Основные признаки сентиментализма в литературе: Каковы главные черты сентиментализма? Основные черты сентиментализма. Признаки сентиментализма в литературе

Содержание

Сентиментализм. Основные черты сентиментализма — презентация онлайн

1. Выполнили студентки группы 5102-420301D Каримова Румия, Салюкова Алина, Тимраляева Наиля, Храмкова Татьяна, Миленбах Анастасия.

СЕНТИМЕНТАЛИЗМ – тип культуры и художественное
направление в литературе и искусстве XVIII в., связанное с
новым взглядом на человеческую природу, с приданием
особой ценности сфере частной жизни, душевным
переживаниям, чувствительности, сердечности и
одновременно – с новым отношением к окружающей
человека природе, к естественным ландшафтам, простоте и
невозделанности.

3. Основные черты сентиментализма:

1. Уход от прямолинейности классицизма в
обрисовке характерв и их оценке.
2. Подчёркнутая субъективность подхода к миру.
3. Культ чувства.
4. Культ природы.
5. Культ врождённой нравственной чистоты,
неиспорченности.
6. Утверждение богатого духовного мира
представителей низших сословий.
Основные жанры сентиментализма:
1)Сентиментальная повесть («Поль и Вержини»
Жак-Анри Бернарден де Сен-Пьер
2)Путешествия(«Сентиментальное путешествие»)
3)Эпистолярный роман(«Жюли» и «Новая
Элоиза» Руссо)
4)Элегия(«Сельское кладбище» Томаса Грея)
Идейная основа — протест против испорченности
аристократического общества
Лоренс Стерн, автор
«Тристрама Шенди» и
«Сентиментального
путешествия» по имени этого
произведения и самое
направление было названо
«сентиментальным». «Сентим
ентальное путешествие» сам
Стерн называл «мирным
странствием сердца в поисках
за природою и за всеми
душевными влечениями,
способными внушить нам
больше любви к ближним и
ко всему миру, чем мы
обыкновенно чувствуем».

6. Черты сентиментализма: 1)культ чувства.

Самоэль Ричардсон был основателем
сентиментального патетического
романа; его «Памела» , «Кларисса
Гарлоу» и «Сэр Чарльз Грандиссон»
ставят своей главною задачею
изображение человеческой души с ее
чувствами, страстями, радостями и
тревогами и стремятся подействовать
на чувствительность читателя,
растрогать и разжалобить его до слез
правдивым изображением несчастий
честных и достойных людей, вроде
его героинь — Памелы и Клариссы.

7. Черты сентиментализма: 2)приоритет личной жизни, интерес к простому человеку.

В 40-х годах того же
столетия Томас Грей, автор
элегии «Сельское кладбище»
(одно из известнейших
произведений кладбищенской
поэзии), оды «К весне» и др. ,
подобно Томсону, старался
заинтересовать читателей
деревенскою жизнью и
природою, пробудить в них
сочувствие к простым,
незаметным людям с их
нуждами, горестями и
верованиями, придавая вместе с
тем своему творчеству
задумчиво-меланхолический
характер

8. Черты сентиментализма: 3)субъективность повествования.

В основе романа «Новая Элоиза» Руссо
лежат личные переживания автора.
Героиня романа, Юлия, представляет
собою тип „une belle âme“, т. -е. тип
идеальной женщины, как он рисовался
«сентиментальному»
миропониманию: она всецело
находится под руководством чувства и
следует «евангелию сердца». В образ
Сан-Прэ он влагает много
субъективного, наделяя его своей
меланхолией и пессимизмом, своим
раздвоением, своим романтически —
восторженным преклонением перед
природою и чувством, своим
протестом против стесняющих
свободу личности форм социальной
жизни

9.

Черты сентиментализма: 4) культ природы. Бернарден де Сен-Пьер, в своём
знаменитом произведении
«Поль и Виржини» переносит
место действия в Южную
Африку, точно предвещая
лучшие сочинения
Шатобреана, делает своими
героями прелестную чету
влюбленных, живущих вдали
от городской культуры, в
тесном общении с природою,
искренних, чувствительных и
чистых душою.
К середине 19 в. популярность сентиментализма
сошла на нет, жанр мещанской драмы практически
прекратил свое существование. Однако
эстетические принципы сентиментализма легли в
основу формирования одного из самых молодых
театральных жанров – мелодрамы. (театр)

Сентиментализм, его основные черты и классовое содержание [Реферат №6100]

Содержание:

Сентиментализм (переводится как — чувство, чувствительный с английского и французского — чувствительный)

Сентиментализм это

художественное направление в искусстве и литературе, которое пришло на смену классицизму. Также сентиментализм это еще и литературное направление XVIII и в начале XIX века.

Доминантой «человеческой природы» сентиментализм объявил чувство, а не разум, что отличало его от классицизма.

Герой просветительской литературы в сентиментализме более индивидуализирован, его внутренний мир обогащается способностью сопереживать, чутко откликаться на происходящее вокруг.

По происхождению (или по убеждениям) сентименталистский герой — демократ; богатый духовный мир простолюдина — одно из основных открытий и завоеваний сентиментализма.

Наиболее выдающиеся представители сентиментализма — Джеймс Томсон, Эдуард Юнг, Томас Грей, Лоренс Стерн (Англия) , Жан Жак Руссо (Франция) , Николай Карамзин (Россия).

Идейная основа — протест против испорченности аристократического общества.

Основное свойство — стремление представить человеческую личность в движениях души, мыслях, чувствах, стремлениях.

В основе эстетики — подражание природе, элегические и пасторальные настроения.

Основные черты:

1. Уход от прямолинейности классицизма в обрисовке характеров и их оценке.

2. Подчеркнутая субъективность подхода к миру.

3. Культ чувства.

4. Культ природы.

5. Культ врожденной нравственной чистоты, неиспорченности.

6. Утверждение богатого духовного мира представителей низших сословий.

Особенности русского сентиментализма:

1. Сильная дидактическая установка.

2. Выраженный просветительский характер.

3. Активное совершенствование литературного языка посредством введения в него разговорных форм.

Основные черты сентиментализма

1) Во главу угла ставится не разум, а чувство. Умение сочувствовать, сопереживать рассматривалось писателями как важнейшее достоинство человеческой личности.

2) Главные герои – не вельможи и цари, как в классицизме, а обычные люди, незнатные и небогатые.

3) Прославлялся культ врожденной нравственной чистоты и неиспорченности.

4) Основное внимание писателей направлено на богатый внутренний мир человека, его чувства и эмоции. А также на то, что душевные качества человека не зависят от его происхождения. Таким образом, в литературе появились новые герои – простые люди, которые по своим нравственным качествам зачастую превосходили героев-дворян.

5) Прославление в произведениях писателей сентименталистов вечных ценностей – любви, дружбы, природы.

6) Природа у сентименталистов – не просто фон, а живая сущность со всеми ее мелочами и особенностями, как бы заново открытая и прочувствованная автором.

7) Свою главную цель сентименталисты видели в том, чтобы утешить человека в его жизни, полной горестей и страданий, обратить его сердце к добру и красоте.

Сентиментализм в Европе

Это направление получило в Англии, в романах 1)С. Ричардсона, Л. Стерна. В Германии яркими представителями были — 2)Ф. Шиллер, И. В. Гете и предреволюционной Франции нашли полное выражение в творчестве 3)Жан-Жака Руссо.

С. Ричардсон

Л. Стерн Ф. Шиллер

И. В. Гёте Ж. Ж. Руссо

Само название литературного направления укоренилось после написания авторами многочисленных «Путешествий», которые открывали читателю красоту природы, бескорыстную дружбу, семейную идиллию. Затрагивали самые нежные чувства читателей.

Сентиментализм в России

Популярные авторы:

В России представителями сентиментализма являлись М. Н. Муравьев, И. И. Дмитриев, Н. М. Карамзин со своим наиболее известным произведением «Бедная Лиза», молодой В. А. Жуковский, А. Радищев.

М. Н. Муравьев

И. И. Дмитриев Н. М. Карамзин

В. А. Жуковский А. Радищев

В России существовало два направления сентиментализма:

Дворянский

Направление, которое не выступало за отмену крепостного права. Николай Карамзин, автор повести «Бедная Лиза» в конфликте между сословиями выдвинул на первое место не социальный фактор, а моральный. Он считал: «и крестьянки умеют любить…».

Революционный

В литературе это направление выступало за отмену крепостного права. Основой всей культуры, как и основой общественного бытия, считал Радищев, является личность, которая заявляет о своем праве на жизнь, свободу, счастье, творчество.

Сентименталисты создали множество новых жанров в литературе. Это бытовой роман, повесть, дневник, роман в письмах, очерк, путешествие и другие, в поэзии это элегия, послание. Так как в противовес классицизму не было четких правил и ограничений, очень часто жанры смешивались. Поскольку героями произведений сентименталистов стали простые люди, получил значительное упрощение и язык произведений, в нём появилось даже просторечие.

Поскольку героями произведений сентименталистов стали простые люди, получил значительное упрощение и язык произведений, в нём появилось даже просторечие.

Для сентиментализма характерны такие черты, как эмоциональное восприятие природы, окружающего мира, душевных переживаний человека.

Сентиментализм рассказывает о жизни простых людей, обычно провинциального городка или поселения. Сентименталисты считали главным врожденным качеством человека доброту, и, соответственно, строили сюжеты, исходя из этого предположения. Характерными чертами сентиментализма также были идеализация природы, нравственной чистоты и глубоких душевных переживаний людей из низших сословий.

В России сентиментализм получил благодатную почву, подготовленную романами Ричардсона. Книги Карамзина, особенно «Бедная Лиза» — яркие примеры русского сентиментализма.

Отличительные черты русского сентиментализма:

  • Проповедь консервативных взглядов: если все люди, независимо от их положения в обществе, способны на высокие чувства, значит, путь к всеобщему счастью лежит не в изменении государственного устройства, а в нравственном самосовершенствовании, нравственном воспитании людей.
  • Ярко выражены просветительские традиции, поучение, наставление, морализаторство.
  • Совершенствование литературного языка путём введения разговорных форм.

Сентиментализм сыграл важную роль в литературе обращением к внутреннему миру человека, в этом плане он стал предвестником психологической, исповедальной прозы.

В отличие от классицистов, которые создавали обобщенные характеры (скряга, ханжа, невежда, глупец), сентименталисты изображали конкретного человека с его собственной судьбой. Положительные герои — крестьяне, сельское духовенство, разночинцы — наделены природной чувствительностью; Они добрые, отзывчивые, сострадательные, способны на самопожертвование. Отрицательные герои — высшие духовные чины, дворяне, представители власти — эгоистичные, расчетливые, жестокие, высокомерные.

Пейзажи у сентименталистов в основном сельские, они изображают сельские кладбища, руины, живописные уголки, которые должны вызывать меланхоличные настроения.

Итак,приняв во внимание все вышеперечисленное,можно выделить несколько основных черт русской литературы сентиментализма:уход от прямолинейности классицизма,подчеркнутая субъективность подхода к миру,культ чувства,культ природы,культ врожденной нравственной чистоты,неиспорченности,утверждается богатый духовный мир представителей низших сословий.

Черты сентиментализма в повести Н.М. Карамзина «Бедная Лиза»


Произведение сентиментализма

Н. М. Карамзин по праву считается родоначальником русского чувствительного жанра. В 1792 году он создаёт повесть о любви крестьянки и дворянина, которая отражает в себе особенности нового направления и становится прогрессивным произведением. В ней отчётливо и самобытно проявляются его основные черты, вот почему повесть «Бедная Лиза» относится к сентиментализму.

Одухотворённая представительница крестьянства

Главная героиня из низшего сословия, но обладает и духовностью, и чувствительностью. Девушка умеет и любить, и мечтать. Она склонна к душевному состраданию, которое несвойственно её среде. Положение крепостных — это жизнь рабов, лишённых чувств, чего не скажешь о Лизе, ей глубоко близки черты:

  • умение сопереживать;
  • бережно хранить «нежнейшие чувствия»;
  • наслаждаться ощущением собственных эмоций.

Искренняя девушка доверяет чувствам, движениям сердца, «нежным страстям».

Внутренние переживания влюблённых

К признакам нового литературного течения в повести относятся постоянные душевные страдания героев, они не сдерживают чувств и нередко проливают слёзы. Доказать это в тексте может безмерное горе Лизы, когда она после отъезда Эраста в армию безумно скучает по нему, постоянно плачет и тоскует в разлуке с любимым.

Эти примеры сентиментализма в «Бедной Лизе» впервые открывают в русской литературе внутренние переживания человека, они показывают, как обнажаются человеческие сердца, когда испытывают:

  • тоску по несбывшемуся;
  • любовь к родному человеку;
  • грусть от разлуки;
  • страдание и боль.

Проявление чувств главных героев

Тема счастья и любви проникновенно и взволнованно описывается автором. Влюблённость Эраста в Лизу кажется искренней и возвышенной. Он в восторге от милой «пастушки». Вся роскошь и изысканные развлечения высшего света кажутся ему пустыми и мелкими. И только «страстная дружба невинной души питает его сердце». Но герои не справляются со своей чувственностью, а именно она главная и ценная особенность сентиментализма, и оказываются в объятиях, испытывая наслаждение и восторг.

Однако страстное притяжение молодого человека к возлюбленной резко меняется, когда взаимоотношения перестают быть платоническими. Неземной идеал чистоты и невинности рассыпается вдребезги, чувство любви и трепетности сгорает. Образованный и возвышенный дворянин Эраст расстаётся с девушкой, чтобы жениться на пожилой даме по расчёту.

Лиза — простая крестьянка — любит глубоко и искренне. Хрупкая и милая, она способна на серьёзные поступки, даже противоречащие моральным устоям общества. Но любовь оправдывает всё.

Роковой исход

Повесть включает в себя элемент ожидаемой трагедии — исстрадавшаяся Лиза бросается в пруд. Печальный финал повести — ещё один пример сентиментализма.

Следуя за чувствами, несчастная девушка забывает о больной матери, практически теряет разум и принимает решение уйти из жизни по зову своего разбитого сердца. Автор убедительно доказывает, что главный признак нового жанра — это преобладание чувств над разумом.

«Бедная Лиза» как произведение сентиментализма

Сегодня на уроке мы:

· обсудим повесть Николая Михайловича «Бедная Лиза»;

· проследим в ней основные признаки сентиментализма;

· узнаем, что нового привнёс Карамзин в русскую литературу.

Повесть «Бедная Лиза» Николай Михайлович Карамзин написал после возвращения из Европы. Ему тогда исполнилось 25 лет.

Повесть Карамзин опубликовал в 1792 году в «Московском журнале»

, который сам издавал.
«Бедная Лиза»
произвела фурор.

Вскоре повесть вышла отдельной книгой и постоянно переиздавалась. Ею зачитывались.

Пруд, который описан в повести, стал называться «Лизиным». К нему приезжали влюблённые, чтобы объясниться в любви или объявить о разлуке.

Противники повести привозили туда подопечных с воспитательной целью. Они показывали, что автор приукрасил реальность. Например, вместо красивой берёзовой рощи на берегу росла одна жалкая берёзка.

Молодым людям зачитывали едкие эпиграммы:

«Ну можно ль поступить безбожнее и хуже: Влюбиться в сорванца и утопиться в луже».

Или:

«Здесь в воду бросилась Эрастова невеста, ‒ Топитесь, девушки, в пруду довольно места».

Кроме Лизиного пруда

на карте Москвы появились Лизина слободка, Лизина площадь, которая находилась недалеко от пруда и Лизин тупик, который к этому пруду вёл.

Одно за другим выходили подражания. Все они повторяли сюжет Карамзина.

Это «Бедная Маша» Александра Измайлова, «Прекрасная Татьяна» Владимира Измайлова, «Даша, деревенская девушка» Павла Львова и многие другие.

Черты героини Карамзина и мотивы повести мы можем видеть в творчестве

Пушкина, Достоевского и Толстого.

Читатели сострадали героям и восхищались новаторством автора. Карамзин перенёс европейский сентиментализм на русскую почву и навсегда изменил облик русской литературы.

Давайте вспомним основные признаки сентиментализма.

В центре произведения – изображение внутреннего мира человека, его чувств. Эмоции и настроения человека описываются очень подробно.

Основная тема – любовь.

Герои сложные. Нет строгого разделения на положительных и отрицательных.

Утверждается внесословная ценность человека. Душа человека показывается через мир природы. Природа идеальна. Воспевается её первозданная чистота. Город противопоставлен деревне и считается средоточием грехов.

В тексте прямо показана авторская позиция. Автор – посредник между читателем и героями истории.

Теперь попробуем найти эти признаки в повести «Бедная Лиза».

Обратимся к началу повести. Карамзин пишет:

«Может быть, никто из живущих в Москве не знает так хорошо окрестностей города сего, как я, потому что никто чаще моего не бывает в поле, никто более моего не бродит пешком, без плана, без цели – куда глаза глядят – по лугам и рощам, по холмам и равнинам. Всякое лето нахожу новые приятные места или в старых новые красоты».

