Крестьянский вопрос во второй половине 19 века: Крестьянский вопрос в России во второй половине XVIII и первой половине XIX века

Содержание

Крестьянский вопрос в России и его решение правительством в XIX веке реферат 2010 по истории

Введение Середина – вторая половина XIX века явились для России временем радикальных изменений во многих сторонах жизни государства. Это был период наибольшей активности образованного общества, когда оно получило возможность дискутировать экономические, социальные и даже политические вопросы, выйти из прежних узких кружков или закрытых литературных салонов. Это была эпоха реформ сверху и естественных изменений внутри самого общества и власти. Поиск путей дальнейшего развития оказался очень сложным, противоречивым, со сменой приоритетов, с возвратами и постоянным переосмыслением произошедших преобразований и их результатов. Сейчас наше общество также стоит на пути поиска новых путей развития, поэтому тема настоящей работы является актуальной. Правительственное решение крестьянского вопроса в первой половине XIX века В первой половине XIX в. Россия еще оставалась аграрной страной. Основную массу населения составляли крестьяне, большинство которых принадлежало помещикам и находилось в крепостной зависимости. В решении крестьянского вопроса Россия значительно отставала от других европейских государств. Личная зависимость крестьян от помещиков и, следовательно, их незаинтересованность в результатах труда делали сельское хозяйство менее эффективным. Назревшая необходимость изменения существующего положения стала очевидной уже во второй половине XVIII в. В начале XIX в. правительство попыталось прикрыть наиболее порицаемые обществом формы крепостничества. Так, было запрещено печатать в газетах объявления о продаже крепостных, в 1803 г. издан указ о вольных хлебопашцах. При Николае I крестьянский вопрос обострился еще больше. Передовые общественные деятели требовали его немедленного решения. Крестьяне выражали свое недовольство волнениями (как отмечает Корнилов, за время царствования Николая I насчитывают не менее 556 крестьянских волнений, часто – целых сел и волостей1), большую часть которых пришлось усмирять не простыми полицейскими средствами, т. е. путем выезда полицейского начальства и порки крестьян, а путем вызова воинских команд, часто кровопролитием. Это показывает, что действительно спокойно на эту ситуацию смотреть нельзя было даже с точки зрения государственной безопасности. Поэтому крестьянский вопрос занимал далеко не последнее место в царствование Николая I. Для поиска средств к улучшению положения крестьян несколько раз созывались Секретные комитеты, членами которых 1 Корнилов А. А. Курс истории России XIX века/Корнилов А. А.; Вступ. ст. Левандовского А. А. – М.; 2004. – С. 310. есть вместе с тем и политический, и притом самый важный не только в отношении России, но и для всей Европы»1. И далее: «Я говорю это, дабы напомнить, что России нельзя останавливаться на полпути, что невозможно важнейшие вопросы народного существования предоставить их собственному развитию, но что правительство обязано первое принять в них обдуманное и деятельное участие, дабы события, опередив его, не завладели браздами и не вырвали от него уступок, которые повлекли бы его к падению»2. Мы видим, что опасность крестьянской («социальной») революции была столь велика, что о ней говорили не только в России, но и за ее пределами. Именно поэтому медлить с проведением реформы освобождения крестьян было нельзя. Впервые о необходимости отмены крепостного права Александр II официально заявил в краткой речи, произнесенной им 30 марта 1856 года перед представителями московского дворянства. В этой речи император, упомянув о нежелании дать свободу крестьянам сейчас, вынужден был заявить о необходимости в принципе приступить к подготовке реформы их освобождения, заметив, что отменить крепостное право лучше «сверху». Однако в течение всего 1856 года в указанном направлении практически ничего сделано не было, кроме того, что были предприняты попытки выяснить отношение дворянства к предстоящей реформе и добиться инициативы последних в намечаемом деле. В конце 1856 года император писал великой княгине Елене Павловне, которая заявила о своем намерении освободить крестьян в принадлежавшем ей имении Карловка Полтавской губернии: «Я выжидаю, чтобы благомыслящие владельцы населенных имений сами высказали, в какой степени полагают они возможным улучшить 1 Записка прусского экономиста Августа Гакстгаузена о необходимости отмены крепостного права в России, поданная в июне 1857 г. министру иностранных дел А. М. Горчакову.// Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи). – М., 1994. – С. 92. 2 Там же. – С. 92. участь своих крестьян»1. Стоит отметить, что подавляющее большинство российского дворянства было крепостнически настроенным и выступало против каких-либо серьезных реформ. Поддержку императору оказывала либеральная часть помещиков, хозяйство которых было сильнее втянуто в рыночные отношения. В 1855 – 1857 гг. эти люди выступили с различными проектами отмены крепостного права, предусматривавшими разные условия освобождения крестьян, что определялось в значительной мере различием интересов самих помещиков в зависимости от конкретных местных условий ведения помещичьего хозяйства. Несмотря на все различия, объединяло эти проекты стремление сохранить помещичье землевладение, власть помещиков, самодержавный политический порядок, но с учетом новых социально-экономических процессов. Главной же целью подобного рода проектов было предотвращение новой «пугачевщины» в стране: опасность крестьянского восстания рассматривалась как один из важных аргументов проведения реформы освобождения крестьян. Разработка практических основ крестьянской реформы была поручена сначала Министерству внутренних дел. Летом 1856 года А. И. Левшин2 представил «Записку» с изложением принципов этой реформы: за помещиком сохранялось право собственности на всю землю в имении, включая крестьянскую; при освобождении земля предоставлялась крестьянам, за что они должны были нести в пользу помещика регламентированные законом повинности в виде барщины или оброка. Иными словами, крестьяне по реформе должны были получить личную свободу и в пользование (а не в собственность) – землю. 3 января 1857 года по указанию Александра II был образован 1 Цит. по кн.: Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи). – М., 1994. – С. 9. 2 Товарищ министра С. С. Ланского. Секретный комитет1, которому поручалась разработка основного проекта отмены крепостного права. Однако сама идея отмены крепостного права встретила сильное сопротивление со стороны крепостников-помещиков, комитет же, выражая интересы последних, не торопился приступать к выработке необходимого документа. Членам Секретного комитета было невыгодно отказываться от своих привилегий и терять такую бесплатную рабочую силу, как крепостные крестьяне. Сам император вынужден был подходить к этому вопросу иначе. Он и его ближайшие соратники видели, что в стране назревает революционная ситуация, которая может привести к отмене крепостного права снизу на явно не выгодных для помещиков условиях. При этом он, как и ранее, стремился добиться от помещиков, чтобы те сами проявили инициативу в деле подготовки реформы. Первыми изъявили свое согласие помещики трех губерний – Виленской, Ковенской и Гродненской. 20 ноября 1857 года последовал рескрипт генерал-губернатору этих губерний В. И. Назимову об учреждении из числа местных помещиков трех губернских комитетов и одной общей комиссии для подготовки местных проектов крестьянской реформы. В основу рескрипта Назимову, а вскоре и последовавшего циркуляра министра внутренних дел были положены принципы, изложенные ранее в «Записке» А. И. Левшина и одобренные Александром II. Аналогичные рескрипты в течение 1858 года были даны и остальным губернаторам. 16 января 1858 года Секретный комитет был переименован в Главный комитет по крестьянскому делу. В его состав вошли 12 высших царских сановников под председательством Александра II. 4 марта 1859 года при комитете возникли две редакционные комиссии, на которые возлагалась обязанность собрать и систематизировать мнения губернских комитетов. Одна из комиссий должна была подготовить проект «Общего положения о крестьянах…», другая – «местные положения» об их поземельном устройстве 1 Председателем комитета являлся сам Александр II, в случае, если он отсутствовал, роль председателя выполнял князь А. Ф. Орлов, а позже – великий князь Константин Николаевич. завышенными, повинности – заниженными. Мнения эти были учтены при подготовке окончательного проекта реформы. Вместе с тем, при подготовке реформы нельзя было не учитывать мнения и самих крестьян, выражавших свое нетерпение затянувшимся решением крестьянского вопроса. Большое впечатление на правительство оказало так называемое «трезвенное движение»1 в 1859 году. На одном из заседаний Редакционных комиссий Ростовцев заявил: «Если у нас за бутылку полугара происходили бунты, то что же произойдет, если мы отрежем десятину?»2. 10 октября 1860 года Редакционные комиссии завершили свою работу, и проект «Положений» поступил в Главный комитет по крестьянскому делу, где обсуждался до 14 января 1861 года. Здесь проект подвергся новым изменениям в пользу помещиков (это выразилось в понижении норм крестьянских наделов для некоторых местностей и увеличении оброка в промышленных местностях). 28 января 1861 года проект поступил на рассмотрение Государственного совета. Открывая заседание Госсовета, император указал на необходимость скорейшего завершения реформы. Наконец, 19 февраля «Положения о крестьянах, выходящих из крепостной зависимости» были подписаны Александром II и получили силу закона. Одновременно император подписал Манифест об освобождении крестьян3, обнародование же подписанных документов происходило с 5 марта (в Москве и Петербурге) до 2 апреля (на местах). По Манифесту крестьяне получили личную свободу, которой добивались в течение долгого периода времени. При этом в Манифесте 1 Движение против винных откупов, в котором приняли участие сотни тысяч государственных, удельных и помещичьих крестьян. 3 Первоначальный проект Манифеста был составлен Ю. Ф. Самариным и Н. А. Милютиным, но по указанию императора был переделан московским митрополитом Филаретом для придания документу формы, призванной воздействовать на религиозные чувства крестьянства. 2 Цит. по кн.: Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи). – М., 1994. – С. 16. указывалось, что «дворянство добровольно отказалось от права на личность крепостных людей»1. Помещики потеряли право вмешиваться в личную жизнь крестьян, не могли переселять их в иные местности, тем более не могли продавать другим лицам с землей или без земли. За помещиком сохранялись права по надзору за поведением крестьян, вышедших из крепостной зависимости, «с правом суда и расправы, впредь до образования волостей и открытия волостных судов»2. Изменились также имущественные права крестьян, прежде всего их право на землю: «Земли, дома и вообще недвижимые имущества, приобретенные крестьянами в прежнее время на имя их помещиков, укрепляются за крестьянами или их наследниками окончательно»3, говорится в «Положении…», но только «по утверждении за ними сих имуществ самими помещиками или решением мирового учреждения, на основании особых правил, при сем приложенных»4. В течение двух лет сохранялись, по существу, прежние крепостнические порядки: до истечения этого срока крестьянам и дворянам предписывалось «пребывать в прежнем повиновении помещикам и беспрекословно исполнять прежние их обязанности»5. За это время должен был совершиться переход крестьян во временнообязанное состояние. Наделение землей производилось в соответствии с местными положениями, в которых для различных районов страны (черноземных, степных, нечерноземных) определялись высшие и низшие пределы 1 Манифест 19 февраля 1861 года об освобождении помещичьих крестьян из крепостной зависимости. // Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи). – М., 1994. – С. 212. 5 Манифест 19 февраля 1861 года об освобождении помещичьих крестьян из крепостной зависимости.// Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи). – М., 1994. – С. 214. 4 Там же. – С. 218. 3 Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости.// Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи). – М., 1994. – С. 218. 2 Там же. – С. 214. количества земли, предоставляемой крестьянам. Эти положения конкретизировались в уставных грамотах, в которых указывалось, какую землю получали крестьяне. Для урегулирования взаимоотношений между помещиками и крестьянами Сенатом по представлению губернаторов назначались мировые посредники из числа дворян-помещиков. Уставные грамоты составлялись помещиками или мировыми посредниками. После этого их содержание обязательно доводилось до сведения соответствующего крестьянского схода или сходов, если грамота касалась нескольких деревень. Затем могли вноситься поправки в соответствии с замечаниями и предложениями крестьян, а мировой посредник решал спорные вопросы. Грамота вступала в силу после того, как крестьяне были ознакомлены с ее текстом и когда мировой посредник признавал ее содержание соответствующим требованиям закона. Согласие крестьян на условия, предусмотренные грамотой, было не обязательно. Правда, помещику было выгоднее добиться такого согласия, ибо в этом случае при последующем выкупе земли крестьянами он получал так называемый дополнительный платеж. В целом по стране крестьяне получили земли меньше, чем до тех пор имели. Особенно значительными оказались отрезки в черноземных районах. Крестьяне были не только ущемлены в размерах земли; они, как правило, получали неудобные для обработки наделы, поскольку самая лучшая земля оставалась у помещиков. Временнообязанный крестьянин получал землю не в собственность, а только в пользование. За пользование он должен был расплачиваться повинностями – барщиной или оброком, которые мало отличались от прежних его крепостных повинностей. Следующим этапом освобождения крестьян был переход их в состояние собственников. Для этого крестьянин должен был выкупить усадебную и полевые земли. При этом цена выкупа значительно превышала Список использованных источников и литературы 1. Записка прусского экономиста Августа Гакстгаузена о необходимости отмены крепостного права в России, поданная в июне 1857 г. министру иностранных дел А. М. Горчакову.//Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи)/Сост., общ ред., вст. ст. и коммент. В. А. Федорова. – М.; Изд-во МГУ, 1994. – С. 92. 2. Из записки члена Главного комитета по крестьянскому делу, министра государственных имуществ М. Н. Муравьева «Замечания о порядке освобождения крестьян».//Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи)/Сост., общ ред., вст. ст. и коммент. В. А. Федорова. М.; Изд-во МГУ, 1994. – С. 165. 3. Манифест 19 февраля 1861 года об освобождении помещичьих крестьян из крепостной зависимости.//Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи)/Сост. , общ ред., вст. ст. и коммент. В. А. Федорова. М.; Изд-во МГУ, 1994. – С. 211 – 216. 4. Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости.//Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи)/Сост., общ ред., вст. ст. и коммент. В. А. Федорова. – М.; Изд-во МГУ, 1994. – С. 216 – 229. 5. Письмо председателя Редакционных комиссий Я. И. Ростовцева Александру II, представляющее обзор различных мнений, ходивших в то время в обществе, о способах освобождения крестьян. 23 октября 1859 г.// Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи)/Сост., общ ред., вст. ст. и коммент. В. А. Федорова. – М.; Изд-во МГУ, 1994. – С. 166 – 170. 6. Программа отмены крепостного права, принятая 4 декабря 1858 г. Главным комитетом по крестьянскому делу.//Конец крепостничества в России (документы, письма, мемуары, статьи)/Сост., общ ред., вст. ст. и коммент. В. А. Федорова. – М.; Изд-во МГУ, 1994. – С. 165 – 166. 7. Дементьев А. Г. Очерки по истории русской журналистики. 1840 – 1850 гг. – М. – Л.: Государственное издательство художественной литературы, 1951. 8. Зайончковский П. А. Отмена крепостного права в России [Текст] : научное издание / П. А. Зайончковский. — 3-е изд., перераб.и доп. — М. : Просвещение, 1968. — 368 с. : табл.;1л.карт. 9. Захарова Л. Г. Самодержавие и отмена крепостного права в России 1856 – 1861. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. – 256 с. 10. Корнилов А. А. Курс истории России XIX века/Корнилов А. А.; Вступ. ст. Левандовского А. А. – М.: ООО «Издательство Астрель»: ООО «Издательство АСТ», 2004. 11. Цимбаев Н. И. История России XIX века. – М.: Филол. о-во «Слово»; Изд-во ЭКСМО, 2004.

