Царь руси олег: Олег II. Русь богатырская. Героический век

Содержание

Олег II. Русь богатырская. Героический век

Олег II

Как уже сказано, после Олега Вещего правил, очевидно, «второй» Олег, который в устных преданиях слился с первым; не исключено, что он был сыном первого. Документально правление «второго» Олега подтверждается составленным в середине X века «хазарским письмом», повествующим о событиях конца 930 — начала 940-х годов. В письме речь идет о тогдашнем правителе Хазарского каганата Иосифе, византийском императоре Романе I Лакапине (919–944) и «царе Руси» Хлгу (Олеге). Цитирую новейший перевод фрагмента этого письма, принадлежащий А. П. Новосельцеву: «…во дни царя Иосифа …злодей Романус послал большие дары Хлгу, царю Руси, подстрекнув его совершить злое дело. И пришел тот ночью к городу Смкрии (позднее Тмутаракань — Тамань. — В. К.) и захватил его обманным путем… И стало это известно Булшци (по-видимому, высокий хазарский титул. — В. К.) он же Песах хмкр (иранский или, вероятнее, хорезмийский титул. — В. К.

), и пошел тот в гневе на города Романуса (имеются в виду византийские города в Крыму. — В. К.) и перебил всех от мужчин до женщин… И пошел он оттуда на Хлгу и воевал с ним четыре месяца, и Бог подчинил его Песаху… Тогда сказал Хлгу, что Романус побудил меня сделать это. И сказал ему Песах: если это так, то иди войной на Романуса, как ты воевал со мной, и тогда я оставлю тебя в покое. Если же нет, то умру или буду жить, пока не отомщу за себя. И пошел тот и делал так против своей воли и воевал против Константинополя на море четыре месяца. И пали там его мужи, так как македоняне (в Византии правила тогда Македонская династия. — В. К.) победили его огнем (имеется в виду горючая смесь — „греческий огонь“, не гаснувшая даже на воде; состав ее не вполне выяснен и сегодня. — В. К.). И бежал он, и устыдился возвращаться в свою землю и пошел морем в Прс (Персию. — В. К.) и пал там он сам и войско его. И так попали русы под власть хазар»[65].

Русское государство в начале X в. При Олеге Вещем не только создалось единое русское государство, простирающееся от Ладоги до Киева: это государство выступило как полноправный участник, «субъект» исторического бытия громадного евразийского региона, в котором действовали три мощных империи — Византия, Хазарский каганат и Арабский халифат

Как мы еще увидим, рассказ о судьбе Хлгу-Олега с того момента, как он отправился на Константинополь, целиком и полностью достоверен (кроме одной детали: Олег, очевидно, пошел в Персию — точнее, в подчиненную тогда Ирану южную часть нынешнего Азербайджана, — опять-таки не без диктата хазар, поскольку речь шла о походе на враждебных Каганату мусульман).

Все сказанное в «хазарском письме» подтверждают современные (или близко отстоящие от события) византийские, западноевропейские и арабские источники, хотя правитель Руси в некоторых из этих источников зовется «Игорем» (почему это так — еще будет выяснено), а в арабских вообще безымянен. Правда, А. П. Новосельцев не так давно заново исследовал сочинение арабского хрониста Масуди, писавшего как раз в начале 940-х годов о «царе славян»[66] по имени «ал-Олванг» (это близко к «Олег»), — притом о нем говорится как о

современнике хрониста: «…царь ал-Олванг, у которого много владений, обширные строения, большое войско и обильное военное снаряжение. Он воюет с Румом»[67], — то есть с Византийской империей. Между тем, как уже говорилось, нет никаких достоверных сведений о войне с Византией во времена Олега Вещего. И если «Олванг» — Олег, то речь шла именно о «втором» Олеге.

Битва русов с хазарами. «Пришел Хлгу, царю Руси ночью к городу Смкрии (Тмутаракань) и захватил его обманным путем…»

В «хазарском письме» может вызвать недоумение тот факт, что полководец Песах стремится не сокрушить до конца Хлгу-Олега, а заставить его воевать с Византией. Но для нападения на Константинополь нужен был морской поход, а флота, кроме русского (о чем уже упомянуто), не имелось. С другой стороны, Каганат преследовал цель ослабить одновременно и Византию, и Русь, ввергнув их в противоборство.

Сказанному выше о «втором» Олеге, правившем после смерти Олега Вещего и до 941 года, вроде бы решительно противоречит тот факт, что и в русской летописи, и в «Истории» византийца Льва Диакона, и в хронике епископа Кремонского Лиутпранда предводителем похода Руси на Константинополь в 941 году назван Игорь.

Однако при внимательном анализе всех источников это противоречие разрешается. Поход Руси 941 года был тщательно исследован в работах историка Н. Я. Полового[68] И выяснилось, что русское войско, подойдя 11 июня 941 года на многочисленных ладьях[69] к Босфорскому проливу, разделилось на две неравные части. Небольшой отряд воинов — мы бы его назвали теперь десантом — рванулся вперед, высадился на берег и стал громить предместья Константинополя, между тем как на основную массу русского флота неожиданно напали византийские корабли, обрушив на него «греческий огонь». Это произвело на наблюдавших с берега морской бой «десантников» ошеломляющее впечатление. Видя, как загораются одна за другой русские ладьи, они решили, что флот погиб, борьба бессмысленна, и с наступлением ночи отправились под покровом темноты на своих немногих ладьях в обратный путь — в Киев. Вернувшись домой, они, сообщает летопись, поведали: «Якоже молонья, — рече, — иже на небесех, грьци имуть у собе, и се пущающе же жачаху нас, сего ради не одолехом им», — то есть: «Будто молнию небесную имеют у себя греки и, пуская ее, пожгли нас; оттого и не одолели их».

Строят ладьи. Н. Рерих, 1903 г. Хазарам для нападения на Константинополь нужен был морской поход, а флота, кроме русского, не имелось

Однако, как убедительно показал Н. Я. Половой, основная часть флота, потерпев жестокий урон от «греческого огня», отнюдь не погибла, а двинулась на восток (путь на север, в Киев, преграждал византийский флот), к берегам малоазийских провинций Византии и воевала там свыше трех месяцев.

Воссоздав этот ход событий на основе анализа всех имеющихся источников, кроме хазарского, Н. Я. Половой обратился затем к последнему, и стало ясно, что «хазарское письмо» нисколько не противоречит остальным источникам, а только дополняет их: согласно ему, флот воевал с византийцами «на море четыре месяца», а затем отправился не на Русь, а дальше на восток — через территории Каганата в города враждебных хазарам прикаспийских мусульман, — о чем сообщает и ряд арабских источников.

Так, тогдашний правитель города Бердаа (ныне — Барда в Азербайджане, в ста километрах от границы с Ираном) иранец Марзбан ибн Мухаммед, рассказал своему современнику — арабскому хронисту: «И вступили мы в битву с русами.

И сражались мы с ними хорошо и перебили из них много народа, в том числе их предводителя», — то есть, без сомнения, Олега, — уцелевшие же русы «ушли к Куре (реке) и сели на свои суда и удалились»[70]. Это произошло в конце 943 — начале 944 года. Стоит отметить, что, согласно Новгородской летописи, смерть постигла Олега «идущю за море», хотя и не сказано за Черное море, — куда русские во время составления летописей уже не «ходили».

Применение греческого огня. Миниатюра из средневековой рукописи

Н. Я. Половой видит в том Олеге, о котором рассказывает «хазарское письмо», не Олега Вещего, а именно другого, «второго» Олега. Вместе с тем Н. Я. Половой как бы не решился преодолеть до конца инерцию «общепринятой» версии. Сказав о том, что Игорь и Олег — «два известные нам вождя похода 941 года»[71], он утверждал, что Олег был «в полном подчинении у Игоря» (с. 102). Но с этим едва ли согласуется твердо установленный самим же Н. Я. Половым факт: в то время как русский флот в целом — сотни или даже тысячи ладей — находился под командой Олега, Игорь возглавил небольшой десант, высадившийся на берег у стен Константинополя, а затем, по сообщению Льва Диакона[72] всего лишь на десятке ладей пробравшийся в ночной темноте на север, к Руси.

Н. Я. Половой считает, что именно в этом малом десантном отряде находилось «руководство похода, состоявшее из князя Игоря и его окружения» (с. 92). Но это едва ли хоть сколько-нибудь достоверное предположение.

Хазары, без сомнения, гораздо лучше знали положение на Руси, чем византийцы (не говоря уже о посещавшем Константинополь Лиутпранде Кремонском), а в «хазарском письме» именно Олег, а не Игорь назван «

царем Руси». Разумеется, мне могут возразить, что вот, мол, и русская летопись ставит во главе похода 941 года не Олега, а Игоря. Но, как уже было показано, в летописи здесь вполне объяснимое противоречие. Предания донесли до ее составителя сведения о том, что правитель по имени Олег предпринимал поход на Царьград, однако, поскольку в тех же преданиях «второй» Олег слился в единый образ с Олегом Вещим, поход этот был «перенесен» (с деталями, взятыми из византийских сообщений как раз о походе 941 года!) в 907 год, когда противоборство Руси с Византией вообще не имело места (о чем подробно говорилось выше), а предводителем похода 941 года летопись объявила Игоря.

«Кембриджский документ». Анонимное еврейско-хазарское письмо середины X в.

Замена Олега Игорем в рассказе о походе 941 года в византийском и западноевропейском источниках обусловлена, очевидно, тем, что Олег «исчез» после похода, а Игорь стал правителем Руси и вел последующие переговоры с Константинополем. Необходимо отметить, что западноевропейский и византийский источники, в которых предводитель похода 941 года именуется Игорем, — весьма поздние источники: Лиутпранд Кремонский получил сведения об этом походе Руси лишь в 949 или даже в 968 году, а Лев Диакон писал о нем еще позже — в 980-е годы.

Стоит обратить внимание на тот факт, что в ряде летописей Игорь называется племянником Олега — разумеется, Олега Вещего (поскольку о другом Олеге и не идет речи). Однако это почти так же неправдоподобно с «хронологической» точки зрения, как и объявление Игоря сыном Рюрика. Гораздо вероятнее, что Игорь был племянником «второго» Олега и в результате исчезновения последнего оказался на его месте в качестве правителя Руси; тем самым на него как бы перешла и вся «ответственность» за поход на Царьград, и после поражения именно он заключал в 944 году мирный договор с Византией.

Этот договор, по определению исследователя русско-византийских отношений, был, между прочим, «менее выгоден для русских, чем договор 911 года (заключенный Олегом Вещим. — В. К.)… Русь была вынуждена отказаться от некоторых прежних преимуществ… и взять на себя ряд новых обязательств по отношению к Византии»[73], — что было как бы «наказанием» за атаку на Константинополь в 941 году.

Игорь явно был тогда еще весьма молодым человеком; дело в том, что в тексте договора 944 года упомянуты послы от двух племянников Игоря и единственного его собственного ребенка — Святослава; если бы у Игоря имелись другие дети, послы были бы, несомненно, назначены и от них.

Поход князя Олега на Царьград 941 г. Миниатюра из Радзивилловской летописи

О том, что Игорь начал править Русью отнюдь не в 913 году (как утверждается в летописи), ясно говорит, помимо прочего, следующее. В летописях не раз упоминается выдающийся воевода Свенельд, который служил Игорю с самого начала его правления, затем служит Ольге и Святославу и, наконец, старшему сыну последнего, Ярополку, — до 977 года. И если бы Игорь действительно правил с 913 года, «воеводство» Свенельда длилось бы почти 65 лет! В действительности Свенельд стал воеводой Игоря накануне гибели последнего, в 940-х годах.

Существует весьма убедительная версия, выдвинутая в упомянутых выше исследованиях Н. Я. Полового и поддержанная М. И. Артамоновым[74] согласно которой Свенельд участвовал в походе на Царьград Олега («второго»), отправился с ним в Персию, а после гибели Олега у города Бердаа возглавил уцелевшую часть войска и возвратился в Киев, где стал воеводой Игоря. Дело в том, что среди пятидесяти лиц, подписавших русский договор с Византией в 944 году (вероятно, летом), Свенельд не значится; он, по-видимому, возвратился из Закавказья в Киев лишь в конце этого года.

Изложенные выше «нестандартные» представления (прежде всего о «втором» Олеге, который и возглавлял поход на Царьград в 941 году), вроде бы не находящие никаких подтверждений в русских летописях, могут по этой причине быть восприняты с решительным сопротивлением — и как «дискредитация» летописей, и как «произвольный» домысел… Однако в Архангелогородском летописце, сохранившем (это общепризнанно) целый ряд достоверных древнейших сведений, сообщается именно о таком положении дела:

«Иде Олг на Греки… и приидоша ко Царюграду… — сказано здесь.  — Бысть же тогда царь Роман (правил с 919–944 гг. — В. К.) и посла(л) патрекея Феофана (именно патрикий Феофан командовал в 941 году византийским флотом! — В. К.) с воины на русь; огненым строением пожже корабля руския, и возвратишася русь восвояси без успеха; потом же… на третье лето (то есть именно в 944 году! — В. К.) приидоша в Киев»[75].

Роман I Лакапин (919–944). Византийская монета середины X в.

В этом тексте все вполне точно, — в частности, в нем не говорится, что «на третье лето» вернулся в Киев и сам Олег; вернулась только часть войска, а Олег погиб в Закавказье, «за морем», и в этом же летописце чуть ниже сообщено: «Сей же Олг… умре… егда иде от Царягорода, перешед море» (там же), — что полностью совпадает с «хазарским письмом»!

Таким образом, первоначально в летописи именно Олег возглавлял поход 941 года и затем погиб «за морем», но позднее он был почти во всех летописях «заменен» Игорем, поскольку этого требовала вымышленная версия о единстве династии (Рюрик — Игорь — Святослав).

Впрочем, может возникнуть и такое соображение: почему бы не полагать, что Олег, действовавший в 941 году, — это все-таки тот же Олег Вещий; ведь, как известно, ранние даты в летописи нередко ошибочны, и, может быть, Олег Вещий умер не в 912-м (как в летописи), а в начале 940-х годов? Однако Олег, бывший взрослым человеком еще при Рюрике, родился, по-видимому, в середине IX века, а продолжительность жизни в те времена была сравнительно небольшой. Так, из всех русских князей XI — середины XIII века, даты рождения и смерти которых точно известны, только один — Владимир Мономах — перешел через семидесятилетний рубеж (он умер 71 или 72-х лет). Но еще показательнее другое: в возрасте 64-х лет Мономах написал свое великолепное «Поученье», где не раз говорит о себе как о своего рода «долгожителе» и воздает хвалу Богу, «иже мя сих днев грешного допровади». И в самом деле: нам неизвестен (если исходить из достоверных дат) ни один князь этого времени, доживший до шестидесятичетырехлетнего возраста! И Олег Вещий, безусловно, никак не мог дожить до 941 года…

Читателям может показаться, что доказательствам существования «второго» Олега я уделил чрезмерно много внимания и места. Разве столь уж важно, скажут мне, что после смерти Олега Вещего Русью правил не Игорь, а некий «второй» Олег, о котором ко времени составления летописи вроде бы совсем «забыли»?

Взятие города Бердаа во время похода русских на Каспийское море в 943–944 гг. Художник Кочергин Н. М. Пропуская русских удальцов на Каспий, хазары без затраты собственных сил наносили мусульманам Закавказья весьма серьезные удары и, не пошевелив даже пальцем, присваивали к тому же половину добычи

Чтобы ответить на этот вопрос, следует прежде всего обратить внимание на более существенную «забывчивость» летописи: в ней нет ни слова о том, что поход «второго» Олега на Константинополь был совершен под диктатом Хазарского каганата, — как и последующий его поход в Персию, где этот Олег — в сущности, бесславно — погиб. Не упоминается в летописи и состоявшийся ранее поход Руси в те же прикаспийские земли, имевший место между 912 и 917 годом[76](точная дата не установлена), — то есть, по-видимому, в начале правления того же — «второго» — Олега.

Приведу фрагменты из сочинения одного из виднейших арабских хронистов, Масуди, написанного в 943 году и повествующего о первом (в 910-х годах) походе Руси на Каспий. «Около 500 судов» из Руси, — сообщал Масуди, — приплыли по Черному морю к Керченскому проливу, где «находятся хорошо снаряженные люди хазарского царя. Их задача — оказывать сопротивление каждому, кто идет с этого (Черного) моря… Когда суда русов доплыли до хазарских войск, размещенных у входа в пролив, они снеслись с хазарским царем, прося разрешения пройти через его землю… и таким образом достичь Хазарского (Каспийского) моря… с условием, что они отдадут ему половину добычи, захваченной у народов, живущих у этого моря. Он разрешил им совершить это беззаконие… Суда русов разбрелись по морю и совершили нападения… Русы проливали кровь, делали что хотели с женщинами и детьми и захватывали имущество. Они рассылали отряды, которые грабили и жгли… тысячи мусульман были убиты… Русы пробыли на этом море много месяцев… Когда русы набрали добычи… они двинулись к устью Хазарской реки (Волги) и снеслись с хазарским царем, которому послали денег и добычи, как это было договорено между ними. Хазарский царь не имел морских судов, и его люди не умели обращаться с ними; не будь этого, мусульманам от него было бы больше бед (то есть русы выполняли ту задачу, которую хазары не могли выполнить сами. — В. К.). Ларисийцы (наемная хорезмийская гвардия Каганата. — В. К.) и другие мусульмане царства (Хазарского) узнали о том, что натворили русы и сказали царю: „Предоставь нам расправиться с этими людьми, которые напали на наших мусульманских братьев…“ Царь не мог им помешать, но послал предупредить русов, что мусульмане решили воевать с ними. Мусульмане собрали войско и спустились вниз по реке (Волге), ища встречи с ними… Битва между ними длилась три дня, и Аллах даровал победу мусульманам. Русы были преданы мечу, убиты и утоплены… Насколько можно было подсчитать, число тех, кого мусульмане убили на берегу Хазарской реки, было около 30 тыс.»[77].

Средневековая карта мира известного арабского хрониста ал-Масуди. Ал-Масуди писал о походе русов на Каспий: «Когда русы набрали добычи… Они двинулись к устью Хазарской реки (Волги) и снеслись с хазарским царем, которому послали денег и добычи, как это было договорено между ними»

Н.  Я. Половой справедливо писал об этом походе Руси, а также о позднейшем, состоявшемся и 943–944 годах (после похода на Константинополь), что эти «набеги Руси… помогали хазарам устоять не только против опасности с юга… но и укрепляли позиции хазар… в борьбе с Русью. Пропуская русских удальцов на Каспий, хазары без затраты собственных сил наносили мусульманам Закавказья весьма серьезные удары и, не пошевелив даже пальцем, присваивали к тому же половину добычи. Таким образом, русские, задачей которых являлась, несомненно, ликвидация Хазарского каганата (что и осуществил в 960-х годах Святослав. — В. К.), сами временно укрепляли это государство, нанося удары… врагам Хазарии»[78].

Что касается второго (943 года) похода Руси на Каспий, совершенно ясен диктат Хазарского каганата, заставившего Олега II сначала атаковать Константинополь, а затем — с остатками флота и войска — мусульманский город Бердаа в Закавказье. Более сложен вопрос о первом походе, хотя в сведениях Масуди очевидно вырисовывается коварнейшая «игра» хазарского царя. Вместе с тем едва ли русские приплыли к хазарской заставе в Керченском проливе без всякой предварительной договоренности и должны были еще (как считал Масуди) «снестись» с хазарским царем, находившимся в Итиле, — то есть на расстоянии около тысячи километров даже по прямой линии!

Стремена, удила, боевой топорик и сабля. Хазарский каганат

Поскольку никаких сведений о нападении Каганата на Русь в 910-х годах нет, естественно полагать, что хазары так или иначе «соблазнили» русских совершить этот поход на Каспий, обещая богатую добычу.

Размышления об этих походах Руси в Закавказье, а также о походе 941 года на Константинополь явились основой для резко отрицательной оценки Олега Вещего и Игоря в ряде широко известных ныне сочинений Л. Н. Гумилева, который еще в 1974 году утверждал, что «Олег Вещий в наследство Игорю… оставил не могучее государство, а зону влияния Хазарского каганата», сумевшего «подчинить себе русских князей до такой степени, что они превратились в его подручников и слуг, отдававших жизнь за чуждые им интересы… Летописец Нестор об этой странице истории умолчал»[79].

Но эта «страница истории» принадлежала Олегу II, а не Олегу Вещему и не Игорю (о самостоятельной политике Игоря еще пойдет речь), и не исключено, что «молчание» Нестора об этом, другом Олеге (и походах его времени) объясняется и нежеланием помнить о нем…

Существует своего рода историческая «закономерность», о которой нередко рассуждают в общетеоретическом плане, но очень редко стремятся увидеть ее проявление в конкретном движении истории: период высокого подъема страны подчас как бы без особых причин сменяется периодом глубокого спада. То ли страна «устает» от мощного напряжения своих сил, то ли успехи порождают и ней самодовольство, закрывающее глаза на опасности, но, во всяком случае, эта закономерность реальна и, в частности, проявилась в истории нашей страны за последние полвека, которые явно делятся (примерно пополам) на два весьма различных периода.

Подобная смена периодов подъема и спада, как представляется, произошла на Руси посередине (то есть в 910-е годы) отрезка времени с 880-х до 940-х годов. При Олеге Вещем имели место прочное объединение Северной и Южной Руси, твердое противостояние Хазарскому каганату и плодотворные взаимоотношения с Византийской империей. В 910-х — начале 940-х годов все это так или иначе нарушается. Многозначительно, что позже, под 947 годом, «Повесть временных лет» сообщает (даю текст в переводе Д. С. Лихачева): «Отправилась Ольга к Новгороду (вернее — к Невогороду-Ладоге. — В. К.) и установила… погосты… оброки и дани», — то есть, надо думать, возродила нарушенную связь с Северной Русью. Ранее, в 944 году, Игорь возобновил союз с Византией, начав тем самым и подготовку к борьбе с Хазарским каганатом (о чем — ниже).

Хазария в VIII–IX вв. Условные обозначения: 1 — границы леса с лесостепью; 2 — хазарские крепости и города VIII–IX вв.; 3 — русские города IX–X вв.; 4 — путь печенегов по южнорусским степям в конце IX в.; 5 — направления экспансии Хазарского каганата в VIII–IX вв.; 6 — столица Волжской Болгарии; 7 — расстояние от летней ставки кагана на реке В-р-шан до границ личного домена. Публикуется по книге Плетневой С. А. Хазары

Словом, Л. Н. Гумилев безосновательно «осудил» Олега Вещего и Игоря, достаточно высоко оцененных (особенно первый из них) в летописях; речь должна была идти о том, кто правил Русью в тридцатилетнем промежутке между 912 и 942 годом. Как уже сказано, Архангелогородский летописец сохранил своего рода реликт верного предания о том, что поход на Царьград в 941 году возглавлял Олег (понятно, не Вещий), который затем погиб, «перешед море» (я говорю «реликт» потому, что здесь же, в этом же самом летописце есть отрицающая приведенное сообщение, — внесенная, очевидно, позже, — «информация»: Игорь — сын Рюрика и начинает княжить еще в 913 году!).

Итак, занявшая три десятилетия «страница истории», о которой «умолчал» Нестор — время правления Олега II. Не следует понимать это в том смысле, что «спад» и ослабление Руси в 910 — начале 940-х годов были обусловлены прежде всего личностью нового правителя: закономерная смена периодов подъема и спада коренится в бытии страны в целом, а не в характере правителя; последний только наиболее очевидно воплощает в своих действиях (и бездействии) и подъемы, и спады. Олег II уже в начале своего правления поддался коварнейшему хазарскому плану похода Руси на Каспий; впоследствии его увлекла предложенная византийским императором Романом I акция по ограблению богатого хазарского Самкерца (в «хазарском письме» сообщается, кстати, что Песах «нашел добычу, которую Хлгу захватил в Смкриу»), а затем он напал и на Константинополь (хотя, как совершенно верно писал Л. Н. Гумилев, «русам абсолютно не из-за чего было воевать с греками»[80]) и, наконец, обрел гибель в далеком Бердаа.

Дань славян хазарам. Миниатюра из Радзивилловской летописи

Естественно полагать, что этот Олег не заботился и о единстве Северной и Южной Руси; летописные сведения о такой заботе относятся к времени Олега Вещего, который, возможно, и умер на севере, в Ладоге, где он создал первую на Руси каменную крепость, и, затем, — спустя треть века — к времени Ольги.

Уже после выхода в свет первого издания этой книги я ознакомился с фрагментом работы (опубликованной в 1995 году во французском журнале «Rеvuе des еtudes bуzаntinеs») К.  Цукермана — фрагментом, озаглавленным «Русь, Византия и Хазария в середине X века: проблемы хронологии». Это исследование в известной мере «перекликается» с данным разделом моей книги, — в частности, его автор во многом опирался на те же, что и я, предшествующие (но незаслуженно «подзабытые») скрупулезные разыскания Н. Я. Полового и В. М. Бейлиса.

В исследовании К. Цукермана убедительно доказано, что (цитирую) «Игорь правил три-четыре года… он вокняжился в 941 г., когда… его предшественник Олег навсегда покинул свою страну… Олегова Русь, вторгшаяся в „Персию“ после неудачного похода на Царьград, больше не вернулась в Киев» (выше я высказал предположение, что какая-то часть Олегова войска во главе со Свенельдом все же смогла вернуться в Киев).

Как сказано здесь же, «есть все основания считать, что Русь напала на Бердаа (между 943 и 945 гг. — В. К.) в союзе с хазарами», но «пока русские войска оккупировали Бердаа, киевский князь Игорь заключил летом 944 г. новый договор с Византией. Это хронологическое совпадение может поставить в тупик, если считать, что оба действия исходили из одной и той же власти. Трения между хазарами и Византией засвидетельствованы не только Письмом из Генизы (ок. 949 г.)[81], но и Константином Багрянородным… Каким же образом Русь могла стать союзником обеих держав одновременно?» Но на деле действовавшая по хазарской указке «Олегова Русь … не имела никакого отношения к Игоревой политике замирения с Византией» (цит. по: Славяне и их соседи. Вып. 6. М., 1996. С. 74, 76).

Оружие и доспехи славян IX–X вв. Реконструкция

Этот и ряд других выводов исследователя представляются совершенно верными и весьма важными. Вместе с тем К. Цукерман, внося ясность в «проблему хронологии» княжения Игоря, к сожалению, «затемнил» эту же проблему по отношению к Олегу, который оказался в его версии неправдоподобным «долгожителем».

Стремясь выйти из трудного положения, исследователь попросту предложил считать, что в 944 году «Олегу было … не меньше шестидесяти лет» (с.  77), — то есть он родился в начале 880-х годов. Однако при таком решении придется отрицать ту связь Олега с умершим до 880 года Рюриком, о которой есть вполне определенные летописные сведения, и, во-вторых, напрочь отвергнуть все летописные даты Олеговой смерти. К тому же сам К. Цукерман упоминает, что «летописи путаются в показаниях относительно места и обстоятельств смерти Олега» (с. 76), — чего, между прочим, нет в летописных сообщениях о других князьях. И вполне естественно прийти к выводу о существовании двух Олегов, первый из которых погиб в 912 (или 913), а второй — в 944 (или 945) году. Собственно говоря, исследование К. Цукермана прямо подводит к именно такому решению, и, очевидно, только своего рода историографическая «инерция» помешала автору принять это решение…

Но нельзя не отметить, что вскоре после выхода в свет первого издания этой книги было опубликовано исследование, в котором доказывается, что существовали два Олега — «Старший» («Вещий») и его сын, «Младший», причем — и это особенно существенно — исследователь опирался на иные факты и аргументы, чем я, — главным образом на сведения из скандинавского эпоса, — но пришел к тому же выводу. (См.: Алексеев С. «Вещий Священный» (Князь Олег Киевский) // Русское Средневековье. Международные отношения. 1998. Вып. 2. М., 1999. С. 4–24.

Змея кусает Вещего Олега. Гравюра Ф. А. Бруни, 1839 г.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Наследник вещего Олега: sergeytsvetkov — LiveJournal

Известия арабских писателей о «царе русов»

Третий герой событий 920–930-х гг. в Русской земле фигурирует сразу в нескольких источниках. Несмотря на это, он все еще не признан действующим лицом русской истории. Однако ему давно пора выйти из тени.

Впервые он предстает перед нами безымянным — в записках багдадского дипломата и путешественника Ибн Фадлана, посетившего в 921 – 922 гг. Волжскую Булгарию, где ему представился случай лично побеседовать с купцами-русами. От них он узнал, что где-то по соседству с Волжской Булгарией правил «царь русов», сидевший в «высоком замке».

В исторической реальности Х в. ближайший к Волжской Булгарии «царь русов» находился в Киеве. Об этом имеется свидетельство другого арабского путешественника Ибн Хаукаля: «Русы. Их три группы. Одна группа их, ближайшая к Булгару, и царь их сидит в городе, называемом Куйаба…» Ибн Хаукаль работал над своей «Книгой путей и стран» в 950 – 970-х гг., но, как установлено, его известие о русах восходит к сочинению багдадского географа аль-Истахри, писавшего в 930 – 950-х гг., который, в свою очередь, обработал книгу среднеазиатского ученого аль-Балхи, написанную около 920 г. (Древняя Русь в свете зарубежных источников. М., 2000. С. 216, 217).

Таким образом, «царь русов» из «высокого замка» и «царь русов», сидящий в Куйабе/Киеве, оказываются одним и тем же лицом. Древнерусские источники и современная археология подтверждают, что крепостной замок первых киевских князей располагался на холме.

Не менее значима другая деталь из рассказа Ибн Фадлана. «Один из обычаев царя русов тот, — пишет он, — что вместе с ним в его очень высоком замке постоянно находятся четыреста мужей из числа богатырей, его сподвижников, причем находящиеся у него надежные люди из их числа умирают при его смерти и бывают убиты за него».

Обратим внимание на упоминание обычая ритуального убийства дружинников в случае смерти «царя русов». Очевидно, это сообщение относится к погребению вещего Олега, умершего за пять-шесть лет перед тем. Для славянской похоронной обрядности нечто подобное засвидетельствовал арабский историк Масуди (ум. в 956 г.). По его словам, сербы «сожигали себя в огне, когда глава племени умрет». Речь идет, разумеется, только о самосожжении дружинников и ближайших княжеских слуг, а не всех мужчин племени. Современные Масуди византийские писатели, как, например, Константин Багрянородный, знают поселения сербов не только на Балканах, но и в других местах Европы — в частности, в Прикарпатье. В связи с этим можно предположить, что похороны «светлых князей» карпатских русинов действительно сопровождались убийством их дружинников. Это, в свою очередь, позволяет видеть в «царе русов» из сообщения Ибн Фадлана одного из «светлых князей» карпатских русинов.

Известие Ибн Фадлана о княжении «царя русов» в Киеве начала 920-х гг. не может относиться к вещему Олегу, к тому времени уже умершему. Игорю, как мы выяснили, еще только предстояло появиться на свет. Между тем «царь русов» — еще не старик и уже далеко не младенец. Ибн Фадлан пишет, что рядом с ним постоянно находился его гарем — 40 девушек, которые отнюдь не могли пожаловаться на недостаток любовного внимания со стороны их господина: «А ложе [престол] его огромно и инкрустировано драгоценными самоцветами. И с ним сидят на этом ложе сорок девушек для его постели. Иногда он употребляет как наложницу одну из них в присутствии своих сподвижников…». В данном случае имеется в виду ритуальное засвидетельствование вождем своей мужской потенции, которая, согласно представлениям людей архаических обществ, мистическим образом обеспечивала плодородие природы и благополучие людей. Но вместе с тем публичное совокупление выделено Ибн Фадланом в качестве характерной детали «русских» нравов: «И вот один из них [купцов-русов] сочетается со своей девушкой [наложницей], а товарищ его смотрит на него. Иногда же соединяются многие из них в таком положении одни против других [на скамьях в «большом доме»]…».

Против отождествления любвеобильного «царя русов» с Игорем говорит и то обстоятельство, что в сообщении Ибн Фадлана ничего не сказано о многочисленных родственниках, которые окружают Игоря в договоре 944 г.

