Кто плавал за золотым руном: Воссозданный «Арго» повторит путешествие Ясона в Колхиду | Новости | Известия

Содержание

Герои отправившиеся за золотым руном. Миф о ясоне и аргонавтах в изобразительном искусстве

Ясон (Язон, Иасон), греч. — сын царя Иолка Эсона и его жены Этеоклимены (или Полимеды, или Алкимеды, или Амфиномы), предводитель знаменитого в Колхиду.

Ясон имел все права стать царем фессалийского Иолка, основанного его дедом Кретеем. Однако его отца Эсона низложил сводный брат Эсона, Пелий, который, правда, не имел прав на трон, но зато имел вооруженных сторонников. Когда вскоре после этого у Эсона родился сын, Эсон, опасаясь козней Пелия, тайком унес его в горы и отдал на попечение мудрому кентавру Хирону, воспитавшему многих славных героев. Хирон вырастил мальчика и обучил его многим полезным вещам: обращаться с копьем и мечом, стрелять из лука, играть на лире, вести себя достойно, а также излечивать раны (поэтому Хирон и назвал мальчика Ясон, что означает целитель, а вообще-то при рождении он был назван Диомедом). Двадцать лет спустя, вооруженный всеми этими познаниями и советами Хирона, Ясон вышел из гор и отправился в Иолк, чтобы вынудить Пелия вернуть власть, которую тот отнял у его отца.


Для успеха в достижении своих целей мифическому герою непременно требовалась помощь богов, и Ясону повезло в этом плане. На берегу реки Анавр он встретил какую-то старушку, которая попросила перенести ее через реку, и Ясон охотно выполнил ее просьбу. Но это была не простая старушка, а сама Гера, супруга Зевса, и этот поступок Ясон обеспечил ему благосклонность богини. Правда, перенося старушку, Ясон потерял сандалию с левой ноги, но и это обернулось к лучшему: как только Пелий увидел Ясона, он вспомнил, что ему была предсказана гибель от человека, который придет к нему в одной сандалии, и так испугался, что в первую же минуту пообещал Ясону вернуть власть ему и его отцу Эсону. Но тут же спохватился и добавил, что сначала Ясону нужно совершить какой-нибудь подвиг, чтобы доказать, что он достоин иолкского трона. Когда Ясон согласился с ним, Пелий предложил ему привезти из Колхиды золотое руно.

Разумеется, Пелий испугался не только недостающего сандалия: его напугала могучая фигура Ясона и его спокойное достоинство, а также сила его родни, готовой поддержать его притязания. Поэтому Пелий предложил Ясону задачу, которая неизбежно должна была его погубить. Ведь владельцем золотого руна был могучий царь далекой Колхиды, сын бога солнца Гелиоса — Ээт. (История самого золотого руна рассказана в статье «Фрикс».) Ээт очень дорожил золотым руном и, чтобы никто не украл его, повесил его на высоком дереве в священной роще бога войны Ареса. Сторожил руно страшный дракон, никогда не смыкавший глаз.


Взвесив свои возможности, Ясон понял, что в одиночку ему с этой задачей не справиться. Поэтому он организовал настоящую экспедицию и пригласил к участию в ней всех прославленных героев тогдашней Греции. О подготовке этой экспедиции, о том, как пятьдесят героев отплыли на корабле «Арго» к берегам Колхиды и после множества приключений предстали перед Ээтом, рассказано в статье «Аргонавты».

Появление пятидесяти греческих героев встревожило и напугало Ээта, и когда Ясон попросил его отдать ему золотое руно, Ээт не решился отказать ему напрямую. Он сказал, что отдаст руно, если Ясон сумеет запрячь в железный плуг огненных быков бога Гефеста, вспашет поле бога войны Ареса, засеет поле драконьими зубами, дождется, когда из драконьих зубов вырастут вооруженные воины, и всех их перебьет.


При этом Ээт руководствовался теми же соображениями, что и Пелий, т. е. он рассчитывал, что Ясон или откажется, или погибнет, выполняя это немыслимое по трудности задание. Однако Ясон принял условие Ээта и этим доказал, что он подлинный герой, тем более что он не имел понятия о событиях, происходивших в это время на Олимпе.

Гера, видевшая, что Ясону грозит неминуемая гибель, срочно призвала к себе богиню Афину и вместе с ней разработала план помощи Ясону. С помощью Афины она подкупила какой-то игрушкой юного бога любви Эрота и тот пообещал тут же слетать в Колхиду и ранить стрелой любви к Ясону сердце дочери Ээта Медеи, жрицы богини Гекаты и могучей волшебницы. Стрела Эрота достигла своей цели в ту минуту, когда Ясон пришел приветствовать ее и просить о помощи. Медея с первого взгляда влюбилась в Ясона и охотно согласилась помочь ему. Она дала Ясону волшебную мазь, которая делала человека на один день неуязвимым и неодолимым, и посоветовала ему бросить в толпу воинов, выросших из драконьего посева, камень — воины начнут сражаться друг с другом, и Ясону будет легче перебить их. Кроме того, в ночь перед испытанием Ясон должен был принести жертву богине Гекате.


Представьте себе удивление Ээта, когда на другой день Ясон справился с порученной ему работой — и разочарование Ясона, когда Ээт все же отказался отдать ему золотое руно. Ясон снова отправился к Медее. Глубокой ночью она привела его в рощу Ареса, усыпила дракона, окропив его снотворным зельем, показала Ясону, где находится золотое руно, и велела ему уходить с ним как можно скорее. Благодарный Ясон предложил Медее свою руку и сердце, и она с радостью последовала за ним на корабль.

Маршрут и подробности обратного пути тоже описаны в статье «Аргонавты». Здесь напомним лишь, что свадьба Ясона и Медеи произошла на острове феаков — скорее под давлением внешних обстоятельств: колхи, прибывшие к царю феаков Алкиною, потребовали выдачи Медеи — и имели на это право, так как незамужняя дочь принадлежит отцу. По совету жены Алкиноя Ареты была срочно сыграна свадьба, Медея стала считаться супругой Ясона, и колхи отбыли не солоно хлебавши.

Но за время пути на родину любовь и благодарность Ясона успели остыть, и он утешался лишь тем, что жена-волшебница может ему еще пригодиться. В этом сугубо практическом смысле Ясон оказался прав. Но в дальнейшем судьба жестоко наказала его за расчетливость в сердечных делах.

После торжественного прибытия в Иолк и принесения благодарственных жертв богам Ясон поблагодарил друзей за помощь и пожелал им счастливого пути домой, а сам отправился к Пелию. Однако это было серьезной ошибкой: ему бы следовало сначала идти к Пелию и лишь потом распускать дружину аргонавтов по домам. Пелий, взвесив свои силы и возможности Ясона, отказался уступить трон, несмотря на доставленное золотое руно, а Ясон не мог добиться своего силой. Поэтому он решил убить Пелия.


Медея, всеми способами пытавшаяся удержать любовь Ясона, пошла ради него на преступление. Когда старый отец Ясона Эсон стал жаловаться, что ему уже не дожить до того дня, когда власть в Иолке вернется к законному царю, Медея вернула ему молодость с помощью волшебного отвара.

Теперь же Медея решила использовать подобный прием — но для убийства Пелия. Она уговорила дочерей Пелия перерезать ему горло, пообещав, что вольет в его жилы тот же отвар, который вернул молодость Эсону. Но когда Пелиады послушались ее, Медея спокойно дала Пелию истечь кровью, а затем бросила его тело в котел со смертоносным зельем. Однако это преступление навлекло на нее месть Акаста, сына Пелия, и ей пришлось бежать из Иолка вместе с Ясоном, который на этот раз окончательно расстался с надеждой на иолкский трон.

После долгих странствий они нашли прибежище у коринфского царя Креонта. Там у Ясона и Медеи родились сыновья Мермер и Ферет, и Медея надеялась, что Ясон успокоится, обретя семейное счастье. Однако он был слишком честолюбив и хотел стать царем во что бы то ни стало. Поэтому присмотрел дочь Креонта Главку (или, по другой версии, Креусу), которой очень импонировал такой прославленный герой, и решил жениться на ней, чтобы после смерти Креонта взойти на коринфский трон. Получив согласие Главки и Креонта, Ясон сообщил Медее о предстоящих переменах и стал взывать к ее благоразумию.

Он, мол, любит ее как прежде, но должна же она понять, что его первейшая обязанность — позаботиться о своем счастье и о счастье своих сыновей. Любовь Медеи превратилась в ненависть — ненависть ко всем, но прежде всего к изменнику Ясону. Сделав вид, что она примирилась со своей судьбой, Медея сделала Главке свадебный подарок: драгоценное одеяние и золотой венец. Едва Главка надела эти дары, как яд, которыми они были пропитаны, начал действовать: отравленная одежда заживо сжигала ее тело, а венец сжимал голову, как раскаленный медный обруч. Креонт тщетно пытался спасти дочь, срывая с нее одежду: отравленная ткань прилипала к нему и заражала его кровь убийственным ядом. Оба погибли в страшных мучениях, но Медее этого было мало — она убила и собственных сыновей. Ясона она оставила в живых, и это была самая страшная казнь.

Несчастье, в котором был виноват сам Ясон, закрыло перед ним ворота всех городов и дворцов. Прославленный герой, некогда возглавлявший самых знаменитых богатырей со всей Греции, долгие годы скитался как последний бездомный изгнанник (хотя по одной из версий, он сразу покончил с собой после гибели сыновей). И смерть его была бесславной. Однажды, проходя через Истм, он увидел свидетеля своей былой славы — корабль «Арго», который трухлявел на берегу. Ясон прилег отдохнуть в его тени. Когда он уснул, на него рухнула сгнившая корма и погребла его под своими обломками.

Сцены из жизни Ясона изображены на многочисленных вазах, как в связи с приключениями аргонавтов, так и самостоятельно. Ваза со сценой «Ясон и дракон» находится в Санкт-Петербурге, в Эрмитаже.


Ясон фигурирует во всех произведениях литературы и искусства, посвященных аргонавтам. Статую Ясона создал в 1802-1803 гг. Торвальдсен, Брюсов посвятил ему стихотворение. Оперу «Ясон» написал в конце 17 в. Куссер.

Родина Ясона, город Иолк, существует до сих пор. Он переместился к северо-западу от своих античных развалин и на новогреческом называется Волос. О Ясоне напоминает небольшая модель корабля «Арго» с аргонавтами, установленная перед входом в порт.

В статье использовались кадры из фильмов «Ясон и аргонавты» 1963 и 2000 годов.

Если вам нужно ПОДРОБНОЕ изложение этого мифа, перейдите на страницу «Поход аргонавтов ». Там можно ознакомиться с историей возникновения легенды о плавании за золотым руном и перейти к ссылкам с подробным изложением различных её эпизодов. Наш список страниц, посвященных мифам и эпосу будет постоянно пополняться

Миф о золотом руне (краткое содержание)

Согласно греческому мифу, в городе Орхомене (область Беотия) некогда правил древним племенем минийцев царь Афамант. От богини облаков Нефелы он имел сына Фрикса и дочь Геллу . Этих детей ненавидела вторая жена Афаманта, Ино. В неурожайный год Ино обманом склонила мужа принести их в жертву богам для прекращения голода. Однако в последний момент Фрикса и Геллу спас из-под ножа жреца баран с золотым руном (шерстью), посланный их матерью Нефелой. Дети сели на барана, и он понёс их по воздуху далеко на север. Гелла во время полёта упала в море и утонула в проливе, который с тех пор стали называть по её имени Геллеспонтом (Дарданеллы). Фрикса же баран унёс в Колхиду (ныне – Грузия), где его воспитал как сына местный царь Ээт, сын бога Гелиоса . Летучего барана Ээт принёс в жертву Зевсу , а его золотое руно повесил в роще бога войны Ареса , приставив сторожем к нему могучего дракона.

Аргонавты (Золотое руно). Союзмультфильм

Тем временем другие потомки Афаманта построили в Фессалии порт Иолк. Внук Афаманта, Эсон, царивший в Иолке, был свергнут с трона своим сводным братом, Пелием. Опасаясь козней Пелия, Эсон скрыл своего сына, Ясона, в горах у мудрого кентавра Хирона. Ставший вскоре сильным и смелым юношей Ясон жил у Хирона до 20 лет. Кентавр обучил его военным искусствам и науке врачевания.

Вождь аргонавтов, Ясон

Когда Ясону исполнилось 20 лет, он отправился в Иолк требовать, чтобы Пелий вернул ему, наследнику законного царя, власть над городом. Своей красотой и силой Ясон сразу обратил на себя внимание граждан Иолка. Он посетил дом своего отца, а потом отправился к Пелию и предъявил ему своё требование. Пелий сделал вид, что согласен уступить престол, но поставил условием, чтобы Ясон отправился в Колхиду и добыл там золотое руно: ходили слухи, что от обладания этой святыней зависит благоденствие потомков Афаманта. Пелий рассчитывал, что его молодой соперник погибнет в этой экспедиции.

Покинув Коринф, Медея поселилась в Афинах, став женой царя Эгея, отца великого героя Тесея. Бывший вождь аргонавтов Ясон по одному из вариантов мифа, вслед за гибелью детей покончил жизнь самоубийством. По другому мифическому рассказу, он безрадостно влачил остаток жизни в бедственных странствиях, нигде не находя постоянного приюта. Проходя однажды через перешеек Истм, Ясон увидел полуразвалившийся Арго, который некогда был вытащен здесь аргонавтами на морской берег. Усталый странник лёг отдохнуть в тени Арго. Пока он спал, корма корабля обвалилась и погребла Ясона под своими обломками.

Рассказ о путешествии аргонавтов — первый греческий миф, повествующий о дальнем морском походе за пределы греческого мира. Возглавил его Ясон, современник Геракла и Тесея. Событие это можно отнести примерно к XIII веку до н.э., за 20-25 лет до Троянской войны.
Ясон был сыном Эсона, царя города Полка в Фессалии. Когда его дядя Пелий захватил власть, маленькому Ясону пришлось скрываться. Достигнув двадцатилетнего возраста, он явился к Пелию и потребовал вернуть законно принадлежавшее ему царство. Пелий обещал сделать это при условии, что юноша добудет и привезёт ему из Колхиды золотое руно.
Задача, поставленная хитрым и жестоким Пелием, была явно невыполнимой. В те времена греки плавали обычно по Средиземному морю и плохо знали, что находится за его пределами. А плыть предстояло в восточную часть Чёрного моря. Колхида занимает территорию одноимённой низменности в приморской части современных Абхазии и Западной Грузии.
Отправляться за золотым руном в столь дальний путь не было нужды. Золотоносный песок встречался и в Греции. Промывали его с помощью бараньих шкур, которые потом сжигали и получали золотой слиток.

НА КРАЙ ОЙКУМЕНЫ
Вернёмся, впрочем, к нашему мифу. Решив плыть в Колхиду, Ясон с помощью богини Афины построил корабль, каких до него ещё не было. Собрал со всей Греции самых известных героев и умельцев. Среди них были знаменитый кораблестроитель плотник Арг (в честь него было названо судно), лучший кормчий Эллады Тифис, самый быстрый бегун того времени Евфем из Тенара, близнецы Кастор и Поллукс, искуснейшие наездники и кулачные бойцы, сыновья северного ветра Борея братья Калаид и Зет. Последние умели даже летать. На борт корабля взошли также великий герой Греции Геракл и сладкоголосый певец Орфей.
Первую остановку аргонавты сделали на острове Лемнос. Оказалось, что там живут одни женщины. Год назад они перебили всех своих мужчин за измены и потому наших путешественников быстро разобрали по домам. Ясон, естественно, достался царице острова. Мужчины быстро забыли о цели своего путешествия. И только Гераклу с большим трудом удалось вернуть аргонавтов на корабль и продолжить путь.
Дальше плыли только по ночам, поскольку цари Трои не пропускали в свои воды чужие корабли. Правда, Геллеспонт (Дарданеллы) прошли благополучно и вступили в Мраморное море. Около города Кизика во Фригии путешественникам пришлось сражаться с шестирукими великанами, которые забрасывали проходящие суда обломками скал. С помощью Геракла великаны были перебиты. А дальше боги дали Гераклу другое поручение — и он покинул аргонавтов.
Впереди был пролив Босфор, самый опасный участок пути. Слепой прорицатель Финей подсказал мореплавателям, как безопасно пройти по нему, а главное, как перед самым выходом в Чёрное море (Понт Эвксинский) преодолеть сходящиеся и расходящиеся скалы Симплегады. По совету старца Ясон выслал вперёд голубя, а кормчий Тифис, следуя за птицей, успел провести корабль между скал.

Теперь аргонавты, двигаясь вдоль черноморского побережья современной Турции, миновали страну амазонок и приблизились к Кавказским горам. Там они заметили огромного летящего орла и услышали громкие стоны. Орёл этот по велению Зевса терзал прикованного к скале Прометея. Позднее Геракл убьёт этого орла и освободит Прометея от оков…
В КОЛХИДЕ
«Арго» благополучно вошёл в устье реки Фасис (Риони) и остановился у города Эйя, столицы Колхидского царства. Расположенные к Ясону богини Афина и Гера попросили Афродиту послать Эрота, чтобы он зажёг в сердце Медеи, дочери колхидского царя, любовь к герою. И когда Ясон со спутниками появился во дворце местного царя Ээта, Медея уже пылала страстью к предводителю аргонавтов.
Ясон предложил царю отдать ему золотое руно в обмен на помощь в его войне с враждебными соседями. Однако царь не собирался расставаться со своим сокровищем. Он предложил Ясону запрячь в плуг двух огнедышащих быков, вспахать поле и засеять его зубами дракона. Из этих зубов вырастут воины, которых Ясон должен был победить. Всё это надо было совершить в течение одного дня. Только тогда царь соглашался отдать золотое руно.
Такое испытание было не под силу даже знаменитым греческим героям. Используя свои волшебные способности, Медея помогла чужеземцу в совершении этого подвига. А потом Ясон и Медея усыпили дракона, охранявшего золотое руно, и, захватив драгоценную ношу, бежали из столицы.

Российский исследователь И.В. Машников, автор книги «Расшифрованные тайны древних мифов», выдвинул идею, что аргонавты плыли в Колхиду отнюдь не за золотом, а… за льняной тканью. Богатые гречанки очень любили одеяния из льна. Лён в Греции был, но в местном климате он получался низкорослым, с короткими волокнами. Длинноволокнистый лён привозили в Элладу из Египта и ещё откуда-то с Востока.
Стоили такие ткани очень дорого. Подсчитали, что один грамм льна стоил столько же, сколько 13 граммов золота. А тонкая льняная ткань была ещё дороже. За таким сокровищем можно было отправиться в столь дальнее путешествие.
Некоторые детали мифа об аргонавтах, казалось бы, подтверждают эту гипотезу. Золотое руно почему-то надо было вымачивать в горной речке два дня. Если в мифе речь идёт о бараньей шкуре, такой срок непонятен. Чем дольше держишь шкуру в проточной воде, тем больше частичек золота туда попадёт. А вот для замачивания льна такой срок как раз и нужен.
Ещё одна любопытная деталь. Захватив золотое руно, Ясон спрятал его под рубашку. Вряд ли большую тяжёлую шкуру, полную золотого песка, можно было туда засунуть. А рулон тонкой льняной ткани можно было так спрятать.
И.В. Машников полагает, что аргонавты стремились не столько к тому, чтобы привезти из Колхиды льняную ткань. Им надо было узнать, как такой лён выращивается, как получается из него этот необыкновенный материал. В древности подобные секреты производства обычно сохранялись жрецами. Царская дочь Медея была жрицей храма богини Гекаты и, возможно, эти секреты знала. Потому Ясон и увёз Медею тайно от отца.
Колхидский царь сразу же перекрыл своими кораблями проход к черноморским проливам. Однако аргонавты двинулись другим путём. Они поднялись вверх по Истру (Дунаю) и по его притокам добрались до Адриатического моря.
Миф об аргонавтах пользовался огромной популярностью в античные времена. До нас дошло немало керамических изделий с изображениями отдельных эпизодов этого легендарного путешествия. Аполлоний Родосский в III веке до н. э., работая в знаменитой Александрийской библиотеке, собрал много материалов по этому мифу и написал поэму «Аргонавтика», которая, к счастью, дошла до нас.

МАРШРУТОМ АРГОНАВТОВ
Летом 1984 года ирландец Тим Северин, руководствуясь содержанием поэмы «Аргонавтика», повторил путь от Греции до Абхазии. Для этой цели он построил копию греческого корабля бронзового века, правда, несколько меньшую, чем «Арго».
Экспедиция Тима Северина покрыла расстояние в 1500 морских миль, хотя мало кто из специалистов верил в возможность успешного плавания на таком примитивном судне. Северин не стремился подтвердить правдивость мифа, сам факт существования Ясона и плавания аргонавтов. Ему важно было доказать другое: тридцать три века назад древние греки на небольшом корабле могли в принципе пройти этот путь.
Известно, что греки начали колонизацию Причерноморья в VII веке до н. э. Дерзкий эксперимент ирландца показал, что ещё за пять веков до этого греки проникали в Чёрное море, в результате чего и родился увлекательный героический эпос, который живёт вот уже четвёртое тысячелетие.

Фрикс и Гелла. — Герой Ясон, человек об одной сандалии. — Корабль Арго. — Женщины Лемноса. — Царь бебриков. — Финей и Гарпии. — Симплегадские скалы. — Стимфальские птицы. — Волшебница Медея. — Быки Ээта. — Дочери Пелия. — Ярость и мщение Медеи.

Фрикс и Гелла

Древнегреческий миф об Аргонавтах сложился, вероятно, под впечатлением ужасов, которые переживали мореплаватели в те отдаленные времена, когда искусство управлять кораблем было только в зачаточном состоянии и когда подводные камни, бури, скалы и сильное течение представлялись глазам напуганных путешественников чем-то сверхъестественным.

Поход этот был предпринят с целью отыскать золотое руно , о происхождении которого рассказывается следующее.

Гермес подарил барана (овна), шерсть которого была золотой, царице Нефеле, жене минийского царя Афаманта. Этот мифологический златорунный баран был сын Посейдона, обладал даром слова, мог переплывать моря и быстрее ветра переноситься с одного места на другое.

После смерти Нефелы Афамант женился на Ино. Злая мачеха принялась преследовать детей умершей царицы — Фрикса и Геллу — и довела свои козни до того, что царь согласился принести Фрикса в жертву Зевсу. Тогда Фрикс и Гелла решили спастись бегством. Так как они знали о необычайных качествах златорунного барана, то Фрикс и Гелла сели на него верхом, и баран быстро понес их через моря. Но при переправе из Европы в Азию Гелла выпустила из рук шерсть златорунного барана, за которую Гелла тогда держалась, потеряла равновесие и упала в море, получившее с тех пор название Геллеспонта, т. е. моря Геллы. Фрикс же благополучно добрался до Колхиды, где был дружески принят царем Ээтом.

По приказанию Гермеса Фрикс принес в жертву Зевсу златорунного барана, а шкуру его (золотое руно) повесил в рощу Арея (Марса), и к ней был приставлен стеречь ее страшный дракон, который бодрствовал днем и ночью.

Герой Ясон, человек об одной сандалии

Это золотое руно было олицетворением благоденствия и богатства страны. Перенесенное в другую страну, золотое руно проявляло и там свою силу, потому-то отыскать и добыть золотое руно стало непременным желанием и стремлением каждого героя, но оно находилось в далекой, малоизвестной стране, куда немногие мореплаватели решались отправляться.

Вот при каких обстоятельствах древнегреческий герой Ясон , сын Эсона, царя Иолка, отправился добывать золотое руно: Пелий, зять Эсона, сверг его с престола, а Ясона отправил на воспитание к кентавру Хирону. Когда Ясону минуло двадцать лет, он решился отправиться к Пелию и потребовать от него наследство своего отца Эсона. На своем пути Ясон встретил нищую старуху, тщетно пытавшуюся перейти реку. Тронутый ее беспомощностью, Ясон предложил ей перенести ее на своих плечах. Старуха с благодарностью приняла предложение Ясона. Во время переправы Ясон потерял одну сандалию, но не захотел спустить с плеч старуху, чтобы поискать свою обувь. Переправившись на другой берег, старуха приняла свой настоящий образ: это была богиня Гера, пожелавшая испытать доброту Ясона. Гера поблагодарила его и обещала Ясону свою помощь во всех его предприятиях.

Ясон, довольный таким приключением, позабыл о том, что потерял сандалию, и отправился прямо во дворец Пелия, которому оракул предсказал, что он должен опасаться человека, имеющего только одну сандалию. Ужас и смущение Пелия еще более увеличились, когда он узнал в прибывшем Ясона.

Пелий тотчас же обратился к Ясону с таким вопросом «Пришелец, что бы ты сделал с человеком, который, по предсказанию оракула, будет опасен для твоей жизни?» «Я бы послал его добывать золотое руно», — не колеблясь, отвечал Ясон, так как он, подобно другим, считал такое предприятие весьма опасным и полагал, что смельчак, отважившийся на это, никогда не возвратится. Ясон не подозревал, что своим ответом произнес свой собственный приговор. Действительно, Пелий приказал Ясону отправиться отыскивать золотое руно.

Прекрасная статуя, находящаяся в Лувре, изображает Ясона в тот момент, когда он привязывает сандалию, главную виновницу похода Аргонавтов.

Корабль Арго

Услыхав о намечающейся экспедиции за золотым руном, многие мифологические герои захотели принять в ней участие. Между ними были Тесей, Геракл, Кастор и Поллукс, Орфей, Мелеагр, Зет и Калаид, крылатые сыновья северного ветра Борея, и многие другие. Всех участников похода Аргонавтов было пятьдесят человек — по числу весел на корабле Арго; кормчим на нем был Тифий, а предводителем Ясон.

Рассказ о постройке корабля Арго под надзором Афины и все путешествие Аргонавтов указывает на начало парусного судоходства. Античный барельеф, сохранившийся до наших дней, изображает Афину, показывающую рабочему, как нужно прикреплять парус к мачте.

Древнеримский поэт Сенека указывает на кормчего Тифия как на первого мореплавателя, употребившего в плавании паруса: «Тифий дерзнул первым развернуть паруса над необозримой поверхностью моря, он осмелился дать новые законы ветрам, он победил море и прибавил ко всем опасностям нашей жизни еще опасности этой страшной стихии».

Замечательно то, что Сенека как бы предвидел открытие Америки. Сенека говорит дальше: «Придет время в последующие века, когда океан расширит земной шар на всем своем протяжении, а новый Тифий откроет нам Новый Свет, и Фула [так в античности называли Исландию] перестанет быть для нас концом вселенной».

На корабле Арго были также и весла, как мы это видим на старинных изображениях корабля. Корабль Арго был построен из пелионских сосен, а мачта была вырублена в священной дубовой роще Додоны и поэтому обладала даром предсказания.

Вновь построенный корабль, несмотря на соединенные силы всех Аргонавтов, не спускался в море, и только Орфей звуками своей лиры заставил его добровольно спуститься в море.

Женщины Лемноса

Первым местом остановки корабля Арго был остров Лемнос, все женщины которого, возмущенные постоянной неверностью своих мужей, беспощадно умертвили их всех до единого. Афродита, возмущенная таким преступлением, внушила женщинам Лемноса страстное желание вновь выйти замуж, но, окруженные со всех сторон водой и не имея кораблей, чтобы покинуть их пустынный остров, они могли только проливать горькие слезы и томиться. Приезжие были приняты ими с распростертыми объятиями, и обитательницы Лемноса охотно бы удержали их навсегда, но предусмотрительный Ясон, поняв опасность, собрал всех своих спутников на палубу корабля Арго, как бы желая им передать важные сведения, перерубил канат, которым был укреплен корабль, и пустился в дальнейший путь.

В то время как Аргонавты проезжали мимо Самофракии, страшная буря выбросила корабль Арго на берег Херсонеса, где находилась высокая гора, обитаемая шестирукими великанами Долионами. Великаны Долионы приняли Аргонавтов далеко не так дружелюбно, как прекрасные лемниянки, и ожесточенный бой возгорелся очень быстро между Долионами и Аргонавтами. Но Геракл пустил в ход свои стрелы и уничтожил всех Долионов.

В Мисии Геракл покинул своих спутников: он отправился отыскивать своего любимца Гиласа, которого нимфы увлекли на дно источника.

Царь бебриков

Герои Аргонавты прибыли затем в Вифинию, страну бебриков, где царствовал жестокий и тщеславный царь Амик.

Царь бебриков Амик заставлял всех чужестранцев выходить с ним на поединок, и уже немало людей отправил Амик таким образом в царство теней.

Лишь только царь бебриков заметил приближающийся корабль Арго, он вышел на берег и стал дерзко вызывать самого сильного и ловкого из Аргонавтов померяться с ним силами. Диоскур Поллукс, оскорбленный более других этим дерзким вызовом, принимает его и после довольно продолжительного боя побеждает и убивает царя бебриков.

Поллукс считался с тех пор покровителем кулачных бойцов и атлетов.

Финей и Гарпии

Благодаря ловкости и умению своего кормчего Тифия Аргонавты быстро подвигались вперед. Скоро прибыли Аргонавты в Салмидесс Фракийский, где жил прорицатель Финей. Аполлон даровал Финею способность предвидеть и предсказывать будущее, но этот опасный дар погубил его. Финей, забыв должное уважение к властителю богов, открывал смертным его самые тайные замыслы и решения. Разгневанный Зевс приговорил Финея к вечной старости, лишил его зрения и возможности насыщаться.

Несмотря на то, что Финею приносили разные кушанья все обращавшиеся к нему за предсказаниями, несчастному старику они не доставались: едва их приносили, как крылатые Гарпии, которым поручил Зевс мучить несчастного Финея, слетали с небес и похищали все кушанья. Иногда Гарпии, чтобы увеличить мучения Финея, оставляли ему жалкие остатки пищи, но и те поливали грязью.

Эти Гарпии были сначала олицетворением всесокрушающего вихря, но в мифе об Аргонавтах Гарпии уже являются олицетворением страшного всепожирающего голода и поэтому изображаются отвратительными крылатыми существами: наполовину птицы, наполовину женщины с бледными, искаженными лицами и страшными когтями.

Услыхав о прибытии Аргонавтов, Финей, который знает, что согласно воле Зевса эти чужестранцы должны его освободить от Гарпий, выходит ощупью к ним, еле передвигая ноги. Несчастный вид Финея вызывает в героях глубокое к нему сожаление. Аргонавты объявляют, что готовы помочь Финею. Они становятся подле него и, когда отвратительные Гарпии прилетают, прогоняют их своими мечами. А Зет и Калаид, крылатые сыновья Борея, преследуют их до Строфадских островов, где Гарпии молят о пощаде и дают клятвенное обещание не тревожить больше Финея.

Симплегадские скалы

Желая отблагодарить своих избавителей, Финей говорит Аргонавтам: «Слушайте, друзья мои, то, что мне дозволено вам сообщить, потому что Зевс, справедливо разгневанный на меня, не позволяет открыть вам все, что с вами произойдет. Покинув этот берег, вы увидите в конце пролива две скалы, между ними еще ни один смертный не проехал: они постоянно движутся и часто сдвигаются вместе, составляя как бы одно целое, и горе тому, кто попадет между ними. Прежде чем пытаться проехать, выпустите голубя; если он пролетит благополучно, то гребите как можно сильнее и спешите проехать; помните, что ваша жизнь зависит от силы и быстроты ваших рук. Если же голубь погибнет, придавленный скалами, не делайте более никаких попыток, покоритесь воле богов и возвращайтесь обратно».

Предупрежденные Финеем, Аргонавты взяли с собой голубя. Подъехав к узкому проливу, усеянному подводными камнями, Аргонавты увидали зрелище, которого после них не видел ни один смертный. Симплегадские скалы раскрылись и отошли одна от другой. Один из Аргонавтов выпустил голубя, и все глаза устремились вслед за птицей. Вдруг со страшным шумом и треском обе скалы вновь соединяются, море с ревом вздымает свои пенистые волны до их верхушек, брызги летят во все стороны, несчастный корабль Арго сильно накреняется и повертывается кругом, но голубь благополучно достигает берега, оставив между скал только часть своего хвоста.

Тифий уговаривает своих спутников употребить все усилия и грести как можно быстрее, лишь бы скорее пройти это страшное место; Аргонавты дружно повинуются, но вдруг перед ними вздымается гигантская волна. Аргонавты уже считают себя погибшими и молят богов о спасении. Афина, услыхав мольбы Аргонавтов, спешит к ним на помощь, и корабль Арго благополучно проходит.

С тех пор Симплегады больше не сдвигаются: они остались навсегда неподвижными.

Стимфальские птицы

Избегнув опасности в Симплегадском проливе, Аргонавты приблизились к острову Арея (Марса), где жили Стимфальские птицы, перья которых были острыми стрелами, и они могли их кидать в смельчаков, отваживавшихся подъезжать к их острову.

Видя одного из своих спутников убитым подобной стрелой, Ясон прибегает к хитрости: он приказывает одним Аргонавтам быстро грести, а другим прикрывать гребцов щитами и в то же время ударять мечами о шлемы и испускать громкие крики.

Стимфальские птицы, испуганные таким страшным шумом, улетают далеко в горы, а корабль Арго продолжает свой путь уже без всяких приключений. Отважные Аргонавты видят снежные вершины Кавказа, слышат жалобы прикованного Прометея, печень которого терзает орел, оплакивают смерть своего искусного кормчего Тифия и, наконец, достигают Колхиды, где находится золотое руно.

Волшебница Медея

Быки Ээта

Ясон рассказывает Ээту, волшебнику и царю Колхиды, о цели их прибытия и просит отдать ему золотое руно. Царь Ээт отвечает Ясону: «Чужестранец, напрасны твои длинные речи и твои просьбы: прежде, нежели я отдам тебе золотое руно, я должен убедиться, что в тебе течет кровь богов и что ты достаточно храбр, чтобы силой отнять у меня то, что мне принадлежит. Вот испытание, которое я тебе предлагаю; выдержишь ты его, золотое руно будет принадлежать тебе. Я владею двумя быками, у них медные копыта, и пасти их извергают пламя и дым. Поймай их, запряги их в плуг и вспахай поле, но вместо даров Деметры засей это поле зубами дракона, которые я тебе дам; к вечеру из них вырастут вооруженные великаны; победи и истреби их твоим мечом» (древнегреческий эпический поэт Аполлоний Родосский, поэма «Аргонавтика»).

Аргонавты с ужасом выслушивают страшные условия царя Ээта, и надо полагать, что Ясон не мог бы их выполнить, если б Гера, его покровительница, не обратилась за помощью к Афродите. Эта богиня возбудила в сердце Медеи, дочери Ээта и могущественной волшебницы, сильную любовь к Ясону.

Медея приготовила мазь и дала ее Ясону, приказав ему намазать ею все тело и руки. Эта чудодейственная мазь придала Ясону не только страшную силу, но сделала его неуязвимым, так что огонь, исходивший из пасти медных быков, не мог причинить ему вреда.

Вспахав и засеяв поле, Ясон дождался, когда из земли, подобно бесчисленным колосьям, выросли вооруженные великаны. Следуя совету Медеи, Ясон взял огромный камень и кинул его между ними. Подобно собакам, кидающимся на добычу, ринулись великаны на камень, убивая в озлоблении друг друга, и скоро все поле покрылось их телами.

Но Ээт, несмотря на свое обещание, отказался выдать золотое руно; тогда Медея ночью провела Ясона в ту рощу, где оно находилось; при помощи чар Медеи герой Ясон убивает дракона и овладевает сокровищем.

Античная камея изображает Ясона в шлеме и с мечом в руке; он любуется золотым руном, висящим на дереве, вокруг которого обвился дракон наподобие змеи.

Затем вместе с Медеей возвращается Ясон на корабль Арго и тотчас же пускается в обратный путь, опасаясь погони Ээта. Действительно, царь Ээт гонится за ними, но жестокая Медея, захватившая с собой своего маленького брата, разрубает его на куски и, начиная с головы, постепенно кидает эти куски в море. Несчастный отец, узнав голову сына, останавливается, чтобы подобрать останки его, и тем дает возможность Аргонавтам уйти.

Дочери Пелия

Возвратясь на родину, Ясон узнает, что Пелий, отправив его в такое опасное путешествие и надеясь, что он там погибнет, приказал умертвить его отца Эсона и всю семью.

Волшебница Медея, став женой Ясона, берется отомстить Пелию.

Медея отправляется в Иолк под видом старухи и объявляет там всем, что обладает даром превращать старых в молодых, и для подтверждения своих слов превращается на глазах дочерей Пелия в молодую девушку. Точно так же превращает Медея старого барана в ягненка, предварительно разрубив барана на части и положив их в котел вариться.

Дочери Пелия, поверив Медее и желая возвратить молодость отцу, разрезают Пелия на куски и точно так же кладут его в котел вариться, но жестокая Медея отказывается оживить Пелия.

На одной античной вазе изображена Медея с мечом в руках и две дочери Пелия, слушающие ее рассказы.

Ярость и мщение Медеи

Медея надеялась, что после смерти Пелия Ясон станет царем, но престолом завладевает сын умершего и изгоняет из своих владений Ясона и Медею.

Они отправились в Коринф к царю Креонту, который предложил Ясону жениться на его дочери, прекрасной Креусе; Ясон соглашается, и царь, опасаясь мести Медеи, приказал ей удалиться из Коринфа. Напрасно молит Медея Ясона не отвергать ее, припоминает ему все, что сделала для него, но все мольбы Медеи напрасны — Ясон остается неумолимым.