Крестьянский вопрос в России и его решение правительством в XIX веке (Реферат)

Введение

Середина – вторая половина XIX века явились для России временем радикальных изменений во многих сторонах жизни государства. Это был период наибольшей активности образованного общества, когда оно получило возможность дискутировать экономические, социальные и даже политические вопросы, выйти из прежних узких кружков или закрытых литературных салонов. Это была эпоха реформ сверху и естественных изменений внутри самого общества и власти. Поиск путей дальнейшего развития оказался очень сложным, противоречивым, со сменой приоритетов, с возвратами и постоянным переосмыслением произошедших преобразований и их результатов. Сейчас наше общество также стоит на пути поиска новых путей развития, поэтому тема настоящей работы является актуальной.

Правительственное решение крестьянского вопроса в первой половине XIX века

В первой половине XIX в. Россия еще оставалась аграрной страной. Основную массу населения составляли крестьяне, большинство которых принадлежало помещикам и находилось в крепостной зависимости. В решении крестьянского вопроса Россия значительно отставала от других европейских государств. Личная зависимость крестьян от помещиков и, следовательно, их незаинтересованность в результатах труда делали сельское хозяйство менее эффективным. Назревшая необходимость изменения существующего положения стала очевидной уже во второй половине XVIII в. В начале XIX в. правительство попыталось прикрыть наиболее порицаемые обществом формы крепостничества. Так, было запрещено печатать в газетах объявления о продаже крепостных, в 1803 г. издан указ о вольных хлебопашцах.

При Николае I крестьянский вопрос обострился еще больше. Передовые общественные деятели требовали его немедленного решения. Крестьяне выражали свое недовольство волнениями (как отмечает Корнилов, за время царствования Николая I насчитывают не менее 556 крестьянских волнений, часто – целых сел и волостей

1), большую часть которых пришлось усмирять не простыми полицейскими средствами, т. е. путем выезда полицейского начальства и порки крестьян, а путем вызова воинских команд, часто кровопролитием. Это показывает, что действительно спокойно на эту ситуацию смотреть нельзя было даже с точки зрения государственной безопасности. Поэтому крестьянский вопрос занимал далеко не последнее место в царствование Николая I. Для поиска средств к улучшению положения крестьян несколько раз созывались Секретные комитеты, членами которых были высшие государственные чиновники по выбору императора, связанные подпиской о неразглашении сведений о своих занятиях.
Император ставил перед Секретными комитетами вопросы, связанные как с выработкой общих принципов переустройства деревни, так и с созданием частных законодательных актов. Комитеты возникали по усмотрению императора, и деятельность большинства из них была бесплодной.

