Иван 3 великий почему великий: Иван III Васильевич

«Почему Ивана III называют Великим?» — Яндекс.Кью

Хотелось бы раскрыть основные направления в политике Ивана III, которые были отмечены в предыдущем ответе.
 В истории России Иван III довольно яркая фигура, но все же возникает вопрос о его величии. Когда мы слышим слово «Великий» по отношению к фигуре Петра I или Екатерины II, то все для нас ясно и понятно. Это многозначительные правители в нашей истории, имена которых на слуху. О Иване III же люди далекие от истории знают не так много. Хотя роль его велика. Он первым принял титул «Государь всея Руси», при нем двуглавый орел стал гербом нашего государства, а также был возведен красный кирпичный Московский Кремль. А это лишь самая малая часть того, что оставил после своего правления Иван III.

Для начала разберемся какие основные направления были в политике России второй половины XV века.

  • Объединение земель вокруг Москвы. Одно из важнейших направлений в политике Московского государства- централизация земель. В соперничестве с Тверью за главную объединяющую роль всех русских княжеств победила Москва. Этому во многом способствовала гибкая политика московских князей ( в данный вопрос углубляться не будем). В период правления Ивана III процесс объединения земель подходил к концу. Так была присоединены: Ярославль, Пермь, Ростов Великий, Новгород Великий, Тверь и Вятка. Можно сказать, что одни из самых важнейших земель примкнули к Москве именно при Иване III. Одно присоединение Новгорода чего стоило. Ведь во времена феодальной раздробленности Новгород был боярской республикой, поэтому боярская верхушка новгородцев не желала подчиняться московскому правителю. Перейти под власть Москвы- это лишиться своих новгородских земель и переселиться в Москву. Возникает вопрос: почему Иван III не мог дать возможность княжествам сохранить свою самостоятельность? Ответ довольно прост. Княжества объединялись в основном из-за внешней угрозы. Главная угроза на тот момент- татаро-монголы. Других серьезных причин для объединения не было. В хозяйственном плане княжества были довольно однотипны, поэтому могли обойтись и без помощи друг друга. Культура стала более разнообразный, возможно, развивалась бы и дальше, если бы не монголы. Единственная русская земля с более характерными отличиями- Великий Новгород. Там была особая форма правления, в чем-то даже отличающийся менталитет. Но все же сохранялась единая православная вера, единый свод законов «Русская Правда» и т.д. Поэтому для объединения всех земель нужно было вести довольно жесткую политику, т.к. после победы над внешней угрозой, русские земли могли бы разъединится.  Можно сделать вывод, что объединение земель- одна из заслуг Ивана III.
  • Создание Судебника 1497. Это был новый свод законов, который заменял устаревшую «Русскую Правду», хоть он и был создан в том числе и на основе «Русской Правды». Судебник играл важную роль в закреплении централизации юридически. Важно! В данном Судебник был регламентирован переход крестьян в Юрьев день. Некоторые считают, что это первый шаг к закрепощению, но скорее всего это укрепление положения московских правителей.
  • Конец зависимости от татаро-монгол. Русь наконец-то могла освободиться от зависимости. Первый шаг на пути к освобождению был сделан еще задолго до Ивана III в 1380 году. Куликовская битва прибавила веры народу в то, что есть надежда освободиться от ига. Русский народ понял- сделать это возможно лишь объединившись. К периоду правления Ивана III намечалась большая консолидация русских княжеств вокруг Москвы, что придавало силы народу для борьбы с игом. Важно еще то, что Золотая орда переживала в то время период раздробленности, через который уже прошла Русь. Орда разбилась на множество ханств: Ногайская орда, Казанское ханство, Астраханское ханство, Крымское ханство, Большая Орда. Хан Ахмат, правящий на тот момент в Большой Орде, мечтал возродить Золотую Орду в былом величии. Главный его противник- Менгли Герай, хан в Крыму. Менгли Герай был в дружеских отношениях с Иваном III. В 1476 году Иван отказывается платить дань Орде, по Казанской истории он казнил послов, которых хан Ахмат прислал за данью. А в 1480 году Московское государство не признает зависимости. Ахмат двинулся с войсками на Русь. Перед этим он заключает союз с литовским князем Казимиром IV. Ливонский орден захватывает Псков. Ахмат двинулся к войскам Ивана III, так и не дождавшись помощи от литовцев. К литовцам подоспел Менгли Герай, отвлекший их войска нападением на литовские земли. Союз Ивана III с крымским ханом сыграл на руку, впрочем, после смерти Ивана, отношения Московского государства и Крымского ханства будут накалены. С 8 октября по 11 ноября 1480 года происходит стояние на реке Угре, в котором хоть и не участвовал Иван III, но руководил процессом. 11 ноября Ахмат возвращается в Орду. Это окончательное освобождение Московского государства от зависимости. 
  • В годы правления Ивана III происходит реформация государственного устройства. Законодательно закрепляется значительная роль Боярской думы, создаются центральные органы Казна (военнные вопросы, внешняя политика и т.д.) и Дворец (личные владения князя).  
  • Большое влияние на Ивана III имела его жена Софья Палеолог (племянница последнего императора Византии), которая тоже сыграла немаловажную роль в истории государства.
       Я постаралась кратко пройти по основным направлениям политики Ивана III, при этом раскрыть некоторые вопросы поподробнее.  Велик ли Иван III судить сложно. Собственно и вокруг величия Петра и Екатерины возникают крупные споры. Да и что такое «величие»? Сложно сказать. В политике каждого правителя есть отрицательные и положительные стороны. По моему мнению, Иван III заслуживает высокое место среди всех русских государей.

ИВАН III ВЕЛИКИЙ Создатель России. Рюриковичи

ИВАН III ВЕЛИКИЙ

Создатель России

Важнейшее событие в истории России — ее рождение. А рождение нашего государства произошло при Иване III.

Страна, созданная его усилиями, унаследовала православие, христианскую культуру и долгую историческую биографию от нескольких княжеств Северо-Восточной Руси. Но это уже совсем не та рыхлая масса суверенных княжений, полунезависимых уделов и вечевых республик, стремившаяся к полному распаду.

Что представляло собой княжество Московское в 60-х годах XV века? С запада и юго-запада мало не к самой его столице подступали владения великих князей литовских, в том числе Дорогобуж и Вязьма — нынешнее дальнее Подмосковье, два часа на электричке из Москвы. На востоке простирались земли враждебного Казанского ханства. С юга угрожала вторжением Большая Орда — воинственный наследник Золотой Орды. Тверь, Новгород Великий, Псков, Полоцк, Вятка, Смоленск, Чернигов, Новгород-Северский, Рязань, Брянск, Стародуб и, конечно, Киев были территорией иных, независимых государств. Все земли Московской Руси в конце правления Василия II равнялись нынешней Московской области да трем-четырем соседним областям.

На протяжении нескольких десятилетий, примерно с 70-х годов XV столетия до 1503 года, происходило преобразование пестрой Руси в единое Московское государство или, иначе говоря, Россию. До этого ее не существовало. За 30 лет территория, подвластная московским государям, увеличилась в несколько раз. Произошел величайший перелом во всей русской истории.

В течение сорока трех лет в Москве правил великий князь Иван Васильевич, или Иван III. В историю отечества он вошел с почетным прозвищем Великий. На всех отраслях политического и общественного устройства России лежит отпечаток его характера, его повелений и его таланта. В главных поражениях и триумфах Московского государства за все 200 лет его существования видны следы деятельности государя Ивана Васильевича.

Он родился в январе 1440 года. Едва достигнув восьмилетнего возраста, оказался соправителем отца, Василия II. А в 12 лет Иван уже возглавил военный поход. Бразды правления во многом перешли к нему еще при жизни родителя, ослепленного политическими противниками.

Отрочество и юность Ивана Васильевича дали ему самый негативный политический опыт. С детства он знал и дворцовые интриги, и беспощадную вооруженную борьбу за престол. Мальчик оказался в гуще гражданской войны. Полной чашей досталось княжичу горя, лишений, смертельных опасностей. Наблюдая за вельможами слепого отца, сызмальства он узнал, кто из них чего стоит. Видя, как Русь истекает кровью от жестоких междоусобий, сын правителя учился ценить мир, единство, согласие.

Из этой ледяной купели он вынес большую политическую мудрость. В 1462 году, после кончины родителя, Иван взошел на великокняжеский престол. С тех пор вся его деятельность подчинялась одной глобальной идее: созданию единой державы из лоскутного одеяла русских земель.

Иван III не принадлежал к числу монархов, правивших с шумом, блеском, в окружении сладкоречивых риторов. Да и сам он никогда не произносил речей. Очень «закрытый» человек, он мало кому доверял свои помыслы и не искал способа сопроводить очередное большое дело «идеологической кампанией». Используя современные понятия, этот государь искал эффективности, а не эффектности.

Ивана III безо всякого преувеличения можно назвать политическим гением.

Он обладал холодным прагматичным умом и твердой волей. Человек действия, Иван Великий оставил в исторических памятниках следы неброского «государственного почерка». Иногда чрезвычайно трудно понять, на какие «рычаги» он нажимал, переворачивая жизнь страны. Всё как будто происходило «само по себе». Впрочем, хороший государь, как и хороший разведчик, редко становится известным, он лишь способствует прославлению своей страны… Ну а тот, кто «засветился», «засыпался», может раздавать интервью безбоязненно — провала уже не исправить. Таким «хорошим разведчиком» и был Иван III, создатель России. Иван Васильевич умел для всякого действия найти подходящее время. Годами высчитывая и готовя благоприятную ситуацию, великий князь не медлил, когда нужное стечение обстоятельств наконец появлялось. Время и способ решительных действий определялись им интуитивно. В жизнь они проводились с необыкновенной жесткостью и прагматизмом. По отзывам современников, этот государь с приближенными бывал «ласков», любил разговоры «встречь себя», то есть выслушивал собеседника, не согласного с его собственным мнением.

Но не терпел противоречий, когда приходило время действовать. И за это мог наказать и политического фаворита, и члена собственной семьи. Иногда государь поступал жестоко и врагов своих либо приводил к покорству, либо уничтожал. Однако не было случая, чтобы Иван Васильевич проявил беспричинную суровость, наказал невинного человека.

Войны он не любил и выводил полки в двух случаях: либо когда не сомневался в их полном превосходстве над неприятелем, либо когда не было другого выбора. В целом же лавры великого полководца не интересовали московского государя, и военную работу он предпочитал передоверять воеводам. Иван III в большей степени являлся «строителем дома», хозяином, стратегом, дипломатом, но только не князем-удальцом, ищущим боевой славы.

Некоторые историки предполагают, что Иван Васильевич с детства был горбат и это увечье хотя и не стесняло его движений, но служило препятствием для удальства. Однако по свидетельствам иностранцев, великий князь был высок, строен, обладал красивой наружностью.

До наших дней не дошло таких изображений Ивана III, которые точно и достоверно передавали бы его внешний облик.

Великий князь умел окружить себя талантливыми исполнителями — воеводами, администраторами, дипломатами. Среди ярчайших имен той поры — полководцы князь Даниил Холмский, князь Даниил Щеня, Юрий Захарьич Кошкин, князь Иван Оболенский-Стрига, посольский дьяк Федор Курицын и многие другие.

При Иване III на Руси, особенно в Москве, много строили. В частности, поднялись новые стены Кремля, новые храмы. К инженерной и другим службам широко привлекались европейцы, прежде всего итальянцы.

Иван Великий, при всех его достоинствах, — далеко не святой. Дикие, по-другому не скажешь, разговоры о канонизации Ивана Грозного вызывают разного рода инициативы по причислению к лику святых иных политических деятелей России. Но, вероятно, эти разговоры нескоро коснутся Ивана Великого, поскольку его отношения с Церковью ни прямотой, ни простотой не отличались.

По отношению к Церкви Иван III вел себя независимо. В конечном итоге великий князь неизменно находил взаимопонимание с высшим духовенством, однако процесс этот мог принимать болезненные формы. Например, митрополит Геронтий, ведя полемику по вопросам веры с государем и некоторыми представителями духовенства, покинул митрополичью кафедру, вынудив тем самым Ивана Васильевича покориться. В других спорных случаях уступал сам митрополит.

Собственно, Русская церковь, ставшая автокефальной в середине XV столетия, при митрополите Ионе, обрела этим актом независимость внешнюю — прежде всего от Константинополя, однако начала утрачивать независимость внутреннюю. Великие князья вмешивались во все главные события церковной жизни, с вожделением поглядывали на обширные церковные земли. Духовная иерархия, как могла, давала отпор давлению светских властей. Симфония, то есть гармоничное содействие Церкви и государства, в подобных условиях получалась далеко не всегда. Так вот, времена Ивана III при всей крутости его характера надо признать довольно благополучными в этом отношении.

