Кронштадт 1921: Кронштадт 1921 (сериал, 1 сезон) — смотреть онлайн — Кинопоиск

Содержание

Восстание балтийских моряков в Кронштадте (1921)

https://ria.ru/20210301/kronshtadt-1599064551.html

Восстание балтийских моряков в Кронштадте (1921)

Восстание балтийских моряков в Кронштадте (1921) — РИА Новости, 01.03.2021

Восстание балтийских моряков в Кронштадте (1921)

Кронштадтское восстание (в советской историографии – Кронштадтский мятеж) 1-18 марта 1921 года – вооруженное выступление гарнизона военно-морской крепости… РИА Новости, 01.03.2021

2021-03-01T01:37

2021-03-01T01:37

2021-03-01T01:37

справки

кронштадт

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e5/02/1a/1599067044_0:2:778:440_1920x0_80_0_0_987c485a56c7593b69f59e45cda85c87.jpg

Кронштадтское восстание (в советской историографии – Кронштадтский мятеж) 1-18 марта 1921 года – вооруженное выступление гарнизона военно-морской крепости Кронштадт, береговых частей и экипажей некоторых кораблей Балтийского флота против диктатуры большевиков и политики «военного коммунизма», одно из наиболее крупных проявлений массового недовольства населения и личного состава армии и флота экономическими трудностями и отсутствием демократических свобод в первые годы Советской власти. Поводом к волнениям стали выступления рабочих в Петрограде (ныне Санкт-Петербург) на фоне резко ухудшившегося в конце зимы 1920-1921 годов экономического и продовольственного положения и введение в городе военного положения. Для прояснения обстановки в Петроград из Кронштадта были направлены делегаты. 27 февраля они доложили на общих собраниях своих команд о причинах волнений рабочих, а также моряков линкоров «Гангут» и «Полтава», стоявших на Неве. 28 февраля 1921 года моряки 1-й бригады линкоров «Петропавловск» и «Севастополь» приняли резолюцию с требованиями политического и экономического характера. Главными лозунгами недовольных были «Советы – без коммунистов!», «Власть Советам, а не партиям!».Днем 1 марта на Якорной площади Кронштадта состоялся митинг, в котором участвовали свыше 16 тысяч человек. Были приняты резолюции с требованием перевыборов Советов, свободы деятельности социалистических партий, упразднения института комиссаров и политотделов, ликвидации заградительных отрядов, предоставления крестьянам полного права распоряжаться землей и др. Присутствовавшие на митинге председатель Всероссийского центрального исполнительного комитета (ВЦИК) Михаил Калинин и комиссар Балтийского флота Николай Кузьмин отказались принять требования митингующих, что лишь подтолкнуло кронштадтцев к более решительным действиям.2 марта восставшие создали Временный революционный комитет (ВРК) под председательством старшего писаря линкора «Петропавловск» Степана Петриченко. Штаб восстания разместился на «Петропавловске». Начался распад большевистской ячейки в Кронштадте: в январе 1921 года она насчитывала 2680 членов, за время восстания из рядов РКП(б) вышли 900 человек; значительная их часть примкнула к восставшим. Попытки мятежников установить контакты с военнослужащими, населением Петрограда и его окрестностей не удались из-за блокады побережья Финского залива заградительными отрядами и ареста почти всех моряков, отправлявшихся делегатами в город.Партийно-государственное руководство РСФСР заняло в отношении кронштадтцев жесткую позицию, отказавшись от любых форм диалога. 2 марта Совет Труда и Обороны при Совете Народных Комиссаров РСФСР объявил участников Кронштадтского восстания вне закона, ввел в Петрограде и Петроградской губернии (ныне Ленинградская область) осадное положение, а руководить подавлением восстания прибыли председатель Реввоенсовета республики Лев Троцкий и главнокомандующий вооруженными силами Сергей Каменев.В ответ на действия властей Временный революционный комитет в целях организации защиты Кронштадта создал «штаб обороны». Общая численность восставших составляла 26 тысяч человек, в распоряжении которых находились два линкора, до 140 орудий и около 100 пулеметов (по другим источникам – около 18 тысяч человек, два линкора, несколько малых кораблей, около 200 орудий, 126 пулеметов).5 марта восставшим был предъявлен ультиматум, отвергавший любые переговоры и мирный исход событий. В ответ солдаты и матросы Кронштадта арестовали руководящих политработников Кронштадта и около 320 коммунистов. В тот же день начались бомбардировки крепости с воздуха, а 7 марта к месту событий была стянута артиллерия. Гарнизон крепости отвечал залпами с вмерзших в лед линкоров и береговой линии обороны.8 марта воссозданная для подавления мятежа 7-я армия под командованием Михаила Тухачевского в составе 18 тысяч человек предприняла попытку наступления на Кронштадт, но потерпела неудачу из-за поспешности в организации штурма, недостатка сил и невысокого боевого духа личного состава: некоторые красноармейцы отказывались идти в бой против «братьев-кронштадтцев».Большевистское командование приняло меры по усилению 7-й армии и других частей Петроградского военного округа. Ненадежные подразделения были расформированы, многие бойцы расстреляны «за отказ от выполнения боевого задания». В войска были направлены свыше трехсот делегатов проходившего в Москве X съезда РКП(б), по партийной мобилизации прибыли 2758 коммунистов. Массовый призыв провел ЦК комсомола. К 16 марта в районе Кроншдатда была сосредоточена группировка численностью 45 тысяч военнослужащих, в том числе в составе 7-й армии – 24 тысячи бойцов, 159 орудий, 433 пулемета, три бронепоезда. Второй штурм Кронштадта был предпринят 17 марта после массированной артподготовки. Преодолев простреливаемое пространство по льду Финского залива, штурмовые отряды ворвались в крепость. Восставшие оказывали упорное сопротивление на улицах города, что позволило почти всем членам кронштадтского ВРК и «штаба обороны» вместе с восемью тысячами военнослужащих и гражданских лиц отступить на территорию Финляндии. В середине дня группа самолетов осуществила налет на линкор «Петропавловск», нанеся ему значительные повреждения. Около 21 часа вмерзшие в лед линкоры были окружены отрядом курсантов, под угрозой применения отравляющих веществ и из-за выступления части старослужащих против восстания экипажи кораблей сдались.К 12 часам 18 марта Кронштадтское восстание было подавлено. Восставшие потеряли убитыми свыше одной тысячи, ранеными более двух тысяч человек. Потери войск Петроградского военного округа составили 1912 человек убитыми и 1208 ранеными.Оценивая Кронштадтское восстание как серьезную угрозу своей политической власти, руководство РСФСР приняло жесткие меры против сдавшихся солдат и матросов. Дела пленных рассматривали наделенные судебными функциями «революционные тройки». Из 10 001 человека, прошедших через них, 2103 были осуждены к расстрелу (без учета расстрелянных без суда), 6447 приговорены к различным срокам заключения, остальные демобилизованы. 2 ноября 1922 года к пятилетию Октябрьской революции решением ВЦИК значительная часть рядовых участников восстания была амнистирована. Указом президента РФ от 10 января 1994 года все участники Кронштадтского восстания реабилитированы, репрессии против них признаны незаконными. (Дополнительный источник: Военная энциклопедия. Воениздат. Москва, 2004. В 8 томах)Материал подготовлен на основе информации открытых источников

кронштадт

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2021

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og. xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e5/02/1a/1599067044_101:0:688:440_1920x0_80_0_0_69dbc8c6e812dce8d55a1a2d651800a0.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

справки, кронштадт

Кронштадтское восстание (в советской историографии – Кронштадтский мятеж) 1-18 марта 1921 года – вооруженное выступление гарнизона военно-морской крепости Кронштадт, береговых частей и экипажей некоторых кораблей Балтийского флота против диктатуры большевиков и политики «военного коммунизма», одно из наиболее крупных проявлений массового недовольства населения и личного состава армии и флота экономическими трудностями и отсутствием демократических свобод в первые годы Советской власти. Поводом к волнениям стали выступления рабочих в Петрограде (ныне Санкт-Петербург) на фоне резко ухудшившегося в конце зимы 1920-1921 годов экономического и продовольственного положения и введение в городе военного положения. Для прояснения обстановки в Петроград из Кронштадта были направлены делегаты. 27 февраля они доложили на общих собраниях своих команд о причинах волнений рабочих, а также моряков линкоров «Гангут» и «Полтава», стоявших на Неве.

28 февраля 1921 года моряки 1-й бригады линкоров «Петропавловск» и «Севастополь» приняли резолюцию с требованиями политического и экономического характера. Главными лозунгами недовольных были «Советы – без коммунистов!», «Власть Советам, а не партиям!».

Днем 1 марта на Якорной площади Кронштадта состоялся митинг, в котором участвовали свыше 16 тысяч человек. Были приняты резолюции с требованием перевыборов Советов, свободы деятельности социалистических партий, упразднения института комиссаров и политотделов, ликвидации заградительных отрядов, предоставления крестьянам полного права распоряжаться землей и др.

Присутствовавшие на митинге председатель Всероссийского центрального исполнительного комитета (ВЦИК) Михаил Калинин и комиссар Балтийского флота Николай Кузьмин отказались принять требования митингующих, что лишь подтолкнуло кронштадтцев к более решительным действиям.

2 марта восставшие создали Временный революционный комитет (ВРК) под председательством старшего писаря линкора «Петропавловск» Степана Петриченко. Штаб восстания разместился на «Петропавловске». Начался распад большевистской ячейки в Кронштадте: в январе 1921 года она насчитывала 2680 членов, за время восстания из рядов РКП(б) вышли 900 человек; значительная их часть примкнула к восставшим.

Попытки мятежников установить контакты с военнослужащими, населением Петрограда и его окрестностей не удались из-за блокады побережья Финского залива заградительными отрядами и ареста почти всех моряков, отправлявшихся делегатами в город.

Партийно-государственное руководство РСФСР заняло в отношении кронштадтцев жесткую позицию, отказавшись от любых форм диалога. 2 марта Совет Труда и Обороны при Совете Народных Комиссаров РСФСР объявил участников Кронштадтского восстания вне закона, ввел в Петрограде и Петроградской губернии (ныне Ленинградская область) осадное положение, а руководить подавлением восстания прибыли председатель Реввоенсовета республики Лев Троцкий и главнокомандующий вооруженными силами Сергей Каменев.

В ответ на действия властей Временный революционный комитет в целях организации защиты Кронштадта создал «штаб обороны». Общая численность восставших составляла 26 тысяч человек, в распоряжении которых находились два линкора, до 140 орудий и около 100 пулеметов (по другим источникам – около 18 тысяч человек, два линкора, несколько малых кораблей, около 200 орудий, 126 пулеметов).

5 марта восставшим был предъявлен ультиматум, отвергавший любые переговоры и мирный исход событий. В ответ солдаты и матросы Кронштадта арестовали руководящих политработников Кронштадта и около 320 коммунистов. В тот же день начались бомбардировки крепости с воздуха, а 7 марта к месту событий была стянута артиллерия. Гарнизон крепости отвечал залпами с вмерзших в лед линкоров и береговой линии обороны.

8 марта воссозданная для подавления мятежа 7-я армия под командованием Михаила Тухачевского в составе 18 тысяч человек предприняла попытку наступления на Кронштадт, но потерпела неудачу из-за поспешности в организации штурма, недостатка сил и невысокого боевого духа личного состава: некоторые красноармейцы отказывались идти в бой против «братьев-кронштадтцев».

Большевистское командование приняло меры по усилению 7-й армии и других частей Петроградского военного округа. Ненадежные подразделения были расформированы, многие бойцы расстреляны «за отказ от выполнения боевого задания». В войска были направлены свыше трехсот делегатов проходившего в Москве X съезда РКП(б), по партийной мобилизации прибыли 2758 коммунистов. Массовый призыв провел ЦК комсомола. К 16 марта в районе Кроншдатда была сосредоточена группировка численностью 45 тысяч военнослужащих, в том числе в составе 7-й армии – 24 тысячи бойцов, 159 орудий, 433 пулемета, три бронепоезда.

Второй штурм Кронштадта был предпринят 17 марта после массированной артподготовки. Преодолев простреливаемое пространство по льду Финского залива, штурмовые отряды ворвались в крепость. Восставшие оказывали упорное сопротивление на улицах города, что позволило почти всем членам кронштадтского ВРК и «штаба обороны» вместе с восемью тысячами военнослужащих и гражданских лиц отступить на территорию Финляндии. В середине дня группа самолетов осуществила налет на линкор «Петропавловск», нанеся ему значительные повреждения. Около 21 часа вмерзшие в лед линкоры были окружены отрядом курсантов, под угрозой применения отравляющих веществ и из-за выступления части старослужащих против восстания экипажи кораблей сдались.

К 12 часам 18 марта Кронштадтское восстание было подавлено. Восставшие потеряли убитыми свыше одной тысячи, ранеными более двух тысяч человек. Потери войск Петроградского военного округа составили 1912 человек убитыми и 1208 ранеными.

Оценивая Кронштадтское восстание как серьезную угрозу своей политической власти, руководство РСФСР приняло жесткие меры против сдавшихся солдат и матросов. Дела пленных рассматривали наделенные судебными функциями «революционные тройки». Из 10 001 человека, прошедших через них, 2103 были осуждены к расстрелу (без учета расстрелянных без суда), 6447 приговорены к различным срокам заключения, остальные демобилизованы.

2 ноября 1922 года к пятилетию Октябрьской революции решением ВЦИК значительная часть рядовых участников восстания была амнистирована. Указом президента РФ от 10 января 1994 года все участники Кронштадтского восстания реабилитированы, репрессии против них признаны незаконными.

(Дополнительный источник: Военная энциклопедия. Воениздат. Москва, 2004. В 8 томах)

Материал подготовлен на основе информации открытых источников

Петроградский мартиролог, 1921. Расстрелы восставших кронштадтцев

2021-03-06

 

В марте отмечаем столетие Кронштадтского восстания против узурпации власти в России большевиками. Сто лет массовым расстрелам восставших и сочувствовавших восстанию.

4 марта принял участие в презентации книги «Кронштадтское восстание. Трагический март 1921». Книга издана Муниципальным советом и Администрацией Кронштадта благодаря сомоотверженным усилиям редакторов: Анны Петровны Макаровой и Ильи Васильевича Попова.

Рад, что имею отношение к этому сборнику текстов и документов. Привёл в нём короткими строчками несколько имён расстрелянных кронштадтцев.

Во время презентации посчитал уместным зачитать более полные справки о расстрелянных. 

Пусть мы не остановимся. Будем называть их имена в День политзаключённого в СССР – День памяти жертв политических репрессий Российской Федерации 30 октября.

Отыщем места погребений расстрелянных и превратим в места памяти.

Продемонстрированный на презентации книги проект памятника восставшим Кронштадтцам мне, признаюсь, совсем не показался. Думаю, он бы не прошёл открытый конкурс, подобно известной общероссийской «Стене скорби». Говорю как член жюри того общероссийского конкурса.

О необходимости установить бюст Николаю Гумилёву, уроженцу Кронштадта, расстрелянному за симпатии к восставшим, никто кроме меня не упомянул.

По окончании презентации получил экземпляры новой книги для фондов Российской национальной библиотеки и Центра «Возвращённые имена».

Владимир Степанович Андреев и Сергей Валентинович Зайцев просили передать экземпляр другого памятного сборника – «Кронштадт, март 1921-го: погибли, но победили!» – составителю Книг Памяти Юрию Дмитриеву.

Как отмечается в Концепции государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий Российской Федерации, – «Недопустимыми являются продолжающиеся попытки оправдать репрессии особенностями времени или вообще отрицать их как факт нашей истории».

Анатолий Разумов

 

86 человек расстреляны к 9 часам утра 25 марта 1921 года
в присутствии коменданта ПЧК И.И. Бозе, 
согласно постановлению Коллегии Петрогубчека,
предписание на расстрел от 24 марта.
Место злодеяния не найдено. Простите, восставшие.

 

Меркулов Василий Федорович, 24 лет, уроженец дер. Бараново Поддорской вол. Старорусского уезда Новгородской губ., холост, беспартийный, пулеметчик Команды воздушной обороны Кронштадта, служил в 7-й запасной батарее на форте № 6.

Андреев Михаил Васильевич, 22 лет, уроженец Чухломского уезда Костромской губ., холост, член РКП, служил паркетчиком в Отдельном артиллерийском дивизионе, 2-я батарея.

Онищенко Леонид Павлович, 17 лет, мещанин гор. Киева, холост, кандидат РКП, электрик Учебно-минного отряда.

Алексеев Александр Алексеевич, мещанин гор. Ямбурга, холост, член РКП с 1919 г., котельщик Кронштадтского пароходного завода, проживал: Интернациональная ул., д. 7, кв. 11.

Комяков Арсений Васильевич, 28 лет, уроженец дер. Зарубино Мышкинского уезда Ярославской губ., холост, беспартийный, столяр в Крепостном минном отряде.

Красавцев Петр Осипович, 20 лет, уроженец дер. Безделье Арханской вол. Весьегонского уезда Тверской губ., холост, беспартийный, ученик-электрик в Учебно-минном отряде.

Кабанов

Никита Иванович, 24 лет, уроженец сел. Константиново Давыдовской вол. Касимовского уезда Рязанской губ., холост, беспартийный.

Куленок Константин Николаевич, 29 лет, уроженец Куренецкой вол. Вилейского уезда Виленской губ., холост, беспартийный, артиллерист Северного форта № 6.

Калныш Леонтий Терентьевич, 20 лет, уроженец станицы Каневской Ейского отдела Кубанской обл., холост, беспартийный, служил в Машинной школе Балтфлота.

Коряк Евгений Иванович, 19 лет, уроженец дер. Большая Боярка Свято-Троицкой вол. Ананьевского уезда Херсонской губ., служил в Машинной школе Балтфлота.

Натаров Иван Михайлович, 29 лет, уроженец дер. Нудавши Ловецкой вол. Зарайского уезда Рязанской губ. , женат, член РКП, служил на заградителе «Волга».

Леонтьев Михаил Леонтьевич, 24 лет, уроженец Сосединской вол. Лужского уезда С.-Петербургской губ., холост, беспартийный, служил на Северном форте № 6.

Лукин Максим Дмитриевич, 19 лет, уроженец дер. Лаптево Пятницкой вол. Звенигородского уезда Московской губ., служил в Учебно-минном отряде.

Лебедев Николай Дмитриевич, 22 лет, женат, коммунист, член партии с 1920 г., ученик-электрик 16-й смены 5-й роты Учебно-минного отряда.

Лужанчик Павел Фомич, 31 года, уроженец дер. Хвойняны Скидельской вол. Гродненского уезда и губернии, холост, член РКП, служил на линейном корабле «Республика».

Митькин Семен Николаевич, 25 лет, уроженец дер. Смирное Покровской вол. Чернского уезда Тульской губ., холост, беспартийный, служил машинистом на линейном корабле «Андрей Первозванный».

Максименко Григорий Емельянович, 22 лет, уроженец села Ново-Украинка Елизаветградского уезда Херсонской губ.

, холост, беспартийный, служил в Школе гальванеров Учебно-артиллерийского отряда.

Михалев Яков Васльевич, 22 лет, уроженец дер. Выселки Глебовской вол. Коломенского уезда Московской губ., холост, беспартийный, служил в Штабе воздушной обороны.

Матвеев Александр Иванович, 20 лет, уроженец гор. Вышний Волочек Тверской губ., холост, коммунист с 1919 г., матрос с корабля «Петропавловск».

Мартин Юрий Денисович, 32 лет, уроженец дер. Ресно, Оберпаленской вол. Феллинского уезда Лифляндской губ., холост, коммунист с 1918 г., служил на заградителе «Волга».

Будниченко Иван Иванович, 20 лет, уроженец гор. Ейск Кубанской обл., холост, беспартийный, служил в Машинной школе Балтфлота.

Белоножка Лазарь Егорович, 21 года, уроженец посада Богоявленск Николаевского уезда Херсонской губ., холост, беспартийный, кочегар.

Белокопытов

Иван Ефимович, 21 года, уроженец дер. Стрельна Смоленского уезда и губернии, холост, беспартийный, служил пулеметчиком в 561-й команде Пулеметного полка.

Бродский Лейба Абрамович, 22 лет, уроженец села Сагайдак Елизаветградского уезда Херсонской губ., холост, беспартийный, красноармеец Учебно-минного отряда.

Будяк Емельян Митрофанович, 20 лет, уроженец села Григорьевка Братолюбовской вол. Криворожского у. Екатеринославской губ., холост, беспартийный, служил в Машинной школе Балтфлота.

Корляков Григорий Евсеевич, 20 лет, уроженец села Кисляковка Волчанского уезда Харьковской губ., женат, кандидат РКП, служил в Машинной школе Балтфлота.

Крюков Иван Егорович, 28 лет, уроженец дер. Большое Кулиско Слободской вол. Псковского уезда и губернии, холост, коммунист, курсант Высшей партийной школы в Кронштадте.

Корицко Антон Герасимович, 32 лет, уроженец дер. Понемонь Щорсовской вол. Новогрудского уезда Минской губ. , женат, коммунист с 1919 г., служил коммунаром в отряде особого назначения при Кронштадтском Особотделе.

Иванов Николай Иванович, 25 лет, уроженец дер. Звягино Левочской вол. Боровичского уезда Новгородской губ., женат, беспартийный, красноармеец караульной команды Северного форта № 6.

Ильюша Филипп Кузьмич, 24 лет, села Жадово Новгород-Северского уезда Черниговской губ., холост, беспартийный, служил на Северном форте № 6.

Иванов Василий Алексеевич, 23 лет, уроженец дер. Осиповка Глебовской вол. Переславского уезда Владимирской губ., женат, беспартийный, служил в Крепостном минном отряде.

Иголкин Дмитрий Иванович, 20 лет, уроженец дер. Кожино Вышневолоцкой вол. и уезда Тверской губ., холост, беспартийный, ученик специальной команды.

Дема Евгений Иванович, 22 лет, уроженец дер. Крыжановка Балтского уезда Подольской губ., холост, беспартийный, служил в Школе гальванеров.

Стельмак Антон Андреевич, 30 лет, уроженец  дер. Воротынь Турковской вол. Бобруйского уезда Минской губ., женат, коммунист, служил на корабле «Петропавловск».

Сидоренко Даниил Ефимович, 22 лет, уроженец Надлакской вол. Елизаветградского уезда Херсонской губ., холост, беспартийный, ученик 4-й роты Учебно-минного отряда.

Сумцов Яков Тимофеевич, 22 лет, уроженец села Боромля Ахтырского уезда Харьковской губ., женат, беспартийный, ученик Машинной школы Балтфлота.

Стешенко Тихон Григорьевич, 20 лет, уроженец села Ободы Ястребенской вол. Сумского уезда Харьковской губ., холост, беспартийный, служил в Машинной школе Балтфлота.

Смирнов Константин Александрович, 20 лет, уроженец Ильинской вол. Костромского уезда и губернии, холост, беспартийный, служил строевым в 1-й роте отряда Переходящей береговой команды.

Сидоров Иван Васильевич, 22 лет, уроженец дер. Скрипово Славковской вол. Псковского уезда и губернии, холост, беспартийный, служил на Северном форте № 6.

Седов Владимир Александрович, 25 лет, уроженец Давыдковской вол. Давыдковской вол. Ярославского уезда и губернии, холост, беспартийный, служил в Переходящей береговой команде.

Тарасенко Дмитрий Пантелеймонович, 22 лет, уроженец села Гапоновка Юсковской вол. Лохвицкого уезда Полтавской губ., женат, беспартийный, служил в Машинной школе Балтфлота.

