Франциск i: «Жена не отвлекала короля от похождений» Как король Франции построил замок для любовниц и умер от обилия любви: Мир: Путешествия: Lenta.ru

Содержание

Франциск I Французский. Внешняя политика

В сфере внешней политики перед королем стояла двойная задача: соблюдение прав французской короны и взятие реванша за унижение французского войска в Италии. Вмешательство в Италии уже в год его прихода к власти было символичным. Девиз Франциска I гласил: сохранение европейского значения династии путем возвращения утраченных в Италии позиций. Победой над швейцарцами у Мариньяно 13/14.09.1515 г. он добился осуществления этого. Одновременно снова пришли в движение европейские государства. В Испании, например, возник вопрос, какие последствия для Неаполя будет иметь эта победа французов.

В результате длительных переговоров 29.11.1516 г. Франциск заключил с Швейцарскими кантонами Фрайбургский, или Вечный, мир, который надолго обеспечивал ему право использовать швейцарских наемников. Еще до Мариньяно 2.04.1515 г. Франциск I подписал со своим будущим соперником Карлом V договор о дружбе. По ленно-правовым вопросам габсбургское посольство, присутствовавшее в Париже по случаю коронации Франциска I, пришло к соглашению с французской стороной.

Последующие годы прошли под знаком растущих разногласий между домами Габсбургов и Валуа. Они достигли первой кульминационной точки в борьбе за императорский титул. Как Франциск I, так и Карл V боролись за этот титул всеми доступными средствами. Для Франции императорская власть означала правовую бесспорность ее позиций в Италии. Французская пропаганда даже подчеркивала франко-немецкую общность, как говорилось в одной из листовок: «Не существует причины, по которой немцы должны избегать или не принимать дружбы французов, потому что французы по своей природе, привычкам и обычаю среди всех людей самые мягкие и кроткие, а также всегда вели себя дружественно и гостеприимно, когда к ним приезжали купцы и другие торговцы, и в большинстве случаев немцы и французы с давних времен имели общую сущность и с самого начала их существования протягивали друг другу руку…» (Колер). Французы попытались использовать в своих целях «идею крестового похода», страх перед турками и боязнь расходов немецких принцев.

Они в мрачных красках рисовали турецкую угрозу христианству, особо отмечали, что власть султана после его побед над персами стала еще больше, чем когда-либо раньше, и говорили о неописуемых бедах, которые обрушились на христиан в результате завоеваний турок на Балканах. К этому добавляли, что новое нападение может быть успешно отражено только крупными военными силами и подчеркивали, что король Франциск уже теперь как нельзя лучше к этому подготовлен.

Решение курфюрстов в пользу габсбургского кандидата привело к перегруппировке сил в Европе и к затяжному конфликту между домами Габсбургов и Валуа. Начиная с Людовика XII, в 1514 г. женившегося на Марии Тюдор, младшей сестре Генриха VIII, с Англией установилось династически-политическое согласие, которое, однако, вскоре подверглось испытанию, когда Франциск I отказался вернуть приданое Марии. Летом 1520 г. состоялась встреча Франциска I и Генриха VIII в «Золотом лагере» у Кале. Она символически отразила все еще очень хорошие отношения.

Политика английского короля попеременно обращалась то к Карлу V, то к Франциску I. Венецианский посланник во Франции обрисовал англо-франко-габсбургские отношения на примере ситуации 1536 г. так: «Причина, которая делает очень полезным для Франции союз с английским королем, заключается в его богатстве, таким образом он является более приятным и желанным союзником. Этот союз объединяет общая враждебность, так как хорошо известно, что самым большим врагом королей Англии и Франции является император. Англия, которая сознает, что оскорбила его, день ото дня ждет войны. Оба короля связаны также и своим удобным положением, так как Англия и Франция могут .вторгнуться и занять Фландрию…» (Бауманы).

В начале затяжного конфликта между Франциском I и Карлом V в 1521 г. Генрих VIII переметнулся на сторону императора, правда, тайно. В ноябре 1521 г. он достиг соглашения с Карлом и папой; в 1523 г. он намеревался вести войну против Франции совместно с Карлом, который требовал у Франции вернуть Бургундию. Переход папы Льва X на сторону Карла сделал возможным то, что императорская армия под командованием Пескары и Колонны (со стороны папы) 19.11.1521 г. отобрала у французов Милан, чтобы снова водворить туда герцога Франческо Сфорца. Следующее тяжелое поражение 27.04.1522 г. потерпел у Ла Бикокка французский генерал Лотрек; это была первая значительная победа немецких ландскнехтов над швейцарскими наемниками. Личное присутствие французского короля в Италии, как в 1515 г., казалось все более необходимым.

В ходе конфликта с сюзереном по поводу собственности своей покойной жены Карл Бурбонский, коннетабль Франции, был готов перейти на сторону Карла V. В августе 1523 г. император пообещал отдать ему в жены Элеонору. Карл хотел проводить военные операции от Испании, Генрих VIII — в Нормандии. Для этого Бурбон должен был организовать восстание внутри Франции. Когда заговор был раскрыт, Карлу Бурбонскому удалось бежать. Новое задание на службе у императора он получил, руководя походом на Южную Францию.

После успешного начала, связанного со вступлением в Экс (9.08.1524), он потерпел поражение у Марселя.

Уже в 1523 г. профранцузски настроенный кардинал Содерини побуждал Франциска I к вторжению в Италию, однако не получил одобрения папы Адриана VI. Лишь после неудачного похода императорского войска на Южную Францию Франциск I вторгся в Италию, перерезал армии Карла V линию отступления и молниеносно взял Милан, куда он вступил 26.12.1524 г. Будучи в союзе с новым папой Клементом VII и Венецией, французский король теперь был твердо убежден, что может повторить свой военный успех 1515 г. Однако сражение при Павии 24.02.1525 г. имело для него катастрофический исход: он попал в плен. Король осадил императорского генерала Анто-нио Леива, отступил к Павии и, вопреки справедливым предостережениям своих офицеров, слишком рано атаковал со своих еще не защищенных позиций. После начальных успехов превосходящей французской артиллерии Леиве удалось во время вылазки из города оттеснить уже ослабленную пехоту и выиграть сражение.

Франциск I сдался в плен Карлу де Ланнуа, вице-королю Неаполя, та же судьба постигла часть сражавшегося вместе с ним французского дворянства. Ланнуа написал Карлу V: «Теперь Бог дал Вам возможность, и никогда вы не примете свою корону лучше, чем сейчас. Эта страна (Италия) в настоящее время столь же мало может опереться на Францию, как и Наварра, наследник которой тоже взят в плен. По моему мнению, Вы должны теперь прибыть в Италию» (Бранди). Однако император не приехал. Ланнуа подготовил транспортировку французского короля в Испанию, отпустив де Монморанси, который обеспечивал подготовку кораблей. 19.06.1525 г. Франциск I прибыл в Барселону; с 20.07.1525 г. он находился в Мадриде. Прием короля при дворе Карла V был отнюдь не дружественным; его долгое время игнорировали, пока в Толедо не приехала сестра Франциска Маргарита. Однако переговоры в Испании в середине октября и переговоры, проведенные в Лионе императорским посланником де Праетом, были сначала безрезультатными. Франциск, правда, был готов отказаться от Италии и от ленного суверенитета во Фландрии и Артуа, к тому же он предложил выкуп в сумме 3 миллионов солидов, однако Карл не отступил от своего требования о передаче Бургундии.
В конце ноября французский король согласился удовлетворить это требование при условии, что передача Бургундии должна состояться после его возвращения во Францию. В качестве гарантии он предложил свой брак с Элеонорой, сестрой императора, а также намеревался отдать в заложники двух своих сыновей. 19.12.1525 г. обе стороны договорились. Франциск пообещал выполнить требования императора. Его освобождение должно было произойти при условии оставления обоих сыновей, через несколько недель после возвращения во Францию он должен был ратифицировать договор, а парламент в течение четырех месяцев утвердить его ратификацию.

Мадридский мир был «уже мертв, когда 14.01.1526 г. ему торжественно присягнули, и он был столь легковерно принят бургундскими рыцарями. Когда Гаттинара должен был поставить на него печать, он уклонился, сославшись на свой долг по отношению к императору» (Бранди). Впрочем, Франциск I уже 16.08.1525 г. велел нотариально засвидетельствовать свой секретный протест, объявлявший недействительным все то, к чему его принудили во время плена вопреки его чести и долгу. Накануне подписания Мадридского мирного договора он повторил этот протест в присутствии своих посланников, кардинала Турнона, президента парламента Жана де Сельва и де Монморанси.

После возвращения во Францию в мае 1526 г. в Коньяке императорскому посланнику объяснили, что король считает Мадридский договор вынужденным, поэтому не чувствует себя им связанным. В то же самое время 22.05.1526 г. Франциск в Коньяке заключил союз с папой, герцогом Миланским, Флоренцией и Венецией. Это была первая широко задуманная антигабсбургская коалиция с тех пор, как Карл стал императором. Ее целью было изгнание испанцев из Неаполя, возвращение Милана исконной династии и освобождение сыновей Франциска I. Следствием всего этого было продолжение войны в Италии. Однако успехи и неудачи коалиции взаимно уравновешивались: во время «Римского мешка» папа Клемент VII был свергнут и капитулировал. Наоборот, успешными были венецианско-генуэзские морские операции у побережья Южной Италии, которые при решающем участии генуэзского капитана Андреа Дориа нанесли испанцам чувствительное поражение у Амали (28.

04.1528). Раздраженный разногласиями с французским командованием и ссорой из-за трофеев, Дориа через несколько недель перешел на сторону императора. По этой причине была не только снята осада Неаполя, но под прикрытием генуэзского тыла Леиве удалось наголову разбить у Ландриано войска коалиции (21,06.1529). Франциск I вынужден был пойти на мир с императором, 3.08.1529 г. в Камбре он подписал мирный договор, который обязывал его отказаться от всех притязаний на Италию. Итальянские союзники Франции должны были признать власть Карла V над Италией. Кроме того, Франциск I согласился на выплату 200 000 солидов, предусмотренных в Мадридском мирном договоре. Он лишался суверенных прав на Артуа и Фландрию. Карл V со своей стороны отказывался от силового разрешения «бургундской тяжбы». Наконец договорились о заключении брака Элеоноры с французским королем. Казалось, теперь итальянский вопрос между Габсбургом и Валуа был разрешен, император надеялся на поддержку своей политики в Империи и против османов.
Однако эта надежда вскоре рухнула. После избрания Фердинанда I римским королем (1531) французский король возобновил в Империи контакты с противниками, отказавшимися принять королевский сан младшего Габсбурга. Кроме Шмалькальденских принцев Гессенского и Саксонского, это были прежде всего католические герцоги Баварские. В Шейерском договоре в Баварии (май 1532) Франциск I присоединился к Заальфельдскому союзу этих принцев от октября 1531 г. и пообещал субсидии для конфликта с императором. Таким образом, французский король одобрил завоевание Вюртемберга и тем самым содействовал потере важнейшей верхненемецкой позиции габсбургского дома. Для Франциска I второе звено для дистанцирования от политики императора находилось опять же в Италии — в лице папы Клемента VII, отношения которого с императором снова испортились с 1531 г. Французская дипломатия использовала эту размолвку, чтобы сблизиться с папой, предложив ему брачный проект, касавшийся Екатерины Медичи, одиннадцатилетней племянницы Клемента VII, и Генриха, второго сына Франциска I, герцога Орлеанского. Секретная договоренность состоялась в июне 1531 г.; в качестве приданого пана назначил Пизу, Ливорно, Модену, Реджио, Парму и Пьяченцу. Наконец в октябре 1533 г. в Марселе папа лично благословил брак. Было ли это шагом Франции для возвращения Неаполя? Во всяком случае, смерть герцога Франческо Сфорца 1.11.1535 г. побудила Франциска I возобновить свои наследственные притязания на важнейшее верхнеитальянское княжество. Еще раз французский король искал военное решение в Италии, одновременно и в ответ на большую активность Карла V в Средиземноморье, которая достигла кульминации в тунисской военной операции (1535). Это должно было неизбежно привести к более тесному взаимодействию Франции с Османской империей. «Гармония» Франциска I с османами вела свое начало от левантийских торговых интересов Франции, получившей привилегированное положение в восточной торговле со времени завоевания османами мамлюкского султаната Египта (1517). Впоследствии было заключено политическое соглашение между Францией и Великой Портой в Константинополе (1523), которое сначала не вылилось в официальный союз. Это произошло в 1536 г. и принесло французскому королю поддержку османов в западной части Средиземного моря. Таким образом удалось компенсировать неудачу генуэзского флота в 1528 г.

Франко-османское взаимодействие на Средиземном море нужно рассматривать как следствие франко-габсбургского затяжного конфликта, который вынудил Францию искать союзника вне европейского сообщества государств. Роль связующего звена сыграли североафриканские берберские государства. Так, Хаиреддин Барбаросса, глава алжирского пиратского государства, построил флот и был назначен Портой капитан-пашой. В мае 1534 г. Франциск I заключил с ним договор. В следующем году Карл V принял меры против пиратских плаваний Барбароссы. Тем не менее, войну против императора в 1536 г. Франциск I начал в Верхней Италии. Французские войска нанесли молниеносный удар по Савойе и Пьемонту. Франциск I завладел этими территориями и остановился на границе герцогства Миланского. Карл V использовал в качестве повода завоевание Турина в 1536 г. , чтобы перед итальянской общественностью в Риме, где он тогда находился, объявить французского короля нарушителем мира. На второй день после Пасхи (17.04.1536) в речи перед папой и кардиналами император попытался (правда, безуспешно) побудить Павла III к отказу от его нейтральной позиции.

Во время длившегося до 1538 г. военного конфликта происходили сухопутные и морские операции. Поход Карла V на Марсель был типичным. Правда, французы во второй раз (с 1524 г.) смогли выдержать осаду императорской армии и флота. Анн де Монморанси лишил императора малейшей возможности расквартировывать армию на суше. Таким образом, она была отброшена на свои исходные позиции в Ломбардии. Франко-османское взаимодействие флотов было малоэффективным. Угроза итальянскому побережью объединила папу, императора и Венецию. Павел III в июне 1538 г. в Ницце лично посредничал при заключении десятилетнего перемирия между Карлом V и Франциском I, которое санкционировало status quo в Италии, то есть Франция получила Пьемонт, а Милан оставался габсбургским. В Ницце 14/16.07.1538 г. во время приватной встречи Франциск I и Карл V снова пообещали друг другу сотрудничество в обороне от османов и в религиозных вопросах в Империи. Установилась ли благодаря этому дружба «христианских государей»? Как недоверчиво обе стороны воспринимали отношения с османами, наглядно показало «убийство посланников у Павщ» 3.07.1541 г испанские солдаты, подчинявшиеся Васто в Милане, схватили на По и убили французского посланника Ринконе, который возвращался в Стамбул вместе со своим генуэзским сопровождающим. В процессе скандала Франциск I обвинил императора в пособничестве. Подоплекой инцидента являлся тот факт, что в 1538 г. не было никакого мира, и все спорные вопросы оставались нерешенными. Это касалось прежде всего французских притязаний на Милан. Непосредственно после смерти Франческо Сфорца зимой 1535/36 г. Франциск I вел с Карлом у переговоры о том, может ли его дом получить в лен наследство Висконти — Сфорца. Однако император выставил непомерные условия: наделение леном Карла, герцога Орлеанского, третьего сына французского короля, и сохранение императорских укреплений в герцогстве Миланском. По сути, Карл V не хотел оставлять территориальные приобретения 1529 г. в качестве апанажа французскому принцу, скорее всего, он тогда был полон решимости закрепить Милан за своим домом, особенно за своей линией, как это доказывает секретная инвеститура его сына Филиппа в 1540 г. Однако и потом император оспаривал герцогство в ходе династического проекта, когда в мирном договоре в Крепи от 20/22.09.1544 г. был обусловлен в течение года брак герцога Орлеанского с инфантой Марией (дочерью императора) или с Анной Австрийской (дочерью Фердинанда). В качестве апанажа были предусмотрены Милан или Нидерланды. Император выбрал первое, но герцог Орлеанский умер 9.09 1545 г Франциск I тщетно требовал другого решения

Согласованное тогда династическое решение было частью мирной программы, разработанной после похода Карла V против Франциска I. Эта война для Франциска I была самой опасной из всех столкновении с Габсбургом. По договоренности с английским королем, император вторгся во Францию. На Шпейерском рейхстаге 4. 04.1544 г. имперские сословия, а также протестантские принцы пообещали императору военную помощь порядка 28000 — 29000 человек на шесть месяцев. Сам Карл V располагал значительными военными силами. Уже в 1543 г. состоялся договор о совместном англо-габсбургском походе. «Императору было очень важно подавить Францию. Он хотел в Париже диктовать условия мира побежденному королю, как он диктовал когда-то в Мадриде пленному. Генрих сначала стремился только к увеличению прибрежной полосы. Булонь, как он позже открыто заявил посланникам своего союзника, была ему важнее Парижа» (Кардон). Франциск I использовал преимущества внутренней линии, кроме того, он избегал сражений и надеялся остановить продвигающиеся императорские войска у крепостей. Император не мог обойти крепости, не подвергаясь опасности быть отрезанным от своих коммуникационных линий для отступления. Шестинедельная осада крепости Сен-Дизье с 4.07 по 17.08 стоила императорской армии потери драгоценного времени и выявила недостатки в снабжении. Только в первой фазе похода доставка провианта и снаряжения происходила почти бесперебойно, однако в дальнейшем жалование и продовольствие перестали поступать.

