Чем прославился николай 2 в русской истории: Биография императора Николая II Александровича

Содержание

«Император Николай II, как Верховный Главнокомандующий». Исторический час с Дмитрием Володихиным. Гость программы — Глеб Елисеев (01.07.2018)

Поделиться

Николай II

Гость программы: кандидат исторических наук, член Союза писателей России Глеб Елисеев.

Разговор шел о роли Николая II в Первой Мировой войне и что известно о том, как в действительности проявил себя последний российский император в качестве Верховного Главнокомандующего.


— Здравствуйте, дорогие радиослушатели! Это — светлое радио, радио «Вера». В эфире передача «Исторический час». С вами в студии я — Дмитрий Володихин. И уже через несколько дней в нашей стране будет отмечаться горестная дата — воспоминание о трагической гибели святого Государя нашего Николая II с царствующим Семейством. Поэтому несколько передач «Исторического часа», так или иначе, посвящены этой теме — теме Династии Романовых и, в частности, последнего на данный момент Российского Государя Николая II. И сегодня мы будем обсуждать тему, которая стала дискуссионной достаточно давно, и, наверное, не скоро перестанет таковой быть.

Это — участие Императора Николая Александровича в делах, связанных с Первой Мировой войной, и, в частности, его роль, сыгранная в качестве Главнокомандующего Российской Императорской армией. Очень много споров на этот счёт. Часто слышишь, что Император плохо командовал, то, что экономическая, политическая, военная система Российской Империи страдали отсталостью, анахронизмом, что в принципе не могли справиться с задачами современной войны, что, собственно, из Петрограда, чуть ли не из Царского Семейства какие-то там сведения передавались неприятелю… короче говоря, слышно немало неприятного. И, вместе с тем, от специалистов скорее… в общем… идут иные отклики. Что очень многое из мною сказанного — это, скорее, мифы советского времени, порождённые пропагандой, работавшей, разумеется, против свергнутого и убитого Императора.

Для того, чтобы, так сказать, навести порядок в восприятии этого вопроса, сегодня мы пригласили человека, который занимался историей последнего Государя и, вообще, периодом начала ХХ века в России, кандидата исторических наук, члена редколлегии научного ежегодника «Историческое обозрение» Глеба Анатольевича Елисеева.

Здравствуйте, Глеб!

— Здравствуйте!

— Ну, что ж! Давайте, попробуем начать с предыстории — того момента, когда Николай II должен был стать Главнокомандующим. Первая Мировая война начинается летом 1914 года, и, изначально, в течение, приблизительно, года, на этом месте находится другой человек. В общем, пожалуйста, расскажите, почему пришлось произвести рокировку на этом очень высоком уровне?

— Ситуация, которая начала складываться к августу 1915 года, во многом была обусловлена личностью первого Верховного Главнокомандующего Российской Империи Великого Князя Николая Николаевича.

— Ну, давайте о нём чуть поподробнее. Что за человек, и почему, в общем, его пришлось заменить?

— Ну, старший родственник, сын, соответственно, Великого Князя Николая Николаевича старшего. Достаточно заметная фигура в большой Царской Семье. Человек, который пользовался большой популярностью и в кругах придворных, и в кругах военных, но, во многом, не столько благодаря тому, что сделал, сколько благодаря собственной импозантности. То есть, это вот был человек огромного роста, человек, производивший мощное впечатление такого настоящего, блестящего военного — в этом плане, на фоне которого Государь, который, как известно, не отличался такими формальными данными, характерными для, как раз, рода Романовых вот этого направления — потомков Государя Николая Павловича…

— Великорослость, молодцеватость…

— Да — великорослость, молодцеватость, почти гвардейские стати — он несколько проигрывал, и вокруг Николая Николаевича, действительно, существовал миф — военного деятеля, успешного военного деятеля, удачного военного деятеля. Самое главное — человека, который считался своим в армейских кругах. И, во многом, это было так. Большинство военных его таковым считало. Известна, например, даже такая фраза, которую сказал Александр Васильевич Колчак на допросах, которые велись уже после его ареста. Он сказал, что он, как и многие другие в армии, естественно, видел во главе вооружённых сил только Николая Николаевича.

— Ну, а что, Николай Николаевич прошёл какую-то специальную подготовку, имел широкий опыт командования крупными соединениями, имел военный опыт? Какова, так сказать, его судьба?

— Нет… ну, конечно, предыдущее участвование, там… русско-турецкая война, там, и всё это… опыт был. Опыт был, совершенно чётко здесь существовал, но опыт относительный, опять-таки. Опыт, который очень плохо сочетался, как раз, с теми самыми требованиями войны… ну… во времени, о которых Вы сейчас говорили. Например… между прочим, когда был назначен Николай Николаевич, потом уже, Наместником на Кавказ, когда он не столько вмешивался в дела оперативного управления военными действиями, сколько обеспечивал работу тыла, то у него всё достаточно хорошо получалось. Здесь оказалось, что человек не на своём месте. Человек прекрасно мог бы организовать именно снабжение армии, организацию армии, то есть, он был бы прекрасный логист и управленец в этом плане, но не человек, который непосредственно должен отвечать за планирование военных действий.

— Ну, вот, в Ваших словах проскользнула нотка, так сказать, сомнения в том, что этот человек, действительно, находился на своём месте. В частности, было сказано, что назначен он был не столько в силу того, что он, действительно, совершил какие-то крупные, выдающиеся деяния на армейской ниве, в военном деле, сколько благодаря тому, что он производил впечатление сильного военного вождя. То есть, это значит, что в реальности… в общем… нельзя сказать, что он был подготовлен к этой роли.

— Ситуация в данный момент, вообще, в Русской армии складывалась парадоксальная. Людей, в принципе, которые были бы подготовлены к такого рода войне, не было ни в одной армии мира — естественно, и в Российской армии. Никто в нашем генералитете, никто из тех людей, которые возглавляли, начиная… там… с уровня дивизии и выше, до командования фронтов, не участвовал в войне такого плана. А если даже люди имели некий военный опыт столкновения уже армий нового века, армий технических — как тот же генерал Куропаткин, который командовал впоследствии Северным фронтом — то это были люди, у которых опыт-то, скорее, отрицательный, которых лучше было бы и не назначать в этом плане.

— То есть, образованные люди, но лишённые выдающихся тактических способностей?

— И тактических здесь, и… там… оперативных, я бы даже сказал. О стратегии мы не говорим, стратегия — это, как раз, уровень Верховного Главнокомандующего и его Генерального штаба, но даже на уровне оперативном — тот же Куропаткин, чем он прославился? Он прославился бесконечными отступлениями…

— В Русско-японскую войну…

— … в Русско-японскую войну, естественно. А другие руководители… фронтов даже — это люди, которые — да, воевали. Они воевали в Русско-турецкую войну, прославили себя как заметные рубаки, как храбрые люди — многие из них, как руководители среднего звена, но…

— При подавлении Боксёрского восстания в Китае.

— Боксёрского восстания, в том числе, да. Но, опять же, опять же — здесь не было людей, которые могли бы действовать именно на таком уровне.Когда говорят, что Государь Николай Александрович не имел опыта современной войны — так вот, этого опыта современной войны не имел никто! От Императора Вильгельма до Румынского Короля Фердинанда — никто здесь не имел!

— Ну, что ж, давайте проследим, как развивались события с начала Первой Мировой войны и до того момента, когда Великий Князь Николай Николаевич должен был расстаться со своей должностью.

— Итак, для нас достаточно удачно начинаются боевые действия Русской армии на юго-западном направлении. Юго-западный фронт удачно наступает, мы занимаем территорию Галиции, ну, а Австро-Венгерская армия находится на грани разгрома. И если бы война шла на уровне поединка между двумя Империями — Австро-Венгерская двуединая Монархия и Российская Империя — то наши войска, скорее всего, оказались бы в Вене… ну, примерно, так… к ноябрю месяцу 1914 года. Но: война идёт в виде столкновения коалиций, мы попутно обязаны действовать на северо-западе, и там возникает очень сложная ситуация. Там проигрывается сражение при Танненберге…

— Но, вот… скажем так… если я не ошибаюсь, Константин Залесский, историк, который не раз бывал здесь, на радиостанции «Вера», говаривал как-то, что вот сражение при Гумбиннен-Гольдапе, при Танненберге — это, собственно, ситуация, в которой надо разделить сражение, которое было выиграно, и сражение — абсолютно другое, случившееся позднее — которое было проиграно.

— Да! Вообще, операции в Восточной Пруссии — они не выглядят так, как оно у нас складывается, более или менее, из формального курса истории, ну, и воспоминаний о какой-то литературе, там, которая прочитана, даже из просмотренного вскользь «Августа Четырнадцатого» Солженицына, на самом деле. Да, это достаточно сложная ситуация. Это — несколько операций, которые происходили на территории Восточной Пруссии с достаточно переменным успехом. И Русская армия, опять-таки, при тех, условно говоря, картах, которые были сданы в самом начале, она, скорее всего, по итоговому сражению, победила бы и Германскую армию Восточной Пруссии. То есть, скорее всего, был бы взят и Кёнигсберг, и Восточная Пруссия была бы потеряна. Другое дело то, что это, на самом деле, как ни парадоксально звучит, немцами было изначально запланировано. План Шлиффена во многом строился именно на том, что существует определённый временный проигрыш на востоке, вплоть до возможного полного оставления Восточной Пруссии, для того, чтобы выиграть на западе.

Для того, чтобы западные части, части, действующие против французских, английских и бельгийских войск, оказались достаточно сильными, чтобы их разбить, захватить Париж и одержать победу полностью на западном фронте, после чего можно перекинуть спокойно войска на восточный фронт, а там дальше либо попытаться нанести России достаточно тяжёлое поражение, и после перейти уже к договорённости о мире на германских и австрийских условиях.

— Ну, что ж, пока война развивается на начальном этапе, скорее, успешно для Российской Империи, я думаю, уместно, чтобы в эфире прозвучал знаменитый марш лейб-гвардии Преображенского полка, одна из любимых мелодий русской армии начала ХХ века.

«ИСТОРИЧЕСКИЙ ЧАС» НА РАДИО «ВЕРА»

— Ну, что ж, после такой музыки приятно напомнить, что это — светлое радио, радио «Вера», с вами в студии я, Дмитрий Володихин, и мы идём вперёд. Ну, вот, в частности, поддерживает нас огнём и манёвром замечательный историк Глеб Анатольевич Елисеев. Наше наступление на западном фронте развивается победно, однако, нас ожидает поворот, который должен был произойти в этой войне, поскольку, как, действительно, было сказано — это война коалиций, и, по плану Шлиффена, почти всё сложилось удачно. На западных рубежах немецкая армия, действительно, громила французов, бельгийцев, англичан, они отступали стремительно. Поэтому, в общем, потребовалось настояние союзников для того, чтобы Российская армия создала для Германии настолько серьёзную угрозу, чтобы эшелоны с дивизиями и корпусами наступающих германцев были переброшены на восток. Или я что-то ошибаюсь, неправильно оцениваю?

— Нет, это совершенно правильная оценка. Более того, возможно… именно вот эта ситуация, в итоге, и стоила Германии выигранной войны. Потому, что запаниковавший Германский Генеральный штаб, Мольтке — младший его руководитель, приказал перебросить все возможные подкрепления, которые смогли бы сыграть в битве за Париж решающее… здесь… воздействие, были переброшены именно на восток. А дальше их уже почти не возвращали, потому что их пришлось уже включать в сражения против победоносно наступавшей Русской армии — и на севере, и на юге, и, вообще, тяжесть дальнейшая, когда уже пришлось действовать, когда фронт стабилизировался на западе — когда закончился бег к морю, и возникла вот та самая ситуация позиционного тупика, в который потом и упёрлись, перемалывая друг друга, армии на западе, Германский Генштаб, во многом, перешёл к идее того, что «а, может быть, всё переиграть». То есть, начались импровизации. И одной из импровизаций было: «А, может быть, сначала победим Россию как-нибудь, заставим её выйти из войны — мало ли, там… сепаратный мир… ну… что-то вот такое сделаем…

— … а потом вернёмся…

— … да… потом вернёмся…

— … и опять ударим по Парижу!

— … да… а, может быть, с этими тогда заключим договор на достаточно приемлемых для нас условиях, в этом смысле». И, казалось бы, сначала вот эта импровизация имела успех, кстати, обусловленный ещё одним фактором, про который забывают достаточно часто, когда начинают критиковать русское военное планирование и, конкретно, исполнение операций, и, самое главное, руководство на уровне Главнокомандования, вплоть до самого Государя Императора. Ведь дело в том, что сам Государь Император категорически хорошо понимал и чётко говорил о том, что мы к войне в 1914 году не готовы. Известен хорошо, хрестоматийно известен его разговор с Неклюдовым, послом Болгарии, которому он сказал, что: «Россия будет готова к столкновению с Германией, в лучшем случае, к 1917 году. И, на самый крайний случай, что мы здесь можем сделать — в какой ситуации я буду готов вступить под огромным давлением союзников — это в 1915 году». В 1914 году нам воевать — пришлось ( об этом почему-то все всегда забывают ), потому что Германия тупо объявила нам войну. На нас напали, фактически. Это была ситуация, которая впоследствии повторилась во Второй Мировой войне. На нас напали. Нам объявила войну Германия, потом Австро-Венгрия, и дальше всё покатилось. Но даже этого момента, момента недостаточной подготовки, в принципе, Российской армии, которая готовилась, которая перевооружалась, переходила на новейшую технику в этом плане, было мало. Союзники постоянно говорили: «Ну, ничего страшного! Если даже произойдут подобного рода вещи, то мы всегда обеспечим вас поддержкой, с точки зрения военного снаряжения, с точки зрения оружия через Средиземное море, в первую очередь». Никто не планировал того, что поступление помощи от союзников пойдёт через северные порты, пойдёт через Архангельск, потому что Романов-на-Мурмане, Мурманск был заложен только в 1916 году. Через замерзающие северные порты, через холодный Северный Ледовитый океан — через Балтику невозможно было, она была заблокирована. А все рассчитывали на спокойное прохождение через Средиземное и Чёрное моря, потому что Турция не вступит в войну.

— Но дипломаты проиграли Турцию.

— Дипломаты, а также и Британский военно-морской флот, который допустил известное событие, то есть, прорыв крейсеров «Гёбен» и «Бреслау» в Стамбул, на территорию Атаманской Империи, создав возможность для слабого Турецкого флота при помощи этого какое-то время на равных разговаривать… ну, относительно на равных разговаривать с Русским Черноморским флотом. Который ещё и возглавил германский генерал — командующий «Гёбена» адмирал Сушон — он, фактически, стал во главе Турецкого Черноморского флота. Ну, и плюс к тому, в этой ситуации вот этого действия, Атаманская Империя… вернее… ну, не столько Империя, сколько, в этот момент, стоявшая уже у власти партия Младотурков, решила поставить на страны Центральной коалиции, а не на страны Антанты. И вот это была абсолютно непредсказуемая вещь. Которую никто не запланировал.

— Ну, то есть, если я правильно Вас понимаю, Глеб Анатольевич, собственно, произошло то, что в поражениях, которые последовали за успехами первых месяцев войны, не только, и даже не столько виновато Главное Командование Российской Империи, сколько достаточно беззаботное планирование коалиционных штабов. То есть, штабов, которые подчинялись Правительствам Франции и Великобритании. Так сказать, не рассчитали свои силы ни командование Британского флота, ни дипломатические службы обеих этих держав, и, таким образом, поставили Россию в более сложное положение, чем это планировалось изначально.

— Гораздо. Гораздо в более сложное, и, в первую очередь, в самое тяжёлое положение по запасам снарядов и патронов. Просто, имеющиеся в тот момент заводские мощности в России, они этого выпустить не могли — достаточного количества. Всё то, что выпускалось потом — и, кстати, между прочим, то, с чем большевики ухитрились провоевать всю Гражданскую войну — было сделано на уровне импровизации в течение 1915 и 1916 годов. К 1915 году, например, в период самых тяжёлых поражений, Российская армия тратила по 50000 снарядов ( а Первая Мировая война — это, в первую очередь, война артиллерийская ) в месяц. Это было чудовищно мало, потому что уже в 1916 году, например, во время Брусиловского наступления, тратилось 2000000 снарядов в месяц.

— Историки пишут о снарядном голоде — специалисты по той эпохе.