Наблюдая похороны знатного русского купца, Ибн Фадлан отметил, что его родственники водрузили на могильном кургане «большую деревяшку хаданга [белого тополя]» и «написали на ней имя [погребенного] мужа и имя царя русов…». К сожалению, арабский путешественник, обыкновенно столь дотошный и внимательный к деталям, не полюбопытствовал узнать имя русского владыки.

Так кто же он, этот таинственный «русский царь»?

«Царь Руси» Х-л-го из Кембриджского документа

Сообщения арабских писателей о «царе русов» находят подтверждение в так называемом Кембриджском документе (из библиотеки Кембриджского университета) — средневековой рукописи на древнееврейском языке, принадлежащей перу неизвестного автора, по всей видимости, хазарского или византийского еврея. Сочинение это в целом является мифолого-литературной обработкой истории Хазарского каганата, что затрудняет датировку описываемых в нем событий и их историческую интерпретацию. Однако один эпизод изложен со многими реалистическими подробностями и приурочен к последним годам правления византийского императора Романа I Лакапина (920 – 944). По сведениям автора Кембриджской рукописи, «царем Руси» в это время был довольно беспокойный человек, именуемый Х-л-го (HLGW). Подстрекаемый императором Романом, он напал на крымские владения Хазарии, но, потерпев неудачу, обратил оружие против Византии.

Кембриджский аноним называет себя современником этих событий, и некоторые исследователи действительно склонны признать весь документ подлинным источником Х в. (см.: Бруцкус Ю. Д. Письмо хазарского еврея от Х века. Берлин, 1924; Голб Н., Прицак О. Хазарско-еврейские документы Х века / Науч. ред., послесл. и коммент. В.Я. Петрухина. М.; Иерусалим, 1997. С. 117 – 119; Новосельцев А.П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. М., 1990. С. 217 – 218). Но излишняя доверчивость здесь также неуместна, так как еще В. К. Коковцов, один из первых издателей и критиков этого памятника, убедительно показал его литературное происхождение и решительно отказался видеть в нем «исторический документ, современный событиям Х века», отнеся время составления рукописи к XI – XII вв. или даже к XIII в. Впрочем, он не исключил, что, выстраивая сюжет о Х-л-го, еврейский книжник-«романист» мог использовать некий утраченный византийский источник Х в. (Коковцов В.К. Еврейско-хазарская переписка в Х веке. Л., 1932. С. XXX–XXXVI). Таким образом, хотя плевел на этом поле оказывается гораздо больше, чем зерен, эти последние все же есть и их необходимо найти.

В исторической литературе считается безусловным фактом, что имя «царя Руси» в его древнееврейском написании соответствует древнерусскому имени Олег, как оно произносилось в Х или XI в. в Византии (Коковцов. Там же. С. XXXVI). Видимо, по-гречески оно звучало как Эльгос (Hеlgos), поскольку княгиню Ольгу Константин Багрянородный именует Эльгой (при этом воспроизводя не пресловутый «скандинавский», а болгарский вариант имени Ольга).

Х-л-го приписано участие в двух исторических событиях, подлинность которых не подлежит сомнению. Во-первых, это конфликт Византии с Хазарией, случившийся в конце 930-х гг. Причиной его, согласно Кембриджскому документу, были санкционированные Романом I Лакапином религиозные гонения на византийских евреев — об этом же имеются достоверные показания мусульманских источников. Репрессии имперских властей вызвали ответное избиение христиан в Хазарии. Тогда-то, говорит Кембриджский аноним, император Роман обратился к «царю Руси» Х-л-го, склонив его напасть на хазарские владения в восточной Таврике. Война с Хазарией в конце концов завершилась поражением русов, после чего хазарский полководец Песах* отправил побежденного Х-л-го в поход на Византию. Этот поворот сюжетной линии в судьбе Х-л-го делает его предводителем нападения русов на Константинополь в 941 г. — второго реального исторического события, связанного с именем «царя Руси»: «И пошел тот [Х-л-го]… и воевал против Константинополя на море четыре месяца. И пали там его мужи, так как македоняне [византийцы] победили его огнем».

*Наличие этого имени в тексте Кембриджской рукописи, по мнению В. К. Коковцова, обличает позднее и не «хазарское» происхождение документа, поскольку «Песах — сравнительно новое еврейское имя, получившее особое распространение среди евреев в Германии. Оно засвидетельствовано, впрочем, документами уже для конца XIII в.» (Коковцов В.К. Еврейско-хазарская переписка в Х веке. С. 119).

Известие Кембриджского документа в этой его части полностью совпадает с описанием поражения русов под стенами Царьграда в 941 г.: в обоих случаях военные действия длятся три-четыре месяца, и флот русов гибнет от греческого огня.

Вместе с тем очевидно, что здесь мы имеем дело с искажением действительности. В 941 г. «русскую» флотилию возглавлял князь Игорь, о чем были хорошо осведомлены не только в Русской земле, но также в Византии и в Европе. Так, в «Истории» Льва Диакона (вторая половина Х в.) византийский император Иоанн Цимисхий говорит князю Святославу Игоревичу: «Полагаю, что ты не забыл о поражении отца твоего Ингоря, который, презрев клятвенный договор, приплыл к столице нашей с огромным войском на 10 тысячах судов, а к Киммерийскому Боспору прибыл едва лишь с десятком лодок, сам став вестником своей беды». Германский дипломат Лиутпранд, побывавший около середины Х столетия в Константинополе, записал со слов очевидцев историю русско-византийской войны 941 г., отметив, в частности, что «королем этого народа [русов] был [некто] по имени Игорь, который, собрав тысячу и даже более того кораблей, явился к Константинополю».

Остается предположить, что в 30-х гг. Х в. на Руси действительно правил некий князь Х-л-го/Олег, совершивший военную экспедицию в Крым, смутные известия о котором позволили позднейшему еврейскому автору Кембриджской рукописи, не слишком хорошо разбиравшемуся в древнерусской истории, представить его также предводителем морского набега 941 г. на Константинополь. Сделать это было тем легче, что оба события — крымский и константинопольский походы русов — разделены всего несколькими годами.

Но в какой же Руси «царствовал» Х-л-го?

В. А. Мошин (Мошин В.А. Хельгу Хазарского документа // Slavia, XV, Praha, 1938. С. 191, вслед за В. А. Пархоменко: Пархоменко В. А. У истоков русской государственности (VIII – XI вв.). Л., 1924) признавал наиболее вероятным, что этот персонаж Кембриджского документа был независимым князем «русской» Тмуторокани. Тмуторокань (Таматарха) уже в Х в. не подчинялась ни Византии, ни Хазарии. На возможности существования здесь в первой половине этого столетия независимого русского княжества настаивает, например, А.Л. Якобсон (Якобсон А.Л. Средневековый Крым. Очерки истории и истории материальной культуры. Л., 1964). Но отождествление «царского» титула Х-л-го со статусом тмутороканского князя выглядит безусловной ошибкой. Черноморско-азовские поселения русов не были монолитным политическим образованием, возглавляемым одним верховным правителем. Таврическую Русь первой половины Х в. следует представлять в виде конгломерата мелких самостоятельных вкраплений посреди хазарских и византийских владений (побережье восточного Крыма и Таманского полуострова усеяно остатками небольших поселений IX – XI вв., даже не всегда укрепленными). Местные князья были, по-видимому, только военными предводителями, тогда как в мирное время высшая власть принадлежала какому-то демократическому органу, вроде казачьего круга.

Вряд ли можно считать случайностью, что первые имена тмутороканских князей появляются в источниках только в начале XI в. и лишь постольку, поскольку князья эти находились в родстве с киевской династией — скорее всего, это обстоятельство отражает мелкотравчатость статуса местных «русских» правителей Х в. А между тем положение Х-л-го среди русов было настолько значительным, что позволило Кембриджскому анониму представить его организатором и руководителем очередного набега русов на столицу Византии.

Не приходится сомневаться, что в Хазарии Х в. географический термин «Русь» относился к обоим «русским» регионам — Среднеднепровскому и Таврическому. Действительно, описание войны Х-л-го с хазарами содержит прямое указание на то, что его владения не совпадали с Таврической Русью. Если присмотреться к последовательности событий конца 930-х гг. , о которых повествует Кембриджский аноним, то можно заметить следующее. Появившись в Тавриде как бы из ниоткуда, Х-л-го захватывает хазарский город С-м-к-рию (в восточном Крыму) и отправляет добычу домой — в «никуда». В ответ хазарский полководец Песах вторгается в Крым, осаждает Херсонес, выгоняет Х-л-го из С-м-к-рии и разоряет крымские поселения русов. Далее говорится: «И пошел он оттуда [из восточного Крыма] на Х-л-го» — то есть, как надо понимать, покинув Тавриду, Песах вторгся непосредственно во владения Х-л-го, которые, следуя духу текста, надо искать где-то вне Крыма. Если бы «царь Руси» был тмутороканским князем, то последовательность ударов Песаха, нанесенных из района Северо-Восточного Приазовья, очевидно, была бы иная — сначала по Тмуторокани, а затем по городам таврических русов, ибо их обратная очередность в этом случае выглядит необъяснимой стратегической нелепостью. Кроме того, в случае ограничения зоны военных действий одними таврическими областями автор Кембриджского документа, надо полагать, сумел бы точнее определить местонахождение родовых владений Х-л-го.

В итоге могущественный, но неудачливый Х-л-го/Олег Кембриджского документа должен быть признан правителем восточноевропейской державы «светлых князей», фигурирующей в договоре с греками 911 г., и одним из главных возмутителей спокойствия на Черном море в конце 930-х гг. Я не вижу никаких препятствий для того, чтобы отождествить его с «царем русов», сидевшим в начале 920-х гг. в «высоком замке» Куйабы/Киева, в окружении 40 наложниц и нескольких сотен дружинников.

Олег II Моравский

Известия Кембриджского документа и арабских писателей полностью подтверждаются сведениями моравских летописей, согласно которым после смерти вещего Олега* княжение в Русской земле унаследовал его преемник, моравский князь Олег (назовем его Олег II).

*Кончина вещего князя в моравской традиции приурочена к 913 г. (Фризе Хр.Ф. История польской церкви. Т. I. Варшава, 1895. C. 41).

Свидетельство моравских летописей имеет особую значимость, поскольку сердцевина державы вещего Олега находилась именно в Великой Моравии и «русской» Галиции. К сожалению, оригинальные древнеморавские источники, рассказывающие о событиях на Руси после смерти Олега, до наших дней не сохранились. Но отголоски древнеморавской традиции слышны в трудах многих чехо-моравских и польских авторов XVI – XVIII вв. Наиболее подробно ее излагают чешский писатель XVII в. Томаш Пешина и польские историки Ян Стржедовский и Христиан Фризе (XVIII в.), которые пользовались летописными записями XV – XVII вв., восходившими, в свою очередь, к раннесредневековым моравским и русским хроникам (Королев А.С. История междукняжеских отношений на Руси в 40-е – 70-е годы Х века. М., 2000. С. 166 – 167; Кузьмин А.Г. Падение Перуна: становление христианства на Руси. М., 1988. С. 153 – 154; Флоровский А.В. Русское летописание и Я.А. Коменский // Летописи и хроники. Сборник статей. 1973 г. М., 1974. С. 312 – 314; Фризе Хр. Ф. История польской церкви. С. 33 – 45). Т. Пешина, в частности, ссылается на утерянное к настоящему времени историческое сочинение 1620-х гг. Яна Амоса Коменского, который использовал материал «древней русской летописи» (Флоровский А. В. Русское летописание и Я. А. Коменский. С. 312). По этим известиям, вещему Олегу наследовал его сын, носивший то же имя — Олег; впоследствии он принял христианство и был наречен в крещении Александром. Около 936 или 939 г. Олег II был изгнан Игорем из Киева и бежал в Моравию.

В XVI – XVII вв. происхождением от Олега/Александра гордились представители влиятельного моравского рода Жеротинов, заказывавшие специальные генеалогические изыскания для обоснования этого родства, скорее всего вымышленного, так как впоследствии Жеротины претендовали на происхождение от Владимира Святого. Фальшивая генеалогия, разумеется, не опровергает факта существования князя Олега Моравского (Королев А.С. История междукняжеских отношений на Руси в 40-е – 70-е годы Х века. С. 168).

Итак, западнославянская традиция прямо называет наследника вещего Олега и соперника Игоря в борьбе за киевский стол — Олега II. Это известие прекрасно вписывается в ход наших рассуждений, и отвергать его нет оснований, ибо Игорь не мог унаследовать от вещего Олега княжение в Русской земле в силу изложенных ранее возрастных ограничений его биографии и чуждости роду «светлых русских князей» Моравии и Галиции.

Правда, моравское предание утверждает, что Олег II будто бы приходился Игорю двоюродным братом. Таким образом, вещий Олег и Игорь связываются родственными узами — как дядя и племянник. Но эти сведения нельзя считать достоверными и самостоятельными, поскольку они явно восходят к новгородскому кругу преданий XV – XVII вв. о призвании Рюрика. Новгородская Иоакимовская летопись, которая вообще входит во многие подробности семейной жизни первых «Рюриковичей», сообщает, в частности, что вещий Олег приходился Игорю дядей по его матери Ефанде — «дочери князя урманского» и одной из жен Рюрика. Не исключено, что в древнерусском летописании произошло слияние Олега Вещего и его наследника Олега II в одного персонажа (например, Новгородская I летопись младшего извода продлевает жизнь вещего Олега до 922 г., а примыкающая к новгородской летописной традиции Устюжская летопись сообщает о его смерти под 927 г.), и на самом деле долгий период «послушания» Игоря вещему князю просто отражает факт зависимости Киева от державы «светлых князей».

Важно и то, что обозначенная в моравских летописях дата изгнания Олега II из Киева — 936 или 939 год — позволяет ему предпринять поход в Крым еще в качестве «царя Руси», в согласии с показаниями Кембриджского анонима. Вместе с тем сведения моравских летописцев удовлетворительно разрешают проблему участия Х-л-го в походе 941 г. на Константинополь в Кембриджском документе: становится ясно, какой именно Олег «заместил» в Кембриджской рукописи Игоря и почему это стало возможным.

Словом, все говорит за то, что «царь Руси» Х-л-го и Олег II Моравский, «по происхождению русский князь» (Фризе Хр.Ф. История польской церкви. С. 33), — это одно и то же лицо: правитель восточноевропейской Руси во второй половине 910-х – конце 930-х гг.
_____________________________________________________________________________
Продолжается сбор средств на издание моей книги «Последняя война Российской империи».
Внести свой вклад можно здесь

http://planeta.ru/campaigns/15556

Обращаю внимание, что вклад в проект — это не благотворительность, а инвестиция :).
За приобретенные акции предусмотрены подарки и бонусы.

Призрак русской истории (продолжение) — Древняя Русь — ЖЖ

 В так называемом «Кембриджском документе», предположительно  написанном неизвестным хазарским евреем в середине Х века упоминается некий Хлгу (HLGW), царь Руси, во времена византийского императора Романа I Лакапина (920-944 гг.) совершивший набег на хазарскую крепость SMKRS (предположительно Тмутаракань), а затем под нажимом хазар на Константинополь. Естественно в Хлгу  многие  исследователи узнали нашего Олега, причем в той самой, скандинавской огласовке, о которой до этого долго спорили не имея убедительных подтверждений ее. Смущало лишь то, что хронология «кембриджского» Хлгу существенно расходится с хронологией «Повести временных лет», если верить которой Олег умер в 912 году. А так же указание хазарского анонима  на то, что после неудачного похода на Константинополь, Хлгу постыдился вернуться в свою страну и бежал в  FRS, то есть Персию или Фракию, где и погиб, и «тогда  RWS была подчинена власти казар».

 На мой взгляд, хронология здесь не самая большая проблема, так как вполне вписывается в сообщение Новгородской 1 летописи датирующей походы Олега на греков 920 и 922 годом. Данной точки зрения в свое время придерживался еще Н.М. Тихомиров, считавший, что русы Олега участвовали в осаде болгарскими войсками царя Симеона Константинополя, состоявшейся предположительно осенью 922 года. К тому же, неплохо вписывается в контекст «Кембриджского документа» и уже упомянутое выше известие  летописи  утверждающее, что  после набега на Византию Олег ушел за море, где и умер от укуса змеи. Хуже обстоит дело  с другим. Согласно все той же Новгородской 1 летописи Олег был всего лишь воеводой князя Игоря, а не царем Руси, да и не попадала Русь, в первой половине Х века, под власть хазар. Если конечное речь в «документе» не идет, о какой то иной, не Киевской Руси, что, весьма и весьма вероятно. Пытаясь разрешить сложившееся противоречие  исследователи  «Кембриджского документа» предлагали  считать  Хлгу  независимым князем Тмутаракани, неизвестным воеводой, служившим Игорю после князя Олега, вождем бродячей варяжской ватаги, и даже самим Игорем (Helgi Inger(om)), то есть Хельги Младшим.   А теперь давайте посмотрим, как оно в действительности могло быть.

  Свое правление в Киеве, датируемое летописями 882 годом, князь Олег начал с убийства Аскольда и Дира, варягов Рюрика осевших в Поднепровье сразу после призвания руси. Однако по свидетельству  араба  ал-Масуди, жившего в середине  Х века, «первый из славянских царей… царь Дира»  был его современником. Так же как и другой славянский царь, Аванжа, или аль-Олванг, то есть Олег. Из трудов араба однозначно трудно судить о месте пребывания указанных царей, но некоторые  косвенные сведения  позволяют считать,  что  земли царя Дира  Поднепровье, а Аванжа-Олега  (аль-Масуди пишет, что Аванжа воюет с Румом -Византией, Ифранджи- франками) Центральная Европа, возможно та самая Угорская-Карпатская Русь. Но мог ли Аванжа-Олег в первые десятилетия Х века действительно придти  в Поднепровье из нынешней Венгрии? Мог. В 907 году венгры наголову разбили моравов, подчинив себе территории Карпатской Руси, что привело к миграции населения. И именно в  начале Х века, по свидетельству археологов, в Поднепровье появляются предметы моравского происхождения. Моравские черты прослеживаются в погребальном обряде русов, в тех самых камерных гробницах, создание которых приписывают скандинавам. Точно так же как моравскими на поверку оказываются и так называемые «скандинавские» нательные кресты, найденные в Гнездово и Киеве.

  А теперь, опираясь на приведенные факты,  попытаемся сделать реконструкцию нашей истории. После разгрома Карпатской Руси венграми князь Олег-Одд- Hlgw-Аванжа уходит в Поднепровье.  Придя к городку, носящему венгерское название Самбат, и представившись «гостем подугорским», Олег убивает Дира, после чего захватив власть, нарекает  Самбат, Киевом — «мати городов русских».  В двадцатых годах Х века Олег совершает набег на хазарский SMKRS, который, скорее всего, не Тмутаракань, а Семикаракорское городище, летняя резиденция хазарских царей, расположенная недалеко от слияния рек Донца и Дона. А дальше, хазары, мстя за разграбление, по сути второй своей столицы, вынуждают Олега-Hlgw воевать с греками, возможно в составе болгарских войск, возможно автономно на побережье Черного моря. Неудачи заставили Олега уйти за море в  таинственный  FRS, где князь по завидному единодушию летописей, саг и «Кембриджского документа»   нашел свою смерть. В это время в Киеве к власти приходит другая династия, Игоря.  О том, как Игорь связан с князем Олегам иная история. Мне же остается прояснить некоторые последние детали. В ряде чешских хроник XV-XVI вв. упоминается «Колег, сын Колги», русский князь бежавший из Киева и возглавивший борьбу чехов с венграми. Согласно приданий отец Колги (по другой версии Olgo, то есть Олега) был Олегом, братом Ольги жены русского князя Игоря. Анализ текстов показывает, что предполагаемое время, когда «Колег сын Колги» правил Чехией приходится на 936-940 год. Что довольно хорошо согласуется с рассматриваемой здесь хронологией. Смерть отца и приход Игоря к власти вынуждает  Олега младшего бежать на историческую родину предков, в Моравию, где у беглеца, возможно, еще оставались родственники. Интересно здесь и сходство имен Колга и Hlgw.  Кстати, по поводу их скандинавского происхождения. Исследователи «Кембриджского документа» О.Прицак и Н. Голб пришли к выводу, что многие сложные и спорные топонимы и гидронимы  «документа»  написаны на еврейском языке, но в персидской и арабской огласовке.  В таком случае, странно было бы если бы хазарский еврей, живущий в Константинополе донес до нас скандинавскую огласовку имени Олгег, в то время как более привычным для него могли быть тюркское  Улугу-Хулугу-Хулагу (великий), давшее в болгарском, упомянутое выше, Олгу (ολγου), или арабо-персидское Халега-Халег в том же значении.

  А что же русские летописи с их походами Олега на греков? Автор «Повести временных лет» отправной точкой для своего исследования, посвященного ответу на вопрос «откуда  пошла русская земля, кто в Киеве стал первым княжить и как возникла Русская земля», принял время правления византийского императора Михаила III  (840-867), при котором, в 860 году,  русь действительно совершила свой первый, зафиксированный греческими источниками поход на Константинополь. Лакуну же между 860 и 941 годом, временем реального похода князя Игоря на греков, создатель Повести временных лет заполнил сведениями  почерпнутыми из самого разного рода источников, том числе фольклорных, в которых упоминались персонажи по имени Аскольд, Дир, Олг-Аванжи-Одд, дополняя их сведениями из болгарских, византийских и прочих неизвестных нам источников. Увязка же Олега с Рюриком и Игорем произошла позже, когда в текст «Повести временных лет»,  по заказу  Ярослава Мудрого или его потомков, была внесена «легенда о призвании варягов» на долго ставшая  главной темой древнерусской истории.  

Царь — отзывы и рецензии — Кинопоиск

сортировать:
по рейтингу
по дате
по имени пользователя

показывать: 10255075100200

151—160 из 307

mironearth

А какого царя тебе надо? Того, кто подставит левую щеку, после того как ударили по правой?. .

Это Кино потрясает. заставляет замирать, вздрагивать, сочувствовать, злиться, любоваться, ненавидеть, поражаться…

Что больше всего задевает в этом фильме — так это отсутствие категоричности. Нет абсолютно плохих и абсолютно положительных героев. И Царь — страшный и жестокий с ‘заговорщиками’, гуляет за ручку с маленькой девочкой, угощает яблоками и волнуется за нее, когда она подходит к ‘зверушкам’.

Мамонов играет просто гениально! У него то абсолютно дикий взгляд, то спокойный и мудрый, то веселый, то злой… Его Грозный мечется, страдает, агонизирует, зверствует, любит. И неизвестно, насколько прав был Иоанн в своих действиях. Все относительно. Как бы все повернулось, послушай он Игумена Филиппа и отдай управление страной на волю божью? Какой Царь Нужен России? Тот, который подставит другую щеку? Никто не может этого знать. Режиссер оставляет нам право выбора.

Олег Иванович Янковский великолепен. Ему веришь с первой до последней минуты.

Но особенно запоминается Иван Охлобыстин.. Это, на мой взгляд, на 100 % его роль! он удивительно органичен. Его герой отвратителен, жесток и хитер. Он понимает, что Царь на грани и пользуется этим вовсю! Взять хотя бы сцену с вызовом Молнии Иоанном. Ведь громыхнуло же! (не помню дословно)

Есть легенда про то что икона богоматери смогла разрушить опору моста во время боя русских с ливонцами… Но что дала эта битва? что дало это чудо? Город сдан, а воинов казнят. .. Девочка показала икону медведю и тот перестал бороться с людьми. что дало Это чудо? девочка убита, воины мертвы… Видимо, это самое главное подтверждение того, что Царь Не божью волю творит, а свою. его не впечатлили эти чудеса, не остановили в его жестокости, ведь он способен вызывать молнии.

В итоге хочу сказать, что Царь — самое глубокое кино в этом году. Оно заставляет думать, чувствовать.

11 из 10

прямая ссылка

11 ноября 2009 | 20:16

Историю можно интерпретировать как угодно. Потому что история — это факты и то, как мы их можем связать между собой и объяснить. Объяснение и понимание тех или иных событий у каждого разное, поэтому история противоречива и неоднозначна. Особенно если речь идет о 16 веке. Это было очень давно, и кто может с уверенностью сказать, что летописи правдивы? Но раз уж фильм исторический, то наверно режиссер должен был почитать учебник истории?

Вряд ли он это сделал. Ведь несколько строчек из учебника в начале фильма не доказывают, что фильм исторический. Лунгин просто вырвал кусок жизни и правления Ивана 4 и решил его экранизировать, т. к. интерес к личности именно этого царя вызван его жестокостью и безумными поступками. Кровь, отрубленные головы, казни в фильме присутствовали. Однако личность царя не была раскрыта. Отчасти это вина режиссера, отчасти актера. Вероятно, они просто сами не знали, каким показать нам царя. Поэтому был выбран беспроигрышный вариант. Сделать его психом. Да, у него в определенный момент правления действительно поехала крыша. Но на то были причины. Интриги бояр. Это есть в каждой книжечке с обложкой ‘История России 6 класс’. В фильме перед нами предстает слабовольный, глупый, но не грозный царь. Ни внешность, ни голос, ни игра Петра Мамонова не похожи на Ивана Грозного. Может он и хороший актер, но не в этой роли.

Непонятно, зачем создавать ещё одного главного героя — Филиппа, будто только он пытался образумить царя. К игре Олега Янковского вопросов нет, просто не могу понять, зачем этот персонаж вообще появился в фильме. Кузнецов просто смешен в роли Малюты Скуратова.

С точки зрения истории — фильм ужасный. Лунгин создал свою собственную трогательную историю, где Иван Грозный и митрополит Филипп близкие друзья, которые потом становятся врагами, где есть девочка-сирота Маша и куча других вымышленных персонажей. Но если вам плевать на историю, то фильм неплохой (хотя некоторые актеры второго плана сыграли неубедительно) и, возможно он вам понравится.

прямая ссылка

08 января 2010 | 15:05

Фильм не просто разочаровал, а пожалуй даже опечалил. Прежде всего очень поверхностным взглядом на историю, об этом уже писали и другие зрители, так что повторяться не буду. Но пугает вот эта тенденция все упростить, до нельзя, зачем?

Наши исторические фильмы все больше напоминают не самую лучшую продукцию Голливуда- печально. А еще было очень обидно за Олега Янковского, он безусловно потрясающий актер, но здесь ему попросту нечего было играть. Какое там противостояние между царем и митрополитом — в фильме его нет. Так что плохо все. Проблема нравственного выбора, может как то и намечена, но совершенно не развернута. Кровавых сцен так много, что в результате они перекрывают все остальные.

Режиссер несомненно умеет воздействовать на психику зрителя, но этого мало, хотелось бы от режиссера что нибудь услышать, а похоже сказать то ему по большому счету и нечего.

прямая ссылка

13 ноября 2009 | 13:09

Moonwalker

Церковь и государство — власть духовная и политическая

Прекрасный исторический фильм (а таких сейчас мало), в отличие от ‘Тараса Бульбы’ — без лишнего национализма и пафоса.

Отменные декорации и костюмы. Блестящая работа оператора Тома Стерна (‘Таинственная река’, ‘Малышка на миллион’, ‘Гран Торино’), особенно удались сцены: в цветущем саду, облачение Ивана Грозного и пытки/казни.

Великолепно вжились в образ Мамонов и Янковский. Вот только неужели у царя — такие плохие зубы, весь фильм Иоанн ‘сверкает’ чуть ли не единственным зубом?!

Да, есть исторические расхождения, но они малозаметны и, вообще, исторические события не являются главными в сюжете. Главное в фильме — это взаимоотношения между Иоанном и Филиппом, тяжелая и кровавая атмосфера того времени, которая с блеском передана. Суть в том, что на примере митрополита Филиппа показана вся сила духа и веры над плотью; то, что власть людей бессильна перед истинной верой в Бога.

P.S. Сцена схватки с медведем напомнила фильм ‘Гладиатор’… уж очень похоже.

10 из 10

прямая ссылка

26 декабря 2009 | 23:27

Morgul

‘Языческий’ Царь.

На сайте очень много отзывов о том, что фильм ‘Царь’ очень плохо поставлен с исторической точки зрения, и в нём нет действительно положительных сторон правления Ивана Грозного, но они и не нужны фильму, потому что фильм лишь на какую-то долю исторический — по большей части он философский, как, допустим, и прошлый фильм Лунгина.

Самой главной фишкой стало то, что был выбран период опричнины, когда народ и церковь были противопоставлены царской деспотии: исторические факты? Да вот они: народ был в смятении, когда видел людей с псиными головами, Иван безжалостно казнил каждого, в котором видел предателя, разгромил Новгород, церковь в это время отдалилась от царя, потому что он начал пользоваться языческими методами (можно сделать смелую ссылку в учебники истории, и даже необъективные коммунистические данные совпадут с объективностью), погубил митрополита, наверное, из-за методов царя люди и укрепились в вере, потому что стали просить помощи у Бога.

Но строго судить о Иване грозном нельзя и в его опричнином проявлении, ведь сколько известных историков не могут сойтись на едином мнении о личности царя:

А.М.Курбский обличал Ивана в его деяниях, когда В.О. Ключевский говорил, что его правление двухпериодное, где до опричнины Грозный созидал, а после её установления начал разрушать.

Но почему же фильму не нужен период до 1565 г.? Да потому, что тогда бы не было смысла фильма, основанного на конфликте между Иваном и Филиппом, когда идёт то самое противопоставление добра и зла, когда мы видим, что Царь, который в начале фильма ещё колебался между церковными принципами (и больше был подвластен им, потому что первая часть называется ‘Молитва Царя’, потому что фильм начинается с речей к Господу Иваном) и своей опричниной, начал деградировать. С каждой минутой уподобление Ивана злу и склонение его в сторону ‘Веселья’ растёт. Не зря существуют эти три части, они разбивают путь Ивана Грозного в фильме ‘Царь’ ментальной линией, которая ‘Войной’ делит ‘Молитву’ и ‘Веселье’. Но и названия — это очень красивая метафора, всё-таки в конце фильма мы видим, какая судьба у Царя относительно уважения народа и его развлечения.

Именно во всей этой темноте нам легко разглядеть яркий луч света, который несёт с собой Филипп и его церковные убеждения. (Всё-таки, как и в прошлой работе, Павел Лунгин строит фильм с продвижением религиозных принципов.) И большой плюс добру в фильме — это игра Олега Янковского: твёрдый митрополит, веру которого не пробьёшь никакими испытаниями, никакими попытками Ивана уподобить Филиппа положению царя, человек, который плачет за Родину, который становится святым и погибает ради веры в Бога, понимая, что в лице Грозного ‘Языческого’ Царя, хоть и великого, она не погибает и остаётся у народа…

‘А где мой народ?’

10 из 10

прямая ссылка

10 ноября 2009 | 19:11

mosenkov89

Такое кино нам не нужно.

Именно с перефразировки знаменитой фразы советского спортивного комментатора Озерова, я хотел бы начать свой обзор, на поистине ужасный фильм Лунгина.

Не учил бы я историю России в школе и университете, то, наверное, порадовался бы красивым костюмам, и не самой плохой игре актеров. Но, увы, как человеку знающему историю России придётся оценить “творения” Лунгина по полной программе. Итак, начнем с положительных моментов фильма (которые как бы это не звучало странно, здесь есть!) первое, это конечно костюмы персонажей, смотрятся они не идеально, но по сравнению с другими “деталями” фильма, костюмы это явный плюс. Олег Янковский, замечательный советский актер, его игра не вызывает никаких нареканий в свой адрес. Жаль, искренне жаль, что последняя роль Янковского пришлась на столь ужасный фильм. Собственно, это все, костюмы и Янковский в роли митрополита Филиппа, это все плюсы ленты. Дальше идут одни недостатки.

Мамонов в роли Ивана Грозного, это уже что-то с чем-то, сразу возникает вопрос, а Лунгин когда-нибудь видел портреты (картины) с изображением Ивана Грозного? Я, конечно, понимаю, что сложно подобрать человека похожего на кого-либо из исторического персонажа, но разве в истории нашего кино, не было примеров, когда актер действительно был похож на своего исторического персонажа: Михаила Ульянова (Жуков), Дмитрий Золотухин (Пётр Первый). Лунгин сразу видно не стал обременять себя этой проблемой и решил взять хорошо известного им Момонова. Кстати, не нужно быть историком, что бы посчитать, что царь Иван Грозный на тот период, который охватывает фильм, был в возрасте 36-40 лет, почему у Лунгина он 50ти летний старик? Нет ответа.