По инициативе московского государя строились великие храмы. Сердце России — Успенский собор в Московском Кремле появился именно тогда. Великий князь никогда не позволял себе в церковных делах дикого самоуправства, присущего тому же Ивану IV или Петру I. В те годы цвела «северная Фиваида», звучали прекрасные голоса преподобных Иосифа Волоцкого и Нила Сорского.

Лично благочестивый человек, Иван III, к сожалению, покровительствовал еретическим движениям, если видел в них государственную пользу, например, возможность отобрать церковные земли для раздачи служилым людям. Так, под его влиянием в митрополиты московские после Геронтия был поставлен Зосима, склонный к ереси жидовствующих. Суть ереси состояла в уклонении от православия в иудейское учение каббалистики и тайную науку чернокнижия (впрочем, суть еретического учения трактуется разными историками в широких пределах). Несколько лет спустя религиозные пристрастия митрополита, а также его пьянство вызвали всеобщее возмущение в Церкви, и Зосиму свели с кафедры.

Возведение на Московскую кафедру его преемника Симона было совершено с большой торжественностью. По словам церковного историка E. Е. Голубинского, «Иван Васильевич хотел придать чину поставления митрополитов тот вид, как в Константинополе совершалось поставление патриархов». В 1504 году церковный собор осудил и сурово наказал жидовствующих, и Церковь действовала тогда в полном согласии с Иваном III.

В Европе обретение радом радикальных бюргерских ересей общей платформы, получившей впоследствии название протестантизма, привело к долгим десятилетиям Религиозных войн. Россия была от них избавлена. В немалой степени этому способствовало симфоническое действие государя Ивана III и нашей Церкви в первые годы XVI столетия.

За время правления Ивана III Москве покорилось множество русских земель и княжеств, которые прежде были независимыми или почти независимыми государствами.

В 1463 году под власть великого князя перешел Ярославль. На протяжении 70—80-х годов XV века власть Москвы распространилась также на Пермскую и Вятскую земли, еще очень слабо заселенные русскими.

В 1471 году началось последнее противоборство Новгорода Великого и Москвы.

Еще при отце Ивана, великом князе Василии II, новгородцы потерпели поражение в войне, признали старшинство Москвы, обязались выплачивать значительные пошлины и отдали победителям значительные области. В начале 70-х годов XV века они вновь вышли из московской воли и захватили старые свои владения. Новгородское боярство пыталось заключить союз с Великим княжеством Литовским. Это был худший из возможных вариантов: между Москвой и Литвой шла борьба за господство на Руси, и рождение единого Русского государства никогда бы не произошло, если бы продолжалось соперничество этих двух центров. Соответственно, государь Иван Васильевич давал отпор любому проявлению литовского влияния в русских землях.

Объединенное войско многих земель вошло в пределы Новгородской республики. Нескольких сражений хватило московским воеводам, чтобы полностью сокрушить военную мощь неприятеля. Решающее столкновение произошло на реке Шелони. Лучшие полки Новгорода Великого были наголову разгромлены. После столь очевидного поражения новгородцам оставалось только признать власть Ивана III и отдать спорные земли. Великий князь Московский получил контроль над внешней политикой Новгорода и высшую судебную власть. Сторонники Литвы были казнены.

Однако в 1477 году вольный город сделал последнюю попытку сохранить независимость. В ходе волнений погибло несколько сторонников Ивана III. Тогда великий князь вновь собрал армию и привел ее под самые стены Новгорода. Голод заставил горожан согласиться на гораздо более жесткие условия, чем в 1471 году. Новгород становился рядовой землей в составе Московского государства. Он сохранил незначительные остатки самоуправления, но все важнейшие дела решал теперь именем великого князя его наместник. Вечевой колокол — главный символ политической независимости Новгорода Великого — сняли и увезли в Москву. А чтобы уничтожить даже призрачную возможность нового мятежа, Иван III велел «вывести» новгородское боярство с земель, издревле ему принадлежавших, и поселить в иных областях державы. На их место пришли небогатые дворяне, составлявшие главную силу московского войска.

Присоединение Новгорода Великого к Москве вызвало долгую дискуссию в среде историков. Сопротивление новгородцев великий князь Московский подавил с большой суровостью. У Новгорода осталась лишь тень былой политической независимости. Исчезло вече, исчезли выборные должности новгородской администрации, исчезли собственное войско, печати и монеты. Иными словами, бывшая вечевая республика, «северная Венеция», она же «боярская Швейцария» стала всего-навсего одним из драгоценных камней в державном венце московских государей.

Как оценить эту драму? Однозначно ответить невозможно. Немало сказано о том, как могла бы пойти история аристократического Новгорода, помоги на Шелони Бог северянам… Возможно, современная политическая карта украсилась бы еще одним крупным самостоятельным государством. Возможно, на Новгородчине быстрыми темпами прижился бы европеизм, бурно расцвели бы демократические начала и нынче эта земля играла бы роль метрополии Евросоюза. Возможно, там сформировалась бы новая, доселе невиданная цивилизация. Возможно, официальная резиденция президента Российской Федерации находилась бы сейчас не в Московском Кремле, а в новгородском Детинце.

Однако контрфактическое моделирование (научный термин для бытового понятия «если бы да кабы») предлагает и другие варианты «альтернативной истории» Новгорода Великого. Колоссальный экономический ресурс независимого Севера был жизненно необходим поднимающейся Руси для борьбы с ордынской угрозой. И в свою пору новгородское серебро и новгородские ратники пригодились для борьбы с ханом Ахматом, о чем речь пойдет ниже. Если бы Москва, жестко и порой жестоко «собиравшая земли», не подчинила себе новгородскую вольницу, как знать, куда повернула бы судьба всей Руси. Могло произойти худшее: новая утрата независимости, раздробление на мелкие улусы, падение православия. Не объединившись с «низовской» Русью, Новгород тем не менее имел все шансы разделить ее горькую судьбу. И тогда, быть может, в наши дни на месте старинной твердыни и множества храмов стояла бы рыбацкая деревенька, туристы время от времени заглядывали бы туда посмотреть на сохранившиеся кое-где башни и стены Детинца, а главная магистраль между столицами каганата и халифата пролегла бы намного южнее. Рыбаки платили бы ясак местному тудуну, а по дороге к ближайшему большому базару предъявляли бы пайзцу отважным нукерам. Ну а тот, у кого не сыскалось бы в нужный момент пайзцы, все равно мог избежать зиндана в Торжке, дав нукерам приличествующий бахшиш…

Да, Иван III разрушил в Новгороде вечевую демократию. Но как знать, не стала ли утрата старинной вольности меньшим злом в судьбе Новгородчины?

В 1485 году большая московская рать отправилась к Твери. Древний, богатый город когда-то соперничал с Москвой за первенство на Руси. Тверской княжеский дом породил множество ярких политиков, смелых борцов с ордынским игом. Однако во второй половине XV столетия Тверь уже не имела возможности противопоставить Москве равную силу. И тверской князь Михаил Борисович попытался договориться с литовцами, надеясь на их вооруженную поддержку против восточного соседа. Его надежды были тщетны: в разразившейся войне тверичи не получили помощи от Литвы. Напротив, политика Михаила Борисовича вызвала решительные ответные действия Ивана III: Тверь подверглась осаде. Михаил Борисович бежал, а горожане, видя безнадежность своего положения, присягнули на верность Ивану III. Независимое Тверское княжество исчезло с карты Руси.

В конце XV столетия под властью Москвы пребывала половина русских земель. В разных областях действовали разные своды законов, судебные правила и обычаи. Привести их к полному единству в ближайшие годы и даже десятилетия не представлялось возможным. Однако столица, где сосредоточивалась высшая власть над всей страной, должна была высылать управителей-наместников в города, отправлять судебных чиновников, организовывать следствие и суд на местах. И, кроме того, заботиться о том, чтобы должностные лица, уехавшие в дальние края, обеспечивались там всем необходимым, но не смели брать лишнее.

Так появился Судебник 1497 года — свод законов, изложенных в 68 статьях[105]. Там совсем немного говорится о наказаниях, назначенных за определенные преступления. Ясно, что эти нормы давно установлены законами каждой земли, каждого города. Большинство статей Судебника посвящено процедуре судопроизводства. Решаются вопросы: кто имеет право присутствовать, какие пошлины взимаются в пользу великого князя, судей и судебных исполнителей, в чем состоит работа приставов и каково их вознаграждение, какие условия следует соблюдать, если тяжущиеся стороны решились на судебный поединок… Этот свод законов больше всего напоминает современный уголовно-процессуальный кодекс. Заодно Судебник Ивана III решал несколько иных важных вопросов: там, например, устанавливался единый для всей России календарный промежуток, когда крестьяне могли покинуть свой участок земли, — Юрьев день (поздней осенью), а также по неделе до и после него. Уходя, они платили единый тариф — «пожилое».

С XIII столетия к западу от русских земель и княжеств, объединенных сначала под властью тверских князей, а потом — московских, выросла Литовская Русь. Это были города и области, подчинявшиеся великим князьям литовским и не знавшие зависимости от ордынцев: Киев, Чернигов, Полоцк, Витебск, Мстиславль, Смоленск, Владимир-Волынский, Новгород-Северский. По обе стороны «литовского рубежа» жили единоплеменники и единоверцы. В XIII — начале XV столетия Великое княжество Литовское занимало огромную территорию и было одним из самых могущественных государств Европы. Однако при всей своей мощи княжество имело крайне уязвимую политическую природу. Литовские государи порой оказывались слабее собственных подданных: богатых и самовластных магнатов (богатейших аристократов), князей, шляхты (дворян). Кроме того, если северо-западные земли княжества тяготели к католицизму, то восточные и южные (как раз Литовская Русь) хранили верность православию. В конце XIV века великий князь Литовский Ягайло одновременно занял польский престол и принял католичество. В течение нескольких последующих десятилетий предпринимались настойчивые попытки обратить население Литовской Руси в католицизм. С 1413 года Великое княжество Литовское и Польша состояли в так называемой Городельской унии: у них был один государь, но Литва получала широкую автономию. По законам того времени русское православное дворянство имело меньше прав и привилегий, чем шляхта, принявшая католичество. Это не раз приводило к восстаниям. В 1430-х годах по территории Великого княжества Литовского прокатилась страшная гражданская война, кровь лилась рекой… Смоленск, помня старинную независимость свою, время от времени отделялся от Литвы.

В 1449 году Москва и Литва заключили мирный договор. В нем четко определялась восточная граница земель, на которые распространяется власть великих князей литовских. Дальше этой границы Литве не суждено было продвинуться никогда. Наступательная энергия державы, в течение полутора веков наводившей ужас на монархов Восточной Европы, исчерпалась. Теперь ей с трудом хватало сил, чтобы обеспечить безопасность собственных границ.

Можайск играл тогда роль западного форпоста Москвы против Литвы.

Через полвека Московское государство сделалось намного сильнее Великого княжества Литовского. К Москве тяготели православные князья и города Литвы. К тому же неумение литовских государей оборонять южные рубежи от набегов татар заставляло их подданных во множестве склоняться мыслями к переходу под власть великих князей московских. По подсчетам современных историков, три из пяти набегов крымских татар на земли Литовской Руси оказывались успешными.

От натиска татар страдали прежде всего Подолия, Волынь, Киевская земля. Реже, но все же многократно подвергались опустошительным нападениям земли Белой Руси. В начале XVI века набеги крымцев в ряде случаев достигали и северобелорусских городов, притом разорения татары производили чудовищные. В 1505–1506 годах сначала сам крымский хан Менгли-Гирей, а потом «царевичи» Махмет-Гирей с Бати-Ги-реем и Бурносом «великую шкоду сделали». В частности, спалили минский посад и отправили «загоны» по всей Северной Белоруссии. Осаждены были Новогрудок, Слуцк; Полоцкая, Витебская и Друцкая земли преданы огню и мечу. Разорив громадную территорию, татары безнаказанно вернулись восвояси. За один только поход в мае 1506 года перекопские татары увели 100 тысяч пленников. Вообще, 1505–1506 годы — трагическое время для Белой Руси. В 1509 году огромное войско вновь вторглось вглубь территории Великого княжества, и отдельные отряды доходили даже до Вильно. Это лишь наиболее заметные события. Но хроника титанической борьбы на юге Литовской Руси пестрит бесконечными схватками с татарскими отрядами и целыми армиями. Москва давала более стабильную защиту. Здесь привыкли отражать Орду, когда нельзя с ней договориться.

