбой о смирении и мужестве, чтобы жить праведно при любых обстоятельствах.

Сократовскую иронию можно снова увидеть в рассуждениях, доказывающих Мелету, что если Сократ развратил юношу, то это должно было быть сделано невольно и поэтому не должно быть наказано. Причина в том, что никто не станет добровольно причинять вред людям, среди которых ему придется жить. Аргумент был слабым, даже если он отражал веру Сократа в то, что невежество — это единственное, что заставляет людей поступать неправильно. Однако это было эффективным средством разоблачения поверхностности мышления Мелета и его неспособности понять логические последствия собственной позиции.

В качестве дополнительной защиты своего образа жизни Сократ упоминает, что он избегал политической карьеры, потому что считал, что для него было бы бесполезно пытаться проводить какие-либо реформы посредством законодательного процесса.Любая попытка, которую он мог бы предпринять, чтобы исправить несправедливые условия, вызвала бы антагонизм тех, кто извлекал материальные выгоды из этой практики, и это положило бы конец его карьере. Как государственному чиновнику, для того, чтобы он боролся за то, что он считал правильным, ему противостояли многие, которые предали бы его смерти и, таким образом, лишили бы его возможности делать что-либо хорошее. Это было опытом многих хороших людей в прошлом, и в этом отношении он не думал, что условия изменились.Дважды в своей жизни он боролся за справедливость вопреки требованиям народа, и в обоих случаях он делал это с риском для своей жизни. Когда ему говорят, что он все еще может спасти свою жизнь, если согласится изменить свой образ жизни и перестанет говорить с людьми о спорных вопросах, Сократ отвечает, что смерть не обязательно зло. Это дает определенные преимущества, и, хотя у него нет уверенности в жизни после смерти, существует возможность продолжения существования в условиях, гораздо более приятных, чем те, которые он испытывает сейчас.Кроме того, его образ жизни был подчинен божественному повелению, и по этой причине он, если бы ему представилась возможность, продолжал бы проповедовать всем людям всех возрастов необходимость добродетели и совершенствования, даже если бы его ждала тысяча смертей. ему.

Вполне возможно, что судьи Сократа на самом деле не желали его казни, поскольку это возлагало бы на них ответственность за его смерть. Очевидно, они ожидали, что он воспользуется случаем и предложит альтернативный приговор, например, уплату штрафа или высылку из города.Предложение такого рода позволило бы ему избежать смертного приговора и в то же время дало бы некоторое оправдание вынесенному ими приговору. Альтернативный приговор, предложенный Сократом, настолько противоречил тому, что ожидали судьи, что могло показаться, что он был вынесен с целью вызвать у них раздражение. Хотя он, вероятно, понятия не имел, что его предложение будет принято, Сократ объяснил, почему он его сделал. Поскольку было общеизвестно, что функция суда состоит в том, чтобы обеспечить торжество справедливости, не что иное, как то, что он предложил, было бы справедливой компенсацией за его пожизненные заслуги перед государством.

Доказательства того, что Сократ был искренен в своей заявленной верности делу справедливости, можно увидеть в том, как он вел себя на протяжении всей своей жизни. Одолжение, которое он просит у судей, чтобы они присматривали за его сыновьями после того, как он уйдет и они станут мужчинами, соответствует его преданности тому, что он считает правильным. Он хочет, чтобы его сыновья шли по пути добродетели, как и он, и поэтому он просит, чтобы, если будет казаться, что они заботятся о богатстве или о чем-то большем, чем добродетель, или если они будут притворяться кем-то, кем они не являются, должны быть приняты меры. исправить их.Опять же, именно его желание не делать ничего, что могло бы помешать делу правосудия, побудило его уволить членов своей собственной семьи, чтобы их присутствие не вызывало у судей чувства сочувствия и жалости вместо разумных оснований. суждение.