Я прекрасно понимаю, что абсолютному большинству россиян, совершенно безразлично как выглядел Иван Грозный, но, увы. Дорогие зрители, то, что реальный царь, ни капельки не похож на Мамонова (под тонной грима) это только начало ужасов этой ленты.

Исторические неточности, ими просто кишит фильм, я понимаю, что Лунгину было лень читать учебники истории России, но сценаристы, могли бы утрудить себя, прочтением хоть каких-то исторических книг. Если Лунгин хотел снять свою версию правления Ивана Грозного, то это одно дело, тогда фильму можно смело ставить 5 балов. Но Лунгин миллион раз заявлял, что его фильм “ Царь”, это исторический фильм, так вот, господин Лунгин, ваш “Царь” это вопиющий кошмар, безусловно, худший “исторический фильм” в истории кино.

Итог: ужасный, грубый, плюющий на нашу историю, вот такой “исторический фильм” снял господин Лунгин.

3 из 10

(3 только из-за уважения к Янковскому)

прямая ссылка

10 июня 2012 | 20:25

Итак, отгремела премьера фильма ‘Царь’, сначала в кино, а затем и на телевидении. Да уж, трудно, пожалуй, найти другой такой пример недавнего времени в отечественном кинематографе, когда фильм получил почти одновременно восторженную оценку критиков (причем около трети официальных хвалебных отзывов прозвучало в печати и на телевидении еще за полгода до кинопремьеры, создав фильму мощнейшую рекламу) и, мягко говоря, неоднозначный отклик у массовой зрительской аудитории. Лично у меня, как у рядового зрителя-обывателя, после просмотра фильма ‘Царь’, возникла, как, не побоюсь утверждать, и у большинства обычных кино- и телезрителей, реакция недоумения: а зачем, собственно, все это нужно было снимать и показывать, в частности, теперь и сейчас? Да, да, конечно, безусловно, прекрасный маститый режиссер, просто убойно-звездный актерский состав — тут и Юрий Кузнецов, и Александр Домогаров, и Алексей Макаров, и эксцентричный, как всегда, Иван Охлобыстин, и вернувшийся недавно на большой экран король сценического и музыкального авангарда Петр Мамонов, и, конечно же, великий Олег Янковский, чья роль в картине, ставшая его кинематографической лебединой песней (сказано без иронии, со всем уважением и почитанием любимого всеми Артиста), придала фильму главный ни с чем не сравнимый вес, и немалый бюджет фильма, и прочая, и прочая. Но есть среди всего этого одно ‘но’, однозначно безусловное, отчего и возник у меня и не только у меня уже названный вопрос: у всего показанного на экране НЕТ НОВИЗНЫ. Тема первого русского царя всея Руси, великого оБъединителя будущей великой огромной страны и одновременно кровавого тирана-самодура, уже давно в той или иной степени получила отражение в кинематографе, и дело даже не в фильмах начала 90-х ‘Царь Иван Грозный’ (по мотивам романа А. К. Толстого ‘Князь Серебряный’) и ‘Ермак’, в которых Грозного сыграл Е. Евстигнеев, и, тем более, не в фильме С. Эйзенштейна ‘Иван Грозный’, а, как минимум, в 12-ти серийном телефильме 2008 года ‘Иван Грозный’, где достаточно обстоятельно был показан жизненный путь и деятельность в качестве царя Ивана Грозного в прекрасном, на мой взгляд, исполнении Израэля Демидова, создавшего образ красками яркими, нервно-тонкими и жестоко-обличительными. Конечно, эту телеэпопею, на мой взгляд, можно было бы сделать и по мощнее и подинамичнее, но все-таки — еще более обширного эпического полотна, тем более в рамках двухчасового кинофильма, создать было невозможно, не удалось, да, наверное, Павлу Лунгину этого и не хотелось. Тогда зачем же нужно было разворачивать на экране все это немалобюджетное действо, ограниченное (в целом, в сравнении с телефильмом) по месту и времени действия?

Я думаю, наряду с массой скрытых смыслов и символов, которые уже нашли или еще найдут в этом фильме критики-профессионалы и критики-любители, мои коллеги по данному сайту, в равной степени мной уважаемые, можно выделить один главный смысл, главную идею, которую и хотел, на мой взгляд, высказать этим фильмом режиссер Павел Лунгин и которая ярко проиллюстрирована важнейшей сценой картины: приближенная царем к себе ради показного милосердия девочка, не в силах вытерпеть лютого зрелища казни-травли медведем молодых бояр-военачальников, бросается с иконой Богоматери к зверю, пытаясь его остановить этой иконой и криками-уговорами и, что вполне закономерно, ‘мишка’ убивает ее одним ударом могучей когтистой лапы. Возникает вполне наглядная параллель: девочка/митрополит Филипп в противостоянии жестокому зверю/ деспотической власти. Наглядный конкретный смысл этой сцены и всего фильма в целом, выходит, таков: пусть ты слаб, а зверь/царь силен, но будет правильно и справедливо, видя творящееся зло, ну, если не физически этому помешать, если это не позволяет сделать физическая немощь, то хотя бы, как минимум, заявить о своем несогласии с этим, поднять свой голос против этого, не смолчать, как остальные. А более обширный и обобщающий вывод фильма я бы сформулировал, немного перефразировав смысл и вывод романа Альбера Камю ‘Чума’ (который был написан в середине Второй мировой войны и смысл которого был оптимистически, хоть и огромными жертвами, опровергнут самой жизнью и историей, и в этом, как герой Сопротивления, участвовал сам писатель): бывают такие эпохи в истории (хоть, слава Богу, исторически недолго), когда зло победить, тем более в одиночку, невозможно, но все равно, даже в такую эпоху со злом можно и НУЖНО бороться, ибо только тогда и именно тот, кто это делает, даже зная, что при этом погибнет, может с гордостью и заслуженно носить прекрасное и высокое звание ЧЕЛОВЕКА.

10 из 10

прямая ссылка

03 мая 2011 | 01:52

Nann

А ты, какого царя слуга?

Фильм «Царь», с моей точки зрения, относится не к историческому жанру, а скорее, является историко-философским, в нем много символики, поэтому не стоит искать в нем натурализм и всестороннюю оценку деятельности Ивана Грозного. Фильм о другом. Ситуация, которая лежит в основе сюжета, – противостояние истины и неправедной власти – интернациональна по своей сути. Кроме пары Иоанн – Филипп можно вспомнить и других исторических антагонистов, например, короля Болеслава Смелого и убиенного им святого епископа Станислава в Польше, Генриха VIII и Томаса Мора в Англии. Однако время и место действия заостряют драму. Уж слишком велика была самодержавная власть русских царей, слишком непререкаем для народа был авторитет единственного в мире защитника православия, слишком зависела от него церковь. Митрополит явно обречен, нет за его спиной Рима с его анафемами, нет больше на земле православных государей, кроме «Ваньки Мучителя». Филипп оказался один на один с могущественным злым человеком. Вместе с ним только Бог.

На самом деле фильм «Царь» про двух царей, ибо вместе с земным царем Иоанном на экране незримо присутствует Другой Царь, Который гораздо выше его – Царь Небесный. И каждый герой фильма, так или иначе, выбирает, которому из двух царей он будет служить. Третьего не дано – уж слишком безбожен царь, совесть свою не обманешь.

Одна из начальных сцен фильма – грозный царь в величественном облачении выходит к народу, подданные тут же падают перед царем на колени, склонившись до самой земли, кажется, что все здесь – рабы Иоанновы… Но по ходу действия выясняется – не все!– есть и рабы Божии.

Сцены, в которых герои оказываются в ситуации выбора самые яркие, врезающиеся в память: митрополит Филипп, который не желает ставить печать на несправедливом приговоре, его племянник, который под пытками остается верен истине. Особенно впечатляет нелегкий выбор монахов – каждый из них решает, оставить ли своего настоятеля умирать одного или умереть вместе с ним. Зритель видит лицо каждого монаха в момент рокового решения…

Свой выбор делает и царь. Он решает, править ли ему по закону Макиавелли, «цель оправдывает средства», или по Закону Божьему. На первый взгляд, первый путь более действенный, при помощи страха можно сплотить царство, но всегда ли это помогает? Вот сталкиваются два государя, Иоанн и Сигизмунд, в битве за Полоцк. Иоанн побеждает на поле боя, но православный город открывает ворота Сигизмунду. Не потому ли, что он более милостивый государь, чем Иоанн?

Можно и глубже посмотреть на проблему выбора Иоанна. Читая Писание, он выбирает себе Бога. Какой он, его Бог, – карающий или милосердный? Что позволяет Иоанну его Бог, что Бог требует от него, как от царя – карать или миловать? Царь выбрал карающего Бога.

При царе находится его «ангел хранитель» – митрополит Филипп и его «бес» – шут Вассиан. Шут угадывает тайные желания Иоанна, глубоко живущие в его сердце. Самое дерзкое из них – присвоить себе власть Божию, самому себе быть законом и судом. Шут искушает Иоанна, убеждая его, что царская воля и есть воля Божья. Филипп же, напротив, убеждает царя, что Христос хочет совсем другого – Он хочет милости, Иоанн, проливая кровь, действует исключительно своевольно. Душа царя какое-то время еще колеблется, но, в конце концов, выбирает, фактически, путь безбожия. «Нет у меня больше митрополита!»– дерзко заявляет Иоанн. Царь заковывает Филиппа в кандалы и вместе с ним заковывает в кандалы свою совесть.

Кто какому царю служит, от того и награду получает. У Небесного Царя есть правда и вечность, зато у земного есть виселицы, колы, дыбы, огонь, вода и медные трубы. Эту мысль подчеркивает встреча митрополита с Малютой Скуратовым – встреча раба Божьего и раба царского. В обмен на жизнь Малюта просит у Филиппа силой Божьей исцелить его сына. Филипп в ответ требует от него жертвы – уйти в монастырь. «Не могу, – говорит Малюта – я государю служу». «Вот у него и чуда проси!» – отвечает святой.

Бежит время, приходят и уходят земные цари, превращаются в прах их законы и их беззаконие, но вечен остается Небесный Царь и вечен Закон Его.

Не только во времена Иоанна – и сегодня люди выбирают между земным и небесным, и, конечно, не только в России. Журналист выбирает, служить ли ему власти, деньгам или истине, адвокат выбирает, служить ли ему закону или мафии, творческий человек – искусству или конъюнктуре. Не только царь Иоанн, но и каждый человек на земле имеет за своими плечами ангела и беса и каждый человек, который ставит свою волю выше воли Божьей, свергает Бога с престола и возводит на царский престол себя любимого. Выбор происходит каждую минуту. Каждую минуту жизнь спрашивает человека: «Ты чьих будешь? Какого царя слуга?»

прямая ссылка

19 декабря 2009 | 18:24

— Говорят, царь не настоящий.

Именно эта фраза из «Иван Васильевич меняет профессию», лучше всего характеризует происходящее на экране. Любые попытки сравнение с картиной Эйзенштейна, формально вроде бы посвященные одному и тому же человеку, ничего кроме смеха вызвать не могут.

Про все претензии на историчность фильма можно забыть после эпизода детства двух главных героев картины – реальный Федор Колычев был минимум на 22 года старше царя Ивана.

Батальные эпизоды сняты так плохо, неумело и абсурдно с военной точки зрения, что лучше бы их не было. Да они и вообще здесь не нужны, ибо этот фильм не про великого человека, который первым официально провозгласил себе царем, завоевал Казанское и Астраханское ханства, положил начало расширению России за Урал. Это картина про то, каким нехорошим был Иван Грозный и каким же хорошим был митрополит Филипп. Живописуя и откровенно смакуя действия опричников господин Лунгин даже не попытался, хоть на самом примитивном уровне объяснить что же это такое, как и зачем появилась опричина.

Вместо всего этого Лунгин старательно изображает нам царя в образе садиста и шизофреника. По фильму у Ивана Грозного было всего два занятия в жизни: молится и пытать и казнить людей. Больше ничего, вообще. В одной из сцен где Грозный начинает беседовать сам с собой, мне невольно вспомнился «Властелин колец» и сцены с Горлумом. Сёркис, кстати с поставленной режиссером задачей справился намного лучше Мамонова. Про внешний облик Грозного в фильме стыдно даже упоминать.

По поводу актерской игры: Олег Янковский отыграл свою роль отлично – с другой стороны его персонаж в фильме настолько идеологически правильный, что играть ему, если совсем честно, нечего. Из других актеров больше всего порадовали доктор Быков (Иван Охлобыстин) и Вилли Хаапсало – в происходящем на экране дурдоме оба, что называется, оторвались по полной программе. А вот Домогаров в роли Алексея Басманова (который был основным идеологом и создателем опричины) никакой, да по возрасту никак – Басманову было под 60 лет.

Юрий Кузнецов актер замечательный, но в роли Малюты Скуратова (после шедеврального Михаила Жарова) вызывает в лучшем случае недоумение, настолько он далёк от своего персонажа.

Теперь немного о самом главном, то есть о политике в кино. Заговоры против Ивана Грозного были и не один, и он разумеется имел право наказывать заговорщиков. Мои предшественники уже писали о Варфолмеевской ночи, Тридцатилетней войне и творившихся тогда ужасах. Попробую дополнить на примере столь любимой либералами Англии. Королева Елизавета правившая паралельно с Иваном Грозным топила всех заговорщиков в крови без всяких опричников, не менее жестокими способами чем Иван Грозный – сжигала их на кострах а также — hanged, drawn and quartered (посмотрите концовку «Храброго сердца» или почитайте Википедию и поймете что это означает). Однако при всем этом Елизавета Тюдор считается чуть ли не величайшей в истории Англии правительницей (вместе с Черчиллем) и национальным символом — и абсолютно закономерно. В Англии никому даже в голову не придет снимать фильм подобный ‘Царю’ хотя исторические основания есть. Пересмотрите хоть «Елизавета» и «Золотой век».

Ее папа Генрих Восьмой, помимо трех жен, казнил такое количество народа, что синодики Ивана Грозного начинают казаться мелким хулиганством. Однако если о нем и есть какой то негатив в кино, истории и общественном сознании, то только в контексте тех самых жен.

В России, к сожалению, имеется совершенно противоположная тенденция, как области кино, так и истории. Фильм, как последующий «Викинг», носит ярко выраженный клерикальный характер – заказ РПЦ виден за версту, церковники приняли фильм на ура (как и дикий треш «Викинга», где Владимира Великого выставили дураком и тряпкой — зато верующим) — и в угоду сиюминутным интересам откровенно, глупо и нагло извращается русская история. Зато фильм понравился на Западе — что закономерно ибо русские опять показаны тупыми кровожадными дикарями.

Как и «Викинг» фильм очень плохой и что еще, хуже вредный. Смотреть противопоказано

1 из 10

прямая ссылка

06 октября 2018 | 13:43

Снять хорошее историческое кино очень сложно. Не исказить историческую правду, прорисовать каждый образ и, самое главное, не забыть о сути режиссерской работы, донеся до зрителей главную идею через концепцию своего восприятия — всё это делает задачу почти непосильной. Справился ли Лунгин? Вопрос дискуссионный. Думаю, у каждого найдётся свой ответ.

Характер царя изображён крайне противоречиво. Мы все помним о великой роли Ивана Грозного в истории нашей страны. Но одновременно помним и о кровавых казнях, жестоких пытках и вечном страхе народа перед ‘царём-батюшкой’. Две грани одной личности, слитые воедино. Лунгин не стал их уравнивать и выбрал перевес в первую: Грозный, как отмечалось в рецензиях выше, слишком похож на юродивого. И в его поступках, словах, решениях от царского величия, пожалуй, и осталось что одно название. Гнев словно диктуется помешательством, а не суровым нравом. Складывается впечатление, что он даже не осознаёт реальность происходящего, живя в собственном, внутреннем мире. Жаркие молитвы сменяющиеся приступами неоправданной жестокости. Неужели он был таким — великий царь?

Фильм очень мрачный. Это вполне соответствует эпохе, конечно же, но для восприятия не хватает некоторого динамизма и яркости. События сменялись одно за другим как-то однообразно, и те моменты, которые на мой взгляд нужно было особенно подчеркнуть и выделить, почему-то остались однотонно-скучными. Однако хочется отметить эпизоды, где на переднем плане выступает икона. У Лунгина вообще очень щепетильное и трепетное отношение к христианству. Богородица в фильме действительно творит чудеса: она и рушит мост под врагами, и вершит справедливый Божий суд. Крепкая вера митрополита Филиппа словно возвышает его над всеми остальными героями, она же даёт ему удивительный дар. Вера — светлый лучик в тёмном царстве, ею живёт и надеется русский народ.

Очень странно, но самым запоминающимся персонажем для меня был царский шут. Эксцентричный герой Ивана Охлабыстина не оставляет зрителя равнодушным к своей почти безобразной внешности и колкой правде. А сколько эмоций, живости в поведении! Для меня это новая грань актёрского таланта и новый повод побольше узнать о его творчестве. Другие персонажи тоже показаны очень правдоподобно, кто-то больше, кто-то меньше, но так, чтобы зацепило — этого не было.

Фильм хорош с исторической точки зрения. Интересно посмотреть на ту эпоху, познакомиться с её героями. Но сказать, чтобы я вынесла для себя нечто новое из просмотра — этого не было. Понравилось, но ждала большего.

7 из 10

прямая ссылка

02 ноября 2014 | 12:19

показывать: 10255075100200

151—160 из 307

Наука, Образование : История : Олег Вещий : Олег Виноградов : читать онлайн

Олег Вещий


По А. А.Куру, сообщения Сурожской и Амастридской житийных легенд о набегах Руси на Черноморское побережье в первой половине IX в., византийские и восточные свидетельства о походах Руси во второй половине IX в. и первой половине X в. по берегам Чёрного и Каспийского морей, а также свидетельства о связи русов с Кавказом и его народами указывают на существование юго-восточной Приазовской Руси, бывшей там с древнейших времён, начиная с известий об антах в VI–VII вв., расположенной к северу от Азовского моря. Только Приморская Русь могла делать большими силами частые походы, опасные для жителей Чёрного и Каспийского морей и самого Царьграда.

По данным Льва Диакона Кесарийского, Русь после походов на Византию возвращалась в Керченский пролив «Боспор Киммерийский». Константин Багрянородный, перечисляя племена, отождествляет полян с русами, совершавшими морские набеги. По данным греческих источников и нашей летописи в IX–XII вв. на юге от Азовского и Чёрного морей до Киева существовало государство Русь.

В Древних источниках (до Владимира Мономаха) список князей начинается с Олега (Олега Вещего) и подчёркивается, что он русский князь, и авторы поясняют, что говорят о русском князе, который сидел в Киеве. Это указывает на то, что был какой-то другой князь Олег, и он не был русским князем. В «Повести временных лет» Сильвестра под годом 6387 (879г.) говорится, что будущий князь Киева Олег «от рода Рюрикови суща», т.е. он варяжского роду, а в Новгородской летописи младшего извода называют Олега «воеводой Рюрика» и не называют его князем. У Сильвестра Олег, набрав воинов из разных племён, двигается с севера на Смоленск и Любич на ладьях и, подходя к Киеву, берёт сначала Угорское укрепление, которое находится к югу от Киева и прикрывает его, хотя с севера город не защищён. Войско Олега состояло из варягов, чуди, словен, мери, кривичей, а в Киеве сидят Аскольд и Дир с малой дружиной. Ясно, что Сильвестр, рассказывая о взятии Киева Олегом, ошибся, беря материал из более древнего источника, записав достоверный факт взятия Киева с юга, а не с севера. Это меняет весь смысл рассказа и показывает, что он является переделкой другого текста, где Олег движется с юга, берёт сначала Угорское укрепление, затем Киев, объявляет себя князем Киева и Русской Земли, собирает силы. Затем движется на Любич, Смоленск, занимает их, выбивает варягов из Новгорода, накладывает на новгородцев дань, присоединяет город к своим владениям и возвращается в Киев.

Олег — лицо историческое, греки знали его, заключали с ним договоры, вели торговлю. В договоре Олега с Византией он русский князь, говорит на русском языке, клянётся Перуном, Велесом. Главный договор его с греками написан на русском языке писарем Иваном «ивановым писанием»… и подписан императором Львом и кесарями Александром и Константином с датой на греческом языке «сентября 2-го, индикта 15-го”, которую летописец отметил годом 6420, т.е. 912 г.

Олега знают и хазары, с которыми он вел войну и, в конечном итоге разбил и изгнал их из Крыма, а может быть и из Тамани.

1912 г. американцем Шахтером раскрыт древний еврейский документ — письма хазарского кагана к севильскому вельможе еврею Шапруту и его ответ. В этом документе упоминается царь Руси Хальгу. Учёные считают его нашим летописным Вещим Олегом. Там говорится о союзе Олега с византийским императором Романом (Лакапином 919 — 944 гг.) и о послании Олегу больших даров.

Сильвестр не поместил в своей летописи договоров 907 и 912гг. Эти договора, как и подробности похода Олега на Царьград, были внесены в «Повесть временных лет» при князе Мстиславе Владимировиче, после 1118г., когда восстанавливалось то, что было исключено Сильвестром. Не поместил Сильвестр и договоров Игоря Старого с греками. Договоры Олега с греками 907 и 912 гг. показывают, что Олег — русский князь и самый старший, и ему подчинены все. Он хозяин Земли Русской, а не Игорь, которого Сильвестр называет сыном Рюрика и который должен бы быть хозяином. В договорах Олега ничего не говорится об Игоре. Кроме того, Игорь в подчинении у Олега, а не Олег у Игоря. Договоры Олега доказывают жестокое поражение Византии, сдавшейся на милость победителя Олега. Сообщить об этом Сильвестр не мог, он был в подчинении греческого митрополита Киева и не хотел возбуждать его против себя. Эти же причины не позволили ему поместить договоры Игоря. В договоре от 944 г. ясно сказано, что Игорь имел большую семью. У него было два брата — старший, умерший до 944г., и младший, также умерший. Это противоречит сведениям Сильвестра, который говорит, что Игорь единственный сын Рюрика. Игорь имел прозвище Старый, чтобы отличаться от другого Игоря (Малого), который был сыном старшего брата Игоря Старого. Зная, что в те времена на Руси существовал закон «лествничного восхождения», по которому правящему князю наследует не сын, а следующий брат, мы сейчас же узнаем в Олеге Вещем старшего брата Игоря Старого. Это доказывает подлог Сильвестра, который назвал Игоря сыном Рюрика, а Олега его родственником. Это сделано с целью доказать происхождение Владимира Мономаха от Рюрика и придать законность захвату власти в Киеве.

Олег с Игорем, по новейшим данным, были антскими князьями. По всем данным средневековых авторов — латинских, византийских, арабских и отчасти персидских и хорезмских — Южная Русь находилась где-то вокруг города Росиа, который стоял в устье Дона. Захваченный сначала готами, потом гуннами, затем хазарами, город потерял свое значение и исчез из истории. К этому времени начинает возвышаться другой древний город — Новый Город (крымский), более известный в истории Крыма как Неаполь, хотя скифы — тавры продолжали его называть древним названием Кирчадаш, что в переводе означает Новый Город (кир-город, чадаш-новый). Из этого города и вышли Олег и Игорь, так как на этот город указывают хазарские письма к испанскому еврею Шапруту. Из этих источников становится известно, что Олег по наущению Романа из Констанцы (Царьграда) напал на хазарский город Смбрай, за что хазарский «песах», т.е. военачальник, по имени Бадшвды внезапно напал на греческие города и разрушил их, отбил свой город и принудил Олега к миру. Затем каган Руси Олег в союзе с хазарами начал войну против Романа. События, описанные в хазарском документе, являются причиной войны Олега с Византией в 906–907гг.

Олег Вещий в это время уже Великий Киевский князь, создавший мощную державу, с которой считаются все соседи, включая Византию. Он опасен для Византии, так как его владения простираются до Крыма, где южное побережье от Керкунитуды до Сугдеи принадлежало Византии и являлось колонией с городом Херсонесом (Корсунь).

Центр владений Олега — Неаполь (теперь Симферополь), от него до греческих владений очень близко и это беспокоит Византию. Кроме того, у Византии появился другой опасный сосед — хазары, которые владеют устьем Дона. В их руках Белая Вежа (древний город Росиа) и почти всё северное побережье Азовского моря и Тамань. Кесарь Роман Лакапенус решает обессилить обоих соседей, натравив их друг на друга. Зная, что предки Олега потеряли северное азовское побережье с городом Росиа, которым теперь владеют хазары, роман заключает с Олегом наступательный союз против Хазарии и обещает военную помощь флотом, толкает Олега начать войну против хазар, которые были заняты войной с арабами на Кавказе. За это он обещал Олегу Тамань, северное побережье Азовского моря и Белую Вежу. Олег, находясь в Киеве, дает приказ своему младшему брату, который живет в Неаполе и управляет Крымскими владениями Олега, немедленно напасть на хазар. Брат внезапным нападением на Тамань занимает город Самбрай (русская Тмутаракань) и, нанеся хазарским войскам поражение, двигается на Белую Вежу. В то же время послы Романа уже у хазар, сообщают им о нападении войск Олега на Тамань и предлагают хазарам союз против Олега. Узнав о предательстве византийцев, Олег посылает послов к хазарскому кагану, и предлагает союз для войны с Византией, разъяснив двойную игру Византии. Каган принимает условия Олега. Начинается война. Брат Олега, имя которого не сохранилось, пропускает хазар через свои владения, и хазары разоряют греческие города на побережье Крыма. В то же время русь и хазары начинают морской поход против Константинополя. Но греческий флот успел вернуться из Эгейского моря, встретил их «греческим огнём» и сжёг суда русохазар. Брат Олега отступает и высаживается на фракийском берегу у города Феры, где и гибнет в боях с греками. Летом 906г. Олег с огромным флотом в 2000 судов выступает в поход и разбивает греков, которые сдаются ему, платят огромную контрибуцию и подписывают договор, известный теперь как договор 912г. Всё это доказывает южное происхождение Олега Вещего и его рода. А.А.Кур (Куренков) высказывает мысль, что посольство из Неаполя в 839г. от царя русов Чекана к греческому царю было от отца Олега.

Почему Олег, имея владения в Крыму вдруг, двинулся на север и захватил Киев? В Синоидальной библиотеке была отрывочная летопись, написанная в Новгороде и содержащая рассказ о посылке русью, словенами, кривичами «к Руси, к морю Понетському, еже словеть Руському»… за помощью против «находников», «то ли насилье деяху Руси, словенам, кривичам, мерям»… Текст был помечен 6364 г. (864 г.). Летопись была пергаментная и очень старая. Здесь указывается, что послы отправились к Руси не «за море», т. е. не по морю Балтийскому, а к Чёрному морю, в Южную Русь Причерноморья.

В середине IX в. Русь оказалась в тяжелейшем положении. На юге продвигались с востока на запад хазары и достигли реки Днепра. На севере в это время с востока двигаются камско-волжские болгары, захватывают русские племена на Волге. С запада из Европы двигаются варяги сухопутным путём до устья Западной Двины и морским путём по Варяжскому морю (Балтийскому) через Неву, Ладожское озеро на Ладогу и по реке Свири в Онежское озеро и из него на юг, в район Белого озера. Таким путём пришёл Рюрик с родами. Бедствие было ужасное. Находники грабили, уводили в рабство жителей, разоряли селения и города, накладывали непосильную дань. Это происходило до тех пор, пока разрозненные племена не стали объединяться. Племена долго обсуждали, кого призвать на помощь, и решили обратиться за помощью к Руси. Послы прибывают к Олегу Вещему. Так А.А.Кур объясняет прибытие Олега в Киев. Он изгоняет оттуда варягов, убивает летописных Аскольда и Дира. Города и селения переходят на его сторону. Так занимает он Любич, Смоленск и с боем Новгород, где засели варяги летописного Рюрика. Тогда становится понятно, почему Олег подступил к Киеву с юга и взял сначала Угорское укрепление. После гибели брата Олега Вещего в Персии, неудачного похода на Константинополь и уничтожения его флота греками, Южная Русь подпадает под власть хазар около 920–930гг. Киевская Русь не была под властью хазар. Сильвестр не говорит об освобождении Олегом Поволжья от хазар и болгар. Из 31 года правления Олега Вещего Сильвестр говорит лишь о пяти.

У Иоакима сказано, что Ольга-Прекраса не простого звания, а из Гостомыслова рода. Татищев в примечании уточняет, что Ольга внучка Гостомысла и родилась от его старшей дочери где-то под Изборском. Типографская летопись проясняет этот вопрос. Там прямо сказано, что будущая княгиня Ольга была родной дочерью Олега Вещего. Если принять мнение Татищева, что Ольга является внучкой Гостомысла от его старшей дочери, то становится ясно, что отец Ольги и есть Олег Вещий. Отсюда и его право на наследование, согласно лествничного права, а не Игоря. В договоре Олега с греками от 912г. после взятия Константинополя Игорь Старый не упоминается. Олег относится к Гостомыслову новгородскому роду. Линия Гостомысла передалась по женской линии.

Олег первый подлинный строитель Русской державы. Он создал сильное государство, нанёс первый удар по Хазарскому каганату. Согласно новейшим данным основным ядром созданного государства были поляне, жившие на реке Рось и называвшие себя “Русью”. Другие племена, объединяясь, принимали название ведущего племени и вскоре все славянские и антские племена на территории Киевского государства называли себя Русью и русскими.

Смерть Олега окутана непроницаемой тайной, как и его жизнь. Легенда о “гробовой змее” лишь часть тайны. В Приднепровье водятся лишь гадюки, а их укус не является смертельным. В Новгородской Первой летописи младшего извода история смерти Олега излагается иначе. “И прозваша и Олга вещии; и бяху людии погани и невегласи. Иде Олег к Новугороду, и оттуда в Ладогу. Друзии же сказають, яко идущю ему за море, и уклюну (укусила) змиа в ногу, и с того умре: есть могыла его в Ладозе”. Здесь масса загадок. Оказывается, умер князь Олег в Ладоге по дороге в Новгород. В Ладоге и могила Олега, которую показывают экскурсоводы.

Новгородский летописец не отрицает смерть Олега от укуса змеи, но делает уточнение, которого нет у Нестора: змея укусила Олега не на днепровском или волховском берегу, а “за морем”. В Новгородской летописи сказано, что после укуса Олег “разболелся”. Отсюда видно, что князя привезли из-за моря смертельно больным, и он пожелал умереть на родине. Знаменитый договор был подписан в 912г. (в год смерти) в Византии. Мы знаем, что излюбленным и хорошо отработанным орудием византийцев для расправы с неугодными был обыкновенный яд, который подсыпался в пищу или вино. А потом всё можно было свалить на змею.

Даты смерти Олега в Новгородской и Нестеровской летописях не совпадают. Разница в 10 лет. По Нестору Олег умер в лето 6420 (912г.), а согласно Новгородской летописи в лето 6430 (922г.). Первоначальный текст в Несторовской летописи в местах, касающихся смерти Олега подчищен. На место стёртого текста помещено сообщение, не имеющее отношение к русской истории, – историю об Апполонии Тианском эллинском философе-неопифагорийце, жившем в Iв. н.э.

Специалисты филологи считают, что прозвище Олега — “Вещий”- во времена Нестора не означало “мудрый”, а относилось исключительно к его склонности к волхованию. Он выполнял функции жреца, волхва, кудесника, чародея. Видимо, в утраченных страницах говорилось не только о полководческой и управленческой, но также и его жреческой деятельности. Мужественный и волевой волхв, облечённый властью, видимо, нетерпимо относился к христианским миссионерам. Было за что не любить христианским цензорам князя Олега. После смерти Олега процесс формирования державы Рюриковичей сделался уже необратимым.

Археологи в бассейне р. Рось нашли серебряные княжеские знаки IV –VII вв.


Был ли Вещий Олег? » Тайны истории

Фото gov.cap.ru

Андрей Шестаков, специально для сайта Тайны истории

Все мы знаем бессмертные пушкинские строки: «Как ныне сбирается вещий Олег отмстить неразумным хазарам» и так далее, вплоть до «гробовой змии». А что думают о Вещем Олеге историки?