Французский король набрал 18000 швейцарских наемников и дислоцировал часть своих войск (10 000 человек) у Парижа, а другую, большую часть (35 000 человек) — восточнее Парижа, у Жаалона. Там же находились дофин Генрих и герцог Карл Орлеанский. Генриху было поручено главнокомандование, а его отец из-за болезни оставался в замке Сен-Мор-ле-Фоссе. После взятия Сен-Дизье продвижение императора казалось лишь стратегическим маневром для окончания войны. Так, Карл V обошел хорошо укрепленный Шал он, чтобы по правому берегу Марны продвинуться на Эперней. С помощью переговоров французский король пытался удержать императора от марша на Париж. Ведущую роль в этом играл доминиканец Габриель дс Гусман, испанец по происхождению, который, будучи исповедником королевы Элеоноры, пользовался ее полным доверием. По его поручению в императорском лагере с середины августа вели переговоры герцог Франциск Лотариигский, Никола де Боссюе, сеньор де Лонгвиль, заместитель губернатора Шампани, маршал Аннебо, Африксн де Майи, Обепин и Байяр. Они изложили императору династический проект, позже утвержденный в Крепи. К началу сентября поход можно было считать неудавшимся, поэтому император по договоренности со своим английским союзником принял французское мирное предложение, что позволило ему сохранить лицо.

Французский король вел переговоры и с Генрихом VIII со времени его высадки в Булони. В конце августа туда отправилась французская делегация во главе с кардиналом дю Белле. Вскоре капитулировал Вервен, французский комендант Булони. Только в июне 1546 г. осуществился мирный договор, который на следующий год оставлял англичанам Булонь в качестве залога. Это произошло в тот момент, когда мир в Крепи вместе с Медонским секретным соглашением потерял свое значение и действенность. Секретное приложение к договору обязывало французского короля обеспечить Собор и поддержать религиозную политику Карла V в Империи. Император еще раз попытался вытеснить французского короля на роль «прислужника» в своей всемирной политике. Однако этого ему не удалось. Желание Франциска I сотрудничать сильно ослабело со времени краха династического проекта, который был связан с апанажем Милана.

Два последних года правления Франциска I прошли под знаком прогрессирующей болезни. Болезнь короля была давнего происхождения. Еще в 1538 г. Мартин дю Белле говорил о жизненно опасном «апостуме», абсцессе, опухоли в животе. Вопреки старым взглядам сейчас считают, что Франциск I страдал опухолью, которая ущемила мочеиспускательный канал и была, вероятно, осложнением перенесенного в молодости триппера. Согласно протоколу вскрытия, у короля были «язва желудка, испорченные почки и сгнившие внутренности, изъязвленная глотка и немного поврежденное легкое», писал императорский посланник Сен-Морис 10.04.1547 г. В конце 1546 г., за три месяца до смерти Франциска I в Рамбуйе, врачи попытались справиться с увеличивающейся опухолью в животе. Это вмешательство на короткое время принесло облегчение, но в конечном результате только ускорило смерть короля.

Источники:

1. Французские короли и императоры, под ред. Петера К. Хартманна; «Феникс», Ростов-на-Дону, 1997г.

См. также:

II Франциск I любил «любезных» женщин. Великие любовники

II

Франциск I

любил «любезных» женщин

Когда Франциск I[29], едва взойдя на французский престол, заявил: «Я хочу видеть вокруг себя только самых красивых и самых любезных женщин…» – всем стало ясно, чем он будет заниматься во время своего царствования, и это обеспечило дамам почетное место при дворе. Его правление стало триумфом женщины, ее реваншем за многие века жизни в затворничестве и притеснениях. Кончились скучные времена, когда она, сидя за веретеном, ждала, когда же муж вернется с войны или охоты. Беря пример с короля, дворяне и поэты стали прославлять грациозность, красоту, ум своих подружек и соперничать за право обладания ими. В этой погоне за удовольствиями Франциск всегда оказывался победителем, и ни одна женщина не отказывала ему в благосклонности. Это происходило не только потому, что он носил корону, его личность просто лучилась соблазнительностью. После победы при Мариньяно, в ореоле славы, завоеванной на полях сражений, это был двухметровый молодец, тело его дышало силой, но во взгляде читался ум и тонкость мысли, которые он неоднократно проявлял. Этот отчаянный охотник, этот атлет с силой Геракла мог при случае проявить нежность и обходительность, особенно когда речь шла о том, чтобы понравиться какой-нибудь красавице. На турнирах он с необычайной силой машет мечом и ловко орудует копьем, но когда он хочет понравиться, то виртуозно составляет мадригал. По примеру Клемана Маро[30], который, кстати, частенько служил ему «негром», когда надо было направить какую-нибудь особенно изящную эпиграмму, он и сам частенько прибегал к стихам в любовных посланиях. Стоит ли удивляться, что те, за кем он начинал ухаживать, вели себя довольно «любезно», в тогдашнем значении этого слова.

Для этого монарха, увлеченного красотой во всех ее проявлениях, женщины были самым драгоценным украшением. Как он сам сказал: «Двор без дам похож на сад без цветов». И поэтому его двор представлял собой настоящий вольер, наполненный женским смехом. У него в доме жили не менее двадцати семи чудесных созданий, за которыми он пристально приглядывал.

Он сам наряжал их за свой счет и на свой вкус и старался выполнить их любое желание. Естественно, в любви он был непостоянен, но всегда рассчитывал на взаимность и не допускал, чтобы при нем критиковали поведение его любовниц, даже если они и обкрадывали его. Он требовал, чтобы к любой женщине при дворе относились с должным уважением независимо от ее положения, а его забота распространялась даже на публичных девок. Он в некотором смысле «узаконил» проституток, которые повсюду следовали за его двором. Свидетельством тому служит записка казначею, где он повелел «выдать Сесиль де Вьевиль, хозяйке девиц, сопровождающих наш двор, двадцать золотых экю». При этом он не считает этот подарок оплатой за их труды, а рассматривает это в качестве месячного содержания «как для нее самой, так и для распределения денег между другими женщинами и девицами ее профессии». Поступок тем более замечательный, что сам он никогда не пользовался услугами этих любезных созданий. Ему не было необходимости прибегать к их услугам для удовлетворения своих желаний: самые знатные дамы королевства считали за честь сделать это.

Такое любовное влечение Франциск впитал с пеленок. Его отец, Карл Ангулемский, держал при себе двух любовниц, а его мать, Луиза Савойская, была довольна таким положением вещей и даже сделала одну из них своей фрейлиной, а другую – своей компаньонкой. Эти три женщины жили между собой в таком согласии, что даже умудрились забеременеть в одно и то же время! И таким образом будущий Франциск I, появившись на свет в 1494 году, уже имел двух сводных сестриц. Это тройное прибавление потомства говорило о большой мужской силе Карла Ангулемского, которую он и передал своему сыну. Возможно, утомившись от своих «подвигов», это было немудрено, граф Ангулемский внезапно умер. Это печальное событие никоим образом не изменило ритм жизни его семейства, все три «вдовы» продолжали жить в гармонии. Но тут вдруг случилось событие, достойное театра: молодой король Франции Карл VIII, ударившись головой о косяк двери в замке Амбуаз, скоропостижно скончался, не оставив после себя наследника. На трон взошел его кузен герцог Орлеанский, ставший королем Людовиком XII. Поскольку и у того не было детей мужского пола, юный Франциск внезапно стал возможным наследником трона.

Поскольку Людовик XII пожелал, чтобы новый дофин жил при нем, Луизе Савойской пришлось оставить свой замок Коньяк и переехать в Амбуаз. Вместе со своим багажом она прихватила с собой обеих любовниц своего покойного мужа и их дочек, а также своего камергера Жана де Сен-Желе, с которым она нашла утешение от семейных неурядиц.

Прибытие этого, по меньшей мере нескромного табора вызвало недовольство Людовика XII, и тот стал искать способ, чтобы не оставлять трон такому семейству. Самым простым было жениться на вдове предыдущего короля, герцогине Бретонской. Луиза Свойская стала опасаться, что ее Цезарь, так она называла сына, не получит короны. Но новая королева производила на свет только девочек или мертворожденных мальчиков.

А в это время Франциск стал высоким и крепким подростком, к великому огорчению Людовика, который очень его недолюбливал. Но он все-таки решил выдать за дофина свою дочь, наследницу Бретани. Таким образом, прекрасная провинция Бретань осталась под эгидой Франции. Будущая женитьба вовсе не помешала Франциску упорно бегать за юбками. Надо сказать, что в свои восемнадцать лет, с такими внешними данными, ему не было необходимости прилагать много сил, чтобы соблазнять женщин. И он этим пользовался! Часто, как только наступала ночь, он, переодевшись, ходил по улицам Парижа в поисках все новых любовных приключений. Одновременно он продолжал поддерживать любовную связь с красавицей женой адвоката по имени Жанна Дизом[31]. Эта фамилия очень полно отражала наклонности этой дамы, которая вела до встречи с ним очень бурную жизнь. Она не стала отклонять ухаживания Франциска. Старшая сестра будущего короля Маргарита была и его доверенным лицом, и она донесла до нас рассказ о любовной связи брата с красивой женой адвоката. Она рассказывает, что однажды вечером Франциск, ничего не боясь, явился к мэтру Дизому под предлогом получения консультации, поскольку прослышал о его удивительных способностях. Адвокат был очень польщен этим и рассыпался в любезностях.

Воспользовавшись тем, что муж вышел, чтобы приготовить для посетителя выпить, Жанна посоветовала Франциску, уходя, пройти в пристройку во дворе дома, куда обещала прийти. И Маргарита продолжает: «Франциск вошел в вещевую комнату, куда за ним пришла красотка, когда ее муж уснул. Она провела его в кабинет, где не было ничего более красивого, чем он и она. Не сомневаюсь в том, что она дала ему все, что пообещала».

Желание заставляет работать воображение. Франциск, которому страстно хотелось снова увидеться с этой молодой женщиной, понятно, не мог прибегнуть повторно к такому приему. Но он нашел другое решение. К дому семьи Дизом примыкал монастырь. Однажды ночью Франциск пришел туда и сказал открывшему ему дверь монаху, что хотел бы помолиться в часовне монастыря. Восхищенный таким ночным благочестием, священнослужитель впустил его. Оставшись один, Франциск перелез через стену и спустя несколько минут уже держал прекрасную мадам Дизом в своих объятиях.

Все эти многочисленные похождения не мешали дофину следовать своей главной цели – утвердить свои права на французскую корону. Первым шагом на этом пути стала его женитьба на дочери короля Клод. Хотя перспектива семейной жизни его не особенно радовала – принцесса имела чистую душу, но была хромоногой и явно предрасположена к полноте, – политический расчет взял верх над желанием. Своей сестре Маргарите он откровенно рассказал о своей точке зрения на этот брак: «Тут надо принимать в расчет главные интересы королевства. Я, естественно, уважаю эту королевскую дочь, но никогда не смогу полюбить ее. Мне в ней абсолютно ничего не нравится. Но это не имеет никакого значения. Я хочу ее из-за государственных интересов! Что же касается любви, то есть много других лугов, и я могу сорвать целую охапку самых нежных цветов. И продолжу каждый вечер обрывать розы наслаждения с женой адвоката Дизома». Итак, вскоре была отпразднована свадьба Франциска и Клод. Это был односторонний союз, поскольку, если юная Клод и была до беспамятства влюблена в своего красавца-мужа, тот и не думал из-за этого отказываться от своих привычек.

Одновременно с ведением веселой жизни Франциск ни в чем себе не отказывал, шикарно одевался, украшал себя драгоценностями и заказывал в Италии предметы роскоши. Он уже тогда начал проявлять первые признаки пристрастия к пышности, к прекрасному, чем в дальнейшем обогатил национальное достояние Франции. Его расточительство сводило с ума Людовика XII, бывшего, напротив, очень прижимистым. За несколько лет король очень постарел: в пятьдесят два года он выглядел на все семьдесят. Его здоровье, ставшее и без того шатким, было подкошено смертью королевы Анны. Франциск с матерью в траурных одеяниях присутствовали на похоронах королевы, где громко проявляли свое горе. Но это все было показным, на самом деле Франциск был уверен, что заветная корона была уже у него на голове. Тем более что король был уже не жилец на этом свете. Однако этот полутруп приготовил для наследника очень неприятный сюрприз – он решил снова жениться!

И выбор его пал на исключительно красивую женщину. Марии Тюдор, сестре печально известного короля Англии Генриха VII, было всего шестнадцать лет, но она уже имела большой список любовников. Она согласилась на брак со старым мужчиной только из политических соображений: Англия хотела союза с Францией, чтобы иметь противовес против всемогущей Австрии и Испании, объединившихся под эгидой Карла V.

Узнав о намерениях Людовика XII снова жениться, Франциск и его мать пали духом. Если юная Мария родит королю сына, не видать им короны Франции! В кровати с такой очаровательной и молодой девицей король сможет найти силы для зачатия ребенка. А если ему этого сделать не удастся, то эту приятную обязанность может взять на себя любой другой! Поэтому-то Франциск не испытывал ни малейшего удовольствия, отправляясь встречать новую королеву, как то предписывал дофину королевский этикет.

7 октября 1514 года в окрестностях Аббевиля Франциск увидел приближавшуюся к нему очаровательную девицу, гордо сидевшую на рыжей лошади. Он был очарован ею! Как же была прекрасна эта юная «мачеха», чьи золотистые волосы, фарфоровые глаза, пухлые губки и нахальная улыбка обещали столько блаженства тому, кто сможет обладать всеми этими сокровищами. Со своей стороны Мария увидела, что у «приемного сына» хорошая выправка, а взгляд, которым он на нее смотрел, дал ей ясно понять, какое она на него произвела впечатление. Короче говоря, первый их контакт был многообещающим, но чары Марии привели в восхищение не одного только Франциска: с первой же встречи Людовик XII вдруг почувствовал себя помолодевшим и стал стараться доказать жене, что он не такой уж старик, каким кажется.

Луиза Савойская сразу же стала ждать худшего для своего Цезаря: с такой красивой партнершей король вполне мог зачать столь нежеланного для ее сына наследника. И словно этого беспокойства было мало, появилась другая опасность… последствия которой достойны были бы водевиля. Взаимная страсть Марии и Франциска была настолько очевидна, что могла сложиться парадоксальная ситуация: если бы Мария ответила на любовь Франциска и забеременела бы от него, мальчик стал бы официальным сыном Людовика XII. И таким образом, Франциска лишил бы короны его собственный сын! Обладая реалистичным складом ума, Луиза Савойская почувствовала эту угрозу и предприняла соответствующие шаги: она стала бдительным стражем при своем Цезаре и сделала так, чтобы он ни на секунду не смог остаться с глазу на глаз с пленительной Марией. Сделать это было нелегко, поскольку, если уж у Франциска возникало какое-то желание, заставить его отказаться от этого было очень сложно. Поэтому однажды ночью он решил ускорить события и явился в спальню Марии, где, к огромному своему разочарованию, увидел, что в постели красавицы лежала… его собственная жена Клод. Дело было в том, что в кровать к Марии Клод положила Луиза Савойская, чтобы помешать доступу туда своему сыну. Молодой принц был раздосадован, ему оставалось только повернуться и уйти.

Но если Луизе Савойской удалось устранить опасность со стороны сына, она не могла поступить так же с Людовиком XII. А тот в течение нескольких недель после свадьбы словно обрел вторую молодость. Результат этого был предсказуем: этот разгул чувств сказался на его слабом здоровье, и 31 декабря 1514 года Людовик XII, к огромному своему огорчению, передал корону молодому кузену. Это была победа! Франциск I стал королем! Но не окончательно, потому что у Марии в запасе еще были уловки. Ей понравилось быть королевой Франции, и она была намерена продолжать наслаждаться этим положением. Для этого она пошла на простой и одновременно гениальный ход: она заявила, что беременна. Последствия этого представить было очень просто: если Мария и на самом деле была беременна и родила бы мальчика, тот стал бы сыном Людовика XII и, следовательно, законным королем Франции. К счастью для нее, Луиза почуяла подвох и со свойственной ей решительностью пришла на помощь сыну. Вот как рассказывает об этом Брантом[32]: «Королева распустила слухи, что она беременна. Поскольку это было не так, говорили, что она постепенно подкладывала под платье простыни. Но мадам Савойская раскусила ее и организовала обследование врачами и повитухами. И те обнаружили белье, и замысел сорвался».

В конце концов Мария призналась в обмане, и 1 января 1515 года Франциск I был коронован в Реймсе. Но надо полагать, он испытал некоторые сожаления, что не сорвал цветок, который был так доступен. И вдруг он предложил Марии выйти за него замуж. Да, он уже был женат, но обещал добиться от Папы Римского развода с Клод на основании того, что он никогда с нею не спал, пусть даже она и была беременна! Но бывшая королева Франции с достоинством отклонила его предложение и вернулась в Англию. Хотя этот отказ и был Франциску неприятен, он очень быстро утешился и спустя несколько дней возобновил нежнейшие отношения с женой господина Дизома. А у того хватило ума засыпать глубоким сном всякий раз, когда король навещал его супругу.

В то же время у короля были и другие цели: он снова был охвачен итальянской мечтой своих предшественников и вскоре дал битву, которая открыла перед ним путь в герцогство Миланское и одновременно сделала его легендой. Утром в окрестностях Мариньяно, обращаясь с речью к своим воинам, он не упустил случая, вдохновляя их на битву, упомянуть и о приятном. «Пусть каждый из вас вспомнит о своей даме сердца! – воскликнул он. – Что же касается меня, то я-то свою не забуду!»