Апология заканчивается речью, в которой Сократ произносит пророческое предупреждение своим судьям относительно вердикта, который история вынесет им за действия, предпринятые ими, приговаривая его к смерти. Это замечательная речь, иллюстрирующая глубокую убежденность Сократа в том, что гораздо лучше терпеть несправедливость, чем творить несправедливость.Больше всего нужно бояться не того, что происходит с телом, а того, что происходит с душой. Несправедливость может казаться торжествующей в то время, но в конце концов злодеи получат справедливое возмездие. Была ли эта речь действительно произнесена Сократом во время суда над ним или это просто та речь, которую, по мнению Платона, было бы уместно произнести в то время, — вопрос, на который нельзя ответить с уверенностью. Если Апология была написана вскоре после смерти Сократа, а у нас есть веские основания полагать, то пророческое предупреждение не исполнилось ни в то время, ни в последующие годы.Однако вполне возможно, что либо Платон, либо Сократ имели в виду далекое будущее, и, конечно, с точки зрения дальней перспективы пророчество полностью исполнилось. На протяжении многих поколений Сократа считали героем и причисляли к тем личностям, чья мученическая смерть во многом способствовала делу свободы и справедливости в мире.

Почему Сократ ненавидел демократию — Статьи школы жизни

Работа: Политика и правительство


]]>

Мы привыкли высоко ценить демократию и, соответственно, Древние Афины, породившую ее цивилизацию. Парфенон стал чуть ли не синонимом демократических ценностей, поэтому многие лидеры демократий любят фотографироваться среди его руин.

Поэтому очень поразительно обнаружить, что одно из великих достижений Древней Греции, философия, с большим подозрением относилось к другому ее достижению, демократии.

В диалогах Платона отец-основатель греческой философии Сократ изображается крайне пессимистично настроенным в отношении всего дела демократии.В шестой книге «Республика » Платон описывает, как Сократ вступил в разговор с персонажем по имени Адеймантус и пытался заставить его увидеть недостатки демократии, сравнивая общество с кораблем. Если бы вы отправились в путешествие по морю, — спрашивает Сократ, — кто бы в идеале вам поручил решать, кто будет командовать кораблем? Кто-нибудь или люди, знакомые с правилами и требованиями мореплавания? Последнее, конечно, говорит Адеймантус, так почему же тогда, отвечает Сократ, мы все время думаем, что любой старый человек должен быть достоин судить, кто должен быть правителем страны?

Сократ считает, что голосование на выборах — это навык, а не случайная интуиция. И как любому навыку, этому нужно систематически обучать людей. Позволить гражданам голосовать без образования так же безответственно, как поставить их во главе триеры, плывущей на Самос во время шторма.

Сократ должен был лично испытать на себе катастрофический опыт глупости избирателей. В 399 г. до н.э. философ предстал перед судом по сфабрикованному обвинению в развращении афинской молодежи. Присяжные из 500 афинян были приглашены для рассмотрения дела и с небольшим перевесом решили, что философ виновен.Он был казнен болиголовом в процессе, который для думающих людей ничуть не менее трагичен, чем осуждение Иисуса для христиан.

Важно отметить, что Сократ не был элитарным в обычном смысле этого слова. Он не верил, что голосовать должны лишь немногие. Однако он настаивал на том, чтобы к голосованию допускались только те, кто рационально и глубоко думал о проблемах.

Мы забыли это различие между интеллектуальной демократией и демократией по праву рождения. Мы дали право голоса всем, не связывая его с правом голоса. И Сократ точно знал, к чему это приведет: к системе, которой греки боялись больше всего, — к демагогии.

dēmos ‘народ’ + agōgos ‘ведущий

Древние Афины имели болезненный опыт демагогов, например, грубая фигура Алкивиада, богатого, харизматичного, красноречивого богатого человека, который подрывал основные свободы и помогал подтолкнуть Афины к их катастрофическим военным авантюрам на Сицилии.Сократ знал, как легко люди, стремящиеся к избранию, могут использовать наше стремление к легким ответам. Он попросил нас представить себе предвыборные дебаты между двумя кандидатами, один из которых похож на врача, а другой — на владельца кондитерской. Владелец кондитерской сказал бы о своем сопернике:

.