Дубов Иван Дормидонтович, 29 лет, уроженец дер. Сидориха Ухтомской вол. Вельского уезда Вологодской губ., женат, беспартийный, красноармеец 4-й артиллерийского крепостного дивизиона, Северный форт № 6.

Яронков Константин Ермолаевич, 23 лет, уроженец дер. Шаврово Огарковской вол. Грязовецкого уезда Вологодской губ., жил в Кронштадте по Шкиперской ул., д. 7, кв. 2.

Жуковский христофор Александрович, 20 лет, уроженец села Сабатиновка Даниловской вол. Балтского уезда Подольской губ., холост, беспартийный, служил в Школе гальванеров.

Заякин Иван Яковлевич, 23 лет, уроженец дер. Куричьево Никольской вол. Ярославского уезда и губернии, холост, беспартийный.

Зарецкий Борис Георгиевич, 30 лет, мещанин гор. Риги, холост, коммунист с 1919 г., трюмный машинист линейного корабля «Республика».

Зубков Алексей Михайлович, 25 лет, уроженец дер. Клин Поведской вол. Новоторжского уезда Тверской губ., холост, кандидат РКП, находился в Учебно-минном отряде.

Заикин Максим Родионович, 21 года, уроженец дер. Старое Бадиково Кирилловской вол. Спасского уезда Тамбовской губ., женат, беспартийный, радист-телеграфист Учебно-минного отряда.

Перно Иоганес Карлович, 29 лет, уроженец Юрьевского уезда Лифляндской губ., холост, член РКП, служил на корабле «Республика».

Пушкин Василий Семенович, 28 лет, уроженец села Иевлево Богородицкого уезда Тульской губ. , женат, коммунист с 1918 г., служил в Учебно-минном отряде.

Петров Иван Иванович, 27 лет, уроженец дер. Заполье Перечицкой вол. Лужского уезда С.-Петербургской губ., холост, беспартийный, рядовой Команды воздушной обороны.

Подлесный Иван Ефимович, 23 лет, уроженец Лебедянского уезда Харьковской губ., холост, беспартийный, служил в Машинной школе Балтфлота.

Тигунов Иван Григорьевич, 24 лет, уроженец села Старое Шаткино Камешкирской вол. Кузнецкого уезда Саратовской губ., женат, беспартийный, служил в Переходной береговой команде.

Панкин Алексей Ильич, 22 лет, уроженец дер. Мурино С.-Петербургского уезда и губернии, холост, беспартийный, служил в отряде Переходной береговой команды.

Петницын Павел Николаевич, 24 лет, уроженец села Золотое Камышинского уезда Саратовской губ., женат, беспартийный, служил на линейном корабле «Андрей Первозванный».

Потужный Николай Евламриевич, 19 лет, уроженец села Ступки Бахмутского уезда Екатеринославской губ. , женат, беспартийный, ученик-электрик в Учебно-минном отряде.

Прокофьев Иван Васильевич, 25 лет, уроженец дер. Бор Кушевской вол. Холмогорского уезда Архангельской губ., холост, беспартийный, служил в Морских переходящих казармах.

Попов Михаил Анисимович, 30 лет, уроженец дер. Железняковская Ягремской вол. Вытегорского уезда Олонецкой губ., женат, беспартийный, служил в Крепостном минном отряде.

Платонов Григорий Васильевич, 1897 г. р., уроженец дер. Харитонцево Вязовской вол. Великолуцкого уезда Псковской губ., женат, коммунист, служил главным минером в отдельном отряде.

Рубин Зальман Ошерович, 24 лет, уроженец Херсонского уезда и губернии, женат, беспартийный, состоял в Учебно-минном отряде.

Рыжиков Лазарь Зальманович, 30 лет, уроженец села Большая Сейдеменуха Херсонского уезда и губернии, холост, беспартийный, служил в Кронштадтской команде отряда.

Дорофеев Архип Филиппович, 29 лет, уроженец дер. Залютычи Ленинской вол. Мозырского уезда Минской губ., холост, коммунист с 1917 г., служил в Политотделе Балтфлота.

Шувалов Иван Иванович, 24 лет, села Новое Клинского уезда Московской губ., холост, беспартийный, служил в конвойном отряде Кронштадта.

Шлямин Василий Анисимович, 27 лет, уроженец дер. Ладвозеро Ягремской вол. Вытегорского уезда Олонецкой губ., холост, беспартийный, служил в 3-м дивизионе, 9-я батарея.

Шпилевой Петр Иванович, 25 лет, уроженец села Александровка-Донская Павловского уезда Воронежской губ., женат, беспартийный, служил в Переходной береговой команде.

Хаев Иван Федорович, 29 лет, уроженец дер. Подроща Ступинской вол. Ефремовского уезда Тульской губ., женат, беспартийный, служил в рабочей команде 4-го дивизиона.

Ходюков Дмитрий Андреевич, 25 лет, крестьянин Витебской губ., холост, беспартийный, служил в Крепостном машинном отряде.

Хотиванк Рудольф Яковлевич, 28 лет, уроженец Лифляндской губ. , холост, коммунист, служил на линейном корабле «Республика».

Чугреев Петр Максимович, 22 лет, уроженец Потапьевской вол. Елатомского уезда Тамбовской губ., холост, беспартийный, служил в школе машинистов и кочегаров.

Шамардин Семен Лаврентьевич, 27 лет, уроженец Херсонской губ., женат, беспартийный, служил во 2-й роте Отдельного Кронштадтского полка.

Шах Семен Сидорович, 28 лет, уроженец дер. Боровые Смолянецкой вол. Лепельского уезда Витебской губ., женат, коммунист с 1918 г.

Фадеев Александр Фадеевич, 26 лет, уроженец дер. Жигулино Воскресенской вол. Сычевского уезда Смоленской губ., холост, беспартийный.

Францев Петр Ильич, 30 лет, уроженец дер. Бабичи Гореновской вол. Рославльского уезда Смоленской губ., женат, беспартийный, служил на линейном корабле «Андрей Первозванный».

Холдин Алексей Федорович, 25 лет, уроженец Велинской вол. Бронницкого уезда Московской губ. , женат, член РКП, служил в Минной школе.

Воронин Михаил Михайлович, 20 лет, уроженец Ямбургского уезда С.-Петербургской губ., холост, беспартийный, служил в Учебно-минном отряде.

Воронин Яков Иванович, 22 лет, уроженец дер. Долгая Островской вол Княгининского уезда Нижегородской губ., холост, беспартийный, служил в Учебно-минном отряде.

Гноевой Аркадий Корнеевич, 20 лет, уроженец села Лозоватка Маловисковской вол. Елизаветградского уезда Херсонской губ., холост, беспартийный, служил в 4-м отряде 7-й роты, ученик Школы гальванеров.

Горюнов Григорий Ефимович, 33 лет, уроженец дер. Прость Суетовской вол. Духовщинского уезда Смоленской губ., женат, беспартийный, служил на линейном корабле «Андрей Первозванный».

Гаухман Арон Абрамович, 26 лет, мещанин гор. Лепель Витебской губ., холост, беспартийный, служил в Учебно-минном отряде.

Гертик Карл Карлович, 20 лет, уроженец села Надлак Елизаветградского уезда Херсонской губ. , холост, беспартийный, состоял в Учебно-минном отряде.

Гусаров Петр Харитонович, 25 лет, уроженец Копорской вол. Петергофского уезда С.-Петербургской губ., женат, кандидат РКП, служил в 3-м артиллерийском дивизионе, Северный форт № 4.

Гусев Иван Яковлевич, 23 лет, уроженец дер. Ульяново Новопокровской вол. Гжатского уезда Смоленской губ., холост, коммунист, служил на форте № 6.

Герасимов Иван Федорович, 30 лет, уроженец дер. Пирогово Раменской вол. Любимского уезда Ярославской губ., холост, беспартийный, столяр, Крепостной минный отряд.

Войтюк Антон Мифодьевич, 24 лет, уроженец села Глодосы Елизаветградского уезда Херсонской губ., холост, беспартийный, курсант.

Деменчук Петр Васильевич, 1899 г. р., украинец, подданства австрийского, холост, беспартийный, курсант.

Хохалев Гавриил Семенович.

 

Читать «Кронштадт 1921.

Документы» — Наумов В. П., Косаковский А. А. — Страница 1

Кронштадт 1921

Документы о событиях в Кронштадте весной 1921 г

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ФОНД «ДЕМОКРАТИЯ»

РОССИЯ. XX ВЕК ДОКУМЕНТЫ

ПОД ОБЩЕЙ РЕДАКЦИЕЙ АКАДЕМИКА А.Н.ЯКОВЛЕВА

РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ: А. Н. Яковлев (председатель), Е. Т. Гайдар, А. А. Дмитриев, В. П. Козлов, С. В. Мироненко, В. П. Наумов, Р. Г. Пихоя (заместитель председателя), Е. М. Примаков, Г. Н. Севостьянов, С. А. Филатов

СОСТАВИТЕЛИ: В.П. Наумов, А.А. Косаковский

В подготовке сборника принимали участие:

Российский центр хранения и изучения документов новейшей истории,

Центральный архив Федеральной службы безопасности РФ,

Архив Президента Российской Федерации,

Российский государственный военный архив,

Архив внешней политики МИД России,

Российский государственный архив кинофотодокументов,

Центральный государственный архив историко-политических документов Санкт-Петербурга

Библиотека-архив Колумбийского университета США.

К 83, Кронштадт 1921. Документы о событиях в Кронштадте весной 1921 г.

Составление, введение и примечания В. П. Наумова, А. А. Косаковского.

Публикуемые документы раскрывают одну из малоизвестных страниц отечественной истории — трагические события в Кронштадте весной 1921 г. Многие десятилетия эти документы были недоступны исследователям, ибо они вступали в противоречие с утвердившейся в советской историографии официальной трактовкой причин и характера выступления матросов, солдат и рабочих Кронштадта и тех методов, которыми оно было подавлено.

ББК 63.3(0)61

!5ВЫ 5-89511-002-9

© В. П. Наумов, А. А. Косаковский © Фонд «ДЕМОКРАТИЯ», 1997

К ЧИТАТЕЛЮ

Международный фонд «Демократия» открывает серию тематических документальных публикаций сборником «Кронштадт 1921».

Переход от насильственной формы власти к свободе, от диктатуры к Закону дается России очень трудно. Генетическая привычка к произволу как естественному состоянию жизни, неискоренимая надежда на царя-батюшку, генерального секретаря или президента как спасителей и благодетелей до сих пор висит неподъемной гирей на ногах народа России, являясь источником лености, душителем личной инициативы и питательной почвой для рабской психологии. Мы, россияне, пленники, рабы и жертвы Судьбы, а не хозяева ее.

Большинство людей в нашей стране еще далеко не полностью осознали все величие начавшейся в 1985 году Реформации России, ее значение для человека, общества и государства. Криков об «ужасах» нынешнего дня хоть отбавляй. А вот многовековой трагедии России как бы и не было.

Все последние десятилетия власть скрывала документы, ибо пуще всего страшилась информации.

Проблемно-тематическая публикация сборников документов, предпринимаемая Фондом, не только создает источниковую базу для актуальных в научном отношении исследований, но и имеет непреходящую общественно-политическую значимость. Благодаря введению в научный обиход ранее не известных источников закладывается основа для формирования нового взгляда на советский период нашей истории, на репрессивную политику «вождей» по отношению к собственному народу. Общество получает возможность спросить — и ответить на важнейшие вопросы жизни. Почему так бесчеловечно были растоптаны идеи социальной справедливости и свободы? Почему на протяжении десятилетий оказалась приемлемой кровавая гражданская война? Почему столь бурно приветствовались массовые расстрелы, уничтожение крестьянства, интеллигенции, церквей, других духовных ценностей, экологическое варварство? Что привело к беспамятству и потере нравственных устоев человека и общества? Вопросов бесчисленное множество, и самый печальный из них: почему российское общество не сумело найти альтернативу насилию?

Большинство представленных в сборниках документов впервые вводятся в научный оборот, другие — впервые публикуются в полном объеме.

Документы издаются в соответствии с современными археографическими требованиями.

Выражаю глубокую благодарность всем архивистам, оказавшим помощь в сборе документов и установлении биографических сведений о людях, упомянутых в сборнике.

Академик Александр Н. ЯКОВЛЕВ

УКАЗ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

О событиях в г. Кронштадте весной 1921 года

В целях восстановления исторической справедливости, законных прав граждан России, репрессированных в связи с обвинениями в вооруженном мятеже в г. Кронштадте весной 1921 года, и в соответствии с выводами Комиссии при Президенте Российской Федерации по реабилитации жертв политических репрессий постановляю:

1. Отменить пункт 1 постановления Совета Труда и Обороны от 2 марта 1921 г. (без номера), объявлявшего участников кронштадтских событий весной 1921 года вне закона.

2. Признать незаконными, противоречащими основным гражданским правам человека репрессии, проводившиеся в отношении матросов, солдат и рабочих Кронштадта на основании обвинений в вооруженном мятеже.

3. Установить в г. Кронштадте памятник жертвам кронштадтских событий весной 1921 года.

Президент Российской Федерации Б. Ельцин

Москва, Кремль 10 января 1994 года № 65

ВВЕДЕНИЕ

Многие десятилетия кронштадтские события 1921 года трактовались как мятеж, подготовленный белогвардейцами, эсерами, меньшевиками и анархистами, которые опирались на активную поддержку неких иноземных сил. Утверждалось, что действия кронштадтцев были направлены на свержение советской власти вооруженным путем, что главным политическим лозунгом восстания было требование «Советы без коммунистов». Что касается руководителей партии и государства, то они якобы делали все, чтобы избежать кровопролития, и лишь после того как миролюбивые обращения к матросам и солдатам крепости остались без ответа, было решено применить насилие. Крепость была взята штурмом. При этом победители отнеслись к побежденным в высшей степени гуманно. К расстрелу были приговорены лишь наиболее активные участники мятежа, преимущественно бывшие офицеры. В дальнейшем репрессии в отношении участников мятежа не проводились.

Такова суть официальной версии, она жестко проводилась в жизнь, тиражировалась во всех учебниках, книгах, лекциях и т. д. Документы, касающиеся кронштадтских событий, были засекречены.

Изучение архивов показало безусловную лживость официальной версии, послужившей, кстати, своего рода клише для трактовки подобных событий в будущем.

Что же случилось на самом деле?

Прежде всего события в Кронштадте тесно связаны с обстановкой в России в целом. В начале 1921 года она резко обострилась. Значительная часть крестьянства и рабочих, оставаясь на позициях поддержки советской власти, не только все более открыто выражала протест против монополии большевиков на политическую власть, но и предпринимала попытки ее ликвидации силой оружия. Возмущение вызывал произвол власти, который чинился под лозунгом утверждения диктатуры пролетариата, а по сути дела диктатуры партии.

В конце 1920 — начале 1921 года вооруженные восстания крестьян охватили Западную Сибирь, Тамбовскую, Воронежскую губернии, Среднее Поволжье, Дон, Кубань, Украину, Среднюю Азию. К весне 1921 года восстания полыхали по всей стране. Все более взрывоопасной становилась ситуация в городах. Не хватало продовольствия, многие заводы и фабрики закрывались из-за нехватки топлива и сырья, рабочие оказывались на улице.

Особенно тяжелое положение в начале 1921 года сложилось в крупных промышленных центрах, прежде всего в Москве и Петрограде. Были сокращены нормы выдачи хлеба, отменены некоторые продовольственные пайки, возникла угроза голода. В то же время не прекращали своей деятельности заградительные отряды, отбиравшие продовольствие, ввозившееся в город частными лицами. Обострился топливный кризис. 11 февраля 1921 года было объявлено о закрытии до 1 марта 93 петроградских предприятий. Среди них такие гиганты, как Путиловский[1], Сестрорецкий[2], «Треугольник»[3] и другие. Выброшенными на улицу оказались около 27 тысяч человек. Все это накаляло социальную атмосферу.

Кронштадтская трагедия

Политика демократизации и гласности конца 1980-х годов вскрыла отдельные неоднозначные явления из прошлого советской действительности, находившиеся за «занавесом» истории.

Так, стало известно и о преданных анафеме участниках драматических событий февраля–марта 1921 года в городе-крепости Кронштадте, заложенном на острове Котлин Петром Первым и ставшем главной военно-морской базой Балтфлота.

В отношении к трагической истории о жёстком подав­лении Кронштадтского мятежа и сегодня, спустя 100 лет, нет единого мнения. Одни считают мятежников жертвами большевистского режима, чьи действия приблизили конец политики военного коммунизма. Противники версии не сомневаются в бессмысленности той антисоветской авантюры.

Матросы Балтфлота были оплотом большевиков ещё до Октября. Важным событием стало создание в апреле 1917 года Центробалта – высшей инстанции флотских комитетов, руководившей всей политической жизнью флота. Его возглавил ставший популярным в период Февраля матрос Павел Дыбенко. Особо он прославился в октябре 1917-го, когда с переданного в распоряжение ревкома крейсера «Аврора» в ночь на 25 октября прозвучал выстрел, ставший сигналом к штурму Зимнего дворца. Вскоре Дыбенко назначают наркомом по морским делам.

Матросская братва к 1918 году становится неуправляемой силой, безнаказанно терроризировавшей население красного Петрограда.

Разгулу диктатуры этой массы способствовало отсутствие официального органа правопорядка: полномочия милиции и уголовного розыска, созданных лишь в октябре 1918 года, приватизировали люди в морской форме. Становилось ясно, что вечно беспокойный мятежный дух матросов (красы и гордости революции, по определению Льва Троцкого)  нуждался в крепкой руке. В атмо­сфере перемен не все разглядели в их жестокосердии особую опасность. Люди с красными бантами на бушлатах производили самочинные действия, аресты, самосуд. Писатель Иван Бунин описывает их в «Окаянных днях» как беспощадных зверей: «того и гляди – застрелят», «осатанели от пьянства, кокаина и своеволия. Убивают кого попало, врываясь без приказа». Маяковский показал их как главных вершителей революции: «Прикладами гонят седых адмиралов вниз головой с моста». Обогатив отечественную литературу, «братишки» очищают пространство от выпестованного десятилетиями офицерства, военных специалистов, интеллигенции. А Дыбенко по заданию Ленина с 10-тысячной толпой матросов разгоняет демонстрацию с лозунгами за передачу власти Учредительному собранию. Затем разгоняет и Учредительное собрание.

Партия в полной мере использовала умение матросов – свое­нравных, презирающих даже смерть, – разряжать маузеры в кого попало. И без колебаний пожертвовала многими из них в Гражданскую

войну. Но постепенно разочаровалась в любимчиках. И это было взаимно. А когда Кронштадт продемонстрировал резкий поворот напитавшихся соками Октября альбатросов революции к левому вектору, большевики сразу восприняли это как проявление контрреволюционного саботажа.

Первым определил кронштадтские события как мятеж  Троцкий. Потом, в изгнании, он ссылался на исключительный меркантилизм восставших, живущих якобы на всём готовом, и своё неучастие в подавлении мятежа. То и другое было ложью. В начале 1921 года крайне наэлектризованную обстановку голодающего Балтфлота осложнила эпидемия цинги. Командующий же Балтфлотом Раскольников был занят фракционной деятельностью на стороне Троцкого, проживая с женой Ларисой Рейснер в роскошном особняке и шикуя на глазах у всего города. Через месяц после смещения Раскольникова произошло имеющее ужасные последствия восстание. Раздражённые затянувшимся соперничеством Троцкого и Зиновьева за первенство в руководстве флотом пять тысяч моряков решили порвать с РКП(б). Росли случаи дезертирства. Узнали матросы и об арестах на стачках трудового класса, и о росте безработицы из-за закрытия почти ста предприятий в стране, в том числе Путиловского завода. 1 марта в центре Кронштадта, на Якорной площади, состоялся митинг с одоб­рением требований петроградцев, поддержанный командами двух линкоров, под лозунгом «Власть Советам, а не партиям!». Обращение к Ленину содержало требования свободы слова, собраний и союзов торговли, проведения тайных выборов в Советы с удалением из них партийцев, обеспечения права пользования крестьянами своей землёй, упразднения комиссарского звена, освобождения из застенков рабочих.  

Митинг в Кронштадте

Прибывший на митинг по льду Финского залива председатель ВЦИК Михаил Калинин пытался вразумить собравшихся, но слова парламентёра заглушались требованиями хлеба. Зачитанную перед всеми резолюцию со словами «Прошу передать правительству» Калинину вручил старший судовой писарь Степан Петриченко, на следующий день избранный председателем временного революционного комитета, к которому перешла вся власть в городе.

Мятежники пытались добиться открытого диалога с властями. В ответ на требование сдать крепость немедленно ревком твёрдо отверг ультиматум.

Благодаря усилиям комиссаров рабочий класс от братания перешёл к обличению матросов. В резолюциях собраний рабочих указывалось необходимым «заклеймить позором всех прососавшихся в заводы и фабрики под указку антисоветских шпионов». Особо старался председатель Ленгубисполкома Зиновьев, поднаторевший в проведении красного террора против священников, полицейских. … Он лгал о контрреволюционной сущности мятежников, утверждая, что во главе бунта стоит в золотых эполетах белогвардейский генерал Козловский, а в крепости хозяйничают белогвардейцы и британские агенты, завалившие золотом ревком и матросов. Военспец РККА престарелый начальник артиллерии Александр Козловский действительно был генерал-майором царской армии. Газеты стали называть его козырем в руках Антанты. В городе арестовали и отправили в тюрьму 27 родственников и знакомых бывшего генерала. Ленин, узнав о начале мятежа, подписал постановление, согласно которому Козловский и его сподвижники были объявлены вне закона. Петроград переводился на осадное положение, ревтройки призывали коммунистов и комсомольцев создавать вооружённые отряды. По Кронштадту прокатилась волна рабочих забастовок.

Срочный штурм крепости стал необходимостью и из-за угрозы вскрытия Финского залива ото льда, что осложнило бы операцию. Главный удар по мятежникам поручили нанести сводной дивизии под командованием Дыбенко, выбор которого на роль карателя матросов и жителей Кронштадта был демонически расчётливым. Ведь некогда он был кем-то вроде родного отца для морской братии – сам не знающий никаких правил бунтарь. Дыбенко использовал в военном противостоянии тактику с применением заградотрядов, получивших приказ стрелять и по отступавшим, и по частям, отказавшимся от штурма.

В первый день, 8 марта, мятежникам удалось отбить войска, обстреливавшие форты курсовыми батареями. Это ослабило дух вернувшихся назад красноармейцев: два полка были разоружены из-за отказа принять участие в сражении. Десятки красноармейцев провалились под лёд. Временный ревком крепости, сам не расстрелявший никого из арестованных им коммунистов, предъявил «фельдмаршалу» Троцкому обвинение в кровопролитии.

В эти же мартовские дни в Северной столице работал Х съезд партии, одобривший доклад Ленина «О замене развёрстки натуральным налогом» и переход к НЭПу. Начало форума не раз переносилось с целью приурочить открытие к объявлению о победе над восставшими. Съезд принял историческое решение о единстве партии и недопустимости любых фракций (что, кстати, оставалось непоколебимым принципом в компартии вплоть до 1990 года). А 11 марта направил 300 делегатов на подавление мятежа. Окончательно сопротивление восставших было сломлено лишь к утру 18 марта красноармейцами образованной Троцким ещё 5 марта 7-й армии под командованием Тухачевского, проявившими жестокую непримиримость и к гражданскому населению города, признанного винов­ным наравне с гарнизоном.

Съезд, принявший решение «О возрождении и укреплении Красного военного флота», дал понять матросам: прежней вольнице больше не бывать.

Сразу после подавления мятежа бунтарей в бушлатах была расформирована вся старая флотская гвардия. Шефство над Рабоче-крестьянским красным флотом передано комсомолу, направившему туда 10 тысяч своих активистов, не знакомых со старыми традициями.