Следует обратить внимание на отношение самого Николая I к данной проблеме. Крестьянский вопрос император понимал, прежде всего, как вопрос об отмене крепостного права, об освобождении крестьян. При этом опыт показывал, что освобождение крестьян не сопровождаемое наделением их землей в значительной мере ухудшает их экономическое положение. Крестьян можно было освободить только в том случае, если они будут наделяться частью земель, принадлежащих помещику. Однако Николай I был убежден в том, что земля является частной собственностью дворян по закону, а нарушить закон император не мог, т. к. считал это несовместимым с достоинством монарха.

В итоге главным инструментом смягчения социальной напряженности при Николае I стала мелочная регламентация отношений между помещиками и крепостными крестьянами.

При нем было издано больше указов для защиты крестьян от помещиков, чем при его предшественниках: всего 108 с 1826 по 1855 гг. Таким образом, на протяжении его царствования выстраивалась система законодательных запретов, призванная показать правительственную заботу о крестьянах и ограничить помещичий произвол. Например, было запрещено отдавать крепостных на заводы, ограничено право помещиков ссылать крестьян в Сибирь. В 1841 г. был принят закон, запретивший продавать крестьян поодиночке и без земли. В 1843 г. безземельных дворян лишили права покупать крестьян. В 1842 г. был издан указ «Об обязанных крестьянах», продолживший линию, намеченную указом 1803 г.1, но при этом новый указ сохранил рекомендательный характер. Он разрешал помещикам отпускать крестьян на свободу с предоставлением им земельного надела, но не в собственность, а в пользование. За данный надел крестьяне обязаны были выполнять прежние повинности, т. е. работать на барщине или платить оброк. Правительство также пыталось вмешаться во взаимоотношения помещиков и крестьян.
В западных губерниях вводились инвентари, регламентировавшие размеры крестьянских наделов и повинностей, способы возможного наказания крестьян.

В целом же политика правительства в области крестьянского вопроса при Николае I значимых результатов не принесла.

Крестьянская реформа 1861 года

Указы и законы о крестьянах, изданные в первой половине XIX века, были необязательны для помещиков и находили крайне ограниченное применение. Для того чтобы правительство вплотную приступило к отмене крепостного права, необходимо было такое крупное потрясение как Крымская война 1853 – 1856 гг.

Крымская война способствовала углублению существующего кризиса, придав ему всеобъемлющий характер, показала, что именно крепостное право является главной причиной экономической и военно-технической отсталости страны. Перед Александром II, вступившим на престол в 1855 году, встали острые экономические и политические задачи: разрешить острые социальные проблемы, выйти из тяжелого экономического кризиса и сохранить положение России как одной из ведущих держав мира. О том, что крепостное право в России необходимо искоренить, заявляли и иностранцы. Так, в июне 1857 года прусский экономист Август Гакстгаузен подал министру иностранных дел России А. М. Горчакову записку, в которой писал: «Вопрос освобождения крестьян, будучи специальным вопросом для России, есть вместе с тем и политический, и притом самый важный не только в отношении России, но и для всей Европы»

1. И далее: «Я говорю это, дабы напомнить, что России нельзя останавливаться на полпути, что невозможно важнейшие вопросы народного существования предоставить их собственному развитию, но что правительство обязано первое принять в них обдуманное и деятельное участие, дабы события, опередив его, не завладели браздами и не вырвали от него уступок, которые повлекли бы его к падению»1. Мы видим, что опасность крестьянской («социальной») революции была столь велика, что о ней говорили не только в России, но и за ее пределами. Именно поэтому медлить с проведением реформы освобождения крестьян было нельзя.

Впервые о необходимости отмены крепостного права Александр II официально заявил в краткой речи, произнесенной им 30 марта 1856 года перед представителями московского дворянства. В этой речи император, упомянув о нежелании дать свободу крестьянам сейчас, вынужден был заявить о необходимости в принципе приступить к подготовке реформы их освобождения, заметив, что отменить крепостное право лучше «сверху».

Однако в течение всего 1856 года в указанном направлении практически ничего сделано не было, кроме того, что были предприняты попытки выяснить отношение дворянства к предстоящей реформе и добиться инициативы последних в намечаемом деле. В конце 1856 года император писал великой княгине Елене Павловне, которая заявила о своем намерении освободить крестьян в принадлежавшем ей имении Карловка Полтавской губернии: «Я выжидаю, чтобы благомыслящие владельцы населенных имений сами высказали, в какой степени полагают они возможным улучшить участь своих крестьян»2.

Стоит отметить, что подавляющее большинство российского дворянства было крепостнически настроенным и выступало против каких-либо серьезных реформ. Поддержку императору оказывала либеральная часть помещиков, хозяйство которых было сильнее втянуто в рыночные отношения. В 1855 – 1857 гг. эти люди выступили с различными проектами отмены крепостного права, предусматривавшими разные условия освобождения крестьян, что определялось в значительной мере различием интересов самих помещиков в зависимости от конкретных местных условий ведения помещичьего хозяйства. Несмотря на все различия, объединяло эти проекты стремление сохранить помещичье землевладение, власть помещиков, самодержавный политический порядок, но с учетом новых социально-экономических процессов. Главной же целью подобного рода проектов было предотвращение новой «пугачевщины» в стране: опасность крестьянского восстания рассматривалась как один из важных аргументов проведения реформы освобождения крестьян.

Разработка практических основ крестьянской реформы была поручена сначала Министерству внутренних дел. Летом 1856 года А. И. Левшин1 представил «Записку» с изложением принципов этой реформы: за помещиком сохранялось право собственности на всю землю в имении, включая крестьянскую; при освобождении земля предоставлялась крестьянам, за что они должны были нести в пользу помещика регламентированные законом повинности в виде барщины или оброка. Иными словами, крестьяне по реформе должны были получить личную свободу и в пользование (а не в собственность) – землю.

3 января 1857 года по указанию Александра II был образован Секретный комитет2, которому поручалась разработка основного проекта отмены крепостного права. Однако сама идея отмены крепостного права встретила сильное сопротивление со стороны крепостников-помещиков, комитет же, выражая интересы последних, не торопился приступать к выработке необходимого документа. Членам Секретного комитета было невыгодно отказываться от своих привилегий и терять такую бесплатную рабочую силу, как крепостные крестьяне.

Сам император вынужден был подходить к этому вопросу иначе. Он и его ближайшие соратники видели, что в стране назревает революционная ситуация, которая может привести к отмене крепостного права снизу на явно не выгодных для помещиков условиях. При этом он, как и ранее, стремился добиться от помещиков, чтобы те сами проявили инициативу в деле подготовки реформы. Первыми изъявили свое согласие помещики трех губерний – Виленской, Ковенской и Гродненской. 20 ноября 1857 года последовал рескрипт генерал-губернатору этих губерний В. И. Назимову об учреждении из числа местных помещиков трех губернских комитетов и одной общей комиссии для подготовки местных проектов крестьянской реформы. В основу рескрипта Назимову, а вскоре и последовавшего циркуляра министра внутренних дел были положены принципы, изложенные ранее в «Записке» А. И. Левшина и одобренные Александром II. Аналогичные рескрипты в течение 1858 года были даны и остальным губернаторам.

16 января 1858 года Секретный комитет был переименован в Главный комитет по крестьянскому делу. В его состав вошли 12 высших царских сановников под председательством Александра II. 4 марта 1859 года при комитете возникли две редакционные комиссии, на которые возлагалась обязанность собрать и систематизировать мнения губернских комитетов. Одна из комиссий должна была подготовить проект «Общего положения о крестьянах…», другая – «местные положения» об их поземельном устройстве применительно к крупным регионам с учетом их особенностей. Фактически же обе комиссии в своей деятельности слились в одну, сохранив множественное наименование – Редакционные комиссии.

Данный орган, формально числясь при Главном комитете, фактически пользовался самостоятельностью, поскольку подчинялся непосредственно императору. Редакционные комиссии подразделялись на финансовый, юридический и хозяйственный отделы. Председателем комиссий был назначен Я. И. Ростовцев1, а после его смерти в 1860 году – министр юстиции В. Н. Панин2.

«Века бесправия.

Крепостное право в русской истории и литературе» 11.04.2016

В гуманитарно-образовательном центре библиотеке №37 им.В.А.Добрякова прошёл час истории, посвящённый событию, значение которого трудно переоценить в истории нашей страны. 