Тогда Медея просит позволения остаться еще один день, притворяется, что простила своему вероломному мужу, говорит, что желает сделать подарок своей счастливой сопернице, которую просит взять под свое покровительство ее двух детей. Медея приказывает детям отнести эти подарки — золотую корону и платье из прекрасной блестящей ткани. В восторге от подарков, Креуса их тотчас же надевает, но едва платье и корона надеты, как она тотчас же начинает испытывать страшные страдания от яда, которым мстительная Медея пропитала свои дары, и вскоре умирает среди ужасных мучений.

Но это еще не удовлетворяет Медею: она хочет отнять у Ясона все, что он любит; а он любит детей, и она в припадке страшного исступления убивает их. Ясон прибегает на их крики, но застает их уже мертвыми, а Медея садится в колесницу, запряженную крылатыми драконами, и исчезает в пространстве.

Страшная месть Медеи послужила сюжетом для многих произведений искусства. Древнегреческий живописец Тиманф прекрасно выразил жестокость и исступление Медеи в тот момент, когда она убивает своих детей.

Из художников новейших времен Рафаэль написал прекрасную фигуру Медеи в одном из своих мифологических эскизов, а Эжен Делакруа изобразил в своей знаменитой картине Медею в каком-то гроте с кинжалом в руке: она, подобно разъяренной львице, прижимает к себе детей, а черты лица Медеи прекрасно выражают ту страшную борьбу, которая в ней происходит между чувством любви к детям и жаждой мести. Эта картина — одно из лучших произведений Делакруа — находится в музее в Лилле.

Немецкий художник Фейербах написал на ту же тему очень интересную по выражению и трактовке картину. Она находится в Мюнхене, в галерее графа Шака.

Герой Ясон, так жестоко наказанный за вероломство, влачит еще некоторое время свое жалкое существование. Однажды, когда Ясон, по своему обыкновению, спал подле своего полуразвалившегося корабля Арго, на него обрушилась мачта этого корабля, и Ясон погиб под нею.

ЗАУМНИК.РУ, Егор А. Поликарпов — научная редактура, ученая корректура, оформление, подбор иллюстраций, добавления, пояснения, переводы с латинского и древнегреческого; все права сохранены.

У царя Беотии Афаманта супруга была невиданной красоты. К тому же она была очень умна и образована, носила имя Нефела (богиня облаков). Семья жила счастливо и растила детишек: девочку Геллу и мальчика Фрикса. К сожалению, народ Беотии невзлюбил Нефелу. Мужу пришлось расстаться с женой. От слез о разрушенной семье и разлуки с детьми Нефела превратилась в облако и стала путешествовать по небу, наблюдая сверху за своей семьей. Так начинается миф «Золотое руно» — один из самых знаменитых в мире. Легенда о доблести, чести и любви.

В этой статье вы прочтете краткое содержание мифа «Золотое руно». Для полного описания всех подвигов и приключений команды аргонавтов не хватит и целой книги.

Новая жена царя

Правителю пришлось снова жениться, ибо он не имел права оставаться холостяком. В жены он взял красивую, но расчетливую царевну Ино. Новая супруга не любила детей от первого брака и решила сжить их со свету. Первой попыткой было отправить детей на горное пастбище. Дорога туда была очень опасной, но дети вернулись невредимы. Это еще больше разозлило женщину.

Она стала потихоньку убеждать супруга, что боги хотят, чтобы он принес Геллу и Фрикса в жертву, иначе всей стране грозит голод. Для того чтобы убедить мужа в своей правоте, она заставила служанок поджарить семена, которые были запасены для всходов. Естественно, после такой обработки на поле не появилось ни одного колоска. Царь сильно опечалился от этого.

Страна стояла на пороге бедствия, Афамант решил узнать судьбу у оракула Дельфы и отправил к нему гонцов. И тут Ино все предусмотрела, она перехватила людей и подкупила их дарами и золотом. Им было велено сказать ее супругу, что он должен принести в жертву Геллу и Фрикса, таким образом он отвернет беду от своего народа. Афамант не знал места от горя, но все же решился на страшный шаг ради населения страны.

В это время ничего не подозревавшие дети забавлялись на пастбище с овцами. Тут они увидели среди других животных барана со сверкающей шерстью. Согласно мифам Греции, золотое руно — это драгоценная шкура животного. Они подошли к нему и услышали: » Дети, меня к вам отправила ваша матушка. Вы в опасности, я должен спасти вас от Ино, отправив в другую страну, где вам будет хорошо. Усаживайтесь мне спину. Фрикс будет крепко держаться за рога, а Гелла — за спину брата. Только вниз смотреть нельзя, иначе будет сильное головокружение».

Гибель Геллы

Баран понес детей под самые облака. Что же было дальше в мифе «Золотое руно»? Они неслись по небу на север, и тут случилось горе… Маленькая девочка очень устала держаться руками за брата и отпустила их. Полетела дочь Нефелы прямо в волны бушующего моря. Спасти малышку не удалось. Долго оплакивала богиня свое дитя. Сейчас это место называется а ранее, благодаря мифу о золотом руне, пролив величали Геллеспонт — море Геллы.

Мальчика животное принесло в далекую северную Колхиду, где его уже ждал царь Ээт. Он растил мальчика как родного, баловал его и дал ему прекрасное образование. Когда Фрикс возмужал, он отдал ему в жены свою любимую дочь Халкиопу. Жили супруги душу в душу, и у них родилось четверо мальчишек.

Овна же, так звали необычного барана, Ээт принес в жертву Зевсу. А шкуру он разместил на старом дубе. Отсюда и пошло название мифа — «Золотое руно». Предсказатели предупредили царя, что его царствованию ничего не грозит, пока эта шерсть находится на дереве. Ээт приказал приставить к нему дракона, который никогда не спал.

В то же время Ино родила Афоманту еще детей. Позже они создали в Фесалии порт под названием Иолк. В этой местности правил внук царя Беотии. Имя его было Эсон. Его сводный брат Пелий устроил переворот и свергнул родственника. У Эсона был сын Ясон, который являлся также наследником, и ему грозила опасность. Опасаясь, что мальчика могут убить, отец спрятал его в горах, где его охранял мудрый кентавр Хирон. У каждого современного человека имя Ясон ассоциируется с мифом о золотом руне.

Прожил ребенок у кентавра долгих 20 лет. Хирон учил его наукам, вырастил сильным и крепким. Ясон владел основами врачевания и преуспевал в военном искусстве.

Вождь аргонавтов — Ясон

Когда парню исполнилось 20 лет, он решил вернуть власть отца в свои руки. Он обратился к Пелию с требованием вернуть ему престол отца. Тот якобы согласился, но решил хитростью погубить парня. Он поведал ему о золотом руне, которое приносило удачу и блага потомкам Афаманта. По коварному замыслу Пелия Ясон должен был погибнуть в этой экспедиции.

Ясон начал собирать команду. Среди его верных друзей были:

  • Геракл;
  • Тесей;
  • Кастор;
  • Полидевк;
  • Орфей и другие.

Судно, которое приказано было для них построить, назвали «Арго». Отсюда и пошло выражение «аргонавты». Покровительницами путешественников стали богини Афина и Гера. Под пение Орфея корабль отправился навстречу опасностям.

Миф о плавании аргонавтов в Колхиду

Первая остановка Арго была на острове Лемнос. У местности была интересная история. Мужчин здесь практически не было, поскольку их убили жены. Несчастные поплатились за многочисленные измены. Подбила их на преступление грозная царица Гипсипила.

Аргонавты сошли на землю и некоторое время развлекались с красавицами, пировали и отдыхали. Вдоволь навеселившись, они вспомнили о своей миссии и последовали дальше.

Следующая остановка путешественников была на полуострове Кизик (Пропонтид, Мраморное море). Местный правитель хорошо принял аргонавтов. В благодарность за это они помогли ему побороть шестируких великанов, которые жили рядом и нападали на жителей Кизика.

Согласно мифу о золотом руне следующим пристанищем аргонавтов стала местность в области Мизии. В этом месте жили нимфы. Речным красавицам понравился Гилас, который был очень хорош собой. Они заманили его к себе в пучину. Геракл отправился на поиски друга и отстал от «Арго». В ситуацию вмешался Главк. Он рассказал Гераклу, что у него есть миссия: ему нужно совершить 12 подвигов на службе у правителя Еврисфея.

Ясновидящий из Фракии

Прибыв во Фракию, путешественники повстречали бывшего царя местности Финея. Он был ясновидящим, которого боги наказали за предсказания. Они ослепили его и наслали на его дом гарпий, крылатых полудев, полуптиц. Те отнимали у несчастного человека любую еду. Аргонавты помогли ему справиться с нечистью. Ясновидящий за это раскрыл им секрет, как пройти между скалами, которые сходятся. Также он поведал, что золотое руно им поможет добыть Афина.

Ниже вы видите иллюстрацию к мифу Древней Греции «Золотое руно».

Далее аргонавты попали на остров Аретии, где подверглись нападению стимфалийских птиц. По стечению обстоятельств этих страшных тварей прогнал из Греции Геракл. Птицы имели перья-стрелы из бронзы, от которых воины прикрывались щитами.

Аргонавты добывают золотое руно

Наконец-то аргонавты прибыли в Колхиду. Как говорится в мифе о золотом руне, добыть драгоценную шкуру было почти невозможно. Тут и пришла на помощь Афродита. Она возбудила в сердце Медеи, дочери Ээта, пылкую страсть к Ясону. Влюбленная девушка и провела аргонавтов к царю.

Медея была волшебницей, и если бы не ее способности, то Ясон бы погиб. На аудиенции с царем вождь аргонавтов попросил Ээта отдать ему золотое руно взамен на любую услугу. Правитель был разгневан и придумал для Ясона очень сложное задание. По его замыслу главный аргонав, должен был погибнуть, выполняя его. Ясон должен был распахать поле бога войны Ареса с помощью огнедышащих быков. На нем аргонавт должен был посадить зубы дракона, а выросших из них воинов Ясон должен перебить.

Задание было не под силу никому, и Ясон мог погибнуть, если бы не влюбленная волшебница. Медея отвела аргонавта в храм и дала ему чудодейственную мазь. Она делала любого воина неуязвимым.

Ухищрения Медеи

Ясон воспользовался подарком Медеи и получил от Ээта драконьи зубы. Быки царя чуть не убили главу аргонавтов, но ему помогли Полидевк и Кастор, два брата силача. Все вместе они впрягли быков в плуг и вспахали поле. Тут явились ратники в латах, которые выросли из зубов. Медея перед битвой посоветовала возлюбленному кинуть в толпу воинов камень. Не поняв, кто это сделал, они начали нападать друг на друга. Так постепенно они сами себя и уничтожили. Тех, которые остались, добил своим мечом Ясон.

Царь Ээт был поражен победой Ясона и догадался, что ему помогла дочь. Медея поняла, что всей команде аргонавтов и ей грозит опасность от разъяренного отца. Ночью она повела возлюбленного за золотым руном. Дракона она усыпила с помощью своего колдовского зелья. Глава аргонавтов заполучил драгоценно руно, и они вместе с Медеей и командой отправились в Грецию.

Так заканчивается миф «Золотое руно» о Древней Греции. Существует целый цикл легенд о Ясоне, который показывает связь между Древней Грецией и Кавказом. Например, Колхида — это современная западная Грузия. В горной стране есть также предание о том, что золото из рек тут намывали, окуная в воду шкуру барана. На его шерсти оседали частички драгоценного металла. Содержание мифа «Золотое руно» должен знать каждый образованный человек.

В чем философский смысл мифа об аргонавтах и Золотом руне | Лидия, неисправимый гуманитарий

История Ясона, который собрал компанию героев (включая Орфея и Геракла) и на корабле «Арго» отправился в Колхиду за Золотым руном, претерпевая по пути разные приключения, таит в себе множество смыслов, спрятавшихся за ее увлекательным сюжетом.

Но во-первых, надо разобраться с самим руном — откуда оно появилось, и почему за ним надо было ехать?

Лоренцо Коста «Корабль аргонавтов»

Лоренцо Коста «Корабль аргонавтов»

История начинается задолго до того, как Ясон предпринял свою экспедицию. Когда-то очень давно коварная Ино подменила ответ оракула, и царь Афамант совершил преступление, ошибочно решив принести в жертву сына Фрикса. Но в самый драматичный момент явился баран с золотым руном и спас Фрикса и его сестру Геллу, посадив на себя и ринувшись в море, держа направление в сторону Колхиды. (Чудесное спасение детей не напоминает вам сюжет про Аврама и Исаака?). В данном случае баран был послан богиней облаков Нефелой, которая была матерью этих детей.

Однако по пути Гелла упала с барана и погибла (ее именем назвали Геллеспонт), а мальчик доехал таки до Колхиды. Люди там решили, что принести в жертву богам надо самого барана, что и было сделано. А его золотое руно вывесили для почитаний.

Картинка из открытого источника в Яндексе

Картинка из открытого источника в Яндексе

Вроде как относительный хеппи-энд, но ведь изначальное преступление не было искуплено. Из-за этого Греция впала в период тяжелых испытаний. То есть мы видим тут одну из версий первородного греха, тема, которая была мощно обыграна в Библии. Философский смысл этой темы в том, что исходное преступление меняет порядок вещей, течение жизни теряет свою естественность, мир теряет гармонию. Чтобы вернуть изначальное состояние упорядоченности, нужно искупить грех.

Ясон выбран богами для свершения этой миссии. По сути, он должен стать спасителем Эллады.

Картинка из открытого источника в Яндексе

Картинка из открытого источника в Яндексе

Но сам Ясон не понимает своего назначения. Он воспитан кентавром Хироном (олицетворение природной мудрости и силы), но является царевичем и, повзрослев, отправляется требовать своих законных прав, поскольку трон незаконно занял его дядя Пелий. Этот Пелий, вообще-то, находится в отчаянии, так как земля истощена, люди недовольны, а оракул говорит, что надо опасаться человека в одной сандалии, а также, что процветание страны возможно только при свершении искупления греха. То есть — возвращения золотого руна и тени Фрикса.

И тут является Ясон, как раз в одной сандалии (почему — это отдельная история), и Пелий отправляет его в Колхиду за руном. В надежде, что он там погибнет.

Аргонавты

Аргонавты

Претерпев кучу приключений, аргонавты прибывают в Колхиду, но ясно, что Золотое руно никто им не отдаст просто так. Местный царь задает Ясону заведомо невыполнимые задания, но тут на помощь приходит царевна Медея. Она волшебница, знает тайны трав и ядов и готова на все ради Ясона, так как влюбилась в него. Это отнюдь не благостный образ, Медея — братоубийца, расчленительница, в конечном счете, убийца собственный детей, это образ неистового женского либидо.

Добыв руно, аргонавты возвращаются в Грецию, с ними Медея. Однако счастья нет. События накатывают одно за другим, одно ужаснее другого. Означает ли это, что утерянную гармонию не вернуть никак? Не в том ли смысл мифа, что за злом следует только зло, и благие намерения, ради достижения которых идешь на преступления, превращаются в свою противоположность?

Читайте еще на моем канале:

Мой старый шуточный пост из ЖЖ про зайчика в философском контексте

Роль жертвоприношения в культуре: точка зрения Рене Жирара

В другом моем блоге:

Девичья честь и ее отсутствие: как это показано в искусстве

Из блога мужа:

Любимые советские артисты в шаржах Юрия Богатырева

судно охотников за руном, 4 буквы, 4-я буква О, сканворд

судно охотников за руном

Альтернативные описания

• в греческой мифологии корабль, на котором герой Ясон отправился в Колхиду за Золотым Руном (мифическое)

• воровской диалект; воровской сленг

• диалект определенной социальной группы людей, создаваемый с целью яэыкового обособления

• речь определенной социальной, профессиональной группы, служащая знаком принадлежности к ней

• синоним жаргон, сленг

• специальный диалект в лингвистике

• условный язык

• феня, но не уменьшительное от Федоры

• что такое офенский язык

• язык определенной группы людей или мифологический корабль

• судно, ходившее за шкурой

• язык бродячих торговцев — офеней, который обычно называют офенским (или афинским)

• обрезанный жаргон

• воровской язык

• язык воров

• название древнегреческого корабля

• корабль руноискателей

• корабль Ясона и К

• знаменитый 50-весельный корабль

• в старину созвездия Киль, Корма и Паруса образовывали одно большое созвездие Корабль, а как назывался этот корабль?

• плавсредство, сходившее за руном

• древнегреческий корабль золотых шкурников

• корабль аргонавтов

• корабль, на котором плыли похитители «золотого руна»

• мифический корабль древних греков

• речь определенной социальной, профессиональной группы, служащая знаком принадлежности к ней, часто имеет эмоциональную окраску

• жаргон, сленг

• специальный диалект

• за золотым руном корабль

• корабль Ясона

• на нем за золотым руном

• жаргон в слове «жаргон»

• синоним жаргона и сленга

• лексикон для посвященных

• корабль древних греков

• «сленг» по-французски

• офенский язык

• корабль для поиска руна

• корабль Ясона (мифическое)

• «урезанный» жаргон

• судно с золотым руном

• особый диалект

• судно Ясона

• корабль Ясона (миф. )

• превратите «рога» в жаргон

• судно, сходившее за руном

• на этом корабле плавал и Геракл

• ясон

• диалект социальной группы

• транспортное средство добытчиков золотого руна

• и жаргон, и корабль

• сленг

• жаргон

• мифический руновоз Ясона

• руновоз Язона и его команды

• условные слова и выражения общества

• диалект со своеобразной лексикой

• хит ВИА «Иверия»

• «яхта» Ясона

• жаргон, диалект

• корабль искателей руна

• золоторунный транспорт

• корабль экспедиции Ясона

• корабль экспедиц за золотым руном

• судно, ходившее за руном

• корабль, снаряженный в Колхиду

• условный язык воров

• 50-весельный корабль из мифов

• корабль, ходивший за руном

• «феня» для профи

• судно экспедиции Ясона

• судно аргонавтов

• диалект профессионалов

• судно похода Ясона

• созвездие Корабль . ..

• судно плавания Ясона

• название судна Ясона

• судно искателей руна

• корабль экспедиции за золотым руном

• профессиональный сленг

• вид жаргона

• «феня» воров

• речь социально замкнутой группы лиц, характеризующаяся специфичностью используемой лексики

• язык не для всех

• корпоративный язык

• «золоторунное» судно

• блат-язык воров

• операция от Бена Аффлека

• производитель бытовой техники

• Название древнегреческого мифологического корабля

• В греческой мифологии корабль аргонавтов

• Диалект определённой социальной группы, жаргон

Здесь был Ясон. В Сочи переписывают древнегреческий миф об аргонавтах

Российский курорт Сочи, претендующий на право проведения XXII зимних Олимпийских игр, но пока не имеющий на своей территории ни одного спортивного сооружения соответствующего уровня, решил для начала обставить конкурентов в другой сфере. Пусть у них там уже есть катки и разные трамплины, но зато никто из кандидатов на звание олимпийской столицы 2014 года не может похвастаться такой тесной связью с греческим Олимпом. Власти Сочи и несколько местных энтузиастов всерьез взялись за переделку известного мифа об аргонавтах.

Речь идет о новом прочтении «Аргонавтики» древнегреческого поэта Аполлония Родосского. Сочинцы надеются уже в этом году доказать всему миру, что команда легендарного корабля «Арго» во главе с Ясоном добывала золотое руно в окрестностях поселка Красная Поляна. До сих пор считалось, что аргонавты плавали за золотым руном к побережью современной Грузии, туда, где сейчас находится Колхидская низменность. К резиденции колхидского царя Ээта, владевшего шкурой золотого барана, «Арго» поднимался по реке Фазис, которая теперь называется Риони. В Сочи считают, что Фазис — это не грузинский Риони, а российская Мзымта, точно так же, как и Риони, впадающая в Черное море. Мзымта — самая большая река российского участка кавказского побережья, на ней стоит Красная Поляна, и даже в наши дни в этой реке достаточно воды, чтобы в ее устье смог войти корабль типа «Арго». А 32 века назад, когда состоялось плавание аргонавтов, Мзымта наверняка была еще более полноводной. Риони никак не может быть мифическим Фазисом, уверены сочинцы, потому что Аполлоний Родосский в своем сочинении пишет, что аргонавты, направив корабль в реку, увидели на обоих ее берегах горы. Но в устье Риони нет гор, там равнина, и до ближайших возвышенностей около 150 км. Другое дело Мзымта: здесь уже в 10 км от устья и справа, и слева впритык к реке стоят высокие горы с крутыми склонами, поросшими густым лесом.

Кстати, массивы растительности в сочинских горах ботаники называют лесом колхидского типа, а древнее Колхидское царство, к берегам которого плавал Ясон, занимало территории не только современной Грузии, но простиралось до тех мест, где сейчас стоит город Туапсе. То есть земли нынешнего Сочи входили в состав древней Колхиды, и этот неоспоримый факт служит сочинским энтузиастам дополнительным козырем.

Представители российского курорта уже побывали в греческом Волосе, бывшем древнегреческом Иолке, откуда в свое легендарное плавание отправлялся «Арго», и передали мэру города Кириякосу Митру предложение главы Сочи Виктора Колодяжного подписать между Волосом и Сочи договор об установлении побратимских связей. Грекам идея понравилась. Более того, выяснилось, что в Волосе уже идет строительство копии «Арго» и что 50 греческих спортсменов намерены совершить на этом корабле поход в Черное море. На реализацию проекта правительство Греции выделило 1 млн евро. Правда, современные аргонавты собирались плыть в Одессу, но узнав, что в Сочи исследуют миф об их знаменитом земляке и убеждены, что Ясон поднимался вверх по течению Мзымты, они тут же пересмотрели свой маршрут и теперь намерены держать курс на Сочи.

Планируется, что «Арго» прибудет в Сочи в начале осени этого года. Весельному кораблю длиной 28,5 метра, шириной 4 метра, с высотой надводной части борта 2 метра, с расчетной скоростью порядка 5—10 км в час потребуется более месяца, чтобы преодолеть расстояние от Волоса до Сочи. Понятно, что и плавание к побережью Сочи, и пребывание современных аргонавтов на российском курорте превратится в грандиозную PR-акцию. Надо полагать, что события мифа будут разыграны в театрализованном представлении, которое пройдет, разумеется, в местах возможного проведения Олимпийских игр. Греки, между прочим, обещают доставить на «Арго» в Сочи огонь с Олимпа.

Попытки привязать древние мифы к своей географии сочинцы предпринимают не впервые. Раньше в здешние горы и долины пытались «переселить» других мифических героев. Прометея сочинцы «приковали» на Орлиных скалах, где в качестве приманки для туристов сейчас стоит скульптурное изображение титана. А циклопа Полифема из мифа об Одиссее с той же целью — заинтересовать отдыхающих — «поселили» в Ахштырской пещере близ Адлера. Серьезные сочинские краеведы осуждают, как говорит историк Владимир Костиников, «странную моду на современное мифотворчество». По их мнению, подлинная история Сочи гораздо интереснее нелепых баек. Но, видимо, гораздо проще взять «раскрученный» миф и доказывать, что вот тут ступала нога Ясона. Ведь опровергнуть это утверждение, равно как и подтвердить его, основываясь на фактах, с научной точки зрения невозможно.

Игорь ГЛАНИН, Сочи

Время новостей

N°32

26 февраля 2006

Время новостей

Читать онлайн электронную книгу Узлы ветров — ПОХОД АРГОНАВТОВ бесплатно и без регистрации!


Некогда в солнечной Беотии, в красивом и богатом городе Орхомене жил царь Афамас со своею женой Нефе-лой, которая была богиней облаков. Родилось у них двое детей, и назвали их Фрикс и Гелла; после смерти Нефелы их воспитывала злая мачеха Ино, старавшаяся всячески избавиться от них. Однажды она уговорила женщин города Орхомена испортить посевное зерно; когда на полях Беотии ничего не уродило, царь Афамас отправил послов к оракулу в Дельфы узнать, что надо сделать, чтобы на поле был урожай. Но послов подкупила злая мачеха Ино; они принесли ложное предсказание и объявили царю, что недород и вызванные им бедствия прекратятся только тогда, когда Фрикс будет принесен в жертву Зевсу.

И царю Афамасу пришлось повести на заклание любимого сына, и когда юный Фрикс стоял уже у жертвенного алтаря, послала ему родная мать, богиня облаков Нефела, золоторунного чудесного барана, полученного ею в дар от Гермеса, чтобы спасти Фрикса и Геллу. И вот золотой баран, поднявшись в воздух, понес на себе сестру и брата через моря, долины и горы. Пролетая над морем, бедная Гелла упала со спины барана и утонула, и назвали то море морем Геллы, или Геллеспонтом. Но Фрикса после долгого пути золоторунный баран довез до страны Эйи, или Колхиды, что находится на востоке Эвксинского Понта, где протекает река Фазис. Правил тою страной в те времена царь-чародей Айет, сын Солнца-Гелиоса.

Он ласково принял мальчика, оставил его у себя в доме, и когда Фрикс вырос и стал красивым и сильным юношей, он женил его на своей дочери Халкиое. В благодарность за свое избавление Фрикс принес в жертву золоторунного барана, а золотое руно подарил гостеприимному царю Айету.

Айет повесил это золотое руно, как драгоценность, на высоком дубе в священной роще Арея и поставил его охранять страшного, не ведавшего сна дракона.

Долго висело в роще золотое руно, и овладеть им считалось одним из самых тяжелых и опасных подвигов. Стали рассказывать повсюду в Элладе об этом чудесном руне, и захотелось родственникам Фрикса его добыть, так как от этого зависело счастье и спасение их рода.

Ясон и Пелий

Был у царя Афамаса брат Крефей, который построил в Фессалии прекрасный город Иолк; после своей смерти он оставил править им сына своего Эсона, но городом завладел его младший сын Пелий, человек злой, несправедливый. Когда у Эсона родился сын, он стал опасаться, как бы жестокий царь Пелий не умертвил его ребенка, и потому он объявил, что сын его будто бы умер вскоре после рождения; устроены были поминки по нем, а на самом деле он тайно отправил его на воспитание к мудрому кентавру Хирону.

Вырос мальчик в глухой потаенной пещере кентавра, ухаживали за ним мать и жена Хирона. Когда он вырос, он стал красивым сильным юношей и его назвали Ясоном.

Обучил его Хирон военным доблестям, и когда ему исполнилось двадцать лет, он покинул пещеру кентавра, отправился в родной Иолк, желая вернуть отцовскую власть над городом и отнять ее у Пелия.

По дороге ему пришлось переходить через небольшую, но глубокую реку Энипей; он встретил на ее берегу старуху, которая попросила его перенести ее через реку, а была то богиня Гера, ненавидевшая царя Пелия; Ясон не узнал богини и перенес старуху на другой берег. Во время переправы он потерял одну из сандалий и не мог достать ее из речной тины и отправился дальше, обутый на одну ногу. Вот явился он в город Иолк, молодой, красивый и сильный. Одет он был в простую фессалийскую одежду, висела у него на плече пестрая шкура барса, в руке держал он два боевых копья, и народ смотрел на него с изумлением, думая, не сам ли это

Аполлон или могучий Арей. Глянул на незнакомца царь Пелий и увидел, что тот обут на одну ногу; он испугался, вспомнив предсказание оракула, что он должен остерегаться человека, обутого на одну ногу, который спустится однажды с горы в долину Иолка. И вот он насмешливо спросил незнакомца, откуда он родом, и велел отвечать ему правду. И спокойно ответил юноша:

— Я всегда следую совету мудрого Хирона, у которого я прожил двадцать лет в пещере. Я — сын Эсона и вернулся в дом своего отца, чтоб вернуть себе власть, захваченную несправедливым Пелием. Укажите мне дорогу в дом моего отца.

Затем Ясон отправился в дом к своим родным, где был радостно встречен отцом, который за это время уже постарел. Вскоре пришли повидать Ясона его братья, жившие в других городах. Ясон дал им прекрасные подарки и угощал их целых пять дней и ночей, рассказывая о своих странствиях, и, наконец, на шестой день объявил им, что он хочет тотчас отправиться в дом Пелия и говорить с ним о деле; и они встали и отправились в дом царя. Пелий вышел им навстречу, и Ясон обратился к нему с такими словами:

— Мы с тобой из одного рода и потому не должны прибегать к мечу и копью; я готов оставить тебе всех быков и овец и все поля, отнятые тобой у моего отца, но отдай мне скипетр и трон добровольно, чтобы не вышло беды.

— Я согласен на это, — ответил ему хитрый царь Пелий. — Но прежде исполни и ты мою просьбу. Погибший на чужбине Фрикс умоляет меня, чтоб я отправился к царю Айету в Колхиду и достал бы у него золотое руно барана, который некогда спас его от смерти. Но я слишком стар для далекого странствия, и если ты согласишься на этот подвиг, я обещаю тебе уступить скипетр и власть.

И Ясон, не зная о больших опасностях, которые его ждали в пути, согласился и стал подбирать себе смелых товарищей, которые отправились бы с ним вместе в поход за золотым руном.

Аргонавты готовятся к походу

Перед отплытием в далекую Колхиду Ясон объездил всю Элладу, созывая славных героев в далекий поход. Все обещали помочь Ясону. Среди них находились знаменитый певец Орфей, крылатые сыновья Борея, братья Кастор и Полидевк, Геракл, Линкей, Мелеагр, Тезей, Ад-мет, сын Пелия Акает, друживший с Ясоном, и много других отважных мужей. Вот собрались, наконец, смелые мореплаватели в город Иолк. За это время был построен у подножия горы Пелиона под руководством Афины, благоволившей к Ясону, большой, крепкий пятидесятивесельный корабль. Строил его знаменитый строитель Арг, и назван был тот быстроходный корабль Арго, а герои, собравшиеся плыть на нем, — аргонавтами, то есть плавателями на Арго.

Вделала Афина в корму корабля кусок священного дуба из рощи оракула Додоны, и взяла под свою защиту аргонавтов могущественная Гера, которая была благодарна Ясону за то, что он однажды зимой перенес ее на плечах через реку.

Когда корабль Арго стоял уже в иолкской гавани, готовый к отплытию, аргонавты решили избрать предводителя похода, и все назвали Геракла, но он отклонил от себя эту честь и указал на Ясона. Принял тогда на себя предводительство Ясон и распределил по жребию места на корабле, и пришлось по два гребца на каждое весло. Взялись за среднее весло Геракл и Анкей, кормчим выбрали героя Тифиса, а зоркого Линкея — рулевым.

На других веслах сидели аргонавты Полей и Теламон, отец Аянта, а внутри корабля находились братья Кастор и Полидевк, Нелей, Адмет, певец Орфей, Мено-тий, Тезей и его друг Пейрифой, отрок Гилас, спутник Геракла, и Эффем, сын Посейдона.

Перед отплытием привели двух больших быков и принесли их в жертву Аполлону; принесли жертвы также и Посейдону, и на другое утро, на ранней заре, разбудил аргонавтов кормчий Тифис, взялись гребцы за весла, и плавно отплыл из гавани Арго и вышел в открытое море.

Попутный ветер надувал паруса, и под звуки песен Орфея, без помощи весел, весело шел корабль по волнам, и слушали песни Орфея рыбы, и, вынырнув из морской глубины, плыли за кораблем, как стадо, идущее за флейтой своего пастуха.

Аргонавты на острове Лемносе

Спустя несколько дней прибыли аргонавты к острову Лемносу; им правили женщины, которые незадолго до того перебили своих мужей за их измену, и только одна Ипсипила, царица Лемноса, пожалела своего отца Фоа-са и отправила его на лодке в море, но буря разбила ее, и несчастного Фоаса спасли и приютили у себя рыбаки.

Женщины Лемноса сами работали на полях и ходили вооруженные, опасаясь нападения фракийцев.

Когда аргонавты пристали к острову, они послали вестника с просьбой позволить им переночевать на берегу. И созвала Ипсипила всех женщин острова, чтоб обсудить просьбу мореплавателей. Одни предлагали доставить гостям на корабль пищу и воду, другие — подарки, но по совету царской кормилицы было решено пригласить аргонавтов в город и просить их остаться у них для защиты города от фракийцев. Женщины Лемноса радостно встретили своих гостей и устроили в честь их роскошные пиршества и состязания. Аргонавты разместились в городе в домах у женщин, а Ясон поселился в царском доме у Ипсипилы, и только Геракл с несколькими мореплавателями остался охранять корабль.

Немало времени провели аргонавты в веселых пирах и плясках и всякий раз откладывали свое отплытие, и если бы Геракл не собрал нескольких стойких товарищей и не напомнил бы им о цели похода, долго бы пробыли еще аргонавты на Лемносе у гостеприимных женщин.

Но аргонавты послушались совета героя Геракла и, простившись с ними, сели снова на свой Арго и, оттолкнув его от берега, взялись дружно за весла, и вскоре остался вдали гостеприимный остров Лемнос.

На полуострове Кизика

Отправились аргонавты дальше по Геллеспонту, вошли в Пропонтиду, и фракийский ветер пригнал их вскоре к берегам полуострова, неподалеку от Фригии. На полуострове этом, на глухой горе Медведь, жили дикие исполины, и было у каждого из них по шесть рук, по две руки на плечах, а четыре по бокам. На цветущей равнине обитали долионы, которыми правил молодой Кизик. Долионы вели свой род от морского бога Посейдона, который защищал их от диких соседей, шестируких исполинов.

Бросили аргонавты якорь в удобном заливе и высадились на берег.

Долионы и Кизик гостеприимно приняли путешественников и предложили отвести корабль Арго в городскую гавань.

Кизик был совсем молодой, он недавно женился на прекрасной Клейте и принял радушно отважных мореплавателей. Подарил Кизик аргонавтам жирных овец и вино, и устроил им пир, и сам принял в нем участие.

Узнав, что они плывут в далекую Колхиду за золотым руном, он дал им указания относительно их дальнейшего пути. Утром он повел их на высокую гору, откуда было видно открытое море. Но вдруг с другой стороны горы, из лесу, показались шестирукие исполины и начали глыбами скал заваливать выход из гавани в море. Тогда Геракл взял свой лук и ядовитые стрелы и начал разить одного за другим исполинов; на помощь ему пришли остальные аргонавты. Они спустились с горы и стрелами и копьями помогли одолеть шестируких исполинов, и перебили их всех до одного. Лежали они, подобно огромным стволам, подрубленным топором лесоруба, и стали поживой для морских рыб и птиц.

Победив шестируких исполинов, аргонавты подняли якорь и, напутствуемые добрыми пожеланиями долио-нов, вышли в море. Попутный ветер весь день гнал Арго вперед, но ночью ветер переменился; аргонавты этого не заметили и снова подошли к острову долионов; они высадились на берег и в ночной темноте не узнали острова. А долионы, услыхав о высадке вооруженных людей, подумали, что это морские разбойники пеласги, и вышли вооруженные им навстречу. Началась в ночной темноте яростная битва; ни одна сторона не узнавала другой, и убили аргонавты много долионов, а Ясон поразил копьем царя Кизика. Битва длилась до самого рассвета, и в ужасе увидели тогда бойцы свою ошибку. Три дня аргонавты и долионы оплакивали убитых и похоронили их с большими почестями. А молодая Клейта, жена Кизика, в горе по погибшем муже лишила себя жизни; плакали вместе с ней нимфы рощ, и из слез, пролитых ими, возник источник, названный затем именем несчастной Клейты.

Гилас

Отплыли аргонавты от острова и, после нескольких дней плавания по бурному морю, однажды вечером высадились на берегу Мизии, где впоследствии находился город Хиос. Жители приняли их радушно, дали им еду и вино. Когда аргонавты отдыхали после долгих трудов, Геракл отправился в лес срубить дерево для нового весла, в этот день он сломал свое старое весло; там он нашел высокую стройную сосну и, положив на землю лук, стрелы и львиную шкуру, схватил ствол сосны и вырвал ее из земли с корнем. В это время красивый юноша Гилас, любимец Геракла, пошел набрать для него воды из ручья; но увидели нимфы прекрасного юношу, наклонившегося к ручью, и, очарованные его красотой, увлекли его за собой в воду. И утонул прекрасный Гилас в глубоком ручье, как сияющая звезда на небе, которая, падая, гаснет.

Аргонавт Полифем, услыша крик юноши, подумал, что его схватил какой-нибудь дикий зверь или разбойник, собирающийся увести его в горы, и он бросился к нему на помощь. По дороге он встретил Геракла и рассказал ему о несчастной судьбе юноши. Тогда разъяренный Геракл, бросив сосну наземь, кинулся на розыски Гиласа. Всю ночь он искал юношу, звал его громким голосом, и вдруг он услышал отдаленный и слабый звук. Геракл подошел к ручью, но Гиласа там не нашел.

Когда над горой встала утренняя звезда и поднялся попутный ветер, кормчий Тифис предложил мореплавателям выйти в море, и с первыми лучами восходящего солнца аргонавты поплыли дальше, и только тогда заметили отсутствие Геракла и Полифема. И начался между ними спор — продолжать ли плавание без своих славных спутников или вернуться назад к берегам Мизии.

Ясон сидел молча, не вмешиваясь в спор. Тогда выступил разгневанный Теламон, верный товарищ Геракла, и, обратясь к Ясону, воскликнул:

— Отчего ты молчишь? Неужели боишься, что Геракл пожелает состязаться с тобой в славе? Я не хочу продолжать с вами путь и вернусь за покинутым другом!