25 марта по Невскому проспекту растянулась траурная процессия: большевики хоронили жертв подавления восстания. Безвозвратные потери армии в этом противостоянии составили 527 человек убитыми, ранеными – 3285. У мятежников насчитывалось около 5 тысяч убитыми, более 4,5 тысяч были взяты в плен, из них более половины раненых.

8 тысяч смогли перебраться по льду в Финляндию. Ревтрибуналы по делам кронштадтцев выносили одинаковые приговоры почти всем провинившимся. Всего были расстреляны 2103 человека. 10 тысяч выселены из Кронштадта как неблагонадёжные.

Революции, как известно, не бывают бескровными. Как тут не вспомнить слова великого трибуна и деятеля Французской революции Дантона, произнесённые им перед казнью, о том, что всякая революция пожирает своих детей…

Дождался своей очереди на красную плаху и главный ликвидатор восстания моряков Балтфлота – бывший пламенный революционный матрос Павел Дыбенко. Именно в 1921 году на его груди засияли два ордена Красного Знамени. Один – за потопление в крови матросов-«братишек» в его родном Кронштадте. По обвинению в шпионаже и в связях с Тухачевским, которого накануне он сам отправил на расстрел, в июле 1938 года Дыбенко был расстрелян.

Бесславно завершил свои дни и любимец Троцкого Фёдор Раскольников. Участник Октября и авантюрист по натуре, в ноябре 1917-го он был направлен в Москву, где вместе с моряками развернул настоящий террор с расстрелами на месте. Поставленный во главе большого отряда для противодействия англичанам, попал в плен. От расстрела Раскольникова спас Троцкий, ставший его кумиром навсегда. Когда в 1939 году Раскольников работал за границей, он был заочно лишён советского гражданства и объявлен врагом народа. Предпочёл участь невозвращенца. В 1939 году умер в Ницце, по другим сведениям – был ликвидирован агентом Эфроном, мужем Марины Цветаевой.

Оказавшиеся в эмиграции в Финляндии участники Кронштадтского мятежа старались держаться вместе. Особым авторитетом у них по-прежнему пользовался бывший глава временного ревкома Петриченко. Завербованного ГПУ, в 1944 году его обвинили в участии в контр­террористической организации. Следствие не оставляло попыток доказать, что подготовка восстания была делом рук Антанты. Петриченко умер в 1947 году во время этапа в печально известный Владимирский централ. Бывшему генералу Российской империи и советскому военспецу флота Козловскому повезло больше: он умер своей смертью в Хельсинки.

10 января 1994 года Указом Президента Российской Федерации Бориса Ельцина «в целях восстановления исторической справедливости» жертвы произошедших в Кронштадте в начале весны 1921 года событий были реабилитированы.

Сегодня не забыты и те, кто принимал участие в ликвидации восстания, а затем достойно продолжил свой жизненный путь.

Например, Иван Бодунов, начинавший после революции службу в милиции агентом петроградского угрозыска. В дальнейшем Иван Васильевич возглавлял ведущие подразделения ведомства, в том числе угрозыск, был заместителем начальника ГУМ НКВД и МВД СССР. Юрий Герман сделал его героем своей повести «Наш друг Иван Бодунов», по мотивам которой режиссёр Алексей Герман снял культовый фильм «Мой друг Иван Лапшин». В книге «Мы из розыска» приводятся воспоминания Бодунова о том, как на приступ крепости вместе с войсками шли милицейские части. Другой известный сотрудник милиции, принимавший участие в подавлении Кронштадтского мятежа, – Пётр Громов дослужился до комиссара милиции 3-го ранга (соответствует званию генерал-майора милиции), стал кавалером пяти советских орденов (первый из которых – за Кронштадт).

Документы, фотографии, личные вещи и другие материалы об этих сотрудниках представлены в разных музеях истории органов внутренних дел нашей страны. А сведения о перипетиях их жизни – часть поучительной драмы о событиях в Кронштадте столетней давности.

Иван Бодунов

Вернуться в раздел

Фотографии Кронштадтского восстания 1921 года покажут в Петербурге — Северо-Запад |

Санкт-Петербург. 26 февраля. ИНТЕРФАКС СЕВЕРО-ЗАПАД — В Музее политической истории России в Петербурге в пятницу открывается выставка, посвященная Кронштадтскому восстанию 1921 года.

Как сообщает пресс-служба музея, посетителям покажут фотографии, которые запечатлели это событие времен Гражданской войны.

Снимки были сделаны по заказу руководства Петроградского Совета сотрудниками фотоателье братьев Булла. На них запечатлены вооруженные отряды, принимавшие участие в подавлении восстания, руководители правительственных сил (военный комиссар Южной группы войск Ворошилов, начальник Сводной стрелковой дивизии Дыбенко), последствия боевых действий в Кронштадте и Ораниенбауме.

«Часть снимков носит постановочный характер и сделана после окончания вооруженного столкновения. Благодаря мастерству их авторов, фотографии передают атмосферу и яркие детали тех трагических событий», — говорится в сообщении.

Экспонаты музея, связанные с кронштадтскими событиями, будут также представлены на выставке «Кронштадтское восстание. Март 1921 года» в рамках выставочного проекта «Кронштадтский лед».

В условиях Гражданской войны и экономической разрухи среди матросов Балтийского флота и гарнизона крепости на острове Котлин развернулось движение, направленное против политики правящей партии большевиков. Основными требованиями кронштадтцев стали свободные выборы в Советы для левых социалистических партий и отмена чрезвычайной продовольственной политики, прежде всего продразверстки.

Большевистское руководство объявило движение контрреволюционным белогвардейским мятежом и потребовало немедленной и безоговорочной капитуляции. На подавление Кронштадта были направлены войска. В результате боевых действий и последовавших репрессий погибли несколько тысяч человек, еще около 8 тысяч восставших ушли по льду Финского залива в Финляндию.

В основу выставки легла коллекция фотографий, поступившая в Музей Революции в 1926 году.

«Кронштадтское восстание 1921 года». Глеб Елисеев

Поделиться

Гость программы: кандидат исторических наук, член редакционной коллегии научного ежегодника «Историческое обозрение» Глеб Елисеев.

Разговор шел о причинах, последствиях и значении Кронштадтского восстания 1921 года.

Ведущий: Дмитрий Володихин.


Д.  Володихин

— Здравствуйте, дорогие радиослушатели. Это светлое радио — радио «Вера». В эфире передача «Исторический час». С вами в студии я — Дмитрий Володихин. И мы сегодня поговорим о, знаете, язык не поворачивается сказать, юбилее, о дате печальной и трагической. В этом году исполняется сто лет со дня подавления Кронштадтского восстания 1921 года. В советское время, конечно, рисовали эти события почти исключительно чёрной краской: Кронштадтский мятеж, заговор против юной революционной власти, Антанта нажимает через бунтовщиков и так далее. Но сейчас пошли иные работы, и стоит в этом разобраться, потому что событие огромной важности, и в какой-то степени ещё и наполненное смыслом поучительным, духовным. Здесь не только историческая трагедия, не только огромное количество жертв, но ещё и своего рода духовное ударение, сделанное на событии, которое показало, что революционная идея в России в конечном итоге заканчивается тяжёлым тупиком, и стены этого тупика окрашены кровью. Для того, чтобы поговорить об этом с пониманием дела, мы пригласили сегодня замечательного историка, кандидата исторических наук, члена редколлегии научного ежегодника «Историческое обозрение» Глеба Анатольевича Елисеева. Здравствуйте.

Г. Елисеев

— Здравствуйте.

Д. Володихин

— Мне хотелось бы прежде всего у вас спросить, Глеб Анатольевич: вот собственно Кронштадтское восстание — это март 1921 года, — насколько я понимаю, не было единичным событием подобного рода в Советской России. Основные события Гражданской войны закончились, во всяком случае закончились в Европейской части Советской России, и после уже фактически окончаний этих основных событий вдруг что — одинокая вспышка в Кронштадте, или происходят некие волны событий, напоминающих Кронштадт? И это, скажем, в какой-то степени вторая фаза Гражданской войны?

Г. Елисеев

— Скорее всего, Кронштадт являлся просто пиковым событием, о котором достаточно хорошо известно, в силу его близости ко второму по значению городу Советской России — к Петрограду, бывшей столице Российской империи. Наряду с множеством других событий, которые завершали Гражданскую войну, происходя на её излёте. Это события, связанные уже не с действиям организованных армий Белого сопротивления, сколько с действиями масс, именно народных масс, которые были достаточно плохо скоординированы, были достаточно стихийными, но при этом с конца 1920 года и в начале 1921 года потрясали Россию.

Д. Володихин

— Давайте сделаем здесь такое отчёркивание. Ноябрь 1920 года — из Крыма эвакуируются войска русской армии Врангеля; войска Колчака давным-давно ушли на Дальний Восток и там происходят события, которые мало затрагивают то, какие процессы идут в коренной России; Юденича уже нет, Миллера на севере уже нет. То есть вроде бы к декабрю 1920 года европейская часть России полностью от Белого движения очищена. И тут вдруг новая волна. Вот вы говорите, что было множество событий, и Кронштадт — это пик. А что ещё, собственно, происходило? Не белое, но что?

Г. Елисеев

— Не белое, но так называемое «зелёное». Вряд ли можно этот термин использовать. Он иногда используется, он частично устоялся в историографии. «Зелёными» чаще в основном именовали дезертиров и бандитов. Но здесь мы имеем дело с достаточно организованным крестьянским сопротивлением, которое в значительной степени плохо понимало, каким идеям они следуют. Часто оно вынуждено было говорить чуть ли не на языке передовиц большевистских газет, только с одним ограничением: мы говорим за то же самое, за всё хорошее, за те же самые советы, за социализм, но не как у большевиков.

Д. Володихин

— То есть «давайте уберём правящую элиту и переустроим всё на началах того же социализма, общинности».

Г. Елисеев

— Да, идея социализма, идея анархизма даже — это те идеи, которыми пытались вдохновлять, идеологизировать огромное движение крестьянских масс, которые просто в принципе были недовольны той политикой, которую проводили большевики. У нас сохраняется достаточно мощное движение на Украине — это Махновщина, которая очень плохо контролируется Нестером Ивановичем Махно в реальности.

Д. Володихин

— А когда, кстати, она завершится?

Г. Елисеев

— Она завершится тоже в 1921 году.

Д. Володихин

— Но позже Кронштадтского восстания?

Г. Елисеев

— Да, позже, конечно. У нас все крестьянские восстания завершаются гораздо позже, потому что они охватывали гораздо большую территорию. Кронштадт сумели задавить. Кронштадт был пиком, концентрированным движением. Его сумели задавить вооружённым путём. Да, эти восстания тоже задавили вооружённым путём, но они охватывали гораздо большую территорию. И здесь действия приходилось проводить гораздо тяжелее, они длились гораздо дольше, в силу просто величины фронтов, направленных против восставшего крестьянства. У нас продолжается Тамбовское восстание…

Д. Володихин

— Это то, что иногда называют «Антоновщиной».

Г. Елисеев

— Да. Но это не совсем верно. Опять-таки, как Махно не полностью контролировал всю территорию, охваченную восстанием, так и Антонов был только одним из руководителей, начальником штаба одной из повстанческих дивизий. Тамбовщина была гораздо больше и гораздо шире, она даже не охватывала территории Тамбова, она была гораздо большим количеством губерний. И параллельно с Кронштадтским выступлением у нас происходит часто забываемое, но очень мощное Западно-Сибирское крестьянское восстание. А оно было даже самым угрожающим и, пожалуй, по масштабам, оно было гораздо больше нам известных и более запоминающихся, в силу «раскрученности» формальной своей Антоновщины или махновского движения. Западно-Сибирское восстание, которое началось в феврале 1921 года, — повстанческие группы там тоже были недостаточно хорошо скоординированы, не достаточно действовали по военной науке. Во главе там стояли какие-то фельдфебели, какие-то бывшие рядовые запасных полков. Но они неожиданно очень успешно действовали. Это люди, которые брали реально города, причём продолжали это делать в период Кронштадтского восстания. Они берут в феврале Петропавловск — это нынешний Петропавловск в Казахстане, они берут в феврале штурмом Тобольск, они 10 марта, когда у нас уже идёт Кронштадтское восстание, захватывают Сургут. Там идёт по сути дела реальная мощная вспышка Гражданской войны, если не считать событий, которые у нас будут происходить на Дальнем Востоке в конце 21-го, начале 1922 года.

Д. Володихин

— Ну и с заходом в 1923 год — так называемый «Аянский десант». То есть Гражданская война в горячей форме, если взять всю территорию России, закончится только в 1923 году, а если взять Зарубежье, то можно спокойно ешё лет семь добавить.

Г. Елисеев

— Если взять ещё и Среднюю Азию, то там подобные события происходили буквально до 1930 года. Это называли «бандитизмом», но это было реальное повстанческое движение.

Д. Володихин

— И насколько я помню, неспокоен был ещё Северный Кавказ. Там велись боевые действия, и в 1921 году в том числе.

Г. Елисеев

— На Северном Кавказе боевые действия велись достаточно долго. Боевые действия потом там вспыхивают в период коллективизации. Плюс к тому у нас так или иначе в этот период ведутся боевые действия против независимых государств Закавказья.

Д. Володихин

— То есть, иными словами, мы видим совершенно необычное для человека, который учился по старым учебникам, явление. Формально Гражданская война завершилась. И сейчас же вновь её механизм получил новый завод: часики затикали, стрелки начали двигаться по циферблату. Опять кровь, опять новые фронта, опять вооружённые столкновения, опять сражения. Это явление очень масштабное. То есть фактически это явление очень масштабное, то есть фактически это второй виток Гражданской войны, который не имеет никакого отношения к Белому движению, который, по сути своей, явление крестьянское.

Г. Елисеев

— Да, явление крестьянское. Явление, которое, ещё раз подчеркну, не имело своего языка, и было вынуждено заимствовать язык официоза, но с соответствующей поправкой на собственные представления о некоем идеальном обществе, о некоем идеальном крестьянском мире, который возможен в том числе и в рамках тех вариантов государственного устройства, которые предлагала советская власть. Но только прогнать коммунистов, прогнать большевиков, сделать новый некий идеальный мир без господ, с крестьянами, как-то самоорганизоваться в рамках уже существующих и вроде бы уже частично привычных структур.

Д. Володихин

— Ну что ж, мы поговорим о тех идеалах и мечтаниях, которые волновали умы крестьянства в 1921 году, подробнее, чуть погодя. А сейчас в эфире прозвучит музыка из фильма, посвящённого Гражданской войне, «Бег» — композитор Николай Каретников.

(Звучит музыка.)

Д. Володихин

— Дорогие радиослушатели, эта мелодия, которая только что прозвучала, может трактоваться двояко. С одной стороны, режиссёры фильма могли иметь в виду, что после установления мира, после Гражданской войны, в России установилась прекрасная зимняя сказка. И под эту музыку главные герои едут по России на санях — вокруг такая красота, благорастворение воздусей, мир, покой и свет. И они также могли иметь в виду, что после Гражданской войны Россию охватила зимняя спячка, то есть всё настолько было придавлено, до такой степени находилось под пятою существующей политической элиты, что, в общем, было лучше спать и видеть сны. Но так или иначе тот разговор, который мы ведём с Глеб Анатольевичем, показывает, что не сны там были, а опять полыхнул огонь. Этот покой — иллюзия, совершеннейшая иллюзия. Гражданская война, как я уже говорил, закончилась и вновь началась. Напоминаю вам, дорогие радиослушатели, что это светлое радио — радио «Вера». В эфире передача «Исторический час». С вами в студии я — Дмитрий Володихин. И мы ведём беседу о Кронштадтском восстании 1921 года с Глебом Анатольевичем Елисеевым, кандидатом исторических наук. Глеб Анатольевич, соответственно вопрос: а что так волновало крестьян, чем они были недовольны? Вроде бы значительная их часть воевала вместе с Красной армией на фронтах Гражданской войны, и в 1917 году, в общем-то, значительная часть крестьянства поддержала сами революционные перевороты в столицах. И тут вдруг такое активное противостояние власти: нет, всё, что угодно, только не та сама власть, за которую мы вроде бы недавно воевали. Причина-то в чём?

Г. Елисеев

— От этой власти все нахлебались социальных экспериментов. Политика военного коммунизма, которая была военной только в относительном плане, эта политика введения социалистических, коммунистических отношений принудительном образом, попытка прыгнуть в новое общество, на селе привела крестьян в конце концов в ужас. Полное уничтожение товарно-денежных отношений, полная невозможность крестьян продавать, жить своим трудом, плюс к тому постоянная угроза полной конфискации результатов этих трудов. Политика продовольственной развёрстки, если к ней присматриваться совсем уж простым образом, сводилась к тому, что в любой момент может приехать комиссарский отряд, могут приехать представители Частей особого назначения и выгрести у тебя всё, что есть у тебя на дворе, «на базе», как говорили в Донецкой области, и оставить тебя нищим — как хочешь, так и выживай в этой ситуации. К 1921 году ведь коммунистов ненавидело не только крестьянство, их ненавидела вся страна, в том числе и даже формальная опора коммунистического режима — городской пролетариат. Специфика ситуации, которая возникла накануне Кронштадтского мятежа заключается в том, что первым восстал вовсе не Кронштадт. Первым почти восстал Петроград — рабочие петроградских заводов. 23 февраля начинаются демонстрации, связанные с тем, то народ голодает, что заводы стоят, что не работает сколько-нибудь экономика, потому что торговля запрещена, а на ряду с ней существует и господствует идея трудовой мобилизации всех масс, создание народной армии.

Д. Володихин

— Значит, голод, плюс непосильный труд.

Г. Елисеев

— Голод, непосильный труд, труд задарма. Трудовые армии — это действительно реальные армии, только без винтовок. Такого рода проект: мы вас мобилизовали, вы работаете за паёк, как солдат служит за паёк, и вы выполняете определённые действия в рамках строительства этого идеального утопического коммунистического общества.

Д. Володихин

— Хорошо, Глеб Анатольевич, крестьянство, пролетариат имеют основание быть недовольными, даже обиженными — они не видят справедливости: за что мы воевали? — условно говоря. Ну, а краса и гордость революции — Балтийский флот? Там же вроде, на этом флоте, огромное количество моряков, которые в 1917-18 годах активно, самым активным образом поддерживали вооружённое выступление большевиков, их боевые операции, не раз бывали в бою и устанавливали в Петрограде в значительной степени своими руками ту новую власть, которая получила все бразды правления в октябре 17-го. Ну а эти-то что? Им что — не выдавали паёк или у них проводили какую-то продразвёрстку? Вы объясните: какая у них связь с восставшими крестьянами и находящимися на грани массовых выступлений рабочими?

Г. Елисеев

— Эта довольно подлая версия о том, что кронштадтские моряки восстали за повышенный паёк, в историографии существует. И её возникновению мы обязаны Льву Давыдовичу Троцкому, который таким образом пытался оправдать свои преступления в период подавления Кронштадтского восстания. Не секрет, что именно наркомвоенмор руководил координацией деятельности, связанной со всеми теми зверствами, которые существовали в период непосредственного подавления Кронштадтского выступления.

Д. Володихин

— И после него.

Г. Елисеев

— И после него. Эта версия не имеет под собой никакого обоснования. В своё время, когда был так называемый «Процесс Дьюи», на котором Троцкий выступал в качестве свидетеля, его достаточно здорово опровергли все свидетели, которые непосредственно были связаны с Кронштадтским мятежом, знали и даже участвовали в нём, — что никто из краснофлотцев не пытался выступать за повышенный паёк. Действительно, Кронштадтский мятеж был политическим выступлением, во многом связанным с теми процессами, с той ситуацией, которая возникла в Петрограде в этот момент. Представители кронштадтских морских групп, представители морских команд направляли своих посланников в Петроград накануне их выступлений. 24 февраля специальная группа отправляется в Петроград для связи с рабочими. Они видят, что происходит, они считают, что они должны из идейных соображений поддержать эти выступления. Среди моряков, если мы касаемся их политических убеждений, реально никогда не было много большевиков. Там было достаточно много представителей эсеровских партий, достаточно много представителей меньшевистских групп, очень много было анархистов. Плюс к тому Балтийский флот не настолько уж активно воевал. Это, скорее, миф о «красе и гордости революции». Когда «краса и гордость революции» реально сталкивалась с достаточно сильным противником, как это, например, происходило в феврале 1918 года, когда сводный отряд под командованием Дыбенко столкнулся с немецкими частями, всё заканчивалось очень печально: моряки не просто бежали, а бежали практически до Самары, их там с трудом отыскали и вернули к месту службы. Не очень-то их активно задействовали. А когда задействовали, то результаты были не блестящие. Действия Балтийского флота в 1919 году во время наступления Юденича, связанные с очень вялыми операциями английской эскадры, которые в этот момент происходят, показывали его полную в этой ситуации хаотизацию, полную потерю профессионализма, скажем так.

Д. Володихин

— Даже не весь Балтийский флот, а один только так называемый «действующий отряд», небольшая часть Балтийского флота, иногда посылал боевые единицы в море. Боевые единицы могли хоть немного сражаться, если во главе их стояли не какие-то выбранные матросские, а те же самые бывшие офицеры Российского императорского флота, подключившиеся к новой власти. И кроме того, значительная часть кораблей просто стояла у причалов, моряки отказывались выходить, в силу того, что, в общем, новая власть, а следовательно: зачем же жизнями-то своими рисковать? Надо, пока корабль твой дом, просто жить на нём, и всё. И значительная часть кораблей не то что безнадёжно требовали ремонта, не то что были лишены всех запасов — они не выходили в море потому, что команды не хотели выходить в море. Не так ли?

Г. Елисеев

— Да, совершенно верно. Никакого желания активно участвовать в боевых действиях и складывать свою голову за новые власти, которые массой моряков уже также начинали восприниматься крайне негативно, не было. Они же не были слепыми, они видели, что происходит в том же Петрограде, в Кронштадте, в Ораниенбауме, во всех окрестностях. Они получали письма от своих родственников из деревень, из других городов, где рассказывалось про те ужасы, которой реально была жизнь в совдепии в период военного коммунизма. И нормальное недовольство нормальных людей у них точно так же росло.

Д. Володихин

— Вот хотел бы уточнить относительно недовольства нормальных людей. Флот 1921 года, Кронштадтская база — это те же моряки, которые были там в 1917-18 годах? Или, как говорят, по призывам времён Гражданской войны туда попало большое количество крестьян из коренной России, из её глубинных мест?

Г. Елисеев

— Такого рода момент присутствует в истории Кронштадтского выступления, но его не следует преувеличивать. Достаточно большое количество старослужащих, людей, которые в том числе и участвовали в разнообразных эксцессах 1917 года, мы обнаруживаем и в рамках в том числе и рук Кронштадтского восстания. И те были, и другие были.

Д. Володихин

— То есть, иными словами, мы видим крайнее недовольство тех людей, которые, условно говоря, своими же руками эту революцию и делали: «Мы революцию сделали, а нам что?» Вот что им? Конкретно сами матросы имели причины для недовольства? Не просто посмотрев на Петроград, а что-то из их собственной жизни им не нравилось?

Г.  Елисеев

— Не нравилось, конечно. Разница между тем уровнем жизни, который себя позволяли, например, бывший руководитель Центробалта Дыбенко или командующий флотом Раскольников, сильно отличалась от той жизни, которую вели какие-нибудь простые минёры, простые артиллеристы, простые корабельщики в принципе. Разница была очень и очень большая.

Д. Володихин

— В голодные годы Гражданской войны.