— Ну, что ж, давайте отфиксируем. Первые месяцы войны — наступление Российской Императорской армии, удача за удачей. Потом, благодаря не столько слабости России, сколько слабой координации коалиционных усилий, Российская армия принимает на себя удар основной мощи Германских сил, и, конечно, ей достаточно тяжело справиться, она начинает откатываться. Вот тогда поражения на западном фронте достаточно горькие случаются, и конец 1914 года, значительная часть 1915 года — это отступление. Вот что мы, так сказать, по ходу этого наступления немецких войск потеряли? Где мы должны были отступить? Какая территория была захвачена противником?

— Ну, у нас всегда, опять же, накладывается обычно на любую ситуацию воспоминание о Второй Мировой войне. Так вот, никаких таких катастрофических ситуаций в стиле отхода Красной армии в июне-июле 1941 года, конечно, не было.

— В стиле Истры и Сталинграда, да?

— Да. В основном, были потеряны те территории, которые мы захватили в Галиции — там пришлось отходить. То есть, территория Австро-Венгерской Империи и территории Царства Польского. То есть, территории самой западной оконечности Российской Империи. При этом, когда уже был потерян Каунас ( Ковно ), конечно, в тот момент Верховный Главнокомандующий Николай Николаевич воспринял ситуацию как катастрофическую. Он в прямом смысле рыдал — это зафиксировали несколько человек, это видевших, несколько мемуаристов впоследствии это описали — потому что он был уверен, что всё — немцев удержать невозможно. Потому что у немцев-то не было ситуации ни со снарядным, ни с патронным голодом, они активно наступали, они здесь более маневренно действовали. Ведь, всё-таки, Царство Польское, Привислянский край — это территория с достаточно хорошей сеткой железных дорог, немцы очень удачно маневрировали, используя вот эту железнодорожную сеть. И вот, после падения Ковно, казалось, что всё проиграно. Почему? Потому что дальше боялись, что немцы сумеют выйти в район Минска, в район Киева, то есть, осуществить то, что они осуществили во время Второй Мировой войны, но то, что категорически не удалось во время войны Первой Мировой.

— Ну, собственно, во время императорского периода Первой мировой войны.

— В общем Второй Отечественной войны… Да.

Д.Володихин:
— Да!

— И, как раз, именно вот в этот самый острый период Государь Николай Александрович и берёт на себя ответственность за армию.

— Давайте разграничим период главного командования Николая Николаевича и период главного командования Государя Николая II. Собственно, вот, Вы сказали — Ковно. Когда это произошло? И когда вот этот самый срыв, может быть, истерический его можно назвать случился с Николаем Николаевичем?

— Нет, ну есть точная дата, которой закончился один период, и начался точно… 23 августа 1915 года. 23-го августа 1915 года Государь прибывает в Ставку, он обнародует указ о том, что он берёт на себя полное командование, и переназначает Николая Николаевича Наместником на Кавказ и координатором деятельности Кавказского фронта. В это время он командовал даже Кавказским фронтом, хотя реально командовал, по-прежнему, Юденич.

— Хотелось бы поинтересоваться… вот, собственно, Ковно, отступление — всё это продолжается пока на фронте. До какой степени вот в последние недели своего главного командования Николай Николаевич в этом своём надорванном эмоциональном состоянии способен был реально координировать боевые действия Российской Императорской армии?

— Судя по имеющимся документам, судя по анализу, который проведён, уже практически ничего не делалось на уровне Верховного Главнокомандования. То есть, на местах, на более низовом, на тактическом, оперативном уровне ещё как-то действовали, понятно, пытались противодействовать. Но именно координация, понимание ведения войны — оно вот уже у Николая Николаевича отсутствовало. Он не понимал, что делать. И вот, известный прорыв вестфальцев, Вестфальского полка в район Борисова, поставил под угрозу… ну, по сути дела… краха всего северо-западного фронта в этой ситуации, и он. .. практически, он даже не осознал, что нужно делать.

— Ну, краха удалось избежать.

— Краха удалось избежать, но удалось избежать уже в сентябре, уже когда действовал Государь, когда, опять-таки, уже был назначен, опять же, и новый начальник Генерального штаба. Был назначен генерал Алексеев и, по прямому указанию Государя и в строгом соответствии с его прямыми распоряжениями, был удар в районе Вильно ( так называемая Виленско-Молодечненская операция ), который все эти катастрофические возможные последствия полностью сначала минимизировал, а потом и отменил. Ситуация изменилась радикально просто, немцы остановились и начали даже отходить.

— Хотелось бы уточнить. Вот, собственно, лето 1915 года. Николай Николаевич не командует потому, что находится в отчаянии — то есть, это какой-то эмоциональный срыв, или он не командует потому, что осознаёт, что к этому неспособен, и это, так сказать, уже интеллектуальное отступление?

— Ну, я думаю, что здесь, скорее, всё-таки, был некий нервный срыв. Хотя, опять же, и на уровне реально интеллектуальном — я думаю просто, что Николай Николаевич так до конца жизни себе отчёта в этом не отдавал — он изначально не дотягивал до возможности именно Верховного Главнокомандующего.

— Ну, хорошо. 1915 год, лето. Николай II становится Главнокомандующим Русской армией, и он пребывает в этом состоянии на протяжении полутора лет. Даже больше несколько — до начала 1917 года.

— Да, но… ну, может быть, до февраля, учитывая то, что в последний момент ему, конечно, невозможно было чем-либо командовать. Но, так или иначе, более полутора лет. И это значит, что сейчас нам надо будет оценить, до какой степени ему удалось справиться с теми проблемами, с которыми не справился Великий Князь Николай Николаевич. Но прежде, чем мы займёмся этим, я хотел бы напомнить: дорогие радиослушатели, это светлое радио — радио «Вера», в эфире передача «Исторический час». С вами в студии я, Дмитрий Володихин, и мы с вами ненадолго прощаемся для того, чтобы через минуту продолжить в эфире нашу беседу.

«ИСТОРИЧЕСКИЙ ЧАС» НА РАДИО «ВЕРА»

— Дорогие радиослушатели, это — светлое радио, радио «Вера». В эфире передача «Исторический час». С вами в студии я, Дмитрий Володихин. У нас в гостях замечательный историк, кандидат исторических наук Глеб Анатольевич Елисеев, и мы беседуем о роли Николая II в судьбах Первой Мировой войны, о роли его как Главнокомандующего Российской Императорской армией. Ну, и я, соответственно, прошу Вас, Глеб Анатольевич, пожалуйста, постарайтесь оценить, что произошло со второй половины 1915 года по зиму 1916-1917 годов. Удалось ли справиться с этими проблемами, и, собственно, справился Николай II ( или не справился ) или генералитет?

— Здесь деятельность Государя нужно разделять достаточно чётко на два направления, по которым эта деятельность осуществлялась. То есть, работа по организации и снабжению армии, по организации армейского тыла, и работа по непосредственному руководству… оперативному руководству боевыми действиями. Нужно отдать должное Государю Николаю Александровичу — он не пытался брать на себя всё в этом плане. То есть, странной ситуации, которая была, например, в Германском Генштабе периода Второй Мировой войны, когда Адольф Гитлер одновременно был и Верховным Главнокомандующим, и Главнокомандующим сухопутных сил, и, одновременно, Главнокомандующим чуть ли не дивизией «Лейбштандарт Адольф Гитлер» — вот, там, конечно, не происходило. Государь достаточно чётко понимал, что военные — хотя, иногда он их поругивал, в том числе и в письмах ( известно его письмо Государыне, в котором он говорит, что «наши генералы — такое ощущение, что ухитрились за зимний отдых забыть всё, чему научились летом» — в 1916 году он пишет ), но, тем не менее, он им доверял. Он доверял, в том числе, и Алексееву, который при всех тех, в данный момент известных недостатках, и всех тех… ну… не скажу «преступлениях», но проступках перед Российской Самодержавной властью, которые он совершил…

— … был, всё-таки, очень приличным штабистом.

— Он был приличным штабистом, он был, действительно, хорошим полководцем в этом плане. Именно полководцем как организатором. И Государь это прекрасно использовал, прислушивался к советам, и всегда подчёркивали о том, как очень здраво проводил военные советы Государь. Он никогда не приходил и не говорил: «Вот, я прикинул, повелеваю, и вот — рисую большую красную черту, наступать будем сюда!» Это только в плохих советских книгах или фильмах таким образом это рисовалось. Нет. Всегда выслушивались все подчинённые, последним выслушивалось мнение Алексеева в этом плане, и потом уже Государь выносил вердикт. Но если его не устраивала ситуация, он говорил: «Давайте обдумаем» — оставался с Алексеевым, всегда с ним совещался, и, чаще всего, Алексеев, если чувствовал, что он не прав, прислушивался к мнению Государя. И известное, например, наступление русских войск в 1916 году…

— Луцкий прорыв.

— Брусиловский, в данном случае, да.

— Ну, в принципе, тогда его называли Луцким, и многие специалисты говорят, что не столько сам бравый кавалерист Брусилов, сколько блистательные его, так сказать, младшие командиры сделали это наступление победоносным.

— Я бы даже сказал, здесь ещё один момент. Не столько непосредственный руководитель Брусилов, сколько, в том числе, и высшее планирование — тот же Генштаб и сам Государь, и Алексеев сделали столь успешным наступление юго-западного фронта. Которое, кстати, произвело невероятное впечатление, а почему? Потому, что на уровне тех позиционных боёв на западе, где погибали миллионы в борьбе за какие-нибудь там… ферму или за уже уничтоженные форты Вердена, прорыв такого масштаба — он казался немыслимым. И, на самом деле, многие действия Брусилова того же на излёте Брусиловского прорыва — в частности, борьба за Ковель…

— Да, неудачная.

— … неудачная крайне, при условии, что Государь и Алексеев рекомендовали, наоборот, наступать южнее, наступать против частей преимущественно австро-венгерских, более слабых…

— … но Брусилов был великий упрямец…

— Да, Брусилов был великий упрямец, и, в итоге, всё… в конце концов, удалось стабилизировать фронт, было создано объединённое германо-австрийское командование, немцы перебросили войска на поддержку австрийцев, фронт стабилизировался, но это уже был мощный прорыв. И самое главное — настолько сильный удар по Австро-Венгрии, после которого она уже не оправилась, и не могла оправиться. С этого момента она, фактически, уже не существует как реальный политико-военный игрок, а как чистый сателлит Германии. Что-то на уровне Болгарии, и не более того.

— Ну, хорошо. Давайте посмотрим на это с другой точки зрения. Вот, мы говорим о том, что в течение 1915 года русские войска, как минимум, до лета отступали, потеряв Царство Польское, потеряв часть Прибалтийских территорий, ну, и, насколько я помню, что-то из территорий современной Белоруссии так же было потеряно.

— Ну, да, естественно.

— Затем удаётся остановить это наступление, а в 1916 году нанести удар, который отбрасывает австро-венгерские войска. И начинается планирование уже наступления на запад, уже и на германском, может быть, фронте. Так вот, хотелось бы осведомиться о другой стороне войны. Вы говорили о том, что в стране, в армии, в частности — снарядный голод, не удалось подготовить Черноморский флот, снабдить его современными кораблями, которые могли бы в полной мере самостоятельно противостоять тяжёлому крейсеру «Гёбен», лёгкому крейсеру «Бреслау» и стоящим за ними турецким армадам, не удалось где-то, может быть, получить достаточное количество патронов, стрелкового оружия и так далее. Но вот вопрос-то в том, до какой степени успех наступления 1916 года достигнут кровью, головами… условно говоря — «телами забросали», или удалось подойти к этому иначе и решить экономические задачи, и поставить в строй, там, новые боевые корабли, обеспечить армию снарядами, патронами, и это была победа тактическая, основанная на экономических успехах? Что, в данном случае, более верно?

— Нет, конечно, ситуация, которая у нас происходит с 1915 года — со второй половины 1915 года — и весь 1916 год — это ситуация резкого изменения снабжения русской армии. Новые заводы более активно работают, новые технологии применяются, возникают даже новые виды вооружений — стратегическая бомбардировочная авиация создаётся именно в этот момент. В период после того, как немцы применяют отравляющие газы на восточном фронте, у нас создаётся, практически с нуля, химическая военная промышленность — как раз, именно в этот период. Ничего для этого не было — вот, она возникает в 1916 году, под Сморгонью, мы уже тоже можем применить против немцев химическую атаку, что резко уменьшает саму возможность, и даже желание, немцев по применению боевых отравляющих веществ. У нас активно изменяется положение, связанное с вооружением флотов в этот момент, особенно Черноморского флота, где вводятся новые линкоры…

— Дредноутного типа.

— Да, дредноутного типа, да. Хотя катастрофа с «Императрицей Марией» поставила, опять-таки, в очередной раз… вот эта вот загадочная история поставила в очередной раз под угрозу ситуацию на Чёрном море, но, при этом, совершенно явно войну на конкретно турецком фронте, на фронте борьбы против Османской Империи, мы уже однозначно выигрывали. И это, кстати, тоже на уровне вот таком, формальном, военно-стратегическом — заслуга Государя.

— Доберёмся до этого. Я думаю, что об этом ещё поговорим, но вот сейчас хотелось бы закончить с Черноморским флотом. Собственно, Черноморский флот переходит в наступление, и уже ставятся минные заграждения в районе Константинополя, уже обстреливаются турецкие гавани, уже несёт потери, в основном, только турецкий флот в боевых столкновениях. То есть, в данном случае, Россия начинает подавлять. Даже, собственно, и самые немцы говорят, что вот эта тяжёлая, фактически, ситуация блокады лишает топлива боевые корабли, которые стоят в Константинополе и не могут вести активные боевые действия потому, что не на чем, условно говоря, выходить в плавание. Значит, вопрос в том, что… вот… конец 1916 года — начало 1917 года — какова ситуация? Действительно готовилось какое-то громадное наступление? Каковы были последние боевые действия, последние операции Российской Императорской армии перед свержением Николая II? Удачные или нет?

— Ситуация конца 1916 года была связана, в очередной раз, с тем, что нам ухитрились подгадить союзники в этом плане. Вот, коалиционная война — она постоянно, в некоторых случаях, выходила боком. Почему? После Брусиловского прорыва, даже несколько остановленного, были возможны новые, достаточно мощные, действия на фронте против Австро-Венгрии. Но: что у нас происходит в конце 1916 года? Мы постоянно об этом забываем. В войну, в первую очередь, по настоянию Франции, вступает Румыния. И Румынская армия терпит позорное, катастрофическое поражение, после которого все ресурсы, все накопленные запасы для нового наступления на юго-западном фронте приходится перебрасывать и, по сути дела, формировать новый, Румынский, фронт, который и формируется в конце 1916 года для спасения очередного союзника, для спасения, в данном случае, румын. Это отвлекло, в том числе, и от давно планировавшейся и имевшей все шансы на успех Босфорской операции — операции по высадке десанта в районе Константинополя и, возможно, его захвата, который должен был скоординироваться с успешным наступлением Русской армии в Центральной Анатолии и на Черноморском побережье Турции. Турки постоянно терпят поражение с 1915 года.

— Ну, надо сказать, что и на западном фронте были некоторые успехи. Всё-таки, в Митавском наступлении, в Прибалтике, русские войска продвинулись, хоть и недалеко, а это уже зима 1916-1917 годов.

— Да, все планы Германского командования, там, о захвате Риги в этот момент стали выглядеть совершенно какими-то несбыточными мечтаниями.

— Надолго стали выглядеть таковыми.

— Надолго перестали, да, восприниматься как сколько-нибудь актуальные.

— Ну, что ж… Я думаю, мы исчерпали лимит времени, которое можно было потратить на перечисление триумфов, успехов Российской Императорской армии, Российского Императорского флота. И сейчас перед нами встанет чёрная, трагическая полоса. Я думаю, будет правильным, если сейчас в эфире прозвучит тропарь Царственным Страстотерпцам как лучшая память о том, что ждало Россию после того, как она сумела переломить ход войны и перешла в наступление.