Он бросился к кормчему Тифису, заставил его повернуть Арго назад и направить его к берегу Мизии, но сыновья Борея его удержали. Вдруг выплыл из морских глубин морской бог Главк со взъерошенною головой; твердой рукой он схватил борт корабля и объявил аргонавтам, что Геракл и Полифем остались по воле богов и что Гераклу надо совершить свои двенадцать подвигов, а Полифем должен основать город Хиос; что оба они остались, разыскивая прекрасного Гиласа, похищенного нимфами. Сказав это, морской бог опустился в морские глубины; тогда Теламон подошел к Ясону, попросил простить ему гневное слово. Ясон помирился с Теламоном, и аргонавты весело продолжали свой путь дальше.

Геракл после долгих напрасных поисков любимого им Гиласа отправился в Аргос на службу к царю Эврис-фею, чтобы совершить свои подвиги, а аргонавт Полифем остался в Мизии и основал там город Хиос.

Аргонавты у великана Амика

На другой день на рассвете аргонавты направили свой корабль к большому, далеко выступающему в море мысу, где жили бебрики; правил той страной дикий великан необычайной силы, с широкой длинной бородой; звали его Амик, и был он предводителем бебриков. И уже не один человек из соседних стран, попадавший на этот несчастный берег, погиб от его тяжелой руки.

Увидя, что чужой корабль пристал к его берегу, вышел Амик навстречу мореплавателям и крикнул кичливо:

— Эй, вы, морские бродяги, знайте, что ни один чужеземец не смеет покинуть моих владений, не померяв-шись со мной в кулачном бою. Так вот, выбирайте самого сильного из вас и давайте его для кулачного боя со мной, а не то будет вам плохо!

Разгневались отважные аргонавты-герои, и поднялся тогда Полидевк, лучший из кулачных бойцов Эллады, и крикнул в ответ великану Амику:

— Послушай, перестань ты грозить нам, мы готовы с тобой померяться силой! — и вышел на берег, навстречу великану. Грозно глянул Амик на смелого юношу Полидевка, глянул, как раненый лев смотрит на того, кто первый нанес ему рану; и снял спокойно с себя Полидевк свой плащ и приготовился к бою; Амик сбросил тоже черный свой плащ, и сели по обе стороны мужи Эллады и толпы явившихся бебриков и стали следить за поединком.

Был подобен дикий Амик страшному сыну Тифона; и спокойно стоял напротив него молодой Полидевк, подобно звезде на вечернем небе, и глядел на великана; и хотя Полидевк был совсем еще юношей, но он чувствовал в себе неодолимую силу и отвагу.

Вытянул руку Полидевк, чтоб проверить, не устала ли она от долгой работы на веслах. Мрачный стоял против него, не двигаясь с места, Амик, жаждая крови. И вот принесены были крепкие кулачные ремни и брошены на землю рядом с бойцами.

— Выбирай любой из них, — сказал Амик Полидевку, — и обвяжи им руку; ты скоро увидишь, что я неплохой скорняк и ловко умею окрашивать кровью щеки любому.

С улыбкой надел Полидевк один из кулачных ремней, обвязал им руку, то же сделал Амик, и начался страшный бой между ними.

Точно большая волна, напирающая на корабль, двинулся дикий Амик на молодого Полидевка и стал наносить ему удар за ударом. Но юноша ловко умел от них уклоняться и избегал ударов; вскоре, подметив слабые стороны противника, он нанес ему немало тяжелых ударов. Долго без устали бились бойцы и останавливались только тогда, когда у них не хватало дыхания. Вот отошли они в сторону, чтобы вытереть пот. Но вскоре, подобно разъяренным быкам, снова ринулись в бой.

Высоко замахнулся великан Амик, чтоб ударить изо всех сил кулаком Полидевка, но тот успел увернуться и был лишь слегка задет по плечу; тогда он нанес удар Амику, и тот от боли упал на колено.

Ликовали аргонавты, когда дикий Амик поник головой на землю, но бебрики, видя гибель своего вождя, бросились на Полидевка, и дело дошло до страшного боя; Кастор мечом положил немало врагов, и укрытый щетинистой шкурой кабана аргонавт-великан Анкей выступил в бой со своей тяжелой секирой; ему пришли на помощь и другие аргонавты и обратили бебриков в бегство; долго преследовали их аргонавты и загнали в глубь страны. А сами провели ночь на берегу моря, перевязали раны друг другу, а затем отдыхали. Они сидели, весело пируя, увенчав себе головы лавровыми венками, и слушали песни Орфея, который пел о победе юного Полидевка.

Аргонавты у Финея

На другое утро вышли аргонавты снова в открытое море и вскоре подошли к берегам Фракии. Жил там старец Финей, бывший прежде царем этой страны, но теперь влачивший свою жизнь в горе. Он обладал даром пророчества, но Аполлон наказал его за то, что он злоупотреблял этим даром; девы-гарпии, похожие на хищных птиц, отнимали у несчастного Финея пищу, и он постоянно страдал от страшного голода. Но Финею было предсказано, что он только тогда избавится от своих мучительниц-гарпий, когда к фракийским берегам пристанут сыновья Борея и освободят его.

Когда слепой старик Финей узнал, что приплыли на корабле аргонавты, он вышел, опираясь на посох, ощупывая стены, навстречу героям.

Увидав несчастного старца, аргонавты почувствовали к нему жалость; и обратился Финей к ним с такими словами:

— Герои Эллады! Мстительные Эриннии наказали меня слепотой и мучат голодом; но мне было предсказано, что однажды явятся сыновья Борея и освободят меня от беды. Я — Финей, сын Агенора; я некогда правил фракийской землей и был женат на вашей сестре Клеопатре.

Аргонавты решили освободить старика от мучительных гарпий и стали готовить ему обед — последнюю добычу этих чудовищных птиц. И только Финей прикоснулся к еде, как тотчас налетели быстрокрылые гарпии и все сожрали. Аргонавты подняли шум, но птицы его не испугались и, уничтожив всю пищу Финея, с криком улетели в море. Бросились крылатые сыновья Борея с обнаженными мечами за ними вдогонку, и долго гонялись они за гарпиями; близ Плотийских островов они подлетели к ним так близко, что их можно было схватить руками. Но только собрались сыновья Борея убить гарпий своими мечами, как спустилась с кеба быстрая вестница богов Ирида и запретила убивать птиц; она объявила, что с этих пор они не будут прилетать к Финею и мучить его. Тогда сыновья Борея, поверив Ириде, вернулись к своему кораблю Арго.

Закололи тогда аргонавты овцу и приготовили для старца Финея снова обед. Насытился, наконец, несчастный Финей и начал у очага предсказывать аргонавтам, что случится с ними во время их плавания.

— Слушайте, что я скажу вам, — начал Финей. — Прежде всего, встретите вы на своем пути в узком проливе Эвксинского Понта две громадных опасных скалы, которых зовут Симплегадами; между ними до сих пор не проходил еще ни один из мореплавателей, ибо скалы эти все время движутся, сталкиваясь одна с другой, и снова расходятся. Будьте зорки, подплывайте к ним с большой осторожностью. Пустите впереди корабля голубя, и если он благополучно пролетит между скалами, тогда пробуйте проплыть и вы; гребите изо всех сил, а если голубь между ними погибнет, то плывите другим путем и, миновав страшные скалы, направьте корабль свой направо и плывите вдоль берега, но не слишком близко к нему, так как в этих местах много отмелей и подводных скал, и на его берегах живут воинственные и дикие племена. Потом вам придется плыть мимо страны, где живут воинственные амазонки; мимо высоких крепостей моссинекского народа, построенных на вершинах лесистых гор; затем вы достигнете страны халибов, добывающих из земли железо; и, наконец, вы подойдете к берегам Колхиды, там, где бурная река Фазис впадает в море-, там на берегу стоит прекрасный дворец царя Айета, и в священной роще на высоком дубе висит золотое руно; стережет его и день и ночь страшный, не знающий сна дракон.

Аргонавты с большим вниманием слушали речь старца Финея; он пояснил им, что труден будет их путь, но вернутся они домой благополучно, если пройдут опасные Симплегадские скалы, и что на обратном пути им поможет Афродита.

Хотели еще спросить аргонавты у мудрого старца советов, но в это время вернулись назад сыновья Борея и стали рассказывать о своем полете за гарпиями.

Наконец мореплаватели простились с мудрым старцем Финеем и отправились в путь.

Симплегады и остров Аретиада

Много дней плыли герои, гонимые северным ветром, и вдруг услыхали, как вдали, шумя, бушевали симплегадские волны и с грохотом сталкивались страшные скалы Симплегады.

Крикнул кормчий Тифис, предупреждая аргонавтов о предстоящей опасности, и дружно взялись гребцы за весла, думая, что успеют провести свой корабль между скал. Вышел аргонавт Эвфем на переднюю часть корабля и выпустил голубя; стали следить аргонавты с тревогой, пролетит ли он между скалами, но вот с грохотом сомкнулись Симплегады, раздался страшный треск, расходились и вспенились волны, и увидели мореплаватели, что голубь пролетел между скалами, и только конец хвоста был у него оторван.

Закричали на радостях аргонавты и по зову своего кормчего снова взялись за весла и направили свой корабль в пролив между скалами. Подняла Арго на гребне большая волна и бросила его в узкий пролив, но двинулась навстречу кораблю другая, не меньшей силы волна, и чуть было не погиб прекрасный Арго. Перестали тогда грести аргонавты, опустилась волна, и снова поднялся корабль на ее гребне; взялись тогда аргонавты снова за весла. Мчится корабль, то взлетая, то ныряя, по гребням грозного моря, напирают на него волны со всех сторон, и вдруг стали сближаться Симплегадские скалы. Но явилась на помощь аргонавтам Афина-Паллада, и, отодвинув рукой одну из скал, она другой помогла кораблю вырваться из почти уже сомкнувшихся скал, и только небольшая часть корабельной кормы была оторвана скалами. Вот раздвинулись снова грозные Симпле-гады и навсегда с той поры остались стоять на том месте, ибо, если однажды проплыл между ними корабль, они должны стоять с той поры нерушимо.

— Теперь мы спасены! — воскликнул радостно кормчий.  — Вспомним предсказания старца Финея. Я знаю, теперь уж мы одолеем и другие трудности, которые будут на нашем пути.

— Друзья, не напрасно ли я подвергаю вас опасности? — спросил аргонавтов Ясон. Но они в ответ ему весело засмеялись.

— С такими спутниками мне не страшна никакая опасность, — молвил Ясон, — гребите дружней и давайте двигаться дальше.

И плыли аргонавты много дней и ночей вдоль южных берегов Эвксинского Понта, минуя разные страны и неведомые им народы.

Подплыли они, наконец, к острову Аретиаде, и вдруг поднялась над ними громадная птица и, пролетая над Арго, стала ронять на него свои острые, как стрелы, перья. И упало одно из них на плечо Элею; выронил от боли Элей весло; тогда вынул один из аргонавтов перо из его плеча и омыл ему рану, но появилась другая птица; тогда Клитий пустил в нее из лука стрелу, и упала птица в море, вблизи корабля, и догадались аргонавты, что они находятся близ острова Аретиады и что птицы эти — птицы Арея, стимфалиды, изгнанные из Аркадии Гераклом и поселившиеся здесь, на пустынном берегу. Надели тогда мореплаватели свои медные шлемы и, вооружившись щитами, подплыли к острову.

Громко крича и ударяя в щиты, они подняли сильный шум, и птицы взлетели огромными стаями и, роняя на корабль целую тучу острых перьев, пронеслись над ними высоко в воздухе и улетели на соседний остров; тогда смогли аргонавты пристать к Аретиаде и высадиться на берег. Только вступили они на берег, как встретили их трое юношей в изорванных одеждах; то были сыновья Фрикса, который, умирая, завещал им вернуться в родной город Орхомен, в дом цара Афамаса. Но когда они плыли на родину, по пути поднялась на море страшная буря, волны разбили их корабль, и им едва удалось добраться до этого острова.

Встретив аргонавтов, юноши рассказали им о себе и просили дать одежду и пищу. Ясон обещал им помочь, и их напоили и накормили; затем Ясон рассказал, что он плывет в далекую Колхиду за золотым руном, и предложил им принять участие в этом трудном походе.

Узнав об этом, юноши ответили Ясону:

— Мы готовы помочь вам, но дед наш Айет жесток; он — сын Солнца и силен, как Арей; он правит бесчисленными народами Колхиды, покорными его воле, а золотое руно охраняет страшный дракон, и его трудно похитить, даже если б Айет был бы согласен на это.

Многие аргонавты при этих словах побледнели, но молвил смелый Пелей, сын Эака:

— Мы не бессильны и не боимся царя Айета. Мы опытны в битвах, и в наших жилах течет кровь богов, и если он не отдаст нам золотого руна, то плохо ему придется.

Слова Пелея подняли дух аргонавтов, пошли веселые речи, и длилась беседа между ними за полночь.

Но только светать начало, как подняли они паруса и, взяв на корабль сыновей Фрикса, двинулись дальше в путь. Плыли они целый день и всю ночь, и на другое утро заголубели на востоке высокие горы Кавказа. Там к одной из пустынных скал был прикован в то время титан Прометей, и клевал его печень хищный орел. Когда на море ложилась вечерняя мгла, увидели аргонавты, как пролетел над Арго огромный орел, направляясь к Прометею. Он летел высоко над облаками, и от взмахов его широких крыльев бились на корабле паруса и вздувались, как от сильного ветра. Услыхали аргонавты стоны титана Прометея, в печень которого вонзал свой клюв орел; но вскоре стоны умолкли, и пролетел орел над кораблем той же дорогой назад.

Подошли аргонавты в эту же ночь к устью реки Фазиса, что протекала по Колхиде.

Спустив паруса, они взялись за весла и направили корабль вверх по реке; и был слева Кавказ и столица царя Айета, а справа — священное поле и роща Арея, где висело на дубе охраняемое драконом золотое руно.

Наполнил Ясон золотой кубок вином и вылил его в ре-ку, принося жертву матери-Земле и героям, ушедшим в Аид; и направили затем аргонавты свой Арго в бухту реки, поросшую густым тростником. Здесь бросили якорь и вскоре, утомленные долгим путем, уснули крепким сном моряков, но недолог был сон их — вскоре на небе показалась молодая заря, золотисто-багровая Эос.

Ясон у царя Айета

Поднялись раным-рано на рассвете аргонавты и собрались на совет; и выступил первым Ясон:

— Друзья, послушайте, что я скажу вам. Вы оставайтесь на корабле, а я вместе с сыновьями Фрикса и двумя из вас отправлюсь к царю Айету. Я узнаю, согласен ли он отдать добровольно золотое руно. Если он нам откажет, мы обсудим, что делать нам дальше.

Аргонавты согласились с Ясоном, и он вместе с сыновьями Фрикса, Теламоном и Авгеем, взяв в руки жезл мира, отправился в город, ко дворцу царя Айета.

По дороге они подошли к киркейскому полю и с ужасом увидели множество трупов, подвязанных цепями к деревьям, — так хоронили жители Колхиды умерших, и только женщин они закапывали в землю.

Когда аргонавты шли по городу, их покровительница Гера укрыла весь город густым туманом, и, не замеченные никем, они прошли по улицам столицы Айета.

Вот подошли они ко дворцу; Гера рассеяла туман, и герои увидели огромный дворец колхидского царя, окруженный высокими стенами и башнями; были в нем большие ворота, а дальше стояли ряды высоких колонн, окружавшие стены дворца. В молчании вошли аргонавты во двор, увитый тенистыми виноградными лозами; там стояли четыре красивых фонтана, и текло из одного молоко, из другого — вино, из третьего — благовонное масло, из четвертого струилась прозрачная чистая вода, и была она зимой теплая, а летом студеная. И все это было сделано руками искусного мастера — бога Гефеста. Он же сделал для Айета быков из меди, и вырывалось из их ртов страшное пламя. Выковал Гефест Айету плуг из железа, и все это он сделал в благодарность богу Солнца, отцу Айета, за то, что тот спас его однажды во время битвы с гигантами и вывез на своей колеснице.

Вошли аргонавты во внутренний двор и за рядами прекрасных колонн увидали они много двустворчатых дверей, ведущих в покои двух дворцов. В одном из них жил Айет со своею женой Идией, дочерью Океана и Фетиды, а в другом — его сын Апсирт, рожденный от нимфы. Жители Колхиды звали его Фаэтоном, то есть лучезарным, оттого что превосходил он красотой всех юношей Колхиды. В остальных домах, стоявших вокруг дворцов, жили две дочери Айета, Халкиоя, вдова Фрикса, и младшая дочь Медея. Была Медея волшебницей и все дни проводила в храме богини Гекаты, но в этот день по внушению Геры она осталась дома и встретила во дворе аргонавтов. При виде чужеземцев она испугалась и вскрикнула; услыхав ее крик, бросила свою прялку ее сестра Халкиоя, и когда она увидела перед собой своих детей, она от радости бросилась к ним навстречу и стала их обнимать.

Услышав шум во дворе, вышел из дворца Айет со своей женой Идией, и весь двор вскоре наполнился людьми. Было велено слугам заколоть для гостей большого быка; одни рубили дрова, другие грели воду в котлах, и никем не замеченный прилетел во двор Эрос и, спрятавшись за спину Халкиои, пустил стрелу в грудь Медеи и, улыбаясь, улетел на Олимп. Безмолвно стояла молодая Медея и, увидев героя Ясона, полюбила его.

Приготовили слуги богатый обед, и, омывшись, сели аргонавты за стол. Во время обеда царь Айет спросил у одного из сыновей Фрикса, Аргоса, почему он вернулся назад и по какому делу явились вместе с ним чужеземцы.

Рассказал ему Аргос о своем неудачном плавании и как чужеземцы спасли его и братьев на пустынном острове от неминуемой гибели; он объяснил Айету, что прибывшие с ним чужеземцы — аргонавты и зачем явились они в Колхиду.

— Ясон явился затем, чтоб потребовать у тебя золотое руно. Хитрый Пелий, дядя Ясона, захвативший у него власть, послал его к тебе с этим поручением, надеясь, что он не вернется назад из похода живым. Но корабль аргонавтов быстроходен и крепок, он построен искусным мастером Аргом, им управляют смелые герои Эллады, — и сын Фрикса назвал каждого из героев по имени.

Разгневался властолюбивый царь Айет, услыхав речь сына Фрикса. Решив, что аргонавты прибыли в Колхиду по совету его внуков, он воскликнул:

— Не ради золотого руна вы явились сюда, а чтобы отнять у меня власть над Колхидой. Если б вы не были моими гостями и не сидели б у меня за столом, я велел бы вам отрубить руки и ноги и вырвать у вас языки.

Тогда поднялся с места аргонавт Теламон и хотел ответить Айету гневной речью, но Ясон удержал его:

— Успокойся, Айет. Н есо злыми намерениями прибыли мы в Колхиду. Кому придет в голову мысль так долго плыть по бурному морю, чтоб ограбить другого? Нет, нас послал сюда злой царь Пелий. Отдай нам золотое руно, и мы прославим тебя по всей Элладе. А если вздумаешь ты начать войну с сарматами, то возьми нас с собой, мы поможем тебе сражаться.

Не знал царь Айет, на что ему решиться, как ответить героям. Он подумал и сказал, обращаясь к Ясону:

— Если вы и вправду герои, я готов отдать вам золотое руно. Но прежде я хочу тебя испытать. Ты должен исполнить трудную и опасную работу, которая мне, однако, по силам. На поле Арея пасутся два медноко-пытных быка, из их ноздрей вырывается пламя. На этих быках я вспахиваю поле Арея и сею на нем не хлебные зерна, а зубы дракона, и вырастают из них закованные в броню великаны; они нападают на меня со всех сторон, но я поражаю их своим копьем. Рано на рассвете запрягаю я этих быков в плуг, а вечером, после жатвы, я отдыхаю. Если ты исполнишь эту работу, я немедля отдам тебе золотое руно, и вы отвезете его царю Пелию.

Долгое время сидел Ясон молча, в глубоком раздумье; не хотелось герою спешить с обещанием, слишком была велика опасность. Наконец он ответил Айету:

— Ты прав, могучий Айет, требуя от меня столь трудного подвига, но я решаюсь на него и принимаю твое предложение.

— Обдумай сперва хорошо, — молвил мрачно Айет, — можешь ли справиться с делом, за которое ты берешься. А если боишься, то лучше покинуть тебе нашу землю.

Поднялся с места Ясон и вместе со своими спутниками покинул дворец Айета.

Но остались при матери, по знаку, данному старшим братом, два сына Фрикса.

Когда красивый и стройный Ясон шел по дворцу, Медея смотрела на него в восхищении, и горькими слезами заплакала она, оставшись одна во дворце.

— О, если бы я могла спасти его от мучительной смерти! Богиня Геката, помоги ему вернуться живым. А если ему суждено погибнуть от ужасных быков на поле Арея, то пусть он знает, что я радоваться его смерти не буду!

В это время герои направлялись назад к своему кораблю. Услыхав предложение Айета, аргонавты сначала пришли в уныние, а затем разгневались, но выступил Аргос и дал им мудрый совет:

— Во дворце Айета живет волшебница Медея, сестра моей матери; я буду ее просить, чтобы она своим волшебством пришла на помощь Ясону. Если она не откажет, мы тогда спасены.

И подлетел в это время к кораблю голубь, за которым гнался коршун; спасаясь от него, он спрятался за пазуху к Ясону, а коршун упал на палубу корабля. И сказал тогда один из аргонавтов:

— Вспомните предсказание мудрого старца Финея — с помощью Афродиты мы сможем благополучно вернуться домой; мы видели, как ее любимая птица была на глазах у нас спасена от смерти. Надо исполнить, что предлагает Аргос.

И аргонавты с ним согласились.

Тогда послал Ясон Аргоса в город к матери его Хал-киое, и стали все ждать его возвращения.

А царь Айет собрал тем временем жителей Колхиды и рассказал им, зачем явились к нему чужеземцы. И было решено, что когда на поле Арея погибнет их предводитель Ясон, тотчас обложить корабль Арго деревьями и сжечь его вместе с людьми.

Но самую жестокую казнь готовил жестокий царь Айет сыновья Фрикса, которые, как он думал, привели аргонавтов в Колхиду, чтоб отнять у него власть.

Пришел Аргос к своей матери Халкиое, прося ее уговорить Медею помочь аргонавтам. Сжалилась Халкиоя над смелым Ясоном и обещала просить о помощи Медею.

Беспокойные, странные сны в это время снились Медее. Ей снилось, будто юный герой Ясон вступает в битву с быками, ко не затем, чтоб добыть золотое руно, а чтоб на ней жениться. Снилось ей еще, что она сама борется с теми быками и их побеждает, но отец и мать не хотят сдержать слова и не согласны выдать ее замуж за Ясона, так как быков должна была победить не она, а Ясон. И начинается спор; решение его будто предоставляют Медее. И она выступает на стороне агронавтов. Разгневался на нее отец и грозно закричал — и от этого крика она проснулась.

Она решает идти к своей сестре Халкиое, думая, что та ради своих сыновей будет ее просить помочь Ясону. Заплакала, проснувшись, Медея; услыхала ее плач служанка и рассказала об этом Халкиое, которая как раз в это время сидела вместе с Аргосом, обдумывая, как упросить сестру помочь Ясону.

Пришла Халкиоя к Медее и застала ее плачущей.

— Что с тобою, сестра? — спросила ее Халкиоя. — Не заболела ли ты, или, может быть, ты узнала, что отец наш задумывает погубить меня и моих сыновей?

В смущении слушала Медея сестру, ей хотелось ответить, но стыд мешал ей вымолвить слово. Наконец она пересилила себя и ответила так:

— Снились мне страшные сны. Боюсь я за судьбу твоих детей. Беспокоит меня, что отец может предать их смерти вместе с аргонавтами.

Испугалась Халкиоя и, проливая слезы, стала просить спасти ее сыновей, и Медея обещала сделать все, что будет в ее силах.

— Ради моих детей, — просила она Медею, — помоги Ясону! Дай ему талисман, чтобы он мог победить врагов в предстоящей битве с быками. Приходил ко мне Аргос, посланный им, чтоб просить у тебя помощи.

Обрадовалась Медея, щеки ее покрылись румянцем, и она сказала:

— Сестра, будь спокойна, я исполню твою просьбу. Завтра, на рассвете, я пойду в храм Гекаты и вручу Ясону талисман, он поможет ему одолеть быков; но смотри, чтоб об этом не узнали родные.

Вышла Халкиоя из покоев Медеи и поспешила рассказать об этом всем своим сыновьям. Оставшись одна, Медея не спала целую ночь; стыд, любовь, сострадание и страх боролись в ее сердце. Она то решала спасти чужеземца Ясона, которого она полюбила, а затем умереть самой, то покончить с собой теперь же, в эту же ночь, чтоб никто не мог ее упрекнуть в измене родине и родным. Она встала и подошла к ларцу, где хранились лекарства и смертоносные яды; но вдруг ей снова захотелось жить; ей вспомнилось счастливое детство, игры с подругами, и смерть ей показалась страшной; она твердо решает спасти Ясона и ждет наступления утра.

Ясон и Медея

Рано утром пришел Аргос на корабль аргонавтов и передал им радостную весть о согласии Медеи помочь Ясону. В это самое время Медея готовилась отправиться в храм Гекаты; она заплела свои светлые волосы, умастила тело благовонным маслом и, надев самую красивую из своих одежд и выйдя из дома, велела служанкам запрячь колесницу.

Достала она из ларца волшебную мазь; кто натирал этой мазью тело, того в этот день не разил меч, не палил огонь и не мог победить ни один враг. Мазь эта была сделана из черного сока растения, выросшего в диких лесах Кавказа, на земле, обагренной кровью Прометея. Эту мазь Медея, достав из ларца, спрятала за поясом, потом села она в колесницу и отправилась с двумя служанками к храму Гекаты.

Вскоре явился туда в сопровождении Аргоса и Ясон. Гера одарила героя необычайной красотой; и вот он вступил в храм Гекаты, где его ждала вещая Медея. Увидев героя, она стояла перед ним, как очарованная, и долго смотрели они друг на друга в молчании.

Так же, как в горном лесу стоит возле пихты в час затишья ветвистый дуб, но вдруг подымается буря и начинают шуметь вершины обоих деревьев, так стояли Ясон с Медеей молча, но вдруг заговорили.

— Отчего ты боишься меня, прекрасная девушка? — спросил Ясон. — Я явился сюда просить тебя о помощи. Дай мне талисман, который ты обещала. Я готов исполнить для тебя все, что ты захочешь, и прославлю имя твое по всей Элладе. Ведь оказала однажды помощь Тезею дочь Миноса Ариадна.

Медея хотела ему ответить, но не могла вымолвить слова. Она молча вынула из-за пояса талисман и дала его Ясону. Наконец Медея сказала:

— Теперь послушай моего совета: когда мой отец даст тебе зубы дракона, ты должен одеться во все черное и в полночь отправиться один к реке и в ней искупаться. Выкопай на берегу яму, принеси над ней в жертву молодую овцу и сожги ее в яме. Затем полей жертву медом и проси тогда помощи у Гекаты. На обратном пути смотри не сбейся с дороги, не иди на лай собак, не оглядывайся назад, а то ничего не поможет. А утром возьми эту мазь и натри ею тело, и ты почувствуешь в Себе великую силу. Натри этой мазью и свое копье, щит и меч, и не будет тогда для тебя опасным оружие воинов, которые возникнут из посеянных в поле зубов дракона, ни пламя диких быков. Эту силу даст тебе талисман на один только день. Когда ты посеешь на поле зубы дракона и увидишь, как из земли вырастают воины, — брось им камень, и они, как собаки из-за куска мяса, станут драться между собой, а ты в это время на них напади и всех до одного уничтожь. И тогда ты добудешь золотое руно и увезешь его в Элладу или куда захочешь.

Сказав это, опустила глаза Медея, и горячие слезы потекли по ее щекам; тяжело было ей при мысли, что скоро Ясон уедет от нее далеко.

— А когда ты вернешься домой, не забудь о Медее, я тоже буду помнить о тебе. Скажи мне, в какой стране ты живешь, и поведай мне о прекрасной Ариадне, дочери Миноса, она мне не чужая.

Исполнилось сердце Ясона любовью к волшебнице Медее, и он ей ответил:

— Если я вернусь в Элладу, то никогда о тебе не забуду. Мой родной город называется Иолк, он находится в Гемонии, где некогда Девкалион, сын Прометея, построил много прекрасных городов. Но зачем говорю я о нем! Ради Ариадны Минос помирился с Тезеем; и как было бы хорошо, если бы твой отец помирился со мной.

— Нет, — ответила Медея, — мой отец злой.

— Помни меня, — говорила Медея, — когда ты вернешься в Иолк, я буду тоже вспоминать о тебе. А если забудешь меня, пусть птицы принесут мне об этом весть, — на крыльях ветра я полечу в Иолк и напомню тебе, что благодаря мне ты спасся от смерти.

— Если бы ты явилась со мною в Элладу, то там почитали бы тебя, как богиню, и никто, кроме смерти, не мог бы нас разлучить, — ответил Ясон.

И вот у Медеи явилось желание покинуть родину, отправиться в город Иолк, погубить там царя Пелия и жить вместе с Ясоном в далекой и светлой Элладе.

Долго она говорила с Ясоном, и было уж время ей возвращаться домой.

— Скоро солнце зайдет, — сказал ей Ясон, — тебя станут искать и могут узнать обо всем. Мы встретимся в этом храме с тобой снова.

И они разошлись: Ясон направился к своему кораблю, а Медея вернулась в город.

Подвиги Ясона

Вернулся Ясон к аргонавтам и рассказал им о том, что поведала ему Медея. На другое утро выбрали аргонавты двух героев, которые должны были отправиться в город просить у Айета зубы дракона.

И дал им Айет зубы дракона, убитого Кадмом вблизи города Фив, он был уверен, что Ясон скоро погибнет.

Ясон, по совету Медеи, выкупался ночью в реке, надел на себя все черное и принес жертву подземной Гекате.

И явилась ему, когда он возвращался назад, страшная Геката, окруженная огнедышащими драконами, в сопровождении лающих псов.

Сотряслась земля под ногами богини, и громко рыдали нимфы рек и лугов.

Но Ясон, помня совет Медеи, назад не оглядывался, по сторонам не смотрел и быстро шел к кораблю, где ждали его аргонавты. В этот час над снежными вершинами Кавказа уже начинало светать.

В это время Айет надевал на себя броню, подаренную ему Ареем, снятую им с могучего Мимаса во время битвы с гигантами. Надел Айет на голову золотой шлем, что сиял как восходящее солнце. Взял свой тяжелый щит и копье, которые мог поднять один только могучий Геракл; стал Айет на боевую колесницу, поданную ему его сыном Апсиртом, взял в руки поводья и помчался к полю Арея, чтоб видеть, как будет Ясон выполнять возложенную на него работу. И направились вслед за царем Айетом толпы колхидцев.

Между тем Ясон натер, по совету Медеи, волшебной мазью свой щит, меч и копье. Попробовали было согнуть то копье аргонавты, но никто из них не смог это сделать. Ударил Идас по копью своим острым мечом, но меч отскочил от копья, как молот от наковальни, и громко воскликнули от радости и удивления герои.

Натер юный Ясон волшебной мазью все тело, и великая сила наполнила его; его руки налились кровью и стали крепкие, как железо. Взял Ясон свои доспехи, и подплыли аргонавты вместе с ним к полю Арея, где должна была состояться битва. Там ждал их уже Айет на своей колеснице, и расположились жители Колхиды вокруг него по склонам гор, у реки.

Подошел корабль аргонавтов к берегу, и сошел Ясон с корабля, держа в руках широкий щит и копье. Посмотрел он на поле Арея и увидел на нем большое медное ярмо, и стоял рядом с ним железный плуг. Подошел к нему Ясон, снял с себя шлем и, прикрываясь щитом, пошел по полю искать диких быков. Вдруг они выскочили из глубокой пещеры и, дыша пламенем, покрытые черным дымом, кинулись на Ясона. Испугались аргонавты, но Ясон, держа перед собой щит, спокойно и неподвижно ожидал нападения быков. Кинулись на него со страшным ревом быки и боднули его рогами, но герой не покачнулся; стали быки на него нападать снова, жечь его пламенем, но талисман волшебницы Медеи хранил его от чудовищ. Схватил Ясон правой рукой одного из быков за рога и подвел к плугу, затем то же сделал он и с другим быком; накинул ярмо им на шею и с помощью Кастора и Полидевка запряг их в плуг.

Удивился Айет страшной силе Ясона. А Ясон, прикрыв голову шлемом, взяв щит и копье и погоняя им диких быков, извергавших пламя, начал вспахивать поле и засевать его зубами дракона. Когда солнце уже заходило, было все поле Арея вспахано и засеяно, и пахарь Ясон выпряг, наконец, быков из плуга. Он так напугал их своим оружием, что они бросились от него бежать по полю. А он направился к кораблю Арго, ибо еще не выросли из земли те воины, с которыми ему предстояло сразиться. Аргонавты окружили героя, стали его ободрять, и, слушая их речи, Ясон нагнулся к реке, зачерпнул шлемом воду и, утолив жажду, снова почувствовал в себе неодолимую силу и мужество.

Между тем на поле стали вырастать из земли воины в блестящих шлемах, и вскоре все поле Арея покрылось щитами и острыми копьями. Вспомнил Ясон совет волшебницы Медеи. Он поднял с земли большой камень, который и четверо силачей не смогли бы сдвинуть с места. Но Ясон с легкостью поднял его и кинул в толпу вооруженных воинов; затем он присел на землю и, прикрываясь щитом, стал ждать их нападения.

Смотрел на все это Айет с изумлением, и жители Колхиды взволновались, как море, а царь Айет так и застыл от удивления.

Кинулись воины друг на друга — каждому из них казалось, что камень брошен другим.

Как дубы и сосны, ломаемые ураганом, падали они на землю и погибали. Бросился на них Ясон и стал их рубить мечом, и они падали под его ударами, как стебли колосьев, побитые градом; все поле Арея покрыто было их трупами, и черная кровь их текла ручьями по бороздам.

В печали и в гневе смотрел царь Айет на подвиги смелого героя. Не молвив слова, он сел на свою колесницу, отправился в город и стал думать о том, как бы ему извести Ясона.

Уже наступила ночь, и победитель Ясон вернулся к своему Арго и в кругу своих верных друзей отдыхал после трудного и опасного подвига.

Похищение золотого руна

Созвал Айет во дворец всех знатных, богатых жителей Колхиды и всю ночь совещался с ними о том, как погубить аргонавтов. Он был убежден, что Ясон победил оттого, что ему помогли его дочери, и решил жестоко наказать изменниц.

Гера исполнила сердце Медеи страхом. Как лань, услышавшая в лесу лай охотничьих собак, так боялась Медея отца, опасалась, что он знает уже обо всем и готовит ей страшную месть. Она уже готовила яд, чтобы отравиться, но Гера внушила ей бежать с сыновьями Фрикса. Тихо вышла она из дворца, и силой ее волшебства сами собой открывались перед ней все ворота, и, не узнанная никем, она вышла из города и босая пошла окольной тропой, ведущей на берег реки, где стоял корабль аргонавтов.

Богиня луны Селена, увидев Медею, идущую в стан аргонавтов, тихо молвила про себя: «Не одна я страдаю от любви; когда ты, Медея, ночью собирала волшебные травы, ты часто своими заклятиями заставляла меня сходить с неба и прятаться в пещере. А теперь ты сама мучаешься любовью к Ясону. Иди, но знай, что немало придется тебе испытать горя!»

Спешила Медея к кораблю аргонавтов, и в ночной темноте путь ей указывал большой костер, который разожгли аргонавты в честь победы Ясона.

Вот пришла Медея на берег реки и громко кликнула Фронтиса, сына своей сестры. Узнали Ясон и Фронтис голос Медеи и трижды ответили ей. Подплыли герои навстречу Медее, и не успел еще Арго причалить, как Ясон, Фронтис и Аргос высадились на берег и подошли к Медее. Она стала просить сыновей Фрикса, чтобы они спасли ее от гнева злого Айета.

— Я вам помогу достать золотое руно, я усыплю своими чарами дракона, но ты, Ясон, поклянись, что будешь меня защищать от позора!

Ответил Ясон, обнимая Медею:

— Клянусь Зевсом и Герой, что возьму тебя вместе с собой, если нам только удастся вернуться в Элладу!

Услыхав это, Медея тотчас велела героям направить корабль осторожно к роще Арея, чтоб в эту же ночь похитить золотое руно.

Вскоре подплыли туда аргонавты и высадились на берег; Медея и Ясон по темной тропе отправились в рощу и подошли к высокому дубу, на котором висело золотое руно; оно светилось, как облако, под золотыми лучами только что вставшего солнца.

Но только приблизились они к дубу, как страшный дракон вытянул свою длинную чудовищную шею и так зашипел, что шипение его разнеслось далеко по реке и по темной роще. Но смело подошла Медея к дракону и тихим голосом стала призывать бога сна и Гекату. И вот дракон под чарами слов Медеи стал засыпать; он вытянулся на земле, и только его голова еще подымалась и грозила Медее. Но она брызнула на него волшебной водой, произнесла заклятие — и чудовище погрузилось в глубокий сон.