Г. Елисеев

— В голодные годы Гражданской войны то, что себе позволяли большевистские вожди, причём не очень часто скрываясь, то, что позволял себе Зиновьев в осаждённой столице Северной трудовой коммуны — это вызывало, естественно, бешеное раздражение. Всё-таки идея равенства, на которой большевики и въехали в государственную власть, в народе присутствовала, она была привлекательной. Идея, которая ассоциировалась с этим понятием Советов, с понятием советской власти — власти, где все советуются и где все в значительной степени равны, — она по-прежнему подкупала огромное количество людей.

Д. Володихин

— Но с чего всё началось-то, собственно? Вот вспышка этого восстания изначально не имела вооружённого характера и, может быть, люди надеялись, что решат мирно, или, во всяком случае, к ним присоединится огромное количество народа, и они станут, скорее, зачинщиками некоего нового движения, нежели бойцами на новом фронте Гражданской?

Г. Елисеев

— Да в начале Кронштадтского выступления, в конце февраля, у нас происходят в основном митинги. Это митинги, на которых в классическом стиле революционных действий 1917 года принимаются коллективные резолюции. И 28 февраля происходит большой митинг уже в самом Кронштадте, на котором принимается резолюция о том, что необходимо убрать комиссаров, необходимо создать Советы без коммунистов, необходимо провести свободные выборы.

Д. Володихин

— Кстати, там были определённые экономические требования относительно торговли.

Г.  Елисеев

— Да, о свободе торговли, безусловно. Там один пункт отказались вносить — это о выселении всех евреев в Палестину. По поводу него сказали, что это совершенно не по делу кто-то предложил, и его не внесли.

Д. Володихин

— Ну что ж, мы поговорим позднее о том, что выросло из этих резолюций. А сейчас, дорогие радиослушатели, я напоминаю вам, что это светлое радио, радио «Вера». В эфире передача «Исторический час». С вами в студии я — Дмитрий Володихин. И мы беседуем о Кронштадтском восстании. Прервём наш разговор буквально на минуту и вскоре вновь продолжим его.

Д. Володихин

— Дорогие радиослушатели, это светлое радио — радио «Вера». В эфире передача «Исторический час». С вами в студии я — Дмитрий Володихин. Мы обсуждаем трагический момент в русской истории — Кронштадтское восстание 1921 года. И нашим просветителем сегодня выступает кандидат исторических наук Глеб Анатольевич Елисеев. Вот вопрос о событийной части восстания. Вероятно, очень хорошая военная организация моряков позволила им создать действительно грозную вооружённую силу, которая напугала Петроград.

Г. Елисеев

— Истерика, конечно, была очень значительная среди коммунистического руководства. Но я думаю, что истерика была больше обусловлена всей взрывоопасной обстановкой в стране, чем конкретной деятельностью Кронштадтского гарнизона. Да, Кронштадтский гарнизон достаточно представительный — это около 15 тысяч моряков. Но это реально только два крупных корабля — это два линкора: «Петропавловск» и «Севастополь» — плюс два портовых ледокола. Основная часть флота всё равно стоит в Петрограде. Эта основная часть флота не присоединилась к выступлению. Кронштадт так оборонялся успешно, в основном опираясь не столько на флотскую силу, сколько на силу укреплений острова Котлин.

Д. Володихин

— Не только острова Котлин, но и разного рода фортов вокруг него.

Г. Елисеев

— Да, естественно. Потому что у нас зима, у нас замёрзший Финский залив. И моряки достаточно легко могли маневрировать, перебрасывая необходимые части между отдельными фортами. Не было нужды в переправе на каких-то судах. Однако, здесь и есть одна проблема, которая чётко разбивает весь тот миф, столь долгое время эксплуатировавшийся в советской историографии. Миф о Кронштадтском мятеже как о некоем заговоре, который заранее подготавливали агенты Антанты. Этот миф, между прочим, начали эксплуатировать очень быстро. Среди тех документов по поводу Кронштадтского мятежа, которые были опубликованы, есть запланированные формальные выступления арестованных лидеров Кронштадтского мятежа — такое сценарное выступление на планировавшемся открытом процессе. Проблема заключалась в том, что этих людей не смогли задержать и арестовать. Но среди планировавшихся выступлений было выступление одного анонимного агента Антанты. Вот эта идея того, что это заговор, существовала с самого начала. Большевикам очень невыгодна идея того, что, да, они полностью провалились со своей внутренней политикой.

Д. Володихин

— Условно говоря, сам народ сказал: «Мы больше вас не хотим, вы нам противны. Мы готовы выступать против вас с оружием в руках!»

Г. Елисеев

— Готовы выступать с оружием в руках. И даже если нас слегка устраивает такого рода формальное устройство государства, советское устройство власти, то руководство большевистской партии нас не устраивает категорически.

Д. Володихин

— Вот до какой степени люди были готовы далеко идти? Был образован так называемый Военно-революционный комитет. Но всё-таки надеялись о чём-то договориться с Петроградом, с большевистским руководством, или с самого начала были настроены на то, чтобы драться с оружием в руках? Какие планы были и почему это вылилось в целый каскад тяжелейших боёв?

Г. Елисеев

— Планы в начале были на мирные переговоры — это ясно из событий первого марта. Первого марта проводится огромный митинг в Кронштадте — около 16 тысяч человек. Туда приезжает председатель ВЦИКа, формальный глава советского государства Михаил Иванович Калинин, которого освистывают на этом выступлении. Выступает начальник политуправления Балтфлота Кузьмин, его тоже освистывают. На следующий день он будет арестован, равно как и всё другое коммунистическое руководство Балтфлота. Но арестованных коммунистов просто содержат в заключении — их не убивают, не расстреливают, не казнят. Но все попытки после первого марта выходить каким-то образом на переговоры с большевистским руководством натыкаются на глухую стену. Большевистское руководство пребывает, с одной стороны, в таком страхе, а с другой стороны, как всегда, планирует использовать Кронштадтский прецедент для того, чтобы нагнать ужаса, в случае его подавления, на других потенциальных мятежников, на других потенциально восставших, что они отказываются реально вести переговоры с восставшими. Кронштадт очень жёстко блокируется. Попытки, например, посылаемых Временным революционны комитетом агитаторов на территорию того же Ораниенбаума, на территорию Петрограда, в другие части Петроградской губернии очень резко блокируются — их хватают, арестовывают, их внимательно вычисляют. И идти на переговоры с ними отказываются.

Д. Володихин

— Большевики изначально несколько приуменьшили силу Кронштадта. Насколько я помню, первая попытка перейти от блокады к штурму провалилась.

Г. Елисеев

— Первая попытка была 7 марта, первая попытка делалась в определённой степени нахрапом. Да, была формально восстановлена 7-я армия, её начальником сделали Тухачевского. Подготовка прошла спустя рукава — действительно, посчитали, что в силу естественной ориентации фортов в основном не на сторону Петрограда, против противника, что не удастся использовать артиллерию, что сами матросы, скорее всего, не будут активно ввязываться в полевые действия. Стали наступать с севера и юга, но сил было недостаточно. Плюс к тому, была одна очень большая проблема: эти части оказались морально неготовыми для того, чтобы стрелять в своих.

Д. Володихин

— Мне приходилось читать, что какая-то часть, наоборот, жаждала присоединиться к восставшим, считая, что вот они-то правы, и наконец началось правильное дело.

Г. Елисеев

— Да, и часть перешла на сторону восставших. Но была ситуация, при которой направили одну группу примерно в 50 человек, их окружили. Часть побежала, а другая осталась и добровольно совершенно сдалась, перешла фактически на сторону восставших моряков Кронштадта.

Д. Володихин

— А остальные части остановили огнём, насколько я понимаю.

Г. Елисеев

— Да. Кронштадт отстреливался, Кронштадт с самого начала активно обстреливали, в том числе и со стороны форта «Красная горка», с юга Финского залива. Туда успела уйти Высшая партийная школа, которая находилась на территории Кронштадта, в основном это были чекисты. Они захватили эту территорию, удержали там контроль со стороны коммунистов. И равно как оттуда, так и со стороны Сестрорецка, то есть с севера, Кронштадта обстреливался. Но и Кронштадт отстреливался. Кронштадт активно бомбили. Самолёты регулярно вылетали с базы Балтфлота, которая была в Петрограде, сбрасывали листовки, потом сбрасывали бомбы. Главным рычагом воздействия и главным военным ресурсом были именно линкоры — и «Петропавловск» и «Севастополь» активно участвовали в этих боевых действиях.

Д. Володихин

— И после того, как с довольно серьёзными потерями, если мне память не изменяет, те толпы, которые выходили на первый штурм, откатились, начались планы о том, чтобы создать гораздо более серьёзные вооружённые контингенты, причём отправить туда мотивированных бойцов, что называется. Обычная солдатская-матросская масса не очень желает лезть под пули с комплементарными ей людьми, то есть тот же социальный состав, те же идеи, то же недовольство — почему они их, собственно, должны сажать на штык? И тогда появляется необходимость создания отрядов, которые будут иначе относиться к кронштадтцам, а именно как к злому врагу.

Г. Елисеев

— Совершенно верно. По губерниям Центральной России объявляется мобилизация коммунистов, активно используются и перебрасываются в Петроград наиболее стойко проявившие себя разнообразные части Красной армии. Дело доходит до того, что 11 марта, во время заседания X съезда РКПб, который проходит в Москве, мобилизуются члены съезда. Делегаты этого съезда совершенно добровольно отправляются на подавление Кронштадтского мятежа.

Д. Володихин

— Или как бы добровольно.

Г. Елисеев

— Здесь, скорее всего, действительно добровольно, учитывая, что преимущественно это была публика, имевшая не только военный опыт, но и проявившая себя как достаточно храбрые люди. Например, там среди этих мобилизованных был будущий маршал Конев. Отправили достаточно большое количество курсантов разнообразных военных училищ, которые не только проходили через политический отбор, но они и в ходе своего обучения уже в период Гражданской войны становились очень хорошо политически мотивированными. То есть из этих людей воспитывали убеждённых коммунистов. Это были люди, которые были готовы не за страх, а за совесть бояться так называемой контрреволюции. Тем более, что в пропаганде Кронштадтский мятеж очень быстро начали рисовать в рамках белогвардейского выступления.

Д. Володихин

— Мы поговорим о том, что это не вполне верно, а, может быть, и вполне неверно, но во всяком случае им показали: вот враг, и если мы его не согнём в бараний рог, то он сейчас разрушит всё, о чём мы тут мечтали. Ну и что? — итог. Второй штурм. Насколько удачно развиваются события и что происходит?

Г. Елисеев

— Второй штурм начинается в ночь на 17 марта, в три часа утра. Перевес очень большой, чуть ли не в три раза. Штурм идёт кровавый. Все ожидали, что наступит оттепель, и штурма удастся избежать. В случае, если бы оттепель действительно настала, хотя бы начал сильно таять лёд, как это происходило за несколько дней до 17 марта, по пояс в воде никто бы не сумел нормально добраться до кронштадтских фортов. Но здесь неожиданно наступает похолодание, большевики пользуются этим последним шансом. Троцкий и Тухачевский дают распоряжения. Северной группой командует Дыбенко, южной группой командует будущий маршал Ворошилов, они действуют очень активно, напористо, у них мотивированные бойцы, как мы видим. И, несмотря на сопротивление в первую очередь контингентов фортов, в конце концов в ночь с 17 на 18 марта войска врываются в Кронштадта.

Д. Володихин

— И, насколько я понимаю, во-первых, во время штурма с обеих сторон полегло немало народу. Матросы-краснофлотцы положили на этом льду довольно большое количество штурмующих. А во-вторых, после штурма те, кто не ушёл из Кронштадта — а там тысяч восемь, наверное, ушло на территорию Финляндии, спасая свои жизни от расправ, — вот те, кто остались, ведь тоже, по каким-то сведениям одних исследователей, убивали сотнями, по сведениям других исследователей, тысячами.

Г. Елисеев

— Восемь тысяч человек — это совершенно верная цифра, в том числе и большинство руководителей Временного революционного комитета, даже его председатель Степан Петреченко, ушли преимущественно в Финляндию. С финнами была договорённость о том, что, если возникнет такая необходимость, то они примут беглецов. Однако, во-первых тысяча человек погибла при взятии фортов и при битве на улицах Кронштадта.

Д. Володихин

— Это обороняющихся?

Г. Елисеев

— Обороняющихся.

Д. Володихин

— А наступающие?

Г. Елисеев

— Наступающих погибло в два раза больше — около двух тысяч, возможно даже ещё больше, до трёх тысяч человек. Две тысячи — это официальная цифра, которую давали по статистике Красной армии. Плюс к тому было достаточно много раненных — примерно полторы тысячи раненных среди наступавших. В плен попало около двух тысяч человек сразу, и ещё около двух с половиной тысяч человек было арестовано. Расстрелы начались очень быстро, расстрелы в рамках эксцессов, расстрелы в рамках вынесения приговоров, которые выносились просто за одно участие в поддержке восставших. Уж если человека взяли с оружием в руках — это была верная смерть. Если человек хоть как-то засветился в мятеже, как, например, командир линкора «Петропавловск» Карпинский — это верная смерть. Если человек просто случайно поддерживал восставших, например была ситуация с доктором, который лечил восставших, продолжал лечить в Кронштадте восставших, — это тоже верная смерть, расстрел.

Д. Володихин

— И заодно местное духовенство также поставили к стенке, потому что оно просто жило там.

Г. Елисеев

— Жителей Кронштадта начали выселять. Доходило до жутких ситуаций. Например, была арестована медсестра, которая помогала восставшим в течение нескольких дней. Ей дают пять лет ссылки. Одновременно с ней случайно арестовывается её сестра, которую вроде бы должны отпустить, но ей тоже дают пять лет ссылки. Кронштадт стали вычищать.

Д. Володихин

— И каков общий размер жертв репрессий? Я говорю не о высланных, а прежде всего о тех, кто расстался с жизнью в ходе действий карателей, подавлявших восстание.

Г. Елисеев

— Точных цифр трудно сказать в этой ситуации, потому что мы должны ещё к жертвам репрессий относить тех кронштадтцев, которые поверили амнистии 1922 года и вернулись на территорию советской России. Эти люди тоже были арестованы, сосланы на север и там были казнены. В том числе часть из них утопили, потому что не хотелось тратится на патроны в ходе расстрелов. Утопили, загнав в списанные баржи и затопив их в Белом море. Общее количество жертв Кронштадта достигает пяти с половиной тысячи человек

Д. Володихин

— О, Господи! Ну что же, я думаю, будет правильным, дорогие радиослушатели, если сейчас в эфире прозвучит музыка из фильма «Солнечный удар» композитора Эдуарда Артемьева. Эта музыка сопровождает самые страшные кадры из фильма, а именно затопление баржи, наполненной противниками советской власти.

(Звучит музыка.)

Д. Володихин

— Дорогие радиослушатели, это светлое радио, о каких бы трагедиях мы не говорили, всё равно светлое радио — радио «Вера». В эфире передача «Исторический час». С вами в студии я — Дмитрий Володихин. И мы с замечательным историком, кандидатом исторических наук Глебом Анатольевичем Елисеевым обсуждаем именно историческую трагедию Кронштадтского восстания 1921 года. Итак, восстание было подавлено, буквально потоплено в крови и штурмовавших, и оборонявшихся, и впоследствии репрессированных, казнённых огромными массами. Стоит поговорить о смысле самого этого события. Прежде всего несколько версий того, чем было по сути своей Кронштадтское восстание. Вот, собственно, версия советских времён — заговор Антанты. Версия современная — заговор неких социалистических партий, представленных в Кронштадте. Иная версия — это фактически стихийное народное выступление, и в бушлаты и бескозырки одеты были просто русские люди, такие же, как и по всей стране, испытавшие возмущение по поводу действий советской власти, военного коммунизма, ущемления прав, свобод и так далее. Что из этого верно? Если тут что-то от Белого дела и какая из этих версий ближе прочих к истине?

Г. Елисеев

— Первые две версии вообще не выдерживают никакой критики при столкновении с реальными историческими фактами и документами, которые в том числе происходили из среды большевиков, но носили гриф «секретно». Имеется записка оперуполномоченного ЧК Якова Агранова, который в том числе и руководил впоследствии расправами над кронштадтскими восставшими, в которой он достаточно чётко говорит, что это было стихийное выступление, что никаких следов и связей с зарубежными организациями ВЧК найти не смогло. Но в рамках пропаганды, учитывая то, что с самого начала, начиная с истерической телеграммы, которую Зиновьев послал Ленину о том, что это эсеровско-черносотенное выступление. Я хотел бы посмотреть, как это вообще видел Григорий Евсеевич — подобного рода выступления.

Д. Володихин

— Соединение черносотенцев с умеренными социалистами, с революционерами…

Г. Елисеев

— И с анархистами. Началась раскручиваться совершенно другая картинка. С самого же начала было объявлено, что это белогвардейский мятеж, который возглавляет начальник береговой артиллерии Кронштадта Александр Козловский.

Д. Володихин

— Да, и там был ещё некий фон Вилькен, посетивший Кронштадт.

Г. Елисеев

— Фон Вилькен посетил Кронштадт в ходе миссии американского Красного Креста. Между прочим, он был бывшим капитаном «Петропавловска», ни много ни мало, и бароном. Так фон Вилькен просто предлагал решить вопросы в отношении снабжения Кронштадта и, якобы, что-то предлагал в рамках помощи со стороны каких-то белогвардейских групп. Какие мог представлять белогвардейские группы этот человек, который не являлся сколько-нибудь заметной фигурой в тот момент? Есть действительно чёткое представление о той помощи и информация, которую выдавали и при допросах немногие арестованные члены Временного революционного комитета, что поддержку обещал Виктор Чернов, глава эсеровской партии, который в тот момент находится на территории Эстонии. Там действительно какая-то поддержка была, но опять-таки это поддержка сотни каких-то людей, скорее поддержка моральная. Чернов всё-таки формально был главой Учредительного собрания.

Д. Володихин

— Но Чернов белый не больше Ленина.

Г. Елисеев

— Да, опять-таки это ситуация, в которой представители Кронштадта — это люди, которые вынуждены говорить на языке своих противников. Они по-прежнему говорят о социализме, о царстве справедливости. Достаточно почитать их газету — «Известий Временного революционного комитета» вышло 14 номеров за время существования Кронштадтского независимого государства, — где они снова поминают проклятую царскую власть, старый режим, необходимость перехода к новому, идеальному миру, но со свержением новых сатрапов, которые не лучше старых. Это представление было главным в рамках того набора хаотических воззрений, который был в голове у восставших, которые выступили именно стихийно. Если бы был какой-то заговор, он произошёл бы минимум на три недели позже, когда лёд схлынул. Вот если бы лёд ушёл, взять «Петропавловск» и «Севастополь», достаточно мощные линкоры, вообще взять Кронштадт не удалось бы никому.

Д. Володихин

— Ну что ж, мы выходим к тому, с чего начинали. Я сказал в самом начале нашей передачи, что события Кронштадтского восстания духовно поучительны. Давайте взглянем на них не с точки зрения того, что происходило непосредственно в марте 1921 года и расправ, которые длились потом в конце марта и в апреле, и дальше. Посмотрим на это с точки зрения революционных событий в начале ХХ века в России в целом. С моей точки зрения, правы те, кто говорит о существовании духовного кризиса. В России этот кризис сначала охватил политическую элиту, затем перешёл и на огромные народные массы. Суть его в том, что люди решили оставить где-то на втором плане своей жизни свою веру, христианство, оставить христианскую этику, оставить в своей голове даже не на втором плане, а в каких-то бараках, куда отправляют табуированные напрочь, отрицаемые вещи: верность престолу, государственный порядок — то, что, в общем, создавало основу дореволюционной жизни. Что же, восставшие сначала сломали хребет империи, начали, положа руку на сердце, ломать хребет Церкви и очень многое повредили. И потом, впоследствии, видя, что революционная реальность не оправдывает революционных утопий, мечтаний о том, что будет рай на земле и всё будет замечательно, их старые товарищи, ставшие вождями, хуже, как они сказали, старых сатрапов, они решили в дальнейшем действовать по своим же родным революционным рецептам: не обратились к Богу, не обратились к Отечеству, не сказали, что готовы восстановить тот старый порядок, который был до революции, а просто взяли винтовку в руки, прокричали: «Эй, вы! Вас пора повесить, вас пора свергнуть! И мы вас свергнем, потому что вы не правы». То есть боролись с плодами революции методами революции, не сделали шага назад, не сделали ничего в сторону духовного устроения в своём милитаризированном социуме, в своих душах, а следовали тем рецептам, которые вытеснили из них ту самую православную составляющую, православную нравственность, православную веру, о которой мы говорили. Свято место пусто не бывает, образовалась пустота, пришли революционные идеи, они овладели душами. И в сущности, как бы ни было жалко людей, которые от отчаяния, безнадёжности, от чувства несправедливости восстали, как бы ни было жалко тех, кого без всякой пощады казнили огромными массами, но ведь они же когда-то эту революцию создавали, на неё надеялись, на неё ставили, сражались на её фронтах и теперь решили просто продолжить её. Что-то мне это напоминает Гракха Бабёфа в тельняшке и бескозырке: давайте продолжим революцию, но уже до самого конца, и наконец-то восстановим справедливость. Не к Богу обратимся, не порядок наведём, а именно что — вот ещё одно революционное усилие, как панацея. То есть, с моей точки зрения, идея, которая наполняла Кронштадтское восстание, изначально была порочной.

Г. Елисеев

— Идея заключалась в том, что гипноз социализма, гипноз социалистической идеи, гипноз создания идеального утопического общества существовал в русском обществе на протяжении десятилетий. И избавится от этого гипноза было практически невозможно.

Д.  Володихин

— Очень трудно.

Г. Елисеев

— Чтобы эти надежды выветрились, нужно было либо иметь очень чёткую мировоззренческую позицию, как у значительной части представителей организованного Белого движения, либо прожить большое количество времени в реально устанавливающейся социалистической утопии, то есть хлебнуть совдепии не годами, а десятилетиями.

Д. Володихин

— Причём именно того порядка, который сами же и начали устраивать.

Г. Елисеев

— Естественно. В этой ситуации люди ещё надеялись на то,ч то плохи методы, а не сами идеи, плоха тактика, а не стратегия, плохи большевики, а не социалисты вообще. Они же говорят о хорошем, они же предлагают нам создать идеальное общество. Наверное, просто виноваты комиссары, виноват Ленин, виноват Троцкий, виноват Калинин — кто угодно, вся большевистская партия, а не сама социалистическая идея как таковая. И этот соблазн очень заметен даже в текстах выступлений, в прокламациях, опять же в «Известиях Временного революционного комитета», о том, что мы наконец сделаем хороший, правильный социализм.

Д. Володихин

— Ну что ж, результат действий методами социализма против социализма, построенными руками тех, кто поверил в социализм, таков: огромное количество мёртвых, убитых пулями и отправленных на Последний суд иными способами. Вот результат и тех, кто был на стороне восставших, и тех, кто их подавлял, и самой идеи, которая двигала и тех и других. И вот я вижу, что вы в сущности, Глеб Анатольевич, согласны, что идея действительно изначально порочна — сама идея коммунистического устроения в русском православном традиционном обществе. Так вот, мне хотелось бы закончить тем, что большевики всё-таки, в значительной степени напуганные событиями восстаний крестьянских, Кронштадтского восстания, отменили продразвёрстку и даже, в общем, скоро закончили советско-польскую войну Рижским миром 1921 года, сделав чудовищные, невообразимые территориальные уступки. Имея перед собой слабого врага, они опасались, что этот враг не даст им возможности перебрасывать карательные войска для того, чтобы подавлять собственное крестьянство. И в дальнейшем какое-то время, не так долго, как, может быть, хотелось населению страны, придерживались новой экономической политики. Условно говоря, на какое-то время отпустили удавку на шее народа и сделали уступку, которую уже в конце 30-х забрали назад, даже в середине 30-х. Что ж, опустим занавес печали над Кронштадтским восстанием. Оно страшно, с точки зрения идей, оно страшно, с точки зрения действий, оно страшно, с точки зрения большого количества жертв. И оно страшно как тупик, то есть то столкновение, которое приводит к чудовищному количеству жертв, но не выводит никуда, не способно решить ничего. Пролитая кровь оказывается напрасной, возможно кого-то просто лишает иллюзий, да и всё. Благодарю вас за внимание. От вашего имени говорю «спасибо» Глебу Анатольевичу Елисееву. До свидания.