Послушайте, этот человек причинил вам много зла. Он причиняет вам боль, дает вам горькие зелья и говорит вам не есть и не пить все, что вам нравится. Он никогда не будет угощать вас пиршествами из многих и разнообразных приятных вещей, как я.

Сократ просит нас принять во внимание реакцию аудитории:

Как вы думаете, доктор сможет эффективно ответить? Верный ответ — «Я причиняю вам неприятности и иду против ваших желаний , чтобы помочь вам » вызвал бы бурю негодования среди избирателей, вам не кажется?

Мы совсем забыли о ярких предостережениях Сократа против демократии. Мы предпочли думать о демократии как об однозначном благе, а не как о процессе, который всегда настолько эффективен, насколько эффективна окружающая его система образования.В результате мы избрали много владельцев кондитерских и очень мало врачей.

]]>

Кто такой Сократ? – Новости философии

90 002 Сократ (470–399 до н. э.) был одним из самых влиятельных философов за всю историю человечества. Его уникальная форма беседы, «метод Сократа», остается важной для серьезных философских исследований даже через двадцать четыре столетия после того, как он впервые представил ее.

Ранние годы

Он родился в скромном районе, расположенном сразу за южным въездом в Афины.В подростковом возрасте Сократ заинтересовался геометрией, философией и физикой (предметами, первоначально названными греками). По словам его ученика Ксенофонта (ок. 428–ок. 354 до н. э.), Сократ и его друзья регулярно встречались, чтобы «вместе читать сокровищницы древней мудрости в книгах и [делать] извлечения из них». [i] Таким образом, в юности Сократ начал всю жизнь искать ответы на фундаментальные вопросы жизни философски, с помощью разума и наблюдения. Обсуждая со своими друзьями великие труды по философии, он пришел к выводу, что лучше всего мы усваиваем , а не , когда запираемся в одиночестве, как отшельник на вершине горы, а когда активно рассуждаем с другими, получая и давая вдумчивую обратную связь.

Сократ служил пехотинцем в афинской армии с подросткового возраста до пятидесяти лет и сражался на передовой в многочисленных военных кампаниях. Его храбрость в бою стала легендарной. По общему мнению, он был совершенно бесстрашным боевым солдатом. Это примечательно, если учесть природу древних войн. Во времена Сократа греческие пехотинцы, или гоплиты (от hoplon , греческое слово «щит»), маршировали по полю боя бок о бок в строю фаланги, тысячи за раз.По мере того, как афинская фаланга приближалась к силам противника, люди увеличивали темп, чтобы врезаться в линию врага «двойным ударом». Кровь и отрубленные конечности летели бы повсюду. Греческий гоплит противостоял противнику в личном, лобовом, рукопашном бою. Война пехоты во времена Сократа была невообразимо жестокой, кровавой и ужасающей. [ii] Много раз его командиры пытались наградить его за выдающуюся храбрость, но он отказывал им, предлагая отдать медали другим.

Мировоззрение и образ жизни

По словам его друзей, Сократ мало заботился о славе, материальных благах или физических удобствах жизни. Рассуждения с другими о больших вопросах философии имели для него гораздо большее значение. Сообщается, что однажды, прогуливаясь по оживленной агоре (рынку) в центре Афин, он сказал: «Я могу обойтись без многих вещей». Его ученик Ксенофонт, который вырос и стал героем войны, писателем и знаменитым полководцем, описывал Сократа как «бережливого» и говорил, что даже обувь доставляет ему слишком много хлопот: известно, что Сократ ходил босиком круглый год, даже в зимних военных походах и даже во время боев сражались на льду и снегу.Каждый день он также носил один и тот же старый плащ, в котором он также спал. Хотя у него могло бы быть больше имущества, Сократ стремился к лаконичной жизни и практиковал то, что сегодня называется «добровольной простотой». [iii] Сократ поздно женился; у него и его жены Ксантиппы было трое детей (все мальчики).