Медея продолжала обрызгивать драконьи глаза волшебной водой, а Ясон в это время снял с дуба золотое руно. Затем они оба быстро покинули священную рощу и поспешили к кораблю аргонавтов.

Положил Ясон золотое руно себе на плечи, и оно сияло, как солнце, и освещало им путь. Уже подымалась утренняя заря, когда они пришли к кораблю. Долго дивились, глядя на золотое руно, аргонавты, и каждому из них хотелось дотронуться до него, но Ясон спрятал его под своей одеждой.

Усадил Ясон волшебницу Медею на корму, и, когда все собрались на корабле, он обратился к товарищам с такими словами:

— Друзья, нам оставаться здесь больше нельзя, надо тотчас повернуть наш Арго и плыть к родным берегам. Золотое руно, за которым мы явились в Колхиду, теперь в наших руках; в этом нам помогла Медея, которая станет моей женой. Может случиться, что Айет бросится к устью реки, чтоб преградить нам путь, поэтому нам надо будет одним взяться за весла, а другие пусть станут на стражу со щитами в руках.

Сказав это, Ясон обрубил мечом канаты, которыми корабль был привязан к причалу, гребцы дружно взялись за весла и быстро погнали Арго вниз по реке.

Правду сказал Ясон: аргонавтам надо было спешить.

Айет вскоре узнал обо всем, что случилось: о бегстве Медеи, о ее любви к Ясону, о похищении золотого руна, и вот он бросился ночью со всем своим войском в погоню за аргонавтами.

А когда Айет прибыл к устью реки, быстрый Арго был далеко уже в море.

Опечаленный и разгневанный Айет объявил своим приближенным и подданным, что если не разыщут Медеи, то он всем им снимет головы с плеч. Стали тотчас колхидцы готовить свои корабли к отплытию, и в тот же день под командой Апсирта, сына Айета, они отправились в погоню за кораблем аргонавтов.

Погоня за аргонавтами

Быстро плыли аргонавты по темному морю, послала им Гера попутный ветер, — ей хотелось, чтоб Медея скорее явилась в Элладу и погубила Пелия.

На третий день плавания прибыли они к устью реки Галиса и высадились на берег. Тут они вспомнили совет мудрого старца Финея, что им надо возвращаться домой другим путем, но они плохо знали дорогу, и Аргос настаивал на том, чтобы аргонавты плыли по реке Истру. Далеко на севере, там, где обитает суровый Борей, берет начало река Истр, и, достигнув области скифов и фракийцев, она разделяется на два рукава, которые впадают в море. Только Аргос дал им совет плыть по реке, как вдруг в это время появилась на небе лучезарная полоса, что тянулась в том направлении, куда указывал Аргос дорогу, и вот радостно подняли паруса аргонавты, и лучезарная полоса не угасала до той поры, пока они не достигли ионийского устья Истра.

Но колхидцы под начальством Апсирта достигли Истра более кратким путем и, спрятавшись в заливе, дали аргонавтам подойти к одному из островов, а затем преградили им путь по реке.

Заметив огромное войско Айета, аргонавты высадились на берег и решили вступить в переговоры с врагами.

И было решено между ними, что золотое руно останется у аргонавтов, ибо оно было обещано Айетом Ясону, а Медея будет заключена в храме Артемиды на одном из ближайших островов и будет находиться до тех пор, пока один из туземных царей не решит, за кем она должна следовать. Узнав об этом решении, Медея стала, плача, просить Ясона не отдавать ее в руки жестокого отца.

Но Ясон успокоил Медею.

— Такое условие, — сказал он, — мы заключили лишь для того, чтоб избежать сражения с опасным врагом. Нам надо теперь заманить их вождя Апсирта. Я надеюсь на твою помощь, Медея.

Ответила Медея:

— Выслушай меня, Ясон. Совершив раз преступление, я вернуться назад не могу. Не вступай в битву с войском Айета. Я обещаю тебе заманить Апсирта. Ты должен послать ему богатые дары, а я приглашу его прийти ночью в храм и уверю его, что я явилась туда тайно от вас и хочу отдать ему золотое руно; он явится в храм, и ты сможешь его там убить.

Доверчивый Апсирт принял дары аргонавтов и, ничего не подозревая, отправился на корабле на остров, где находилась Медея. Оставив своих спутников на берегу, он явился в храм Артемиды и стал просить Медею вернуть ему золотое руно; но в это время бросился на него Ясон с обнаженным мечом. Медея укрылась покрывалом— й тяжело было смотреть, как пал под ударом меча, истекая кровью, ее брат. Затем Ясон закопал тело Апсирта в землю.

Наступила глубокая ночь. В это время Медея зажгла факелы — это был условный знак аргонавтам к нападению на войско Айета.

Как злые ястребы налетают нежданно на голубиную стаю, так бросились аргонавты на воинов Айета и много истребили их; но гневно смотрели на это кровавое дело богини мести Эриннии.

В ту же ночь по совету Пелея аргонавты снялись с якоря и поплыли вверх по реке Истру. С наступлением рассвета оставшиеся в живых воины Айета хотели пуститься в погоню за Арго, но Гера молнией преградила им путь. Тогда, не желая возвращаться домой к жестокому царю Айету, они остались жить на чужбине.

Возвращение аргонавтов на родину. Волшебница Цирцея

Много островов и неведомых стран миновали на своем пути аргонавты, и недалеко им оставалось уже плыть до родины, как вдруг бурей отбросило их корабль далеко назад. Гера взволновала море, и после опасного плавания по северным водам корабль аргонавтов прибило, наконец, к пустынному острову Элехейрису. Отсюда они добрались до устья Родана; но Гера укутала берег туманом, и они долго плыли, пока, наконец, не подошли к острову Эя, где обитала волшебница Цирцея, сестра Айета и дочь Гелиоса; она должна была по предсказанию, данному аргонавтам, очистить Ясона от совершенного им убийства Апсирта.

В эту ночь снился Цирцее страшный сон, будто дом ее залит кровью и в огне сгорели ее волшебные травы, и она, черпая рукой кровь, тушила пламя.

Рано утром встала Цирцея и вышла на берег моря, чтоб вымыть волосы и одежду, и ее сопровождали стада страшных невиданных зверей, а были то заколдованные ею люди. Испугались, увидя ее, аргонавты. Ясон приказал остаться всем на корабле, а сам вместе с Медеей сошел на берег и отправился с ней во дворец.

Цирцея с удивлением смотрела на чужеземцев и, не зная, что они хотят, предложила им сесть у очага. Медея стояла, опустив голову, а Ясон воткнул в землю меч, которым он поразил Апсирта и, положив на него руку, опустил глаза вниз.

Поняла волшебница Цирцея, что пришедшие просят ее очистить их от совершенного ими преступления. Она совершила над ними обряд очищения, принесла жертву Зевсу, затем сожгла жертвенные хлебы и стала заклинать мстительных Эринний оставить свой гнев, а Зевса сжалиться над Ясоном и Медеей.

Окончив обряд, Цирцея усадила чужеземцев на драгоценные красивые кресла, а сама села против них; она стала расспрашивать их, откуда они родом и зачем явились на остров.

Медея рассказала ей всю правду, и Цирцея сжалилась над нею и сказала:

— Твое преступление велико, но ты мне родная и зла от меня не жди; но не проси и о помощи. Скоро твой отец прибудет в Элладу и отомстит за убитого Апсирта. Скорей уходи из моего дома и не жди от меня ничего.

Опечалилась Медея и, горько рыдая, спрятала лицо в покрывало.

Взяв Медею за руку, Ясон увел ее из дворца Цирцеи.

Много опасностей было еще на пути аргонавтов, но милостивая Гера всегда спасала их от беды.

Случилось плыть аргонавтам мимо цветущего острова прекрасных сирен. Своими песнями эти нимфы привлекали к своему острову мореплавателей и губили их. Аргонавты, очарованные их песнями, уже готовы были бросить у острова якорь, но Орфей взял свою лиру и ее дивными звуками заглушил голоса коварных сирен. И миновали тогда герои опасный остров, но ждали их впереди новые опасности.

Вскоре достигли аргонавты страшного пролива между Сциллой и Харибдой; но добрая богиня моря Фетида вместе со своими сестрами-нереидами благополучно провела аргонавтов через страшное место. С их помощью они счастливо миновали подводные скалы Планкты и доплыли до острова Схерии, где жили феакийцы и их справедливый вождь Алкиной.

Дружелюбно приняли их гостеприимные феакийцы, и аргонавты погостили у них некоторое время. Но вдруг появилось у острова сильное войско Айета, прибывшее сюда другим путем. Колхидцы потребовали у аргонавтов выдать им Медею, угрожая в противном случае жестокой войной. Но Алкиной предложил покончить спор без пролития крови. Медея, боясь, чтобы Алкиной не выдал ее колхидцам, стала умолять жену Алкиноя, Арету, вступиться за нее перед мужем. Тогда рассказала Арета Алкиною, что Ясон собирается увезти Медею в Элладу и там жениться на ней; и просила мужа помочь им. Алкиной обещал, что не будет неволить Медею возвращаться к отцу, если она станет женой Ясона. И вот Арета тайно посоветовала Ясону в эту же ночь обручиться с Медеей. Аргонавты одобрили этот совет, и на утро, в священном гроте, под дивные гимны Орфея, была отпразднована свадьба Ясона.

Узнав об этом, Алкиной поклялся, что Медея не будет разлучена с Ясоном. Напрасно спорили с ним колхидцы, Алкиной объявил им, что они должны, как гости, соблюдать мир или вывести свои корабли из залива. Боясь возвращаться к жестокому царю Айету, колхидцы решили сохранить мир и остались жить на острове феакийцев.

Пробыв семь дней на острове Схерии, на восьмой аргонавты, одаренные феакийцами, снова подняли паруса.

Уже подходили аргонавты к родным берегам Эллады, как вдруг поднялся северный ветер, и девять дней и девять ночей носился Арго по Ливийскому морю, пока не попали, наконец, путешественники в спокойную бухту, зеленые воды которой были покрыты густыми водорослями. Перед мореплавателями расстилалась широкая песчаная равнина, не было видно нигде ни птиц, ни зверей, все вокруг казалось мертвым.

Волны прибили Арго к берегу, и он так глубоко засел в ил, что только небольшая часть корабля находилась в воде.

Печально бродили аргонавты по пустынной земле, ожидая неминуемой гибели в этом неведомом мрачном краю, где не было видно ни дорог, ни ручья, где стояла настороженная тишина и блестел на солнце раскаленный песок.

— Уж лучше было бы нам погибнуть в открытом море, — говорили гребцы.  — Видно, спастись нам теперь не удастся, — мрачно молвил в отчаянии Анкей.

Когда солнце зашло, аргонавты легли поближе друг к другу на прибрежный песок и, укрывшись плащами, с тревогой ждали наступления утра, а с ним приближения смерти.

Девушки, которых Медея получила в спутницы от царицы Ареты, горько плакали и с грустью вспоминали свою родину.

И пришлось бы погибнуть всем аргонавтам на этом пустынном берегу, если бы не сжалились над ними три добрых ливийских нимфы. В знойный полуденный час они подошли к Ясону и молча дотронулись до его одежды.

— Несчастный, — тихо сказали они, — ты перенес великие бедствия, но духом не падай и ободри своих спутников. Когда Амфитрита выпряжет коней из колесницы Посейдона, то и вы поступите так же с вашим кораблем Арго, и тогда вы благополучно вернетесь в прекрасную Элладу.

Сказав это, нимфы исчезли.

Ясон поспешил к своим спутникам и рассказал им о своем видении.

Долго размышляли герои над дивным пророчеством, как вдруг выскочил из моря на берег большой конь с золотой гривой и, стряхнув с себя пену, кинулся вскачь по песчаной равнине. Радостно крикнул Пелей:

— Это Амфитрита распрягла колесницу Посейдона! Давайте перенесем наш Арго по следу коня, через пустыню, он приведет нас к морскому заливу.

Аргонавты послушались его совета, подняли свой тяжелый корабль на плечи и двенадцать дней и двенадцать ночей несли его по пустыне. Наконец дошли они до залива Тритона и спустили на берег корабль, а сами кинулись на поиски пресной воды. На одной из скал Орфей заметил Гесперид, живших в этой стране, и одна из нимф, которую звали Элле, указала Орфею источник, недавно перед тем выбитый из скалы Гераклом, который проходил здесь, ища золотые яблоки Гесперид. Подошли аргонавты к роднику и утолили, наконец, свою жажду. Спустили обрадованные герои снова свой Арго в море, сели на корабль и поплыли дальше.

Целый день они не могли выйти из залива Тритона в открытое море, — ветер мешал им плыть, и Арго кружился по пенистым волнам залива. Тогда посоветовал Орфей своим спутникам отдать в дар богам этого моря большой жертвенный треножник, и аргонавты бросили его в море. И тотчас явился перед ними в образе юноши морской владыка Тритон. Подняв с берега глыбу земли, он подал ее одному из аргонавтов Эвфему и ласково молвил:

— Возьми эту глыбу как дар гостеприимства с собой в дорогу. Я укажу тебе выход из незнакомого моря, я — хозяин этого берега и сын Посейдона. Там, где вода, темнея, крутится над бездной, где рядами встают из моря желтые скалы, там вы найдете выход в открытое море. Затем плывите направо, и вы достигнете острова Крита, а там недалеко и до вашей родины.

Весело взялись за весла гребцы и увидели, как бог Тритон, держа в руках жертвенный треножник, скрылся в морской пучине.

Вскоре нашли аргонавты выход в открытое море, и много дней плыли они, пока, наконец, не пристали к острову Криту. Владыкой острова был царь Минос, и охранял его владения медный исполин по имени Тал. Три раза в день обходил исполин на своих медных ногах остров. Весь исполин Тал был из меди, и только в одном месте находился у него кусок живого тела, где проходили кровеносные жилы. Его мог убить только тот, кто сумел бы поразить его в это живое место.

Увидав плывущих к острову аргонавтов, исполин стал бросать в них огромные камни. Но Медея своими заклинаниями усмирила исполина, он закрыл глаза и уснул. Сонный, падая наземь, он ударился тем местом тела, где находились жилы, об острый уступ скалы, и хлынула кровь из его раны. Исполин пытался устоять на своих медных ногах, но вдруг обессилел. Как падает на землю подрубленная сосна, так рухнул со скалы исполин на дно глубокого моря.

Миновав опасность, аргонавты вышли на берег и до утра отдыхали на острове Крите. Но только встала заря, они снова пустились в путь. Плывя по широкому Критскому морю, темной ночью они попали в страшную бурю; все кругом было укрыто густым туманом.

Подняв руки к небу, Ясон стал призывать Аполлона, прося его о защите, и обещал ему богатые жертвы. И сошел Аполлон с высокого Олимпа на землю; став на одном из соседних островов, он начал метать из своего золотого лука сверкающие лучезарные стрелы; осветив ими темную морскую даль, Аполлон дал аргонавтам возможность заметить вдали небольшой остров, и они причалили к нему. Переночевав здесь, они утром отправились дальше, и бросил Эвфем в море, как было ему указано во сне, подаренную ему Тритоном глыбу земли — и вдруг из морской пучины поднялся красивый цветущий остров, и назвали его герои Каллистой, что значит прекрасный. Поселились на нем потомки Эвфема и стали называть его Ферой.

Вскоре подошли аргонавты к острову Эгине, а затем прибыли благополучно в гавань родного Иолка.

Свой корабль они посвятили Посейдону и поставили его у храма на Коринфском перешейке.

Конец Пелия

Никогда не думал царь Пелий, что Ясон вернется на родину; чтоб укрепить свою власть в Иолке, он истребил весь род Ясона. И первым погиб отец его Эсон; затем Пелий убил младшего брата Ясона; с горя покончила с собой жена Эсона, проклиная перед смертью жестокого царя. После нее остался в живых ее маленький сын, но жестокий Пелий убил и его.

Вернувшись в родной Иолк, Ясон отдал Пелию золотое руно, но хитрый царь не сдержал своего обещания и не вернул ему наследие отца.

Узнав, что Пелий уничтожил весь его род, Ясон решил отомстить вероломному и хитрому тирану, и волшебница Медея помогла придумать достойную его смерть.

Медея притворилась, будто она разлюбила Ясона и постаралась подружиться с дочерьми Пелия. Однажды в беседе с ними она стала жаловаться на неблагодарность Ясона и рассказала им о своих волшебствах,

Медея умела возвращать старикам молодость, и это умение она показала им сначала над старым бараном. Наварив в котле волшебной травы, она заколола барана, бросила его в кипящую воду, и вдруг из котла выскочил молодой барашек и стал прыгать вокруг них. Изумленные дочери Пелия стали просить волшебницу Медею вернуть молодость их отцу, и вот после долгих колебаний Медея, наконец, согласилась. Через три дня в светлую звездную ночь она развела огонь и бросила в кипящий медный котел простую траву; затем своими заклинаниями она усыпила Пелия и его стражу. Подойдя к его ложу, она предложила его дочерям заколоть ножами отца, обещая вернуть ему молодость, и дочери сделали так, как велела Медея; затем она бросила тело Пелия в кипящий котел.

Напрасно ждали обманутые дочери пробуждения убитого ими отца.

Его сын Акаст торжественно похоронил отца и устроил в честь его большие похоронные игры, и затем воцарился в Иолке. А Ясона, с которым он дружил и вместе с которым он плавал в Колхиду, он изгнал вместе с Медеей из города, и они ушли в Коринф.

Ясон и Медея в Коринфе

Долгие годы счастливо жили Ясон и Медея в Коринфе. Родила ему Медея двух прекрасных сыновей, но ее красота стала увядать, и влюбился Ясон в молодую царевну Главку, дочь коринфского царя Креона.

Узнав об этом, разгневанная Медея напомнила Ясону о его клятве и обо всем, что она ему сделала. Но Ясон уверял ее, что вступает в брак с Главкой ради ее сыновей, чтоб воспитать их как царских детей, а впоследствии передать им власть. Вскоре был устроен свадебный пир, и Ясон повенчался с Главкой.

В горе бродила Медея около дома своего вероломного мужа, жалуясь на свою судьбу.

И вот явился к ней царь Креон и гневно воскликнул:

— Злая колдунья, возьми своих детей и тотчас покинь Коринф!

Сдержав свой гнев, кротко ответила ему Медея:

— Почему ты боишься меня, Креон? Ведь теперь нельзя ничего изменить, пусть Ясон останется мужем твоей дочери Главки. А меня, умоляю тебя, ты не гони. Хотя обида моя велика, но я буду молчать и не стану противиться сильным.

Но Креон ей не поверил и, решив, что она замышляет злое, не изменил своего решения.

Тогда Медея бросилась к его ногам, умоляя позволить ей остаться в Коринфе хотя бы один день.

— Сжалься над моими детьми; не за себя я боюсь, мое сердце скорбит, что дети должны идти со мною в изгнание, — говорила она ему.

И Креон сжалился над ней и сказал:

— Я жалею людей, но это мне часто вредит, боюсь и теперь обмануться. Но так и быть, я исполню твою просьбу. Можешь остаться еще на один день в городе, но знай, — если завтра на рассвете ты не покинешь Коринф, тебе придется погибнуть.

Обрадовалась Медея и решила использовать этот последний день для того, чтоб привести в исполнение свой самый страшный замысел. Она решает отравить молодую Главку. Для этого она постаралась встретиться с Ясоном и кротко сказала ему:

— Я вижу, Ясон, что все, что ты сделал, послужит для нашего счастья. Ведь мы явились в Коринф бедными изгнанниками, и ты, я вижу, своей свадьбой решил помочь мне и детям. Обнимите же, дети, отца, — обратилась она к своим сыновьям, — и помиритесь с ним так же, как помирилась с ним я.

Обрадовался Ясон, услыша ласковые слова Медеи, и она стала просить его, чтобы он взял детей к себе. Чтоб молодая жена Ясона согласилась на это, Медея посылает ей в дар дорогое, шитое золотом покрывало и золотую тиару, подаренную ей некогда дедом ее Гелиосом.

Но перед этим Медея напитала это покрывало ядом.

Простившись с Ясоном, который поверил всему, что она говорила, она спряталась во дворе и с нетерпением ждала, как будет принят Главкой ее подарок.

Увидав красивое покрывало, Главка приняла его и обещала взять в дом детей Медеи.

Ничего не подозревая, она накинула на себя блестящее золотое покрывало, а на голову возложила тиару. Стала она смотреться в зеркало и, как дитя, любовалась собой.

Но вдруг ее лицо побледнело, изо рта показалась пена и она упала, задыхаясь от боли. Крича, вскочила она, но заколдованная тиара стала вдруг извергать пламя; она старается сбросить с головы горящую тиару, но венец еще крепче сжимает ей голову. Главка падает наземь; на ее крик прибегает Креон и видит свою дочь, погибшую в страшных мучениях.

Он в отчаянии бросается к ней, обнимает и целует ее бездыханный труп. Подавленный горем, он чувствует, что золотая отравленная одежда Главки пристала к нему, и он не может оторвать ее от своего тела. И падает Креон мертвый рядом со своей дочерью.

Узнав от своего посланца обо всем, Медея, охваченная жаждой мщения, решает убить своих сыновей.

— Если я не убью сама, они погибнут от руки палача, — восклицает обезумевшая Медея и приводит в исполнение свой страшный замысел. Услыхав крик своих детей, является Ясон.

Медея торжествует. С наслаждением смотрит она на страдания ненавистного ей Ясона и злобно смеется над ним. Со всех сторон спешат на помощь коринфяне, чтоб вместе с Ясоном отомстить Медее, но она улетает на запряженной чудовищными драконами колеснице, подаренной ей Гелиосом.

Тяжелый год пришлось прожить Ясону в Коринфе.

Одинокий, он часто приходил на берег моря, где у храма Посейдона стоял чудесный корабль Арго, и, смотря на небо, он вспоминал о своем счастливом и трудном походе за золотым руном, воспеваемом всеми. Но старел несчастный Ясон, и мало-помалу разрушался и стройный корабль. После славного плавания по бурным морям к далеким берегам Колхиды стоял теперь одиноко Арго, и распадались его доски, мачты и брусья.

Однажды в полуденный час лежал утомленный Ясон в тени корабля, и вдруг распались старые доски, и рухнул гордый, прекрасный Арго и под своими развалинами похоронил славного героя Ясона.

«Литературная газета» — Театро Ди Капуа

Я люблю тебя, Империя!

Злость, разрушение, месть – три лика отвергнутой Грузии в зонг-опере Джулиано ди Капуа «Медея. Эпизоды»

Ослепление яростью и груди, источающие кровь и молоко, – вот лучшая метафора Медеи Илоны Маркаровой. «Обрати на меня внимание! Я ненавижу тебя! Я нежно твоя – и мне не нужен мир, в котором это не так. Умри, планета! И ты, неверный, сдохни под её обломками!» – так без пауз, кажется, должна кричать Медея в том переложении мифа о золотом руне, которое сделал для Театро ди Капуа Алексей Никонов. И следует признать, что сиюминутные аллюзии поэта на любовный геополитический треугольник Россия–Осетия–Грузия лишь усилили женский пафос его поэмы, блестяще разыгранной единственной актрисой – Илоной Маркаровой. Вопреки Никонову, его стихотворный текст не стал политическим памфлетом – он остался тем, чем была традиционная история колхидской царевны: бессильным воплем оставленной любовницы. Ибо величие мифа в том, что он всегда жив и творится в каждое мгновение. И побеждает всегда.

Предвижу: спектакль Театро ди Капуа вызовет яростные споры. Кто-то будет превозносить его до небес за антирусскую смелость. Кто-то – напротив – по этой же причине постарается его замолчать. Боюсь, не правы будут и те, и другие, поскольку упустят главное: несомненную, потрясающую эстетическую самоценность и самой зонг-оперы, и спектакля.

Для гнева есть основания. В основу произведения Никонова положена небесспорная, но возможная аналогия: Медея=Колхида=Грузия, с одной стороны, и Ясон=Эллада=Россия – с другой. Прямое указание в тексте на Осетию взывает к современности. Изложение событий с точки зрения грузинской стороны ставит русскую публику в положение оправдывающихся.

Однако нужно ли нам оправдание?

Начнём с Медеи. Дочь царя Колхиды предаёт отца, предаёт страну, убивает брата, помогает Ясону захватить золотое руно. Девушка связывает себя навечно с Элладой. Назад дороги нет. Она рожает Ясону сыновей и мстительно убивает их, когда неверный муж предпочитает иную партию. С невестой Ясона и её отцом Медея тоже поступает негуманно: Главка сгорает заживо, надев подаренный волшебницей пеплос. Спасая дочь, погибает и отец.
Оставлен Коринф, дальше будут безобразия в Афинах, наконец – возвращение в Колхиду и снова кровь, пролитая детоубийцей.

Это – основа мифа. Беллетристическое оправдание Медеи, снятие с неё обвинений в смерти детей – ненаучная гуманизация. Медея не нуждается в адвокатах: она – женщина, поэтому слишком близка к таинству возникновения жизни, чтобы излишне комплексовать по поводу смерти. Ну а космогоническую основу мифа мы вовсе оставим без внимания, заметив лишь, что именно она подтверждает версию Медеи-убийцы.

Теперь Ясон. Его нравственность вряд ли можно назвать высокой. Однако вспомним, что в Колхиду герой отправился вовсе не за Медеей, а за золотым руном. И он получил его. Аргонавты – любимцы богов, поэтому именно боги внушают Медее страсть к Ясону. Возлюбленные же олимпийцами неподсудны людской молве.

У Ясона великая цель – золотое руно. Да, он не знает, что с ним делать, он даже не знает, что это такое. Герой надеется на помощь Медеи, но ей – увы! – тоже не известно о руне ничего. Единственное, что держало их вместе, исчезло. Тайна осталась тайной. Ясон ставит иную цель. Уже не связанную с Медеей.

Имеет право отвергнутая на ненависть? Да. И актриса, исполняющая роль грузинской царевны, бросает в зал горькие слова, слова ненависти, а мы, эллины, мы, русские, выслушиваем их. Нас укоряют в том, что мы согнулись под гнётом тирании, нас уверяют, что мы верим всему, что внушат нам правители. Злоба Медеи к нашим царям переносится на нас, на весь русский народ.

Ответственны ли мы за измену Ясона с Главкой? Ответственны ли мы за нашу измену Грузии с Осетией? Да – на оба вопроса. Мы терпим наших министров, поэтому вина перед грузинами ложится на каждого русского. Но нужно ли страдать по этому поводу? Ничуть!

Более того, нашей всеобщей поддержкой Осетии можно и нужно гордиться. В этой войне проявилась наша раса, наше мужество. Во время боя не думают о постороннем. У нас, русских, оказались не угасшими инстинкты народа-аристократа. Обращайся ко мне со сцены с нравоучительными сентенциями – я останусь глух, когда им противопоставлена война.

В плаче Медеи нет ненависти. Лишь самооправдание. По её словам, детей убили мы. Русские – не эллины. Грузинских детей. Врёт.

Это любовь, соотечественники. Горькое влечение Медеи. Она снова хочет быть с Ясоном. Посмертная жизнь с Ахиллом может быть принесена в жертву первому чувству. Миф творится прямо сейчас. И мы по-прежнему не знаем, ни что такое золотое руно, ни что с ним делать.

Медея укоряет нас за наше благородство в Осетии, за то, что мы поступили там по-мужски, но за истерикой упускает, что только инстинктивное мужество русских – залог нашей будущей счастливой жизни с Грузией.

Пока же… пусть поплачет. Нам не до женских слёз.

Спектакль подобной силы – нечто невероятное для отечественной сцены. И добро бы, придумай я сам все привходящие смыслы «Медеи» Алексея (Лёхи, как указано в программке) Никонова.

Нет же! Миф властно влечёт художника за собой, и действие развивается по предначертанному богами, а не людьми сюжету.

Невероятная, разрывающая параллели и меридианы ярость Илоны Маркаровой вопреки тексту отсылает нас к менадическим образам безумствующих женщин, убийц мужчин, пожирателей собственных детей. Слишком много страсти в груди у Илоны, чтобы можно было серьёзно говорить о холодной ненависти.

Начало. Прекрасный, певучий грузинский язык изливается из уст актрисы. Мы любим её. Вокруг – музыканты, они – тоже грузины (щетина, кепки, застолье – узнаваемо, сдержанно, благородно, ничуть не карикатурно). Сейчас Медея расскажет нам свою трагедию. Текст Никонова – русский текст – начинается глоссарием. Словарь безволия, в котором «месть» и «Медея» стоят рядом, но вовсе не в зачине. Первое слово – всегда главное. Оно – камертон, оно – ключ к пониманию античного мироощущения. Первым словом «Илиады» является «гнев». Первым у Никонова в его «Медее» поставлено, кажется, «Арго».

Чувство трагедии усиливает музыка. Электрическая, пугающе-громкая, раздирающая не только барабанные перепонки, но и души слушателя. Да они… да она, Медея, попросту хочет нас разорвать голыми руками! Вегетарианка…

Вы ещё верите, что детей Медеи убили мы, русские?

Дух спектакля убеждает в обратном: убиты русские дети Медеи, убиты матерью.

Искусство мстит за себя, когда пытаются вольно обращаться с его божественной основой. Вот о какой мести единственно возможно говорить в «Медее» Никонова и Джулиано ди Капуа.

Античные страсти разыгрываются по законам античного театра. Спектакль, показанный Театро ди Капуа в Центре имени Сергея Курёхина, возвращает театру его священную составляющую. Сцена – дрянь: кинотеатр. Но посмотрите, как искусно освоено пространство! Глубина – чуть-чуть. Зато высота – ого-го! И сзади – экран. Он работает на идею: мы видим на нём то кадры из фильма тбилисца Параджанова «Цвет граната», то телевизионную пресс-конференцию революционерки Медеи, украшенной беретом Че Гевары.

Вдоль экрана – стол. Поставить там больше нечего. По сторонам – музыканты, которые всегда в игре, всегда в гриме. Перед сценой – инженерное сооружение сценографа Павла Семченко из театра АХЕ и сам художник. Между залом и Семченко – некое пространство, которое возвращает театр к истокам. Здесь – размытая граница между сценой и публикой. Зритель превращается в участника, но в этом участии нет обмана жизнеподобия. Нет, зритель становится частью театра, хором.

Спектакль ди Капуа – произведение яркой, выдающейся на нынешнем тусклом фоне театральности. Его нужно смотреть всем: как «ягрузинам», так и «янегрузинам». Его эстетическое совершенство гораздо выше литературной основы Никонова, которую, впрочем, я бы тоже не назвал беспомощной.

В любой трагедии есть жизнеутверждение. Так и здесь: за плачем Медеи – любовь. У нас есть будущее с Грузией. Без Медеи нам не разобраться с золотым руном, а если это не случится, то «Арго» плавал зря.

Слёзы Медеи – это плач по Империи, это последнее «не уходи» неверному любовнику, это крик о его безнравственности. Но это не приговор. История, к счастью, творится вне женских сантиментов. И – пусть даже, к сожалению, – на территории, свободной от морали.

Евгений МАЛИКОВ, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ – МОСКВА

ссылка на статью

Часть 1, Ясон и Золотое Руно — фанфик по фэндому «Кун Н.А. «Легенды и мифы Древней Греции»»