Г. Елисеев

— До свидания.

Крах «Кронштадтского сидения», или «Мы здесь власть!» образца 1921 года | История | Общество

100 лет назад, 1 марта 1921 года, на Якорной площади Кронштадта состоялся митинг, в котором участвовало 15 тысяч человек. Официальной целью митинга было принятие резолюции из 15 пунктов, первым и главным из которых был следующий: «Ввиду того, что настоящие Советы не выражают волю рабочих и крестьян, немедленно сделать перевыборы Советов тайным голосованием, причём перед выборами провести свободную предварительную агитацию всех рабочих и крестьян».

Считается, что с этого момента начался Кронштадтский мятеж — такая точка зрения господствовала в советской историографии. Эмигрантские круги настаивали на формулировке «Кронштадтское восстание». Ни то ни другое реальности не соответствует.

В данном случае слова имеют серьёзное значение. Мятежом принято называть стихийное вооружённое выступление против власти. Восстанием — подготовленное массовое вооружённое выступление. Мятеж в негласной табели о рангах стоит существенно ниже восстания. Ниже него только бунт. А выше восстания — уже революция.

Впрочем, в Кронштадте 1921 года, во всяком случае, изначально, митингующие оружия в руки не брали. И, значит, повторим, не было там ни мятежа, ни восстания. А было просто противостояние с властью. Которое только потом, в результате штурма Кронштадта войсками, верными правительству, переросло в вооружённое сопротивление.

Вообще-то для отечественной истории подобные эпизоды настолько не редкость, что специально был придуман прекрасный термин, которым в дискуссиях о Кронштадте почему-то никто до сих пор не воспользовался — «сидение». Подразумевается «в осаде». Самое крупное, Соловецкое сидение монахов, недовольных церковными реформами патриарха Никона, вообще продолжалось чуть ли не восемь лет — с 1668 по 1676 гг. Кстати, чем-то оно напоминало краткосрочное Кронштадтское сидение. И там и там дело происходило на островах, и там и там формальной причиной были идеологические трения между властью и выступавшими. Другое дело, что Реввоенсовет, в отличие от царя Алексея Михайловича, фактически сразу принял решение о штурме крепости, не затягивая дело и не размениваясь по мелочам вроде осады или блокады.

Вообще же выступление моряков Кронштадта у многих тогда вызвало откровенное злорадство. Дескать, смотрите-ка, что получается — балтийские матросы, «братишки», «краса и гордость революции» вдруг вознамерились бросить вызов большевикам! Значит, Ленин с Троцким дали маху и окончательно сели в лужу — если уж их преторианская гвардия выступает против них, то дни большевиков сочтены.

Моряки с линкора «Петропавловск» в 1917 г. Источник: Public Domain

На самом деле большевики были прекрасно осведомлены, что такое балтийские «братишки» и какова их настоящая роль в Революции и Гражданской войне. Ни для кого из них не было секретом, что доверять матросам опасно. По одной простой и очевидной причине. Матросы с самого начала, ещё до прихода большевиков к власти, претендовали на статус самостоятельной революционной силы. Временное правительство вообще не контролировало Кронштадт. У матросов с весны 1917 года был свой Совет, который провозгласил на своей территории что-то вроде автономной республики: «По делам государственного порядка вступаем в непосредственные отношения с Советом рабочих и солдатских депутатов города Петрограда». Заметим — не подчиняется Совету Петрограда, а «вступает с ним в отношения». Более того — Кронштадт, если там кому-то что-то не нравилось, мог наплевать и на Ленина. Так, когда Владимир Ильич говорил о мире и выходе России из войны, совет форта «Красная горка» вынес любопытный вердикт: «Тактика Ленина у нас сочувствия не вызывает, и борьбу с германским империализмом мы прекращать не собираемся».

Словом, для большевиков это были не соратники, а попутчики. Ценные кадры, которыми можно было пользоваться. Но с оглядкой, потому что претензии на «главную роль в Революции» у балтийцев никуда не делись.

Что, кстати, доказала их пресса. Да-да, в Кронштадте выпускалась и своя газета под названием «Известия Временного Революционного Комитета». 5 марта 1921 года там вышла антибольшевистская статья под заголовком «Злоба бессильных», где прямым текстом заявлялось: «Три дня, как Кронштадт сбросил с себя кошмарную власть коммунистов, как четыре года назад сбросил власть царя и царских генералов. ..»

Это заявление не может не напомнить прекрасную басню Ивана Дмитриева про муху, сидящую на рогах у идущего вола. В ответ на вопрос, откуда, мол, идёте, муха гордо отвечает: «Мы пахали!»

Нет, разумеется, заслуг «братишек» в деле Революции никто умалять не собирается. Но утверждать, что Кронштадт в одиночку скинул царя, — это уж слишком.

О том, что балтийцы претендуют на статус самостоятельной силы, большевики, разумеется, знали. Но отлично знали они и другое. Большая часть самых активных кронштадтских матросов давно уже находилась вне Кронштадта. Потому что большевики часто латали прорехи на фронтах и вообще везде, где нужно было усилить «революционную сознательность», как раз-таки ценными кадрами с Балтфлота. На момент 1921 года самые опасные «братишки» были распылены по всей стране.

Обстрел кронштадтских фортов. Источник: Public Domain

В результате поиграть с большевиками в игру «Мы здесь власть!» решили те, о ком впоследствии Лев Троцкий напишет: «Моряки, которые оставались в Кронштадте до начала 1921 года, не найдя себе применения ни на одном из фронтов гражданской войны, были, по общему правилу, значительно ниже среднего уровня Красной армии и заключали в себе большой процент совершенно деморализованных элементов, носивших пышные панталоны „клёш“ и причёску сутенеров».

В принципе, даже у этих могло кое-что получиться. Недаром первый штурм Кронштадта, предпринятый Михаилом Тухачевским на рассвете 8 марта, окончился неудачей. Целых два полка отказались «стрелять в своих» и были разоружены. Если бы к этому прибавилось недовольство рабочих Петрограда, то возиться с Кронштадтом пришлось бы долго.

Но, несмотря на ожидания «братишек», ничего такого не произошло. Рабочие в конце февраля 1921 года действительно бастовали и митинговали, требуя увеличить пайки. Большевики, отлично разбираясь в вопросе, подкинули им хлеба и консервов, так что аккурат к 1 марта, либо в самом крайнем случае к 3 марта, все бастовавшие предприятия вернулись к работе.

Подавление Кронштадтского восстания, 1921 г. Источник: Public Domain

Расчёт Кронштадта на поддержку рабочих не оправдался. В том числе и по той причине, о которой говорил тот же Троцкий: «Когда голодному Питеру приходилось особенно туго, в Политбюро не раз обсуждали вопрос, не сделать ли „внутренний заём“ у Кронштадта, где оставались еще старые запасы всяких благ. Но делегаты питерских рабочих отвечали: „Добром от них ничего не возьмешь. Они спекулируют сукном, углём, хлебом. В Кронштадте теперь голову подняла всякая сволочь“. Такова была реальная обстановка, без слащавых идеализаций задним числом».

Второй штурм, начатый в ночь на 17 марта, оказался успешным. Сражение, длившееся около суток, окончилось победой правительственных сил. Попытка показать большевикам, кто здесь власть, окончилась вполне предсказуемо.

Манифест моряков Кронштадта из 15 пунктов (1921)

К началу 1921 года в Петрограде царил почти хаос. Гражданская война закончилась, но большевистскому режиму еще предстояло ослабить военные ограничения, улучшить снабжение продовольствием или предоставить больше личных свобод. По мере роста недовольства Советским правительством росли и забастовки в Петрограде. Это достигло апогея в конце февраля, когда большевики ввели войска из провинции, ввели военное положение и жестоко подавили бастующих рабочих.Это стало непосильно для матросов в Кронштадте, которые провели ряд совещаний и приняли следующие резолюции 1 марта:

Постановления общего собрания экипажей 1-й и 2-й эскадрилий Балтийского флота, состоявшегося 1 марта 1921 г.

«Заслушав доклад представителей, присланных [из Кронштадта] в Петроград для расследования тамошнего положения, постановлено:

1. Ввиду того, что нынешние Советы не выражают воли рабочих и крестьян, немедленно провести новые выборы тайным голосованием, предвыборную кампанию за полную свободу агитации среди рабочих и крестьян.

2. Установить свободу слова и печати для рабочих и крестьян, для анархистов и левосоциалистических партий.

3. Обеспечить свободу собраний для профсоюзов и крестьянских организаций.

4. Созвать беспартийное совещание рабочих, красноармейцев и матросов Петрограда, Кронштадта не позднее 10 марта 1921 года.

5. Освободить всех политических заключенных социалистических партий, а также всех рабочих, крестьян, солдат и матросов, заключенных в тюрьму в связи с рабочим и крестьянским движением.

6. Избрать комиссию по рассмотрению дел лиц, содержащихся в тюрьмах и концлагерях.

7. Упразднить все политбюро, так как ни одна партия не должна иметь особых привилегий в пропаганде своих идей или получать финансовую поддержку правительства для таких целей…

8. Упразднить все [большевистские вооруженные реквизиционные отряды].

9. Уравнять пайки всех работающих…

10. Упразднить коммунистические боевые отряды во всех родах войск, а также дежурную коммунистическую гвардию на заводах и фабриках…

11.Дать крестьянам полную свободу действий в отношении своей земли, а также право держать скот, при условии, что крестьяне обходятся… без применения наемного труда.

12. Просить все рода войск… согласиться с нашими резолюциями.

13. Требовать от печати самого полного освещения наших резолюций.

14. Назначить «Выездную контрольную комиссию».

15. Допускать бесплатное индивидуальное производство в небольших размерах своими силами.

Решения приняты бригадным собранием единогласно при двух воздержавшихся. Подпись, Петриченко [председатель] и Перепелкин [секретарь].

Постановления, принятые подавляющим большинством Кронштадтского гарнизона. Подпись, Васильев [председатель].

Моряки Кронштадтского гарнизона перед антибольшевистским восстанием в марте 1921 г.

1921: Кронштадтское восстание — антибольшевистскому мифу исполняется 100 лет

Маркус Гессе, Социалистическая Альтернатива (ISA Германия)

События в Кронштадте в марте 1921 года эксплуатируются критиками большевизма — будь то анархисты или правые прокапиталисты — в попытке продемонстрировать, что не только при Сталине, но уже под руководством Ленина и Троцкого над рабочими господствовала жестокая диктатура. в новой советской России.

Восстание матросов и других лиц в Кронштадте, острове-крепости недалеко от Санкт-Петербурга (тогда называвшегося Петроградом), в марте 1921 года было подавлено большевиками, что Лев Троцкий назвал «трагической необходимостью». Многие противники большевиков ожидали, что, когда будут открыты советские архивы, хлынет поток информации, подтверждающий их заявления о большевистском насилии, но произошло обратное. Настоящей вехой в исследованиях по теме является двухтомный сборник источников «Кронштадтская трагедия», изданный в России в 1999 году и содержащий множество ранее не обнаруженных документов.

Они противоречат утверждениям «левых» критиков большевиков о том, что они представляли при Ленине и Троцком вырождение революции, а повстанцы якобы представляли «подлинную советскую демократию».

Корни кризиса

Октябрьская революция в России была совершена с расчетом на то, что за ней последуют и другие страны. Тем не менее, Советская власть оставалась изолированной, в то время как миллионная царская и белогвардейская армии при поддержке до 2 миллионов солдат из империалистических держав, таких как Германия, Япония, Польша и Великобритания, развязали жестокую гражданскую войну.К зиме 1920/21 года Красная Армия одержала победу, но страна была разорена, по стране свирепствовали голод и эпидемии, такие города, как Москва и Петроград, потеряли большую часть своего населения, а заводы практически не производили.

Американские и японские интервенты в России 1918

Крестьяне получили землю, когда большевики пришли к власти в 1917 году, и хотели, наконец, иметь возможность делать с ней все, что хотели. Поскольку белые армии хотели вернуть землю помещикам, масса крестьянства по-прежнему с энтузиазмом сражалась на стороне большевиков и пополняла ряды Красной Армии.Поскольку около 90% населения России составляли крестьяне и сельскохозяйственные рабочие, коммунисты опирались на поддержку в первую очередь промышленных рабочих в городах и беднейших слоев крестьянства, сельскохозяйственных рабочих и деревенской бедноты.

Но поскольку фабрики больше не могли производить достаточно промышленной продукции для поддержки сельского хозяйства, а города голодали, большевики собирали зерно у крестьян во время гражданской войны в так называемом «военном коммунизме».Хотя Ленин и Троцкий с самого начала добивались больших уступок массе мелких и средних землевладельцев, состояние гражданской войны, когда промышленности нечего было предложить крестьянству в обмен на свою продукцию, не позволяло этого.

Это создало напряженность. Когда контрреволюционный враг был разгромлен, вспыхнули конфликты между рабочим государством и крестьянскими крестьянами, которые использовали такие силы, как меньшевики и эсеры, выступавшие против социалистической революции в 1917. Забастовки и крестьянские восстания имели место уже в 1918 г., но к 1921 г. по всей стране прошли локальные крестьянские восстания. В 1920–21 годах правый эсер Антонов вел «зеленую» крестьянскую армию против Красной Армии в Тамбовской губернии, требуя восстановления рыночной экономики, возврата к парламентаризму, убивая коммунистов и их семьи. Многие крестьяне направляли свою ненависть на «коммунистов» и особенно на «комиссаров» (коммунистических чиновников). Поскольку большевистская партия в 1918 г. переименовала себя в «Коммунистическую партию», термины «большевики» и «советская власть» по-прежнему звучали для крестьян хорошо — они стояли за раздачу земли в 1917 г., а «коммунисты» и их « комиссары» конфисковали их зерно, чтобы прокормить города во время гражданской войны.

В феврале 1921 года это недовольство достигло изможденного революционного оплота Петрограда. Две трети населения 1917 г. покинули город либо для службы в армии, либо, чаще, просто для того, чтобы вернуться в деревню. Когда-то яркая советская демократия ослабевала. Рабочие устали, истощены, страдали от эпидемий и голода. Коммунистическая партия стала доминирующей, а часто и единственной партией в Советах и ​​фабзавкомах, поскольку эсеры, меньшевики и многие анархисты подняли оружие против Советской власти и поэтому были исключены.Из-за потребностей гражданской войны произошло отступление от демократических завоеваний революции, поскольку военные решения часто должны были быстро приниматься представителями партии и государства. Это парализовало массовую инициативу снизу.

Тем не менее внутри Коммунистической партии по-прежнему шла оживленная и открытая дискуссия о роли профсоюзов, изменении экономической политики и демократизации после окончания гражданской войны.

Февральский кризис 1921 года

К концу 1920 г. экспроприации зерна в деревне уже не хватало, чтобы прокормить города.В январе было принято ужасное решение сократить хлебный паек, что не только вызвало голод, но и привело к резкому росту недовольства на рабочих местах. Небрежное отношение милиции и «ЧК» — специальной комиссии, первоначально созданной для борьбы со спекуляцией и антиеврейскими погромами, — привело к острым конфликтам с рабочими (включая членов профсоюзов и партий). Нехватка топлива стала той соломинкой, которая сломала хребет верблюду, что привело к закрытию более 60 заводов из-за нехватки энергии.Часто вспыхивали демонстрации с требованиями типа «Нашим детям нужен хлеб» и «Мы умираем от голода», было несколько забастовок. Часто ораторам-большевикам не давали слова, а меньшевики и эсеры призывали к прекращению хлебных реквизиций и восстановлению Учредительного собрания, фактически требовали возврата к буржуазному парламентаризму.

Подгоняемые отчаянием, в массах спорадически возникали антисемитские лозунги. В своем труде о Кронштадтском восстании историк-анархист Павел Аврич описал панику, охватившую в то время еврейскую общину Петрограда.Опасаясь погромов, они обратились к большевистскому Комитету обороны Петроградского Совета во главе с Зиновьевым. Большевики закрыли заводы военным путем, а ведущие меньшевики и агитаторы других партий и анархистов были арестованы. Однако большей части переговоров удалось предотвратить дальнейшую эскалацию. Кризис закончился, когда выдача хлеба была восстановлена, хотя необходимые для этого припасы по-прежнему реквизировались насильно.

Сторонники Кронштадтского восстания утверждают, что оно совпало с забастовками петроградских рабочих, но они уже закончились, когда вспыхнуло восстание в Кронштадте.

Восстания на военно-морской базе

Кронштадт был оплотом революции 1917 года, многие моряки сражались на передовой гражданской войны. Троцкий называл радикальных матросов «гордостью революции». Он объяснил, как в ранний период Кронштадт, казалось, давал неиссякаемое количество матросов для помощи Москве или для реквизиции хлеба и организации советской власти, но к 1919 г.

«Балтийский флот и Кронштадт были оголены от всех революционных сил… Те моряки, которые оставались в «мирном» Кронштадте до начала 1921 года, не вписавшись ни в один из фронтов гражданской войны, стояли к этому времени на уровне значительно в целом ниже, чем средний уровень Красной Армии, и включал в себя большой процент полностью деморализованных элементов, одетых в эффектные брюки-клеш и со спортивной стрижкой.

Кронштадтские матросы в 1917 году — «Долой министров-капиталистов»

В 2002 г. историк Исраэль Гетцлер в своей книге «Кронштадт 1917–21 гг. — Судьба советской демократии» попытался доказать, что большая часть повстанцев 1921 г. уже в 1917 г. находилась на Балтийском флоте. при этом. Помимо всего прочего, более половины кронштадтского гарнизона были слишком молоды, чтобы служить в 1917 году. Он объяснил, что многие из большевистских матросов и рабочих гарнизона, которые были членами партии в 1917 году, ушли служить на фронт или на государственных постах многие из оставшихся членов партии присоединились к ней в 1919 году или позже, когда уже не ожидалось, что они принесут такие жертвы.Даже тогда количество активных коммунистов среди моряков сократилось к концу гражданской войны, часто выходя из партии из-за религиозных чувств или неуплаты членских взносов. Отчуждение было особенно велико среди моряков из крестьянских семей, особенно если они были выходцами из более зажиточных и богатых хлебом районов юга России и Украины.

Однако другие моряки из примерно 16 000 морских пехотинцев в Кронштадте остались верны своим коммунистическим взглядам и лояльны Советскому правительству.Это привело к сильному напряжению внутри гарнизона: многие матросы отказались от участия в восстании и мужественно выступили против него. Власть многих коммунистов в гарнизоне, а также расколы среди матросов и других рабочих в Кронштадте подтверждаются свидетельством очевидца не кого иного, как Ивана Орешина, заместителя Петриченко, руководителя Кронштадтского восстания — см. коробка.

Выдержки из записок Ивана Орешина, написанных в 1924 году

Протест кронштадтцев принял своеобразную и, прямо скажем, осторожную форму.В первые дни восстания кронштадтцы, захватив власть в городе, арестовали коммунистов, понимая, что они представляют в глазах всей трудовой России большую моральную силу. Они рассчитывали добиться значительных уступок и сразу заняли оборонительную позицию без оружия, не принимая решительных мер.

Они были так уверены, что петербургские рабочие немедленно их поддержат. Ведь петербургские рабочие просили их помочь им, поддержать их! Кронштадтцы встали, думая, что они станут той искрой, которая на этот раз принесет полную победу! Вспыхнет Питер (Петроград), а оттуда и вся Россия.Они верили, что это будет легко, как показали весенние события, почти вся Россия охвачена восстанием против большевиков. Но кронштадтцы ошибались. Петроградские рабочие не откликнулись, баррикады снесли… и кронштадтцы остались одни…

… волнения на кораблях начались за несколько дней до 1 марта. На крупных линкорах («Севастополь» и «Петропавловск») и в других морских районах матросы стали обсуждать «положение вещей» в связи с «беспорядками» среди рабочих в Петрограде.Матросы были уже не те, что в 1917–1918 годах. Революционный задор покинул их, они потеряли тот безрассудный энтузиазм, с которым они разогнали в январе 1918 года Учредительное собрание…

… Гвардейцы из Петропавловска могли легко взять город в тот день, но не взяли. На следующее утро кадетское училище и ЧК покинули город через ворота цитадели и отошли к форту «Красная горка». Они присоединились к колеблющемуся гарнизону и сформировали его в боевое ядро, а когда начались боевые действия, создали прочный плацдарм для действий против Кронштадта, применяя систематический артиллерийский огонь по городу и его фортам, оказывая отрицательное воздействие на восставших и причиняя, конечно, , довольно большой материальный ущерб»

Матросы 1917 года тоже не придавали большого значения требованию «свободы для всех социалистических партий» — ведь они знали, какую негативную роль сыграли эсеры и меньшевики в революции и гражданской войне.За это они были репрессированы повстанцами или вынуждены были покинуть остров.

На бурном митинге 1 марта, на котором ораторов от КПРФ (которым изначально разрешили включиться в дискуссию) перекрикивали, был сформирован неизбранный «Временный революционный комитет» (ВРК) во главе с матросом Степаном Петриченко . Он был в разное время анархистом, социалистом-революционером и даже в течение короткого периода после 1919 года членом коммунистической партии, завербованным в составе «ленинского рекрута», прежде чем лишился своего билета при очередной перерегистрации.Комитет представлялся заведомо «беспартийным» и пропагандировал «беспартийные советы». Однако более половины членов были активными меньшевиками, эсерами, анархистами и «народниками» (правыми социалистами), а также неким генералом Козловским, командовавшим повстанческой артиллерией. Он был царским генералом, но служил в Красной Армии «военным специалистом».

Начав с требования новых выборов в Советы, быстро возник лозунг «Советы без коммунистов!».В разных формах это постоянно декларировалось, в том числе и в газете восстания «Кронштадтские известия», как декларируемая цель восстания. В КНР было арестовано 300 большевистских кадров. Сторонники восстания подчеркивают, что резолюция с требованием смертной казни была отклонена, но дело было близкое. Из документов «Кронштадтской трагедии» видно, что массовый расстрел заключенных коммунистов удалось предотвратить только потому, что они опасались возмездия со стороны приближавшейся Красной Армии.Первым среди тех, кто публично требовал их казни, был анархист и начальник тюрьмы (такая комбинация существовала в Кронштадте!) Станислав Шустов.

На митинге 1 марта, состоявшемся на центральной «Якорной площади» Кронштадта, «от имени правительства выступили нарком флота Николай Кузьмин и председатель ЦИК Михаил Калинин. Видимо, они не слишком умели разрядить обстановку, заявив матросам, что Кронштадт будет изолирован, и большевистское правительство никогда не даст им победить.Это только спровоцировало бунт. 2 марта советское правительство официально назвало восстание «контрреволюционным белогвардейским заговором».

Заседание ревкома 1921

Возможно, более умелый и честный подход представителей советской власти мог бы облегчить ситуацию и предотвратить присоединение тысяч моряков и части мирных жителей к вооруженному антикоммунистическому восстанию. Хотя другой очевидец говорит, что это не было главным фактором.Толпу подхлестывали ораторы, ложно утверждавшие, что к крепости уже подошли сотни красноармейцев, готовых ее разрушить.

