Неоптолем кто такой: Неоптолем (Пирр)

Содержание

Подвиги Неоптолема . Войны Митридата

О том, что произошло после отставки знаменитого полководца, нам известно только из труда Страбона, да и сами эти сведения носят обрывочный характер. Рассказывая о Боспоре Киммерийском, ученый сообщил следующую информацию: «Ледяной покров же там, в устье Меотийского озера, столь крепок, что в какой-то местности зимой полководец Митридата одержал в конном строю победу над варварами, сражаясь на льду, впоследствии там же летом, когда лед растаял, он разбил их в морском сражении» (II, I, 16). В книге VII, III, 18 Страбон вновь возвращается к этой теме и отмечает, что «в этом проливе, как передают, Неоптолем, полководец Митридата, летом разбил варваров в морском сражении, а зимой – в конной стычке». Как видим, информация очень скудная.

Но кое-что мы все же можем узнать. Прежде всего, что Диофанта сменил стратег Неоптолем. Не надо думать, что новый командующий как полководец уступал своему предшественнику и что Митридат прислал на столь ответственный пост серую посредственность, чтобы самому спать спокойно.

Дело в том, что Неоптолем приходился родным братом талантливому военачальнику Архелаю, который был на очень хорошем счету у царя и со временем стал его первым стратегом. Плутарх в биографии Гая Мария отмечает, что его герой хотел вести легионы на восток, «в Каппадокию и к Эвксинскому Понту сражаться с Архелаем и Неоптолемом». Аппиан, рассказывая о Митридате, отметит, что «военачальниками у него были два брата – Неоптолем и Архелай». В дальнейшем историк называет Неоптолема как «второго военачальника Митридата». Во время первой войны понтийского царя с Римом Неоптолем проявит себя с самой лучшей стороны в битве на реке Амний и станет одним из главных творцов победы.

Что же касается вопроса о том, откуда стратег был родом, то здесь нам дает ответ Плутарх, который устами Суллы обращается к брату Неопотлема: «

Так, значит, ты, Архелай, каппадокиец и раб». Понятно, что под рабами римляне подразумевали всех подданных Митридата, поскольку сами выросли на республиканских ценностях. Но для нас принципиальным является то, что будущий диктатор назвал то место, откуда братья были родом – Каппадокия.

Подведем первые итоги. Отстранив Диофанта от командования, Митридат прислал на его место в Таврику не менее значимую фигуру. Значит, дело здесь не в том, что Диофант сосредоточил в своих руках слишком большую власть, а в том, что он действительно возомнил о себе слишком много. Неоптолем, судя по всему, был гораздо более лояльным человеком, да и на поле боя в дальнейшем отлично себя зарекомендовал. Одним словом, выбор Митридата оказался удачным.

Ситуация, которая на данный момент сложилась в Боспорском царстве, была достаточно сложной. Династия Спартокидов прервалась, самозваный базилевс Савмак закован в цепи и отвезен в Понт, в стране разброд и шатание. Экономика государства в глубоком кризисе. Победоносный полководец Диофант отстранен от командования и отозван Митридатом в столицу, а в войсках идет брожение, поскольку причины опалы непонятны рядовому составу.

Одним словом, сложилось такое положение дел, которое само по себе провоцировало вторжение извне.

Что в итоге и произошло.

Страбон не дает внятного ответа на вопрос, кто же напал на Боспор Киммерийский, он называет их просто варварами. Но под этим понятием подразумевать можно кого угодно. Поэтому попробуем разобраться, кого же имел в виду географ и с кем сражались войска Неоптолема. Причем воспользуемся для этого работой самого Страбона.

Как мы помним, на восточном берегу Керченского пролива находились боспорские города Фанагория, Гермонасса, Горгиппия. Но варвары не идут на них походом, они, судя по всему, нацеливаются прямо на Пантикапей. Получается, что их целью был не банальный грабеж, а нечто большее. Поэтому можно предположить, что часть скифов, поддерживающих базилевса Савмака, сумела прорваться сквозь ряды войска Диофанта и уйти на Таманский полуостров. А когда их вождям показалось, что наступил удобный момент вернуть утраченные позиции на Боспоре, они решили перейти к активным действиям.

Но поскольку собственных сил у скифов было недостаточно, то они решили заручиться поддержкой местных племен, проживающих около Меотиды. Страбон достаточно подробно расписал интересующий нас регион: «Вокруг озера Меотиды живут меоты. У моря расположены азиатская часть Боспора и Синдская область. За ней обитают ахейцы, зиги, гениохи, керкеты и макропогоны».

В дальнейшем географ продолжает развивать тему: «К числу меотов принадлежат сами синды и дандарии, тореаты, агры и аррехи, а также тарпеты, обидиакены, ситтакены, доски и некоторые другие. К ним относятся аспургианы, живущие на пространстве в 500 стадий между Фанагорией и Горгиппией

». Затем Страбон сообщает ценнейшую информацию: «Все азиатские меоты были подвластны частью владетелям торгового центра на Танаисе, частью же – боспоранам. Однако иногда то те, то другие поднимали восстание против своих властителей». Вполне возможно, что в смутные времена, которые последовали за смертью последнего Спартокида, меоты могли попытаться освободиться от боспорской зависимости.

С другой стороны, мы не знаем, как к этому относился Савмак. Вполне вероятно, что желая заручиться поддержкой меотов, он мог и пересмотреть боспорскую политику по отношению к этому народу. Поэтому, когда его уцелевшие соратники появились в районе Меотиды, меоты приняли их доброжелательно. И оказали всяческую поддержку. Но оговорюсь сразу, это просто моя версия развития событий и не более. Могло быть и по-другому.

Пойти в набег на Пантикапей могли не только меоты, желающих было хоть отбавляй. Те же ахейцы, зиги и гениохи: «После Синдской области и Горгиппии, что на море, следует побережье ахейцев, зигов и гениохов, лишенное большей частью гаваней и гористое, так как оно является частью Кавказа». Главным занятием этих народов, по словам Страбона, был морской разбой, поскольку земля, которую они обрабатывали, была скудной. В набеги они ходят на небольших узких и легких лодках, вместимостью от 25 до 30 человек, которые греки называют камарами. Эти лодки были очень удобны в обращении, поскольку, не имея гаваней, пираты на плечах переносили камары в леса, где находились их селения. Когда же приходило время очередного набега, то они снова несли свои лодки к берегу. Точно так же ахейцы, зиги и гениохи действовали во время набега, когда прятали камары в подходящих местах, а сами разбредались по окрестностям, устраивая охоту на людей. Делалось это с целью получения выкупа, и, как только разбойничья флотилия отчаливала от берега, родственники пленников извещались о сумме, которую надо было уплатить. Постепенно ситуация выходила из-под контроля. Пиратские флотилии безнаказанно свирепствовали вдоль северных и восточных берегов Понта Эвксинского, наводя ужас не только на купеческие корабли и прибрежные территории, но и на приморские города.

Те меры, которые принимали правители соседних земель для борьбы с этим злом, были явно недостаточны. Успешные отражения пиратских набегов и нападения в открытом море на разбойничьи флотилии напоминали точечные удары и не могли решить проблему в целом. Для этого требовался целый комплекс последовательных мер, наподобие тех, которые в будущем реализует Великий Помпей, когда будет очищать от пиратов Средиземное море.

И главным залогом успеха в этой борьбе становилась сильная централизованная власть, поскольку мелкие правители в силу различных причин были просто не в состоянии скоординировать свои действия для победы в войне с пиратами. О чем здесь говорить, мы помним, как Страбон прямо указывал на то, что морским разбойникам «помогают даже жители Боспора, предоставляя свои корабельные стоянки, рынок для сбыта добычи». Вот и получалось, что одни в меру своих сил с этим злом боролись, а другие содействовали.

По всему выходило, что именно для ахейцев, зигов и гениохов установление твердой и сильной власти на Боспоре было смертельно опасно, поскольку в этом случае приходил конец их пиратским набегам. Случилось же однажды, что в конце III в. до н. э. царь Эвмел сумел очистить регион от морских разбойников! А Митридат и подавно бы не потерпел, чтобы его владения подвергались грабительским набегам с моря. Поэтому есть весьма веские основания полагать, что именно эти племена приняли участие в зимнем походе на Боспор.

С другой стороны, Страбон конкретно говорит о том, что летом на море Неоптолем нанес поражение тем же самым варварам, которых разбил зимой. А кто у нас хозяйничал на море? Правильно, те же самые ахейцы, зиги и гениохи.

Но здесь есть другой интересный момент. Дело в том, что перечисленные выше народы никогда не были сильны кавалерией, их стихией была война на море. И, тем не менее, они идут в поход вместе со скифами. Хотя, по большому счету, ничего удивительного в этом нет. Племенная знать с детства ездила на конях, и надо думать, что не только на охоту или в гости друг к другу.

Правда, был ещё один народ, представители которого могли принять участие в битве на льду – сарматы. Пусть в небольшом количестве, но они могли там быть. Потому что слух о походе на Боспор, который славился своим богатством, должен был быстро распространиться вдоль берегов Меотиды и привлечь степных воинов к участию в этом прибыльном мероприятии. В итоге, должна была собраться довольно пестрая коалиция, в которой главную роль играли племена ахейцев, зигов и гениохов.

Что же касается вопроса о том, почему было решено напасть на Пантикапей именно зимой, то ответ может быть только один – рассчитывали на внезапность и на то, что Неоптолем просто не сумеет вовремя собрать войска. Диофант, чья слава гремела по всему региону, был отстранен от командования и вызван к Митридату, а кто такой этот Неоптолем, варвары и понятия не имели. Поэтому и решились на войну.

Сам переход по льду через Керченский пролив союзников не пугал, для них это было в порядке вещей: «Суровость холодов лучше всего обнаруживается в связи с тем, что происходит в устье Меотиды. Морской путь из Пантикапея в Фанагорию становится доступным для повозок, так что это не только морское путешествие, но и сухопутное

» (Страбон). Скифские военачальники и племенные вожди всё рассчитали правильно, за исключением одного, но принципиального момента – они недооценили Неоптолема. У стратега и разведка была поставлена хорошо, и войска он вовремя собрать успел. Не став дожидаться врага на своей территории, Неоптолем решил сыграть на опережение и дать ему бой там, где тот меньше всего ожидал – на льду Керченского пролива.

* * *

Стратег Неоптолем вел боспорскую конницу по скованному льдами проливу. Всадники ехали плотными рядами, поскольку полководец внимательно следил за тем, чтобы походная колонна не растягивалась. В рядах войска Неоптолема были не только боспорские бойцы, но также пафлагонские и каппадокийские наездники, прибывшие вместе с новым командующим из Понта. На битву шли и отряды скифов, признавших власть царя Митридата и теперь воевавших под его знаменами.

Густо валил снег, закрывая видимость, но стратег выслал вперед многочисленные дозоры и был уверен в том, что не разминется с противником. Его воины были готовы к бою и в любой момент могли развернуться в боевые порядки. Но враг не появлялся, и понтийский полководец продолжал осторожно вести свое войско вперед.

Сквозь завесу снежного покрова прорвалась группа всадников и помчалась навстречу приближающейся колонне. Неоптолем поднял руку, останавливая движение войск. Военачальник уже догадывался о том, какую весть ему сообщат разведчики, но всё равно не спешил отдавать команды. Когда же его опасения подтвердились, стратег велел воинам разворачивать строй. Варвары приближались, но полководец не сомневался, что успеет закончить все перестроения. В центре Неоптолем поставил боспорских и скифских наездников, а на флангах тяжелую каппадокийскую и пафлагонскую конницу. Его замысел был прост – втянуть противника в рукопашный бой по центру, а затем массированной атакой панцирной кавалерии разбить врага на флангах и взять в кольцо.

Снег, валивший с самого утра, прекратился, и стратег увидел, как по плоской белой равнине, в которую превратился пролив, движется множество черных точек. Солнечный луч пробился сквозь низкие свинцовые облака, и Неоптолем, прикрыв глаза рукой, продолжал вглядываться в надвигающееся вражеское войско. Варвары волной накатывались на армию Митридата. Мчались в бой, размахивая мечами и потрясая копьями, ахейцы, зиги и гениохи. Взяв длинные пики наперевес, неслись на вражеские ряды, защищенные тяжелыми панцирями из конских копыт сарматы. На полном скаку натягивали луки скифы.

Неоптолем не спеша проехал вдоль рядов своих всадников и подал знак трубачу. В ответ на протяжное пение боевой трубы взревели боевые рога скифов, и их конные лучники выехали вперед из рядов боспорского войска. Вновь пропела труба, и град стрел обрушился на приближающихся варваров. Вздыбились и покатились по льду подстреленные кони, десятки всадников вылетели из седел и полетели под копыта бешено мчавшихся лошадей. А скифы Неоптолема продолжали опустошать свои колчаны, в буквальном смысле засыпав врагов стрелами. Бились на льду раненые лошади, сотни людских и конских тел затрудняли варваром продвижение вперед, и их натиск замедлился, а ряды смешались. Видя, что вражеское войско пришло в расстройство, стратег решил использовать этот шанс и, вытащив из ножен махайру, ринулся в бой, увлекая за собой боспорскую конницу.

Сражение перешло врукопашную, где всё решали индивидуальная подготовка и выучка бойцов. Убрав луки, схватились друг с другом на акинаках скифы, а сарматы побросали длинные пики, которые стали бесполезны и потащили из ножен тяжелые мечи. Каппадокийцы и пафлагонцы, в крепких пластинчатых панцирях, крушили палицами и боевыми топорами ахейцев и гениохов, которые постепенно пятились под этим мощным натиском.

Снова повалил снег, но накал битвы не ослабевал. Кони скользили и падали на льду, многие бойцы, лишившись своих лошадей, продолжали сражаться пешими. Выбитые из седел сарматы, скованные тяжелыми доспехами, барахтались в снегу, пытаясь подняться, и гибли под ударами боспорских наездников. Постепенно всадники Неоптолема стали одолевать. Первыми побежали зиги и гениохи, за ними развернули своих коней ахейцы. От погони их спасло только то, что воины стратега долго добивали сарматов и скифов. Когда же с ними было покончено, остальные варвары уже скрылись за снежной пеленой. Не желая напрасно рисковать в такой ситуации, Неоптолем приказал не начинать преследование.

Победа была полной и безоговорочной, зимний набег варваров на Паникапей потерпел неудачу.

* * *

Неоптолем прекрасно понимал, что отразив вражеское вторжение зимой, он, тем не менее, так и не разрешил главную проблему. Окончательно разбив соратников Савмака, стратег задумался о том, как решить проблему пиратства. Хотя сам ход событий подсказывал, что промышлявшие морским разбоем варвары ещё вернутся. И вернутся на этот раз всей своей силой, на кораблях и камарах, чтобы ещё раз попытаться сокрушить понтийское господство на Боспоре Киммерийском. Поэтому Неоптолем не стал тратить время попусту, а как только пролив освободился ото льда, стал стягивать к Пантикапею, Нимфею и Тиритаке боевые корабли. Вербовал фракийцев, которые после пленения Савмака оказались не у дел и теперь с радостью были готовы снова поступить на службу. Люди стратега в Горгиппии и Гермонассе ловили каждый слух об ахейцах, зигах и гениохах. Через торговцев и рыбаков разведчики пытались выяснить, собирают варвары флот или нет, а если вдруг начнут подготовку к походу, то не Пантикапей ли будет их конечной целью?

Усилия даром не пропали, поскольку к середине лета стало известно о том, что объединенный варварский флот отплыл по направлению к Боспору Киммерийскому. Неоптолем медлить не стал и собрал все корабли в один кулак у города Нимфея. Стратег решил любой ценой не допустить вражеской высадки на берег, поскольку отдавал себе отчет в том, к каким последствиям это может привести. Боспорский флот численно уступал флоту пиратов, зато у Неоптолема были настоящие боевые корабли, которым противник мог противопоставить только захваченные купеческие суда, да небольшие камары. Но ахейцы, зиги и гениохи были уверены в своих силах, делая ставку на колоссальный опыт ведения боевых действий на море. Однако при этом упустили из виду, что одно дело грабить купцов и совсем другое – сражаться против навархов Митридата.

Увидев на горизонте вражеские суда, Неоптолем велел атаковать прямо по центру пиратского флота. Загремели барабаны келевстов[22], задавая ритм гребцам, защелкали бичи надсмотрщиков, и, разрезая бронзовыми таранами морскую гладь пролива, корабли стратега пошли в атаку. На вражеских судах засуетились и забегали моряки, воины спешно разбирали оружие и становились вдоль бортов, а капитаны стали перестраивать флотилию в боевой порядок. Но было уже поздно. Мощный клин боспорских и понтийских кораблей врезался в гущу камар и пиратских судов, множество из которых, не выдержав таранных ударов, сразу же затонули.

Кормчие Неоптолема искусно направляли корабли на вражеские суда, таранами проламывая им борта и ломая весла. Тогда пираты изменили тактику и, пользуясь численным превосходством, решили взять неприятельские корабли на абордаж. Но боспорские и понтийские корабли были буквально набиты наемными фракийцами, боспорскими гоплитами и тяжелыми пехотинцами Неоптолема. Едва только камары окружали какое-либо вражеское судно и забрасывали его абордажными крючьями, как с высоких бортов в лодки прыгали фракийцы и рубили кривыми махайрами гребцов и воинов. Гоплиты и понтийские солдаты перебирались на корабли варваров и вступали с противником в рукопашную схватку, где перевес неизменно оказывался на их стороне. Изрубив команду, воины рассыпали по палубе угли из жаровен, после чего покидали обреченное судно.

Бой был жестоким и коротким, пиратские суда шли на дно одно за другим. Черный дым от сожженных кораблей расползался над проливом, берега были усеяны деревянными обломками, и тысячи мертвых тел покачивались на волнах. Сотни людей барахтались в соленой морской воде, их вылавливали победители и, вытащив на палубу, скручивали веревками. Все большие корабли варваров были потоплены и сожжены, а камары разбиты ударами таранов или захвачены фракийцами. Разгром был невиданный, спастись удалось лишь тем из пиратов, кто самым первым бежал с поля боя. Неоптолем в очередной раз праздновал победу.

* * *

Разбить объединенный флот ахецев, зигов и гениохов в Керченском проливе стратег Митридата мог только в одном случае – если они сами туда приплыли. Другого толкования известия Страбона здесь просто быть не может. Ещё раз процитирую географа: «В этом проливе, как передают, Неоптолем, полководец Митридата, летом разбил варваров в морском сражении, а зимой – в конной стычке». Получается, что пираты были настолько уверены в своих силах, что рискнули атаковать Боспорское царство.

Неоптолем, после победы в ледовом сражении, должен был принять меры к возможному нападению варваров летом, что он, судя по всему, и сделал. Стратег проявил себя достойным преемником Диофанта, и можно говорить о том, что только после его побед власть Митридата над Боспором утвердилась окончательно.

Вскоре в зависимость от Понта подпадает и Ольвия. Этот город, расположенный на правом берегу Днепро-Бугского лимана, наряду с Херсонесом и Пантикапеем являлся важнейшим греческим центром в Северном Причерноморье. Так же как и Пантикапей, Ольвия была основана выходцами из Милета и к концу II в. до н. э. переживала трудные времена. Проблемы были те же самые, что и у эллинов Херсонеса – усиливающийся натиск варваров на город. Правда, ситуация в Ольвии была гораздо хуже, поскольку, в отличие от херсонеситов, которым угрожали только цари Малой Скифии, на город наступали и варвары с запада. В данный момент это были бастарны. Но поскольку скифы оказались загнаны в Таврику, то теперь ольвиополиты вступили в борьбу с сарматами – противостояние, в котором шансы эллинов на победу были минимальные.

Есть большая вероятность того, что именно Неоптолем возглавил поход на помощь Ольвии. Косвенным подтверждением этому служит сообщение Страбона, где ученый отмечает, что «при устье Тираса есть так называемая “Башня Неоптолема”». Мало того, можно даже назвать примерную дату этого похода. В сочинении «Об удаче римлян» Плутарх приводит следующую информацию: «Митридата, когда Рим был охвачен огнем Марсийской войны, отвлекали войны с сарматами и бастарнами». И если с сарматами понтийские войска могли столкнуться в регионе Прикубанья, то с бастарнами им просто негде было сражаться. Кроме как при защите Ольвии.

Что же касается Марсийской или Союзнической войны, то она происходила в 91–88 гг. до н. э., когда против Рима восстали племена его италийских союзников. И если допустить, что в войне с бастарнами и сарматами командующим был Неоптолем, то можно ещё больше сузить её временные рамки. Дело в том, что уже в 89 г. до н. э. мы видим стратега одним из командующих понтийской армией в битве на реке Амний. Да и царский посол Пелопид в том же году заявил римским военачальникам следующее: «Друзьями, готовыми на все, что только он прикажет, являются для него скифы, тавры, бастрены, фракийцы, сарматы и все, кто живет по Танаису, Истру и вокруг Меотийского озера» (Аппиан). А числиться в друзьях у Митридата к этому времени бастарны и сарматы могли только в одном случае – если боевые действия уже закончились и враждующие стороны замирились. И если это действительно так, то можно говорить о том, что царь Понта хотел как можно скорее развязать себе руки в Северном Причерноморье, чтобы начать войну против Рима.

Обращает на себя внимание и следующий момент. Дело в том, что среди вышеперечисленных друзей царя названы фракийцы. Но сведений о войнах Митридата с этим народом в письменных источниках нет. О боевых действиях против скифов, тавров, бастарнов и сарматов информация есть, а про фракийцев отсутствует. Скорее всего, здесь речь идёт просто о тех племенах, которые были дружественно настроены к базилевсу и враждебны римлянам. Это были меды, дарданы, бессы и скордиски. Поэтому их отношения с Евпатором строились по принципу – враг моего врага мой друг. Вряд ли фракийские цари посылали под знамена Митридата свои войска, однако большое количество фракийцев служило в понтийской армии как в качестве простых наемников, так и на командных должностях.

В канун первой войны с Римом в определенной зависимости от Митридата оказались и города западного побережья Понта Эвксинского – Мессембрия, Томы, Одесс, Аполлония Понтийская и ряд других. Об этом свидетельствует тот факт, что там в течение некоторого времени чеканились монеты с портретом Митридата.

Здесь хотелось бы обратить внимание вот на какой момент. Есть большая вероятность того, что после победы над царем скифов и присоединения к своей державе Боспорского царства базилевс Понта принял титул Царь царей. Об этом свидетельствует надпись на постаменте статуи Митридата из некрополя Нимфея. Этот обломок мрамора был найден в 1975 г., сама же надпись восстановлена и переведена Е.  А. Молевым. Датируют обломок постамента промежутком между 106 и 102 гг. до н. э. Как раз тем временем, когда вся Таврика склонилась перед Евпатором, что лишний раз говорит о том, что у Митридата были весьма веские основания для принятия такого титула. Вот как эта надпись звучит: «Царя царей великого Митридата Евпатора Диониса (его статую) нимфейцы, своего спасителя и благодетеля, ставшего хозяином положения дел на Боспоре и подчинившего своей власти скифов».

В 1859 г. во время раскопок Фанагории был найден мраморный постамент, на котором была надпись времен царицы Динамии с указанием титула её легендарного деда. В этой надписи говорилось о том, что Динамия «дочь великого царя Фарнака, сына царя царей Митридата Евпатора Диониса». Такой же титул Митридата указан в надписи на фрагменте известняковой плиты, найденной в 1993 г. при раскопках Танаиса.

Древне-греческая мифология  — Филоктет

1>Филоктет

Падение Трои

Изложено в основном по поэме Вергилия «Энеида» Но все же никак не могли греки овладеть городом. Тогда Одиссей уверил греков действовать хитростью. Он посоветовал соорудить такого громадного деревянного коня, чтобы в нем могли укрыться самые могучие герои греков. Все же остальные войска должны были отплыть от берега Троады и укрыться за островом Тенедосом[1]. Когда троянцы ввезут коня в город, тогда ночью выйдут герои, откроют ворота города вернувшимися тайно грекам. Одиссей уверял, что только таким способом можно взять Трою.

[1] Остров в Эгейском море у побережья Троады.