-«ИСТОРИЧЕСКИЙ ЧАС» НА РАДИО «ВЕРА»-

— Дорогие радиослушатели, это светлое радио — радио «Вера». В эфире передача «Исторический час». В студии с вами я, Дмитрий Володихин, и мы продолжаем разговор с замечательным историком Глебом Анатольевичем Елисеевым о роли, которую сыграл Николай II в командовании боевыми операциями Русской армии в эпоху Первой Мировой войны. И сейчас я хотел бы, буквально минуту-другую, уйти от обсуждения того, что происходило на фронте и в тылу, и хотел бы обсудить один чрезвычайно важный тезис. Он очень часто встречается в советской научно-популярной и даже научной литературе, и, в общем, проскользнул и в дискуссии нашего времени. Ведь Семью Государя, в частности, как тогда говорили в прессе левой направленности «Царицу-немку» обвиняли неоднократно в том, что она связывалась со своей роднёй по другую сторону фронта, передавала ей стратегически важные сообщения, и то, что знал муж, сейчас же становилось известным жене, а от жены — уже и врагам России. Согласитесь, мы видим, что об этом пишут достаточно часто, но вот правда это или нет, Вы, как специалист, скажите.

— Пишут на основании всё тех же бредовых слухов, которые тиражировала печать. Как известно, после падения Самодержавной власти, среди разнообразных учреждений, которые создало Временное Правительство, была и Всероссийская Чрезвычайная комиссия по расследованию дел Царской Семьи. В первую очередь, эта Чрезвычайная комиссия — первая «Чрезвычайка» — должна была сосредоточиться именно на доказательстве фактов Государственной измены. Не было найдено ничего — то есть, абсолютно ничего! Единственная история, которая была с этим связана, о которой вспоминал Иван Лукьяныч Солоневич: какой-то его приятель-аферист пытался опубликовать в газете некие якобы телеграммы, которые «Царица-немка» отсылала. Ну, там, когда его быстро прижали, он тут же и признался, что всё это были чистые выдумки, которые он сфабриковал со своею приятельницей-телеграфисткой. Это — единственный, пожалуй, случай. Больше ничего доказано не было.

— Ну, то есть, если я сейчас процитирую известный фантастический роман: «Профессор Челленджер, эту кость вы вынули из собственного рагу», — это, наверное, будет адекватная оценка?

— Ну, учитывая, что, всё-таки, профессор Челленджер эту кость добыл, здесь всё даже гораздо хуже. Здесь даже и «рагу» не было, никакого путешествия не было, и вообще ничего не было.

— Эту кость состряпали на коленке!

— Да, эту кость впоследствии состряпали на коленке — известный «Заговор Императрицы», известная вот эта пьеса, которую писали Алексей Толстой и Щёголев — она популяризировала вот эту теорию, которая была основана на совершенно голом месте, на абсолютной выдумке в этом плане.

— На выдумке журналистов. Ну, хорошо. Давайте, мы сейчас отойдём в сторону от выдумок, и посмотрим, каково положение на фронтах в январе-феврале 1917 года. Очень много, и очень часто приходилось слышать мне, да и Вам, наверное, о том, что Российская Империя проиграла войну в эпоху правления Николая II, что он виноват, в том числе, и как Главнокомандующий. Но, естественно, что он не может быть виноват за всё то, что произошло на фронте с марта 1917 года и по подписание Брестского мира в 1918 году. И мне хотелось бы сейчас оценить, в чём, так сказать, «виноват» последний наш Государь на момент свержения его с Престола в военной сфере? Собственно, какие территории занимает Российская армия на землях противника? Какие территории занимает на землях Российской Империи наш враг?

— У нас утрачена территория Привислянского края… ну, и часть Прибалтийских губерний.

— Ну, Царство Польское и…

— Царство Польское и часть Прибалтийских губерний… там… территория Виленской губернии, Ковенская губерния, часть губерний западно-белорусских. Очень небольшая, в этом плане, для огромной Российской Империи территория.

— То есть, иными словами, собственно — кусок Польши, который принадлежал нам с начала ХIХ века…

— Коромная Польша, так называемая.

— Да… Литва современная и небольшой кусочек Белоруссии современной.

— Да… и часть Латвии современной.

— Что занимала Российская Императорская армия?

— Российская Императорская армия в этот момент вынуждена занимать значительную часть Румынии, вынуждена занимать… ну, как бы, северо-восто… не «вынуждена» — занимает в этот момент, после Брусиловского прорыва, северо-восточную часть Австро-Венгрии. Но основные победы у нас происходят на юге.

— Сейчас мы до этого дойдём, а мне хотелось бы уточнить: вот та территория, которая занята на землях Австро-Венгрии — ведь, насколько я помню, превосходит по площади то, что мы потеряли в боях с Германией?

— Нет, здесь, в этом плане… дело в том, что территория, которую мы заняли в период Галицийской битвы 1914 года — да, она была очень значительна. Но Брусиловский прорыв — он же не был размером полностью с возвращение всех этих территорий, поэтому там территория несколько меньше.

— Ну, во всяком случае, сравнимо.

— Там довольно значительное…

— Значительный кусок, но, всё-таки, поменьше. Плюс к тому — здесь всегда есть один сложный момент, связанный с достаточно большой развитостью именно Царства Польского. Потому, что — ну, да… были утрачены заводы, были утрачены предприятия, был утрачен Лодзенский промышленный район, но всё это не играло, на самом деле, такого, опять же, катастрофического значения, как, например, утрата нами большей части, там, патронных и снарядных заводов во Второй Мировой войне — которых 80% было утрачено. Здесь всё оружие ковалось на Тульских, Московских и, в первую очередь, на Питерских заводах, на Урале — и поэтому Российская армия снабжалась, снабжалась, снабжалась, и могла ещё воевать, воевать и воевать, и, как известно, провоевала ещё пять лет на этих запасах в период Гражданской войны. Так, что здесь такой катастрофической проблемы не было.

— Ну, хорошо. Давайте теперь, действительно, перейдём к югу, о котором Вы так жаждали рассказать, и я понимаю это Ваше желание, потому что здесь мы видим следы… ну… едва ли не триумфа!

— Да! Здесь, действительно, был триумф — причём, триумф не очень-то рассчитанный. Кавказский фронт, во многом, представлял из себя ту часть вооружённых сил, участвовавших в противоборстве Первой Мировой, которая снабжалась по остаточному принципу, туда направлялись войска по остаточному принципу, и от него много ничего не ждали. Ну, не допустят прорыва на территории Закавказья, не дадут Энверу-паше реализовать хотя бы часть его невероятных идей. У Энвера-паши, у военного министра Османского Правительства — у него идеи-то были, вообще, колоссальные: захватить всё Закавказье, взбунтовать Северный Кавказ, потом переправить турецкие войска через Каспийское море в Среднюю Азию, поднять Среднюю Азию… ну… как родные тюркские народы — близкие по языку и вере. ..

— Ну, а вместо этого?

— А вместо этого турецкая армия одну катастрофу за другой, терпит поражение в Сарыкамышском сражении, и, после этого, фактически, оставляет все территории, которые населены армянами, курдами и ассирийцами — то есть, всю северо-восточную Турцию.

— При этом, нельзя сказать, что она не сопротивлялась — она дралась, и группировку наращивали. Но, тем не менее, турки потеряли Карс, и, в более поздних уже ударах Российской армии, нам удалось взять древнюю столицу поствизантийской Трапезундской Империи город Трапезунд ( он же — Трабзон ) и выйти к Эрзинджану. Собственно, Российская Императорская армия — как бы это правильно выразиться — добралась до курортов Анатолии.

— Да! Практически — до нынешней столицы Турции, до Анкары, оставалось не очень-то далеко идти. При условии, что для Турции — в отличие от нас — как раз вот Кавказский фронт — он был самым важным. Все основные боевые действия, все основные усилия шли там. Все сражения, которые происходили с Британской армией на том же Ближнем Востоке, оборона Чанаккалы ( Галлиполийская битва ) — всё это были факультативные вещи, факультативные сражения. Основное сражение было там, и оно было проиграно. И вот…

— И ещё — шло к тому, что дыра не затягивается, а расширяется и расширяется! Во фронте.

— Да! В 1917 году, по сути дела, Турецкая армия находилась в состоянии не уже надвигающейся катастрофы, а катастрофы, уже случившейся. То есть, Босфорский десант и, одновременно, наступление, которое планировалось от Трабзона дальше, в сторону Синопа и на… смыкание с высадившимся десантом — это уже была вполне реальная операция. То есть, Турция выходила, выбивалась из войны!

— Что ж, давайте, Глеб Анатольевич, взглянем на всё это с высоты птичьего полёта, и скажите, положа руку на сердце — исходя из того, что территории, занятые за счёт противников, за счёт участников вражеской коалиции Российская Империя получила больше, чем сама потеряла, кто, в данном случае, находился в преобладающем положении? К чему, так сказать, привёл Николай II своим первенствующим положением в Главном командовании — к победе, к поражению, к преобладанию, к катастрофе? Как это можно оценить — в общем?

— В общем и целом, в феврале 1917 года война против коалиции центральных держав была однозначно выиграна. Если бы Российская Империя больше вообще не предпринимала никаких усилий, кроме того, чтобы велела войскам просто тупо сидеть в окопах ближайший год, в конце 1917 года, Германия, чья экономика находилась уже в катастрофическом положении, просто бы — рухнула. Она была бы вынуждена капитулировать просто потому, что в Германии начался бы тривиальный голод. И революция, скорее всего, началась бы в Германии — как, собственно, она и произошла, но только год спустя.

— Ну, что ж — благодарю Вас за эту высокоинформативную беседу. Время нашей передачи подходит к концу. И, в финале, я хотел бы напомнить, что это не Николай II заключил Брестский мир 1918-го года, это не Николай II отправлял ценное имущество, в том числе и продовольствие, в Германию для того, чтобы покормить там революционного зверя, это не Николай II пригласил на свою территорию венгерских коммунистов, которые занимались у нас расстрельщиной. И, самое последнее, что обычно упускают из виду — а чем, собственно, для России закончилась война на западе? Она закончилась Рижским миром 1921 года, в ходе которого Россия потеряла колоссальные территории, которые, в основном, контролировались войсками Российской Императорской армии на начало 1917 года, а впоследствии были позорно потеряны. Вот, такой финал Главного командования Николая II, и вот такой финал Главного командования Реввоенсовета. Согласитесь, дистанция огромного размера.

И мне осталось сейчас поблагодарить вас за внимание, дорогие радиослушатели, и сказать вам — до свидания!

— Всего доброго!

«ИСТОРИЧЕСКИЙ ЧАС» НА РАДИО «ВЕРА».

Великие прославления в царствование императора Николая II

Правление императора Николая II ознаменовалось многими выдающимися достижениями: быстрыми темпами развивалась экономика, совершенствовалось законодательство, в пору подлинного расцвета вступили наука и культура.

Предметом особых забот государя была церковная жизнь Российской Империи. Одной из важнейших сфер духовной жизни, бесспорно, являлась канонизация святых, которая совершалась по представлению Святейшего Синода и рескрипту императора.

В допетровской Руси прославления происходили на церковных соборах: особо следует упомянуть Макарьевские соборы 1547 и 1549 годов, на которых, по исследованию историка Е. Е. Голубинского, были прославлены в лике святых 14 (по некоторым спискам 11) общецерковных и девять местночтимых и канонизированы 16 святых. За весь Синодальный период с 1721 по 1896 год, начиная с петровских времён и до коронации Николая II, были канонизированы всего пять святых, а за двадцать лет его правления, с 1896 по 1916 год, прославлены 11 русских святых (1, с. 188–191).

Великая княгиня Елизавета Фёдоровна и великий князь Константин Константинович с сыновьями принимали активное участие в прославлениях преподобного Серафима Саровского, святой благоверной княгини Анны Кашинской, преподобной Евфросинии Полоцкой, святителя Иоасафа Белгородского, священномученика Патриарха Гермогена. Елизавета Фёдоровна более 30 лет посещала российские святыни в самых отдаленных уголках Империи, от Соловков до Верхотурья, как августейшая посланница православного монарха.

К началу ХХ века были отработаны правила, последовательность и регламент проведения торжеств, заранее разрабатывались программы, создавались особые организационные комиссии. Благодаря объединённым усилиям властей и Святейшего Синода в местах прославлений удавалось принять от 20 до 300 тысяч паломников одновременно.

Всех прославленных во времена царствования Николая II святых объединяют попечение об укреплении веры и государственности, ограждение православия от иноверия и ереси, создание на государственных границах новых монастырей и храмов — центров православного просвещения и православного миссионерства. Часто государь выступал инициатором канонизации раньше, чем Святейший Синод. Император проявил особую настойчивость, добиваясь канонизации преподобного Серафима Саровского, святителей Иоасафа Белгородского и Иоанна Тобольского.

Интересно, что начало почитания большей части прославляемых святых было положено в период правления первых Романовых, при личном участии царя Алексея Михайловича. Так, в его царствование, в 1659-м, через восемь лет после преставления, были открыты мощи преподобного Иова Почаевского, в 1652-м из Чудова монастыря в Успенский собор Московского кремля перенесены мощи Патриарха Гермогена, а в 1653-м обретены нетленными мощи преподобномученика Евфросина Синозерского, убитого поляками в 1612 году. Тогда же на вклад царя Алексея Михайловича, издавшего указ о средствах содержания Синозерской пустыни, была сделана деревянная рака с резным изображением преподобного. В присутствии государя и его семьи 12 июня 1650 года было совершено торжественное, по специально составленной службе, перенесение мощей благоверной великой княгини Анны Кашинской из ветхого деревянного Успенского собора в каменный Воскресенский собор. Затем по обету царя Алексия Михайловича и на его средства был построен новый каменный Успенский храм с приделом «во имя преподобной и благоверной великой княгини Анны» (2, с. 1–6). Местное почитание этих святых получило своё продолжение в царствование императора Николая II.

Зачастую жизненный путь прославленных святых напрямую зависел от воли монарха и священноначалия на самом высоком церковном уровне. Особый интерес для понимания взаимоотношений церковной и светской власти представляет обращение святого праведного Иова Почаевского к царю Фёдору Иоанновичу. Духовно-доверительный и одновременно достаточно противоречивый характер носит отношение Петра I к святителю Иоанну (Максимовичу). Судьбу святителя Иоасафа Белгородского определила императрица Елизавета Петровна. Благодаря сугубому благочестию и ревности к святыням настоятель Вяземского Иоанно-Предтеченского монастыря, будущий святитель Питирим Тамбовский, был замечен Патриархом Иоакимом. Священномученик Гермоген, первый прославленный в лике святых патриарх, в Смутное время принял на себя великий молитвенный подвиг о спасении Отечества и сохранил историческую преемственность царской власти от Рюриковичей к Романовым.

Среди канонизированных в период царствования Николая II первым в 1896-м был прославлен святитель Феодосий Черниговский, а последним в 1916-м стал святитель Иоанн, митрополит Тобольский и Сибирский. Примечательно, что оба эти святителя подвизались в середине XVII века на южных границах государства, где укреплялся КиевоПечерский монастырь.

В 1664 году святитель Феодосий Черниговский стал настоятелем Киево-Выдубицкого монастыря, незадолго перед тем совершенно разорённого униатами. Он восстановил его, организовал уникальный хор, певчие которого славились не только в Киеве, но и в Москве. Благодаря решающему голосу святителя в 1685 году митрополитом Киевским был избран епископ Гедеон (Четвертинский), и это событие восстановило единство Киевской митрополии с Русской Православной Церковью. В 1688 году игумен Феодосий был назначен архимандритом опустошённого иезуитами и доминиканцами Елецкого Успенского монастыря. В присутствии государей Иоанна и Петра Алексеевичей 11 сентября 1692 года он был торжественно хиротонисан в Успенском соборе Московского Кремля в епископа Черниговского с возведением в сан архиепископа. Святитель обращал особое внимание на пробуждение и поддержание духа истинно христианского благочестия среди своей паствы, он заботился о сохранении старых и устроении новых монастырей и храмов. В 1694 году по его благословению были основаны Печеницкая женская обитель и Любецкий скит, он освятил в Домницком монастыре вновь сооружённый храм Рождества Пресвятой Богородицы, а 1695-м — Троицкий собор, который стал кафедральным в Черниговской епархии. В период его управления Черниговской епархией отмечались особый подъём и усиление иночества. Большое внимание святитель уделял духовенству, был строг и разборчив при выборе кандидатов на священнические места. Покровительствовал черниговским духовным школам, приглашая из Киева учёных монахов, среди которых был вскоре ставший деятельным помощником и преемником святителя Феодосия в устройстве духовных школ Иоанн (Максимович), будущий митрополит Тобольский и всея Сибири (3).