В первом же предложении перед нами предстаёт образ автора-рассказчика

. Он с самого начала выступает посредником между читателем и героями истории. Его отношение к героине повести ясно уже из названия повести «Бедная Лиза». Автор стремится заставить читателя сочувствовать судьбе несчастной девушки.

Пейзажи Москвы и её окрестностей мы видим глазами автора-рассказчика. Он всё время обращается к читателю или героям повести.

Такие слова адресованы влюблённой Лизе: «Ах, Лиза, Лиза! Что с тобою сделалось? До сего времени, просыпаясь вместе с птичками, ты вместе с ними веселилась утром, и чистая, радостная душа светилась в глазах твоих, подобно как солнце светится в каплях росы небесной; но теперь ты задумчива, и общая радость природы чужда твоему сердцу».

А так комментирует клятвы Эраста: «Безрассудный молодой человек! Знаешь ли ты своё сердце? Всегда ли можешь отвечать за свои движения? Всегда ли рассудок есть царь чувств твоих?»

Более того, автор говорит, что лично знаком с одним из героев повести и услышал историю бедной Лизы от него. Карамзин стремится передать свои чувства и мысли читателю прямо.

А теперь посмотрим на сюжет повести.

В основе повести лежит сюжет о несчастной любви крестьянки и аристократа. Сюжет этот не новый. Новым было то, Карамзин вывел на первый план простую крестьянку, а не дворянина. Он заставил читателей сочувствовать ей.

«И крестьянки любить умеют!»

, ‒ восклицает автор, когда рассказывает историю матери Лизы. Этим он показывает, что ценность человека не зависит от его сословия. Главное в человеке – его душа и нравственные качества.

Писатели-сентименталисты стремились передать движения души человека. Карамзин это делает мастерски. Он не только описывает эмоции, но и тонко подмечает их внешние проявления.

Так он показывает радость и смущение героини: «Тут в глазах Лизиных блеснула радость, которую она тщетно сокрыть хотела; щёки её пылали, как заря в ясный летний вечер; она смотрела на левый рукав свой и щипала его правою рукою».

В истории Эраста и Лизы автор сталкивает два мира. Они резко противопоставлены друг другу.

Мир Эраста – Москва

, которую автор ещё во вступлении называет алчной. Мать Лизы боится отпускать дочку в город и каждый раз молится, чтобы Лизу никто не обидел там.

Каким же мы видим героя повести?

«Эраст был довольно богатый дворянин, с изрядным разумом и добрым сердцем, добрым от природы, но слабым и ветреным. Он вел рассеянную жизнь, думал только о своём удовольствии, искал его в светских забавах, но часто не находил: скучал и жаловался на судьбу свою».

Он эгоистичен. Любовь Лизы возвышает его в собственных глазах: «видя, сколь она любит его, казался сам себе любезнее».

Интересно, что Карамзин при этом подчеркивает ум и природную доброту Эраста. Даже осудить героя он хочет, но не может. «Сердце мое обливается кровью в сию минуту. Я забываю человека в Эрасте – готов проклинать его – но язык мой не движется – смотрю на небо, и слеза катится по лицу моему. Ах! Для чего пишу не роман, а печальную быль?»

Эраст – не отрицательный герой. У него нет злых мыслей и стремления развратить Лизу. «Натура призывает меня в свои объятия, к чистым своим радостям», – думает Эраст. Встреча с Лизой для него – шанс исполнить мечту и жить невинной жизнью со своей пастушкой на лоне природы.

Все неблаговидные поступки он совершает из-за слабости характера. Карамзин создаёт сложного, неоднозначного героя.

Мир Лизы и её матери – сельская идиллия

. Они живут на лоне природы, зарабатывают на жизнь честным трудом, исключительно добры, невинны и чисты.

Лиза – необыкновенно заботливая дочь. Её мать – безутешная вдова, «чувствительная, добрая старушка». После смерти мужа дочь стала её единственной опорой и радостью в жизни.

Лиза искренна, наивна и самоотверженна. Она готова на всё ради Эраста. Её цель – счастье любимого. «… она, совершенно ему отдавшись, им только жила и дышала, во всем, как агнец, повиновалась его воле и в удовольствии его полагала своё счастие»

.

Когда Эраст уходит на войну, она падает в обморок после прощания. А очнувшись, хочет ехать вслед за ним. «Ах! – думала она. – Для чего я осталась в этой пустыне? Что удерживает меня лететь вслед за милым Эрастом? Война не страшна для меня; страшно там, где нет моего друга. С ним жить, с ним умереть хочу или смертию своею спасти его драгоценную жизнь»

. Только мысль о матери остановила её.

Автор постоянно подчёркивает связь Лизы с природой. Объяснение в любви, которое сделало Лизу счастливой, случилось прекрасным майским утром.

Потеря невинности происходит тёмной мрачной ночью, и тут же начинается страшная гроза. Когда Лиза плакала в разлуке с Эрастом, «печальная горлица соединяла жалобный голос свой с её стенанием»

.

Таким образом Карамзин сделал пейзаж средством психологической характеристики героев. Более того, во вступлении пейзаж создаёт настроение повести. «Ужасная громада алчной Москвы» противопоставлена светлой реке и густо-зелёным пышным лугам. Развалины монастыря и кладбище намекают на трагический конец повести.

Вспомним, что сентименталисты утверждали ценность страданий

. По их мысли, страдания делают человека лучше. А всякое страдание должно вознаградиться.

Во вступлении Карамзин пишет: «Ах! Я люблю те предметы, которые трогают мое сердце и заставляют меня проливать слезы нежной скорби!»

Бедную Лизу автор не осуждает за самоубийство. Он призывает читателей посочувствовать ей. Вот так он пишет о её смерти: «Таким образом скончала жизнь свою прекрасная душою и телом. Когда мы там, в новой жизни увидимся, я узнаю тебя, нежная Лиза!»

Точно так же он не осуждает Эраста. Эраст сам погубил себя. Он проиграл своё состояние, женился без любви на богатой вдове и был несчастен до самой смерти. Эраст страдал и каялся в смерти Лизы, поэтому заслуживает прощения, уверен автор.

Белинский в статье «Литературные мечтания» написал о Карамзине: «Он отметил своим именем эпоху в нашей словесности; его влияние на современников было так велико и сильно, что целый период нашей литературы от девяностых до двадцатых годов называется периодом Карамзинским. Одно уже это достаточно доказывает, что Карамзин, по своему образованию, целою головою превышал своих современников. За ним ещё и по сию пору, хотя и не твёрдо и не определённо, кроме имени историка, остаются имена писателя, поэта, художника, стихотворца».

Близость природы и человека

Черты сентиментализма повести «Бедная Лиза» нашли выражение и в показе тесной связи героев с окружающей природой. Пейзажные зарисовки созвучны их настроению и переживаниям. Зловещая сцена грозы усиливает страх и тревогу героини и служит доказательством, что ждёт её не радость и счастье, а нечто гибельное, пугающее.

Автор восхищается присущей природе красотой и чистотой. Она выступает отдельным героем, и только такая прекрасная девушка, как Лиза, способна общаться с ней и понимать её.

Сентиментализм в повести Карамзина

Сентиментализм — художественная направленность в литературе и творческой деятельности в XVIII — XIX веках. Сантименты означают чувства и переживания. Для этого течения душевные порывы и эмоции являются основными критериями в эстетике.

Чувственные образы в произведении

Существует негласный запрет на прямолинейный анализ образов, сложился особый интерес к обычному человеку. В сентиментализме главный акцент переносится на внутренний мир индивида, а внешние проявления не так важны.

Действие протекает в Москве. Главные персонажи — Лизавета, ее мама, Эраст. Повесть «Бедная Лиза» берет свое начало с описания красоты православного монастыря. Также автор описывает природу, прекрасные виды Москвы.

Пейзажи приносят с собой грустные настроения, угадывающие грядущие драматические события. «Бедная Лиза» основывается на типичном сюжете о мезальянсе. Персонажи любовной истории принадлежат к разным сословиям: дворянство и крестьянство. Такая пара не может обрести счастье по моральным причинам, а также крестьянский общественный уклад жизни противоречит и находится в конфликте с помещичьим.

Образ бедной Лизы:

  • имя значит «уважающая Бога»;
  • красива своим телом и сердцем;
  • работала не покладая рук;
  • вежливая;
  • принадлежит к крестьянам.

Слезная история любви

Лизавета чувствует себя бедной в собственных эмоциях и переживаниях, также можно охарактеризовать материальное положение девушки. Дополнительно этим определением автор выражает, как он лично относится к молодой даме.

Образ Эраста:

  • имя значит «любимый»;
  • много денежных средств;
  • добрая душа;
  • острый ум;
  • слабый характер;
  • вел праздный образ жизни;
  • относится к дворянскому сословию.

Елизавете присущи скромность, нравственность, в ней не было ни капли жадности. Ее матушка была чувственной, честной, в преклонных летах — пошел шестой десяток. Хорошо воспитала свою дочь.

При знакомстве с Лизой скучающий и пресыщенный дворянскими развлечениями Эраст испытывает новое чувство — чистый восторг. Девушка влюбляется в юношу с первого взгляда. В их возникших чувствах нет порока, они светлые и прекрасные. Их любовная история завершилась тем, что Эраст женится по расчету на другой.

Автор возмущен действиями молодого человека, «сердце обливается кровью». Крестьянка обманута, герой повести воспользовался юностью и наивностью девушки, а потом бросил ее. В результате Елизавета убивает себя, она бросается в водоем. В дальнейшем Эраст несчастлив, потому что заключил брак не по любви.

Лирические отступления автора

Карамзин создаёт в сентиментальном сочинении картину светлой женской души, способной на любовь, верность и преданность. Своё сочувственное отношение к героине писатель выражает в заглавии. И сожалеет, что не может изменить события: ведь он передаёт подлинную историю.

Эраста автор не обвиняет в случившемся, а пытается найти ему оправдание, наделяя глубоким раскаянием. При этом он кратко и ёмко выражает отношение к своему ветреному герою, называя его «безрассудным молодым человеком».

Повествователь узнаёт историю о погибшей девушке из уст Эраста и, опечаленный её трагической судьбой, часто приходит погрустить на «Лизину могилку». Такое сосуществование автора и героя в одном произведении не проявлялось в русской литературе до Карамзина. И этот приём также можно отнести к признакам сентиментализма в «Бедной Лизе».

Повесть так правдива и искренна, что воспринимается как рассказ о подлинных событиях. У неё есть «прописка» — пруд у Симонова монастыря, указанный автором, куда приходят к месту гибели Лизы несчастные в любви девушки. Они плачут, страдают и оставляют на коре деревьев серьёзные и сатирические надписи. Одна из них в форме таблицы гласит: «Погибла в сих струях Эрастова невеста, Топитесь, девушки, в пруду довольно места!»

Велика роль автора в том, что он дал направление другим писателям в создании демократичных и реалистичных произведений, описывающих настоящие человеческие судьбы, сочинив повесть о девушке-крестьянке. Никогда ещё в русской литературе не выставлялась напоказ личная жизнь героев со всеми радостями и трагедиями. Она навсегда останется в отечественной классике как истинный образец русского чувствительного произведения.

Анализ «Бедной Лизы»

Карамзин не осуждает героиню за сведение счетов с жизнью. По его мнению, мучение всегда будет вознаграждено. Эмоции и переживания своих персонажей автор соотносит с природой. В начале произведения перед читателем предстает грустный осенний пейзаж, который может привести к меланхолии. Ясное утро мая ассоциируется с пылким признанием в любви героев. Ночная пугающая гроза призвана подтверждать безграничную трагедию Лизаветы.

Признаки сентиментальности

Присутствуют все характерные черты сентиментализма в «Бедной Лизе»: главная тема — любовь, основной конфликт — доказать испорченную мораль дворянского общества. В повести противопоставлены город и село. В сентиментализме Карамзина природа идеализируется, автор восторгается принадлежностью Российского государства к патриархату.

Примеры сентиментализма: персонажи индивидуальны, их эмоции — главная эстетика повести. На первый план выходят размышления героев, их стремления, душевные переживания. В сентиментализме переживание более убедительно и подлинно, нежели само существование.

Разум и эмоции в рассказе

В повести представлены 2 конфликта: внешний — роман аристократа и простолюдинки; внутренний — любовь и предательство Эраста.

Книга наполнена мучениями, даже природа сочувствует Елизавете. В сентиментализме важны изображения чувств, а не проявление ума. В литературном труде Карамзина персонажи живут порывами своей души, рассудок нередко уходит на второй план, и эмоции зачастую противоречат здравому смыслу.

Основные классические литературные направления — классицизм, романтизм, сентиментализм и реализм. Тексты сочинений Карамзина относятся к сентиментализму, так как писатель считал главным благом именно воспитание чувственного восприятия.

Вариант 2

В рамках направления сентиментализм в русской литературе написано немного произведений. Самым ярким из них является «Бедная Лиза» Карамзина. На его примере можно рассмотреть все признаки сентиментализма.

Первый из них — это сословная принадлежность героев. Очень часто в сентиментальных повестях и романах главными героинями являются простые девушки, крестьянки. Это связано с тем, что они живут на природе в истинном единстве с ней, плотном контакте. Как правило, их жизнь полна трудностей и невзгод, но однажды они встречают свою любовь. Так было и с Лизой. Она сама содержала не только себя, но и мать, много трудилась, собирала ягоды и цветы, которые продавала. Однажды девушка встретила Эраста, которого полюбила взаимно.

Второй признак — особенность содержания. В сентиментальных произведениях главная роль отведена чувствам, в особенности любви. В повести Карамзина основа сюжета — это любовь, которая вспыхнула в сердцах героев. Автор с трепетом описывает взаимоотношения и свидания влюблённых. Чувствительность присуща и главной героине, Лизе, которая тонко ощущает любое событие, чувство или явление. Она наивна и доверчива, но при этом страстна и пылка. Лиза не стесняется своих чувств и эмоций, она рада проявлять свои переживания. Сентиментальный герой принимает всё близко к сердцу.

Немалую роль играет и природный ландшафт. Сентиментальные произведения всегда подчёркивают связь человека с природой. Пейзаж в них нередко отражает чувства героев и их переживания. В произведении «Бедная Лиза» автор красочно описывает пейзажи, которые окружают героев.

Для сентиментальных произведений характерна и особая концовка. Они описывают любовь, но, как правило, она не заканчивается хорошо. Лиза была обманута Эрастом и не смогла пережить это. Для сентиментализма характерна печальная или даже трагическая любовь. Лиза встретилась с мерзавцем, недостойным человеком, который ранил её сердце. Из-за такой особенности сюжета и содержания сентиментальные произведения часто описывают отрицательные чувства и явления. Важная особенность сентиментализма — самоубийства героев. Чувствительная и тонкая натура Лизы не смогла жить по-прежнему после обмана Эраста, поэтому девушка совершила самоубийство. Такой приём часто встречается и в других произведениях этого направления. Например, « Страдания юного Вертера» Гёте заканчиваются тем же, что и «Бедная Лиза» — смертью главного героя.

Для русской литературы «Бедная Лиза» — это эталон произведения, написанного в рамках сентиментализма.

Сентиментализм ⚠️ в русской литературе: основоположник, когда возник, примеры

Сентиментализм в русской литературе

Сентиментализм — это литературное течение, которое проникает в русскую культуру в конце 70-х годов XVIII века. В широком понимании, сентиментализм рассматривают как художественное явление Западной Европы (20-80-ые годы XVIII) и Российской империи. Свое происхождение термин берет от французского глагола «sentir» («чувствовать», «ощущать», «обонять»), а также его производного существительного «sentiment», который означает «чувство» или «эмоция».

Период возникновения, основоположники

Предвестниками первых сентименталистских творений в русской литературе можно считать творчество Ф. Эмина, пьесы В.И. Лукина, а также поздние сочинения Д.И. Фонвизина (создатель русской бытовой комедии). К примеру, роман «Письма Ернеста и Доравры» (1766 г.) авторства Эмина характерно наследует произведению Руссо «Новая Элоиза».

Причины развития русского сентиментализма исходят из заинтересованности в творениях западных авторов. Стоит выделить, что русские авторы интересовались текстами Ж.-Ж. Руссо, С. Гесснера, Г. Э. Лессинга, Л.-С. Мерсье, Д. Дидро, С. Ричардсона. Особую роль сыграл перевод творения И.В. Гете «Страдания юного Вертера» (первая попытка перевода на русский была осуществлена в 1781 году Ф. Галченковым), который повлиял на последующее формирование особенностей русского сентиментализма. Косвенное воздействие на становление течения осуществили прозаические переводы творений Э. Юнга, Ф.Г. Клопштока усилиями русского мистика А.М. Кутузова в 80-х годах XVIII века. Именно сентиментализм привносит культ чтения в культуру русской интеллигенции.