Библиотечными гостями были учащиеся 8-х классов СОШ № 73 и слушатели, которые видели анонс, и решили не упустить возможность повысить уровень своих знаний, задать интересующие их вопросы. Ведь час истории проводил доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой истории России исторического факультета ВГУ Карпачёв Михаил Дмитриевич. А послушать было что. Об особенностях формирования явления в нашей истории, имя которому крепостничество, ярко, эмоционально, невероятно интересно и доступно поведал наш гость. И ещё он рассказал о том, как это происходило в Воронежской губернии. Например, слушатели узнали о том, что 10 марта 1861 года во всех церквях и храмах города и по всей губернии был обнародован царский указ, отменяющий крепостное право, которое складывалось в силу различных причин не один век. Сложное это событие. Его ждали, его желали, его боялись… Но когда это, наконец, произошло, реакция у людей была неоднозначной…

Крестьянский вопрос имел громадное значение для развития русской общественной мысли и русской литературы XIX века. А русская литература оказала громадное влияние на духовные и нравственное развитие русского общества. В своих произведениях русские писатели показали образы крестьян, как личностей глубоких, объединенных большим умом, наделенных патриотизмом, и любовью к своей родине. Со многими книгами ребята уже знакомы, а со многими только предстоит познакомиться. Главное, чтобы им было интересно. А им было интересно. По другому не могло и быть. Ведь час истории проводил не просто человек, владеющий обширными знаниями, но и секретом великого рассказчика!

Жизнь крестьян во все времена нельзя было назвать легкой, а во времена крепостного права и подавно. Нам трудно сейчас это представить. Но у нас была возможность посмотреть уникальные фотографии, сделаны в 60-70-х годах позапрошлого века, как раз после аграрной реформы 1861 года. Да, тех самых крестьян, которые ещё помнят барский кнут… Мы смогли видеть их лица, заглянуть в их глаза, хотя бы немного представить их быт, их жизнь… 

Сейчас перед ребятами стоит выбор – какой экзамен сдавать в следующем году. Не будет большой неожиданностью, если многие из них, после библиотечной встречи выберут именно историю.


3. Правительственное решение крестьянского вопроса в XIX веке. Главные вопросы общественно-политической жизни России в XIX веке и попытки их решения

Похожие главы из других работ:

Аграрная политика Столыпина

7. 2. Деятельность Крестьянского банка.

В 1906-1907 гг. указами царя некоторая часть государственных и удельных земель была передана Крестьянскому банку для продажи крестьянам с целью ослабления земельной тесноты. Противники столыпинской земельной реформы говорили…

Боярская дума в России: формирование и этапы эволюции

2.2 Боярская дума как высшее правительственное учреждение

Деятельность приказов объединялась высшим правительственным учреждением, руководившим отдельными ведомствами, — государевой боярской думой. В удельное время эта дума составлялась из тех или других, вообще немногих бояр…

Внутренняя политика Николая II с конца ХIХ века до начала ХХ века

2.1 Проекты решения крестьянского вопроса

В январе 1902 г. государь принял важное принципиальное решение, чтобы сдвинуть с мертвой точки аграрный вопрос. 23 января было утверждено положение об Особом совещании о нуждах сельскохозяйственной промышленности…

Исторические подходы к регулированию экономики в России в период с 1896 г. до 1941 г.

1.1.4 Решение аграрного вопроса в первые пятилетки Советской власти. Коллективизация

Споры между политическими группировками о путях решения земельного вопроса не прекращались и в канун октябрьского переворота 1917 г. Одним из первых законов Советской власти был «Декрет о земле», в основу которого был положен крестьянский наказ…

История русского дворянства

Глава 3. ЖГД и решение дворянского вопроса

. ..

Крестьянская реформа 1861 г. Отмена Крепостного права в России

Глава I. Решение земельного вопроса на Смоленщине по условиям Крестьянской реформы 1861 года

Крестьянский вопрос в начале XIX века

2. Проблема рассмотрения крестьянского вопроса в России в начале 19 века в российской историографии

Остановимся историографии проблемы, прежде всего, отечественной. При анализе дореволюционной историографии обратимся, прежде всего, к исследованию А.П.Заблоцкого-Десятовского, посвящённому жизни и деятельности П.Д.Киселёва…

Крестьянский вопрос в России в период правления Екатерины Великой.

o восстание Емельяна Пугачева как попытка разрешения крестьянского вопроса в России.

Структура работы соответствуют ее цели и задачам. Крестьянский вопрос и этапы закрепления крепостного права. Вопрос о крепостном праве в исторической науке обсуждается уже несколькими поколениями историков…

Крестьянский вопрос в России в период правления Екатерины Великой.

Восстание Емельяна Пугачева как попытка разрешения крестьянского вопроса в России.

Непрерывное усиление крепостной зависимости и рост и повинностей на протяжении первой половины XVIII века вызывали ожесточенное сопротивление крестьян. Главной его формой было бегство. Беглые уходили в казачьи области, на Урал, в Сибирь…

П.А. Столыпин — русский реформатор и политик

3.2 Деятельность Крестьянского банка

В 1906-1907 гг. указами царя некоторая часть государственных и удельных земель была передана Крестьянскому банку для продажи крестьянам с целью ослабления земельной тесноты. Противники столыпинской земельной реформы говорили…

Последствия падения римской власти в Британии

Глава 1. Римская Британия в IV веке — последнем веке римского владычества

После поражения и гибели мятежных императоров Караузия и Аллекта Британия в 296 году вернулась в состав Римской Империи…

Революция сверху — отмена крепостного права в России

Пути решения крестьянского вопроса.

Реформы государственного управления при Александре I

2.5 Попытки решения крестьянского вопроса

При вступлении на престол Александр I торжественно заявил, что отныне прекращается раздача казённых крестьян. 12 декабря 1801 года — указ о праве покупки земли купцами, мещанами…

Этнос и религия в Казахстане: история и судьбы

1.1 Решение национального вопроса в период российско-советского правления

Под национальным вопросом, как известно, понимается совокупность политических, экономических, правовых, идеологических и других проблем, проявляющихся в процессе внутри- и межгосударственного общения между нациями…

Якобинская диктатура (внутриполитический аспект)

1.3 Решение земельного вопроса

Якобинцы спешили с принятием и опубликованием конституции, так как рассчитывали сплотить вокруг неё большинство народа, примирить на её основе сражавшиеся между собой департаменты. В итоге она была встречена большинством с полным одобрением…

Российский опыт JSTOR

Абстрактный

Что такое класс? Составляют ли крестьяне единый класс? Что такое крестьянский вопрос с революционной точки зрения марксистов? Эти вопросы поднимаются в данной статье, основанной прежде всего на трудах Маркса, Энгельса и Ленина. Эмпирическая часть, в основном касающаяся российской аграрной сцены с 1890-х по 1930-е годы, исследует, представляли ли крестьяне сплоченную социальную силу, свободную от внутренних противоречий.Есть также краткое обсуждение постсоветской ситуации.

Информация о журнале

«Экономический и политический еженедельник», издаваемый в Мумбаи, является индийским учреждением, пользующимся мировой репутацией за выдающиеся достижения в области независимых исследований и критических исследований. Впервые опубликованный в 1949 г. как «Экономический еженедельник», а с 1966 г. как «Экономический и политический еженедельник», EPW, как этот журнал широко известен, занимает особое место в интеллектуальной истории независимой Индии.На протяжении более пяти десятилетий EPW остается уникальным форумом, который неделю за неделей собирает ученых, исследователей, политиков, независимых мыслителей, членов неправительственных организаций и политических активистов для дебатов, охватывающих экономику, политику, социологию, культуру, окружающую среду. и многие другие дисциплины.

Информация об издателе

Впервые опубликованный в 1949 г. как Economic Weekly, а с 1966 г. как Economic and Political Weekly, EPW, как широко известен журнал, занимает особое место в интеллектуальной истории независимой Индии.На протяжении более пяти десятилетий EPW остается уникальным форумом, который неделю за неделей собирает ученых, исследователей, политиков, независимых мыслителей, членов неправительственных организаций и политических активистов для дебатов, охватывающих экономику, политику, социологию, культуру, окружающую среду. и многие другие дисциплины.

Фермеры и китайская революция | Азия для преподавателей

В то время как договорные порты вдоль побережья Китая ощущали прямое воздействие иностранных требований в течение девятнадцатого и начала двадцатого веков, большинство людей в Китае были и остаются сельскими жителями, проживающих в городах и селах.Хотя большинство фермеров в Китае владели некоторыми землю и часто имели источники дохода помимо сельскохозяйственных работ, такие как ремесла, жизнь вообще была суровой. Фермерские участки были очень маленькими, в среднем меньше более двух акров на семью, а крестьяне имели мало доступа к новым технологиям, капитал, или дешевый транспорт. Мы читали о девятнадцатом века внутренние кризисы, имевшие страшные последствия для страны народные — войны и восстания, засухи и наводнения.Из позднего Цин время от времени с отдельных деревень взимались новые налоги и сборы. жители и / или деревня как единица для оплаты государственного управления, государственные службы, такие как полиция и образование, а главное, военные расходы. Более коварными были менее заметные последствия нового международного экономики, в которую неумолимо был втянут Китай. Чай, шелк, сахар, и табак были продуктами с растущей конкуренцией в этот период, и, таким образом, международные рыночные силы начали воздействовать на сельских жителей в Китайский интерьер.