В 1897 году в Юрьеве Лифляндском (ныне Тарту) было установлено местное почитание священномученика Исидора и с ним 72 мучеников. Исидор служил священником Никольского храма. Сразу по окончании литургии 6 января 1472 года он с толпой прихожан отправился крестным ходом на реку для совершения обряда освящения воды. Местный Ливонский гарнизон, исполняя приказ католического епископа, арестовал участников шествия. Священник причастил всех, находившихся с ним, уговорив их не сопротивляться приговору, а 8 января всех арестованных привели на реку Омовжу, покрытую льдом, и бросили в прорубь. Такова была казнь за проповедь православия среди эстонского населения. Инициатива канонизации священномученика Исидора исходила от митрополита Макария, как говорит редактор его подробного Жития священноинок Варлаам. Готовившаяся канонизация была прервана в связи со смертью митрополита Макария в декабре 1563 года (4, с. 219; 5, с. 322, 327).

Почитание преподобного Иова Почаевского, жившего в тяжёлые для православия времена Люблинской унии, было подтверждено в самом начале ХХ века. Он родился в 1550 году в Галиции и звался в миру Иоанн Железо. Десятилетним отроком он поступил в Угорницкий монастырь, а в 12 лет был пострижен в мантию с именем Иова. Жажда подвижнического уединённого жития привела его на святую гору Почаевскую, где его избрали настоятелем. Иов воздвиг Свято-Троицкий собор и ещё шесть церквей, выстроил Почаевскую типографию. Особое значение преподобный придавал просвещению, распространению книг среди православного народа и для этого имел в своём монастыре искусных переводчиков и писцов, причём и сам «писанием таковых книг упражняшеся», ибо книги и проповеди были в то время единственной опорой для православных против латино-польских притязаний. Его трудами была создана славянская Острожская Библия. В 1620 году преподобный Иов принимал участие в Киевском соборе, осудившем унию.

В 1903 году император Николай II лично принял участие в торжествах прославления Серафима Саровского (1759–1833). Один из величайших русских святых, аскет и отшельник, он прославился исцелениями и духовной проповедью среди простых людей. Ещё при земной жизни преподобного тысячи верующих получали помощь от Господа по его молитвам, почитали его за Угодника Божия. После святой кончины по молитвам к Серафиму Саровскому совершались многочисленные чудотворения. Могила преподобного, источник, водой которого он исцелял недужных, Саровская пустынь, Дивеевский монастырь стали местами паломничества.

Особое место среди канонизированных занимает святая благоверная княгиня Анна Кашинская, общецерковное почитание которой было восстановлено 12 июня 1909 года по просьбе кашинских жителей. В 1294 году она сочеталась браком с Михаилом Ярославичем Тверским, впоследствии великим князем, племянником святого благоверного князя Александра Невского. По кончине своего супруга, сыновей и внука, замученных в Орде, княгиня приняла монашеский постриг, переселилась в город Кашин и приняла схиму с именем Анны. В течение своей жизни «многоскорбная княгиня», как называли её современники, была образцом христианской супруги и матери. Вниманием к бедным и обездоленным она снискала столь благоговейную память потомков, что жители города Кашина её заступничеству приписывали избавление их от разорения врагов.

В 1910 году в Богородицкий мужской монастырь города Полоцка были перенесены мощи преподобной Евфросинии Полоцкой. Эта святая являлась праправнучкой святого равноапостольного князя Владимира и дочерью князя Георгия Всеславича. С детских лет она владела грамотой, читала Псалтирь, Священное Писание и другие духовные книги, уже в детстве стяжала «плод молитвы». По благословению Полоцкого епископа Илии Евфросиния удалилась в затвор, поселившись в «голубце» — особой келье при Софийском соборе. Около 1128 года она стала жить при церкви Преображения, чтобы основать там женский монастырь. Сестёр обители Евфросиния «с радостию и прилежанием» обучала грамоте. «Аз веселым сердцем подвизаюся учити», — говорила она, создав здесь женскую школу — одну из первых на Руси.

В 1161 году усердием преподобной был воздвигнут каменный Спасо-Преображенский собор, куда она пожертвовала напрестольный крест с частицами мощей многих святых, а также с частью Древа Животворящего Креста Господня. Этот Крест, утраченный и воссозданный в Белорусской Православной Церкви, почитается как одна из прославленных святынь, уникальный образец прикладного церковного искусства домонгольской Руси. Она основала также Богородицкий мужской монастырь, построила в нём и украсила иконами каменную церковь в честь Пресвятой Богородицы. В 1173 году преподобная Евфросиния совершила паломничество в Святую Землю и стала первой дарительницей в череде русских именитых жён, пожертвовав драгоценную кадильницу ко Гробу Господню (6).

Святителя Иоасафа Белгородского (1705–1754), канонизированного в 1911 году, современники называли русским Николаем Чудотворцем. В деятельности святителя Иоасафа ясно вырисовываются пламенная ревность к насаждению в сердцах паствы веры в Бога, требование строгого исполнения всеми служебного долга, чистая, святая евангельская любовь к Богу, людям и миру, беспримерное милосердие к ближним — и всё это среди распространённого неверия, невежества и распущенности. Тайна архипастырского воздействия святителя Иоасафа заключалась в его живой, глубокой и непреклонной вере, а главным образом — в подвигах его личной жизни. Он не оставил ни одной церкви в своей области без личного осмотра. В архиерейских покоях его редко можно было застать, большую часть времени он проводил в разъездах по епархии, на экзаменах и в беседах в Харьковском коллегиуме, на службе в храмах Божиих, на рынке за покупкой дров для неимущих, одежды и провизии для бедствующих (7).

По благословлению Святейшего Синода 29 июня 1912 года был официально причислен к лику святых преподобномучеников и чудотворцев Новгородских преподобный Евфросин Синозерский. Отшельник и молчальник, он подвизался в конце XVI века в обители с храмом Благовещения Пресвятой Богородицы на берегу Синичья озера близ реки Чагодощи и 2 апреля 1612 года был убит поляками за исповедание православной веры (8).

Святитель Питирим Тамбовский, канонизированный в 1914 году, при жизни обращал в православие населявших епархию язычников — мордву и черемисов, проповедовал среди старообрядцев, ссыльных и каторжных. Он занялся строительством и благоустройством церквей, монастырей, архиерейского дома. Святитель Питирим отличался исключительным благочестием, все воскресные и праздничные богослужения он совершал сам, на будничных службах становился на клирос, учил пению и чтению вновь пришедших, читал шестопсалмие, часы, пел вместе с хором, при этом ни на один день не оставляя своего келейного правила. Он учредил торжественные крестные ходы, а также освятил входы и выходы в город святыми иконами, препоручая град и всю епархию заступлению Господа и Божией Матери. Святитель Питирим усердно проповедовал за богослужениями, чем привлекал немало людей, жаждущих живого слова назидания. Этому же учил он и духовенство. Близ Тамбова святитель воздвиг монастырь во имя Иоанна Предтечи, избрав место для его основания вместе со святителем Митрофанием Воронежским. Наибольшие труды святитель-подвижник понёс при постройке в Тамбове благолепного Преображенского каменного кафедрального собора.

Святитель Иоанн (Максимович), митрополит Тобольский и всея Сибири, прославленный в 1916 году, в бытность простым монахом был приглашён Феодосием Черниговским для устройства духовных школ, а в 1695-м назначен настоятелем Елецкого Успенского монастыря в Чернигове. Заняв кафедру после кончины святого Феодосия, в 1700 году святитель Иоанн основал в Чернигове коллегию (славянолатинскую школу), которая, по его замыслу, должна была стать подготовительным училищем для Киево-Могилянской коллегии. Сюда принимали детей не только из семей духовенства, но и дворян, мещан и казаков. В Болдинском мужском монастыре по его благословению печатались богослужебные книги, учебные пособия, его труды и произведения других духовных писателей, панегирические сочинения, переводы с латыни. Святитель Иоанн (Максимович) и сегодня широко известен своими двенадцатью опубликованными богословскими трудами и богатым рукописным наследием, многогранной просветительской деятельностью, востребован православным читателем. Служа на Тобольской кафедре (1712–1715), он обратил в христианство одного из «князьков кошитских юрт», исповедовавшего ислам, направил к его двору священника и крестил более 300 его подданных, а также отправил в Китай первую Пекинскую духовную миссию (9).

Русская Православная Церковь в 2013 году широко отмечает 100-летие прославления в лике святых Патриарха Гермогена. В 1579 году он сопровождал в Москву чудотворную икону Божией Матери Казанской, представив царю первое краткое сказание о её явлении и первый список с неё. Эта икона спасала наше Отечество в самые тяжёлые периоды: в 1612-м она стала главной святыней ополчения Минина и Пожарского; в 1709-м с ней была одержана победа Петра Первого над шведами под Полтавой; в 1812-м М. И. Кутузов молился перед образом накануне битвы при Бородино. С Казанской иконы Богоматери начались Дивеево, главные соборы Оптиной пустыни и Шамордино, а также многие другие монастыри и храмы.

В 1587 году при царе Фёдоре Иоанновиче казанский священник Ермолай принял иночество с именем Гермоген. В 1589 году он был поставлен патриархом Иовом первым митрополитом Казанским. Семнадцать лет пребывания на митрополичье кафедре святитель мужественно и последовательно защищал православие, перенёс жестокие гонения и ссылку от Лжедмитрия I за непоколебимое исповедание веры. С 1606 года, уже с Патриаршего престола, святитель Гермоген поддерживал помазанника Божьего, законного царя Василия Ивановича Шуйского. Среди Смуты и междуцарствия он первым назвал будущего основателя новой династии — отрока Михаила Романова.

Патриарх Гермоген вёл активную миссионерскую деятельность, боролся против влияния Римско-Католической Церкви, способствовал восстановлению древних церковных служб. Святитель Гермоген известен своими просветительскими трудами, богословскими сочинениями, вдохновенными обращениями (речами, составленными для царя Василия Шуйского), патриотическими посланиями (сохранилось около 11 грамот его авторства). Патриотические труды святителя Гермогена оказали решающее влияние на преодоление Смуты, подъём национального православного духа народа, возрождение российской государственности.

Московские торжества прославления Патриарха Гермогена в лике святых проходили в три этапа. Начались они празднованием 17 февраля 1912 года 300-летия мученической кончины святителя, а продолжились 10–13 мая 1913-го Всероссийским прославлением святого и завершились 10–13 мая 1914-го торжественным открытием святых мощей и переложением их в новую раку.

За 20 лет великих прославлений не только установились порядок и регламент торжеств, но и сложилась благочестивая традиция принесения памятных подарков, ценных вкладов, уникальных предметов церковного убранства. На торжествах 10–13 мая 1914 года были организованы специальные празднества. Император Николай II пожертвовал предметы нового облачения для мощей Патриарха и раку из серебра. Проект всех работ выполнялся при участии В. М. Васнецова художником С. И. Вашковым и князем М. С. Путятиным. Новая рака для мощей святителя Гермогена была создана по подобию гробниц Киевской Руси: при оформлении использовались жемчуга, топазы и аметисты, за образец для чеканки по серебру был взят рисунок с панагии, принадлежавшей святителю Гермогену, на крышке раки размещалась его икона, выполненная эмалями, а вдоль крышки шла крупная золотая вязь — текст тропаря. Поместив на раке камни высокой твердости, устроители вкладывали в это символическое значение: украшалась духовная драгоценность, мощи «адаманта веры», несгибаемого подвижника и патриота (10).

Неоценим вклад великих прославлений русских святых в укрепление устоев российской государственности и православной веры, утверждение духовных и патриотических основ общества, традиционных ценностей и христианской нравственности. Молитвенное предстательство и жизненный подвиг служения Богу и ближнему, труды на благо Отечества прославленных святых имели огромное значение для возрождения золотого века династии Романовых — допетровской симфонии государства, народа и Церкви, для развития православного просвещения, культуры и искусства в Российской империи в царствование Николая II. Незримая связь существует между прославленными святыми и царственными страстотерпцами. Судя по иконам и предметам личного благочестия, найденным в Ипатьевском доме, царская семья обращалась с сугубой молитвой к предстателю Сибирской земли и их Уральской голгофы святителю Иоанну Тобольскому. Вспоминая последний труд святителя — его книгу «Илиотропион, или Сообразование человеческой воли с Божественной волей» (11), надо сказать, что императору Николаю II удалось мужественным и боголюбивым сердцем постичь эту Божественную премудрость. Остаётся только повторить слова телеграммы Его Величества Государя Императора, отправленной во время Кашинских торжеств: «Да возродятся и в будущем… новые поколения истинно достойных своих предков сынов России. Николай» (2, с. 93).

Литература и источники

1. Голубинский Е. Е. История канонизации святых в Русской Церкви // Богословский вестник. 1894. Т. 3. № 8.

2. Паломничество Великой Княгини Елисаветы Феодоровны в Тверскую губернию на прославление св. блгв. Княгини Анны Кашинской. Вознесенский Печерский мужской монастырь. Нижний Новгород, 2011.

3. Тарасенко А. Ф. Святитель Феодосий, архиепископ Черниговский. Дубно, 2005.

4. Фетисов И. И. К литературной истории повести о мученике Исидоре Юрьевском // Сборник статей в честь акад. А. И. Соболевского (Сборник отд. русского языка и словесности (СОРЯС) АН СССР. Т. 101. № 3). Л., 1928.

5. Рогов А. И. «Повесть об Исидоре Юрьевском» как исторический источник и памятник русской публицистики периода Ливонской войны // Славяно-германские культурные связи и отношения. М., 1969.

6. Полоцкое радование. Полоцк, 2010.

7. Белгородский чудотворец. М., 1997.

8. Преподобномученик Евфросин Синозерский // Сборник статей к 400-летию со дня преставления прмч. Евфросина Синозерского. СПб., 2012.

9. Житие святителя Иоанна, митрополита Тобольского. М., 1916.

10. Хрусталёв М. Ю. Житие преподобного Евфросина Синозерского. Чагода. Историко-краеведческий альманах. Вып. 1. Вологда: Ардвисура, 1999.

11. Дробленкова Н. Ф. Гермоген // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2. Л., 1988. С. 153–163.

12. Патриарх Ермоген. Жизнеописание, творения, исторические предания, чудеса и прославление. М., 1997.

13. Святитель Иоанн (Максимович), митрополит Тобольский и всея Сибири. Илиотропион, или Согласование человеческой воли с Божественной волей. М., 2012.

«На Трибуне не сразу поняли, что я пишу стебные тексты»

Начало 2022-го стало для меня действительно испытанием на прочность: пиковая загруженность на работе, подготовка к свадьбе, свадебное путешествие и конкурс. Задание с интервью было вопросом времени и раунда, а значит подготовку следовало начинать заранее. Благо, Николай Терелев, более известный в трибуновских кругах как Alokim, согласился пообщаться и выделил свободное время для меня, а оно у него на вес золота.

Если у меня загружен был исключительно период декабрь-январь, то Николай живет в таком ритме непрерывно – музыкальная группа, работа редактора, организация мини-футбольных турниров, написание собственной книги, путешествия и много чего другого. Вот сейчас и узнаем секрет успеха победителя конкурсов Евротрибуна и Кубок карантина.

«Пытался поговорить с Милой Кунис на русском. Она не оценила мою идею»

— Здравствуй, Николай. Поздравляю тебя с прошедшими праздниками. Как встретил Новый год?

— Прежде всего я считаю Новый год семейным праздником. Это что-то отдельное, что-то свое, это вернуться в отчий дом к родителям, посидеть за столом тихо, неспешно и лечь спать. Как в детстве, когда это сопровождалось обязательным подарком под елкой.

Хотя я прекрасно понимаю современные тенденции, и многие мои друзья семьями улетают в теплые края встречать Новый год. Я их не осуждаю, но лично для меня этот праздник неразрывно привязан к дому. Где бы я не находился до 31 декабря, или куда бы я не планировал отправиться в дальнейшем, сам Новый год всегда пытаюсь встретить в домашней обстановке.

— В одном из своих последних постов на Фейсбуке, в котором ты подводил итоги 2021-го, красовалось фото с Португалии. Я был в полной уверенности, что именно там ты и встретил 2022-й.

— Это была удивительная авантюра. Понял я это тогда, когда оказался в пустом самолете на Мюнхен, где должна была быть пересадка на Португалию. Ко мне пришло осознание, что прилетаю я туда 24 числа (Рождество — прим. авт.) и на меня там ждет абсолютный коллапс системы, потому что я знаю, что такое праздники для Европы. Когда ты выходишь на улицу, а там ничего не происходит: ни утром, ни днем, ни вечером.