Вслед за этим члены Коммунистической партии в Кронштадте подверглись массированному давлению со стороны повстанцев, чтобы они публично заявили о своем выходе из «Партии палачей России», как показывают свидетельства современников. Заявления об отставке были напечатаны в газете повстанцев. 3 марта «Временный революционный комитет» вокруг Петриченко ввел чрезвычайное положение и комендантский час для всего города-крепости с его 26 тысячами жителей, которые, таким образом, стали заложниками восставших.

Программа повстанцев

1 марта на собрании 16 тысяч матросов была принята знаменитая резолюция из 15 пунктов, которую принято считать началом открытого восстания. Многие сторонники восстания видят в нем доказательство того, что матросы стояли за социалистические цели и рабочую демократию. На первый взгляд, многие требования были основаны на призывах к восстановлению советской демократии, которая резко сократилась во время гражданской войны. Резолюция требовала переизбрания Советов и свободы печати для всех социалистических партий, в том числе и для правых эсеров и меньшевиков, которые не только находились у власти до Октябрьской революции и причастны тогда к травле большевиков, участвовал в гражданской войне в союзе с контрреволюционной Белой армией.

Историк-анархист Пауль Аврич поясняет, что требование «Советы без коммунистов» не входило в число официальных требований, включенных в пятнадцать пунктов, но, по его словам, быстро стало сутью всех других требований восстания. В этом не было ничего нового, это было требование, которое постоянно выдвигали оппозиционные большевикам партии, участвовавшие в организации крестьянских восстаний.

Возникла потребность в равных продовольственных пайках для всех. Во время гражданской войны еды всем не хватало.Несмотря на то, что по-прежнему существовала принудительная реквизиция хлеба и других продуктов у крестьян, по-прежнему существовала карточная система. К концу гражданской войны было не менее 33 различных уровней пайка — среди самых больших были пайки для рабочих на опасных работах, красноармейцев, беременных женщин, детей-подростков, медицинских работников, особенно работающих в условиях пандемии. В Москве Ленин тоже подписал в 1920 году указ о повышении пайков ключевым «особо важным специалистам», чтобы они могли выполнять свою ежедневную работу, иногда превышающую 16 часов в день.Это было нарушением социалистических принципов, но было экономической необходимостью использовать их опыт и навыки. Среди членов партии на руководящих должностях в то время существовала максимальная заработная плата.

Восставшие матросы в целом были сыты, паек был значительно выше, чем у рабочих Петрограда. На самом деле недовольство на двух кораблях «Петропавловск» и «Севастаполь» развернулось за пару месяцев не столько из-за скудного пайка, сколько из-за того, что два корабля были переведены из Петрограда в Кронштадт.

Но более важным требованием повстанцев было требование свободной торговли хлебом, требование, явно отвечавшее интересам среднего и более богатого крестьянства и вряд ли бы принесшее пользу трудящимся и голодающим массам в то время.

Это была противоречивая во всех отношениях программа. Во всяком случае, заявление анархо-синдикалистов или голландского «советника» Кайо Бренделя о том, что восстание было последним восстанием пролетариата против большевистского «государственного капитализма», политически абсурдно.Тон повстанцев с каждым днем ​​становился все более агрессивным, чему способствовали разрозненные слухи о репрессиях в Петрограде. Открыто контрреволюционные организации прощупывали бунтовщиков.

Резко подчеркнутые нападки на коммунистическую партию и требование свободной торговли резко обнажили крестьянский характер восстания. «Кронштадтские известия» утверждали, что «правление коммунистических комиссаров» было хуже царского. О том, что многие повстанцы не были особенно левыми, свидетельствовал тот факт, что редакторы могли лишь с большими усилиями предотвратить печать антисемитских призывов.В «Кронштадтской трагедии» в качестве примера такого настроения среди повстанцев приводится письмо матроса Дмитрия Юрина от 4 марта, попавшее в руки Красной Армии. Там сказано: «Мы разогнали коммуну, коммуны больше нет, теперь у нас только Советская власть. Мы приняли в Кронштадте резолюцию о высылке всех жидов в Палестину, чтобы не было такой мерзости в нашей стране. Все матросы кричат: «Долой жидов!», они нам надоели за последние годы, и коммуна нам тоже надоела за четыре года!»

Политическая идеология повстанцев

Политическая идеология повстанцев характеризовалась грубой смесью анархизма, мелкобуржуазных предрассудков, крестьянского народничества и национализма.Статьи и даже стихи, опубликованные в «Кронштадтских известиях», говорят сами за себя.

9 марта: «Господство коммунистов принесло всей России невиданные бедствия, голод, холод и многие другие бедствия. […] Коммунистам нужны не вы, а власть над вами, чтобы они могли продолжать эксплуатировать народ себе во благо […] Чтобы разрушить семейную жизнь, наши правители ввели коммунальные столовые!»

11 марта: «Возникло новое коммунистическое рабство: крестьянин стал холопом в совхозе, рабочий — наемным работником на казенном заводе. Пелось: «Вставай, крестьянский народ! / Наступает новая заря / Мы стряхнем цепи Троцкого / И царя Ленина»

Историк-анархист Пол Аврич, сочувствуя повстанцам в целом, анализировал их национализм, невежество и незаинтересованность в реальных мировых революционных событиях, несмотря на время от времени абстрактные обращения к «международному пролетариату» и «мировой революции».

Коммунизм был назван «чужим для страны». В первые дни было заметно, что Троцкий и Зиновьев, с которыми из-за еврейского происхождения обращались как с особыми врагами, атаковали поименно.К Ленину и Калинину изначально относились более благосклонно, потому что они были «настоящими русскими». Только когда они назвали повстанцев «белогвардейскими заговорщиками», ненависть повстанцев обернулась против них лично.

«Настоящие советы», беспартийные и особенно без коммунистов, воспринимались повстанцами как «органы народа» — коммунисты и комиссары объявлялись неприятным врагом. Таким образом, кронштадтцы явно заигрывали с реакционными идеями. Однако большинство кронштадтских повстанцев также отвергло парламентаризм и учредительное собрание, которых требовали меньшевики и эсеры.Ленин ошибся, когда назвал мартовское восстание 1921 года «бунтом за Учредительное собрание».

Кто внимательно присмотрится к грубым идеям вождей восстания, тот быстро поймет, что это восстание в целом не имело прогрессивной направленности и уж точно не стояло за лучшую форму социализма!

Теперь в руках у этих людей была важная военно-морская крепость, с тяжелой артиллерией и многочисленными боевыми кораблями, все еще лежащими в ледяной бухте.

Красная Армия наносит ответный удар

Повстанцы хотели выиграть время, пока лед бухты не растаял, и их боевые корабли получили свободный проход в Петроград.Попытки посредничества, в том числе со стороны анархиста Эммы Гольдман и ее товарища Александра Беркмана, не увенчались успехом. Наконец, 5 марта Троцкий от имени Политбюро поставил бунтовщикам ультиматум о капитуляции. Ответ должен был быть быстрым. С 7 марта 17 000 красноармейцев штурмовали крепость артиллерийским огнем через ледяную бухту. Потребовалось несколько волн атаки, так как повстанцы могли легко косить рвущиеся вперед незащищенные войска. В конце концов, использовались самолеты, сначала сбрасывавшие листовки, а затем бомбы.

Красноармейцы на льду

В антибольшевистской литературе часто утверждается, что имело место массовое дезертирство из наступающих частей Красной Армии. На самом деле это происходило эпизодически — но редко по политическим мотивам, а не из-за понятного страха за собственную жизнь во время этой опасной операции.

Когда такое дезертирство было политически мотивированным, оно редко происходило по прогрессивным причинам. Иногда солдаты крестьянского происхождения отказывались воевать за «евреев» и заменялись надежными курсантами-красноармейцами (Курсантами) из комсомола.Среди повстанцев некоторые агитаторы под антисемитскими лозунгами пытались склонить красноармейцев к переходу. К счастью, им это редко удавалось.

О том, что в самом Кронштадте далеко не все матросы, не говоря уже о гражданских, стояли за восстанием, свидетельствует сдача одного из гарнизонов, как только Красная Армия вошла в город. По словам Павла Аврича, некоторые моряки активно перешли на сторону Красной Армии и ополчились против повстанцев.

18 марта после кровопролитных поквартирных боев восстание было подавлено с огромными потерями.Защита Советской власти стоила жизни около 10 000 верных красноармейцев. 300 делегатов проходившего в это время X съезда Коммунистической партии добровольно присоединились к ним ценой больших жертв. Среди них были члены фракций «Рабочей оппозиции» и «Демократического централиста», резко критиковавшие советскую власть, но признававшие контрреволюционный характер Кронштадтского восстания. Они были принципиальны против уступок частной торговле и крестьянству.

Делегаты X съезда партии

Тот факт, что делегаты съезда правящей партии рисковали своими жизнями в борьбе, ясно показывает, что партия в то время еще не была полностью бюрократизирована и могла рассчитывать на самопожертвование членов даже на руководящих должностях. Делегаты дрались с оружием в руках и выступали в роли агитаторов. Добрая шестая часть делегатов партконференции, шедших в бой, погибла на льду Кронштадтского залива.

Политические последствия

Повстанцы понесли гораздо меньше жертв.Петриченко, руководитель восстания, и несколько тысяч повстанцев, в том числе значительная часть руководства восстания, незадолго до вступления войск Красной Армии в Кронштадт бежали по льду в белогвардейскую Финляндию, где поддерживали связь с контрреволюционными правыми группировками в изгнание. Из тех, кто не бежал, несколько сотен были приговорены к смертной казни, хотя большинство потом было амнистировано. Другие были заключены в лагеря для военнопленных — некоторые позже оказались в Соловецкой тюрьме, которая открылась в июне 1923 года и впоследствии стала частью пресловутого «ГУЛАГа».Через несколько лет их освободили по всеобщей амнистии.

Петриченко продолжил свою крайне странную карьеру. Он был известным авантюристом, и по крайней мере одна белогвардейская группа утверждала, что он сотрудничал с ними во время восстания. Находясь в изгнании в Финляндии, он перешел к сталинизму, а затем вернулся в Советский Союз, где сотрудничал со сталинской секретной службой ГПУ. Позже Сталин посадил его в тюрьму и расстрелял.

Ленин думал о полном роспуске Балтийского флота вскоре после Кронштадтского восстания, но предложение этого мнимого «диктатора» и «нового царя» было просто демократически отвергнуто партией.В конце концов Кронштадт снова стал важной военно-морской базой, помогая защитить Петроград, а затем и Ленинград во время войны. Повстанческие корабли «Петропавловск» и «Севастополь» были переименованы в «Марат» и «Парижскую коммуну» в честь революций прошлого.

Еще весной 1920 года Троцкий впервые поднял вопрос о замене продразверстки прогрессивным подоходным налогом, но затем его предложение было отвергнуто внутри партии. Но летом 1921 г. была принята НЭП.Это в значительной степени удовлетворило экономические потребности кронштадтских матросов, заменив хлебные реквизиции натуральным налогом и снова сделав возможной мелкую частную торговлю. Это принесло пользу крестьянам, ремесленникам и мелким торговцам, но со временем усилило бюрократизацию советской системы и даже повысило опасность капиталистической реставрации.

Однако в политическом отношении восстание нанесло глубокие раны.

Десятый съезд партии, на котором началось восстание, смог продолжиться после поражения восстания.Для укрепления единства партии в условиях кризиса был принят запрет на внутрипартийные фракции. Вместо большей демократии стало меньше. Однако не следует забывать, что до середины 1920-х годов эсеры, меньшевики и анархисты еще могли баллотироваться на советских выборах и выборах в фабзавкомы. Только после разгрома левой оппозиции новая бюрократия смогла положить конец и этому. Одновременно были запрещены и закрыты последние легальные анархистские клубы и ассоциации.

Заключение

Кронштадт 1921 г. был не первой, но наиболее драматичной и символической кульминацией конфликта деморализованных рабочих и крестьян с Советской властью в условиях изолированной революции, голода и истощения.

Восстание выступило против революции, пытавшейся выжить в сложной ситуации. Если бы этим силам было позволено продолжаться, достижения 1917 года подошли бы к концу. За лозунгом «Советы без коммунистов» легко могли прикрыться реакционные силы всех мастей. В 1921 г. сами реакционные силы не скрывали своего стремления добиться своих целей в случае необходимости в обход советов без большевиков.

Лидер либерально-буржуазной кадетской партии Милюков был приведен в пример Лениным и Троцким.Троцкий указывал в 1921 г., как эйфорически отнеслись к восстанию зарубежные капиталисты и особенно биржа.

Особенно анархистами Кронштадт 1921 года всегда использовался и всегда используется как показательный пример для отмежевания от большевизма. По сей день анархисты цитируют старые отчеты о восстании Эммы Гольдман, Александра Беркмана, Волайн, в которых реакционные стороны этого восстания в значительной степени игнорируются или преуменьшаются. Работа Пола Аврича является исключением.

В широком смысле анархистская точка зрения основана на идее, что все, что идет «снизу», противоречит центральной политической власти, является, по-видимому, спонтанным, и только по этим достоинствам стоит за лучший и более правильный социализм.

В 1921 году многие анархисты были на пороге вступления в Коммунистический Интернационал. Особенно это касалось влиятельной синдикалистской НКТ в Испании. «Кронштадт» воспринимался ими как повод не идти на этот шаг большинством.

Анархисты, такие как Эмма Гольдман, в частности, осуждали Троцкого как главу Красной Армии за подавление восстания в Кронштадте.Они также отказали ему в какой-либо солидарности, когда Сталин усилил репрессии в 1930-х годах. «Троцкий слишком много протестует», — писала Эмма Гольдман после кровавых преследований коммунистов на «Московских процессах»!

Когда Троцкий в своей речи отдавал дань уважения солдатам Красной Армии, погибшим при штурме Кронштадта, он выбрал следующие слова, пафосные, но уместные ввиду трагического события и гибели 10 000 павших бойцов в защиту революции :

«Мы ждали как можно дольше, чтобы наши заблудшие товарищи-моряки увидели своими глазами, куда их ведет бунт. Но мы столкнулись с опасностью таяния льдов и были вынуждены наносить быстрые, яростные и решительные удары. С беспримерным героизмом, с беспрецедентной в военной истории демонстрацией оружия наши курсанты и вдохновленные ими части Красной Армии взяли штурмом грозную морскую крепость. Без единого выстрела эти сыны России, рабочих и крестьян своей жертвой удостоили революции и двинулись по льду. Некоторые из них погибли без единого слова жалобы, но остальные продолжали наступление до окончательной победы.Они никогда не будут забыты трудящимися массами России и всего мира».

Главной движущей силой восстания было разочарование рядовых матросов, отражение настроений среди крестьянства в 1921 году. Это признавали Ленин, Троцкий и большевистская партия. С НЭПом они коренным образом изменили свой курс на крестьянство, понимая, что нужна передышка, пока революционные события развиваются в других странах. Ленин назвал Кронштадтское восстание «молнией», «осветившей действительность».

Сегодня важно извлечь уроки на будущее. Революционеры должны не просто прославлять кронштадтские события как подвиг большевистских частей, но понимать точку зрения тех, кто несет историческую ответственность. Подавление восстания было, как писал Троцкий, «трагической необходимостью», у них не было альтернативы, если Советская Россия должна была выжить.

Кронштадт 1921 | Новости | Harvard Crimson

ИХ БУНТ был подавлен в кратчайшие сроки. Но ведь ни один режим не может долго терпеть восстание собственной преторианской гвардии, и когда группа матросов в Кронштадте выступила против большевиков с криками невыполненных обещаний и презрением к фальсифицированным лозунгам, у правительства не было другого выбора, кроме как действовать быстро.

Ни одна крепость не была более важной для обороны советского народа, чем анклав линкоров и орудий в Кронштадте. Расположенный на острове в Финском заливе в 20 милях от Петрограда, он охранял морские подходы к крупнейшей и бывшей столице России, и его захват мог поставить врага в непосредственной близости от промышленного и интеллектуального центра страны.

Возможно, напрасно советские власти полагали, что они могут положиться на кронштадтских матросов, чтобы отстоять завоевания победы большевиков.Закоренелые враги царского самодержавия, матросы решительно восстали как против Николая, так и против умеренно реформистского Временного правительства. Они привели коммунистов к победе под Зимним дворцом, и доблестная поддержка, которую они оказали неоперившемуся режиму в бурные дни после Октябрьского восстания, побудила военного министра Льва Троцкого приветствовать их как «гордость и славу революции». »

Но опустошительная гражданская война вскоре подорвала политическую базу нового правительства и лишила его народной поддержки.Менее чем через два месяца после захвата власти остатки царской армии, к которой вскоре присоединились 14 иностранных держав, напали на большевистский режим и погрузили Россию в состояние физического и экономического опустошения. Те, кто прожил с надеждой и волнением дни ленинской победы, не могли не чувствовать предательства и отвращения к суровым, почти диктаторским методам, которые правительство применяло теперь для решения все более отчаянной ситуации. Мизерные пайки в городах, насильственная реквизиция крестьянского хлеба, рост централизованной всемогущей бюрократической машины — все казалось противоречащим прямым, освободительным целям, к которым стремилась революция.

Моряки защищали большевиков во время гражданской войны, выдержав при этом сильные и постоянные обстрелы своей островной крепости. Но в конце 1920 г., когда конфликт подходил к концу, они стали весьма чувствительны к волне забастовок и крестьянских восстаний, которая с ужесточением бразды правления захлестнула страну. «Беспокойная и независимая порода, ненавидевшая всякие привилегии и власть, — пишет Пауль Аврич в Кронштадт 1921, , — Они, казалось, всегда были на грани того, чтобы взорваться открытым насилием против своих офицеров или против центрального правительства, которое они считали чуждым». и принудительная сила.

Рассказ АВРИЧА о взрыве в Кронштадте по любым меркам представляет собой удивительно справедливую и взвешенную работу. Он понимает, что важным моментом является то, что в этом конкретном фрагменте истории нет четко очерченных героев и злодеев, нет эксплуататоров, или трудящихся, или даже лицемеров. Матросы, по сути дела, требовали выполнения политических и экономических обещаний правительства, по крайней мере вначале, они добивались не разрыва с партией, а единства на основе программных за которую они и партия так долго боролись.Матросское эхо ленинского лозунга «Вся власть Советам» представляло угрозу большевистскому правительству в осаде, но, по мнению повстанцев, и сама партия в менее неблагоприятных условиях отстаивала бы не меньше.

Трудность, с которой столкнулось правительство в конце 1920 г. после победы над царскими войсками, заключалась в том, что оно не понимало, как осуществить переход от экономики военного времени к экономике мирного времени. У русского народа не было передышки с момента его вступления в мировую войну в 1914 году, и большевики никогда не знали власти ни в каких, кроме самых ужасных условиях.Некоторые члены партии выступали за полное ослабление общенациональных экономических санкций; другие, такие как Троцкий, выступали за еще более жесткое регулирование сельского хозяйства и промышленности. Ленин, не желая действовать слишком стремительно, решил пока продолжать нынешнюю политику произвольных пайков и принудительных реквизиций; однако сделал он это, как оказалось, за счет собственной благосклонности и авторитета.

Большая часть этих внутрипартийных дрязг, конечно, была в лучшем случае бессмысленной, а в худшем — приводила в бешенство большую часть нации.Крестьянство в целом никогда не было всецело за большевиков, многие из которых полностью отвергали крестьян как фактор революционных преобразований, и склонялось к таким группам, как меньшевики и эсеры, которые выступали против реквизиций и выступал за равную собственность на землю и свободный сельскохозяйственный рынок. Многие промышленные рабочие, чьи профсоюзы были выхолощены, а советы резко ослаблены в период гражданской войны, также усомнились в мудрости и справедливости централистского мышления партии.

Нежелание БОЛЬШЕВИКОВ немедленно отказаться от своих методов управления во время войны, в свою очередь, привело к массе забастовок и сельских беспорядков, которые едва не поставили режим на колени. С наступлением зимы уровень снабжения в крупных городах приблизился к прожиточному минимуму, и население начало обвинять партию во всех несчастьях. В феврале 1921 года протест рабочих нанес Петрограду серьезный урон, а крестьянское восстание вспыхнуло как никогда прежде. Правительство ловко маневрировало из этих кризисов, но тем не менее чувствовало удар, и на партийном съезде в марте Ленин наконец ввел либерализацию сельского хозяйства, которая должна была стать краеугольным камнем его новой экономической политики (НЭП).

Однако изменение политики Ленина произошло слишком поздно, чтобы предотвратить Кронштадтское восстание. Моряки, в основном крестьянского происхождения, побывали в своих домах после окончания гражданской войны и впервые увидели, как тяжело жилось их семьям в деревне. Они тоже винили партию в большинстве бед нации; в конце концов, разве правительство не производило насильственного изъятия крестьянского хлеба и во многих случаях отказывало крестьянам даже в пропитании их собственными продуктами?

Таким образом, моряки узнали, что они не единственные россияне, испытавшие на себе острые муки экономического коллапса и чрезмерного отрицания «военного коммунизма». Они начали понимать, что, если они сделают правительство в Москве объектом воинствующего протеста, они не будут одиноки в своих симпатиях. В этом отношении события в Петрограде в течение последних двух недель февраля были абсолютно подстрекательскими. они должны были взять в руки пушку, думали моряки, многие на материке и в самом Имперском городе присоединятся к ним.

Моряки предвидели мгновенный переворот. «Спонтанность и децентрализация были их лозунгами. Они стремятся к свободному общественному порядку, закрепленному в местных советах, к прямой народной демократии по образцу казачьего круга и средневекового вече. Они навсегда были склонны к внезапным приступам насилия против обладателей власти, офицеров, бюрократов, имущих и привилегированных людей. В марте 1921 г. все эти побуждения должны были найти свое окончательное и самое грозное выражение».

ДЕЙСТВИЯ мятежников отражали эту веру в местный контроль. они приняли свои собственные пайки, установили свои правила и начали проводить в жизнь уже согласованную политическую программу: создание сильного, независимого, самоуправляющегося Совета, гарантирующего широкие интеллектуальные и личные свободы. Но на самом деле моряки никогда не пытались сами распространять свое особое восстание, насильственно или каким-либо иным образом. Они время от времени выпускали листовки в районе Петрограда и в конце концов почувствовали себя несколько обманутыми бездействием города, но никогда не стремились перенести свой эксперимент за пределы островной крепости. Вместо этого они считали, что восстание возникнет в большинстве других областей, такова была глубина их уверенности в спонтанном восстании.

Это несколько загадочное нежелание расширять восстание отрицает официальную большевистскую реакцию на первоначальное восстание — что это был реакционный заговор.На самом деле возможно, что Советы считали, что за всем этим стоят белые, особенно в первые дни двухнедельного восстания, когда трудно было получить достоверную информацию, когда местные газеты сообщали о ложных бомбардировках повстанцами материка и , в одном случае — захват Петрограда матросами. Но именно эта спонтанная характеристика восстания, его добровольная локальность, его соответствие, по существу, большевистскому лозунгу «советский» ставит решающий вопрос: действовал ли режим честно и справедливо, выступая против матросов? в Кронштадте?

Если бы не этот вопрос, Кронштадт так и остался бы исторической фантазией, хоть и актуальной, но таскать с полки не стоит. Тем не менее дилемма в нынешнем виде достойна внимания, поскольку она представляет трудности, которые должны сопровождать включение «демократии» и «централизма» в единую нить политической практики. Аргумент кронштадтцев, конечно, заключался в том, что революция действительно началась с обещания автономных советов; сторонники жесткой линии большевиков полагали, что советы должны поступиться своей независимостью в пользу более централизованного и могущественного органа. Ленин на протяжении всей своей политической карьеры плел курс между этими двумя крайностями, считая, что выбор народа, вероятно, будет правильным выбором, а если бы это было не так, то общественное мнение можно было бы обхаживать, потакать ему и в конечном итоге воспитывать в правильном направлении. позиция.