Осторожно! Если преподаватель обнаружит плагиат в работе, не избежать крупных проблем (вплоть до отчисления). Если нет возможности написать самому, закажите тут.

Сентиментализм начинает проявлять себя как литературное течение в русской литературе с 80-х годов XVIII века. К концу 10-х годов XIX века (иногда говорят о конце второго десятилетия) сентиментализм исчерпывает себя, постепенно уступая место романтизму.

Первым литературным примером русского сентиментализма считают «Письма русского путешественника» прозаика, историка и поэта Н.М. Карамзина, написание которого датируется 1791-1792 годами. Произведение Карамзина имеет схожий стиль с другим творением, известным в рамках западноевропейской культуры, — «Сентиментальным путешествием» английского писателя Л. Стерна.

Родоначальниками русского сентиментализма считают Карамзина, О.М. Радищева, М.Н. Муравьева, И.И. Дмитриева.  

Отличительные черты русского сентиментализма

Как явление литературы, сентиментализм выступает оппозицией русскому псевдоклассицизму, является предвестником романтизма. Именно сентиментализм опроверг существующее положение разума как ключевого ориентира литературного творчества, его рациональную направленность и прямолинейность, а также отбросил существующий литературный формализм. На смену разуму приходит чувство как наиболее живое и адекватное отображение реальности, самобытности человека.

В контексте сюжета, тематики и идей выделяются такие особенности:
1. Обостренное внимание к переживаниям и чувствам человека.

Сентименталисты пытались исследовать внутренний мир личности, отобразить его в своих произведениях. Переживания рассматриваются писателями как отображение самой сути человека, а потому именно их передача становится главной идеей произведений.

2. Природа как одна из главных ценностей жизни.

Вокруг красоты природы был сформирован целый культ, поскольку ее можно было рассматривать как один из ключевых истоков формирования чувств человека, как предмет эмоциональной квинтэссенции.

3. Особенности главных героев.

Главные герои являются не выдающимися личностями (царями, полководцами, повелителями), а обычными людьми, которые не владеют богатствами, не обладают знатностью или властью. Ключевыми персонажами нередко были крестьяне и/или дворяне. Главными чертами персонажей становиласт обостренная чувствительность и восприимчивость, субъективность отношения к окружающему миру. Также писатели обращают внимания на нравственную чистоту персонажей и их неиспорченность, превращая последние в своеобразный культ.

4. Идеализация быта, образа жизни, чувств и возвышение эмоций.

Сентименталисты идеализируют быт крестьян, преподнося его как сельскую идиллию и гармонию. Писатели возносят любовь и дружбу как вечные ценности, а жизнь рассматривают как скоротечный и превратный момент.

5. Наличие элементов философской антропологии, гуманизма.

Интерес к переживаниям личности породил изучение природы человека, его нравственной свободы, ценностей жизни, морали и т. д. Так, авторы рассматривали людей как самоценных, свободных с рождения, которых не должно определять собственное место в социальной иерархии сословий.

6. Просветительская направленность.

Сентименталисты ставили цель воспитать читателя, положив в основу произведений новые философские начала. Моральное усовершенствование рассматривалось как чувственное раскрепощение, достижение крайней искренности. Писатели своими произведениями давали примеры чистых побуждений, бескорыстных стремлений, неиспорченных отношений и открытого восприятия мира («как чувствуешь»). Утешение людей в их бедах и страданиях было одним из направлений творчества авторов.

7. Интерес к произведениям народного творчества.

В эпоху сентиментализма творчество народа в разных его формах приобретает особую значимость, поскольку рассматривается как выражение чистых и живых чувств.

В контексте особенностей литературных форм и характера повествования сентиментализму характерно:

  1. Особой внимательностью (к мелочам и деталям быта, характера, поведения), сочувствием автора к своим персонажам, что выражается в субъективном тоне повествования.
  2. Мотивы меланхоличности, безысходности, трагизма («Марьина роща» Жуковского), иногда присутствует тема самоубийства («Бедная Лиза» Карамзина).
  3. Совмещение возвышенного языка и простонародной речи. Тенденция к отказу от высокопарного языка псевдоклассицизма.
  4. Преобладание таких жанров, как путешествия, повести, романы, мемуары, письма, элегии и оды (в поэзии), сатира.

Чем отличается от европейского

Во многом направления европейского и русского сентиментализма схожи. Однако русское крыло приобрело яркий национальный характер как результат влияния существующих культурных, социальных и также политических особенностей, а потому отличается:

  1. Своей благосклонностью и терпимостью к существующим устоям, социально-политическим консерватизмом. Писатели пытались указать на необходимость морального совершенствования каждого человека, а не пробудить гражданскую сознательности. Авторы не писали о революционных изменениях, уничтожении института самодержавия или дворянства как сословия. Однако, они настаивали на гуманном (нередко – равном) отношении последних к низшим сословиям, придерживаясь социально-либеральной позиции и приветствуя реформы. Исключением можно назвать радикальное крыло русского сентиментализма, которое выступало за революционную трансформацию и полную отмену крепостного права. Его представители считали, что человек не может быть свободен, если он не в состоянии самостоятельно решать свою судьбу.

     

    Пример

    В своей «Истории государства русского» Карамзин-историк больше обращал внимание на красоту языка и изложения, не стараясь провести аналитическую или критическую роботу в отношении описанных событий.

  2. Морализаторскими наставлениями, поучениями.
  3. Пристальным вниманием к вопросам реформирования русского языка, его демократизации путем введения разговорных форм и придания речи персонажей живого характера (использование отдельных типов речи как характеристик). К примеру, использование галлицизмов для отображения речи светских дворян.
  4. Воспеванием характерных русских черт — нравственности, верности, преданности, милосердия, чувствительности, исключительного сочувствия, заинтересованности и участия в помощи другому.

Русский сентиментализм стоит считать национальным явлением в истории литературы, а не подражанием западноевропейскому ответвлению, несмотря на влияние последнего.

Представители и примеры произведений

Сентиментализм имел много последователей в России, однако среди них можно выделить немногих, которые внесли значительный вклад в развитие этого течения.

Главную роль прежде всего отводят Карамзину. Он является автором таких произведений: «Бедная Лиза» (1792 г.), «Наталья, боярская дочь» (1792 г.), «Чувствительный и холодный» (1803 г.), «Рыцарь нашего времени» (1803 г.) и другие. Кроме этого Карамзин, как и его друг В. Подшивалов, был теортиком сентиментализма. Подшивалов же в 1796 году опубликовал статью  «Чувствительность и причудливость», где основное внимание атора заоострено на проведении различий межу истинной «чувствительностью» и искаженной «манерностью», «причудливостью».

Пример

(,,,) Блажен, блажен народ, живущийВ пространной области твоей!Блажен певец, тебя поющийВ жару, в огне души своей!Доколе Милостию будешь,Доколе права не забудешь,С которым человек рожден; Доколе гражданин довольныйБез страха может засыпатьИ дети — подданные вольныПо мыслям жизнь располагать,Везде Природой наслаждаться,Везде наукой украшатьсяИ славить прелести твои;(…) — из «К милости» Н. Карамзина

Крупными представителем сентиментализма можно также считать деятеля русского Просвещения, академика Муравьева, который в своем творчестве отстаивал идею, что добродетель является «верховным счастьем». Существует мнение, что Муравьев был предшественником Карамзина в литературе, однако как историк был подражателем последнего («Учение истории»).

Пример

(…)Вождям своим повиноваться,Уметь сносить и не роптать,С свободной жизнью расставатьсяВам всё то должно испытать.А срамный шаг исполнь позора,Не дрогни вражеского взора,Рази иль буди поражен;Вокруг тебя перуны стонут,В крови их ратоборцы тонут,А ты будь храбростью возжжен.(…)Тщетна вся храбрость без наукиИ без величия души:Исправи ум, настави рукиИ лишню буйность потуши.Товарищ Фабиев гордился,Но сам собою осудился,Презрев диктаторскую власть;Не ограждаясь боле валом,Минуций шел за АннибаломВо неминуему напасть.                             — из «Ода седьмая» (1775 г.) М. Муравьева

Также ярко отличился в рамках развития сентиментализма поэт, публицист и критик Дмитриев. Почет и известность среди других авторов поэту принесли его песни и басни, а также мастерство в поэзии, талант в сатире.

Немалое влияние на распространение и закреплении достижений основателей сентиментализма осуществила группа учеников Карамзина: В. В. Измайлов, А. Е. Измайлов, П. Ю. Львов, князь Шаликов. В.В. Измайлов писал, в большинстве подражая своему учителю («Путешествие в Полуденную Россию» 1800-1802 гг.). А.Е. Измайлов стал автором романа «Евгений, или пагубные следствия духовного воспитания и сообщества», которое за своим литературной направленности ближе к реализму, а также другого творения-подражания — «Бедная Лиза» (1801 г.). Льовова рассматривают как значимого писателя-романиста (повести «Роза и Любим», «Александр и Юлия», «Российская Памела»).

Князь П.И. Шаликов в своем творчестве воссоздал наиболее образцовый пример сентиментализма. Писатель не только идеализировал существующую жизнь простого народа, но и говорил о благости и счастье жизни крестьян, что существующий социальный порядок дарован Господом Богом, а все проблемы крепостных из-за злоупотребления помещиков. Особенно ярко данные настроения проявились в его произведении «Путешествие в Малороссию», где крестьяне радуются и веселятся, не страдая от лишений жизни.

Группа карамзинистов (учеников и соратников Карамзина) образовала отдельное течение в рамках сентиментализма. Позже они оформились в известное на то время литературное сообщество «Арзамас», в которое входил и А.С. Пушкин. Карамзисты заостряли свое внимание на формировании нового русского литературного языка. Особый вклад в поэтическию речь внес поэт-карамзинист К.Н. Батюшков.

Если Карамзин и его единомышленники (в т.ч. подражатели) образовали дворянское (либеральное) крыло сентиментализма, то наиболее ярким представителем революционного направления стал Радищев. Позиция последнего была крайне радикальной и отстаивала запрет крепостного права, критиковала религиозных деятелей, посягала на величие института самодержавия и в целом отличалась диссидентством. Повесть «Путешествие из Петербурга в Москву» (1790 год) сразу после своего издания принесла славу автору. Однако за критические и резкие комментарии в сторону власть имущих, а также за описание жестокости обращения последних с представителями низших сословий (к примеру, как продают крепостных на аукционе), Радищева арестовали и сослали в Сибирь.

Пример

«Ведай, что ты (царь) первейший в обществе можешь быть убийца, первейший разбойник, первейший предатель, первейший нарушитель общия тишины, враг лютейший, устремляющий злость свою на внутренность слабого. Ты виною будешь, если мать восплачет о сыне своем, убиенном на ратном поле, и жена о муже своем; ибо опасность плена едва оправдать может убийство, войною называемое. Ты виною будешь, если запустеет нива», — из «Путешествие из Петербурга в Москву» А. Радищева.

Как одного из представителей сентиментализма рассматривают ранеего Жуковского, на поэзию которого существенно повлияло творчество Дмитриева и Карамзина. Повесть «Марьина роща» (1809 г.) является наиболее показательным результатом влияния Карамзина на поэта. Достижения в поэзии Жуковского и Батюшкова заложили основы для подальшего становления слога Пушкина и его литературного языка.

Пример

«Заря осветила небо, и лес оживился утренним пением птиц. Старец повел Услада на берег Яузы и, указав на деревянный крест, сказал: — Здесь положена твоя Мария. Услад упал на колена, прижал лицо свое, орошенное слезами, к свежему дерну. Милый друг, — воскликнул он, — бог не судил нам делиться жизнию: ты прежде меня покинула землю; но ты оставила мне драгоценный залог твоего бытия — безвременную твою могилу. Не для того ли праведная душа твоя оставляла небо, чтоб указать мне мое пристанище и прекратить безотрадное странничество мое в мире?», — из «Марьина Роща» В. Жуковского. 

Большинство остальных представителей течения можно считать эпигонами более значимых фигур (Карамзина, Дмитриева, Радищева). Произведения данных подражателей не внесли вклад в развитие русского сентиментализма или литературы в целом. На закате эпохи сентиментализма большиство творений сентименталистов-эпигонов вырождается в ложную «манерность», а популярностью у публики пользуются незамысловатые мещанские драмы.  

Русская литература 18 века.

Сентиментализм и поэты-сентименталисты

Завершая разговор о сентиментализме, мы поговорим о Михаиле Муравьеве и узнаем, как он меняет поэтические традиции классицизма.

🖋 Лирика Михаила Никитича Муравьева (1757—1807) уже практически свободна от норм классицизма. Писать и публиковать стихи он начал еще подростком, а в 1776 году 19-летний поэт выступил в Московском университете с «Рассуждением о различии слогов высокого, великолепного, величественного, громкого и надутого», которое можно считать одним из первых сентименталистских манифестов.

❓ Что предложил Муравьев?

📜 Муравьев предложил полностью переосмыслить ломоносовскую теорию стилей: он считал, что границы между стилями могут меняться в зависимости от индивидуальных задач. Поэты должны руководствоваться не разумом, а чувством, да и разум Муравьев понимает совершенно по-новому: «Мысли суть нечто столь тонкое, столь нежное, что малейшее оттенивание переменяет их сущность».

📙 В своей зрелой поэзии Муравьев одним из первых отказывается от четкой жанровой системы, среди его произведений есть лирические стихотворения без жанрового определения, их нельзя причислить к одам, песням или эклогам. Даже когда он продолжает классические темы, то переставляет акценты.

🔎 Это хорошо видно в его лирических пейзажах. Герой наблюдает одновременно гармонические картины природы и собственное внутреннее состояние. Стихотворение «Роща», например, написано русским гекзаметром, и тема его соответствует жанру эклоги: описание безмятежной сельской жизни. Но в настроении героя преобладает волнение, и даже спокойствие пейзажа провоцирует вопросы:

Тихая светлость объемлет мою умилившуюсь душу
Так, как прозрачное облако, в коем покоится солнце,
Только омывшись в волнах… Но какая внезапная сила
Вдруг вливается в жилы и их трепетать заставляет?

🌪 У Муравьева часто появляются слова «мгновение» и «мгновенный» — как будто для всегда взволнованного героя нет ничего вечного и абсолютного, только внезапные перемены состояния. И в характеристиках эмоций поэт тоже предпочитает недосказанность, намеки и параллели с природными явлениями.

🌒 Прочитаем «Ночь», одно из лучших стихотворений Муравьева. Ситуация совершенно интимная: герой медленно засыпает, и его сознание находится на пороге между реальным и воображаемым мирами. Здесь есть точные, осязаемые детали: с наступлением ночи умолкают голоса, поднимается прохлада, и в моменте окончательного «переселения в область сна» подчеркнуты чисто телесные признаки — смыкаются веки, тяжелеет язык. Все тихо, кротко и плавно, даже в воображаемом мире однообразно журчит ручей.

💤 Внутри этой сонной фантазии — любимый сюжет сентименталистов об уходе чувствительного героя из «пышного града»: «Приятно мне уйти из кровов позлащенных / В пространство тихое лесов невозмущенных». Мысль героя отождествляет эту идею, философскую и социальную, с конкретным наступлением ночи и сна, то есть ночь сама становится идеальным, желаемым миром.

🖋 Язык стихотворения типично сентименталистский, но концепция сближает Муравьева и с романтиками, у которых ночь — идеальное время поэзии.

сочинение по литературе на Сочиняшка.Ру

Повесть Бедная Лиза была написана Карамзиным в 1792 году. Во многом она соответствует европейским образцам, из-за чего вызвала шок в России и превратила Карамзина в самого популярного писателя.

В центре этой повести — любовь крестьянки и дворянина, причем описание крестьянки является почти революционным. До этого в русской литературе сложилось два стереотипных описания крестьян: либо это несчастные угнетаемые рабы, либо комичные, грубые и тупые существа, которых и людьми-то не назовешь. Но Карамзин подошел к описанию крестьян совершенно по-другому. Лизе не нужно сочувствовать, у нее нет помещика, и никто ее не угнетает. В повести также нет ничего комического. Зато есть знаменитая фраза И крестьянки любить умеют, перевернувшая сознание людей того времени, т.к. они наконец поняли, что крестьяне — это тоже люди, имеющие свои чувства.

Сентиментализм в повести

Сентиментализм – такое направление в литературе, где на первое место выходят чувства героев, несмотря на их низкое или высокое положение.

Сюжет повести разворачивает перед читателем историю любви бедной крестьянской девушки и дворянина. Автор с просветительских позиций отстаивает внесословную ценность человека, отказывается от предрассудков. «И крестьянки любить умеют» – пишет Карамзин, и это утверждение было новым для русской литературы.

К примерам сентиментализма повести «Бедная Лиза» относятся постоянные переживания и страдания героев, выражение своих чувств. Также к этому жанру можно отнести такие черты, как лирические отступления автора, описание природы.