Поскольку он считал, что ответы на фундаментальные вопросы лучше всего искать в философских беседах с другими, Сократа часто можно было застать сидящим на агоре и обсуждающим фундаментальные вопросы со всеми, кто хотел присоединиться. По свидетельствам очевидцев, в этих беседах он относился ко всем уважительно и на равных. Его приверженность человеческому равенству была новой моральной позицией того времени.

Эти рыночные дискуссии, должно быть, были захватывающим интеллектуальным зрелищем, поскольку толпы людей часто собирались, чтобы послушать, как Сократ вовлекает людей из всех слоев общества в серьезный разговор.

Где-то в середине своей жизни, по крайней мере отчасти в результате этих бесед, Сократ убедился, что многие люди думают, что знают, о чем говорят, тогда как на самом деле они понятия не имеют.Он пришел к выводу, что многие люди, в том числе самодовольные эксперты, находятся во власти иллюзий. Их предполагаемое знание — мираж. Точно так же он также видел, что многие верят , что они поступают морально правильно, тогда как на самом деле они просто обманывают себя — их действия не могут быть рационально оправданы. Когда это осознание пришло к Сократу, он нашел цель своей жизни: он должен был помочь людям обнаружить свое невежество в качестве первого шага к достижению более реалистичных убеждений и ценностей. Но как действовать?

Метод Сократа

Некоторые люди, убедившись, что другие заблуждаются, хотят схватить их за шиворот и наорать на них.Другие пытаются заставить людей изменить свое мнение. Многие люди сегодня считают, что насилие — единственное решение. Ничего из этого не было для Сократа. Он чувствовал такое уважение к каждому человеку — даже к тем, кто находился во власти иллюзий и моральных заблуждений, — что о насилии и запугивании не могло быть и речи. У него был бы совсем другой подход: он задавал людям вопросы . Впрочем, не просто вопросы. Он задавал вопросы, предназначенные для того, чтобы заставить других посмотреть в зеркало и бросить вызов своим собственным предположениям на основе рациональных и реалистичных стандартов доказательств.Такие вопросы: Почему я в это верю? Каковы мои доказательства? Верны ли мои предположения на этот счет? Или я что-то упускаю? Являются ли мои действия морально правильными? Или я только оправдываю плохое поведение?

Глядя в зеркало по-сократовски, может быть больно. По причинам, которые, возможно, лучше оставить психологам, легко критиковать других, но трудно задавать вопросы и бросать вызов самому себе . Есть и интеллектуальные препятствия. Какие стандарты или критерии мы должны применять, когда проверяем наши убеждения и ценности?

Сократ своим примером стимулировал большое исследование этого вопроса.За прошедшие годы было предложено, проверено и принято множество критериев в качестве надежных ориентиров к истине, причем истина понимается как соответствие реальности. Эти стандарты собраны в одном месте и изучаются в области философии, известной как «логика» — изучение принципов правильного мышления. Сегодня мы называем человека, чье мышление руководствуется рациональными, реалистическими критериями, «критическим мыслителем». Наше нынешнее представление о критериальном или критическом мышлении выросло из философии Сократа.

Уникальный стиль беседы Сократа оказал такое влияние на тех, с кем он разговаривал, и на всю последующую интеллектуальную мысль, что ему дали собственное название: «сократовский метод».

И это работает. Бесчисленное количество людей на протяжении всей истории изменили свою жизнь к лучшему, применив метод Сократа. Метод Сократа так же актуален и жив сегодня, как и в пятом веке до нашей эры, когда он призвал своих собратьев-афинян подвергнуть сомнению их предположения и ценности и страстно искать истину, используя свои собственные познавательные способности.