Существует много споров о том, были ли китайские фермеры «обнищавшими» в этот период, то есть если они оказались в худших условиях, чем в предыдущий раз. Но, как показывает первое чтение о разведении шелковичных червей, без большие технологические затраты, просто усерднее работать не всегда было достаточно чтобы избежать лишений. Решение проблем фермеров было серьезным вызовом для китайских лидеров. Рассказ Мао Дуня (Шен Яньбин, 1896-1981) , под названием «Весна Шелкопряды», также демонстрирует большую осведомленность, на частью новой породы политически ангажированных и социально сознательных городских писателей 1920-х и 1930-х годов, о бедственном положении людей в сельская местность.

Традиционное марксистское мышление низводило крестьян до класса, который Маркс считал, что представляет «варварство внутри цивилизации» — люди которые не могли развить революционное сознание и хотели только земля и хлеб (еда). Во время русской революции Ленин переработал Маркса. точку зрения, отводя крестьянам более вспомогательную революционную роль, хотя он все еще считал, что именно городской рабочий класс инициировал революция.В 1920-х годах китайские левые начали менять свою точку зрения. революционного потенциала сельского населения. Некоторые, как Организатор Гоминьдана в Южном Китае Пэн Пай добился больших успехов в 1921-23 гг. , убеждая недовольных фермеров создавать крестьянские ассоциации. и бросить вызов репрессивным помещикам. Аналогичным образом, собственная работа Мао Цзэдуна в сельские районы в 1925 и 1926 годах заставили его иначе взглянуть на фермеров. Когда силы националистов после 1927 года загнали его и других коммунистов в сельских укрытий от своих городских баз, они активизировали свою работу среди сельского населения.Таким образом, их вера в сельскую революцию стала отличительной чертой китайского коммунистического мышления.

ЭЛИЗА РЕКЛЮ ВКЛАД В ДЕБАТЫ ПО АГРАРНОМУ ВОПРОСУ

Французский анархист Жак Элизе Реклю (1830–1905) считается одним из самых важных географов девятнадцатого века и создал обширный корпус по темам, связанным с географией, социологией и основами анархистской мысли. Однако, хотя он был современником таких великих академических географов, как Александр фон Гумбольдт (1769–1859), Карл Риттер (1779–1859), Фридрих Ратцель (1844–1904) и Поль Видаль де ла Блаш (1845–1918), его мышление развивалось за пределами университетов и исследовательских институтов, в политических дебатах и ​​воинственности против институтов истеблишмента (Церковь и Капитал). Кроме того, его два долгих периода изгнания, а также его путешествия для сбора данных для своего великого произведения, провели его через американский, европейский, азиатский и африканский континенты, приведя его в контакт с новыми реальностями и дав ему понимание, выходящее за рамки прежнего. Французский контекст. В результате в знаниях, которые он производил, отсутствовали основополагающие академические интересы того времени, а именно уважение границ между областями знаний и их конкретными объектами исследования. Таким образом, его видение географии было сформировано анализом явлений в различных регионах Земли, охватывая их динамику и совокупность и, таким образом, отрицая академические дихотомии европейской географической мысли в конце девятнадцатого века, такие как физическая география против географии человека, и окружающая среда против общества.

Его аналитический метод также заметно отличался от методов его современников. Основываясь на анархистских положениях, таких как защита свободы, содействие гражданскому самосознанию и коллективизму, борьба с формами власти, иерархии и собственности, Реклю анализировал явления диалектического движения, основанного на эволюционно-революционной последовательности. Они происходят в своеобразной цивилизаторской спирали, состоящей из последовательных периодов изменения общественных отношений (эволюции), способствующих сомнению существующего положения вещей, и периодов разрыва с устоями существующей социальной организации (революции), ведущих к основанию новых социальных отношений. базы.Анализ, вытекающий из этого отношения, происходит через три переменные, которые он называет законами, составляющими аналитическую триаду: «классовая борьба», «поиск равновесия» и «суверенное решение индивида» (RECLUS, 1905, стр. III). -IV).

Теоретико-методологический анализ Реклю был направлен на понимание политических, социальных и территориальных последствий капиталистической экспансии во второй половине XIX века, и при таком сценарии аграрный вопрос был одной из наиболее актуальных тем.Упадок общинно-крестьянских земель, неустойчивость трудовых отношений в деревне в связи с расширением частного землевладения, концентрация землевладения были основными элементами, пробудившими его интерес к пониманию проблемы. Он воспринимал аграрный вопрос как существенный элемент, поддерживающий капиталистическую логику, следовательно, как то, с чем революционеры должны бороться, чтобы создать более справедливое общество.

Наши исследования и работа Заара (2015) указывают на некоторые повторяющиеся темы, связанные с аграрным вопросом в работах Реклю, такие как кризис общинного земельного режима, социальная значимость крестьянской собственности, присвоение и использование земли в бывших европейских колониях, и роль крестьян в революции.Из этих тем наша методология исследования анализирует наиболее актуальные работы по этим темам. Важно отметить, что, хотя произведение автора обширно, мы отдаем предпочтение текстам с большим политическим и методологическим уклоном. Таким образом, из трех его великих географических работ, «La Terre» («Земля»), «Nouvelle Géographie Universelle» («Новая универсальная география») и «L’Homme et la Terre» («Земля и ее обитатели»), только последняя была проанализирована более глубоко. Несмотря на их важность и плотность, на момент написания первых двух автор не намеревался явно политизировать их содержание (FERRETTI, 2014 и 2018).Также перед публикацией они подвергались «критическому прочтению», в ходе которого вносились изменения и/или удалялся контент. «Человек и земля», наиболее значительная с методологической точки зрения работа, анализирует, среди прочих тем, значение частной собственности как основы капиталистического способа производства. Поэтому она необходима при изучении аграрного вопроса. В анализ были включены и другие тексты, письма и брошюры/манифесты, написанные автором.

Для облегчения понимания читателями анализ, представленный в этой статье, разделен на три части.Первый обеспечивает контекст, обращаясь к центральной роли аграрного вопроса в социальных и экономических дебатах девятнадцатого века, которые почти полностью были сосредоточены на столкновении между либералами и социалистами. Во второй части исследуются анархистские наблюдения Реклю о частной собственности на землю, понимаемой им как основа концентрации богатства и власти и исторически узаконенная государством и церковью. Наконец, третий раздел посвящен исключительно пониманию крестьянского вопроса с точки зрения Реклю.

ЛИБЕРАЛЫ И СОЦИАЛИСТЫ: ДИСКУССИЯ ПО АГРАРНОМУ ПРОБЛЕМУ В ДЕВЯТНАДЦАТОМ ВЕКЕ

Укрепление промышленного капитализма и вызванные им глубокие экономические, политические и социальные преобразования в восемнадцатом и девятнадцатом веках были предметом бесчисленных дискуссий, исследований и размышлений, главным из которых был спор между либералами и социалистами.

После Славной революции 1688 года в Англии, возникшей в результате столкновения между католическим королем Яковом II и протестантской буржуазией, либеральная мысль приобрела также политико-экономическое измерение.Этот принцип основан на таких предпосылках, как защита свободы личности и ее равенства перед законом, свободная коммерческая инициатива, ограничение государственной власти и защита частной собственности (ECCLESAHLL, 2011). Поэтому либеральная доктрина укоренена в философском течении индивидуализма и стремилась закрепить новую модель социальной организации, окончательно порвавшую с феодальными пережитками, укорененную в тоталитарной власти монарха, не делавшую различия между государством и религией.

Организуя общество на основе этих предпосылок, либеральная мысль вполне укладывалась в новую экономическую реальность, обусловленную развитием европейского промышленного капитализма, хотя на деле социальное неравенство расширилось. Однако для либералов успех в бизнесе и расширение частной собственности будут создавать рабочие места и налоговые поступления, принося пользу всему обществу (MARQUES NETO, 2009). Из этого положения неравенство между людьми понимается как естественное в обществе. Экономические и социальные различия между людьми связаны с личными неудачами или успехами, то есть либералы защищают идеологию процветания через работу.Рабочие должны были сотрудничать с боссами, чтобы, кто знает, однажды стать одним из них.

Основываясь на либеральных предположениях, возникла новая интерпретация гражданства, в которой люди являются самоцелью, а не подданными, жизнь которых решается непостоянными правителями, действующими в своих интересах. Прежде всего, эти дебаты поддерживали бескомпромиссную защиту неотъемлемого права на частную собственность, консолидируя основополагающие положения либерализма как модели социальной организации (NABARRO, 2014). Следовательно, сохранение благ стало краеугольным камнем, гарантирующим свободу личности, а также экономическую стабильность и развитие общества.

Однако концентрация богатства и растущее неравенство поддерживали другие интерпретации социально-экономической динамики капитализма и его последствий, среди которых наиболее заметным был социализм.

Основываясь на предположении философа эпохи Просвещения Жан-Жака Руссо (1712–1778) о том, что общество должно быть гармоничным сообществом, состоящим из равных индивидуумов (РУССО, 1962), социализм утверждает, что неравенство не является естественным и не может быть натурализовано, поскольку оно являются продуктом несправедливых социальных отношений.Таким образом, недопустимо считать бедность результатом личной несостоятельности или праздности. Он возникает в результате неравномерного развития индивидов, происходящего при капиталистическом способе производства посредством концентрации частной собственности на землю и средства производства, а также обусловленной его динамикой эксплуатации и нестабильности трудовых отношений.