К большой войне требовался только повод. Литовско-польские монархи с тревогой смотрели на подчинение Москве Новгорода Великого и Твери, где в последние десятилетия литовское влияние было весьма сильным. В свою очередь, Иван III не видел оснований оставлять под властью западного соседа старинные русские земли и претендовал на возврат всей Литовской Руси. Чувствуя его силу, русские князья, подданные польско-литовского государя Казимира IV, начали один за другим переходить с семьями и войсками на сторону Москвы. Масштабные боевые действия пришлись на 1492 год. С них началась долгая эра московско-литовских войн. Жесточайшая борьба Москвы и Литвы — один из главных политических процессов в истории всей Восточной Европы. Уже и Великое княжество Литовское влилось в Речь Посполитую (Польско-Литовское государство), уже и Московское государство превратилось в Российскую империю, а борьба всё продолжалась, и ожесточение не стихало. Отголоски этого вооруженного противостояния звучали даже в XX веке, и нет гарантий, что в XXI столетии оно не возобновится.

Первая московско-литовская война закончилась оглушительным поражением Литвы. Множество городов было занято московскими воеводами, притом в ряде случаев население само открывало им ворота, не оказывая ни малейшего сопротивления. По договору 1494 года Иван III получил Вязьму, иные земли, а его дочь, княжна Елена Ивановна, вышла замуж за нового великого князя Литовского Александра Ягеллона. Однако родственные связи, протянувшиеся между Москвой и Вильно (столицей Литвы), не предотвратили новой войны. Она обернулась для зятя Ивана III настоящей военной катастрофой.

В 1499 году на территории Литовской Руси начался очередной конфликт между православными и католиками. Предположительно, конфликт этот был связан с передачей католическому духовенству православных храмов. Несколько русских князей перешли на сторону Московской державы. В 1500 году войска Ивана III разгромили литовцев на реке Ведроше, а в 1501 году вновь нанесли поражение под Мстиславлем. Пока Александр Ягеллон метался по своей стране, пытаясь наладить оборону, московские воеводы занимали города. В результате Москва поставила под контроль огромную территорию. По перемирию 1503 года Великое княжество Литовское отдало Торопец, Путивль, Брянск, Дорогобуж, Мосальск, Мценск, Новгород-Северский, Гомель, Стародуб и множество других городов. Это был самый крупный военный успех за всю жизнь Ивана III, наполненную громкими победами. Новорожденная Россия приобрела земли, превосходившие по площади огромную Новгородчину.

По традиции государи московские передавали из поколения в поколение две большие внешнеполитические проблемы: литовскую и татарскую. Со второй из них Ивану Васильевичу удалось справиться не хуже, чем с первой.

В 1469 году московские воеводы принудили к покорности Казань и добились выдачи всех русских пленников.

На протяжении следующего десятилетия отношения с Большой Ордой грозили вылиться в большую войну. Ордынцы стремились вернуть полное подчинение Руси — как в старые времена, совершали набеги на русские земли и грозили масштабным вторжением. Великий князь колебался: мир на условиях дани мог уберечь страну от кровопролитного и разорительного столкновения. Иван III лучше, чем кто-либо иной, понимал, какой катастрофой может стать поражение от ордынцев: вся проделанная к тому времени большая государственная работа пойдет насмарку, вернутся времена «черного бора» и ярлыков на власть над Русью, за которыми нужно будет ездить к ордынским ханам. К тому же ордынский хан, по средневековым представлениям, являлся монархом, имевшим право диктовать Москве свою волю. Но супруга, мать, бояре, митрополит Геронтий и архиепископ Ростовский Вассиан склоняли Ивана III к решительной борьбе против «басурманской» власти. Вассиан даже писал великому князю: «Дай мне, старику, войско в руки, увидишь, уклоню ли я лицо свое перед татарами». К тому же в союзниках Москвы тогда оказался могущественный крымский хан.

В 1472 году дело чуть не дошло до решительной битвы под городком Алексином. Тогда хан Ахмат, владыка Большой Орды, не решился дать бой объединенной русской армии.

В 1480 году он пришел на Русь с огромным войском и попытался перейти Оку. Между тем положение Ивана III ухудшалось мятежом, который подняли против него родные братья — князья Борис Волоцкий и Андрей Углицкий.

Благополучному росту державы давно угрожали нападениями агрессивные наследники золотоордынских ханов, но в большинстве случаев Москва умело маневрировала, то борясь со слабейшими частями Орды, то заводя среди Сингизидов союзников, налаживая оборону юга, постепенно усиливаясь. В данном случае искусству малых войн и дипломатических ухищрений пришлось отойти в тень. Ахмат, владыка Большой Орды, требовал покорности и угрожал масштабным вторжением. Оставалось одно из двух: либо выйти с объединенной русской армией, либо склониться перед волей Ахмата. Великий князь решился дать отпор.

Московское воинство выступило на защиту переправ через Оку. Ордынцы повернули к реке Угре, притоку Оки. Но и там они встретили мощный заслон. Татары пытались форсировать Угру, их успешно отбивали. Обстрел с русского берега причинял ордынцам тяжкие потери. Ахмат затеял переговоры, но все его требования покорности разбивались о твердость Ивана III. Ценой серьезных уступок ему удалось примириться с мятежными братьями, они двинули свои полки к югу[106].

Неделя уходила за неделей, войска по-прежнему стояли на противоположных берегах Угры без движения. В тылу Ахмата действовали мобильные отряды русских и крымцев. Наступили зимние холода, и река замерзла. Государь Иван Васильевич принял решение отвести армию на более выгодную позицию у Боровска: атака татарской конной массы по идеально ровному ледяному мосту могла создать серьезные проблемы. Однако и Ахмат не рассчитывал на столь долгое «стояние», его войска были измотаны, потеряли боевой дух. Маневр Ивана III татарские военные вожди, напротив, истолковали как предложение беспрепятственно перейти на русский берег и там сразиться. Эта инициатива встревожила ордынских стратегов. Вместо решительного наступления хан скомандовал отход. Его полчища откатывались в голодную зимнюю степь, а легкие отряды русских воевод наносили удары по тылам.

Вскоре потерпевший поражение Ахмат был убит в Орде. Московские полки, «перестоявшие» врага, защитившие свою землю, с победой вернулись в столицу. Ордынское иго, продлившееся без малого два с половиной столетия, завершилось. Московскому государству, да и Российской империи еще долго предстояло отражать татарские набеги. До середины XVIII столетия Россия много сил тратила на оборону южных земель, если надо — откупалась, а время от времени оплакивала сожженные города… Но наша страна более никогда не подчинялась Орде.

Великий князь Иван III дважды вступал в брак. Его первая жена, тверская княжна Мария Борисовна, скончалась в 1467 году. Она родила ему достойного наследника, способного полководца и политика Ивана Молодого. Он станет впоследствии соправителем государя, но умрет прежде отца.

Сын Ивана Молодого от валашской принцессы Елены Стефановны, Дмитрий, некоторое время являлся претендентом на престол и даже венчался как великий князь. Он, как и отец, получил статус соправителя при Иване Васильевиче. Но в борьбе за власть Дмитрий Внук уступил другому претенденту, сыну Ивана III от второй жены Василию, а потому окончил жизнь под стражей, в кандалах.

Будущий государь Василий III был сыном Софьи Палеолог. Эта властная, гордая женщина принадлежала к Византийскому императорскому дому и была племянницей последнего монарха Империи. После взятия Константинополя турками в 1453 году она переехала с родней в Италию. Там все семейство поселилось в Риме. Папа Римский, мечтая использовать Софью для утверждения католичества на Руси, оказал ей покровительство. В 1472 году она приехала на Русь и стала женой великого князя Московского. Однако ее замужество привело к совершенно другим результатам. Иван III получил право на византийское наследие во всех смыслах: культурном, религиозном и территориальном. В XV столетии у Москвы не было ни планов, ни возможностей воевать с могущественной Турецкой державой за города и земли Византии. Но через два столетия столкновение произойдет… По словам современного историка, «отблеск тысячелетней славы некогда могучей Империи озарил молодую Москву». Кроме того, Софья желала видеть в своем новом отечестве могучее православное царство, а не лесные задворки Европы. Поэтому она подталкивала Ивана III к освобождению от ордынского ига, к монументальному строительству, решительной политике в отношении соседей. Планы папы Римского не осуществились ни в малейшей мере.

Итоги правления лучше всего видны по завещанию правителя. Стоит сравнить «духовные грамоты» Василия II и Ивана Великого, чтобы увидеть, сколь сильно различались результаты их государственной деятельности.

Василий Васильевич в 1461 году завещал старшему сыну треть Москвы, свой наследственный удел — Коломну и великое княжение: Владимир, Переяславль-Залесский, Кострому, а также Галич, Устюг, Вятку, Суздаль, Нижний, Муром, Юрьев, Боровск, Калугу, Алексин, Суходол, множество сел с деревнями. Всего полтора десятка больших и малых городов с окрестностями. Никто из московских государей не мог передать кому-либо из отпрысков по наследству столь большую территорию. Итог страшного, кровавого, тяжелого правления — впечатляющий. Дорого он дался…

Четырем другим сыновьям — Юрию, Андрею, Борису да Андрею Меньшому Василий Васильевич дал примерно столько же, сколько давали младшим сыновьям его отец, дед и прадед. Может, чуть побогаче, но незначительно. Они получили соответственно Дмитров, Можайск, Медынь, Серпухов да Хотунь; Углич с Устюжной, Бежецкий Верх и Звенигород; Ржев, Волок Ламский и Рузу; Вологду. Каждому досталось по части Москвы или доходов с нее, а также подмосковные села. Вдове дарованы были Ростов и Нерехта, да ей же принадлежал Романов.

Много… но сравнимо с тем, что могли раздать наследникам Дмитрий Донской и Василий I. И в совокупности примерно столько же, сколько держал старший сын.

А вот «духовная грамота» Ивана III.

Его старший сын и престолонаследник Василий получает, помимо Москвы с ближними селами, Коломны и земель великого княжения (которое буквально потонуло в недавно присоединенных землях), такую громаду городов, городков и областей, что количество их уходит к сотне! В их числе — Новгород, Тверь, Суздаль, Ярославль, Нижний, Вязьма, Ростов и другие крупнейшие и богатейшие городские центры. Москву уже не делят на «трети» между детьми и братьями великого князя — старший обретает в городе абсолютное преобладание.

Младших сыновей, между которыми распределяется остаток наследственных земель, у Ивана III оказалось столько же, сколько было их у Василия Темного, — четверо: Юрий, Дмитрий, Семен, Андрей. Государь помнил, как много хлопот доставили ему норовистые братья. И он решительно отказывается давать младшим детям сколько-нибудь значительные владения. Даже если сложить воедино все области, доставшиеся им в уделы, превосходство старшего, Василия, всё равно останется подавляющим. Итак, Юрий был наделен Дмитровом, Звенигородом, Кашином, Рузой, Брянском, Серпейском. Дмитрий — Угличем с Устюжной и Мологой, Хлепнем с Рогачевом, Зубцовом, Опоками, Мещовском, Опаковом и половиной Ржева. Семен — Бежецким Верхом, Калугой и Козельском. А Андрей — Вереей, Вышгородом, Алексином, Любутском да Старицей.

В совокупности уделы младших сыновей Ивана Великого занимают четверть (или даже меньше того!) территории, поставленной под контроль Василия Ивановича. Великий князь создал идеальные условия для скорого отмирания той системы общесемейного владения Московским княжеством, которая существовала со времен Ивана Калиты. Реальность родовой вотчины Даниловичей уходила в прошлое. Наступала блистательная эра Московского государства — совсем другой страны. То, с чего начинали когда-то первые Даниловичи, выглядело по сравнению со всей Русью как богатый двор в огромном городе, а Иван Великий передавал своим преемникам почти весь город…

До сих пор нет памятника Ивану Великому в Москве. Массовая историческая память не возвела его на пьедестал должной высоты.

Величественную фигуру деда в какой-то степени заслонила от потомков нервная, артистичная фигура внука — Ивана Грозного. Ему приписываются многие достижения предка. Писательский талант выделяет его из череды «безгласных» государей. Но как политик внук явно уступал деду.

Ивану Грозному многие ставят в заслугу то, что он привлек на русскую службу иностранцев, искусных в военном, инженерном и медицинском деле. Однако этим занимались и отец его, и дед. Ведь не кто иной, как итальянец Аристотель Фиораванти, занимался при Иване III строительством, делал порох и чеканил московскую монету.

Ивану Грозному ставят в заслугу многочисленные победоносные войны, значительное приращение российской территории. Но он проиграл главную войну своей жизни — Ливонскую. А Иван III не потерпел поражения ни в одном крупном военном предприятии. Будучи политиком по призванию, он тем не менее часто воевал. Умея подбирать талантливых полководцев для командования полевой армией, государь полагался на их искусство, и они его не подводили.

Ивану Грозному ставят в заслугу упорядочение русских законов. Но его Судебник 1550 года представляет собой улучшенную или, как сейчас говорят, «модернизированную» версию Судебника 1497 года, принятого Иваном Великим. А этот последний содержит в себе поистине масштабную идею — распространение единых норм суда на огромном пространстве только что созданного государства…

Историки очень хорошо понимают роль Ивана Васильевича в судьбе нашей страны. Однако сознание миллионов еще не восприняло его в качестве одного из главных героев в истории России.