Вещий Калхас, которому было послано знамение Зевсом, тоже убеждал греков прибегнуть к хитрости. Наконец, согласились греки на предложение Одиссея. Знаменитый художник Эней со своим учеником, с помощью богини Афины-Паллады, соорудил громадного деревянного коня. В него вошли Неоптолем, Филоктет, Менелай, Идоменей, Диомед, младший Аякс, Мерион, Одиссей и несколько других героев. Вся внутренность коня заполнялась вооруженными воинами. Эней так плотно закрыл отверстие, через которое вошли герои, что нельзя было даже подумать, что в коне находятся воины. Затем греки сожгли все постройки в своем лагере, сели на корабль и отплыли в открытое море. С высоких стен Трои осажденные видели необычайное движение в стане греков. Долго не могли они понять, что такое там происходит. Вдруг к своей великой радости увидали они, что из стана греков поднимаются густые клубы дыма. Поняли они, что греки покинули Троаду. Ликуя, вышли троянцы из города и пошли к стану. Стан действительно был покинут, кое-где догорали еще постройки. С любопытством бродили троянцы по тем местам, где стояли недавно шатры Диомеда, Ахилла, Агамемнона, Менелая и других героев. Они были уверены, что кончилась теперь осада, миновали все бедствия, можно предаться теперь мирному труду. Вдруг в изумлении остановились троянцы: они увидали деревянного коня. Смотрели они на него и терялись в догадках, что это за изумительное сооружение. Одни из них советовали бросить коня в море, другие же — везти в город и поставить на акрополе. Начался спор. Тут перед спорящими появился жрец бога Аполлона, Лаокоон. Он горячо стал убеждать своих сограждан уничтожить коня. Уверен был Лаокоон, что в коне скрыты греческие герои, что это какая-то военная хитрость, придуманная Одиссеем. Не верил Лаокоон, что навсегда покинули греки Троаду. Умолял Лаокоон троянцев не доверять коню. Что бы то ни было, а Лаокоон опасался греков, даже если бы они приносили дары Трое. Лаокоон схватил громадное копье и бросил им в коня. Содрогнулся конь от удара, и глухо зазвучало внутри его оружие. Но помрачили боги разум троянцев, — они все-таки решили везти в город коня. Должно было исполниться веление судьбы. Когда троянцы стояли вокруг коня, продолжая двигаться на него, вдруг послышался громкий крик. Это пастухи вели связанного пленника. Од добровольно отдался им в руки. Этот пленник был грек Синон. Окружили его троянцы и стали издеваться над ним. Молча стоял Синон, боязливо глядя на окружавших его троянцев. Наконец, заговорил он. Горько сетовал он, проливая слезы, на злую судьбу свою. Тронули слезы Синона Приама и всех троянцев. Стали они расспрашивать его, кто он и почему остался. Тогда Синон рассказал им вымышленную историю, которую придумал для него Одиссей, чтобы обмануть троянцев. Синон рассказал, как задумал погубить его Одиссей, так как Синон был родственником того Паламеда, которого так ненавидел царь Итаки. Поэтому, когда греки решили прекратить осаду, Одиссей уговорил Калхаса известить, что будто боги за счастливое возвращение на родину требуют человеческой жертвы. Долго притворно колебался Калхас, на кого указать как на жертву богам, и, наконец, указал на Синона. Связали греки Синона и повели к жертвеннику. Но Синон разорвал веревки и спасся от верной смерти бегством. Долго скрывался в густых зарослях тростника Синон, ожидая отплытия греков на родину. Когда же они отплыли, вышел он из своего убежища и добровольно отдался в руки пастухов. Поверили троянцы хитрому греку. Приам велел освободить его и спросил, что значит этот деревянный конь, оставленный греками в стане. Только этого вопроса и ждал Синон. Призвав богов в свидетели того, что говорит он правду, Синон сказал, что конь оставлен греками, чтобы умилостивить грозную Афину-Палладу, разгневанную похищением палладия из Трои. Конь этот, по словам Синона, будет могучей защитой Трои, если троянцы ввезут его в город. Поверили и в этом троянцы Синону. Ловко сыграл он ту роль, которую поручил ему Одиссей. Еще сильнее убедило троянцев, что Синон говорил правду, великое чудо, посланное Афиной-Палладой. На море показались два чудовищных змея. Быстро плыли они к берегу, извиваясь бесчисленными кольцами своего тела на волнах моря. Высоко подымались красные, как кровь, гребни на их головах. Глаза их сверкали пламенем. Выползли змеи на берег около того места, где Лаокоон приносил жертву богу моря Посейдону. В ужасе разбежались все троянцы. Змеи же бросились на двух сыновей Лаокоона и обвились вокруг них. Поспешил на помощь сыновьям Лаокоон, но и его обвили змеи. Своими острыми зубами терзали они тела Лаокоона и его двух сыновей. Старается сорвать с себя змей несчастный и освободить от них детей своих, но напрасно. Яд проникает все глубже в тело. Члены сводит судорогой. Страдания Лаокоона и сыновей его ужасны. Громко вскричал Лаокоон, чувствуя приближение смерти. Так погиб Лаокоон, видя ужасную смерть своих ни в чем не повинных сыновей, погиб потому, что хотел вопреки воле бога спасти родину. Змеи же, совершив свое ужасное дело, уползли и скрылись под щитом статуи Афины-Паллады. Гибель Лаокоона еще сильнее убедила троянцев, что они должны ввезти деревянного коня в город. Разобрали они часть городской стены, так как громадного коня нельзя было провезти через ворота, и с ликованием, под музыку и пение, потащили коня канатами в город. Четыре раза останавливался конь, ударяясь о стену, когда тащили его через пролом, и грозно гремело в нем от толчков оружие греков, но не слыхали этого троянцы. Наконец, притащили они коня в акрополь. Вещая Кассандра пришла в ужас, увидав в акрополе коня. Она предвещала гибель Трои, но со смехом ответили ей троянцы — ее предсказаниям ведь никогда не верили. В глубоком молчании сидели в коне герои, чутко прислушиваясь к каждому звуку, доносившемуся извне. Слыхали они, как звала их, называя по именам, прекраснокудрая Елена, подражая голосу их жен. Насилу удержал одного из героев Одиссей, зажав ему рот, чтобы он не ответил. Слыхали герои ликование троянцев и шум веселых пиров, которые справлялись по всей Трое по случаю окончания осады. Наконец, наступила ночь. Все смолкло, Троя погрузилась в глубокий сон. У деревянного коня послышался голос Синона — он дал знать героям, что теперь они могут выйти. Синон успел уже разложить и большой костер у ворот Трои. Это был знак укрывшимся за Тенедосом грекам, чтобы скорее спешили они к Трое. Осторожно, стараясь не производить шума оружием, вышли из коня герои; первыми вышли Одиссей с Эпеем. Рассыпались по погруженным в сон улицам Трои герои. Запылали дома, кровавым заревом освещая гибнущую Трою. На помощь героям явились и остальные греки. Через пролом ворвались они в Трою. Началась ужасная битва. Троянцы защищались, кто чем мог. Они бросали в греков горящими бревнами, столами, утварью, бились вертелами, на которых только что жарили мясо для пира. Никого не щадили греки. С воплем бегали по улицам Трои женщины и дети. Наконец, подступили греки к дворцу Приама, защищенному стеной с башнями. С мужеством отчаяния защищались троянцы. Они опрокинули на греков целую башню. С еще большим ожесточением пошли на приступ греки. Выбил топором ворота дворца сын Ахилла Неоптолем и первый ворвался в него. За ним ворвались во дворец и другие герои и воины. Наполнился дворец Приама воплями женщин и детей. У алтарей богов собрались дочери и невестки Приама, они думали найти здесь защиту, Приам в доспехах хотел защитить их или пасть в бою, но молила Гекаба престарелого царя искать защиты у алтаря. Разве мог он, слабый старец, бороться с могучими героями! Вдруг ворвался Неоптолем; он преследовал смертельно раненного сына Приама, Полита. Ударом копья поверг Неоптолем Полита на землю к ногам отца. Бросил копьем в Неоптолема Приам, но оно, как слабая трость, отскочило от доспехов сына Ахилла. Схватил в гневе Неоптолем Приама за седые волосы и вонзил ему в грудь свой острый меч. Погиб Приам в том городе, в котором жил столько лет, правя великой Троей. Не спасся никто из сыновей Приама. Даже внук его, сын Гектора — Астианакс, был убит: его сбросили с высоких стен Трои, вырвав из рук несчастной Андромахи. Убил Менелай во дворце спящего Деифоба, женой которого после смерти Париса стала Елена. В гневе убил бы и прекрасную Елену Менелай, но удержал его Агамемнон. Богиня же Афродита вновь пробудила в груди Менелая любовь к Елене. С торжеством повел он ее к своему кораблю. Дочь Приама, вещая Кассандра, искала спасения в святилище Афины-Паллады. Там нашел ее сын Оилея, Аякс. Припала Кассандра к статуе Афины, обняв руками изображение богини. Грубо схватил ее Аякс и с такой силой рванул от статуи, что упала священная статуя на пол храма и разбилась. Разгневались на Аякса греки, разгневалась и великая богиня. Впоследствии жестоко отомстила она за это Аяксу. Из всех героев Трои спаслись лишь Эней, вынесший на руках из Трои своего старого отца Анхиза и маленького сына Аскания. Пощадили греки и троянского героя Антенора. Его пощадили греки за то, что он всегда советовал троянцам выдать грекам прекраснокудрую Елену и похищенные Парисом сокровища Менелая. Долго пылала еще Троя. Клубы дыма поднимались высоко к небу. Оплакивали боги гибель великого города. Далеко был виден пожар Трои. По столбам дыма и громадному зареву ночью узнали окрестные народы, что пала Троя, которая долго была самым могущественным городом в Азии.

 

Ванькович Валентий

Ванькович Валентий Вильгельм

(1800, д. Калюжицы Игуменского уезда Минской губ. — 1842, г. Париж, Франция)

Живописец, представитель романтизма.

Прославленный белорусский художник Валентий Ванькович родился 12 мая 1800 года в шляхетской семье в имении Калюжицы Игуменского уезда Минской губернии (сейчас – Березинский район Минской области). Отец будущего художника, Мельхиор Ванькович, был предводителем дворянства Игуменского уезда и председателем Игуменского уездного суда. В 1805 году Мельхиор Ванькович был избран на должность судьи в Минске, и семья переехала в родовое поместье Слепянка, находившееся неподалёку от города (сейчас – в черте Минска).

Первым местом учёбы Валентия Ваньковича, в 1811–1817 годах, стал Полоцкий иезуитский коллегиум – одно из лучших учебных заведений, созданных иезуитами на землях Речи Посполитой ещё в XVI веке, а в 1812 году указом императора Александра I преобразованное в академию и наделённое правами университета. Полоцкая академия предлагала широкую программу образования, в том числе – художественного: здесь обучали рисунку, живописи, скульптуре. Считается, что именно в Полоцке Ваньковичем было принято решение стать художником.

В 1818 году Ванькович поступил на факультет литературы и свободных искусств Виленского университета. Его главным наставником стал профессор живописи и рисунка Ян Рустем. Сам увлечённый портретист, он способствовал развитию интереса молодого художника к этому жанру. В 1820 году Ванькович участвовал в первой университетской выставке, наряду с копиями представив и творческие работы. На выставке также были подведены итоги конкурса на рисунок «Филоктет с Неоптолемом на острове Лемнос», объявленного за месяц до её открытия. Рисунок Ваньковича был удостоен первой премии.

Настоящим подарком судьбы в жизни художника стало знакомство и дружба с Адамом Мицкевичем, Томашем Заном, Антонием Одынцем, Франтишком Малевским – товарищами по университету, членами студенческих обществ филоматов и филаретов, возникших по инициативе студентов как общеобразовательные. Впоследствии идеи просвещения слились с идеями национально-освободительными, что стало поводом для правительства к прекращению деятельности обществ в 1823 году, арестам и ссылке их руководителей. В начале 1820-х годов Ванькович создал рисованные портреты друзей, в которых чувствуется внутренняя связь, объединяющая художника с его моделями. Кроме того, с виленского периода одной из основных линий в творчестве Ваньковича становится изображение людей, посвятивших себя искусству.

В 1824 году за выдающиеся успехи руководство Виленского университета направило Валентия Ваньковича на учёбу в Императорскую Академию художеств в Санкт-Петербурге «для дальнейшего совершенствования в живописи и рисунке». За предоставленную университетом стипендию он обязуется ежегодно присылать для университетской галереи копии «знаменитых картин», и «выслужить в ведомстве университета не менее шести лет» по возвращении из Петербурга. С 1825 года Ванькович приступил к занятиям под руководством известных мастеров академической живописи Алексея Егорова, Василия Шебуева и Александра Иванова. Об успешном прохождении курса свидетельствуют награды, полученные художником: малая серебряная медаль в 1825 году, большая серебряная – в 1826, а в 1827 году – малая золотая медаль за историческую композицию «Подвиг молодого киевлянина во время осады Киева печенегами в 968 году».

В Петербурге Ванькович упрочил репутацию портретиста, став известным в культурных кругах столицы. Причём, если учебные работы выполнялись художником в ключе академического искусства, то в портретах он показывает себя приверженцем иной, передовой живописной системы – романтизма. Среди лучших портретных произведений художника этого времени – «Портрет Адама Мицкевича на скале Аю-Даг» (1828), который является главным, программным произведением художника, где портретность сочетается с персонификацией вдохновения и романтической возвышенности.

За четыре года учёбы в Академии художеств Валентий Ванькович познакомился с выдающимися деятелями русской культуры: Александром Пушкиным, Василием Жуковским, Петром Вяземским; женился и стал отцом; добился успехов в творчестве и пережил горькое разочарование, когда Виленский университет не выделил финансирование для командирования его в Италию для продолжения обучения.

В 1829 году художник возвратился на родину. У него две мастерские – в усадьбе Малая Слепянка и в Минске, где он работал вместе с другом Чеславом Монюшко, который позднее вспоминал: «Взаимно побуждая себя, мы проводили время приятно и полезно». Минский период творчества Ваньковича был чрезвычайно плодотворным. В Минске художник написал многочисленные портреты родных и близких, друзей, соседей: отца, матери, сестры Станиславы Хорновской, брата Кароля, жены Анели с детьми, дяди Антония Горецкого, портреты семьи Пясецких, семьи Товяньских, Войцеха Пусловского и другие.

За портреты, «писаные с натуры», Совет Академии художеств 21 сентября 1832 года удостоил Валентия Ваньковича звания «назначенного», предложив на звание академика написать «семейную сцену» с фигурами «в натуральную величину», выбрав сюжет по своему усмотрению. О написании такого произведения информации нет, как нет и документов, подтверждающих присвоение Ваньковичу звания действительного члена Академии художеств.

В последнее десятилетие своей жизни Ванькович создал ряд исторических полотен, вдохновлённых личностью Наполеона Бонапарта: «Наполеон у костра», «Наполеон над разорванной картой Европы», «Наполеон на острове святой Елены» и другие. Образ императора Франции, обещавшего восстановление Речи Посполитой, являлся одной из центральных фигур в идеологии польского национально-освободительного движения, идеи которого были Ваньковичу близки.

Сложная политическая обстановка после подавления восстания 1830–1831 годов, с одной стороны, и желание увидеть выдающиеся памятники европейского искусства, с другой, побудили Ваньковича в 1839 году отправиться в путешествие в Западную Европу. 15 сентября 1841 года Валентий Ванькович приехал в Париж, где остановился в доме своего друга поэта Адама Мицкевича. Несмотря на прогрессирующую болезнь (туберкулёз), он продолжал напряжённо работать. 12 мая 1842 года, продиктовав Адаму Мицкевичу завещание, художник умер. Похоронили Валентия Ваньковича в Париже на Монмартрском кладбище Сен-Дени.

Произведения Ваньковича, дошедшие до наших дней, представлены в музеях и частных собраниях Польши, Литвы, Франции, России, Англии, Италии. Единственное полотно кисти художника – «Портрет Томаша Зана» (1837–1839) – находится в Беларуси, в корпоративной коллекции ОАО «Белгазпромбанк».

Подлинная причина троянской войны. Троя и троянская война. Золотая погребальная маска Агамемнона

Описанию осады Трои посвящено множество произведений греческой литературы и искусства. При этом не существует единого авторитетного источника, описывающего все события той войны. История разбросана по произведениям многих авторов, порой противоречащих друг другу. Важнейшими литературными источниками, повествующими о событиях, являются две эпические поэмы «Илиада» и «Одиссея», авторство которых традиционно приписывается Гомеру. Каждая поэма рассказывает лишь о части войны: «Илиада» освещает короткий период, предшествующий осаде Трои и саму войну, в то время как «Одиссея» повествует о возвращении одного из героев эпоса в родную Итаку, после взятия города.

О других событиях троянской войны сообщает так называемый «Циклический эпос» – целая группа поэм, авторство которых поначалу тоже приписывалось Гомеру. Однако позже выяснилось, что их авторами были последователи Гомера, использовавшие его язык и стилистику. Большая часть произведений хронологически завершает гомеровский эпос: «Эфиопида», «Малая Илиада», «Возвращения», «Телегония» и другие описывают судьбы гомеровских героев после завершения осады Трои. Исключение составляет лишь «Киприй», повествующих о довоенном периоде и событиях, которые стали причиной конфликта. Большая часть этих произведений дошла до наших дней лишь частично.

Предпосылки к войне

Считается, что причиной конфликта стало похищение троянским царевичем Парисом прекрасной Елены, которая была женой царя Спарты Менелая. Елена была настолько хороша собой, что отец царь Тиндарей никак не мог решиться выдать ее замуж, опасаясь мести отвергнутых женихов. Тогда было принято неслыханное по тем временам решение, разрешить девушке самой выбрать себе суженого. Дабы избежать возможного конфликта, все потенциальные женихи связали себя клятвой не преследовать счастливца, на которого падет выбор царевны, и в последующем всячески помогать ему при необходимости. Елена остановила свой выбор на Менелае, и стала его женой.

Однако еще раньше три самых могущественных богини Олимпа – Гера, Афина и Афродита – поспорили из-за золотого яблока, подкинутого богиней раздора Эридой. На яблоке было всего одно слово – «прекраснейшей», но именно оно стало причиной дальнейших событий. Каждая богиня считала, что яблоко по праву принадлежит ей и не желала уступить соперницам. Боги-мужчины отказались ввязываться в женскую распрю, а вот человеку мудрости не хватило. Богини обратились с просьбой рассудить их к Парису, сыну царя Приама, правившего Троей. Каждая обещала что-то взамен: Гера – власть, Афина – военную славу, а Афродита – любовь любой женщины, которую тот пожелает. Парис выбрал Афродиту, нажив при этом себе и народу Трои двух могущественнейших врагов.

Троянский царевич прибыл в Спарту, где в отсутствие Менелая, уговорил бежать Елену с ним (по другим источникам похитил). Возможно, дело и не дошло до столь масштабного конфликта, если бы беглецы не прихватили с собой сокровища Менелая. Этого оскорбленный муж снести уже не смог и бросил клич все бывшим женихам Елены, связавшим себя когда-то клятвой.

Осада Трои

Греческое войско общей численностью в 100 тысяч человек погрузилось на корабли и отправилось в Трою. Возглавляли ахейцев Менелай и микенский царь Агамемнон, приходившийся тому братом. После того как греки расположились лагерем под стенами города, было решено попытаться решить дело миром, для чего направить в Трою парламентеров. Однако троянцы не согласились на условия греков, рассчитывая на прочность крепостных стен и свое войско. Началась осада города.

Ссора Ахилла и Агамемнона

Согласно предсказанию, война должна была продлиться 9 лет, и только на 10-й год обещано падение Трои. Все эти годы ахейцы занимались мелким грабежом и набегами на близлежащие города. Во время одного из походов, добычей греков стали Хрисеида, дочь жреца Хриса, и Брисеида, дочь царя Брисея. Первая досталась царю Микен Агамемнону, а вторая Ахиллу – знаменитому греческому герою.

Вскоре в лагере греков начался мор, что было истолковано прорицателем Калхасом как гнев бога Аполлона, к которому обратился опечаленный отец Хрисеиды. Греки потребовали от Агамемнона вернуть пленницу отцу, и тот скрепя сердце согласился, но взамен начал требовать для себя Брисеиду, законную пленницу Ахилла. Завязалась словесная перепалка, в которой Ахилл обвинил Агамемнона в алчности, а тот в свою очередь обозвал великого героя трусом. В результате оскорбленный Ахилл отказался участвовать в дальнейшей осаде города, да к тому же попросил свою мать, морскую нимфу Фетиду, умолить Зевса даровать победу троянцам, чтобы наказать зарвавшегося Агамемнона.

Идя навстречу просьбе Фетиды, Зевс наслал микенского царя обманчивый сон, обещавший победу. Воодушевленные своим предводителем, греки устремились в бой. Троянское войско возглавлял Гектор, старший сын царя Приама. Сам царь был уже слишком стар, чтобы участвовать в сражении. Прежде чем начать битву, Гектор предложил провести поединок между Менелаем и своим братом Парисом. Победителю достанутся прекрасная Елена и похищенные сокровища, а греки и троянцы дадут священную клятву, что после поединка будет заключен мир.

Начало сражения

Обе стороны с радостью согласились – затянувшаяся война надоела многим. В поединке победил Менелай, а Парис остался жив лишь благодаря заступничеству богини Афродиты. Казалось, что война теперь должна окончиться, но это не входило в планы Геры и Афины, затаивших злобу на Париса. Гера поклялась уничтожить Трою и не собиралась отступать. Подосланная ею Афина приняла образ воина и обратилась к искусному лучнику Пандару, предлагая выстрелить в Менелая. Пандар не убил спартанского царя только потому, что сама же Афина немного отклонила его стрелу. Раненого Менелая унесли с поля, а греки, возмущенные вероломством троянцев устремились в бой.

В страшной битве сошлись люди, но и боги не остались в стороне – Афродита, Аполлон и бог войны Арес, поддерживали троянцев, а Гера и Афина Паллада греков. Множество народу погибло с обеих сторон, сама Афродита была ранена в руку одним из греков и вынуждена была вернуться на Олимп залечивать рану. Ни троянцы, ни ахейцы не могли взять вверх, и по совету мудрого греческого старца Нестора, было решено прервать сражение на один день, чтобы похоронить убитых.

Через день, памятуя обещание данное Фетиде, Зевс запретил кому-либо из богов вмешиваться в ход битвы. Чувствуя поддержку верховного божества, троянцы начали теснить греков, нанося огромный урон их войску. На все упреки Геры Зевс отвечал, что истребление ахейцев продлится до тех пор, пока на поле битвы не вернется Ахилл.

Опечаленные поражением греческие вожди собрались на совет, где по совету мудрого Нестора было решено отправить послов к Ахиллу с просьбой вернуться. Долго уговаривали послы, среди которых был Одиссей, великого героя, но тот оставался глух к их просьбам – слишком уж была велика обида на Агамемнона.

Гибель Патрокла и возвращение Ахилла

Пришлось и дальше грекам биться с троянцами без поддержки Ахилла. В страшном сражении троянцы истребили множество ахейцев, но и сами понесли большие потери. Грекам пришлось не только отойти от стен города, но и защищать свои корабли – так силен был натиск противника. Следивший за ходом битвы друг Ахилла Патрокл не мог сдержать слез, наблюдая за тем, как гибнут соплеменники. Обратившись к Ахиллу, Патрокл попросил отпустить его на помощь греческому войску, раз уж великий герой не желает сражаться сам. Получив разрешение, вместе со своими воинами Патрокл отправился на поле боя, где ему суждено было погибнуть от руки Гектора.

Опечаленный смертью ближайшего друга, Ахилл оплакал его тело, пообещав уничтожить Гектора. После примирения с Агамемноном герой вступил в битву с троянцами, нещадно их истребляя. Битва закипела с новой силой. До самых ворот города гнал Ахилл троянских воинов, которым едва удалось укрыться за стенами. Только Гектор остался на поле битвы, ожидая возможности сразиться с греческим героем. Ахилл убил Гектора, привязал его тело к колеснице и пустил коней вскачь. И только через несколько дней тело павшего троянского царевича вернули царю Приаму за большой выкуп. Сжалившись над несчастным отцом, Ахилл согласился прервать сражение на 11 дней, чтобы Троя могла оплакать и похоронить своего предводителя.

Гибель Ахилла и взятие Трои

Но со смертью Гектора не окончилась война. Вскоре погиб и сам Ахилл, сраженный стрелой Париса, которую направил бог Аполлон. В детстве, мать Ахилла богиня Фетида искупала сына в водах реки Стикс, разделяющей мир живых мертвых, после чего тело будущего героя стало неуязвимым. И только пятка, за которую держала его мать, осталась единственным незащищенным местом – именно в нее и попал Парис. Однако и сам он вскоре нашел смерть, погибнув от ядовитой стрелы, выпущенной одним из греков.

Множество троянских и греческих героев полегло, прежде чем хитроумный Одиссей придумал, как проникнуть в город. Греки соорудили огромного деревянного коня, а сами сделали вид, что отплывают восвояси. Лазутчик, подосланный к троянцам, убедил тех, что дивное сооружение это дар ахейцев богам. Заинтригованные жители Трои втащили коня в город, несмотря на предостережения жреца Лаокоонта и вещей Кассандры. Воодушевленные мнимым отплытием ахейцев, троянцы ликовали до глубокой ночи, а когда все уснули, из брюха деревянного коня выбрались греческие воины, которые открыли городские ворота огромному войску.

Эта ночь стала последней в истории Трои. Ахейцы уничтожили всех мужчин, не пощадив даже младенцев. Лишь Эней, потомкам которого суждено было основать Рим, с небольшим отрядом смог вырваться из захваченного города. Женщинам Трои была уготована горькая участь невольниц. Менелай разыскал неверную супругу, желая лишить ее жизни, но сраженный красотой Елены, простил измену. Несколько дней длилось разграбление Трои, а развалины города были преданы огню.

Троянская война в исторических фактах

Долгое время считалось, что Троянская война это всего лишь красивая легенда, не имеющая реальной основы. Однако во второй половине XIX века археологом-любителем Генрихом Шлиманом на холме Гиссарлык в западной Анатолии был обнаружен древний город. Шлиман объявил, что ему удалось найти руины Трои. Однако в дальнейшем выяснилось, что развалины найденного города гораздо древнее Трои, описанной в гомеровской «Илиаде».

Хотя точная датировка Троянской войны неизвестна, большинство исследователей считают, что она произошла в XIII-XII веке до н.э. Развалины, которые удалось обнаружить Шлиману, оказались старше как минимум на тысячу лет. Тем не менее раскопки на этом месте продолжались многими учеными в течение долгих лет. В результате было обнаружено 12 культурных слоев, один из которых вполне соотносится с периодом Троянской войны.

Однако, рассуждая логически, Троя не была изолированным городом. Еще раньше в Восточном Средиземноморье и на Ближнем Востоке возник целый ряд государств с высокоразвитым уровнем культуры: Вавилон, Хеттская империя, Финикия, Египет и другие. События такого масштаба, как их описывал Гомер, не могли не оставить следов в сказаниях народов, населявших эти государства, однако дело обстоит именно так. Никаких свидетельств о противостоянии ахейцев и Трои в легендах и мифах этих стран не найдено.

По все видимости, Гомер пересказал историю нескольких военных конфликтов и завоевательных походов, случившихся в разные временные промежутки, щедро приправив их своей фантазией. Реальность и вымысел переплетаются настолько причудливо, что не всегда удается отличить одно от другого.

Например, некоторые исследователи склонны считать вполне реальным эпизод с троянским конем. По предположениям части историков, под этим сооружением надо понимать стенобитную машину или таран, с помощью которого осаждающие разрушили крепостные стены.

Споры о реальности Троянской войны, по всей видимости, будут продолжаться еще долгое время. Однако не так уж важно, какими были реальные события, ведь именно они вдохновили Гомера на создание величайшего литературного памятника в истории человеческой цивилизации.

Фантазия греческого народа широко развила цикл сказаний о Троянской войне. Их последующая популярность объяснялась тесной связью с многовековой враждой эллинов и азиатов.

Арена Троянской войны – область на северо‑западном прибрежье Малой Азии, раскинувшаяся равниной до Геллеспонта (Дарданелл), далее от моря подымающаяся грядами холмов к горе Иде, орошаемая Скамандром, Симоисом и другими речками, – упоминается уже в древних мифах о богах. Её население греки называли троянцами, дарданцами, тевкрами. Мифический сын Зевса , Дардан, основал на склоне горы Иды Дарданию. Его сын, богатый Эрихтоний, владел обширными полями, бесчисленными стадами скота и коней. После Эрихтония царем дарданским был Трос, предок троянцев, младший сын которого, красавец Ганимед, был взят на Олимп прислуживать царю богов на пирах, а старший сын, Ил (Ilos), основал Трою (Илион). Ещё одного потомка Эрихтония, красавца Анхиза, полюбила богиня Афродита, родившая от него сына, Энея, который, согласно мифам, после Троянской войны бежал на запад, в Италию. Потомство Энея было единственною отраслью Троянского царского рода, уцелевшею по взятии Трои.

Раскопки древней Трои

При сыне Ила, Лаомедонте, боги Посейдон и Аполлон построили крепость Трои, Пергам. Сыном и преемником Лаомедонта был Приам, который славился богатством по всему свету. У него было пятьдесят сыновей, из которых особенно знамениты храбрый Гектор и красавец Парис. Из числа пятидесяти, девятнадцать сыновей его были рождены второю его женою Гекубой, дочерью фригийского царя.