Пейзажные зарисовки в повести создают определенное настроение и перекликаются с переживаниями героев. Так, сцена грозы подчеркивает страх и смятение в душе Лизы, подсказывает читателю, что впереди – трагический поворот событий.

Литература сентиментализма открыла для читателей XVIII века мир человеческих чувств и переживаний, дала возможность почувствовать слияние души человека с природой.

СПАДИЛО.РУ

История создания и значение произведения

Повесть Н. М. Карамзина «Бедная Лиза» впервые была напечатана в июньском выпуске «Московского журнала» за 1792 г. Она положила начало не только оригинальной карамзинской прозе, но и всей русской классической литературе. До появления первых повестей и рассказов Пушкина и Гоголя «Бедная Лиза» оставалась самым совершенным художественным произведением.
Повесть имела огромную популярность у русских читателей. Гораздо позже критики будут упрекать автора в чрезмерной «сентиментальности» и «слащавости», забывая о том, в какую историческую эпоху жил Карамзин.

«Бедная Лиза» стала необходимым переходным этапом в формировании современного русского языка. Повесть разительно отличается от тяжеловесного стиля XVIII века и предвосхищает лучшие образцы золотого века русской литературы.

Смысл названия

«Бедная Лиза» — имя и одновременно образная характеристика главной героини. Определение «бедная» относится не только к материальному положению девушки, но и к ее несчастной судьбе.

Главная тема произведения

Главная тема произведения — трагическая любовь.

Лиза — обычная крестьянская девушка, которая после смерти отца вынуждена содержать себя и мать. Для ведения крестьянского хозяйства нужна мужская сила, поэтому пока Лиза не вышла замуж, она берется за любую посильную женскую работу: ткачество, вязание, сбор и продажа цветов и ягод. Старая мать бесконечно благодарна своей единственной кормилице и мечтает, чтобы бог послал ей хорошего человека.

Переломным моментом в жизни Лизы становится встреча с молодым дворянином Эрастом, который начинает оказывать ей знаки внимания. Для простой крестьянки изящный и воспитанный юноша представляется полубогом, разительно отличающимся от односельчан. Лиза все-таки не дурочка, она не позволяет новому знакомому ничего лишнего и предосудительного.

Эраст — ветреный и беспечный молодой человек. Ему уже давно приелись развлечения высшего общества. Лиза становится для него воплощением несбывшейся мечты о патриархальной любовной идиллии. Поначалу Эраст действительно не имеет в отношении девушки никаких низких мыслей. Он счастлив от невинных встреч с наивной крестьянкой. В силу своей беспечности Эраст даже не задумывается о будущем, о той непреодолимой пропасти, которая разделяет дворянина и простолюдинку.

Скромное поведение и уважительное отношение Эраста к Лизе покоряют мать девушки. Она относится к юноше, как к хорошему другу семьи, и даже не догадывается о возникшем между молодыми людьми романе, считая это невозможным.

Чисто платонические отношения между Лизой и Эрастом не могли длиться вечно. Поводом для физической близости стало желание матери выдать дочь замуж. Для влюбленных это было тяжелым ударом судьбы. Объятия, поцелуи и страстные клятвы в верности привели к тому, что Лиза потеряла невинность.

После случившегося характер отношений между влюбленными резко меняется. Для Лизы Эраст становится самым близким человеком, без которого она не представляет себе дальнейшей жизни. Дворянин же «спустился с небес на землю». Лиза утратила в его глазах прежнее волшебное очарование. Эраст стал относиться к ней, как к привычному источнику чувственного наслаждения. Он еще не готов резко оборвать отношения с Лизой, но начинает видеться с ней все реже и реже.

Дальнейший ход событий предугадать нетрудно. Эраст не обманывает Лизу в том, что отправляется на войну. Однако возвращается он довольно скоро и, забыв возлюбленную, находит богатую невесту, равную ему по социальному положению.

Лиза продолжает верить и ждать любимого человека. Случайная встреча с Эрастом, известие о его помолвке и скорой свадьбе, наконец, унизительное денежное подаяние за любовь наносят девушке огромную душевную травму. Не в силах пережить ее, Лиза совершает самоубийство.

Так заканчивается недолгий роман между дворянином и крестьянкой, который с самого начала был обречен на трагический финал.

Проблематика

Карамзин стал одним из первых писателей, поднявшим проблему любви между представителями разных сословий. В дальнейшем эта тема получила большое развитие в русской литературе.

Любовь, как известно, не знает границ. Однако в дореволюционной России такие границы существовали и строго охранялись законом и общественным мнением. Физическая связь дворянина с крестьянкой не возбранялась, но участь соблазненной женщины была незавидной. В лучшем случае она становилась содержанкой и могла надеяться только на усыновление барином совместно нажитых детей.

В начале любовного романа Эраст ведет себя просто глупо, мечтая о том, что будет «жить с Лизою, как брат с сестрою», возьмет ее к себе в деревню и т. д. В финале он забывает об обещаниях и поступает так, как велит ему дворянское происхождение.

Обманутая и обесчещенная Лиза предпочитает умереть и унести в могилу свою любовь и позорную тайну.

Композиция

Повесть имеет четкую классическую структуру: экспозиция (авторское лирическое отступление, плавно переходящее в историю Лизы), завязка (встреча Лизы с Эрастом), кульминация (физическая близость между влюбленными) и развязка (предательство Эраста и самоубийство Лизы).

Чему учит автор

История Лизы вызывает огромную жалость к несчастной девушке. Главным виновником трагедии, безусловно, является беспечный Эраст, который должен был серьезно задуматься о последствиях своего любовного увлечения.

Внешний и внутренний конфликт

“Бедная Лиза” – повесть о трагической любви. Простая, крестьянская девушка Лиза, живущая в окрестностях Москвы, отправляется в город торговать цветами. Там она встречает молодого человека по имени Эраст. Они влюбляются друг в друга.

Сюжет повествования основывается на системе внутренних и внешних конфликтов. Внешний конфликт представляет собой социальное противоречие: он – дворянин, она – крестьянка. Герои страдают из-за общественных предрассудков, но затем начинают верить в то, что сила любви преодолеет их. И читателю в определенный момент кажется, что история любви будет иметь счастливый финал. Но в повести есть и другие конфликты, которые развивают действие трагическим образом. Это внутренний конфликт в душе Эраста, возникший из-за сложившихся жизненных обстоятельств. Герой уезжает в расположение действующей армии, а Лиза остается его ждать, поверив обещаниям и признаниям своего возлюбленного. Проиграв в карты деньги и имение, Эраст оказывается неспособным заплатить образовавшиеся долги. И тогда он находит единственный выход: жениться на богатой невесте. Лиза случайно узнает о предательстве и решает утопиться. Мотив самоубийства тоже был новым для русской литературы. Узнав о смерти любимой, Эрасмт мучительно переживает свое предательство. Об этом мы узнаем из концовки повести.

Эта история вызывает сочувствие в сердцах читателей к персонажам повести. Автор тоже сочувствует своим героям. Авторская позиция видна в названии повести. Эраста мы тоже не можем назвать отрицательным героем, этот образ вызывает сочувствие тем искренним раскаянием, которое он испытывает, осознав весь ужас своего поступка, глубину предательства, приведшего к смерти Лизы. Авторская позиция выражается и через прямые высказывания, принадлежащие в повести повествователю: “Безрассудный молодой человек!

Знаешь ли ты свое сердце”

Данная статья поможет школьникам написать сочинение «Сентиментализм повести «Бедная Лиза». Карамзин – писатель, который внес в нашу литературу такое понятие, как русский сентиментализм. Данное произведение обладает множеством признаков этого жанра, например, открытое выражение своих эмоций, раскрытие персонажей через их внутренний мир, а не через внешность и положение в обществе.

Главные герои

Лиза

Центральная героиня повести Лиза – воплощенная чувствительность, пылкость и горячность. Её ум, доброта и нежность, подчеркивает автор, — от природы. Повстречав Эраста, она начинает мечтать не о том, что он, как прекрасный принц, уведет её в свой мир, а о том, чтобы он был простым крестьянином или пастухом – это и уравняло бы их, и позволило быть вместе.

Подробнее: Лиза: характеристика и образ героини

Эраст

Эраст отличается от Лизы не только по социальному признаку, но и по характеру. Возможно, говорит автор, его испортил свет – он ведет типичный для офицера и дворянина образ жизни – ищет удовольствий и, найдя их, охладевает к жизни. Эраст и умен, и добр, но слаб, неспособен на поступки – такой герой тоже появляется в русской литературе впервые, тип «разочарованного жизни аристократа». Поначалу Эраст искренен в своем любовном порыве – он не лжет, когда говорит Лизе о любви, и получается, что он тоже жертва обстоятельств. Он не выдерживает испытания любовью, не разрешает ситуации «по-мужски», но испытывает искреннее терзание после случившегося. Ведь именно он, якобы, рассказал автору историю о бедной Лизе и привел его к Лизиной могиле.

Подробнее: Эраст: характеристика и образ героя

Эраст предопределил появление в русской литературе ряда героев типа «лишних людей» – слабых и неспособных на ключевые решения.

Карамзин использует «говорящие имена». В случае с Лизой выбор имени оказался «с двойным дном». Дело в том, что классическая литература предусматривала приемы типизации, и имя Лиза должно было означать шаловливого, кокетливого , легкомысленного персонажа. Такое имя могла иметь горничная-хохотушка – хитрый персонаж комедии, склонный к любовным приключениям, отнюдь не невинный. Выбрав такое имя для своей героини, Карамзин разрушил классическую типизацию и создал новую. Он выстроил новую зависимость между именем, характером и действиями героя и наметил путь к психологизму в литературе.

Имя Эраст также выбрано не случайно . Оно означает с греческого «прелестный». Его роковая прелесть, потребность в новизне впечатлений заманили и погубили несчастную девушку. Но Эраст будет корить себя до конца жизни.

Еще один герой – автор-повествователь. Он рассказывает о бедной Лизе от первого лица, обрамляя повествование в четкие рамки зачина и заключения и постоянно обращаясь к читателю.

Постоянно напоминая читателю о своей реакции на происходящее («с грустью вспоминаю…», «слезы катятся по лицу моему, читатель….»), автор организует повествование так, что оно приобретает лиричность и чувствительность.

Тема и идея

Одна из главных тем повести – социальная, и связана она с проблемой отношения дворянского сословия к крестьянам. Не зря Карамзин избирает на роль носительницы невинности и нравственности крестьянскую девушку.

Противопоставляя образы Лизы и Эраста, писатель одним из первых поднимает проблему противоречий города и деревни. Если обратиться к тому, какими описаниями начинается повесть «Бедная Лиза», то мы увидим тихий уютный и естественный мир, существующий в гармонии с природой. Город же пугает, ужасает своей «громадой домов», «золотом куполов». Лиза становится отражением природы, она естественна и наивна, в ней нет фальши и притворства.

Автор выступает в повести с позиции гуманиста. Карамзин изображает всю прелесть любви, ее красоту и силу. Но разум и прагматизм способны с легкостью уничтожить это прекрасное чувство. Своим успехом повесть обязана невероятным вниманием к личности человека, его переживаниям. «Бедная Лиза» вызвала сочувствие у своих читателей благодаря удивительной способности Карамзина изобразить все душевные тонкости, переживания, стремления и мысли героини.

«Бедная Лиза» Карамзина как сентименталистская повесть

«Бедная Лиза» — это, по сути, новелла, в жанре которой в России до Карамзина никто не писал. Но новаторство писателя не только в выборе жанра, но и в направлении. Именно за этой повестью закрепилось звание первого произведения русского сентиментализма.

Сентиментализм возник в Европе еще в XVII веке и ориентировался на чувственную сторону человеческой жизни. Вопросы разума и социума уходили для этого направления на второй план, а вот эмоции, взаимоотношения людей стали приоритетными.

Сентиментализм всегда стремился к идеализации происходящего, приукрашиванию. Отвечая на вопрос о том, какими описаниями начинается повесть «Бедная Лиза», можно говорить об идиллическом пейзаже, который читателям рисует Карамзин.

История создания

Н. М. Карамзин отличался любовью к западной культуре и активно проповедовал ее принципы. Его роль в жизни России была огромна и неоценима. Этот прогрессивный и деятельный человек много путешествовал по Европе в 1789-1790 гг., а по возвращении опубликовал в «Московском журнале» повесть «Бедная Лиза».
Анализ повести свидетельствует о том, что произведение имеет сентиментальную эстетическую направленность, которая выражается в интересе к чувствам людей вне зависимости от их общественного положения.

Во время написания повести Карамзин жил на даче у своих друзей, неподалеку от которой располагался Симонов монастырь. Считается, что он послужил основой для начала произведения. Благодаря этому история любви и сами герои были восприняты читателями как совершенно реальные. А пруд неподалеку от монастыря стали называть «Лизиным прудом».

«Бедная Лиза» как произведение сентиментализма

Сегодня на уроке мы:

·     обсудим повесть Николая Михайловича «Бедная Лиза»;

·     проследим в ней основные признаки сентиментализма;

·     узнаем, что нового привнёс Карамзин в русскую литературу.

Повесть «Бедная Лиза» Николай Михайлович Карамзин написал после возвращения из Европы. Ему тогда исполнилось 25 лет.

Повесть Карамзин опубликовал в 1792 году в «Московском журнале», который сам издавал. «Бедная Лиза» произвела фурор.

Вскоре повесть вышла отдельной книгой и постоянно переиздавалась. Ею зачитывались.

Пруд, который описан в повести, стал называться «Лизиным». К нему приезжали влюблённые, чтобы объясниться в любви или объявить о разлуке.

Противники повести привозили туда подопечных с воспитательной целью. Они показывали, что автор приукрасил реальность. Например, вместо красивой берёзовой рощи на берегу росла одна жалкая берёзка.

Молодым людям зачитывали едкие эпиграммы:

«Ну можно ль поступить безбожнее и хуже: Влюбиться в сорванца и утопиться в луже».

Или:

 «Здесь в воду бросилась Эрастова невеста, ‒ Топитесь, девушки, в пруду довольно места».

Кроме Лизиного пруда на карте Москвы появились Лизина слободка, Лизина площадь, которая находилась недалеко от пруда и Лизин тупик, который к этому пруду вёл.

Одно за другим выходили подражания. Все они повторяли сюжет Карамзина.

Это «Бедная Маша» Александра Измайлова, «Прекрасная Татьяна» Владимира Измайлова, «Даша, деревенская девушка» Павла Львова и многие другие.

Черты героини Карамзина и мотивы повести мы можем видеть в творчестве

Пушкина, Достоевского и Толстого.

Читатели сострадали героям и восхищались новаторством автора. Карамзин перенёс европейский сентиментализм на русскую почву и навсегда изменил облик русской литературы.

Давайте вспомним основные признаки сентиментализма.

В центре произведения – изображение внутреннего мира человека, его чувств. Эмоции и настроения человека описываются очень подробно.

Основная тема – любовь.

Герои сложные. Нет строгого разделения на положительных и отрицательных.

Утверждается внесословная ценность человека. Душа человека показывается через мир природы. Природа идеальна. Воспевается её первозданная чистота. Город противопоставлен деревне и считается средоточием грехов.

В тексте прямо показана авторская позиция. Автор – посредник между читателем и героями истории.

Теперь попробуем найти эти признаки в повести «Бедная Лиза».

Обратимся к началу повести. Карамзин пишет:

«Может быть, никто из живущих в Москве не знает так хорошо окрестностей города сего, как я, потому что никто чаще моего не бывает в поле, никто более моего не бродит пешком, без плана, без цели – куда глаза глядят – по лугам и рощам, по холмам и равнинам. Всякое лето нахожу новые приятные места или в старых новые красоты».

В первом же предложении перед нами предстаёт образ автора-рассказчика. Он с самого начала выступает посредником между читателем и героями истории. Его отношение к героине повести ясно уже из названия повести «Бедная Лиза». Автор стремится заставить читателя сочувствовать судьбе несчастной девушки.

Пейзажи Москвы и её окрестностей мы видим глазами автора-рассказчика. Он всё время обращается к читателю или героям повести.

Такие слова адресованы влюблённой Лизе: «Ах, Лиза, Лиза! Что с тобою сделалось? До сего времени, просыпаясь вместе с птичками, ты вместе с ними веселилась утром, и чистая, радостная душа светилась в глазах твоих, подобно как солнце светится в каплях росы небесной; но теперь ты задумчива, и общая радость природы чужда твоему сердцу».

А так комментирует клятвы Эраста: «Безрассудный молодой человек! Знаешь ли ты своё сердце? Всегда ли можешь отвечать за свои движения? Всегда ли рассудок есть царь чувств твоих?»

Более того, автор говорит, что лично знаком с одним из героев повести и услышал историю бедной Лизы от него. Карамзин стремится передать свои чувства и мысли читателю прямо.

А теперь посмотрим на сюжет повести.

В основе повести лежит сюжет о несчастной любви крестьянки и аристократа. Сюжет этот не новый. Новым было то, Карамзин вывел на первый план простую крестьянку, а не дворянина. Он заставил читателей сочувствовать ей.