Ясон и Золотое Руно

Ясон был законным наследником трона Йолка, но его дядя Пелей, устроив маленький государственный переворот, изгнал малолетнего Ясона и отца его, законного царя (по гречески — басилея) Эсона из Йолка. Ничего удивительного в том не было, брат на брата (и сестра на сестру) идут ради власти в наши дни, а учитывая, что Пелей и Эсон были братьями не родными, а сводными — то тем более. Был отцом Эсона смертный — предыдущий базилей Йолка, а отцом Пелея — Колебатель Земли Посейдон. Даже среди Олимпийцев был Посейдон тёмным богом, недружелюбным к смертным, а дети его — даже богоравный Тесей, герой Афин и их ванакт — тоже редко, когда хорошо кончали. Только Пегас, сын Посейдона и Медузы, преуспел: стал он дяде Зевсу молнии на Олимп носить… но речь не о нём. Изгнали, значит, Эсона и Ясона из Йолка, и отдал Эсон Ясона на воспитание Хирону-кентавру. Обычно этот Хирон под творческим псевдонимом «Леонард Хофстатдтер» играл в телесериале «Теория Большого Взрыва», но попутно ещё и героев Древней Греции обучал — как быть героями. Получалось это, признаемся сразу, с переменным успехом, но доход у Хирона был, репутация тоже. И вот поэтому, когда Ясону исполнилось 16, Хирон ему и сказал всю правду — мол, ты законный наследник Йолка, сын законного базилея Эсона (что с этим Эсоном, когда тот отдал Ясона Хирону — неизвестно; медведи съели, наверное), правнук Эола-ветробога и т. д., и пора тебе, посему, хлопчик, идти и завоёвывай трон, короче. И пошёл Ясон в Йолк — родной трон добывать. Чтобы с ним было, ещё неизвестно, но тут такая закавыка: когда Пелей захватил Йолк, он ещё и местный храм Геры, царицы Олимпийский богов как-то осквернил, а Гера, хоть и была богиней, нежели ведьмой, характер имела совсем не ангельский, а очень даже наоборот. Законный супруг у Геры — Зевс-Громовик, будь на месте Пелея Эсон — остались бы на месте Эсона одни огоньки да угольки, но вот беда — Пелей Гере по отцу племянник (со стороны Посейдона), а Зевсу против среднего брата идти неохота. Вот Гера и решила действовать тоньше. Обернулась она старой старушонкой, чуть ли не Девкалионова потопа старше, и уселась на пути Ясона в Йолк — около быстротекущей реки. Уселась, а тут и Ясон подошёл. — Добрый день, матушка! — Добрый день, внучок! Не можешь ли перенести меня через реку? Сама я для этого стара, перебраться не могу, крокодилов боюсь… Ясон у нас был герой с дипломом из школы Леонарда Хоф. .. т.е. Хирона, и он без споров согласился. Ох, и отсидела великая Гера у Ясона на плечах! Ох, и приплясовывала! Ох, и ёрзала, «устраиваясь поудобнее»! Еле-еле Ясон её через реку перенёс, даром что крокодилов там не было (они как-то в Греции не прижились). Перенёс её, обернулся, батюшки-светы, а это не старуха, а Гера! В своём естественном обличии она очень даже нечего (даже на титул «Прекраснейшей» одно время претендовала, но проиграла, и Троянскую войну развязала… но значит, что были и надежды на победу!). Говорит Ясону Гера: — Молодец, Ясон! Настоящий герой! За то, что не побрезговал старую бабушку через реку перенести, будет тебе награда! Отомстишь ты Пелию за отцовское поругание, будешь героем! Обратите внимание — «героем», не «царём»! Это не только намёк на будущее, это ещё и правда: царь не может быть героем, а герой — царём. Увы и ах, на Руси это поняли только три богатыря (и первейший из них — Илья Муромец), а в Элладе — Геракл (кто с Ильёй Муромцем был довольно схож, и иногда даже, посмертно, заходил к нему в небесный терем в гости, укреплять там отношения между Киевом и Византией), и посему царями (или басилевсами), они не стали. .. зато остались героями — но это в будущем. А пока, в настоящем, вполне героический такой Ясон пришёл в Йолк и заявил дражайшему дяде: — Кто тут временные? Слазь! Кончилось ваше время! Ну или что-то похожее, но общий смысл — тот же. Разозлился Пелей. Чтобы какой-нибудь плюгавый мальчишка-юнец ему грозил в его же, Пелеевой твердыне? Разозлился Пелей, недопил свой елей, говорит племяннику: — Ты кто такой? Юный герой? А ну докажи — сплавай в Колхиду, привези оттуда шкуру золотого овна! Привезёшь — трон Йолка твой, по праву, нет — значит нет! Герой на то и герой, чтобы быть в хитростях придворных неискушённым, а в отваге — немереным. Кликнул клич Ясон по всей Элладе, собрались в Йолке герои, построили там корабль — «Арго», и поплыли на нём в Колхиду. Плыл там и Геракл, и Борея крылатые дети — Зет с Калайдом, и Диоскуры с Афаридами, и даже Орфей сладкозвучный — величайший из всех музыкантов Эллады. И ударили герои вёслами о воду, и поплыли они на восток. На восток-то восток, а точнее? Не на два лаптя левее солнышка ведь, верно? Задумался Ясон. Нос корабля украшала фигура, из додонского дуба — не то Афина, не то Гера. Говорит ей Ясон (а что? Герой не должен быть слишком умным): — Ты не знаешь, куда плыть? — Плыви пока к царю Финею, — отвечает ему фигура. — Освободи его от гарпий, он тебе поможет! …Был царь Финей некогда пророком — открывал своим подданным секреты богов-Олимпийцев. Последним это надоело, и они ослепили Финея, а затем наслали на него гарпий, крылатых ведьм, которые всё время воровали у Финея еду, и гадили у него во дворце. От этого Финею резко поплохело, и он собрался помирать. Но тут прибыли аргонавты: — Где тут дорога в Колхиду? — Избавьте меня от гарпий — скажу! Вызвались делать это Зет с Калайдом, Борея крылатые дети. — Где тут гарпии? А ну кыш! А гарпии тут и явились: ведьмы не ведьмы, вороны не вороны, летают быстро как ветер — как их поймать? Но отец крылатых удальцов — сам ветер, северный ветер, Борей, и сыны уродились в отца. Как помчались они за гарпиями, а потом — и на гарпий — чуть их всех не зарубили. Пришлось сестре гарпий, Ириде, их спасать, Зевса молить — еле отстояла. Но от Финея гарпий прогнали. Поблагодарил аргонавтов Финей, указал им дорогу в Колхиду. Поплыли теперь аргонавты по точному адресу, много чуд повидали, многие опасности избегли — и чем это «Аргонавтика» не «Одиссея», скажите пожалуйста? Только автор другой. И конец эпоса… Но пока ещё не конец, а только середина. Приплывают они в Колхиду. Правил там царь Ээт, сын титана Гелия. Боги-Олимпийцев смертных то любят, то не любят, а титаны, что при власти Крона, отца Зевса, появились, просто терпеть не могут. Был титан Гелий Ээту отцом — а матерью океанида Перса, и был сам Ээт посему — нелюдем. Нелюдем была и его дочь, жрица-служанка тёмной Гекаты, Медея. Увидала она Ясона, как тот прибыл в Колхидское царство-государство, шашлыки и лаваш отведал, боржоми их запил, о Золотом Руне речь говорил. Нахмурился Ээт, сел, закурил свою трубочку — ну чисто генсек (не к ночи будь помянут): — Этот Овен был у вас в Элладе от силы минуты две, и то пролётом, а вы за его руном, да? Что ж, генацевале, если сможешь вскопать поле Арея, засеять его, и собрать урожай, руно твоё. А не сумеешь, батоно, то твоя голова моя, и всех твоих подельщиков, тоже. Слово моё титаново, нерушимое! Ясон у нас — герой, нос не повесил, головушку не свесил, а только Медея всё равно решила ему помочь. Она, когда его увидала, сильной страстью воспылала — титановой; ведь кто мать у неё — неизвестно, а отец, как было сказано выше, нелюдь. Пришла она, невидимая, в гостевые апартаменты Ясона, ему открылась, трали-вали, я тебе помогу, Ясонушка, а ты возьмёшь меня в жёны. Ясон у нас — герой, думать не привык, от помощи отказываться — тоже. Немедленно согласился и на помощь Медеи, и на помощь Гекаты. И вот, на следующий день вышел он на поле Арея (бога войны, т.е.), и крикнул громким голосом: — Ну и где тут ваши скоты? Быки на «скотов» обиделись, на поле выбежали, ворота вынеся. Не простые они быки — Гефестовы, ноги и копыта медные, рога бронзовые, из ноздрей пар да жар. Побежали они на Ясона, а Ясон, подготовленный Медеей — на них обратно, с ярмом. Сшиблись. Пошёл по полю гул да звон, поднялись быки на дыбы, да Ясон надел на них ярмо одним махом, к нему плуг прицепил, погнал быков по полю: — Н-но, попроворнее, залётные, мать ваша корова!. . Вспахали поле быки. Загнал их обратно в стойло Ясон, вернулся, к Ээту повернулся: — Поле вспахано, царь. Пора его засеять. И засеяли — не семенами, а казацкими головами. Т.е., поскольку казаков ещё не было, обошлись зубами дракона…но за головами тоже дело не встало. И за шеями, торсами и т.д. — выросли из поля Арея воины, пошли на одинокого Ясона войной. Поднял тут Ясон камень (плугом вывороченный из земли), зашвырнул им в супостатов, посшибал их как кегли, а которые уцелели — тех он сам добил, собственноручно, а потом снова к царю Ээту: — Так что там насчёт руна? — Оно — твоё. Ступай в рощу и возьми его! — послал Ээт Ясона. Ясон пошёл, а там — дракон. В теории он должен был быть беззубым (ведь это его зубы Ясон просеял на поле), но на практике — очень даже зубатым, и кто бы там кого заломал, ещё неизвестно, но подоспела Медея, и вместе они того дракона скрутили. Скрутили, Руно забрали, на «Арго» вернулись… и Медея с ними — вернуться к отцу она уже не могла. .. Что ж… погнался за аргонавтами Ээт: двух он лишился сокровищ, дочь и Руно жаждал в Колхиду вернуть. Отбились от Ээта аргонавты, зарубили его сына, Абсирта, разбросали куски его тела по суше и морю, пришлось Ээту сына собирать, а о дочери — и Руне — не думать. …Но это уже было как-то не по геройски, и спутники Ясона как-то задумались, тем более, что их уже было не так уж много как раньше. Арго, иначе говоря, вернулся в Йолк каким-то потрепанным, и другие греки там не задержались, разошлись по родным городам и весям. А зря! Ведь затем случилось небывалое дело. Прибыл, значит, Ясон во дворец, встречает там его базилевс-дядя. — Ну, что, руно я добыл — отдавай трон! — И не подумаю! — Пелей отвечает, сигнал страже и сыну Адрасту подаёт. Вышли вперёд Йолкские гоплиты, вышла вперёд и Медея. Губы — малина, глаза — звёзды, и коса трубчата через плечи перекинута, внимание на перёд привлекает. — А хочешь, базилей, я тебя омоложу? Пелей встал. С трона — тоже. Забурлила в нём кровь отца-Посейдона, захотел он красивую титаниду — это самое. — А не врёшь? — подозрительно спрашивает. — Старику ли льзя помолодеть? Сокол, когда линяет, высоко летает, не даёт гнезда своего в обиду! — Это я вру? — вроде бы обиделась Медея. — Прикажи принести старого барана, я из него ягнёнка сделаю! Пелей отдал приказ, его немедленно выполнили, а Медея достала три котла — один с водой варёной, а другой — водой студёной, ну а третий — молоком, вскипячённое ключом. Взяла она барана, окунула в один котёл, там в другой и третий тоже — и стал баран ягнёнком. Увидал это Пелей, немедленно разделся, бух в котёл — и там сварился. Увидали-услыхали это добрые греки, немедленно проголосовали, чтобы трон Йолка занял не Ясон с женой-кознодейкой, а Адраст, сын Пелея, благо что оный Адраст тоже за Руном плавал — понимал, сын Пелея, что богохульство отца к добру не приведёт, пытался вымолить прощение богов-Олимпийцев тоже участвуя в походе за Золотым Руном… и похоже, что вымолил — стал базилеем Йолка. Пришлось Медее с Ясоном переехать в Коринф. Сколько они там жили, неизвестно, но царевна Коринфа, Креуза, заметила Ясона, и стала с ним кокетничать, и отец её, Главк, тоже. Чем их так привлёк Ясон, неизвестно, но последний был по-прежнему не прочь сесть на трон, пускай и Коринфа. Ну а Медея как же? О Медее — жрице Гекаты — Креуза с Главком обещали позаботится, и вообще, у древних греков царил ещё тот домострой, попу Сильвестру неведомый. Согласно ему, Медея просто должна была убояться мужа своего Ясона и не вякать. Увы-увы, Медея была не забитая отцом и мужем гречанка, а горячая дочь Колхиды, да вдобавок (судя по отцу), ещё и нелюдем. Посему, вместо того, чтобы утешиться тем, что Ясон и ко. её просто из Коринфа не выкинули (изгнали, т.е.), она послала Креузе и Главку подарки, надев которые, оные господа скончались так, что гибель Пелея была ещё марцыпанчиком… Сама же Медея тем временем покинула Коринф на колеснице, управляемой драконами (нелюдь и есть нелюдь, кровь титанова!), перед тем, по канону, заколов-зарезав своих от Ясона детей. (Насчёт последних, правда, сомнения — когда это они с Ясоном успели их сделать? На Арго или в переездах между Йолком и Коринфом? Ну и пара!) Ясон тоже в Коринфе после этого не задержался — кто бы не сел на трон опустевший после гибели Главка с Креузой, он Ясона из Коринфа так вышиб, что Ясон сумел остановиться возле полусгнивших останков «Арго», где прожил последний остаток своей жизни, прося милостынь на починку оного судна. Подавали, признаемся сразу, плохо, «Арго» Ясон так и не починил, наоборот, однажды последний так и развалился, пришибив и похоронив под собой Ясона, наследника Йолкского трона. Мораль: герои должны держаться подальше от тронов, а не то героями быть они перестанут, а царями — так и не станут.

Краткое изложение книги «Аргонавты и Золотое руно»

На Сицилии, в первом веке до нашей эры, Диодор Сицилийский написал свою так называемую историю, названную Библиотекой истории , где большая часть книг I-VIII содержала мифические и легендарные рассказы. Большая часть Библиотеки либо утеряна, либо фрагментирована после Книги V. С Книги IX по XX Диодор начинает свою историю в греческом мире.

Версия Диодора о приключениях аргонавтов может быть найдена в Книге 4, в 40-49, в то время как он рассказал о смерти Пелия после того, как аргонавты вернулись к Иолку, и более поздней жизни Медеи, в 50-56 Книге 4.

 


 

В отличие от предыдущих сказок об аргонавтах, он на самом деле был братом, а не сводным братом Эсона и Фереса. Пелий был не узурпатором, а законным царем Иолка, будучи старшим, но у него не было собственного ребенка мужского пола (что противоречит тому, что позже напишет Диодор, когда Пелий умер), поэтому он опасался, что его братья и племянники может свергнуть его.

Именно Ясон, племянник Пелия, выдвинул идею похода в Колхиду за Золотым руном, потому что он хотел снискать славу и запомниться своими героическими подвигами, как герой Персей.Пелий ободрял своего племянника в надежде, что Ясон погибнет в опасном путешествии.

Итак, в рассказе Диодора не было Ясона, воспитанного мудрым кентавром Хироном. Не было ни богини Геры, благосклонной к герою, ни пророчеств о том, что Пелий умрет от пришельца в одной сандалии, что мы находим в ранних источниках.

Джейсон приказал Аргусу построить корабль на горе Пелион. Корабль был назван «Арго» в честь судостроителя. Как только корабль был построен, Джейсон объявил по всей Греции, что самые смелые герои должны присоединиться к этому приключению.Диодор перечислил Геракла, Кастора и Полидевка, Теламона, Орфея и сыновей Феспия. Диодор также включил охотницу Аталанту, дочь Шенея. Хотя Ясон был лидером, Геракл был выбран их генералом, потому что он был самым могущественным из всех героев. (См. «Факты и цифры» для списка экипажа «Арго».)


Диодор проигнорировал или изменил большую часть приключений аргонавтов во время их путешествия в Колхиду, которые появляются в греческих мифах и в эпосе Аполлония.

Когда Арго высадились в Сигейе, в Троаде, где они обнаружили девицу Гесиону, дочь Лаомедонта, царя Трои. Троянская принцесса была прикована к скале в жертву морскому чудовищу, посланному Посейдоном. Лаомедон оскорбил богов, Аполлона и Посейдона, потому что царь нарушил свое обещание заплатить двум богам за строительство стен вокруг Трои. Аполлон принес мор в город.

Геракл освободил девушку, а затем отправился к царю, предложив убить морского чудовища в обмен на бессмертных коней Лаомедонта, на что Лаомедон с готовностью согласился.Геракл убил морское чудовище. Лаомедон согласился оставить лошадей для Геракла, пока они не вернутся из Колхиды. Его дочь Гесиона, опасавшаяся, что ее снова могут избрать в качестве жертвы, предпочла отправиться в Грецию с аргонавтами, когда они вернутся в Грецию.

(Обычно это приключение Геракла под Троей происходило на его обратном пути из земли амазонок, когда Гераклу в его девятом подвиге требовалось принести пояс царицы амазонок Ипполита. Приключение в Трое не появляются в отчете Аполлония.См. 9-й подвиг Геракла.)

На их корабль обрушилась буря, когда они вышли из Троады, и только когда музыкант Орфей помолился божествам с острова Самофракия, ветры стихли. Орфей был единственным на борту, кто был посвящен в мистерии божеств Самофракии. Две звезды упали на головы Кастора и Полидевка, Диоскуров. Эти звезды были частью созвездия Близнецов.

Затем аргонавты высадились во Фракии, где правил Финей.Они обнаружили, что это два сына Финея и Клеопатры, дочери бога ветра Борея и афинской принцессы Орифии, дочери Эрехтея. Сыновей Финея заключили в усыпальницу и в наказание высекли плетьми за ложь их мачехи Идеи, дочери Дардана, царя скифов.

Они обратились к аргонавтам с просьбой спасти их. Финей в гневе сказал аргонавтам, что это не имеет к ним никакого отношения, а относится к Кале и Зетам, которые были известны как Бореады, и они были братьями Клеопатры.Бореады сжалились над ними, потому что они были их племянниками. Бореады были частью экипажа «Арго», решили помочь им, поэтому между фракийцами и аргонавтами вспыхнула битва. Сражение быстро закончилось, когда Геракл убил Финея. Были освобождены племянники Бореад, а также их сестра Клеопатра. Сыновья Финея хотели убить свою мачеху (Идею), но воздержались от этого, когда Геракл попросил их. Они отправляют Идею обратно к ее отцу в Скифию. Когда скифы услышали о гнусной лжи Идеи, они приговорили ее к смерти.

(Здесь не было Гарпий, которых Бореады спасли слепому провидцу Финею. Также Финей Диодора не был слепым и не имел дара прорицания. Финей не пытался помочь аргонавтам, но был против них. И Диодор полностью проигнорировал приключение аргонавтов у Сталкивающихся скал, у входа в Черное море (см. версию Аполлония под заголовком «В Черном море»).

Путешествие аргонавтов по Черному морю прошло без происшествий, и именно в этот момент Диодор говорит о происхождении Золотого руна и рода Ээтов.Опять же, рассказ Диодора сильно отличается от рассказа Аполлония и других классических авторов.

Вы помните, что в обычном мифе Фрикс и его сестра были спасены от принесения в жертву летающим Золотым руном, посланным богом. На бараньей спине они улетели на восток. Когда они летели над Троадой, Гелле обессилела, заснула и насмерть бросилась в узкий пролив, названный в ее честь — Геллеспонт. (См. Происхождение квеста.)

Однако в версии Диодора дети Афаманта родились не у летящего золотого овна, а убежали Фрикс и Гелла на корабле, нос которого имеет изображение бараньей головы.Когда они плыли мимо Геллеспонта, Хелле охватила морская болезнь. Когда она слишком сильно наклонилась к борту корабля, она упала за борт и утонула. Фрикс продолжил свое путешествие в Колхиду. Здесь вы можете видеть, что Диодор подтасовывает известные мифы, пытаясь дать реалистичное, но неинтересное для читателей объяснение.

Ээт, его царь, был сыном Гелиоса. У Ээта был брат по имени Персей, отец Гекаты и царь Херсонеса Таврического. И колхи, и тавры были известны своей жестокостью и враждебностью к чужакам.Было обычной практикой приносить в жертву своей богине (Артемиде?) незнакомцев. Геката была заметно жестокой и практиковала темное колдовство, а также была верховной жрицей Артемиды, богини магии. Геката отравила своего отца и сменила Персеса на престоле, прежде чем выйти замуж за своего дядю и стать матерью двух могущественных волшебниц, Цирцеи и Медеи.

Фрикс и его спутник по имени Крий, чье имя означает «баран», были захвачены колхами. Прежде чем они успели принести в жертву Фрикса, Крий, царь скифов и зять Ээта, увидел изгнанного минийского царевича и влюбился во Фрикса.Ээт отдал мальчика скифскому царю, но принес в жертву слугу Фрикса. Для колхов было обычной практикой снимать кожу с жертвы, поэтому они повесили кожу Крия, прибитую к алтарю храма Ареса. Но Ээт узнал от оракула, что он умрет, когда чужеземцы приплывут в его землю и украдут кожу Крия.

Надеясь предотвратить свою гибель, король поставил дракона охранять храм и кожу. Ээт также поставил тавров охранять и город, и его королевство, чтобы схватить любого чужака, который ступит в его королевство.Диодор пытался развеять миф об огнедышащих быках, говоря, что этими так называемыми быками были тавры или жители Херсонеса Таврического. Ээт покрасил кожу в золотой цвет, потому что хотел, чтобы таврские солдаты охраняли ее более тщательно, если они считали, что ее стоит защищать. Кожа Крия была так называемым Золотым руном.

Цирцея и Медея научились снадобьям, магии и колдовству всех видов от своей матери. Хотя Геката и Цирцея использовали свое колдовство для получения силы, которую они могли получить, Медея, с другой стороны, пыталась использовать свою силу, чтобы помочь людям.Она пыталась спасти людей, которых собирались принести в жертву. Когда Ээт узнал о неповиновении дочери его строгому приказу о поимке, ее поместили под домашний арест или условно-досрочно.

Медея сбежала и вышла на берег, где находился участок, посвященный Гелиусу. Это было в тот самый день ее прибытия, когда она встретила Джейсона и аргонавтов. Медея предложила им помощь, а Ясон предложил ей выйти за него замуж, когда они вернулись в Иолк.

Медея открыла ей ворота в городе Сибарис (хотя большинство людей называли столицу Ээта Эей), аргонавты ворвались в город, убив некоторых стражников, в то время как другие тавры в смятении бежали из-за внезапного нападения.Медею быстро привели на участок Ареса, где она отравила дракона, охранявшего шкуру Крия (Золотое руно). Ясон взял руно и вместе с Медеей и аргонавтами бежал обратно на свой корабль.

Услышав о нападении и краже Золотого руна, Ээт собрал своих самых надежных телохранителей и преследовал убегающих аргонавтов. Они столкнулись с аргонавтами на берегу, где между двумя сторонами шла ожесточенная битва. Аргонавтов было намного меньше, но с Гераклом на их стороне могучий герой убил многих тавров и колхов.Ээт убил Ифита, брата царя Эврисфея Микенского, но царь пал перед Мелеагром.

Со смертью Ээта колхи бежали, аргонавты вернулись на корабли. Медея исцеляла раненых; среди них были Ясон, Лаэрт, Аталанта и сыновья Феспия. Через три дня аргонавты покинули Колхиду.

«Арго» попал в очередной сильный морской шторм, но ветер утих, и бурные волны успокоились, когда Орфей снова помолился божествам Самофракии. Это привело к появлению Главка, второстепенного морского бога.Главк предсказал, что спартанские близнецы Кастор и Полидевк (Диоскуры) и Геракл благодаря своим Двенадцати подвигам получат бессмертие от богов. Морской бог посоветовал им воздвигнуть святилище богам для их избавления на первой суше, на которую они ступят. Это было в Византии, где правил царь по имени Визас.

Затем аргонавты вернулись в Трою, куда прибыл Геракл, чтобы привести Гесиону и бессмертных коней, обещанных герою Лаомедоном. Геракл послал своего брата Ификла и своего друга Теламона ко двору Лаомедонта, но коварный царь бросил послов в темницу.

Приам был единственным сыном Лаомедонта, который выступал против заточения пары аргонавтов и просил об их освобождении и выполнении обещания своего отца Гераклу, которое Лаомедон проигнорировал. Так Приам помог Теламону и Ификлу бежать из тюрьмы. Убив нескольких охранников, они вернулись на «Арго» с известием о предательстве Лаомедонта. Аргонавты быстро вооружились, как и Лаомедон с войском выступил против аргонавтов.

Битва продолжалась до тех пор, пока Геракл не убил Лаомедонта и всех его сыновей, кроме Приама, и не захватил Трою.Геракл сделал Приама царем Трои. Опять же, этот рассказ (Диодора) отличается от обычного мифа о спасении Гесионы и войне Геракла против Трои.

 

В этот момент Ясон и аргонавты достигли дома, когда Ясон услышал известие о гибели своих родителей от рук Пелия, желавшего устранить всех соперников за трон. Поскольку рассказ Диодора о смерти Пелия был похож на другие рассказы, я предложил вам прочитать «Смерть царя Пелия».

 


 

Роль Джейсона в рассказе Диодора очень мала. Геракл и другие герои, а также Медея сыграли более важную роль в Поиске , чем Джейсон. Ясон был предводителем аргонавтов, построил корабль для своего путешествия и пообещал жениться на Медее, но его товарищи, такие как Геракл, Мелеагр и Орфей, спасли дни, когда они были в опасности. Роль Медеи была небольшой в Поиске, но она сыграла более важную роль после Поиска, вызвав смерть Пелия.

В « Argonautica » Аполлония аргонавты покинули Геракла, когда его оруженосец исчез в Мисии. Этот эпизод не появляется в произведении Диодора. Геракл был более важным героем, чем Ясон и другие аргонавты в Поисках, которые прошли весь путь до Колхиды и обратно. Это потому, что Диодор писал о Поиске как о части приключений Геракла.

Золотое руно, Рассказы Тэнглвуда, Натаниэль Хоторн, 1853 г.

Когда Джейсон, сын свергнутого короля Иолхос был маленьким мальчиком, его отослали от его родителей и поставили под самые странные школьный учитель, о котором вы когда-либо слышали.Это узнало человек был одним из людей, или четвероногих, называли кентаврами. Он жил в пещере и имел туловище и ноги белой лошади, с головой и плечи мужчины. Его звали Хирон; а также, несмотря на свою странную внешность, он был очень отличный учитель, и у него было несколько ученых, которые впоследствии сделал ему честь, сделав большую фигуру в мире. Знаменитый Геракл был одним из них. был Ахиллес, а также Филоктет, и Эскулап, получивший огромную известность как доктор. Добрый Хирон учил своих учеников, как играть на арфе, и как лечить болезни, и как пользоваться мечом и щитом вместе с различные другие отрасли образования, в которых вместо того, чтобы обучать парней тех дней, письма и арифметики.

Иногда я подозревал, что Мастер Хирон был не очень отличается от других людей, но что, будучи добрым и веселым старичком, он имел обыкновение делать вид, будто он лошадь, и карабкался по классу на на четвереньках, и позволять маленьким мальчикам кататься на его спина.Итак, когда его ученики выросли, и состарились, и бежали рысью внуки на коленях, они рассказали им о спорт их школьных дней; и эти молодые люди приняли идею, что их деды были их письмам научил кентавр, получеловек и полулошадь. Маленькие дети, не совсем понимая, что им говорят, часто получают такие абсурдные понятия в их головы, вы знаете.

Как бы то ни было, об этом всегда говорили факт (и всегда будет говориться, пока мир длится), что Хирон, с головой школьный учитель, имел тело и ноги лошади. Только представьте, как грохочет серьезный старый джентльмен. и топать в классную комнату на своих четырех копыта, быть может, наступив на кого-нибудь из мальчишек пальцами ног, размахивая хвостом-перевертышем вместо жезл, и время от времени выскакивая из дверей, чтобы съешь глоток травы! Интересно, что кузнец взял с него плату за комплект железных башмаков?

И жил Ясон в пещере с этим четвероногим Хирон, с тех пор как он был младенцем, только несколько месяцев, пока он не вырос до полного рост человека.Он стал очень хорошим арфистом, я предположим, и искусный в обращении с оружием, и сносно знаком с травами и прочими врачебными вещи, а главное, замечательный наездник; для, в обучении молодежи ездить, добрый Хирон должен был быть без соперников среди учителя. Наконец, будучи теперь высоким и спортивной молодости, Джейсон решил искать счастья в мире, не спрашивая совета у Хирона, или рассказать ему что-нибудь по этому поводу.Это было очень неразумно, конечно; и я надеюсь, что никто из вас, мои маленькие слушатели, всегда будут следовать за Джейсоном пример.

Но, поймите, он слышал, как это он сам был королевским принцем, и как его отец, Царь Ясон был лишен царства Иолхоса неким Пелием, который также убил Джейсона, если бы он не был спрятан в Пещера кентавра. И, набравшись сил человека, Джейсон решил установить все это дело к правам, и наказать нечестивых Пелия за то, что он обидел своего дорогого отца, и бросил его с трона и сядет там вместо.

С этим намерением он взял по копью в каждую руку, и накинул ему на плечи шкуру леопарда, чтобы уберечься от дождя и отправиться в путь, с его длинными желтыми локонами, развевающимися на ветру. Часть его платья, которой он больше всего гордился сам был парой сандалий, которые были его отца. Они были красиво вышиты и были привязаны к его ногам золотыми нитями. Но весь его наряд был таков, что люди не очень часто видим; и когда он проходил мимо, женщины и дети подбежали к дверям и окнам, интересуясь куда направлялся этот прекрасный юноша, с его леопардовая шкура и его сандалии с золотыми шнурками, и какие героические дела он собирался совершить, с копье в правой руке и другое в левой.

Я не знаю, как далеко ушел Джейсон, когда он подошли к бурной реке, которая мчалась прямо на его пути, с пятнышками белой пены среди его черных вихрей, шумно спешащих вперед и сердито ревел на ходу. Хоть не очень широкая река в засушливые сезоны год, он был вздут от проливных дождей и таяние снега на склонах горы Олимп; и он гремел так громко, и выглядел так дико и опасно, что Джейсон, сколь бы смелым он ни был, подумал, благоразумно остановиться на краю.Кровать ручей казался усыпанным острыми и бурными скалы, некоторые из которых возвышаются над вода. Мало-помалу вырванное с корнем дерево с сломанные ветки, плывут по течению и запутался среди камней. Сейчас а потом утонувшая овца, а однажды туша корова, проплыла мимо.

Короче говоря, разлившаяся река уже сделала много зла. Видимо слишком глубоко для Джейсона, чтобы идти вброд, и слишком шумный для него, чтобы плавать; он не видел моста; а что касается лодки, если бы они были, камни бы сломали их на куски в одно мгновение.

«Посмотри на беднягу», — сказал надтреснутый голос. близко к его стороне. «Он, должно быть, имел плохое образование, так как он не умеет пересечь небольшой ручей вот так. Или он боится намочить свои прекрасные сандалии с золотыми ремешками? Это жаль, что его четвероногого учителя здесь нет безопасно перевезти его на спине!»

Джейсон очень удивленно огляделся, потому что он не знаю, что кто-то был рядом.Но рядом с ним стояла старуха в рваном плаще головой, опираясь на посох, навершие которого было вырезанный в форме кукушки. Она смотрела очень старый, морщинистый и немощный; и все же ее глаза, карие, как у быка, были такие необычайно большие и красивые, что, когда они были устремлены на глаза Джейсона, он ничего не мог видеть кроме них. У старухи был гранат в руку, хотя плод был тогда совсем не в себе сезон.

— Куда ты идешь, Джейсон? она сейчас спросил.

Она, казалось, знала его имя, вы заметите; и действительно, эти большие карие глаза выглядели так, они знали все, будь то прошлое или приехать. Пока Джейсон смотрел на нее, павлин шагнул вперед и встал на сторону старухи.

«Я иду в Иолхос,» ответил юноша, «приказать злому царю Пелию сойди с престола отца моего и позволь мне править вместо него.»

— Ну, так, — сказала старуха, все тем же надтреснутым голосом, «если что это все ваше дело, вам не нужно быть в очень большая спешка. Просто возьми меня на спину, есть добрый юноша, и перенеси меня через реку. я и моему павлину есть чем заняться на той стороне, а также себя».

«Хорошая мать,» ответил Джейсон, «твоя бизнес вряд ли может быть настолько важным, как вытягивание свергнуть короля с трона.Кроме того, как вы можете посмотрите сами, река очень бурная; и если бы я случайно споткнулся, он бы захлестнул нас обоих унесло легче, чем оно унесло с того вырванного с корнем дерева. я с радостью помогу тебе если бы я мог; но я сомневаюсь, что я достаточно силен перевезти тебя».

«Тогда,» сказала она, очень презрительно, «Вы также не достаточно сильны, чтобы тянуть Кинга Пелий со своего трона. И, Джейсон, если ты поможет старушке в ее нужде, ты не должен быть королем.Для чего созданы короли, кроме помочь слабым и страждущим? Но делай как ты пожалуйста. Либо возьми меня на спину, либо с моей бедные старые конечности, я постараюсь изо всех сил бороться через ручей».

Сказав это, старуха ткнула посохом в реку, как бы находя самое безопасное место в ее каменистое ложе, где она могла бы сделать первый шаг. Но Джейсон к этому времени стал стыдиться своего нежелание ей помочь. Он чувствовал, что может никогда себе не простит, если этот бедный слабый существо должно причинить какой-либо вред при попытке бороться с стремительным течением.Хорошо Хирон, полуконь или нет, научил его что самым благородным применением его силы было помочь слабый; а также что он должен лечить каждого молодого женщину, как если бы она была его сестрой, и каждый старый как мать. Помня об этих максимах, энергичный и красивый молодой человек опустился на колени, и попросил добрую даму сесть ему на спину.

«Проход кажется мне не очень безопасным», — заметил он. «Но так как ваше дело так срочно, я постараюсь вас перевезти.Если река унесет тебя, она унесет и меня».

«Это, без сомнения, будет большим утешением для мы оба, — сказала старуха. — Но Не бойся. Мы благополучно переправимся».

Поэтому она обвила руками шею Джейсона; а также подняв ее с земли, он шагнул смело в бушующий и пенящийся поток, и начал отойти подальше от берега. Что касается павлина, он остановился на плече старой дамы.Джейсона два копья, по одному в каждой руке, удерживали его от спотыкаясь, и позволил ему нащупать дорогу среди скрытые скалы; хотя каждое мгновение он ожидал, что его товарищ и он сам пойдут вниз по течению вместе с корягами сломанные деревья и туши овец и корова. Вниз хлынул холодный снежный поток из крутой склон Олимпа, бушующий и гремящий как если бы у него была настоящая злоба на Джейсона или, по крайней мере, все события, были полны решимости вырвать его живое бремя с его плеч. Когда он был на полпути вырванное с корнем дерево (которое у меня уже говорил вам о) вырвался из среды скалы и обрушились на него всем своим расколотые ветки торчат, как сотня руки великана Бриарея. Оно пронеслось мимо, однако, не касаясь его. Но следующий момент, когда его нога застряла в расщелине между два камня и застрял там так крепко, что в пытаясь освободиться, он потерял одного из своих сандалии с золотыми ремешками.

При этом несчастном случае Джейсон не мог не произнести крик досады.

— В чем дело, Джейсон? спросил старая женщина.

«Достаточно материи,» сказал молодой человек. «Я потерял сандалию здесь, среди скал. И какую фигуру мне вырезать на двор царя Пелия с золотыми струнами на одной ноге сандалии, а другая босая!»

«Не принимайте это близко к сердцу,» ответил его товарищ весело.«Вы никогда не встречались с большая удача, чем потерять эту сандалию. Это меня удовлетворяет, что вы и есть тот самый человек, которого Говорящий Дуб говорил о».

В этот момент не было времени спрашивать, что Говорящий Дуб сказал. Но бойкость ее тон ободрил молодого человека; и, кроме того, он никогда в жизни не чувствовал себя таким бодрым и могучим как с тех пор, как взял эту старуху на спину. Вместо того, чтобы обессилеть, он набрался сил как он продолжал; и, борясь с поток, он наконец достиг противоположного берега, взобрался на берег и опустил старую даму и ее павлин благополучно на траве.Как только это было сделано, однако он не мог не смотреть довольно уныло у босой ноги, только остаток золотой нити сандалии цепляясь за его лодыжку.

«Вы получите более красивую пару сандалий к и мимо, — сказала старуха с любезным видом. смотреть из ее красивых карих глаз. «Только пусть царь Пелий взглянет на эту босую ногу, и ты увидишь, как он станет бледным, как пепел, я обещаю вам.Там твой путь. Иди, мой добрый Джейсон, и мое благословение с тобой. И когда ты сидишь на своем троне вспомни старуху которую ты помог переправиться через реку».

С этими словами она поковыляла прочь, давая ему улыбка через плечо, когда она ушла.

Будь свет ее прекрасных карих глаз окружил ее славой, или как там причина может быть в том, что Джейсону показалось, что что-то очень благородное и величественное в ее фигуре, ведь и то, хотя походка ее казалась ревматическая хромота, но она двигалась так же грациозность и достоинство, как у любой королевы на земле.Ее павлин, который сейчас слетел с нее плечо, расхаживал позади нее в поразительном великолепие, и распустил свой пышный хвост на цель для Джейсона, чтобы восхищаться им.

Когда старая дама и ее павлин вышли из увидев, Джейсон отправился в путь. После проехав довольно большое расстояние, он пришел к город, расположенный у подножия горы, а не большой путь от берега моря. На за городом собралась огромная толпа люди, не только мужчины и женщины, но и дети, все в своих лучших нарядах и, очевидно, наслаждаясь праздник.Толпа была наиболее плотной к берег моря; и в этом направлении над головы людей, Джейсон увидел венок дыма взмывает вверх к голубому небу. Он спросил у один из множества, какой город был поблизости, и почему так много людей собрались здесь вместе.

«Это царство Иолхоса». ответил человек, «и мы подданные Король Пелиас. Наш монарх призвал нас вместе, чтобы мы могли увидеть, как он приносит в жертву черную быка Нептуну, который, говорят, его величества отец.Вон там король, где ты видишь восходит дым от жертвенника».

Пока мужчина говорил, он пристально смотрел на Джейсона. любопытство; ибо его одежда была совсем не похожа на одежду иолхийцев, и очень странно было видеть юноша с леопардовой шкурой на плечах, и каждая рука сжимала копье. Джейсон понял, также, что человек смотрел особенно на свои ноги, один из которых, как вы помните, был голым, а другой был украшен его отцом сандалии с золотыми ремешками.

«Посмотри на него! Только посмотри на него!» сказал человека своему следующему соседу. «Ты видишь? Он носит только одну сандалию!»

При этом сначала один человек, а потом другой, стали смотреть на Джейсона, и все, казалось, быть сильно пораженным чем-то в его облике; хотя они гораздо чаще обращали свои взоры на его ноги, чем к любой другой части его фигуры. Кроме того, он мог слышать, как они шептались с одним еще один.

«Одна сандалия! Одна сандалия!» они держали говоря. «Человек в одной сандалии! Вот он это наконец! Откуда он пришел? Что он значит делать? Что скажет царь человек в одних сандалиях?»

Бедняга Джейсон был очень смущен и помирился. Имейте в виду, что люди Иолхоса были чрезвычайно невоспитанным, чтобы принять такое публичное уведомление о случайный недостаток в его одежде. Тем временем, То ли толкнули его вперед, то ли что Джейсон по собственной воле протолкнул пассаж сквозь толпу, так случилось, что он вскоре оказался рядом с дымящимся алтарем, где Царь Пелиас приносил в жертву черного быка.То ропот и гул толпы, от удивления при виде Джейсона с одной босой ногой, стало так громко, что это нарушило церемонии; а также король, держа в руках большой нож, которым он только собирался перерезать быку глотку, обернулся сердито о, и устремил свой взгляд на Джейсона. То люди теперь удалились от него, так что юноша стоял на открытом пространстве, возле курящего алтарь, лицом к лицу с разгневанным королем Пелием.

«Кто ты?» воскликнул король, с ужасный хмурый взгляд.«И как ты посмел сделать это возмущение, пока я приношу в жертву черного быка моему отцу Нептуну?»

«Это не моя вина,» ответил Джейсон. «Ваше величество должны винить грубость ваших подданных, которые подняли весь этот шум потому что одна из моих ног оказалась босой».

Когда Джейсон сказал это, король быстро испуганно посмотрел себе под ноги.

«Ха!» пробормотал он, «вот парень в одних сандалиях, конечно же! Что я могу сделать с ним?»

И он крепче сжал большой нож в его рука, как будто он был наполовину готов убить Джейсона, вместо черного быка.Люди вокруг подхватил слова короля, неясно, как они были произнесены; и сначала был ропот среди их, а затем громкий крик.

«Человек в одних сандалиях пришел! Пророчество должно исполниться!»

Ибо вы должны знать, что много лет назад король Пелиасу рассказал Говорящий Дуб о Додона, что человек с одной сандалией должен бросить его вниз со своего трона. На этот счет он имел даны строгие приказы, что никто никогда не должен приходить в его присутствии, если только обе сандалии не надежно привязаны к его ногам; и он держал офицер в своем дворце, чьим единственным делом было осматривать сандалии людей и снабжать их с новой парой, за счет королевской казну, как только старые стали изнашиваться вне.В течение всего царствования царя он никогда не испытывал такого испуга и волнение, как от зрелища обнаженного бедного Джейсона. ступня. Но так как он был от природы смелым и жестокосердый человек, он вскоре набрался смелости и начал подумать, каким образом он мог бы избавиться от этот ужасный незнакомец в одних сандалиях.

«Мой добрый юноша, — сказал царь Пелий, — принимая самый мягкий тон, какой только можно вообразить, чтобы сбить Джейсона с бдительности, «ты Добро пожаловать в мое королевство.Судя по ваше платье, вы, должно быть, долго путешествовали расстояние, ибо не в моде носить шкуры леопарда в этой части мира. Молиться как я могу назвать ваше имя? и где ты получить образование?»

«Меня зовут Джейсон,» ответил молодой незнакомец. «С самого младенчества я жил в пещере кентавра Хирона. Он был мой инструктор, и научил меня музыке, и верховой езде и как лечить раны, а также как наносить раны моим оружием!»

«Я слышал о Хироне школьный учитель, — ответил царь Пелий, — и как это есть огромное количество обучения и мудрость в его голове, хотя бывает, что она на теле лошади.Мне доставляет огромное удовольствие увидеть одного из его ученых при моем дворе. Но для проверки сколько вы заработали на таком превосходном учитель, вы позволите мне задать вам один вопрос?»

«Я не претендую на то, чтобы быть очень мудрым,» сказал Джейсон. «Но спросите меня, что вам угодно, и я буду отвечать в меру своих возможностей».