Но в тяжелых условиях воюющей России было неизбежно, что Ленин откажется от этой постепенности и сделает то, что он хочет, с максимальной оперативностью. Резкость и сиюминутная жестокость централизма сделали необходимыми для победы над белыми. В стране, которая всегда была далеко не богатой, казалось почти невозможным допустить местную автономию в распределении материальных ресурсов и при этом сплотить всю нацию. В целом советские граждане признали необходимость, если не желательность, централизма во время гражданской войны.

В каком-то смысле это рассуждение может быть неадекватным применительно к самому Кронштадтскому восстанию: война кончилась, народ требовал ликвидации централизма, и требования мятежников, безусловно, были оправданы. Но с другой точки зрения, условия войны все еще существовали: ресурсы были скудными, и ими нужно было бережно управлять, а это означало, что расчет должен был быть как на национальном, так и на местном уровне. И, что более важно, враги Советской республики, какими бы закоренелыми они ни были, все же искали возможности свергнуть правительство.

Русские эмигранты, как указывает Аврич, замышляли обратить Кронштадтское восстание в свою пользу. У бунтовщиков и эмигрантов не было ничего общего, и Ленин и Троцкий это знают; матросы призывали к осуществлению «трудовой республики», а белые стояли за буржуазную или даже царскую реставрацию и все ужасные формы эксплуатации, которые с этим связаны. Угроза со стороны матросов была достаточно серьезной, но большей частью носила реформаторский характер; реакционеры не остановятся ни на чем меньшем, как на окончательном свержении большевистского правления.

Если бы стратегическая крепость, которую сейчас держат повстанцы их собственного толка, действительно попала в руки врага, кто знал, что могло бы произойти? Белые могли играть на народном недовольстве, которого теперь было в избытке; или они могут просто собрать большое ополчение и в последний раз подавить Советы. В любом случае перспектива была опасной.

Именно так Аврич смотрит на восстание. У повстанцев, возможно, была причина, но правительству также нужно было защитить себя от неправомерных угроз своему существованию.В России 1921 года такой протест, при ужасном положении дел, казался неизбежным; реакция правительства столь же предсказуема. Это то, что Аврич, говоря литературным языком, называет «трагедией Кронштадта».

Так и случилось. Бомбардировки, набеги и, наконец, массивная экспедиция из 50 000 солдат, пересекающая толстый слой льда на вершине Финского залива, чтобы отбить крепость у повстанцев. Повстанцы проделывают во льду гигантские дыры, и сотни солдат лоялистов тонут в леденящих могилах.Выжившие участники экспедиции пробивают себе путь в город, защищаемый 15 000 человек, и в домах и на улицах города бушуют ожесточенные рукопашные бои. Потом тишина, и все кончено, часть матросов бегут по льду в Финляндию, а остальные на пути к советским испытаниям и трудовым лагерям.

КТО же отвечал за Кронштадт? Аврич никогда не пытается разгадать загадку, но кажется, что начало разгадки уже близко. Те силы, которые пытались отбросить Советскую Россию назад, затормозить ее экономический и политический прогресс, сделать ее жизнь и жизнь ее народа как можно более несчастными и невыносимыми, являются настоящими злодеями этого эпизода.Чтобы установить вину, нужно сначала обратиться к царистам и союзным державам, которые произвели первые выстрелы самой гражданской войны, которые атаковали то, что началось как новый человеческий эксперимент, подлинно народную социальную революцию, и атаковали его без малейшего меру сострадания или заботы.

Наследие подавления, которое началось с советской бомбардировки Кронштадта, привело непосредственно к сталинскому террору и к безликой, циничной технократии, которой является Советский Союз сегодня. Уже одно это, оглядываясь назад, сделало бы нападение на крепость абсурдным.Но жгучая ирония Кронштадта заключается в том, что до начала осады, в то время, когда ее можно было остановить или отменить, настоящих виновников нигде не было.

Кронштадтское восстание — Энциклопедия Нового Света

Кронштадтское восстание
Участник Кронштадтского восстания
Дата марта 1921 г.
Местоположение Кронштадт, остров Котлин, Россия
Результат Разгром восстания
Победа большевиков
Казус
белли
Гнев по поводу экономической политики военного коммунизма
Комбатанты
Советские моряки Балтийского флота
Красноармейцы
Вооруженные жители Кронштадта
Красная Армия
Командиры
Степан Петриченко Маршал Михаил Тухачевский
Прочность
в. первые 11 000, второе нападение: 17 961 в. первое нападение: 10 073, второе нападение: от 25 000 до 30 000
Пострадавшие
в. 1000 убитых в бою и от 1200 до 2168 казненных. второй штурм 527-1412, гораздо большее число, если мы включим первый штурм.

Кронштадтское восстание — неудачное восстание советских моряков под предводительством Степана Петриченко против правительства ранней РСФСР.

Восстание произошло в первые недели марта 1921 года в Кронштадте, военно-морской крепости на острове Котлин в Финском заливе, служившей базой русского Балтийского флота и сторожевым постом на подступах к Петрограду, ныне Санкт-Петербургу. 35 миль. Восстание послужило сигналом Ленину о том, что уровень недовольства в стране растет, поскольку кронштадтские моряки были верны режиму. Красная Армия жестоко подавила восстание, однако в результате политика военного коммунизма сменилась новой экономической политикой.

Причины восстания

Войска Красной Армии атакуют Кронштадт.

По окончании Гражданской войны большевистская Россия была истощена и разорена. Засухи 1920 и 1921 годов и страшный голод в последний год добавили к катастрофе последнюю главу. В годы после Октябрьской революции эпидемии, голод, боевые действия, казни и общий экономический и социальный упадок, усугубившийся военной интервенцией союзников и Гражданской войной, унесли множество жизней.Еще один миллион человек бежал из России. Некоторые уехали с генералом Врангелем через Дальний Восток; другие ушли, чтобы избежать разрушительного действия войны или потому, что поддержали одну из побежденных сторон. Большая часть эмигрантов была образованной и квалифицированной.

Военный коммунизм

Во время Гражданской войны в России большевистское правительство ввело политику военного коммунизма. Цели большевиков в осуществлении военного коммунизма являются предметом спора. Некоторые комментаторы, в том числе ряд большевиков, утверждали, что его единственной целью была победа в войне. Другие комментаторы, такие как историк Ричард Пайпс, утверждали, что военный коммунизм на самом деле был попыткой немедленно внедрить коммунистическую экономику и что большевистские лидеры ожидали немедленного и крупномасштабного увеличения объема производства.

Военный коммунизм усугубил многие лишения, испытанные населением в результате войны. Крестьяне отказались сотрудничать в производстве продуктов питания, так как правительство забрало слишком много продуктов. Рабочие начали мигрировать из городов в сельскую местность, где шансы прокормить себя были выше, что еще больше уменьшило возможность справедливого обмена промышленных товаров на продукты питания и ухудшило положение оставшегося городского населения.Между 1918 и 1920 годами Петроград потерял 75 процентов своего населения; Москва потеряла 50 процентов.

В условиях запрета частной промышленности и торговли и неспособности новопостроенного государства выполнять эти функции в должной мере, значительная часть российской экономики остановилась. Подсчитано, что общий объем производства шахт и фабрик упал в 1921 году до 20 процентов от уровня до Первой мировой войны, при этом многие важные товары испытали еще более резкое снижение. Производство хлопка, например, упало до 5%, а железа до 2% от довоенного уровня.Крестьяне ответили на реквизицию отказом обрабатывать свою землю. К 1921 г. обрабатываемые земли сократились примерно до 62% довоенной площади, а урожайность составляла всего 37% от нормы. Поголовье лошадей сократилось с 35 миллионов в 1916 году до 24 миллионов в 1920 году, а крупного рогатого скота за тот же период сократилось с 58 до 37 миллионов. Обменный курс доллара США, составлявший 2 рубля в 1914 году, вырос до 1200 в 1920 году. В России возник черный рынок, несмотря на угрозу введения военного положения против спекуляции.Рубль рухнул и был заменен системой бартера, и к 1921 году тяжелая промышленность упала до уровня 20 процентов от уровня 1913 года. Девяносто процентов всей заработной платы «выплачивались товарами» (оплата товарами, скорее чем деньги). Семьдесят процентов локомотивов нуждались в ремонте, а реквизиция продовольствия в сочетании с последствиями семилетней войны и сильной засухи привели к голоду, в результате которого погибло от 3 до 10 миллионов человек. [1]

В результате по стране прокатилась череда рабочих забастовок и крестьянских восстаний, таких как Тамбовское восстание.Поворотным моментом стал Кронштадтский мятеж на военно-морской базе в начале марта 1921 года. Восстание произвело на Ленина поразительное впечатление, поскольку кронштадтские моряки были одними из самых решительных сторонников большевиков. После окончания гражданской войны политика военного коммунизма сменилась новой экономической политикой.

Заявки выданы

26 февраля в Петроград прибыли делегаты кронштадтских матросов для выяснения обстановки. 28 февраля в ответ на сообщение делегатов о жестоком подавлении большевиками забастовок в Петрограде (утверждения, которые могли быть неточными или преувеличенными [2] ), экипажи линкоров Петропавловск и Севастополь провели экстренное собрание, утвердившее резолюцию по пятнадцати требованиям [3] :

  1. Срочные новые выборы в Советы. Нынешние Советы уже не выражают желаний рабочих и крестьян. Новые выборы должны быть проведены тайным голосованием, и им должна предшествовать свободная предвыборная агитация.
  2. Свобода слова и печати для рабочих и крестьян, для анархистов и для левых социалистических партий.
  3. Право собраний и свобода профсоюзных и крестьянских организаций.
  4. . Организация не позднее 10 марта 1921 г. конференции беспартийных рабочих, солдат и матросов Петрограда, Кронштадта и Петроградского района.
  5. Освобождение всех политических заключенных социалистических партий и всех заключенных рабочих и крестьян, солдат и матросов, принадлежащих к рабочим и крестьянским организациям.
  6. Избрание комиссии для изучения дел всех лиц, содержащихся в тюрьмах и концлагерях.
  7. Упразднение всех политических секций в вооруженных силах. Ни одна политическая партия не должна иметь привилегий для распространения своих идей или получать с этой целью государственные субсидии. Вместо политических секций должны быть созданы различные культурные группы, получающие средства от государства.
  8. Немедленная ликвидация отрядов милиции, созданных между городами и деревнями.
  9. Уравнивание пайков для всех рабочих, кроме занятых на опасных или вредных для здоровья работах.
  10. Упразднение партийных боевых отрядов во всех воинских формированиях. Отмена партийной охраны на заводах и предприятиях. Если требуются охранники, их следует назначать с учетом мнения рабочих.
  11. . Предоставление крестьянам свободы действий на своей земле и права владения скотом при условии, что они сами ухаживают за ним и не употребляют наемный труд.
  12. Просим все воинские части и группы подготовки офицеров присоединиться к данной резолюции.
  13. Требуем должного освещения этой резолюции в печати.
  14. Требуем учреждения мобильных рабочих контрольных групп.
  15. Требуем разрешить ремесленное производство, если в нем не используется наемный труд.

Ответ

Из 15 требований только два относились к тому, что марксисты называют «мелкой буржуазией», к достаточно зажиточному крестьянству и ремесленникам. Они требовали «полной свободы действий» для всех крестьян и ремесленников, не нанимавших рабочую силу. Как и петроградские рабочие, кронштадтские матросы требовали уравниловки в оплате труда и отмены блокпостов, которые ограничивали как передвижение, так и возможность рабочих доставлять продукты в город.

1 марта состоялось общее собрание Гарнизона, на котором также присутствовали Михаил Калинин и нарком Балтийского флота Кузьмин, выступавшие за Правительство.Общее собрание приняло решение, включающее 15 требований, приведенных выше. 2 марта конференция делегатов матросских, солдатских и рабочих организаций, заслушав выступления Кузьмина и Васильева, председателя Кронштадтского исполнительного комитета, арестовала этих двоих и на фоне неверных слухов о готовящемся нападении одобрила создание Временного ревкома [4]. . В тот же день правительство ответило ультиматумом. В нем утверждалось, что восстание «несомненно было подготовлено французской контрразведкой» и что резолюция Петропавловск была резолюцией «эсеровско-черносотенной» (эсеры означали «эсеров», демократическую социалистическую партию, господствовавшую в советской власти). до возвращения Ленина, и чьи правые отказывались поддерживать большевиков; «черные сотни» были реакционной, даже протофашистской силой, существовавшей еще до революции, которая нападала на евреев, рабочих и радикалов, среди прочих ).

Подозрение Ленина в международном заговоре, связанном с кронштадтскими событиями, подтверждается обнаружением рукописного меморандума, хранящегося в Русском архиве Колумбийского университета, датированного 1921 годом и помеченного грифом «Совершенно секретно». Документ включает удивительно подробную информацию о ресурсах, личном составе, вооружении и планах Кронштадтского восстания. В нем также подробно изложены планы относительно поддержки Белой армией и французским правительством мартовского мятежа кронштадтских моряков. Название ее: «Меморандум по вопросу об организации восстания в Кронштадте».’

Меморандум был частью собрания документов, составленных организацией под названием «Национальный центр», возникшей в начале 1918 года как самопровозглашенная «подпольная организация, созданная в России для борьбы с большевиками». Потерпев военное поражение и арестов многих из ее центральных членов, к концу 1920 года группа воссоздала себя в изгнании. Генерал Врангель с обученной армией из десятков тысяч человек, готовых и ожидающих, был их главной военной базой поддержки.Этот меморандум был написан в период с января по начало февраля 1921 года агентом Национального центра в Финляндии. [5]

Другие, однако, оспаривают эти утверждения, включая известного историка Пола Аверича. Это включает доказательства того, что меморандум не был подписан.

Однако, чтение документа быстро показывает, что Кронштадт был не продуктом Белого заговора, а скорее Белым «Национальным Центром», стремившимся использовать спонтанное «восстание», которое, по его мнению, могло «вспыхнуть там предстоящей весной». «для своих целей.В отчете отмечается, что «среди матросов можно заметить многочисленные и безошибочные признаки массового недовольства существующими порядками». Действительно, в «Меморандуме» говорится, что «нельзя забывать, что даже французское командование и русские антибольшевистские организации не принимают участия в подготовке и руководстве восстанием, восстание в Кронштадте произойдет все равно во время грядущей весной, но после короткого периода успеха она будет обречена на провал». [цит. по Аврич, Кронштадт 1921, 235, 240]

Аврич отвергает идею о том, что «Меморандум» объясняет восстание:

Ничего не обнаружилось, чтобы показать, что Секретный меморандум когда-либо применялся на практике или что существовали какие-либо связи между эмигрантами и матросами до восстания.Напротив, восстание носило признаки спонтанности… в поведении повстанцев мало что указывало на тщательную заблаговременную подготовку. Если бы существовал заранее подготовленный план, моряки наверняка ждали бы еще несколько недель, пока лед растает… Более того, повстанцы позволили Калинину [ведущему коммунисту] вернуться в Петроград, хотя он стал бы ценным заложником. Далее, никаких попыток перейти в наступление не предпринималось… Показательно и большое количество коммунистов, принявших участие в движении… Моряки не нуждались в поощрении извне, чтобы поднять знамя восстания….Кронштадт явно созрел для восстания. Его вызвали не происки эмигрантских заговорщиков и иностранных разведчиков, а волна крестьянских восстаний по всей стране и рабочие волнения в соседнем Петрограде. И по мере своего развития восстание шло по образцу более ранних выступлений против центрального правительства с 1905 г. до Гражданской войны».

Более того, сыграл ли «Меморандум» роль в восстании, можно увидеть из реакции белого «Национального центра» на восстание.Во-первых, им не удалось ни доставить помощь повстанцам, ни получить им французскую помощь. Во-вторых, профессор Гримм, главный агент Национального центра в Гельсингфорсе и официальный представитель генерала Врангеля в Финляндии, заявил своему коллеге после подавления восстания, что если произойдет новая вспышка, то их группу нельзя снова застать врасплох. Аврич также отмечает, что восстание «вывело эмигрантов из равновесия» и что «[ни]чего… не было сделано для реализации Секретного меморандума, и предупреждения автора полностью оправдались.[Аврич, 212-123] [6]

Подавление восстания

Петроградские рабочие находились на военном положении и мало чем могли помочь Кронштадту. [7] Большевистское правительство начало наступление на Кронштадт 7 марта. [8] В наступлении участвовало около 60 000 военнослужащих под командованием Михаила Тухачевского. [9] Спешили овладеть крепостью до таяния бухты, так как это сделало бы ее неприступной для сухопутной армии.Многие части Красной Армии были брошены на лед под прицелом, а некоторые даже присоединились к восстанию. [10] 17 марта большевистские силы, потеряв более 10 000 человек, наконец вошли в город Кронштадт. [11] Хотя достоверных данных о боевых потерях повстанцев нет, историки подсчитали, что тысячи человек были казнены в первые дни после восстания и столько же заключены в тюрьмы, многие в Соловецкий трудовой лагерь. [12] Большому количеству более удачливых повстанцев удалось бежать в Финляндию.(Эти люди вызвали первую серьезную проблему беженцев для нового независимого государства Финляндия. [13] ) Официальные советские данные утверждают, что около 1000 повстанцев были убиты, 2000 ранены, 2500 взяты в плен и 8000 перешли на сторону Финляндии, в то время как Красная Армия потерял 527 человек убитыми и 3285 ранеными. [14]

19 марта большевистские силы взяли под полный контроль город Кронштадт после того, как погибло от 527 до 1412 человек или больше, если включить потери от первого штурма.По официальным советским данным, в боях погибло 1000 повстанцев. От 6000 до 8000 повстанцев бежали в Финляндию. Заключенных колеблется от 2300 до 6528 человек. Было освобождено от 1050 до 1272 человек. от 750 до 1486 человек приговорены к пяти годам принудительных работ. казнено от 1200 до 2168 человек. По амнистии были помилованы и беженцы в Финляндии. Среди беженцев был и сам Петриченко, проживавший в качестве беженца в Финляндии до 1945 года. [15] После Великой Отечественной войны он был возвращен в Советский Союз после зачисления в ГПУ.Позже в том же году он умер в лагере для военнопленных в Советском Союзе по обвинению в шпионаже. [16]

На следующий день после сдачи Кронштадта большевики праздновали пятидесятилетие Парижской Коммуны.

Хотя части Красной Армии подавили восстание, всеобщее недовольство положением дел не могло быть выражено с большей силой. На этом фоне недовольства Ленин, который также пришел к выводу, что мировая революция не является неминуемой, весной 1921 года приступил к замене экономической политики военного коммунизма своей новой экономической политикой.

Анархистка Эмма Гольдман, находившаяся в Петрограде во время восстания, критиковала Льва Троцкого за его роль в подавлении восстания, утверждая, что это делает его более позднюю критику сталинского режима лицемерной. [17] Троцкий, однако, ответил, что критика Гольдмана была в основном формальной и игнорировала различие социального состава между пробольшевистским Кронштадтским восстанием 1917 года и преимущественно «мелкобуржуазным» Кронштадтским восстанием 1921 года. [18]

Состав гарнизона

Защитники большевистской политики, такие как Эбби Бакан из Социалистической рабочей партии Великобритании, утверждали, что кронштадтские повстанцы не были такими же моряками, как те, кто был революционными героями в 1917 году. [5]

Однако Исраэль Гетцлер представляет подробные доказательства того, что подавляющее большинство моряков служило на флоте с 1917 года: [19]

… то, что политизированный красный матрос-ветеран все еще преобладал в Кронштадте в конце 1920 года, подтверждается достоверными статистическими данными, имеющимися в отношении экипажей двух крупных линкоров, Петропавловск и Севастополь, , оба известные с 1917 года за их революционное рвение и большевистскую преданность.Из 2028 матросов, годы призыва которых известны, не менее 1904, или 93,9%, были призваны на флот до и во время революции 1917 г., причем наибольшая группа — 1195 человек — поступила в 1914—1916 гг. В 1918-1921 годах было набрано всего 137 матросов, или 6,8%, в том числе трое призванных в 1921 году, и только их не было во время революции 1917 года. Что же касается моряков Балтийского флота в целом (а сюда входили Петропавловск и Севастополь ), то из них на 1 января 1921 года служило не менее 75 человек.5 %, вероятно, были призваны на флот до 1918 г. Более 80 % были набраны из великороссийских областей (в основном из средней полосы России и Поволжья), около 10 % — с Украины, 9 % — из Финляндии, Эстонии, Латвии и Польша.
… И, как это часто утверждалось, новобранцы, около 400 из которых были опрошены Ясинским, не прибыли в количестве, достаточном для того, чтобы ослабить или даже «деморализовать» кронштадтских красных матросов. Как обнаружил Эван Модсли, к 1 декабря 1920 года «всего 1313 новобранцев из запланированных 10 384» прибыли, и даже они, по-видимому, размещались в казармах 2-го Балтийского экипажа в Петрограде.

Тони Клифф, защищая большевистскую политику, утверждает, что «число промышленных рабочих в России, всегда составлявшее меньшинство, упало с 3 миллионов в 1917 году до 1 240 000, т. е. на 58,7%, в 1921–1922 годах. сельскохозяйственного пролетариата, с 2 100 000 в 1917 г. до 34 000 только через два года (уменьшение на 98,5%), но число крестьянских дворов (а не отдельных лиц, что во много раз больше) возросло с парцеллированием земли с 16,5 млн. в начале 1918 г. до более чем 25 миллионов домохозяйств к 1920 году, т. е. примерно на 50 процентов. [20]

Сторонники этой точки зрения утверждают, что большинство матросов Балтийского флота, дислоцированного в Кронштадте, были новобранцами крестьянского происхождения. Степан Петриченко, руководитель Кронштадтского восстания марта 1921 г., сам был украинцем [21] Позже он признал, что многие из его товарищей по восстанию были крестьянами с юга, симпатизировавшими крестьянскому оппозиционному движению против большевиков. По словам Петриченко: «Когда мы вернулись домой, наши родители спросили нас, почему мы сражались за угнетателей.Это заставило нас задуматься.» [22]

Примечания

Все ссылки Проверено 6 июля 2008 г.