Пора бы.

На этом можно было бы поставить точку в биографическом очерке об Иване Великом. Завоевания, реформы, строительство, сложные стратегические игры… всё то же самое, что и при его венценосных предках, только масштабнее и с полным триумфом в итоге. Однако время рождения России явилось переломным не только в политическом, то есть сугубо материальном смысле. Именно тогда появилось очень серьезное духовное отличие от удельной эпохи, именно тогда началась громадная интеллектуальная работа, возвращающая русскую реку в русло, которое она покинула после распада единой Киевской «империи Рюриковичей».

В ту давнюю пору, когда митрополит Иларион создавал «Слово о законе и благодати», Русь умела мыслить себя как значимую часть безбрежной Христианской цивилизации. С раздроблением Древнекиевского государства генерализующая сила русской исторической мысли ослабела. Самая черная эра в судьбах Руси — от Батыевой рати до поля Куликова — была не только годами разорения, унижения, распада, но еще и веком великой немоты. Дар возвышать мысль над обыденностью отнялся, как живое слово отбирается у насмерть испуганного человека его страхом. Творческая способность осознавать общерусское единство и встраивать его интеллектуально в симфонию мирового христианства как будто погрузилась в дрему и не покидала царства снов ни при Михаиле Тверском, ни при Иване Калите, ни при Иване Красном.

Время от времени, вспышками, она пробуждалась. Так, память о великой победе на поле Куликовом родила эпическую поэму «Задонщина». По словам академика Д. С. Лихачева, «во второй половине XIV и в начале XV века Москва неустанно занята возрождением всего политического и церковного наследия древнего Владимира. В Москву перевозятся владимирские святыни, становящиеся отныне главными святынями Москвы. В Москву же переходят и те политические идеи, которыми в свое время руководствовалась великокняжеская власть во Владимире. И эта преемственность политической мысли оказалась и действенной, и значительной, подчинив политику московских князей единой идее и поставив ей дальновидные цели, осуществить которые в полной мере удалось Москве только во второй половине XVII века. Идеей этой была идея киевского наследства». После Тохтамышева разгрома и особенно в годы осторожного правления Василия I величественная концепция «киевского наследства», вероятно, имела над умами московских книжников и московских политиков лишь призрачную власть мечты, оживляющей руинированный ландшафт.

Но поэт мог согреть ею измученные сердца русских людей. Как это сделал автор «Задонщины»[107], протянувший нить исторической памяти между Москвой и Киевом, между исходом XIV века и домонгольскими временами, между Северо-Восточной Русью и ветхозаветным делением земли на «жребии» сынов Ноевых. Из его повествования можно вынести твердую уверенность: заканчивается эпоха, когда книжные люди Руси не могли оторвать взгляда от земли, воспарить мыслью высоко над странами и народами и увидеть себя, свой город, свою державу в общем узоре ойкумены.

Русь понемногу начинает вновь мыслить себя как нечто, способное претендовать на серьезную роль во всемирно-христианской мистерии. Ей возвращается способность увидеть и оценить себя со стороны, с высоты птичьего полета. Эта способность набирает силу и концентрируется в Москве времен Ивана Великого.

Москва, прежняя лесная золушка, впервые получает силу создать собственный миф — устойчивый образ, через призму коего ближние и дальние соседи будут воспринимать Великий город.

Когда Москва оказалась столицей объединенной Руси, ее государи стали смотреть и на сердце своей державы, и на самих себя совершенно иначе. Иван III величал себя «государем всея Руси», чего прежде не водилось на раздробленных русских землях. При нем введены были в дворцовый обиход пышные византийские ритуалы: вместе с Софьей Палеолог в Московское государство приехали знатные люди, помнившие византийское великолепие и научившие ему подданных Ивана III. Великий князь завел печать с коронованным двуглавым орлом и всадником, поражающим змея.

Идея царства, царской власти медленно, но верно пускала корни в русской почве. Москва начала примерять венец царственного города задолго до того, как сделалась «Порфироносной» в действительности.

На рубеже XV–XVI столетий появилось «Сказание о князьях Владимирских». Оно подкрепляло единовластное правление великих князей московских историческими аргументами. Предположительно, его создал широкообразованный дипломат Дмитрий Герасимов. «Сказание» вошло в русские летописи и получило в Московском государстве большую популярность. В нем история Московского княжеского дома связана с римским императором Августом: некий легендарный родственник Августа, Прус, был послан править северными землями империи — на берега Вислы. Позднее потомок Пруса, Рюрик, был приглашен новгородцами на княжение, а от него уже пошел правящий род князей земли Русской. Следовательно, московские Рюриковичи, те же Иван III и его сын Василий III, являются отдаленными потомками римских императоров, и власть их освящена древней традицией престолонаследия. Далее, как утверждает «Сказание», в XII столетии византийский император подтвердил особые царские права русских князей и отправил им крест, венец и чашу самого Августа. Следовательно, современным государям России можно принять царский титул — так и произойдет в 1547 году.

Историки нашего времени отрицают достоверность многих пунктов «Сказания». Но в XVI столетии его воспринимали серьезно. Это была не просто литература, а идеология и политика.

Стремительное превращение Московского княжества в единое общерусское государство выглядело почти как чудо. И чудо это вызвало у «книжных» людей того времени желание задуматься не только о корнях и особой миссии Московского княжеского дома, но и относительно генерального смысла существования новой державы. Их размышления породили несколько оригинальных идей. Притом великокняжеские игры с генеалогией оказались намного бледнее и бесхитростнее того, что высказали церковные интеллектуалы.

Московская Русь начала понимать, что она уже не задворки христианского мира. Эта мысль родилась в церковной среде, впервые ее сформулировали ученые монахи-иосифляне в начале XVI века.

Незадолго перед тем произошли события, ошеломительные и для Русской церкви, и для всех образованных людей нашего отечества, и для политической элиты Руси. Во-первых, благочестивые греки «оскоромились», договорившись с папским престолом об унии в обмен на военную помощь против турок. Митрополит Исидор — пришедший на Московскую кафедру грек, активный сторонник унии — попытался переменить религиозную жизнь Руси и очутился под арестом, а потом едва унес ноги из страны. Во-вторых, Русская церковь стала автокефальной, то есть независимой от Византии. В-третьих, в 1453 году пал Константинополь, казавшийся незыблемым центром Православной цивилизации. И всё это — на протяжении каких-то полутора десятилетий. А затем государь Иван III превратил крошево удельной Руси в Московское государство — огромное, сильное, небывалое по своему устройству.

Тогда и появилась книга «Русский Хронограф», составитель которой обозначил место Руси в Православной цивилизации.

В исторической литературе Древней Руси было два основных жанра. Во-первых, всем известная летопись, содержавшая сведения о прошлом Руси. Во-вторых, хронограф — едва ли не более популярный у современников жанр, рассказывающий о прошлом всего мира.

Древнейшие русские хронографические памятники — «Хронограф по великому изложению» и другие — включали известия по ветхозаветной истории, евангельский сюжет, кое-какие сведения об античных державах, а также биографию мировой христианской общины. Последняя представлялась в виде череды правлений православных монархов, но далеко не всех. В центре внимания была Византийская империя, затем Болгария и Сербия. Западные державы, в религиозном отношении подчиненные Риму, существовали там лишь в «фоновом режиме», на задворках повествования. Что же касается Руси, то она вообще не фигурировала в ранних хронографах. Причина проста: информацию по всемирной истории наши книжники брали из византийских и сербских источников. А для Византии и Сербии Русь была на периферии интересов, в исторических сочинениях о ней писали мало. Между тем в отечественной исторической мысли на протяжении многих столетий не возникало идеи вписать свою землю и свой народ в судьбу мирового христианства. Отчасти это можно объяснить относительной молодостью Руси как христианской страны. Отчасти же наших книжников завораживал прекрасный мираж Царьграда, который долгое время воспринимался как величайший культурный центр мира. Было очень трудно осознать себя чем-то самостоятельным, пребывая в тени величественной Византии. В период же ордынского ига и удельной раздробленности требовалось незаурядное умственное усилие, чтобы вообще помыслить страну как единое целое. Осознание того, что Русь и в творческом, и в культурном, и, конечно, в политическом отношении достойна находиться в компании великих православных царств, пришло нескоро.

В более поздних хронографах, составленных русскими книжниками, известия, взятые из русских источников, например, из летописей, уже использовались, но крайне редко, да и то в основном как материал по истории Византии. Вот древние русы идут на Царьград, и наш историк с печалью повествует о их беззаконной жестокости… Русь в хронографах выглядела далеким северным отблеском великой Православной цивилизации. Не более того.

В свою очередь, летописцев очень мало интересовало всё, находящееся за пределами Руси. Поэтому летопись до начала XVI века нередко несла отпечаток своего рода культурной провинциальности. История Руси была представлена в ней с необыкновенной тщательностью, но сама мысль соединить летописание и хронографию, вписать Русь как активно действующий субъект в историю Православного мира созревала крайне медленно.

Буря событий, произошедших в середине — второй половине XV века, послужила катализатором.

«Русский Хронограф» составлялся, скорее всего, в Иосифо-Волоцком монастыре, между 1516 и 1522 годами. Предположительно его творец — Досифей Топорков, племянник и ученик преподобного Иосифа Волоцкого. Он являлся убежденным и весьма деятельным иосифлянином, прославился как крупный церковный писатель, великий знаток книжного слова.

Чтобы получить представление о «Русском Хронографе», надо переплести пальцы правой и левой руки, а потом крепко сжать их. Именно так перемежаются в нем известия мировой и древнерусской истории. Собственно русские известия начинаются со времен Рюрика и первых Рюриковичей — ближе к концу памятника. Но в дальнейшем они присутствуют постоянно и в значительном объеме.

Централизация власти в Москве : VIKENT.RU

Великий князь московский с 1462 по 1505 год, дед Ивана Грозного.

В ходе правления Ивана III произошло объединение части русских земель вокруг  Москвы и её превращение в центр общерусского государства.

«На протяжении всего века рос авторитет русской церкви. Она стремилась получить царя по образцу византийского императора. Им и стал Иван III.
Он первый русский царь, которого назвали Великим, как Петра I и Екатерину II.
Используя средства PR в большей степени, чем военную силу, Иван III присоединил Великий Новгород и расширил своё государство двукратно. Для державы и для себя лично Иван добивался повышения «международного признания».
Он решил стать преемником императоров Восточной Римской империи. И стал. Правопреемство от Константинополя было получено благодаря браку с племянницей последнего византийского императора Софьей Палеолог.
Параллельно складывалась имперская мифология.
Титул московского великого князя теперь звучал так: «Иоанн, Божиею милостью государь всея Руси». Его также называли царём.
С 1497 года гербом российской монархии стал византийский герб — двуглавый орел.
В 1492 году впервые прозвучала идея «Москва — новый Рим».
В следующем веке идея обретёт окончательную формулировку: «Москва — Третий Рим».
Старец Филофей напишет свои знаменитые слова: «Два Рима пали, третий стоит, а четвёртому не бывать».

Мединский В.Р., Особенности национального пиара, М., «ОЛМА Медиа Групп», 2010 г., с. 407.

 

Иван III первым из великих князей московских стал именовать себя «государем всея Руси». Полностью его титул звучал так: «Иоанн, Божией милостью Государь всея Руси и Великий князь Владимирский и Московский и Новгородский и Псковский и Тверской и Югорский и Пермский и иных» и официально был принят в 1493 году Тогда же в употребление впервые входят титулы «царь» и «самодержец».

 

«Вторая супруга Ивана III Софья Палеолог перенесла в Москву державные права византийского дома, славянский город оказался политическим, церковным преемником византийской империи, новым Царьградом.


Московская власть обрела независимую от какой бы то ни было сторонней силы самодостаточность. Избавившись от отношений вассальности, московский князь наполняется сознанием независимого государя.

С данного рубежа возникает атрибутика царства. Иван III начинает титуловаться не просто Иваном, а выспренно «Иоанном, Божиею милостью государем всея Руси». На гербе появляется восточно-римский двуглавый орёл, имя «боярин» становится величайте жалуемым саном, вводится чиновная иерархия (окольничие), учреждаются приказы с дьяками. Становясь государем, самодержцем, великий князь в поведении культивирует приличествующие его положению черты снисходительной медлительности, подчёркнутой неторопливости.

Право наследования Иван III заменил актом самовластья, что рельефно демонстрирует эпизод 4 января 1498 г. с венчанием на царство не сына, а внука. В Успенском соборе 15-летний Дмитрий был коронован на Русь шапкой Мономаха и бармами. Впрочем, это не воспрепятствовало его последующей опале с передачей трона сыну Василию.

Очевидная деспотическая самочинность, абсолютизм усиливается в случае женитьбы Василия, подбор спутницы жизни которого проходил вполне волюнтаристски через приказной просмотр 1500 девиц с выбором лучшей.