Причина Троянской войны – похищение Елены Парисом

Причиной Троянской войны было похищение Парисом Елены, жены спартанского царя Менелая . Когда Гекуба была беременна Парисом, она видела во сне, что родила пылающую головню и что от этой головни сгорела вся Троя. Потому Париса после рождения бросили в лесу на горе Иде. Он был найден пастухом, вырос крепким и ловким красавцем, искусным музыкантом и певцом. Он пас стада на Иде, и был любимцем её нимф. Когда три богини, спорившие из-за яблока раздора о том, которая из них прекраснее, предоставили ему решение, и каждая обещала ему награду за решение в её пользу, он выбрал не победы и славу, которые обещала ему Афина , не владычество над Азией, обещанное Герой , а любовь прекраснейшей из всех женщин, обещанную Афродитой .

Суд Париса. Картина Э. Симоне, 1904

Парис был силен и храбр, но преобладающими чертами его характера были чувственность и азиатская изнеженность. Афродита вскоре направила его путь в Спарту, чей царь Менелай был женат на прекрасной Елене. Покровительница Париса Афродита возбудила в прекрасной Елене любовь к нему. Парис увез ее ночью, прихватив с собой много сокровищ Менелая. Это было великое преступление против гостеприимства и брачного права. Беззаконник и его родные, принявшие в Трое его и Елену, навлекли на себя наказание богов. Гера, мстительница за нарушение супружеской верности, возбудила героев Греции вступиться за Менелая, начав Троянскую войну. Когда Елена стала взрослою девушкою, и множество молодых героев собралось сватать ее, отец Елены, Тиндарей взял с них клятву, что все они будут защищать супружеские права того, который будет избран. Они должны были теперь исполнить это обещание. Другие присоединились к ним по любви к военным приключениям, или по желанию отомстить за обиду, нанесенную всей Греции.

Похищение Елены. Краснофигурная аттическая амфора конца VI в. до Р. Х.

Начало Троянской войны. Греки в Авлиде

Гибель Ахилла

Поэты позднейшего времени продолжали рассказ о Троянской войне. Арктин Милетский написал поэму о подвигах, совершенных Ахиллом после победы над Гектором. Важнейшим из них был бой с Мемноном, светозарным сыном далекой Эфиопии; потому поэма Арктина называлась «Эфиопидой».

Троянцы, упавшие духом после смерти Гектора – рассказывалось в «Эфиопиде» – одушевились новыми надеждами, когда пришла из Фракии на помощь им царица амазонок, Пентесилея, с полками своих воительниц. Ахейцы были снова прогнаны в свой стан. Но Ахилл ринулся в битву и убил Пентесилею . Когда он снял шлем с упавшей на землю противницы, он был глубоко взволнован, увидев, какую красавицу убил он. Терсит язвительно упрекнул его за это; Ахилл убил обидчика ударом кулака.

Затем с далекого востока пришел с войском на помощь троянцам царь эфиопов , сын Авроры, прекраснейший из мужчин. Ахилл уклонялся от боя с ним, зная от Фетиды, что вскоре после смерти Мемнона погибнет и он сам. Но Антилох, сын Нестора, друг Ахилла, закрыв собою преследуемого Мемноном отца, умер жертвою своей сыновней любви; желание отомстить за него заглушило в Ахилле заботу о самом себе. Бой между сыновьями богинь, Ахиллом и Мемноном, был ужасен; Фемида и Аврора смотрели на него. Мемнон пал, и скорбная мать, Аврора, с плачем унесла его тело на родину. По восточному сказанию, она каждое утро вновь и вновь орошает милого сына слезами, падающими в виде росы.

Эос уносит тело своего сына Мемнона. Греческая ваза начала V века до Р. Х.

Ахилл яростно гнался за бегущими троянцами до Скейских ворот Трои и уже врывался в них, но в этот миг стрела, пущенная Парисом и направленная самим богом Аполлоном, убила его . Она поразила его в пятку, которая была единственным уязвимым местом его тела (мать Ахилла, Фетида, сделала сына неуязвимым, погрузив его младенцем в воды подземной реки Стикса, но уязвимой осталась пятка, за которую она его при этом держала). Целый день ахейцы и троянцы бились из‑за того, чтобы овладеть телом и оружием Ахилла. Наконец грекам удалось унести в стан тело величайшего героя Троянской войны и его оружие. Аякс Теламонид, могучий великан, нес тело, а Одиссей сдерживал натиск троянцев.

Аякс выносит из боя тело Ахилла. Аттическая ваза, ок. 510 до Р. Х.

Семнадцать дней и ночей Фетида с музами и нереидами оплакивала сына такими трогательными песнями скорби, что и боги и люди проливали слезы. На восемнадцатый день греки зажгли великолепный костер, на котором положено было тело; мать Ахилла, Фетида, вынесла тело из пламени, и перенесла его на остров Левку (Змеиный остров, лежащий перед устьями Дуная). Там, обновленный, он живет, вечно юный, и веселится военными играми. По другим легендам, Фетида перенесла сына в подземное царство или на острова Блаженных. Есть и сказания, говорящие, что Фетида со своими сестрами собрала из пепла кости сына и положила их в золотую урну у праха Патрокла под теми искусственными холмами близ Геллеспонта, которые до сих пор считаются оставшимися после Троянской войны гробницами Ахилла и Патрокла.

Филоктет и Неоптолем

После блестящих надгробных игр в честь Ахилла предстояло решить, кто достоин получить его оружие: оно должно было быть отдано самому храброму из греков. На эту почесть предъявили права Аякс Теламонид и Одиссей. Судьями были выбраны пленные троянцы. Они решили в пользу Одиссея. Аякс нашел это несправедливым и был так раздражен, что хотел убить Одиссея и Менелая, которого тоже считал своим врагом. В темную ночь он тайком пошел из своего шатра убить их. Но Афина поразила его помрачением рассудка. Аякс перебил стада скота, находившиеся при войске, и пастухов этого скота, воображая, что убивает своих врагов. Когда помрачение прошло, и Аякс увидел, как он ошибся, им овладел такой стыд, что он бросился грудью на свой меч. Все войско было опечалено смертью Аякса , который был сильнее всех греческих героев после Ахилла.

Между тем троянский прорицатель, Гелен, попавший в плен к ахейцам, сказал им, что Трою нельзя взять без стрел Геракла. Владельцем этих стрел был раненный Филоктет , брошенный ахейцами на Лемносе. Его привезли с Лесбоса в стан под Троей. Сын бога врачевания, Асклепия, Махаон излечил рану Филоктета, и он убил Париса. Менелай подверг поруганию тело своего оскорбителя. Вторым условием, необходимым для победы греков в Троянской войне, было участие в осаде Неоптолема (Пирра), сына Ахилла и одной из дочерей Ликомеда. Он жил при матери, на Скиросе. Одиссей привез Неоптолема, отдал ему отцовское оружие, и он убил прекрасного лицом мизийского героя Эврипила, который был сын Гераклида Телефа и сестры Приама, и был прислан на помощь троянцам матерью. Ахейцы одолели теперь троянцев на поле битвы. Но Троя не могла быть взята, пока оставалась в её акрополе, Пергаме, святыня, данная прежнему троянскому царю Дардану Зевсом – палладий (изображение Афины Паллады). Чтобы высмотреть местоположение, палладия, Одиссей сходил в город, переодевшись нищим, и не был узнан в Трое никем, кроме Елены, которая не выдала его, потому что хотела вернуться на родину. Потом, Одиссей и Диомед пробрались в троянский храм и похитили палладий.

Троянский конь

Час окончательной победы греков в Троянской войне был уже близок. По легенде, известной уже Гомеру и подробно рассказанной позднейшими эпическими поэтами, мастер Эпей при помощи богини Афины сделал большого деревянного коня . Отважнейшие из ахейских героев: Диомед, Одиссей, Менелай, Неоптолем и другие спрятались в нем. Греческое войско сожгло свой стан и отплыло на Тенедос, как будто решив прекратить Троянскую войну. Вышедшие из города троянцы с удивлением смотрели на огромного деревянного коня. Герои, спрятавшиеся в нем, слышали их совещания о том, как поступить с ним. Елена обошла кругом коня, и громко звала греческих вождей, подражая голосу жены каждого. Некоторые хотели отвечать ей, но Одиссей удержал их. Некоторые троянцы говорили, что нельзя доверять врагам, и надо утопить коня в море или сжечь. Настойчивее всех говорил это жрец Лаокоон , дядя Энея. Но на глазах всего народа из моря выползли две большие змеи, обвили Лаокоона и двух его сыновей кольцами и задушили их. Троянцы сочли это наказанием Лаокоону от богов и согласились с теми, которые говорили, что надо поставить коня в акрополе, посвятить его в дар Палладе. Особенно содействовал принятию этого решения предатель Синон, которого греки оставили тут обмануть троянцев уверением, что конь предназначен греками в вознаграждение за похищенный палладий, и что когда он будет поставлен в акрополе, Троя будет непобедима. Конь был так велик, что его нельзя было протащить в ворота; троянцы сделали пролом в стене и веревками втащили коня в город. Думая, что Троянская война кончилась, они стали радостно пировать.

Взятие Трои греками

Но в полночь Синон зажег костер – сигнал дожидавшимся у Тенедоса грекам. Те поплыли к Трое, а Синон отпер дверь, сделанную в д Эос уносит тело Мемнонаеревянном коне. Настал по воле богов час гибели Трои, конец Троянской войны. Греки ринулись на беззаботно пирующих троянцев, резали, грабили и, разграбив, зажгли город . Приам искал спасения у жертвенника Зевса, но сын Ахилла Неоптолем убил его у самого жертвенника. Сын Приама Деифоб, женившийся на Елене после смерти своего брата Париса, мужественно защищался в своем доме против Одиссея и Менелая, но был убит. Менелай отвел к кораблям Елену, красота которой обезоружила его руку, поднятую поразить изменницу. Вдова Гектора, страдалица Андромаха, была отдана греками Неоптолему и нашла на чужбине рабскую судьбу, предсказанную ей мужем при последнем прощанье. Сын её Астианакс был, по совету Одиссея, сброшен Неоптолемом со стены. Прорицательница Кассандра , дочь Приама, искавшая спасения у жертвенника, была оторвана от него святотатственной рукой Аякса Малого (сына Оилея), опрокинувшего неистовым порывом статую богини. Кассандру отдали в добычу Агамемнону. Сестра её Поликсена была принесена в жертву над гробом Ахилла, тень которого потребовала её в добычу себе. Жена троянского царя Приама Гекуба , пережившая падение царского рода и царства. Она была привезена на фракийский берег и узнала там, что погиб и тот её сын (Полидор), которого Приам со многими сокровищами послал пред началом войны под охрану к фракийскому царю Полиместору. О дальнейшей судьбе Гекубы после Троянской войны легенды говорили различно; существовало предание, что она была превращена в собаку; по другому преданию, она была погребена на северном берегу Геллеспонта, где показывали её гробницу.

Судьба греческих героев после Троянской войны

Взятием Трои не кончились приключения греческих героев: на обратном пути от взятого города им пришлось испытать много бед. Боги и богини, жертвенники которых они осквернили насилиями, подвергли их тяжким судьбам. В сам день разрушения Трои, в собрании героев, разгоряченных вином, произошла, согласно «Одиссее» Гомера, большая распря. Менелай требовал немедленно плыть домой, а Агамемнон хотел до отплытия смягчить гнев Афины гекатомбами (принесением нескольких жертвоприношений, из ста волов каждое). Одни поддерживали Менелая, другие – Агамемнона. Греки совершенно перессорились, и на следующее утро войско разделилось. Менелай, Диомед, Нестор, Неоптолем и некоторые другие сели на корабли. На стоянке у Тенедоса Одиссей, который поплыл с этими вождями, поссорился с ними и возвратился к Агамемнону. Спутники же Менелая пошли к Эвбее. Оттуда благоприятно вернулись Диомед в Аргос, Нестор в Пилос, благополучно приплыли в свои города Неоптолем, Филоктет и Идоменей. Но Менелай был у скалистого Малейского мыса застигнут бурей и занесен к берегу Крита, о скалы которого разбились почти все его корабли. Сам он был унесен бурей в Египет. Царь Полиб радушно принял его в стовратных египетских Фивах, дал ему и Елене богатые подарки. Странствования Менелая после Троянской войны длились восемь лет; он был на Кипре, в Финикии, видел страны эфиопов и ливийцев. Потом боги дали ему радостный возврат и счастливую старость с вечно юной Еленой. По рассказам позднейших поэтов, Елена вовсе и не была в Трое. Стесихор говорил, что Парис похитил лишь призрак Елены; по рассказу Еврипида (трагедия «Елена »), он увез подобную Елене женщину, созданную богами для обмана его, а настоящую Елену Гермес перенес в Египет, к царю Протею, который стерег ее до конца Троянской войны. Геродот тоже полагал, что Елена не была в Трое. Греки думали, что финикийская Афродита (Астарта) – это Елена. Они видели храм Астарты в той части Мемфиса, где жили финикийцы-тиряне; вероятно из этого и возникла легенда о жизни Елены в Египте.

Агамемнон по возвращении с Троянской войны был убит собственной женой, Клитемнестрой, и её любовником, Эгисфом. Несколько лет спустя дети Агамемнона, Орест и Электра , жестоко отомстили матери и Эгисфу за отца. Эти события послужили основой для целого цикла мифов. Аякс Малый на обратном пути от Трои был убит Посейдоном за неслыханную гордость и святотатственное оскорбление жертвенника при взятии в плен Кассандры.

Больше всех приключений и невзгод при возвращении с Троянской войны претерпел Одиссей . Его судьба дала тему и сюжет для второй великой

Сообщение о Троянской войне 6 класс кратко расскажет Вам много полезной информации о военном конфликте между греческими городами-государствами.

Сообщение о Троянской войне по истории

Троянская война – это военный конфликт, возникший между греческими городами-государствами, возглавляемых Микеном и Спартой против Трои. Приблизительно это событие произошло в XIII-XII веке до нашей эры. Единственный источник, где содержатся сведенья о Троянской войне, это знаменитая поэма «Илиада» греческого автора Гомера.

Поскольку поэма является художественным произведением, то до раскопок Генриха Шлимана в начале XIX века никто не верил не то что в само военное действие, но и в существование Трои как таковой. Ее считали вымыслом и плодом воображения Гомера. Однако археологу удалось обнаружить целый город в месте, где по описанию Гомера была расположена Троя. Здесь и началась ее история.

Кратко о Троянской войне
  • Троянская война причина

В период Античности греческие города-государства (в особенности Микены) стремились стать владыками Эгейского моря. Но на их пути стояло одно из самых могущественных государств – Троя. Поэтому, чтобы подчинить себе торговые, богатые морские пути в Эгейское море, нужно было подчинить или уничтожить Трою.

Сегодня весь мир знает прекрасную историю о том, что дало грекам повод выступить войной на Трою. Ею послужила Елена Прекрасная – жена царя Спарты и союзника Микен. В легенде говорится, что Парис, молодой царевич Трои, влюбился в нее и похитил Елену, привезя к себе домой. Возмущенные греки тотчас же объявили Трое войну. Никто не знает, было ли так оно на самом деле.

  • Военные действия и сколько длилась Троянская война?

Греки огромной армией в 50 -100 тыс. человек из всех городов-государств выдвинулись в сторону Трои. С моря их поддерживал огромный флот, общим числом в 1 000 судов. Армия троянцев была значительно меньше,однако стены государства могли выдержать даже самую длительную осаду. После объявления войны прошел год, и греки высадили на берегах врага. Троянцы встретили врага на берегу, однако под их натиском и превосходством отступили за стены города. На протяжении долгих лет происходили кровавые столкновения, без видимого преимущества ни одной из сторон. Однако человеческие потери были большими у греков. Войска Трои возглавлял наследник престола и воин – Гектор, а греков — Ахиллес. В затяжной схватке этих великих воинов побеждает грек Ахиллес. А война продолжается. Целых 10 лет греки осаждали Трою безрезультатно, пока не поняли, что город нужно брать хитростью. Они построили из дерева знаменитого Троянского коня и подкатили его к городским воротам в знак того, что покидают Трою, признавая ее превосходство.

На самом деле, в коне сидели воины. Когда троянцы закатили подарок греков в город, те, с наступлением темноты вылезли с коня, и открыли ворота для своих соратников. Греческая армия ворвалась в спящий город, и к утру он уже вовсю полыхал в огне.

  • Последствия Троянской войны

Могущественная Троя была уничтожена. Микены, понеся серьезные человеческие и экономические потери, также вскоре пали.

Надеемся, что доклад о Троянской войне помог Вам подготовиться к занятию. А небольшое сообщение о Троянской войне Вы можете оставить через форму комментариев ниже.

Причина Троянской войны известна, кажется, даже школьнику, однако сказать пару слов об этом все-таки необходимо. И начать стоит со свадьбы Фетиды, морской богини и героя Пелея. На эту свадьбу позвали практически всех богов, за одним маленьким исключением: Эриду, богиню раздора, решили не приглашать. И, вполне естественно, она на такой поворот событий обиделась. Эрида славилась своими злыми шутками, и в этот раз она не отступила от своих привычек. На праздничный стол ею было подкинуто на котором было написано «Прекраснейшей».

На это звание претендовали три богини: Афина, Афродита и Гера. И на пиру разрешить их спор не удалось. Тогда Зевс повелел принять решение Парису, Троянскому царевичу, сыну Приама. Богини подошли к нему, когда он пас овец за городскими стенами и попросили помочь, при этом каждая из богинь пообещала Парису ту или иную награду за «правильный» выбор. Гера пообещала Парису власть над Азией, Афина — воинскую славу, а Афродита — любовь прекраснейшей женщины, Елены.

Вполне предсказуемо, что Парис выбрал прекраснейшей Афродиту. Елена была женой Менелая, царя Спарты. Парис приехал в Спарту и, пренебрегая законами гостеприимства, увез с собой Елену, вместе с рабами и сокровищами, хранившимися во дворце. Узнав об этом, Менелай обратился за помощью к брату, Микен. Вместе они собрали армию, к которой присоединились все цари и царевичи, которые в свое время сватались к Елене и клялись защищать ее и ее честь.

Так началась Троянская война. Взять город быстро захватчикам не удалось, так как он был очень хорошо защищен. Осада затянулась на долгих 9 лет, но наиболее подробно нам известны события последнего, 10 года. Изменения начинаются с того момента, как Агамемнон отбирает у Ахилла его пленницу, Брисеиду. Она была жрицей в храме Аполлона, и ее необходимо было вернуть, чтобы избежать гнева бога. Ахилл оскорбился и отказался учувствовать в дальнейших боевых действиях.

С этого момента военная удача отвернулась от греков. Никакие уговоры не помогали, Ахилл был твёрд в своем решении. Лишь поле того, как троянцы ворвались в лагерь и подожгли один из кораблей, Ахилл позволил своему другу, Патроклу, переодеться в свои доспехи и возглавить отряд своих воинов. Они отогнали троянцев, но их предводитель, старший сын Приама, Гектар, убил Патрокла.

Это событие привело Ахилла в бешенство, и он, примирившись с Агамемноном, отправился мстить обидчику. Он был настолько разъярён, что убив Гектора, привязал его труп к колеснице и провез несколько раз вокруг города. А вскоре после этого герой и сам нашел свою смерть.

Убить Ахилла было практически невозможно, дело в том, что мать сразу после рождения окунула его в источник, который сделал его неуязвимым. Но окуная, она придерживала его за пяточку. Аполлон подсказал Парису, что именно в пятку необходимо поразить Ахилла.

После его смерти греки начали делить его доспехи, претендовали на них два героя: Одиссей и Аякс. В итоге доспехи достались первому, и тогда Аякс убил себя. Таким образом, греческая армия лишилась сразу двух героев. Троянская война подошла к новому перелому. Чтобы снова качнуть чащу весов в свою сторону, греки позвали на помощь двух других героев: Филоктета и Неоптолема. Они убили двух оставшихся предводителей троянского войска, после чего последние перестали выходить сражаться в поле. Держать город в осаде можно было еще очень долго, и поэтому Одиссей, славившийся своей хитростью, предложил обмануть жителей Трои. Он предложил построить огромного коня из дерева и принести его в дар осаждаемому городу, а самим сделать вид, что уплывают. Греки сожгли палаточный лагерь, сели на свои корабли и отплыли за ближайший мыс.

Троянцы же решили втащить в город коня, не подозревая, что в его чреве спрятались лучшие войны греков. Жрец Лаокоон предостерегал жителей, предчувствуя беду, но его никто не послушал. В ворота конь не проходил и троянцы разобрали часть стены. Ночью войны выбрались из чрева коня, впустили в город вернувшихся греков. Они убили всех мужчин, а женщин и детей взяли в плен. Так закончился Троянская война.

Большую часть информации об этом событии мы узнали из поэмы «Илиада», авторство которой приписывается Гомеру. Впрочем, сейчас достоверно установлено, что, по сути, это греческий народный эпос, который рассказывали жителям городов местные певцы, аэды, а Гомер был либо самым известным из аэдов, либо просто собрал в разные отрывки в одно целое.

Долгое время Троянская война считалась мифом, красивой сказкой, но не более того. В частности причиной этого было то, что неизвестно было, что позволяло предположить, вообще не существовало.

Но затем археолог Генрих Шлиман нашел развалины Трои. Тогда стало понятно, что троянская война, история которой рассказана в «Илиаде», была на самом деле.

Бессонница. Гомер. Тугие паруса.

Осип Мандельштам

Одно из важнейших исторических событий человечества — троянская война — случилась слишком поздно, чтобы отразиться в созвездиях. В греческих героических поэмах она занимает ведущее место, а вот в мифы выкристаллизоваться и пересесть на небо — времени не хватило. Тем не менее, некоторые упоминания о событиях войны мы встречаем в историях, связанных с созвездиями и звездами, и потому о троянском цикле я вынужден рассказать.

Я принимаюсь за это дело с понятной тревогой. Уж больно тема неподъемна. Я опишу только костяк событий, а эпизоды, относящиеся к звездной теме разверну поподробнее. Это же не Википедия!

Причины

И море, и Гомер — всё движется любовью.

Началось с того, что прародительница богов Гея, Земля по-гречески, начала донимать своего внука Зевса жалобами. «Размножились эти люди-человеки, особенно герои , топчут меня, терзают! Жизни нет, одни страданья! Устрой, внучек, небольшой геноцид, потоп, мор, экологическую катастрофу или хотя бы мировую войну, чтобы поумерить их число и прыть.»

Так говорят мифы, но я думаю, что Геей в большей мере руководила месть: необузданная чревом, она в продолжении своей истории вечно порождала не столько богов (хотя и богов тоже), сколько всякую хтоническую нечисть : гекатонхейеров и змееногих гигантов, злобных эриний и под конец жуткого тератоморфа Тифона . Тифон же, не взирая на тератоморфизм, смело произвел на свет целый выводок пакостных чудовищ: львов, змей, драконов и непонятно чего омерзительного, — заселивших земные закоулки и терроризировавших неокрепшее человечество. Со всем этим непотребным отребьем пришлось героически бороться греческим героям, скажем, Гераклу с Персеем , и герои с задачей справились. Но в лице Геры, лишившейся милых отпрысков, они получили кровного врага.

Жалобы Геи попали на благодатную почву: надо признать, что и олимпийским богам становилось постепенно неуютно, уж больно человеческие герои набирали влияние, претендуя на участие в божественных делах. Притормозить их активность казалось вполне разумным. Дело оставалось за малым: найти повод для войны.

Повод

Яблоко раздора, суд Париса и Елена-Прекрасная

Когда бы не Елена,
Что Троя вам одна, ахейские мужи?

Так-то раз Эрида, богиня раздора, обиженная на то, что ее не пригласили на свадьбу Пелея и Фетиды, подбросила пирующим на Олимпе богам золотое яблоко с надписью «прекраснейшей». Это немедленно породило ожесточенный спор между тремя богинями: Герой , Афиной и Афродитой . Спор, перешедший в скандал и едва не в рукоприкладство: кто прекраснее? Три фурии богини обратились к Зевсу разрешить конфликт, но он, как обычно, когда в дело касалось интересов его жены, благоразумно устранился и предложил передать право решения Парису.

Почему Парису? кто такой Парис?

Похищение Елены, а по-существу, вполне ординарное бегство с любовником, стало поводом Троянской войны.

Расклад сил

Как журавлиный клин в чужие рубежи,-
На головах царей божественная пена

Украденная Елена была дочерью Леды и спартанского царя Тиндарея, а «вторым отцом» ее был Зевс. Дело темное: Зевс овладел Ледой в виде лебедя и Леда снесла яйцо (или два) из которого вылупились близнецы Диоскуры Кастор и Полидевк, а также у нее были дочери — Елена и Клитемнестра; как родились дочери точно не известно. Обычно считается, что Кастор и Клитемнестра — дети Тиндарея, а Полидевк и Елена — Зевса.

Предположение, что Елена была дочерью Зевса подтверждает ее неземная красота. Когда ее отец объявил о готовности выдать ее замуж, со всей Эллады съехались женихи, возбужденные слухами и пересудами об этой красоте, и начали наперебой свататься, приходя в неистовство. Ажиотаж возрос настолько, что Тиндарей начал всерьез опасаться за мирный исход процедуры. Одиссей предложил ему предоставить выбор самой Елене, а со всех женихов взять клятву в том, что они примут любой выбор Елены, каким бы он ни был и совместно выступят против всякого из своих соперников, нарушившего клятву. Клятва была единодушно дана, а Елена выбрала Менелая, ставшего потом царем Спарты .

Таким образом, когда троянский Парис соблазнил и увез Елену, все царские роды Греции в силу данной клятвы оказались вынуждены выступить войной против Трои .

Что значит «царь»?

Нужно сказать, когда мы традиционно используем слово «царь» для перевода древнегреческого βασιλῆας это не совсем точно в смысле политических масштабов. В реалиях Греции XII-XI веков, когда происходили описываемые события, владыка островка 20 на 8 километров, вроде Итаки — вот тебе и царь, долина между отрогов гор с парой-тройкой деревень — вот тебе и царство. Наверно, точнее было бы говорить «князь», как, например, были князья на Кавказе, но традиция есть традиция — будем говорить «царь». Царями в полном смысле слова были Приам, царь Трои (или, если угодно, Илиона), большого, хорошо защищенного города на севере Малой Азии на берегу Дарданелл, контролировавший обширную территорию Малой Азии, царь Микен в Арголиде Агамемнон и, пожалуй, царь стоградого Крита , главного острова Средиземноморья, еще не растерявшего до конца своей морской мощи.

Могущественная Троя существенным образом ограничивала экономические и политические интересы мелких греческих… царств, и решить совокупность возникавших при этом проблем одной решительной военной победой казалось греческим… царям хорошим выходом.

Наконец, обе стороны ожидала божественная помощь.