Теперь царь Пелий намеревался хитростью заманить в ловушку молодого человека, и заставить его сказать что-то, что должно быть причиной озорства и отвлечения внимания сам. Итак, с лукавой и злой улыбкой на лицо, он сказал следующее:

«Что бы ты сделал, храбрый Джейсон,» спросил он, «если бы был человек на свете, которым, как вы имели основания полагать, вы были обречены быть разоренными и убитыми — что бы вы сделали, Я говорю, если бы этот человек стоял перед вами и в вашем власть?»

Когда Джейсон увидел злобу и нечестие, которые Царь Пелий не мог удержаться от блеска глаза, он, вероятно, догадался, что король узнал, зачем он пришел, и что он намеревался обратить свои слова против самого себя.Тем не менее он постеснялся сказать неправду. Как вертикальный и почтенный принц, как он ни был, он решил говорить из настоящей правды. Поскольку король решил задать ему вопрос, и поскольку Джейсон обещал ему ответ, не было другого способа, кроме как сказать ему именно то, что было бы самым благоразумным делать, если бы в его власти был злейший враг.

Поэтому, немного подумав, он заговорил твердым и мужественным голосом.

«Я бы послал такого человека,» сказал он, «В поисках Золотого руна!»

Это предприятие, как вы понимаете, было из всех другие, наиболее сложные и опасные в Мир. В первую очередь необходимо совершить дальнее плавание по неведомым морям. Там вряд ли была надежда или возможность, что кто-либо молодой человек, который должен был бы предпринять это путешествие, либо преуспеть в получении Золотого руна, либо выжил бы, чтобы вернуться домой и рассказать о опасностей, от которых он бежал.Глаза царя Пелия заискрился от радости, поэтому, когда он услышал Ответ Джейсона.

«Хорошо сказано, мудрый человек с одним сандалию!» воскликнул он. «Иди, тогда, и в опасность для твоей жизни, верни мне золотой Флис.»

«Я иду,» спокойно ответил Джейсон. «Если я потерплю неудачу, вам не нужно бояться, что я когда-нибудь вернуться, чтобы беспокоить вас снова. Но если я вернуться к Иолхосу с призом, тогда король Пелий, ты должен поспешить со своего возвышенного трон и дай мне свою корону и скипетр. »

— Так и сделаю, — сказал король с насмехаться. «А пока я буду держать их очень безопасно для вас».

Первое, что Джейсон подумал сделать после он покинул царское присутствие, должен был отправиться в Додону, и спроси у Говорящего Дуба, каким курсом лучше всего добиваться. Это чудесное дерево стояло в центр древнего леса. Его величественный ствол поднялся поднялся на сто футов в воздух и бросил широкий и густая тень более чем на акр земли.Стоя под ним, Джейсон посмотрел на узловатые ветки и зеленые листья, и в таинственное сердце старого дерева, и говорил вслух, как будто он обращался к кому-то, кто был скрыты в глубине листвы.

«Что мне делать, — сказал он, — в для того, чтобы выиграть Золотое руно?»

Сначала была глубокая тишина не только внутри тени Говорящего Дуба, но на всем протяжении одиночный лес.Однако через мгновение или два листья дуба зашевелились и зашуршали, как будто Легкий ветерок гулял между ними, хотя другие деревья в лесу были совершенно неподвижно. Звук стал громче, и стал подобен реву сильного ветра. Мало-помалу, Джейсон вообразил, что может различать слова, но очень сбивчиво, потому что каждый отдельный листок дерево казалось языком, и все мириады языков бормотали одновременно. Но шум становился все шире и глубже, пока не стал напоминать торнадо пронесся сквозь дуб и сделал великое слово из тысячи и тысячи тихого шепота, который каждый лиственный язычок из-за его шуршания.И теперь, хотя это все еще был звук могучего ветра, ревущего среди ветвей, он тоже был похож на глубокий бас, говорить так отчетливо, как можно было бы ожидать от дерева произносить следующие слова:

«Иди к Аргусу, кораблестроителю, и попроси его построй галеру с пятьюдесятью веслами».

Затем голос снова растворился в невнятном шорох шелестящих листьев, и постепенно замер прочь. Когда она совсем исчезла, Джейсону захотелось сомневаться, действительно ли он слышал слова, или его фантазия не создала их из обычный звук, издаваемый ветром при прохождении сквозь густую листву дерева.

Но на расспросы жителей Иолхоса он обнаружил, что в городе действительно был мужчина, имя Аргуса, который был очень искусным строителем судов. Это показало некоторый интеллект в дуб; иначе как он должен был знать, что любой такой человек существовал? По просьбе Джейсона Аргус с готовностью согласился построить ему такую ​​большую галеру, что для гребли потребуется пятьдесят сильных мужчин; хотя ни одно судно такого размера и грузоподъемности не имело до сих пор видели в мире.Итак, голова плотник и все его подмастерья и ученики начали свою работу; и некоторое время после этого, вот они, деловито занятые, рубили бревна и сильно стучали своими молотки; пока не появился новый корабль, который назвали Арго, казалось, был вполне готов к выходу в море. И в качестве Говорящий Дуб уже дал ему такое добро совет, Джейсон подумал, что было бы не лишним попросить немного больше. Он посетил его снова, поэтому и стоя рядом с его огромным, шероховатым ствол, спросил, что ему делать дальше.

На этот раз не было такого всеобщего трепета листьев, по всему дереву, так как там было раньше. Но через некоторое время Джейсон заметил, что листва большой ветви, которая растянутый над его головой, зашуршал, как если бы ветер шевелил ту ветвь, а все другие ветви дуба были в покое.

«Оборвал меня!» сказала ветвь, как только как он мог говорить отчетливо; «оборвал меня! оборвал меня! и вырежь меня в подставное лицо для ваш камбуз.»

Соответственно, Джейсон поверил ветке на слово, и срезал его с дерева. Резчик в окрестности заняты, чтобы сделать подставное лицо. Он был довольно хорошим работником и уже вырезал несколько фигурок, как и предполагал для женственных форм, и выглядит очень похоже те, которые мы видим в наши дни застрявшими под бушприту судна, с большими вытаращенными глазами, что никогда не подмигивайте тире брызг. Но что было очень странно) резчик обнаружил, что его рука руководил какой-то невидимой силой и умением помимо его собственного, и что его инструменты сформировали образ, о котором он и не мечтал. Когда работа была закончена, получилась фигура красивая женщина в шлеме на голове, из-под которого падали длинные локоны на ее плечи. На левой руке был щит, и в его центре появился живой изображение головы Медузы с змеиные замки. Правая рука была вытянута, как будто указывая вперед. Лицо этого прекрасного статуя, хотя и не сердитая и не отталкивающая, была настолько серьезным и величественным, что, возможно, вы могли бы назвать серьезный; а что касается рта, то он как будто только что был готов разомкнуть уста свои и произнести слова глубочайшая мудрость.

Джейсон был в восторге от дубовой статуи и дал резчик не отдыхал, пока он не был закончен, и поставил там, где всегда стояло номинальное лицо, от того время для этого, в носу судна.

— А теперь, — воскликнул он, стоя и глядя на спокойное величественное лицо статуи: «Я должен пойти к Говорящему Дубу и узнать, что дальше сделать.»

«В этом нет необходимости, Джейсон,» сказал голос, который, хотя и был гораздо тише, напоминал ему могучих тонов великого дуба. «Когда вам нужен хороший совет, вы можете обратиться к нему меня.»

Джейсон смотрел прямо в лицо образ, когда эти слова были сказаны. Но он не мог поверить ни своим ушам, ни своим глазам. Однако правда заключалась в том, что дубовые губы шевельнулся, и, судя по всему, голос исходил изо рта статуи. Восстановление мало от своего удивления, Джейсон вспомнил себя что изображение было вырезано из дерева Говорящий Дуб, и что, следовательно, на самом деле ничего удивительного, а наоборот, самая естественная вещь в мире, что она должна обладают способностью речи.Это было бы очень странно, если бы это было не так. Но, безусловно, это было большой удачей, что он должен быть в состоянии носить столь мудрый кусок дерева вдоль с ним в его опасном путешествии.

«Скажи мне, чудный образ, — воскликнул Джейсон, — «поскольку ты унаследовал мудрость Говорящий Дуб Додоны, дочь которого ты есть, — скажи мне, где мне найти пятьдесят смелых юношей, которые возьмут каждого из них по веслу моего камбуз? У них должны быть крепкие руки, чтобы грести, и храбрые сердца столкнуться с опасностями, иначе мы никогда не выиграть Золотое руно. »

«Иди, — ответил дубовый образ, — иди, созовите всех героев Греции».

И в самом деле, учитывая, какой великий поступок был быть сделано, может ли какой-либо совет быть мудрее, чем этот, который Джейсон получил от подставного лица своего корабля? Он, не теряя времени, разослал гонцов по всем городов и возвещая всему народу Греция, что принц Ясон, сын царя Ясона, отправился на поиски Золотого руна, и что он желал помощи сорока девяти самых смелых и самые сильные юноши в живых, чтобы грести его судно и разделить его опасности.И сам Джейсон был бы пятидесятый.

Узнав об этом, предприимчивая молодежь со всего страна, начали шевелиться. Некоторые из них уже сражался с великанами и убивал драконов; и младшие, которые еще не встречались с такая удача, думал, что это позор иметь прожил так долго, не оседлав летающего змей или вонзающих свои копья в Химеру, или, по крайней мере, опуская правые руки вниз чудовищная львиная глотка.Была ярмарка перспективу, что они встретятся с большим количеством таких приключений, прежде чем найти Золотое руно. Так как как только они смогли привести в порядок свои каски и поэтому щиты и опоясывайте их верными мечами, они столпились к Иолхосу и взобрался на борт новой галеры. Рукопожатие с Джейсоном, они заверили его, что не заботиться о своих жизнях, но помог бы грести судно на самый отдаленный край мира, и как гораздо дальше, чем он мог бы думать, что лучше пойти.

Многие из этих храбрых парней получили образование Хирон, четвероногий педагог, и были поэтому старые одноклассники Джейсона, и знали его быть отроком духа. Могучий Геракл, чей плечи впоследствии поддерживали небо, был одним из их. И были Кастор и Поллукс, близнец братьев, которых никогда не обвиняли в том, что они цыплячьи сердца, хотя они были вылуплены из яйца; и Тесей, который был так прославлен за убийство Минотавра и Линкея с его чудесно острые глаза, которые могли видеть сквозь жернова, или заглянуть прямо в глубины землю и открыть сокровища, которые были там; и Орфей, лучший из арфистов, который пел и играл на своей лире так сладко, что звери стояли на задних лапах и весело скакали под музыку. Да и в некоторых его более трогательные мелодии, скалы взволновали их поросший мхом массив из земли, и роща лесные деревья вырывались с корнем, и, кивая их вершины друг к другу, исполнили страну танец.

Одна из гребцов была красивой молодой женщиной, по имени Аталанта. который был выращен среди горы медведем. Так легко было это прекрасная девица, что она могла шагнуть из одного пенного гребень волны к пенному гребню другой, не намочив больше, чем подошву ее сандалии.Она выросла очень дикой и говорила много о правах женщин и любил охоту и война намного лучше, чем ее игла. Но в моем мнение, самое замечательное из этого знаменитого Компанию им составили два сына Северного Ветра (воздушный юношей и довольно буйным нрав), у которых были крылья на плечах, и, в случае затишья, могли пустить пыль в глаза щеки, и подул почти такой же свежий ветерок, как и их отец. Я не должен забывать пророков и фокусники, которых было несколько в экипаже, и кто мог предсказать, что будет завтра или на следующий день, или через сто лет, но как правило, совершенно не осознавали, что проходит в данный момент.

Ясон назначил Тифиса рулевым, потому что он был звездочетом и знал точки зрения компас. Линкей, благодаря своему острому зрению, находился в качестве наблюдателя на носу, где он видел впереди целый день плавания, но был довольно склонен упускать из виду то, что лежало непосредственно под его нос. Если бы море было достаточно глубоким, однако Линкей мог точно сказать вам, какой камней или песка на его дне; и он часто кричал своим товарищам, что они плывут над кучами затонувших сокровищ, которые еще он не стал богаче на вид.Признаваться правда, мало кто поверил ему, когда он сказал Это.

Хорошо! Но когда аргонавты, как эти пятьдесят звали отважных авантюристов, готовили все для путешествия, непредвиденного трудность угрожала закончить его до того, как он был началось. Судно, вы должны понимать, было так длинные, широкие и тяжелые, что соединенные силы всех пятидесяти не хватило, чтобы впихнуть ее в воду. Геракл, я полагаю, не имел вырос в полную силу, иначе он мог бы установить ее на плаву так же легко, как маленький мальчик запускает свой лодка по луже. Но вот были эти пятьдесят героев, толкающихся, напрягающихся и краснеющих в лицо, не заставив Арго вздрогнуть ни на дюйм. Наконец, совсем утомленные, они сели сами на берегу в крайне безутешном состоянии, и думая, что сосуд должен гнить и развалиться на куски, и что они должны либо плыть через море или потерять золотое руно.

Внезапно Джейсон вспомнил о чудесная фигура галеры.

«О, дочь Говорящего Дуба!» он, «как мы приступим к работе, чтобы получить наши судно в воду?»

«Садитесь», — ответил образ (ибо оно знало, что должно было быть сделано от самым первым и только и ждал вопрос, который нужно задать), — «присаживайтесь и управляй своими веслами и позволь Орфею играть на его арфа».

Немедленно на борт поднялись пятьдесят героев, и схватив весла, держал их перпендикулярно воздух, а Орфей (любивший такую ​​задачу далеко лучше, чем грести) провел пальцами по арфа.На первой звонкой ноте музыки, они почувствовали, как судно зашевелилось. Орфей прогудел быстро, и галера тотчас скользнула в море, опустив нос так глубоко, что носовая фигура пил волну своими чудными губами и поднимался снова жизнерадостен, как лебедь. Гребцы курсировали их пятьдесят весел; белая пена вскипела раньше нос; вода журчала и пузырилась в их будить; в то время как Орфей продолжал так весело играть звук музыки, что судно, казалось, танцевало над волнами, отсчитывая время для него.Так триумфально вышла «Арго» из гавань, среди шума и добрых пожеланий все, кроме злого старого Пелия, который стоял на мысу, хмурясь на нее и желая, чтобы он мог выдуть из своих легких бурю гнев, который был в его сердце, и так потопить камбуз со всеми на борту. Когда они отплыли выше пятидесяти миль над морем, Линкею случилось бросить свой острый взгляд назад и сказал, что там был этот злой король, все еще восседавший на мысу, и хмурясь так мрачно, что казался черной грозовой тучей в том квартале горизонта.

Чтобы время прошло больше приятно во время плавания герои беседовали о Золотом руне. Первоначально он принадлежал, кажется, беотийскому барану, взявшемуся его обратно двое детей, когда в опасности их жизней, и бежали с ними по суше и по морю до как Колхида. Один из детей, которого звали Хелле упала в море и утонула. Но другого (маленького мальчика по имени Фрикс) привели спасенный на берегу верным бараном, который, однако, был так утомился, что тут же лег и умер.В память об этом добром деле и в знак его истинного сердца, руно бедного мертвого барана чудесным образом превратился в золото и стал одним из самых красивых объектов, когда-либо виденных на земле. Его повесили на дереве в священной роще, где теперь он хранился не знаю сколько лет, и был предметом зависти могучих королей, у которых ничего не было такой великолепный в любом из их дворцов.

Если бы я рассказал вам все приключения Аргонавты, это займет у меня до ночи, и возможно, намного дольше.Не было недостатка замечательные события, как вы можете судить по тому, что вы уже слышали. На одном острове они были гостеприимно приняты царем Кизиком, его государь, который устроил им пир и угостил они как братья. Но аргонавты видели, что этот добрый король выглядел подавленным и очень обеспокоены, и поэтому они спросили его, что было дело. Царь Кизик об этом сообщил им, что он и его подданные подверглись сильному насилию и заселен жителями соседнего гору, которая вступила с ними в войну и убила многих людей и разорил страну.И пока они говорили об этом, Кизик указал на гору и спросил Ясона и его товарищей, что они там видели.

«Я вижу некоторые очень высокие объекты,» ответил Джейсон; «но они на таком расстоянии, что Я не могу четко разобрать, что они собой представляют. К скажите вашему величеству правду, они выглядят очень странно, что я склонен считать их облаками, которые случайно взяли что-то похожее на человека формы».

«Я вижу их очень ясно,» заметил Линкей, глаза которого, знаете ли, были столь же дальнозорки, как телескоп. «Это банда огромных великанов, у каждого из которых по шесть рук, а дубина, меч или другое оружие в каждом из их руки.»

«У вас прекрасные глаза, — сказал Кинг. Кизик. — Да, это шестирукие гиганты, как вы говорите, и это враги, которых я и мои субъекты должны бороться с».

На следующий день, когда аргонавты собирались Отправляясь в плавание, спустились эти ужасные гиганты, шагая на сто ярдов шагом, размахивая у каждого по шесть рук, и выглядели грозно, так что далеко в воздухе.Каждый из этих монстров был способен вести целую войну в одиночку, ибо с одной рукой он мог швырять огромные камни и владеть дубиной с другим и шпагой с третьим, а четвертый тыкал во врага длинным копьем, а пятый и шестой стреляли в него из лук и стрела. Но, к счастью, хотя великаны были такими огромными, и у них было так много рук, что каждая но одно сердце, и это не больше и не храбрее, чем сердце обычного человека.Кроме того, если они был подобен сторукому Бриарею, отважные аргонавты отдали бы им руки полный борьбы. Джейсон и его друзья пошли смело чтобы встретить их, убил многих, а остальных заставил броситься наутек, так что, если бы великаны по шесть ног вместо шести рук, служил им лучше бежать с.

Еще одно странное приключение произошло, когда путешественники пришли во Фракию, где нашли бедного слепой царь по имени Финей, покинутый своими подданных и живущих очень печально, все сам: Джейсон спрашивает, не может оказать ему какую-либо услугу, король ответил, что его ужасно мучили три больших крылатых существа, называемые гарпиями, с лицами женщин, а также крылья, тела и когти грифы.Эти уродливые негодяи были в привычке отобрал у него обед и не позволил ему мир его жизни. Услышав это, Аргонавты устроили обильный пир на берегу моря, хорошо зная, от чего слепой царь говорили об их жадности, что гарпии понюхать запах съестных припасов и быстро пришли, чтобы украсть их. Так и оказалось; ибо едва стол был накрыт, как трое жуткие женщины-стервятники прилетали, хлопая крыльями, схватили пищу когтями и улетели, как быстро, как могли. Но два сына Севера Ветер обнажил их мечи, расправил крылья и отправился по воздуху в погоню за ворами, кого они, наконец, настигли среди некоторых островов, после погони в сотни миль. Два крылатые юноши страшно буянили на гарпий (ибо у них был грубый характер их отца), и так напугал их обнаженными мечами, что они торжественно пообещали никогда не беспокоить короля Финеус снова.

Затем аргонавты поплыли дальше и встретились со многими другие чудесные случаи, каждый из которых был бы сделать историю самостоятельно.Однажды они приземлились на острове и отдыхали на траве, когда они вдруг обнаружили, что на них напало то, что казался ливнем стрел со стальными наконечниками. Некоторые из их застряли в земле, а другие ударились о их щиты, и некоторые пронзили их плоть. Пятьдесят героев вскочили и огляделись. скрытого врага, но не мог ни найти, ни увидеть любом месте на всем острове, где хоть один лучник мог спрятаться.Тем не менее, среди них просвистели стрелы со стальными наконечниками; а также, наконец, взглянув вверх, они увидели большая стая птиц, парящих и кружащихся в воздухе, и стрелять перьями в Аргонавты. Эти перья были стальными стрелы, которые так мучили их. Не было возможность оказания любого сопротивления; и пятьдесят героических аргонавтов могли быть убиты или раненый стаей беспокойных птиц, даже не увидев золотого руна, если Джейсону и в голову не пришло спросить совета у дубовый образ.

Поэтому он побежал на камбуз так быстро, как только могли его ноги. нести его.

«О, дочь Говорящего Дуба!» он, весь запыхавшись, «нам нужна твоя мудрость более чем когда-либо прежде! Мы в большой опасности от стая птиц, которые стреляют в нас своими стальные перья. Что мы можем сделать, чтобы управлять их от?»

«Стукни по своим щитам», сказал Изображение.

Получив этот превосходный совет, Джейсон поспешил вернуться к своим товарищам (которые были гораздо более встревожены чем когда они сражались с шестирукими великанами), и велел им ударить мечами по своим медные щиты. Сразу же набор пятидесяти героев от души работать, стуча вовсю, и подняли такой ужасный грохот, что птицы сделали все возможное, чтобы уйти; и хотя они выбили половину перьев из своих крылья, вскоре их увидели скользящими среди облака, вдалеке и похожие на стая диких гусей.Орфей праздновал это победу, сыграв триумфальный гимн на своем арфу и пел так мелодично, что Джейсон умолял воздержаться от него, чтобы, как птицы со стальными перьями, были изгнаны неприятным звуком, они могли быть соблазненным снова сладким.

Пока аргонавты оставались на этом острове, они увидел приближающееся к берегу небольшое судно, в котором были два молодых человека с царственными манерами, и чрезвычайно красив, как обычно молодые принцы были, в те времена.Теперь, кого вы представляете эти два путешественника оказались? Почему, если вы поверьте мне, они были сыновьями того самого Фрикс, которого в детстве несли в Колхиду на спине золоторунного барана. С того времени Фрикс женился на царской дочь; и два молодых принца родились и вырос в Колхиде, и провел свое игровые дни на опушке рощи, в в центре которого висело Золотое руно дерево.Теперь они направлялись в Грецию, в надежды вернуть королевство, которое было неправомерно отобраны у отца.

Когда князья поняли, куда аргонавты шли, предложили повернуть назад и провести их в Колхиду. Однако в то же время они говорил так, как будто очень сомневался, что Джейсон удастся получить Золотое руно. По их словам, дерево, на котором Хунг охранялся ужасным драконом, который никогда не смог сожрать одним глотком всех кто мог рискнуть в пределах его досягаемости.

«Есть и другие трудности в — продолжали молодые князья. — Но разве этого недостаточно? Ах, храбрый Джейсон, повернись пока не стало слишком поздно. Это огорчило бы нас до сердце, если ты и твои девять сорок храбрых товарищи должны быть съедены, в пятьдесят глотков, этим отвратительным драконом».

«Мои юные друзья,» тихо ответил Джейсон: «Меня не удивляет, что вы думаете, дракон очень страшный.Вы выросли из младенчество в страхе перед этим чудовищем, а потому до сих пор относятся к нему с благоговением, которое испытывают дети для багбиров и хобгоблинов, которых кормилицы говорили с ними о. Но, на мой взгляд, дело в том, что дракон просто довольно большой змей, который и вполовину не схватит меня одним глотком отрубить ему уродливую голову, и содрать кожу с его тела. На всех мероприятиях, кто бы ни повернул назад, я никогда больше не увижу Грецию, если я не ношу с собой Золотое руно.»

«Мы не будем никто из нас повернуть назад!» плакала его девять и сорок храбрых товарищей. «Разрешите нам немедленно садитесь на камбуз; и если дракон сделает из нас завтрак, много хорошего может это делает его».

И Орфей (у которого был обычай устанавливать все на музыку) стал играть на арфе и петь славнейшим образом, и заставил каждого сына матери чувствовать себя так, как будто ничего в этом мире не было так восхитительно, как сражаться с драконами, и ничего более благородного, чем быть съеденным одним глотком, в случае худший.

После этого (находясь теперь под руководством два князя, которые были хорошо знакомы с путь), они быстро отплыли в Колхиду. Когда царь страны, которого звали Ээт, услышал их прибытия, он тут же вызвал Джейсона к корт. Король был суров и жесток властитель; и хотя он вел себя вежливо и гостеприимное выражение, как он мог, Джейсон сделал лицо его ничуть не лучше, чем у злой царь Пелий, свергнувший с престола своего отца.»Добро пожаловать, храбрый Джейсон,» сказал Король Ээт. «Молитесь, вы на удовольствие путешествие? — Или вы размышляете об открытии неизвестные острова? — или какая другая причина вызвала мне счастье видеть вас при моем дворе?»

«Отличный сэр,» ответил Джейсон, с почтение, ибо Хирон научил его, как вести себя с приличиями, будь то королям или нищие — «Я пришел сюда с целью на что я теперь прошу вашего величества разрешения выполнять.Царь Пелий, который сидит на троне моего отца. престол (на который он имеет не больше прав, чем на тот, на котором сейчас ваше превосходное величество сидит), поручил слезть с него и дай мне его корону и скипетр, если я принесу ему Золотое руно. Это, как ваше величество в курсе, теперь висит на дереве здесь, в Колхиде; и я смиренно прошу вашего любезного разрешения принять его прочь.» Несмотря на себя, король лицо скривилось в сердитой хмурости; для, превыше всего на свете он ценил Золотое руно, и даже подозревался в совершил очень злой поступок, чтобы получить его в его собственное владение.Это поставило его в худшее положение возможно юмор, поэтому, чтобы услышать, что доблестный принц Джейсон и сорок девять храбрейшие молодые воины Греции, пришли к Колхида с единственной целью отобрать его главное сокровище.

— Ты знаешь? — спросил король Ээт, глядя Джейсон очень строго: «Какие условия которые вы должны выполнить, прежде чем получить владение Золотого руна?»

«Я слышал,» ответил юноша, «что дракон лежит под деревом, на котором приз висит, и тот кто к нему приблизится рискует быть съеденным в полный рот.»

— Верно, — сказал король с улыбкой, не выглядел особенно добродушным. — Совершенно верно, молодой человек. Но есть и другие все так же сложно или, может быть, немного сложнее, чтобы быть сделано еще до того, как вы сможете получить привилегию быть съеденным драконом. Например, вы должен сначала приручить двух моих наглых и наглые быки, которых Вулкан, чудесный кузнец, сделал для меня. Есть печь в каждый из их желудков; и они дышат такими горячими огонь из их ртов и ноздрей, что никто до сих пор приближался к ним, не будучи мгновенно сгорел в небольшой черный пепел.какой ты думаешь об этом, мой храбрый Джейсон?»

«Я должен столкнуться с опасностью,» ответил Джейсон, невозмутимо, «поскольку он стоит в путь к моей цели».

«После укрощения огненных быков», продолжал король Ээт, который был полон решимости напугать Джейсон, если возможно, «ты должен привязать их к пахать, и должен пахать священную землю в роще Марса, и посеять некоторые из тех же зубов дракона из которого Кадм поднял урожай вооруженных людей.Они непослушные негодяи, эти сыновья из зубов дракона; и если вы не относитесь к ним соответственно, они нападут на вас с мечом в руке. Ты и твои сорок девять аргонавтов, мой смелый Джейсон, вряд ли многочисленны или достаточно сильны, чтобы сражайтесь с такой армией, какая появится».

«Мой хозяин Хирон, — ответил Джейсон, — «давным-давно научил меня истории Кадма. Возможно, я смогу справиться с сварливыми сыновьями зубы дракона, как и Кадм.»

«Хотел бы я, чтобы он был у дракона», — пробормотал Царь Ээт себе, «и четвероногий педант, его школьный учитель, в придачу. Почему, какой он безрассудный, самодовольный чудак! Посмотрим, что сделают мои огнедышащие быки ему. Что ж, принц Джейсон, — продолжал он, — громко и так любезно, как только мог, «устраивайтесь поудобнее на сегодня, и завтра утром, раз вы на этом настаиваете, вы испытаю свое мастерство на плуге.»

Пока король разговаривал с Ясоном, красивая молодая женщина стояла за троном. Она внимательно посмотрела на юного незнакомец, и внимательно прислушивался к каждому слову что было сказано; и когда Джейсон вышел из присутствие короля, эта молодая женщина последовала за ним комнаты.

«Я дочь короля, — сказала она ему, «а меня зовут Медея. Я знаю великого дело, о котором другие молодые принцессы не знают, и могут делать много вещей, которых они боялись бы столько, сколько мечтать.Если ты доверишься мне, Я могу научить тебя, как приручить огненных быков, и посеешь зубы дракона, и получишь золотой Флис.»

«Действительно, прекрасная принцесса,» ответил Джейсон, «если вы окажете мне эту услугу, я обещаю быть благодарным тебе всю жизнь долго.» Взглянув на Медею, он узрел замечательный интеллект в ее лице. Она была одной тех, чьи глаза полны тайны; так что, вглядываясь в них, ты как бы видишь очень большой путь, как в глубокий колодец, но может никогда не будь уверен, видишь ли ты в самое дальнее глубины, или нет ли чего другого спрятан внизу.Если бы Джейсон был способен бояться чего-либо, он бы боялся сделать эту юную принцессу своим врагом; для, красивой, как бы она ни выглядела сейчас, она могла бы, очень в следующее мгновение стань таким же страшным, как дракон который охранял Золотое руно.

— Принцесса, — воскликнул он, — вы кажетесь действительно очень мудрый и очень сильный. Но как может вы помогаете мне делать то, о чем вы говорите? Вы волшебница?»

«Да, царевич Ясон, — ответила Медея, с улыбкой: «Вы докопались до истины.Я волшебница. Цирцея, сестра моего отца, научил меня быть им, и я мог бы сказать вам, если бы я доволен, кем была старуха с павлином, гранат и посох кукушки, которые вы перенесено через реку; а так же кто это что говорит устами дубового истукана, что стоит на носу вашей галеры. я познакомившись с некоторыми вашими секретами, вы понимать. Это хорошо для вас, что я благоприятно наклонный; ибо иначе вряд ли бы вы убежали быть схваченным драконом.»

«Я не должен так заботиться о дракон, — ответил Джейсон, — если бы я только знал как управлять наглыми и огненными быки».

«Если вы так храбры, как я думаю, и как тебе нужно быть, — сказала Медея, — твоим собственное смелое сердце научит вас, что есть только один из способов борьбы с бешеным быком. Что это я оставить вас, чтобы узнать в момент опасности. Так как за огненное дыхание этих животных я заговоренную мазь, которая помешает вам быть сожженным, и вылечить вас, если вы случайно немного обгорел.»

Она вложила ему в руку золотую коробку и указал ему, как применять ароматную мазь что она содержала, и где встретить ее в полночь.

«Только будь смелым, — добавила она, — и до рассвета медные быки будут приручен».

Молодой человек заверил ее, что его сердце не провалить его. Затем он присоединился к своим товарищам и сказал что произошло между принцессой и сам, и предупредил их, чтобы они были наготове в случае, когда может понадобиться их помощь.В в назначенный час он встретил прекрасную Медею на мраморные ступени королевского дворца. Она дала ему корзина, в которой были зубы дракона, как они были вырваны из пасти чудовища Кадм, давно. Затем Медея повела Ясона вниз по дворцовые ступени, и по безмолвным улицам город, и на царские пастбища, где двух медноногих быков оставили. Это было звездная ночь, с ярким отблеском вдоль восточный край неба, где вскоре была луна собирается показать себя.После входа в пастбище, принцесса остановилась и огляделась.

«Вот они,» сказала она, «отдыхая от себя и пережевывая их огненные жвачки в самом дальнем углу поля. Это будет отличный спорт, уверяю вас, когда они мельком видят вашу фигуру. Мой отец и весь его двор так не радуется, как увидеть незнакомца, пытающегося запрячь их, чтобы приходите в Золотое руно. Это делает праздник в Колхида всякий раз, когда такое случается.Для меня части, я наслаждаюсь этим безмерно. Вы не можете представить в что за мгновение ока их горячее дыхание превращает юношу в черный пепел».

— Ты уверена, прекрасная Медея? Джейсон, «совершенно уверен, что мазь в золотая шкатулка окажется средством против тех, страшные ожоги?»

«Если ты сомневаешься, если ты хоть немного боюсь, — сказала княжна, глядя ему в лицо в тусклом звездном свете, «у вас было лучше никогда не родиться, чем сделать шаг ближе к быкам.»

Но Джейсон твердо решил получить Золотое руно; и я решительно сомневаюсь, что он бы вернулся и без него, даже если бы был уверен, что окажется превращенным в раскаленный пепел или горсть белого пепла, мгновенно он сделал шаг дальше. Поэтому он позволил руку Медеи и смело пошел вперед по направление, куда она указывала. Некоторые расстоянии перед собой он увидел четыре потока огненный пар, регулярно появляющийся и снова исчезает, после того как тускло освещает окружающее неизвестность.Это, как вы понимаете, были от дыхания медных быков, которые тихонько крадется из их четырех ноздрей, пока они лежат, жуя свою жвачку.

При первых двух-трех шагах, которые сделал Джейсон, четыре огненных потока, казалось, хлынули несколько обильнее; для двух наглых быки услышали его топот и подняли задирают свои горячие носы, чтобы понюхать воздух. Он пошел немного дальше, и по тому, как красный пар вырвался вперед, он решил, что существа встали на ноги.Теперь он мог увидеть светящиеся искры и яркие струи пламени. В следующий шаг, каждый из быков сделал пастбище эхом отдается страшным ревом, пока горит дыхание, которое они таким образом изрыгнули, осветило все поле с мгновенной вспышкой. Еще один шаг сделал смелый Джейсон сделать; и вдруг как Вспышка молнии, пришли эти огненные животные, ревущий, как гром, и посылающий листы белое пламя, которое так зажгло сцену, что молодой человек мог различать каждый объект более отчетливее, чем при дневном свете.Наиболее отчетливо из все, что он видел, это два ужасных существа, скачущих прямо на него, их медные копыта гремят и звенят над землей, и их хвосты торчал в воздухе, как всегда была мода с разгневанными быками. Их дыхание жгли траву перед ними. Так интенсивно жарко было, правда, что зацепился за сухое дерево под которым теперь стоял Джейсон, и поставил все это в легком отблеске. Но что касается самого Джейсона (благодаря заговоренной мази Медеи), белая пламя обвилось вокруг его тела, не причинив ему вреда на йоту больше, чем если бы он был сделан из асбеста.

Очень воодушевлен тем, что обнаружил, что еще не превратился в пепел, юноша ждал атака быков. Так же, как наглые звери мнили себя уверенными, что бросят его в воздухе, он поймал одного из них за рог, и другого за свой вздернутый хвост и держал их в хватка, как у железных тисков, одна с его правой рукой, другой левой. Ну, он должно быть, был удивительно силен в своих руках, чтобы быть уверенным.Но секрет дела был в том, что медные быки были заколдованными существами, и что Джейсон разрушил чары их огненного свирепости своим смелым способом обращаться с ними. А также, с тех пор любимая метод храбрых людей, когда их настигает опасность, чтобы делать то, что они называют «взять быка за рога», а хватать его за хвост — примерно то же самое — бросить отбросить страх и преодолеть опасность, презирая Это.Теперь было легко запрягать быков, и запрягите их в плуг, лежавший ржаветь на земле много лет назад; так долго это было, прежде чем кто-либо мог быть найден способным вспашки этого участка земли. Джейсон, я полагаю, хорошо учили, как провести борозду старый Хирон, который, быть может, позволял себе быть запряженным в плуг. Во всяком случае, наш герой удалось прекрасно разорвать дерн; и к тому времени, когда луна была четверть ее пути вверх по небу, вспаханный поле лежало перед ним, большой участок черного земля, готовая быть засеянной зубами дракона.Так Джейсон разогнал их по радио и измучил их в почву с помощью бороны, и взял его стоять на краю поля, желая увидеть что будет дальше.

«Должны ли мы долго ждать времени сбора урожая?» он — спросил Медею, которая теперь стояла рядом с его сторона.

«Рано или поздно оно обязательно приезжайте, — ответила княгиня. — Урожай всегда появляются вооруженные люди, когда зубы дракона были посеяны.»

Луна была теперь высоко в небе, и бросал свои яркие лучи на вспаханное поле, где еще ничего не было видно. Любой фермер, увидев это, сказал бы, что Джейсон должны ждать недели, прежде чем зеленые лезвия заглянут среди комьев, и за целые месяцы до желтое зерно созреет для серпа. Но Мало-помалу по всему полю что-то Что блестело в лунных лучах, как сверкающее капли росы.Эти яркие объекты проросли выше, и оказались стальными головами копья. Потом ослепительное сияние огромное количество полированных латунных шлемов под которые, по мере того как они вырастали из почвы, явились темные и бородатые лики воинов, пытаются освободиться от заточения земной шар. Первый взгляд, который они бросили на верхнюю мир был сиянием гнева и неповиновения. Следующий были видны их яркие нагрудники; в каждом правой руке был меч или копье, а на каждая левая рука по щиту; и когда этот странный урожай воинов лишь наполовину выросли из земли, они боролись — таково было их нетерпение сдержанность — и как бы порвали себя корни.Куда бы ни упал зуб дракона, там стоял человек, вооруженный для боя. Они сделали звенят мечами своими о щиты, и свирепо посмотрели друг на друга; ибо они пришли в этот прекрасный мир, и в мирный лунный свет, полный ярости и бурных страстей, и готов забрать жизнь каждого человеческого брата, в вознаграждение за благо собственного существования.