А вот что: «ОЛЕГ (Вещий, т.е. знающий будущее; это прозвище Олег, видимо, получил будучи одновременно и верховным жрецом) – первый киевский князь из родственников Рюрика. Если принимать во внимание версию А.И. Лященко о том, что Олег – это норвежец Одд Орвар (Стрела), то отцом его был Кетиль, по прозвищу Лосось. Согласно скандинавским сагам, Одд жил в Галогаланде (Северной Норвегии) и много раз совершал походы в Биарминию, Гардарик (Русь), Грикъярик (Византию), а затем уехал княжить в Гуналанд (Киевщину). Одд был дважды женат: 1) на неизвестной, от которой оставил сына Хелги – Олега, и 2) на Силкисиф («Шёлковой Деве»), от которой оставил двоих сыновей: Асмунда (Асмуда) и Геррауда. У Одда была сестра Ефанда (Алфвинд), которую выдали замуж за новгородского князя Рюрика. Летопись рассказывает, что Рюрик, умирая в 879 г., передал власть своему шурину, Олегу, как старшему в роде. Хазарский царь пригласил дружину Олега к себе на службу, посулив варягам раздел Восточной Европы и поддержку за уничтожение «Русского каганата» Дира и Аскольда на Днепре. Олег, по-видимому, долго размышлял над этим, почти 3 года оставаясь в Новгороде, и наконец, набрав войско из варягов и подвластной ему чуди, ильменских словен, мери, веси, кривичей и др., двинулся в 882 г. на юг. Сначала он взял главный город кривичей – Смоленск и посадил в нём своего наместника, потом перешёл в землю северян, взял Любеч и также оставил там наместника. Подойдя к Киеву, обманом избавился от полянского князя Дира и его воеводы Аскольда (своего племянника) и сделал Киев столицей своего княжества. Вскоре после этого начал строить города и крепости в завоёванных землях, взимая с них дань. Новгород должен был платить ему ежегодно по 300 гривен на содержание дружины, набранной в основном из варягов. В 883 г. были покорены древляне, находящиеся во вражде с полянами. На них он наложил дань по чёрной кунице со двора. Северяне, платившие до того дань хазарам, стали платить её Олегу. Радимичи платили ему по 2 шеляга с рала, как до того – хазарам. Однако Олегу потребовалось 20 лет, чтобы покорить дулебов, хорватов и тиверцев. Уличей же он так и не смог подчинить. Хазария не простила ему того, что Олег лишил её прежних данников. Засевший в Киеве варяжский конунг вскоре встал вассалом общины хазарских иудеев, использовавших русов и славян в войнах с христианами и мусульманами. В начале Х в. русский флот оперировал на Каспии против врагов хазар. Киевские варяги поставляли хазарам «дань кровью». Они посылали подчинённых им славяно-русов умирать за торговые пути правителей Хазарского каганата. В 907 г., оставив Игоря (сына Рюрика, возможно, внука) в Киеве, Олег пошёл на Византию по морю на 2 тыс. ладьях. Греки перегородили гавань столицы цепью. Олег сошёл на берег и стал опустошать окрестности Константинополя, разрушая здания и храмы. Воины и дружина рубили и топили бежавших от них в ужасе мирных жителей. Войско императора продолжало отсиживаться в крепости города. Тогда Олег якобы поставил ладьи с парусом на колёса и с попутным ветром двинулся к Константинополю. Византийцы запросили мира. Киевский князь, взяв богатую дань, подписал мирный договор о льготах русским купцам в Византии и вернулся в Киев с золотом, дорогими тканями, заморскими фруктами, винами и др. В 912 г. (по другим источникам, в 922 г.) Олег умер, по преданию, от укуса змеи. Место его погребения до сих пор неизвестно: по одной версии, Олег похоронен в Киеве в урочище Щековице, по другой, — в Ладоге[1]».

 Автор энциклопедии при написании своего текста, использовал три основных источника, а именно: сагу од Одде Стреле; русские летописи;  т.н. Кембриджский аноним. Обратимся к ним и мы.

САГА ОБ ОДДЕ СТРЕЛЕ[2]

Данная сага достаточно велика по объёму, поэтому я привожу её не полностью, а только те три эпизода, благодаря которым многие авторы идентифицируют Одда как Олега: предсказание Одду смерти от его коня; поездка Одда на Русь; смерть Одда в соответствии с предсказанием.

1. Предсказание.

Когда Одд был ещё совсем молодым человеком в дом, где он проживал, пригласили вёльву (предсказательницу). И вот что дальше произошло: «…все люди подходили к колдунье, и она рассказывала каждому, что суждено, и все были довольны своим жребием. Потом она рассказала о зиме и многие другие вещи, о которых люди ещё не знали. Ингьяльд поблагодарил её за предсказания.

— Все ли, кто здесь есть, подходили сюда? – спросила она.

— Я полагаю, почти все, — ответил Ингьяльд.

— Что лежит там на скамье? – спросила вёльва.

— Какой-то плащ, — сказал Ингьяльд.

— Мне кажется, что он время от времени шевелится, когда я смотрю на него, — заметила она.

Тогда лежавший [Одд] сел и сказал: «Тебе правильно кажется, что это человек, и это человек, который хочет, чтобы ты скорее замолчала и не болтала о моей судьбе, потому что я не верю тому, что ты рассказываешь».

Одд держал в руке палку и сказал: «Этой палкой я ударю тебя по носу, если ты предскажешь что-нибудь о моих делах».

Она ответила: «Однако я скажу тебе, а ты будешь слушать».

Затем из её рта полилась песня:

«Не испугаешь ты,

Одд из Ядара,

ни бревном очага,

ни болтовнёй.

Сбудется слово,

что скажет вёльва.

Всё она ведает,

что кому выпало.

Как ты не странствуй

солёными фьордами,

как не скользи

по суше и волнам,

пусть даже море

дождём обрушится, —

здесь будешь сожжён ты,

на Берурьодре.

Убьёт тебя змей

яда исполненный,

блестящий из древних

дыр черепа Факси.

В ногу внизу

гадюка вопьётся,

когда ты совсем,

воевода, состаришься».

— Я расскажу тебе, Одд, — молвила она, — что тебе, возможно, хорошо бы узнать: тебе суждено гораздо больше, чем другим людям. Ты проживёшь три сотни зим, будешь путешествовать из страны в страну и всегда будешь считаться величайшим там, куда придёшь. Твой путь пройдёт по всему миру, но где бы ты ни странствовал, умрёшь ты здесь, на Берурьодре. Здесь в стойле стоит конь Факси, серой масти, только грива другая. Череп того коня причинит тебе смерть.

— По-моему, ты предсказываешь, как самая распоследняя старуха, — сказал Одд.

Он вскочил, когда она закончила говорить, и ударил её палкой по носу так сильно, что на землю брызнула кровь. […]

После этого Одд попросил Асмунда пойти с ним. Они взяли Факси, накинули на него уздечку и повели за собой, пока не пришли в одну небольшую долину. Там они выкопали яму настолько глубокую, что Одд с трудом выбрался из неё, а затем убили Факси и столкнули вниз. Одд с Асмундом принесли туда такие большие камни, какие только смогли, а между камней насыпали песок. Над тем местом, где лежал Факси, они возвели курган.

Когда же они закончили свою работу, Одд сказал: «Если Факси восстанет, я скажу, что в этом поучаствовали тролли, но думаю, что теперь избежал той судьбы, при которой он стал бы моей погибелью[3]».

Любопытно, что хотя Одд и утверждал, что не верит словам предсказательницы, коня тем не менее убил.

2. Поездка на Русь.

«…случилось так, что конунг, который был на востоке в Хольмгарде, внезапно умер, а власть захватил незнакомец по имени Квилланус и стал там конунгом. У него была довольно странная привычка: он носил маску, и его никогда не видели с неприкрытым лицом. Это казалось людям удивительным. Никто не знал ни о его роде, ни о родине, как и о том, откуда он пришёл. Люди много это обсуждали. Случившееся стало широко известным, и достигло в Гриккланде ушей Одда, и ему показалось очень странным, что он никогда не слышал об этом человеке, хоть путешествовал повсюду. Одд встал тогда на доску настила и торжественно пообещал, что узнает, кто конунг в Гардах на востоке, и немного погодя он собрал войско и снарядился из дома. […]

Гардарики такая большая земля, что в ней тогда были государства многих конунгов. Одного конунга звали Марро. Он правил в Морамаре; это страна в Гардарики. Одного конунга звали Радстав. Он правил в Радстове. Одного конунга звали Эддваль. Он правил тем государством, которое называется Сурсдаль. Хольмгейром звали конунга, который правил Хольмгардом после Квиллануса. Одного конунга звали Пальтес. Он правил Пальтескьюборгом. Одного конунга звали Кэнмар. Он правил Кэнугардом, а первым там поселился Магок, сын Яфета сына Ноя. Все эти конунги, которые были сейчас названы, платили дань конунгу Квилланусу.

Прежде чем Одд пришёл в Хольмгард, Квилланус в течение трёх зим собирал войска. Люди считают, что он заранее знал о приходе туда Одда. С ним были все ранее названные конунги.

[…] на следующий день они начали битву. Она была неистовая и упорная, с той и с другой стороны погибло очень много людей.

[…] Одд убил всех конунгов, подчинённых Квилланусу, некоторых застрелил, некоторых зарубил. […]

Квилланус пока ещё не вступил в бой, потому что, как говорят люди, из каждого его пальца летела стрела и от каждой умирал человек, и с помощью своих людей он убил всех, кто был вместе с Оддом. У Квиллануса тоже погибло столько, что трудно сосчитать. Одд всё ещё стоял и очень смело защищался. […] Ночь разлучила их, потому что в темноте нельзя было биться. Квилланус вернулся в город со своими людьми, которые остались живы. Их было не больше шестидесяти человек, все они были усталые и раненые. С тех пор его прозвали Квилланус Меченый. Он правил Хольмардом долгое время после этого.

Одд удалился прочь, в лес, и шёл, пока не пришёл в Галлию.[…]

Затем он обитал в лесах под открытым небом, пока не пришёл в своё государство. Зажил он тогда тихо[4]».

Информация о Руси, которая содержится в саге, совершенно неправдоподобна. Оказывается, что власть в Гардарике (Руси) захватил некий Квилланус. При этом у него в подчинении оказались следующие русские города:

Морамар (Муром)  — в котором правил Марро;

Радстов (Ростов) – Радстав;

Сурсдаль (Суздаль) – Эддваль;

Пальтескьюборг (Полоцк) – Пальтес;

Кэнугард (Киев) – Кэнмар.

Думаю, всем понятно, что правители русских городов с такими экзотическими именами упоминаются только в этой саге.

После боя с Квилланусом Одд, потерявший всё своё войско, ушёл в лес и «шёл, пока не пришёл в Галлию». Сразу же возникает вопрос: какую страну, граничившую в то время с Русью, автор саги назвал Галлией?

3. Смерть Одда.

Прошло много лет и постаревший Одд приплыл на родину: «Одд и его люди сошли на берег и направились туда, где стоял хутор Ингьяльда, и были там в ту пору поросшие травой развалины.

Он осмотрелся и затем сказал: «Стоило узнать, что весь этот хутор будет развален и совсем разорён, по сравнению с тем, что было здесь раньше».

Вот они с Оддом пошли к морю, и везде, где раньше, когда Одд жил там, цвели цветы, теперь была голая земля.

Когда они спустились, Одд сказал:

— Теперь я считаю, что нет надежды на то, что сбудется предсказание, которое давно сделала мерзкая вёльва. Но что это там? – сказал Одд. – Что там лежит, не конский ли череп?

— Да, — сказали люди, — выгоревший на солнце и старый на вид, очень большой и весь снаружи серый.

— Как вы думаете, не череп ли это Факси?

Случилось так, что Одд ткнул в череп рукоятью своего копья. От этого череп немного наклонился, а из-под него к Одду скользнула гадюка. Змея ужалила его в ногу выше лодыжки так, что её сразу поразил яд, и вся нога распухла вместе с бедром. Одду стало до того плохо, что им пришлось вести его вниз, к морю. Придя туда, Одд уселся и сказал: «Теперь разделим моё войско пополам, и рядом со мной сядут сорок человек, и я хочу сочинить песнь о моей жизни, а остальные сорок сделают для меня каменную гробницу и соберут туда дерево. И пусть там всё сожгут, когда я буду мёртв».

Теперь он начал песнь, а другие приступили к своему делу: рубить каменную гробницу и носить деревья. Те же, которых назначили для этого, слушали песнь. […]

Когда песня кончилась, Одда охватила слабость, и они отвели его туда, где была готова каменная гробница.

Тогда Одд сказал: «Теперь подтвердится всё, что говорила мне вёльва. Сейчас я лягу в гробницу и умру там. Затем разведите вокруг огонь и сожгите всё».

Потом он улёгся в каменную гробницу и сказал: «Теперь передайте мой привет домой Силькисив и нашим сыновьям и друзьям».

После этого Одд умер. Тогда они развели огонь, и сожгли всё, и не уходили, пока всё не сгорело[5]».

Сразу бросается в глаза неточность предсказания – череп-то был не Факси. Труп того, как мы помним, не просто закопали глубоко под землю, а ещё и навалили сверху груду камней.

Вообще, после прочтения этой саги у меня создалось впечатление, что те авторы, которые пытаются идентифицировать Одда и Вещего Олега саму сагу, скорее всего, не читали, а знают о ней в пересказе – мол есть такая сага, в которой главный герой погиб так же как Олег. Дело в том, что эта сага просто сказка. В ней, наряду с обычными людьми, описываются следующие волшебные существа и вещи:

«Стрелы с золотым оперением, которые сами летели с тетивы и их никогда не нужно было разыскивать.»

«Сорочка сшитая из шёлка и вышитая золотом в которой никогда не замёрзнешь, ни в море, ни на суше. Тебя не утомит плавание, и тебе не повредит огонь, и не одолеет тебя голод, и не порежет тебя железо.»

Гигантский коршун: «На него [Одда] налетел коршун и стиснул своими когтями так крепко, что он никак не мог сопротивляться. Это создание летело вместе с Оддом над многими странами и морями.»

Великанша по имени Хильдигунн, которой Одд едва доставал до середины бедра и которая умудрилась, при такой разнице в габаритах, родить Одду сына.

Зверь финнгалькн: «У него была человеческая голова и огромные клыки. Его хвост был длинный и толстый, а когти – удивительно велики. В каждой лапе он держал по мечу; они были блестящие и большие. Как только этот финнгалькн вышел к людям, он ужасно зарычал и при первом же натиске убил пятерых людей. Двоих чудовище зарубило мечами, третьего – укусило зубами, а двоих – ударило хвостом, и всех – насмерть».

Морское чудовище хавгува: «она глотает людей, корабли, китов и всё, что поймает. Она плывёт под водой, пока ночь не сменяет день, и тогда высовывает из воды свою голову и ноздри, и когда она выныривает, происходят по меньшей мере приливы и отливы».

Мне представляется, что вычленить какие-либо исторические факты из этой сказочной саги совершенно нереально.

ЛЕТОПИСИ.

Информация об Олеге содержится в т.н. Повести временных лет (ПВЛ), которая находится во многих русских летописях. Ниже приведён текст из трёх старейших летописей: Новгородской, Ипатьевской и Лаврентьевской.

Новгородская 1-я летопись: «И бысть у него [Рюрика] воевода, именем Олег, муж мудр и храбор. И начаста воевати, и налезоста Днепр реку и Смолнеск град. И оттоле поидоша вниз по Днепру и приидоша к горам кыевскым, и узреста город Кыев, и испыташа, кто в нём княжит; и реша: «Два брата, Асколд и Дир». Игорь же и Олег, творящася мимоидуща и потаистася в лодьях, и с малою дружиною излезоста на брег, творящася подугорскыми гостьми, и сзваста Асколда и Дира.Слезшима же има, выскакаша прочии воины з лодеи Игоревы на брег, и рече Игорь ко Асколду: «Вы неста князя, ни роду княжа, нь аз есмь князь, и мне достоит княжити». И убиша Асколда и Дира, и абие несше на гору и погребоша и: Асколда на горе, еже ся ныне Угорское наричет, идеже есть двор Олмин, на тои могыле постави Олма церковь святого Николу; а Дирева могыла за святою Ириною. И седе Игорь, княжа в Кыеве, и беша у него варязи мужи словене, и оттоле прочии прозвашася русью. Сеи же Игорь нача грады ставити и дани устави словеном и варягом даяти, и кривичем и мерям дань даяти варягом, а от Новагорода 300 гривен на лето мира деля, еже не дают. […]

В лето 6430 [922]. Иде Олег на грекы и прииде к Цесарюграду; и греци замкоша Съсуд, а град затвориша. И влез Олег и повеле извлещи корабля на брег, и повоева около града, и много убийство створиша греком, и разбита многы полаты и церкви. И повеле Олег воем своим колёса изделати и вставити корабля на колёса. И бывшю покосну ветру, и вспяша пре, и с поля идоша к граду. И увидевше же, убояшася греци, и реша, выславше к Олгови: «Не погубляи града; имемся по дань, якоже хощеши». И исстави Олег вои, и внесоша ему брашно и вино; и не прия его, бе бо устроено с отравою. И убояшася гречи, и реша: «Несть се Олег, нь святыи Дмитрии послан от Бога на ны». И заповеда Олег дань даяти на 200 корабль по 12 гривне на человек, а в корабле по сороку муж. Сам же взя злато и паволокы и возложи дань, юже дают и доселе князем рускым. И рече Олег: «Шиите пре паволочите руси, а словеном кропинны»; и бысть тако. Повеси щит свои в вратех, показая победу. И поиде от Цесаряграда, и воспяша пре русь паволочитыя, а словене кропинныя; и раздра ветр кропинныя. И реша словене: «Имемся своих толстинах, не даны суть словеном пре». Прииде Олег к Кыеву и ко Игорю, несыи злато и паволокы, и вино и овощь. И прозваша и Олга Вещии; и бяху людие погани и невегласи. Иде Олег к Новугороду и оттуда в Ладогу. Друзии же сказают, яко идущю ему за море, и уклюну змиа в ногу, и с того умре. Есть могыла его в Ладозе[6]».

Ипатьевская летопись: «В лето 6387 [879]. Умершю же Рюрикови, предаст княжение своё Олгови, от рода ему суща, вдав ему на руце сына своего Игоря, бяше бо молод велми. […]

В лето 6390 [882]. Поиде Олг, поем вои свои многы, варягы, чюдь, словены, мерю, весь, кривичи, и приде к Смоленску и с кривичи, и прия город Смолнеск, и посади в нем муж свои. Оттуда поиде вниз и пришед взя Любеч, и посади муж свои. И придоста к горам Киевскым, и увиде Олг, яко Осколд и Дир княжита, и похорони вои в лодьях, а другыя назади остави, а сам приде, нося Игоря молода. И приступль под Угорское, похоронив вои свои, и посла к Асколду и Дирду, глаголя, яко: «Госте есмы, идём в грекы от Олга и от Игоря княжичича; да приидета к роду своему, к нам». Асколд же и Дирд придоста, и выскакаша вси прочии из лодеи, и рече Олг к Асколдови и Дирови: «Вы неста князя, ни роду княжя, но аз есмь роду княжа». И вынесоша Игоря: «А сь сын Рюриков». И убиша Асколда и Дирда, и несоша на гору, и погребоша на горе, еже ся ныне зовет Угорское, идеже ныне Олмин двор: на тои могиле поставил Олма божницю святаго Николы; а Дирдова могила за святою Ориною. И седе Олег княжа в Кыеве, и рече Олег: «Се буди мати городом рускым». И беша у него словени и варязи, и прочии, прозвашася русью. Се же Олег нача городы ставить, и устави дани словеном и кривичем, и мерям; и устави варягом дань даяти от Новагорода 300 гривен на лето, мира деля, еже до смерти Ярославли даяше варягом.

В лето 6391 [883]. Поча Олег воевати на древляны, и примучив я, поча на них дань имать по черне куне.

В лето 6392 [884]. Иде Олег на севяры и победи северы, и взложи на них дань легку, и не даст им козаром дани даяти, рек: «Аз им противен, а вам нечему давати».

В лето 6393 [885]. Посла Олег к радимичем , ркя: «Кому дань даете?»; они же реша: «Козаром». И рече им Олег: «Не даваите козаром, но мне даваите». И вдаша Олгови по щелягу, якоже и козаром даяху. И бе обладая Олег деревляны, полянами, радимичи, а со уличи и тиверци имеяше рать. […]

В лето 6415 [907]. Иде Олег на греки, Игоря остави в Кыеве, поя же множство варяг и словен, и чюди, и кривичи, и мерю, и поляны, и северо, и деревляны, и радимичи, и хорваты, и дулебы, и тиверци, яже суть толковины. Си вси звахуться Великая Скуфь. И с семи всеми поиде Олег на конех и в кораблех, и бе числом кораблии 2000. И приде к Цесарюграду, и греци замкоша Суд, а город затвориша. И вылезе Олег на берег и повеле воем изволочити корабля на берег. И повоева около города, и много убииство створи греком, и полаты многы разбиша, а цркви пожгоша; а ихже имяху полоняники, овех посекаху, другыя же мучаху, иныя же растреляху, а другыя в море вметаша, и ина многа зла творяху русь греком, елико же ратнии творят. И повеле Олег воем своим колеса изделати и вставити корабля на колеса. И бывшю покосну ветру, успяша пре с поля и идяше к городу. Видевше же греце, убояшася и ркоша, выславше ко Олгови: «Не погубляи город, имемся по дань, якоже хощеши». И стави Олег вои, и вынесоша ему брашна и вино, и не прия его, бе бо устроено с отравою. И убояшася греце и ркоша: «Несть се Олег, но святыи Дмитрии послан на ны от Бога». И заповеда Олег дань даяти на 2000 кораблии по 12 гривне на человека, а в корабли по 40 муж. И яшася греци по се, и почаша греци мира просити, дабы не воевал грецкой земли. Олег же, мало отступив от города, нача мир творити с цесарема грецкыма, с Леоном и с Александром, посла к нима в город Карла, Фарлофа, Велмуда, Рулава и, Стемида, глаголя: «Имете ми ся по дань». И ркоша греце: «Чего хочете, и дамы ти». И заповеда Олег дати воем на 2000 кораблии по двенатчать гривне на ключ, и по том даяти углады на руские городы: первое на Киев, таже и на Чернигов, и на Переяславль, и на Полтеск, и на Ростов, и на Любеч, и на прочая городы; по тем бо городом седяху князья под Ольгом суще. «Да приходят русь, хлебное емлют, елико хотят; а иже придут гостье, да емлют месячину на 6 месяц, и хлеб, и вино, и мяса, и рыбы, и овощем, и да творят им мовь, елико хотят. И поидут же русь домови, да емлют у цесаря вашего на путь брашно и якоря, и ужища, и пре, и елико надобе». И яшася греци, и ркоша цесаря и боярство все: «Аще приидут русь бес купли, да не взимают месячины; да запретит князь людем своим, приходящим руси зде, да не творят пакости в селех и в стране нашеи. Приходящии русь да витают у святаго Мамы; и послет цесарство наше, да испишют имена их, и тогда возмут месячное свое: первое от города Киева, и пакы ис Чернигова, и Переяславля, и прочии городи. И да входят в город одиными вороты с цесаревым мужем, без оружья, муж 50, и да творят куплю, якоже им надобе, не платяче мыта ни в чем же». Цесарь же Леон с Олександром мир створиста с Ольгом, имшеся по дань, и роте заходивше межи собою, целовавше сами крест, а Ольга водиша и мужии его на роту: по рускому закону: кляшася оружьем своим и Перуном, богом своим, и Волосом, скотьим богом, и утвердиша мир.

И рече Олег: «Ишиите пре паволочити руси, а словеном кропиинныя»; и бысть тако. И повесиша щиты своя в вратех, показающе победу. И поиде от Цесаряграда, и вспяша русь пре паволочитые, а словене кропиинныя, и раздра я ветр. И ркоша словене: «Имемся своим толстинам, не даны суть словеном пре кропинныя». И приде Олег к Киеву, неся золото и паволокы, и овощи, и вина, и всяко узорочье. И прозваша Ольга Вещии: бяху бо людие погани и невеголос. […]

В лето 6420 [912]. Посла Олег мужи свои построити мира и положити ряды межи грекы и русью; и посла, глаголя: «Равно другаго свещания, бывшаго при тех же цесарих Лва и Александра. Мы от рода рускаго, Карлы, Инегелд, Фарлоф, Веремуд, Рулав, Гуды, Руалд, Карн, Фрелав, Рюар, Актеву, Труан, Лидулфост, Стемир, иже послани от Олга, великаго князя рускаго, и от всех, иже суть под рукою его светлых бояр, к вам, Львови, и Александру, и Костянтину, великым о бозе самодержцем, цесарем грецкым, на удержание и на извещение от многых лет межю християны и русью бывшюю лубовь, похотеньем наших князь и по повелению, и от всех, иже суть под рукою его сущих руси. Наша светлость боле инех хотящих же о бозе удержати и известити такую любовь, бывшюю межю християны и русью, многажды право судихом, но точью простословесен, и писанием и клятвою твердою, кленшеся оружьем своим, такую любовь известити и утвердити по вере и по закону нашему суть, яко понеже мы ся имали о божии вере и любви, главы таковыя:  По первому бо слову да умиримся с вами, грекы, да любим друг друга от всея душа и изволенья и не вдадим, елико наше изволение быти от сущих под рукою наших князь светлых, никакому же сблазну или вине, но потщимся, елико по силе, на схранение прочих и всегда лет с вами, грекы, исповеданием и написанием с клятвою извещаемую любовь непревратну и непостыжну. Тако же и вы, греци, да храните таку же любовь к князем же светлым нашим рускым и к всем, иже суть под рукою светлаго князя нашего, несблазнену и непреложну всегда и в вся лета. А о головах, иже ся ключют проказа, урядимся сице. Да елико яве будет показании явлеными, да имеют верное о тацех явлении; а ему же начнут не яти веры, да не кленется часть та, иже ищет неятью веры; да егда кленется по вере своеи, будет казнь, якоже явится сгрешение о сем. Аще кто убиет, крестьянина русин или христьянин русина, да умрет, идеже аще створит убииство. Аще ли убежит створивыи убииство: аще есть имовит, да часть его, сиречь иже его будет по закону, да возмет ближнии убьенаго; а и жена убившаго да имеет толцем же прибудет по закону. Аще ли есть неимовит створивыи убоиство, и убежав, да держится тяжи, дондеже обрящется, яко да умрет. Аще ли ударит мечем или бьет кацем любо ссудом, за то ударение или убьение да вдаст литр 5 сребра по покону рускому. Аще ли будет и неимовит тако створивыи, да вдаст елико может, и да соимет с себе и ты самыя порты своя, в них же ходит. А опроче да роте ходит своею верою, яко никако же иному помощи ему, да пребывает тяжа оттоле не взискаема о сем. Аще украдет русин что любо у крестьянина, или пакы христьянин у русина, и ят будет в том часе тать, егда татьбу створит от погубившаго что любо. Аще приготовится татьбу творяи и убиен будет, да взыщется смерть его ни от христьян, ни от руси, но паче убо да взмет свое, иже будет погубил. И аще вдаст в руце украдыи, да ят будет тем же, у негоже будет украдено, и связан будет, и отдаст то, еже сме створит, и створит трижды о сем. Аще ли кто, или русин хрестьяну, или хрестьян русину, мучения образом искус творити и насилье яве, или взмет что любо дружинне, да вспятит троич. Аще вывержена лодья будет ветром великом на землю чюжю и обрящются тамо иже от нас, руси, да аще кто идет снабдети лодью с рухлом своим и отсылати пакы на землю крестьянску, да проводим ю сквозе всяко страшно место, дондеже придет в бестрашно место. Аще и таковая лодья, и от буря, или боронения земнаго боронима, не может взборонитися в своя си места, спотружаемся гребцем бо тоя лодья мы, русь, и допровадим с куплею их поздорову, ти аще ключится близ земли грецкы. Аще ли ключится такоже проказа лодьи рустеи, да проводим ю в Рускую землю, и да продают рухло тоя лодья; и аще что может продати от лодья, воволочим им мы, русь, да егда ходим в грекы или с куплею или в солбу к цесареви вашему, да пустим я с честью проданое рухло лодья их. Аще ли ключится кому от тоя лодья в неи убьену быти или бьену быти от нас, руси, или взяти что любо, да повинни будут то створшии преждереченную епитемьею.  От тех аще полоняник обою страну держим есть, или от Руси, или от Грек, и продан в ину страну: оже обрящется или русин или гречин, да не купят и взвратят и скупленое лице в свою страну, и взмут цену его купящии, или мнится в куплю на дань челядиная цена. Такоже, аще от рати ят будет, да от тех Грек, такоже да взвратится в свою страну и отдана будет цена его, якоже речено есть, яко же есть купля. Егда же требует на воину ити, егда же потребу творите, и си хотят почестити цесаря вашего, да аще в кое время елико их придет и хотят оставити у цесаря вашего, своею волею да будут. О руси о полоненьи. Многажды от коея убо страны пришедшим в русь и продаемом в кристьяны, и еще же и от християн полонных многажды от коея любо страны приходящим в Русь, се продаеми бывают по 20 золота, и да придут в Грекы. О том, аще украден будет челядин рускыи, или вскочит, или по нужи продан будет, и жаловати начнут русь, да покажеться таковое от челядина, да имут и в Русь. Но и гостье погубиша челядин и жалуют, да ищют и обретаемое да имут е. Аще ли кто искушения сего не даст створити, местник да погубит правду свою. О работающих в грецех руси у христьянского цесаря. Аще кто умрет, не урядив своего именья, ци и своих не имать, да взвратит именье к малым ближикам в Русь. Аще ли створит обрящение, таковыи взмет уряженое его, кому будет писал наследити именье, да наследит е от взимающих куплю руси, от различных, ходящих в Грекы и удолжающих. Аще злодеи взвратится в Русь, да жалуют Русь Христьянскому цесарству, и ят будет таковыи и взвращен будет не хотяи в Русь. Си же вся да творят русь грекам, идеже аще ключится таково. На утвержение же и неподвижение быти межи вами, христьяны, и русью, бывшии мир створихом Ивановом написанием на двою харотью, цесаря вашего и своею рукою, предлежащим честным крестом и святою единосущною Троицею, единоистиннаго Бога нашего, извести и даст нашим словом. Мы же кляхомся к цесарю вашему, иже от Бога суще, яко Божие здание по закону и по покону языка нашего, не переступати ни нам ни иному от страны нашея от уставленых глаголов мира и любве. И таково написание дахом цесарства вашего на утвержение обоему пребывати, таковому свещанию, на утвержение и на извещение межи вами бывающаго мира, месяца себтября в 2, а в неделю 15, в лето от создания миру 6420». […] Послании же Ольгом сли придоша к Олгови и поведаша вся речи обою цесарю, како створиша мир и уряд положиша межю Грецкою землею и Рускою, и клятвы не переступати ни грецем ни руси. И живяше Олег, мир имея к всем странам, княжа в Киеве. И приспе осень, и помяну Олег конь свои, иже бе поставил кормити, не вседати на нь. Бе бо преже впрошал волхвов и кудесник: «От чего ми есть умрети?». И рече ему один кудесник: «Княже, конь, егоже любиши и ездиши на нем, от того ти умрети». Олег же приим в уме си, рече: «Николи же всяду на конь, ни вижю его боле того». И повеле кормити и и не водити его к нему; и пребыв неколко лет, не дея его, дондеже и на грекы иде. И пришедшю ему к Киеву, и пребысть 4 лета. На 5 лето помяну конь свои, от него же бяху рекли волстви умрети Ольгови. И призва стареишину конюхом, рекя: «Где есть конь мои, егоже бех поставил кормити и блюсти его». Он же рече: «Умерл есть». Олег же посмеяся и укори кудесника, рекя: «То ть не право молвят волсви, но все то лжа есть; конь умерл, а я жив». И повеле оседлати конь: «Да ть вижю кости его». И приеха на место, идеже бяху лежаще кости его голы и лоб гол. И слез с коня, посмеяся рекя: «От сего ли лба смерть мне взяти». И вступи ногою на лоб. И выникнучи змея, и уклюну и в ногу, и с того разболевся умре. И плакашася по нем вси людие плачем великом; и несоша и, и погребоша и на горе, иже глаголется Щековица; есть же могила его до сего дни, словет могила Олгова. И бысть всех лет его княжения 33[7]».