Итак, движимый всепроникающим человеческим невежеством, предубеждениями, эгоцентризмом и тем, как эти недостатки умаляют человеческое состояние, Сократ провел остаток своей жизни, призывая людей посмотреть в зеркало и проверить свои предположения в свете рационального, реалистического критерии как первый шаг к обретению истинной мудрости.Он теперь считал, что осознание собственного невежества и недостатков является предпосылкой морального и интеллектуального роста. Точно так же, как строитель должен убрать кусты, прежде чем строить дом, он сказал бы, что вы должны избавиться от невежества, прежде чем строить знание. По мере осознания этой реальности его рыночные разговоры сместились от больших вопросов космологии к вопросам о человеческом состоянии и к тому, что он теперь считал самым важным вопросом из всех: как лучше всего жить, все вещи обдуманный?

Миссия Сократа — помочь другим обнаружить собственное невежество как первый шаг на пути к мудрости — объясняет, почему он ожидал от своих собеседников честности.Если другой человек не ответит честно, он не будет вынужден исследовать свои собственные убеждений и ценностей. И если он не смотрит в зеркало, он не продвинется вперед. Для Сократа честный самоанализ был одной из самых важных задач в жизни. Это основная причина, по которой Сократ выполнял свою философскую миссию на агоре в беседах один на один, а не в лекциях перед толпой.

Этот акцент на индивидуальности также объясняет, почему Сократ сравнивал свою роль в разговоре с ролью акушерки.Точно так же, как акушерка помогает матери рожать, но не рожает сама, Сократ помогает своим собеседникам рождать более реалистичные убеждения — истины, которые они открывают для себя сами. Философ Рональд Гросс пишет, что, когда Сократ действует как интеллектуальная акушерка, мы почти слышим, как он говорит: «Толкай! Толкать! Вы можете предложить лучшую идею!» Гросс отмечает, что сократический процесс рождения лучшей идеи может быть «болезненным». Но в то же время это может быть «чрезвычайно приятно.[iv]

Испытание и смерть

У Сократа было много друзей; однако у него были и враги. Некоторые в Афинах считали, что Сократ подрывает общественный порядок, побуждая людей задавать вопросы. Кроме того, большие шишки обижались на него за то, что он задавал им неудобные вопросы при всех на площади. Следовательно, в 399 г. до н. э., когда Сократу было семьдесят, его противники уговорили одного глупца выдвинуть против него обвинения. Вот (весьма сфабрикованные) формальные обвинения, оба преступления, караемые смертной казнью:

Мелет, сын Мелета из Питфа, выдвинул и поклялся Сократу, сыну Софрониска из Алопеки, в том, что он виновен в том, что не признает богов, которых признает город, и вводит другие новые божества. Кроме того, он грешник, развращая молодежь. Штраф, смерть.

Он мог бы избежать суда, отправившись в изгнание, и друзья были готовы увезти его в другой греческий город-государство. Но из принципа он настоял на привлечении к ответственности. Он скорее подчинится закону, даже рискуя смертью, чем покинет любимый город.

В соответствии с законом присяжные в составе 501 гражданина были выбраны случайным образом из числа шести тысяч граждан с помощью механического устройства отбора, известного как «клеротерион».(Присяжные были многочисленны не просто так: никто не мог себе позволить подкупить столько присяжных!) Каждый присяжный оплачивался из государственных средств и приносил следующую присягу:

Я буду голосовать в соответствии с законами и декретами, принятыми Собранием и Советом, а если нет закона, то в соответствии с моим чувством справедливости, без благосклонности или вражды. Я буду голосовать только по вопросам, поднятым в обвинении, и буду беспристрастно выслушивать как обвинителей, так и защитников. [v]

Сократа знали везде, где бы он ни был в Афинах.Суд над ним был крупным публичным событием и, вероятно, на нем присутствовало большое количество людей. Это было проведено в центре города на агоре, где он десятилетиями допрашивал богатых и влиятельных людей. Официальное заседание началось утром, присяжные сидели на скамейках, отделенных от зрителей барьером. Обвинению было дано ровно три часа на изложение своей позиции. После того, как обвинение было завершено, Сократу было предоставлено то же время для его защиты, которая состояла из трехчасовой речи перед присяжными.