«И крестьянки любить умеют!», ‒ восклицает автор, когда рассказывает историю матери Лизы. Этим он показывает, что ценность человека не зависит от его сословия. Главное в человеке – его душа и нравственные качества.

Писатели-сентименталисты стремились передать движения души человека. Карамзин это делает мастерски. Он не только описывает эмоции, но и тонко подмечает их внешние проявления.

 Так он показывает радость и смущение героини: «Тут в глазах Лизиных блеснула радость, которую она тщетно сокрыть хотела; щёки её пылали, как заря в ясный летний вечер; она смотрела на левый рукав свой и щипала его правою рукою».

В истории Эраста и Лизы автор сталкивает два мира. Они резко противопоставлены друг другу.

Мир Эраста – Москва, которую автор ещё во вступлении называет алчной. Мать Лизы боится отпускать дочку в город и каждый раз молится, чтобы Лизу никто не обидел там.

Каким же мы видим героя повести?

«Эраст был довольно богатый дворянин, с изрядным разумом и добрым сердцем, добрым от природы, но слабым и ветреным. Он вел рассеянную жизнь, думал только о своём удовольствии, искал его в светских забавах, но часто не находил: скучал и жаловался на судьбу свою».

Он эгоистичен. Любовь Лизы возвышает его в собственных глазах: «видя, сколь она любит его, казался сам себе любезнее».

Интересно, что Карамзин при этом подчеркивает ум и природную доброту Эраста. Даже осудить героя он хочет, но не может. «Сердце мое обливается кровью в сию минуту. Я забываю человека в Эрасте – готов проклинать его – но язык мой не движется – смотрю на небо, и слеза катится по лицу моему. Ах! Для чего пишу не роман, а печальную быль?» Эраст – не отрицательный герой. У него нет злых мыслей и стремления развратить Лизу. «Натура призывает меня в свои объятия, к чистым своим радостям», – думает Эраст. Встреча с Лизой для него – шанс исполнить мечту и жить невинной жизнью со своей пастушкой на лоне природы.

Все неблаговидные поступки он совершает из-за слабости характера. Карамзин создаёт сложного, неоднозначного героя.

Мир Лизы и её матери – сельская идиллия. Они живут на лоне природы, зарабатывают на жизнь честным трудом, исключительно добры, невинны и чисты.

Лиза – необыкновенно заботливая дочь. Её мать – безутешная вдова, «чувствительная, добрая старушка». После смерти мужа дочь стала её единственной опорой и радостью в жизни.

Лиза искренна, наивна и самоотверженна. Она готова на всё ради Эраста. Её цель – счастье любимого. «… она, совершенно ему отдавшись, им только жила и дышала, во всем, как агнец, повиновалась его воле и в удовольствии его полагала своё счастие».

Когда Эраст уходит на войну, она падает в обморок после прощания. А очнувшись, хочет ехать вслед за ним. «Ах! – думала она. – Для чего я осталась в этой пустыне? Что удерживает меня лететь вслед за милым Эрастом? Война не страшна для меня; страшно там, где нет моего друга. С ним жить, с ним умереть хочу или смертию своею спасти его драгоценную жизнь». Только мысль о матери остановила её.

Автор постоянно подчёркивает связь Лизы с природой. Объяснение в любви, которое сделало Лизу счастливой, случилось прекрасным майским утром.

Потеря невинности происходит тёмной мрачной ночью, и тут же начинается страшная гроза. Когда Лиза плакала в разлуке с Эрастом, «печальная горлица соединяла жалобный голос свой с её стенанием».

Таким образом Карамзин сделал пейзаж средством психологической характеристики героев. Более того, во вступлении пейзаж создаёт настроение повести. «Ужасная громада алчной Москвы» противопоставлена светлой реке и густо-зелёным пышным лугам. Развалины монастыря и кладбище намекают на трагический конец повести.

Вспомним, что сентименталисты утверждали ценность страданий. По их мысли, страдания делают человека лучше. А всякое страдание должно вознаградиться.

Во вступлении Карамзин пишет: «Ах! Я люблю те предметы, которые трогают мое сердце и заставляют меня проливать слезы нежной скорби!»

Бедную Лизу автор не осуждает за самоубийство. Он призывает читателей посочувствовать ей. Вот так он пишет о её смерти: «Таким образом скончала жизнь свою прекрасная душою и телом. Когда мы там, в новой жизни увидимся, я узнаю тебя, нежная Лиза!»

Точно так же он не осуждает Эраста. Эраст сам погубил себя. Он проиграл своё состояние, женился без любви на богатой вдове и был несчастен до самой смерти. Эраст страдал и каялся в смерти Лизы, поэтому заслуживает прощения, уверен автор.

Белинский в статье «Литературные мечтания» написал о Карамзине: «Он отметил своим именем эпоху в нашей словесности; его влияние на современников было так велико и сильно, что целый период нашей литературы от девяностых до двадцатых годов называется периодом Карамзинским. Одно уже это достаточно доказывает, что Карамзин, по своему образованию, целою головою превышал своих современников. За ним ещё и по сию пору, хотя и не твёрдо и не определённо, кроме имени историка, остаются имена писателя, поэта, художника, стихотворца».

Сентиментальность — Викторианская литература — Оксфордские библиографии

Введение

Природа и статус сентиментальности широко оспариваются, хотя большинство критиков согласится с тем, что прилагательное «сентиментальный» применяется к произведениям, которые в первую очередь обращаются к эмоциям и действуют посредством аффекта. Сентиментальная литература заинтересована в переживании, проявлении, воздействии и интерпретации эмоций (приятных или иных), а также в пробуждении эмоций у читателей.Литература и культура сентиментальности традиционно рассматривались как клишированные, предсказуемые и имеющие ограниченную эстетическую и социальную ценность. Тем не менее, критические работы последних двух десятилетий — прежде всего в области литературоведения и культурологии, а также в области философии — пытались реабилитировать историческую сентиментальную традицию и отстаивать включение сентиментальных произведений в канон. Сентиментальная философия прочно укоренилась в Британии 18-го века, и последующий взрыв сентиментальной литературы означал, что долгий 18-й век стал местом наиболее критических работ в области сентиментальности.Вторым по важности периодом в этом отношении является Америка XIX века: американская литература и культура привлекли выдающиеся критические работы. Исследования британской литературы и культуры XIX века отстают, хотя существует несколько важных переоценок викторианской сентиментальности. Недавние критические исследования сентиментальных текстов и контекстов викторианской эпохи, как правило, в значительной степени опираются на аргументы и подходы, разработанные критиками британской сентиментальной культуры 18-го века и американской сентиментальной культуры 19-го века. По этой причине, хотя эта библиография посвящена викторианской сентиментальности, она также включает критические исследования, которые не концентрируются явно на британских викторианских текстах, но имеют важное значение для их изучения и оказали влияние в этой области. Викторианская сентиментальность касается широких вопросов чувствительности, включая медицинские и физиологические исследования, и эмоций, которые можно с пользой подвести под общим заголовком аффекта.

Общие обзоры

Перечисленные здесь работы содержат как широкий спектр сентиментальности викторианской эпохи, так и сентиментальную традицию в более широком смысле.Bell 2000 обеспечивает основательное обоснование теории настроений, начиная с 18 века. Davis 2000, разделяя убеждения Фулвейлера и Бейлина (см. «Современность и класс») о том, что викторианская сентиментальность отвечает быстрым темпам социальных изменений того периода, приводит убедительные и аргументированные доводы в пользу важности сентиментальности в викторианском романе и должна быть существенной. чтение. Howard 1999 представляет собой ясное введение в ключевые вопросы, связанные с историческими и литературно-критическими описаниями сентиментальности, а также полезное введение в наиболее влиятельные критические исследования.Kaplan 1987 остается в значительной степени стандартной монографией о викторианской сентиментальности и является новаторским примером критической работы, серьезно относящейся к сентиментальной литературе. Merish 2000 представляет интерес 21-го века к отношениям между сентиментальной традицией и капитализмом: недавняя критика склонна рассматривать сентиментальность как тесно связанную с рыночной культурой, а не как противостоящую ей. Railton 1998–2009 представляет собой превосходную подборку первоисточников по сентиментальности XIX века и служит незаменимым введением в сентиментальную культуру.Banfield 2007 помогает рассмотреть, как чувства определялись в викторианский период, и сдвиги, которые произошли в этих определениях. Наконец, Tompkins 1986 была ранней и определяющей поле работой, оказавшей огромное влияние на переоценку сентиментальной литературы XIX века, особенно, хотя и не исключительно женской, и на аргументы в пользу ее политического влияния.

  • Банфилд, Мари. Специальный выпуск: От сентиментальности к сентиментальности: лексикографический поиск девятнадцатого века. 19: Междисциплинарные исследования в долгом девятнадцатом веке 4 (2007).

    Изучает определения термина «чувство» в викторианском словаре, чтобы оценить меняющиеся значения, связанные с этим термином в 19 веке.

  • Белл, Майкл. Сентиментализм, этика и культура чувств . Бейзингсток, Великобритания: Palgrave Macmillan, 2000.

    Прослеживает развитие сентиментальности с 18 по 20 века. Первые две главы содержат четкое описание чувств и симпатий в моральной философии.Это полезное дополнение к предыдущей работе Белла, Чувство реальности: Истина чувств в европейском романе (см. Роман).

  • Дэвис, Филип. «Викторианская реалистическая проза и чувства». В Перечитывая викторианскую фантастику . Под редакцией Элис Дженкинс и Джульетты Джон, 13–28 лет. London: Macmillan, 2000.

    Короткое, но очень важное эссе, предлагающее блестящее прочтение отрывков из реалистических романов, чтобы показать и переоценить содержащийся в них эмоциональный заряд.

  • Ховард, Джун. «Что такое сентиментальность?» История американской литературы 11 (1999): 63–81.

    Призывает положить конец рассуждениям о сентиментальности. Пересматривая важные критические исследования, Ховард предполагает необходимость междисциплинарного понимания сентиментальности, которое берет новые работы по эмоциям и телу из лингвистики, социальных наук и физиологии.

  • Каплан, Фред. Священные слезы: сентиментальность в викторианской литературе .Принстон, Нью-Джерси: Princeton University Press, 1987.

    Классическое исследование викторианской сентиментальности, занимающее в значительной степени сочувственную и ревизионную позицию в прослеживании корней сентиментальных вымыслов 19-го века в моральной философии 18-го века. Основное внимание уделено роману, в частности Диккенсу и Теккерею.

  • Мериш, Лори. Сентиментальный материализм: пол, товарная культура и американская литература девятнадцатого века . Дарем, Северная Каролина: Издательство Университета Дьюка, 2000.

    Прослеживает построение идеала «сентиментальной собственности», в котором развитие женского потребительства в Америке 19-го века стало ассоциироваться с дискурсами чувств. Убедительно и увлекательно, с центральным тезисом, который в равной степени применим к викторианской литературе.

  • Рейлтон, Стивен. Хижина дяди Тома и американская культура. Университет Вирджинии, Институт передовых гуманитарных технологий, 1998–2009 гг.

    Выдающаяся база данных, содержащая информацию и контекст романа Стоу и американской сентиментальной традиции в целом.Включает разделы, посвященные различным авторам XIX века. Очень полезный вводный ресурс по викторианской сентиментальности как в Великобритании, так и в Соединенных Штатах.

  • Томпкинс, Джейн. Сенсационные проекты: культурное произведение американской художественной литературы 1790–1860 гг. . Oxford: Oxford University Press, 1986.

    Основополагающая работа о популярной женской художественной литературе XIX века, в которой проводится переоценка значения жанра и утверждается, что сентиментальные цели романов XIX века имеют жизненно важное политическое значение.Содержит особенно влиятельную главу о Стоу и сентиментальности.

вернуться к началу

Пользователи без подписки не могут видеть весь контент на эта страница. Пожалуйста, подпишитесь или войдите.

Как подписаться

Oxford Bibliographies Online доступен по подписке и с бессрочным доступом к учреждениям. Чтобы получить дополнительную информацию или связаться с торговым представителем Oxford, нажмите здесь.

Перейти к другим статьям:

Артикул

Вверх

  • Актрисы
  • эстетизм
  • Оказывать воздействие
  • Арнольд, Мэтью
  • Атеизм и секуляризация
  • Автобиография
  • Барнс, Уильям
  • Баррет Браунинг, Элизабет
  • Брэддон, Мэри Элизабет
  • Великобритания в Латинской Америке
  • Бронте, Энн
  • Бронте, Шарлотта
  • Бронте, Эмили
  • Бротон, Рода
  • Браунинг, Роберт
  • Бертон, Ричард Фрэнсис
  • Батлер, Сэмюэл
  • Кэрд, Мона
  • Карлайл, Томас
  • Католицизм и антикатолицизм
  • Чартизм
  • Детство в викторианской литературе
  • Детская литература
  • христианская церковь,
  • Город,
  • Сорт
  • Клаф, Артур Хью
  • Кобб, Фрэнсис Пауэр
  • Коллинз, Уилки
  • Конан Дойл, сэр Артур
  • Конрад, Джозеф
  • Заражение
  • Корелли, Мари
  • Преступление и наказание
  • Культура, Визуальное
  • дарвинизм
  • Смерть
  • декаданс
  • Диккенс, Чарльз
  • Дизраэли, Бенджамин
  • домашняя жизнь
  • Доусон, Эрнест
  • Дю Морье, Джордж
  • Экология в викторианской литературе
  • Образование
  • Элиот, Джордж
  • Империя
  • Эпическая традиция,
  • евангелизм
  • Феминизм
  • фантастика, детектив
  • фантастика, сенсация
  • Филд, Майкл
  • Фин де Сикль
  • Фитцджеральд, Эдвард
  • Франция
  • Гаскелл, Элизабет
  • Пол
  • Госсе, Эдмунд
  • Харди, Томас
  • Исторический роман, The
  • гомосексуальность
  • Хопкинс, Джерард Мэнли
  • Иллюстрация
  • Ирландия
  • Джеймс, Генри
  • Журналистика
  • Кебл, Джон
  • Кингсли, Чарльз
  • Киплинг, Редьярд
  • Лир, Эдвард
  • Ли, Вернон
  • Леви, Эми
  • Написание жизни
  • Грамотность
  • Машины
  • морской
  • Маррьят, Флоренция
  • Мартино, Харриет
  • Мужественность
  • Материальная культура
  • Медицина
  • Мелодрама
  • Милль, Джон Стюарт
  • Мобильность
  • Монолог, Драма
  • Моррис, Уильям
  • Миф
  • Неовикторианство
  • Новая женщина, The
  • Ньюгейтский роман, The
  • Ньюман, Джон Генри
  • Олифант, Маргарет
  • ориентализм
  • Уида
  • Оксфордское движение,
  • Пантомима
  • Патер, Уолтер Горацио
  • Периодическая печать, The
  • Психология
  • Издательский
  • Раса
  • рафаэлитизм, до-
  • Рид, Чарльз
  • Реализм
  • Робинс, Элизабет
  • Россетти, Кристина
  • Россетти, Данте Габриэль
  • Раскин, Джон
  • Раймер, Джеймс Малкольм
  • Сатира
  • Наука
  • Сентиментальность
  • Сериализация
  • Сексуальность
  • Серебряная вилка Роман (Модный роман)
  • Искренность
  • Рабство и антирабство
  • Социально-проблемный роман
  • Сонет
  • Стивенсон, Роберт Луис
  • Стокер, Брэм
  • сверхъестественное,
  • Саймондс, Джон Аддингтон
  • Технология
  • Теннисон, Альфред
  • Теккерей, Уильям Мейкпис
  • Тело
  • Тонна, Шарлотта Элизабет
  • Путевые заметки
  • Троллоп, Энтони
  • Троллоп, Фрэнсис
  • Унитаризм
  • Стих, Преданное
  • Уорд, Мэри
  • Вебстер, Джулия Огаста
  • Уэллс, Х.ГРАММ.
  • Уайльд, Оскар
  • Вуд, Эллен (миссис Генри Вуд)
  • Работа, Евангелие от
  • Йондж, Шарлотта

Вниз

Что не так с сентиментальностью? — The Atlantic

Что значит быть туристом внутри чужих страданий? Иногда это означает поездку на автобусе по бандитским кварталам Лос-Анджелеса, или наблюдение за тем, как бывший наркоман истекает кровью, потеет и покрывается волдырями, когда он пытается пробежать сотню миль, или посещает человека в тюрьме.

Лесли Джеймисон сделала все это и многое другое.

Но как страдания другого человека влияют на ваш собственный эмоциональный интеллект? Что ты должен делать с чужой болью?

Джеймисон не знает ответа. Но она ищет его, описывая эпизоды попыток эмпатии в своей жизни — например, время, когда она стала «одержима» приступом паралича Белла у своего брата: «Я проводила большую часть дня, представляя, как бы я себя чувствовала, если бы мой лицо тоже было парализовано.Я украл травму моего брата и спроецировал ее на себя, как световой узор волшебного фонаря». Было ли это сочувствие, спрашивает Джеймисон, или это было своего рода эмоциональное воровство?