Наиболее известным вкладом в тему частной собственности был вклад Карла Маркса, на которого повлияли труды Прудона (1841 г.) и Гегеля (2003 г.).Хотя эти два мыслителя глубоко расходились во взглядах на государство, они оба были крайне критически настроены по отношению к господствовавшему в первой половине XIX века общественному устройству. Прудон защищал конец государственной и частной собственности, которую он считал воровством. Для Гегеля развитие государства было бы более справедливым и адекватным, если бы оно основывалось на семейной аграрной собственности.

Маркс считал, что либеральная политико-правовая организация сделала частную собственность сущностью общества отчуждения, в котором законодатели полностью игнорировали традиционные обычаи, особенно сельского населения (MARX, 1975).Также он указывает на полную несостоятельность правовых положений о «краже» древесины, теоретически практиковавшейся крестьянами в поместьях крупных помещиков, связанных с городской промышленностью. Маркс указывает, что, не различая добычу древесины (рубка деревьев) и сбор древесины с земли (традиционная крестьянская практика), закон рассматривает любое действие как кражу. Таким образом, законодатель фактически создает правовой аппарат, защищающий частную собственность и осуждающий традиционные крестьянские обычаи, особенно коллективные.(МАРКС, 1975; ВИЭРА, 2019)

Реальность, навязанная либеральной социальной, политической и правовой организацией, привела к изгнанию больших контингентов крестьян, присоединившихся к пролетариату в городах, во время жестокой концентрации частной собственности на землю в Европе в восемнадцатом и девятнадцатом веках (HOBSBWAM, 1983). ). Было проведено несколько социалистических исследований, чтобы понять генезис и последствия этих глубоких преобразований. Однако, хотя они рассматривали аграрный вопрос как часть происхождения городских проблем, большинство этих исследований, в том числе и Маркса, были глубоко сосредоточены на урбанистическом вопросе, в том числе на концентрации средств производства и возросшей неустойчивости экономики. промышленная работа.

Однако события, развернувшиеся в результате тяжелого экономического кризиса 1870-х гг., начавшегося в 1873 г. роспуском Венской фондовой биржи, вызвали серьезные потрясения в сельскохозяйственной деятельности, а затем и в промышленности, побудив социалистов поставить анализ аграрный вопрос в центре их мышления.

Поскольку в период с 1880 по 1890 год последствия кризиса охватили практически всю Европу, интеллектуальные последователи Маркса должны были изучить аграрный вопрос и представить социалистическую альтернативу катастрофе.

Для рассмотрения социалистического предложения был организован ряд совещаний в Марселе (1892 г.), Нанте (1894 г.), Цюрихе (1893 г.), Брюсселе (1893 г.), Франкфурте (1894 г.), Братиславе (1895 г.). На этих собраниях социалисты признали, что сельскохозяйственные угодья так же важны для расширенного воспроизводства капитала, как и промышленная деятельность. Они решили составить предложение, в основе которого лежало бы понимание положения крестьянства перед лицом развития капитализма в деревне. Однако после братиславского совещания выяснилось, что социалистическое предложение лишено более глубокого и последовательного теоретического анализа (Каутский, 1986).Также требовалось лучшее понимание специфики процесса проникновения капиталистических отношений в Европу, учитывая разницу между реальностью востока, такого как Россия, и западных стран, как в случае вновь объединенной Германии. Перед лицом этих двух специфических ситуаций в 1899 году были опубликованы две важные работы: «Аграрный вопрос» Карла Каутского и «Развитие капитализма в России» Владимира Ленина.

Для Каутского (1986) продвижение капитализма в деревню есть необратимый процесс, особенно после проникновения логики расширения производства и частной собственности посредством использования современных технологий, включенных в промышленную логику.В этом контексте мелкое крестьянское продовольственное производство уступает место современному капиталистическому сельскому хозяйству, основанному на частной собственности на землю и заработной плате. По его словам: «земледельческое благополучие и устойчивость крестьянских укладов хозяйства — два понятия, исключаемые в развитом капиталистическом способе производства» (Каутский, 1986, с. 63). Он признает, что могут возникнуть новые отношения, которые замедлит процесс исчезновения крестьян и мелкой собственности, тем не менее вымирание крестьян и территориальная экспансия крупной капиталистической собственности являются неизбежными явлениями в силу закрепления капиталистической логики.Каутский признавал, что это не будет линейным процессом, т. е. будет извилистым из-за множества вовлеченных факторов. Сосуществование крупной капиталистической собственности с мелкой крестьянской собственностью могло быть оправдано только комплементарностью, именно в условиях проникновения капиталистических производственных отношений в аграрное пространство мелкие крестьянские собственности не конкурировали бы с крупными капиталистическими, а находились бы в подчиненном положении.

Начиная с российской действительности второй половины девятнадцатого века, Ленин (1985) вносит еще один важный вклад в теоретические дебаты по аграрному вопросу. Верный классическому марксизму, путеводной нитью его анализа служили два основных вопроса: понимание процесса капиталистического развития в России и судьбы крестьян в этом обществе. Важно отметить, что при изучении этих двух вопросов Ленин стремился создать теоретико-идеологическую базу для русской революции, которая произошла спустя годы. Для него развитие капитализма в российских условиях и формирование рынков, в том числе земельных, означало бы распад мелких владений, а вместе с ними и крестьян.Этот процесс будет происходить двояко: с одной стороны, часть крестьян разбогатеет, став частью сельской буржуазии, тогда как средние и бедные крестьяне будут выселены и превращены в сельских или городских рабочих. Поэтому для Ленина чем более развит капиталистический способ производства, тем проблематичнее будет аграрный вопрос, потому что неизбежно будет возникновение крупных владений, близких к промышленной логике, и разложение крестьянства.

Верные марксистским посылкам, и Каутский, и Ленин продемонстрировали центральное значение дискуссии по аграрному вопросу для понимания социальных и экономических преобразований, вызванных динамикой капитализма в Европе. Кроме того, они поставили вопросы частной собственности и крестьян в качестве главных героев дебатов.

Таким образом, в то время как для марксистских социалистов вопрос о частной собственности на землю является центральным в дебатах по аграрным вопросам, для либералов концентрация земли, ненадежность труда и конец крестьян, их отношений и традиций являются частью нормальный процесс развития рыночной экономики. Однако параллельно этим дебатам развивались и другие линии интерпретации, в том числе анархистский подход, сторонником которого была Элизе Реклю.Каково значение аграрного вопроса для географа-анархиста? Какова роль крестьянского класса в развитии капитализма с анархистской точки зрения?

ЭЛИЗА РЕКЛЮ: АНАРХИСТСКИЕ ДИСКУССИИ О ЗЕМЛЕ

До 1850 года внимание юного Реклю было сосредоточено на осмыслении основ анархизма и атеизма. Анархистская перспектива свободы была в центре его исследований, и, естественно, это была тема, затронутая в его первом политическом тексте «Развитие свободы в мире». Однако в начале своего первого изгнания, между 1851 и 1852 годами, он работал управляющим фермой в Ирландии и понял, что земля имеет основополагающее значение для гарантии свободы граждан (FERRETTI, 2014 и 2016). Процесс выселения ирландских крестьян крупными английскими землевладельцами, происходивший на фоне тяжелого экономического кризиса в Ирландии, пробудил у Реклю понимание того, насколько центральным является аграрный вопрос для понимания развития капитализма и крестьянской социальной бедности в Европе. Он понимал, что земля важна как для укрепления капиталистического способа производства, так и как потенциальный элемент для поддержки вспышки революции, которая изменит общество, содействуя социальной справедливости.(ЧАРДАК, 1997; ПЕЛЬТЬЕ, 2013; САРРАЗИН, 2004)

В период между 1853 и 1855 годами, когда Реклю работал воспитателем детей крупного рабовладельческого фермера на юге Соединенных Штатов, он глубже осознал роль частной собственности на землю в производстве капиталистических отношений и их влияние на аграрное пространство. , 2014). Его поразила суровая социальная реальность, окружавшая его. С одной стороны, крестьяне, поддерживаемые церковью и государством, концентрировали огромные участки земли, где преобладала монокультура, с другой, были порабощенными рабочими без каких-либо гарантированных прав.Этот опыт заставил его бросить работу и отправиться в путешествие по части американского континента в Новую Гранаду (ныне Колумбия), где он безуспешно пытался создать проект колонизации, в котором небольшие владения, поликультура и, прежде всего, уважение основных прав граждан будет преобладать. (ВИНСЕНТ, 2010; ЗААР, 2015)

Благодаря его личному опыту и интеллектуальной зрелости, ставшей результатом изучения анархизма, в последующие десятилетия аграрный вопрос стал одной из наиболее часто повторяющихся тем в его политических сочинениях.Чрезвычайно верный принципам анархизма Пьера-Жозефа Прудона, вдобавок к противопоставлению себя частной собственности и структурам установленной власти (государству, церкви и капиталу), Реклю создал аналитический метод, давший ему весьма своеобразную интерпретацию аграрного вопроса. Для него явления могут быть поняты только путем анализа их динамики в рамках предположения, что они всегда находятся в движении, порожденном диалектической парой эволюции и революции, которые понимаются как последовательные акты одного и того же процесса (RECLUS, 1880b и 1902). ).