Кто же была той счастливой избранницей, занимавшей мысли короля? В его случае вариантов очень много. Кстати, на следующий день после победоносной битвы он вкусил ее плоды в образе некой дамы Клеричи, молодой миланки, чей муж, какое счастливое совпадение, умел спать так же крепко, как и муж мадам Дизом. Любивший красоту во всех ее проявлениях, во время пребывания в Италии король был восхищен шедеврами итальянского Возрождения и все свое последующее правление старался обогатить Францию несравненными художественными произведениями… продолжая при этом по возвращении из Италии пожинать жатву женских сердец. Так, в Маноске он соблазнил очень красивую дочку консула Антуана де Волара. Юная особа была романтического склада ума и сразу же внушила бурную страсть венценосному воздыхателю. Но когда поняла, куда он клонит, чтобы отвести от себя угрозу и спасти свою честь, она не нашла ничего лучше, как обезобразить лицо ожогом! К счастью, другие покоренные монархом женщины обладали менее дикой добродетелью. И вот какая судьба ждала этого неутомимого бабника: она приготовила ему встречу, сильно повлиявшую на его последующую любовную жизнь. Среди дворян, проследовавших с ним в замок Амбуаз, был Жан де Лаваль, граф де Шатобриан, у которого была жена редкой красоты. Эту красоту подтверждают слова Андре Кастелло[33]: «Красота черноволосой Франсуазы, – пишет великий историк, – была такова, что было от чего улететь на небеса. Невозможно представить себе более гармоничное лицо, более красивый разрез миндалевидных глаз, более маленький и пухлый ротик, волосы цвета черного угля. Что же касается ее тела, то лучше не пытаться его описывать, на это не хватит слов…»

Жан де Лаваль, справедливо опасаясь аппетита короля, наказал своей жене не выезжать из замка и, главное, никогда не показываться при дворе. Но он не учел любопытства Франциска I: тот был уже наслышан о красоте графини и сгорал от нетерпения увидеть ее. И в один прекрасный день у него с Жаном де Лавалем состоялся разговор, содержание которого донес до нас писатель XVII века Антуан де Варильяс: «Господин де Шатобриан, для нас было бы огромным удовольствием увидеть в Амбуаз вашу супругу…» Лаваль попытался схитрить: «Сир, моя жена не любит свет, ей больше нравится в нашем замке». Но король продолжал настаивать, а его желание имело силу закона. Ревность заставляет мужей, имеющих очень красивых жен, включать свою сообразительность. Перед отъездом в Амбуаз граф приказал супруге:

– Может случиться, что я буду вынужден пригласить вас явиться ко двору… Не подчиняйтесь этому приказу…

– Да разве я посмею не подчиниться вам? – спросила молодая женщина.

– Когда я действительно захочу, чтобы вы ко мне приехали, я пришлю с письмом вот этот перстень…

И он показал Франсуазе два одинаковых перстня. Они были изготовлены по его заказу для определенной цели. После этого он с легким сердцем отправился в Амбуаз. Когда король снова потребовал, чтобы он пригласил в замок жену, Лаваль прямо на глазах суверена написал записку, в которой приглашал жену приехать к нему, но при этом не приложил к письму упомянутый перстень. Но он не знал, что у короля повсюду были шпионы: один из них нашел этот перстень и принес его монарху. Тот приказал быстро изготовить копию, после чего оригинал был положен в ларец господина де Лаваля, который крепко спал до тех пор, пока рога на голове стали ему мешать принимать во сне удобную позу.

Спустя несколько дней он с огромным удивлением увидел, что в Амбуаз приехала его красавица-жена.

– Вы не должны были подчиняться моему приказу, к письму не был приложен перстень, – сказал он ей.

– Но перстень был приложен к письму, вот он, – возразила Франсуаза, сунув его под нос ничего не понимающему несчастному мужу.

Как граф и подозревал, стоило королю увидеть молодую женщину, он тут же воспылал к ней страстью, которую выразил… в стихах по обычаю тех времен:

Едва подумаю о дне, когда тебя увидел,

Душа моя взлетает ввысь, волнуясь,

И замирает там, тобой любуясь.

И Франсуаза не скрывала волнения при виде своего королевского воздыхателя. Она героически сопротивлялась его натиску в течение нескольких недель, но в конце концов сдалась и сообщила королю о своем близком поражении тоже в стихах:

И под угрозой смерти я не стала б говорить

Того, в чем я тебе сейчас признаюсь,

Уверена я: честь мою ты сможешь сохранить,

Ведь сердце и любовь мою тебе вверяю.

Так началась страстная любовь, которой суждено было продлиться десять лет. Естественно, в течение этих десяти лет монарх довольно часто изменял своей возлюбленной, а та отвечала ему той же монетой, но их взаимные измены ничуть не повлияли на искренность их любви. В отличие от многих других королевских фавориток, Франсуаза де Шатобриан любила своего возлюбленного, даже не помышляя о том, чтобы извлечь из этого личную выгоду. Она стала для него «отдохновением воина» в самом широком смысле этого понятия. Что же касается короля, то он проявлял к своей любовнице постоянство чувств, что для него было несвойственно. После каждого своего похождения на стороне он возвращался к ней еще более влюбленным и прибегал к поэтическому языку, чтобы унять ее ревность:

И даже если взгляд я на другую устремляю

Частенько в месте, где мы с вами повстречались,

Не значит это, что любовью к ней пылаю.

Большего и не требовалось, чтобы добиться прощения от молодой женщины. Тем более что и она сама, как говорили, прибегала к классическим приемам мести. А инструменты для этой мести она иногда выбирала среди окружения короля, что позволяло ей отомстить ему наиболее быстро. Так она положила глаз на одного из близких друзей монарха адмирала де Бонниве. В результате произошел курьез, о котором нам сообщил Брантом. Однажды ночью в ее покоях в замке Амбуаз Франсуаза вела галантный разговор с адмиралом, когда вдруг раздался стук в дверь – это был король. Не теряя хладнокровия, графиня затолкнула Бонниве в огромный камин и забросала его лежавшими там листьями. Потом, не теряя самообладания, открыла дверь любовнику. Тот, естественно, навестил ее вовсе не для того, чтобы получить удовольствие только от разговора с ней. Несмотря на то что графиня только что провела пару бурных часов с Бонниве, это не помешало ей удовлетворить желание Франциска. И сделала она это так умело, что занятия любовью продолжились до самого восхода солнца. А все это время адмирал, спрятавшись, вынужден был быть молчаливым свидетелем любовных игр этой парочки. Наконец Франциск собрался уходить, но как говорит Брантом, «тут ему, захотелось удовлетворить настоятельную потребность. За неимением других удобств, он справил малую нужду в упомянутый камин. Он так торопился, что полил несчастного влюбленного словно из садовой лейки…»

Даже если Франциск что-то и подозревал, он этого не показывал. По отношению к любовным связям между мужчинами и женщинами он проявлял большую терпимость, о чем свидетельствует вот такое его наставление:

Все те, кто дам любезных осуждают,

Рогами тайно награждающих дружков своих,

Клевещут зря, напоминая болтунов пустых,

Ведь дамы этим милосердье проявляют…

Но не все в его окружении разделяли эту точку зрения. Так, граф де Шатобриан, увидев, в каком направлении пошли отношения между его женой и королем, не стал скрывать своего недовольства, за что и удостоился всеобщего осуждения. То, что он не смог оценить по достоинству честь, которой он удостоился от короля, выбравшего его супругу в качестве своей фаворитки, было расценено всеми как плохой вкус. К счастью для него, Жан де Лаваль понял, что проявил отсутствие такта, и принял разумную позицию – на все закрыл глаза. И кстати, вскоре был за это вознагражден и попал в милость к королю, который осыпал его дождем наград.

Однако эта связь Франциска вызывала неодобрение Луизы Савойской и его сестры Маргариты. Мать и сестра короля опасались влияния мадам де Шатобриан на их Цезаря. Это влияние сильно вредило их собственным интересам. Но все попытки королевы-матери разлучить влюбленных постоянно наталкивались на сопротивление короля. Что же касается королевы, нежной и застенчивой Клод, она приняла данное положение вещей без малейшего протеста и чувствовала себя счастливой лишь оттого, что находилась в тени спутника жизни, которого она глубоко любила и восхищалась. А Франциск, продолжая оставаться великодушным по отношению к ней, почти ежегодно награждал ее ребенком.

И все же слухи об этой любовной связи короля получили широкое распространение. Не привыкший скромничать относительно своих побед и охваченный радостью обладания такой красивой женщиной, Франциск отбросил всякую осторожность. Он назначил ее фрейлиной своей жены, и таким образом она стала вхожа ко двору, а он сам стал вхож к ней в любое время дня и ночи. И по прошествии многих месяцев и лет связь двух любовников стала почти официальной. Но война, которая вновь разгорелась на границах королевства, время от времени вынуждала их находиться в разлуке. В 1524 году из Италии пришли вести, которые ставили под угрозу все завоеванные там позиции. Король незамедлительно собрался уезжать. Эта военная кампания началась с плохих предзнаменований: Байар, этот «рыцарь без страха и упрека», был смертельно ранен. Едва король, решивший отомстить за него, тронулся в путь, как ему сообщили о кончине его жены. Она скончалась так же незаметно, как и жила, можно было подумать, что бедная Клод только и ждала отъезда Франциска, чтобы умереть. Несмотря на то что король частенько пренебрегал ею, эта утрата глубоко опечалила его. Что же касается Франсуазы де Шатобриан, то, оставшись без любовника, она вернулась в замок мужа.

Военная судьба, которая до сих пор была приветлива к королю Франции, казалось, внезапно отвернулась от него. На осадивших Павию французов напало значительно превосходившее их по численности войско, и французы капитулировали. Франциск весь день геройски сражался, но и ему пришлось сдаться в плен войскам Карла V. И тогда началась его жизнь в заточении в Испании. Она продлилась много месяцев. Это было тяжким испытанием для человека, привыкшего не сидеть на одном мечте и получать удовольствия. Но и там он сумел получить некоторую компенсацию. Даже находясь в положении пленника, Франциск сумел найти возможность соблазнять женщин. В Валенсии в доме губернатора провинции проживали две его племянницы. Они не остались равнодушными к его обаянию, а поскольку нам известен аппетит короля, мы можем предположить, что он постарался не упустить предоставившийся ему случай. И все же часто его мысли улетали к нежному облику Франсуазы, который ни время, ни разлука не смогли стереть из его памяти, равно как и из его желаний.

После многомесячных торгов Карл V согласился отпустить пленника. В обмен на это Франциск вынужден был согласиться на значительные территориальные уступки, от которых отказался сразу же, как оказался на свободе. Было еще одно довольно неожиданное условие: Карл V потребовал, чтобы он взял в жены его сестру Элеонору, вдову короля Португалии. Молодая женщина была в восторге от мужа, которого ей нашли, но Франциск был менее обрадован этим. Что неудивительно, если привести слова Брантома, так описавшего невесту: «…Когда она была без платья, верхняя половина ее тела казалась такой большой, как у великанши, но если взглянуть ниже, то на ум приходит мысль о карлице, такие у нее были короткие ляжки!»

Но Франциск на такие мелочи внимания не обращал, он спешил оказаться на свободе. Наконец наступил столь долгожданный день. Чтобы встретить сына в Байонне с тем блеском, которого заслуживало это событие, Луиза Савойская тщательно отобрала свиту для сопровождения короля Франции. Было скорее два кортежа, поскольку рядом с официальным находился и неофициальный. Зная о повышенном интересе сына к прекрасному полу, мадам Луиза взяла с собой целую когорту красивых девиц, приятный курятник, в окружении которого король смог бы найти утешение своему длительному воздержанию. Но при этом Луиза не включила в состав свиты официальную фаворитку. Она надеялась, что год разлуки сотрет ее из памяти Франциска, а главное, охладит его желание обладать Франсуазой. В целях еще большей предосторожности она приготовила ей замену в лице очаровательной восемнадцатилетней девушки по имени Анна де Писсле. Ее внешность, описанная летописцем того времени, вполне могла вызвать живой интерес такого любителя прекрасного, каким был король: «Анна нежна и свежа. Цвет ее лица напоминает фарфор, светлые глаза похожи на весеннее небо, у нее золотистые волосы и стройное тело, как у сказочной феи…»

Но хотя эта милая Анна и казалась ангелочком, это было только внешне. За ее улыбкой, сверкавшей, как луч солнца в ручейке, скрывалось огромное честолюбие, расчетливая душа и полное отсутствие угрызений совести. Как и рассчитывала его мать, Франциск сразу же попал в ее ловушку. Так началось правление новой фаворитки, и оно продлилось более двадцати лет, в течение которых монарх питал иллюзию, что его любят таким, какой он есть.

Медленно продвигаясь, королевский кортеж направился к Коньяку, родному городу Франциска. Естественно, Анна была рядом, поскольку он уже не мог без нее обойтись. Красотка очень скоро поняла, что ей не следовало увиливать, если она хотела утвердить свое влияние на партнера с такими высокими запросами. Как только кортеж прибыл в Бордо, дело было сделано. К огромной радости короля, Анна, несмотря на свой юный возраст, знала в любви все, что могло привязать к ней мужчину.

Но в тот момент, когда кортеж готовился выехать из Бордо, произошла сцена, достойная театра: туда внезапно приехала Франсуаза де Шатобриан. Можно представить себе ярость Луизы Савойской и затруднительное положение ее сына. Его реакция была классической: он попытался обмануть Франсуазу и сделал вид, что был рад ее приезду. Что же касается Анны, то она почуяла опасность и устроила королю настоящую семейную сцену, польстившую его тщеславию. Обрадованный этим, он поклялся новой любовнице, что она для него – единственная на земле… эти же слова он сказал и Франсуазе. Это хождение по канату не могло продолжаться долго. Вскоре Франсуаза докопалась до правды и отреагировала на это как женщина, которой нанесена рана в сердце, что гораздо больнее оскорбленной гордости:

Тебе ничтожная любовница досталась,

Я так тебя любила, волновалась,

Я думала – ты друг, но ошибалась…

Любовь к Франциску толкнула ее на еще один необдуманный шаг: она решила развенчать в его глазах соперницу… естественно, в стихах:

Белый цвет так сильно выделяет пот.

Белый цвет весьма недолговечен.

А черный цвет волос и смуглость кожи

Величия полны и всех цветов дороже.

Прижатый к стене, король решил… ничего не решать! Хотя он и был увлечен Анной, но все еще находился под очарованием Франсуазы. А его темперамент позволял удовлетворять обеих одновременно. И все-таки он стал брюнетке предпочитать блондинку. В итоге Франсуазе пришлось бы уступить первое место Анне и довольствоваться вторыми ролями. Графиня пошла и на этот унизительный шаг, но только потому, что ее любовь была сильнее расчета. Конечно, она надеялась снова полностью завладеть сердцем своего любовника. Для нее это стало тяжким испытанием, борьба за короля продлилась два года. Потом Франсуаза обессилела, отказалась от борьбы и высказала королю причины своей горечи:

Как в меде сладком можно было ждать

Так много дегтя, горечи и желчи увидать!

Поскольку любовник больше не хотел ее видеть, ей оставалось лишь вернуться к мужу. Стоит ли удивляться, что после десяти лет измены муж встретил неверную жену ледяным молчанием? Пикантная подробность: господин де Шатобриан стал упрекать жену не за то, что она была любовницей короля, а за то, что она перестала ею быть. Потеряв благосклонность короля, она лишилась и благосклонности супруга! Оказавшись в таком неожиданном положении, бедная Франсуаза растерялась. И кому ей было пожаловаться? Естественно, Франциску I. Король оказался «добрым принцем»: он посоветовал злопамятному мужу хорошо относиться к изменявшей ему жене. И мадам де Шатобриан стала жить в семье, словно ничего и не было, ожидая редких встреч с монархом по случаю его появления в их местности.

А тем временем влияние Анны де Писсле на короля возрастало с необыкновенной быстротой. Несмотря на юный возраст, она проявляла удивительные познания в области любовных игр и смогла овладеть разумом короля благодаря тонкости ума. Очарованный молодой любовницей, он даже не замечал, что в их игре именно мышь поймала кота. У Анны в этой игре был помимо прочего ценный козырь: она его не любила и, следовательно, могла вести себя в зависимости от личных интересов, что позволяло ей не принимать в расчет чувства, которые могли бы ей повредить в достижении своих целей. А уж тут мадемуазель де Писсле жаловаться было не на что. Список богатств, какие она выбила из своего щедрого любовника, а значит, и из государственной казны, может вскружить голову: два замка с землями, один в Этамп, другой – в Лимуре; дворец на улице Ласточки в Париже; приносившие большие доходы земельные угодья в Шеврез, Анжервилье, Эгревиле, Дурдане, Ла Фертеале, Бузет, Бретонкуре… Помимо этого, Анна воспользовалась своим влиянием на короля, чтобы проводить успешные торговые операции. Будучи не в силах отказать просьбам любовницы, Франциск пошел на навязанные ею назначения на высокие должности. «Поскольку она предпочитала слушать только низких льстецов, – сообщает нам летописец тех времен, – она редко рекомендовала королю честных судейских и бескорыстных финансистов». Брантом пишет, что она носила «парчовые, шитые золотом и подбитые горностаем платья, златотканые кафтаны, обильно украшенные драгоценными каменьями». Наконец, Анна добилась главной цели – король сделал ее «герцогиней д’Этамп», что позволило ей отказаться от девичьей фамилии, звучавшей столь не-пристойно[34]. Помимо этого, желая обеспечить ей достойное положение при дворе, король решил выдать ее замуж. Так было положено начало многовековой традиции, согласно которой любая королевская фаворитка должна была быть замужней женщиной. Естественно, «подставных» мужей Франциск I выбирал ей из множества охотников, поскольку положение носителя рогов, наставленных самим королем Франции, давало перспективу на будущее. Прежде чем объявить о своем выборе, Франциск развлекался тем, что перечислял Анне достоинства кандидатов в ее мужья. Довольно бесстыдное занятие, более походившее на составление кулинарного рецепта. Когда король спросил ее мнение, главное заинтересованное в этом лицо ответило словами, которые привели царственного собеседника в восторг: «Мой дорогой Сир, – сказала она ему, – берите того, кто вам больше подходит. В любом случае, сердце мое отдано вам, не так ли?»

В конце концов остановились на некоем графе де Пентьевре. Тот, не имея средств к существованию, с огромной благодарностью принял ту, что упала ему с королевского ложа!

Свадьба была отпразднована в Нанте в сентябре 1532 года в присутствии самого короля. Это было удивительное зрелище: любовник подвел свою любовницу к мужчине, который, как всем было известно, никогда не мог рассчитывать на исполнение женой супружеского долга. И все это делалось с благословения Господа. В ту минуту, когда мадемуазель де Писсле клялась мужу быть послушной и верной женой, присутствовавшие в церкви с большим трудом сдерживали хохот. Летопись не говорит нам, какой была первая брачная ночь молодой жены, но можно побиться об заклад, что ту ночь она провела с королем.