Этот брак, обобщает Костомаров, «имеет вообще важное историческое значение по отношению к положению женщины в московской стране. Брак этот способствовал тому унижению и затворничеству, которое составляло резкий признак домашней жизни высших классов в XVI и XVII вв. Прежде князья женились на равных… с тех пор, как государи стали выбирать себе жён стадным способом, жены их хотя и облекались высоким саном… в сущности не были уже равны мужьям… государь выбирал жену по произволу, государь мог и прогнать её: вступаться в её права было некому».

Централизация земель вокруг Москвы с образованием единого общенационального великорусского государства — неизгладимая веха российской истории».

Ильин В.В., Панарин А.С., Ахизер А.С., Реформы и котрреформы в России, Изд-во МГУ, 1996 г., с. 22-23.
 

 

Судебник Ивана III 1497 года – первый свод законов русского государства.

«Несмотря на то что Иван Третий олицетворял собой монарха самодержавного, абсолютного, тем не менее его власть опиралась на самодеятельность земских сил. И это в Судебнике очень наглядно проиллюстрировано предписанием участия в княжеском суде старост и «лучших людей». Без них осуществлять суд княжеские чиновники не имели права. Для нас, может быть, сейчас это выглядит несоединимо — самодержавная неограниченная власть и самодеятельность земских сил».

Фроянов И.Я., Возрождение Российской Империи – вопрос времени? (интервью) / Молитва за Россию. Публицистика разных лет, СПб, «Астерион», 2008 г., с. 284.

 

«Когда в 1489 году германский император Фредерик предложил Ивану III королевскую корону (как некогда предлагали её великому князю литовскому Витовту), тот ответил гордым отказом. «По милости Бога мы и наши предки владели нашей землей с исконных времён, постановление имеем мы от Бога и не нуждаемся в постановлении ни от кого больше», — заявил он императорскому посланнику.

Все последующие русские государи правили страной с этим убеждением».

Эпоха Рюриковичей. От древних князей до Ивана Грозного / Авт.-сост. П.Г. Дейниченко, М. «ОЛМА Медиа групп», 2008 г., с. 98-99.

 

 

 

НЕПЛАКАТНЫЙ ГОСУДАРЬ – Православный журнал «Фома»

Приблизительное время чтения: 11 мин.

Ивану III не повезло – большинство наших современников имеют о нем смутное представление. То ли дело Иван Грозный или Петр Первый! Парадокс в том, что этот малоизвестный русский государь сделал для России ничуть не меньше, чем великие реформаторы и великие тираны. При нем страна окончательно освободилась от татарского ига.

При нем появился российский герб – двуглавый орел. При нем был создан ансамбль Московского Кремля, который до сих пор является символом нашей державы. Но ни одного памятника этому человеку в России до сих пор нет. Почему? Мы обратились с этим вопросом к специалисту по русскому средневековью, историку Дмитрию Володихину.
Двенадцать лет назад я написал для одной энциклопедии статью об Иване III. И высказался в ней очень категорично: важнейшее событие в истории русского государства – его рождение. А рождение это произошло при Иване III. Страна, созданная его усилиями, унаследовала Православие, христианскую культуру и долгую историческую биографию от нескольких княжеств Северо-Восточной Руси.
Сколько воды утекло с тех пор! Теперь я редко использую столь категоричные формулировки, поскольку, кажется, набрался ума… Но факт остается фактом: от тех давних слов отказаться не могу. Действительно, Иван III Великий создал Россию, действительно, он достоин считаться величайшим политиком всей русской истории. Почему же ему до сих пор нет памятника? Почему массовая историческая память не возвела его на пьедестал должной высоты? Историки очень хорошо понимают роль Ивана Васильевича в судьбе нашей страны. Однако массовое сознание еще не восприняло его в качестве одного из главных героев в истории России.
Причин несколько.

Дед и внук

Во-первых, величественную личность деда заслонила от потомков нервная артистичная фигура внука – Ивана Грозного. Ему приписываются многие достижения предка. Писательский талант выделяет его из череды “безгласных” государей. Но действительность такова:
Ивану Грозному многие ставят в заслугу то, что он привлек на русскую службу иностранцев, искусных в военном, инженерном и медицинском деле. Однако этим занимались и отец его, и дед. Ведь не кто иной, как Аристотель Фиораванти занимался при Иване III строительством, делал порох и чеканил московскую монету.
Ивану Грозному ставят в заслугу многочисленные победоносные войны, значительно прирастившие нашу территорию. Но он проиграл главную войну своей жизни – Ливонскую. А Иван III не потерпел поражения ни в одной крупной военной кампании. Будучи по призванию политиком, он, тем не менее, часто воевал. Умея подбирать талантливых полководцев для командования полевой армией, государь полагался на их искусство, и они его не подводили.
Из главных военных побед времен правления Ивана Великого учебная и научно-популярная литература чаще всего упоминает освобождение от ордынского ига в 1480 году да присоединение Новгорода. Однако Новгород – всего лишь одно и притом не самое крупное его завоевание. На протяжении трех с небольшим десятилетий Москва присоединила к себе Ярославль, половину Ростовской земли (вторая половина к тому времени уже контролировалась Московскими государями), Тверь, Вятку, а также добрую половину Литовской Руси. Последнее приобретение стоило наибольших трудов и было самым серьезным результатом вооруженной борьбы за единство Руси.
Литовской Русью историки называют колоссальную территорию, принадлежавшую в XIV–XV столетиях великим князьям Литовским и населенную русскими православными людьми. Граница Великого княжества Литовского проходила по нынешнему дальнему Подмосковью. Потребовалось две тяжелые войны, чтобы изменить это положение. В результате Москва получила Вязьму, Новогород-Северский, Чернигов, Одоев, Воротынск, Путивль, Торопец, Брянск, Дорогобуж, Мосальск, Мценск, Гомель, Стародуб и другие города. Новые православные земли послужили главным строительным материалом для создания молодой державы.
Если взглянуть на карту, станет ясно: при Иване III сравнительно небольшое Московское княжество выросло в три-четыре раза и превратилось в Россию – принципиально новое государство, порядки которого отличались от провинциальных устоев старой Москвы. Оно родилось в территориальном взрыве – совершенно неожиданно для современников.
Ивану Грозному ставят в заслугу упорядочение русских законов. Но его Судебник 1550 года представляет собой лишь улучшенную или, как сейчас говорят, “модернизированную” версию Судебника 1497 года, принятого Иваном Великим. А этот последний содержит в себе поистине масштабную идею – распространение единых правовых норм на огромном пространстве только что созданного государства. ..

Великий князь и русская Церковь

Во-вторых, Иван Великий при всех его достоинствах – далеко не святой. Возникающие время от времени дикие, сумасшедшие разговоры о канонизации Ивана Грозного провоцируют разного рода инициативы по причислению к лику святых иных политических деятелей России. Но Ивана Великого среди них нет, поскольку его отношения с Церковью ни прямотой, ни простотой не отличались.
По отношению к Церкви Иван III вел себя независимо. В конечном итоге великий князь неизменно находил взаимопонимание с высшим духовенством, однако процесс этот мог принимать болезненные формы. Например, митрополит Геронтий, ведя с государем и некоторыми представителями духовенства полемику по вопросам веры, покинул митрополичью кафедру, вынудив тем самым Ивана Васильевича покориться. В других спорных случаях уступал сам митрополит.
Собственно, Русская Церковь, ставшая в середине XV столетия при св. митрополите Ионе автокефальной, обрела тем самым внешнюю независимость – прежде всего от Константинополя, и в то же время начала утрачивать независимость внутреннюю. Великие князья Московские вмешивались во все главные события церковной жизни, с вожделением поглядывая на обширные церковные земли. Духовная иерархия как могла давала отпор давлению светских властей. Симфония, то есть гармоничное со-действие Церкви и государства, в подобных условиях получалась далеко не всегда. Однако времена Ивана III при всей крутости его характера надо признать довольно благополучными в этом отношении. По инициативе государя Московского строились великие храмы. Сердце России – Успенский собор в московском Кремле – появился именно тогда. Великий князь никогда не позволял себе в церковных делах дикого самоуправства, присущего тому же Ивану IV или Петру I. В те годы цвела “северная Фиваида”, звучали прекрасные голоса преподобных Иосифа Волоцкого и Нила Сорского.
Но, будучи лично благочестивым человеком, Иван III, к сожалению, покровительствовал еретическим движениям, если видел в них государственную пользу, например, возможность отобрать церковные земли для раздачи служилым людям. Так, под его влиянием в митрополиты Московские после Геронтия был поставлен Зосима, склонный к ереси “жидовствующих”. Суть ереси состояла в уклонении от Православия в иудейское учение каббалистики и тайную науку чернокнижия (трактовки содержания этого еретического учения у разных историков сильно расходятся). Несколько лет спустя религиозные пристрастия митрополита, а так же его пьянство вызвали в Церкви всеобщее возмущение, и Зосиму свели с кафедры. Возведение на Московскую кафедру его преемника Симона было совершено с большой торжественностью. По словам церковного историка Е. Е. Голубинского, “…Иван Васильевич хотел придать чину поставления митрополитов тот вид, как в Константинополе совершалось поставление патриархов”. В 1504 году церковный собор осудил и сурово наказал еретиков, и Церковь действовала тогда в полном согласии с Иваном III.
В Европе обретение рядом радикальных бюргерских ересей общей платформы, получившей впоследствии название протестантизма, привело к долгим и кровавым десятилетиям религиозных войн. Россия, по милости Божией, была от них избавлена. В немалой степени этому способствовало симфоническое действие государя Ивана III и нашей Церкви в первые годы XVI столетия.

Новгородская неволя

В-третьих, помимо деяний очевидно полезных для русской земли и православной веры, Иван III совершал и другие, более спорные. Так, например, долгую дискуссию в среде историков вызвало присоединение Новгорода Великого к Москве. Это произошло в 70-е годы XV века, после ряда походов и, в частности, полного разгрома вооруженных сил республики на Шелони. Сопротивление новгородцев великий князь Московский подавил с большой суровостью. Новгород сохранил некоторые, довольно незначительные остатки былой политической независимости, однако солнце его закатилось. Исчезло вече, исчезли выборные должности новгородской администрации, исчезли собственное войско, печати и монеты. Новгородская знать утратила обширные земли и была переселена в иные края, а в прежних ее владениях обосновались московские помещики. Иными словами, бывшая вечевая республика, “северная Венеция” (она же “боярская Швейцария”) стала всего лишь одним из драгоценных камней в державном венце московских государей.
К худу ли, к добру ли совершилась эта драма? Однозначно ответить невозможно. Немало сказано о том, как могла бы пойти история аристократического Новгорода, помоги Бог на Шелони северянам… Возможно, современная политическая карта украсилась бы еще одним крупным самостоятельным государством. Возможно, на Новгородчине быстро прижился бы европейский дух, и нынче эта земля была бы членом Евросоюза. Возможно, там сформировалась бы новая, доселе невиданная цивилизация. Возможно, официальная резиденция президента РФ находилась бы сейчас не в московском Кремле, а в новгородском Детинце.
Но контрфактическое моделирование (этим термином в науке определяется бытовое понятие “если бы, да кабы”) предлагает и другие варианты “альтернативной истории” Новгорода Великого. Колоссальный экономический ресурс независимого Севера был жизненно необходим поднимающейся Руси для борьбы с ордынской угрозой. И действительно, новгородское серебро и новгородские ратники пригодились для борьбы с ханом Ахматом, о чем речь пойдет ниже. Если бы Москва, жестко и порой жестоко “собиравшая земли”, не подчинила себе новгородскую вольницу, как знать, куда повернула бы судьба всей страны… Могло произойти худшее: новая утрата независимости, раздробление на мелкие улусы, падение Православия. Не объединившись с “низовой” Русью, Новгород, тем не менее, имел все шансы разделить ее горькую судьбу.
И тогда, быть может, в наши дни на месте старинной православной твердыни и множества храмов стояла бы рыбацкая деревенька, и туристы время от времени заглядывали бы туда посмотреть на сохранившиеся кое-где башни и стены Детинца, а главная магистраль между столицами каганата и халифата пролегла бы намного южнее. Рыбаки платили бы ясак местному тудуну, а по дороге к ближайшему большому базару предъявляли бы пайзцу отважным нукерам. Ну а тот, у кого не сыскалось бы в нужной момент пайзцы, мог бы избежать зиндана в Торжке, только дав нукерам приличествующий бахшиш.
Иван III разрушил в Новгороде вечевую демократию. Но как знать, не стала ли утрата старинной вольности меньшим злом в судьбе Новгородчины?