Методологические рассуждения Реклю основаны на том принципе, что эволюция и революция не являются антагонистическими или дихотомическими понятиями, а дополняют друг друга. Он опровергает общепринятую интерпретацию девятнадцатого века, согласно которой эволюция считалась синонимом прогресса, а революция — регрессом, беспорядком и разрушением статус-кво. Для Реклю эволюция — это все движение явления во времени, которое может быть как прогрессом, так и регрессом, а революция включает в себя изменения в фундаментальных основаниях явления.Диалектическое движение возникает по мере того, как явление развивается таким образом, что вызывает сомнение в его первоосновах, порождая революцию за счет образования новых оснований, которые, в свою очередь, открывают новый период эволюции. Реклю утверждает, что это движение цивилизационная спираль, которая обеспечивает элементы для понимания явлений из динамики и отношений, которые придают им значение.

Опираясь на эту теоретическую основу, Реклю относит аграрный вопрос к числу важнейших явлений капиталистической социальной динамики.Одним из его первых анализов был случай Бразилии в статье под названием Le Brésil et la Colonization (Бразилия и колонизация), опубликованной в двух частях в 1862 году, в которой он резко критикует бразильскую социальную организацию. По его словам, это общество сначала коренилось в рабовладении, а во второй эволюционный момент — в концентрации земли. Последняя «образовала аристократию плантаторов» (RECLUS, 1862a, p. 931 — наш перевод), которые не ценят окружающую среду или коренные народы, но держали монополию на землю и производство товаров на экспорт.Реклю также критиковал обращение с иммигрантами, которые в основном работали на земле в колониях на крупных фермах. Он считал, что обещание процветания, данное этим иммигрантам, может быть выполнено только тогда, когда земля будет свободной (RECLUS, 1862b).

В своей работе Évolution et Révolution (Эволюция и революция), написанной для лекции 1880 г., при анализе народного недовольства, которое могло стать спусковым крючком для революции, Реклю утверждает, что землю должны занимать только рабочие, тем самым защищая главную анархистскую принцип аграрного вопроса, поставленный Бакуниным (1873 г.) в «Земля принадлежит тем, кто на ней работает».Это также объясняет, что повышенная осведомленность рабочих также происходит из-за нестабильности их социальных условий

.

Теперь эхом раздается звук революции, сотрясающий фабрики, парламенты и троны. Понятно, что в прошлом, когда в Варшаве царил порядок, царило зловещее молчание. […] На следующий день после резни лишь немногие осмеливаются встать на пути пуль. Когда слово или жест наказываются тюрьмой, людей, обладающих смелостью подвергать себя опасности, очень мало.Редко кто спокойно принимает роль жертвы в деле, торжество которого еще далеко и даже сомнительно. Не все так героичны, как русские нигилисты, сочиняющие манифесты в самом логове своих врагов и расклеивающие их на стене между двумя часовыми. Нужно очень усердно порицать тех, кто не объявляет себя социалистами, когда от этого признания зависит их работа, то есть жизнь тех, кто им дорог. Но если все угнетенные не обладают темпераментом героев, то они тем не менее чувствуют свои страдания, и многие из них серьезно относятся к их интересам.Во многих городах, где нет ни одной организованной социалистической группы, все рабочие без исключения уже являются более или менее сознательными социалистами; они инстинктивно рукоплещут товарищу, который говорит им об общественном государстве, при котором все продукты труда будут в руках рабочих. рабочий. В этом инстинкте содержится зародыш будущей Революции; ибо с сегодняшнего дня оно становится более точным, трансформируется в более отчетливое сознание. То, что рабочий смутно чувствовал вчера, он знает сегодня, и каждый новый опыт учит его лучше понимать это.И разве крестьяне, которые не могут собрать достаточно, чтобы сохранить тело и душу вместе со своим клочком земли, и еще более многочисленный класс, не имеющий ни клочка земли, не начинают ли все они понимать, что земля должна принадлежать мужчины, которые выращивают его? Они всегда инстинктивно это чувствовали, теперь они это знают и готовятся заявить о своем притязании на простом языке.

(RECLUS, 1880b, стр. 40-41 — курсив добавлен)

В том же году он опубликовал знаменитый текст Ouvrier, prends la machine! Prends la terre, paysan! (Рабочий, захвати машину! Захвати землю, крестьянин!), написанный в виде статьи, но изданный в виде брошюры для распространения среди рабочих Парижа, в которой он защищает союз рабочих и крестьян против частной собственности. (земля и средства производства).Реклю утверждал, что владельцы собственности намеренно разжигали антагонизм между городскими рабочими и крестьянами, чтобы подорвать любую попытку отождествить эти две группы с проблемами, вызванными развитием капитализма, что привело бы к созданию рабочих движений в пользу социальных преобразований.

В том же тексте Реклю критикует идеализированный большинством экономистов взгляд на крестьянскую жизнь как на красивую и мирную и объясняет, что владение землей традиционно связано с властью некоторых традиционных семей.В этом смысле земля принадлежит не тем, кто там работает и производит пищу, а людям, которые часто даже не посещали свои владения, например князьям или банкирам.

В тексте 1886 года Pourquoi Sommes-nous Anarchistes («Почему мы анархисты»), в котором он излагает основные положения модели общества, защищаемой анархистами, Реклю защищает коллективизацию и рациональное использование земли. Он утверждает, что главным критерием ее деления должно быть обеспечение благосостояния людей.

Между 1891 и 1898 годами Реклю разработал более глубокий политический анализ аграрного вопроса в L’Evolution, la Révolution et l’Idéal Anarchique («Эволюция, революция и анархический идеал»), расширенной и более аргументированной версии текста «Эволюция и революция». который был опубликован только в 1902 году. С теоретической точки зрения эта работа является наиболее важным из политических текстов анархо-географа. Помимо того, что он расширяет объяснение своего аналитического метода, детализируя анархистские предпосылки, этот текст более глубоко проблематизирует вопросы, связанные с частной собственностью на землю.

Для Реклю Государство, Церковь и Капитал действуют, чтобы сделать отношения между ними все более расплывчатыми и туманными в сознании людей, заставляя их соглашаться с господством и ограничением их свобод. Основываясь на этой предпосылке, он заключает, что эти три института являются врагами мысли, равенства и свободы, потому что они являются генезисом, поддерживающим частную собственность. Еще раз он предлагает альтернативу союза между рабочими против институтов установленной власти.В этом контексте присвоение земли крестьянами имеет такое же значение для социальных преобразований, как и захват фабрики рабочими. Он поясняет, что «(…) именно в присвоении земли и фабрик, уже считавшихся исходным пунктом новой социальной эры, рабочие всех стран, собравшись на конгресс, проявили себя в полном согласии» (RECLUS, 1902 г., стр. 23 — наш перевод).

Однако, если рабочие в нескольких европейских городах уже начали организовываться в движения сопротивления, основанные на анархистских принципах, в сельской местности реальность была совершенно иной.Если крестьяне едва могли организоваться в ассоциации или кооперативы, как могли они отказаться от своего страха перед рабочими и присоединиться к ним в рабочем союзе?

Размышляя над этим вопросом, в 1899 году Реклю написал «Mon Frère le Paysan» («Моему брату-крестьянину»), чтобы предоставить учебный материал для анархистских активистов, которые должны были провести подготовительную работу непосредственно с крестьянами. Обсуждая превращение крестьян в рабочих (если нет союза и борьбы), он заявляет, что концентрация земли имеет первостепенное значение для проникновения промышленной логики в аграрное пространство, моделируемое тем, что он называл научным исследованием.В то же время этот сценарий приведет к невиданному прежде богатству, а также к нищете и ненадежным рабочим отношениям. Он детализирует это объяснение, заявляя, что:

Если бы счастье человечества состояло в том, чтобы создать несколько миллионеров, которые для удовлетворения своих прихотей и желаний копили продукты, накопленные всеми порабощенными рабочими, то эта научная эксплуатация земли, несомненно, была бы воображаемым идеалом. […] Расходы на скудную заработную плату дают огромное количество продукции, которая отправляется целыми кораблями и продается по цене, в десять раз превышающей себестоимость.

(РЕКЛУС, 1899, стр. 14)

Несколько лет спустя Реклю более подробно описал эту ситуацию в своем последнем тексте, посвященном аграрному вопросу: La Culture et la Propriété (Культура и собственность), глава VII фолианта VI работы L’Homme et la Terre (Земля и ее земля). жителей). Написанная в 1904 г., но опубликованная только в 1908 г., она анализирует историческую эволюцию частной собственности на землю в различных частях мира. Он считал, что в то время как частная собственность на землю узаконивает неравенство между людьми, она способствует ограничению основных прав, таких как свобода передвижения.Он утверждает, что «рассматривая последствия крупной собственности, мы не должны забывать о препятствиях, которые она ставит на пути свободного передвижения, когда окружающее население не знает, как обойти ограничения». (RECLUS, 1908, стр. 285). Поэтому он помещает концентрацию собственности на землю и накопление богатства непосредственно в процесс воспроизводства властных структур.