Троянцев в память о яблоке поддерживала

  • ее любовник Арес ,
  • сестрица Артемида
  • вместе с их матушкой, тихоней-титанидой Лето
  • и божество местной реки Скамандр (Ксанф), в юрисдикции которого все это происходило

Объединенных греков поддерживали

  • Афина , как яблочные конкуренты Афродите
  • Посейдон , недолюбливавший троянцев за обман при строительстве стен,
  • а также Фетида, желавшая победы сыну с последней его войне, и
  • Гефест , обязанной Фетиде, которая пригрела его, сброшенного с Олимпа рассерженной маменькой, во младенчестве.

Возвращение

И море черное, витийствуя, шумит
И с тяжким грохотом подходит к изголовью.

Троянская война на карте

Греки сбондили Елену по волнам
Ну а мне соленой пеной — по губам.

Осип Мандельштам

Значение слова пирр в кратком словаре мифологии и древностей. Беспечный воин

У этого термина существуют и другие значения, см. Пирр (значения).

Пирр
Πύρρος
297 до н. э. — 272 до н. э.
Предшественник: Неоптолем II
Преемник: Лисимах
274 до н. э. — 272 до н. э.
Предшественник: Антигон II Гонат
Преемник: Антигон II Гонат
Гражданство: Эпир
Рождение: 319 до н. э. (-319 )
?
Смерть: 272 до н. э. (-272 )
Аргос, Греция
Место погребения: Деметра
Род: Пирриды
Отец: Эакид
Мать: Фтия
Супруга: Ланасса, дочь Агафокла
Дети: Q124346? , Q3235790? и Q3563389?

Пирр на Викискладе

Пирр (др.-греч. Πύρρος — «рыжий», «огненный», предположительно за цвет волос, лат. Pyrrhus ), из рода Пирридов, (318-272 до н. э.) — царь Эпира (306-301 и 297-272 до н. э.) и Македонии (288-284 и 273-272 до н. э.), талантливый эпирский полководец, один из сильнейших противников Рима. Согласно Титу Ливию Ганнибал считал Пирра вторым из величайших полководцев после Александра Македонского.

Пирр был троюродным братом и двоюродным племянником Александра Македонского (отец Пирра, Эакид — двоюродный брат и племянник Олимпиады, матери Александра). Многие современники Пирра считали, что сам Александр Великий возродился в его лице.

Ранние годы

Пирр был сыном царя Эпира Эакида и фессалийки Фтии. В древней Греции считался гераклидом — потомком сына Ахиллеса, женившегося на правнучке Геракла.

По-видимому, первый боевой опыт Пирр получил во время Четвёртой войны диадохов. В 301 до н. э. он принял участие в битве при Ипсе на стороне Антигона Одноглазого и Деметрия Полиоркета.

Война в Македонии

Под предлогом помощи одному из претендентов на трон, войска Пирра вторглись в Македонию и овладели несколькими городами. Другие государи, опасаясь усиления Пирра, тоже втянулись в македонские распри. Среди них был и прежний союзник Пирра Деметрий Полиоркет, ставший теперь опасным соперником. После непродолжительной войны Деметрий захватил значительную часть Македонии, и некоторое время в стране было два правителя. Деметрий хорошо знал своего прежнего сподвижника, его алчность, его стремление к захватам, и жаждал от него избавиться. Смерть сестры Пирра, на которой был женат Деметрий, оборвала их родственные связи.

Напряжённость между бывшими родственниками вскоре переросла в войну, в которой развернулся полководческий талант Пирра. Он разбил войска Полиоркета в 287 году до н. э. Армия Деметрия перешла на сторону Пирра, и он стал царём почти всей Македонии. Несколько лет шла яростная борьба. Пирр в конце концов потерпел поражение и был вынужден удалиться в родной Эпир.

Пиррова война

Основная статья: Пиррова война

Война с Римом

Основные статьи: Битва при Гераклее , Битва при Аускуле (279 до н. э.)

В 281 году до н. э. Пирр заключил с боровшимся против Рима Тарентом договор и через год высадился в Таренте с 20 тыс. солдат, 3 тыс. всадников, 2 тыс. лучников, 500 пращниками и 20 боевыми слонами. Кроме Тарента, Пирра поддерживали Метапонт и Гераклея. Тем временем на юг был послан консул Публий Валерий Левин, и две армии встретились у Гераклеи, где Пирр одержал трудную победу. Союзниками Пирра стали греческие города Кротон и Локры, а также несколько италийских племён, в результате чего римляне практически потеряли контроль над югом Италии. Пирр стал продвигаться на север, попутно надеясь укрепить антиримскую коалицию, но из этого ничего не вышло, и он перезимовал в Кампании. Поняв, что война становится затяжной, Пирр послал в сенат своего парламентёра Кинея. Однако один из сенаторов, Аппий Клавдий Цек, предложил не вести переговоров с врагом, всё ещё находящимся на италийской земле, и война продолжалась.

Весной 279 года до н. э. Пирр атаковал римские колонии в Луцерии и Венузии и попытался привлечь на свою сторону самнитов. Рим тоже стал готовиться к войне, начал чеканить серебряную монету для потенциальных союзнических договоров с южноиталийскими греками и выслал на восток две консульские армии под начальством Публия Сульпиция Саверриона и Публия Деция Муса. Между Луцерией и Венузием, близ Аускула, они встретились с Пирром, который отбросил их обратно, хотя и не сумел взять римский лагерь. Однако греческие союзники опоздали. В армии Пирра началось брожение, и его врач даже предложил римлянам убить царя. Но консулы 278 Гай Фабриций Лусциний и Квинт Эмилий Пап сообщили об этом Пирру, в шутку добавив, что Пирр, «видимо, не способен судить одновременно и друзей, и врагов». Когда римляне объявили о своем временном уходе из Тарента, Пирр в свою очередь огласил перемирие и разместил там гарнизон. Однако это вызвало недовольство местных жителей, потребовавших от Пирра либо продолжения войны, либо вывода войск и восстановления статус-кво. Параллельно с этим до Пирра дошли просьбы о высылках подкреплений в осаждённые Карфагеном Сиракузы и в Македонию и Грецию, в которые вторглись кельтские племена.

Война с Карфагеном

Пирр решил заняться войной в Сицилии, что дало возможность римлянам подчинить самнитов и превратить их в римских союзников, и покорить луканов и бруттиев. Проигнорировав требования тарентийцев, Пирр появился в Сицилии, где стал собирать поддержанную флотом в 200 галер новую армию из Сиракуз и Акраганта, предположительно насчитывавшую 30 тыс. пехотинцев и 2500 всадников. После этого он продвинулся на восток и взял карфагенскую крепость на горе Эрикс, причём первым взобрался на стену крепости. Карфагенянам пришлось вступить в переговоры, а Пирр в это время нашёл новых союзников-мамертинцев.

К концу 277 до н. э. у карфагенян оставался лишь один плацдарм на Сицилии — Лилибей.

Уже после смерти Пирра, его владения в Южной Италии были потеряны, так в 270 г до н. э. Сиракузы были захвачены ранее служившим Пирру — Гиероном, который установил там тиранию.

Конец войны

Основная статья: Битва при Беневенте (275 до н. э.)

Война с Антигоном Гонатом

Вернувшись на родину, Пирр начал борьбу со своим основным противником, Антигоном Гонатом, который господствовал во всей Македонии и в ряде греческих городов, в том числе в Коринфе и Аргосе. Успех снова сопутствовал Пирру. После нескольких сражений ему удалось вытеснить Антигона Гоната из Македонии. Победа была омрачена бесчинствами наёмников Пирра, которые разграбили и осквернили могилы македонских царей. Это вызвало недовольство населения.

Стремясь утвердить своё влияние в Греции, Пирр ввязался в борьбу со Спартой. Без объявления войны он вторгся на её территорию. Однако Пирр недооценил твёрдость и мужество своих новых противников. Он пренебрёг полученным им от спартанцев гордым посланием.

«Если ты бог, — писали спартанцы, — то с нами ничего не случится, ибо мы ничем против тебя не погрешили, если же ты человек, то найдётся кто-нибудь и посильнее тебя!»

Пирр осадил Спарту. На помощь спартанцам подходил отряд, посланный Антигоном Гонатом. Тогда Пирр, не закончив кровавого спора со Спартой, принял роковое решение — идти на Аргос, где происходили распри между различными группами населения.

Пирр быстро шёл к Аргосу. Он не замедлил марша и тогда, когда на его арьергард напали спартанцы и в схватке убили его сына.

В глубокой темноте войско Пирра подошло к стенам Аргоса. Крадучись, стараясь не шуметь, воины входили в ворота, которые заранее открыли сторонники Пирра. Неожиданно движение замедлилось. В низкие ворота не могли пройти боевые слоны. Пришлось снимать с их спин башни, в которых размещались стрелки, затем, уже за воротами, снова водружать башни на спины гигантов. Эта задержка и шум привлекли внимание аргосцев, и они заняли укреплённые места, удобные для отражения нападения. Одновременно аргосцы отправили гонца к Антигону с просьбой прислать подкрепления.

Завязалась ночная битва. Стеснённые узкими улицами и многочисленными каналами, прорезавшими город, пехотинцы и конные воины с трудом продвигались вперёд. Разобщённые группы людей в тесноте и мраке сражались каждая за себя, не получая приказов командующего.

Когда рассвело, Пирр увидел весь этот беспорядок и пал духом. Он решил, пока не поздно, начать отступление. Однако в этой обстановке часть воинов продолжала бой. Пирр успешно отражал натиск врагов, но затем его оттеснили на узкую улицу. Там скопилось много людей, которые, прижатые друг к другу, с трудом могли сражаться. Во время схватки в городе Пирр напал на молодого воина. Мать воина, как и все горожане, не способные держать в руках оружие, сидела на крыше дома. Увидев, что её сыну угрожает опасность и он не в состоянии победить своего врага, она сорвала с крыши черепицу и бросила в Пирра. По роковому стечению обстоятельств черепица попала в стык между доспехов на шее Пирра. Пирр упал и был добит на земле.

Первоисточники

  • Плутарх . Пирр. // Сравнительные жизнеописания.
  • Тит Ливий . Периохи.
  • Аппиан . История самнитской войны.
  • Павсаний (географ). Описание Эллады. Кн.11-13.
Предшественник Антигон II Гонат Преемник Антигон II Гонат Рождение 319 до н. э. (-319 ) Смерть 272 до н. э. (-272 )
Аргос , Греция Место погребения Род Пирриды Отец Эакид Мать Фтия Супруга Ланасса Дети Александр II , Олимпия из Эпира , Птолемей и Гелен Пирр на Викискладе

Пирр был троюродным братом и двоюродным племянником Александра Македонского (отец Пирра, Эакид — двоюродный брат и племянник Олимпиады , матери Александра ). Многие современники Пирра считали, что сам Александр Македонский возродился в его лице.

Ранние годы

В конце 317 года до н. э. в Эпире войска подняли всеобщее восстание: отец Пирра был объявлен низложенным общим постановлением; многие из его друзей умерщвлены, другим удалось спастись бегством; единственного сына царя Пирра, которому было тогда 2 года, некоторые из приближённых с большими опасностями доставили в землю царя тавлантинов Главкии .

В конце 307 года до н. э. эпироты, не вынося жестокости царя Алкета , ставшего царём после смерти отца Пирра, и македонского влияния в стране, в одну и ту же ночь умертвили его и двух его сыновей. И тогда Главкий поспешил водворить в его наследие сына Эакида Пирра, которому теперь исполнилось 12 лет .

В 302 году до н. э., глубоко убеждённый в преданности своего народа, Пирр отправился в Иллирию , чтобы принять участие в свадьбе одного из сыновей Главкия, при дворе которого он вырос; в его отсутствие молоссы возмутились, прогнали приверженцев царя, разграбили его сокровищницу и возложили диадему на Неоптолема , сына царя Александра , предшественника отца Пирра на троне Эпира.

Пирр бежал из Европы и отправился в лагерь Деметрия Полиоркета , под чьим руководством он, по-видимому, получил первый боевой опыт во время Четвёртой войны диадохов . В 301 году до н. э. он принял участие в битве при Ипсе на стороне Антигона Одноглазого и Деметрия Полиоркета .

После битвы при Ипсе вернулся вместе с Деметрием в Грецию.

В 299 или 298 году до н. э. Птолемей I организовал его брак с Антигоной , дочерью Береники I (Египетской) и её первого мужа Филиппа . Для них обоих это был первый брачный союз . В промежутке между заключением брака и 296 годом до н. э. у них родилась дочь Олимпиада .

В 296 году до н. э., получив от Птолемея I поддержку деньгами и войсками, Пирр отправился в Эпир; чтобы царь Неоптолем не обратился с просьбой о помощи к какой-нибудь иностранной державе, он заключил с ним договор, по которому они должны были управлять страною сообща.

Заручившись поддержкой знати, в 295 году до н. э. он пригласил Неоптолема на пир и там убил. Таким образом, Пирр стал полновластным царём Эпира .

Около того же времени при родах второго ребёнка Птолемея или вскоре после них, вероятно, скончалась супруга Пирра Антигона . Антигона сыграла важную роль в возвышении своего мужа и после смерти супруги в честь Антигоны им была названа колония Антигония в Хаония . Там чеканились медали с надписью ΑΝΤΙΓΟΝΕΩΝ .

Как кажется, около этого времени Пирр получил Керкиру вследствие своего брака с дочерью Агафокла Ланассой . То, что этот остров был приданым Ланассы, можно заключить из того, что она потом уезжает на него (в 290 г. до н. э.; см. ниже) . Птолемей I, очевидно, должен был содействовать этому браку, чтобы представитель его дела в Греции получил ещё большую силу; а Агафокл был слишком занят войнами в Италии , чтобы иметь возможность обратить на греческие дела такое внимание, какого желал Птолемей I, выдавая за него замуж свою дочь . Согласно Павсанию , Пирр взял Керкиру открытой силой .

Война в Македонии

В это время Деметрий заболел; он лежал в Пелле , прикованный к одру болезни. Весть об этом побудила Пирра произвести вторжение в Македонию, причём его единственной целью был грабёж; но когда к нему толпами начали приходить македоняне и наниматься к нему на службу, то он двинулся далее и подступил к Эдессе . Деметрий, лишь только почувствовал некоторое облегчение, поспешил пополнить ряды своего войска, значительно поредевшие от дезертирства, и выступил против Пирра, который, не будучи готов к решительному сражению, повёл своё войско назад; Деметрию удалось догнать его в горах и уничтожить часть неприятельского ополчения. Он заключил мир с Пирром, т. к. не только желал обеспечить свой тыл для новых предприятий, но и стремился приобрести в этом воине и полководце помощника и товарища. Он формально уступил обе македонские области, занятые ранее Пирром, а может быть, также и условился с ним насчёт того, чтобы пока сам будет завоёвывать восток, Пирр завоёвывал запад, где при сиракузском дворе всё уже подготовлено Оксифемидом, Агафокл убит и где господствует такая сильная смута, что смелое нападение обещает самый верный успех .

Сам Деметрий употребил зиму 289/288 года до н. э. на самые обширные и поистине колоссальные вооружения. Плутарх говорит (Сравнительные жизнеописания , Деметрий, 43) , что его приготовления к войне нисколько не уступали его надеждам и планам; он поставил на ноги войско в 98 тыс. человек пехоты и почти в 12 тыс. всадников, приказал строить корабли в Пирее , в Коринфе, в Халкиде и в Пелле, сам посещал верфи, делал указания и сам прилагал руки к работам; был составлен такой флот, какого ещё никогда мир не видел; в нём насчитывалось 500 кораблей, в числе которых были пятнадцати- и шестнадцатипалубные суда, гиганты, более чем своими колоссальными размерами повергавшие в изумление той лёгкостью и точностью, с какой можно было управлять ими.

Видя, что против Азии вскоре выступит такая огромная сила, какою после Александра не располагал ещё никто, для борьбы с Деметрием объединились трое царей – Селевк, Птолемей, Лисимах . Союзники предложили Пирру присоединиться к своему союзу, указав ему на то, что вооружения Деметрия ещё не готовы, а вся его страна полна смут, и что они не могут представлять себе, чтобы Пирр не воспользовался этим случаем овладеть Македонией; если он пропустит его, то Деметрий скоро принудит его биться в самой молосской земле за храмы богов и за могилы его дедов; разве у него уже не вырвана из рук супруга , а с нею и остров Керкира? Это даёт ему полное право обратиться против него. Пирр обещал своё участие.

Пирр разбил войска Полиоркета в 287 году до н. э. Армия Деметрия перешла на сторону Пирра, и он стал царём почти всей Македонии. Несколько лет шла яростная борьба. Пирр в конце концов потерпел поражение и был вынужден удалиться в родной Эпир.

Пиррова война

Война с Римом

В 280 году до н. э. Пирр заключил с боровшимся против Рима Тарентом договор и через год высадился в Италии с 20 тыс. солдат, 3 тыс. всадников, 2 тыс. лучников, 500 пращниками и 20 боевыми слонами. Кроме Тарента, Пирра поддерживали Метапонт и Гераклея . Тем временем на юг был послан консул Публий Валерий Левин , и две армии встретились у Гераклеи, где Пирр одержал трудную победу. Союзниками Пирра стали греческие города Кротон и Локры , а также несколько италийских племён, в результате чего римляне практически потеряли контроль над югом Италии. Пирр стал продвигаться на север, попутно надеясь укрепить антиримскую коалицию, но из этого ничего не вышло, и он перезимовал в Кампании . Поняв, что война становится затяжной, Пирр послал в сенат своего парламентёра Кинея . Однако один из сенаторов, Аппий Клавдий Цек , предложил не вести переговоров с врагом, всё ещё находящимся на италийской земле, и война продолжалась.

Весной 279 года до н. э. Пирр атаковал римские колонии в Луцерии и Венузии и попытался привлечь на свою сторону самнитов . Рим тоже стал готовиться к войне, начал чеканить серебряную монету для потенциальных союзнических договоров с южноиталийскими греками и выслал на восток две консульские армии под начальством Публия Сульпиция Саверриона и Публия Деция Муса . Между Луцерией и Венузием, близ Аускула , они встретились с Пирром, который отбросил их обратно, хотя и не сумел взять римский лагерь. В связи с большими потерями в этой битве Пирр заметил: «Ещё одна такая победа, и я останусь без войска» .

Греческие союзники опоздали. В армии Пирра началось брожение, и его врач даже предложил римлянам убить царя. Но консулы 278 года до н. э. Гай Фабриций Лусциний и Квинт Эмилий Пап сообщили об этом Пирру, с насмешкой добавив, что Пирр, «видимо, не способен судить одновременно и друзей, и врагов».

Когда римляне объявили о своём временном уходе из Тарента, Пирр в свою очередь огласил перемирие и разместил там гарнизон. Однако это вызвало недовольство местных жителей, потребовавших от Пирра либо продолжения войны, либо вывода войск и восстановления статус-кво . Параллельно с этим до Пирра дошли просьбы о высылках подкреплений в осаждённые Карфагеном Сиракузы и в Македонию и Грецию, в которые вторглись кельтские племена.

Война с Карфагеном

Пирр решил уйти из Италии и заняться войной в Сицилии , что дало возможность римлянам подчинить самнитов и превратить их в римских союзников , и покорить луканов и бруттиев . В 279 году до н. э. сиракузяне предложили Пирру власть над Сиракузами в обмен на военную помощь против Карфагена. Сиракузы надеялись с помощью Пирра стать главным центром западных эллинов.

Проигнорировав требования тарентийцев, Пирр появился в Сицилии, где стал собирать поддержанную флотом в 200 галер новую армию из Сиракуз и Акраганта , предположительно насчитывавшую 30 тыс. пехотинцев и 2500 всадников. После этого он продвинулся на восток и взял карфагенскую крепость на горе Эрикс , причём первым взобрался на стену крепости. Карфагенянам пришлось вступить в переговоры, а Пирр в это время нашёл новых союзников-мамертинцев .

К концу 277 год до н. э. у карфагенян оставался лишь один плацдарм на Сицилии — Лилибей . В 276 году до н. э. Пирр был полновластным господином Сицилии, имел собственный флот и прочную точку опоры в Таренте, на Италийской земле. На Сицилии Пирр уже имел флот в 200 галер и ещё намеревался строить флот в Италии. Между тем в Южной Италии римляне вновь овладели греческими городами Кротоном и Локрами; только Регий и Тарент сохраняли независимость.

Уже после смерти Пирра, его владения в Южной Италии были потеряны, так в 270 году до н. э. Сиракузы были захвачены ранее служившим Пирру — Гиероном , который установил там тиранию.

Конец войны

Нанеся несколько поражений карфагенянам в Сицилии, не получавшие серьёзных подкреплений и средств ещё со времени своих прежних побед над Римом, войска Пирра были серьёзно истощёны. В этой трудной ситуации весной 275 года до н. э. Пирр принял решение вернуться в Италию, где римляне захватили несколько городов и подчинили себе союзные Пирру племена самнитов и луканов. При Беневенте произошла последняя битва, произошедшая между войсками Пирра (без союзников-самнитов) и римлянами, возглавляемыми консулом Манием Курием Дентатом .

Несмотря на то, что римлянам так и не удалось нанести поражение Пирру на поле боя, они выиграли то, что можно назвать «войной на истощение », у лучшего полководца своего времени и одного из величайших в античности . Совершив это, римляне превратились в могущественную силу Средиземноморья . Римские битвы с Пирром впервые обозначили превосходство римского легиона над македонской фалангой из-за большей мобильности легиона (хотя многие указывали на ослабление роли кавалерии во времена диадохов). Кому-то может показаться, что после битвы при Беневенте эллинистический мир уже никогда не смог выставить против Рима такого полководца, как Пирр, но это не так. Греко-македонский, эллинистический мир будет сопротивляться Риму в лице Митридата Евпатора , царя Понта.

Война с Антигоном Гонатом

Вернувшись на родину, Пирр начал борьбу со своим основным противником, Антигоном Гонатом , который господствовал во всей Македонии и в ряде греческих городов, в том числе в Коринфе и Аргосе. Успех снова сопутствовал Пирру. После нескольких сражений ему удалось вытеснить Антигона Гоната из Македонии. Победа была омрачена бесчинствами наёмников Пирра, которые разграбили и осквернили могилы македонских царей, что вызвало недовольство населения.

Стремясь утвердить своё влияние в Греции, Пирр ввязался в борьбу со Спартой. Без объявления войны он вторгся на её территорию. Однако Пирр недооценил твёрдость и мужество своих новых противников. Он пренебрёг полученным им от спартанцев гордым посланием.

«Если ты бог, — писали спартанцы, — то с нами ничего не случится, ибо мы ничем против тебя не погрешили, если же ты человек, то найдётся кто-нибудь и посильнее тебя!»

Смерть Пирра

Пирр осадил Спарту. На помощь спартанцам подходил отряд, посланный Антигоном Гонатом. Тогда Пирр, не закончив кровавого спора со Спартой, принял роковое решение — идти на Аргос, где происходили распри между различными группами населения.


Участие в войнах: Римско-эпирская война. Войны диадохов. Сицилийская война.
Участие в сражениях: Гераклея. Аскулум.

(Pyrrhus) Царь эпиротов. Один из величайших полководцев эллинистической эпохи

Оставшись после смерти царя Эалида шестилетним мальчиком, Пирр воспитывался в семье царя иллирийских тавлантиев Главкия . С помощью Деметрия Пелиоркета , который в 307 г. до н. э. помог эпиротам освободиться от ненавистного им царя Аллеты, Пирр смог вернуть себе отцовский престол.

В 302 г. до н. э., воспользовавшись отсутствием Пирра, молоссы восстали и посадили на эпирский престол Неоптолепа. Пирр удалился к Деметрию в Малую Азию и вмешался в борьбу диадохов. Вместе с Деметрием Пирр принимал участие в битве при Ипсе и здесь впервые проявил талант полководца. Посланный в Александрию в качестве заложника, Пирр женился на падчерице Птолемея Антигоне. С помощью Птолемея Пирр в 296 г. до н. э. вторично вернул себе престол, присоединив к своим владениям остров Керкиру, Стимфею, Акарнанию, Амфилохию и Амбракию и заключив одновременно союз с Этолией.

Вскоре Пирр поссорился с Деметрием и в 289 г. до н. э., разгромив македонян в Этолии, вторгся в Македонию. Два года спустя ему удалось сесть на македонский престол, но уже после семимесячного правления Пирр вынужден был уступить власть Лисимаху и удалиться в Эпир. Теперь ему пришлось на протяжении нескольких лет отстаивать собственное царство в войне с Македонией. Окончательно потеряв надежду на приобретение Македонии, Пирр обратил свои устремления на запад.

Призванный на помощь тарентцами, ведущими в это время войну с Римом , Пирр первым из греков столкнулся с римлянами. В этом столкновении Пирр не обнаружил способностей завоевателя и «государственного человека. По выражению Т. Моммзена , Пирр оказался лишь рыцарствующим атаманом и военным авантюристом, весьма способным и одушевленным мыслью основать западно-эллинскую монархию

В 281 г. до н. э. Пирр высадился в Италии с войском в 20 тысяч пехотинцев, 2 тысячи стрелков, 300 всадников и 20 боевых слонов. В состав войска Пирра входили молоссы, амбракийцы, македоняне и фессалийцы. Римляне стали готовиться к войне, укрепляя свои греческие города. Им удалось воспрепятствовать соединению луканцев и самнитов с Пирром, против которого они выставили 50-тысячное войско под командованием консула Публия Левина .

В 280 г. до н. э. сражение при Гераклее (на берегу Тарентинского залива) было проиграно римлянами. Главной причиной поражения было применение Пирром боевых слонов, с которыми римляне встретились впервые. Результатом победы Пирра стало отступление римлян из Лукании, перешедшей на сторону Пирра и отпадение от Рима бруттийцев, самнитов, сабеллов и греков. Предложенные Пирром условия мира по инициативе престарелого Аппия Клавдия (Слепого) были гордо отвергнуты римлянами, и тогда Пирр решил двинуться на Рим.

Следом за ним двинулись легионы Левина. Пирр занял Фреталлы и Анабнию, но здесь встретил новую армию во главе с консулом Тиберием Корунканием, идущую с севера. Таким образом, Пирр оказался между двух огней и был вынужден отступить к Таренту.

В следующем году Пирр возобновил наступление на Рим и вновь нанес поражение римлянам при Аускулуме (Апулия). Но и сам Пирр почти ничего не выиграл от своей победы. К этому времени в союз с Римом входили латины, кампанцы, вольски, сабины, умбры, пелигны, френтаны, арпаны, и никто из них не изменил Риму.

Желая вознаградить себя в ином месте, Пирр воспользовался призывом сиракузян, предложивших ему в 279 г. до н. э. власть над Сиракузами. Правители города надеялись с помощью Пирра сделать Сиракузы главным центром западной Эллады. Однако это привело Пирра во враждебные отношения с Карфагеном, открывшим против него войну. И все же к 276 г. до н. э. Пирру удалось стать полновластным властителем Сицилии, завести собственный флот и создать прочную опору в Италии, где его базой стал город Тарент. Но скоро Пирр стал лишаться своей власти над завоеванными территориями, так как недовольные его неумелыми действиями сицилийцы начали переходить на сторону Карфагена или Рима.