Лаврентьевская летопись: «В лето 6387 [879]. Умершю Рюрикови, предаст княженье свое Олгови, от рада им суща, вдав ему сын свои на руце Игоря, бысть бо детеск вельми. […]

В лето 6390 [882]. Поиде Олег, поим воя многы: варяги, чюдь, словени, мерю и все кривичи, и приде к Смоленску с кривичи, и прия град, и посади муж свои. Оттуда поиде вниз и взя Любец, и посади муж свои. И придоста к горам к Киевским, и увиде Олег, яко Осколд и Дир княжита, и похорони вои в лодьях, а другия назади остави, а сам приде, нося Игоря детеск. И приплу под Угорское, похоронив вои своя, и присла ко Асколду и Дирови, глаголя, яко: «Гость есмь, и идем в Греки от Олга и от Игоря княжича, да придета к нам родом своим». Асколд же  и Дир придоста, и выскакав же вси прочии из лодья, и рече Олег Асколду и Дирови: «Вы неста князя, ни рода княжа, но аз есмь роду княжа». И вынесоша Игоря: «И се есть сын Рюриков». И убиша Асколда и Дира, несоша на гору, и погребша и на горе, еже ся ныне зовет Угорское, кде ныне Олмин двор: на тои могиле поставил церковь святаго Николу, а Дирова могила за святою Ориною.   И седе Олег, княжа в Киеве, и рече Олег: «Се буди мати градом рускими». И беша у него варязи и словени, и прочии, прозвашася русью. Се же Олег нача городы ставити, и устави дани словеном, кривичем и мери; и устави варягом дань даяти от Новагорода гривен 300 на лето, мира деля, еже до смерти Ярославле даяше варягом.

В лето 6391 [883]. Поча Олег воевати деревляны и примуча вои свои, имаша на них дань по черне куне.

В лето 6392 [884]. Иде Олег на северяне и победи северяны, и взложи на нь дань легку, и не даст им козаром дани платити, рек: «Аз им противен, а вам не чему».

В лето 6393 [885]. Посла к радимичем, рка: «Камо дань даете?». Они же реша: «Козаром». И рече им Олег: «Не даити козаром, но мне даите». И вдаша Ольгови по щлягу, якоже и козаром даху. И бе обладая Олег поляны и деревляны, и северены, и радимичи, а с уличи и теверци имяше рать. […]

В лето 6415 [907]. Иде Олег на грекы, Игоря остави в Киеве, поя же множество варяг, и словен, и чюд, и словене, и кривичи, и мерю, и деревляны, и радимичи, и поляны, и северо, и вятичи, и хорваты, и дулебы, и тиверци, яже суть толковины. Си вси звахутся от грек Великая Скуфь. И с сими со всеми поиде Олег на конех и на кораблех, и бе числом кораблеи 2000. И прииде к Царюграду, и греци замкоша Суд, а град затвориша. И выиде Олег на брег и воевати нача, и много убииства сотвори около града греком, и разбиша многы полаты, и пожгоша церкви, а ихже имаху пленникы, овех посекаху, другиа же мучаху, иныя же растреляху, а другыя в море вметаху, и ина многа зла творяху русь греком, елико же ратнии творят. И повеле Олег воем своим колеса изделати и воставляти на колеса корабля. И бывшю покосну ветру, вспя парусы, с поля и идяше к граду. И видевше греци и убояшась, и реша, выславше ко Олгови: «Не погубляи града, имемся по дать, якоже хощещи». И устави Олег воя, и вынесоша ему брашно и вино, и не прия его, бе бо устроено со отравою. И убояшась греци, и реша: «Несть се Олег, но святыи Дмитреи послан на ны от бога». И заповеда Олег дань даяти на 2000 корабль по 12 гривен на человек, а в корабли по 40 муж. И яшась греци по се, и почаша греци мира просить, дабы не воевал Грецкые земли. Олег же, мало отступи от града, нача мир творити со царьма грецкима, со Оленом и Александром, посла к ним в град Карла, Фарлоф, Вельмуда, Рулава и Стемида, глаголя: «Имите ми ся по дань». И реша греци: «Чего хощеши дам ти». И заповеда Олег дать воем 2000 корабль по 12 гривен на ключ, и потом даяти углады на рускыа грады: первое на Киев, та же на Чернигов, и на Переаславль, и на Полтеск, и на Ростов, и на Любеч, и на прочаа городы, по тем городом седяху велиции князи под Олгом суще. «Да приходячи русь слюбное емлют, елико хотячи, а иже приходячи гости, егда емлют месячину на 6 месяц: хлеб, вино, и мясо, и рыбы, и овощем, и да творят им мовь, елико хотят. Поидучи же домов в русь за ся, да емлют у царя вашего на путь брашно, и якори, и ужа, и парусы, и елико им надобе». И яшася греци, и реста царя и боярство все: «Аще приидут русь бес купли, да не взимают месячины; да запретит князь словом своим приходящим руси зде, да не творят пакости в селех в стране нашеи. Приходяще русь да витают у святаго Мамы; и послет царство наше, и да испишут имена их; и тогда возмут месячное свое: первое от города Киева и паки ис Чернигова, и ис Переаславля, и прочии грады. И да входят в град одними вороты со царевым мужем без оружья, муж 50, и да творят куплю, якож им надобе, не платит мыта ни в чем же». Царь же Леон с Олександром мир сотвориста со Олгом, имшеся по дань, и роте заходивше межи собою, целовавше сами крест, а Олга водивше на роту и мужи его: по рускому закону: кляшася оружьем своим и Перуном богом своим, и Волосом, скотьем богом, и утвердиша мир. И рече Олег: «Ищите парусы паволочиты руси, а словеном кропинныя»; и бысть тако. И повеси щит свои в вратех, показуа победу. И поиде от Царяграда, и успяша русь парусы паволочиты, а словене кропинны, и раздра а ветр. И реша словени: «Не даны суть словеном пре». И приде Олег к Киеву, неся злато и паволоки, и овощи, и вина, и всякое узорочье. И прозваша Олга Вещии: бяху бо людье погани и невеигласи. […]

В лето 6420 [912].  Посла мужи свои Олег построити мира и положити ряд межю русью и грекы; и посла, глаголя: «Равно другаго свещания, бывшаго при тех же царьх, Лва и Александра. Мы от рода рускаго, Карлы, Инегелд, Фарлоф, Веремуд, Рулав, Гуды, Руалд, Карн, Фрелав, Руал, Актеву, Труан, Лидул Фост, Стемид, иже послани от Олга, великаго князя рускаго, и от всех иже суть под рукою его светлых и великих князь и его великих бояр, к вам, Лвови, и Александрови, и Костянтину, великим о бозе самодержцем, царем греческым, на удержание и на извещение от многих лет межи хрестианы и русью бывшюю любовь, похотеньем наших великих князь и по повелению от всех же, иже суть под рукою его сущих руси. Наша светлость боле инех хотящих еже о бозе удержати и известити такую любовь, бывшую межи хрестьяны и русью, многажды право судихом, но точию простословес, и писанием и клятвою твердою, кленшесь оружьем своим, такую любовь утвердити и известити по вере и по закону нашему суть, яко же не мы сь имали о божьи вере и о любви, главы таковыа: По первому убо слову да умиримся с вами, грекы, да любим друг друга от всеа душа и изволениа, и не вдадим, елико наше изволение быти от сущих порукою наших князь светлых, никакому же соблазну или вине, но подщимся, елико по силе, на сохранение прочих и всегда лет с вами, грекы, исповеданием и написанием со клятвою извещаемую любовь непревратну и непостыжму. Тако и вы, грекы, да храните також любовь ко князем нашим светлым рускым и ко всем, иже суть под рукою светлаго князя нашего, несоблазну непреложну, всегда и во вся лета. А о главах, иже сь ключит проказа, урядими ся сице. Да елико яве будут показании явлеными, да имеют верное о тацех явлении, а ему же начнут не ати веры, да кленется часть та, иже ищет неятью веры, да егда кленется по вере своеи, и будет казнь, яко же явится согрешенье о сем. Аще кто убьет или хрестьанина русин, или хрестьянин русина, да умрет, идеже аще сотворит убииство. Аще ли убежит сотворивыи убииство: да аще есть домовит, да часть его, сиречь иже будет по закону, да возмет ближнии убьенаго, а и жена убившаго да имеет толицем же пребудет по закону. Аще есть неимовит сотворивыи убои, и убежав, да держит ся тяжи, донде же обрящет ся, и да умреть. Аще ли ударит мечем или убьет кацем любо сосудом, за то ударение или бьение да вдаст литр 5 сребра по закону рускому. Аще ли не имовит тако сотворивыи, да вдаст елико может, и да соимет с себе и ты самыа порты, в них же ходит. Да о проце да роте ходит своею верою, яко никако же иному помощи ему, да пребывает тяжа отоле не взыскаема. О сем: аще украдет что русин любо у хрестьанина, или паки хрестьанин у  русина, и ять будет в том часе тать, егда татбу створит, от погубившаго что любо. Аще приготовится тать творяи и убьен будет, да не взищется смерть его ни от хрестьан, ни от руси, но паче убо да возмет свое, иже будет погубил. Аще даст руце свои украдыи, да ят будет, темже у него ж будет украдено, и связан будет, и отдаст тое, еже сме створити, и створит триичи о сем. Аще кто от хрестьян или от руси мученьа образом искус творити и насильем яве возмет что любо дружне, да вспятит троиче. Аще вывержена будет лодьа ветром великим на землю чюжю, и обрящутся тамо иже от нас, руси, да аще кто идет снабдети лодию с рухлом своим и отослати паки на землю хрестьанскую, да проводим ю сквозе всяко страшно место, дондеже приидет в бестрашное место. Аще ли таковая ли от буря или боронения земнаго боронима не может возборонитис в своя си места, спотружаемся гребцем тоа лодьа мы, русь, допроводим с куплею и поздорову, ти аще ключится близ земля грецкаа. Аще ключится тако же проказа лодьи рускои, да проводим ю в рускую землю, да продают рухло тоя лодьи; и аще что может продати от лодьа, воволочи мы, русь, да егда ходим в грекы или с куплею или в солбу ко цареви вашему; да пустим с честью проданное рухло лодьи их. Аще лучится кому от лодьи убеену быти от нас, руси, или что взято любо, да повинни будут то створшии прежереченною епитемьею. От тех, аще полоняник обою страну держим есть, или от руси или от грек продан в ону страну: аще обрящет ся ли русин, ли греченин, да искупят и ввзратят искупное лице в свою сторону и возмут цену его купящии или мнить ся в куплю наднь челядинаа цена. Такоже, аще от рати ят будет от тех грек, такоже да взратистя в свою страну, и одана будет цена его, якоже речено есть, якоже есть купля. Егда же те на воину ити, и сии хотят почти царя вашего, да аще в кое время елико их приидет и хотя остати у царя вашего своею волею. Да будут от руси отполонены множаишии от коея любо страны пришедшим в русь и продаемы в хрестьяны, и еще же и о хрестьянех о полоненых от коеа любо страны, приходящим в русь, се продаеми бывают по 20 золота, и да приидут в грекы. О том, аще украден будет челядин рускыи, или ускочит, или по нужи продан будет, и жаловати начнут русь, да покажет ся таковое от челядина, и да поимут и в русь. Но и гостие, аще погубиша челядин и жалуют, да ищут обретаемое да поимут е. Аще ли кто искушеньа сего не даст створити, местник да погубит правду свою. И о работающих бо грекох руси у хрестьянскаго царя. Аще кто умрет, не урядив своего именья, ци своих не имать, да взратит имение к малым ближикам в русь. Аще сотворит обряжение, таковыи возьмет уряженое его, кому будет писал наследити именье его, да наследит е от взимающих куплю руси, от различных, хотящи во греки и удолжающих. Аще злодеи взратит ся в русь, да жалуют русь хрестьянску царству, и ят будет таковыи и взвращен будет не хотя в русь. Си же вся да створят русь греком, идеже аще ключит ся таково. На утверженье неподвижние быти меже вами, хрестьаны и русью, бывшии мир сотворихом Ивановым написанием на двою харатью царя вашего и своею рукою, предлежащим честным крестом и святою единосущною Троицею единаго истинаго Бога нашего, извести и даст нашим послом. Мы же кляхомся ко царю вашему, иже от Бога суща, яко Божья здание по закону и по закону языка нашего, не преступити нам ни и ону от страны нашея от уставленых глав мира и любви. И таковое написание дахом царства вашего на утвержение обоему пребывати таковому совещанию на утвержение и на извещение межи вами бывающага мира. Месяца сентября 2 недели 8 круга солнца. В лето созданиа мира 6420». […] Послании ж Олгом посли приидоша ко Олгови и поведаша вся речи обою царю, како сотвориша мир и уряд положиша межю грецкою землею и рускою, и клятвы не преступити ни греком, ни руси. И живяше Олег, мир имеа ко всем странам, княжа в Киеве. И приспе осень, и помяну Олег конь свои, и бе же поставил кормити и не вседати на нь. Бе бо вопрошал волхвов и кудесник: «От чего ми есть смерть?». И рече ему кудесник один: «Княже, конь, его же любиши и ездиши на нем, от того ти умерети». Олег же приим в уме си речь: «Николи же всяду на нь, ни вижю его боле того». И повеле кормит и не водити его к нему. И пребы неколико лет, не виде его, дондеже на грекы иде. И пришедшу ему к Кыеву, и пребывшю 4 лета. На пятое лето помяну конь, от него же бяхут рекли волсви умерети. И призва стареишину конюхом, рече: «Кое есть конь ми, егоже бе поставил кормити и блюсти его». Он же рече: «Умерл есть». Олег же посмеася и укори кудесника, река: «То ти неправо глаголют волсви, но вся ложь есть; а конь умерл есть, а я жив». И повеле оседлати конь: «А то вижю кости его». И прииде на место, идеже беша лежаще кости его голы, и лоб гол. И сседе с коня и посмеяся, рече: «От сего ли лба смьрть было взяти мне». И вступи ногою на лоб. И выникнувши змиа зо лба, и уклюну в ногу, и с того разболеся и умре. И плакашася люде вси плачем великим; и несоша и погребоша его на горе, еже глаголется Щековица; еже могила его и до сего дни, словето могыла Ольгова. И бысть всех лет княжения его 33[8]».

Итак, согласно летописям, попробуем составить краткую биографию Олега:

В 879 г. Рюрик, умирая, передал власть своему родственнику (согласно Новгородской летописи – воеводе) Олегу поскольку сын Рюрика Игорь был ещё слишком мал.

В 882 г. Олег взял Смоленск и Любеч. После этого он, вероломно убив Аскольда и Дира, захватил Киев.

В 883 г. Олег покорил древлян, в 884 г. – северян.

В 885 г. Олег обложил данью радимичей, а с уличами и тиверцами – воевал.

В 907 г. (согласно Новгородской летописи в 922 г. ) Олег отправился в поход на Константинополь: «Иде Олег на греки […] поя же множство варяг и словен, и чюди, и кривичи, и мерю, и поляны, и северо, и деревляны, и радимичи, и хорваты, и дулебы, и тиверци, яже суть толковины. […] И с семи всеми поиде Олег на конех и в кораблех, и бе числом кораблии 2000».

Вот что написал о численности войска Олега С. Цветков: «Эпическая грандиозность задуманного Олегом похода становится очевидной с первых же строк. Ему будто бы удаётся собрать огромный флот – 2000 «кораблей». Эта фантастическая цифра нужна летописцу, конечно, только для того, чтобы отправить вместе с Олегом всех его «толковинов» (союзников) […] Но даже эта армада «кораблей» не способна вместить всех Олеговых «воев» […] поэтому часть их «поиде» к Царьграду сушей, «на конех». Мобилизовав под стяги Олега всю «Русскую землю», летописец, однако, не сумел как следует распорядиться этим бесчисленным воинством. Оно тает буквально на наших глазах. Первой исчезает конная рать, поскольку Олег требует от греков дань только на «мужей» в «кораблях». А затем как сквозь землю проваливаются все варяго-финно-славянские «толковины» […] Такой оборот дела убеждает в том, что на самом деле морская кампания 911 г. была проведена силами Олеговой дружины…[9]».

Приплыв к городу: «повеле Олег воем своим колеса изделати и вставити корабля на колеса. И бывшю покосну ветру, успяша пре с поля и идяше к городу». Насколько вероятно подобное передвижение кораблей на колёсах пишет С. Цветков: «Полуостров, отделяющий внутреннюю гавань Константинополя от моря, покрыт виноградниками, пашнями и довольно горист; чтобы заставить двигаться здесь поставленные на колёса ладьи, нужен ветер такой необыкновенной силы, который скорее сорвал бы все предприятие, нежели помог ему осуществиться. Но в самом факте переброски ладей по суше в бухту Золотой Рог нет ничего невероятного. Конечно, суда вряд ли были поставлены на колёса – скорее их уложили на круглые вальки и тянули волоком. Древесину в необходимом количестве можно было добыть без труда – фракийские леса подступали тогда к самому Константинополю[10]».

Далее, согласно летописям, византийцы попробовали отравить Олега: «и вынесоша ему брашна и вино, и не прия его, бе бо устроено с отравою». В том, что всё происходило именно так, некоторые историки сомневаются: «Сказка получилась дурацкой, демонстрирующей […] идиотизм византийцев, то есть на самом деле убогость выдумки сочинителей ПВЛ. Ведь отравление Олега, удайся оно, привело бы не к желанному для греков миру, а к прямо противоположным последствиям: очевидному срыву уже начатых по инициативе самих перепуганных византийцев мирных переговоров и возобновлению осады Константинополя с последующей беспощадной местью руси вероломным отравителям её предводителя![11]».

После этого Олег потребовал от византийцев дань, при этом в летописях содержатся два варианта этой дани: «И заповеда Олег дань даяти на 2000 кораблии по 12 гривне на человека, а в корабли по 40 муж»; «И заповеда Олег дати воем на 2000 кораблии по двенатчать гривне на ключ».

Естественно, что подобный разнобой в исчислении дани вызвал у историков споры. Приведём две точки зрения, вначале – А. Никитина: «…Олег требовал от греков не дани в нашем понимании, не отступного, а, скорее всего, пени за ущерб, нанесённый «руси» греками, и возмещения расходов по экспедиции, исчисляемых по количеству людей на корабле и по кораблям. Отсюда и происходят два исчисления виры, отличающиеся друг от друга: для потерпевших – «по 12 гривен на человека, а в корабле 40 муж», а для пришедшего войска – по 12 гривен «на ключ» («ключ» — ключевое, т.е. рулевое весло), иными словами – на корабль, что при наличии 200 кораблей даёт 2400 гривен общей суммы отступного, вполне реального в такой ситуации[12]».

Теперь – С. Цветкова: «Летописец приводит двойное счисление дани: вначале Олег «заповеда» давать дань «на 2000 кораблей, по 12 гривен на человек, а в корабле по 40 муж»; но его послы, явившиеся в Константинополь, просят уже «дати воям на 2000 кораблей по 12 гривен на ключ». Очевидное несоответствие между размерами этих двух даней историки объясняли по-разному. Но мало кто принимал при этом во внимание возможности имперской казны и соображения имперского престижа. Даже если оценить численность войска Олега в 8000 человек (200 ладей по 40 воинов в каждой), то требуемая на них дань составит 96000 гривен, или 2304000 золотников (гривна начала Х в. равнялась примерно трети фунта, то есть 24 византийским золотникам). Тут надо вспомнить, что в византийскую казну ежегодно поступало приблизительно 8 миллионов золотников и что император Маврикий насмерть разругался с аварским каганом Баяном из-за 100000 золотников – суммы в 23 раза меньше той, которая получена нами в результате десятикратного сокращения количества воинов Олега! (По летописи же выходит, что Олег потребовал выплатить ему три годовых бюджета империи – ещё одно свидетельство фантастичности летописного исчисления его войска.) […] Думается, что дань по 12 гривен на воина – создание разгорячённой фантазии «русских» дружинников, попавшее в летопись из их «царьградских» преданий. Две системы исчисления дани отражают, вероятно, тот факт, что Олег, раззадоренный достигнутым успехом, поначалу запросил чересчур много, но затем, в ходе переговоров, согласился взять «по чину»[13]».

По результатам похода, в знак своей победы, Олег повесил щит на воротах Константинополя: «И повесиша щиты своя в вратех, показающе победу». Впрочем, возможно, щит был повешен вовсе не в знак победы: «…различные знаки, изображения и предметы, которые помещали на башнях и воротах крепостей, выполняли роль талисманов и оберегов, служили защитой от врага и злоумышленника, будучи в прямом смысле слова «щитом» городу и его жителям. С той же целью над городскими воротами помещали иконы, кресты и гербы. Кроме того […] выражение «поднять щиты» для предводителя одной из воюющих сторон в ту эпоху означало призыв к перемирию и началу переговоров. Поэтому можно утверждать, что, вешая свои щиты на башнях Константинополя, «русы» объявляли о готовности отныне защищать этот город вместе с его обитателями[14]».

С возвращением Олега связан летописный рассказ о парусах: «И рече Олег: «Ишиите пре паволочити руси, а словеном кропиинныя»; и бысть тако. […] И поиде от Цесаряграда, и вспяша русь пре паволочитые, а словене кропиинные, и раздра я ветр. И ркоша словене: «Имемся своим толстинам, не даны суть словеном пре кропинныя».

С. Цветков считает, что этот рассказ – анекдот: «…летописец явно пересказывает известное ему «русское» дружинное предание, запечатлевшее какой-то конфликт между «русью» и «словенами» по поводу дележа добычи или дружинной «чести». […] история с парусами звучит как насмешка над новгородцами, соперниками «полян-руси» (смысл анекдота, видимо, тот же, что и в сказке о вершках и корешках: деля награбленные у греков дорогие «паволоки» — шёлк и бумазею, — «словене» польстились на более роскошную и прочную на вид, чем шёлк, но непригодную в мореходном деле ткань)[15]».

В 912 г. Олег заключил с византийцами договор текст, которого приведён в летописях. Подробный разбор информации содержащейся в этом договоре потребует написания отдельной большой статьи. Сейчас же рассмотрим только три момента связанные с договором:

1. Титулы использованные в договоре.

«Нулевую значимость титулатур в тексте ПВЛ, в частности в тексте договора 911 года, весьма наглядно иллюстрирует сам договор уже своей преамбулой: «…посланные от Олега, великого князя русского, и от всех, кто под рукой его, — светлых и великих князей, и его великих бояр…». Во-первых, сама «Его Светлость» оказывается «великим князем русским», чего не могло быть в исходном тексте договора. Во-вторых, «под его рукой», оказывается, находились… другие «великие князья», что вообще есть полный абсурд: великий князь на то и великий, чтобы не быть чьим-то подручным, тем более другого «великого князя». В-третьих, дело усугубляют какие-то «великие бояре» — титул, как известно, прямо связанный с обладанием крупной земельной собственностью и потому вообще лишённый смысла у начальной руси, этаких водных кочевников «перекати поле», купцов и пиратов, что следует из текста договора. Такое […] нагромождение нелепиц напрочь лишает всю титулатуру в тексте ПВЛ каких-либо претензий на достоверность[16]».

2. Имена  в договоре.

В тексте договора приводятся имена людей выступающих «от рода рускаго». Споры об этнической принадлежности этих имён и, соответственно, людей, их носивших, ведутся уже не одно столетие. При этом не все помнят о том, что:

во-первых, эти имена попали в летописи из договора, заключённого русами с византийцами и, в связи с этим, подверглись двойному искажению – вначале их перевели на греческий язык, а потом ещё раз уже с греческого;

во-вторых, этимология имени далеко не всегда свидетельствует о национальной принадлежности его носителя.

Интересное объяснение имени самого Олега предложил В. Егоров: «Согласно широко распространенной и до сих пор никем не опровергнутой точке зрения, имя «Олег» — естественная фонетическая адаптация древнескандинавского Helgi к восточнославянскому языку. Эта адаптация осуществилась в три этапа. Сначала скандинавское helgi при заимствовании старославянским потеряло отсутствовавшее в славянских языках начальное придыхание h, и получившаяся словоформа «эльг» была письменно зафиксирована Константином Багрянородным в женском варианте «архонтисса Эльга». На втором этапе начальное э йотировалось, что типично для старославянского языка. И, наконец, с переходом в восточнославянский язык получившееся начальное е закономерно заместилось гласной о (по парадигме един – один, елень – олень, есень – осень, Елена – Олена и т.п.), что в конечном счёте дало форму «Ольг» оригинала ПВЛ, впоследствии трансформировавшуюся в современное имя «Олег».

Но самое-то интересное, что исходное Helgi превратилось не только в имя, но одновременно и «прозвище» Вещего Олега, которое представляет собой дублирующую скандинавское имя Helgi славянскую кальку. Вероятно дело в том, что прямые имеющиеся в словарях переводы слова helgi – «святой» и «священный» — не могли быть приняты авторами ПВЛ, так как для них, православных монахов и книжников, слова «святой» и «священный» уже несли совсем иной, устоявшийся в христианстве смысл и в этом смысле не могли ассоциироваться с князем-язычником. Тогда сочинители ПВЛ нашли […] решение, заменив их близким аналогом, почти синонимом «вещий» из дохристианского лексикона. Таким образом, «вещий» — никакое не прозвище Олега, а просто перевод имени-титула Helgi на «языческий» восточнославянский язык. Сочетание же «Вещий Олег» — это нечто вроде масла масленого: стоящие рядышком перевод и фонетическая адаптация древнескандинавского Helgi[17]».

3. «Иваново написание».

Безусловно, это самое загадочное место в тесте договора: «На утвержение же и неподвижение быти межи вами, христьяны, и русью, бывшии мир створихом Ивановом написанием на двою харотью».

Вновь обратимся к В. Егорову: «…договор 911 года был написан в двух экземплярах. Не слишком внятный текст ПВЛ хочется понимать таким образом, что один исходный текст договора, экземпляр «царя вашего», был написанным по-гречески византийскими дипломатами оригиналом, в чём дополнительно убеждает дата по византийскому индиктовому календарю, а второй, писанный «своею рукою» неким «ивановым написанием», представлял собой перевод исходного текста на язык руси […] До сего дня никто внятно не ответил, более того, даже не пытался ответить на естественный вопрос: что же это за такое загадочное «иваново написание» и, уж тем более, какой прятался за ним язык?[18]».

Возможно, кто-то захочет связать название «Иваново» с распространённым русским именем Иван, и попытается на этом основании предложить славянское происхождение «написания». Напоминаю этим людям, что имя Иван, а точнее Иоанн, имеет библейское происхождение и в Х в. никакого отношения к славянам ещё не имело.

Завершается летописный рассказ о жизни Олега описанием его смерти. Вот как комментирует это описание В. Дёмин: «Смерть Олега окутана такой же непроницаемой тайной, как и его жизнь. Легенда о «гробовой змее» […] лишь часть этой загадки. В отношении смертельного укуса змеи давно уже высказывалось сомнение – в Приднепровье нет таких змей, чей укус в ногу мог бы привести к смерти. Чтобы человек умер, гадюка должна укусить по меньшей мере в шею и прямо в сонную артерию. […] Но загадка смерти князя заключается совсем в другом. Дело в том, что в Новгородской Первой летописи младшего извода история смерти Вещего Олега излагается иначе. Чтобы не быть голословным, процитирую данный фрагмент полностью: «И прозваша и Олга вещии; и бяху людие погани и невегласи. Иде Олег к Новугороду, и оттуда в Ладогу. Друзии же сказают, яко идущю ему за море, и уклюну змиа в ногу, и с того умре: есть могыла его в Ладозе».

В этих трёх строчках – целый букет невероятных загадок. Оказывается, умер князь Олег в Ладоге по дороге в Новгород. […] Далее: новгородский летописец не отрицает смерти Олега от укуса змеи, но делает важное уточнение, которого нет у Нестора: змея укусила Олега не на днепровском или волховском берегу, а «за морем»! Действительно, «за морем» — но только не Балтийским или Белым – есть немало змей, от укуса которых можно скончаться на месте. В Новгородской летописи, однако, сказано, что после укуса Олег «разболелся». Если совместить Несторову летопись с Новгородской, то получается: князя привезли из-за моря смертельно больным, и он пожелал умереть на родине.

В таком случае возникает вопрос: за каким таким далёким и тёплым морем пребывал князь Олег, и что он вообще там делал? В общем-то, на сей счёт гадать особенно не приходится: путь «из варяг в греки» был проложен давно, и шёл он через Чёрное море в Византию. Олег не раз осаждал Царьград, над воротами которого был прибит щит князя, здесь он подписал и знаменитый договор с греками. Так не подпустили ли русскому князю хитроумные потомки Одиссея аспида вместе с текстом договора?[19]».

КЕМБРИДЖСКИЙ АНОНИМ[20]

«А Роман[21] [послал] также большие дары Х-л-гу, царю Русии, и подстрекал его на его (собственную) беду. И пришёл он ночью к городу С-м-к-раю[22] и взял его воровским способом, потому что не было там начальника, раб-Хашмоная. И стало это известно Бул-ш-ци, то есть досточтимому Песаху, и пошёл он в гневе на города Романа и избил и мужчин и женщин. И он взял три города, не считая большого множества пригородов. И оттуда он пошёл на город Шуршун…[23] и воевал против него… И они вышли из страны наподобие червей… Израиля, и умерло из них 90 человек… Но он заставил их платить дань. И спас… [от] руки русов и [поразил] всех оказавшихся  из них (там) [и умертвил ме]чом. И оттуда он пошёл войной на Х-л-гу и воевал… месяцев, и бог подчинил его Песаху. И нашёл он… добычу, которую тот захватил из С-м-к-рая. И говорит он: «Роман подбил меня на это». И сказал ему Песах: «Если так, то иди на Романа и воюй с ним, как ты воевал со мной, и я отступлю от тебя. А иначе я здесь умру или буду жить до тех пор, пока не отомщу за себя». И пошёл тот против воли и воевал против Кустантины[24] на море четыре месяца. И пали там богатыри его, потому что македоняне осилили (его) огнём. И бежал он, и постыдился вернуться в свою страну, а пошёл морем в Персию, и пал там он и весь стан его. Тогда стали русы подчинены власти казар[25]».

Попробуем разобраться, о чём же сообщает аноним:

Византийский император Роман I (920 – 944) подкупил «Х-л-гу, царя Русии», чтобы тот напал на Хазарию и Х-л-гу захватил Тмуторокань.

Узнав об этом, хазарский военачальник Песах, в ответ захватил три византийских города и пошёл на Херсонес.

Дальнейшая часть текста из-за лакун малопонятна: «…и воевал против него… И они вышли из страны наподобие червей… Израиля, и умерло у них 90 человек… Но он заставил их платить дань. И спас… от руки русов и поразил всех оказавшихся из них там и умертвил мечом».

После прочтения возникает ряд вопросов:

Кто и из какой страны вышел?

Что значит «наподобие червей»?

У кого умерло 90 человек?

Кто кого заставил платить дань?

Кто кого спас «от руки русов»?

Кто кого  «поразил и умертвил мечом»?

Далее, Песах пошёл войной на Х-л-гу, победил его и отобрал добычу, которую тот забрал в Тмуторокани.

После этого, Песах узнав от Х-л-гу, что это Роман подбил его напасть на хазар, вынудил того воевать уже против византийцев.

Х-л-гу провоевал против Романа 4 месяца, после чего византийцы, с помощью греческого огня, разгромили его. (Согласно русским летописям византийцы, используя греческий огонь, разбили Игоря, об этом же сообщают и византийские источники.) С остатками своего войска Х-л-гу поплыл в Персию, где и погиб.

В результате всего произошедшего «стали русы подчинены власти хазар».

На мой взгляд, невнятное и запутанное сообщение. Не случайно есть авторы, которые считают, что это: «…только литературное сочинение, весьма произвольно интерпретирующее разновременные исторические факты…[26]».

Кроме того, сразу же возникает вопрос: кого аноним называет Х-л-гу? Мнения историков по этому поводу разделились.