Ученик Сократа Платон был в аудитории. Платон был так тронут событиями того утра, что сохранил речь Сократа в драматической форме в диалоге «Апология» (от греческого apologia «аргументированная защита»), одном из многих, которые Платон впоследствии напишет: каждый сохраняет и продвигает аспект наследия своего учителя. Согласно Платону, в какой-то момент в свою защиту Сократ говорит присяжным следующее:

Предположим, джентльмены, вы сказали бы мне: «Сократ, ты будешь оправдан в этом случае, но только при одном условии. Что вы перестанете тратить время на этот поиск и перестанете философствовать. Если мы поймаем вас на том же пути, вы будете преданы смерти». Ну, а если, как я сказал, вы предложите оправдать меня на этих условиях, я отвечу:

.

Афиняне, я ваш очень благодарный и преданный слуга, но я должен больше повиноваться Богу, чем вам, и пока у меня есть жизнь и сила, я никогда не перестану заниматься и преподавать философию, увещевая вас и разъяснение правды всем, кого я встречаю.Я продолжу говорить в своей обычной манере: «Мой друг, ты афинянин и принадлежишь к городу, который является самым большим и самым известным в мире своей мудростью и силой. Не стыдно ли вам, что вы заботитесь о том, чтобы приобрести как можно больше денег, а также о почете и репутации, и так мало заботитесь о мудрости и истине и о величайшем улучшении души, на которые вы никогда не смотрите и не обращаете внимания? [vi]

Речь Сократа перед присяжными включала в себя и одно из самых памятных его заявлений: «Неисследованная жизнь — это не та жизнь, которую стоит прожить для человека. [vii] Кто-то, живущий исследованной жизнью , регулярно смотрит в зеркало и, имея в виду рациональные стандарты, задает вопросы, которые мы обсуждали: Действительно ли мои предположения верны? Или я обманываю себя? Каковы мои доказательства? Отражают ли ценности, которыми я живу, мораль? Или я не честен с собой? Я только оправдываю плохое поведение?

В конце концов, хотя обвинения были сфабрикованы, Сократа признали виновным. [viii] Судебное преследование рекомендовало смертную казнь. В этот момент Сократ мог бы спасти свою жизнь.Согласно закону, обвинение предлагало наказание, защита выдвигала встречное предложение, а затем Сенат выбирал между ними. Если бы Сократ предложил разумное альтернативное наказание, например крупный штраф, Сенат, вероятно, принял бы его. Его друзья были готовы собрать любую сумму денег. Вместо этого Сократ предложил наказание, которое, как он знал, суд не примет: город обеспечит его бесплатной едой на всю жизнь. [ix] Последовал смертный приговор.

Однако, поскольку окончательный приговор был вынесен в начале месячного гражданского праздника, закон требовал, чтобы казнь была отложена до окончания праздника.Таким образом, Сократ провел последний месяц своей жизни в тюремной камере в окружении семьи и друзей, занимаясь любимым делом: обсуждением философских вопросов, в том числе вопросов жизни после смерти и бессмертия души, совсем как в старину. . Несколько друзей уговаривали его бежать. Тюремщик был готов помочь. Сократ отказался, обосновав свое решение философским аргументом о природе политических обязательств и его обязанности подчиняться закону — аргументом Сократа, который обсуждается до сих пор.[х]

В диалоге Федон Платон рассказывает нам, что когда пришло время пить яд, тюремщик сказал Сократу:

Тебе, Сократ, которого я знаю как благороднейшего, кротчайшего и лучшего из всех, кто когда-либо приходил в это место, я не буду приписывать гневных чувств других людей, которые гневаются и ругаются на меня, когда, повинуясь власти, я велю им выпить яд, — право, я уверен, что вы не рассердитесь на меня; ибо виноваты другие, как вы знаете, а не я. Так что прощайте и постарайтесь легко переносить то, что должно быть; ты знаешь мое поручение.