Уже к исходу 276 г. до н. э. Пирр был вынужден отплыть к Таренту, по дороге потеряв несколько кораблей в морской схватке с пунийцами. Воспользовавшись отъездом Пирра, сицилийцы свергли власть царя. Высадившись в Италии, Пирр двинулся на помощь саммитянам, и при Беневенте (Малевентуме) встретился с римлянами под командованием консула Мария Курия Дентата . Здесь его войска потерпели полное поражение, поскольку боевые слоны, находившиеся в войске Пирра, произвели панику среди его собственных воинов.

С 8 тысячами пехоты и 500 всадниками Пирр возвратился в Эпир, оставив гарнизон в Таренте, который пока оставался на его стороне. Ему удалось разгромить войска Антигона Гоната и занять часть Македонии. Но Пирр не стал укреплять здесь свою власть, а в 272 г. до н. э. по просьбе спартанца Клеонима двинулся в Пелопоннес, где осадил Спарту. В продолжение долгой осады к городу прибыл отсутствовавший там царь Арей вместе со своим союзником Антигоном, вторично занявшим македонский престол. Пирр был вынужден снять осаду и отступить в Аргос, однако уже в конце года был ранен в уличном бою и скончался.

(Pyrrhus, ??????).

1) См. Неоптолем.

2) Эпирский царь, 313—272 гг. до Р. X. В борьбе тарентийцев с римлянами он согласился оказать помощь Таренту и в 280 г. явился в Италию с 20 слонами и 25 000 войском. Он одержал две победы над римлянами, но, устрашившись их храбрости, отступил. Впоследствии он опять выступил против римлян, но был разбит наголову. Всю жизнь вел он войны, отличаясь беспокойным духом, но, не обладая решительностью действительно великого полководца, не достигал никогда больших результатов.

Краткий словарь мифологии и древностей. 2012

Смотрите еще толкования, синонимы, значения слова и что такое ПИРР в русском языке в словарях, энциклопедиях и справочниках:

  • ПИРР
    I Эпирский царь из рода Пирридов, правивший в 307-302, 295-272 гг. до Р.Х. Сын Эакида. Род. а 319 г. до …
  • ПИРР в Словаре-справочнике Кто есть кто в Античном мире:
    1) Другое имя героя Неоптолема. 2) Царь Эпира, правивший в период с 306 по 272 до н. э. и утверждавший, …
  • ПИРР в Большом энциклопедическом словаре:
    (319-273 до н. э.) царь Эпира в 307-302 и 296-273. Воевал на стороне г. Тарента с Римом, одержал победы при …
  • ПИРР в Большой советской энциклопедии, БСЭ:
    (Pyrros) (319-273 до н. э.), царь Эпира в 307-302 и 296-273 до н. э., полководец эллинистической эпохи. В 302, лишившись …
  • ПИРР НЕОПТОЛЕМ в Энциклопедическом словаре Брокгауза и Евфрона:
    (??????) — сын Ахилла, иначе называемый Неоптолемом …
  • ПИРР в Большом российском энциклопедическом словаре:
    (319-273 до н.э.), царь Эпира в 307-302 и 296-273, полководец. Воевал на стороне г. Тарента с Римом, одержал победы при …
  • ПИРР в Словаре Кольера:
    (ок. 318-272 до н.э.), царь Эпира, государства на севере Греции. Пирр прославился военным талантом, которым он выделялся даже среди великих …
  • ПИРР в Современном толковом словаре, БСЭ:
    (319-273 до н. э.), царь Эпира в 307-302 и 296-273. Воевал на стороне г. Тарента с Римом, одержал победы при …
  • ПИРР III в биографиях Монархов:
    Царь Эпира из рода Пирридов, правивший после 231 г. до Р.Х. Сын Птолемея. Пирр не оставил мужского потомства, и после …
  • ПИРР II в биографиях Монархов:
    Царь Эпира из рола Пирридов, пра-пивший в 255-м начале 230-х гг. до Р X. Сын Александра П. Пирр сделался царем, …
  • ПИРР I в биографиях Монархов:
    Эпирский царь из рода Пирридов, правивший в 307—302, 295—272 гг. до Р.Х. Сын Эакида. Род. а 319 г. до Р.Х. …
  • МАКСИМ ИСПОВЕДНИК
    Открытая православная энциклопедия «ДРЕВО». Максим Исповедник (582 — 662), игумен, преподобный. Знаменитый деятель и учитель церковный …
  • АЛАВЕРДСКАЯ ЕПАРХИЯ в Православной энциклопедии Древо:
    Открытая православная энциклопедия «ДРЕВО». Алавердская епархия Грузинской Православной Церкви. История Уже в VI веке святитель Иосиф, один из …
  • НЕОПТОЛЕМ в Словаре-справочнике Мифы Древней Греции,:
    (Пирр) — сын Ахилла и Деидамии, дочери царя острова Скирос Ликомеда. Родился на о. Скирос, где среди дочерей царя Ликомеда …
  • НЕОПТОЛЕМ в Справочнике Персонажей и культовых объектов греческой мифологии:
    В греческой мифологии сын Ахилла, рождённый ему Деидамией (дочерью Ликомеда, царя острова Скирос). Когда ахейцам стало известно от троянского прорицателя …
  • НЕОПТОЛЕМ III в Справочнике Персонажей и культовых объектов греческой мифологии:
    Эпирский царь из рода Пирридов, правивший в 302-295 гг. до Р.Х. Сын Александра I. Неоптолем сделался царем вместо изгнанного Пирра. …
  • ЛИСИМАХ в Справочнике Персонажей и культовых объектов греческой мифологии:
    Правитель и царь Фракии в 324- 281 гг. до Р.Х. Царь Македонии в 285- 281 гг. до Р.Х. Род. в …
  • ДЕМЕТРИЙ I в Справочнике Персонажей и культовых объектов греческой мифологии:
    Полиоркет Царь Азии в 306-301 гг. до Р.Х. Царь Македонии в 294-287 гг. до Р.Х. Сын Антигона I Циклопа. Род. …
  • АРЕЙ I в Справочнике Персонажей и культовых объектов греческой мифологии:
    Царь лакедемонян из рода Агидов, правивший в 309-265 гг. до Р.Х. Сын Лкротата, внук Клеомена II. Дед Арея, Клеомен II, …
  • АНТИГОН II в Справочнике Персонажей и культовых объектов греческой мифологии:
    ГОНАТ — Царь Македонии в 278-239 гг. до Р.Х. Сын Деметрия I. Род. в 318 г. до Р.Х. Умер 239 …
  • АЛЕКСАНДР V в Справочнике Персонажей и культовых объектов греческой мифологии:
    Царь Македонии в 294 г. до Р.Х. Сын Кассандра и Фессалоники. Ж.: Лисандра, дочь египетского царя Птолемея I.Едва получив власть, …
  • АКРОТАТ в Справочнике Персонажей и культовых объектов греческой мифологии:
    — Царь из рода Агидов, правивший в Лаконике в 265-262 гг. до Р.Х. Сын Арея I.Последние годы правления Агидов прошли …

После самнитских воин и покорении Средней Италии римляне пришли в непосредственное соприкосновение с греческими городами Южной Италии.

Ослабленные ожесточённой борьбой между различными группировками граждан, греческие города не были в состоянии преодолеть острые противоречия во взаимоотношениях друг с другом. В 80-х годах луканы напали на греческий город Фурии. Не желая обращаться за помощью к своему сопернику Таренту, Фурии просили поддержки у римлян.

В Риме хорошо понимали, что поддержка Фурий даст возможность распространить римское влияние и на другие города Южной Италии. Поэтому на помощь Фуриям было выслано войско, которое разбило луканов и оттеснило их от города.

После этого в Фуриях был оставлен римский гарнизон. Однако такой оборот дела вызвал сильную тревогу и недовольство в Таренте.

Тарентинцы напали на римские военные суда, зашедшие к ним в гавань, а затем двинулись к Фуриям и, опираясь на дружественную им группировку граждан, изгнали оттуда римский гарнизон. В результате этих событий между Римом и Тарентом вспыхнула война.

Хотя Тарент имел довольно крупные военные силы и в качестве союзников к нему присоединились луканы и мессапы, но уже первые сражения показали безусловное превосходство римлян. Тарентинцы обратились за помощью к эпирскому царю Пирру, который весьма охотно откликнулся на их призыв.

В лице Пирра римлянам предстояло столкнуться с одним из наиболее блестящих полководцев эпохи эллинизма.

Ещё в юности он обнаружил такие способности к военному делу, что когда одного из сподвижников Александра Македонского спросили, кто является ныне наиболее выдающимся полководцем, он отвечал: «Пирр, когда наступит его зрелый возраст».

В дальнейшем великий полководец древности отводил Пирру второе место после Александра Македонского, а себе — только третье.

Но если Пирр был выдающимся полководцем, то как политического деятеля его не приходится ставить слишком высоко. Его обширные планы носили на себе печать недостаточной продуманности и авантюризма, его военные таланты не были дополнены дальновидностью осторожного и зрелого политика. Так произошло и на этот раз.

Пирр ухватился за предложение тарентинцев, однако его честолюбивые расчёты простирались дальше — перед ним возникла идея создания великой монархии на Западе, взамен распавшейся восточной державы Александра.

Весной 280 г. Пирр высадился в Италии. Его армия состояла из 22 тыс. хорошо обученных пехотинцев, 3 тыс. фессалийских всадников и 20 боевых слонов, применение которых было заимствовано греками с Востока. Первое столкновение Пирра с римлянами произошло у города Гераклеи.

Битва была чрезвычайно упорной. Исход сражения решили слоны и фессалийская конница Пирра; в результате поражения римляне потеряли Луканию, а на сторону их врагов перешли бруттии, луканы, самниты и почти все южные греческие города (за исключением Капун п Неаполя).

Весной 279 г. Пирр двинулся в новое наступление на Апулию, где римляне сосредоточили армию численностью до 70 тыс. человек. Около города Аускуле произошло второе за эту войну крупное сражение.

Римляне снова потерпели поражение, но Пирру победа досталась дорогой ценой («пиррова победа»). Его потери были настолько велики, что, принимая поздравления, он, по преданию, ответил: «Ещё одна такая победа, и мне не с кем будет вернуться в Эпир».

И действительно, несмотря на победы, одержанные в двух крупных сражениях, положение Пирра в Италии чрезвычайно осложнилось. Римские людские ресурсы были далеки от истощения. Латинские союзники остались верны Риму.

В Таренте и других южноиталийских городах против Пирра росло недовольство. В это время к Пирру прибыло посольство из Сицилии: теснимые карфагенянами Сиракузы обращались к нему с просьбой о помощи. Война же в Италии явно затягивалась и требовала новых усилий и средств.

Под влиянием всех этих обстоятельств Пирр начал с Римом переговоры о мире. Условия мира были, видимо, довольно выгодны для римлян, тем не менее сенат их отверг, так как карфагеняне, заинтересованные в том, чтобы удержать Пирра в Италии и не допустить его перехода в Сицилию, предложили Риму союз и военную помощь. Опираясь на этот союз, римское правительство могло решиться на продолжение войны.

Однако Пирр, рассчитывавший с меньшей затратой сил достигнуть успеха в Сицилии, покинул в 278 г. Италию и отправился с войсками на помощь сиракузянам, оставив лишь гарнизоны в Таренте и Локрах.

В Сицилии Пирр достиг сперва больших успехов. Всюду тесня и разбивая карфагенян, он продвинулся до юго-западной око-вечности Сицилии; карфагеняне удерживали только Лилибей.

Пирр уже начал подготавливать флот для переправы войск в Африку, но тут начались серьёзные осложнения в его взаимоотношениях с греческими городами. Не считаясь с местными демократическими традициями, Пирр грубо вмешивался во внутреннюю жизнь греческих городов, произвольно назначал всякого рода поборы и т. п.

В результате этого некоторые из городов подняли против него оружие, другие даже перешли на сторону карфагенян. Те не преминули воспользоваться этими осложнениями в тылу противника; в Сицилии вновь появилась большая карфагенская армия. Достигнутые Пирром успехи были сведены на нет: в его руках остались только Сиракузы.

Таким образом, Пирр оказался перед фактом полного крушения всех своих планов в Сицилии. Между тем из Италии к нему приходили тревожные вести о том, что рим-ляпе, не встречая прежнего сопротивления, перешли в наступление.

При помощи романофильски настроенных олигархических группировок в Кротоне и Локрах им удалось овладеть этими двумя городами. Одновременно они не без успеха стали действовать против самнитов и луканов. Всё это заставило ещё стоявших на стороне Пирра греков и италиков обратиться к нему с настойчивым призывом о помощи.

Тогда Пирр оставил Сицилию, где и так всё для него уже было потеряно, и возвратился в Италию. На обратном пути в проливе на него напал карфагенский флот и уничтожил более половины судов. Тем не менее весной 275 г. Пирр высадился в Италии и начал готовиться к новым наступательным действиям против римлян.

Решающее сражение произошло в том же году около города Беневента, в центре Самния.

Пирр потерпел полное поражение, лагерь его был захвачен, сам он бежал в Тарент. Вскоре после этого сражения он покинул Италию, а через три года погиб в Аргосе во время уличной схватки.

Победа Рима над Пирром была победой крестьянской страны с её гражданским ополчением над армией наёмников, прекрасно вооружённой и руководимой талантливым полководцем, но вовлечённой в безнадёжную военную авантюру.

Эта победа облегчила Риму завоевание Южной Италии. В 272 г. римляне осадили и взяли Тарент.

Примерно через пять лет Рим сломил сопротивление остальных племён, сохранявших ещё свою независимость.

Таким образом, вся Италия, от Мессанского пролива до реки Рубикона на границе с Цизальпинской Галлией, оказалась под властью римлян.

Рим превратился в одно из крупнейших государств Западного Средиземноморья.

Какой расы был Ахиллес? – Celebrity.fm

Ахиллес был сыном Пелея, Греческий король и Фетида, морская нимфа или богиня.

Тогда был ли Ахиллес спартанцем или троянцем? В греческой мифологии Ахиллес был сильнейший воин и герой в греческой армии во время Троянской войны. Он был сыном Пелея, царя мирмидонов, и Фетиды, морской нимфы. История Ахилла появляется в «Илиаде» Гомера и в других местах.

Была ли у Ахиллеса жена? В ярости Аполлон наказал греческие армии, наслав чуму, которая убивала солдат одного за другим. Когда его ряды поредели, Агамемнон наконец согласился позволить Хрисеиде вернуться к ее отцу. Однако взамен он потребовал новую наложницу: жену Ахилла, троянская принцесса Breseis.

точно так же Зевс черный? Мини-сериал «Троя: Падение города», который первоначально транслировался на BBC One в Соединенном Королевстве весной 2018 года, а затем распространялся по всему миру на Netflix, вызвал большой резонанс из-за того, что в сериале персонажи Зевс и Ахилла изображают черные актеры.

Почему Зевс черный?

Но есть древний прецедент изображения Зевса, царя богов, африканцем в древних развлечениях. Софокл, самый популярный из греческих драматургов, изображал Зевса черным. … Софокл, возможно, сделал Зевса черным потому что Эпаф, сын аргосянок Ио и Зевса, был черным.

Кто был самым уродливым богом? Факты о Гефесте

Гефест был единственным уродливым богом среди совершенно красивых бессмертных. Гефест родился уродливым и был сброшен с небес одним или обоими его родителями, когда они заметили, что он несовершенен. Он был мастером бессмертных: он строил их жилища, обстановку и оружие.

Ахиллес стал богом? Ахиллес стал неуязвим везде, кроме пятки, где его держала мать. Потому что Ахиллес был полубогом, он был очень силен и вскоре стал великим воином. Однако он также был наполовину человеком и не был бессмертным, как его мать.

Был ли у Ахиллеса ребенок? Неоптолем в греческой легенде сын Ахилла, герой греческой армии под Троей и Дейдамии, дочери царя Ликомеда Скиросского; его иногда называли Пирром, что означает «Рыжий». В последний год Троянской войны греческий герой Одиссей привел его в Трою после того, как троянский провидец Гелен объявил…

Что случилось с Парижем после падения Трои?

Парис был сыном царя Трои Приама и его жены Гекубы. Поскольку было предсказано, что он принесет конец и разрушение Трои, его оставили умирать в пустыне, но его нашел другой человек, который взял его как сына и назвал Парисом. … В конце войны, Парис был убит Филоктетом..

Что происходит с сыном Гектора? Его судьба обсуждалась греками, потому что, если бы ему позволили жить, опасались, что он отомстит за своего отца и восстановит Трою. В версии, данной Малой Илиадой и повторенной Павсанием (x 25.4), он был убит Неоптолем (также называемый Пирром), который сбросил младенца со стен.

Был ли Ахиллес реальным?

По общему мнению историков и ученых, Ахиллес был легендой. Его человечность была не буквальной, а скорее литературной. Мастерство Гомера создало характер, сочетающий в себе как героизм, так и неудачи воинов, удерживавших стены Трои от осады.

Был ли Ахиллес богом? Отцом Ахилла был Пелей, царь мирмидонцев, а матерью — Фетида, морская нимфа. … Потому что Ахилл был полубогом, он был очень силен и вскоре стал великим воином. Однако он также был наполовину человеком и не был бессмертным, как его мать.

Почему Ахиллес отрезал себе волосы?

Ахиллес и его спутники остригли свои волосы и предложили их в память о похороны Патрокла: … Когда они пришли на место, о котором им сказал Ахиллес, они положили тело и построили дрова.

Кто убил Париса Троянского?

Сам Пэрис вскоре после этого получил смертельное ранение от стрелы, выпущенной соперник лучник Филоктет. «Суд Парижа», Гермес, ведущий Афину, Геру и Афродиту в Париж, деталь краснофигурного киликса работы Гиерона, VI век до нашей эры; в собрании античных древностей национальных музеев Берлина.

Кто самый красивый бог? Афродиты была самой красивой из всех богинь, и есть много историй о том, как она могла побудить богов и людей влюбиться в нее.

Какой греческий бог ел своих младенцев? Сатурн, один из титанов, которые когда-то правили землей в римской мифологии, пожирает младенца, которого держит в руке. Согласно пророчеству, Сатурн будет свергнут одним из его сыновей. В ответ он съел своих сыновей, как только они родились. Но мать его детей Рея спрятала одного ребенка, Зевса.

Каковы были желания Артемиды 6?

Шесть желаний

  • чтобы никогда не выйти замуж.
  • иметь больше имен, чем ее брат Аполлон.
  • носить лук и стрелы, сделанные циклопами, и охотничью тунику до колен.
  • чтобы нести свет в мир.
  • иметь шестьдесят нимф для друзей, которые будут ухаживать за ее собаками.
  • чтобы все горы были ее владениями.

Стал ли Геракл богом? Через несколько лет Геракл влюбился в Иолу, дочь Эврита, царя Эхалии. …Кровь оказалась сильным ядом, и Геракл умер. Его тело было положено на костер на горе Оэта (современно-греческий язык Оити), его смертная часть была сожжена, а его божественная часть вознеслась на небо, став богом.

Была ли Троя реальной историей?

Большинство историков согласны с тем, что древняя Троя находилась в Гиссарлыке. Трой был реальным. … Здесь также сохранились надписи, сделанные хеттами, древним народом, жившим в центральной Турции, описывающие спор из-за Трои, которую они знали как «Вилуса». Ничто из этого не является доказательством троянской войны.

Была ли у Ахиллеса девушка? Когда Ахиллес возглавил штурм Лирнесса во время Троянской войны, он захватил Брисеис и убили ее родителей и братьев. Впоследствии она была подарена Ахиллу в качестве военного приза в качестве его наложницы.

Была ли у Ахиллеса любовница?

Ясно, что Ахиллес и Патрокл была невероятно глубокая, интимная связь. Но между ними в «Илиаде» нет ничего откровенно романтического или сексуального. … Потому что многие греки V и IV веков до н. э., столетия спустя после написания «Илиады», изображали Ахиллеса и Патрокла любовниками.

Троя — это реальная история? Большинство историков теперь согласны с тем, что древнюю Трою можно было найти в Гиссарлыке. Трой был реальным. … Здесь также сохранились надписи, сделанные хеттами, древним народом, жившим в центральной Турции, описывающие спор из-за Трои, которую они знали как «Вилуса». Ничто из этого не является доказательством троянской войны.

Был ли Парис Троянский трусом?

Отливки «Илиады» Гомера Пэрис как неумелый и трусливый. Хотя Парис с готовностью признает свои недостатки в бою, его брат Гектор ругает и унижает его после того, как он убегает с дуэли с Менелаем, которая должна была определить конец войны.

Кто убил Агамемнона? КлитемнестраСогласно греческой легенде, дочь Леды и Тиндарея и жена Агамемнона, командующего греческими войсками во время Троянской войны. Она взяла Эгиста в любовники, пока Агамемнон был на войне. По его возвращению Клитемнестра и Эгист убили Агамемнона.

Не забудьте поделиться этим постом!

Гноев ковчег – Газета Коммерсантъ № 200 (3039) от 26.10.2004

премьератеатр

Центр имени Мейерхольда сыграл премьеру трагедии Софокла «Филоктет» в постановке Николая Рощина. Мировая премьера спектакля состоялась минувшим летом в Греции на международном фестивале античной драмы, посвященном 2500-летию Софокла, а московская премьера стала последним проектом «Античной программы» Центра имени Мейерхольда. Ее завершение отмечено также показом спектаклей «Эдип» Алексея Левинского и «Персы» Теодора Терзопулоса. На «Филоктете» наслаждался и недоумевал РОМАН Ъ-ДОЛЖАНСКИЙ.

Про спектакль «Филоктет» у меня есть две новости: хорошая и плохая. Поскольку радостей в этом театральном сезоне было пока немного, потороплюсь начать с хорошей. Спектакль Николая Рощина очень выразителен, формально изыскан и, можно сказать, красив, хотя собственно сценическая фактура этого «Филоктета» скорее отвратительна, чем прекрасна. Сцена погружена в какую-то коричневую осеннюю гниль. Обращенный острием к зрителям треугольник игровой площадки присыпан горчично-бежевыми обрезками (кажется, на них пошло полтиража афиш «Античной программы»), похожими на пожухлые опавшие листья. В глубине сцены дугой выстроились колонны-трубочки, будто от распотрошенного органа. Они могут наклоняться вперед, а центральная часть «забора» — откидываться вниз, будто крепостной мостик надо рвом или трап космического корабля. К тому же эти трубочки светятся в темноте.

Вообще световая партитура и цветовая гамма спектакля выдержаны со вкусом и талантом. Лица хора будто вымазаны той же глиной, которая месится под ногами. А сами хористы смахивают не то на диких сатиров, не то на сошедших с летательного аппарата пришельцев, не то на спецназовцев, занявшихся хореографией и вокалом. Все в «Филоктете» построено на пластике и голосовых модуляциях, причем видно, что и телами и голосами своими актеры под руководством Николая Рощина занимались долго, серьезно и успешно.

Ведьмами носятся по земле и по воздуху мойры. Туда-сюда таскают сломанную ногу от какого-то гигантского манекена. Актеры выкрикивают, выплевывают, выпевают по слогам слова, слаженно выстраивают и перестраивают мизансцены, не теряя сурового напора и экстатического настроя. Правда, сложить слова в смысл невозможно. В «Филоктете» нет языка, есть только звуки. Это понимаешь, когда в русские звуки вдруг вклиниваются английские фразы, а потом выходит актер и произносит целый монолог по-корейски. Белым пятном врезается в картинку человек с окровавленными губами, который распят на столбе с растопырившимися веером стрелами. Несчастного сначала откапывают из земли, потом елозят им по полу, но и выслушивают, пока с помощью электродрели не снимают с «креста». Это и есть Филоктет. Можно подумать, что в конце он погибает, хотя наверняка этого утверждать нельзя. Спектакль длится чуть меньше часа и оставляет ощущение талантливого упражнения, сделанного людьми, которые истово преданы какой-то идее и долго трудились над ее реализацией.

Но вот что это за идея такая, остается тайной за семью печатями. Вот вам и плохая новость: к трагедии Софокла зрелище никакого отношения не имеет. В сущности никакого криминала в жанре жесткой вокально-хореографической фантазии «на тему» нет: спринтерская дистанция между литературным текстом и режиссерским решением — нормальное явление современного театра. Другое дело, что оценить полет этой фантазии можно только тогда, когда тема, от которой режиссер руками и ногами отталкивался, является, хотя бы предположительно, достоянием зрительского сознания. Но «Филоктета» у нас не то чтобы ставят на каждом углу. А на новом спектакле Центра имени Мейерхольда зритель даже приблизительно не может понять, о чем, собственно, идет речь.

Николай Рощин сначала сделал очень правильный выбор, а потом вдруг чего-то испугался и стал всячески увиливать от содержания трагедии. Что очень жалко, потому что непонятно, когда теперь еще кто-нибудь поставит «Филоктета», которого многие исследователи античности считают едва ли не первой психологической драмой в истории мирового театра. Как давно (и совершенно справедливо) поняли те же исследователи, главным героем трагедии является вовсе не простодушный калека Филоктет, брошенный с больной ногой страдать в одиночестве, а присланный к нему хитроумным Одиссеем сын Ахилла Неоптолем. Последнего Одиссей убеждает обманом получить от Филоктета лук и стрелы героя Геракла. Совестливый Неоптолем мучается и сомневается, но в конце концов задание Одиссея не выполняет — потому что предпочитает добытой обманом победе честный проигрыш. Но тут на помощь Одиссею — он появлялся, как deus ex machina,— приходит сам Геракл, это он в спектакле Николая Рощина вещает по-корейски…

В общем, много чего интересного и весьма современно звучащего написано у Софокла. Но в спектакле Центра имени Мейерхольда героя по имени Неоптолем нету как такового, а остатки его текста, кажется, растащены хором. Одиссея можно распознать только потому, что исполнителем роли значится Иван Волков, а его лицо можно узнать даже под гримом. Впрочем, не такой уж бесполезной оказалась пьеса. Главный визуальный образ Николаю Рощину (он же и сценограф спектакля) подсказал все-таки Софокл в переводе Шервинского: описывая место действия, Неоптолем говорит: «Там ворох листьев — видимо, ночуют… какие-то лохмотья, на солнце сохнут: гной их пропитал».