Вначале, точка зрения тех, кто предполагает, что Х-л-гу это, возможно, Олег: «…принимая во внимание, с одной стороны, «царский» титул «Х-л-гу», а с другой – многочисленные войны Олега Вещего с хазарами (о которых сообщает русская летопись), можно не сомневаться в том, что под именем «Х-л-гу, царя Русии», имеется в виду именно Олег Вещий.  Надо полагать, что имя русского князя стало в хазарском мире не просто хорошо известным, но, можно сказать, нарицательным, своего рода жупелом русской угрозы, а потому Олегу хазарского документа могли быть приписаны действия, совершённые на самом деле не им, а его преемником Игорем[27]». Мне кажется, что А. Карпов вольно или невольно пытается ввести читателей в заблуждение – в летописях нет ни слова о войнах Олега с хазарами. Это легко проверить – тексты летописей приведены выше.

Теперь, мнение тех, кто не согласен с тем, что Х-л-гу это Олег: «Почему-то все комментаторы «Анонима» упорно полагают это х-л-гу именем владыки руси, а именно Вещего Олега, и не могут связать концы с концами, так как Олег ПВЛ ко времени написания хазарского документа уже давно наступил на свою змеюку и «могильной засыпался землёю». Дело дошло до того, что в истории Древней Руси замаячил некий Олег II. На самом деле всё гораздо прозаичнее. Наивно ожидать встретить личное имя предводителя чужого народа, мельком по случаю упомянутого в «Кембриджском анониме», то есть не хронике, а документе, написанном с совершенно иной целью и о совершенно иных событиях. Здесь гораздо более вероятен титул чужеземного правителя, а не его личное имя, которое с точки зрения существа и формы документа было абсолютно неважным, да, и, скорее всего, вообще неизвестным его анонимному автору[28]».

Теперь вернёмся к энциклопедии, автор написал: «Киевские варяги поставляли хазарам «дань кровью». Они посылали подчинённых им славяно-русов умирать за торговые пути правителей Хазарского каганата». Спрашивается: на основании чего он это написал? Всё очень просто – автор заимствовал это утверждение у Л. Гумилёва: «Очевидно, киевские варяги стали поставлять хазарскому царю «дань кровью». Они посылали подчинённых им славяно-русов умирать за торговые пути рахдонитов[29]».

Для того, чтобы проверить насколько это утверждение соответствует  действительности, посмотрим что нам известно о хазарах:

Хазары – кочевые, вероятно тюркоязычные, племена изначально кочевали в бассейне Сырдарьи, появились в Восточной Европе во время Великого переселения народов.

В 571 г. хазары вошли в состав Тюркского каганата.

В 603 г. после распада Тюркского каганата на Западный и Восточный тюркские каганаты хазары вошли в состав Западного тюркского каганата.

В 657 г. после распада Западного тюркского каганата хазары образовали собственный Хазарский каганат.

Первоначально он занимал территорию совр. Дагестана, бассейна Кубани, Приазовье и часть степей Северного Причерноморья.

Основным видом хозяйственной деятельности хазар было кочевое скотоводство, на территории Северного Дагестана существовало орошаемое земледелие и садоводство, в долине Нижней Волги развивались пашенное земледелие, выращивали бахчевые культуры и виноград. Кроме сельского хозяйства население Хазарии занималось металлургией, гончарным и ювелирным делами.

Большую часть населения каганата составляли хазары, правящую верхушку и военную аристократию – тюрки.

С самого начала своего образования каганат вступил в длительный конфликт с Арабским халифатом. Так, уже в 654 г. арабские войска с целью прекращения хазарских набегов в Закавказье, принадлежавшее тогда арабам, и включения Хазарии в число мусульманских стран, вторглись на территорию каганата, но были разбиты.

В 655 г. хазары захватили часть Крыма.

В 660 г. хазары совершили набег в Закавказье, но были отбиты.

К 670 г. хазары заняли Тамань, степи Таврии и почти весь Крым.

В 684 г. хазары вновь вторглись в Закавказье.

В 692 г. арабы взяли Дербент.

К началу VIII в. хазары владели Северным Кавказом, Приазовьем, большей частью Крыма и степью до Днепра.

В 710 г. хазары захватили Дербент, а также вступили в конфликт с Византийской империей из-за Крыма и Боспора.

В 711, 713, 717 гг. хазары совершили набеги в Закавказье.

В 721 г. хазары опять вторглись в Закавказье, но были разбиты и арабы отбили Дербент.

В 724 г. арабы совершили вторжение в Хазарию и взяли столицу г. Семендер (располагавшийся в окрестностях совр. Махачкалы).

В 726 г. хазары снова вторглись в Закавказье.

В 728 г. арабы совершили вторжение в каганат, но были разбиты, после этого хазары вторглись в Закавказье и так же были разгромлены.

В 729 г. хазары вновь совершили набег в Закавказье.

В 730 г. хазарский каган Булан принял иудаизм.

В 731 г. хазары вторглись в Закавказье и вначале разгромили арабское войско, но потом и сами были разбиты.

В 732 г. арабы взяли Дербент и совершили набег в Хазарию.

В 737 г. арабы совершили вторжение в каганат и наголову разгромили хазарское войско. Хазары запросили мира. Арабы потребовали от кагана и его придворных принятия ислама и признание власти халифа. Хазары согласились, однако включать Хазарию в состав халифата арабы не стали и она сохранила независимость.

В 754 г. арабы вторглись в Хазарию, но были отбиты.

В 762 г. хазары осуществили набег в Закавказье.

В 764 г. хазары вновь совершили набег в Закавказье.

В 787 г. произошло столкновение хазар с византийцами в Крыму.

В 799 г. хазары вновь произвели набег в Закавказье.

В течение VIII в. территория каганата продолжала расширяться, в основном на северо-восток, и достигла на севере Волжской Булгарии, на юге – Закавказья, на западе – Днепра, на востоке – Волги.

В 808 г. один из высших сановников каганата Обадия произвёл религиозную реформу, провозгласив официальной религией иудаизм и совершил переворот, отстранив от реальной власти кагана, сохранив его в качестве марионетки.

Отказ от традиционной племенной религии и принятие иудаизма было политическим актом, направленным, с одной стороны, на решение внутренних проблем – преодоление племенного сепаратизма, с другой – должно было положить конец религиозным притязаниям христианской Византии и мусульманского Арабского халифата.

Однако, с решением первой задачи ничего не получилось. Дело в том, что иудаизм, в отличие от христианства и ислама, не является миссионерской религией. Согласно догмам иудаизма – сугубо национальной религии, иноплеменники не могут быть иудеями. Еврейские проповедники с трудом сумели обосновать происхождение только кагана и его ближайшего окружения. Таким образом, получилось, что новая религия не объединила, а, наоборот, ещё больше разобщила хазар.

С этого времени в каганате установилось двоевластие – параллельно с каганом, номинально занимавшим трон и выполнявшим чисто символические ритуальные функции, от его имени правил иудей, носивший титул малика (бека) и обладавший реальной властью.

Начался интенсивный приток в страну иудеев из Персии, мусульманских стран и Византийской империи, строительство на территории каганата синагог и религиозных школ.

Изменилось положение рядовых хазар. До реформы Обадия они не платили налогов, а несли военную службу, то есть, армия каганата являлась народным ополчением, формировавшимся вокруг дружин тюркских беков. Теперь хазар обложили налогами, а ополчение заменили наёмниками. Был создан постоянный профессиональный корпус в 7-12 тыс. воинов из мусульман «ал-арсиев», который при необходимости дополнялся наймом степняков из подвластных каганату народов.

Среди историков большое распространение получила точка зрения о том, что после принятия иудаизма в Хазарии началась гражданская война. Вот что написал по этому поводу М. Артамонов: «В начале IX в. в Хазарии разразилась гражданская война. Крупные реформы, проведённые царём Обадией и в политическом и в религиозном отношениях, не могли не вызвать сильной оппозиции и противодействия тех или иных групп населения этой страны. Скудные, отрывочные сведения, сообщаемые Константином Багрянородным, к сожалению, дают очень мало для раскрытия тех событий, которые имели место в Хазарском государстве. Самым ценным является его указание, что война, о которой у него идёт речь, велась из-за власти и была беспощадной. Уцелевшая часть побеждённых в ней хазар бежала к мадьярам, где и составила особую группу из трёх родов со своим вождём или князем и стала называться кабарами. Для объяснения их появления в составе мадьяр Константин Багрянородный и приводит изложенные выше крайне ограниченные сведения о гражданской войне в Хазарии.

Так как война велась из-за власти, можно думать, что хазарские беки и тарханы, недовольные тем, что один из них захватил власть в государстве, превратив кагана в бессильного сакрального царя, служившего для прикрытия его единовластия, и, вероятно, в связи с этим нарушил какие-то их права и прерогативы, восстали против него. Восстание было жестоко подавлено. […]

В Хазарии разразилось восстание феодалов, недовольных уже не столько религиозными, сколько политическими реформами Обадия, и оно было настолько грозным, что приковало к себе всё внимание и все силы хазарского правительства. Это не было восстание эксплуатируемых низов, это, по прямому свидетельству Константина Багрянородного, была борьба за власть в государстве, борьба хазарской знати с узурпатором Обадией, захватившим власть в свои руки и оттеснившим других феодалов от государственного пирога. Борьба была жестокой и беспощадной; и та и другая сторона искали себе поддержки на стороне. Надо полагать, что именно в ходе этой междоусобицы и ослабления Хазарии мадьяры из Заволжья прорвались к западу от Дона. По всей вероятности, они были втянуты в междоусобную хазарскую войну и действовали на стороне повстанцев, может быть даже и явились сюда по их приглашению. В свою очередь, хазарское правительство, не располагавшее достаточными, а главное надёжными силами внутри собственно Хазарии и не могущее рассчитывать на поддержку со стороны большинства иноплеменных вассалов, вызвало себе на помощь гузские или печенежские племена, которые отныне становятся главной силой и опорой хазарских царей. […]

Хазарское правительство подавило восстание, но очень дорогой ценой. Значительная часть хазарского населения была истреблена в незнающей пощады гражданской войне, уцелевшая часть повстанцев вынуждена была вместе с мадьярами бежать на крайнюю оконечность хазарских владений за Днепр […]

По всей вероятности восстание началось ещё при жизни Обадия и продолжалось при его ближайших преемниках. Известно, что после Обадия правили его сын Езекиил и внук Манасия, но очень короткое время, так как следующим за ним царём был брат Обадия Ханукка, потомками которого и были последующие цари Хазарии до Иосифа включительно. Непродолжительность правления потомков самого Обадия, может быть, является результатом гибели их в междоусобной войне. […]

Борьба могла продолжатся долго, перекидываясь  из одной части страны в другую, то затухая, то разгораясь вновь. […] временами, когда правительству Хазарии приходилось иметь дело с сильными противниками, положение становилось крайне серьёзным и борьба могла вестись с переменным успехом, растягиваясь на годы[30]».

Теперь посмотрим, что же написал о гражданской войне в Хазарии Константин Багрянородный, на которого ссылается М. Артамонов: «Когда у них [хазар] произошло отделение от их власти и возгорелась междоусобная война, первая власть одержала верх, — и одни из них (восставших) были перебиты, другие убежали и поселились с турками (мадьярами) в печенежской земле, заключили взаимную дружбу и получили название кабаров[31]».

Мне представляется, что делать выводы о «незнающей пощады гражданской войне», сопровождавшейся «жестокой и беспощадной борьбой», растянувшейся на годы, на основе только такого скудного описания, необоснованно.

Что касается короткого правления сына и внука Обадия, то в истории есть очень похожий пример. После смерти первого правителя т.н. Золотой Орды Бату короткое время, менее двух лет, правили вначале его сын Сартак, а потом внук Улагчи. После этого ханом стал брат Бату Берке. При это Берке обошёлся без какой-либо гражданской войны. Сартака отравили, а об обстоятельствах смерти Улагчи истории  умалчивает.

Теперь приведём противоположную точку зрения: «…принятие иудаизма стабилизировало ситуацию в каганате после поражения в войне с арабами и способствовало его расцвету, росту городов и, в целом, успешному развитию[32]».

После принятия иудаизма для Хазарского каганата наступил период посреднической торговли. Стала складываться крупная торговая сеть, ведущая роль в которой принадлежала еврейским купцам-ра(х)донитам. При этом сами хазары сохранили традиционный кочевой уклад и международной торговлей не занимались. Предметом собственного хазарского экспорта были рыбий клей и овцы.

Каганат занимал выгодное географическое положение на стыке нескольких торговых путей из Персии и Средней Азии в Восточную Европу. Хазария стала огромной таможенной заставой на большой дороге транзитной торговли с Востоком, через которую, уплачивая пошлину, проходили купцы со своими товарами. Хазары занимались обслуживанием купеческих караванов,  предоставляя им проводников, охрану, караван-сараи, рынки.

Купцы должны были заплатить в казну каганата большую пошлину и часто предпочитали продать товары в Хазарии. Ра(х)дониты, повышая цену, перепродавали их дальше, на Восток везли рабов, меха, оружие, на Запад – пряности. Хазарский каганат стал государством, жившим на доходы с транзитной торговли и на дань от покорённых народов.

В начале IX в. границы каганата достигли на юге Дербента, на севере — Волжской Булгарии, на западе — Северного Крыма, на востоке — Яика (Урала). В зависимости от хазар находились адыги, аланы, буртасы, волжские булгары, касоги, марийцы, мордва, ясы и др. Так же хазары подчинили и обложили данью некоторые восточнославянские племена.

В 822-836 гг. мадьяры вторглись в Причерноморье на территорию Хазарии и обосновались в бассейне Днепра.

В первой половине 830-х годов отношения каганата и Византии улучшились. Так, в 834 г. византийцы по просьбе хазар руководили строительством хазарской крепости Саркел, в излучине нижнего Дона.

Во второй половине IX в. хазары перенесли свою столицу в дельту Волги, вначале город получил название Хамлидж (Хамлых), а в Х в. – Атиль (Итиль).

В 860 г. хазары вместе с мадьярами осаждали византийский Херсонес.

В 884, 885 гг., согласно летописям, князь Олег, подчинив себе северян и радимичей, освободил их от хазарской дани.

Вопрос о славянской дани хазарам вызывает споры. Вот что пишет по этому поводу Л. Прозоров: «В Лаврентьевской и Ипатьевской летописях записано, что хазары брали от «дыму» (не то от дома, не то от родовой общины) «по беле веверице». […]

Но сохранилась другая летопись, Радзивилловская. И написано в ней иное. Такое, что поневоле понимаешь других летописцев. Так и представляешь, как монах в келейке неверяще глядит на древние строки, и переправляет по своему разумению – на ту самую «белую веверицу».

А написано было: «По белой девице от дыма». […]

Представьте, как это – жить год за годом в ожидании этих страшных дней. Представьте, каково было смотреть в глаза матерям девушек, которым выпадал безжалостный жребий. И каково было давить в душе мерзопакостное облегчение – ныне увели не твою! И знать, что когда-нибудь ты зашаришь по лицам сородичей отчаянным взглядом – «Дочку же! Доченьку…» — и увидишь тень этого, недодавленного облегчения. И какой бабий вой стоял в такие дни над тремя славянскими землями […]

Да славянские земли должно было трясти лихорадкой отчаянных постоянных восстаний! Отчаянных – потому что племенные ополченцы с рогатинами и топорами и умелые, но малочисленные дружинники мало что могли поделать против орд кочевых вассалов каганата и бронированных лав его наёмников[33]».

А вот и другая точка зрения: «В Радзивилловской летописи в интересующем нас фрагменте содержится явная ошибка: вместо «веверици» — «девеци», что выправляется по Московско-Академическому списку («имаху по беле и веверици от дыма»)[34]».

Теперь, если предположить, что Л. Прозоров прав и хазары действительно собирали дань со славян девушками, то сразу возникает вопрос: почему славяне предпочитали жить «год за годом в ожидании этих страшных дней» и «трястись лихорадкой отчаянных постоянных восстаний» вместо того, чтобы просто покинуть такое опасное местожительство?

Вот, например, как обстояло дело в схожей ситуации соседства Руси с другим воинственным кочевым государством – Ордой: «Пустели княжества, подвергавшиеся во второй половине XIII в. постоянным татарским ратям (Переяславское, Владимирское, Муромское, земли на юге). Население бежало от татарских погромов на западные и северные окраины […] Перемещение населения за Волгу из Владимиро-Суздальской Руси проходило в трёх основных направлениях: на север – к Белоозеру и Вологде, на северо-восток – к Великому Устюгу и на восток – на Унжу и Ветлугу[35]».

Тем более, что в IX – X вв. плотность населения Руси была меньше, чем в XIII в. и, следовательно, было легче найти новое местожительство.

Теперь приведём противоположное мнение: «…славян эта дань, вероятно, не слишком обременяла, и «отмщать неразумным хазарам» они в те времена ещё не собирались. Некоторые историки полагают, что в эти годы «можно говорить скорее о добрососедских, чем о враждебных отношениях» славян и жителей западных границ каганата. […]

Но даже если «официальная» Хазария и воспринималась славянами в качестве захватчика, на взаимоотношениях простых смертных это не слишком сказывалось. Они общались, торговали и вступали в смешанные браки. На славянской территории стала появляться керамика, имеющая салтовские черты, а в культуре салтовцев, в свою очередь, проявилось славянское влияние. […] А в самом центре Хазарского каганата, на Нижнем Дону, в VIII – IX веках стали возникать славянские поселения […] Судя по керамике, славяне переселялись с северо-западных границ каганата, не считая хазар своими врагами[36]».

Вот, ещё один, теперь уже, археологический аргумент Л. Прозорова: «Не так давно археологи открыли цепь белокаменных крепостей на высоких мысах правого берега Дона, Северного Донца, Оскола. Археологи уверенно полагают, что эта цепь продолжалась и далее, возможно, до Днепра, но граница незалежной и самостийной Украйны стала и границей этого научного открытия. Одну твердыню от другой отделяли 10 – 20 километров – можно сказать, стояли они почти вплотную. Под стенами крепостей нашли могильники – кладбища наёмников каганата.

[…] эта цепь хазарских крепостей вплотную подходила к славянским землям, стояла на них. Из них совершались разбойные рейды небольших шаек служилых кочевников, а в случае большой войны они прикрывали переправы армад бронированной конницы.

[…] В любой день года ворота любого из разбойничьих гнёзд могли распахнуться пастью тьмуглавого гада и извергнуть на селения славян несущую разрушение, смерть и рабство живую лаву[37]».

А вот другая точка зрения: «После появления на территории Хазарии русов и мадьяр были построены линии крепостей, защищавшие северо-западную границу и контролировавшие торговый путь по Дону. Большая часть крепостей этой эпохи, судя по почти полному отсутствию в них каких-либо внутренних построек и культурного слоя хазарского времени, не имела постоянного населения; видимо, предполагалось, что они должны быть укреплёнными лагерями на случай «мобилизации» […]

В целом крепости Хазарии были малопригодны к отражению как серьёзной, по меркам византийцев или арабов, осады, так и серьёзного штурма. […] для степных укреплений это было не слишком важно – поскольку кочевники и русы были не сильны в осадной войне…[38]».

Кроме того, не следует забывать, что основные славянские земли были отделены от Хазарии широкой (ок. 300 км) степной полосой, занятой кочевниками. Поэтому, вероятнее всего, взаимоотношения восточных славян с хазарами сводились к эпизодическим выплатам дани со славянских племён, проживавших в пограничных со степью районах.

Таким образом, утверждение Л. Гумилёва о том, что: «киевские варяги посылали подчинённых им славяно-русов умирать за торговые пути рахдонитов» не соответствует действительности.

Итак, подведём итоги:

Сага об Одде Стреле – сказка.

Кембриджский аноним – литературное сочинение, произвольно интерпретирующие разновременные исторические факты.

У нас остаются только русские летописи. В них упоминаются несколько дат, связанных с именем Олега:

882 г. – Олег взял Смоленск, Любеч и Киев.

883 г. – Олег покорил древлян.

884 г. – Олег покорил северян.

885 г. – Олег покорил радимичей.

907 (922) гг. – Олег осуществил поход на Константинополь, о котором византийские источники ничего не сообщают. Вот и всё.

 Неудивительно, что ряд историков относятся с сомнением к самому факту существования Олега: «…анализ имеющихся сведений заставляет считать его [Олега] лицом посторонним для собственно русской истории, куда он попал исключительно благодаря сохранившемуся тексту договора 912 г. и протоколу о ходе переговоров. Такая чужеродность Олега роду русских князей проявляется в списках ПВЛ также неустойчивостью усвоения ему социального статуса («князь», «воевода») и родственных отношений с Рюриком и Игорем, а равным образом, полной неизвестностью о его реальной судьбе, времени и месте смерти[39]».

«Подобно Кию, Аскольду и Диру Вещий Олег не известен никому в мире кроме авторов ПВЛ. Вплоть до того, что византийские хронисты прозевали нападение на них флота в две тысячи (!) кораблей и не заметили приколоченный к воротам их столицы чужой щит. Византийские источники хранят полное молчание не только о славном походе Вещего Олега, но и о нём самом. Ни мировой нарратив за рамками ПВЛ, ни археология не оставили нам ни малейшего вещественного следа кипучей деятельности «вещего князя». По утверждению ПВЛ, Олег правил в Киеве целых 33 года; но в киевской земле нет следов его деятельности, нет и намёка на «город Олега», хотя на якобы полученную с Византии контрибуцию можно было отстроить второй Константинополь. Правда, ПВЛ утверждает, что Олег чем-то подобным занимался, «ставил города», но на территории Киевской Руси археологи не нашли ни одного (!) города, возникшего во времена летописного Олега. А ведь ПВЛ называет конкретные подвластные Олегу города. Князь, приколотив щит к царьградским воротам, взял с греков дань для Чернигова, Переяславля, Полоцка, Ростова, Любеча, не считая «других городов», очевидно тех, которые он «поставил». Но… все вышеперечисленные города археологически возникли только лет через 70-80 после того как коварная змеюка дождалась своего часа в конском черепе[40]».

 



[1] Славянская энциклопедия. Киевская Русь – Московия: в 2 т. Т. 2. М., 2005. С. 80

[2] «Сага об Одде Стреле» принадлежит к группе викингских саг о древних временах. Считается, что её автором был исландец, почерпнувший сюжет для своего произведения в Норвегии. Время создания саги вторая половина XIII – начало XIV вв.

[3] Сага об Одде Стреле. На сайте: www.norse.ulver.com

[6] Никитин А.Л. Текстология русских летописей. Вып.1. М., 2006. С. 39-58

[7] Там же. С. 39-58

[8] Там же. С. 39-58

[9] Цветков С.Э. Русская история: Книга первая. М., 2003. С. 492

[11] Егоров В. Каганы рода русского, или Подлинная история киевских князей. М., 2012. С. 44

[12] Никитин А.Л. Основания русской истории: Мифологемы и факты. М., 2001. С. 178

[13] Цветков С.Э. Русская история: Книга первая. М., 2003. С. 498

[14] Никитин А.Л. Основания русской истории: Мифологемы и факты. М., 2001. С. 180

[15] Цветков С.Э. Русская история: Книга первая. М., 2003. С. 493

[16] Егоров В. Каганы рода русского, или Подлинная история киевских князей. М., 2012. С. 248

[17] Там же. С. 244.

[18] Там же. С. 52.

[19] Дёмин В.Н. Загадки древних летописей. М., 2007. С. 138

[20] Кембриджский аноним, текст Шехтера. Письмо, составленное на еврейском языке в правление хазарского царя Иосифа (960-е гг.), обнаружено в материалах каирской генизы (собрания древних еврейских актов, перевезённых в Кембридж) и опубликовано в 1912 г. С. Шехтером. В письме не сохранилось начала, автор неизвестен.

[21] Византийский император Роман I Лакапин (920 – 944).

[22] Тмуторокань – хазарская Таматарха на Тамани.

[23] Херсонес (др.-рус. Корсунь) в Крыму.

[24] Константинополя

[25] Древняя Русь в свете зарубежных источников: Хрестоматия. Том III: Восточные источники. М., 2009. С. 183

[26] Никитин А.Л. Основания русской истории: Мифологемы и факты. М., 2001. С. 190

[27] Карпов А.Ю. Княгиня Ольга. М., 2012. С. 286

[28] Егоров В. Каганы рода русского, или Подлинная история киевских князей. М., 2012. С. 42

[29] Гумилёв Л.Н. Древняя Русь и Великая степь. М., 1989. С. 187

[30] Артамонов М.И. История хазар. На сайте: www.gumilevica.kulichki.net

[32] Маркарьян В.Г. Хазарский каганат. На сайте: www.yugmd.ru

[33] Прозоров Л.Р. «Иду на вы!»: Подвиги Святослава. М., 2013. С. 259-262

[34] Темушев С.Н. Опыт прочтения летописного известия о дани восточных славян хазарам. На сайте: www.hist.bsu.by

[35] Каргалов В.В. Русь и кочевники. М., 2004. С. 194

[36] Ивик О., Ключников В. Хазары. М., 2013. С. 136

[37] Прозоров Л.Р. «Иду на вы!»: Подвиги Святослава. М., 2013. С. 257

[38] Ивик О., Ключников В. Хазары. М., 2013. С. 246

[39] Никитин А.Л. Основания русской истории: Мифологемы и факты. М., 2001. С. 192

[40] Егоров В. Каганы рода русского, или Подлинная история киевских князей. М., 2012. С. 49

Читать «Начало Ордынской Руси. После Христа.Троянская война. Основание Рима.» — Фоменко Анатолий Тимофеевич, Носовский Глеб Владимирович — Страница 4

Не исключено, что слово ДИР или ТИРАР является искажением слова ЦАРЬ, ТИР, КИР. В таком случае, сочетание Дир Аскольд могло означать Царь Аскольд.

Далее, как мы показали в книге «Царь Славян», одним из имен Христа было КОЛЯДА. Сразу возникает мысль, что Аскольд или АС-КОЛЬД означает АСА КОЛЯДА или ИСУС КОЛЯДА. То есть – Иисус Христос. Сочетание ДИР АСКОЛЬД могло означать ЦАРЬ ИСУС КОЛЯДА или ЦАРЬ ИИСУС ХРИСТОС. Поэтому в дальнейшем мы будем, в основном, говорить только об Аскольде = Асе-Коляде.

Оказывается, другое имя Аскольда было РУСЬ. Татищев пишет: «Но как выше… показано, что греки ОСКОЛЬДА РОССОМ от народа именовали, то вероятно, что он в сию страну сие имя принес; ИБО САМ БЫЛ РУСЬ, и греки русью, или рось, именовали, а прежнее имя скифи оставили» [832], т. 2, с. 205; [832:1], т. 2, с. 584. Итак, Татищев полагает, что греки именно со времен Аскольда стали называть Скифов – Росами, Русью, перенеся на них собственное имя их князя Аскольда: «Русь». И с тех пор перестали употреблять прежнее название Скифы. Далее, Татищев повторяет: «ОСКОЛЬДА ЖЕ ИМЕНУЮТ РОС» [832:1], т. 2, с. 584. Последнее замечание он снабжает ссылкой на Барония: «Бароний в 867 году» [832:1], т. 2, с. 584.

3.4. КРЕЩЕНИЕ АСКОЛЬДА

Отмечается, что Аскольд = Аса-Коляда БЫЛ КРЕЩЕН, то есть принял христианство. Кроме того, над его могилой, оказывается, была возведена христианская церковь Святого Николая. Татищев говорит: «О КРЕЩЕНИИ ЖЕ ОСКОЛЬДА Кедрин сказует, что ОСКОЛЬД… В ЦАРЕГРАДЕ КРЕЩЕНИЕ ПРИНЯЛ, чему Леон Грамматик в Хронографе… согласует… Не меньше же удостоверивает и Нестор О КРЕЩЕНИИ ОСКОЛЬДА… ПОСТАВЛЕНИЕМ НА ГРОБЕ ЕГО БЫВШИМИ ТОГДА ХРИСТИАНЫ ЦЕРКВИ СВЯТАГО НИКОЛАЯ… У Иоакима видно, что КРЕЩЕНИЕ ЕГО ОБСТОЯТЕЛЬНО БЫЛО ОПИСАНО, но в манускрипте утрачено, и он его БЛАЖЕННЫМ именовал» [832], т. 2, с. 205; [832:1], т. 2, с. 584.

Интересно, что В.Н. Татищев подозревал прямую связь между убийством Аскольда и его КРЕЩЕНИЕМ. Вот что он пишет: «Убивство Оскольдово. Довольно вероятно, что КРЕЩЕНИЕ ТОМУ ПРИЧИНОЮ БЫЛО; может, киевляне, не хотя крещения приять, Ольга (то есть Аггелов = Ангелов? – Авт.) призвали, а Ольгу зависть владения присовокупилась… А к тому удостоверивает построенная над ним ОТ ХРИСТИАН ЦЕРКОВЬ СВ. НИКОЛАЯ; МОЖЕТ, ЕМУ ПРИ КРЕЩЕНИИ ИМЯ НИКОЛАЙ ДАНО БЫЛО, яко тому примеров последи довольно, что по именам князей церкви строены… ЕГО МОЖНО ЗА ПЕРВОГО РУССКОГО МУЧЕНИКА ПРИЧЕСТЬ. О КРЕЩЕНИИ ЕГО ФОТИЙ ПАТРИАРХ сказует в 863-м, и Ростовский список тоже кладет, но после в летах списыватели Нестора смешали» [832], т. 2, с. 208. См. также [832:1], т. 2, с. 586; [832:1], т. 1, с. 67.

Ввиду важности данного сообщения Татищева, дадим перевод на современный русский язык: «Убийство Оскольдово. Вполне вероятно, что его причиной было крещение. Может быть, киевляне, не желая принять крещения, призвали Олега, а того охватило желание завладеть чужим владением… Об этом (о том, что Аскольд был крещен) говорит и построенная христианами церковь Святого Николая над телом Аскольда. Может быть ему (Аскольду) при крещении имя Николай дано было, чему впоследствии было много примеров, когда церкви строились (и назывались) по именам князей… Его (Аскольда) можно ПЕРВЫМ РУССКИМ МУЧЕНИКОМ считать. О крещении его патриарх Фотий писал в 863-м (году) и то же сообщает Ростовский список. Но с течением времени переписчики Несторова (сказания) все перепутали».

Поздние романовские историки, например, Н.М. Карамзин, ясное дело, не доверяют свидетельствам о крещении Аскольда [362], комментарий 295 к т. 1, гл. 5, столбец 79. В нашу же реконструкцию оно ложится прекрасно. Аскольд = Аса-Коляда = Исус Коляда, то есть Христос, действительно БЫЛ КРЕЩЕН. Крещение произошло в ЦАРЬ-ГРАДЕ («Киеве» русских летописей) или его окрестностях.

Теперь понятно и почему имя Аскольда = Асы-Коляды так тесно связано на страницах летописей с именем НИКОЛАЙ. По той простой причине, что Николай или НИКА, или же НИКА + КОЛЯДА (то есть Николай) – это еще одно из имен Христа. Другое его имя было Исус Коляда = Аса-Коляда = Аскольд. По поводу старых имен Христа, а именно, Коляда и Ника (Победитель), см. книгу «Царь Славян».

3.5. ЗАГОВОР КИЕВЛЯН ПРОТИВ АСКОЛЬДА

Согласно византийским источникам, император Андроник вызвал недовольство столичной знати своим жестким поведением по отношению к чиновникам. Многие знатные лица жаловались на «притеснения» со стороны императора. В результате сложился заговор, приведший к свержению и казни царя Андроника. То есть к евангельской казни Христа. Аналогичная картина встает и со страниц русских летописей, говорящих об Аскольде. Татищев сообщает, что Олег, «СЛЫША ОТ КИЕВЛЯН ЖАЛОБЫ НА ОСКОЛЬДА и позавидовав области его, взяв Ингоря (Игоря – Авт.), пошел с войсками к Киеву. БЛАЖЕННЫЙ ЖЕ ОСКОЛЬД ПРЕДАН КИЕВЛЯНАМИ И УБИТ БЫЛ» [832:1], т. 1, с. 56.