А король к тому времени, исходя из политических соображений, тоже женился – на Элеоноре, сестре Карла V. Как и следовало было ожидать, Анна была назначена фрейлиной новой королевы. После свадьбы герцогиня д’Этамп была возведена в ранг воспитательницы двух дочерей короля от его первой жены Клод. Эта должность позволяла ей получать в качестве компенсации тысячу шестьсот золотых экю. У милой Анны не было маленьких доходов. Но если, как можно видеть, доверие короля к герцогине д’Этамп достигло своего апогея, приходится констатировать, что в плане верности король относился к ней ничуть не лучше, чем к своей законной жене. Ей приходилось смиряться с тем, что любовник волочился за всеми юбками, которые попадали в его поле зрения и вызывали у него желание. Но теперь ее положение было упрочено, и ее не особенно занимали похождения короля. Тем более что она находила утешение с другими мужчинами, которые ей нравились. По словам Дианы де Пуатье[35], более дюжины придворных пользовались одновременно с французским королем милостью госпожи д’Этамп. Но можно ли верить словам женщины, ненавидевшей фаворитку, она с нетерпением ждала того момента, когда настанет ее черед удовлетворить неуемную жажду денег и почестей? Нам известно, что Диана де Пуатье была горячо любима наследником короны, будущим Генрихом II, даже несмотря на то, что была на двадцать лет старше его. Волей-неволей ей приходилось уступать пальму первенства Анне д’Этамп, что породило между этими женщинами такое острое соперничество, что в нем все приемы были хороши, включая даже самые подлые. Поэтому к обвинениям Дианы де Пуатье следует относиться сдержанно. Однако они не были вовсе беспочвенными, если привести такую историю. Поскольку Франциск I был страстным любителем охоты, всякий раз, когда приезжал в один из своих замков, он посвящал любимому занятию бо?льшую часть своего времени. А Анна использовала это время для того, чтобы развлечься. Однажды, пока король охотился на кабана, герцогиня воспользовалась его отсутствием и затащила к себе в спальню некоего юного дворянина по имени Кристиан де Нансей. Опасаясь быть застигнутой внезапным возвращением короля, она поручила одной из женщин своей свиты, Рене де Колье, караулить у круглого окна в коридоре, который вел в ее покои. Но пока хозяйка со спокойной душой и возбужденным телом занималась любовью, мадемуазель де Колье задремала. Какая роковая сонливость! Она внезапно проснулась от лая собак из королевской своры. Король вернулся раньше, чем ожидалось. У дозорной не было времени предупредить герцогиню, и король, войдя в ее комнату, увидел лежавшего рядом с ней молодого Нансея. Какая трагедия! Отнюдь! Со всегда присущим ему величием король сделал вид, что не узнал любовницу, и приказал: «Пусть эта женщина встанет с кровати! А вы, господин де Нансей, за то, что осмелились заниматься интрижкой со служанкой госпожи д’Этамп, отправляйтесь-ка в тюрьму и подумайте там о недопустимости подобного поведения!»

Чем можно объяснить это добровольное ослепление? Странная слабость со стороны человека, который всю свою жизнь подавал пример решительности характера. Все очень просто: Франциск был слишком привязан к Анне, чтобы у него хватило смелости прогнать ее, как он и должен был бы сделать, обнаружив ее измену. Да и сам он не был образцом преданности. Поэтому дело не получило никакого резонанса, и связь их продолжилась, словно бы ничего и не случилось. По правде говоря, у короля в то время были другие заботы: снова разгорелась война с Германией, и Франциску надо было отправляться в район боевых действий. Для этого монарх провел реорганизацию армии, но, даже занимаясь этим, мысли о женщинах не покидали его. Среди новых указаний о наведении дисциплины солдатам предписывалось относиться к женщинам с должным уважением. Солдатам запрещалось отныне принимать в лагере девиц между боями, как это делалось раньше. Этот обычай превращался в настоящее нашествие проституток и очень мешал руководить боевыми операциями. Кроме того, в присутствии дам солдатам запрещалось ругаться и произносить оскорбления из их повседневного словаря. Чтобы быть уверенным в исполнении новых распоряжений, король предусмотрел нешуточные наказания для нарушителей: им отрезались уши и язык, а в случае повторного нарушения их просто-напросто лишали мужского достоинства. Да, Франциск I не шутил, когда речь заходила о защите чести дам!

Таким он был всю свою жизнь, строго следил, чтобы в саду его удовольствий женщины всегда улыбались. Особенно замечательно, что это постоянное стремление к женскому обществу никогда не шло вразрез с его обязанностями. Он был человеком со многими лицами и многими замыслами. Он лично руководил войной против своего грозного соседа Карла V, он способствовал формированию французского языка, расцвету культуры времен Возрождения. Он возвел многочисленные дворцы, ставшие затем украшениями национального достояния. Он боготворил красоту во всех ее проявлениях, устраивал великолепные празднества, и их главным украшением были женщины. Брантом писал: «При его дворе замужние женщины появлялись, словно небесные богини. И если они иногда и отвечали на его любовь и оказывали ему какие-то услуги, как можно винить в этом короля, ведь он не прибегал к силе и насилию. Он предоставлял каждому охранять свой гарнизон. А в гарнизон, где желают войны, позволено войти любому галантному мужчине, если он может».

Стоит ли удивляться тому, что такая повышенная активность в конце концов подкосила этого колосса? В 1547 году в возрасте пятидесяти трех лет Король-рыцарь закончил свой поход за славой. Двадцать девятого марта, с достоинством, присущим только королям, он решил собороваться. Для этого надо было удалить из дворца «предмет греха». Ему было очень трудно расставаться с женщиной, которую он так страстно любил. И все же в последние минуты он сохранил ясность ума и дал сыну последний наказ. Упомянув свою фаворитку, он посоветовал будущему Генриху II: «Не подчиняйтесь воле других, как я подчинялся ее воле».

Он мог бы подумать об этом и раньше, но какое теперь это имеет значение! Потомство навсегда сохранит память о Франциске I, возможно, потому, что одновременно со свершением сказочных деяний он умел всем сердцем любить.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Папа Франциск попросил прощения за ошибки католиков

Папа признал, что «действия и решения, немного или совершенно ничего общего не имеющие с Иисусом и с Евангелием, продиктованные прежде всего жаждой прибыли и власти» стали причиной разделения между христианами.

Ольга Сакун — Град Ватикан

«Благодать вам и мир от Бога»: этими словами святого апостола Павла, которыми он приветствовал с греческой земли римских верующих, Папа Франциск начал свое обращение к Блаженнейшему Иерониму, архиепископу Афин и всей Эллады, с которым встретился в субботу 4 декабря в Афинах.

«Сегодня наша встреча обновляет эту благодать и этот мир, — сказал Папа, приветствуя первоиерарха. – Молясь перед трофеями Римской Церкви, какими являются гробницы апостолов и учеников, я почувствовал порыв приехать сюда как паломник, с большим почтением и смирением, чтобы обновить это апостольское общение и укрепить братскую любовь».

Святейший Отец упомянул о корнях, которые объединяют католиков и православных: «Они сокрыты под землей и нередко забыты, но они есть, и на них все держится. Что же это за общие корни, прошедшие сквозь века? Это корни апостольские». К сожалению, со временем они стали расти вдали друг от друга:

«Нас отравили мирские яды, сорняки подозрительности увеличили расстояние между нами, и мы перестали взращивать сопричастность. <…> Со стыдом признаю – в отношении Католической Церкви, – что действия и решения, немного или совершенно ничего общего не имеющие с Иисусом и с Евангелием, продиктованные прежде всего жаждой прибыли и власти, ослабили общение. Таким образом мы допустили, чтобы плодотворность была поставлена под угрозу разделениями. История имеет свой вес, и сегодня здесь я чувствую потребность вновь попросить прощения у Бога и у братьев за ошибки, совершенные многими католиками».

Только Дух Святой – сказал далее Папа – может «рассеять тьму и осветить шаги на нашем пути», потому что Святой Дух – это прежде всего «елей общения», позволяющий «признать неповторимую ценность, сияющую в каждом человеке, в каждом брате! Признавать эту человеческую общность – отправной пункт для созидания единства». Святой Дух побуждает нас «организовываться в общении»:

«Давайте не опасаться друг друга, а помогать друг другу поклоняться Богу и служить ближнему, не занимаясь прозелитизмом и полностью уважая свободу другого».

Невозможно свидетельствовать миру евангельское согласие, если мы, христиане, разобщены: «Давайте призывать Духа общения, дабы Он направил нас на Свои пути и помог построить общение не на расчетах, стратегиях и выгоде, но на единственной модели, на которую мы должны смотреть: Пресвятой Троице».

Святой Дух – это также «елей мудрости», продолжил Папа и выразил признательность Православной Церкви Греции, наследнице великой инкультурации веры в контексте эллинистической культуры, за ее труд в области богословских исследований и образования. Папа отметил важность сотрудничества между Папским советом по содействию христианскому единству и Apostoliki’ Diakonia, а также активное участие Элладской Православной Церкви в работе Международной смешанной международной комиссии по богословскому диалогу.

Святой Дух – это также «елей утешения», и Он зовет нас исцелять раны человечества любовью. Но чтобы нести в мир Божьей утешение и исцелить наши отношения, мы должны молиться друг о друге, подчеркнул Папа.

В конце обращения к архиепископу Иерониму II Папа упомянул о начавшемся в Католической Церкви синодальном пути, на котором «мы, — сказал Папа, — думаем многому научиться у вас».

Встреча Папы Франциска и Блаженнейшего Иеронима II (Афины, 4 декабря 2021 г.)

РСМД :: Эпоха реформ папы Франциска

Процесс секуляризации и дехристианизации, прежде всего в Европе, приводит к тому, что все меньшее число людей регулярно посещает богослужение, а духовные семинарии обнаруживают нехватку молодых людей, желающих посвятить себя церкви. Многие традиционные, веками не менявшиеся догмы не воспринимаются новым поколением. Интронизация Бергольо произошла именно в этот период, когда католическая церковь оказалась перед лицом новых вызовов. Недаром в своих выступлениях Франциск говорит, что «мы не просто живем в новой ситуации, произошла кардинальная смена эпох, а сегодняшняя церковь отстала от жизни на две сотни лет». Особую обеспокоенность Св. Престола вызывает процесс нарастающей милитаризации, нежелание отказаться от ядерного оружия, якобы «дающего ощущение безопасности», и ставка на все более грозные и совершенные виды оружия массового уничтожения. Повышенное внимание Ватикан уделяет сегодня процессам цифровизации. Утвержден Секретариат по проблемам коммуникации, который призван действовать в условиях цифровых СМИ и обеспечить соответствие новым задачам миссии церкви.

Можно констатировать, что время понтификата Франциска пришлось на весьма сложный исторический период, связанный с растущей во многих странах мира поляризацией протестных политических сил. В поисках выхода из создавшегося положения активизируются те, кто уверен в необходимости модернизации и проведения реформ, направленных на достижение социальной справедливости. Им противостоят политики, которые видят выход из кризисного состояния в решительном отказе от толерантности и пацифизма, они враждебно воспринимают новые идеи и требуют возвращения к традициям прошлого. Это сказывается и на положении в католической церкви. Франциск понимает, что процессы секуляризации и дехристианизации ставят церковь перед необходимостью решительных действий и реформ, направленных на сохранение и повышение роли церкви, прежде всего, среди новых поколений верующих. Нельзя не заметить, что современное состояние РКЦ заставляет вспомнить о годах, последовавших за Вторым Ватиканским собором (1962–1965 гг.), ставшим вехой в обновлении католической церкви и развитии диалога религий. Решения Собора были подвергнуты тогда и подвергаются по сей день резкой критике со стороны традиционалистов-фундаменталистов. Подобная критика раздается и в отношении понтификата Франциска. Не случайно Франциск, осознавая серьезность ситуации и пытаясь предотвратить расколы, уделяет огромное внимание реформам курии и других институтов Ватикана. Призывы к открытости перед лицом новых вызовов стали лейтмотивом его энциклик и пасторских выступлений. В диалоге религий и активизации деятельности Ватикана в азиатских странах, прежде всего, в КНР, а также на африканском и латиноамериканском континентах Франциск видит одну из своих первоочередных задач.

Процесс секуляризации и дехристианизации, прежде всего в Европе, приводит к тому, что все меньшее число людей регулярно посещает богослужение, а духовные семинарии обнаруживают нехватку молодых людей, желающих посвятить себя церкви. Многие традиционные, веками не менявшиеся догмы не воспринимаются новым поколением. Интронизация Бергольо произошла именно в этот период, когда католическая церковь оказалась перед лицом новых вызовов. Недаром в своих выступлениях Франциск говорит, что «мы не просто живем в новой ситуации, произошла кардинальная смена эпох, а сегодняшняя церковь отстала от жизни на две сотни лет». Особую обеспокоенность Св. Престола вызывает процесс нарастающей милитаризации, нежелание отказаться от ядерного оружия, якобы «дающего ощущение безопасности», и ставка на все более грозные и совершенные виды оружия массового уничтожения. Повышенное внимание Ватикан уделяет сегодня процессам цифровизации. Утвержден Секретариат по проблемам коммуникации, который призван действовать в условиях цифровых СМИ и обеспечить соответствие новым задачам миссии церкви.

Папа-реформатор

«Пришедший издалека» Хорхе Марио Бергольо в 2013 г. стал Папой Франциском, епископом Рима, первым папой-иезуитом, первым Папой из Нового Света и восьмым главой Города-государства Ватикан. Бергольо принял имя Франциска, поскольку именно святой Франциск Ассизский считается покровителем бедняков. С самого начала своего понтификата Франциск подчеркнуто демонстрирует свою близость по духу к францисканцам. Франциск решительно отказался от знаменитого пуленепробиваемого «папа-мобиле» и не стал селиться в папских покоях Апостольского дворца, предпочтя Дом святой Марфы, пристройку к базилике святого Петра в Ватикане, где останавливаются кардиналы — участники конклава. При Франциске стали отмечать Международный день бедняка.

Бергольо по праву можно назвать реформатором. Пожалуй, впервые после Второго Ватиканского собора в трудах и действиях Римского Папы особый акцент делается на новое видение проблем. Папа предостерег от соблазна поделить мир на «праведников и грешников», ибо «стремление ответить ненавистью и насилием на жестокость и несправедливость, чинимые тиранами, грозит превратить авторов этого решения в таких же деспотов». В августе 2018 г. Франциск принял решение об изъятии из Катехизиса положения о смертной казни, подчеркивая, что, несмотря на совершения человеком тягчайших преступлений, сохраняется его достоинство и можно надеяться на его раскаяние. Уголовный кодекс Ватикана также претерпел изменения. Было отменено пожизненное заключение, сведенное к 30–35 годам. Пытки, преступления против несовершеннолетних (продажа, склонение к проституции, сексуальное насилие), хранение порнографического материала, геноцид и апартеид были объявлены преступлениями. Были ужесточены наказания за коррупцию. Проводимые Франциском реформы затронули не только Город-государство Ватикан, но и Святой Престол. Ватиканские правоохранительные службы могут теперь заняться и преступлениями, совершенными за пределами Ватикана. Учитывая возрастающую роль женщин в современном мире, Франциск неоднократно подчеркивает свою убежденность в том, что «женщина дарует мир», а когда она «участвует в принятии решений, мир обретает большее единство и спокойствие». Действительно, в папской Комиссии по защите несовершеннолетних теперь соблюдается полное гендерное равенство и впервые в Синоде епископов 2019 г. приняли участие четыре женщины (три монахини и одна мирянка). Беспрецедентным стало и назначение специалиста по международному праву Франчески Ди Джованни заместителем секретаря Ватикана по проблемам отношений с государствами, что соответствует должности заместителя министра иностранных дел.

Франциск постоянно обращается к одной из наиболее острых проблем современного мира — проблеме миграции, при этом вспоминая о личном опыте, связанном с вынужденной эмиграцией его родителей из фашистской Италии в Аргентину. Папа настоятельно призывает правительства принимающих мигрантов стран приложить усилия для социальной интеграции людей, которые в результате нищеты, насилия, преследования, стихийных бедствий вынуждены покинуть свою страну. Ватикан выразил полную поддержку Глобального договора ООН о безопасной, упорядоченной и легальной миграции, равно как и Глобального договора по беженцам 2018 г.

Темой папской энциклики «Laudato si» (Хвала Тебе) стала проблема охраны окружающей среды. Презентация энциклики сопровождалась учреждением Международного дня молитвы о защите Божьего творения. Франциск призвал к борьбе за устойчивое и всеобщее развитие, отметив, что вызовы окружающей среды касаются всех и каждого. Он охарактеризовал экологический кризис как драматическое последствие бесконтрольной деятельности человека. Однако для него проблемы экологии выходят за рамки «зеленой политики». Приверженцы сегодняшней модели убеждены, что лишь ускоряющиеся темпы технологического и экономического развития обеспечивают прогресс — заключает энциклика. По мнению Франциска, решение проблем связано именно со сменой модели развития и роста, ибо существующая модель не способна гарантировать защиту окружающей среды, повышение уровня безопасности, полезности, благосостояния, силы и сохранение жизненно важных ценностей.

Серьезной проблемой для католической церкви стала коррупция. Уже в течение правления предшествующих пап в масс-медиа появлялись сведения о трате двухсот миллионов евро на содержание дворца в центре Лондона, о неправомерном использовании средств фондов, предназначенных для благотворительности, о скупке бумаг в банках Люксембурга для приобретения дорогостоящей недвижимости. Франциск произвел полную замену руководства Института религиозных дел (Банка Ватикана), был проведен внешний аудит финансовой отчетности Ватикана, произведен арест ряда замешанных в скандалах ватиканских служащих. В феврале 2020 г. папа открыл в Ватикане Год права, впервые посвященный не только нарушениям в области церковного права, но и тем преступлениям, которые были нацелены на превращение Ватикана в «райское убежище» для беспринципных дельцов и финансистов. Вскоре ожидается посещение Ватикана членами Комитета Совета Европы за финансовую прозрачность, борющегося с отмыванием денег и финансированием терроризма. Франческо напомнил, что «Св. Престол уже начал проверку соответствия церковного законодательства нормам международного права». Получившие широкую огласку случаи педофилии также заставили Папу принять решительные меры против священников-педофилов и учредить Комиссию по защите несовершеннолетних.