В мире было много других армий который, казалось, обладал той же свирепой натурой, что и тот, который теперь вырос из драконьего зубы; но это, в залитом лунным светом поле, были более простительно, потому что у них никогда не было женщин для их матери.И как бы этому обрадовался любой Великий полководец, стремившийся завоевать мир, как Александр или Наполеон, чтобы поднять урожай вооруженных солдат так же легко, как Джейсон! Для в то время как воины стояли, расцветая оружие, сталкивая свои мечи с щиты, и кипя от раскаленной жажды для битвы. Потом они стали кричать: «Покажи нам враг! Веди нас в атаку! Смерть или победа!» «Вперед, храбрые товарищи! Победи или умри!» и сотни других крики, такие, какие мужчины всегда выкрикивают на поле битвы, и которым эти люди-драконы казались иметь на кончиках своих языков.Наконец, первый ряд увидел Джейсона, который, увидев сверкание стольких оружий в лунном свете, счел за лучшее обнажить меч. В настоящее время явились все сыновья зубов дракона принять Джейсона за врага; и плачу с одним голос: «На страже Золотого руна!» Oни бросился на него с поднятыми мечами и высунулся копья. Джейсон знал, что это невозможно противостоять этому кровожадному батальону с его одной рукой, но решительный, так как был ничего лучше не сделать, умереть так же доблестно, как если бы он сам возник из зуба дракона.

Медея, однако, велела ему выхватить камень из земля.

«Бросьте это среди них быстро!» плакала она. «Это единственный способ спасти сами.»

Вооруженные люди были теперь так близко, что Джейсон мог различить огонь, вырывающийся из их разъяренных глаза, когда он пустил камень и увидел, как он ударил шлем высокого воина, который мчался на его с поднятым клинком.Камень взглянул из шлем этого человека к щиту его ближайшего товарищ, а оттуда прямо в сердитую морду другого, ловко ударив его между глаз. Каждый из троих, которых ударил камень считал само собой разумеющимся, что его следующий сосед дал ему удар; и вместо запуска любого дальше к Джейсону, они начали драться среди самих себя. Неразбериха распространилась по хозяина, так что казалось, что едва ли мгновение назад все рубили, рубили и кололи одного другой, отрубив руки, головы и ноги и совершая такие памятные поступки, что Джейсон был переполнен с огромным восхищением; хотя при этом время, он не мог не рассмеяться, увидев эти могучие мужчины наказывают друг друга за проступок которые он сам совершил.В невероятно короткий промежуток времени (почти такой же короткий, как и им понадобилось, чтобы вырасти), все, кроме одного из растянулись герои зубов дракона безжизненный на поле. Последний выживший, т. храбрейший и сильнейший из всех, имел только силу достаточно, чтобы взмахнуть багровым мечом над головой и восклицать ликуя, восклицая: «Победа! Победа! Бессмертной славы!», когда он сам упал и тихо лежал среди своих убитых братья.

И был конец армии, которая выросший из зубов дракона. Этот свирепый и лихорадочная борьба была единственным развлечением, которым они вкусил на этой прекрасной земле.

«Пусть спят на ложе чести», — сказала царевна Медея с лукавой улыбкой на Джейсон. «В мире всегда будет достаточно простаков, таких же, как они, воюющих и умирают, сами не зная за что, и воображая, что потомство возьмет на себя труд возложить лавр венки на их ржавых и потрепанных шлемах.Не могли бы вы улыбнуться, принц Джейсон, чтобы увидеть самомнение этого последнего парня, так же, как он упал?»

«Это меня очень огорчило,» ответил Джейсон, серьезно. «И, по правде говоря, принцесса, золотое руно не появляется так стоит выиграть, после того, что у меня есть здесь узрел!»

«Вы будете думать по-другому в утром, — сказала Медея. — Правда, Золотая Флис может быть не таким ценным, как вы думали Это; но тогда нет ничего лучше на свете; и нужно иметь объект, вы знаете.Приходить! Ваша ночная работа была выполнена хорошо; а завтра ты можешь сообщить королю Ээту, что первая часть поставленной задачи выполнено».

По совету Медеи Ясон вовремя вошел утром во дворец короля Ээта. Вход приемной, он стоял у подножия престол и низко поклонился.

«Твои глаза кажутся тяжелыми, принц Джейсон». заметил король; «Кажется, вы потратили бессонная ночь.Я надеюсь, ты был рассмотреть вопрос немного более мудро, и пришли к выводу, чтобы не обжечься до золы, в попытке укротить мой наглый выпад быки».

«Это уже свершилось, пожалуйста, ваше величество, — ответил Джейсон. быков приручили и запрягли; поле имеет был вспахан; зубы дракона были посеяны разбрасывают и закапывают в почву; урожай выскочили вооруженные воины и убили друг друга до последнего человека.И теперь я прошу разрешение вашего величества встретиться с драконом, чтобы я мог снять Золотое руно с дерево и уйти с моими девятью сорока товарищи».

Король Ээт нахмурился и выглядел очень сердитым и чрезмерно беспокойный; ибо он знал, что в в соответствии со своим царственным обещанием, он должен теперь позволить Джейсону выиграть Руно, если его мужество и умение должно позволить ему сделать это. Но с тех пор молодому человеку так повезло в материя медных быков и зубов дракона, король боялся, что он будет одинаково успешно убил дракона.И поэтому, хотя он бы с удовольствием увидел, как Джейсон нарасхват одним глотком он решился (и это было очень неправильный поступок этого злого властелина) не бежать любой дальнейший риск потерять свою любимую руно.

«Ты никогда бы не преуспел в этом дело, молодой человек, — сказал он, — если мой непослушная дочь Медея не помогла тебе с ее чары. Если бы вы поступили честно, вы бы были в этот момент черной золой или горсть белого пепла.Я запрещаю вам, под страхом смерти, предпринимать дальнейшие попытки получить Золотой Флис. Говоря прямо, ты никогда не увидеть хотя бы один из его блестящих замки.»

Ясон ушел от царя в великой печали и злость. Он не мог придумать ничего лучше, чем быть чем собрать сорок девять храбрых Аргонавты, маршом немедленно в Марсову рощу, убей дракона, завладей золотым Руна, садись на борт «Арго» и расправь все паруса. для Иолхоса.Успех этой схемы зависел от правда, в сомнительном вопросе, все ли пятьдесят героев нельзя было раскупить за столько глотки, дракон. Но, как Джейсон был Спускаясь по дворцовым ступеням, принцесса Медея позвала его вдогонку и поманила к себе. вернуть. Ее черные глаза сияли на него таким острый ум, что он чувствовал, как если бы был из них выглядывает змей; и, хотя у нее оказал ему такую ​​услугу только накануне вечером, что он ни в коем случае не была уверена, что она не сделает ему такое же большое зло перед заходом солнца.Эти чародейки, ты должен знать, никогда не быть зависимым.

«Что говорит король Ээт, мой царственный и честный отец? — спросила Медея, слегка улыбаясь. «Он даст тебе золотое руно без какие-либо дальнейшие риски или проблемы?»

«Наоборот,» ответил Джейсон, «Он очень зол на меня за то, что я приручил наглые быки и сеющие зубы дракона. А также он запрещает мне предпринимать дальнейшие попытки, и решительно отказывается отдать Золотое руно, убью ли я дракона или нет.»

«Да, Джейсон,» сказала принцесса, «и я могу рассказать вам больше. Если вы не установите отплыть из Колхиды до завтрашнего восхода солнца, король хочет сжечь вашу пятидесятивесельную галеру и поставить себя и своих сорока девяти храбрых товарищей на меч. Но будьте мужественны. Золотой Руна у тебя будет, если это в силах моих чар, чтобы получить его для вас. Подожди меня здесь за час до полуночи».

В назначенный час вы могли бы снова увидеть Принц Ясон и царевна Медея рядом, крадясь по улицам Колхиды, на своих путь к священной роще, в центре которой Золотое руно было подвешено к дереву.Пока они пересекали пастбища, наглые быки подошли к Джейсону, мыча, кивая головы и выпячивая свои морды, которые, как другой скот, они любили тереться и ласкала дружеская рука. Их свирепый характер был тщательно приручен; и, с их свирепостью, две печи в их желудках также были погашены настолько, что они, вероятно, наслаждались гораздо большим комфортом в пастбище и жевании их жвачки, чем когда-либо прежде.Действительно, у него было до сих пор были большие неудобства для этих бедные животные, что всякий раз, когда они хотели съесть полный рот травы, огонь из ноздрей сморщили его, прежде чем им удалось обрезать его. Как они ухитрились сохранить себя жив больше, чем я могу себе представить. Но сейчас, вместо испускания струй пламени и потоков сернистый пар, они дышали самым сладким коровьего дыхания.

Ласково погладив быков, Джейсон последовал за Руководство Медеи в Марсовую рощу, где большие дубы, которые росли уже века, отбрасывали такую ​​густую тень, что лунные лучи тщетно пытались найти свой путь через это.Только кое-где блеснуло на усыпанной листьями земле или время от времени ветерок раскачивал ветки и дал Джейсону проблеск неба, чтобы в этой глубокой тьме он мог забыть, что есть один, наверху. В длина, когда они уходили все дальше и дальше в сердце полумрака Медея сжала Рука Джейсона.

— Посмотри туда, — прошептала она. «Делать ты видишь это?»

Среди вековых дубов блестела сияние, не похожее на лунные лучи, а скорее напоминающий золотую славу заходящего солнца.Оно исходило от объекта, который оказался подвешенный на высоте человеческого роста от земли, чуть дальше в лесу.

«Что это такое?» — спросил Джейсон.

«Вы пришли так далеко, чтобы искать его,» — воскликнула Медея. — И ты не узнаешь средь всех ваших трудов и опасностей, когда это блестит перед глазами? это Золотой Флис.»

Джейсон сделал еще несколько шагов, а затем перестал смотреть.О, как красиво это выглядело, сияя своим чудесным светом, бесценный приз, которого так жаждали многие герои созерцать, но погиб в поисках его, либо опасностями их путешествия, либо огненное дыхание наглых быков.

«Как славно он сияет!» воскликнул Джейсон, в восторге. «Наверняка его окунули в богатейшее золото заката. Дай мне поспешить дальше, и возьми его на мою грудь.»

— Постой, — сказала Медея, удерживая его. — Ты забыл, что его охраняет?

Сказать по правде, от радости созерцания объект его желаний, ужасный дракон имел совершенно выскользнуло из памяти Джейсона. Скоро, однако кое-что произошло, что напомнило ему какие опасности еще предстояло встретить. Ан антилопа, которая, вероятно, перепутала желтую сияние для восхода солнца, быстро прыгнуло через рощу.Он мчался прямо к Золотому руну, как вдруг ужасное шипение, и огромная голова с половиной чешуйчатое тело дракона было выброшено вперед (для он обвился вокруг ствола дерева на которой руно повесили), и схватив бедняков антилопа, проглотила его одним щелчком челюстей.

После этого подвига дракон, казалось, понял, что какое-то другое живое существо было в пределах досягаемости, на что он чувствовал себя склонным закончить свою трапезу.В в разные стороны он продолжал тыкать своей уродливой мордой среди деревьев, вытянув шею страшный долгий путь, то здесь, то там, то сейчас недалеко от того места, где Джейсон и принцесса прятались за дубом. Честное слово, как голова качалась и качалась в воздухе, и почти на расстоянии вытянутой руки от принца Джейсон, это было очень отвратительно и неудобно. зрение. Разинутые его огромные челюсти были почти широкая, как ворота царского дворца.

— Ну, Ясон, — прошептала Медея (ибо она была злая, как все волшебницы, и хотел заставить трепетать смелого юношу), «что думаете ли вы сейчас о своей перспективе выиграть Золотое руно?»

Джейсон ответил, только обнажив меч, и делая шаг вперед.

«Постой, глупый юноша, — сказала Медея, схватив его за руку. «Разве ты не видишь, что ты потерялся, без меня, как твой добрый ангел? В этом золоте коробка У меня есть волшебное зелье, которое сделает бизнес дракона гораздо эффективнее, чем ваш меч.»

Дракон, вероятно, слышал голоса; для стремительный, как молния, его черная голова и раздвоенный язык снова зашипел между деревьями, метнувшись целых сорок футов подряд. По мере приближения, Медея правильно бросила содержимое золотой шкатулки в широко раскрытую глотку чудовища. Немедленно, с возмутительным шипением и огромным извиваться, подбрасывая хвост к макушке самое высокое дерево, и ломая все его ветви когда он снова тяжело рухнул вниз — дракон упал во весь рост на земле и лежал совершенно неподвижный.

— Это всего лишь сонное зелье, — сказал волшебница принца Джейсона. «Один всегда находит применение этим озорным существам, рано или поздно; поэтому я не хотел его убивать прямо. Быстро! Хватайте приз, и давайте ушел. Вы выиграли Золотое руно».

Джейсон схватил шерсть с дерева и поспешил через рощу, глубокие тени которой были освещенный, когда он проходил мимо золотой славы драгоценный предмет, который он носил с собой.Немного далеко перед собой он увидел старую женщину, которую он помогла перебраться через ручей со своим павлином рядом с ней. Она захлопала в ладоши от радости и поманив его поторопиться, скрылась среди сумерки деревьев. Подглядывание за двумя крылатыми сыновья Северного Ветра (которые возили себя в лунном свете, в нескольких сотнях футов наверху), Джейсон велел им рассказать остальным Аргонавтам как можно быстрее отправляться в путь. Но Линкей своим острым взглядом уже уловил мельком увидеть его, приносящего Золотое руно, хотя несколько каменных стен, холм и черные тени Марсовой рощи, вмешались между.По его совету герои расселись себя на скамьях камбуза, с их весла держались перпендикулярно, готовые упасть в воду.

Когда Джейсон приблизился, он услышал Говорящее Изображение. взывая к нему с более чем обычным рвением, своим серьезным, сладким голосом:

«Поторопитесь, принц Джейсон! Ради вашей жизни, поспеши!»

Одним прыжком он вскочил на борт.При виде славное сияние Золотого руна, девять и сорок богатырей дали могучий крик, и Орфей, ударив в арфу, спел торжествующую песнь каденцию которой камбуз пролетел над водой, домой, как на крыльях!




 

Мир плавания представляет — Искусство плавания: история Героя и Леандера, лорда Байрона и рождение плавания на открытой воде

Последний выпуск журнала «Мир плавания»
теперь доступен для загрузки в хранилище «Мир плавания» !

Не подписчики могут скачать этот выпуск здесь

 

Искусство плавания:


История Героя и Леандера, лорда Байрона и рождение плавания на открытой воде

Брюс Виго
(при содействии Овидия, лорда Байрона и Кристофера Марлоу)

3 мая 1810 года поэт-романтик лорд Байрон (он же Джордж Гордон) переплыл Дарданеллы в подражание мифическому Леандру, который переплыл ту же воду, чтобы быть со своей возлюбленной.До заплыва Байрона считалось, что заплыв Леандера был не чем иным, как мифом, поскольку ни один европеец не мог проплыть такое расстояние. Большинство водных историков указывают на эту дату и подвиг Байрона как на рождение современного плавания на открытой воде.

Лорд Байрон был не просто пловцом. Он также был знаменитым поэтом, столь же популярным в свое время, как Мик Джаггер, Боб Дилан и Мадонна в наше время. The New York Times назвала его оригинальным «Диким и сумасшедшим». Его отношение было воплощением «Мне все равно, что вы думаете… Я не играю по вашим правилам… Я богат и знаменит, и я могу делать то, что мне нравится.

Несмотря на свою известность как поэт, Байрон часто заявлял, что его величайшим достижением было то, что он проплыл около двух миль в открытой воде. Представьте себе популярность плавания, если бы трое упомянутых сегодняшних знаменитостей были так же заинтересованы в плавании и достигли такого же успеха в плавании, как Байрон!

Но довольно о лорде Байроне. Эта статья посвящена рассказу о безудержной страсти, которая вдохновила не только его плавание, но и литературу Овидия, Граматика, Шекспира, Марло, а также выставку в Международном зале славы плавания, которая увековечивает его память.

Сцена готова
Сценой для героических подвигов Леандера стал узкий пролив длиной 40 миль, отделяющий европейскую Турцию и полуостров Галлиполи от азиатской Турции (см. карту вверху справа). В древние времена этот пролив был известен как Геллеспонт, и то, как он получил такое название, само по себе является интересной историей.

Согласно гомеровской легенде, у Гелле и ее брата Фрикса были злейшие из мачех. Отчаявшись от затруднительного положения детей, Нептун, морской бог, послал им на помощь крылатого золотого барана.Но летя высоко над морем, Хелле посмотрела вниз и запаниковала. Она потеряла тунику своего брата, свалилась со спины барана и утонула в море внизу.

Когда Фрикс добрался до безопасного места, он принес барана в жертву и повесил его Золотое Руно в саду, где оно было позже найдено его кузеном Ясоном и его отрядом аргонавтов. Море, в котором утонула Гелле, отныне было известно как Геллеспонт или море Гелле. Сегодня этот водоем известен как Дарданеллы.

Вернемся к Леандру, герою нашего рассказа:
Он жил на азиатской стороне пролива в процветающем торговом портовом городе Абидос.Он был спортивным и предприимчивым парнем, который, как и многие греки того времени, мечтал прославиться как воин. Когда ему исполнился 21 год, его считали не только самым смелым юношей во всей Греции, но и самым красивым. Одно его присутствие заставляло женщин таять… и если бы он захотел, он мог бы завладеть тысячей сердец! Но Леандера мало заботили такие вещи.

Напротив Абидоса, на противоположной стороне пролива, находился Сестос, известный на весь древний мир своим величественным Храмом Венеры и ежегодным «Фестивалем Адониса».Венера была богиней любви, плодородия и целомудрия — добродетель, казалось бы, противоречащая празднику, поскольку Адонис был ее красивым и юным любовником. Фестиваль был древним миром Tinder, Bumble или Grinder, привлекая тысячи одиноких сердец, надеющихся найти мужа, жену или любовника.

Герой, наша главная героиня, была одной из монахинь, живших в монастыре, который заботился о Храме. Она служила Венере с 6 лет — в то время в богатых семьях было принято посвящать одного ребенка богам в этом возрасте.Будучи монахиней, она должна была соблюдать свои святые обеты целомудрия, верности и служения своей покровительнице в течение 15 лет, по истечении которых она могла либо остаться монахиней Храма, где к ней относились с величайшим уважением, либо покинуть его. и выйти замуж, если бы это было ее удовольствие.

Когда Герой исполнился 21 год, слава о ее красоте распространилась по всему греческому миру. Говорили, что медоносные пчелы завидовали сладкому запаху Геро и запаху ее дыхания! Говорили, что она была так прекрасна и прекрасна, что природа плакала при одной мысли о том, что она потеряет девственность.Многие великие князья путешествовали в Сестос с фантазиями о возвращении домой с Героем в качестве приза, но эти мечты быстро исполнялись презрительным взглядом Геро.

 

Чтобы узнать больше о чарах Героя, Тритоне и стихах лорда Байрона,
Нажмите здесь, чтобы загрузить полный выпуск журнала Swim World Magazine за май 2021 года, который уже доступен!

T
[ФОТО ПРЕДОСТАВЛЕНО: АРХИВ ISHOF]


Получите Журнал «Мир плавания» и «Мир плавания раз в две недели» БЕСПЛАТНО, когда вы
Станьте членом Международного зала славы плавания

Новинка! 30-дневная подписка на ISHOF

и Digital Swim World Subscription всего за 10 долларов в месяц!

Хотите больше? Получите членство семьи ISHOF на 1 год в программе Swim World Print

И Цифровая подписка Закажите сейчас!

ХАРАКТЕРИСТИКИ

014 ЖЕНСКИЕ NCAA: НОВЫЙ №.1
Впервые в истории чемпионатов NCAA Division I среди женщин по плаванию и прыжкам в воду — с 1982 года — университет Вирджинии финишировал первым. Кроме того, он впервые попал в пятерку лучших, а в 2019 году он занял шестое место.

  • ДОРОГА ВИРДЖИНИИ К ИСТОРИИ
    Дэн Д’Аддона
  • NC STATE ДОБАВЛЯЕТ В ACC DOMINANCE
    Дэн Д’Аддона
  • РАЗГОВОР НА ВСТРЕЧЕ: МЭГГИ МАКНИЛ
    Джон Лон

018 МУЖСКАЯ NCAA: ИДЕАЛЬНЫЙ ПОДАРОК ​​НА ПЕНСИИ
За несколько дней до того, как их тренер Эдди Риз официально объявил о своем уходе из тренерской карьеры после 43 лет работы, мужская команда Техаса выиграла свой 15-й национальный чемпионат NCAA среди мужчин.

  • ЭТО ДЛЯ ЭДДИ!
    Энди Росс
  • БЛЕСТЯЩИЕ ВЫСТУПЛЕНИЯ: ШЕЙН КАСАС И РАЙАН ХОФФЕР
    Джон Лон
  • ТЕРПЕНИЕ ВОЗНАГРАЖДЕНО: МАКС МАКХЬЮ И НИК АЛЬБЬЕРО
    Энди Росс

022 ЧЕМПИОНАТЫ NCAA D-II: НЕКОТОРЫЕ ВЕЩИ НИКОГДА НЕ ИЗМЕНЯЮТСЯ
Энди Росс
Через год после начала пандемии, которая полностью изменила наш мир, Куинсский университет Шарлотты внес некоторую стабильность во II дивизион NCAA 2021 года. Чемпионаты по плаванию и прыжкам в воду, завоевав шестой раз подряд командные титулы среди женщин и мужчин.

023 БЕЗ ГРАНИЦ!
by David Rieder
Клэр Керзан быстро плавала с тех пор, как была юным групером, и продолжает делать это в старшей школе. В марте прошлого года она приблизилась к 13-сотым от американского рекорда на короткой дистанции на 100 м, а в апреле она оказалась в пределах 22-сотых от лучшего американского рекорда на длинной дистанции. Она разносторонняя, ее можно тренировать, у нее есть международный опыт, и она превратилась из второстепенной олимпийской претендентки в олимпийскую фаворитку.Керзан всего 16 лет, и ее многообещающее будущее не может быть ярче.

026 ВЗЛЕТ В ТОКИО: КОГДА ИРЛАНДСКИЕ ГЛАЗА НЕ УЛЫБАЛИСЬ
Джона Лона
Ирландка Мишель Смит — четырехкратная призерка Олимпийских игр 1996 г., получившая в 1998 г. проба на допинг — была определена как девушка с плаката за мошенничество, а также из-за ее готовности срезать углы и воспользоваться преимуществами употребления допинга, чтобы совершить скачок от спортсмена с очень хорошими навыками к спортсмену с элитным статусом.

029 50 ПЛОВЦОВ, 6 МЕДАЛЕЙ
Дэн Д’Аддона
Олимпийские игры в Токио станут четвертым событием, когда плавание на открытой воде будет соревноваться на олимпийском уровне, и даже 10-километровый марафон может принести захватывающие моменты и драматические концовки.

030 ДЖОШ МАТЕНИ: ВОСХОДЯЩАЯ ЗВЕЗДА
Мэтью Де Джордж
18-летний Джош Матени, который в 2016 году начал заниматься плаванием на постоянной основе, выглядит обнадеживающим.S. Олимпийские испытания для Токио в июне как темная лошадка, чтобы сделать команду в мужском брассе.

032 ИШОФ: ИСКУССТВО ПЛАВАНИЯ
Брюс Виго
Это история Героя и Леандера, лорда Байрона и зарождения плавания на открытой воде.

035 ПИТАНИЕ: ГИДРАТАЦИЯ — ПОМИМО ЖАЖДЫ!
by Dawn Weatherwax
Увлажнение действительно имеет повседневное значение для всех видов пловцов, от возрастных групп до олимпийцев и пловцов-мастеров, но оно приобретает большую известность, когда погода становится теплее.

ТРЕНИНГ

012 СИЛА ПОЗИТИВНОГО ТРЕНИНГА
Майкл Дж. Стотт
Отношения, построенные на честности, доверии и общении, имеют большое значение для укрепления связи между тренером и спортсменом. Сочетание этого со знанием личности в первую очередь и во вторую очередь спортсмена создает позитивные рабочие отношения, которые могут длиться всю жизнь.

038 КОНЦЕПЦИИ ТЕХНИКИ ПЛАВАНИЯ: МАКСИМИЗАЦИЯ СКОРОСТИ ПЛАВАНИЯ (Часть 1) — ЧАСТОТА УДАРОВ в сравнении с частотой гребков.ДЛИНА ХОДА
by Rod Havriluk
Скорость плавания является критерием эффективности плавания и представляет собой произведение длины гребка и частоты гребка. В этой статье объясняется, как изменяются длина гребка и частота гребка, а также как время гребка помогает понять, как увеличить скорость плавания.

042 Вопросы и ответы с тренером Стивеном Хауфлером
Майкл Дж. Стотт

044 КАК ОНИ ТРЕНИРУЮТ ШАРЛОТТУ ШАМИЯ
Майкл Дж.Стотт

ОБУЧЕНИЕ

037 ОБУЧЕНИЕ НА СУХОЙ СТОРОНЕ: ТРЕНИРОВКА IM DRYLAND
J.R. Rosania

ЮНЫЙ ПЛОВЧИК

047 UP & COMERS: TEAGAN O’DELL
Шошанна Рутемиллер

КОЛОННЫ

008 ГОЛОС ДЛЯ СПОРТА

011 ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ: О ТИГРОВЫХ АКУЛАХ MOREHOUSE?

046 ОФИЦИАЛЬНОЕ СЛОВО

048 ГЛУБОКИЙ РАЗГОВОР

«Мир плавания» стал партнером Международного зала славы плавания.Чтобы узнать больше, посетите нас на ishof.org

Родственные

О программе — KIM SWIMS

После того, как в результате странного несчастного случая у Ким Чемберс остался лишь один процент шансов снова ходить без посторонней помощи, в ее памяти врезались следующие слова ее врача:

«Мы спасли вашу ногу, но не Я не знаю, какая функциональность у вас когда-нибудь появится».  

У нее был диагностирован острый компартмент-синдром правой ноги, и всего через тридцать минут после ампутации она была полна решимости доказать, что врачи ошибались.Несмотря на большую неопределенность и многочисленные операции, Ким провела два года, реабилитируя свою ногу, и к настоящему времени восстановила почти полную функциональность.

В рамках этой реабилитации Ким начала плавать в бассейне впервые со времен начальной школы в Новой Зеландии. На спор она пошла купаться в холодных водах залива Сан-Франциско и влюбилась. С тех пор она совершила один из самых сложных марафонских заплывов на открытой воде по всему миру. Ким — всего лишь третья женщина и шестой человек, когда-либо совершивший испытание «Семь океанов» — плавание в открытой воде, эквивалентное семи вершинам альпинизма.Эти семь заплывов, которые охватывают весь земной шар, выбраны из-за особенно сложных водных условий (сильное течение, холодная вода и т. д.) со значительным риском для диких животных, таких как акулы и медузы. Сейчас она считается одним из самых успешных марафонцев в мире.

Фильм рассказывает о том, как Ким преследует свою самую большую мечту: стать первой женщиной, совершившей одиночный заплыв от Фараллонских островов к мосту Золотые Ворота — 30-мильному водному участку, известному холодными температурами, бурными течениями и самые большие в мире большие белые акулы.Многие считают, что это самый сложный марафонский заплыв в мире, и это справедливо, так как только 4 человека завершили заплыв. Благодаря физически и эмоционально сложной подготовке к заплыву, самому заплыву и откровенным интервью с ней и другими, мы представляем взгляд на то, что побуждает Ким побеждать свой страх, следовать своей страсти и реализовывать свой величайший потенциал, и, надеюсь, вдохновлять других делать то же самое.

Сказал о Ким во время одной из ее недавних номинаций на звание «Женщина-пловец года в открытой воде»: «После многих лет борьбы и жертв Ким вдохновила других пересмотреть то, что действительно возможно внутри себя — в повседневной жизни и в открытой воде. .Представительная, скромная и очень красноречивая, она является образцом для подражания в своей реабилитации и монументальных достижениях в плавании. За ее целеустремленность, за ее смех и мотивацию, за ее искреннюю готовность поделиться всем, что она испытала на этом пути…»

Кинематографисты

Это первый полнометражный фильм для Кейт Уэббер (режиссер/продюсер ) и Дэвид Орр (продюсер/оператор) . Вместе они создали короткометражный документальный фильм, который сейчас показывают на кинофестивалях по всей стране, а по отдельности они оба являются опытными коммерческими визуальными художниками, создав неподвижные и движущиеся проекты для крупных клиентов по всему миру.

К ним присоединяется обладательница Оскара и Эмми команда пост-продакшна под руководством Чада Хершбергера (редактор) , окруженная талантливой командой профессионалов.

гелеспонт греческая мифология

Я думаю, что первым значительным заплывом, который привлек мое внимание, был Геллеспонт в Турции, который прославился благодаря тому, что его переплыл лорд Байрон. Как символ королевской власти и авторитета, он был одним из самых желанных предметов, желанных как королями, так и героями.Пантеон греческих и римских божеств, таких как Орион и Аполлон, и других персонажей из ирландских, скандинавских, африканских, индуистских и других мифов и легенд может служить богатым источником смелых детских имен, сочетающих в себе глубокую историю с… Легендарно названным в честь Хелле, которая была спасена от жертвоприношения летающим бараном и упала со спины животного в этот водоем. Их путешествие было сопряжено с многочисленными приключениями и требовало помощи множества разных богов. Как гласит история, был царь Фессалии по имени Афамант.Геллеспонт (हेलीस्पोंत) был местом классической древности, упомянутым Аррианом, буквально «Море Хелле»), представляет собой узкий естественный пролив и водный путь международного значения на северо-западе Турции, который является частью континентальной границы между Европой и Азией и разделяет Азиатская Турция от Европейской Турции. Это современные Дарданеллы. Золотое руно — это руно золотокрылого барана. Ἑλλήσποντος: … … фразы ἑλλησπόντιος ἑλλησπόννςἑ ἑλλησποντικός ἑλλησποντικός ἑλλησποντικός ἑλλησποντικός ἑλλησποντικός ἑλλησποντικός ἑλλησποντικός ἑλλησποντικόςОн был предком дарданцев Троады и, через Энея, римлян. Всем привет! Майя. Популярные женские имена, такие как Майя и Миа, возможно, были вдохновлены Майей, греческой богиней весны. В настоящее время он находится в Лагере полукровок на Сосне Талии, чтобы помочь укрепить магические границы после событий Моря Чудовищ. Пожалуйста, перепроверьте ответы, представленные на нашем сайте, потому что хорошо известно, что одни и те же подсказки кроссворда могут иметь разные ответы. Каждую ночь Леандр переплывал пролив, чтобы встретить ее, ведомый лампой… Его королевой была Нефела, и у них было двое детей, Фриксос и Хелле.82-я Олимпиада, ок. 450 г. до н. э.), исправил цикл Клеострата и изобрел Девятилетний цикл. Его охраняет дракон Пелей. Герой зажег бы а-ля… 2 Резюме [Страницы книги 570-576] Абидос Геллеспонтский (Дарданеллы) был важным древне- и средневековым греческим городом-портом, историческая жизнь которого длилась около 2000 лет (7 в. до н.э. — начало 14 в. до н.э.). ОБЪЯВЛЕНИЕ). Если вы имеете в виду «кентавр», он / оно было составным существом из греческой мифологии. Если вы имеете в виду «кентавр», он / это был … В греческой мифологии Фрикс (греч. Φρίξος) был сыном Афаманта, царя Беотии, и Нефелы ( богиня облаков).Море, куда упала Хелле, было названо Геллеспонт в ее честь. обманщик. Наряду с изучением важнейших событий и личностей мы рассмотрим более широкие вопросы, такие как политические и культурные ценности и методы исторической интерпретации. В греческой мифологии Геллеспонт был «адским морем», унесшим жизни двух юных влюбленных Леандра и Героя. IPA: /ˈhɛl.ɪ.spɒnt/ (амер. Геллеспонт также унес жизни двух молодых любовников, Леандра и Геро; город Абидос находился на азиатской стороне Геллеспонта, а город Сестос — на греческой. ; каждую ночь Леандр плыл из Абидоса в Сестос, чтобы встретиться с прекрасной жрицей Афродиты (богини Любви), Героем; Леандр бы… Согласно древнегреческой легенде, впервые упоминаемой Пиндаром и Эсхилом, обратите внимание, что Геллеспонт был назван в честь девушки по имени Хелле.Среди аргонавтов были сыновья царей и богов. Местные крестьяне, напуганные голодом, обратились за помощью к ближайшему оракулу. воображаемое существо из мифа или басни. Имена, бренды, логотипы, символы и слова обладают очень большой силой, особенно когда они каким-то образом связаны с греческими богами и богинями и греческой мифологией в целом. Залмоксис. Однако, несмотря на успешное возвращение очень ценного руна, Джейсон не смог добиться большого успеха в своем королевстве. Она была нимфой, созданной из облака по образу Геры, чтобы поймать кентавра Иксиона.Это было, конечно, путешествие по воде. В греческой мифологии Абидос представлен в мифе о Герое и Леандре как дом Леандра. Современное турецкое название Чанаккале Богази, означающее «пролив Чанаккале», происходит от одноименного города среднего размера, примыкающего к проливу, что само по себе означает «гончарный форт» — от چاناق (чанак, «гончарные изделия») + قلعه (кале, «крепость»). — в отношении знаменитой глиняной посуды и керамических изделий в этом районе, а также знаменитой османской крепости Султание. Греческое название Геллеспонта — Эллиспондос.Пролив, соединяющий Черное и Эгейское моря. В греческой мифологии Гектор был троянским принцем, сыном царя Приама и мужем Андромахи, которая во время осады Трои была передовым воином на стороне Трои, пока не была убита Ахиллесом. Настоящее имя Золотого Руна было Кризомаллос, и он был сыном Посейдона.. История Руна. История повествует о борьбе за любовь и доверие между Эросом и Психеей (в греческой мифологии Психея была обожествлением человеческой души). Геллеспонт. Плиний Старший.Он, как и я, был очарован Геллеспонтом и переплыл его в 1810 году. ХЕЛЛЕ В ГРЕЧЕСКОЙ МИФОЛОГИИ Хелле была смертной принцессой в греческой мифологии, которая появляется в декорациях приключений Ясона и аргонавтов. Название Дарданеллы происходит от Дардании, древней земли на азиатском берегу пролива, которая, в свою очередь, берет свое название от Дардана, мифического сына Зевса и Электры. Зевс смешался с царским стадом и, будучи там самым красивым быком, привлек внимание Европы.Леандер: юноша, любивший Героя и утонувший во время одного из своих ночных переходов через Геллеспонт, чтобы быть с ней. англ.) Золотое руно в греческой мифологии — магический артефакт, обладающий мощными целебными способностями. последняя тонет, первая убивает себя от горя. Историческая/мифическая справка: Сест был греко-фракийским городом недалеко от Геллеспонт (современный Галлиполи). .docx из CLA 2260 в Университете Трои, Монтгомери. Царем Бисалтии был Бисалт, сын Геи (Богини Земли) и Гелиоса (бога Солнца), и поэтому королевство и его народ, Бисалты, были названы в честь царя.Герой настолько поглощен горем, что бросилась с башни в Геллеспонт, воссоединив влюбленных только после смерти (Марлоу 1108-26). Синонимы Hellespont, произношение Hellespont, перевод Hellespont, определение слова Hellespont в английском словаре. Сочувствие к побежденным троянцам и истории основания, рассказывающие о распространении троянцев в западном мире, привели к различному и очень сложному использованию истории о Троянской войне. Ино придумала коварный заговор, чтобы избавиться от близнецов, поджарив все семена урожая Беотии, чтобы они не росли.Быстро. Путешествуя по Италии, Греции и Эгейскому морю в юности, Колин быстро заинтересовался древней мифологией этого региона. Испытания и невзгоды Джейсона. Естественно, любовь была одной из горячих тем среди греков, и распространение романтических тем, большинство из которых трагичны, поразительно. Этот кроссворд в последний раз видели 14 ноября 2020 года. Кроссворд Mirror Quiz. Решение, которое у нас есть для юноши Абидоса в греческой мифологии, утонувшего в Геллеспонт, состоит всего из 7 букв.Греческое название Ἑλλήσποντος (Геллеспонтос) означает море Хелле и было древним названием узкого пролива. Ее могила была помещена на скалистом выступе, расположенном на узкой полосе воды, называемой Геллеспонт между Грецией и Турцией. Дарданеллы (/ d ɑr d ə ˈ n ɛ lz /; турецкий: Çanakkale Boğazı, греческий: Δαρδανέλλια, Дарданеллия), ранее известный как Геллеспонт (/ ˈ h ɛ l ɨ sp ɒ nt /; шаблон: Lang-grc-gre, Hellespontos, буквально «Море Хелле») — узкий пролив на северо-западе Турции, соединяющий Эгейское море с Мраморным морем.При поиске в нашей базе данных мы обнаружили: юноша Абидоса в греческой мифологии, который утонул в разгадке кроссворда Геллеспонт, имеет 1 возможное решение, как указано ниже. Абид в Троаде (северо-запад Малой Азии) и Сест во Фракийском Херсонесе — города, обращенные друг к другу через одно из самых узких мест пролива, называемого Геллеспонт, в честь дочери Афаманта I Геллы, которая когда-то… Герой 2. Ее любовник Леандер каждую ночь переплывал Геллеспонт из Абидоса, чтобы увидеть ее. В греческой мифологии Леандер каждую ночь переплывал его, чтобы навестить своего возлюбленного Героя, который зажигал лампу, чтобы указать ему путь.Греческая мифология Блог GodsHeroes: … » Троя или Илион была столицей царства в Малой Азии, расположенного недалеко от Геллеспонта и основанного Илом, сыном Троса. Герой и Леандр — это греческий миф, рассказывающий историю Героя, жрица Афродиты, которая жила в башне в Сестосе на европейской стороне Геллеспонт (нынешние Дарданеллы), и Леандр (древнегреческий: Λέανδρος, Леандрос), молодой человек из Абидоса на противоположной стороне пролива. дети: сын по имени Фрикс и дочь по имени Хелле.Ее башня возвышалась над водным проливом Дарданеллы в северной Турции (известным в древности как Геллеспонт), а за этой водой, в Абидосе, Мисия, жил Леандер. (Аполлод. _ утонул, когда его вел Эдип в греческой мифологии (латинизированная) латинизированная форма греческого Οἰδίπους (Oidipous), что означает «опухшая нога» от οἰδέω (oideo), что означает «набухать» и πούς (pous), что означает «нога». Предполагалось, что он жил на поколение раньше самого знаменитого греческого путешественника, героя «Одиссеи».По преданию, убив своего брата Иасия, или Иасиона, Дардан бежал из Аркадии — Водный путь Геллеспонт и Боспор: происхождение об именах и ранней греческой гаплологии Хелле была дочерью царя миньянов Афаманта и Нефелы, богини облаков.Ее братом был Фрикс. Чтобы спастись от своего… (греческая мифология) юноши, возлюбленного Героя, который утонул во время бури в Геллеспонтах во время одного из своих ночных визитов к ней. См.: Любовь, Трагический роман на Геллеспонте трагически заканчивается гибелью последнего. Геллеспонт (HEL-es-Pont). Однако наиболее распространенная ассоциация в древних источниках заключается в том, что это дружелюбный баран с золотым руном, который перенес Фиркса и Гелле через Геллеспонтский пролив. Урок греческой мифологии. Это только царапает поверхность греческой мифологии.Геродот, греческий историк, которого некоторые позже назвали «Отцом лжи», рассказывает, возможно, преувеличенную историю персидского царя Ксеркса, который пытался вторгнуться в Грецию по стопам своего отца. Существо благополучно доставило Фриксоса в Колхиду, где он позже женился на дочери царя Ээта, принес существо в жертву богам и предложил царю Золотое руно в знак благодарности за его гостеприимство. Реки, озера… Это был важный торговый путь для кораблей, путешествующих между Азией и Европой. В мифологии это имя самой красивой женщины из когда-либо существовавших, чье похищение Парисом стало причиной Троянской войны.Узнайте информацию о Герое (греческая мифология). Локи. IV. Джейсон — Джейсон появляется в греческой мифологии как персонаж, который вел аргонавтов в поисках Золотого руна. Геро, девственная жрица Афродиты в Сестосе, была замечена на празднике Леандром из Абидоса; они влюбились друг в друга, и он переплыл ночью Геллеспонт, чтобы навестить ее, ведомый светом ее башни. Смит, Уильям. В древнегреческой мифологии она была богиней радуги и срочной посланницей олимпийских богов.Когда Фрикса должны были принести в жертву, Нефела спасла двух своих детей, которые ускакали по воздуху на баране с золотым руном, подарком Гермеса, но, между Сигеем и Херсонесом, [1] Источники [1] «Феои» Примечание от команды AncientGreeceReloaded: англо-латинские библиографии перепутали миф о Волопасе; так обстоит дело с приведенным выше примером, который обычно принимается не говорящими по-гречески.