Отметим, что в рассказе об убийстве Аскольда и Дира имя ИГОРЬ написано Татищевым как ИНГОРЬ, то есть, вероятно, ИНХОР или ИНОЙ ХОР, Иной Царь. В другом месте, когда начинается собственно история князя Игоря, его уже именуют ИГОРЕМ, а не ИН-ГОРЕМ. Все правильно. В рассказе об Аскольде и Дире ИН-ГОРЬ (Иной Царь) – это Исаак Ангел, противник Андроника (то есть Христа). Получается, что «Олег с Ингорем на руках» изображает в летописи византийский род Ангелов, выступивший против Гора-Христа с ИНЫМ Гором (Исааком Ангелом). Летопись здесь очень запутана. Например, когда она переходит к рассказу о взрослом князе Игоре, речь идет уже не о противнике Аскольда-Христа, а о самом Христе, см. ниже. История Христа повторена в начальной русской летописи несколько раз, причем под разными именами.

3.6. УБИЙСТВО АСКОЛЬДА И КАЗНЬ ХРИСТА

Царь Андроник-Христос был убит. Аскольд = Аса-Коляда тоже убит. Причем, в обоих случаях подчеркивается, что убийство было коварным. Убийцам пришлось пойти на ХИТРОСТЬ. Согласно Евангелиям, фарисеи и ПРЕДАТЕЛЬ ИУДА устроили заговор против Христа. Аскольда тоже предали: «Блаженный же Оскольд ПРЕДАН киевлянами и убит». Повторим, что под именем «киевлян» здесь, скорее всего, выступают знатные роды Царь-Града, ополчившиеся на императора Андроника – Христа.

3.7. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА УБИЙСТВА АСКОЛЬДА

Достаточно похожи и обстоятельства самого убийства. Согласно средневековой светской версии (Робер де Клари, см. нашу книгу «Царь Славян»), рядом с царем Андроником-Христом в момент его пленения оказались лишь немногочисленные соратники-апостолы. По Евангелиям, прежде чем Христа схватили, к нему подошел предатель Иуда и коварным поцелуем указал на Христа приближающимся воинам и фарисеям. После этого воины ОКРУЖАЮТ Иисуса и берут его под стражу.

Согласно некоторым летописям, Олег прячет своих воинов в ладьях и единолично идет к столице, держа на руках лишь малолетнего Игоря. Он призывает Аскольда выйти навстречу для беседы. Аскольд неосторожно поддается на обман и выходит из города навстречу Олегу. В этот момент воины Олега выскакивают из засады и окружают Аскольда (и Дира): «Выскочили все прочие из ладей И ОБСТУПИЛИ ИХ» [832:1], т. 2, с. 14. Аскольда убивают.

3.8. АНГЕЛЫ-АГГЕЛЫ И КНЯЗЬ ОЛЕГ

Согласно византийским историкам, царь Андроник-Христос был убит по приказу Исаака АНГЕЛА, см. книгу «Царь Славян». По русским летописям, князь Аскольд = Аса-Коляда был убит Олегом: «И убил Оскольда и Дира», см. выше. Заметим, что слово Ангел в старых русских текстах писали как Аггел, или Аггл под титлой, то есть без Н. См., например, [586:1], т. 11, с. 60. Костяки согласных в словах АГГЕЛ и ОЛЕГ отличаются, по сути, лишь направлением прочтения: аггел = ГГЛ → ЛГ = олег. Таким образом, в обеих версиях всплывает практически одно и то же же имя убийцы Андроника = Аскольда, а именно: Олег – Аггел.

3.9. ТРИДЦАТЬ СРЕБРЕННИКОВ И ПРЕДАТЕЛЬСТВО ИУДЫ

Никоновская летопись сообщает любопытный факт, непосредственно предшествующий убийству князя Аскольда. «Игорь же и Олегъ творящася мимоидуща, потаистася въ лод1ахъ, и некимъ дружине своей повеле изыти на брег, СКАЗАВ ИМЪ ДЕЛА ТАЙНАЯ, а сам творяшеся болезнуа, и ляже въ лодш. И посла ко Асколду и Диру, глаголя: «ГОСТЬ ЕСМЬ, И ИМАМЪ МНОГО ВЕЛИКАГО И ДРАГАГО БИСЕРА И ВСЯКОГО УЗОРОЧ!А; ЕЩЕ ЖЕ ИМАМЪ И УСТЫ КО УСТОМЪ РЕЧИ ГЛАГОЛАТИ ВАША КЪ ВАМ, ДА БЕЗЪ КОСНЕША ПРШДИТЕ КЪ НАМ»» [586:1], т. 9, с. 15.

Мнение | Только западное давление может спасти Олега Сенцова

Сенцова задержали за подготовку терактов», — заявил президент России Владимир Путин на прошлой неделе после того, как репортер спросил его о заключенном на пресс-конференции с президентом Франции Эммануэлем Макроном. «Теракт», если верить официальной версии российской прокуратуры, заключался в поджоге двери крымского офиса путинской партии «Единая Россия». За это деяние, причастность к которому он отрицает, Сенцов был приговорен к 20 годам лишения свободы.Такой же приговор был вынесен человеку, осужденному за убийство лидера российской оппозиции Бориса Немцова.

Настоящим «преступлением» Сенцова стало его открытое несогласие с аннексией Крыма Путиным в 2014 году. Российский правозащитный центр «Мемориал» признал его политзаключенным. Amnesty International назвала суд над ним «несправедливым». Российские власти отказали украинским дипломатам в консульском доступе Сенцова, заявив, что, поскольку Крым в их глазах (и вопиющее нарушение международного права) теперь является частью Российской Федерации, следовательно, он является гражданином России.Политолог Леонид Гозман сравнил это с фактическим восстановлением крепостного права, когда людей продавали вместе с землей, на которой они жили. «Это была нормальная практика до 1861 года», — отметил он. «Поместье, потерянное в карточной игре, переходило к новому владельцу вместе с амбарами, женщинами, мужчинами и другим имуществом. [Царь Александр II] положил этому конец, но кому до него дело?»

Продолжение истории под рекламой

В минувшие выходные акции в поддержку Сенцова прошли в 78 городах мира.К движению присоединились парламентарии, дипломаты и лидеры неправительственных организаций, которые призвали правительство Канады, принимающей предстоящий саммит Большой семерки, включить Сенцова в повестку дня. В Москве власти запретили просенцовский митинг на том основании, что он «будет мешать движению пешеходов», но люди все равно пришли. К публичным призывам в поддержку Сенцова присоединились видные российские деятели культуры, в том числе кинорежиссеры Андрей Звягинцев и Владимир Мирзоев, писатель Виктор Шендерович и актер Александр Филиппенко.

«Мне очень легко считать дни голодовки Сенцова, я слышал об этом по радио в день ареста», — написал антикоррупционный активист Алексей Навальный, сидящий в СИЗО за организацию уличных протестов против инаугурации Путина. «Я неделю в заключении, он неделю голодает. Для меня прошло пятнадцать дней — для него — так. За исключением того, что нас ждет совсем другое будущее. Пройдет еще пятнадцать дней, и я выйду на свободу, обниму свою семью, приму душ и съем домашнюю еду.Сенцов умрет в одиночестве в своей камере, за тысячи километров от своей семьи».

Последним политзаключенным в России, умершим от голодовки, стал видный диссидент, член Московской Хельсинкской группы Анатолий Марченко. Находясь в Чистопольской тюрьме, в августе 1986 года он начал голодовку с требованием освобождения советских политзаключенных. Он умер в декабре, после 117 дней отказа от еды. Его семье не выдали свидетельство о смерти и запретили вывозить его останки в Москву для захоронения; он был похоронен на местном кладбище в Чистополе, а его жена написала его имя на кресте шариковой ручкой.

История продолжается под рекламой

Смерть Марченко вызвала международный резонанс. Через неделю после его смерти советский лидер Михаил Горбачев позвонил Андрею Сахарову в Горький, чтобы сообщить ему, что его ссылка закончилась и что ему разрешено вернуться в Москву. В январе 1987 г. советское правительство начало массовое освобождение политзаключенных. «Героическая жизнь Марченко и его труды представляют собой огромный вклад в дело демократии, гуманизма и справедливости», — писал Сахаров Европейскому парламенту в 1988 году, назначая Марченко первым (посмертным) лауреатом Сахаровской премии за свободу мысли.

Навальный призывает Кремль осуществить обмен «всех на всех», обменяв удерживаемых в России украинских пленных, включая Сенцова, на россиян, захваченных Украиной в войне на Донбассе. «Российские власти не интересуются мнением российских граждан, — сказала Алиса Ганиева, писательница и организатор митинга сторонников Сенцова в Москве. «Но если западные СМИ заговорят о Сенцове, возможно, им будет неудобно. Возможно, международное давление заставит их освободить его.

Международное давление сейчас является единственной силой, которая может изменить расчеты Кремля — прежде всего, давление со стороны тех западных лидеров, которые, как и Макрон, планируют посетить предстоящий чемпионат мира по футболу в России. Даже если они помогут Путину в его пиар-перевороте, они, по крайней мере, будут утешаться тем, что, возможно, спасли человеческую жизнь.

Как металлы и безжалостная жилка вывели русского патриота на первое место в списке богачей | Новости мира

В книге, написанной о могущественных олигархах России в 2002 году, Олег Дерипаска не упоминается.И в отличие от своего друга и бывшего делового партнера Романа Абрамовича, Дерипаску почти не знают в Британии.

Это может скоро измениться. Согласно российскому журналу «Финанс», Дерипаска — 39-летний металлургический магнат с тихим голосом — на прошлой неделе незаметно обогнал Абрамовича как самого богатого человека в России, что немаловажно в стране, переполненной миллиардерами.

Его состояние, основанное на том, что он владеет второй по величине в мире алюминиевой компанией, оценивается в 21,2 миллиарда долларов (10,9 миллиарда фунтов стерлингов). Абрамович выбился на второе место.Состояние владельца футбольного клуба «Челси» оценивалось в ничтожные 21 миллиард долларов.

Сидя в бирюзовом московском офисе своей алюминиевой компании «Базовый элемент», Дерипаска презирает предположение, что теперь он официально возглавляет список богачей. Отчет прошлой недели был «ошибкой», говорит он, рисуя в своем блокноте, чтобы проиллюстрировать, как большие суммы денег могут исчезать и снова появляться.

То, что он вообще комментирует состояние своего банковского счета, — событие. Дерипаска редко дает интервью, обычно давая одно-два интервью в год.«Если вы хотите быть точным, я знаю дюжину людей, которые должны быть выше меня», — говорит он The Guardian.

Сколько же он тогда стоит? «Я не знаю,» отвечает он. — Гораздо меньше. Скажем, в два раза меньше. На самом деле Дерипаска, чей идиоматический английский отточен частыми командировками в Лондон, говорит, что это всего лишь одна из серии ошибочных историй о нем.

В сентябре прошлого года ходили слухи, что он заинтересован в покупке футбольного клуба «Арсенал» примерно за 350 миллионов фунтов стерлингов. Другие более зловещие истории восходят к 1990-м годам, после распада Советского Союза, когда безжалостные олигархи разделили недавно приватизированные государственные предприятия страны.Дерипаска участвовал в борьбе за контроль над алюминиевым заводом в Саяногорске в Сибири. Битва была настолько жестокой, что стала приватизационной легендой и получила название «алюминиевой войны». Утверждается, что в какой-то момент его враги попытались устроить ему засаду на горной дороге из гранатомета. Было ли это правдой?

Обе истории, морщится Дерипаска, ужасно ошибочны. Он отвергает мысль о том, что ему может понравиться покупка Тьерри Анри или остальных членов команды «Арсенала». «Это не мое», — говорит он.«Я не в восторге от футбола» — это утверждение несколько опровергается тем фактом, что его видели на террасах «Челси» с Абрамовичем, с которым он в «очень» хороших отношениях. Он также является совладельцем футбольной команды на юге России.

Как и многие сверхбогатые россияне, Дерипаска — заядлый англофил. Есть, конечно, обязательный дом за 20 миллионов фунтов стерлингов в Белгравии. (Когда я спрашиваю его об этом, он отвечает: «Гм-м-м».) У его пятилетнего сына и четырехлетней дочери есть британская няня, и они уже говорят по-английски.

У него также есть деловые интересы в Великобритании. В прошлом году его компания купила больного британского производителя фургонов LDV. Недавно он посетил его завод в Бирмингеме и говорит, что впечатлен британской инженерией, и озадачен тем, что местная автомобильная промышленность была допущена к мучительному вымиранию Тэтчеров. «Вы почти списали свою автомобильную промышленность. У вас очень опытная рабочая сила с замечательными инженерами. Я понятия не имею, почему вы прекратили свой автомобильный бизнес», — говорит он. «На самом деле я думаю, что это была ошибка.Другие страны вокруг субсидируют или поддерживают их производство, а вы сдаетесь».

Что же он думает об британцах? Внешнее сходство Дерипаски с Абрамовичем исчезает: если Абрамович все больше времени проводит в Лондоне и предпринял несколько безуспешных попыток отказаться от неблагодарного поста губернатора необъятной Чукотки, Дерипаска счастлив жить в России.Он не планирует уходить.

По его словам, переезд в «постиндустриальную» Британию был бы бессмысленным для того, чья империя основана на металлургических комбинатах, гидроэлектростанциях и дешевой сибирской энергии. Его путь от маленькой деревни на плодородном Северном Кавказе до вершины российского клуба миллиардеров примечателен. Родившийся в Нижнем Новгороде, в 10 часах езды на поезде к востоку от Москвы, Дерипаска в возрасте четырех лет переехал в сельскую местность на юге России со своей овдовевшей матерью, инженером.

Он доил коров своей семьи, ухаживал за утками и носил воду из колодца.Его семья была счастлива, но тяжело. Позже, будучи студентом МГУ, он был худым. Только что распался Советский Союз, в стране царили смута и «распад»; Дерипаска работал на стройках по всей России, чтобы не умереть с голоду.

«У нас не было денег. Это был очень практичный вопрос каждый день. Как мне получить деньги, чтобы покупать еду и продолжать учиться?» он вспоминает. У его университетского предмета, теоретической физики, не было будущего. Он бросил учебу и начал бизнес в качестве мелкого торговца металлами.

В период с 1993 по 1994 год он приобрел 20% акций Сибирского алюминиевого завода — к неудовольствию заводских боссов коммунистической эпохи. «Я ожидал, что они будут относиться ко мне как к акционеру. Но они сказали: «Нет, у вас есть акции, но мы ведем свой бизнес. И это отдельно».

Дерипаска убедил рабочих не бастовать, увеличил производство , и — не совсем понятно как — задавили местную мафию. В 2000 году Абрамович скупил большую часть холдингов в алюминиевой промышленности России и объединил их с компанией Дерипаски, чтобы создать «Русский алюминий» (Русал).Позже Абрамович продал свою долю Дерипаске, сделав его бесспорным царем одной из самых прибыльных отраслей промышленности России.

В следующем месяце компания Дерипаски должна объединиться с двумя другими, чтобы создать крупнейшую в мире алюминиевую группу. Его стоимость оценивается в 25-30 миллиардов долларов, и он, вероятно, будет размещен на Лондонской фондовой бирже в этом году или в начале следующего, что укрепит позиции Дерипаски как глобального игрока. Спланировал ли он все это? «Никакого плана», — пожимает он плечами.

И все же ясно, что Дерипаска обладает безжалостным расчетливым интеллектом.Несколько бывших деловых партнеров подали на него в суд, и судебные процессы все еще тянутся. Высокий, с мальчишескими чертами лица, коротко остриженными светлыми волосами и безжалостными голубыми глазами, Дерипаска мало чем отличается от Дэниела Крейга — и разделяет репутацию актера Бонда за жесткость.

У него также безупречные связи. В 2001 году он женился на Полине Юмашевой — дочери влиятельного экс-главы администрации Бориса Ельцина Валентина Юмашева, который сейчас женат на младшей дочери бывшего президента Татьяне. Помимо этого полезного династического союза с кланом Ельциных, Дерипаска находится в дружеских отношениях с преемником Ельцина в Кремле Владимиром Путиным.

До сих пор он ловко избегал Икарусной участи других олигархов, в том числе Бориса Березовского, находящегося в изгнании в Лондоне, и Михаила Ходорковского, поссорившегося с Путиным и отбывающего восьмилетний срок в Сибирская тюрьма. Некогда огромная нефтяная империя ЮКОСа Ходорковского продается и дробится.

Отношения между Лондоном и Москвой обострились после недавнего убийства бывшего агента КГБ Александра Литвиненко и разговоров о новой холодной войне между США и Россией.Россию, по словам Дерипаски, неправильно поняли. Запад не отдает должное России за последние 15 лет и концентрируется на ее неспособности перейти к демократии западноевропейского образца. «На прошлой неделе мы обсуждали это с консультативным советом одной из наших компаний, — объясняет Дерипаска. «Был один комментарий от очень видного члена британского общества, который сказал: «Если вы посмотрите на первую полосу, это катастрофа. Но если вы пойдете дальше, на страницу экономики, это блестяще». Мы стараемся жить на странице экономики.

«В долгосрочной перспективе я действительно считаю, что на международном уровне существует огромное непонимание России. Я совсем недавно был в Эр-Рияде в Саудовской Аравии и никогда не слышал комментариев в британской прессе о демократии там. Я не знаю, почему вы ожидаете, что мы — потому что мы рядом с Европой и соседи — должны быть такими. Мы другие».

Дерипаска неохотно обсуждает свою личную жизнь — хотя, учитывая его 14-16-часовой рабочий день, он не может иметь ее много. Он также не будет говорить о своей благотворительной деятельности.Он финансировал восстановление православных церквей — проект, который в Кремле находит одобрение.

Его тихий, неприметный национализм, похоже, является ключом к его успеху. Он говорит, что до сих пор встречает ту же группу друзей из детства на Северном Кавказе и из Советской армии, где он провел два года сержантом.

Он не думает о Москве. «Я не люблю Москву. Это не мой город. Я хотел бы проводить больше времени, отдыхая в Сибири, на Байкале, или на Дальнем Востоке, или на Кавказе», — говорит он.Таким образом, нет никаких шансов, что самый богатый человек России вскоре поселится на севере Лондона и приобретет новый дом на стадионе «Эмирейтс», принадлежащем «Арсеналу». «Моя база находится на северном Кавказе, — говорит он, не мигая бледными глазами. «Это мой конечный пункт назначения».

РОССИЯ: САНКТ-ПЕТЕРБУРГ: ЗАХОРОНЕНИЕ ЦАРЯ НИКОЛАЯ II ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ

Санкт-Петербург, Россия, 06 июля 1998 г. / 26 мая 1996 г.

Санкт-Петербург 06 июля 1998 г.

1. Общий вид Петропавловской крепости.

2.Мидшот женщины, убирающей клумбы

3. Общий вид интерьера погребальной комнаты

4. Панорамирование вниз от потолка до гробницы

5. Макет надгробий семьи Романовых

5. Настройка Олега Филатова

6. Черно-белые фотографии царя Николая II и Филатова

7. ЗВУК: (Русский) Олег Филатов, Претендент на российский престол

8. Черно-белые архивные кадры Николая II и цесаревича Алексея

9. Черно-белое фото Николая II и Алексея

10.Черно-белое фото Алексея

10. ЗВУК: (Русский) Олег Филатов, Претендент на российский престол

11. Мидшот Олега Филатова, рассматривающего фотографии

12. Крупный план Филатова

13. Фото сравнения строения костей отца и Алексея

14. Вторая фотография сравнения структуры кости

15. ЗВУК: (Русский) Олег Филатов, Претендент на российский престол

Санкт-Петербург, 26 мая 1996 г.

16. Панорама монархистов у памятника царю Николаю II

17.Мидшот статуи

Санкт-Петербург, 06 июля 1998 г.

18. ЗВУК: (Русский) Олег Филатов, Претендент на российский престол

18. Внешний вид многоквартирного дома Филатова

19. Общий вид Зимнего дворца.

20. Общий план Зимнего дворца

Русский/Nat

17 июля 1918 года советский лидер Владимир Ленин приказал убить последнего царя России Николая II и его семью.

Их останки, обнаруженные более 70 лет спустя, будут захоронены 17 июля этого года в Санкт-Петербурге.

Но книга, опубликованная в этом месяце, утверждает, что династия Романовых не прекратила свое существование.

Авторы книги утверждают, что у них есть доказательства того, что царевич Алексей, наследник российского престола, выжил.

В Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге завершаются последние штрихи к пышной траурной церемонии.

Тела царя Николая II, его супруги императрицы Александры и трех их дочерей будут захоронены в Крепости 17 июля.

Их останки были найдены в 1991 году в сибирском городе Екатеринбурге.

Также в могильной яме были останки слуг семьи, но не двух оставшихся детей Романовых, Анастасии и наследника престола Алексея.

В книге, опубликованной в этом месяце, утверждается, что Алексей сбежал от своих душеприказчиков в 1918 году и был усыновлен крестьянской семьей.

Утверждается, что он работал школьным учителем в коммунистической России и был известен как Василий Филатов.

Утверждения, изложенные в «Побеге Алексея», подкрепляются сыном Филатова Олегом, претендентом на российский престол.

ЗВУК: (русский)

«За всю свою жизнь он никогда не называл себя Алексеем. Он никогда не говорил, что он сын Государя. Все его сказки рассказывались в третьем лице.»

СУПЕРТИТР: Олег Филатов, Претендент на российский престол

Долгожданный наследник российского престола родился 12 августа 1904 года, к большой радости Николая и Александры.

Но Алексей был болезненным ребенком от рождения, унаследовавшим от матери гемофилию, делающую простые шишки и синяки опасными, если не смертельными.

Авторы книги утверждают, что Алексей был просто ранен в ночь на 17 июля, и сочувствующие солдаты унесли его в безопасное место.

В роли Василия Филатова Алексей стал учителем в сельской школе, но так и не смог объяснить, как он стал свободно говорить на нескольких языках или откуда он так много знал о казни.

ЗВУК: (русский)

«Отец собрал всех вместе в 1984 году и снова рассказал нам историю об убийстве царской семьи. И еще раз напомнил, что мальчик остался жив.»

СУПЕРТИТР: Олег Филатов, Претендент на российский престол

С годами Олег Филатов и остальные члены его семьи стали подозревать, кем на самом деле был их отец.

Мало того, что у них были его рассказы, так еще и видели сходство между семьями Романовых и Филатовых.

Но Василий Филатов никогда не признавался в правде, говоря Олегу, что это слишком опасно.

ЗВУК: (русский)

«Люди будут убиты. Почему? Потому что это опасно.Вам больше не нужно знать. Когда тебе исполнится 40, ты будешь знать все, но сейчас тебе это знать не нужно. Пока я жив, тебе не обязательно знать. После этого стало ясно, что мальчик, о котором он говорил, сын Императора, которого спасли, этот мальчик и мой отец были одним и тем же».

СУПЕРТИТР: Олег Филатов, Претендент на российский престол

Василий Филатов умер в 1988 году, но с наступлением перестройки его семья обнаружила, что многие рассказанные им истории о Романовых были правдой.

В то время, когда многие россияне тоскуют по славному царскому прошлому, Олег Филатов говорит, что готов исполнить свое предназначение, если народ того пожелает.

ЗВУК: (русский)

«Я не хочу заявлять о себе. Нужно быть скромнее. Народ должен сделать это заявление. Если народу это нужно, если он придет к такому решению и политическая ситуация позволит, и если Бог позволит, то Я должен делать все, что хотят люди».

СУПЕРТИТР: Олег Филатов, Претендент на российский престол

Олег Филатов не первый и, наверное, не последний человек, провозгласивший себя претендентом на российский престол.

Он говорит, что готов пройти тест ДНК, чтобы доказать, что имеет право обменять свою советскую квартиру на более роскошный дом семьи Романовых.

Княгиня Вера Константиновна Российская: Княгиня, Покровительница, Присутствие

11 января 2001 года Вера Константиновна Российская, Принцесса Императорской Крови и правнучка Императора Николая I, скончалась в Вэлли Коттедж, Нью-Йорк, где она много лет жила в доме престарелых при Толстовский фонд.К 20-летию со дня ее смерти мы предлагаем эту краткую дань уважения женщине, которая была столпом русской эмиграции в Соединенных Штатах и ​​одним из основателей Музея истории России.

Княгиня Вера Константиновна, г. Павловск, ок. 1909 г. Фотография из альбома сестры княгини Веры, игумении Тамары (бывшей княгини Татьяны Константиновны), хранящейся в Музее истории России.

Княгиня Вера Константиновна родилась в Павловском дворце 24 апреля 1906 года, младшая из девяти детей великого князя Константина Константиновича и его жены, великой княгини Елизаветы Маврикиевны (урожденной принцессы Елизаветы Саксен-Альтенбургской).

Великий князь Константин Константинович с супругой Елизаветой
Маврикиевной и семью детьми в 1905 году, до рождения княгини Веры. Константин и Елизавета сидят и держат на руках младшего сына Георгия. Татьяна стоит позади Георгия. Иоанн стоит слева, Гавриил справа. Впереди сидят слева направо: Игорь, Константин и Олег. Фотография Карла Андреевича Ягельского. Музей истории России, дар княгини Веры Константиновны (472.83).

Ее старшими братьями и сестрами были князь Иоанн (1886-1918), князь Гаврилл (1887-1955; позже титул великого князя), княгиня Татьяна (1890-1979), князь Константин (1891-1918), князь Олег (1892-1914), Князь Игорь (1894-1918), князь Георгий (1903-1938) и княгиня Наталья (+1905).

Великий князь Константин Константинович в рабочем кабинете в Константиновском дворце в Стрельне. После Александра Михайловича Леонтовского (1865–1928), ок. 1906. Холст, масло. Музей истории России, дар княгини Веры Константиновны (474.83).

Первоначально ее назвали Марианной в честь любимой сестры ее матери, принцессы Марии Анны Саксен-Альтенбургской, но вместо этого она была названа в честь своей тети по отцовской линии, великой княгини Веры Константиновны, которая недвусмысленно сообщила родителям младенца Веры, что ребенок был быть названным в ее честь, и что она будет крестной матерью. 1 Вскоре после ее рождения, 30 апреля, Николай II записал в своем дневнике:

В 1 1/2 мы поехали в Царское [Царское Село, резиденция императорской семьи под Санкт-Петербургом.-Петербург] с Марией и Дмитрием [Марией Павловной Младшей и Дмитрием Павловичем, двоюродными братьями Николая II]. С вокзала мы поехали в Павловск на крестины маленькой Веры Константиновны. После службы был обильный чай, которым с жадностью набрасывалась вся семья. 2

Приезд юной княгини был ознаменован салютом из 19 орудий в Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге и объявлением о ее рождении.Как правнучка императора, она была принцессой кровного императора в стиле «высочество», а не великой княгиней, титулом, зарезервированным для дочерей и внучек императора.

Обращение Николая II кайзеру Вильгельму II о рождении княгини Веры Константиновны, 1906 г. Обращение подписано Государем. Музей истории России, дар княгини Веры Константиновны (261,81).

Следуя за мертворожденной принцессой Натальей, Вера была самым ценным ребенком в семье и особенно близка своему отцу.Великий князь Константин Константинович в своем дневнике 1912 года записал в пасхальный понедельник:

.

Маленькая шестилетняя Верочка каждое утро приходит ко мне встречать и полчаса играет со мной. Она громко разговаривает сама с собой, а также с множеством невидимых воображаемых девушек. Вчера в виде исключения она обедала у нас, красиво сидела за столом, сама все резала и не оставила на скатерти ни пятнышка. Мы с женой ужасно ею довольны. Недавно, 14 числа, моя жена завтракала с Их Величествами и была потрясена поведением Наследника [сына Николая II, Цесаревича Алексея], который старше Веры на два года, но который сидел, развалившись, плохо ел, облизывал тарелку. , и тянул на других.Государь часто отворачивался, чтобы, может быть, не бранить его, а императрица вместо этого бранила их старшую дочь Ольгу, сидевшую рядом с ним, за то, что она не контролирует его. 3

Семья великого князя Константина Константиновича, 1911 год. Княгиня Вера сидит внизу слева. Музей истории России, дар княгини Веры Константиновны.

В один из таких приятных утренних моментов девятилетняя Вера была наедине со своим отцом, когда он умер от сердечного приступа в 1915 году.Сообщается, что она перетащила несколько тяжелых растений, блокирующих массивную дверь, чтобы добраться до своей матери, и вошла в комнату, настойчиво крича: «Папа шляпа кеин Люфт! [Папа не может дышать! — Немецкий].»

Смерть великого князя Константина означала, что Вера покинет родной город Павловск и переедет в семейную резиденцию в Петрограде, в Мраморный дворец. Она и ее брат князь Георгий были самыми близкими по возрасту и большую часть времени проводили на уроках и с матерью. Даже во время Первой мировой войны они жили в относительной роскоши и изоляции, видя только близких членов семьи и друзей своей матери.

Князь Георгий и княгиня Вера, Павловск, 1916. Музей истории России, подарок княгини Веры Константиновны.

Когда произошла Февральская революция, великая княгиня Елизавета Маврикиевна и ее семья вернулись в безопасное место в Павловск, где они оставались на протяжении всей Октябрьской революции, где они впервые узнали об убийстве братьев Веры Иоанна, Константина и Игоря в Алапаевске. Летом 1918 года они уехали из Павловска и были вынуждены снять квартиру в городе, так как Мраморный дворец был национализирован большевистским правительством.Когда ситуация ухудшилась, великая княгиня Елизавета приняла предложение убежища от своей подруги, королевы Швеции Виктории, которая направила это предложение через шведского посла Эдварда Брандстрема. Семья уехала из Кронштадта на шведском корабле «Ангерманланд» в октябре 1918 года. Двенадцатилетняя княгиня Вера уехала с матерью, братом Георгием, маленькими племянниками (князем Теймуразом Багратион-Мухранским и князем Всеволодом Иоанновичем) и малолетними племянницами. (княгиня Наталья Багратион-Мухранская и княгиня Екатерина Иоанновна).Путешествуя через Таллинн, Хельсинки и Мариехамн, семья наконец прибыла в Стокгольм.

Великая княгиня Елизавета Маврикиевна с дочерьми княгинями Верой и княгиней Татьяной вместе с детьми княгини Татьяны, князем Теймуразом и княгиней Натальей Багратион-Мухранских, Брюссель, 1921 год. Общественное достояние.

Принцесса Вера с матерью два года жили в Швеции, затем уехали в Бельгию, где жили с 1920 по 1922 год. В том же году Елизавета Маврикиевна получила письмо от своего брата, герцога Эрнеста II Саксен-Альтенбургского, с приглашением в приехать к нему в Германию.Принцесса Вера переехала в наследственную собственность своей матери в Альтенбурге недалеко от Лейпцига, где они жили до смерти ее матери 24 марта 1927 года.

Портрет великой княгини Елизаветы Маврикиевны работы Ольги Карловны Мордвиновой. Оберстдорф, 1923. Бумага, графит. Ольга Мордвинова была дочерью Чарльза Хита, английского воспитателя детей Александра III, в том числе будущего Николая II. Музей истории России, дар княгини Веры Константиновны (483,83).

Дядя Веры Константиновны сказал князю Георгию и княжне Вере, что они могут оставаться с ним в Альтенбурге, сколько им угодно.В 1930 году князь Георгий переехал в Нью-Йорк, где начал новую жизнь и бизнес в качестве дизайнера интерьеров.

Вера осталась в Германии, перешедшей под контроль нацистов в 1933 году. Она с тревогой наблюдала, как формируется Третий рейх и начинается война, отрезая ее от родственников Романовых, большинство из которых уехало из Германии в Великобританию и США. 1 мая 1937 года ее дядя Эрнст вступил в нацистскую партию. Вера оказалась одна перед лицом Второй мировой войны. В 1939 году она узнала о смерти своего брата в Нью-Йорке и о небольшом наследстве от него, которое сделало возможной независимость. 5

Княгиня Вера с сестрой, княгиней Татьяной Константиновной, мадам Коротчензовой. Источник.