Диалог религий

Диалог религий и конфессий — проблема, часто стоящая на повестке дня деятельности понтифика. Значимым этапом в этом контексте стала названная «братской» встреча Патриарха Кирилла и Папы Франциска в Гаване в 2016 г., которая завершилась Совместной декларацией. Обе стороны осудили безудержное потребление, стремительно истощающее ресурсы планеты, в то время как возрастающее неравенство в распределении земных благ обостряет ощущение несправедливости. Главы обеих церквей обратились с призывом к международному сообществу содействовать предотвращению вытеснения христиан с Ближнего Востока и объединению усилий для того, чтобы покончить с терроризмом. Внимание привлекло и компромиссное решение одной из наиболее острых проблем двусторонних отношений, связанной с деятельностью греко-католиков. Католики признали, что метод «униатизма» не является путем к восстановлению единства. Со своей стороны, РПЦ согласилась с тем, что церковные общины, появившиеся в результате исторических обстоятельств, имеют право на существование, а православные и греко-католики нуждаются в примирении.

Осенью 2016 г. в преддверии 500-летия Реформации понтифик совершил визит в Швецию, чтобы вместе с лютеранами отдать должное Реформации и совершить экуменическую молитву в лютеранском соборе. В Совместном заявлении обе стороны осудили использование религии в политических целях. Франциск также принял в Ватикане делегацию Всемирной лютеранской федерации, назвав их братьями и предложив совместно идти по пути преодоления старых предрассудков в отношении Мартина Лютера.

В одном из своих обращений папа заявил о необходимости стремиться к мирному сожительству с мусульманами, даже когда имеют место устрашающие действия фанатиков, врагов диалога. Он осудил любые формы фундаментализма, империализма и колониализма. На недавней встрече в Ватикане с Великим имамом Каирского исламского университета он подтвердил, что христианство и ислам объединяет идея «человеческого братства» и положительно оценил проект строительства в Арабских Эмиратах «Дома авраамической семьи» (Abrahamic Family House), вмещающего мечеть, синагогу и церковь, посвященную Франциску Ассизскому.

Отклик получило предисловие Франциска к изданию «Библии дружбы», где сорок иудейских и христианских исследователей интерпретируют положения Торы/Пятикнижия. В своем предисловии папа призывает иудеев и христиан ощущать себя братьями и сестрами и поставить на службу человечеству исповедуемые ими ценности, традиции и идеалы.

Дипломатическая активность на мировой арене

Внешнеполитическая активность папы, пожалуй, не имеет прецедентов. За последнее время восьмидесятилетний понтифик посетил более 15 стран на европейском и свыше 33 стран на других континентах. Пожалуй, первостепенное значение Франциск придает перспективе установления дипломатических отношений с КНР. На этом пути он встречает серьезные препятствия в самом Китае. Однако на сегодняшний день ему удалось достичь договоренности с китайским правительством по поводу процедуры назначения епископов в многомиллионной китайской Католической Патриотической Ассоциации. По этому соглашению китайское правительство предлагает кандидатуры, а папа их одобряет (или не одобряет). Несколько епископов таким образом уже были назначены. Соглашение дает также возможность преодоления различий между китайскими «официальными» католиками и теми китайцами, кто не согласен с политикой Пекина и предпочитает «подпольный» католицизм. Поговаривают и о вероятном визите Бергольо в Китай.

Вооруженный конфликт на Украине неоднократно становился предметом папских обращений. Осудив нарушение международного права, допущенное, по его мнению, Россией, папа Франциск выступил с призывом предпринять все усилия, в том числе и на международном уровне, к продолжению диалога как единственно возможного пути восстановления мира и согласия на Украине. «Слова “победа” или “поражение” причиняют мне боль, — сказал понтифик. — Единственно правильное слово — “мир”».

Франциск несколько раз встречался с президентом Путиным. По сообщению Службы печати Святого Престола в ходе встречи в 2019 г. обсуждались актуальные международные проблемы, особое внимание было уделено ситуации в Сирии, Украине и Венесуэле. Стороны констатировали, что подходы России и Ватикана к таким вопросам, как борьба с терроризмом и религиозным экстремизмом, предотвращение экономических и техногенных катастроф и защита христиан в зонах конфликтов достаточно близки.

Противостояние Франциску со стороны ультраконсерваторов

Следует отметить, что деятельность Франциска вызывает резкое неприятие со стороны определенной части крайне консервативных католиков и крайне правых политиков. Так, недоброжелательный отклик в их СМИ получило выступление Франциска в 2015 г. в Конгрессе США. Подчеркивая возможность искупления греха, Франциск в своей речи решительно высказался против существующего в ряде американских штатов института смертной казни. Перед конгрессменами также был поставлен «неудобный» вопрос, почему ради извлечения прибыли смертоносное оружие продается тем, кто приносит невыразимые страдания как отдельным людям, так и всему обществу. Отсюда озвученное Папой требование прекратить торговлю оружием, приносящую «запятнанные кровью зачастую невинных людей» деньги. Завершая свое обращение к Конгрессу, понтифик призвал к изменению существующего представления о прогрессе, сделав его «более человечным, направленным на удовлетворение нужд общества».

Критику со стороны консерваторов-фундаменталистов вызвало Апостольское Увещание (обращение) «Amoris Laetitia» (Радость любви), публикация которого завершала работу двух синодов 2014 и 2015 гг., посвященных проблемам семьи. В своем обращении Папа обратил внимание на то, что многие молодые люди сегодня избирают гражданский брак или просто сожительство; это происходит как в результате получившего распространение недоверия к институтам и отказа от ответственности, так и вследствие неуверенности в обеспеченности рабочим местом и достойной заработной платой. Священник в этих случаях, по мнению Франциска, должен следовать чувству сострадания, отказаться от черно-белого видения проблемы и не выносить необоснованные обвинения в адрес так называемых нерегулярных семей, поскольку подлинное милосердие «безусловно и бескорыстно». Толерантное отношение папы распространялось и на людей гомосексуальной ориентации, он призвал церковь отказаться от их дискриминации. Стало широко известным высказывание понтифика по этому поводу: «Кто я, чтобы судить?».

Противники Франциска подвергли папу резкой критике также за предположение о возможности назначать женатых католиков священниками в тех регионах, где существуют кадровые проблемы. В частности, известный своими консервативными взглядами кардинал Робер Сара издал книгу о священническом целибате с большим количеством цитат из трудов Бенедикта XVI и указал Ратцингера в качестве одного из авторов, не поставив того в известность. Противники Франциска немедленно заявили о непримиримых противоречиях между двумя понтификами. Буквально на следующий день Ратцингер попросил убрать его имя из списка авторского коллектива. У критиков вызывают раздражение и заявления Бергольо «вне кафедры», например, когда он говорит о преувеличенном акцентировании мнения о продолжении рода как единственного смысла брака.

Дело дошло до того, что в ноябре 2019 г. был обнародован документ, подписанный сотней католиков и содержащий обвинение папы в «кощунственных» поступках и совершении «серьезного греха», причем те, кто следует за папой, по мнению авторов документа, «рискуют обречь себя на вечное проклятие». Поводом послужило изображение богини инков Пачамамы, оказавшееся в месте произнесения молитвы участниками синода епископов региона Амазонии. Синод проходил в Риме в октябре 2019 г. и был посвящен поиску новых путей евангелизации коренных народов этой области. Один из австрийских «суперкатоликов» похитил изображение и бросил его в Тибр. Среди обличителей папы фигурируют американский кардинал архиепископ Раймонд Берке и потребовавший отставки папы бывший апостольский нунций в Вашингтоне архиепископ Карло Мария Вигано. Противниками папы выступают и некоторые политики. Например, Стив Бэннон, крайне правый американский политический деятель, стратег предвыборной кампании Трампа и покровитель европейских правых популистов и евроскептиков, называет Франциска «врагом». Именно Бэннон пытался консолидировать католиков-фундаменталистов вокруг новой Академии, которую он предполагал учредить в Италии в монастыре Трисулти (область Лацио). Протесты итальянской общественности, поддержанные министерством культуры Италии, воспрепятствовали этим намерениям.

Попытки навесить на понтифика ярлык «марксиста», «коммуниста», «анархиста», а его выступления в защиту мигрантов выдать за «отказ от католической духовности и за потворство мусульманам» вызвали возмущение председателя Конференции итальянских епископов кардинала Гуалтьеро Бассетти. Кардинал в резкой форме осудил противников Франциска, которые «не упускают случая, чтобы подорвать авторитет Папы».

Можно констатировать, что время понтификата Франциска пришлось на весьма сложный исторический период, связанный с растущей во многих странах мира поляризацией протестных политических сил. В поисках выхода из создавшегося положения активизируются те, кто уверен в необходимости модернизации и проведения реформ, направленных на достижение социальной справедливости. Им противостоят политики, которые видят выход из кризисного состояния в решительном отказе от толерантности и пацифизма, они враждебно воспринимают новые идеи и требуют возвращения к традициям прошлого. Это сказывается и на положении в католической церкви. Франциск понимает, что процессы секуляризации и дехристианизации ставят церковь перед необходимостью решительных действий и реформ, направленных на сохранение и повышение роли церкви, прежде всего, среди новых поколений верующих. Нельзя не заметить, что современное состояние РКЦ заставляет вспомнить о годах, последовавших за Вторым Ватиканским собором (1962–1965 гг.), ставшим вехой в обновлении католической церкви и развитии диалога религий. Решения Собора были подвергнуты тогда и подвергаются по сей день резкой критике со стороны традиционалистов-фундаменталистов. Подобная критика раздается и в отношении понтификата Франциска. Не случайно Франциск, осознавая серьезность ситуации и пытаясь предотвратить расколы, уделяет огромное внимание реформам курии и других институтов Ватикана. Призывы к открытости перед лицом новых вызовов стали лейтмотивом его энциклик и пасторских выступлений. В диалоге религий и активизации деятельности Ватикана в азиатских странах, прежде всего, в КНР, а также на африканском и латиноамериканском континентах Франциск видит одну из своих первоочередных задач.

Новый папа римский распутает клубок скандалов в католической церкви и займется ее децентрализацией, полагают эксперты

У папы римского Франциска на Святом престоле будет много дел: его предшественник Бенедикт XVI оставил понтифику ворох неразрешенных проблем внутри католической церкви. Эксперты полагают, что сначала предстоятель католиков разберется с местными скандалами, а потом, в числе всего прочего, будет налаживать отношения с РПЦ. Не все одинаково положительно относятся к понтифику, однако пока что Франциск уверенно набирает баллы, отказываясь от личного лимузина и оплачивая самостоятельно свои счета в отеле.

С тех пор, как престол Святого Петра занял новый предстоятель Римско-католической церкви, не утихают дискуссии о его деятельности во главе церкви. Одни считают, что место Бенедикта XVI занял прогрессивный реформатор, другие уверены, что Франциск будет придерживаться консервативной традиции.

Член редколлегии «Католической энциклопедии» Игорь Баранов предположил, что новый понтифик может заняться децентрализацией католической церкви, придерживаясь, однако, евангельского учения и не отступая от понятия греха.

Эксперты неоднократно говорили, что первым делом папе римскому придется разгребать проблемы католической церкви, накопившиеся за время правления Бенедикта XVI, а именно – разбираться со скандалами, касающимися священников-педофилов, и коррупцией в Ватикане. «Должно быть доведено до конца расследование всех скандалов, детальное расследование дел о жертвах педофилии, гомосексуализма. Учитывая, что папа Бенедикт XVI ушел в отставку, возможно, в каком-то смысле это ускорит отставку некоторых кардиналов или епископов, которые так или иначе себя скомпрометировали, и послужит очищению католической церкви и ее духовному обновлению», — считает Игорь Баранов.

Не исключают специалисты и сотрудничество католической и православной церквей. Правда, они расходятся во мнениях, кому это выгоднее, католикам или православным. «Наметилось сближение позиций, осознание необходимости общего свидетельства в кризисный момент существования нашего мира. Эта тенденция не только продлится, но и усилится. Не исключаю, учитывая традиционный интерес иезуитов к России и русской духовности, что когда новый папа разберется с насущными вопросами внутри самой церкви, будет не за горами и возможность встречи с патриархом», — уверен Баранов.

В то же время научный сотрудник Центра изучения Восточной Европы Бременского университета Николай Митрохин считает, что РПЦ постарается найти в лице Франциска единомышленника, чтобы получить своеобразную репутационную поддержку.

«Опираясь на его мнение, можно будет более жестко делать заявления против современной трактовки гомосексуализма, однополых семей, эвтаназии и прочих вещей, — пояснил «Газете.Ru» Митрохин. — РПЦ это важно на внутреннем рынке – что папа думает, как мы».

По мнению эксперта, видимое сотрудничество двух ветвей христианства, может помочь патриарху Кириллу удовлетворить свои политические амбиции, повлияв на процессы в Европе. «РПЦ будет искать пути взаимодействия, чтобы препятствовать дальнейшей либерализации европейского законодательства», — заявил Николай Митрохин.

Впрочем, он допускает, что у нового понтифика может быть весьма специфический взгляд на православие. «Папа римский – это что-то вроде религиозной поп-звезды. Российская культурная и политическая элита сильно интересуется фигурой папы и любые жесты с его стороны в ее отношении были бы благоприятно восприняты», — полагает Митрохин. Эксперт охарактеризовал папу римского как мировую величину – сравнимую с английской королевой или президентом США.

Скандалы внутри католической церкви и взаимодействие с представителями других религий не единственные пункты в предполагаемой повестке дня нового понтифика. Архиепископ Вены кардинал Кристоф Шенборн , упомянул среди проблем, оговаривавшихся в конгрегациях, преследования католиков в разных частях света, а также игнорирование религии и «духовное пресыщение» в обществе, ориентированном на благосостояние.

Боливийский кардинал Хулио Терразас Сандовал считает, что папа римский привнесет в церковь «истинную радость». Среди сегодняшних проблем боливийский кардинал назвал наркотики, алкоголь и различные формы эгоизма — все, что отдаляет от Бога.

«Церковь существует для того, чтобы служить человечеству и вести с ним диалог, стараясь на основе Евангелия указать ему (человечеству) пути, по которым следует идти. Я верю, перемены будут. Человечество всегда немного похоже на блудного сына, пошедшего сперва своим путем, чтобы наслаждаться жизнью, однако потом размышления вернули его назад. Я бы пожелал этого и себе, о чем и молюсь», — сказал кардинал из Ганы Питер Тарксон.

Архиепископ Филип Тарталья из Шотландии видит папу римского как миротворца. «Его имя, которое он взял в честь св. Франциска Ассизского напоминает нам о скромном рабе Божьем, которому нужно было перестроить церковь», — напомнил Тарталья.

Кстати, чтобы избежать путаницы с именем нового папы римского пресс-секретарь Ватикана Федерико Ломбарди дал специальную пресс-конференцию. Ломбарди заявил, что новый папа римский взошел на престол под именем Франциска, а не Франциска I.

«Его зовут Франциск, а не Франциск I. Франциск — и баста!» — сказал Ломбарди на пресс-конференции в четверг.

Деятельностью нового понтифика всерьез обеспокоены представители ЛГБТ-общественности. «Будучи кардиналом Аргентины, понтифик в резких терминах осуждал однополые браки. Надеемся, что на святом престоле ему хватит мудрости выслушать все стороны», — заявил исполнительный директор Министерства новых путей ЛГБТ Фрэнсис Де Бернардо. «Еще один динозавр, выступающий против ЛГБТ и абортов, — написали американские атеисты на своей странице в соцсети Facebook. – Мы разочарованы, но в целом не удивлены».

Тем временем новый папа продолжает зарабатывать восхищение католиков. В четверг он самостоятельно оплатил счет в отеле, в котором останавливался в дни конклава, когда приехал туда забрать вещи, и отказался от лимузина.

«Он приехал в гостиницу, поздоровался с персоналом и настоял на самостоятельной оплате счета… Он беспокоится о том, какой пример показывает другим священникам», — рассказал журналистам пресс-секретарь Ватикана Федерико Ломбарди.

Также Ломбарди рассказал, что папа римский побывал в базилике Санта Мария Маджоре. Папа римский пробыл в базилике около получаса, подойдя к алтарю, Франциск I произнес короткую речь. «Будьте милосердны, наши души нуждаются в милосердии», — сказал он. В базилике нового понтифика встретил настоятель храма Людовико Мело. Говоря о своих впечатлениях от встречи с новым понтификом, Мело сказал, что «это была встреча с отцом, а не с папой римским».

Как передают итальянские СМИ, когда весть о том, что Франциск прибыл в храм, облетела ближайший квартал, у него собралась толпа в несколько сотен человек, среди которых было много школьников и студентов, «прогуливающих» учебу. Однако паства так и не увидела своего папу, так как Франциск вышел из Санта Мария Маджоре не с главного входа. Однако папу римского все же удалось увидеть студентам колледжа, расположенного напротив базилики: учащиеся стали выглядывать в окна и махать понтифику руками, а он поприветствовал их в ответ.

ФРАНЦИСК I — это 📕 что такое ФРАНЦИСК I

  найдено в  «Большой советской энциклопедии»

ФРАНЦИСК I (Francois) (12.9.1494, Коньяк,-31.3.1547, Рамбуйе), французский король с 1515. Из династии Ва-луа. Политика Ф. I была направлена на превращение Франции в абсолютную монархию. В 1532 присоединил Бретань. Гл. органом управления гос-вом сделал королевский совет, ввёл в провинциях ген. наместников и контролировал деятельность губернаторов, ограничил права парламентов, слил доходы королевского домена с гос. налогами, значительно увеличив последние. В 1539 издал эдикт Виллер-Котре, запретивший стачки и союзы подмастерьев. Заключил с папой Львом X Болонский конкордат 1516. В 1535 и 1540 издал эдикты о преследовании кальвинистов как еретиков. В 1545 организовал массовое уничтожение валъ-денсов. В Итальянских войнах 1494-1559 одержал в 1515 победу при Маринь-яно и занял Милан; в 1525 потерпел поражение от армии нмп. Карла V под Па-вией, был пленён и увезён в Мадрид. Вынужден был подписать унизительный для Франции Мадридский договор 1526. По возвращении во Францию (1526), заключив союз (Коньякскую лигу) с папой Климентом VII, Венецией и герцогом Милана, возобновил в 1527 воен. действия, продолжавшиеся до 1529. В 1536 (или 1535) подписал с Турцией выгодный для Франции договор («капитуляции»). Ф. I покровительствовал искусствам, привлекал во Францию из Италии архитекторов, художников. В 1530 открыл гуманистич. ун-т — «Коллегию королевских лекторов» (с кон. 18 в.- Коллеж де Франс). В то же время преследовал представителей радикальной мысли (в 1546 был сожжён на костре гуманист Этьенн Доле).