“Государственный почерк”

В-четвертых, Иван III не принадлежал к числу монархов, правивших с шумом, блеском, в окружении сладкоречивых риторов. Да и сам Иван Васильевич никогда не произносил речей. Это был очень “закрытый” человек, мало кому доверявший свои помыслы. Он никогда не искал способа сопроводить очередное большое дело “идеологической кампанией”. Этот государь искал эффективности, а не эффектности.
Иван III был политическим гением, он обладал холодным прагматичным умом и твердой волей. Иногда государь поступал жестоко и врагов своих либо приводил к покорности, либо уничтожал. Но не было случая, чтобы Иван Васильевич проявил беспричинную суровость, наказал невинного человека. У государя был яркий дипломатический талант. К войнам он относился без любви и выводил полки только в двух случаях: либо когда не сомневался в их полном превосходстве над силами неприятеля, либо когда не было другого выбора.
Так, в 1480 году русская армия встретила на реке Угре полчища ордынцев хана Ахмата и не пустила их на родную землю. По мнению большинства историков, именно тогда пало ордынское иго, тяготившее Русь на протяжении 240 лет. Это была одна из самых рискованных и тревожных страниц истории Московского государства.
В ту пору Иван III испытывал колебания: слишком многое было поставлено на карту! Благополучному росту великой державы всегда угрожали нападением агрессивные наследники золотоордынских ханов, но в большинстве случаев Москва умело маневрировала, борясь со слабейшими (на время ей даже подчинилась Казань), заводя союзников (среди которых было, например, Крымское ханство, в будущем – злейший враг России), налаживая оборону Юга, постепенно усиливаясь. Однако в данном случае от искусства малых войн и дипломатических ухищрений пришлось отказаться.
Ахмат, владыка Большой Орды, требовал покорности и угрожал масштабным вторжением. За несколько лет до стояния на Угре тлеющий конфликт едва не разрешился большой битвой под Алексиным, но тогда Бог уберег Русь. Но в 1480 году оставалось одно из двух: либо выйти с объединенной русской армией, либо склониться перед волей Ахмата. Иван III лучше, чем кто-либо, понимал, какой катастрофой может стать поражение от ордынцев: вся проделанная к тому времени большая государственная работа пойдет насмарку, вернутся времена “черного бора” и ярлыков на власть, за которыми придется снова ездить к ордынским ханам…
Быть может, важнейшим аргументом, подвигнувшим Московского государя к решительным действиям, стала позиция православных иерархов. Со стороны Церкви настойчиво звучал голос: надо встать за землю и веру! Встреча двух армий на реке Угре вылилась в целый ряд стычек, это не было мирное рассматривание друг друга с двух берегов… Итог оказался благоприятным для будущей России.
В целом же лавры великого полководца не интересовали Ивана III, и военную работу он предпочитал передоверять воеводам. Он в большей степени являлся “строителем дома”, хозяином, стратегом, а не князем-удальцом, ищущим боевой славы. Некоторые историки предполагают, что Иван Васильевич с детства был горбат, и это увечье, хоть и не стесняло его движений, но молодецкой удали не способствовало. Правда, по свидетельствам иностранцев, великий князь Московский был высок, строен, обладал красивой наружностью. Изображений Ивана III, которые точно и достоверно передавали бы его внешность, до наших дней не дошло.
По отзывам современников, великий князь, при всей суровости, с приближенными бывал “ласков”, любил разговоры “встречь себя”, то есть умел слушать собеседника, не согласного с его мнением. И для всякого действия находил подходящее время. Годами высчитывая и готовя благоприятную ситуацию, Иван Васильевич не медлил, когда нужное стечение обстоятельств наконец приходило. Так, для подчинения Новгорода и начала двух больших войн с Великим княжеством Литовским им были выбраны ситуации, дававшие Москве перевес.
Время и способ решительных государственных действий определялись им интуитивно. Но в жизнь они проводились с необыкновенной жесткостью и прагматизмом. При всей любви к спорам Иван Великий не терпел противоречий, когда приходило время действовать. И за них мог наказать и политического фаворита, и члена собственной семьи.
Иван Великий, человек действия, оставил в исторических памятниках следы неброского “государственного почерка”. Иногда чрезвычайно трудно понять, на какие “рычаги” он нажимал, переворачивая жизнь страны. Все как будто происходило “само по себе”. Впрочем, хороший государь, как и хороший разведчик, редко становится известным, он лишь способствует прославлению своей страны… Это тот, кто “засветился”, “засыпался”, может безбоязненно раздавать интервью – провала уже не исправить. Создатель России Иван III был “хорошим разведчиком”. Трудно сделать из него идола государственной идеологии, трудно превратить его в “плакатную фигуру”, которую можно растиражировать в пропагандистских целях. Поэтому в массовое сознание его образ возвращать придется труднее и дольше, чем образы других исторических личностей нашего прошлого.

Патриарх государственности

Сергей Глезеров

Наследие 30 ноября 2016

На фоне жарких споров об Иване Грозном — достоин он памятника или нет? — совершенно ушла в тень другая историческая фигура. Речь о его деде Иване III, еще при жизни удостоенном титула Великий. Именно он был первым русским самодержцем и государем всея Руси. Именно Иван III, а не Иван Грозный, как нередко считается, заложил фундамент единого Российского государства. Вот кто, без сомнения, достоин почитания со стороны потомков — в этом уверен «патриарх» петербургского исторического цеха, старейший профессор СПб госуниверситета, доктор исторических наук Юрий АЛЕКСЕЕВ.

Событие, изображенное художником Николаем Шустовым (1862 г.), по легенде, стало причиной последнего столкновения Руси с Золотой Ордой. Иван III, отказавшись платить дань, растоптал изображение хана и велел казнить ордынских послов.

— Юрий Георгиевич, насколько я знаю, Иван III — ваш любимый исторический персонаж из всей галереи правителей нашей страны. «Государь всея Руси» — так называлась и ваша книга, увидевшая свет еще в начале 1990-х годов…

— Да, это так, хотя я вовсе не приукрашиваю его облик, не вижу вокруг него поэтического ореола. Это не рыцарственный герой, а суровый прагматик. Иван III (напомню, он правил сорок три года — с 1462-го по 1505 год) был человеком своего времени. А оно было очень тяжелое: шла кровавая, продолжавшаяся много лет феодальная война. Две линии потомков Дмитрия Донского боролись за московский великокняжеский стол («стол» и «престол» — однокоренные и сходные по смыслу слова).

Иван III первоначально — лишь один из нескольких великих князей, но самый сильный. И начиная с 1470-х годов он неуклонно и очень твердо, неутомимым трудом и тяжкой борьбой на всех «фронтах» проводил политику собирания русских земель. По сути, процесс-то был естественный: время независимости отдельных княжеств прошло, возможности их самостоятельного политического бытия были полностью исчерпаны. На поприще объединения Руси Иван III проявил себя умелым политиком, действуя методом «кнута и пряника».

С теми удельными князьями, которые не хотели единства России, приходилось воевать. Сложнее всего пришлось с Новгородской республикой, против которой он применил силу, проведя несколько военных походов. Но в итоге к середине 1480-х годов из всех русских земель формальную независимость сохраняло только Тверское княжество. Во главе его стоял великий князь Михаил Борисович, и Москва вела с ним своего рода малую пограничную войну. Но если за спиной московских землевладельцев стояла мощная фигура Ивана III, то за тверскими такой не было. И неудивительно, что они стали переходить на службу к более могущественному сеньору…

В 1485 году Михаил Борисович попытался найти помощь в католической Литве. Реакция Москвы последовала молниеносно. Ведь речь уже шла не о внутренних распрях, а об измене! Тверь была обложена московскими войсками, князь бежал в Литву. Тверской летописец инок Фома так отозвался о нем: «Борисович Михайло. Играл в дуду. Бежал в Литву»…

Что же касается «пряника»… Предлагая удельным князьям поступиться независимостью, Иван III в этом случае гарантировал защиту от внешних врагов и одаривал землей. Фактически он предлагал переходить к нему на службу… К концу его правления — а это было уже начало XVI века — относительную самостоятельность сохранили лишь Псков, Рязань, Волоколамск и Новгород-Северский.

— Не меньшая заслуга Ивана III в том, что в 1480 году он окончательно и бесповоротно сбросил власть Золотой Орды. Из школьного курса все, безусловно, помнят про «стояние на реке Угре»…

— Начнем с того, что к тому времени прежней Золотой Орды уже не было: она распалась на несколько ханств. Помимо непосредственного преемника — Большой Орды — появились Сибирское и Узбекское ханства, затем возникли Казанское, Крымское, Казахская, а также Ногайская Орда.

В 1472 году хан Ахмат, глава Большой Орды, нагрянул на Русь, однако попытки его войск переправиться через Оку были отбиты. Ордынцы сожгли город Алексин (его защитники повторили подвиг Козельска, который, как известно, в свое время не сдался и был сожжен вместе с жителями) и убрались восвояси. А вскоре Иван III прекратил платить дань Ахмату, что неминуемо должно было привести к новому столкновению. И в 1480 году Ахмат снова отправился походом на Русь. Он хотел полностью восстановить власть Орды, возродить времена Батыя, преемником которого (и с полным на то основанием) себя считал.

Главные силы хана вышли к реке Угре — отсюда ордынская конница в три-четыре перехода могла достигнуть столицы. Москва готовилась к осаде. Жителям приказали сжечь свои дворы за пределами кремлевских стен и перебираться под их защиту…

По свидетельству летописных источников, «стояние на Угре» вовсе не было тихим и мирным, как это часто изображается в литературе. То тут то там ордынцы пытались перейти реку, но всякий раз их отбивали огнем пушек и тысячами стрел. Русские прочно держали оборону по всему фронту. Тем временем приближалась зима. Реки замерзли, и ордынская конница могла перейти их без труда. Русские готовились к решающей битве. Однако, как это нередко бывает на войне, случилось непредвиденное. Орда стала быстро отступать по всему фронту. Перейти Угру, когда условия были заведомо невыгодны (базы снабжения находились в многих сотнях километров), Ахмат так и не решился.

Это была блестящая стратегическая операция, когда враг был не только отражен, но и полностью разгромлен в результате не наступления, а обороны. Напомню, произошло это в 1480 году. По моему мнению, день, когда войска Ахмата обратились в бегство, а по старому стилю это 11 ноября, должен отмечаться как первый день независимой Руси, России.

«Иван явился третий, // Нам говорит: «Шалишь! // Уж мы теперь не дети, // Послал татарам шиш» — это Алексей Толстой, из «Истории государства Российского от Гостомысла». Я всегда, когда преподавал, советовал студентам обязательно читать эту шуточную поэму, чтобы они хотя бы точно запомнили, кто за кем княжил. А дальше у Алексея Толстого так: «И вновь земля свободна // От всяких зол и бед. // И очень хлебородна…». И вот это точно: времена после падения ордынского ига ознаменовались мощным экономическим подъемом, которого не было ни до, ни после Ивана III. Каковы причины? Да прежде всего то, что прекратились разорительные междоусобные войны между князьями…

— Иван III умел маневрировать и вступать в союзы с теми, кто раньше был врагом…

— Да, в том же 1480 году он заключил стратегический союз с крымско-татарским ханом Менгли-Гераем — против Орды и Литвы, которые представляли опасность для Руси. Конечно, хан не самый надежный союзник, он стремился лавировать между Вильно и Москвой, но он боялся сыновей Ахмата, возглавивших осколки Большой Орды. Это заставляло его держаться московской ориентации, и он неоднократно опустошал враждебные Москве земли Литвы. Именно разорительный набег Менгли-Герая не позволил литовскому князю Казимиру прийти на помощь своему союзнику хану Ахмату на Угре.

А что было дальше, знаете? Дабы отомстить Казимиру за то, что тот не помог, Ахмат разграбил его владения. И с захваченной добычей остановился на зимовку в устьях Донца. И тут в дело вступил еще один союзник Ивана III — сибирский хан Ивак. Его войска в союзе с ногайцами атаковали зимовавшие войска Ахмата и разгромили их. Сам хан Ахмат был убит в собственном же шатре.

Вот так Большая Орда получила смертельный удар, от которого уже не смогла оправиться. С Ахматом погибла и его империя. А окончательно добили Большую Орду крымские татары Менгли-Герая. Так руками самих же ордынцев Иван Васильевич окончательно одолел страшного врага, веками угнетавшего Русь.

— Вы упоминали, что вторым врагом Руси времен Ивана III была Литва. В чем были причины конфликта?

— Надо понимать, что тогдашняя Литва — это вовсе не литовское государство, а скорее, русско-польско-литовское, во главе которого стояли литовские князья. Корни его — во временах нашествия на Русь хана Батыя в XIII веке. Ведь разгром Руси, учиненный им, привел не только к установлению ордынского ига, но и к тому, что западные и южные русские земли — бывшие территории древнерусского государства — постепенно оказались захвачены Польшей и Литвой.