Джеймисон сплетает воедино болезненный личный опыт и постепенно отстраненные наблюдения о том, что такое эмпатия и можно ли этому научить.

Эти вопросы о том, как люди видят друг друга, как они относятся друг к другу и почему, подробно рассматриваются в дебютном сборнике эссе Джеймисон, Экзамены на эмпатию .

Заглавное эссе, опубликованное в The Believer в феврале, сплетает воедино болезненный личный опыт и постепенно отстраненные наблюдения о том, что такое эмпатия и можно ли этому научить. Именно здесь ясно изложены мотивы Джеймисона: «Раньше я считал, что причинение боли сделает вас более восприимчивым к причинению боли другим. Раньше я верил в плохое самочувствие, потому что это чувствовал кто-то другой. Теперь я не так уверен ни в том, ни в другом».

С момента своего выпуска 1 апреля  Экзамены на эмпатию  снискали Джеймисону, который также является автором романа  The Gen Closet , аплодисменты критиков и восхищение коллег.До того, как она появилась в New York Times Sunday Book Review и в The New Yorker списке книг, которых следует остерегаться, она говорила со мной об этике и эмоциональном выражении.

Это интервью было отредактировано для ясности и длины.


Давайте поговорим о слезах в кинотеатрах. В рецензии на фильм Short Term 12 для LA Review of Books вы называете удовлетворение, которое люди испытывают, когда плачут в кино, — и анализируете это удовлетворение.

Забавно, пару недель назад я выступал на панели, и всплыла эта конкретная статья. Кто-то спрашивал о пересечении между критиком и творческим писателем, и как мы относимся к написанию критики о жанрах, которые мы не создавали сами. Это первое письмо, которое пришло на ум. Я не снимаю фильмы, а поскольку я не снимаю фильмов, я не эксперт в том, как создать фильм в мире, в том, как вы соединяете его различные части.Но где я чувствую себя экспертом, так это в своих собственных чувствах в ответ на фильм. Итак, с этим обзором Short Term 12 я подумал: «Вау, что-то произошло сегодня днем, когда я смотрел этот фильм, и я прошел через все эти эмоции, так что позвольте мне просто посмотреть на этот процесс и эти уровни как своего рода самостоятельный артефакт и вместо этого внимательно изучите его ».

Раньше я видел, как критик обвинял режиссера в манипулировании эмоциями, говоря: «Ну, они сделали это, вот как они заставили меня чувствовать себя таким образом.Но вместо этого вы взяли на себя всю ответственность за собственные чувства, превратив рецензию в эссе об этике того, как мы реагируем на искусство.

Думаю, правильно. Часть того, что мне интересно исследовать, — это своего рода коллективный стыд, который мы испытываем по поводу сентиментальности, и я думаю, что иногда этот стыд проявляется как обвинение — обвинение фильма или произведения искусства в манипулировании нашими эмоциями. А иногда это может проявляться как самообвинение. Вещи, которые мы описываем как чтение «виновного удовольствия», [являются] вещами, которые приводят нас к этим дешевым потокам чувств, которые на самом деле не «заслужены» или в некотором роде не являются строгими.

Я хотел анализировать то, как чувства проявляются в фильме, но не полностью игнорировать это. Я действительно думал, что это был очень невероятный фильм. Я не хотел просто приравнивать заявление о том, что я плакал, как факт, который низвел бы фильм до уровня чего-то меньшего или ограниченного.

Вы упоминаете определение сентиментальности Оскара Уайльда — «роскошь испытывать эмоции, не платя за них» — здесь, а также в одном из ваших эссе в Экзаменах на эмпатию , «В защиту сахарина.«Хотя вы и защищаете сентиментальность, согласны ли вы с определением Уайльда?

Частью того, что я делаю в этом эссе, является попытка определить, что другие люди имеют в виду, когда используют это слово в качестве обвинения. Так что в этом смысле я думаю, что определение, которое я использую для сентиментальности, состоит в том, что когда слово сентиментальность используется, оно используется как критика работы, которая является чрезмерно эмоциональной в каком-то дешевом смысле.

Но я думаю, что понимание того, как сентиментальный аффект может работать в искусстве, которое я хочу защитить или обосновать, таково: [Когда] искусство заставляет нас чувствовать глубоко, часто способами, которые мы не можем объяснить, не может быть быть своего рода второй стадией этого чувства, когда мы размышляем о том, почему возникают эти чувства и как они могут направлять нас в дальнейшем. Именно на этом втором этапе или втором уровне я хочу предложить кое-что о том, чем может быть сентиментальность или как она может проявляться.

Что, если, снова цитируя ваше эссе, это «задевает эго наших сентиментальных личностей»? Как вы убедитесь, что, когда вы испытываете этот второй уровень опыта после того, как что-то почувствовали, вы не просто похлопываете себя по спине за то, что испытываете чувства?

Справа, справа. Я также цитирую Милана Кундера в этом произведении: «Мы плачем одну слезу из-за детей, играющих на траве, а затем мы плачем другую слезу из-за нашей способности плакать по детям, играющим на траве!» Я думаю, что способ, которым мы выходим из бесконечного цикла, когда мы просто похлопываем себя по спине за наши собственные глубокие чувства, заключается в том, чтобы быть готовыми критически относиться к этим чувствам и быть готовыми задаться вопросом, приносят ли эти чувства какую-либо пользу.

Кое-что из этого касается отношений между искусством и действием. Поэтому вместо того, чтобы думать об этом как о замкнутой цепи, где вы говорите: «Хорошо, у меня было такое чувство; Я хороший человек, если у меня есть это чувство; теперь я закончил свою работу на день!» [Вместо этого] думать об этом чувстве как о открытой двери. И если ты собираешься открыть эту дверь, за этим стоит некоторая ответственность.

Может быть, в конечном счете, самое искупительное, что делает этот вид искусства, делает нас добрее друг к другу в реальном мире? Потому что мы можем выполнять все эти эмоциональные упражнения или растяжки во время просмотра фильмов или чтения романов, а потом мы можем применить наше воображение, чтобы сопереживать незнакомцам так же, как мы могли бы сопереживать вымышленным персонажам?

Что ж, это, конечно, надежда.И я верю, что это возможно. Но я думаю, что иногда люди слишком легко верят в то, как потребление повествования или искусства делает нас более чуткими. Мне кажется, что Нью-Йорк Таймс каждые шесть месяцев публикует статью о эмпатии и чтении! Но «Эмпатия » и роман Сюзанны Кин в основном излагают скептический взгляд на это и даже предполагают, что есть способ, которым сопереживание вымышленным персонажам приносит облегчение — мы чувствуем, что сделали свою работу, но на самом деле ничего не произошло. любые ставки на эту работу.Потому что сочувствие вымышленному персонажу не требовало никаких действий.

«Есть определенный тип людей, с которыми я учился в Гарварде, и которые не хотели бы плакать над « Титаник », вы знаете?»

Таким образом, мы должны быть очень сознательны, пытаясь перевести мышцы, которые мы строим, потому что я думаю, что вы правы, я действительно думаю, что подвергая свое воображение определенным видам испытаний и занимаясь искусством , можно нарастить эти мышцы определенным образом. это полезно для создания или развития доброты в мире.Но я просто думаю, что это должен быть более сознательный процесс.

В каждом из ваших эссе, кажется, есть пункт или несколько пунктов, где вы спрашиваете: « это , как мы должны чувствовать ? Откуда мы знаем, что мы так чувствуем, и почему мы так себя чувствуем, и нормально ли это?» Вы постоянно подвергаете сомнению законность или обоснованность определенных эмоций. Единственный другой автор, которого я когда-либо видел, это Дэвид Фостер Уоллес. Он поставил под сомнение эти аспекты подлинности.

Да. Ага . И он был очень важным писателем для меня. Меня привлекает его работа именно по этой причине — он постоянно подвергает сомнению чувства подлинности и . С точки зрения идеи воображения нашего пути в жизнь других, у него есть удивительный момент в той речи на церемонии вручения дипломов [в Кеньон-колледже], где он говорит о том, что жизнь будет происходить в этих маленьких, совершенно банальных театрах — вроде если вы стоите в очереди в продуктовом магазине, и человек порезался перед вами, и вы на мгновение возненавидели его, помните, его сын может умереть от рака или чего-то еще.Чувство осознания того, что вы не знаете , а также просто веры в то, что жизнь каждого человека выходит за рамки вашего воображения и, вероятно, несет в себе много горя. Я всегда думал, что это очень важный этический призыв, но он также важен, поскольку мы постоянно держим за , чтобы делать это снова и снова, напоминая себе.

У нас есть идея, что «подлинная эмпатия» — это эмпатия, которую вы испытываете немедленно в ответ на человека или ситуацию, и меня на самом деле интересует тот вид эмпатии, который вызван практикой или намерением.И я думаю, что многое из того, что написал Уоллес, особенно в Бесконечная шутка — я думаю, что он действительно заинтересован в преднамеренности и действии как пути к подлинности.

В «В защиту сахарина» вы говорите, что у нас есть страх, что наши чувства будут похожи на чувства всех остальных. Но есть еще Кундера, цитата , а также наше странное удовлетворение от коллективного плача в кинотеатрах. Так что же это: вы думаете, нам нравится, когда нас эмоционально воздействуют так же, как и всем остальным, или наше эго создает иллюзию того, что наши индивидуальные эмоции каким-то образом более чувствительны или изощренны, чем у всех остальных?

Увлекательный вопрос.Это заставляет меня осознать, что иногда я виновен в использовании «мы», которое на самом деле относится к очень небольшой, самосознательной, склонной к искусству подгруппе, где я думаю, что привилегия единственности чувств действительно велика. Например, есть определенный тип людей, с которыми я учился в Гарварде и которые не хотели бы плакать над Титаником , понимаете? Они хотели бы быть человеком в кинотеатре, который не плакал на этом фильме. Поэтому я думаю, что иногда я использую слово «мы» в этом смысле, и на самом деле это проблематичное использование слова! Потому что я не думаю, что это относится ко всем.

Наверное, каждый человек представляет собой некую смесь желания чувствовать общность и делиться опытом с другими, но также и желания чувствовать себя совершенно исключительным и уникальным. И я думаю, что эти желания действительно фундаментальны и всегда находятся в противоречии друг с другом. С одной стороны, вы вроде как получаете удовольствие от пребывания в эмоционально заряженном кинотеатре, но в то же время — я могу плакать в кинотеатре вместе со всеми, но потом я иду домой и пишу об этом эссе. ! Так что я получаю возможность использовать свою общность или что-то в этом роде.

Последнее эссе в вашем сборнике называется «Великая объединенная теория женской боли». Он разделен на части по списку «ран», нанесенных женщинам, которых вы знаете, и женщинам в популярной культуре. Там так много всего происходит — каждая «рана» действительно может быть отдельным эссе. Как это получилось?

Я написал много эссе для этого сборника еще до того, как узнал, что это будет сборник. Но то последнее эссе я определенно написал как последнее эссе в сборнике. Это касалось того, о чем я давно думал написать, но я хотел собрать все это воедино, чтобы создать последний опыт для читателей, прочитавших всю книгу.Я пытался сказать: «Во всех предыдущих эссе я говорил о своей боли, я говорил о боли других людей, а теперь [давайте] сделаем шаг назад и подумаем о , Что значит так много думать и говорить о боли? »

Есть люди, которые чувствуют, что есть что-то тревожное в определенной фиксации на боли. Я хочу решить эту проблему. Я хочу обратиться к этой критике.

«Все, за что я чувствую себя неловко или стыдно, похоже на сияющую неоновую вывеску: «Если у тебя есть силы идти сюда, иди сюда».

На другом уровне, я думаю, что на самом деле мной двигало ощущение чего-то — туманного запаха или ощущения в воздухе — чего я не мог точно определить и хотел исследовать. Это смутное ощущение, витающее в воздухе, [оказалось] тем недовольным отношением женщин к выражению собственных страданий. Это чувство действительного желания сопротивляться идентичности жертвы. Я хотел немного подтолкнуть к этому.

Я думаю, что первоначальным воплощением этого эссе была критика определенного женского персонажа, который я постоянно встречал в художественной литературе, написанной женщинами.И это была какая-то измученная женщина, которая была очень несентиментальной, но также, казалось, претендовала на позицию жертвы, но претендовала на нее, не желая по-настоящему владеть ею. Словно был какой-то персонаж, которого я видел снова и снова, и я точно так же писал ее, как и много раз, во многих рассказах и даже, возможно, в своем романе.

Это то, что вы называете «послераненой»?

Да. Думаю, это что-то вроде версии постраненной женщины, и именно на этом термине я остановился.А потом я очень загорелся идеей краудсорсинга для эссе, потому что в моей жизни так много невероятных женщин-собеседниц.

Есть раздел, в котором вы говорите о порезах и о том, что мы обычно воспринимаем крики о внимании как такие эгоистичные, греховные вещи. И мы склонны пренебрежительно относиться к людям, стоящим за ними, потому что «О, это просто крик о внимании» или «Она шлюха внимания» или что-то в этом роде. А потом вы говорите: «Разве стремление к вниманию не является одной из самых фундаментальных черт человека?»… И разве это не один из самых важных подарков, которые мы когда-либо могли сделать?»

Эта фраза «внимание, шлюха» так интересна! И я даже не думал об этом в связи с тем моментом, когда я говорю о внимании, потому что оно действительно привносит гендер таким действительно интересным образом. Каким-то образом желание внимания связано с получением внимания сексуально или просто с желанием распространять себя таким действительно постыдным способом. И я никогда не думал об этой фразе как о странной связи между всеми этими идеями, так что спасибо!

В этих эссе вы раскрываете очень личные вещи, особенно в «Великой объединенной теории женской боли» и в заглавной части «Экзамены на эмпатию», которая появляется первой в сборнике.

Это эссе, безусловно, было самым обоснованным в мемуарах. Его центральной отправной точкой было мое желание разобраться в этих двух травмирующих переживаниях, через которые я прошел. [Другие] привносят некоторый аспект личного опыта, но личный опыт служит решению этих более широких вопросов. Мне было так ясно, что эта книга по своей структуре, по своей сути просто не может быть мемуарами. Я хотел, чтобы это было глубоко личным, но мне нужно было, чтобы оно было основано на этих внешних исследованиях.

Поставив это эссе на первое место, я хотел приблизить читателей к своей жизни и предложить экспозицию в качестве своего рода разогрева. Например, я хочу показать вам эти вещи о том, что я чувствовал и что я пережил, чтобы вы чувствовали себя ближе ко мне, когда мы продолжим оставшуюся часть этого путешествия в эти другие жизни.

Трудно ли было сделать этот выбор?

Да… Да. Было что-то сложное в том, чтобы написать личный материал в этом эссе, а также чувство, знаете ли, Я выставляю напоказ свои раны? Наживаюсь ли я на определенном опыте, имеющем ценность для повествования?

Вот почему это финальное эссе действительно важно для меня как часть книги, потому что оно похоже на: «Послушайте, я знаю, что люди проходят через сложные вещи, а затем используют эти сложные вещи, чтобы получить определенные виды доверия.»

Когда вы писатель и с вами случается что-то сложное, одна из вещей, связанных с этим, — это появление повествовательного потенциала. А еще есть своего рода застенчивость, когда рассказываешь историю, в которой ты страдал. Но для меня это самосознание никогда не является [сигналом] «Держись подальше». Все, за что я чувствую себя неловко или стыдно, похоже на эту кричащую неоновую вывеску: «Если у тебя есть силы идти сюда, иди сюда. Потому что тот факт, что у вас есть застенчивость по этому поводу, означает, что есть что сказать. Это усложняет задачу, но также заставляет меня чувствовать, что я на правильном пути.

Сентиментальный режим — стипендия Чикаго

Страница из

НАПЕЧАТАНО ИЗ ЧИКАГСКОЙ СТИПЕНДИИ ОНЛАЙН (www.chicago.universitypressscholarship.com). (c) Copyright University of Chicago Press, 2022 г. Все права защищены. Индивидуальный пользователь может распечатать PDF-файл одной главы монографии в CHSO для личного использования. Дата: 17 марта 2022 г.

Глава:
(стр.1) Введение Сентиментальный режим
Источник:
Археология сочувствия
Автор(ы):

Джеймс Чандлер

Издатель:
University of Chicago Press
7 0059277208/chicago/9780226035000.003.0001

Эта вводная глава начинается с обсуждения трансформации понятия сентиментальности на протяжении восемнадцатого века. Он рассматривает « Сентиментальное путешествие » Лоуренса Стерна (1768 г. ), чтобы почувствовать его сентиментальное настроение или манеру, особенно в связи с его интересом к тому, как настроение модулируется с изменениями в том, что век Стерна называл «юмором». Затем обсуждение переходит к парадоксальной фигуре зрителя в печатной прозе Британии восемнадцатого века, который становится ключевым игроком в появлении сентиментального стиля; и отношения между хозяином Капры, Д.У. Гриффита и ученика Стерна Чарльза Диккенса.