Лит.: Paris P., Etudes sur Francois I, v. 1 — 2, P., 1885; Terrasse Ch., Francois I, v. 1-2, P., 1945-49; L e v i s-

M i r e-p о i x A., Francois 1, P., 1953; В a i 1 1 у A., Francois I, P., 1961. А. И. Коробочка.

Папа Франциск завершил «марафон» против COVID-19

https://ria.ru/20210601/marafon-1735058759.html

Папа Франциск завершил «марафон» против COVID-19

Папа Франциск завершил «марафон» против COVID-19 — РИА Новости, 01.06.2021

Папа Франциск завершил «марафон» против COVID-19

Торжественной церемонией в Ватиканских садах во главе с папой Римским Франциском завершился молитвенный «марафон» о прекращении пандемии COVID-19, в котором в… РИА Новости, 01.06.2021

2021-06-01T11:24

2021-06-01T11:24

2021-06-01T11:24

религия

италия

ватикан

мексика

португалия

франциск (хорхе марио бергольо)

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdnn21. img.ria.ru/images/07e5/02/03/1595925293_0:0:2608:1468_1920x0_80_0_0_438c4319a4b675a7064f0b8baf4e192e.jpg

ВАТИКАН, 1 июн – РИА Новости, Сергей Старцев. Торжественной церемонией в Ватиканских садах во главе с папой Римским Франциском завершился молитвенный «марафон» о прекращении пандемии COVID-19, в котором в течение месяца приняли участие 30 наиболее известных богородичных святилищ мира.»Мы продолжаем просить Господа, чтобы он защитил весь мир от пандемии. И чтобы всем без исключения была скоро дана возможность получить защиту посредством вакцины», — заявил понтифик, завершая эту акцию.Молитвенный «марафон» начался 1 мая в Соборе Святого Петра, где понтифик провел специальный молебен перед иконой пресвятой Богородицы Скоропомощницы, которая почитается с VII века и находится в Григорианской капелле Ватиканской базилики.Идея проведения этой инициативы исходила от самого папы Франциска, который пригласил 30 знаковых святилищ, посвященных Деве Марии, присоединиться к молитве о прекращении пандемии, возложив надежды человечества на материнское заступничество Богородицы. Ее девизом стали слова из «Деяний святых апостолов»: «Церковь прилежно молилась Богу».Каждый день мая в 18.00 по местному времени молитвы возносились в различных концах света, в том числе, в Святой земле, Италии, Польше, Португалии, Мексике, Украине. При этом каждый день верующие молились за разных людей, пострадавших во время пандемии — за тех, кто стал жертвой коронавируса, за их семьи, которые переживают боль и неуверенность в завтрашнем дне, за больных и бедных, а также за тех, кто оказался на переднем крае борьбы с COVID-19: за врачей, ученых, представителей медперсонала, волонтеров.В заключение церемонии понтифик поблагодарил Папский совет по содействию новой евангелизации и богородичные святилища мира за проведение «марафона», объединившего в молитве Богородице миллионы верующих.

https://ria.ru/20210402/omovenie-1603922463.html

https://radiosputnik.ria.ru/20210514/voz-1732353154.html

италия

ватикан

мексика

португалия

РИА Новости

[email protected] ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2021

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e5/02/03/1595925293_158:0:2483:1744_1920x0_80_0_0_300bdcf2b64d2e393d997eb62a2cbb2f.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og. xn--p1ai/awards/

италия, ватикан, мексика, португалия, франциск (хорхе марио бергольо)

ВАТИКАН, 1 июн – РИА Новости, Сергей Старцев. Торжественной церемонией в Ватиканских садах во главе с папой Римским Франциском завершился молитвенный «марафон» о прекращении пандемии COVID-19, в котором в течение месяца приняли участие 30 наиболее известных богородичных святилищ мира.

«Мы продолжаем просить Господа, чтобы он защитил весь мир от пандемии. И чтобы всем без исключения была скоро дана возможность получить защиту посредством вакцины», — заявил понтифик, завершая эту акцию.

2 апреля 2021, 11:42РелигияПапа Франциск второй год подряд не совершил важный церковный ритуал

Молитвенный «марафон» начался 1 мая в Соборе Святого Петра, где понтифик провел специальный молебен перед иконой пресвятой Богородицы Скоропомощницы, которая почитается с VII века и находится в Григорианской капелле Ватиканской базилики.

Идея проведения этой инициативы исходила от самого папы Франциска, который пригласил 30 знаковых святилищ, посвященных Деве Марии, присоединиться к молитве о прекращении пандемии, возложив надежды человечества на материнское заступничество Богородицы. Ее девизом стали слова из «Деяний святых апостолов»: «Церковь прилежно молилась Богу».

Каждый день мая в 18.00 по местному времени молитвы возносились в различных концах света, в том числе, в Святой земле, Италии, Польше, Португалии, Мексике, Украине. При этом каждый день верующие молились за разных людей, пострадавших во время пандемии — за тех, кто стал жертвой коронавируса, за их семьи, которые переживают боль и неуверенность в завтрашнем дне, за больных и бедных, а также за тех, кто оказался на переднем крае борьбы с COVID-19: за врачей, ученых, представителей медперсонала, волонтеров.

В заключение церемонии понтифик поблагодарил Папский совет по содействию новой евангелизации и богородичные святилища мира за проведение «марафона», объединившего в молитве Богородице миллионы верующих.

14 мая 2021, 17:24В РоссииВОЗ спрогнозировала рост смертности за второй год пандемии COVID-19

Франциск I Французский умирает в Рамбуйе

При жизни Франциска I, «наиболее христианского короля» Франции, которая всего за шестьдесят лет до своего воцарения окончательно изгнала английских оккупантов из королевства (и до 1559 года вынуждена была мириться с Кале как английским анклавом), часто сравнивали и ставили как соперник против своего тюдоровского коллеги Генриха VIII. Так что не случайно эта симметрия была унесена почти в могилу, поскольку смерть Фрэнсиса наступила всего через два месяца после смерти Генри в Гринвиче.

Хотя он уже давно постарел и с начала 1547 года был не в духе, смерть застала Франциска на лету — не в большом дворце, который он построил для себя в Фонтенбло, а в Рамбуйе под Рошфором, куда его привело временное выздоровление. в очередной приступ охоты и соколиной охоты, которые были главной страстью.

Лихорадка и огромный абсцесс вскрылись в конце февраля; не в силах пошевелиться, Фрэнсис отказался, впал в бред и умер рано утром 31 марта.Ему было пятьдесят два года, и, по словам современного биографа Десмонда Сьюарда, «когда врачи вскрыли его тело, они обнаружили абсцесс в желудке, его почки сморщились, его внутренности разложились, его горло разъедено, и одна из его легкие в клочья».

Как и Генрих VIII, Франциск не родился предполагаемым наследником короны; сын моего дворянина Шарля д’Ангулема, именно как принц крови Франциск сменил своего кузена, Людовика XII в 1515 году. заставил Франциска преувеличить свою природную яркость.

Конечно, он в совершенстве играл роль монарха эпохи Возрождения с огромным странствующим двором, члены которого подражали утонченным манерам итальянских принцев. Франциск был человеком подлинной культуры и учености, чьи увлечения включали риторику, классическую историю, живопись и декоративно-прикладное искусство. Среди тех, кого он привел ко двору, был флорентийский ювелир Бенвенуто Челлини, а его сестра Маргарита д’Ангулем сама была начитана и во многом способствовала повышению известности женщин при французском дворе.

Помимо кратковременных демонстраций культурного великолепия, инициированных Франциском, таких как экстравагантность Поле золотой парчи, на котором он пытался связать Генриха VIII союзом против императора Карла V в июне 1520 г., он оставил постоянные памятники в камень, замки в долине Луары в Блуа, Шамборе и Амбуазе и его большой дворец к югу от Парижа в Фонтенбло, который стал витриной его творческого покровительства.

Во всем этом Франциск поощрял моду и взгляды последнего Возрождения – как и многим итальянским князьям, ему льстило сравнение его царствования с деяниями героев Греции и Рима, и его поощрение приобретения классических манускриптов добавлялось к коллекция всех новых печатных книг, которая в конечном итоге должна была составить партитуру Национальной библиотеки.

Но царствование Франциска во многих отношениях оглядывалось на готический мир Средневековья, его любовь ко всем рыцарским украшениям, ведение своих войск в битвах (с катастрофическими последствиями в битве при Павии в 1525 г., где он был захвачен войсками Карла V) и традиционные театрализованные представления и передвижные суды, которые были эмблемами феодального мира. Собственная церемония коронации Франциска в Реймском соборе в январе 1515 года состоялась с помазанием его как короля-жреца маслом Хлодвига, опоясанного мечом Карла Великого.

Несмотря на его последующее заигрывание с евангельским гуманизмом и реальную политику внешней политики, в результате которой он был готов заключить союз с еретиками-лютеранскими немецкими князьями и (тайно) даже с неверным турком, чтобы продолжить свою дуэль с Габсбургом Карлом V, это чувство католичества никогда полностью не покидал Франциска и не останавливал его от актов раскола или отступничества от Рима.

Вдали от культурной славы правления Франциска его политические и династические достижения были гораздо более неравномерными.Как выходец из знати, он, возможно, имел больше взаимопонимания с французской аристократией, чем некоторые из его более отстраненных предшественников или преемников, за исключением измены герцога де Бурбона, который сражался вместе с войсками Карла V против его король в Павии — Франциск не сталкивался с крупным дворянским восстанием или заговором во время своего правления. Тем не менее его господство всегда основывалось на более шатком основании, чем иногда казалось: ему постоянно не хватало денег, и многое из того, что он зарабатывал, не в последнюю очередь за счет расширения продажи дворянских должностей и дворянских патентов, было растрачено на его четвертьвековую борьбу за господство против Чарльз В.

В этом предприятии он, возможно, был наименее успешным. Он унаследовал устремления и претензии французов в Италии на Милан и Неаполь, которые были в центре итальянских войн, которые привели Францию ​​к конфликту с владениями Карла Габсбургов. Попытка Франциска нарушить традиционную преемственность Священной Римской империи путем подкупа избирателей в 1519 году потерпела неудачу и вызвала только неприязнь успешного кандидата Карла. Его поражение и захват силами Карла в Павии могли иметь катастрофические последствия, поскольку Франция осталась без руля; его тринадцатимесячное заключение в Мадриде и последующие неудачи в 1520-х годах вынудили его передать Карлу выкуп в размере четырех с половиной тонн золота и отказаться от всех своих претензий в Италии.Хотя он без особого труда отмахивался от собственных попыток Генриха VIII одержать победы во Франции в качестве союзника Карла V, к моменту своей смерти он мало что сделал для ослабления господства Габсбургов.

Внутри страны растущее влияние протестантизма привело к напряженности между самым христианским королем и некоторыми из ведущих знатных покровителей евангельского образования (включая его собственную сестру Маргариту). «Дело плакатов» — движение протеста, призывающее к отмене мессы, в ходе которой один из оскорбительных документов был приколот к двери собственной спальни короля, — напомнило Франциску о том, как, несмотря на традиционное господство короны над католической церковью в Франция, реформа оставалась дестабилизирующим элементом.

Ключевой движущей силой второго поколения Реформации действительно был француз Жан Кальвин, который в 1533 году покинул Францию, чтобы основать благочестивое государство в Женеве. Именно кальвинизм должен был завоевать сердца и умы значительного меньшинства во Франции — вызов статус-кво, который подготовил меня к религиозным войнам с 1560 года.

Однако это был мир за пределами Франциска I, лежащего во время пышных похоронных церемоний, которые длились семь недель и закончились его погребением в Сен-Дени.Его могила была возведена его менее ярким сыном и преемником Генрихом II; его любовь, как и любовь его отца, к рыцарству должна была принести ему смерть в результате несчастного случая на турнире всего двенадцать лет спустя, оставив королевские меньшинства, которые должны были стать прелюдией к гражданской войне.

Когда Генрих VIII и Франциск I потратили 19 миллионов долларов на 18-дневную вечеринку | История

Генрих VIII, вероятно, заказал эту картину «Поле золотой парчи» ближе к концу своего правления. Королевский фонд коллекции

На две с половиной недели в июне 1520 года два величайших монарха Европы эпохи Возрождения — английский Генрих VIII и французский Франциск I — собрались для празднования беспрецедентного масштаба. Названное в честь украшенной золотом ткани, используемой для изготовления палаток, костюмов и украшений, «Поле золотой парчи» стоит современный эквивалент около 15 миллионов фунтов стерлингов, или почти 19 миллионов долларов. Якобы организованный как подтверждение дружбы молодых королей, саммит также давал каждому правителю шанс «превзойти другого в великолепии и военной доблести», — говорит историк Трейси Борман.

Оба мужчины ответили на этот призыв к тщеславию в полную силу. С 7 по 24 июня около 12 000 членов королевской семьи, знати, слуг и слуг собрались на полях на северной оконечности современной Франции, между английским Гином и французским Ардре, где они наслаждались ночами веселья в огромных временных дворцах. кирпич, древесина, холст и стекло. Гости обедали такими деликатесами, как 29 000 рыб, 98 000 яиц, 6 475 птиц, 2 200 овец и 216 000 галлонов вина; соревновались в рыцарских поединках, борцовских поединках и других испытаниях спортивного мастерства; и выступал в сложных масках.Даже самая роскошная современная ярмарка эпохи Возрождения побледнела бы в сравнении с этим откровенным проявлением богатства.

Когда Генрих и Фрэнсис впервые выехали, чтобы встретиться друг с другом, первый был одет в одежду, «расшитую золотой тканью» и «такой формы и покроя, что на нее было восхитительно смотреть», согласно английскому хронисту Эдварду Холлу. Франциск тем временем надел золотой фриз, драгоценности и шляпу с белыми перьями. Позже Генрих посетил турнир в доспехах, украшенных 2000 унциями золота и 1100 жемчужинами.(Золото было получено путем добычи и торговли.)

Британская школа, Посадка Генриха VIII в Дувр , c. 1520-1545 гг. Королевский фонд коллекции

Дополнительные примеры излишеств, демонстрируемые на Поле золотой парчи, изобилуют: от фонтанов, из которых течет красное вино, до воздушных змеев, наполненных фейерверками, парящих в небе, неудивительно, что необычайное празднование, которое, возможно, не достигло заявленного цель обеспечения прочного мира — сохраняется в народном воображении.

***

Чтобы понять, почему Англия и Франция «вложили так много денег, … времени и энергии в то, что кажется очень второстепенным и эфемерным событием», подумайте о высоких ставках, — говорит Гленн Ричардсон, автор книги «Поле золотой парчи» .

За два года до этого, осенью 1518 года, главный советник Генриха, кардинал Томас Вулси, убедил ведущие державы Европы, включая Священную Римскую империю, Францию, Англию, Папскую область и Бургундию, подписать договор о всеобщем мире с каждый обещает помочь другим в случае нападения.В лучшем случае шаткое соглашение было подорвано непростой историей Англии и Франции, от Столетней войны 14-го и 15-го веков до серии более поздних стычек. По словам Ричардсона, Вулси, действовавший под эгидой Папы Льва X, считал, что договор будет действовать так, как предполагалось, «на основе личного взаимопонимания между этими двумя королями».

Франциск I Французский (слева) и Генрих VIII Английский (справа), изображенные примерно через десять лет после Золотого поля. Общественное достояние через Wikimedia Commons

Баланс сил в Европе начала 16-го века вращался вокруг Генриха, Франциска и императора Священной Римской империи Карла V, трех лихих молодых правителей, которые десятилетиями доминировали на континенте, заключая и разрывая союзы друг с другом по своему желанию.Через Поле золотой парчи Франциск, чувствуя все большую угрозу хищнической экспансии Карла в Центральной Европе, надеялся заручиться поддержкой Генриха как союзника против императора. Однако английский король очень хотел вести переговоры с обоими мужчинами; Фактически, за несколько дней до саммита он встретился с Чарльзом на его родине.

Заключение мира с другим монархом часто влекло за собой столько же зрелищ — и затрат — как и война, которую Ричардсон описывает как «главный способ, которым [правители] сделали себе имя, свою международную репутацию.Таким образом, установление гармоничных отношений посредством воинственного турнира позволило Генриху и Франциску предложить «дружбу одной рукой» и «едва скрытый кулак другой». Как объясняет Борман, «поскольку союзы часто уступали место агрессии,… каждому королю приходилось доказывать, что у него есть военная мощь и людские ресурсы для войны».

В то же время количество ресурсов, затраченных на Поле золотой парчи, отражало напряженные личные отношения между Генри и Фрэнсисом, которых разделяла любовь к культуре эпохи Возрождения, слабость к распутству и жестокая конкуренция.Борман говорит: «Соперничество… было настолько сильным, что они почти не видели связанных с этим расходов. Они отчаянно пытались доказать свое превосходство друг над другом, чего бы это ни стоило».

Эта гравюра встречи королей основана на более ранней картине. Гетти Изображений

Вулси организовал саммит 1520 года во многом так же, как он возглавил договор 1518 года, наблюдая за сложной сетью приготовлений, необходимых для перевозки, питания, размещения и развлечения английской свиты численностью более 5000 человек.Эти усилия увенчались встречей Генриха и Франциска 7 июня: хотя первый залп едва не закончился катастрофой после того, как французы приняли отороченные золотом наряды английской фракции за доспехи, короли вскоре прояснили путаницу, «встретились и обнялись на глазах у обоих». нации», как рассказывал Холл. Спешившись, они «вместе вошли в богатую палатку из золотой парчи… рука об руку».