Мой друг Женя Михин, известный телеведущий, брендвойс, три с половиной года назад уехал навсегда в Португалию. Так получилось, что из-за моей занятости в последние полгода мы мало общались. Обид с его стороны не было, он не из таких, но стали между строк проскакивать некие нотки нетерпения: «Какого хрена?» В моем плане было довести его до состояния истерики и заявиться на порог в Лиссабоне без предупреждения.

Я подымаюсь по лестнице, Михин выскакивает на лестничную клетку в полном недоумении.

Поднимание бровей, на две секунды система виснет, когда ты видишь то, чего совершенно не ожидаешь. Но именно ради этих двух секунд я и приезжал.

Уже потом, его жена Оля рассказывала, что происходило во время моего вызова по домофону: Михин смотрит, видит чувака в капюшоне, выдавливает что-то по-португальски, поворачивается и говорит в замешательстве: «По-моему, это Терелев». У нас с ним удивительные отношения в том плане, что мы не планируем ничего, и в этом есть какая-то правда жизни.

— Если я не ошибаюсь, именно в честь Евгения назван турнир по мини футболу, организатором которого ты являешься?

— Уже стартовал шестой кубок имени Евгения Михина, да. Система следующая: 15 туров, при этом нет закрепленных команд, работает идея индивидуального рейтинга, который мы придумали, запатентовали и упаковали в приложение. Совсем скоро оно будет доступно на AppStore и для PlayMarket, за какие-то копейки его можно будет загрузить в любом уголке мира. По-хорошему, это приложение для любительских турниров с разным количеством команд, любого формата. Система адаптируется и предлагает варианты.

Но для меня самым крутым остается система индивидуального рейтинга. Вам не нужно собирать свою команду каждый раз, достаточно минимума тех 12 человек, которых в принципе найти легче. И каждый из них заинтересован в работе на свой рейтинг, который составляется на основе трех показателей: голы, передачи, итог в матче. Максимально просто.

Что интересно, последний Кубок Михина был удивителен тем, что его почтил своим вниманием сам Михин. Женя прилетал в Киев в октябре, заявился в зал и, понятное дело, что узнали его только избранные. В итоге,

он взял бутылку портвейна, вышел на центр площадки и сказал: «Минуточку внимания. Я – Михин»

. Толкнул речь, все посмеялись и расслабились. Он апологет безопасной игры, где каждое касание расценивается как покушение на жизнь, но забавно, что именно он приводил в нашу тусовку людей, после контакта с которыми обязательно ломалась или ключица, или берцовая кость.

— Разве защитники и вратари не являются заложниками такой системы?

— Такая система провоцирует на атакующий футбол. Не жадный, но атакующий, когда в нападение бегут все. Возвращаться в защиту мотивирует счет, он ведь тоже влияет на рейтинг. Я заметил по последнему Кубку, что львиную долю турнира лидировал именно защитник. Все просто – его команды постоянно побеждали, и дефицит индивидуальных достижений он компенсировал командным успехом. Лишь под конец произошла небольшая революция и лидером таки стал лучший бомбардир турнира.

— Приложение – это исключительно ваша разработка?

— Изначально все держалось на моем энтузиазме и знаниях экселя, где я вел все подсчеты. Но в нашей тусовке нашелся программист, с которым мы объединились и сделали приложение. Многие говорят, что он единственный человек, который смог понять мою идею.

А он реально понял. Это была неделя скрупулезной работы, такой же переписки. Если поднять оную, может показаться, что это переписка сумасшедших

.

— Формат турнира открыт для сторонних участников?

— Да, мы открыты для всех. Более того, мы считаем же все, так что на этот момент было заиграно 108 человек. Одним из них стал Андрей Сенькив. Статистика у него хорошая: одна игра – один гол. Чем не аргумент для споров с Селезневым? Боюсь представить, что будет, если Андрей придет во второй раз.

— Ты уже давал интервью Трибуне, и там говорилось о том, что ты общался с Томом Хэнксом. Какой он?— Вообще считаю, что мои почитатели-злопыхатели эксплуатируют эту тему, потому что история с Хэнксом еще до Трибуны участвовала во всех мои публичных проявлениях. «

Это тот чувак, который интервью у Тома Хэнкса брал!

» Том – первый, что эксплуатируется с моим именем, чем я могу похвастаться при необходимости. Но я бы не ограничивался только ним. Просто он, наверное, самый яркий человек, с которым я разговаривал.

У меня был огромный и славный период работы в Фактах недели с Оксаной Соколовой, на тот момент лучший еженедельник Украины. Так получилось, что я знал и знаю два языка, как мне кажется, английский и французский. Так у меня началось все с «Ангелов и демонов» в Риме в 2008 году, а дальше пошло-поехало: четырежды побывал на фестивале в Каннах, посещал мировые премьеры в Лондоне и Москве. Так я побывал на «Форсаже 5» с Вином Дизелем, встречал нашу соотечественницу Милу Кунис с фильмом «Оз: Великий и Ужасный». Я даже с ней пытался говорить на русском, но она почему-то не воодушевилась этой затеей. Коротко парировала на русском и перешла на английский.

Возвращаясь к Тому Хэнксу и вопросу какой же он. Редко про актеров можно сказать, что он настоящий. Камера делит мир людей на две части, и я как телевизионщик вижу это каждый день. Те люди, которым удается оставаться самим собой в кадре и за ним, или хотя бы максимально приближенными к себе, — это настоящий топ. Люди потому их и любят, интуитивно чувствуем это. И Том Хэнкс как раз такой. Он был активным весельчаком, прекрасно хохмил с серьезным лицом.

— В твоей жизни были СТБ, ICTV, 112 канал. Где ты работаешь сейчас?

— Я находился в свободном полете, который закончился перезапуском нового-старого канала в какое-то время выходившего в вещание на оккупированной территории. Назывался и называется он «Дом», но выглядит по-другому сейчас. Политическая линейка будет иметь ко мне непосредственное отношение.

— Как звучит название твоей должности?

— Я сейчас могу назвать какое-то сочетание слов и букв, а затем выяснится, что это не так. Но неформально я шеф-редактор вечерней политической линейки. Это максимально узко, есть и другие полномочия, что выходят за рамки. Но лучше я поведу себя скромнее, не буду брать на себя лишнее.

— Кому принадлежит канал «Дом» или за какие средства будет существовать?

— Понятия не имею. Говорят, телеканал «Дом» всегда принадлежал государству и существовал за наши с вами денежки. И это, по моей информации, не изменилось до сих пор.

— Оксана Соколова запустила канал в Ютубе. Тебя звала?

— Это была ее давняя идея. Она новатор, перфекционист, идет в ногу со временем и следит за всеми тенденциями, одна из которых – стремление ТВ на Ютуб. Возможно, скажу страшные слова, но в России он стремится качественнее, чем у нас. Особенно если говорить об информационных проектах.

Я принимал участие в дискуссиях, работал над концепцией канала, предлагал варианты названия. Но не выделял бы свою роль в создании или участии канала. Его запуск уже проходил без меня, руками других людей. Вообще,

работа на Факты – это как с женой, она может быть только одна. Она забирает все твое время и энергию

. Так что мы пожали руки и разошлись.

— Организация мини-футбольных турниров, журналистика, путешествия по Европе, написание книги, музыкальная группа. Складывается впечатление, что у тебя больше 24 часов в сутках.

— Буквально вчера мне друг сказал, что воспринимает меня как человека, которого выбросили из космоса за ненадобностью. Он акцентировал на ненадобности, а я обратил внимание на космос – есть разные планеты с разным течением времени.

А если серьезно, не знаю. У меня даже есть время быть ленивым и совершенно ни на что не способным человеком, который грызет себя за это. У меня никогда не стоит вопрос успею я или нет. У меня стоит вопрос хочу я это делать или нет. Я еще и опытный прокрастинатор, любитель откладывать все на один день. Сам удивляюсь порой. Что интересно, я начал прислушиваться к своему организму. Если раньше он сигнализировал об усталости, я закрывал глаза и работал дальше. Сейчас наоборот – расслабляюсь, и через час, когда организм отдохнул, все происходит намного эффективнее. Так что да, прислушивайтесь к себе.

«Если я и считал себя фаворитом, то также и считал, что быть им намного тяжелее, чем андердогом»

— После победы в Евротрибуне ты пропал куда-то. Всему виной выигранная PlayStation 5?

Нет, как ни странно, ко мне дважды приходили друзья поиграть. В первый раз мы не смогли подключить джойстик и в итоге просто посмотрели футбол, во второй – поиграли совсем немного, минут 40. Я сейчас использую приставкой не по назначению, как смарт ТВ, играю по большим праздникам. На меня не раз выходил Daggetkeln с предложениями сразиться, но я сказал, что ему придется серьезно подождать, пока я подкачаю свои скилы.

Касательно моего исчезновения. Появилось небольшое ощущение, что я достиг некоего результата, после которого любое движение – вниз. Эмоционально и по времени я не готов был продолжать. Для меня сложилась картинка, по которой я отхожу и смотрю со стороны.

Не знаю стоит ли об этом говорить, но

возникли ощущения, что на фоне общей лояльности ведущих пользователей трибуны и членов жюри, образовалась завистливая коньюктура немного ниже

. Они считали, что мне подыгрывают, благоволят и так далее. Был и второй вариант – он же профи, это не твоя история, чего ты пошел в песочницу со своими пасочками. Вот тогда я и дал то обещание, которое многие не расшифровали. Но те, кто хотел – те поняли. Это не конец, я помню сколько всего прекрасного произошло со мной на Трибуне.

— Было много комментариев, что твое участие в конкурсе сразу убивало конкуренцию. Ты считал себя фаворитом в конкурсах?

— Несмотря на то, что уже к первому конкурсу я подходил как состоявшийся, хоть и не дипломированный журналист, у меня была своя эволюция — в рамках конкурсов на Трибуне.

Мой первый текст прославился тем, что его не понял сам главред. Написанный мной в жанре лютого стеба, он был принят за чистую монету, а мои попытки творить от имени известного французского писателя фантаста Ива Гондона, были расценены как плагиат

. Судьба автора тогда висела на волоске. Да и в дальнейшем, при всем буйстве моей фантазии, даже используя весь стилистический багаж, я то и дело сталкивался с тем, что никак не мог втиснуть написанное в рамки конкретного задания. Были и откровенно неудачные публикации — и вовсе не те, что оставляли меня за бортом турниров. Я приспосабливался, искал какие-то новые подходы, реально развивался и рос. Скажу больше: я до сих пор, перечитывая, свои статьи, нахожу там десятки блох и потихоньку их переписываю.

Короче говоря, заведомый фаворит всех конкурсов, по версии отдельных комментаторов, был далеко не идеален и редко, когда прям вообще не оставлял конкурентам никаких шансов. Если я и считал себя фаворитом, то считал и то, что быть им намного тяжелее, чем андердогом. И, наверное, предпочел бы затаиться и наброситься на конкурента в самый важный момент, а не маячить впереди в раздражающе желтой майке лидера.

— Тебя номинировали на звание лучшего пользователя 2021 года? Знал об этом?

— Да, я поржал, ведь я настолько отошел от Трибуны. Забавно, что параллельно я забрасывал свои материалы и на Sports.ru. За прошлый год я вошел в десятку лучших блогеров там, что осталось незамеченным на Трибуне. У меня там блог под названием «Икра миллионов» и по большому счету там все статьи с Трибуны, может парочку я специально отдельно написал. Но

на Трибуне – это незабываемая атмосфера, а там ты попадает в мясорубку, количество неадекватов пропорционально больше

.

— Пользователь Milnersawthepyramids упомянул в посте о номинантах, что участия исключительно в конкурсах – мало для того, чтоб считаться лучшим пользователем Трибуны. Согласен с ним?

Не согласен. Просто конкурсов мало. Будь их больше – писал бы больше (смеется).

Если серьезно и пользователь – это тот, кто берет участие в жизни Трибуны комплексно, тогда да. Я активным участием никогда похвастаться не мог. Могу комментировать какие-то статьи, но это под настроение и не систематически. Прежде всего я лезу на Трибуну узнать какую-то новость, или же посмотреть оценки под своим постом.

— Читая твой материал о вратаре МЮ Энди Гореме, складывалось впечатление, что ты правой рукой Фергюсона был, ну или очень приближенным к Глейзерам. Она отличается от классической статьи в понятии современной журналистики.

— Для меня всегда главное в подходе к выбору темы и работе с деталями это первоисточники. Как это работает.

Если мне приходит что-то в голову – я мониторю английский интернет, нахожу какую-то потрясающую историю, которая многогранна. Задаю себе вопрос: «По этому сценарию можно снять фильм?»

Если ответ утвердительный, то следующим делом я мониторю украинский и русский интернет. Это максимально важно, чтобы об этом не писали, не люблю повторяться.

Взять того же Горема. Я оттолкнулся от единственного факта, что он официально был признан шизофреником. Затем нашел много данных в самых различных книгах и биографиях. Последние – это неисчерпаемый источник вдохновения. В случае с ним это получился краткий пересказ его биографии. Они ж и написаны как раз языком, который расположен где-то на грани между документалистикой и взрослой литературой.

— Как на фоне твоего британского уклона появилась идея взять интервью у итальянского порноактера?— Моя память не безгранична, как и познания в британском футболе. Но у меня есть триггеры – темы, герой, явления, которые могут быть интересны.

Часто на поиск нужного героя или темы я тратил больше времени, чем на написание текста

. Цепляешься за один случай, а он выводит тебя на другой — и там новые фамилии, новые герои с еще более крутым бэкграундом. Примерно так все и получилось итальянским порноактером. Я хотел сделать интервью с иностранцем, которые могли прославиться в футболе, но сделали это в другой сфере.Порноактер Дэни Маунтин идеально подходил. Он начинал в Саутгемптоне, подавал надежды, но получил несовместимую с успешной карьерой футболиста травму колена. Зато сделал карьеру в порно.Я написал ему в Instagram, но он не ответил до сих пор. Уже тогда была чутье, что меня продинамят, поэтому я – и это еще одна особенность моего подхода – закинул несколько удочек. Чтобы два раза не вставать, на все удочки я ловил порнозвезд. Клюнул Давиде Монтана. Он почти сразу согласился, но постоянно ссылался на занятость и в день присылал по две-три строчки на плохом итальянском английском. Лишь за день до дедлайна мне удалось получить от него кусок связного текста, очень, надо сказать, аккуратного, прилизанного. Давиде позиционировал себя, как модель и начинающего актера, о пробах в Будапеште старался не сильно распространяться. Мне пришлось задать еще с десяток уточняющих вопросов. Ну а

попросить Давиде о видео привете читателям Трибуны я считал частью обязательной программы — иначе кто бы мне вообще поверил?!

— Всем известно, что ты болельщик лондонского Арсенала. Мой коллега по команде в групповом этапе конкурса предрекал возвращение канониров в Лигу Чемпионов. Бред сумасшедшего или здравый смысл?

— Я прочитал, лайкнул и ничего не комментировал. От начала до конца оставался сторонником того, что Артете нужно время. Время очень тонкая материя, не все с ней дружат, особенно те, кто ориентируется на быстрые результаты. Но они не дают всей картины. Посмотрите 40 минут игры Челси Тухеля против Ливерпуля (речь о поединке Челси — Ливерпуль 2:2 – прим. авт.) и немца можно увольнять. Это выводы по сорока минутам игры.

Кстати, о болельщиках Арсенала. Я ведь брал интервью у Вадима Лукомского, одного из самых преданных канониров. Мы прилетели на фестиваль в Минск, как раз выложили итоги тура и дали задание на следующий – интервью с пользователем. Ну тут сам Бог велел, Вадим же белорус, позвоню ему. Выяснилось, что он в Москве, сможет пообщаться через два дня, а весь разговор у нас длился три часа.

— У тебя был номер Вадима?

— В Телеграмме можно было позвонить, если не ошибаюсь. Но даже без этого – нашел бы. У меня есть знакомый, который сейчас работает на Украинской Правде. Так вот он вместе с Юрием Дудем запускал Sports.ru.

Так вот

Вадим максимально точно показывает, что такое объективность при фанатичной преданности клубу

. Он ни в один из моментов не говорил о необходимости увольнения Артеты, формулировал это как наличие основания, я же этих оснований не видел никогда. И то, что происходит сейчас, отличное тому доказательства.

— Учитывая твой журналистский опыт и симпатии к спорту, рассматривал ли ты возможность работать на Трибуне?