Ключевые слова: чувства, Лоуренс Стерн, Сентиментальное путешествие, сентиментальная модель, Д. В. Гриффит, Чарльз Диккенс

Для получения доступа к полному тексту книг в рамках службы

Chicago Scholarship Online требуется подписка или покупка. Однако общедоступные пользователи могут свободно осуществлять поиск по сайту и просматривать аннотации и ключевые слова для каждой книги и главы.

Пожалуйста, подпишитесь или войдите, чтобы получить доступ к полнотекстовому содержимому.

Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому названию, обратитесь к своему библиотекарю.

Для устранения неполадок см. Часто задаваемые вопросы, и если вы не можете найти ответ там, пожалуйста, связаться с нами.

Сентиментальность: Темная сторона | Vancouver Sun

Breadcrumb Trail Links

  1. Блоги сотрудников
  2. Life

Дата публикации:

28 января 2012 г.  •  28 января 2012 г.  • даже для эмоционального чтения через яблоко  •  Присоединяйтесь к обсуждению А также мамы, собаки и дети?

Содержание статьи

Мама и яблочный пирог.Собаки и кошки. Свадьбы и дети. Бог и страна.

Объявление 2

Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

Содержание статьи

Это лишь некоторые из вещей, по поводу которых люди становятся сентиментальными.

Мы называем людей «сентиментальными», когда они выражают необычайно сильную эмоциональную привязанность к событиям, объектам, местам, эпохам и убеждениям. Даже если это слащаво, мы привыкли рассматривать сентиментальность как нечто не угрожающее.

Но у сентиментальности есть и оборотная сторона. Оно не всегда так связано с добром и теплом, как многие думают. Действительно, сентиментальность может быть опасна для нашего здоровья, благополучия и коллективного будущего.

Мы обычно ассоциируем супер «хороших» женщин и мужчин с сентиментальностью. Их чувства имеют свойство казаться безобидными и заранее подготовленными. Но сентиментальность возникает и у жутких людей, в том числе у демагогов, олигархов и убийц.

Объявление 3

Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

Содержание статьи

Ведь итальянский диктатор времен Второй мировой войны Бенито Муссолини считал Адольфа Гитлера «сентименталистом». Фюрер легко расплакался, в том числе и при приветствии своего дикого итальянского соратника.

Многие из нацистских комендантов, руководивших концентрационными лагерями, также прославились тем, что практиковали ужасные пытки и массовые убийства днем. Тем временем вечером они плакали на фортепианном концерте своего ребенка.

Знаменитый сериал HBO The Sopranos часто передает сентиментальность членов мафии.Он изображает Тони Сопрано и его жестоких приспешников, плачущих о своих матерях, сопящих на старых фильмах, идеализирующих своих детей, оплакивающих потерю традиций и яростно защищающих своих жен (которым они систематически изменяют со своими «гумбахами», то есть любовницами). .

Объявление 4

Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

Содержание статьи

Если матери, яблочный пирог, ностальгические фильмы и дети кажутся такими безобидными, то почему сентиментальность может быть такой опасной?

Сентиментальность может быть способом отрицания реальности.

СВЯЗАННЫЕ: «Значит, вы думаете, что можете распознать нарцисса?» (С видео)

«под названием Tiger Woods будет бороться с нарциссизмом»

«секуляризация — лучшее, что должно случиться с религией»

«Ааа, чтобы быть идеальным» «в культура страха, сохранение спокойствия — это политический акт»

Может быть корнем иррациональных страстей и неуместного идеализма; топливо идеологии и фундаментализма. Гитлер, в конце концов, думал, что ответ на проблему Германии лежит в его «сентиментальном» утопическом видении расовой чистоты.

Прежде чем мы пойдем дальше, необходимо дать определение сентиментальности, потому что смысл изменился.

Объявление 5

Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

Содержание статьи

До 1800-х годов слово «сентиментальный» было просто синонимом слова «чувство». Ничего плохого в эмоциях.

Но около 150 лет назад британцы начали добавлять в это слово изюминку.Они начали использовать сентиментальный для описания чрезмерных чувств, особенно эмоций, которые не имеют реальной основы.

Оскар Уайльд, британский драматург и остроумец 19-го века, резюмировал это острое значение, когда написал: «Сентименталист — это тот, кто желает иметь роскошь эмоций, не платя за это».

Точно так же ирландский поэт У.Б. Йейтс писал: «Риторика обманывает других. Сентиментальность обманывает себя».

В наши дни критики описывают пьесы, фильмы, книги или картины как «сентиментальные» или «сентиментальные», если считают, что они полагаются на слишком привычные методы — такие как романтическая любовь, патриотизм или месть — для манипулирования нашими эмоциями.Сентиментализм часто с пользой для дела определяется как чрезмерное упрощение чувств и самого существования.

Объявление 6

Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

Содержание статьи

Психологи говорят, что сентиментальность, или излишняя сладость, является защитной реакцией. Это оплот против признания более болезненных эмоций, особенно гнева, стыда или горя.

Потребность чрезмерно упрощать человека и прошлое, чтобы они чувствовали себя в большей безопасности, исследует писательница Джоанна Скибсруд в своей книге

, Сентименталист, , которая неожиданно получила премию Гиллера в Канаде в 2010 году.

Сентименталист взрослая дочь исследует сложный опыт своего отца во время войны во Вьетнаме. Когда отец говорит ей: «Вспомни меня, когда я умру, и упрости меня, когда я умру», дочь пишет: «Это слова отъявленного сентименталиста».

Исследователи-психологи в последние годы обнаружили, что такие сентиментальные упрощения могут иметь более темную изнанку, чем даже предполагает Скибсруд в своей книге.

Объявление 7

Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

Содержание статьи

Многие терапевты говорят, что сентиментальность является одним из симптомов нарциссизма, который, в свою очередь, может быть характеристикой психопатии, как это могло быть у Гитлера, Муссолини и Тони Сопрано.

Широко цитируемый автор книги Злокачественная любовь к себе: новый взгляд на нарциссизм, , который сам признается, что сам выздоравливает от нарцисса, рисует разрушительную картину того, как сентиментальность может проявляться у людей с расстройствами.

«Нарцисс — это человеческий маятник, подвешенный на нити пустоты, которая является его Ложным Я. Он колеблется между грубой и злобной резкостью — и сладкозвучной, сахаристой сентиментальностью», — пишет Сэм Вакнин, у которого есть докторская степень по физике, но теперь он специализируется на терапии.

Нарциссы сопровождаются подавляющими негативными эмоциями, пишет Вакнин, особенно гневом и завистью. «Вместо того, чтобы испытывать эти {отрицательные эмоции}, нарциссы предпочитают подражать эмоциям и аффектам».

Объявление 8

Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

Содержание статьи

Другими словами, Вакнин говорит, что нарциссы симулируют свои чувства. Они часто «проигрывают» заранее заготовленные эмоции, включая преданность идеалам (таким как «семья», «родина», «окружающая среда» или «Бог»). Так они достигают своих манипулятивных целей.

Известный британский психиатр Теодор Далримпл недавно выдвинул еще более широкий аргумент против сентиментальности. Он утверждает, что это корень практически всех социальных страданий его страны.

«Чтобы компенсировать отсутствие морального компаса, британская общественность становится жертвой внезапных порывов вульгарной сентиментальности, за которой следует яростное возмущение, поощряемое дешевой и циничной сенсацией ее прессы. Спазмы самодовольства заменяют нравственную жизнь», — говорит Далримпл, автор книги «Испорченная гниль: ядовитый культ сентиментальности» .

Объявление 9

Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

Содержание статьи

Испорченная гниль вызывает в воображении падение стандартов образования в Великобритании, ее политику помощи развитию Африки, смерть Дианы, принцессы Уэльской, а также работу и жизнь Сильвии Плат, чтобы проиллюстрировать то, что, по мнению Далримпла, представляет собой опасность отказ от логики в пользу сентиментальности, которую он описывает как «прародителя, крестного родителя, повивальную бабку жестокости».

Далримпл слишком много говорит о сентиментальности?

Несмотря на то, что его книга 2010 года получила широкое признание, другие говорят, что она экстремистская, лицемерная и циничная.

Важно не слишком быстро замечать сентиментальность в других, независимо от того, кажутся ли они мягко милыми или эмоционально коварными.

Философ И.А. Ричардс учит, что «ответ сентиментален, если он слишком велик для данного случая». Но мы также должны проверить факты. Ричардс предупреждает, что «мы не можем судить о том, является ли какой-либо ответ сентиментальным, если не примем во внимание ситуацию».

Объявление 10

Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

Содержание статьи

Также стоит отметить, что противоположностью сентиментальности не является холодность или бесчувственность. И это не грубый цинизм. Эмоции являются основой для людей, животных и других живых существ.

Действительно, «сентиментализм» в старом смысле слова как «чувство» или «симпатия» становится ключевым для новой школы философии. «Моральный сентиментализм» — это формирующаяся этическая система, которая выходит за рамки строгой логики и включает эмпатию.

Однако здесь основное внимание уделяется коварным аспектам чрезмерно упрощенной сентиментальности, тем вещам, на которые играют отдельные лица, рекламодатели и политики, чтобы манипулировать нами — чтобы заставить нас поверить, что в сложных ситуациях есть простые ответы.

Лучшим антонимом для слова «сентиментальность» может быть «зрелый реализм».

Такой реализм требует сбалансированного взгляда на положительные и отрицательные стороны. Он включает в себя эмоции, но также призывает нас заглянуть под поверхность наших собственных мотивов и мотивов других.

Зрелый реализм означает отказ от дешевой идеализации. Это требует готовности исследовать все хорошее и плохое, будь то собаки или идеология.

Даже мамы и яблочный пирог.

Twitter: @douglastodd

Поделитесь этой статьей в своей социальной сети

    Реклама 1

    Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

    Подпишитесь, чтобы получать ежедневные главные новости от Vancouver Sun, подразделения Postmedia Network Inc. ссылка для отказа от подписки в нижней части наших электронных писем. Постмедиа Сеть Inc. | 365 Bloor Street East, Торонто, Онтарио, M4W 3L4 | 416-383-2300

    Спасибо за регистрацию!

    Приветственное письмо уже в пути.Если вы его не видите, проверьте папку нежелательной почты.

    Следующий выпуск Vancouver Sun Headline News скоро будет в вашем почтовом ящике.

    Комментарии

    Postmedia стремится поддерживать живой, но вежливый форум для обсуждения и призывает всех читателей поделиться своим мнением о наших статьях. Комментарии могут пройти модерацию в течение часа, прежде чем они появятся на сайте. Мы просим вас, чтобы ваши комментарии были актуальными и уважительными.Мы включили уведомления по электронной почте — теперь вы будете получать электронное письмо, если получите ответ на свой комментарий, появится обновление ветки комментариев, на которую вы подписаны, или если пользователь, на которого вы подписаны, прокомментирует. Посетите наши Принципы сообщества для получения дополнительной информации и подробностей о том, как изменить настройки электронной почты.

    Должны ли писатели избегать сентиментальности? — The New York Times

    Однако ни Барт, ни Набоков на самом деле не защищают сентиментальность в современном уничижительном смысле этого слова.Оба мужчины ссылаются на более раннее определение 18-го века — качество обладания нежными чувствами или обращения к ним — и призывают нас не позволять нашему презрению к слащавым или дешевым обращениям к чувствам распространяться на сами чувства. Они, безусловно, правы: мы не должны настолько прихорашиваться и защищать свое рациональное, современное «я», чтобы в конечном итоге без разбора посмеиваться над любым неироничным обращением к человеческим эмоциям. Но это не значит, что мы должны перестать критиковать сентиментальные, дешевые вещи — «версию кокни» сентиментов — когда сталкиваемся с ними.

    Мне кажется, что Набоков ошибается в отношении диккенсовских изображений сирот в «Холодном доме»: они сентиментальны — не потому, что стремятся вызвать у нас жалость, а потому, что настаивают на идеализации и приукрашивании того, что должно быть. жалко. Отличительной чертой сентиментального искусства является не то, что, как иногда утверждают, оно «манипулирует» (все искусство делает это в той или иной мере), а то, что оно манипулирует, сознательно упрощая, фотошопя или иным образом искажая человеческий опыт, который оно призвано представлять.Диккенс не сентиментально хочет, чтобы мы сочувствовали Джо, бездомному дворнику; со стороны Диккенса сентиментально пытаться обеспечить это сострадание, делая Джо более добродетельным, смиренным и терпеливым, чем любой мальчик, когда-либо живший на свете.

    Такого рода потворство или нянчество со своей аудиторией может и не быть грехом. Но и не совсем без морального риска. Сентиментальная фантастика — это своего рода чепуха: чрезмерное количество может испортить аппетит к реальности или, по крайней мере, к более волокнистым формам искусства.Безусловно, одной из причин, по которой читатели выбрасывают книги, если в них недостаточно «симпатичных» персонажей, является их терпимость к любому моральному вызову — к тому, что их просят, скажем, посочувствовать бездомным маленьким мальчикам, безбожным, жестоким и агрессивным. немного вонючий — слишком много сказок, замаскированных под взрослую литературу.

    Сказки, конечно, могут быть очень приятными и трогательными. Но тот факт, что им часто удается заставить нас плакать, улыбаться или вздыхать, не должен препятствовать нашей критике их лжи.Я всегда плачу над сценой в «Холодном доме», где дворник Джо умирает, читая молитву «Отче наш». (Я также склонен расхваливать «Записную книжку», «Стальные магнолии», «Пляжи» и большую часть песенника Плотников.) И, несмотря на — а может быть, именно благодаря — мои слезливые ответы, я оставляю за собой право быть осознавать и критически относиться к тому, как эти работы достигают своих результатов. Если я укажу, что их изображения любви, дружбы, брака, секса и смерти искажают или эвфемизируют все, что я понимаю как правду об этих явлениях, я не лицемерю.Я просто признаюсь, с некоторым чувством удивления, что мне продали товар.

    Зои Хеллер — автор трех романов: «Все, что ты знаешь»; «Заметки об одном скандале», вошедшие в шорт-лист Букеровской премии и экранизированные; и «Верующие». Она написала тематические статьи и критические статьи для широкого круга изданий, включая The New Yorker, The New Republic и The New York Review of Books.

    Логика чувств: Стоу, Хоторн и Мелвилл | Натаниэль Хоторн Обзор

    Логика чувств — тяжелая и тяжелая книга.У него много наград, но их трудно получить. Я восхищаюсь этой книгой и хочу, чтобы она была написана с большим сочувствием к читателю, чей ум отличается от мышления Добера. Она написана для читателя, который так же погружен в Стэнли Кавелла, Чарльза Тейлора и Людвига Витгенштейна, как и он сам, и Добер не упрощает переход для других читателей. Если бы он спросил себя: «Как бы я себя чувствовал, читая эту книгу, если бы я не знал Кавелла, Тейлора и Витгенштейна?» и соответствующим образом изменить его письмо, его книга будет иметь более широкое признание.Выполнение этого действия не уничтожило бы независимую реальность читателя. Это не стирало бы промежутки между личностями. Наоборот, такая воображаемая идентификация выявляла бы различия, уважала их и реагировала на них. Читатели по-прежнему вольны принимать книгу или нет. Симпатическая идентификация и знание, которое она дает, не являются по сути гегемонистскими.

    Я начинаю с этого утверждения, потому что Добер критикует сентиментализм на том основании, что ему угрожает отличие от другого.Он называет эту проблему «скептицизмом» и считает ее фатальным изъяном сентиментализма. Как я моделирую в первом абзаце, я не согласен с тем, как работает симпатическая идентификация, и я не согласен с тем, что скептицизм представляет собой непреодолимую проблему для симпатии. Однако если оставить в стороне разногласия, как я уже упоминал выше, у этой сложной книги есть много достоинств. Добер погружается глубоко в сердце политики и эстетики сентиментальности, сосредотачиваясь на ее философских предшественниках и последствиях.Книга поучительная, сложная и познавательная.

    В главе 1 «Два чувства познания: Хижина дяди Тома » Добер решает одну из главных проблем, поднимаемых сентиментальной литературой. Он называет это «проблемой Сент-Клэр» (47–48, 57). Августин Сент-Клер понимает все, что нужно знать о проблеме рабства, но он просто не может заставить себя заботиться об этом. Это проблема для сентиментальных авторов, потому что они утверждают, что симпатия вызывает любовь и заботу о другом внутреннем.Сент-Клэр опровергает это. Он говорит неопровержимую истину, что прямое столкновение с плачевными обстоятельствами не требует от людей осторожности. Сентиментальная литература обычно борется с этой проблемой с помощью императивов, угроз и методов принуждения. Такие книги, как , Хижина дяди Тома, , призывают нас заботиться; они угрожают нам ужасными последствиями; они соблазняют нас привлекательными моделями любящих людей; и они манипулируют нами, чтобы заботиться, играя на струнах нашего сердца. И все же Сент-Клэр не будет тронут.Забота остается капризной; любовь своенравна; идет, куда хочет; это не может быть приказано. Если читатели не заинтересованы в вашей проблеме, они просто не заинтересованы. Как заставить людей вести себя нравственно? Сделать их?