Платон продолжает:

Потом, разрыдавшись, отвернулся и вышел. Сократ посмотрел на него и сказал: «Я отвечаю на ваши добрые пожелания и сделаю так, как вы говорите». Потом, повернувшись к нам, сказал: «Как очарователен этот человек: с тех пор, как я сижу в тюрьме, он всегда приходил ко мне, и иногда говорил со мной, и был со мной как можно добрее, и теперь посмотри, как великодушно он скорбит обо мне.Но мы должны делать то, что он говорит, Критон; пусть принесут чашу. . .

В конце концов, хотя он и знал, что смерть, которую он должен был испытать, будет чрезвычайно мучительной и медленной, Сократ спокойно выпил болиголов. Вы почти находитесь там, когда читаете сцену смерти, как ее описывает Платон. Сократ только что принял яд и ждет его действия, когда некоторые из его друзей начинают плакать. Их останавливает Сократ:

«Что это за странный крик?» он сказал. «Женщин я отослал главным образом для того, чтобы они не оскорбляли таким образом, ибо я слышал, что мужчина должен умереть спокойно.Так молчи и терпи». Услышав это, мы устыдились и воздержались от слез; и он ходил до тех пор, пока, как он говорил, его ноги не начали подводить, и тогда он лег на спину, согласно указаниям, и [тюремщик], который дал ему яд, то и дело смотрел на его ступни и ноги; а через некоторое время сильно надавил на ногу и спросил, чувствует ли он; и он сказал, нет; а потом его ногу, и так вверх и вверх, и показало нам, что он был холоден и окостенел. И Сократ сам ощутил их и сказал: «Когда яд достигнет сердца, это будет конец.Он начал холодеть в паху, когда обнажил лицо, потому что накрылся, и сказал (это были его последние слова) — он сказал: «Критон, я должен Асклепию петуха; ты не забудешь заплатить долг? — Долг будет уплачен, — сказал Критон. «что-нибудь еще?» На этот вопрос не было ответа; но через минуту или две послышалось какое-то движение, и слуги раскрыли его; его глаза были установлены, и Критон закрыл глаза и рот. Такова была смерть. . . нашего друга, о котором я действительно могу сказать, что из всех людей, которых я когда-либо знал, он был самым мудрым, самым справедливым и лучшим.[xi]

Наследие

До Сократа греческие философы сосредоточивались на великих космологических вопросах, таких как эти: Есть ли один над многими? Какова окончательная природа реальности? Каковы строительные блоки космоса? Одной только силой своей личности Сократ сместил акцент с широких космологических рассуждений на состояние человека и на следующий вопрос: какова наилучшая жизнь, которую может прожить человек, учитывая все обстоятельства? Римский философ и государственный деятель Цицерон (106–43 гг. до н. э.) выразил это так: «Сократ был первым, кто призвал философию с неба, поселил ее в городах и даже в домах и заставил ее задуматься о жизни и морали.[xii]

Философ и известный знаток Сократа Григорий Властос называет метод Сократа «одним из величайших достижений человечества» для

. . . это делает моральное исследование обычным человеческим предприятием, открытым для каждого человека. Его практика не требует ни приверженности философской системе, ни овладения специальной техникой, ни приобретения технического словаря. Он призывает к здравому смыслу и здравому смыслу. Так и должно быть, ибо как жить человеку — это дело каждого человека, а роль специалиста и знатока должна состоять только в том, чтобы предлагать руководство и критику, информировать и уточнять суждение неспециалиста, оставляя за окончательным суждением до него.[xiii]

Эта сократовская идея о том, что каждый из нас способен к критическому мышлению и обладает потенциалом жить осмысленной жизнью, была революционной, когда она впервые была предложена. Это стало важным поворотным моментом в истории мысли. Действительно, Властос называет метод Сократа первым крупным шагом к идеалу всеобщего нравственного равенства всего человечества. [XIV]


[i] Цитируется по WKC Guthrie, Socrates (Cambridge: Cambridge University Press, 1972), 53.

[ii] См. Николас Секунда, Греческий гоплит, 480–323 гг. до н.э.: Оружие, доспехи, тактика (Elms Court, UK: Osprey, 2000).