Два века, XIV и XV, литовские и московские князья боролись за право владения всеми обширными домонгольскими русскими территориями и княжествами. Причем чаша весов долгое время склонялась в сторону Вильно, а не Москвы. В конце XIV века литовские князья стали обладателями обширных западных и юго-западных русских земель с Киевом, Черниговом, Минском, Полоцком, Смоленском…

Долгое время в тогдашней Литве господствовали русский язык и православие. Русские князья, подданные великих литовских князей, чувствовали себя достаточно вольно в таком литовско-русском государстве и не собирались переходить под власть Москвы. Однако ситуацию кардинально изменила Кревская уния, заключенная 14 августа 1385 года между Польшей и Великим княжеством Литовским. Она предусматривала брак польской королевны Ядвиги и литовского великого князя Ягайло, возведение его королем Польши и крещение самого Ягайло (а потом и всех литовцев) в католическую веру. Что и было сделано.

С этого периода начинается процесс «окатоличивания» и «ополячивания» сначала самих литовских князей, знати и, наконец, самой Литвы. Естественно, для местного русского населения вопрос сохранения веры имел принципиальный характер: речь шла о национальной идентичности, культуре и традициях. К концу XV века католическая экспансия, затрагивавшая жившее в Литве русское население, еще больше усилилась. Католическая Европа переживала тяжелый кризис — канун раскола и страшных религиозных войн. Она вся клокотала изнутри. Именно этот фактор стал доминировать в отношениях Руси с Литвой.

Все 80-е годы XV века между ними шла непрерывная (и при этом необъявленная!) пограничная война. При этом русские князья, вассалы Казимира, один за другим переходили на сторону Руси. Если удавалось, то со своими землями, если нет — то получая новые вотчины на территории русского государства. «Литовские люди» в свою очередь грабили русское приграничье и владения князей, перешедших от Казимира. При этом между Москвой и Вильно шел оживленный обмен посольствами, пересылались грамоты с взаимными жалобами, упреками, претензиями и угрозами.

— То есть к большой войне ни та ни другая стороны не стремились?

— Именно так. Но все изменилось 7 июня 1492 года: умер король Казимир — опытный и искусный политический деятель. Государство поделили между собой два его сына: Яну Альбрехту досталась Польша, Александру — Литва с русскими княжествами. Иван III решил воспользоваться ситуацией и, заключив союз с крымским ханом Менгли-Гераем, уже в августе того же года предпринял первый крупный поход против Литвы.

Русские войска заняли целый ряд городов, в том числе Вязьму и Мценск, и это вызвало новые переходы в московское подданство западнорусских князей. Польша отказалась поддержать Литву, и великий князь Александр первым обратился к Ивану с просьбой о перемирии. В 1494 году был заключен мир, за Московской Русью были закреплены основные приобретения, сделанные в ходе войны.

Литовский князь отказался от своих претензий на Новгород, Тверь, Псков. Кстати, именно в этом договоре между Русью и Литвой великий князь Иван Васильевич был впервые официально назван «государем всея Руси». В этом был глубокий смысл: отныне московские великие князья претендовали на все «рюриковы отчины», то есть на территории, входившие в домонгольскую Русь.

Более того, договор устанавливал союзнические отношения между странами, которые предстояло скрепить династическим браком. Иван выдал за Александра замуж свою дочь Елену, оказав таким образом честь великому князю Литовскому. Главным условием брачного договора было соблюдение русской княжной, ставшей женой католического государя, православия. В Литве, где едва ли не большинство населения составляли православные русские, это имело огромное политическое значение. Елена должна была стать знаменем православия при католическом дворе, идейной опорой для всех русских, отстаивавших свою веру под натиском католицизма.

Правда, это не особенно помогло. Католицизм в Литве усиливался, и в 1500 году Иван III снова выступил в поход. В битве на берегу реки Ведроши литовское войско было полностью разгромлено, а его предводитель взят в плен. Это была крупнейшая победа русских войск со времен Куликовской битвы! И почему-то совершенно забытая сегодня…

— Когда историки перечисляют достижения Ивана III, то в заслугу ему обязательно ставят Судебник, принятый в 1497 году…

— Конечно, это ведь первый свод законов России! Причем по сравнению с тогдашними законодательствами европейских стран — достаточно мягкий. Но это не от какой-то нерешительности, а от разума, от здравого смысла. Смертная казнь в Судебнике Ивана III, главным образом, полагалась только за воровство и разбой.

Иногда можно встретить утверждение, что Судебник Ивана III — первый шаг к крепостному праву. Ничего подобного! Документ прописывал закон о Юрьевом дне: неделю до него и неделю после крестьянин мог переходить от одного помещика к другому. Причем вместо разных сроков в различных местностях он устанавливал единый для всей русской земли. На мой взгляд, это не усиление закрепощения. Это только еще одно подтверждение достигнутого политического единства страны. И сто лет, пока держался Юрьев день, страна была относительно стабильной и в экономическом, и в социальном смысле — насколько это было возможно.

Я убежден, что Ивана III можно считать одним из самых великих и мудрых правителей за всю тысячелетнюю историю России. «Разумный самодержец» — так назвал его Пушкин в «Борисе Годунове». Лучшей характеристики этого государственного деятеля я просто не знаю. Его вела великая и благородная идея объединения всех русских людей, создания государства Всея Руси. И ему никогда не изменяло чувство меры. Сила ясного ума и твердость характера — вот что было его главным оружием.

КСТАТИ

Именно при Иване III зафиксировано появление двуглавого орла в качестве государственного символа Русского государства. Он изображен на печати одной из грамот, выданной в 1497 году Иваном III.

Эту и другие статьи вы можете обсудить и прокомментировать в нашей группе ВКонтакте

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 224 (5841) от 30.11.2016.


Иван III Великий 1440-1505


Иван III Великий 1440-1505

Иван был великим князем московским с 1462 по 1505 год.


Он был членом Династия Рюриковичей .

сын Ивана и преемник был Василий III . Его внук был Иван IV Грозный .


А вот и его карта


РОССИЯ В ЕВРОПЕ
Нажмите на карту, чтобы увеличить

Больше истории

Предыдущая страница
Исороку Ямамото


Назад к
Первый Страница

Назад к
Люди в истории
Главная страница

Следующая страница
Иван Ужасно


Иван III и московский ренессанс

Постдокторант Британской академии Александра Вукович (Сент-Эдмунд Холл) исследует межкультурные связи в Московии и России раннего Нового времени

Московия возникла в период монгольского сюзеренитета с севера восточное княжество Владимиро-Суздальское. Хотя Москва впервые упоминается в ранней русской летописи в 1147 году, только в XIV и XV веках Москва возвышается как центральное место все более централизованного государства, слабо основанного на вертикальной линии князей так называемой династии Рюриковичей. Руси. Укрепленный комплекс Кремль стал местом церковного комплекса и резиденцией княжеской власти. С перестройкой и расширением Кремля при Иване III (годы правления 1462-1505) развились общественные обряды, сливая придворный церемониал с церковным обрядом.Московские правители участвовали во все более сложных церемониях и ритуалах, которые объединяли существующие практики (например, возведение на престол) с новым набором источников церемоний. Падение Константинополя османами в 1453 году привело к распространению византийской культуры через церковников и дворян, некоторые из которых бежали в центры восточно-христианских сетей в изгнании, такие как Рим. Разнообразные сети принесли источники из византийского мира, сформировав новый набор референтов для развивающейся придворной культуры. Именно во время женитьбы Ивана III на византийской принцессе Зое/Софии Палеологиной, которая проживала в Риме после захвата Османской деспотии Мореи, Кремль приобрел часть своего нынешнего ландшафта.На этом фоне экономической и территориальной экспансии и политической консолидации Иван III спонсировал ансамбль дворцов, церквей и укреплений, которые привели Москву к эпохе Возрождения.

Частью вклада Ивана III в комплекс стала Грановитая палата, украшенная изображениями библейских сюжетов и истории династии Рюриковичей ранней Руси. Судя по гравюрам помещения, это квадратное помещение имело в центре толстый прямоугольный столб, несущий высокие своды, под которыми правитель восседал на троне, расположенном в «красном углу».Дизайн комнаты передавал как политическую, так и духовную легитимность через иконографические темы и представлял собой арену для проявления власти. Пожалуй, именно шествие навстречу правителю, описанное секретарем герцога Голштинского Адамом Олеарием во время его визитов в Москву в 1633 и 1636 годах, лучше всего выражает логику архитектонической постановки зрелища власти:

Зал для аудиенций представлял собой сводчатую каменную квадратную комнату, пол и стены которой были покрыты прекрасными коврами, а потолки были украшены библейскими картинами в золотых тонах. Трон (в углу) возвышался на трех ступенях, окруженный четырьмя серебряными колоннами, на которых покоился балдахин, образующий небольшую башню, на каждом углу которой был серебряный орел. Его царское величество восседал на троне в одеянии, усыпанном драгоценными камнями и расшитом крупным жемчугом. Его корона, которую он носил поверх большой соболиной шляпы, была инкрустирована бриллиантами […].[1]

Грановитая палата была лишь частью крупного проекта расширения по заказу Ивана III, увековечившего благополучие великого князя, его победы над Казанью и Астраханью путем создания сети памятников (например, Соборная площадь / Соборная площадь , Благовещенский собор /Благовещенский собор, часть Теремной дворец /Теремный дворец и др.), что сделало видимыми как преемственность, так и изобретательность правления Ивана III.

В строго формальной преемственности княжеского культурного покровительства изобретательность заключается в проектировании и исполнении новой княжеской резиденции и придворной постройки итальянскими архитекторами, такими как Марко Руффало, Пьетро Соларио и Алоизио да Карезано. Строительная программа Ивана III и реструктуризация придворной культуры в соответствии с новой архитектурной логикой отражают транскультурный набор влияний, где внутренняя логика правления Ивана III находит свое конкретное выражение через архитектурный стиль итальянского Возрождения, наделенный новой политической легитимностью, дарованной византийской культурой. имперская связь.Зоя / София Палеологина проживала в Риме, и, возможно, именно ее связи (и связи ее романо-морейского окружения) привели этих архитекторов в Московию. Об итальянских зодчих, приехавших в Московию, известно очень мало. Один из них, Аристотель Фиораванти из Болоньи, ранее работал на семью Медичи и, как известно, спроектировал Палаццо Бентивольо в Болонье. Дворец имеет некоторое сходство с Грановитой палатой. Другой архитектор, Пьетро Антонио Солари, завершил часть Дуомо в Милане, прежде чем прибыть в Московию, где спроектировал часть укреплений Кремля.

Принятые идеи настаивают на «модернизирующем» или «европеизирующем» творчестве Петра I, подразумевая, что то, что было новым в России в XVIII веке, было уже старым в других местах, тем самым способствуя устаревшим представлениям об «отсталости» России по отношению к — по отношению к своим современникам на западе. Вот почему Московию в 14-17 веках часто совершенно не замечают или представляют как все еще принадлежащую средневековому миру, несмотря на ее временную и идеологическую обособленность от средневековых политий Руси.Историки Московии единодушны в отношении нововведений, начавшихся с восшествием на престол Ивана III. Хотя многие нововведения Ивана III остаются неясными, в первую очередь из-за отсутствия сохранившихся исходных материалов, эпоха Ивана III отражает новые пути контактов, распространения, диалога и передачи между Московией и более широким миром эпохи Возрождения.

 

[1] Путешествия и путешествия послов, посланных Фридрихом, герцогом Гольштейнским, к великому герцогу Московскому и королю Персии (Лондон, 1962), с.17.

Иван III Великий (Фотопринты, Рамки, Плакаты, Пазлы, Открытки, Подарки,…) #621334

Фотопринт Ивана III Великого. ИВАН III ВАСИЛЬЕВИЧ, прозванный Великим

ИВАН III ВАСИЛЬЕВИЧ, прозванный Великим, великий князь Московский, сын Василия II, сбрасывает татарское иго и расширяет Российское государство

© Библиотека изображений Мэри Эванс

Идентификатор носителя 621334

1462 1505 Увеличивает Гранд Здорово Исторический История я я Иван Москва принц правил Роялти русский Состояние татарин Броски Василий Васильевич Иго

10 x 8 дюймов (25 x 20 см) Печать

Наши фотоотпечатки печатаются на прочной бумаге архивного качества для яркого воспроизведения и идеально подходят для обрамления

проверить

Гарантия Pixel Perfect

чек

Изготовлен из высококачественных материалов

проверить

Необрезанное изображение 17. 3 х 25,4 см (оценка)

чек

Отделка профессионального качества

чек

Размер изделия 20,3 x 25,4 см (ориентировочно)

Наши водяные знаки не появляются на готовой продукции

Отпечатано на бумаге архивного качества для непревзойденной стойкости изображения и великолепной цветопередачи с точной цветопередачей и плавными тонами. Отпечатано на профессиональной бумаге Fujifilm Crystal Archive DP II плотностью 234 г/м². 10×8 для альбомных изображений, 8×10 для портретных изображений.Размер относится к используемой бумаге в дюймах.