— У нас был разговор с Щербаковым. Еще после победы в Кубке карантина. Он предлагал за какие-то гонорары писать футбольные статьи на прежде согласованные темы. Хочешь – об Англии, но с украинским акцентом. Наличие Украины в статье прям важно. Меня это очень польстило, я даже строил некие планы, набрасывал возможные интервью, но со временем это все зажевалось, появились другие задачи, и я об этом забыл.

«Моя книга максимально не автобиографичная, но у нее точно мой характер – непостоянна, зависит от настроения»

— К своему стыду, не успел прочесть твою книгу «Акт творения», но я начал и для меня она станет первой из прочитанных в этом году. Хороший выбор?

— Зависит от ожиданий. Это явно не роман в мягкой обложке, который берешь с собой на моря, чтобы расслабиться. Моя книга максимально не автобиографичная, там нет никаких личных переживаний, спрятанных за аллегориями, но у нее точно мой характер. Она непостоянна, она зависит от настроения. Она издевается там, где стоит быть осторожнее, и осторожничает там, где можно и наподдать. Она может «зайти» со второго абзаца, а может вызывать искреннее недоумение вплоть до финиша. В общем, это чистый эксперимент над сознанием. То, что по факту и задумывалось как эксперимент.

— Насколько я знаю, твою книгу поместили в одной из киевских библиотек. Что для тебя это значит?

— Моя коллега и боевая подруга Настя Соха прочитала книгу за один день, торжественно сообщила, что ничего не поняла и в отместку отнесла ее в библиотеку. Думаю, для книги это символический акт. Некий аттестат зрелости. И тут — отличная параллель, в наше время аттестаты чаще имеют символическое, а не практическое значение.

— Что тебя вдохновило на написание книги?

— С вдохновением у меня сложная и непостоянная история. Можно сказать, у меня синдром отложенного сочинительства. Начал писать романы в 6 лет, с тех пор не закончил ни одного. В детстве оправдывал себя, что впереди еще туча времени. Когда повзрослел, убеждал себя в том, что есть дела поважнее. Последняя рабочая отговорка — мои музы слишком прихотливы, их нельзя заставлять работать внеурочно, поэтому нужно просто ждать и ловить те моменты, когда они не прочь нацедить пару вменяемых строчек.

В последнее время я все больше ощущаю себя ретранслятором текстов. Любых — даже если это просто очередной рабочий сценарий. Вчера не узнал свой текст месячной давности: «Кто это написал? Неужели я?» Был удивлен, что тексты начинают жить отдельной жизнью. И тем, как просто я отпускаю их и продолжаю жить дальше.

— Как вообще происходит процесс реализации – от идеи до печати?

— Пишешь книгу. Это просто. Особенно по сравнению со всем остальным. Дальше находишь время или человека, который будет готов убить кучу времени на то, чтобы окучить десяток издательств, которые дорожат своей репутацией и не готовы печатать графоманов.Параллельно с тем, что ищешь ты, ищут и тебя. Тебе пишут, звонят с десяток прилипал, которые предлагают издательские услуги, но по факту печатают всех подряд, часто не предлагают даже услуги корректора. Им пофиг на качество текста — главное, чтобы заплатили.

«Фолио» согласились не сразу. Читали, перечитывали, думали. Стоит-не стоит.

Три месяца правили текст. Так я убедился в том, что моя стопроцентная грамотность в русском языке — изрядное преувеличение

. Не было ни одной страницы рукописи без ошибок. После всех согласований — оплата. Через месяц — сигнальный экземпляр. Печать. Отгрузка. Из всего тиража издатель оставил себе 200 экземпляров — чтобы распределить его по интернет-магазинам и по библиотекам.

— Имея в своем распоряжении условный Делориан, хотел бы что-то изменить?

— Хотел бы издать ее 20 лет назад. Я уже почти не помню, каким я был тогда, в начале века. Но совсем недавно я наткнулся на выпуски газеты, которые собственноручно издавал в 2002-м. Тогда я организовывал на Отрадном (микрорайон Киева — прим. авт.) легендарный дворовый турнир по футболу, и был для него и игроком, и капитаном, и судьей, и единственным журналистом. Так вот, я боялся читать те отчеты о матчах, предполагая, что столкнусь с какой-то стыдной и дурацкой прозой. Но заставил себя и вдруг обнаружил, что с тех пор мало чем изменился. То же залихватское настроение, тот же поиск каких-то нетрадиционных метафор, тот же стеб, разброд и веселые шатания. Я кайфонул.

Чисто теоретически, уже тогда я был внутренне способен написать что-то эдакое. Похожее на «Акт творения». Но, судя по всему, нашел себе другое, более важное занятие.

— Читаешь отзывы о книге? Сталкивался с откровенным негативом по поводу книги?

— Прямого негатива не было. Большого количества отзывов тоже. Три отзыва тем не менее для меня стоят особняком.

Один из них — от Daggetkeln. Прямо всякий раз расплывался в улыбке, когда он упоминал «Акт»

— причем всегда находил в них что-то между строк.Но были осторожные отзывы от тех, кто ждал моего писательства. От тех, кто подталкивал меня к нему. А подтолкнув и получив книгу, пожали плечами. Или промолчали. И для меня эти реакции куда страшнее откровенного гона и критики.

— Вот меня в школьные годы всегда напрягали комментарии учителей: «Автор этим хотел сказать о том-то». Понимаю, что вопрос скорее не корректный, но не могу его не задать — что ты хотел донести своей книгой?

— Отвечу экспериментально — как раз в духе книги. Автор хотел сказать о том, что любые, даже самые канонические истории, могут быть поняты иначе. Не так, как их понимали тысячи лет сотни миллионов людей. У любого события могут быть сотни трактовок и ни одна из них не лучше и не хуже остальных. Даже самое очевидное — не самое очевидное. Даже самое сакральное может быть самым примитивным — и наоборот. Наверное, своей книгой я хотел донести то, что она в принципе может донести все, что угодно.

— Планируешь ли продолжать писать?

— Я всегда пишу. В этом нет никакой системы и никаких правил. Сейчас я сформировал для себя три массива текста, которые пописываю в зависимости от настроения. Массив текста — это сто страниц плюс. Одна история — очень личная, и я стараюсь добавить в нее побольше отстраненности и фантазий, чтобы не вздрогнуть от взгляда в зеркало. Вторая история — очень абсурдная, рожденная из давнего эксперимента. Ну и третий — это что-то безразмерно толстое, рожденное как зомби-треш, но по ходу превратившееся в псевдо-философский трактат о природе времени. В которой, кстати, я вообще не разбираюсь.

— Вопрос от Юрия Дудя – удалось ли что-то заработать на книге?

— Удалось компенсировать расходы. Вернул треть. С другой стороны, я и не планировал на этом заработать. У меня получилось издаться там, где получится не у всякого, особенно если этот всякий пишет на русском языке. Для меня это было самым важным. Дома еще лежит экземпляров триста от тысячного тиража. Не думаю, что когда-либо смогу его продать.

Время общения пролетело незаметно, хотя останавливать беседу никак не хотелось. Увы, Николаю нужно было бежать по своим многочисленным делам, куда же без них. Единственное, что мне оставалось — напроситься на приглашение на Кубок Михина и договориться посмотреть следующий матч Арсенала против Манчестер Юнайтед, фанатом которого являюсь я. И хоть киевские поклонники канониров не слишком почитают манкунианцев, по словам Николая, они неадекватные, но меня заверили, что бить не будут.

Будем надеяться.

Романовы и Распутин

За пять лет до того, как он и его семья были разбужены глубокой ночью и казнены в сибирской глуши в 1918 году, Николай II, последний царь России, отпраздновал трехсотлетие своего Семейное правление Романовых. Однако вскоре Россия, раздираемая мятежным гневом после войны с Японией, погрузилась в еще одну, к которой они были еще более не готовы.

Портрет императора Николая II, 1900 (холст, масло) / барон Эрнест Фридрих фон Липгарт (1847-1932/34) / Bridgeman Images


Когда 28 июня 1914 года эрцгерцог Франц Фердинанд, наследник австро-венгерского престола, был убит боснийским сербским националистом, европейское руководство преимущественно состояло из монархических правительств, чьи личные связи были глубже политики.Немецкий кайзер Вильгельм II и Николай II в России были двоюродными братьями, но с союзом Германии с Австро-Венгрией и России с Сербией эта внутренняя сеть усложнила кризисы, которые затем привели к Первой мировой войне, революции в России и непостижимым человеческим жертвам. .

 

Немецкий император Вильгельм II (слева) и русский царь Николай II, 1913 г. (ч/б фото) / © SZ Photo / Scherl / Bridgeman Images


Неспособность Николая руководить предотвращением войны была систематической из-за его неспособности смешать свою автократию с быстро модернизирующимся миром. Его вера в то, что Бог избрал его царем России, сделала его упрямым правителем, отвергающим конституционные ограничения; даже когда ситуация ухудшилась и другие мировые лидеры умоляли его исправиться, Николай не капитулировал, но цеплялся за свою уверенность в том, что его решения были волей Бога.

Неприятности начались всерьез с русско-японской войной. В 1904 году японцы угрожали территории России, вторгаясь в Маньчжурию и Корею. Николай, народ которого рос беспокойно, считал войну с Японией дарованной Богом победой, которая поднимет боевой дух русских.Не обращая внимания на издержки столь далекой войны, он полностью посвятил себя ей, но потерпел унизительное поражение, подорвавшее престиж нации как внутри страны, так и за рубежом. Это привело к восстанию. В 1905 году около 120 000 мирных демонстрантов прошли маршем к Зимнему дворцу. Имперская гвардия открыла по ним огонь и убила сотни. Это событие, известное как Кровавое воскресенье, настроило общественное мнение против царя и усилило общественное недовольство. В этот момент спуск в хаос казался неизбежным.

 

Начало русской революции 1905 года / Иван Алексеевич Владимиров (1869-1947) / Фото © Photo Josse / Bridgeman Images


Дальнейшее осложнение политических вопросов было вопросом преемственности.Жена Николая, Александра, родила мужу четырех дочерей — Ольгу, Татьяну, Марию и Анастасию Романовых. Их единственный сын Алексей, наследник престола, страдал гемофилией Б, неизлечимым заболеванием, которое могло привести к преждевременной смерти.

 

Цесаревич Алексей Николаевич Алексей Романов / Universal History Archive/UIG / Bridgeman Images

 

В такой нестабильной политической обстановке состояние Алексея держалось в секрете, но после того, как врачи не смогли помочь, Александра обратилась к мистикам и святым людям.Один из них, неграмотный сибирский крестьянин по имени Григорий Распутин, завоевал благосклонность и ее, и царя.

 

Распутин (1871-1916) русский авантюрист, целитель царевича, протеже царицы, здесь в 1908 году, цветной документ / PVDE / Bridgeman Images


Первоначально заигрывая с царем и царицей в качестве религиозного советника, влияние Распутина возросло после 1912 года, когда Алексей чуть не умер. Получив травму, излечиться от которой помешала его болезнь, для отправления Последних прав был призван священник.В отчаянии Александра вызвала Распутина.
Распутин посоветовал ей отдать жизнь сына не в руки врачей, а в руки Божии. По его совету кровотечение у Алексея остановилось, и он стал поправляться. Александра восприняла это как знак того, что Бог был с Распутиным, и впоследствии он стал ее самым доверенным советником, которого она горячо защищала до конца своей жизни.

 

Распутин / Клайв Апттон (1911-2006) / © Look and Learn / Bridgeman Images


История Распутина и Романовых прославилась тем, что в ней смешались факты и легенды; Путь Распутина от странствующего шамана до доверенного царского советника настолько поразителен, что уже более века остается в памяти общественности.Сегодня трудно отличить правду от вымысла, но что не вызывает сомнений, так это скандал, который вызвало присутствие Распутина в доме Романовых. С развитием Первой мировой войны Николай проводил время на фронте, оставив жене домашние вопросы и контроль над столицей. Однако отношения Александры с Распутиным, который, как выяснилось, никогда не принимал священного сана, только еще больше дискредитировали имперскую власть.

 

Русские карикатуры на Распутина / Русская школа (20 век) / © Look and Learn / Bridgeman Images

 

Ходили слухи и обвинения в романе Распутина и Александры.Что еще хуже, Распутин наслаждался своей славой и открыто предавался пьянству и проституции. Его присутствие при царском дворе быстро возымело действие на и без того сильно напряженную Россию и в 1916 году привело к его убийству группой дворян.

 

Распутин выстрелил в спину / Клайв Апттон (1911-2006) / английский язык / © Look and Learn / Bridgeman Images

 

После этого положение Николая стало несостоятельным. Когда военные действия потерпели неудачу, а гражданское население отчаялось, в феврале 1917 года по России прокатилась революция, вынудившая царя отречься от престола.Через год Николай и его семья были вытащены из постелей и убиты по приказу нового большевистского правительства, которое навсегда осудило и империю Романовых, и генеалогическое древо Романовых. Позже Александр Керенский, временное правительство которого курировало переход власти, скажет, что «без Распутина не было бы Ленина».

 

Императорская семья России / © Giancarlo Costa / Bridgeman Images

 

Посмотрите больше изображений Распутина и Романовых или узнайте больше о сложном правителе царе Николае II в неспокойный период в видео ниже:

 

 

 

 

Рецензия на книгу Хелен Раппапорт «Гонка за спасение Романовых: правда о тайных планах по спасению российской императорской семьи» «Гонка за спасение Романовых», идея предоставления убежища бывшей российской императорской семье вызвала коллективный трепет во дворцах по всей Европе.Проблемы были очевидны: как вывезти их из революционной России, как платить за их содержание и как справиться с политическим и социальным багажом, сопровождающим их изгнание.

Глубокое погружение в архивы и малоизвестные источники, книга Раппапорт раскрывает безрассудные и в конечном счете тщетные идеи по спасению заключенных Романовых, которые всплыли в период между отречением Николая и убийством семьи летом 1918 года. То, что она нашла, является «рассказом об интригующих личных семейных отношениях». ; внутреннее и международное политическое соперничество и предрассудки; капризы географии и погоды и создаваемые ими логистические трудности; и, на самом базовом уровне, история простого неудачного выбора времени.”

История продолжается под рекламой

Распутывая свою историю, Раппапорт исследует различных игроков: русских монархистов, короля Георга V, кайзера Вильгельма II, короля Испании Альфонсо XIII, датскую королевскую семью и неуклюжих дипломатов. Усилия бывших подданных Николая были самыми необдуманными: несколько бессистемных заговоров по спасению Романовых во главе с неуклюжими и, возможно, нечестными партизанами, которые, казалось, больше стремились прибрать к рукам любое царское состояние, чем помогать заключенным. Никто не работал вместе, а соперничество и неумелое планирование ни к чему не привели.

Большая часть книги посвящена действиям — и бездействию — короля Георга V; действительно, создается впечатление, что намерение Раппапорта состоит в том, чтобы реабилитировать человека, которого часто обвиняют в отказе предоставить убежище своим русским двоюродным братьям. Она рассказывает известную историю: как британское правительство предложило Романовым убежище, и как король все больше беспокоился, что их присутствие приведет к демонстрациям против его собственного престола.«С самого начала, — признался его личный секретарь лорд Стэмфордэм, — король думал, что присутствие императорской семьи (особенно императрицы) в этой стране вызовет всевозможные трудности». Он опасался, что ссыльные Романовы «несомненно скомпрометируют» его положение. Джордж докучал Министерству иностранных дел письмом за письмом, пока оно, наконец, не уступило королевскому давлению и не дало приглашению увянуть.

Нет сомнений, что «Стэмфордхэм» преувеличил возможные политические опасности; если не считать нескольких отдельных митингов и газетных статей, британское общественное мнение не вызвало большого энтузиазма против идеи предоставления убежища.Но паранойя определенно присутствовала: опасаясь негативной реакции республиканцев, король летом 1917 года изменил название своего королевского дома с германского Саксен-Кобург-Гота на чисто английское Виндзорское. англичанами в 1918 году такие усилия ни к чему не привели. В конце концов, даже Раппапорт вынужден согласиться с тем, что Джордж «мог быть моральным трусом», заставив свое правительство отказаться от убежища.