[iii] О добровольной простоте сегодня см.: http://www.choosingvoluntarysimplicity.com/ и http://www.enjoysimpleliving.com/.

[iv] Рональд Гросс, Путь Сократа: семь главных ключей к максимальному использованию своего разума (Нью-Йорк: Джереми П. Тарчер / Патнэм, 2002), 9.

[v] См. http://law2.umkc.edu/faculty/projects/ftrials/socrates/greekcrimpro.html. Мы воспринимаем суд присяжных как должное. В 399 г. до н.э. ни в одном другом обществе на земле в то время не было публичных судебных процессов с гражданскими присяжными, оплачиваемыми из государственных средств и дающими подробные клятвы, настолько современные, что их можно было бы использовать в зале суда сегодня.

[vi] Платон, Апология , 29d.

[vii] Там же, 38а.

[viii] 280 проголосовали за осуждение, 220 за оправдательный приговор. Если бы 30 граждан проголосовали иначе, Сократ вышел бы на свободу.

[ix] В Пританиуме, финансируемой государством столовой, предназначенной для олимпийских чемпионов. Он также предложил номинальный штраф в качестве альтернативного наказания, опять же зная, что это не будет принято.

[x] Описание его аргументов см. в Платоне Crito .

[xi] Платон, Федон, 118. Платон избавляет своих читателей от ужасных подробностей. Смерть от болиголова обычно сопровождается рвотой, чувством удушья и сильными судорогами.

[xii] Прочтите это на сайте http://www.litera.co.uk/cicero_socrates/.

[xiii] Грегори Властос, «Парадокс Сократа», у Григория Властоса, изд. Философия Сократа: Сборник критических эссе (Нью-Йорк: Anchor Books, 1971), 20.

[xiv] Идеал, за достижение которого человечество все еще борется, примерно через двадцать четыре столетия после Сократа.Тот же идеал был выдвинут примерно в то же время китайским философом Мо-цзы (ок. 470–ок. 391 до н. э.), который отверг конфуцианскую аристократическую, семейную мораль своего времени в пользу морали всеобщей заботы и беспристрастности по отношению к все. К сожалению, вся моистская школа была уничтожена императором Цинь в 213 г. до н.э. в ходе кровавой культурной чистки, известной как «Сожжение книг и захоронение ученых».

Избранное изображение предоставлено Wikimedia Commons


Об авторе

Пол Херрик получил докторскую степень.D по философии Вашингтонского университета. С 1983 года он преподает философию в Общественном колледже Шорлайн в Шорлайне, штат Вашингтон, недалеко от Сиэтла. Он является автором книги « Разум и мировоззрение». Введение в западную философию , Думайте с Сократом: Введение в критическое мышление, Многие миры логики, и Введение в логику .

Другие статьи Пола Херрика

Что такое логика? В этой статье из серии «Что такое», написанной для Philosophy News, Пол Херрик, автор трех текстов по логике, дает обзор логики, ее истории и ее важности. Даже если вы не разбираетесь в философии, вы найдете это краткое изложение полезным и информативным.

Книги Пола Херрика

Введение в логику, Oxford University Press, 2012

Это исчерпывающее введение в основы логики (как формальной логики, так и критического мышления) с исключительно ясными, но разговорными объяснениями и множеством увлекательных примеров и упражнений. Примеры Херрика точны и забавны, часто в них используются реальные жизненные ситуации и популярная культура.И в большей степени, чем другие учебники по логике, «Введение в логику» знакомит с историей философии и логики через интересные вставки/врезки и обсуждения, показывая связь логики с философией.

Думайте с Сократом: введение в критическое мышление, Oxford University Press, 2014

Краткий, но всеобъемлющий, Думайте с Сократом: Введение в критическое мышление использует методы, идеи и жизнь Сократа в качестве модели для критического мышления. Он предлагает более философское, историческое и доступное введение, чем более длинные учебники, и в то же время затрагивает все ключевые темы логики и аргументации.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.