***

Генри и Фрэнсис оба хотели затмить друг друга, но дипломатические соображения гарантировали, что они сохранят видимость равенства.Ни один из них не командовал большей свитой, чем их коллега-король, и во время трех главных пиров на саммите каждый обедал при дворе своего коллеги — под наблюдением соответствующих королев стран, Екатерины Арагонской и Клода Французской — чтобы избежать политически окрашенного вопроса о том, кто должен иметь приоритет. Эти двое также соревновались на одной стороне в турнирах, сражаясь с придворными с обеих сторон в таких соревнованиях, как рыцарские поединки, стрельба из лука и конные или пешие бои.

«Тщательно установленные правила турнира требовали, чтобы два короля не могли соревноваться друг с другом, — пишет Борман в Генрих VIII и люди, которые его создали , — поэтому Генрих довольствовался тем, что хвастался своей доблестью — и доблестью своей. товарищи — против ряда французских противников.Английский король так увлекся своими усилиями, что одна из его лучших лошадей умерла от истощения.

С точки зрения чисто материального великолепия 28-летний Генри опережает 25-летнего Фрэнсиса. Но вскоре он оказался побежденным в решающей схватке один на один. Как записал французский летописец, пьяный Генрих нарушил протокол, вызвав своего соперника на борцовский поединок. После непродолжительной драки Фрэнсис легко одержал победу. Генри справился с поражением с изяществом, быстро восстановился и предложил последующую схватку со стрельбой из лука.

Франциск I появляется вверху справа на этом гобелене борьбы на Поле золотой парчи. Общественное достояние через Wikimedia Commons

Большая часть знаний историков о Поле золотой парчи основана на отчетах, написанных послами и другими посетителями. Визуальных свидетельств собрания немного, но монументальная картина, вероятно, заказанная Генрихом около 1545 года, дает представление о ее масштабе и роскоши. По словам Ричардсона, произведение искусства не столько точно изображает вершину, сколько «воспоминание о различных событиях, которые произошли».

Импровизированный дворец, построенный на фундаменте из кирпича или камня, доминирует над сценой, его стены из холста и крыша окрашены так, чтобы они напоминали настоящий замок, а его окна сделаны из импортного стекла. На заднем плане картины разбросаны палатки меньшего размера (для размещения двух дворов было возведено 2800 палаток), а в правом верхнем углу возвышается поле для боев. Сам Генрих, больше похожий на дородного государственного деятеля со знаменитого портрета Ганса Гольбейна, чем на лихого человека эпохи Возрождения, едет в процессии внизу слева.По иронии судьбы оригинальная голова короля была вырезана из картины и заменена по неизвестным причинам в какой-то момент после создания работы.

Из-за отсутствия документации установить условия, в которых рабочие Генри строили его временный двор, сложно. Тем не менее, как пишет Ричардсон в «Поле золотой парчи» , несоответствие между «уровнями заработной платы, предполагаемой годовой стоимостью и условиями и уровнями доходов и расходов среди тех, кто [присутствовал] просто ошеломляет. Хотя подробностей об индивидуальных вкладах сохранилось мало, Ричардсон отмечает, что количество ремесленников, плотников, портных, каменщиков, маляров, швей, солдат и рабочих, задействованных в подготовительных работах, было почти равно количеству людей, присутствовавших на самом мероприятии.

Слуги, прислуживавшие Генриху и его двору во время Поле золотой парчи, имели более высокий уровень жизни, чем рабочие, которым было поручено подготовить это место для королевских гостей. У некоторых из более обеспеченных слуг даже были собственные слуги.Как представители короля и, соответственно, его чести, все должны были одеваться и вести себя соответственно своему положению.

Британская школа, Поле золотой парчи , c. 1545 Королевский фонд коллекции

Также на картинах 1545 года видны печи, в которых готовили восхитительные праздничные угощения. В целом, по оценкам Ричардсона, для разогрева этих костров потребовалось более миллиона деревянных досок. По словам эксперта по продуктам Tudor Бриджит Вебстер, самые большие кулинарные расходы по всем направлениям были на пиво, вино, красное мясо, птицу и специи.

Основная часть припасов, необходимых для снабжения французских и английских лагерей, поступала от местных торговцев, что уменьшало потребность в перевозке товаров на большие расстояния, но создавало значительную нагрузку на местную экономику. Тем не менее, некоторые предметы оставались недоступными или их было трудно отследить: англичане, например, привозили во Францию ​​целые стада оленей и овец, держа их в загонах недалеко от Гина, где базировался двор Генриха, до тех пор, пока не пришло время «сделать высшая жертва», по словам Ричардсона.Тем временем французам приходилось перегонять животных из долины Луары в центральной Франции во временный двор в Ардре.

Французская и английская кухня в 1520-х годах были довольно похожи. Мясо было широко представлено, а овощи, хотя и становились все более популярными в Италии и других европейских странах, редко употреблялись сами по себе. Обе страны использовали много специй и сахара в приготовлении пищи, поскольку эти дорогие деликатесы, импортированные из Азии, Африки и Нового Света, свидетельствовали о богатстве и статусе.

«Лучшие и самые редкие [продукты] предназначались для королевских столов и столов высшей знати», — говорит Вебстер. В среднем застолье состояло из трех блюд, состоящих примерно из 50 различных блюд. Предложение варьировалось от лебедей и павлинов, выращенных богатыми — экзотические птицы были оперены, приготовлены, одеты в собственное оперение и позолочены — до пирога с олениной, засахаренных апельсиновых корок, груш в вине, фруктового желе, вафель Тюдоров, пряный напиток под названием Гиппокрас, пряники, морские свинки и даже дельфин.Особого внимания заслуживают «тонкости» или небольшие скульптуры, сделанные из сахарной пасты или марципана: эти сложные настольные украшения изображали такие сцены, как Благовещение, представление королей Матери Христа и явление ангела пастухам на склоне холма, пишет Ричардсон. в Поле золотой парчи .

Оригинальная голова Генри была вырезана из картины и заменена в какой-то момент после создания работы. Королевский фонд коллекции

На вершине даже посуда свидетельствовала о статусе ее владельца.Во время трех главных пиров Генрих и Франциск ели с золотых тарелок, а их жены использовали позолоченные серебряные блюда. Вино подавалось в венецианском стекле — «лучшем и самом дорогом из доступных», по словам Вебстера, — и подавались настоящие серебряные ложки. Невероятно, отмечает историк кулинарии, англичане привезли из дома большую часть своей столовой мебели, от посуды до салфеток и скатертей.

После окончания трапезы гости насладились концертами, торжественными танцами и маскарадами, которые историк Сидней Англо описывает как «многообразное зрелище, сочетающее музыку, поэзию,… боевые сценические представления и танцы.Участники надевали маскировку, призванную скрыть свою личность, но Генри, который наслаждался драматическим раскрытием своей личности перед, казалось бы, ничего не подозревающей толпой, имел такие узнаваемые «тело, манеры и движения», по словам Ричардсона, что суд часто мог его заметить. . После разоблачения придворные завершили пир сладким блюдом, известным как банкет, и, в некоторых случаях, коротким периодом неформальных танцев.

В предпоследний день собрания Вулси провел мессу во временной часовне, украшенной гобеленами, гигантским распятием, украшенным драгоценными камнями, и позолоченными серебряными религиозными предметами.В какой-то момент во время службы «великолепное полое чудовище распростерлось в небе над землей… благодаря хитрому искусству [] англичан, сооруженных внутри из обручей, а снаружи соткано из ткани», как поэт Жак Дюбуа позже писал. В качестве альтернативы, интерпретируемой как дракон, отсылающий к валлийскому происхождению Генри, или как саламандра — личный символ Франциска — огромный воздушный змей был инженерным подвигом. Он тянулся на тросе фургоном и обладал пиротехническими возможностями, из-за которых казалось, что он дышит огнем.

24 июня саммит завершился днем ​​пиршества и экстравагантных подарков. Короли расстались друзьями, по-видимому, подготовив почву для прочного мира. Но менее чем через месяц Генрих встретился с императором Священной Римской империи Карлом V, чтобы заключить отдельный союз. В 1521 году разразилась война между Францией и империей, а к 1522 году Англия вступила в бой на стороне Карла.

***

Тот факт, что Англия и Франция находились в состоянии войны друг с другом в течение двух лет после «Поля золотой парчи», побудил наблюдателей как тогда, так и позже отвергнуть это событие как провал.В проповеди, произнесенной вскоре после собрания, епископ Джон Фишер вынес вердикт, поддержанный более поздними историками, утверждая, что «эти князья были смертны и изменчивы, и поэтому их воля изменилась и [не осталась] прежней». В течение 20-го века некоторые эксперты дошли до того, что предположили, что саммит был просто предлогом, организованным для того, чтобы прикрыть неминуемые планы обоих мужчин о войне.

Ричардсон придерживается другой точки зрения, считая истинную ценность турнира его долгосрочным влиянием на англо-французские отношения. Хотя итальянская война 1521–1526 годов застала Генриха и Франциска на противоборствующих сторонах, последующий конфликт, охвативший 1526–1530 годы, снова объединил две страны — на этот раз вопреки Карлу, чьи имперские силы настигали Италию.

Еще больше подтолкнуло Генриха в сторону его бывшего соперника его желание развестись со своей первой женой, Екатериной Арагонской, в пользу Анны Болейн. Будучи племянником Екатерины по материнской линии, Чарльз не хотел присоединяться к ее отчужденному мужу. Когда Генрих отделился от католической церкви и сформировал англиканскую церковь, он еще больше оттолкнул не только императора, но и другие католические державы на континенте.

В это неопределенное время Франциск оказался одним из немногих иностранных сторонников Генриха, и на протяжении долгих периодов 1520-х и 30-х годов их соперничество «парадоксальным образом выражалось в экстравагантных демонстрациях «миротворчества» и королевского братства, — пишет Ричардсон в «Поле золотой парчи» .

Обмен подарками, послами и информацией в рамках «продолжающейся [демонстрации] превосходства» принес культурные выгоды обеим странам, говорит историк.И хотя «это не принесло великого всеобщего мира, которого ожидали, оно заложило основы… трудного, но продуктивного англо-французского мира на протяжении большей части правления Генриха».

Англия Европейская история Франция Генрих VIII Королевская семья Тюдоры

Рекомендуемые видео

коллекций онлайн | Британский музей

Также известен как
Франциск II, император Священной Римской империи, и Франциск I, император Австрии
основное имя: Франциск II
другое имя: (Император Австрии) Франциск I
другое имя: (Император) Австрии
Другое имя: Франц II

Детали
физическое лицо; линейка; королевский/императорский; австрийский; Мужчина

Даты жизни
12 февраля 1768 г. — 2 марта 1835 г.

Биография
Франциск II, последний император Священной Римской империи (1792-1806) и, как Франциск I, первый император Австрии (1804-35).Также правил как король Венгрии (1792-1830) и король Богемии (1792-1836). Участвовал в войнах Французской революции и в наполеоновских войнах. После расширения французского контроля над Западной Германией и реорганизации немецких государств Наполеоном Бонапартом в 1803 году Франциск укрепил свою власть в Австрии, Венгрии, Богемии и северной Италии и провозгласил себя императором Австрии в 1804 году. Два года спустя он официально распалась старая Священная Римская империя. Став императором Австрии, Франциск передал принцу Клеменсу фон Меттерниху почти полный контроль над иностранными делами после 1809 года и посвятил себя внутреннему управлению империей.Брак его дочери Марии-Луизы с Наполеоном в 1810 году принес три мирных года, в течение которых Франциск возродил австрийскую силу для кампании, которая привела к падению Наполеона. На Венском конгрессе 1815 года Франциск вернул себе большую часть территории, утраченной Австрией. Фрэнсис был женат четыре раза; сначала в 1788 г. — Елизавете Вюртембергской; во-вторых, в 1790 г. — Марии Терезе Обеих Сицилий; в-третьих, в 1808 г. — Марии Людовике Австрийской-Эсте; и, в-четвертых, в 1816 году Каролине Шарлотте Огюст Баварской.

«Кровная вражда» с Францией: Карл V против Франциска I

Имперские выборы 1519 г. были далеко не пустяками для Карла V. Его главным конкурентом на пост императора был молодой французский король Франциск I, который, как и Карл, после завоевания господства в Европе. Благодаря финансовой поддержке Фуггеров выборы, наконец, прошли в пользу Чарльза. Соперничество между Францией и домом Габсбургов привело к длительным войнам.Карл положил глаз на герцогство Бургундское и области на юге Франции и Италии; Франциск I чувствовал себя некомфортно из-за того, что Габсбурги находились у власти на его южных и восточных границах, и продвинулся в Нидерланды и Италию.

В 1525 году Карл V одержал выдающуюся победу в войне за гегемонию в Италии. Только что взяв город Милан, который был объектом постоянных боев и регулярно переходил из рук в руки, французская армия под личным командованием Франциска I двинулась на несколько километров южнее, чтобы осадить Павию.Там она потерпела поражение от армии наемников Карла V, французский король попал в плен и находился в плену в Милане почти год, прежде чем был окончательно заключен договор: Франция отказалась от Бургундии, два правителя планировали объединиться против турок, и было решено, что мир должен быть скреплен браком Франциска I с сестрой Карла Элеонорой.

Однако, как только Франциск был освобожден, он не желал признавать мир, который был ему навязан.Вместе с Миланом, Венецией и папой Клеменсом VII он основал «Священную коньячную лигу», чтобы противостоять чрезмерно мощному положению Габсбургов в Италии. Когда в мае 1527 года война оказалась слишком дорогой для Карла, чтобы платить его наемникам, они искали вознаграждение в другом месте и штурмовали Рим, убивая тысячи жителей города. Хотя в 1529 году война в Италии завершилась миром в пользу Карла V, последовало еще несколько войн. Только в 1559 году, при Фердинанде I, был достигнут более прочный мир.

Вражда Габсбургов с Францией, начавшаяся еще при Максимилиане I, долгое время была фактором, определявшим их политику в Западной Европе. На протяжении сотен лет их «кровная вражда» выливалась в непрекращающуюся драку за око. Даже сегодня сторонники Габсбургов обвиняют Францию ​​в том, что она действовала неправильно, неоднократно вступая в союз с турками и протестантами.

Император Священной Римской империи Франциск I

Франциск I (немецкий: Franz Stefan ; итальянский: Francesco Stefano ; английский: Francis Stephen ; 8 декабря 1708 — 18 августа 1765) был императором Священной Римской империи и великим герцогом Тосканы , хотя его жена эффективно исполняла реальные полномочия этих должностей.Вместе со своей женой Марией Терезией он был основателем династии Габсбургов-Лотарингии. С 1728 по 1737 год он был герцогом Лотарингии. В 1737 году Лотарингия перешла под управление Франции на условиях, вытекающих из войны за польское наследство. Франциск и Дом Лотарингии получили Великое герцогство Тосканское по мирному договору, положившему конец той войне. После вступления на престол Священной Римской империи возвращение наследственного герцогства Лотарингии номинально перешло к его брату принцу Чарльзу Александру Лотарингскому (который, однако, управлял Австрийскими Нидерландами), пока правопреемство в рамках союзов производных домов не привело к аннексии Лотарингии. во Францию ​​в 1766 г.

15-летний Фрэнсис в охотничьем костюме.

Франциск родился в Нанси, Лотарингия (сейчас во Франции). Он был связан с Габсбургами через свою бабушку Элеонору, дочь императора Фердинанда III и жену Карла Леопольда Лотарингского, его деда. Он был очень близок со своими братом и сестрой Анной Шарлоттой.

Император Карл VI благосклонно относился к семье, которая, помимо того, что была его двоюродной сестрой, с отличием служила дому Австрии. Он планировал выдать свою дочь Марию Терезию замуж за старшего брата Франциска Леопольда Клемента. После смерти Леопольда Клемента Чарльз усыновил младшего брата своим будущим зятем. Франциск воспитывался в Вене с Марией Терезией с пониманием того, что они должны пожениться, и между ними возникла настоящая привязанность.

В возрасте 15 лет, когда его привезли в Вену, он был основан в Силезском герцогстве Тешен, которое было передано его отцу императором в 1722 году.Фрэнсис Стефан Лотарингский сменил своего отца на посту герцога Лотарингии в 1729 году. В 1731 году он был посвящен в масонство (Великая ложа Англии) в специально созванной ложе в Гааге в доме британского посла Филипа Стэнхоупа, 4-го графа Честерфилда. . Во время последующего визита в Англию Фрэнсис стал мастером масона в другой специально созванной ложе в Хоутон-Холле, Норфолкском поместье британского премьер-министра Роберта Уолпола.

Мария Тереза ​​устроила Франциску, чтобы он стал «лордом-лейтенантом» ( местоблюстителем ) Венгрии в 1732 году. Он не был в восторге от этой позиции, но Мария хотела, чтобы он был ближе к ней. В июне 1732 года он согласился отправиться в Прессбург.

Когда в 1733 году разразилась война за польское наследство, Франция использовала ее как возможность захватить Лотарингию, поскольку премьер-министр Франции кардинал Флери был обеспокоен тем, что, будучи владением Габсбургов, она слишком приблизит австрийскую власть к Франции.

Предварительный мир был заключен в октябре 1735 года и ратифицирован в Венском договоре в ноябре 1738 года.По его условиям Станислав I, тесть короля Людовика XV и проигравший претендент на польский престол, получил Лотарингию, а Франциск в качестве компенсации за свою потерю стал наследником Великого герцогства Тосканского. который он унаследует в 1737 году.

Хотя боевые действия прекратились после предварительного мира, окончательное мирное урегулирование пришлось ждать до смерти последнего великого герцога Медичи Джан Гастоне в 1737 году, чтобы территориальные обмены, предусмотренные мирным соглашением, вступили в силу.

В марте 1736 года император убедил Франциска, своего будущего зятя, тайно обменять Лотарингию на Великое герцогство Тосканское. Франция потребовала, чтобы жених Марии Терезии отказался от своего наследственного герцогства Лотарингия, чтобы приспособиться к свергнутому королю Польши. Император рассмотрел другие возможности (например, выдать ее замуж за будущего Карла III Испании), прежде чем объявить о помолвке пары. Если что-то пойдет не так, Франциск станет губернатором Австрийских Нидерландов.