Статья о Неоптолеме в The Free Dictionary

Как он особо отмечает, «единство создается центральной фигурой в «Андромахе», но эта центральная фигура, вокруг которой с бесконечной тщательностью строится сюжет, — это тот, кто только появляется как труп: на самом деле центральной фигурой этой пьесы является никто. кроме Неоптолема» (1996: 143). Затем греки послали за Неоптолемом, которого Одиссей пытался убедить отправиться на Лемнос и обманом и обманом выманить лук у несчастного калеки. Неоптолемус вынужден служить в чужом доме и рожать детей своему хозяину, она предстает классической страдающей жертвой.Предполагая, что она свободно отдается Одиссею и, в конечном счете, Неоптолему, она делает себя объектом мужского взгляда. Сначала Неоптолем, следуя инструкциям Одиссея, пытается захватить Филоктета и лук с помощью обманной стратегии, которая очень полезна, так что Филоктет мало-помалу берет Неоптолема как надежного друга и вверяет этому юноше свой лук. необходимо отбить раненого лучника Филоктета и лук, подаренный ему Гераклом (или захватить только лук, в зависимости от различных противоречивых аргументов в пьесе), чтобы довести войну против Трои до победоносного завершения.Тедмансон, Д. и Вадивел, Д. 2010, «Неоптолем: государственность новой расы / войн за удовольствия?», Культура и организация, том «Феаген, Хариклея и Энагизм Неоптолема в Дельфах». В Р. Их приезд совпадает с празднованием двойной свадьбы: Гермионы (дочери Менелая и Елены) с Неоптолемом (сыном Ахилла) и Мегапентеса (незаконнорожденного сына Менелая и дворцовой рабыни) со спартанской дочерью Alector (4:3ff).(66) Программные цитаты Геллиуса из Ennian Neoptolemus (5,15,9 и 5,16,5) образуют яркий контраст с использованием той же цитаты Апулеем в Апологии 13,1: An упрямый, своевольный или воинственный персонаж, который хочет победить (Антигона в своей пьесе, Аякс в своей), или который начинает предложение с kai («И…..», такие как Филоктет и Неоптолем в «Филоктете»), или влюбленный в роскошь (Дионис в «Вакханках»), или похотливый или чрезмерно эротичный (Ипполит в пьесе Еврипида — объяснение следует), «выступит вперед». публике пятого века как Алкивиад.

определение Неоптолема в The Free Dictionary

По этой причине «Илиада» и «Одиссея» составляют сюжет одной или, самое большее, двух трагедий; в то время как «Киприя» поставляет материалы для многих, а «Малая Илиада» — для восьми: награда за оружие, Филоктет, Неоптолем, Еврипил, нищенствующий Одиссей, лаконские женщины, падение Илиона, отплытие флота. Его работа включала присуждение оружия Ахиллеса Одиссею, безумие Айаса, приведение Филоктета с Лемноса и его лечение, прибытие на войну Неоптолема, который убивает Еврипила, сына Телефа, изготовление деревянного коня, шпионаж за Одиссеем и его похищение вместе с Диомедом Палладия: анализ завершается тем, что троянцы допустили деревянного коня в Трою. Большего горя я не мог знать, даже если бы мне пришлось услышать о смерти моего отца, который сейчас во Фтии оплакивает потерю меня, своего сына, который здесь сражается с троянцами в чужой стране из-за проклятой Елены, и даже если бы я узнал, что моего сына больше нет… тот, кто воспитывается на Скиросе, если, конечно, Неоптолем еще жив.Говорят, мирмидонцы благополучно вернулись домой под предводительством сына Ахилла Неоптолема; так же поступал и доблестный сын Пойаса, Филоктет. Среди ее тем — Пентесилея и Мемнон: два способа борьбы с Ахиллесом, Неоптолем: новый Эацид на поле боя, страдающие троянцы и победоносные ахейцы, а также героическая и божественная сила. М. Винслер, С. Холл, Нью-Джерси, Лондон, Дж. П. Неоптолем. Связь диагностической амилазы сыворотки с этиологией и прогнозом при остром панкреатите. В своей трагедии Еврипид изображает историю Неоптолема, который женится на Андромахе сразу после падения Трои.Тем временем греки, которым пришлось нелегко в Трое после смерти Аякса и Ахилла, похитили троянского прорицателя, который открыл им, что они никогда не возьмут Трою, пока не пошлют за сыном Ахилла. , Неоптолем, дали ему доспехи его отца и привезли с собой в Трою лук Филоктета. заботясь о программе многословных гекзаметровых монологов от персонажей со странными именами, таких как Неоптолемус и Текмесса.

Филоктет

Филоктет , пьеса о выполнении «Правильное дело во время войны», Театр «Новая мастерская», 13–17 марта

Филоктет (Джей Никерсон), хромает зараженный укус змеи, держит волшебный лук Геракла.

Что может греческая драма, написанная в 409 г. до н.э.? означает для нации на грани войны? По словам Евгении Цицилаки, директора Новой Мастерской Новейшая постановка театра, эта особенная греческая пьеса правильный выбор.

   «Филоктет означает Тот, кто любит иметь ,» объясняет Цицилаки, уроженка Афин, которая получает степень магистра в Изобразительное искусство в режиссуре Бруклинского колледжа. «Один из самых могущественных темы в пьесе о силе, которая требуется, чтобы отпустить предвзятое мнение или давняя ненависть. Еще одна важная тема посвящена с тем, что нужно, чтобы принять правильное решение. В ситуации с высокими ставками, со многими жизнями на кону, мы все хотим поступать правильно.Как легко это выяснить, каков правильный курс действий? Филоктет касается по этим фундаментальным вопросам, которые приобретают еще большее значение в это время потенциальной войны».

    Написано Софоклом и представлено в современном В переводе покойного британского классика Кеннета Маклиша пьеса рассказывает история Филоктета, знаменитого лучника, владеющего волшебным луком Геракла. Когда началась Троянская война, к греческим героям присоединился Филоктет. Ахиллес и Улисс отправились в Трою.Но прежде чем он смог это сделать на поле боя, его укусила за ногу змея, оставив его с страшная гноящаяся рана. Так противен был запах, и Филоктет крики боли, что попутчики оставили его на острове Лемноса, на полпути между Грецией и Троей, где он жил в пещере в течение годы.

   Проходит десятилетие, и война между греками и троянцы зашли в тупик.Греки получили пророчество о том, что война будет выиграна только в том случае, если приведут Филоктета и его волшебный лук в конфликт. Когда действие пьесы начинается, Одиссей (играет как коварный манипулятор Майкла Церевелла), капитан корабля который изгнал Филоктета, убеждает Неоптолем (идеалист Брайан Пикетт), сын великого воина Ахиллеса, отправиться на Лемнос, чтобы обмануть Филоктета вернуться с ним в Трою. Но Филоктет (в бравурном исполнении Джей Никерсон), оставленный умирать своими соотечественниками, не хочет присоединяться их снова в бой.

Одиссей (Майкл Церевелла) дает последнюю минуту инструкции Неоптолему (Брайан Пикетт).

     К трем основным действующим лицам присоединились Артур Сойбель и Пол Бомба, которые играют членов экипажа корабля Одиссея. и их капитан говорит им просто соглашаться со всем, что делает Неоптолем. рассказывает Филоктет.Одиссей, со своей стороны, не осмеливается показаться, потому что Филоктет ненавидит его за то, что он бросил его умирать на острове Лемнос. Если бы Филоктет заметил Одиссея, искалеченный лучник прицелился бы волшебный лук Геракла и просверлить своенравного капитана стрелой в первая возможность.

     Неоптолему удается обмануть Филоктета, но пересматривает свои действия, и пьеса принимает несколько неожиданных поворотов перед неожиданным появлением одного из великих богов греческой мифологии на сцене.

   «Перевод Кеннета Маклиша сильный, ясно и современно», — говорит Цицилаки, который также упоминал копия пьесы Софокла в греческом оригинале, пока она руководила репетициями. «Маклиш приносит пьесу в наши уста, но не жертвует поэзия. Это прекрасно сбалансированный текст.»

    Сцена, большой грязно-коричневый круглый помост, перемежается маленькой кроличьей норой в дальнем конце — вонючей пещерой в котором Филоктет жил последние десять лет.» постановка современная, но абстрактная», — говорит Цицилаки. хотел приблизить аудиторию к дилеммам и путешествиям этих людей, не близко к древности!» 

    Филоктет будет проходить на 120-местном Новый театр Workshop в Уитмен-холле, с четверга по субботу, 13–15 марта. 20:00, со специальными утренниками в субботу и воскресенье, март 15 и 16, 14:00. Билеты стоят 5 долларов.Дополнительную информацию можно получить по телефону (718) 951-4500, или посетить Театр Веб-страница отдела.

 

Кто такой Неоптолем в «Энеиде»? – Flyingselfies.com

Кто такой Неоптолем в «Энеиде»?

Пирр. Сын Ахиллеса. Пирр, которого также звали Неоптолем, появляется в рассказе Энея об осаде Трои как жестокий убийца Приама и его сыновей.

Неоптолем в Илиаде?

Неоптолем, в греческой легенде сын Ахиллеса, героя греческой армии под Троей, и Дейдамии, дочери царя Ликомеда Скиросского; его иногда называли Пирром, что означает «Рыжий».В последний год Троянской войны греческий герой Одиссей привел его в Трою после того, как троянский провидец Гелен объявил…

Почему Неоптолем убил Приама?

«Энеида» сообщает, что Неоптолем убил Приама и многих других в отместку за смерть Ахиллеса. Неоптолем — сын Ахиллеса. Он был убит Ахиллесом, но вернулся в виде призрака, чтобы предупредить Энея покинуть Трою. Неоптолем убивает Приама — деталь аттической чернофигурной амфоры в Лувре, найденная в Вульчи.

Кто сын Ахиллеса в Илиаде?

НЕОПТОЛЕМ Неоптолем, сын Ахиллеса и Деидамии, родил Амфиала от пленницы Андромахи, дочери Этиона. Но когда он узнал, что его невеста Гермиона была выдана замуж за Ореста, он отправился в Лакедемон и потребовал ее от Менелая.

Был ли у Ахиллеса и Брисеиды ребенок?

Несмотря на слухи о его гомосексуальных наклонностях, у Ахиллеса действительно был ребенок — сын, рожденный от короткого романа во время Троянской войны.Однако после того, как Ахиллес вступил в Троянскую войну, Брисеида, дочь троянского жреца Аполлона по имени Хрис, была отдана Ахиллесу в качестве военного приза.

Какое имя у Ахиллеса?

Имя Ахиллес — преимущественно мужское имя греческого происхождения, означающее «Боль». Может быть от греческого слова «ахос», что означает «боль», или от названия реки Ахелой. Герой греческой легенды из «Илиады» Гомера, убитый стрелой в пятку.

Как улучшить произношение слова Энеида?

Вот 4 совета, которые помогут вам усовершенствовать произношение «энеиды»: Разбейте «энеиду» на звуки: [И] + [НИ] + [ИД] — произносите это вслух и преувеличивайте звуки до тех пор, пока не сможете последовательно произносить их.Запишите, как вы произносите «энеиду» полными предложениями, а затем наблюдайте за собой и слушайте.

Откуда в греческой мифологии произошло имя Неоптолем?

В это время у него был роман с принцессой Дейдамеей, которая затем родила Неоптолема. Первоначально Неоптолема звали Пирр, потому что его отец взял Пирру, женскую версию этого имени, переодевшись женщиной.

Какой полный перевод Энеиды?

19-54) Полный перевод «Энеиды» Томаса Фаера и Томаса Твина имеет все основания считаться центральной английской «Энеидой эпохи Возрождения».¹ История публикаций говорит о ст.. Посмотреть статью Чтобы заявить о своем интересе, свяжитесь с [email protected], предоставив подробную информацию о курсе, который вы преподаете.

Кто такой Неоптолем в пьесе «Филоктет»?

Неоптолем. Этот поиск является сюжетом Филоктета, пьесы Софокла. Еврипид в своей пьесе «Гекаба» (известной также как «Гекуба») имеет трогательную сцену (ll 566–575), в которой Неоптолем изображен как сострадательный юноша, убивающий Поликсену, дочь Гекубы, с двойственными чувствами и наименее болезненным способом.

Почтовая навигация

Пирр и Неоптолем — одно и то же лицо? — Первый законкомик

Пирр и Неоптолем — одно и то же лицо?

Неоптолем, в греческой легенде сын Ахиллеса, героя греческой армии под Троей, и Дейдамии, дочери царя Ликомеда Скиросского; его иногда называли Пирром, что означает «Рыжий». В последний год Троянской войны греческий герой Одиссей привел его в Трою после того, как троянский провидец Гелен объявил…

Кто убил Неоптолема?

Орест
Менелай не хотел отступать от своего слова, взял Гермиону у Ореста и отдал ее Неоптолему. Орест, оскорбленный таким образом, убил Неоптолема, когда тот приносил жертву Дельфам, и вернул Гермиону. Кости Неоптолема были разбросаны по земле Амбракии, что в районе Эпира.

Кто такой Неоптолем в Одиссее?

Неоптолем (1), сын Ахилла и Дейдамии; также известен (но не Гомеру) как Пирр. В «Одиссее» Гомера рассказывается, как после смерти Ахилла Одиссей привел Неоптолема со Скироса в Трою, где он отличился в совете и битве и был одним из воинов Деревянного коня (11.

).

Пирр был греком или иллирийцем?

Пирр (/ˈpɪrəs/; греч. Πύρρος Pýrrhos; 319/318–272 до н. э.) был греческим царем и государственным деятелем эллинистического периода.Он был царем греческого племени молоссов, царского дома Эакидов, а позже стал царем (Малалас также называл его топархом) Эпира.

Был ли у Ахиллеса и Брисеиды ребенок?

Неоптолем был единственным ребенком Ахилла Несмотря на слухи о его гомосексуальных наклонностях, у Ахиллеса действительно был ребенок — сын, рожденный от короткой связи во время Троянской войны. Однако после того, как Ахиллес вступил в Троянскую войну, Брисеида, дочь троянского жреца Аполлона по имени Хрис, была отдана Ахиллесу в качестве военного приза.

Кто убил Пирра?

Пирр, наконец, перешел не к тому человеку, и Орест зарубил его. Приятный и интересный конец: вражда Агамемнона и Ахилла повторилась в следующем поколении — только на этот раз, по крайней мере для меня, — с противоположными симпатиями.

Ахиллес был женат?

Греческий воин Ахиллес никогда не изображался в греческих историях как женатый мужчина. У него были близкие отношения с Патроклом из Фтии, которые закончились, когда Патрокл сражался вместо него в Троянской войне и умер.

Была ли у Ахиллеса девушка?

Когда Ахиллес возглавил штурм Лирнесса во время Троянской войны, он захватил Брисеиду и убил ее родителей и братьев. Впоследствии она была отдана Ахиллесу в качестве военного приза, чтобы стать его наложницей.

Что случилось с неоптолем после падения Трои?

Во время Троянской войны Неоптолем оказался жестоким человеком, убившим среди прочих Приама, Еврипила, Полита и Астианакса; он также сделал Андромаху своей наложницей.После окончания войны Неоптолем взял Андромаху и Елену и отправился в Эпир, где стал царем.

Почему Пирр вторгся в Италию?

Измученный битвами против Рима, Пирр двинул свою армию на Сицилию, чтобы вместо этого воевать против карфагенян. Птолемей II, царь Египта, установил дипломатические отношения с Римом. После войны Рим утвердил свою гегемонию над южной Италией.

Брисеида была девственницей?

Брисеида — девственная жрица Аполлона.Несмотря на то, что она была военным призом, Ахиллес и Брисеида влюбились друг в друга, и Ахиллес, возможно, отправился в Трою, намереваясь провести с ней много времени в своей палатке, как это изображено в фильме. Но затем Агамемнон забрал Брисеиду у Ахиллеса.

Почему Пирр разделил власть с Неоптолемом?

Он объявил, что разделит власть с Неоптолемусом, который поверил обещаниям человека, который, в конце концов, был его родственником. Пирр стал царем молоссов и лидером конфедерации Эпиротов во второй раз и действовал как сторожевой пес Птолемея в Европе, охраняя интересы Египта от Кассандра Македонского.

Что случилось с Пирром после его возвращения в Эпир?

Пирр вернулся в Эпир во главе армии, но, не желая вести гражданскую войну, согласился править Эпиром вместе с Неоптолемом. Вскоре оба короля начали заговор друг против друга. Пирру сообщили о заговоре против его жизни, и он решил нанести удар первым.

Как Неоптолем стал царем Эпира?

Неоптолем так и сделал. Вместе с Андромахой, Геленосом и Фениксом Неоптолем отплыл на Эпиротские острова, а затем стал царем Эпира.Вместе с порабощенной Андромахой Неоптолем был отцом Молосса и через него, согласно мифу, предком Олимпиады, матери Александра Македонского.

Сколько лет было Пирру, когда он стал царем?

Пирр стал царем Эпира в 306 г. до н.э. в возрасте 13 лет, но четыре года спустя был свергнут Кассандром. Он участвовал в боевых действиях во время Войн диадохов и вернул себе трон в 297 г. до н.э. при поддержке Птолемея I Сотера.

kyklos1: bertany — Центр греческих исследований

Спина

Эдвард Бертани В своем «Описании Греции » Павсаний приводит чрезвычайно подробный экфрас знаменитых фресок, выполненных Полигнотом в первой половине пятого века до н. э. в Книдском Леше, типе клуба, в Дельфах.Помимо описания действия на картинах, Павсаний высказывает мнение о возможных литературных источниках произведений и приходит к выводу, что стихотворение, которое он приписывает Лешесу, которого многие называют создателем Маленькой Илиады , должно иметь был главным источником вдохновения Полигнота (καθὰ δὴ καὶ Λέσχεως ὁ Αἰσχυλίνου Πυρραῖος ἐν Ἰλίου πέρσιδι ἐποίη5. 5.5.5.5.2σε, 10.2σε). Хотя он называет это стихотворение Iliou Persis , позже он указывает на множество расхождений между стихотворением Лешеса и существующей мажоритарной или канонической версией (ὁ πλείων λόγος, 10.27.1), отсылка к самому Iliou Persis , который часто приписывают Арктину Милетскому. [1] Возможно, самое значительное расхождение между этими стихами сосредоточено вокруг смерти Приама от рук сына Ахилла, Неоптолема. Эта тема была довольно популярна в древности. Многие картины на вазах шестого века и поэты, такие как Пиндар, и трагики, такие как Еврипид, изображали кончину старика.

Путем выборочной выборки этих более поздних работ в этой статье показано, что два изображения смерти Приама из эпического цикла служили общими параметрами, исходя из которых последующие отдельные художники манипулировали сценой в своих конкретных тематических целях, часто используя различные традиции в эпосах для мощного драматического и визуального эффекта.Анализируя временные и географические тенденции, я покажу, что изображения в этих последующих произведениях обнаруживают тематические расхождения друг с другом, которые, возможно, существовали в самих фрагментарных стихотворениях, и поэтому более поздние произведения также могут предоставить продуктивную площадку для сравнительного, хотя, по общему признанию, пути. умозрительное, реконструкция исходного материала в былинах. Наконец, используя описание Павсанием книдийского Леше, я утверждаю, что раздел Малой Илиады , в котором подробно описывается разграбление Трои, хотя и не включен в резюме Прокла, соперничал с Илиу Персисом по своему влиянию на протяжении всей античности. .

Если мы находим Павсания хоть сколько-нибудь заслуживающим доверия, оказывается, что поэмы из эпического цикла не всегда соответствовали четким описаниям, которые Прокл дает нам в своей Христоматии , и что эти поэмы могли быть длиннее и сложнее, чем можно предположить из резюме. [2] Кроме того, стихи из эпического цикла могли затрагивать принципиально разные темы, охватывая один и тот же предмет. Действительно, один из самых знаковых моментов разграбления Трои, смерть Приама от рук Неоптолема, получает в эпическом цикле два разных трактовки, чего нет у Прокла.В Iliou Persis Неоптолем проникает в стены Трои и быстро убивает Приама, пытающегося укрыться у алтаря Зевса Геркейоса (Proclus Chrystomathy 19–20). [3] Однако, согласно Павсанию, в Малой Илиаде Приама оттаскивает от алтаря и убивает Неоптолем у дверей дворца ( Описание Греции 10.27.2). Это гораздо больше, чем тонкое различие. Учитывая религиозные последствия действий Неоптолема у алтаря, расположение тела Приама могло либо подчеркнуть, либо сравнительно смягчить акт святотатства, и поэтому изображение этой сцены нагружено символическим значением.Помимо ограниченных фрагментов из поэм Эпического Цикла и аллюзий на сцену из «Илиады » и «Одиссеи » , найдены самые ранние из дошедших до нас свидетельств тематической трактовки смерти Приама и всех сопутствующих ей обстоятельств. на вазах и рельефах. Одним из древнейших образцов иконографии, изображающих разграбление Трои, является Миконосский пифос (Музей Миконоса 2240 г., Каталог 2) [4], датируемый второй четвертью VII в.В серии отдельных кадров этот пифос показывает деревянную лошадь, воссоединение Елены и Менелая и различные сцены порабощения или убийства женщин и детей. Хотя казнь Приама не выделена, на нескольких панелях показаны сцены, вызывающие воспоминания о персонаже, который в конечном итоге станет тесно переплетенным со смертью старика, его единственного оставшегося внука, Астианакса, сына Гектора и Андромахи. В своем изложении Илиу Персис Прокл без каких-либо уточнений утверждает, что дитя убито Одиссеем ( Христоматия 30), но в Малой Илиаде , по словам Павсания, дело совершает Неоптолем, и он делает это не по настоянию других греков, но по своей воле, швыряя ребенка от башни дворца: γέγραπται μὲν Ἀνδρομάχη, καὶ ὁ παῖς οἱ προσέστηκεν ἑλόμενος τοῦ μαστοῦ-τούτῳ Λέσχεως ῥιφθέντι ἀπὸ τοῦ πύργου συμβῆναι λέγει τὴν τελευτήν: οὐ μὴν ὑπὸ δόγματός γε Ἑλλήνων, ἀλλ ἰδίᾳ Νεοπτόλεμον αὐτόχειρα ἐθελῆσαι γενέσθαι (Андромаха в картине, а рядом стоит ее мальчик схватив ее груди, этот ребенок Lescheos говорит умерщвлен, будучи швырнул из башни, не то, что греки так распорядилась , но Неоптолем по собственному желанию хотел убить его, 10. 25.9). [5] Поэтому весьма примечательно, что на пифосе VII в. есть несколько панелей, на которых изображен греческий воин, сжимающий за ногу повисшего ребенка, в то время как женщина жалобно и беспомощно смотрит на него с протянутыми в мольбе руками [вставьте здесь рис. 1]. ]. Как разумно предупреждает Андерсон, эти панели могут быть просто общими сценами жестоких эксцессов войны, [6] а несколько виньеток показывают смерть детей, что делает невозможным определение того, есть ли конкретное упоминание об убийстве Астианакса на пифосе. .Этот мальчик, однако, позже станет главным героем тенденции постоянно усиливающегося очернения Неоптолема, движения, которое проявляется в росписи аттических ваз в позднеархаический и раннеклассический периоды. Начиная с середины шестого века вокруг смерти Приама появляется своеобразная иконография, и изображения сливаются воедино таким образом, что сочетаются самые печально известные обвинения против Неоптолема из ранних литературных источников. В этих визуальных изображениях смерть Приама происходит у алтаря Зевса Геркейоса, как это изображено в Илиу Персис , а убийство Астианакса совершает Неоптолем, деталь сюжета из Маленькой Илиады . Эти представления, однако, не ограничиваются только слиянием элементов двух литературных традиций, они фактически интегрируют убийство ребенка в сцену смерти Приама. Росписи аттических ваз выходят далеко за рамки художественной стратегии синоптического представления разрозненных событий, и Астианакс фактически становится орудием, с помощью которого Неоптолем казнит Приама на алтаре. В чернофигурной амфоре Лидоса, датируемой ок. 540 г. до н.э. (Лувр, Каталог 4), например, Неоптолем изображен стоящим над Приамом, который лежит на алтаре в окружении двух женщин в мольбе.Вместо того, чтобы швырнуть мальчика с башни, Неоптолем угрожающе держит мальчика над Приамом, как будто он собирается либо, как предполагает Андерсон [7], швырнуть мальчика в царя, либо, что еще более зловеще, использовать тело как инструмент для забить старика насмерть. Действительно, эта картина, которая становилась все более распространенной, построена так, чтобы изображать Неоптолема как прообраз жертвенного палача, с Приамом в качестве жертвы у алтаря и телом Астианакса, которое изогнуто наклонено в хватке воина. , заменяя меч.Всеобъемлющая стратегия росписей на аттических вазах той эпохи заключалась в использовании визуальных подсказок, как простых, так и новаторских, чтобы вызвать у зрителя симпатию к Приаму и осудить Неоптолема как кощунственного убийцу. Простое сопоставление улавливает Миллер, который утверждает: «С самого начала живописные и литературные традиции делают Приама симпатичной фигурой; хорошие живописцы отмечают его хрупкость… контраст между вооруженным Неоптолемосом и одетым в драпировку Приамом подчеркивает контраст между бодрой молодостью и бессильной старостью.[8] Аттическая краснофигурная чаша начала пятого века работы Онисима [Малибу, Каталог 16, вставьте сюда рисунок 2] иллюстрирует некоторые из более сложных устройств, которые художники-вазописцы использовали, чтобы привлечь внимание зрителей. к актам святотатства, совершенным греками под Троей. Центральная часть чаши изображает визуально каноническую к тому времени версию смерти Приама, когда Неоптолем приближается к нему с телом Астианакса, когда старик поднимает руки, ища убежища у алтаря. Чтобы невнимательный зритель не упустил тему святотатства, Онисим начертал эпитет бога «Геркейос» очага рядом с алтарем. [9] В той же сцене стоит Поликсена, которая, согласно Илиоу Персис , в конце концов будет принесена в жертву на могиле Ахиллеса. По периметру чаши изобилуют другие сцены святотатства и неудавшихся молений. Фигура Кассандры, например, обрамлена на фоне гигантских треножников, и она изображена отчаянно цепляющейся за статую Афины и сжимающейся при мысли о приближающемся Аяксе.В этом и других подобных представлениях Неоптолем стал центром притяжения созвездия кощунственных эксцессов, совершенных греками во время разграбления Трои. Чтобы создать этот эффект, художники используют образцы из различных источников и традиций. Во многих случаях действия Неоптолема изображаются таким образом, что представляют его как отрицательное продолжение своего отца. В г. на Кипре г., согласно краткому изложению Прокла, Ахилл устраивает засаду и убивает ребенка Троила в святилище Тимбрейского Аполлона ( Хрестоматия 79–83). Более поздние картины на вазах изображают Ахилла, швыряющего ребенка в приближающихся троянцев, что, возможно, служит образцом для смешения эпизодов Приама и Астианакса. [10] Таким образом, в преобладающей иконографии аттических ваз Неоптолем стал одномерной карикатурой на гнев, жажду крови и даже святотатство своего отца. Неистовство молодого человека безудержно и не знает границ. Однако отказ Неоптолема предоставить Приаму убежище у алтаря резко контрастирует со знаменитым, если не характерным, случаем милосердия его отца, в котором также участвует Приам, а именно тайным проникновением троянского царя в ахейский лагерь, чтобы выкупить тело Гектора. ( Илиада 24.485–670). Конечно, сравнительно сложно воссоздать детализированный характер в визуальной среде, но литературные источники подтверждают и подчеркивают различия между Ахиллесом и его сыном. Вергилий, например, дает Приаму расширенный диалог с Неоптолемом после того, как царь увидел, как погиб его сын Политес: At tibi pro scelere, восклицательный знак, pro talibus ausis,
di, si qua est caelo pietas, quae talia curet,
persolvant grates dignas et praemia reddant
corerambita dequirambita,
fecisti et patrios foedasti funere voltus.
At non ille, satum quo te mentiris, Ахиллес
talis in hoste fuit Priamo … »

Энеида 2.535–41

И [Приам] воззвал: «Ради вашего преступления и таких наглых действий
пусть боги, если есть какое-либо благочестие на небесах, что имеет значение,
отплатят за эти достойные доброты и вернут
награду, которая должна быть. Вы заставили меня взглянуть лицом к лицу на смерть моего сына
и осквернили смертью лица отцов.
Но не таков был тот, кого ты считаешь своим отцом, Ахиллес,
против его противника Приама». [11]

Поскольку сцена неумолимо приближается к смерти Приама, Вергилий сначала обращает внимание на нарушение семейного царства, когда отец вынужден наблюдать смерть собственного сына. Один только этот поступок достаточно гнусен и, по словам Надя, в древности представлялся как своего рода образное ослепление. [12] Действительно, согласно Приаму, этих нарушений достаточно, чтобы вызвать осуждение богов.