Во время войны принцесса Вера работала переводчицей в лагере для военнопленных, так как свободно говорила на немецком, французском, английском и русском языках. Но вскоре немецкие власти отстранили ее от работы в одном из лагерей под Альтенбургом, поскольку она продолжала оказывать помощь заключенным и проявляла заботу об их благополучии. Вера переждала войну, и в начале 1945 года в Альтенбург прибыли американские войска.Вера Константиновна ждала, что принесет политическое будущее, и вскоре услышала, что в результате Потсдамской конференции Саксен-Альтенбург попадет в советскую оккупационную зону. Понимая, что прибудут Советы, принцесса Вера и ее двоюродный брат принц Эрнст-Фридрих Саксен-Альтенбургский бежали пешком, пройдя 240 километров за 12 дней.

Вера Константиновна поселилась в Гамбурге в начале 1946 года, где работала переводчиком Британского Красного Креста, а затем переводчиком в Медицинском центре для перемещенных лиц (DP).Вера Константиновна пробыла в Германии до 1951 года, когда смогла переехать в США. Хотя она была эмигранткой с 1918 года, она никогда не принимала шведского, бельгийского или немецкого гражданства. Она никогда не отказывалась от своего нансеновского паспорта 6 и продолжала сохранять российское гражданство.

Княгиня Вера с архиепископом Аверкием Таушевым и генерал-майором Евгением Григорьевичем Булюбашем в Свято-Троицком монастыре, Джорданвилль, Нью-Йорк, 1953 год. Музей Российской истории.

Принцесса Вера приехала в Нью-Йорк в 1951 году из Гамбурга и начала работать в Толстовском фонде, основанном Александрой Толстой, дочерью писателя Льва Толстого.Толстовский фонд оказывал помощь нуждающимся россиянам. В ноябре 1952 года Вера Константиновна подключилась к работе Российского общества защиты детей, где проработала до 1969 года. С 1958 года до своей смерти была покровительницей Русского дворянского общества в Америке. На протяжении всей своей жизни в Соединенных Штатах она была предана Фонду помощи Русской Православной Церкви Заграницей и различным организациям выпускников российских кадетских корпусов. Уволилась с работы в 1971 году.

Княгиня Вера, Иерусалим, 1967 год. Музей истории России, подарок княгини Веры Константиновны.

Выйдя на пенсию, княгиня Вера стала одним из первых сторонников Русского исторического музея. Ее первым пожертвованием в 1972 году было раскрашенное вручную знамя с изображением двуглавого орла, которое было подарено княгине Русским Дворянским Союзом по случаю повторного погребения ее брата Георгия в Ново-Дивеевском монастыре в Нануете, штат Нью-Йорк, в 1957 году. За этим даром последовало множество других подарков, в том числе картина ее отца, великого князя Константина Константиновича, по оригиналу А.М. Леонтовский 7 (указан в начале статьи). Пожалуй, самым роскошным подарком от княгини Веры является шедевр Фаберже, подаренный Константином Константиновичем Елизавете Маврикиевне на 25-летие их свадьбы в 1909 году. На раме изображены великий князь, его девять детей и четыре основных дома семьи в массивная серебряная оправа в стиле ампир.

Рамка для подарка, подаренная Великим князем Константином Константиновичем своей супруге Елизавете Маврикиевне на 25-летие свадьбы.Мастер Карл Густав Яльмар Армфельт, Санкт-Петербург, 1909. Музей истории России, дар княгини Веры Константиновны (473,83).

Самым трогательным подарком могут быть погоны Великого князя Константина Константиновича с вензелями трех императоров, которым он служил: Александра II, Александра III и Николая II. Княгиня Вера присутствовала на церемонии открытия Российского исторического музея в 1984 году.

Погоны великого князя Константина Константиновича. Музей истории России, дар княгини Веры Константиновны (128.81).

Княгиня Вера Константиновна скончалась 11 января 2001 года и была похоронена на Ново-Дивеевском кладбище в Нануете, штат Нью-Йорк, рядом со своим братом князем Георгием Константиновичем. Принцесса присутствовала в жизни русской эмиграции в Соединенных Штатах на протяжении пятидесяти лет, была живой связью с Императорской Россией в 21 веке и преданным покровителем нашего Музея с первых дней его существования, за чье руководство и щедрость мы остаемся благодарен сегодня.

 


ССЫЛКИ

  1. Вера Константиновна, «Константиновичи» Кадетская перекличка No.3 , Союз русских кадетов: Нью-Йорк: 1972, стр. 8-22. Если не указано иное, вся биографическая информация в этой статье взята из собственных опубликованных воспоминаний Веры Константиновны, цитируемых здесь.
  2. Николай II, Дневник , 30 апреля 1906 г., получено за январь 2021 г. с http://www.rus-sky.com/history/library/diaris/1906.htm
  3. Константин Константинович, Дневник Великого Князя Константина Константиновича (К.Р.) 1911-1915 , Москва: ПрозайК, 2013., п. 169.
  4. Клее, E . Das Kulturlexikon zum Dritten Reich. Wer war is vor und nach 1945. S. Fischer, Frankfurt am Main 2007, S.505. Следует отметить, что Эрнст II вступил в нацистскую партию не столько по политическим убеждениям, сколько из опасения, что его имущество будет конфисковано гитлеровским правительством, которое относилось к бывшим немецким королевским семьям с антипатией, если не с презрением.
  5. «10 700 долларов, оставленных принцем: Георгий Русский, внук царя, умер здесь 7 ноября. New York Times, 1 апреля 1939 г.
  6. Нансеновские паспорта были международно признанными временными проездными документами беженцев, впервые выданными Лигой Наций беженцам без гражданства в 1922-1938 годах. Они стали известны как «паспорта Нансена» по имени норвежского государственного деятеля и полярного исследователя Фритьофа Нансена, который их продвигал.
  7. Александру Михайловичу Леонтовскому (1865-1928) поручили написать Портрет Великого Князя Константина Константиновича, Президента Императорской Академии Наук.1906, с изображением Константина Константиновича в кабинете в Константиновском дворце в Стрельне вместе с подвесным портретом его супруги – великой княгини Елизаветы Маврикиевны (ныне в Омском областном музее изобразительных искусств). Оригинал был передан из Мраморного дворца в 1923 году в собрание Пушкинского дома.

Родственные

Жуткая сказка о русском профессоре и отрубленных руках

Возможно, из-за своей тревожной истории всегда было что-то немного жуткое в элегантной набережной реки Мойки в Санкт-Петербурге, где Григорий Распутин, самопровозглашенный святой и доверенное лицо последнего русского царя, был зверски убит членом императорской семьи. более 100 лет назад.

Этот район прославился еще одним жутким убийством в эти выходные, когда известный российский историк был задержан при попытке избавиться от отрубленных рук своей подруги в ледяных водах Мойки.

Преподаватель Санкт-Петербургского государственного университета, известный специалист по французской военной истории Олег Соколов (63 года) признался в убийстве своей бывшей ученицы, 24-летней Анастасии Ещенко, с которой он разделял интерес к наряжаться, чтобы воспроизвести наполеоновские войны.

Супруги прожили вместе пять лет в квартире на набережной реки Мойки, всего в нескольких минутах ходьбы от дворца, где в 1916 году русский князь Феликс Юсупов застрелил Распутина и засунул труп монаха под лед близлежащей реки Невы в 1916 году. неудачная попытка скрыть свое преступление.

Соколов, арестованный рано утром в субботу после падения в реку Мойку в нетрезвом виде, также напортачил, избавляясь от своей жертвы убийства.Полиция обнаружила в его рюкзаке пистолет и отрезанные по локоть руки женщины. Голова и туловище Ещенко были обнаружены окровавленной пилой во время обыска в доме супругов.

Почетный легион

Ужасное дело знаменует собой впечатляющее падение Соколова, завоевавшего международное уважение за свои энциклопедические знания о наполеоновских войнах. Президент Франции Жак Ширак наградил историка орденом Почетного легиона в 2003 году, и его часто приглашали читать лекции в Сорбонне в Париже.

Олег Соколов верхом на лошади во время реконструкции Наполеона в 2012 году. Фото: Пятрас Малукас/AFP через Getty Images

В России Соколов наиболее известен как автор популярных ежегодных реконструкций Бородинского сражения 1812 года, где он сыграет роль командующего кавалерией XIX века в противостоянии между царскими войсками и Великой армией Наполеона в сельская местность в 120 км к западу от Москвы.

Подобные исторические косплей-мероприятия поощрялись в путинской России как проявление патриотизма и национального единства. Помимо бородинских поминок, Соколова видели играющим Наполеона на реконструкциях балов 19-го века с Ющенко, одетым как императрица Жозефина, подвешенным к его руке.

Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков в шоке высказался об убийстве Ещенко в понедельник, назвав его «чудовищным актом сумасшествия».По его словам, президент России был проинформирован об этом случае.

Соколов, госпитализированный с переохлаждением после задержания на берегу реки Мойки, на выходных заявил полиции, что собирался покончить с собой, как только избавится от трупа своей девушки. Появившись в понедельник в суде Санкт-Петербурга по обвинению в убийстве, историк, обычно известный своим высокомерным поведением, выглядел сломленным человеком.

Потерял контроль над собой

Явно огорченный, он объяснил, как Ещенко впал в неистовую ярость, когда в прошлый четверг рассказал о планах провести выходные с детьми от первого брака, и потерял контроль над собой.«Женщин было много, но я никогда не видел такого излияния агрессии. . . девушка, считавшаяся идеальной, вдруг преобразилась. . . а потом случилось это чудовищное несчастье».

Судья отклонил ходатайство защитника о содержании Соколова под домашним арестом и назначил ему два месяца в следственном изоляторе на том основании, что он меньше сможет причинить себе вред, находясь под стражей.

Когда судебное заседание подошло к концу, российские следователи заявили, что на берег одного из бесчисленных водотоков Санкт-Петербурга выбросило большой мешок, в котором, как предполагается, находятся останки Ещенко.

Обыски на реке Мойке в Санкт-Петербурге по делу об убийстве Анастасии Ещенко. Фотография: Ольга Мальцева/AFP через Getty Images

Трехдневные поиски на реке Мойке не выявили никаких доказательств убийства молодого выпускника исторического факультета, хотя мрачным напоминанием о бурной истории района были обнаружены череп и грудина до сих пор неопознанного трупа.

Санкт-Петербургский государственный университет объявил об увольнении Соколова и разрыве всех связей с известным историком.

жизнеописание основателя Древнерусской державы

С приходом на земли Киевской Руси князя ОлегНовгорода обычно начинается вытеснение образования Древнерусского государства. Его фигура действительно значительна, потому что она определила начало новой эры, новой эры. Его жизнь, как и смерть, таит в себе множество загадок для историков. Но тем не менее князь Олег Вещий, краткая биография которого будет рассмотрена ниже, очень интересная личность для исследователей и простых любителей старины.

Появление на Руси

Князь Олег, биография которого нам известна лишь вкратце, считается основателем Древнерусского государства. Он был родственником легендарного варяга Рюрика, то есть приходился братом Ефанде, жене полководца. Есть мнение, что он был обычным воеводой, которому викинг безмерно доверял. В противном случае он приказал бы ему забрать его маленького сына? Стоит полагать, что Олег действовал по договоренности с Рюриком, а может быть, у него была некоторая свобода.Так или иначе, но довольно быстро он овладел Смоленском и Любечем, а затем и Киевом. Кстати, златокудрый город был захвачен хитростью: варяг выманил из стен Аскольда и Дира (тоже, вероятно, варяги) и убил их, объявив себя князем.

Достижения и успехи

Князь Олег, биография которого рассматривается в данной статье, укрепил власть либо заручившись поддержкой соседних славянских племен, либо подчинив их себе.Он установил для них дань, что мало смущало людей. Но его военные успехи были действительно впечатляющими. Походы на хазар избавили русские земли от необходимости платить каганату полюдье. Пал великий Царьград, на ворота которого, по свидетельству летописи, князь прибил свой щит. В результате русские купцы могли торговать без Византии без пошлин, получать от нее посильную поддержку. Таким образом, князь Олег Вещий, краткая биография которого рассмотрена выше, имеет на Руси больше заслуг, чем Рюрик.При этом о родоначальнике княжеской династии почти ничего не известно.

Поход в Царьград

Князь Олег, краткая биография которого освещена в «Повести временных лет», — личность незаурядная. Он организовал знаменитую экспедицию в Константинополь, после которой получил прозвище — Вещий. В летописи говорится, что он послал к городу огромное войско на двух тысячах ладей. В каждой лодке было по четыре десятка добровольцев. Император приказал закрыть ворота столицы, оставив предместья и села на растерзание врагам.Но киевский князь приказал приделать к кораблям колеса, на которых войско достигло ворот Царьграда. Византийцы были в растерянности, поэтому сдались, предложив Олегу щедрую дань и мир.

Поход был?

Князь Олег, краткая биография которого есть практически в каждом учебнике истории, фигура противоречивая. У исследователей больше вопросов, чем ответов о его жизни. Например, факт поездки в Византию кажется недостоверным. Все потому, что авторы из Константинополя подробно описали все нападения на их страну, но не упоминают о походе Олега.К тому же отдача от Олега Царьграда и Владимира Великого очень похожа. Возможно, это описание одного и того же события. При этом вслед за Игорем в южный город отправился Игорь, который также победил. Об этом утверждают европейские авторы, ведшие хронику тех лет.

Была ли змея?

Киевский князь Олег, биография которого известна еще и с уроков литературы, умер так же загадочно, как и появился на Руси. В той же «Повести временных лет» описывается, что однажды Волшебник предсказал ему смерть от любимого коня.Варяг был суеверен, поэтому сел на другое животное, а питомец поручил слугам, приказав заботиться о нем до самой смерти. Губернатор вспомнил о нем во время пира, но оказалось, что лошадь давно умерла. Скорбя о питомце и злясь на то, что он поверил волхву, принц сошел с ума. Но когда он наступил на череп, то увидел змею, которая тут же ужалила его в ногу. Олег умер от яда.

Князь Олег, биография которого давно изучена, может умереть очередной смертью.А рассказ о коне и змее мог быть заимствован из саги об Орда Одда. Хотя некоторые ученые считают, что герой скандинавских легенд и Вещий Олег — одно и то же лицо. Но есть несколько фактов, позволяющих задуматься о том, мог ли сюжет о смерти принца быть правдивым. Среди них следующие:

— Могла ли змея укусить кожаные сапоги, которые носили знатные люди в России? Скорее всего, нет, или Олег пришел в гору к голым костям коня?

— А если бы змея прыгнула и укусила принца выше голенища? Но таких гадюк на территории Украины в Киевской области нет!

«Как правило, змея перед тем, как ужалить, шипит и пытается уползти.Мог ли этого не заметить Олег или его сподвижники?

Как вариант, князь умер от яда, но его специально подсунули на змею или отравили Олега заранее. Установить там, где правда, к сожалению, невозможно.

А еще несколько интересных фактов

Русский князь Олег, биография которого читателю уже известна, упоминается не только в летописях Киева и Новгорода.Аль-Масуди (арабский автор) говорит о неудавшейся экспедиции русов (500 кораблей!) на лоб с Олвангом и Al Deere Persia.Часть добычи они отдали хазарам, но последние предали их и всех перебили. Там погибло около тридцати тысяч воинов, а отступившие за Каспийское море волжские булгары были убиты. Таким образом, легендарный принц погиб в походе, как и положено отважным викингам.

Вот он, умный и воинственный князь Олег. Биография его полна белых пятен, из-за которых вокруг этой фигуры остается ореол тайны и тайны. Возможно, время найдет ответы на все вопросы.

p>>

Лучшие российские сериалы и фильмы на Netflix (2022)

С появлением стриминговых сервисов в мире развлечений люди теперь не ограничиваются только фильмами и сериалами из Голливуда и родных стран. Netflix внес значительный вклад в расширение горизонта телесмотрения, поскольку теперь зрители могут смотреть захватывающие дух телешоу из разных стран, в том числе российские телешоу и фильмы.

Эти русские шоу не только дадут вам новый взгляд на русскую культуру, но и помогут выучить русский язык, тем самым предоставив легкую и увлекательную альтернативу для изучающих язык.

Так что расслабьтесь и наслаждайтесь 20 фантастическими российскими сериалами Netflix.

20 российских сериалов на Netflix

1. К озеру

Источник : Нетфликс

Один из самых захватывающих и остросюжетных научно-фантастических триллеров «К озеру» почти как «Ходячие мертвецы», действие которых происходит в России и покрыто белым снежным покрывалом. Это история о смертельном вирусе, который превращает Москву в свалку инфицированных людей, и незатронутым приходится бороться за выживание.

2. Метод

Источник : Эклектичная поп-музыка

Если вы поклонник суровой криминальной драмы и жанра раскрытия дел, то эта игра станет для вас настоящим праздником. «Метод» повествует о жизни следователя-одиночки, специализирующегося на выслеживании самых ужасных преступников, отбросов общества, которые избегают клыков полицейского управления.

3. Лучше, чем мы

Источник : Россия за пределами

Если Ex Machina завоевала ваши сердца, то и Better Than us тоже.Вдохновленный Ex Machina, Better Than Us — это история человекоподобного андроида, известного как Ариса, который находится в бегах после убийства парня, который пытался изнасиловать ее. Это захватывающая история об искусственном интеллекте в бегах и о том, как он планирует выжить и эволюционировать, чтобы стать больше похожим на человека.

4. Спарта

Источник : Спарта

Причудливый детективный триллер о следователе, расследующем загадочную смерть школьной учительницы. Он узнает, что в школе стало больше смертей и что ученикам нравится участвовать в странной игре в виртуальной реальности.Фантастический сериал, который стоит посмотреть.

5. Серебряная ложка

Источник : The Calvert Journal

Удивительная и уникальная история о сыне российского миллиардера, Игоре, персонаже-плейбое, который попадает в неприятности с законом, когда полицейские ловят его за превышение скорости машины своего места под воздействием тяжелых наркотиков.

6. Саранча

Источник : Нетфликс

Один из новаторских российских сериалов «Саранча» — первый в России эротический триллер на темы супружеской неверности и сексуальных сюжетов.В нем рассказывается история провинциального поэта, страстно влюбившегося в богатую наследницу из Москвы. Это одно из лучших российских телешоу на Netflix.

7. Троцкий

Источник : Социалистическая революция

Это для всех любителей истории, которым интересно узнать о славной, но испорченной истории России, а также о доктринах коммунизма. Троцкий следует за историей вызывающей разногласия фигуры Льва Троцкого, который бежит из Советского Союза в Мексику, чтобы убраться как можно дальше от своего вечного врага Ленина.

8. Дорога к кавалерии

Источник : Уиллоу и Соломенная

Еще одно российское шоу Netflix, основанное на исторических фактах, «Дорога в кавалерию» — это другой взгляд на историю, поскольку он рассказывает о жизни двух сестер из Санкт-Петербурга во время Первой мировой войны. Сестры изо всех сил стараются, чтобы все было ровно. вокруг них складывается киль, как русская сага.

9. Фарца

Источник : Нью-Йорк Таймс

Это было что-то вроде смеси «Волка с Уолл-стрит» и «Антуража» с кусочком русского языка советских времен.Фарца — это история о четырех богатых друзьях, которые зарабатывают на обмене и продаже валюты.

10. Маша и Медведь

Источник : Hollywood Reporter

Далее по списку идут несколько анимационных сериалов из России, среди которых обязательно стоит посмотреть Машу и Медведя. Это забавная история о бывшем цирковом медведе, который поселился в глубине леса, пока не встретил предприимчивую Машу.

11. Сказки Маши

Источник : Нетфликс

На этот раз наша вторая запись стихов о Маше следует за авантюрными историями и сказками милой маленькой Маши, которые она рассказывает со своей точки зрения о своей жизни.Это еще одна классическая русская детская программа, которая очень рекомендуется детям.

12. Страшные истории Маши

Источник : Netflix США

Наша третья работа от создателей Маши, на этот раз это Машины жуткие истории. Этот рассказывает о фантастических способностях Маши рассказывать истории, где она рассказывает жуткие истории, но с изюминкой, что у всех этих жутких историй есть рациональное объяснение.

13. КикоРики

Источник : Официальный сайт КикоРики

КикоРики — еще один красочный и веселый мультсериал для детей.Это следует за историей круглых живых существ, которым приходится иметь дело с собственными жизненными испытаниями и невзгодами. Это было вдохновлено Винни-Пухом.

14. ДжинглКидс

Источник : Cartoon Brew

Дебютировавший в 2016 году, JingleKids покорил сердца зрителей своими странными и глупыми историями. Это история волшебного города, где крошечные человечки живут рядом с милыми пушистыми говорящими существами. Единственный девиз, которому все следуют: ни дня не должно пройти без приключений.

15. Лео и Тиг

Источник : Animation Xpress

Еще один классический мультсериал, «Лео и Тиг», занимает последнее место в нашем списке. Это еще одна классическая история о двух тигрятах, которые выросли лучшими друзьями в волшебном лесу. Мы следуем за ними, когда они отправляются в приключения и узнают о древних мифах и легендах.

16. Буба

История рассказывает о жизни Бубы, который видит мир как тайну, смотрит на все с любопытством и удивлением и каждый день предается приключениям.В шоу участвуют Елена Карева и Роман Карев, и на платформе будет транслироваться семь сезонов.

17. Детские кошки Kid-e-Cats

Шоу рассказывает историю Пурин, Куки и их младшей сестры Кэнди. Они исследуют окружающие их предметы, любят есть сладости и играть. Они всегда попадают в приключения, и благодаря заботе родителей трем котятам удается решить любую проблему.

В каждом эпизоде ​​Пудинг, Печенька и Кэнди сопровождают их мать, отец, дедушка, бабушка, тетя Корица, дядя Маффин и маленький Бублик, что делает мир безопасным и счастливым местом для всех.К ним также присоединяются их друзья Боу, Горчица, Изюм, Кекс, Дротик, Пятно, Борис и Чейз, и вместе они наслаждаются и узнают о новых вещах каждый день.

18. Ми-ми-мишки

Шоу посвящено белому медвежонку, бурому детенышу и лисе с разными характерами. Но, несмотря на это, трое друзей проводят время вместе, играя в игры, изучая мир и каждый день узнавая что-то новое.

19. Йоко

Российско-испанский спектакль знакомится с подругой по имени Йоко.Последний превращает фантазии и игры в реальность, и все они заканчиваются исследованием лесов, морей, древних городов и космоса. Основная цель шоу – познакомить детей с окружающим миром.

20. От холода Источник: Heaven of Horror

В последнем оригинальном сериале Netflix 2022 года «От холода» рассказывается история матери-одиночки и бывшего русского шпиона, которая изо всех сил пытается обезопасить себя после того, как ЦРУ узнает о ее тайне. Шоу было сделано Адамом Глассом и вышло в эфир 28 января этого года.

15 лучших русских фильмов для просмотра на Netflix

Если вы уже посмотрели упомянутые выше лучшие российские сериалы, то пришло время почувствовать русский вкус от фильмов! Так что идите вперед и найдите лучшие русские фильмы, на которые стоит потратить время, и во время просмотра фильмов вы также выучите русский язык!

1. Чернобыль: Бездна

История рассказывает о героическом пожарном по имени Алексей, который работал ликвидатором Чернобыля, но, объединившись со своей потерянной любовью, решает уйти в отставку и начать свою жизнь заново.Но вскоре, когда вроде бы все идет хорошо, беспрецедентная чернобыльская авария вынуждает его вернуться к работе, рискуя собственной жизнью.

2. Майор Гром: Чумной Доктор

Этот режиссерский фильм Олега Трофима вдохновлен одноименным комиксом Артема Габрелянова. В фильме рассказывается, как город погружается в полный хаос, когда линчеватель совершает серию убийств. Таким образом, детектив и его напарник-новичок единственные, кто может остановить полный бардак.

3. Анна

Сюжет рассказывает о русской красавице Анне Полятовой, которая работает на КГБ. Но ее красота раскрывается вместе с выдающимися способностями и способностями, когда ЦРУ предлагает ей стать двойным агентом. Но она изо всех сил пытается выбраться из этого.

4. Серебряные коньки

Сюжет фильма рассказывает о том, как Санкт-Петербург превращается в сказочную достопримечательность с замерзшими озерами и реками, которые служат идеальным местом для скейтеров и рынков.Матвей — 18-летний городской парень, сын бедного фонарщика, работает в местной пекарне доставщиком коньков.

Его единственное ценное имущество — пара серебряных коньков, которые он получил от своего отца. Но после того, как его уволили с работы без уважительной причины, он становится частью банды карманников, которую возглавляет Алекс, и занимается этим.

С другой стороны, Алиса — дочь высокопоставленного чиновника. Но она не счастлива на месте отца, так как стремится заниматься наукой, в отличие от взглядов отца на роль женщины в обществе.Но все меняется, когда Алиса встречает Матвея и их отношения становятся ближе, чем ожидалось.

5. Тайное агентство по управлению магией

Secret Magic Control Agency — российский компьютерный анимационный фильм на английском языке, снятый режиссёром Алексеем Цицилиным по роману братьев Гримм «Гензель и Гретель». История рассказывает о двух детективах по имени Гензель и Гретель.

Они оба работают в Агентстве по контролю за тайной магией. Их предстоящая задача — найти похищенного короля.Но вскоре понимают, что для выполнения миссии им предстоит сразиться с ведьмой по имени Ильвира.

6. Спутник

В 1983 году два советских космонавта услышали стук в люк, когда возвращались на Землю. Но как только они приземляются, один из них мертв, а другой находится на базе, окруженный проводами. Но тот, кто жив, не знает, что происходит на самом деле.

Внутри него живет инопланетянин, и он не подозревает об этом, но окружающие хорошо знают об этом.У военных возникает соблазн использовать инопланетное существо из другого мира в качестве инструмента, но они ничего о нем не знают, а для выполнения миссии им необходимо иметь возможность общаться с ним.

7. Самый лучший день

Комедийный фильм рассказывает о Пете Васютине (автор сценария не кто иной, как Дмитрий Нагиев), который работает милиционером. Он планирует жениться, но случайно встречает национальную знаменитость и выпивает с ней. Но все это создало хаос для его собственной свадьбы, и он должен пойти на что-то, чтобы выбраться из беспорядка.

Фильм режиссера Жоры Крыжовникова создан как прекрасное развлечение для отдыха после долгого и скучного рабочего дня.

8. Я схожу с ума

В центре сюжета фильма Аня, девушка из Нижнего Новгорода, которую бросил бойфренд под предлогом того, что она набрала лишние килограммы и перестала быть привлекательной. Это приводит ее в уныние, и в фильме запечатлены ее попытки справиться с проблемами стыда и то, как ей удается от них избавиться.

9. Кресты

Во время русской революции Кресты в Санкт-Петербурге, знаменитая тюрьма, была домом для людей, обвиняемых в деятельности против правительства. Одна из старейших тюрем России и режиссер Ангелина Голикова посвятили документальный фильм этому печально известному месту.

С глазками, зарешеченными окнами, коридорами в виде крестов и охранниками с овчаркой, охраняющими малолетних заключенных, фильм смотрит на заключенных тюрьмы и тех, кто их охраняет.Фильм фокусируется не на известных личностях, свидетелями которых была тюрьма, а на пугающей атмосфере, которая все еще царит в этом месте.

В фильме также показаны интервью с охранниками тюрьмы, в которых рассказывается несколько неожиданных фактов, которые наверняка заинтригуют вас.

10. Брат

Фильм посвящен юному Даниле Багрову (очерк Сергея Бодрова-младшего), которому мать велит навестить своего брата в Санкт-Петербурге после возвращения в свой город с чеченской войны.Она считает, что ее старший сын там успешный человек.

Но чего она не знает, так это того, что он там наемный убийца, у которого серьезные проблемы. Но когда его встречает Данила, он уговаривает помочь ему в деле и в итоге втягивает в безобразный конфликт между преступными группировками.

11. Русалка «

Русалка», снятый известным режиссером Анной Меликян, представляет собой романтический драматический фильм, в котором рассказывается о девушке, обладающей сверхъестественными способностями, позволяющими ей управлять стихиями.Однажды она спасает жизнь молодому бизнесмену, который хочет покончить жизнь самоубийством. Этот фильм особенно стоит посмотреть, потому что, в отличие от других российских фильмов, в нем есть привкус фэнтези, мелодрамы, романтики и юмора.

Эта работа Меликян принесла ее сумке приз за лучшую режиссуру в категории «Мировое кино» на американском кинофестивале «Сандэнс». Это позволило фильму получить больше похвал и в других местах. Она также попала в рейтинг лучших режиссеров мира по версии журнала Variety.

12. 8 первых свиданий

Прежде всего следует упомянуть звездный актерский состав фильма, в котором снялся знаменитый Владимир Зеленский, который был завсегдатаем российского кино до того, как шагнул в мир политики. Таким образом, его присутствие определенно стоит внимания.

Теперь перейдем к сюжету этого российского фильма. Персонаж, описанный Зеленским и другим, видит, как они просыпаются в одной и той же постели каждый день, несмотря на то, что накануне спали в разных местах. Они оба понимают, что попали во временную петлю и вынуждены больше узнать друг о друге, что в конечном итоге приводит к некоторой близости между ними.

13. Два дня

История о Дроздове, высокопоставленном московском чиновнике, прибывшем в небольшой провинциальный городок. Ему поручено закрыть музей известного, но забытого русского писателя XIX века. Цель состояла в том, чтобы создать красивую резиденцию правительства области на месте.

Вначале все идет хорошо, и чиновник самоотверженно выполняет свое задание. Но когда он знакомится с литературным критиком и заместителем директора музея Марией Ильиничной, его представление меняется.Он влюбляется в нее, и таким образом им удается спасти музей от сноса.

14. Летный экипаж

Предпосылка, вдохновленная реальным событием, рассказывает о героических молодых пилотах, которым с их навыками удается спасти самолет от столкновения с землей и, да, держать зрителей в напряжении от начала до конца.

Ремейк известного российского режиссера Николая Лебедева, снятый почти через 40 лет после событий, стал хитом благодаря продуманному и динамичному актерскому составу и сюжету.Фильм вышел в эфир еще в 2016 году и даже по сей день умудряется развлекать зрителей и не утратил своей сути.

15. Шагал-Малевич

Фильм Александра Митты повествует о временах, когда в 1917 году постили революцию. Марк Шагал был назначен наркомом искусств в родной Витебск. Там он организовал коммуну художников. Казимир Малевич вступил в коммуну в 1918 году. Отношения между Шагалом и Малевичем в дальнейшем не складывались гладко, и со временем их ожесточение только углублялось.

Фильм фокусируется на конфликтах между двумя персонажами, которые имеют отличный контраст. Это действительно хорошая попытка создать мир Марка Шагала, и это один из обязательных к просмотру биографических фильмов.

Сериалы и фильмы о России на Netflix

Теперь, когда у вас есть список лучших российских сериалов и фильмов на Нетфликсе, мы сейчас расскажем вам о некоторых российских фильмах и шоу, которые созданы нерусскими режиссерами на английском языке и могут стать хорошей альтернативой, если у вас есть только начал погружаться в русскую культуру.

1. Последние цари

Фильм можно смотреть в развлекательных целях, но его не следует рассматривать как надежный источник исторических событий. Он демонстрирует падение Николая II, последнего русского царя, и его семьи, в основном дома Романовых. Хорошая драма демонстрирует кровавую русскую революцию, совершенную русским народом.

2. Матрешка

История повествует о жизни 34-летней Нади, которая попадает в ловушку и умирает каждый день, а затем каждый день просыпается в одном и том же месте в ванной своей подруги во время ее дня рождения.Она намерена разгадать тайну и выбраться из ловушки как можно скорее.

3. Битва за Русь

Действие документального фильма происходит в 1942 году, когда нацистская Германия выступала против Советского Союза на Западном фронте. Теперь этот фильм является частью богатой российской истории, и его следует посмотреть.

4. Империя царей с Люси Уорсли

Британский историк Люси Уорсли создала документальный фильм, чтобы продемонстрировать богатую 300-летнюю историю. Династия Романовых Российской империи, путешествуя по России.Фильм можно посмотреть, если вам интересно узнать больше об истории России, поскольку основные факты и даты превращаются в фантастический фильм.

Заключение

Все мы смотрели голливудские фильмы и сериалы. То же из наших родных стран, уже давно. Через некоторое время становится довольно скучно, когда ты продолжаешь повторять одно и то же. С помощью потоковых сервисов, таких как Netflix, вы можете смотреть разные шоу из разных культур.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.