Елизавета Пармская также хотела Великое герцогство Тосканское для своего сына Карла III Испанского; Джан Гастоне Медичи был бездетным и был связан с Елизаветой через ее прабабушку Маргариту Медичи. В результате сын Элизабет мог претендовать на право быть потомком Маргариты.

31 января 1736 года Франциск согласился жениться на Марии Терезии. Он трижды колебался (и отложил перо, прежде чем расписаться). Особенно его мать Элизабет Шарлотта Орлеанская и его брат принц Чарльз Александр Лотарингский были против потери Лотарингии. 1 февраля Мария Терезия отправила Франциску письмо: она откажется от своего будущего правления, когда появится преемник ее отца мужского пола.

Брак

Они поженились 12 февраля в августинской церкви в Вене. Свадьба состоялась 14 февраля 1736 года. (Тайный) договор между императором и Франциском был подписан 4 мая 1736 года. В январе 1737 года испанские войска ушли из Тосканы, и их заменили 6000 австрийцев. 24 января 1737 года Франциск получил Тоскану от своего тестя, До этого Мария Терезия была герцогиней Лотарингии.

Джан Гастоне Медичи, умерший 9 июля 1737 года, был троюродным братом Франциска. В июне 1737 года Франциск снова отправился в Венгрию, чтобы сражаться с турками. В октябре 1738 года он вернулся в Вену. 17 декабря 1738 года пара отправилась на юг в сопровождении его брата Чарльза, чтобы посетить Флоренцию на три месяца. Они прибыли 20 января 1739 года. В 1744 году брат Франциска Карл женился на младшей сестре Марии Терезии, эрцгерцогине Марии Анне Австрийской (1718–1744). В 1744 году Карл стал губернатором Австрийских Нидерландов и занимал этот пост до своей смерти в 1780 году.

Правление Франциска I

Мария Терезия обеспечила в Фюссенском договоре его избрание в состав Империи 13 сентября 1745 года, в наследство от Карла VII, и она сделала его соправителем своих наследственных владений. Франциск был вполне доволен тем, что оставил власть своей способной жене. Он обладал природным запасом здравого смысла и блестящими деловыми способностями и был полезным помощником Марии Терезии в кропотливой работе по управлению сложными австрийскими владениями, но он не проявлял активности в политике.Однако его жена оставила его ответственным за финансовые дела, которыми он хорошо управлял до самой смерти. Имея большие долги и находясь на грани банкротства в конце семилетней войны, Австрийская империя находилась в лучшем финансовом состоянии, чем Франция или Англия в 1780-х годах. Он также проявлял большой интерес к естественным наукам. Он был членом масонов.

Франциск был настоящим аферистом и был известен своими многочисленными нескромными связями, особенно с Марией Вильгельминой, принцессой Ауэрспергской, которая была на тридцать лет моложе его.Это конкретное дело было отмечено в письмах и журналах посетителей двора и его детей.

Он внезапно скончался в своей карете, возвращаясь из оперы в Инсбруке 18 августа 1765 года. Он похоронен в гробнице № 55 в Императорском склепе в Вене. У Марии Терезии и Франциска I было шестнадцать детей — их младшей дочерью была будущая королева-супруга Франции Мария-Антуанетта (1755–1793). Ему официально наследовал его старший сын Иосиф II, хотя реальная власть оставалась за его женой.Другим сыном был император Леопольд II.

Герб Франциска I — императора Священной Римской империи 1745-1765

Титулы Франциска I

Франциск I милостью Божией избран императором Священной Римской империи, навеки Августом, королем Германии и Иерусалима, эрцгерцогом Австрии, герцогом Лотарингии, Бара и великим герцогом Тосканы, герцогом Калабрии, в Силезии Тешеном, князем из Шарлевиля, маркграф Пон-а-Муссон и Номени, граф Прованса, Водемона, Бламона, Зютфена, Саарвердена, Зальма, Фалькенштейна и т. д.и т.д.

+

Франциск I — Сайт изучения истории

Франциск I был королем Франции с 1515 по 1547 год. Франциск построил здание на основе работы Людовика XI и подготовил почву для столкновения между монархией и дворянством во французских религиозных войнах.Во время правления Франциска I доминирует распространение абсолютной монархии, гуманизма и протестантизма

Франциск твердо верил в абсолютизм и активизировал политику трех предыдущих королей. Он был первым королем Франции, которого называли «Ваше Величество» — титул, ранее принадлежавший императору Священной Римской империи. Couseil du Roi (Королевский совет) специализировал свою деятельность и систематизировал свою работу. Сегодня он сосредоточился на финансах, на следующий день на правосудии и т. Д. Важные решения принимались Conseil des Affaires , который представлял собой небольшой внутренний круг вокруг короля.

Общий налог – taille – был увеличен для финансирования внешней политики Франции, и это было организовано канцлером Антуаном Дюпра . Должности и титулы были проданы, как и право назначить преемника купленной должности. Корона охотно занимала деньги. В 1522/23 г. была проведена полная реформа системы сбора и учета налогов, в результате которой финансовое управление было поставлено под пристальный надзор двух центральных чиновников: Tresorier de L’Epargne и Receveur des Party Casuelles .

В судебном отношении главным агентом королевской администрации был Великий совет — ответвление Королевского совета, — который координировал гражданское и уголовное правосудие. Эта политика Франциска привела к его столкновению с Парижским парламентом, который часто возражал против королевской политики, что, безусловно, ослабляло его статус одного из ведущих юридических органов Франции. Франциск обуздал парламент только в 1526 году.

Провинциальные парламенты и непосредственно подчиненные им королевские суды были реформированы, чтобы их персонал был более ответственным перед центральной властью и реагировал соответствующим образом на центральную власть, а не действовал как избранные на местном уровне магнаты.

Реформа и кодификация закона продолжались. В 1539 году Ordnance de Villers-Cotterets приказал, чтобы все юридические документы были на французском языке, и утверждал, что все королевские суды выше церковных. Это было расширение королевской власти за счет церкви. Франциск расширил королевскую власть за счет дворянства, присоединив к монархии последние большие полунезависимые вотчины: земли герцога Бурбона с 1523 года; земли Аленса были конфискованы в 1525 году; те из Альбре в результате брака сестры Франциска Маргариты с Генрихом II Д’Альбре, королем Наварры в 1527 году; те из Бургундии в 1529 году и Бретани в 1532 году по королевскому указу.

Болонский конкордат 1516 года с Папой Львом X дал Франциску право назначать около 600 главных церковных должностей во Франции. Парижский парламент признал это право только в марте 1518 года, поскольку они признали огромную власть, которую это даст королю, и потому, что многие были обеспокоены тем, что папа не назначал должностных лиц, поскольку это было религиозным вопросом. Конкордат также дал людям право обращаться к Риму по юридическим вопросам, и это привело бы к ослаблению власти Парижского парламента, и дружественный французский король и дружественный папа не противоречили бы друг другу по юридическим вопросам только потому, что Parlément не согласен с решением.

Реформация должна была прийти во Францию ​​чисто по географическим причинам, но гонения на протестантов в этой католической стране начались не сразу. Франциск поощрял распространение гуманизма — его сестра покровительствовала Лефевру Д’Этаплею — и многие бедные священники во Франции (а их было немало) называли себя лютеранами.

В апреле 1521 года Парижский университет осудил Лютера, а парламент начал обвинять гуманистов в еретиках. Поскольку оба эти института противостояли росту абсолютизма, Франциск делал все возможное, чтобы воспрепятствовать их преследованию: если он мог подорвать авторитет этих двух институтов, то он мог продвигать свое дело за их счет.

Франциск также был союзником некоторых северогерманских князей, сражавшихся с императором Священной Римской империи, но при этом был католиком. Он бросил вызов Карлу V за титул императора, но проиграл. Была ли это его месть? Или он думал, что могущественный император представляет прямую угрозу для самой Франции, тем более что имело место явное столкновение личностей. По мере того, как протестанты во Франции становились все более враждебными, Франциск становился все более враждебным по отношению к ним… но обратите внимание, что это происходило из-за его убеждения, что его авторитету не следует бросать вызов, поэтому, когда протестанты стали более активными и радикальными, Франциску пришлось действовать, но это действительно соответствовало его убеждению тогда, что он должен улучшить свое католическое положение в стране. Когда в 1534 году произошли дела с плакатами, он принял меры, но это произошло потому, что Франциск увидел в этом угрозу своей жизни, а не религиозный вопрос, хотя это действительно позволило воссоединиться с королем, парламентом и Сорбоной. Все трое действовали как единое целое, чтобы ввести политику жестоких репрессий. Важную роль в этом сыграл кардинал де Турнон. Список запрещенных книг опубликовала Сорбонна; деревни, связанные с протестантизмом, были разрушены; Только в Провансе было убито 3000 человек, а в Мо в 1546 году казнены 14 протестантов.

Чтобы ответить на этот вопрос, вам нужно четко понимать, что такое абсолютизм. Историки до сих пор спорят по этому поводу и о том, был ли Франциск абсолютным монархом или нет.

Анри Пренту считает, что Франциск должен был править с дворянством в форме договора, который ни один не нарушал другого. Дж. Рассел Мейджор утверждал, что правление Франциска было основано на консультациях и популярности. Г. Пажес в «Монархии и старом режиме во Франции» утверждает, что Франциск был первым монархом во Франции, получившим абсолютную власть. Некоторые вопросы указывают на то, что Франциск не боялся расстроить могущественные институты и что он делал то, что считал правильным для Франции и, следовательно, для себя.

Конкордат идеально подходил для Франциска и его погони за Неаполем, а также был приемлем для Льва X в Риме, который нуждался во французской поддержке по династическим причинам. Парламент, Сорбонна и церковь ненавидели его, но все они приняли его после грубого запугивания. Дяде короля, Рене Савойскому, было приказано присутствовать на всех заседаниях парламента, несмотря на все их протесты, и Франциск пригрозил изгнать самых ярых противников и заменить их «достойными людьми» (мужчинами по его выбору !!).Несмотря на эту угрозу, парламент сначала не зарегистрировал Конкордат, и, как говорят, Франциск впал в «припадок ярости». Он угрожал создать конкурирующий парламент в Пуатье и вести с ним дела. Этого было достаточно, чтобы парламент зарегистрировал Конкордат, хотя он сделал это на латыни, что было признаком того, что он сделал это под принуждением.

Во время войн Габсбургов и Валуа Франциск был схвачен и заключен в тюрьму. Пережила ли его сила его время в тюрьме? ДА. Луиза Савойская стала регентом, и парламент представил ей широкий спектр жалоб (увещаний), которые, как она утверждала, «почитают Бога» и «очень полезны и необходимы для благополучия короля и государства».Дальше она ничего не делала. Она назначила Антуана Дюпра архиепископом Санса и аббатом Сен-Бенуа-сюр-Луар, поскольку имела на это право в соответствии с условиями Конкордата и в своем положении регента. Когда Франциск вернулся из тюрьмы, он напал на парламент:

, запрещающий ему вмешиваться в дела государства, запрещающий ему изменять королевское законодательство, запрещающий ему рассматривать судебные иски в отношении церковных назначений, заставляющий его ежегодно добиваться подтверждения своих полномочий.

Франциск отказался предоставить парламенту его традиционное право на ответ (июль 1527 г.).

Франциск почти наверняка определял курс внешней политики со своим внутренним советом. Отказ от Мадридского договора был принят этой небольшой группой за месяц до встречи дворян в Дижоне в июне 1526 года. Решение было одобрено королем. Когда-то считалось, что лояльность знати к Франциску склонила его веру в сторону отказа, но сейчас это не принято. Решение принимал только король, и он не спрашивал дворянского мнения… см. статью Анри Хаузера под названием «Мадридский договор».Фактически, после того, как дворяне Бургундии присягнули на верность, другие дворяне использовали точно такие же фразы в своих речах……..как будто их речи были написаны для них!!

Франциск никогда не созывал собрания Генеральных штатов, главного представительного органа во Франции. Очевидно, он никогда не чувствовал в этом необходимости, считая его слабым и потенциально опасным. Ходили разговоры о его встрече в 1525 году во время его плена, но от этой идеи отказались. Фактически, в следующий раз он собрался в 1560 году. Ближайшая Франция к созданию Генеральных штатов во время правления Франциска пришлась на 1527 год, когда было созвано Собрание знати. Однако, как следует из названия, это едва ли был представительный орган, хотя в него входили церковники и представители провинциальных парламентов. Собрание было созвано, чтобы собрать 2 миллиона золотых крон для выплаты выкупа за двух сыновей короля, находящихся в плену в Испании. Фрэнсису не нужно было призывать эту группу — он просто должен был «почтить» их. Дворяне дали Франциску все, что он просил, то есть деньги и заявление о признании Мадридского договора недействительным.

С беспорядками, вызванными чрезмерными налогами, удалось быстро справиться.В 1542 году население западной Франции взбунтовалось из-за габели — налога на соль. Было вызвано ополчение Пуату, но даже это не смогло остановить 10 000 хорошо экипированных повстанцев. Франциск лично вмешался и судил в Ла-Рошели. Он угрожал повстанцам, но простил их. Было ли это признаком слабости или хитрой дипломатии?

В королевский дом в Руане было доставлено большое количество соли, что позволило расплатиться с некоторыми кредиторами короля. Франциск находился в состоянии войны с Карлом V, и отвлечение ресурсов могло иметь катастрофические последствия.сокрушительное поражение повстанцев могло «закупорить» проблемы на будущее. В нынешнем виде король оказался рассудительным, но справедливым. В этом случае он победил людей. разве абсолютизм должен включать только сокрушение тех, кто вам противостоит? Допускает ли это убеждение более сочувственный подход?

Налог на соль не отменили, а отложили на будущее. В 1544 году он был распространен на большую часть королевства, что спровоцировало серьезные восстания в Сентонже. В 1546 году габель была отдана на откуп на 10 лет лицам, которые заплатили королю денежную сумму в обмен на сбор налога и сохранение прибыли.У этих людей была причина собирать налог гораздо эффективнее, чем у короля, поскольку у них был финансовый стимул для этого. С беспорядками 1548 года жестоко расправился Генрих II, сын Франциска.

Насколько эффективно было царское правление на местах? Распространялась ли центральная власть на провинции? Провинциальные парламенты имели большое влияние в провинциях и утверждали, что поддерживают и защищают местные привилегии и права. Они выступали против назначения «царских» людей, посланных в регионы, поскольку это явно подрывало авторитет этих парламентов.Однако с непрофессиональным поведением этих парламентов жестоко расправились, что и пришлось испытать Руану. В 1540 году провинциальный парламент города был закрыт, и ему было разрешено снова собраться только тогда, когда король сказал, что это возможно.

Франциск учредил передвижные королевские суды (Grand Jours) для соблюдения королевского закона, но об их приближении обычно было известно, и правонарушители бежали в сельскую местность, где они были свободны от судебного преследования. В 1541 году парламент Руана был вновь открыт, но король через своих людей очень внимательно следил за его деятельностью.

Подчинены были и губернские представительные органы (pay d’etats). Их функция заключалась в том, чтобы давать деньги, когда они нужны королю.

Система, которую использовал Франциск, не была новой, но она была настолько эффективной, насколько это возможно в такой большой стране, как Франция, где связь была плохой, а путешествие могло занять много времени. Но систему мог поддерживать только молодой король, которого уважали, хотя и не обязательно любили. Генрих II должен был походить на своего отца — его боялись и уважали.Дворянство потеряло много власти под властью Франциска и Генриха. Когда Генрих был убит в 1559 году, его смерть открыла дворянству путь к восстановлению своего прежнего положения. Если бы Франциск не усилил свою власть, почувствовала бы дворянство необходимость сделать то, что они сделали после смерти Генриха II? Если при Франциске у них была относительно бесплатная поездка, и их власть не была ограничена, то почему они восстали против монархии после смерти Генриха II? Если бы их власть не была обуздана, зачем восставать? Предположительно, они должны были чувствовать, что их власть была подорвана как при Франциске, так и при его сыне.

Могилы Франциска I Французского и Клода де Франса в Сен-Дени

Франциск I, король Франции с 1515 по 1547 год, и его первая жена Клод де Франс. Первый король династии Валуа-Ангулм.

Гробница Франциска I, его жены Клод де Франс и троих их детей была построена в 1558 году, примерно через десять лет после смерти короля.

Желание Генриха II, сына покойного короля и того, кто заказал гробницу, состояло в том, чтобы сохранить память о рыцаре-короле и командующем вооруженными силами, воздав хвалу знаменитому F , где он был победа в возрасте 20 лет.Поражает высочайшая документальная точность барельефа, изображающего битву 1515 года, которая произошла под Миланом. В нем подробно описаны несколько эпизодов: приготовления, переход через Альпы и противостояние двух армий. Во главе французской армии и немецких наемников Франциск I в образе рыцаря на коне, узнаваемый по монограмме F на седле его лошади , рядом с ним Байяр, рыцарь, противостоящий коалиции, состоящей из итальянцев, папских войск и швейцарские войска.

Франциск I Французский: Фрагмент барельефа

Барельеф, изображающий битву 1515 года. Фрагмент изображает Франциска I Французского в образе рыцаря. Его можно узнать по монограмме F на седле его лошади. . Этот раздел расположен на передней части памятника. П. Лематр CMN.

Внутри гробницы королевская чета изображена в натуральную величину с поразительным реализмом. Франциск I Французский был ростом почти два метра. На верхнем ярусе коленопреклоненных государей сопровождают трое их детей.Они выражают надежду на Воскресение, но также и семейный характер мавзолея.

Урна

Сердце и внутренности короля были захоронены в аббатстве От-Брюйр близ Рамбуйе. Практика потрошения сохранилась до XVI века, продолжая древнюю практику помещения сердца и внутренностей в погребальные урны. Урна, вырезанная Пьером Бонтаном, которая сейчас находится в базилике, прославляет Франциска I Французского как покровителя и защитника искусств.Картуши, образующие украшение, изображают архитектуру, геометрию, скульптуру и живопись. Также можно найти герб короля, саламандру, символ мужества и вечности.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.