Когда Приам подчеркивает безнравственность Неоптолема, нарушившего святая святых семьи, его взаимные обвинения не ограничиваются троянским дворцом. Это также отражает раскол в доме Пелея и отрицание тесных связей, которые были главной темой Малой Илиады . Согласно краткому изложению Прокла, это стихотворение способствовало установлению тесных связей между отцом и сыном. Одиссей, например, приводит Неоптолема со Скироса и дает ему доспехи Ахилла, чья тень появляется перед его сыном ( Chrestomathy 12–13).Из двух стихотворений, повествующих о разграблении Трои, только Малая Илиада посвящена тесной связи между Ахиллесом и Неоптолемом — сходству, которое Приам решительно опровергает в Энеиде — как фрагментам и свидетельствам, касающимся Илиу Персис сравнительно лишены этой темы.

Обвинения Приама не только мало действуют на дерзкого молодого воина, но даже вызывают реакцию, которая показывает, до какой степени Неоптолем наслаждается собственным упадком. Насмешливо молодой воин говорит Приаму, что, когда старик достигнет подземного мира, он должен позаботиться о том, чтобы объявить Ахиллесу о дегенеративных действиях своего сына наверху: … «Referes ergo haec et nuntius ibis
Pelidae genitori; illi mea tristia facta
degeneremque Neoptolemum narrare memento.
Nunc morere. Hoc dicens altaria ad ipsa trementem
traxit et in multo lapsantem sanguine nati …

2.547-551

«Так пойди гонцом и доложи об этих событиях
моему отцу, сыну Пелея; о моих тяжких поступках
и его дегенерате Неоптолеме обязательно расскажите.
«Теперь умри!» Произнеся это, он потащил дрожащего Приама к главному алтарю
, когда царь поскользнулся в обильной крови своего сына.

Хвастовство воина напоминает сцену подземного мира в Odyssey , а также традиции Epic Cycle. Когда Одиссей рассказывает Ахиллесу о взятии Трои, он не упоминает о роли Неоптолема в смерти Приама (11. 530-5). Основываясь на предположении об активном обмене стихами в устной традиции, это упущение можно рассматривать как свидетельство того, что Одиссей подавляет менее пикантные действия Неоптолема в Трое, полагая, что Ахиллес не интерпретирует действия своего сына благоприятно. [13] На первый взгляд, бойня у алтаря в Вергилии хорошо согласуется с традицией Илиу Персис , а Астианакс заметно отсутствует, но Маленькая Илиада утверждает себя на нескольких уровнях и в конечном итоге затмевает своего аналога из Эпического Цикла как источник этой сцены.В частности, когда Neoptolemus активно перетаскивает Айма в отношении алтаря, чтобы убить свою жертву, это действие полностью инвертирует цель движения, найден в младшем ILIAD относительно алтаря: πρίαμον Δὲ οὐκ ἀποθανεῖν ἔφη λἐΣχερᾳ ἐΠὶὶὶονννῇνὰὰὰᾳᾳ τἑῦσθέντα ἀποσπασθέντα ἀπὸ τοῦ βωμοῦ άάάάὸῦ βωμοῦ άεεάπλῳῳ ῷῷῷεπ τῖοῳῳ ῷῷ πεεὸ τῖῖῖῳ ῆῷῆ ἰεἰὸ τῖῖῖΣ ῆῆΣ ἰἰἰἰαας Γενέσθαι ύύύραις (Лещеос говорит, что Приам не убил на очаге Бога двора, но что он утащил от алтаря и упал легко добычу в неоптильмусу у ворот своего собственного дворца , Описание Греции , 10. 27.2). Хотя из рассказа Павсания трудно сказать, был ли Неоптолем тем, кто оттащил Приама от алтаря, одна группа гомеровских кубков, источником которых является Малая Илиада Лешеха, приписывает ему эту активную роль. [14] Сначала притащив Приама к алтарю, Неоптолем Вергилия достигает высоты кощунственной дерзости, которая соперничает, если не превосходит то, что можно найти в росписях аттических ваз. В то время как иконографические изображения достигали своего эффекта, смешивая наиболее инкриминирующие элементы из соответствующих циклических поэм, Вергилий добивается своего, главным образом, инвертируя важные детали из Малой Илиады .Если Вергилий переворачивает важные детали сюжета из Малой Илиады , его характеристика Приама и Неоптолема также могла бы следовать аналогичной схеме и, таким образом, могла бы дать некоторое представление о более тонких аспектах циклической поэмы, которые утеряны для нас. У Вергилия Неоптолем входит во внутренний двор Приама не по умыслу, а скорее в погоне за быстрым Политесом, который затем умирает у ног своего отца. Однако, как только он шпионит за Приамом, Неоптолем пользуется случаем, и его действия во многом соответствуют предварительным обрядам жертвоприношения, которые здесь полностью извращены.В традиционных жертвоприношениях, например, любой признак страха или паники со стороны жертвы делает церемонию недействительной. [15] Вергилий, однако, представляет Приама, который является противоположностью добровольной жертвы. В новаторском изображении он наделяет короля воинственным характером, а старик даже пускает в одну точку неэффективное копье (2.543–44). Но в конце концов Приама дрожащего ведут ( trementem , 2.550) к алтарю, где его обезглавливают. Полезную основу для оценки таких ритуальных убийств установил Хенрихс, который проводит различие между ритуальным убийством и его метафорическим продолжением, убийством, являющимся результатом неритуального насилия, где последнее использует язык или символику первого — разница между, скажем, , жертвоприношение Ифигении и убийство Агамемнона. [16] Он также указывает, что добровольная жертва может частично смягчить тяжесть и последствия убийств, подпадающих под эти рамки. [17] Хотя Хенрикс здесь ссылается на многочисленные случаи извращенных жертвоприношений в греческой трагедии, обсуждение может быть также продуктивно применено к римской литературе и даже к политике. Убийство Т. Гракха, например, которое произошло в храме Юпитера, как говорят, было задумано П. Сципионом Насика, в то время Великим понтификом, чтобы соответствовать религиозному вмешательству consecratio , и Гракх имел репутацию слабого сопротивления.[18] Напротив, действия Неоптолема у алтаря в Энеиде полностью искажают любое подобие справедливости или святости, которое мог бы представить потенциальный агент такой практики, и молодой человек, кажется, на самом деле наслаждается ролью дегенерата. негодяй.

И в «Энеиде» , и в «Маленькой Илиаде» труп Приама оказывается брошенным на окраине дворца, но путь, по которому нужно добраться туда, существенно отличается. Окончательное расположение тела Приама в Энеиде не только служит намеком на его предшественника из эпического цикла, но также подчеркивает контраст между традиционным жертвоприношением животных, которое заканчивается пиршеством, и извращенной формой, практикуемой Неоптолемом. .Пожалуй, неудивительно, что Неоптолем, изображенный у Вергилия, — персонаж недвусмысленный. В конце концов, виньетка рассказывается с точки зрения Энея, а очернение Неоптолема соответствует программной попытке Вергилия привести римскую мифическую историю в соответствие с ее предполагаемыми троянскими корнями. Но, инвертируя цель движения Неоптолема по отношению к алтарю и отделяя характерную семейную связь между Ахиллесом и его сыном, которая была так тематически заметна в Малой Илиаде , Вергилий демонстрирует знакомство с этой циклической поэмой, а также вступает в полемику. с этим.

Если у Вергилия существовали такие сильные оппозиции, можно предположить, что в поэме, приписываемой Лешесу, Неоптолем изображен как активно пытающийся отвести обвинение в святотатстве и, таким образом, изображен в более благоприятном или, по крайней мере, более нюансированном свете. Тем не менее, даже в этой версии событий, Неоптолем не может быть полностью оправдан за свои преступления в воротах Трои. Технически он по-прежнему нарушает права просителя, [19] и из редакционной статьи Павсания ясно, что его список жертв, включая Астианакса, намного превышает число в Илиу Персис .[20] Хотя действия Неоптолема мотивированы местью и жаждой крови, действия Неоптолема в Маленькой Илиаде все еще ограничены неким подобием морального кодекса. Для сравнения, Неоптолем Вергилия является воплощением кощунственного палача, который бессмысленно ищет алтарь, чтобы убить Приама в этой символически заряженной обстановке.

Взаимодействие Приама и Неоптолема в «Энеиде» дает иллюстрацию того типа глубины, которая могла существовать в поэмах из эпического цикла и которую мы можем лишь мельком увидеть в последовавших за ними иконографических и литературных трактовках.Более того, полемика между Энеидой и Маленькой Илиадой выдвигает на первый план диапазон значений, которые могут быть спроецированы на характер Неоптолема, диапазон, который, возможно, был отражен в двух стихотворениях из эпического цикла, которые являются важными для этого обсуждения. До сих пор я сосредоточился на сценах разграбления Трои, в которых все больше подчеркивалось святотатство Неоптолема, но на картине Полигнота очевидна более тонкая версия событий, о чем свидетельствует положение тела Приама в момент его смерти. .В то время как изображение Неоптолема Вергилием было довольно односторонним, другие использовали Неоптолема как средство для более тонкого психологического и политического изучения характера.

В пьесе Софокла « Филоктет » молодой Неоптолем охвачен сложным набором конкурирующих импульсов. Хотя действие пьесы происходит в момент времени, предшествовавший непосредственному вступлению юного героя в Троянскую войну, будущие события нависают над действием. Неоптолем был завербован Одиссеем, чтобы хитростью вернуть брошенного воина Филоктета и его лук.В случае успеха Неоптолем исполнит одно из пророчеств Елены, в котором изложены необходимые условия для успешного взятия Трои. Но двуличная уловка Одиссея не устраивает сына Ахилла, о чем свидетельствует его первоначальная реакция: ἔφυν γὰρ οὐδὲν ἐἐ τέχχης Πράσσειν κααῆῆ,
οὔτ ὐατὸὸ οὔθ, ὥὥ Φαὐὐν, οὑκφύσας ἐμέ.
ἀλλ εἴμ ἑτοῖμος πρὸς βίαν τὸν ἄνδρ ἄγειν
καὶ μὴ δόλοισιν …
πεμφθείς γε μέντοι σοὶ ξυνεργάτης ὀκνῶ
προδότης καλεῖσθαι: βούλομαι δ, ἄναξ, καλῶς
δρῶν ἐξαμαρτεῖν μᾶλλον ἢ νικᾶν κακῶς.

Филоктет 87–93

Я не был рожден, чтобы действовать по ложному замыслу,
и, как мне говорят, не был моим отцом. Я
добровольно отдам себя, чтобы взять человека
силой, а не хитростью…
И все же я пришел на помощь, и не хотел бы
называться предателем. Принц, я бы предпочел, чтобы
проиграл с честью, чем победил с помощью зла. [21]

Некоторые рассматривают внутренний конфликт в Неоптолеме как свидетельство эфебного обряда совершеннолетия, когда молодые люди первоначально подвергаются испытаниям, требующим хитрости и обмана, [22] но этот анализ не может уловить психологическую сложность, присущую Неоптолемусу. действия на протяжении всей пьесы.Когда Неоптолем соглашается с планом Одиссея только для того, чтобы изменить курс, столкнувшись с мольбами страдающего Филоктета, Софокл показывает нам, что может произойти, когда унаследованные качества молодого человека, как реальные, так и предполагаемые, вступают в конфликт с действительными «дилеммами жизни». ». [23]

Как и в «Энеиде» , мертвый отец молодого человека приводится в качестве положительного примера. В эпосе Вергилия Приам довольно избирательно останавливается на редком случае жалости и сострадания, которые проявлял Ахиллес, а затем бросает это как оскорбление в адрес Неоптолема, когда молодой человек не проявляет подобных качеств.Дополнительные аспекты характера Ахилла демонстрируются и выставляются на обозрение в пьесе Софокла. Здесь Неоптолем стремится обрести дух героического подвига своего отца, а Филоктет восхваляет полководца погибшего воина arete . Эти качества противостоят предательскому плану Одиссея, который аморально готов пожертвовать любыми идеалами, которые у него могут быть, для достижения мирских целей, о чем свидетельствуют его льстивые попытки повлиять на молодого человека: / δός μοι σεαυτόν, κᾆτα τὸν λοιπὸν χρόνον / κέκλησο πάντων εὐσεβέστατος βροτῶν (Теперь, однако, дайте мне себя за один короткий, бесстыдная день, а затем остальное время может вы назвать самым праведным всего человечества, 83- 85). Попытки Одиссея убедить Неоптолема с полным основанием были названы софистами, [24] и его характер, несомненно, встретил бы осуждение у афинской публики. [25]

Хотя характеристики, связанные с отцовской наследственностью Неоптолема, подвергаются в пьесе испытанию, Софокл также показывает, что молодой человек действует в пределах своего литературного наследства. Фигура старого, израненного и брошенного Филоктета бросает жалкое зрелище, напоминающее многочисленные изображения Приама в древности.И Софокл продвигает эти параллели дальше, стараясь показать, что Филоктет является просителем прихотей Неоптолема. Мы, возможно, может представить себе Приам произнося подобные слова у алтаря Зевса Геркейоса когда Филоктет умоляет Неоптолем, чтобы забрать его из Лемнос: νεῦσον, πρὸς αὐτοῦ Ζηνὸς ἱκεσίου, τέκνον, / πείσθητι: προσπίτνω σε γόνασι, καίπερ ὢν / ἀκράτωρ ὁ τλήμων, χωλός (Согласие — клянусь богом просителей, дитя, молю, слушай: я падаю на колени, хотя я слаб, хром и несчастен, 484–486). Позже, когда Филоктет стал беспомощным из-за того, что у него сняли лук, что старик рассматривает как смертный приговор (931 г.), Неоптолем движим жалостью и он пытается исправить свой предыдущий обман, предлагая оружие назад. Эволюцию молодого человека можно рассматривать как позитивный процесс взросления, поскольку воин в конечном итоге объединяет слова и дела, чтобы убедить Филоктета участвовать в походе. В конце пьесы предписания Геракла раскрывают божественную волю Зевса и дают обоим персонажам возможность ассимилироваться с положительными ролями в обществе.Однако заключительные слова Геракла также предполагают нечто более зловещее. Когда уединенные герой состояния героя, τοῦτο δ ἐννοεῖθ: ὅταν / πορθῆτε γαῖῖ / πορθῆτε γαῖῖ ὰ, πὐσεβεῖν τὰ πρὸὸ θεεῖῖ τὰ πρὸὸ θεεύῖύ: / πΣ ἄἄλλα πάντα Δεύτερ ἡγεῖται Πατὴρ ζύύύύ (когда вы испортите землю, помните это: почитать богов; для всех это самое важное для отца Зевса, 1440–1443), оно предвещает критическое решение, с которым Неоптолем столкнется во внутреннем святилище дворца Приама у алтаря Зевса.

В целом положительная траектория Неоптолема в пьесе Софокла контрастирует с откровенно негативными изображениями, наблюдаемыми в росписях аттических ваз и у Вергилия, но широкий диапазон интерпретаций основан на двух направлениях традиции, которые очевидны в циклических поэмах. самих себя.Более пристальный взгляд на описание Павсанием картин в Книдийском Леше покажет, что Малая Илиада сильно отличается от своего эпического аналога, Илиу Персис , в изображении событий под Троей. Позиция Павсания заключалась в том, что версия года разграбления Трои в Маленькой Илиаде была более неясной, и поэтому он часто находил время, чтобы указать, когда события, изображенные на фреске в Дельфах, больше соответствовали менее популярной версии. история.Его описание, которое было настолько подробным, что позволило сделать несколько недавних попыток реконструкции, [26] таким образом, может быть использовано в качестве разумного заменителя того, что могло содержаться в самом стихотворении, особенно там, где он явно упоминает Лешеса.

Используя сложную визуальную схему, Полигнот нарисовал сцены, раскрывающие ход событий как до, так и после критических моментов насилия. Например, мы видим, что Кассандра, цепляясь за свергнутую статую Афины, и Ajax, делая клятву на алтаре Афины в последствиях изнасилования: ἴἴαΣ Δὲ ὁ ἰὁΛέΩς ἔχων ἰΣΠπΔα βωμῷ ΠροσέΣτδκκ,, ὀὀύύμενοςὑ ὑπὲρ τῦῦἐ κανννάάδδδ, сын Олея, держащий щит, стоит у алтаря, принося клятву о надругательстве над Кассандрой, География Греции 10.26.2). Художник здесь предпочитает подчеркнуть успешную мольбу Аякса, которого, согласно Проклу в его кратком изложении Iliou Persis ( Chrestomathy 16–25), греки предполагали забить камнями до смерти в наказание за тяжесть его преступления. в святилище. Поликсена также изображена, но любая связь с ее возможной жертвой в гробнице Ахиллеса, которая упоминается в Iliou Persis , должна быть предоставлена ​​зрителем, как это делает Павсаний, когда он заявляет, что видел такие изображения в Афинах и другие регионы (10. 25.10). Возможно, наиболее примечательной из всех деталей является то, что ребенок Астианакс все еще находится на руках Андромахи (10.25.9), а Приам лежит среди груды трупов (10.27.2), а Неоптолем изображен как единственный грек, все еще сражающийся с троянцами. В отличие от аттической вазописи, его противниками в действии картины являются не младенцы и беззащитные старики, а вооруженные воины.

Если Илиу Персис был, как предполагает Павсаний, канонической версией разграбления Трои в начале пятого века, то почему Полигнот решил смоделировать смерть Приама и, согласно Павсанию, многие другие мелкие детали, на Маленькой Илиаде и запечатлеть действие в моменты времени, которые, казалось бы, смягчили эксцессы греков под Троей? Несколько комментаторов попытались объяснить мотивы выбора художника и увидеть сильную связь с политическими событиями того дня, особенно с событиями в Афинах.В обширном анализе книдийского Леше Кебрик, который датирует картины 469 г. до н.э., видит ряд соответствий между книдийцами и афинянами. В частности, он видит события, связанные с персидской войной, когда Афины были временно взяты, а книдийцы перешли под персидский контроль, как сильно информирующие картины. Более того, он видит книдскую благодарность Кимону, триумфальному афинскому полководцу во время битвы при Евримедонте, как мотивирующий фактор для создания картин в Дельфах.[27] Позже Кастриота продолжает то, на чем остановился Керик, и расширяет аналогию до северных метопов Парфенона, утверждая, что Полигнот инициировал преобразование Илиуперсиса из того, что исторически было историей чрезмерности со стороны ахейцев, о чем свидетельствует нарушение святилища, к рассказу греческого arete и sophrosyne против персидского высокомерия . [28] Чтобы добраться туда, он сначала объединяет образы картин в Книдийском Леше и Стоа Пойкиле: «Для Полигнота решение проблемы также зависело бы от того, чтобы избежать или смягчить те аспекты Илиуперсиса, которые плохо отражались на Греки… И более пристальный взгляд на троянские росписи в Леше и Стоа Пойкиле показывает, что именно это он и делал. [29] Однако по сравнению с книдским Леше, где мы имеем обширное описание от Павсания, относительно мало сведений о живописи Стоа Пойкиле, так что для такого смешения и тем более для переноса на северные метопы Парфенона. Главной темой аттической иконографии до этого времени было освещение бесчинств греков в Трое, а Неоптолем служил его центральным местом. Однако Глория Феррари эффективно опровергает идею о радикальной трансформации интерпретации мифологии, окружающей Илиуперсис, когда она заявляет: Некоторые могут подумать, что в Ilioupersis сила и высокомерие квалифицируют Atreidae лучше, чем Priam.И, как признает Кастриота, ревизионистские версии представляемого им мифа не находят отклика в афинской трагедии и вазовой росписи… Чтобы передать ощущение праведной победы, тема должна быть наполнена совершенно иным смыслом, чем обычно. имел, а не просто переформулировать в более оптимистичных терминах. Эта операция полностью разрушит мифическую основу, к которой она принадлежит. [30] Упомянутая здесь мифологическая структура включает в себя всеобъемлющую структуру эпического цикла, который, конечно же, включал в себя Ностой и другие истории, которые включали возвращение греческих героев, которые в конечном итоге были вынуждены различными способами искупать свои действия в святилища Трои. Хотя дискуссия Феррари здесь касается метоп Парфенона в Афинах, это столь же верный аргумент в отношении книдийского Леше. Даже если Полигнот решил использовать Маленькую Илиаду в качестве литературной модели, а его техника изображения последствий разграбления имела тенденцию преуменьшать распутное поведение греков под Троей, этот выбор был скорее вопросом акцента, чем мифологической ревизии. , и ахейцы не полностью оправданы за свои проступки. [31] Как мы видели, элементы обоих эпосов уже давно были объединены в иконографии и в других местах, и любая конкретная версия всегда будет иметь ссылку на альтернативную традицию посредством этих исторических ассоциаций.

Действительно, такие авторы, как Еврипид, явно играют с этой мифической взаимосвязью. В « Троаде », где сюжет разворачивается ближе к концу разграбления Трои, акцент с картины Полигнота смещен на противоположный. Поскольку она возмущена нарушением Аяксом ее святилища, но еще больше тем фактом, что ахейцы не наказали его коллективно, Афина пытается заключить договор с Посейдоном, чтобы затопить греческие корабли, возвращающиеся домой (69-71). Позже Hecuba поражает смерть Приама, заявив, что она не узнала о гибели своего мужа слухи, а скорее увидела ее своими глазами, когда он был убит на очагах ALTAR (καὶ τὸν Φυτουργὸν πρίαμον ὐὐὐύΣ ἔκλαυσα, τοῖσδε δ᾽ εἶδον ὄμμασιν αὐτὴ κατασφαγέντ᾽ ἐφ᾽ ἑρκείῳ πυρᾷ, 481–483).

Здесь авторитет, который Гекуба черпает из очевидца, метапоэтически пытается исключить возможность альтернативной традиции. Неоптолем здесь не упоминается, и он также не имеет никакой роли в гибели Астианакса, сброшенного с башни по настоянию Одиссея, но только после голосования собравшихся ахейцев (720 г.). Основное внимание уделяется коллективной вине греков. Учитывая, что пьеса была поставлена ​​в 415 г. до н.э., многие интерпретировали драму как комментарий к современным событиям во время Пелопоннесской войны, особенно к осаде Мелоса афинянами и последующей резне и порабощению его населения.[32] Акцент пьесы на коллективной ответственности, которую можно рассматривать как побочный продукт демократического общества, локализует драму и, кажется, поддерживает эту позицию. Независимо от конкретной интерпретации, идея коллективной вины в пьесе очевидна благодаря сопоставлению с ее эпическими предшественниками. Хотя внешний сюжет тесно связан с Илиоу Персис , история, как мы видели с Энеидой , приобретает остроту благодаря контрасту с Маленькой Илиадой .Действительно, Павсаний, кажется, знает об этой связи, когда он заявляет, что в Малой Илиаде Неоптолем взял на себя личную ответственность за смерть Астианакса, и решение не вытекало из коллективного договора (οὐ μὴν ὑπὸ δόγματός γε Ἑλλήνων, 10.25.9 ). В пьесе Еврипида роль Афины и коллективная вина демократического собрания выдвигаются на первый план через отношение к противоположной ей традиции.

Если местные афинские заботы помогли сформировать интерпретацию разграбления Трои в Троаде , то, несомненно, особенности местности, где находился книдский Леше, могли ускорить идиосинкразический акцент в теме на картине Полигнота.В частности, у Неоптолема были прочные ассоциации с Дельфами. Многие комментаторы выходят критически мотивирующие силы для художника, который был обусловлен местными проблемами, и что сами Павсания явно адреса: Νεοπτόλεμον δὲ μόνον τοῦ Ἑλληνικοῦ φονεύοντα ἔτι τοὺς Τρῶας ἐποίησεν ὁ Πολύγνωτος, ὅτι ὑπὲρ τοῦ Νεοπτολέμου τὸν τάφον ἡ γραφὴ πᾶσα ἔμελλεν αὐτῷ γενήσεσθαι (Неоптоль — единственная из греческой армии, представленная Полигнотом как все еще убивающая троянцев, по той причине, что он намеревался поместить всю картину над могилой Неоптолема, 10.26.4). Предложение Павсания выше не следует воспринимать буквально, но вместо этого оно указывает на то, что близость Книдиана Леше к фокусу культа героя, предполагаемому месту захоронения Неоптолема, помогла определить выбор художника.