    Да, говорит Стоу. Ее книга пытается заставить читателей заботиться. Ее дело может быть справедливым, но Добер считает такое принуждение большей проблемой, чем та, которую она пытается решить. Он говорит, что сентиментальное принуждение обладает тоталитарным качеством в своей абсолютной убежденности в том, что оно знает, что правильно, и в его императиве, что — поскольку все мы в глубине души знаем эту правильность — мы должны действовать в соответствии с ней.Если нас заставляют поступать правильно или заставляют заботиться, то мы превращаемся в роботов, лишенных нашей человечности; мы Алиса Пинчон, порабощенная внешней силой.

    Проблема Сент-Клэр — это признак и симптом недостатков сентиментальной эпистемологии, утверждает Даубер. Сентиментализм отождествляет факты и правду. Ключевым экспонатом его мысли является Ключ от хижины дяди Тома . Стоу написала Ключ , чтобы доказать, что зверства, которые она описывает в своем романе, на самом деле произошли в реальной жизни, и Добер интерпретирует ее попытку проверить произведение художественной литературы как указание на то, что Стоу считает, что факты, которые она изображает, не соответствуют действительности. только истинные вещи; они правда.Если мы увидим эти истинные вещи (невольничьи дети были проданы, семьи были разделены, люди были замучены и убиты), мы узнаем основную правду о проблеме рабства, и мы немедленно и неизбежно займемся ею. Для сентиментальных авторов нет разрыва между материальной реальностью и правдой, утверждает Добер, и нет разрыва между материальной реальностью и человеческой реакцией для сентиментальных читателей. Добер сожалеет об обоих этих безукоризненных подходах. Истинные вещи не обязательно являются правдой, и знание истины не обязательно заставит человека заботиться о ней.Сент-Клэр знает много истинных вещей, но, зная их, он не знает правды и не заботится о ней.

    Анализ Даубером сентиментальной эпистемологии завораживает, но он искажает сентиментальную литературу. Стоу написал роман, посвященный проблеме рабства. Она не написала эссе, по-видимому, потому, что факты не полностью представили американцам всю проблему. Это правда, что, когда южане сказали, что она лжет, она подкрепила свой портрет фактами. Но Хижина дяди Тома не основывается на якобы прозрачных фактах.Он не опирается на портреты пыток или сценарии, которые делают рабов всего лишь объектами, сформированными рабской идеологией. Он стремится представить человечность порабощенных людей, выдвигая на первый план чувства рабов. Выдающиеся факты — те, которые Стоу считает неопровержимыми, — не являются существенными. Они связаны с любовью и разлукой. Люди человечны, потому что они любят, и они страдают, когда их разлучают с любимыми. Она выбирает сцены, которые приглашают читателей глубоко пережить опыт рабов.Называть этот подход эмпиризмом чуждо духу творчества Стоу; логика интеллектуально волнующая, но сбивающая с толку. (Я нахожу много вопросов в определении Стоу человека с точки зрения аффектов, но это не направление мысли Добера.)

    Добер уделяет особое внимание печально известному предложению в Хижина дяди Тома , в котором читателям задают вопрос, как быстро они будут бежать. если бы их собственному ребенку угрожали ловцы рабов. Он утверждает, что это предложение предполагает, что читатели, идентифицирующие себя с Элизой, поймут ее полностью и совершенно, однако знание, которое оно дает, на самом деле глубоко ошибочно, поскольку оно отрицает уникальность Элизы.Лорен Берлант называет этот эффект «автостиранием» отличия другого. Конечно, это популярный и знакомый аргумент о сентиментализме. И совершенно верно, что отождествление вашего опыта с опытом другого может позволить вам ложно думать, что вы знаете другого, и таким образом отбить у вас охоту задавать вопросы. В равной степени верно и то, что белые предполагали, что знали чернокожих на протяжении всей истории США, что имело исключительно злые и репрессивные последствия. Более того, также верно, что сама Стоу перестала ставить такие вопросы в своих последующих работах, поскольку она была явно обеспокоена тем, что они поощряют эпистемологическую самоуспокоенность.Тем не менее, такое самодовольство не свойственно спрашивать, как бы вы себя чувствовали в чьей-то ситуации. Это зависит от того, что вы делаете с этим отождествлением.

    Добер утверждает, что теоретики сочувствия требуют совершенного знания для идентификации, и он ссылается на Адама Смита как на пример. Тем не менее, Смит пишет в первых предложениях Theory of Moral Sentiments : «Хотя наш брат и находится на мучениях, пока мы сами находимся в покое, наши чувства никогда не сообщат нам о том, что он страдает» (3).Другими словами, мы никогда не сможем узнать от первого лица чужой опыт. «Способ, которым мы можем сформировать какое-либо представление о том, каковы его ощущения, — пишет Смит, — осуществляется только с помощью воображения» (3–4). Когда мы ставим себя на место другого и воображаем, что переживаем то, что терпит он, мы получаем «некоторое представление о его ощущениях и даже чувствуем нечто, хотя и более слабое по степени, но не совсем отличное от них» (4). Да, во фразе «непохоже» подразумевается идея «одинаковости», но есть также идея «различия», имплицитно выраженная во фразах «слабее по степени» и «какая-то идея». Добер обвиняет Смита и сентиментальных писателей в ложной вере в то, что симпатия раскрывает другого полностью и по-настоящему, потому что считает всех людей одинаковыми. Я утверждаю, напротив, что сходство и различие лежат в основе симпатического проекта, и ученые в этой области должны исходить из этого. Это не безупречная теория. Нам нужно усложнить наше понимание роли сочувствия в понимании других людей. Как сделать мы понимаем чувства других людей? Может ли человек понять других, не обращаясь к своему собственному опыту? Недавние нейробиологические исследования зеркальных нейронов выдвинули эмпатию на передний план нашего знания о чувствах других людей, не устанавливая при этом цельного и совершенного понимания в качестве следствия.

    Как я пытался показать в первом абзаце этого эссе, идентификация не является единственным действием в симпатической трансакции. Сложная воплощенная идентификация может освещать как различия, так и сходства. Когда сочувствующий воображает обстоятельства другой, он осознает, что ее положение отличается от его собственного, и соответствующим образом модифицирует свои действия. Правда, он мог сделать ложные предположения; и, таким образом, в его отношении должна быть определенная степень смирения — скептицизма, как выразился бы Добер.Тем не менее такой скептицизм не противоречит сочувствию, хотя его может не хватать в некоторых сочувственных высказываниях. Смит подчеркивает идею о том, что симпатическое знание всегда должно быть исправлено рефлексивным рассуждением. Это не одноразовая эпистемология.

    Добер выражает двойственное отношение к сентиментальным сообществам. С одной стороны, Добер утверждает, что если люди объединяются аффективно только потому, что предполагается, что все одинаковы, то человеческая тайна и свобода выпотрошены. С другой стороны, Добер соглашается с сентиментальной посылкой о том, что нежные узы являются основой любого сообщества.Он идеализирует сообщество, которое терпит безразличие людей, защищает их различия и лелеет их непостижимость. Коммунальная сплоченность ненадежна; людям нужно заботиться, но они должны быть вольны не заботиться. Таким образом, Добер, как и Натаниэль Хоторн, высказывает сентиментальную критику сентиментализма.

    Во второй главе «Политика представительства: Дом с семью фронтонами » Добер показывает, что Хоторн изображает сентиментализм как принудительный и, следовательно, политически тоталитарный.Тем не менее, Хоторн ценит любовь как клей, скрепляющий общество. Он подчеркивает, что аффекты нельзя навязывать; они должны быть свободны перечислять, где они будут. Любовь, связывающая сообщество, никогда не может быть защищена от скептических сомнений. Одним из принуждений, которым сопротивляется Хоторн, является политика. Как показывает Добер, Хоторн был «болтальщиком» в отношении аболиционизма (54). Он выступал против рабства, но его сердце не было в деле. Его сердце было в деле защиты нашей свободы заботиться или не заботиться.Он ненавидит тоталитарные эффекты таких книг, как Хижина дяди Тома , считая ее концепцию сообщества столь же плохой, как и разногласия, которые она пытается устранить. Хоторн страстно защищает аффективную свободу.

    Добер утверждает, что критика Хоторном сентиментализма достигает своего полного выражения в сбивающей с толку главе «Судья Пинчеон», в которой Хоторн ругает труп Джеффри Пинчеона за то, что он не встал и не претворил в жизнь свои коррумпированные и коварные планы. Как это ни парадоксально, отмечает он, сцена использует сочувствие, чтобы добраться до недосягаемости, лежащей в основе каждого человека.В невозможном акте отождествления с трупом рассказчик обнаруживает метафизическое одиночество, которое каждый из нас испытывает в собственном уединенном существовании. Пропасть между нами и трупом растворяется, вызывая ужасающее ощущение собственного неминуемого уничтожения. Добер может рассказать об этой сцене еще немало, но за этим трудно уследить. Он утверждает, например, что парадоксы в этой сцене «представляют собой антиномию, которую мы могли бы определить как две стороны тавтологии, сходящиеся за поворотом, две линии развития, исходящие из самой предпосылки решения, чьи решенные термины теперь противостоят друг другу. другой в противоположности взаимного неузнавания.Ибо в портрете смерти Джеффри тавтологией является сентиментальность, а противостояние сентиментальности самой себе, которую сентиментальность, доведенная до крайности, которую теперь доводит Хоторн, вынуждает» (88). Это требовательная проза. Сентиментализм вполне может быть, как утверждает Добер, модусом, обесценивающим человеческую тайну, но такое обесценивание не присуще симпатии. Он также не присущ Стоу, который отошел от эмпатической уверенности в таких работах, как Дред и Ухаживание министра .Тем не менее, в самом этом действии удаления Стоу сигнализирует о необходимой коррекции, о проблеме с ее первой книгой, и тем самым она подтверждает тезис Добера о том, что идентификация требует рефлексивной самокоррекции.

    В третьей главе книги «Логика симпатии », «Только ради любви: Пьер », Добер утверждает:

    Мелвилл знает то, что знает Хоторн, ложь сентиментальности, что потому, что Бог любит вас, как это делает Стоу. , вы будете любить друг друга или, выражаясь светскими терминами, что другой может быть понят как самость, субъект как объект, что все самости являются одной и той же самостью, сходящейся к средней адамово-смитовской самости, — в общем, эта любовь присуща в экономике вещей и что экономика вещей — это то, что удерживает нас вместе.Он знает, что в любви просто нет никакой экономии и что, как знает Хоторн, любит только субъект, что ничто не удерживает нас вместе, кроме субъекта, который любит, если любит. (98)

    Чем Мелвилл отличается от Хоторна, так это своей убежденностью в том, что, даже если другие не любят его, он «подарит им их равнодушие и по-прежнему будет любить их» (98). Он представляет сообщество, которое признает «то самое одиночество, от которого должна была избавиться сентиментальность» (99), и просит нас чувствовать «не то, что чувствует другой, а то, что другой не отвечает на наши чувства» (110).Тело Пьера , как утверждает Добер, в значительной степени состоит из артикуляции этого отсутствия идентификации — «различения субъектов, каждый из которых независим друг от друга, но различается в любви» (111). То есть каждая вещь существует в своей сингулярности, сингулярности, к которой нельзя получить доступ через сочувствие или что-то еще. Эта сингулярность не познана любовью, но защищала любовью. Признание и уважение этого различия — работа романа. Ничто не представляет ничего другого; только себя.Сообщество удерживается вместе в неединстве защиты сингулярности. В этой главе также есть некоторая требовательная проза, как, например, когда Добер пишет: «Проблема, с которой мы сталкиваемся, — это не неадекватная остенсивность, а запутанное отношение к демонстрируемому, которое делает само остенсивное неадекватным» (107). ).

    Логика чувств приводит меня к выводу, что важно отделять сентиментализм от симпатии. Логика сочувствия не должна быть единством, обесценивающим инаковость.Некоторое сочувствие может сделать это; это может быть даже ядром сентиментализма. Тем не менее, эмоциональные затруднения отождествления и воображения, лежащие в основе симпатического обмена, не основаны на совершенной и беспрепятственной передаче знаний. Фредерик Дуглас, например, пересмотрел свою автобиографию, чтобы пропагандировать сочувствие белых к непознаваемости и жажде самосозидания черных американцев. Идентификация, смешанная с критической дистанцией, показала, что рабы — это люди, вынужденные актуализировать себя ужасно ограниченными способами.Приглашение Дугласа к основанному на чувствах осознанию своего порабощенного социального положения вызывало не слезы, а уважительную критическую дистанцию. Я разделяю озабоченность Добера тем, что сентиментальность может материализовать нормативные социальные позиции, а сочувствие может выявить структурную несправедливость. Мы можем распознать сентиментальность, когда литература вызывает у нас тошноту (симптом Добера) или когда она заставляет нас плакать (симптом Филипа Фишера). Но симпатия не всегда производит ни тот, ни другой знак. В лучшем случае сочувствие является скептическим, а не сдерживаемым скептицизмом, как утверждает Добер.

    ЦИТИРОВАННЫЕ РАБОТЫ

    Берлант, Лорен. Жалоба женщины: незавершенное дело сентиментальности в американской культуре . Duke UP, 2008.

    Фишер, Филип. Неопровержимые факты: обстановка и форма в американском романе . Оксфордский университет, 1985.

    Copyright © 2021 Университет штата Пенсильвания. Все права защищены.

    2021

    Университет штата Пенсильвания

    Издательство Университета Рутгерса

    6

    7

    8
    • Йоханнесбургский центр Холокоста и геноцида: запуск Resonant Violence

      Йоханнесбургский центр Холокоста и геноцида: запуск Resonant Violence

      8 марта 2022 г., с 18:00 до 19:30
      1 Duncombe Rd, Forest Town, Йоханнесбург, 2193, Южная Африка

      РЕЗОНАНСНОЕ НАСИЛИЕ  АФФЕКТ, ПАМЯТЬ И АКТИВИЗМ В ПОСТГЕНОЦИДНЫХ ОБЩЕСТВАХ

      Присоединяйтесь к Йоханнесбургскому центру Холокоста и геноцида для запуска Dr. Последняя книга Керри Уигэма,  Резонансное насилие: аффект, память и активность в постгеноцидных обществах .

      Уигхэм исследует как устойчивые последствия геноцидного насилия, так и различные способы, которыми государства и местные коллективы реагируют на это насилие и трансформируют его с помощью практик памяти и массовой активности. Используя уроки Германии, Польши, Аргентины и коренных народов США, он демонстрирует, как обычные люди объединяются, чтобы справиться с жестоким прошлым, чтобы проложить путь к менее жестокому будущему.

      ВТОРНИК, 8 МАРТА, 18:00 (SAST)

      Йоханнесбург Центр Холокоста и Геноцида 1 Duncombe Road, Forest Town

      RSVP необходимо отправить на [email protected] или по телефону 011-640-3100 Применяются все протоколы COVID-19. Без маски, без входа.
      Легкие закуски для сервировки.

      Вы также сможете посмотреть событие в прямом эфире в Zoom: https://us02web.zoom.us/meeting/register/tZYtcuyrrzMtE9e6lHFOMI0j_gyOY4uLtLGL

    9

    10
    • 11
      • 2022: Реформирование обвинения: основной доклад Кристиана Болдена

        2022: Реформирование Судебное преследование: основной доклад Кристиана Болдена

        11 марта 2022 г.  с 15:00 до 16:40
        526 Pine St, New Orleans, LA 70118, USA

        В этом году для вас проводится симпозиум по пересмотру законов Лойолы совместно с Институтом юстиции Веры.Это мероприятие проводится лично, а также будет виртуально в ZOOM.

        Зарегистрируйтесь на мероприятие здесь: https://www.eventbrite.com/e/2022-loyola-law-review-symposium-reforming-prosecution-tickets-232232843687

        Основной доклад: Социальный контекст современного массового лишения свободы (15:10–16:40)

        Профессор Кристиан Болден, Лойола Новый Орлеан

        Движение за реформу прокуратуры во многом объясняется реакцией на массовое заключение под стражу. Но откуда взялись массовые аресты? Как это связано со структурными изменениями в экономике за последние несколько десятилетий? Как карательный поворот в американском уголовном правосудии вызвал поддержку населения? Как и в какой степени ему противостояли на ранних стадиях, и почему это противостояние потерпело неудачу? Каковы возможности и ограничения судебного преследования за реформы, чтобы переломить ситуацию?

    12

    20
    • Навигация по записям

      Добавить комментарий

      Ваш адрес email не будет опубликован.