Трудно ли в школе следопытов, Владелец больницы Дурданс, Этикет флага Американского легиона, Строительные материалы Зимнего дворца, 2007 Олимпийская сборная США по баскетболу, Состав 84-й пехотной дивизии во время Второй мировой войны, Температура в округе Ориндж Калифорния, Женский центр Мэдисон, Висконсин,

КНИГА IV БОГОВ

БОГ ЗОЛОТОГО РУНА: КНИГА IV БОГОВ

ГЛАВНАЯ/ МЕЧИ/ БЕРСЕРКЕР/ ДРАКУЛА / НАУКА Фантастика / ФЭНТЕЗИ /БОГИ

БОГ ЗОЛОТОГО РУНА Том 4: КНИГА БОГОВ

Доступно в Kindle, Nook и iBook

БОГ ЗОЛОТОЕ РУНО том 4 КНИГА БОГОВ
Фред Саберхаген
Опубликовано JSS Literary Productions
Copyright (c) 2000 Фред Саберхаген
Обложка Джули Белл .Будет опубликован по книгам ТОР. Дата публикации неизвестна.

Когда Протей выползает из моря, мозг поврежден в бою с страшный великан, все, что он может собрать из своей разбитой памяти, это что его послали помочь Ясону и аргонавтам в их опасном миссия. Когда он присоединяется к ним в их поисках, Протей вскоре обнаруживает, что он не похож на других членов экипажа. Он способен нечеловеческая сила; он, кажется, никогда не устает; у него необъяснимое контроль над морем, которое его окружает, и он может видеть вещи что никто другой не может.Но, похоже, в его прошлом есть темная сторона. которого он до сих пор не может вспомнить, из-за множества врагов, посланных Джейсоном архнемезида, царь Пелий, кажется, признает Протея одним из их.

Пока Протей пытается узнать правду о своем прошлом, он и Аргонавты отправляются в серию феноменальных приключений. От сражаясь с ужасающими существами, чтобы встретить множество интригующих персонажи и друг, и враг. Джейсон и аргонавты ищут неуловимое и таинственное ЗОЛОТОЕ РУНО и Протей для удивительная правда за его реальной личностью.

Со стилем и мастерством, которые отличают его как мастера жанра, Фред Саберхаген переводит классический миф на новый тысячелетие.

—-Из обложки издания TOR в твердом переплете.


Рецензии

История Ясона и аргонавтов послужила основой для этого четвертый мифологический роман (после «РУКИ ГЕРАКЛЕСА» 200-х гг.), в котором голый мужчина выбирается из моря, потерпевший кораблекрушение и страдающий амнезией. . . . намеки на скрытые мотивы и тайные силы интригуют достаточно, чтобы фанаты были готовы к следующей книге серии.—Еженедельник издателей

Серия «Книга богов» Фреда Саберхагена предлагает уникальное сочетание мифов и современности, с множеством новых взглядов на древние темы и захватывающее повествование. GOD OF THE GOLDEN FEECE, последняя, ​​достойная продолжение. — Пол Андерсон

В «БОГЕ ЗОЛОТОГО РУНА» Фред Саберхаген снова показывает выдающийся талант быть экзотичным, захватывающим и комфортным во всех отношениях. такая же работа. — Дэвид Дрейк

Гениальная переработка мифа о Золотом руне.— Уолтер Джон Уильямс

Saberhagen предлагает классическую ученость, остроумие и живое чувство темп в этой истории взросления, которая должна понравиться читателям незнакомых с книгами Мечей и привлечь фамильяров Мечей в роится. — Список книг

Саберхаген — мастер рассказчика. . . Он дал нам богатый Новый мир. — Абсолютная величина


Глава ПЕРВАЯ — ПРОТЕЙ

Победный конец ожесточенной и смертельной борьбы поднял его биться и плескаться в соленой воде, спотыкаясь по пояс в теплое море, выходящее под ясным небом, из которого сияет закат быстро угасал.Остатки ярости и страха вылились яростной энергией по его венам, но память о бедствии, которое он только что пережил уцелевший исчезал быстрее, чем закат. Что-то ударило его в голову, и только обрывки того, что только что произошло, были еще ясно в его уме.

У него было яркое воспоминание о голове размером с фургон, двух руках размером с массивные деревья, закрепленные на плечах под стать. Один из мореходный тип Великанов, почти человеческий выше талии телосложением, если не по размеру; но от бедер вниз настоящих ног нет, только пара огромные извилистые рыбьи хвосты, оканчивающиеся чем-то вроде китовых трематод вместо ног.Существо никогда не сможет нормально ходить, но это точно, как все ады могут плавать.

Он был на корабле, и Великан плыл за ним как кит, склонный к разрушению. Палуба и корпус продавлены удары этих стволов деревьев, судно перевернулось, и все на борту ушел в глубокое синее море.

Он не помнил, как удрал, но он был здесь. Сейчас если только голова перестанет болеть. . .

Когда Великан поднялся из моря, сбросив всех в панике корабль вез своих пассажиров в .. .

Выживший теперь начал чувствовать новый ужас, более тонкий, чем страх великанов, но столь же неприятно. Это пришло с осознанием того, что он уже не мог вспомнить, почему он был на борту корабля или где он брал его.

Или даже кем он был.

Начать снова. Когда судно разбилось, когда чудовище отправило его в дно . . .

Нет, начни еще раз. Он собирался начать намного раньше чем это. Но он не мог. Потому что он даже не мог вспомнить, кто он был.

Человек, который шел вброд, мог бы и покрыться холодным потом, но это было трудно сказать, когда каждый дюйм его кожи уже был пропитан Великое Море. Он не мог найти ни одного обрывка воспоминаний до своего присутствие на обреченном корабле. Итак, начнем с корабля и попробуем работать от этого.

Он мог вспомнить еще лишь несколько деталей, все тривиальные. Кроме одного или два четких изображения атакующего Великана, были только некоторые дополнительные цвета, формы, какие-то уродливые звуки. . .

Левая сторона головы мужчины, где сейчас его исследующие пальцы обнаружил ноющую шишку, все еще пульсирующую от дикого удара что-то тяжелое.Поворачиваясь, чтобы посмотреть назад, когда он двигался, даже когда его ноги продолжали нести его к земле, он вглядывался в пустую водянистую горизонт в сторону, противоположную закату. Ночь собиралась там, и звезды начали появляться над бескрайним морем. Тьма надвигалась с востока, но больше ничего. Не было монстры в погоне.

Это было ужасно, что он не мог вспомнить, где он был идущий. Или почему он был на корабле. Или кем он был. . .

Раздался беспомощный стон, и вейдерсу пришлось бороться паника.Казалось, что практически вся жизнь была сметена. От себя почти ничего не осталось, никакой твердой идентичности в любом месте. Кто был он? Что он здесь делал, как выглядел и ощущал и должен был быть посреди Великого Моря? Там должно чтобы быть, должно было быть, что-то большее, чем это, голое бродящее тело с ноющей, почти пустой головой, под тяжестью страха и ярость, ужас, который хотел нанести ответный удар убийственной яростью.

Будь проклят великан! Может ли весь человек быть стертым одним средний удар по голове?

Снова повернувшись спиной к пустынному, темнеющему востоку, он продолжал бредет к берегу в нежном прибое.Теперь он молился каждому Бог и богиня, о которых он мог думать, что его воспоминания, его исчезнувшие жизнь, вдруг вернётся к нему, и лучше бы это случилось поскорее. На берегу было два небольших костра в шестидесяти или семидесяти ярдах. впереди, и выброшенный на берег корабль, вокруг суетятся люди, и инстинкт предупредил его, что до того, как он встретил этих людей, кем бы они ни были, он лучше иметь некоторое представление о том, кем он был и что делал в Мир.

Посмотрев на себя, он понял, что на нем ничего нет. которые могли бы дать ключ к разгадке его личности, не имея при себе ничего, даже кольцо на палец или в ухо.Даже амулет не висел вокруг его мускулистая шея. Мужчина остановился в своем пути, внезапно озадаченный своим полная и полная нагота. Как будто он только что оставил свою одежду где-то на пляже и пошла купаться.

Все это время он неуклонно продвигался к берегу. Теперь ласковые волны вздымались не выше бедер куликов, и каждый шаг вперед поднимал его на дюйм по песчаному дну. пологий склон. Когда его густые каштановые волосы и борода сбросили веса воды они были бы кудрявыми, но сейчас они были неподвижны почти прямые, струящиеся и капающие ниточки океана.То обнаженное тело постепенно обнажалось, так как мелевшая вода не была больше чем в среднем, и выглядел в расцвете сил, не более тридцатилетнего возраста, сильный и слегка округлый к пухлость.

Он снова оглянулся на темнеющий восток, на этот раз над одним плечо, продолжая идти вперед. Но все же была только водянистая пустоту видеть, окутанную надвигающейся ночью.

Какой прием он может получить от людей на пляже впереди он не мог догадаться.Но ему больше некуда было идти.

Что он делал на этой лодке или корабле прямо перед тем, как чуть не убил? Казалось невыносимым, что он не знает.

Куда-то идти, пытаясь совершить что-то ужасное важно, да. . .

Некая великая цель, имеющая какое-то отношение к кораблю, да, это было! Не судно, чье затопление почти унесло его с ним, но совсем другой. С вспышкой с непропорциональным облегчением он понял, что корабль, который он пытался найти, несомненно, был тот самый, вытащенный на берегу впереди.

Нетерпеливо, теперь человек, выходящий из моря, напирал. То накренившееся судно представляло собой новую на вид бирему, скудную и прямую, и большое достаточно, чтобы нести сорок весел, по два банка с каждой стороны. Новая древесина ее корпус, за исключением мест, где он был ярко окрашен, светился почти золотой в угасающем закатном свете.

Еще один тонкий осколок памяти встал на место. Это была женщина который наделил его целеустремленностью, может быть, дал ему приказы — это могло бы быть так же просто и прямолинейно.

Было благословенным облегчением почувствовать, что по крайней мере все началось. вернуться. Но что именно безымянная женщина пыталась узнать? заставить его делать оставалось загадкой. Кем бы она ни была, мужчина мог почти увидеть ее лицо в памяти, почти услышать ее точные слова — почти, но не совсем.

Тем не менее он почти машинально брел вперед, к выброшенный на берег корабль и люди вокруг него, значительная группа на длинном береговая линия безлюдна.

Место выглядело достаточно приятным, и вейдерсы почему-то это был остров, а не берег материка.Купался теперь в угасании закатным светом были зеленые пальмы, пеликаны и другие признаки мирный характер. . . все обнадеживает. В последний раз он оглянулся через левое плечо, видя лишь прямую линию горизонта, и сбор ночи. Великан, который чуть не убил его, был очевидно, уже далеко.

Его ярость и страх никуда не делись, но теперь они утихла, достаточно, чтобы держаться вне поля зрения. Теперь он был достаточно близко к увидеть в закатном свете имя на носу корабля, над окрашены, глядя в глаза.И слово, когда он мог его увидеть — Арго — заставило связь, установил слабую связь со всеми воспоминаниями, которые он чуть не проиграл.

Над головой кричала чайка, как бы насмехаясь, находя богатой забавляться тем, как продолжался мир, как люди и другие управлял своими делами. Арго была длинной и узкой, с двумя берегами. вёсел с каждой стороны, внешний ряд сидений с каждой стороны немного поднятый. Центральная палуба, ширина которой едва достаточна для двух человеческих тел. друг за другом, был приподнят еще немного выше, так что два внутренние ряды гребцов фактически сидели бы под ним, менее уязвимыми к солнцу и дождю.В середине этой приподнятой палубы будет дыра, чтобы держать мачту, ножка которой плотно упиралась бы в выемку на дне планки внизу. И в самом деле, подходящая длинная палка была нетронутой и отложен в сторону, а новый льняной парус более или менее аккуратно свернут. Теперь никого не было на борту корабля, который резко накренился на бок. на песке.

Каждая линия длинного корабля дышала приключениями, и человек приближающийся мог видеть большой, вызывающий, пристально смотрящий глаз, синий с белый обод и тонкий черный контур, окружающий его, больше, чем его вся голова, нарисованная на ближней стороне носа, прямо перед носом имя.Другая сторона, конечно, будет симметрично нести другую. позиционированный глаз.

Сейчас все весла были отправлены на борт. Был каждый указание на то, что все гребцы закончили свои труды для день. Половина из них плавала и ныряла голышом в мелководье. вода, притворно бьющаяся брызгами, как мальчишки, издавая шумные — кричит, смывая дневной зной и пот гребли. Их тела были всех человеческих цветов, от тропического черного до загорелого блондины, за исключением того, что ни один из них не был старым.Седых волос не было сразу видно.

Оставшаяся половина была на берегу, некоторые одетые, некоторые нет, в основном сгруппированы вокруг пары оживленных небольших костров, от которых запах жареного мяса доносился до моря. Еда была в средний этап подготовки. Кто-то разделывал мелких животных на пляже, и начал процесс уборки, связывание костей, субпродуктов и жира вместе в пакеты, которые вскоре будут сожжены в качестве подношений определенным богам. Между тем люди, как всегда претендовали на хорошее мясо как на свою долю, положение дел против чего ни один бог, казалось, никогда не возражал.

Трудно сказать, был ли кто-нибудь из мужчин на пляже слуги; конечно, никто из них в данный момент не носил изысканные одежды аристократов. Женщин и детей нигде не было в прицеле, но много оружия, хорошее разнообразие копий и луков и мечи; это походило на военную экспедицию, а может, банда высококлассных пиратов. Только что прибывший мужчина почувствовал успокаивающее, беспочвенная уверенность, что он пришел в нужное место.

Что теперь? Ему казалось, что есть один человек, в особенности он должен найти.Женщина, ответственная за его пребывание здесь, сказала ему — практически приказал ему — что-то . . .

И по мере того, как вновь прибывший приближался к собравшимся, он видел, что он почему-то ожидал, что это не команда простых матросов. Молодость, здоровье и сила были повсюду вместе с каким-то врожденное высокомерие. Не было ни одного металлического ошейника. видел, хотя на тонких цепочках висело немало волшебных амулетов. круглые мускулистые шеи. Там, где на твердых телах виднелись шрамы, они предположил удар оружия или когтей, а не удар плетью.

Двое мужчин повернулись и с интересом наблюдали за приход новичка. Но ни один из них не был единственным мужчиной, который у него был на самом деле. иди сюда, чтобы найти.

Еще один из тех, кто впереди, стоит по колено в воде у центром узкого круга внимания, имел вид лидера. Для во-первых, он был очень высок, и в нем проявлялась какая-то властность, даже в этой превосходной компании, даже без одежды. новичок изменил курс своего неуклонного, разбрызгивающего движения прямо в голову по отношению к этому лицу.

Когда высокий мужчина повернул голову, чтобы посмотреть в его сторону, человек с моря остановился в нескольких футах и ​​ясно сказал: решительный голос: «Сэр, если вы знаменитый Джейсон, капитан Арго, меня послали присоединиться к тебе. голову именно в тот момент, когда он должен был получить ее.

Вся голова вождя казалась темной пышной массой волос и борода. Чем ближе подходил к нему новичок, тем крепче были его руки и плечи посмотрели. Он сказал: «Меня зовут Джейсон.«Темные глаза изучали человек перед ним с фаталистическим спокойствием. Голос был мягким, но авторитетный. «Откуда ты?»

Безымянный незнакомец потерял свою личность, но он все еще знал кем был Джейсон. Он думал, что это имя будет означать что-то почти для все в мире. Было облегчением обнаружить, что некоторые части его памяти все еще не повреждены, вещи, которые мужчина должен знать собирается функционировать в мире. слава Джейсона как воина, и особенно как героический убийца Калидонского вепря, распространился стремительно в течение последних нескольких лет.Это не было проблемой для Джейсону набрать сорок искателей приключений-добровольцев, которые будут сопровождать его в путешествии. особый квест, даже если они не были уверены в его цели. Как только разнеслась молва, что он предпринимает большое приключение и хотел последователей, сотни мужчин пришли отовсюду, казалось бы, со всех уголков земли, наверняка издалека как новости успели путешествовать. Приняли очень немногих, из них обратившихся без специального приглашения.

«Из моря, лорд Джейсон.»

Голос предводителя был по-прежнему мягок. «Не надо обращаться ко мне так, будто я были королевскими особами. Я пока не сижу на троне и не ношу корону. И я предположим, судя по тому, как вы выглядите и как вы прибыли, что у вас есть что рассказать о кораблекрушении?» Внезапно тон Джейсона стал более небрежным, менее заинтересованным, поскольку новая мысль поразила его. «Тебя прислали к нам в качестве слуги? Наш первоначальный план состоял в том, чтобы несколько служителей встречают нас на этом острове. Но я послал слово много дней назад, чтобы отменить эту договоренность.Как тебя зовут?»

«Протей». Этот ответ тоже пришел автоматически, за что человек кто дал его был глубоко благодарен; он взял своевременный доступ к памяти как обнадеживающий признак того, что другие важные факты могут всплыть как только они были абсолютно необходимы. Сразу болит голова стал чувствовать себя лучше.

Джейсон смотрел прямо на него, но все же Протей ощущение, что вождь отдавал ему лишь часть своего внимание. Большой человек сказал, как будто ему было все равно: помнишь, кто-нибудь с таким именем подавал заявку на вступление в мою компанию.Затем вы один из слуг, которые изначально должны были нас здесь встретить?»

На берегу один из молодых людей подобрал раковину и пытался взорвать его, просто для удовольствия. Но он понятия не имел, как делал это как следует и производил нечестивый шум, заставляя Протея неудобный.

Прежде чем он был вынужден найти ответ на вопрос Джейсона, к вожаку подплыл другой высокий юноша и начал говорил с ним о неком Геркулесе, который, кажется, был членом отряда аргонавтов, когда они начали свой рейс несколько дней назад.Протей, все еще занятый своей тайной проблемы, были некоторые проблемы с тем, чтобы понять, в чем именно заключалась трудность сейчас. Насколько он мог судить, этот товарищ Геракл и его племянник, по имени Энкиду, вчера каким-то образом оказался в затруднительном положении, оставленный либо случайно или преднамеренно, когда «Арго» причалил к берегам река Хиус, в земле Мисии.

Другие члены экипажа Героев теперь слушали, даже когда они по-мальчишески обменивались брызгами или просто стояли рядом. Некоторые из они сделали комментарии, указывающие на то, что они не поняли, что двое из их товарищи по кораблю пропали без вести в течение дня.Очевидно, из этой группы около сорока молодых людей, многие из которых были еще мало знакомы друг с другом, хотя они уже несколько дней толпились на корабле.

Тем временем Протей все больше убеждался, что цель, принуждение, которое привело его сюда, требовало в качестве следующего шага, чтобы он находит способ присоединиться к этой благородной команде. Она, почти забытая но командующая женщина, должно быть, приказала ему присоединиться к аргонавтам. Все больше и больше Протей хотел знать, кто эта женщина, что заставил ее думать, что она имеет право командовать им.Также он хотел узнать, почему он считал необходимым повиноваться, — он был бы почти боялся узнать ответ на этот вопрос.

Между тем, он собирался сделать все возможное, чтобы сохранить в тайне свою слабость, факт его загубленной памяти. Однажды он признал, что почему поверят ли они ему в чем-либо? И Джейсон и его команда должны не знаю, зачем он здесь. Потому что это был вопрос жизни и смерти, что кто-то не должен это узнать. . . если подумать, это была безымянная женщина, которая приказала хранить тайну.С внутренним вздохом Протей признался себе, что какую бы тайну она ни хотела, она хранила. до поры до времени было достаточно безопасно, так как сам он не мог вспомни что было.

И тут же его с ходу вернули в его непосредственную ситуация. Джейсон только что сказал то, что требовало ответа, и выжидательно смотрел на него.

— Я хотел бы знать, — терпеливо повторил ведущий. толерантность, «что же случилось с лодкой? Тот, который, должно быть, привел тебя куда-то рядом с этим островом?»

На этот вопрос он мог ответить.«Великан вышел из моря, и разбил его на части. Боюсь, больше никто не выжил.»

Естественно, это вызвало немедленный ужас среди мужчин, которые его слышали. Некоторые из них побежали за оружием — как будто такие человеческие игрушки помогут им против этого врага, в то время как другие прижались ближе к источнику новостей, настоятельно требуя больше подробности.

Протею понадобилась всего пара дюжин запинающихся слов, чтобы дать им всю дополнительную информацию, которой он располагал.Внезапно, необъяснимо катастрофа, расколотые доски и испуганные, воющие лица, люди тонет. Теперь, окруженный кольцом пристальных слушателей, он объяснил: что лодка затонула, подумал он примерно в миле от остров — по крайней мере, в этом он был уверен — и что к сожалению, он оказался единственным выжившим. Он хорошо провел время плыть, чтобы добраться сюда. Слегка обнадеживало то, что, когда он говорил о бедствие, еще несколько его подробностей — крики о помощи и биение человеческие руки и ноги — обрели форму в его уме.Но ничего, что ответил на любой из его собственных насущных вопросов.

Несколько человек, заговорив одновременно, спросили Протея, где он подумал, что Великан мог уйти.

«Понятия не имею.» Вероятно, не до ближайшей земли; монстры, как что в море они чувствуют себя как дома, как киты, но с их рыбьим ногам было трудно передвигаться по суше. Он пожал плечами. Пытающийся заставить его вспомнить означало стоять перед отвратительным, пугающим пустота, достаточно большая, чтобы казалось, что он может упасть в нее и быть потерянный.

К настоящему времени все мужчины слышали его историю, и никто не был более чем умеренно удивлен. Гигантские атаки на корабли были довольно редки, но конечно не неслыханно. Суда постоянно терялись в море, начиная с по разным причинам, и люди пали вместе с ними — слуги были людей, конечно, даже тех, кто был рабами. Но когда ты пришел вплоть до этого, они были только слугами. Жаль, что полезно рабочие пострадали и умерли сегодня вечером, но было много замены, и это не было большой потерей для мира, если не важные люди в нем.Джейсон, как и его товарищи по команде, хмурился. услышав неприятную новость, но это не собиралось менять его мировоззрение или его планы. Какими бы они ни были.

Одна из фигур, стоявших на заднем плане, заметила: «Ну, это решает одну проблему для нас. Не будет прихлебателей или сопровождающие в этом путешествии.»

— Это уже решено, — сказал другой человек, резко.

«Меня зовут Мелеагр.» Эта смена темы произошла от еще одного член экипажа, крупный мужчина, почти такого же роста, как Джейсон, шагнул к Протею с протянутой в приветствии рукой.Просто вид который очень хочет, чтобы вы узнали его имя и узнали, кто вы, какую историю вы должны рассказать о себе.

«Те, кто меня хорошо знает, зовут меня Мэл.» Его огромная рука проглотила рука Протея потушить. «Я оберегаю Джейсона от неприятностей с тех пор, как мы оба были парнями.»

Мэл повернулась, чтобы показать другому. «А это Харалдур». А ухмыляющийся кивок крепко сложенного волосатого мужчины, одетого в рогатый шлем, правда на данный момент больше ничего.

Как долго могла продолжаться цепочка знакомств? ничего не скажешь, потому что он был прерван.Теперь один из других мужчин, несколько старше, чем большинство других, которые стояли рядом с скрестив руки на груди и слушая, заговорил и напомнил Джейсону, что некоторые из команда, казалось, думала о том, были ли быть слугами еще не было окончательно решено.

«Напоминаю вам, сэр, что, как обстояло дело, когда мы уезжали Иолк, некоторые Герои наслаждались такой роскошью, а другие нет.»

— Да, Идмон, — терпеливо ответил Джейсон. «Я это понимаю.»

«Ни для кого не было бы большой роскошью, если бы половина столько людей, сколько мы сейчас набились на борт корабля, — вставил другой кто слушал.

Поднялся усталый ропот, свидетельствующий о том, что этот спор был продолжалось какое-то время, и многие устали от этого.

Джейсон выглядел раздраженным. «Я думаю, что вы ошибаетесь. Я думаю, что все слуги и товарищи уже покинули нас.» Он огляделся, как если ему сорок — если это действительно верное число — товарищи по кораблю могли бы быть неуправляемой толпой незнакомцев.«Если такие еще остались здесь, против моих приказов.»

Прямо на это никто не ответил. Но голос с заднего плана сказал: «Если половина намеченных слуг была отослана назад несколько дней назад и другая половина только что утонула, мне кажется, многое осталось обсудить.»

Кто-то ткнул острием копья в сторону Протея. «Нет выжившие, говорил этот человек?»

 

Но прежде, чем Джейсон или кто-либо еще мог настоять на том, чтобы Протей предоставил более подробной информации о катастрофе, другой человек, один из тех, кто на берегу, быстро подошел к вожаку, который все еще стоял по пояс глубоко в плескающихся волнах.Срочно этот последний проситель начал разглагольствуя Джейсону об очевидном отсутствии некоторых припасов. Кто-то должен был подумать о том, чтобы положить на борт материалы для уплотнения, и что-то использовать для подачи! Рано или поздно все корабли протекали и требуемая фиксация.

Тем временем известие о том, что целая лодка слуг была потеря медленно распространялась среди Героев по мере того, как они плескались, бездельничали или работали над обедом. Протей мог видеть они хмурятся, качают головами, бормочут. Плохое предзнаменование, конечно.Наверное, расстроились те, кто еще надеялся на прислугу. потому что им, безусловно, придется делать свою собственную уборку и приготовление еды.

Терпение Джейсона не лопнуло. Может быть, подумал Протей, терпение была добродетелью, в которой лидер нуждался прежде всего. Теперь лидером был пытаясь объяснить своему последнему вопрошавшему о затыкании материалов и других запасных частей. «Арго», как и большинство кораблей, построенных для для других целей, кроме перевозки грузов, пострадали от нехватки складских помещений пространство в целом, и мало что можно было с этим поделать.Были пару рундуков в носу и на корме под узкой боевой палубой, бежал по центру сосуда. Эти важные места были битком набитый необходимыми припасами того или иного рода.

Были разговоры о запасных парусах. Протей кивнул сам себе, не удивлен. Некоторый запас практического опыта, хотя он мог ничего не помнит о том, как он его получил, заверил его, что на плавание любой длины по крайней мере один запасной был практически необходим, если вы действительно не хотите грести.И если у вас есть лучший, самый лучший дорогая ткань и мастерство — что Джейсон должен был сделать, чтобы соответствовать качеству его корабля — вы могли бы свернуть и сложить парус достаточно плотно, чтобы убрать его в удивительно маленьком пространстве.

Джейсон продолжал свой инвентарь, и теперь это звучало так, как будто было целых два-три запасных паруса. Были также некоторые материалы для уплотнения, но вам придется их выкопать.

Все это было нормально с Протеусом. Он и любые другие новости, которые он мог бы быть в состоянии предоставить пришлось ждать снова.Экспедиция казался каким угодно, но только не хорошо организованным, и на данный момент это было все к добру, потому что это избавило его от любых пытливых, трудных вопросы.

Где-то внутри страны, за колеблющимся светом огня, мужчина голос вдруг начал стонать от боли. Или, скорее, в страсти, как Протей вдруг понял. Никто из мужчин вокруг него не платил внимание на звук, поэтому он решил игнорировать и его. Он предполагал вполне возможно, что по крайней мере одна женщина присоединилась к этому экспедиции, но, если подумать, более вероятно, что некоторые в этой многочисленной команде Героев, которые находили отсутствие женщин ущерб их личной жизни.

Теперь одна из фигур, свободно собравшихся вокруг Джейсона, мужчина чуть постарше, которого называли Идмоном, перевел разговор снова к отсутствующему Гераклу. Это звучало для Протея так Геракл был простым юношей и странником, который в испытании силы каким-то образом ухитрились выставить их всех слабаками, что в эта компания была бы настоящим подвигом. Неизбежно больше, чем несколько избранные Герои сочли бы его наступательным выскочкой, и вероятно, из ревности или обиды они как-то устроили его оставить позади.

Протей думал, что твердый, решительный лидер не потерпит такие события среди его последователей, и он ждал Джейсона, чтобы призвать кого-нибудь к ответу за это, попытаться установить истинность того, что произошло.

Большой Мелеагр и Харальдур в роговом шлеме качали головами, выглядя смутно смущенным. Но на данный момент Джейсон казался чем-то но твердый или решительный. Казалось, он ничуть не хотел позвонить кому-либо за что-либо отчитываться. С любопытством наблюдая за ним, Протей думал, что он производил впечатление человека, желающего, чтобы все эти брызги дураки вокруг него просто ушли бы, забрав свои заботы о их запасные части и их слуги с ними, и пусть он идет дальше со своими личными медитациями.

Такое отношение смутило новоприбывшего. Это был не тот путь, капитан должен вести себя в начале серьезного предприятия. Любой плавание по Великому морю было опасным, и не было сомнения, что Джейсон собирался в долгое путешествие. Тот, кто вооружился такой корабль, такая команда и такое изобилие дополнительных припасов, определенно имел в виду нечто большее, чем короткий и солнечный круиз по побережье. Если бы их лидер проявлял к своей задаче не больше энтузиазма, чем это, Протей предвидел в лучшем случае тяжелые времена для путешественников, и скорее настоящая катастрофа.

Непрекращающаяся дискуссия вскоре переросла в бессмысленные пререкания. Стоя рядом, время от времени потирая больную голову, изредка оглядываясь на темнеющее море, из которого он таинственно появился, новоприбывший был рад, что спор отвлек внимание от него.

Он уже почти решил, что пора ему небрежно начать поднимитесь на пляж и встаньте в очередь на ужин, как вдруг вокруг него плескалась суматоха, люди кричали в тревоге или волнение, все смотрят вверх.Джейсон вместе с несколькими другими вдруг стал нырять и уворачиваться, и Протей поднял глаза.

Летящая фигура вырисовывалась над головой, пролетая над волнами в неизвестном направлении. выше высоты верхушки дерева. На мгновение страх перед чудовищным в новая форма парализовала Протея. Вылетели кричащие чайки пути фигуры, которая была слишком большой, чтобы быть птицей. Небо был еще достаточно ярким, чтобы он мог видеть, что это был человек, летящий вверх. там, или, по крайней мере, фигура, которая выглядела вполне человеческой, если не считать крылья магии, вырастающие из каждой лодыжки.


%PDF-1.4 % 1 0 объект > эндообъект 3 0 объект > эндообъект 2 0 объект > эндообъект 4 0 объект > /XОбъект > >> /Анноты [64 0 R] /Родитель 2 0 Р /MediaBox [0 0 595 842] >> эндообъект 5 0 объект > /Содержание 67 0 Р >> эндообъект 6 0 объект > /Содержание 70 0 Р >> эндообъект 7 0 объект > /Содержание 73 0 Р >> эндообъект 8 0 объект > /Содержание 76 0 Р >> эндообъект 9 0 объект > /Содержание 79 0 Р >> эндообъект 10 0 объект > /Содержание 82 0 Р >> эндообъект 11 0 объект > /Содержание 85 0 Р >> эндообъект 12 0 объект > /Содержание 88 0 Р >> эндообъект 13 0 объект > /Содержание 91 0 Р >> эндообъект 14 0 объект > /Содержание 94 0 Р >> эндообъект 15 0 объект > /Содержание 97 0 Р >> эндообъект 16 0 объект > /Содержание 100 0 р >> эндообъект 17 0 объект > /Содержание 103 0 Р >> эндообъект 18 0 объект > /Содержание 106 0 Р >> эндообъект 19 0 объект > /Содержание 109 0 Р >> эндообъект 20 0 объект > /Содержание 112 0 Р >> эндообъект 21 0 объект > /Содержание 115 0 Р >> эндообъект 22 0 объект > /Содержание 118 0 Р >> эндообъект 23 0 объект > /Содержание 121 0 Р >> эндообъект 24 0 объект > /Содержание 124 0 Р >> эндообъект 25 0 объект > /Содержание 127 0 Р >> эндообъект 26 0 объект > /Содержание 130 0 Р >> эндообъект 27 0 объект > /Содержание 133 0 Р >> эндообъект 28 0 объект > /Содержание 136 0 Р >> эндообъект 29 0 объект > /Содержание 139 0 Р >> эндообъект 30 0 объект > /Содержание 142 0 Р >> эндообъект 31 0 объект > /Содержание 145 0 Р >> эндообъект 32 0 объект > /Содержание 148 0 Р >> эндообъект 33 0 объект > /Содержание 151 0 Р >> эндообъект 34 0 объект > /Содержание 154 0 Р >> эндообъект 35 0 объект > /Содержание 157 0 Р >> эндообъект 36 0 объект > /Содержание 160 0 Р >> эндообъект 37 0 объект > /Содержание 163 0 Р >> эндообъект 38 0 объект > /Содержание 166 0 Р >> эндообъект 39 0 объект > /Содержание 169 0 Р >> эндообъект 40 0 объект > /Содержание 172 0 Р >> эндообъект 41 0 объект > /Содержание 175 0 Р >> эндообъект 42 0 объект > /Содержание 178 0 Р >> эндообъект 43 0 объект > /Содержание 181 0 Р >> эндообъект 44 0 объект > /Содержание 184 0 Р >> эндообъект 45 0 объект > /Содержание 187 0 Р >> эндообъект 46 0 объект > /Содержание 190 0 Р >> эндообъект 47 0 объект > /Содержание 193 0 Р >> эндообъект 48 0 объект > /Содержание 196 0 Р >> эндообъект 49 0 объект > /Содержание 199 0 Р >> эндообъект 50 0 объект > /Содержание 202 0 Р >> эндообъект 51 0 объект > /Содержание 205 0 Р >> эндообъект 52 0 объект > /Содержание 208 0 Р >> эндообъект 53 0 объект > /Содержание 211 0 Р >> эндообъект 54 0 объект > /Содержание 214 0 Р >> эндообъект 55 0 объект > /Содержание 217 0 Р >> эндообъект 56 0 объект > /Содержание 220 0 Р >> эндообъект 57 0 объект > /Содержание 223 0 Р >> эндообъект 58 0 объект > /Содержание 226 0 Р >> эндообъект 59 0 объект > /Содержание 229 0 Р >> эндообъект 60 0 объект > /Содержание 232 0 Р >> эндообъект 61 0 объект > поток [email protected]%2`I%ʎv)@Z8~V=3wxEEkyy93gG˱l|#vc Xi[#3n EOƷ]»\ck&pX;n?7/’lҴgmI$_>5_ZSZ R۩J{b1 Ку-7О’П@,:aL5IwL *~»

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.