Мифология, окружавшая Неоптолема, была особенно актуальна для дельфийцев, поскольку сыну Ахилла не только противостоял их бог-покровитель Аполлон, но и в нескольких версиях его мифа он умер и был убит в Дельфах и в конечном итоге стал объектом героя. культ.[33] Некоторые фрагменты Малой Илиады подтверждают утверждение Павсания, что Полигнот использовал это стихотворение как модель для картины. Например, когда Павсаний заявляет, что, согласно Лешесу, Неоптолем несет ответственность за убийство Астианакса (10.25.9), он описывает сцену из картины, в которой Астианакс крепко держится за грудь своей матери, деталь, которая повторяется в фрагмент, найденный в комментарии Цецеса (Davies fr. 20). Выбрав Маленькую Илиаду в качестве модели для своей картины, Полигнот выбрал вариант разграбления Трои, который подкреплял роль Неоптолема и в то же время смягчал обвинение в святотатстве.Согласно Павсанию, Неоптолем был ответственен за ряд убийств, помимо Астианакса, которые были описаны в Малой Илиаде , а не Илиу Персис . Хотя действия Неоптолема в Малой Илиаде по-прежнему заслуживают порицания и являются чрезмерными, они указывают на то, что им более движет желание уничтожить род Приама, чтобы отомстить за смерть Ахилла, чем удовольствие от беспричинного или кощунственного насилия. Затем Полигнот берет модель Малой Илиады и продвигает ее еще дальше в направлении смягчения религиозных нарушений греков, особенно со стороны Неоптолема, что объясняется необходимостью места в Дельфах. Мощный символ святотатства, алтарь Зевса, не исчезает полностью, но в противоположность тому, что мы видели, он отходит на задний план, как ясно показывает описание Павсания. [34] Павсаний также рассказывает нам о церемониальном кресле, которое дельфийцы приготовили для поэта Пиндара, когда он пришел в святилище, чтобы сочинять стихи Аполлону (10.24.5). Говорят, что, как и у Неоптолема, у Пиндара были бурные отношения с дельфийцами. [35] В «Пеане 6», придерживающемся триадной структуры, вторая триада содержит то, что кажется дельфийским ответом на поэтическое заклинание вступительной триады, где ряд настойчивых утверждений от первого лица предполагает, что поэт прибыл на место. Дельфийская почва для устранения местного недостатка в сборе хора.Таким образом, вторую триаду можно интерпретировать как дельфийскую защиту, где они используют миф о Неоптолеме, чтобы утвердить свою традиционную юрисдикцию над культом Аполлона. В этом исполнении мифа Аполлон, как говорят, принимает форму Париса и выпускает роковую стрелу, которая убивает Ахилла. Подобное действие приписывается Аполлону в пророческих строках, описывающих его мотивы убийства Неоптолема в Дельфах: ὤ̣ [γὰο] σε [Γὰρ θ] σός,
Γέ [ρον] θ̣ ‘ὅ̣ [τι] πρία πὅ̣ π [ρ] πὸ ἑρκεῖῖῖἤ ἤναρε
βωμὸν ἐ [πεν] θορόντα, ήή νιν ὔὔφρον’ ἐΣ οἶ [κ] ον
̣ή̣ήτ ‘ἐπὶ γῆρας ἱἱἱμμ βίοο ·ἀἀφππλᾶ βὲ
μυρπᾶᾶ πὲ
μυρᾶᾶᾶ Πεὶὶ τυᾶᾶ Δηρᾶ] πζζὶμμᾶ Δηρ]] αζζμ ᾶ δάάάvв
τεο]] νϊϊϊ ΦίΛῳ ΓᾶΣ Παρ’ ὀμφαλὸν ὐὐὐὐύ.
ἰῆτε νῦν, µέτρα π̣αιηόν]ων ἰῆτε, νέοι «Пеан 6» 112–118 [36]

Ибо бог поклялся
, что из-за того, что он убил престарелого Приама, когда тот прыгнул к алтарю
Зевса Геркейоса, он не достигнет ни своего доброго дома
, ни старости в жизни. Когда он спорил о своих обширных прерогативах, Аполлон убил его 90 119 в его собственном святилище широким пупом земли.
Т. е. , пой т. е. ныне—меры пеанов — пой т. е. , юноши

Здесь поэт совмещает убийство Приама и симметричное наказание Неоптолема, где, как указал Надь, основное внимание уделяется антагонизму между героем и богом: и в честь Аполлона мы должны особенно помнить о центральной роли его героя как ритуального антагониста бога. Ибо мы видим здесь поразительную иллюстрацию основного принципа эллинской религии: антагонизм между героем и богом в мифе соответствует ритуальным требованиям симбиоза между героем и богом в культе». [37]

Это движение от антагонизма к примирению присутствует и в триадической структуре самого пейана, который соответствует символическому агону между тремя сторонами, представленными в поэме: поэтическим голосом, дельфийцами и эгинянами, прибывшими в отпраздновать Феоксению, ритуальное исполнение божественного пира.Можно сказать, что многие «прерогативы» (µυριᾶν περὶ τιµᾶν, 116), которые Неоптолем преследовал в Дельфах в мифической парадигме, являются намеком на любые современные внешние стороны, которые, по мнению дельфийцев, могли стремиться бросить вызов их позиции, такие как эгинцы. или даже самого поэта. [38] Таким образом, подкрепляя роль Неоптолема и делая его еще более достойным противником — отважный герой несет единоличную ответственность за разграбление Трои, согласно песне Пиндара (103–104), — дельфийский хор одновременно приукрашивает статус своих бога-покровителя Аполлона и отдает дань уважения процветающему культу героя Неоптолема. В отличие от мифической парадигмы второй триады, где дельфийцы трубят о карающем Аполлоне, третья триада, где представлены эгиняне, имеет примирительный тон. Таким образом, пэан охватывает и воссоздает напряжение, которое может возникнуть, когда произведение заказано внешним лицом, таким как эгинитяне, для исполнения в контексте всеэллинского святилища в Дельфах. Конечно, перипатетический поэт Пиндар, имевший отношения как с эгинитами, так и с дельфийцами, мало чем отличается от Полигнота, который, помимо работы над книдским Леше в Дельфах, написал Илиуперсис для Стоа Пойкиле в Афинах.Если сравнить версии смерти Приама, воплощенные в картине Полигнота, и в пэане Пиндара — двух произведениях, пересекающихся во времени и географически, — между ними, на первый взгляд, угадывается широкая тематическая пропасть. На картине Приама оттаскивают от алтаря и он лежит мертвым, что, по сравнению с предыдущими иконографическими изображениями, уменьшает обвинение в испорченной жертве. Хотя Пиндар в некотором смысле сохраняет жертвенник как место смерти Приама, он также уменьшает потенциальные обвинения против Неоптолема. Его Приам не немощный старец с протянутой в мольбе рукой; вместо этого он энергично прыгает к алтарю в последнем акте самосохранения. У Пиндара есть даже двусмысленность в фактическом положении Приама в момент его смерти. Мы знаем, что он прыгает (ἐ[πεν]θορόντα, 114) [39] к убежищу жертвенника, но достиг ли он его? Хотя его действий, очевидно, было достаточно, чтобы ускорить возмездие Аполлона, Пиндар оставляет место для сомнений, поскольку сцена находится на грани между двумя эпическими традициями.Таким образом, географическое положение Дельф, всеэллинского святилища Аполлона, где у Неоптолема также был культ героя, оказало сильное влияние как на визуальное, так и на литературное представление смерти Приама. Выбрав в качестве своей темы разграбление Трои, художники Пиндар и Полигнот дали своим клиентам тему, которая многозначна и заключает в себе напряжение, подходящее для всегреческого святилища Аполлона. В конечном счете, если они решили смягчить кощунство Неоптолема, можно сказать, что их сосредоточенность и тонкое манипулирование темой были обусловлены в большей степени местными проблемами, чем политической ситуацией, с которой столкнулась Греция в ту эпоху. Хотя продолжающееся напряжение между греками и персами в это время вполне могло быть фактором в выборе макротемы Илиуперсиса в Дельфах, я утверждал, что предполагаемый эффект этого выбора следует рассматривать в сочетании с особенности сайта и сторон в первую очередь связаны с этими конкретными работами. Действительно, тематическое развитие поэм из «Эпического цикла», несомненно, определялось сходными местными интересами, хотя в древности не было единого мнения относительно фактического географического происхождения эпоса.[40]

Сосредоточившись на сцене смерти Приама, я попытался показать, что элементы обоих циклических эпосов о падении Трои сохранились в последующих произведениях. С самого начала художники сливали, противопоставляли и сопоставляли темы, которые присутствовали как в Iliou Persis , так и в Little Iliad . Тот факт, что Прокл не включил краткое изложение описания разграбления Трои в Маленькой Илиаде, может создать впечатление, что Илиу Персис пользовался каноническим статусом в более поздней античности, и это восприятие сохраняется и по сей день. Поразительный визуальный образ Приама у алтаря, безусловно, имел иконографическую и тематическую привлекательность, которая только усиливалась включением детали Астианакса из Малой Илиады . Когда более поздние произведения объединяли воедино важные детали из этих ранних эпосов, этот процесс, как правило, маскировал тот факт, что стихи из эпического цикла, безусловно, могли преследовать другую тематическую повестку дня. Если бы не описание Павсанием Книдского Леше, альтернативная традиция Малой Илиады , возможно, была бы потеряна для нас, но ее присутствие продолжало бы таиться даже под поверхностью произведений, которые внешне гораздо больше похожи на Илиоу. Персис .

Цифры

Рис. 1. Рельефный пифос из Миконоса, седьмой век до н. э., Миконосский музей 2240 г. Фрагмент отдельной панели.

Рис. 2. Аттическая краснофигурная чаша работы Онисима, начало V века до н. э., Музей Дж. Пола Гетти, Малибу, Калифорния.

Работы цитируются

Андерсон, М. 1997. Падение Трои в ранней греческой поэзии и искусстве. Оксфорд.

Бланделл, М. В. 1988. «Физис Неоптолема в Филоктете Софокла». Греция и Рим 35:137-148.

Берджесс, Дж. 2009. Смерть и загробная жизнь Ахиллеса . Балтимор.

———. 2001. Предание о Троянской войне у Гомера и эпический цикл . Балтимор.

Burkert, W. 1985. Греческая религия . Кембридж.

Карлевале, Дж. 2000. «Образование, Фузис и свобода у Софокла Филоктет » Арион 8.1:26-60.

Кастриота, Д. 1992. Миф, этос и реальность: официальное искусство пятого века до н.э. Афины . Мэдисон

Кольридж, Э.Дж., пер. 1913. Euripidis Fabulae, vol. 2. (изд. Гилберт Мюррей). Оксфорд.

Croally, N. 2007. Еврипидова полемика: троянские женщины и функция трагедии . Кембридж

Карри, Б. 2005. Пиндар и культ героев . Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

Davies, M. 1988. Epicorum Graecorum Fragmenta .Геттинген.

Феррари, Г. 2000. «Илиуперсис в Афинах», HSCP 100:119-150.

Хенрихс, А. 2000. «Драма и дромена: кровопролитие, насилие и жертвенная метафора у Еврипида». Гарвардские исследования классической филологии 100:173-188.

Джонс, Х.Л., пер. 1918. Павсаний. Описание Греции . Кембридж.

Караканца, Э. (ожидается). «Анатомия Полиса. Размышления о полисных структурах в трагедии Софокла. Классика Ирландии.

Кебрик, Р. 1983. Картины в книдском Леше в Дельфах и их исторический контекст. Лейден.

Курке, Л. 2005. «Хоровая лирика как« ритуализация »: поэтическая жертва и поэтическое эго в Шестом паяне Пиндара». Классическая древность 24 (1): 81-130.

Миллер, М. 1995. «Приам, царь Трои» в The Ages of Homer , ред. Картер Дж. и Моррис С., 449–466. Остин.

Надь, Г.1981. Лучшие из ахейцев: представления о герое в архаической греческой поэзии . Балтимор.

———. 2009. Гомер Преклассический . Веб. https://chs.harvard.edu/chs

Резерфорд, И. 2001. Пеаны Пиндара: чтение фрагментов с обзором жанра . Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

Шейд, Дж. 2003. Введение в римскую религию . Блумингтон.

Stansbury-O’Donnell, D. 1989. «Polygnotus’ Iliupersis: новая реконструкция», AJA 93.

Торренс, Р., пер. 1966. Софокл. Женщины Трахиды и Филоктета . Бостон.

Varhelyi, Z. 2011. «Политическое убийство и жертвоприношение: от Римской республики к империи» в Древнем средиземноморском жертвоприношении , ред. Райт Кнаст, Дж. и Вархели, З., 125–139. Оксфорд.

Vidal-Naquet, P. 1986. «Возвращение к черному охотнику» в Antiquities: Postwar French Thought, vol. 3 , ред. Надь Г., Лоро Н. и др., 2001. Нью-Йорк.

Вест, М. Л. 2003. Фрагменты греческого эпоса: от седьмого до пятого веков до н.э. . Кембридж.

Сноски

[ Назад ] 1. Если не указано иное, когда я ссылаюсь на стихи из «Эпического цикла», я следую тем же правилам правописания, что и Burgess 2001:xiii-xiv. Используются латинизированные или англизированные названия, за исключением Iliou Persis . [ Назад ] 2. Точка зрения, которую эффективно отстаивают Burgess 2001: 22–32 и в других местах. [ назад ] 3. Цитаты Прокла – это номера строк из соответствующих разделов Дэвиса.[ назад ] 4. Каталожные номера, приведенные здесь, соответствуют Андерсону 1997: 274–277, который также дает обширный анализ иконографии вокруг разграбления Трои (179–265). Эта статья обязана ему объединением работ, относящихся к разграблению Трои. [ назад ] 5. Переводы Павсания сделаны Джонсом, Х.Л., 1912. [ назад ] 6. Андерсон 1997:188. [ назад ] 7. Андерсон 1997:218. [ назад ] 8. Миллер 1995:452. [ назад ] 9. Полезный обзор иконографических изображений того периода, включая обсуждение этой чаши, см. в Ferrari 2000:122–123.[ назад ] 10. Андерсон 1997:193–194. [ назад ] 11. Переводы Вергилия принадлежат мне. [ назад ] 12. Nagy 2009:§340. [ назад ] 13. Андерсон 1997:48. [ назад ] 14. Pocula Homerica MB 27-29, Sinn. 94–96 (Запад 139н.47). [ назад ] 15. Стадии римского жертвоприношения см. в Scheid 2003:82–83. [ назад ] 16. Хенрихс: 2000:182–183. Примечательно и то, что воины, павшие в бою, никогда не описываются в столь обрядовых терминах. [ назад ] 17. Хенрихс 2000:178. [назад] 18.Varhelyi 2011: 125-130. [ Назад ] 19. В целом, нарушение святилищ и техническое положение просителей были темами беспокойства в других местах греческой литературы и истории. Геродот, например, приводит следующий отчет о восстании на острове Эгина: «один из [узников] вырвался из своих оков и убежал к воротам храма Деметры Фесмофора (Законодательницы), где он ухватился за дверь -ручки и цеплялись за них. Они не могли оторвать его силой, поэтому они отрубили ему руки и унесли его, оставив эти руки крепко вцепившимися в дверные ручки [и за это они были прокляты]. ( Истории 6.91, пер. Годфри). [ назад ] 20. Эионей и Агенор среди прочих ( География Греции 10.27.2). [ назад ] 21. Перевод Торранса: 1966 г. [ назад ] 22. Видаль-Наке 2001:93–94. [ назад ] 23. Бланделл 1988:138. [ назад ] 24. Карлевал 2000: 26–60. [ назад ] 25. Караканца, Э. (ожидается: 17). [ назад ] 26. Стэнсбери-О’Доннелл 1989:209. [ назад ] 27. Кебрик 1983:1–13. [ назад ] 28. Кастриота 1992:86. [назад] 29.Кастриота 1992:109. [ назад ] 30. Феррари 2000:125–126. [ назад ] 31. В Nostoi Неоптолема посещает Фетида, которая советует ему задержаться в Трое и принести жертвы. Он это делает и идет по суше до молосцев, где его узнает Пелей. У других ахейцев, таких как Аякс, дела обстоят не так хорошо (Proclus Chrestomathy 20–28). [ назад ] 32. Краткий обзор научных дебатов по этой теме см. в Croally 2007: 231–233. [ назад ] 33. Большинство считает, что это развитие произошло в шестом веке (Currie, 307 n. 69). [ назад ] 34. Андерсон (1997:250) также отмечает, что роль жертвенника здесь сохраняется, хотя и уменьшается. [ назад ] 35. Это обвинение проистекало из того, что он сочинил две поэмы, «Пеан 6» и «Немей 7», которые включали в себя действия Неоптолема, и эти две композиции сильно различались по трактовке и смерти героя. Хотя теория извинений, согласно которой Пиндар сочинил «Немейскую 7» и изобразил смерть Неоптолема от рук дельфийских жрецов, чтобы отплатить дельфийцам за потенциальное оскорбление в «Пеанской 6», была в значительной степени развенчана (см. , 330–331), правда, в «Песне 6» можно обнаружить определенное напряжение между различными представленными партиями.[ назад ] 36. Переводы Пиндара сделаны Резерфордом. [ назад ] 37. Nagy 1981: Chapter 7 §4. [ назад ] 38. Лесли Курке провел обширное исследование этого пения, которое прокладывает нам долгий путь к пониманию напряженности, которая могла существовать между дельфийцами, с их гегемонией в распределении жертвоприношений, и внешними общинами, которым нужно было путешествовать в Участок Аполлона по религиозным и церемониальным причинам (95–103). [назад] 39. ср. Выбор Вергилием причастия примерно в той же позиции: trementem .( Энеида 2.550). [ назад ] 40. Древние источники, которые приписывают Маленькую Илиаду Лешесу, относят его, например, к Пирре, Лесбосу и Митилене. Прокл считает, что Илиоу Персис происходит из Милета. См. Burgess 2001:163–165 об этом регионе, прежде всего в связи с Aethiopis .

Был ли сын Ахиллеса психопатом?


Неоптолем убивает Приама

Кэролайн Лоуренс

Пирр скоро будет здесь, пропитанный кровью Приама.Он тот, кто убивает сын перед лицом отца, и отец у жертвенника.

« Энеида » Вергилия — это эпическая поэма, повествующая о История основания Римской империи троянским героем Энеем. Это латинский ответ на греческие эпические поэмы Гомера: «Илиада», («Гнев Ахиллеса») и «Илиада». Одиссея (Путешествие домой Одиссея). Все три стихотворения посвящены троянцу. Война и ее последствия. Все три считаются великими шедеврами западной литературы.Гомер сочинил около 800 г. до н.э. Вергилий писал около 8 до н.э., восемь веков спустя.

« Энеида » Вергилия состоит из двенадцати книг. дактилического гекзаметра. В настоящее время я посещаю уроки городской литературы, чтобы поддерживать свежесть своей университетской латыни, и сейчас мы читаем Книга вторая. Это великолепно. (Мой бедный муж Ричард, вытерпев много лет страха и палки на уроках латыни, так и не получил в конце своих страданий даже награды Вергилия, а только проход Цезаря и его багаж, застрявший в болоте.) Вторая книга Вергилия « Энеида » посвящена троянскому коню и разграблению Трои. Это кошмарно красивое произведение искусства. Это одна из двух книг, которые больше всего нравятся тем, кто хочет читать часть эпической поэмы Вергилия на латыни. (другой это романтически-трагическая Книга Четвертая, повествующая об обреченной любви Дидоны и Энея. )
Лаокоон и его сыновья, пожираемые морскими змеями
Во второй книге Вергилий рассказывает историю разрушение Трои в серии ярких сцен, полных поразительных визуальных образов, некоторые из которых породили искусство на протяжении веков: как гора ( возраст montis equus ), жрец Лаокоон и его сыновья корчатся под натиском двух чудовищных морских змей, Энея бежать из горящего города, неся на спине отца и прижимая к себе сына Асканий за руку.

Хотя Вергилий писал более двух тысяч лет назад, его манера

перехода от сцены к сцене всегда кажется мне кинематографической. Если бы он был жив сегодня, он мог бы быть создание фильмов в стиле Гильермо ‘ Лабиринт Пана ‘ дель Торо или Анг ‘ Жизнь Пи’ Ли. В сценах Вергилия всегда есть движение, и он часто показывает их с неожиданных сторон. Ближе к концу второй книги Эней взбирается на крышу дворца Престарелый царь Трои Приам. Оттуда он наблюдает за ужасами, которые разворачиваются внизу.Его точка зрения почти всеведуща, но он бессилен помочь. Открыть чтобы увидеть дом внутри и открытые длинные дворы…
( Энеида II.483)
Троянский конь

В одной леденящей душу сцене из Книги Второй: Вергилий показывает нам лошадь ночью, когда она «рождает» греков, которые прятался в своем «деревянном чреве». Воины выходят из своего темного заключения, чтобы атаковать несчастных троянцев, уснувших после празднования окончания десятилетней осады и в блаженном неведении о том, что их конец близок.Некоторые из самых свирепых и храбрых греков спускаются по веревке на скользящих губках: Менелай, Одиссей и Неоптолем, сын-подросток Ахиллеса.

В В «Одиссее Гомера» ( Odyssey XI.526ff) есть еще один рассказ об этом происшествии, в котором нам сообщается, что Неоптолем был единственным из греков, не плачет и трясется от страха. Моей первой мыслью при чтении этого было то, насколько умен Гомер, представивший ужас этих обычно храбрых героев. Это была не атака, предпринятая в пылу битвы, а небольшая группа людей в темном замкнутом пространстве, рискующая быть обнаруженной и медленной смертью.Моя вторая мысль заключалась в том, почему Неоптолем был единственным всех греков кто не боялся?

Недавно я прочитал книгу Джона Ронсона «Тест на психопата » и был поражен некоторыми особенности людей с психопатическими наклонностями. Одним из самых удивительных является то, что они не боятся боли. столько же, сколько нормальные люди, и поэтому часто кажутся бесстрашными. В середине 1960-х тюремный психолог Роберт Хэйр провел серию экспериментов с добровольцами-психопатами и непсихопатами.

Он хотел выяснить, что отличает психопатов от «обычных преступников». Он обнаружил, что, когда им говорили, что они получат безвредный, но болезненный удар током, психопаты не боялись этого так сильно, как другие. Даже когда они почувствовали его неприятные последствия, их это не беспокоило. Как будто им не хватало определенной способности воображать боль. Теория Хэйра состоит в том, что миндалевидное тело («рептильная» часть мозга) у психопатов отличается.

Заяц в конце концов составил список из двадцати критериев для человек с психопатическими наклонностями.Контрольный список включает следующие:

бойкость/поверхностное обаяние, грандиозное чувство собственного достоинства, потребность в стимуляции/склонность к скука, патологическая ложь, хитрость/манипулятивность, отсутствие раскаяния или вины, черствость/отсутствие сочувствия, преступность среди несовершеннолетних и криминальная универсальность.

Еще одна яркая характеристика психопатов — и самое пугающее — это отсутствие у них сочувствия. Подобно тигру, медведю или змее, они убивают бесстрастным взглядом. У сына Ахилла Неоптолема есть прозвище, Пирр («огненный») по метрическим причинам, но, возможно, для описания его огненно-рыжих волос и темперамента.(N.B. Пирр, сын Ахилла, — это , а не , чтобы его можно было спутать с историческим Пирром, давшим свое имя термину «Пиррова Победа». )

Но Неоптолем, он же Пирр, не всегда вспыльчив. Иногда он хладнокровен, как змея: Стоя на пороге дворца Приама стоит Пирр, ликующий в своем оружии и сверкающие бронзовые доспехи. Как змея, которая наелся ядовитых трав и зимовал в мерзлой земле, теперь он поднимается вверх на свет и сбрасывает свою старую кожу.Гладкий от юности, он крутит скользкой спиной, приподнимает грудь к солнцу, открывает рот и мерцает три раздвоенных языка. ( Энеида II. 469ff) Греческие и латинские поэты имели определенную широта в описании мифических персонажей, но меня восхищает то, что и Гомер, и Вергилий изображают Неоптолема жестоким и бесчувственным.
Сказав призраку Ахиллеса, что Неоптолем был единственным из греков, скрывавшихся в троянском коне, кто не был дрожа от страха, Одиссей также говорит, что в бою Неоптолем был бесстрашен и всегда продвигался далеко в Свинец.( Одиссея  XI.526ff)
Молодой, красивый и психопат?
Он был одним из «самых красивых мужчин, которых я когда-либо видел, — добавляет Одиссей (психопаты часто очаровательны и харизматичны) и уходит. чтобы сказать Ахиллесу, что его сын уплыл невредимым со своей добычей. Тактично он не упомянуть, что «призом» была Андромаха, жена Гектора, или что Неоптолем жестоко зарезал на его глазах одного из сыновей старого царя Приама, а затем убил старика, пока тот цеплялся за алтарь, что в той культуре должен был обеспечить абсолютную защиту.Вергилий описывает сцену во второй книге Энеиды :

Смотри! Ускользнуть от сокрушающий меч Пирра — один из сыновей Приама, Политес. Он бежит вместе длинные портики, уворачиваясь от оружия, уворачиваясь от вражеских солдат, огибая пустой дворы, все время раненые. Далее следует Пирр – жгучий с гноящимся желание ранить его еще больше — протягивает руку, чтобы схватить его сейчас, да сейчас! И нажимает копье. Наконец мальчик корчится и падает на глазах и открытые рты его родителей, изливая свою жизнь с большим потоком крови.

Неоптолем забивает Приама до смерти вместе со своим внуком
Когда Приам впервые понял хитрость греков и то, что его город атакуют изнутри, он надел доспехи своей юности. Теперь, стоя с женой и детьми у защитного алтаря, он беспомощно бросает копье в Неоптолема и проклинает его за нечестивость. поведение. Сын Ахиллеса отвечает нагло и тащит Приама, дрожащего и поскользнувшись в крови собственного сына, к самому алтарю.Неоптолем заводит старика седые волосы вокруг его левой руки, а правой высоко поднимает сверкающий меч, останавливается, затем вонзает его по самую рукоять в бок Приама. ( Энеида II.549-553) Изображение смерти Приама у Вергилия полно пафоса. Но многие греческие и римские художники изображают это действие с еще большим удовольствием; на некоторых вазах даже изображен Неоптолем, бьющий Приама. до смерти вместе с телом своего маленького внука Астианакса. (над) В его пьесе Дидона, царица Карфагена, Кристофер Марло упивается ужасным убийством Неоптолема старого короля: Нет вообще взволнован, но улыбается своим слезам, Это мясник, пока руки Приама были подняты, Поступь на грудь, отрубил руки… Тогда от пупка до горла сразу В другой увлекательной книге я чтение, Ахиллес во Вьетнаме , психолог Джонатан Шей рассказывает о том, как Гомер во многих случаях абсолютно правильно воспринимал мышление воина/солдата. Например, солдаты тогда и сейчас часто испытывают состояние берсерка. Часто вызываемый гневом из-за смерти товарища, эта ярость может занять и заставить их совершать подвиги невообразимой храбрости. На самом деле, говорит Шей, «Илиада », вероятно, была известна как «Ярость ». Первое слово поэмы — menin (μῆνιν) — гнев — повествует о ярости Ахиллеса в связи со смертью своего друга Патрокла.

Шей перечисляет характеристики людей в состоянии берсерка: социально отстраненные, звероподобные, сумасшедшие, разъяренные, жестокие без ограничений и дискриминации, ненасытные, лишенные страха, нечувствительные к боли и богоподобные в своем чувстве неуязвимости и силы.

Очень похоже на поведение психопата. С одним отличием: состояние берсерка вызывается определенными событиями, такими как сильный страх или гнев. Это было богоподобное состояние Ахиллеса (и многих ветеранов Вьетнама) после потери друга.

Но миндалевидное тело мозга психопата помещает его в подобное состояние без страха или гнева, и он действительно наслаждается актом убийства.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.