История продолжается под рекламой

Разрозненные попытки датских дипломатов и запоздалые предложения короля Испании Альфонсо ни к чему не привели; после жестокой казни императорской семьи король Георг обвинил своего двоюродного брата, кайзера Вильгельма II, который, как он утверждал, мог бы спасти их, если бы он «только пальцем пошевелил в их пользу. Эта ретроспективная передача королевского бремени была несправедливой: хотя Раппапорт преуменьшает усилия кайзера, Вильгельм все же предпринял несколько попыток спасти бывшую правящую семью — и в то время, когда, в отличие от Георгия, его страна находилась в состоянии войны с Россией. Даже после подписания Брест-Литовского договора с Лениным кайзер продолжал переговоры от имени императрицы и ее дочерей.

Вместо того, чтобы обвинять короля Георга в том, что он вынудил его правительство отозвать убежище, в тщательно проработанной и элегантно написанной книге Раппапорт утверждает, что «ответственность должна быть распределена более широко и поровну.Это справедливое замечание. «Гонка за спасение Романовых» заканчивается утверждением, что даже если бы убежище пришло, «Царская семья почти наверняка отказалась бы покинуть Россию ни при каких обстоятельствах, предпочитая умереть вместе в стране, которую они любили». Фактически, через несколько дней после его отречения Николас и Александра спокойно сортировали свои вещи и собирали вещи в ожидании английского изгнания, которое никогда не придет благодаря их общему британскому двоюродному брату.

Сент-Мартинс. 372 стр. 28 долларов.99

Величайший русский? Царь Николай лидирует в голосовании

Спустя девяносто лет после своей казни царь Николай II ведет напряженную гонку за звание величайшего русского человека в истории.

Его ближайшие конкуренты? Советский диктатор Иосиф Сталин и Владимир Ленин, основатель советского государства, убивший последнего царя и всю его семью.

Конкурс, спонсируемый государственным телеканалом «Россия», представляет собой русскую версию шоу BBC «Великие британцы» 2002 года, победителем которого стал Уинстон Черчилль.

Американская версия 2005 года объявила Рональда Рейгана, бывшего президента, который умер за год до этого, «Величайшим американцем».

По данным на вторник, Николай II лидировал, набрав более 267 тысяч из 2,4 миллиона голосов, поданных в интернет-опросе.

Генеральный секретарь Коммунистической партии Советского Союза и премьер-министр Советского государства Иосиф Сталин позирует за своим столом в Кремле, Москва, на предвыборной фотографии, выпущенной в феврале 1950 года. Спустя девяносто лет после казни царь Николай II ведет напряженную гонку за звание величайшего русского человека в истории.Его ближайшие конкуренты? Советский диктатор Иосиф Сталин и Владимир Ленин, основатель советского государства, убивший последнего царя и всю его семью. Конкурс, спонсируемый государственным телеканалом «Россия», представляет собой русскую версию шоу BBC 2002 года «Великие британцы», победителем которого стал Уинстон Черчилль. Американская версия в 2005 году объявила Рональда Рейгана, бывшего президента, который умер за год до этого, «величайшим американцем». 263 000 голосов.Ленин отставал с 187 000 человек.

До недавнего времени Сталин доминировал в опросах, несмотря на его политические чистки, которые отправили на смерть миллионы его соотечественников. Но по мере приближения годовщины расстрела царской семьи 18 июля 1918 года монархисты все активнее поддерживают царя-мученика.

Интернет-опрос допускает многократное голосование, поэтому на него легко повлиять.

В сентябре на теледебатах будут обсуждаться 12 набравших наибольшее количество голосов, а затем будет выбрана одна фигура «Имя Россия».

В топ-12 теперь входят и другие бывшие лидеры: Петр Великий (№5), Екатерина Великая (№7), Борис Ельцин (№11) и Иван Грозный (№12).

Русский революционер лидер Владимир Ильич Ленин показан в 1918 году в неизвестном месте. Спустя 90 лет после казни царь Николай II ведет напряженную гонку за звание величайшего русского человека в истории. Его ближайшие конкуренты? Советский диктатор Иосиф Сталин и Владимир Ленин, основатель советского государства, убивший последнего царя и всю его семью.Конкурс, спонсируемый государственным телеканалом «Россия», представляет собой русскую версию шоу BBC 2002 года «Великие британцы», победителем которого стал Уинстон Черчилль. В американской версии 2005 года Рональд Рейган, бывший президент, умерший за год до этого, был объявлен «величайшим американцем». AP

Владимир Путин, чрезвычайно популярный бывший президент, а ныне премьер-министр, не соответствовал требованиям конкурс, потому что он все еще жив.

Возможно, однако, он поддержал кандидатуру Сталина.Помогая восстановить гордость россиян за свою историю советской эпохи, путинский Кремль подыгрывал роли Сталина в построении сильного государства, приукрашивая его кровавое правление.

Если россияне устанут от виртуальной политической битвы между монархистами и коммунистами, они всегда могут проголосовать в Интернете за четвертое имя в списке: Владимир Высоцкий, любимый актер и певец, умерший в 1980 году.

Россия борется оплакивать Романовых 100 лет спустя (м. ред.)

17 июля 2018 года исполняется 100 лет со дня расстрела российской семьи Романовых большевиками в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге.Царь Николай II отрекся от престола годом ранее, и после периода заточения семью отправили сначала в Тобольск, а затем в Екатеринбург. Смерть Николая и его наследника Алексея сыграла решающую роль в укреплении революции, исключив возможность возврата к монархии.

Только в 1990-х годах, после распада Советского Союза, останки семьи Романовых были раскопаны, идентифицированы и подтверждены государственными органами. 17 июля 1998 года, к 80-летию со дня их смерти, Николая и его семью устроили государственные похороны в Санкт-Петербурге.В Петербурге съезжались государственные деятели, дипломаты, представители рода Романовых и европейской знати.

Выступая на похоронах, тогдашний президент Борис Ельцин назвал убийства «одной из самых позорных страниц нашей истории». Признав, что «много лет мы молчали об этом чудовищном преступлении», Ельцин подчеркнул исторический шанс искупить «столетие крови и беззакония» ради нынешнего и будущих поколений.

Новости

Следователи подтвердили подлинность тела царя Николая II из захоронения

Подробнее

Тем не менее, 100-летие со дня смерти Романовых проходит незаметно для правительства.За пределами Екатеринбурга мало мероприятий, посвященных столетию. Известные площадки, в которых, как ожидается, будут проводиться такие мероприятия, такие как Исторический музей и Третьяковская галерея в Москве, в настоящее время не проводят выставок, приуроченных к юбилею. В столице мероприятия ограничиваются разовым концертом-реквиемом в Зале Чайковского и мультимедийной презентацией «Николай II», которая проходит раз в несколько дней в небольшом павильоне парка «Сокольники». В Санкт-Петербурге Росфотоцентр проводит фотовыставку.В этих немногих событиях дискурс смерти Романовых почти растворяется в историях их жизни, их гламура и «величия». В остальном малочисленность событий и их относительно скромное местонахождение красноречиво говорят о нынешнем состоянии исторической памяти.

Смерть Николая II и семьи Романовых остается спорным моментом в истории России. Царизм и большевизм — по большей части — не представляются противоборствующими силами в битве, в которой один порядок победил другой.Скорее, цари, большевики, а затем и коммунисты рассматриваются как череда «великих». В Москве посетители могут полюбоваться гламуром и величием царей в Историческом музее на Красной площади, прежде чем выстроиться в очередь к Мавзолею Ленина, который находится всего в нескольких шагах от него.

Сегодня в России наблюдается рост популярности дореволюционной культуры наряду с прочным советским наследием. Согласно последним опросам Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), популярность Николая II, а также Ленина и Сталина значительно возросла с 2008 года.Это необычное сочетание воплощает в себе президент Владимир Путин, вобравший в себя единоличных «великих» людей всех эпох России.

Нарративы о конфликте и насилии были включены в нарративы «великих» лидеров. Этот культ величия превозносит влияние над духом. Он питает пустое понимание политических традиций и наследия России в то время, когда зарождающиеся гражданские ценности России требуют признания прошлого. Осуждая тактику большевиков в своей похоронной речи в 1998 году, Ельцин попытался установить некоторые из этих новых ценностей. Он закончил свое выступление уроком, извлеченным из России 20-го века: «Любые попытки изменить жизнь с помощью насилия обречены на провал, — сказал он, — поскольку «нельзя оправдывать бессмысленную жестокость политическими целями».

Новости

100 000 паломников прошли маршем памяти Романовых к столетию со дня их расстрела

Подробнее

Национальный нарратив о «великих» также расходится с академическими интерпретациями, которые критически рассматривают как часто неумелое правление Николая II, так и жестокие эксцессы большевиков.Но канонизация Николая II и его семьи Русской православной церковью в качестве христианских мучеников в 2000 году уменьшила их идентичность как политических деятелей, подлежащих академическому анализу. В Екатеринбурге, где проходят крупнейшие мероприятия, посвященные столетию со дня смерти Романовых, Романовы — святые мученики, почитаемые преданными паломниками, практически без привязки к политике, политике или идеологии.

Память о гибели Николая II и его семьи остается во многом необработанной, а ничтожное количество памятных мероприятий к столетию вряд ли предполагает шаг вперед.Но один проект, возможно, является ответом на заявление Ельцина на похоронах о том, что «мы все в ответе за историческую память нашего народа». Государственный архив Российской Федерации запустил замечательный цифровой проект «Убийства царской семьи» — коллекцию оцифрованных фотографий и документов, связанных с гибелью Романовых.

Политические традиции и гражданские ценности России для XXI века не вырастут из культа величия; они могут быть построены только на памяти и примирении с прошлым, каким бы тяжелым, кровавым и беззаконным оно ни было.

Ала Кречиун Графф — докторант Мэрилендского университета в Колледж-Парке. Взгляды, выраженные в авторских статьях, не обязательно отражают позицию The Moscow Times.

Взгляды, выраженные в авторских статьях, не обязательно отражают позицию The Moscow Times.

Николай II: жизнь царя для народа?

16 и 17 июля Россия отметит одно из самых чувствительных столетий в своей новейшей истории: убийство последнего российского царя Николая II, его жены (англо-германской императрицы Александры), пятерых детей и четырех оставшихся слуг в выстрел в упор большевистской расстрельной командой в 1918 году.За пределами России Великая война, шатаясь, приближалась к своей страшной, утомительной кульминации. Внутри них была середина первого года Гражданской войны в России, и Романовых нужно было убить, чтобы они не попали в руки приближающейся белой армии, состоящей в основном из чехословацких военнопленных, на пути к Владивостоку.

После того, как началась стрельба, не потребовалось много времени, чтобы положить конец 300-летней династии Романовых в России (хотя в сцене поистине готического ужаса сын Николая и Александры, две дочери и служанка, пережившие основной расстрел, пришлось добивать комбинацией штыкового удара и пули в висок). Однако избавиться от трупов оказалось гораздо сложнее. Грубые солдаты, которым было поручено задание, отвезли тела в заброшенную шахту в хвойном лесу в 25 километрах от Екатеринбурга, забрали у них все ценное (на императрице и ее дочерях были спрятаны драгоценности), сожгли их одежду и разбили имущество семьи. лица в попытке помешать их идентификации. Тем не менее импровизированная могила, обычная старательская яма, была явно слишком мелкой, чтобы долго скрывать свою болезненную тайну.На следующее утро измученные люди снова выкопали разлагающиеся трупы, погрузили их обратно в грузовик и увезли в лес с отвратительной миссией, чтобы найти место, где лучше спрятать их от белых. В полнейшем отчаянии они закопали их в неглубокой и наспех вырытой могиле на заболоченном участке дороги через лес, где временно застрял их грузовик, хитро прикрыв его шпалами, чтобы он выглядел как чисто прагматичный след по грязи . Что примечательно, это сработало.Всего несколько дней спустя белая следственная группа, проехавшая по самому мосту из железнодорожных шпал, даже не подозревая о существовании лежащих под ним свежезахороненных тел, обнаружила у шахты кучу пепла, в которой первоначально были сброшены Романовы. и пришли к выводу, что их тела были сожжены. Никто больше не прикасался к костям до 1979 года, а Русская православная церковь, которая твердо придерживается первоначального расследования Белых, до сих пор не считает, что они принадлежат Романовым. 1

Понятно, что люди, участвовавшие в этом жутком фарсе, скрывали его от новых большевистских правителей России в Москве. Что касается Владимира Ленина и его главного приспешника Якова Свердлова (который тайно санкционировал убийства), ночь 16 июля 1918 года означала конец не только Николая и династии Романовых, но и всей старой России. невежественный социальный строй царей, священников и крестьян. 2 По словам Троцкого, «страна так коренным образом извергла монархию, что уже никогда не сможет снова заползти в глотки людей. 3

Похоже, он был прав. В Петрограде Владимир Коковцов, более десяти лет проработавший до начала войны министром финансов и председателем Совета министров, вспоминал, как на следующий день после известия о расстреле Николая катался по бывшей столице в трамвае. было объявлено (и когда убийство императрицы и детей еще отрицалось). «Среди людей не было никаких признаков горя или сочувствия, — вспоминал он. «Сообщение о смерти царя было прочитано вслух с улыбками, насмешками и подлыми комментариями.” 4 В то время как пожилые люди, как правило, хранили молчание, молодежь особенно ликовала. В частном порядке некоторые, но далеко не все, ныне обездоленные российские аристократы горевали об убийстве царя и опасались худшего для его семьи. Но в Сибири крестьяне праздновали на улицах. 5 К лету 1918 года Коковцов, как и многие представители царского правительства и правящих классов, оказался в большевистской тюрьме. Его доставили к главе Петроградской ЧК, где его допросили о его причастности к антибольшевистскому заговору, который, как опасались, не мог начаться.Удовлетворив своих похитителей в своей невиновности, бывшему царскому министру задал вопрос чекистский шеф, который только что держал в своих руках его жизнь и будущее. — Вы хорошо знали бывшего Императора? он спросил. «Как вы думаете, он осознавал, что причиняет стране зло?» 6

Николай II в русской памяти

В каком-то смысле с тех пор Николай II находится на скамье подсудимых. Названный «тираном» при ленинской диктатуре пролетариата, Николай и его семья были осуждены как «враги народа».В течение семи десятков лет последний российский Помазанник был подвергнут порочному и беспощадному Damnatio Memoriae , его имя сначала было очернено всеобщим и обязательным добавлением эпитета «Кровавый», а затем, по мере того, как шли годы и воспоминания потускнели , просто и жестоко подавлен. «Медленно, но верно, — вспоминала женщина, выросшая в Советском Союзе, — память о Романовых стиралась из психики нации. К тому времени, когда я рос в Советском Союзе и изучал историю в школе в начале 1980-х годов, в учебниках почти не упоминалось их имя, предпочитая безликие термины, такие как «царизм», «тирания» и «самодержавие».’» 7 Тем временем на Западе Николай остается символом личной некомпетентности и символом врожденной некомпетентности недемократически избранных правителей. Нерешительный, безвольный и оторванный от современного мира, он стал жертвой собственных фантазий о единстве царя и его народа. Николай предстает (не всегда справедливо) в западной историографии как упорно, непреклонно и без сожаления ведущего свою страну к катастрофе. 8

Однако в России через сто лет после революции Троцкий оказался неправ.На родине Николай был реабилитирован и прославлен с женой и детьми Русской Православной Церковью в 2000 году как святые и «Царственные страстотерпцы». часовни и святыни от Балтийского до Тихого океана, лики Николая и его семьи смотрят на верующих с их священных икон. Каждый год десятки тысяч людей приезжают в Екатеринбург, чтобы засвидетельствовать свое почтение и вознести свои молитвы российскому «царю-мученику».

Тем, кто знаком только с Николаем из западных книг по истории, решение потомков его бывших подданных причислить столь злополучного правителя к лику святых покажется гротескным. Те, кому еще предстоит уследить за изменениями, произошедшими в России после распада Советского Союза, найдут реабилитацию Романовых вдвойне обескураживающей. Разговоры о «новой холодной войне» вызвали поток аналогий между путинской Россией и сталинским и брежневским Советским Союзом. 9 Говорят, что Путин, бывший сотрудник КГБ, жаждет восстановить Советский Союз, распад которого он печально назвал «величайшей геополитической катастрофой бурного века». чувства мотивируют внешнюю политику России. Более того, обычно считается, что, поскольку Россия почти неизбежно возвращается к своему тоталитарному прошлому, страна, недавно демократизированная Ельциным, подвергается «ресталинизации» Путиным. Однако если это так, то это повторная сталинизация, которую маршал вряд ли признает или одобрит.