Код продукта dmcs_621334_676_0

Фотопечать Печать плакатов Печать в рамке Пазл Поздравительные открытки Печать на холсте Антикварные рамы Художественная печать Установленное фото Премиум обрамление Коврик для мыши Стеклянная подставка Металлическая печать Подушка Сумка Стеклянная рамка Стеклянные коврики акриловый блок

Полный ассортимент художественной печати

Наши стандартные фотоотпечатки (идеально подходят для оформления) отправляются в тот же или на следующий рабочий день, а большинство других товаров отправляются через несколько дней.

Фотопечать (8,50–121,62 долл. США)
Наши фотоотпечатки печатаются на прочной бумаге архивного качества для яркого воспроизведения и идеально подходят для оформления.

Печать плакатов (13,37–72,97 долл. США)
Бумага для постеров архивного качества, идеальна для печати больших фотографий

Принт в рамке (54,72–279,73 долл. США)
Наши современные репродукции в рамке профессионально изготовлены и готовы повесить на стену

Пазл ($34.04 – 46,21 долл. США) Пазлы
— идеальный подарок на любой праздник

Поздравительные открытки (7,26–14,58 долл. США)
Поздравительные открытки, подходящие для дней рождения, свадеб, юбилеев, выпускных, благодарностей и многого другого

Печать на холсте (36,48–304,05 долл. США)
Профессионально сделанные, готовые к вывешиванию картины на холсте — отличный способ добавить цвет, глубину и текстуру в любое пространство.

Старинные рамы (54,72–304,05 долл. США)
Наш оригинальный ассортимент британских репродукций в рамке со скошенным краем

Художественная печать (36 долларов США.48 — 243,24 доллара США)
Наши художественные репродукции с мягкой текстурированной натуральной поверхностью — это лучшее, что может быть после приобретения оригинальных произведений искусства. Они соответствуют стандартам самых требовательных музейных хранителей.

Установленная фотография (15,80–158,10 долл. США)
Отпечатанные фотографии поставляются в специальном картонном футляре, готовом к оформлению в рамку

Каркас премиум-класса (109,45–352,70 долл. США)
Наши превосходные репродукции в рамке премиум-класса профессионально изготовлены и готовы повесить на стену

Коврик для мыши ($17.02)
Фотопринт архивного качества на прочном коврике для мыши с нескользящей подложкой. Работает со всеми компьютерными мышами.

Стеклянная подставка (9,72 долл. США)
Индивидуальная стеклянная подставка. Также доступны элегантные полированные безопасные закаленные стекла и термостойкие коврики под тарелки

.

Металлический принт (71,76–485,28 долл. США)
Изготовленные из прочного металла и с использованием роскошных технологий печати, металлические принты оживляют изображения и придают современный вид любому пространству

Подушка (30 долл. США.39 — 54,72 доллара США)
Украсьте свое пространство декоративными мягкими подушками

Большая сумка (36,43 долл. США)
Наши большие сумки изготовлены из мягкой прочной ткани и снабжены ремнем для удобной переноски.

Стеклянная рамка (27,96–83,93 долл. США) Крепления из закаленного стекла
идеально подходят для настенного дисплея, кроме того, мониторы меньшего размера можно использовать отдельно на встроенной подставке.

Стеклянные салфетки (60,80 долл. США)
Набор из 4 стеклянных салфеток. Элегантное полированное безопасное стекло и термостойкое.Соответствующие подставки также доступны

Acrylic Blox (36,48–60,80 долл. США)
Обтекаемый, односторонний современный и привлекательный принт на столешнице

14.5: Россия — Гуманитарные науки LibreTexts

Хотя в этом учебнике прослеживается развитие других великих держав, в нем пока не рассматривается случай России. Просто потому, что до конца пятнадцатого века единого государства под названием «Россия» не существовало. Первоначально населенные славянскими племенными группами, шведские викинги называли русов колонизированными, а затем смешавшимися с коренными славянами в течение девятого века.Во главе Руси стояли князья, правившие городами, которые со временем превратились в небольшие города, самым важным из которых был Киев на территории современной Украины. В конечном итоге русы были обращены в восточное православие благодаря влиянию Византии и ее миссионеров, но их историческое развитие было подорвано монгольским нашествием в тринадцатом веке. Период монгольского владычества до сих пор упоминается в русской истории как «монгольское иго», что означает период, когда русские люди использовались своими монгольскими владыками как вьючные животные и источники богатства, как животные, запряженные в плуги.

Россия вышла из «монгольского ига» благодаря усилиям великого князя города Москвы Ивана III (годы правления 1462 – 1505) и его внука Ивана IV – «Грозного» (годы правления 1533 – 1584). Иван III был князем Московии, территории вокруг города Москвы, но благодаря своему безжалостному милитаризму он расширил влияние Московии до Балтийского моря, сражаясь с Речи Посполитой на западе и завоевав процветающий город Новгород и его территории. Он также сверг власть монгольской Золотой Орды на своих землях и начал процесс окончательного прекращения монгольского контроля в России.Впервые русский князь завоевал значительную территорию.

Через два поколения к власти в Московии пришел Иван IV. Иван IV, как и его дед, был очень успешным военачальником. Московия завоевала большую часть территории монгольской Золотой Орды, а также оттеснила тюркских ханов на юге. Он отправил исследователей и охотников в Сибирь, положив начало долгому процессу завоевания Сибири Россией. Он также был первым русским правителем, претендовавшим на титул царя (также англизированный как царь), что означает «Цезарь».«Поскольку Россия приняла восточно-православную ветвь христианства веками ранее, и поскольку Константинополь (и последний остаток фактической Римской империи) пал перед турками в 1453 году, русские правители после Ивана утверждали, что они были истинными наследниками политической власти древних римских императоров.Точно так же, как императоры Священной Римской империи на Западе заявляли, что они являются политическими потомками римской власти (немецкое слово «кайзер» тоже означает «Цезарь»), так же и цари России .

Ивана IV прозвали Грозным из-за его невероятного садизма: он приказал сжечь новгородских нищих, растерзать волками и собаками неугодных ему дворян, а собственному сыну он размозжил дубиной череп в ярости. . У него были уничтожены целые дворянские семьи, когда он думал, что они представляют угрозу его авторитету или просто медленно реагировали на его требования, чтобы они служили ему лично при его дворе. Его общей целью было превращение русских дворян, называемых боярами , в слуг государства, в котором их власть основывалась только на их лояльности царю.Во время своего правления ему удалось утвердить свою власть с помощью чистой жестокости и террора.

Рисунок 14.4.1: Расширение имперского контроля России с начала шестнадцатого века до 1700 года, с более ранними территориями, отмеченными на карте более темными оттенками зеленого. Имперская власть достигла Тихого океана к концу семнадцатого века.

После смерти Ивана в 1584 году Россия погрузилась в тридцатилетний период анархии, именуемый Смутным временем, когда никто не правил как признанный государь.Дворяне восстановили свою независимость, и Россия десятилетиями существовала в состоянии гражданской войны (или вооруженной анархии, в зависимости от точки зрения). Период между правителями закончился, когда собрание дворян избрало первого члена семьи Романовых, носившего титул царя в 1613 году — Михаила I, — но цари оставались слабыми и страдали как от дворянского сопротивления, так и от массовых крестьянских восстаний на протяжении многих десятилетий. . Одно крупное крестьянское восстание, возглавляемое человеком, называвшим себя «настоящим» царем, угрожало сокрушить силы настоящего царя, прежде чем потерпело поражение в 1670 году.

Среди хаоса XVII века зацементировался институт крепостного права. Когда русским крестьянам было тяжело, они часто бежали на границу, то ли в Сибирь, то ли в то, что позже назовут Украиной (имеется в виду «пограничье»). Поскольку Россия была такой огромной, это усугубляло постоянную проблему нехватки рабочей силы. В отличие от Запада, земли в России было более чем достаточно, только не хватало крестьян для ее обработки. Таким образом, царское государство в 1649 году ввело крепостное право повсеместно, формализовав то, что уже было широко распространенным институтом. Это сделало крестьян с юридической точки зрения немногим лучше рабов, которых заставляли работать на земле и служить государству на войне при призыве на военную службу.

Трансформация России и взаимодействие с остальной Европой всерьез начались при царе Петре I (Великом), р. 1682 – 1725. До этого момента о России на западе знали так мало, что Людовик XIV однажды отправил письмо царю, который умер двенадцать лет назад. Сами русские дворяне, как правило, были необразованными и неотесанными по сравнению со своими западными коллегами, а Русская православная церковь уделяла мало внимания учености, которая теперь играла столь важную роль как в католической, так и в протестантской церквях Запада.Питер узнал о Западной Европе от посещения иностранцев, когда ему было немного за двадцать, и решил пойти и посмотреть, что Запад может предложить для себя — он замаскировался под обычного рабочего (хотя и семи футов ростом) и предпринял личное путешествие. открытие.

Рис. 14.4.2: Молодой Петр Великий на портрете, подаренном им английскому королю Вильгельму III (которого он посетил во время своего путешествия по Западной Европе).

В процессе Петр лично узнал о кораблестроении и военной организации, вернув намерение преобразовать Российское государство и армию.Он заставил русское дворянство одеваться и вести себя более по-западноевропейски, отправлял русских дворянских детей за границу для обучения, построил огромный флот и армию для борьбы со шведами и турками и (на основе полурабского труда) создал новый портовый город Санкт-Петербург как новая имперская столица. Его военные реформы были огромными по размаху: в 1705 году он ввел рекрутскую повинность, согласно которой каждый двадцатый крепостной должен был пожизненно служить в его армии, и он с нуля руководил строительством российского флота.Более двух третей государственных доходов шло военным даже после того, как он ввел новые налоги и королевские монополии. Он также заставил бояр пройти военное образование и служить армейскими офицерами, а все дворяне мужского пола после 1722 года должны были служить государству либо в качестве гражданских служащих, либо в качестве военных.

Петр вел безуспешную войну против османов в 1711 году, но в процессе он захватил некоторые турецкие территории; точно так же он захватил прибалтийские территории Ливонии и Эстонии у того, что было тогда объединенным королевством Польским-Литовским (государство, которое начало быстрый, болезненный упадок в течение столетия).Однако его главным врагом была Швеция. Швеция была могущественным королевством позднего средневековья и раннего Нового времени. К 1650-м годам Швеция правила Данией, Норвегией, Финляндией и Балтийским регионом. Король Карл XI (годы правления 1660–1697) успешно подражал абсолютизму Людовика XIV, противопоставляя меньших дворян великим, заставляя дворян служить ему напрямую. Его сын Карл XII (годы правления 1697–1718) был настолько высокомерным, что вырвал корону из рук лютеранского священника при собственной коронации и надел ее себе на голову; он также отказался принести обычную коронационную присягу.Он был истинным образцом шведского абсолютизма.

Карл XII столкнулся с попыткой Дании, к которой присоединилось немецкое княжество Саксония, восстановить свой суверенитет в 1700 году. территории для постоянного порта. Шведы разбили большую русскую армию в 1700 году, но затем Карл переключил свое внимание на Польшу и Саксонию, а не на вторжение в саму Россию. Русские сплотились и в 1703 г. захватили устье Невы; Царь Петр приказал построить свою новую столицу Санкт-Петербург.Петербург, в том же году. Война тянулась годами, и Карл XII погиб, сражаясь в восстании в Норвегии в 1718 году, не оставив наследника. Шведские войска были окончательно разбиты в 1721 году, в результате чего Россия осталась доминирующей в Балтийском регионе.

К моменту смерти Петра (заразившегося пневмонией или гриппом, нырнув в ледяную Неву, чтобы спасти утопающего) в 1725 году Российская империя была уже в шесть раз больше, чем при Иване Грозном. Благодаря своим территориальным приобретениям на Балтике и строительству Св.В Петербурге это была теперь решительно европейская держава, хотя и необычная. Хотя Россия пережила период слабого правления после смерти Петра, она была настолько велика, а власть царя настолько абсолютна, что оставалась великой державой.

В 1762 году прусская императрица Екатерина (получившая впоследствии почетный титул «Великая») в результате переворота захватила власть у своего мужа. Екатерина продолжала проводить реформы, направленные на улучшение российской экономики, создавая первые финансируемые государством банки и приветствуя немецких поселенцев в районе реки Волги для модернизации методов ведения сельского хозяйства.Она также модернизировала армию и государственную бюрократию для повышения эффективности. Несмотря на то, что Екатерина с энтузиазмом поддерживала «просвещенную» философию (как отмечалось в предыдущей главе), она была так же сосредоточена на российской экспансии, как и Петр полвека назад, захватывая Крымский полуостров у Османской империи, расширяя российскую власть в Средней Азии. , и полное уничтожение независимости Польши, когда Польша была разделена между Россией, Пруссией и Австрией в 1795 году. К ее смерти в 1796 году Россия была более могущественной, чем когда-либо прежде.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.