  1. ↑ Мэтью Уайт, Список источников и подробные списки погибших для гемоклизма двадцатого века. Список погибших Проверено 8 июля 2008 г.
  2. ↑ Пол Аврич. Кронштадт, 1921. (Princeton University Press, 2006. ISBN 0691087210)
  3. ↑ Ида Метт. Кронштадтская коммуна, Первоначально опубликовано на французском языке как Коммуна де Кронштадт, (Париж: 1938).отрывок онлайн, Петроград накануне Кронштадта. blackened.net . Проверено 31 октября 2008 г.
  4. ↑ Скотт Зенкацу Паркер, под редакцией Мэри Хьюи, Перевод с примечаниями авторов, онлайн, Правда о Кронштадте Мичиганский университет . Проверено 31 октября 2008 г.
  5. 5.0 5.1 Эбби Бакан, «Кронштадт — трагическая необходимость» (впервые напечатано в Socialist Worker Review 136 (ноябрь 1990) марксизм.дк . Проверено 31 октября 2008 г.
  6. ↑ Коллектив редакции The Anarchist FAQ, Что такое Кронштадтское восстание? infoshop. org ваше интернет-сообщество анархистов. Проверено 31 октября 2008 г.
  7. ↑ Орландо Фигес. Народная трагедия: русская революция 1891-1924 гг. (Нью-Йорк: Viking Press, 1997), 760.
  8. ↑ Рис., 763.
  9. ↑ Рис., 767.
  10. ↑ Рис., 763.
  11. ↑ Рис., 767.
  12. ↑ Рис., 767.
  13. ↑ Kronstadtin kapina 1921 ja sen perilliset Suomessa (Кронштадтское восстание 1921 г. и его потомки в Финляндии) Эркки Вессманн.(веб-сайт и книга только на финском языке) Проверено 31 октября 2008 г.
  14. ↑ А. С. Пухов. Кронштадтский миатеж в 1921 г. (Ленинград, ОГИЗ-Молодая Гвардия) (на русском языке)
  15. ↑ Kronstadtin kapina 1921 ja sen perilliset Suomessa (Кронштадтское восстание 1921 г. и его потомки в Финляндии) Эркки Вессманн.
  16. ↑ «Kapinallisen salaisuus» («Секрет бунтаря»), Suomen Kuvalehti (финский журнал, онлайн [1]), выпуск SK24 (2007): 39, 15.06.2007
  17. ↑ «Троцкий слишком много протестует» Эммы Гольдман, впервые опубликовано АНАРХИСТСКО-КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ФЕДЕРАЦИЕЙ. [Глазго, Шотландия, 1938 г.], онлайн «Документы Эммы Голдман» (Беркли: Калифорнийский университет) sunsite.berkeley.edu . Проверено 31 октября 2008 г.
  18. ↑ «Hue and Cry Over Kronstadt» Льва Троцкого. marxists.org . Проверено 31 октября 2008.
  19. ↑ Исраэль Гетцлер. Кронштадт, 1917-1921 гг.: Судьба советской демократии. (Cambridge University Press, 2002), 207–208; Эван Модсли. Русская революция и Балтийский флот: война и политика. (Лондон: 1978) и Норман Э. Сол. Восстание моряков: Балтийский флот России в 1917 году. (University Press of Kansas, 1978) представляют аналогичные доказательства.
  20. ↑ Тони Клифф. Ленин: революция в осаде 1923 года. том 3 (Лондон: Закладки, 1987), 143.
  21. ↑ В. Брюс Линкольн. Красная Победа: История Гражданской войны в России 1918-1921 гг. (Нью-Йорк, Да Капо, 1989), 498.
  22. ↑ Линкольн, 495.

Ссылки

Ссылки ISBN поддерживают NWE за счет реферальных сборов

  • Аврич, Пол. Кронштадт, 1921. Издательство Принстонского университета, 2006. ISBN 0691087210
  • Чемберлин, У.Х. Русская революция, (5-е изд. 1960 г.), переиздание. Издательство Принстонского университета, 1987. ISBN 0691008167
  • Клифф, Тони. Ленин. 4 тома. 1975-1979 гг.
    • Ленин: строим партию том 1
    • Ленин: Вся власть Советам том 2
    • Ленин: Осада революции 1923 года. том 3 Лондон: Закладки, 1987.ISBN 97804199
    • Ленин. Большевики и мировая революция т. 4
  • Фигес, Орландо. Народная трагедия: русская революция 1891-1924 гг. Нью-Йорк: Viking Press, 1997. ISSN 0037-6795
  • Гетцлер, Израиль. Кронштадт, 1917-1921 гг.: Судьба советской демократии. Издательство Кембриджского университета, 2002. ISBN 0521894425
  • Линкольн, В. Брюс, Красная Победа: История Гражданской войны в России, 1918-1921 гг. Нью-Йорк, Да Капо, [1989] 1999. ISBN 9780671631666
  • Ленин В.И. и Лев Троцкий, Кронштадт. (перевод с русского) Pathfinder Press, 2001. ISBN 0873488830
  • Линч, Майкл. Реакция и революция: Русская революция 1894-1924 гг. Лондон: Мюррей, 2005 г. ISBN 9780340885895
  • Модсли, Эван. Русская революция и Балтийский флот: война и политика. Лондон: 1978. OCLC 548
  • Метт, Ида. Кронштадтская коммуна. (Первоначально опубликовано на французском языке как La Commune de Cronstadt, Paris: 1938.) Montreal: Our Generation Press, 1971. OCLC 694438
  • Рясановский Н.В. и Марк Штейнберг. История России. (2 тома) исправленное изд. Издательство Оксфордского университета (США), 2004. ISBN 0195153944
  • Сервис, Роберт. Ленин: Биография. Кембридж, Массачусетс: Harvard University Press/Belknap Press, 2000. ISBN 0674003306
  • Саул, Норман Э. Восстание моряков: Балтийский флот России в 1917 году. University Press of Kansas, (1978) 1986. ISBN 9780700601660
  • Волын Лазарь. Неизвестная революция. Free Life Editions, Нью-Йорк, 1974. ISBN 9780914156062
  • Вессманн, Эркки. Kronstadtin kapina 1921 ja sen perilliset Suomessa (Кронштадтское восстание 1921 года и его потомки в Финляндии) , Pilot Kustannus Oy, 2004. ISBN 9524642131

Внешние ссылки

Все ссылки получены 25 апреля 2018 г.

Кредиты

New World Encyclopedia автора и редактора переписали и дополнили статью в Википедии в соответствии со стандартами New World Encyclopedia .Эта статья соответствует условиям лицензии Creative Commons CC-by-sa 3.0 (CC-by-sa), которая может использоваться и распространяться с надлежащим указанием авторства. Упоминание должно быть выполнено в соответствии с условиями этой лицензии, которая может ссылаться как на авторов New World Encyclopedia , так и на самоотверженных добровольных участников Фонда Викимедиа. Чтобы процитировать эту статью, щелкните здесь, чтобы просмотреть список допустимых форматов цитирования. История более ранних вкладов википедистов доступна исследователям здесь:

История этой статьи с момента ее импорта в New World Encyclopedia :

Примечание. На использование отдельных изображений, лицензированных отдельно, могут распространяться некоторые ограничения.

Кронштадтское восстание | Encyclopedia.com

Кронштадтское восстание — известное восстание против коммунистического правительства с 1 по 18 марта 1921 года в Кронштадте, военно-морской базе в Финском заливе, базе российского Балтийского флота и оплоте радикальных поддержка Петроградского Совета в 1917 году.

К началу 1921 года большевистское правительство разгромило армии своих белых противников, но также руководило крахом экономики и находилось под угрозой распространения зеленых восстаний в деревне.Кронштадтский гарнизон был разочарован сообщениями из дома о грабежах отрядов реквизиции продовольствия, а также о коррупции и должностных преступлениях коммунистических лидеров. В ответ на забастовки и демонстрации в Петрограде в феврале 1921 года революционный комитет из пяти человек взял Кронштадт под свой контроль. Он провел чистку в местной администрации, реорганизовал профсоюзы и подготовился к новым выборам в совет, готовясь к коммунистическому штурму. Он призвал положить конец привилегиям коммунистической партии; за новые, свободные выборы в советы; и за прекращение принудительных реквизиций зерна в деревне.

Реакция коммунистов была быстрой. Первая атака 8 марта привела только к кровопролитию; однако 18 марта массированный ледовый штурм 50-тысячного войска, усиленного коммунистическими отрядами и несколькими сотнями делегатов X съезда партии под предводительством героя гражданской войны Михаила Тухачевского, овладел островной твердыней. Тысячи кронштадтских активистов погибли во время штурма или последовавших за ним репрессий.

Кронштадтское восстание вместе с Зеленым движением представляло прямую угрозу коммунистическому контролю.Хотя восстания были подавлены, их угроза привела к важным политическим изменениям на Десятом съезде партии, включая отказ от военного коммунизма (монополия на зерно и принудительные реквизиции зерна) и запрет фракций внутри Коммунистической партии.

См. также: гражданская война 1917–1922 гг.; зеленое движение; социалисты-революционеры

библиография

Аврич, Пол. (1970). Кронштадт, 1921. Принстон, Нью-Джерси: Издательство Принстонского университета.

Гецлер, Израиль.(1983). Кронштадт, 1917–1921: Судьба советской демократии. Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета.

А. Делано ДюГарм

Скажи мне, где ты стоишь в Кронштадте | Аласдер Макинтайр

В двадцати милях к западу от Ленинграда находится остров в Финском заливе, на котором стоит военно-морская база и город Кронштадт. Но Кронштадт — это не только название места; это также символ того момента, когда в феврале и марте 1921 года большевистский режим впервые столкнулся с враждебностью своего собственного рабочего класса в восстании матросов и других рабочих Кронштадта против правительства Ленина.Они были подавлены Красной Армией. Все, кто относится к коммунизму и марксизму, были вынуждены пытаться свести счеты с тем, что произошло в Кронштадте, когда восстали матросы: русские эмигранты , Ленин, Троцкий, Сталин, анархисты, позднейшие историки революции, каждый дал свое учетная запись.

Прекрасная авторитетная книга Пола Авриха представляет собой беспристрастную научную работу, которая наилучшим образом иллюстрирует, насколько пристрастной может быть беспартийная наука.Он дает нам самое пристальное исследование всех доступных свидетельств, которые мы, вероятно, будем иметь в течение некоторого времени, и он использует свои свидетельства, чтобы построить повествование, которое в своих самых блестящих отрывках соответствует силе Дойчера «Вооруженный пророк » и Моше Левина. Последний бой Ленина . Но тем самым он скорее усиливает, чем ослабляет доводы в пользу максимы: скажи мне, где ты стоишь в Кронштадте, и я скажу тебе, кто ты и что ты такое.

По Кронштадтскому восстанию 1921 года были взяты три основные позиции, и все они несостоятельны.Первой была группа из эмигрантов из групп, связанных с Национальным центром в Париже, группой, основанной бывшими лидерами партии кадетов. Аврич впервые печатает (на английском языке) меморандум Национального центра, написанный в ожидании восстания в Кронштадте и содержащий его планы всего за несколько недель до фактического восстания. Но на самом деле все те, кто стремился помочь кронштадтским повстанцам, чтобы свергнуть Октябрьскую революцию, не вступали даже в контакт с повстанцами.Нет никаких доказательств того, что восстание в Кронштадте не было полностью независимым от внешней помощи.

К тому же вряд ли кронштадтские повстанцы пошли бы на общее дело с эмиссарами кадетов. Их революционная традиция сближала их с большевиками. В 1905 году матросы Кронштадта восстали и устроили беспорядки. В 1906 году они снова подняли мятеж. В мае 1917 года Кронштадтский Совет объявил себя единоличной властью в Кронштадте. В октябре 1917 года именно кронштадтские матросы штурмовали Зимний дворец и три года спустя были среди толпы, приветствовавшей реконструкцию штурма в третью годовщину революции, всего за полгода до восстания против Советское правительство.Почему они восстали?

Аврич помещает восстание в Кронштадте там, где оно должно быть, в кризисе так называемого «военного коммунизма». В тот самый момент, когда матросы поднялись, Ленин проводил на X съезде Коммунистической партии политику, призванную смягчить жестокость прежних, которые призывали к конфискации продукции крестьян, с одной стороны, и регламентации промышленного труда, с другой. . Эта политика в сочетании с дефицитом и разрушениями, вызванными войной и гражданской войной, в конце концов довела многих рабочих и крестьян до отчаяния.

И для крестьян, и для рабочих существовал резкий контраст между начальными этапами революции, когда с фабрик были сняты старые владельцы и управляющие, а земля была распределена между крестьянами, и последующими этапами, когда — на заводах было окончательно восстановлено мужское хозяйство, а в деревне организованы совхозы; крестьяне с подозрением относились к новым совхозам и ненавидели постоянные реквизиции. Низовая политическая реакция на это изменение была не требованием, как иногда говорят, «Советов без коммунистической партии», а верой в то, что коммунисты должны и должны разделить свою власть с другими группами внутри Советов.

Внутри самой Коммунистической партии такое же напряжение выразилось в программе фракции Шляпникова и Коллонтай, именуемой «Рабочей оппозицией». Рабочая оппозиция хотела передать управление экономикой Советам, профсоюзам и национальному съезду производителей. В своей речи на Х съезде Шляпников привел тезис Энгельса о том, что коммунистическое общество организует промышленность «на основе свободного и равноправного объединения всех производителей».

Но хотя большинство делегатов X съезда отвергли призыв Троцкого к еще более строгому контролю над рабочей силой в пользу ленинской смешанной политики, которая включала ослабление экономической жизни в условиях нэпа, они поддержали бы характеристику Рабочей оппозиции, данную Троцким. : «Рабочая оппозиция выступила с опасными лозунгами.Они сделали фетиш из демократических принципов. Они поставили право рабочих избирать представителей как бы выше партии, как будто партия не имела права утверждать свою диктатуру, даже если эта диктатура временно сталкивалась с преходящими настроениями рабочей демократии».

Кронштадтские матросы были поэтому правы, предполагая, что лозунг «Вся власть Советам», которым раньше пользовались сами большевики, стал теперь антибольшевистским кличем. Повстанцы видели в большевиках утверждение диктатуры партии над пролетариатом, и на самом деле сами большевики соглашались с тем, что они именно так и поступали. По поводу предложения рабочей оппозиции о всенародном съезде производителей Зиновьев жаловался, что «большинство их в этот тяжкий момент будет беспартийным, немало эсеров и меньшевиков». Но вряд ли Национальному центру в Париже пришелся бы по вкусу крик: «Вся власть Советам». Если бы к власти пришли так называемые умеренные, которые руководили им, им пришлось бы сокрушить власть кронштадтских матросов, и они сокрушить эту власть так же свирепо, как это сделали большевики.

Даже левые эсеры, заявлявшие о поддержке Октябрьской революции и пытавшиеся в 1921 г. организовать поддержку восстания, должны были помнить, что в июльские дни 1917 г. именно матросы из Кронштадта линчевали левых эсеров. лидер Виктор Чернов не вмешался Троцкому, и что матросы из Кронштадта по указанию Ленина разогнали Учредительное собрание, в котором эсеры имели большинство.

Итак, в одном центральном аспекте кронштадтцы представляют Октябрь 1917 года против марта 1921 года, Октябрьскую революцию против Х съезда, и отождествлять их с их самозваными друзьями-эмигрантами абсурдно. Именно такое отождествление, конечно, и составляло официальную точку зрения советского правительства на восстание. Когда Ленин докладывал о кронштадтском деле, он рассматривал деятельность кадетов, эсеров и кронштадтских матросов как части единой тенденции антагонизма к большевизму. В самом деле, он никогда не говорил, что белогвардейцы и генералы участвовали в самом восстании, но неосторожный читатель наверняка подумал бы, что он утверждает это. Позднее Троцкий сделал то же утверждение, но отказался от него.

Дело большевиков в своей наиболее убедительной форме было двояким. Во-первых, кронштадтские моряки 1921 года не были моряками 1917 года; изменился социальный состав флота. Моряки 1921 года не желали, как утверждали большевики, терпеть тяготы революционного режима. Во-вторых, успешное восстание в Кронштадте и его распространение на материк сразу же привели бы к новой интервенции белых. Последнее утверждение очевидно убедительно: подавление восстания было явно насущной необходимостью.

Но истинного характера восстания большевики не хотели или не могли признать. Революционный комитет, возглавивший восстание, состоял из писаря, телефонистки, двух машинистов, двух электриков, фельдшера, простого матроса, двух фабричных рабочих, сторожа, директора Третьей рабочей школы, рабочего лесопилки. , начальник транспорта в крепостном строительном управлении и штурман: подавляющее большинство пролетариев. После того, как две тысячи повстанцев были схвачены советским правительством, тринадцать предполагаемых главарей были выделены и преданы за закрытыми дверями перед казнью: пятеро были бывшими военно-морскими офицерами аристократического происхождения, семеро были крестьянами и один был священником.На самом деле ни один из них не играл руководящей роли в восстании, но акцент советской печати на их социальном происхождении ясно показывает, что советское правительство с самого начала хотело солгать о социальном составе руководства восстания и не просто ошиблось. .

Конечно, с 1917 года в составе флота произошли некоторые изменения. Было несколько больше бывших крестьян, но большинство матросов всегда были бывшими крестьянами. В самом деле, нет веских оснований принимать какие-либо тезисы большевиков о матросах, как, например, утверждение о том, что они, в отличие от петроградских рабочих, не готовы терпеть лишения.Рабочие Петрограда подняли волну забастовок 90 251 до 90 252 Кронштадтского восстания, и их тоже пришлось подавлять силой.

Таким образом, возникает вопрос: так как у большевиков была отличная военная база для немедленного подавления Кронштадтского восстания (помощь извне была не только опасна, но и через несколько недель лед растаял бы, что сделало бы штурм мятежников гораздо сложнее), зачем придумали дополнительный плохой случай? Совершенство военного дела было общепризнано.Когда известие о восстании дошло до X съезда, среди делегатов, вызвавшихся присоединиться к штурму, были делегаты от рабочей оппозиции, чьи собственные лидеры осудили восстание так же яростно, как и любые другие. Виктор Серж, самый проницательный из сторонников режима-анархистов, тоже понимал силу этого дела.

Но большевики не могли довольствоваться этим, ибо, если бы они это сделали, им пришлось бы допустить, чтобы правда о разделении их партии, с одной стороны, и рабочих и крестьян, с другой, была продемонстрировал гораздо убедительнее, чем позволяла даже речь Троцкого.Через год на XI съезде Шляпников смог возразить на речь Ленина: «Владимир Ильич сказал вчера, что пролетариата как класса в марксистском смысле не существует [в России]. Разрешите поздравить вас с тем, что вы являетесь авангардом несуществующего класса».

Признание большевистской партией своего отделения от пролетариата значило бы разрушить собственную основу. Следовательно, с тех пор он питался мифами и софистикой. Марксизм в течение многих лет так успешно изолировал себя от морального самоанализа, что вопрос, который большевистская позиция должна была поднять о политической ценности и даже незаменимости правдивости, фактически не поднимался до тех пор, пока пятнадцать лет спустя, Троцкий в 1902 г. Их мораль и наша .

На этом этапе аргументации заманчиво принять третью точку зрения на Кронштадт, которая, как может показаться, опирается на то, что было сделано ранее. Таков анархистский взгляд, которого в то время придерживался, например, Александр Беркман и который был представлен в книге Иды Метт « Коммуна Кронштадта: Crépuscule sanglant des Councils * в 1949 году». -коренная демократия, «вторая Парижская коммуна», и просто неправильно было ее замалчивать.Права была на стороне моряков во всем. Теперь добродетели матросов были явно велики: они тщательно воздерживались от жестокого обращения с коммунистами, взятыми в плен; они с огромным мужеством вели штурмы Кронштадта; и они боролись исключительно за идеалы, а не за свои частные интересы. Большое количество попавших в плен было расстреляно сразу или позже, а другие были приговорены к медленной смерти в трудовых лагерях (не сталинское изобретение). Они были настоящими мучениками.Но по крайней мере в двух отношениях они являются неадекватным символом небольшевистской социалистической демократии.

Аврич характеризует отношение матросов как анархо-популистское; и есть некоторые свидетельства как худшего, так и лучшего популизма в их отношении. В то время как Кронштадтский ревком отвергал антисемитизм, они нападали на Троцкого за то, что он стал причиной гибели в гражданской войне тысяч невинных людей «национальности, отличной от его собственной», — явная попытка апеллировать к антисемитизму.Советский курсант отряда, захватившего члена ревкома Вершинина, когда он вышел с ними на переговоры в начале восстания, сообщил, что крикнул: евреи. Это их проклятое господство пришлось терпеть нам, рабочим и крестьянам».

Более того, как отмечают и Аврич, и Ида Метт, сами кронштадтские революционеры хотели ограничить свободу рабочих и крестьян. Они выступали против любого общеизбранного собрания, утверждая, что форма такого собрания всегда позволяет контролировать его меньшинству.Таким образом, их позиция резко отличалась от позиции Розы Люксембург, когда она выступала в 1918 году против любого ограничения свободы и за такое собрание. Либертарианский социалист не может следовать за и за кронштадтскими матросами и Люксембург, так же как он не может следовать одновременно за Лениным и за Люксембург.

Троцкий в самой последней ссылке на Кронштадтское восстание Сталин говорит о подавлении восстания как о «трагической необходимости», и его ссылка на трагедию метка.Столкновение большевиков с рабочими и крестьянами, которых они якобы представляли, было первой инсценировкой внутренней трагедии социализма. Центральный вопрос о социализме состоит в том, возникла ли эта трагедия исключительно из-за местных обстоятельств — отсталости России, уничтожения ресурсов во время войны и гражданской войны — или из-за более глубоких и постоянных факторов жизни рабочего класса, социалистических партий и групп? . Когда такие партии и группы колеблются между героической трагедией и негероическим фарсом, они должны помнить, что Кронштадт ставит перед ними вечный вопрос, даже если не дает на него ответа.

Настоящая трагедия без злодеев и подлости

Эта политика, известная под общим названием «военный коммунизм», выиграла гражданскую войну. Однако к концу 1920 года ужасные лишения, которые они причинили, и безжалостные действия, которые они предпринимали, сводили на нет антиавторитарные, плебейские завоевания 1917 года, отдалили большевистский электорат. От военного коммунизма окончательно отказались 15 марта 1921 года, слишком поздно, чтобы предотвратить кризис. Необузданные забастовки охватили крупные города, крестьянские восстания охватили сельскую местность; и, что наиболее драматично, знамя 1917 года — «Долой тиранов! Вся власть трудящимся!» — пролетел над Кронштадтом.

Г-н Аврич, преподающий историю в Квинс-колледже, написал первый достоверный, полномасштабный отчет о возникновении, ходе и подавлении Кронштадтского восстания. Это удивительно хорошая книга, одновременно научная и читабельная, незаменимая для специалиста и подходящая для всех, кто интересуется двумя призраками нашего века, революцией и репрессиями. Детальный анализ Авричем общего кризиса и восстания, его истоков, социального состава и программы проницателен и убедителен. Его повествование ясное и часто трогательное, особенно его описание кошмарного штурма незащищенных льдов, окружающих Кронштадт. Хотя правительственные войска были тщательно отобраны, многие из них выступили неохотно. Некоторые считали матросов товарищами; другие опасались артиллерии повстанцев, внезапно вскрывшей зияющие во льду водяные могилы.

Прежде всего, «Кронштадт 1921» отличается своей неослабевающей справедливостью, немалым подвигом, учитывая спорную тему и партизанским духом, который воодушевлял многие западные работы о большевистской революции.Аврич относится к повстанцам сочувственно, рассматривая их как потомков первобытных русских повстанцев и «невинных детей революции», стремящихся «выкупить залог Октября». Но он также предполагает, что их радикальный «анархо-популизм» — их поиск общинных идеалов 1917 года — был тщетным делом.

Не менее справедлив он и к большевистским лидерам, которые, хотя и понимали его истинную природу, публично клеймили восстание как часть белого заговора. Восстание выросло из повсеместного недовольства большевистским правлением; но, как поясняет Аврич, имели место серьезные антисоветские заговоры, особенно среди эмигрантов, и подлинная причина «белой паники», охватившей партию.В то время как более примирительный и терпеливый подход мог бы ограничить недовольство моряков решительным протестом и избежать кровопролития, правительство стремилось действовать до того, как лед начнет таять, что сделало невозможным штурм пехоты и открыло Кронштадт для помощи извне. Как замечает Аврич, «какое правительство будет долго терпеть мятежный флот на своей самой стратегической базе, базе, которую его враги жаждали использовать в качестве трамплина для нового вторжения?»

Все хорошие исторические исследования оставляют место для разногласий.Аврич слишком склонен отождествлять большевизм с ленинизмом и определять последний главным образом через ленинское недоверие к стихийным общественным силам. И хотя он по-настоящему скептичен, он слишком снисходительно относится к мнению, что Кронштадт был приподнимающим занавес советского «тоталитаризма» (ложный жуткий термин, от которого следует отказаться как ученым, так и политикам) и прототипом более поздних советских зверств, таких как как великие чистки.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.