Для Сталина Романовы принадлежали прошлому и заслуживали того, чтобы их забыли. «Ни слова больше о Романовых!» Сообщается, что он заявил, когда к нему подошли, о праздновании десятой годовщины их казни. 10 После распада Советского Союза, когда были открыты архивы и Россия была наводнена семейными фотографиями Романовых, и особенно после прихода Путина к президентству в 2000 году, когда Романовы были объявлены святыми, пренебрежение постсоветской Россией Приказ Сталина отличался смачностью. В честь Николая II, «царя-мученика», написано больше 90 207 акафистов и 90 208 (богослужебных песнопений), чем в честь любого другого из недавних святых России. Всего за две недели в 2013 году четверть миллиона москвичей собрались в павильоне у Кремля, чтобы посмотреть на историческую экспозицию о Романовых, организованную совместно Московским Патриархатом Русской Православной Церкви и Министерством образования и культуры России в празднование -й годовщины избрания династии на российский престол в 1613 году.В прошлом году вышел фильм, превративший его юношеский роман с Матильдой Кшешинской, знаменитой примадонной петербургской сцены, в историю в стиле Чарльза и Дианы о браке без любви, измене и близкий династический крах вызывал возмущение со стороны приверженцев святого царя, которые временами, казалось, заходили так далеко, что угрожали гражданскими беспорядками, если Кремль не согласится на запрет фильма (это не так). И по иронии судьбы, которую, вероятно, даже самые преданные его сторонники не предвидели, Николай недавно вышел из общенационального опроса как «величайший русский лидер двадцатого века», опередив и Сталина, и Ленина (именно в таком порядке). 11

Путин и цари

Приедет ли Путин на столетие в Екатеринбурге? Сложно сказать. В России все еще есть много людей, ностальгирующих по коммунистическим временам. Действительно, с момента его переизбрания на пост президента в начале этого года рейтинг одобрения Путина упал на десять процентов, и не столько в пользу прославленной, но немногочисленной российской «либеральной оппозиции», сколько в пользу значительно более популярной Коммунистической партии. Хотя идеологически Путин к ним не относится, он избегал безоговорочно становиться на сторону падшей династии в прошлогодние символически насыщенные столетия Февральской и Октябрьской революций.В своем самом длинном и тщательно сформулированном комментарии к 1917 году Путин отстаивал цель умеренных, постепенных реформ в отчетливо берковских терминах, осуждая революцию как «результат дефицита ответственности как у тех, кто хотел бы сохранить, заморозить на месте устаревший порядок вещей, который явно нуждается в изменении, и те, кто стремится ускорить изменения, прибегая к гражданскому конфликту и деструктивному сопротивлению». Выступая на заседании дискуссионного клуба «Валдай», он сказал: «Сегодня, обращаясь к урокам столетней давности, а именно к русской революции 1917 года, мы видим, насколько неоднозначны были ее результаты.. . . Спросим себя: нельзя ли было пойти эволюционным путем, а не совершить революцию? Разве мы не могли развиваться путем постепенного и последовательного движения вперед, а не ценой разрушения нашей государственности и безжалостного дробления миллионов человеческих жизней?» 12

Вряд ли такие замечания можно назвать восхвалением России Романовых. С другой стороны, Путин публично назвал убийство семьи свидетельством жестокости советского государства.И Путин тонко уловил прошлогодний задумчивый настрой, чтобы привлечь внимание к вкладу Романовых в строительство нации другими способами. Например, в мае Путин нашел время посетить повторное освящение памятного креста, первоначально воздвигнутого в честь дяди Николая II, великого князя Сергея Александровича, которого, будучи генерал-губернатором Москвы, ненавидели за реакционные взгляды и которого разнесли на куски бомба революционера, когда его карета выезжала из Кремля в 1905 году. В своем выступлении Путин отметил, что оригинальный крест «был в числе первых памятников, разрушенных после революции.«Однако сегодня, — с благодарностью отмечал он, — история России вновь обретает свое единство. Мы дорожим каждой страницей этой истории, какой бы сложной она ни была. Это наши национальные духовные корни». 13

Затем, в ноябре, всего через одиннадцать дней после столетия «Великой Октябрьской социалистической революции» (в честь которой Путин ничего особенного не сделал), он вылетел в Крым, чтобы открыть массивную статую отца Николая II, царя Александра III (1881–1894 гг.). ), за пределами отреставрированного императорского дворца в Ливадии, где Александр проехал в 1894 году.Учитывая, что Александр, отправивший старшего брата Ленина на виселицу за покушение на его жизнь в 1887 году, превзошел даже Николая в коммунистической демонологии, это был акт значительной символической смелости. В то время как либералы и социалисты вместе ненавидели коренастого императора Александра III, первого царя за два с половиной века, носившего традиционную православную бороду, российские славянофилы девятнадцатого века восхваляли его (в том числе Достоевского, который был представлен ему во дворце). ) за отказ от «культурной революции», затеянной его чисто выбритым предком Петром Великим (1682–1725) в его рабском подражании западным манерам, стилям и обычаям.

Сущность берковского консерватизма была описана как лежащая в «философии, поддерживающей авторитет традиции; органическая, историческая концепция общества; и необходимость защищать порядок, религию и собственность». 14 Если это так, то Путин снова сформулировал отчетливо по Бёрку те уроки, которые он извлек из царствования Александра для России двадцать первого века. Александр III, по его словам, «полагал, что сильное, суверенное и независимое государство должно опираться не только на свою экономику и военную мощь, но и на свои традиции ; что для великой нации крайне важно сохранить свою самобытность, а любое движение вперед невозможно без уважения к собственной истории, культуре и духовным ценностям .Александр III любил Россию и верил в нее, и, открывая сегодня этот памятник, мы отдаем дань уважения его делам, достижениям и заслугам, мы проявляем свое уважение к непрерывной истории нашей страны людям всех чинов и сословий, которые постоянно служили Отечество» (выделено мной). 15

Значение реабилитации Романовых

В чисто отрицательном смысле, конечно, реабилитация Романовых представляет собой отказ от всей идеи революционного переворота, которую подавляющее большинство россиян отвергает для своей страны.Естественно, циник скажет, что обращение Кремля к риторике в стиле Бёрка для идеализации самодержавия Романовых — это всего лишь апология реакции, показуха для дальнейшего закручивания политических гаек России. Возможно, так оно и есть, и было бы глупо не учитывать такую ​​возможность. Но для нас, наблюдателей за Россией на Западе, важно иметь достаточно широкое представление о российском обществе и политике, чтобы иметь возможность учитывать и альтернативу. Не будет, если будем повторять себе, что сталинский тоталитаризм — единственная путеводная звезда постсоветской России.Является ли реабилитация Романовых в положительном смысле средством восстановления нарушенного единства исторического опыта России? Если это так, то, возможно, сочувственное переосмысление морального и политического затруднительного положения последнего российского царя с точки зрения как последующей российской истории, так и «метакризиса» либерализма двадцать первого века могло бы дать ключ к пониманию его содержания и направление.

В своей речи в 1905 году (когда в Британии Эдмунд Бёрк как раз заново изобретался как отец консерватизма) Николай утверждал почти идентичную «необходимость в том, чтобы социальные и политические структуры соответствовали «уникальным русским принципам»» и «верность «Исторические основы» России. 16 Риторически, по крайней мере, это совершенно, хотя и поверхностно Берк. В основе, однако, защиты Бёрком традиции, органического исторического развития и постепенных реформистских изменений (которые Николай в 1917 году, предоставив России свой первый национальный представительный орган, мог обоснованно считать себя преследователем), лежала его концепция общества. как не основанный на договоре, условия которого могут быть пересмотрены или пересмотрены в любой момент его соответствующими сторонами. Он представлял собой скорее священное «партнерство» нерожденного, живого и мертвого, которое ни одно поколение или просто индивидуум, сколь бы возвышенным он ни был, не имело права в одностороннем порядке изменять. 17

Этот более глубокий, берковский взгляд на нацию как на «моральную сущность», чьим унаследованным законам должен подчиняться даже самодержец, Николас полностью разделял. «Я не вправе, — сказал он генералу Рузскому, глубоко убежденному, хотя и в значительной степени скрытому либералу, во время их знаменитой беседы в имперском поезде в Пскове, когда революция в Петрограде достигла своего апогея, — отказываться от всего вопроса управления Россией». в руки тех, кто сегодня в правительстве мог причинить такие промахи Отечеству, а завтра умыть руки и отправить в отставку из кабинета. 18 Словно предвидя невесомый карьеризм, замкнутость, краткосрочность и нравственное малодушие современной либеральной политики, Николай сетовал на то, что, хотя министр может быть ответственным перед Думой, пока ему удобно нести бремя (или пользоваться благами) государственной должности, царь был ответственен перед Богом и своим народом пожизненно, хотел он оставить их или нет. «Видеть, что делают министры, не во благо России», — сказал он, отвергая формулу Рузского о том, что царь должен «царствовать, но не править.«Я никогда не смогу с ними согласиться, утешая себя мыслью, что дела не в моих руках и что ответственность лежит не на мне». 19 (Если верить недавнему сериалу Netflix Корона , это затруднительное положение, в котором тихо благочестивой королеве Великобритании Елизавете II — последнему помазаннику христианского мира — приходилось много раз примиряться за свое шестидесятипятилетнее правление. .)

Тем не менее, хотя мысли Николая о правительстве часто совпадали со многими наиболее важными идеями Бёрка, он был, по сути, православным «интегралистом».Не будет преувеличением сказать, что Николай, прославившийся тем, что крестным знамением отпускал служителей и побуждал их молиться вместе с ним перед иконой Христа в своем кабинете, возомнил себя главой «сакраментального царства», в котором его отношение к русскому народу было смоделировано по образцу отношения Христа к Церкви. 20 «Я отвечаю, — сказал он в заключение разговора с Рузским, — перед Богом и Россией за все, что было и будет.То, что, в конце концов, такой горячей моральной приверженности было недостаточно, должно послужить источником размышлений для тех, кто (справедливо) ищет сегодня постлиберальную политику, которая исправила бы иссушающую моральную и онтологическую пустоту в сердце современной жизни. либерализм на Западе. 21

Однако в самой России канонизация Романовых как святых является символом возрождения того древнего видения православной «Святой Руси», подавленного семьюдесятью годами атеистического коммунизма. Официальная литургия, написанная в честь Николая и его семьи, непреклонно описывает большевизм как «безбожную власть», которой «была угнетена Россия» после «многих беззаконных…. . вожди народа желали восстать против Веры, Царя и Отечества». 22 Конечно, нота здесь патриотическая и консервативная. Но и по этой причине мы не должны упускать из виду его потенциальный радикализм. Идеал святого, самоотверженного князя пронизывал культуру средневековой России; культ «Царственных страстотерпцев» ХХI века по существу возрождает его. 23 Как царь и мученик, Николай II предлагает русскому народу правителя «кроткого и молчаливого в .. . страданиях», который добровольно «отказался от земной власти, славы и чести» в своем желании «избежать каиновоподобного братоубийства». Разве мы не находим здесь именно то «антисталинское», которого, по общему мнению, не хватает российскому обществу, — средство для россиян как восстановить свою историю, так и превзойти ее?

Конечно, это можно было бы легко отмести как наивный христианский идеализм. Но все режимы в конечном счете опираются на некий основополагающий идеал. Знаменитая патриотическая опера Глинки « Жизнь за царя », рассказывающая историю крестьянина Ивана Сусанина, жертвующего своей жизнью ради спасения жизни первого новоизбранного царя Романовых во время польской оккупации 1612 года, была неотъемлемым элементом каждого национального праздника. в последние дни царской России.Николас и Александра, должно быть, видели его десятки, если не десятки раз. 24 Однако, возведя убиенного императора и его семью в сан святых, современная Русская Церковь сумела как сохранить, так и извратить эту логику. Истинный патриотизм, как, по-видимому, утверждает Церковь, требует не только жертвы подвластных ради правителя, но и правителя ради управляемого. Проверка величия правителя заключается не в том ужасе, который он способен внушить своим подданным, таким как Иван Грозный или Сталин, и не в его способности доминировать над ними.Скорее, она заключается в глубине его любви к людям, в его готовности пожертвовать собой ради большего блага, вплоть до отказа от своей власти и жизни. Правда, Николай согласился на это только после того, как потерял моральный аргумент в пользу православного самодержавия. И все же, если бы сегодня была написана опера, выражающая смысл, придаваемый свидетельству Николая и Александры как «царских страстотерпцев», ее можно было бы с некоторым основанием назвать «Царская жизнь для народа».


Примечания
1 См. яркую реконструкцию событий в Wendy Slater, The Many Deaths of Nicholas II: Relics, Remains and the Romanovs (London: Routledge, 2007), 1–15.

2 О виновности Ленина см. Robert Service, The Last of the Tsars: Nicholas II and the Russian Revolution (London: Pegasus Books, 2017),  248–53.

3 Цитируется по Orlando Figes и Борису Колоницкому, Interpreting the Russian Revolution: The Language and Symbols of 1917 (New Haven: Yale University Press, 1999), 72.

4 Граф Владимир Николаевич Коковцов, Из моего прошлого: Воспоминания графа Коковцова , изд.HH Fisher и пер. Лаура Матвеев (Пало-Альто: издательство Стэнфордского университета, 1935), 522.

5 Дуглас Смит, Бывшие люди: последние дни русской аристократии (Лондон: Пикадор, 2013), 184.

6 Коковцов, 518-19.

7 См. Анастасия Эдель, «Остатки Романовых», New York Times , 10 июля 2017 г.

8 Служба, 5–10. См. также: С. А. Смит, Россия в революции: империя в кризисе, 1890–1928 (Оксфорд: Oxford University Press, 2017), 16–21.Более сочувственное толкование Николая как человека и правителя см. в Dominic Lieven, , Николай II: Император Всея Руси, (Лондон: John Murray Publishers Ltd, 1993).

9 Эндрю Монаган, «Новая холодная война? Злоупотребление историей, непонимание России», Исследовательский документ Chatham House, Королевский институт международных отношений, 2015 г.

10 Слейтер, 44.

11 «Ленин, Сталин и последний император Николай II в рейтинге самых популярных исторических деятелей России», RT, 26 июня 2018 г.

12 Владимир Путин, Выступление на заседании Международного дискуссионного клуба «Валдай», 19 октября 2017 г.

13 Путин, Открытие памятника Великому Князю Сергею Александровичу, 4 мая 2017 г.

14 См. Уильям Энтони Хэй, «Как Берк стал консерватором», Modern Age 60, вып. 2 (весна 2018 г.).

15 Путин, Открытие памятника Александру III, 18 ноября 2017 г.

16 Марк Д.Стейнберг и Владимир М. Хрусталев, Падение Романовых: политические мечты и личная борьба во время революции (Нью-Хейвен: издательство Йельского университета, 1995), 21.

17 Джесси Норман, Эдмунд Берк: Первый консерватор (Нью-Йорк: Basic Books, 2013), 138, 232. Николас также не обязательно выступал против изменений самих по себе, как его часто представляют. Не связанный торжественной присягой, которую Николай поклялся перед Богом при коронации, его сын Алексей, как он полагал, «отменит лишнее».«Я ему дорогу готовлю», — сказал царь члену двора («Служба», «Последний из царей», , 10).

18 Цуёси Хасэгава, Февральская революция: Петроград, 1917 (Сиэтл: University of Washington Press, 1981), 493–94.

19 Ливен, Николай II , 232.

20 Об общении Николая с министрами см. Коковцов, Из моего прошлого , с. 153. О том стандарте, которого придерживался Николай как «апостолоподобный царь», см. John Strickland, The Making of Holy Russia: The Православная церковь и русский национализм до революции (Jordanville: Holy Trinity Publications, 2013), 97–102.Я твердо убежден, что Николай мог представить себе возможность отделения церкви от государства не более, чем принципы чисто конституционной монархии. По вопросу о таком разделении как идеологически составляющем современного либерализма см.: Andrew Willard Jones, Before Church and State: A Study of Social Order in the Sacramental Kingdom of St Louis IX (Steubenville: Emmaus Academic, 2017), 2– 20.

21 Патрик Денин, Почему либерализм потерпел неудачу (Нью-Хейвен: издательство Йельского университета, 2018), 27–31, 174–78; также Джон Милбэнк и Адриан Пабст, Politics of Virtue: Post-Liberalism and the Human Future (London: Rowman and Littlefield International, 2016), 247–76.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.