На взгляды Реклю по аграрному вопросу явно оказали сильное влияние труды анархистских теоретиков Пьера-Жозефа Прудона (1841 г.) и Михаила Бакунина (1873 г.), для которых борьба против частной собственности и создание нового общества без государства Церковь, или Капитал, должна была стать сердцевиной решения скрытой проблемы в конце девятнадцатого века. Однако его опыт работы с различными реалиями на протяжении всей его жизни и географическая направленность его аналитического видения означали, что в его изучении крестьянского вопроса у него были дополнительные элементы, чем у этих двух влиятельных авторов.

ВЗГЛЯДЫ ЭЛИЗА РЕКЛЮ НА КРЕСТЬЯНСКИЙ ВОПРОС

Анархистский анализ крестьян Реклю основан на его понимании последствий расширения капиталистических отношений в сельской местности. В то время как марксисты рассматривали крестьянство как анархический способ производства и единицу производства, находящуюся под угрозой исчезновения, анархисты рассматривали их как членов эксплуатируемого рабочего класса, чья свобода была ограничена частной собственностью на землю.Еще одним важным элементом, разграничивающим эти две позиции, является роль крестьян в революции. В целом на марксистов сильное влияние оказала работа Карла Маркса «Восемнадцатое брюмера» Луи Бонапарта, написанная в 1852 г., в которой при анализе французского социально-политического контекста между 1848 и 1851 гг. , кульминацией которых стал переворот Наполеона III, он утверждает, что:

Эта интерпретация оценивает, что крестьяне неспособны организовать себя политически или социально. Это существенно отличается от анархистского тезиса, как и их взгляды на направление аналитического дискурса.В то время как для марксистов крестьяне были подданными, которые поддерживали революцию, для анархистов они были подданными, которые ее построили. Кроме того, в то время как марксисты говорили о крестьянах, анархисты отдавали предпочтение разговору с крестьянами, призывая их объединяться и действовать. Элизе Реклю была центральной фигурой в этой задаче, учитывая, что его интерпретация крестьянского вопроса обрисовывалась вместе с анархистской воинственностью, которой он посвятил большую часть своих политических текстов. Он стремился просвещать и вовлекать активистов, потому что они имели бы непосредственный и ежедневный контакт с субъектами революции (рабочими и крестьянами) и развивали обучение и просвещение, то есть основу революции, которая заложила бы столпы анархизма. общество.

Основываясь на анархистском предположении о повышении осведомленности, которое было разработано для достижения интеллектуальной эмансипации людей и содействия социальным преобразованиям, Реклю стремился использовать более доступный язык в своих текстах, предназначенных для объяснения важных тем активистам, которые будут иметь контакт с европейскими крестьян в последние два десятилетия XIX в. Он подчеркивает важность понимания того, как происходило присвоение земли в бывших европейских колониях, что рассматривалось многими европейскими экономистами, агрономами, бизнесменами и политиками как пример, достойный подражания.

Пусть крестьяне Европы будут в курсе! Не сомневайтесь, что капиталисты скоро сделают здесь то, что они считали нужным делать по ту сторону Атлантики, потому что именно те, кто дает нам сведения об американских фермах, являются уполномоченными английского правительства импортировать в Европу хорошие методы земледелия. (RECLUS, 1880b, стр. 4-5 — наш перевод)

Реклю стремился подчеркнуть фундаментальную роль земли в сохранении свободы европейской крестьянской массы. Для него сохранение общинных земель и уз солидарности лежит в основе крестьянского существования, так как с превращением общинных земель в мелкие индивидуальные владения начинается процесс разрыхления крестьянской жизни и труда, что подрывает общественное равновесие, необходимое для социальные отношения между этими субъектами (RECLUS, 1880a, 1880b и 1908). Учитывая эту реальность, политические тексты по крестьянскому вопросу также стремились подчеркнуть важность борьбы и сопротивления экспансии капитала в деревню, которая неизбежно привела бы к еще большей концентрации земли, экспроприации и ненадежным трудовым отношениям.

Совершенно очевидно, что потенциал крестьянского политического выступления не следует недооценивать, а наоборот, стимулировать активистами. Это был единственный способ крестьянского существования

Например, в тексте «Моему брату-крестьянину» Реклю стремится разъяснить важность повышения осведомленности и мобилизации рабочих для социальных преобразований по анархистскому принципу. По его словам, в революции не будут уважать землю концентраторов, спекулянтов и тех, кто, несмотря на малоземелье, эксплуатирует чужой труд.Эта земля будет предназначена для крестьянских семей, которые будут работать на производстве продуктов питания для снабжения общества. Кроме того, размер крестьянского участка должен быть таким, чтобы семья могла его обрабатывать. Однако это произойдет лишь в том случае, если крестьяне объединятся, ибо «Совершенно один, мелкий земледелец […] слишком слаб, чтобы бороться против скупой природы и злого угнетателя в одно и то же время. Если он выживет, то благодаря силе воли. Он должен приспосабливаться ко всем капризам погоды и тысячу раз подвергаться добровольным мучениям».(РЕКЛУС, 1899, стр. 3-4)

Реклю признает, что отношения крестьян с землей сильно отличаются от отношений крупного землевладельца. Для крестьянина это выходит за рамки экономической сферы, потому что земля является одновременно и домом, и местом работы, и местом солидарности со сверстниками. Однако ни одного из этих элементов недостаточно, чтобы освободить их от судьбы, которую уготовило им расширение капиталистической логики в сельском хозяйстве. Недостаточно любить землю! Только единство и политическое действие способны изменить судьбу, продвигаемую капиталом.«Если бы все крестьяне в одном и том же районе поняли, насколько союз может увеличить их силу против угнетения, они, конечно, никогда не оставили бы общины первобытных времен погибать (…)» (РЕКЛЮС, 1899, с. 6 — наша перевод).

Для Реклю крестьянский класс находится в центре борьбы против капитализма, потому что его организация опирается на совершенно иную логику, на образ жизни, который является подлинно ассоциативным, солидарным, поддерживается кооперативными практиками взаимопомощи, коллективными усилиями. , обмен продовольствием, отношения наследования, брак, работа и сосуществование.Таким образом, ткань крестьянской жизни закреплена в ассоциации между равными в управлении землей, работой и жизнью, форма организации, защищаемая анархистской мыслью.

Однако союз крестьян должен состоять и из политических действий, чтобы предотвратить изоляцию или исчезновение этого социального класса. Кроме того, крестьяне должны объединиться с городскими рабочими против шаткости трудовых отношений и условий жизни, при том, что в пользу помещиков и промышленников стоят Закон, церковь и политика.Таким образом, крестьянам не стоит объединяться в коммуну только тогда, когда они вот-вот потеряют землю, требуемую помещиком.

Таким образом, все вы, мелкие землевладельцы, как обособленные, так и объединенные в общины, действительно слабы против тех, кто пытается вас поработить, кто охотится за вашим клочком земли, и перед властями, которые пытаются взять с него все доходы. Если вы не умеете объединяться, и не только от человека к человеку или от общины к общине, но и от страны к стране в великий рабочий интернационал, вы скоро разделите судьбу миллионов и миллионов людей, которые уже лишены права сеять и жать и живут как наемные рабы.Они находят работу, когда начальство заинтересовано в том, чтобы дать им ее, и всегда вынуждены просить милостыню тысячью способов, иногда смиренно прося, чтобы их наняли, иногда даже протягивая руки, чтобы выпросить скудные гроши. Их лишили земли, и завтра вы можете быть среди них. (РЕКЛУС, 1899, стр. 5)

Его прекрасное знание североамериканской аграрной действительности дало Реклю важные элементы для поддержки его дискурса, обращенного к крестьянам, основанного на борьбе против крупной капиталистической собственности, поддерживаемой монокультурами и системой наемного труда.Кроме того, его исследования революции и человеческого достоинства позволили ему предложить альтернативы в борьбе с процессом экспансии капитализма как в деревне, так и в городе. Для него, прежде чем будут воздвигнуты баррикады, в умах и сердцах рабочих должна произойти революция (RECLUS, 1902). Исходя из этой идеи, в своих политических текстах, в которых он обращался к этому вопросу, Реклю создал своего рода боевой клич, чтобы побудить рабочих к борьбе:

Повышение осведомленности о действиях по преобразованию существующей модели общества всегда присутствовало в анализе Реклю крестьянства.Тем не менее, в начале двадцатого века, при написании своего последнего великого труда L’Homme et la Terre (Земля и ее обитатели), он облекает в слова свои наблюдения на протяжении как минимум двух десятилетий: исчезновение крестьянства — защищенный тезис Марксом, Лениным и Каутским.

Даже понимая, что развитие капитализма в деревне приведет к исчезновению крестьян, превратив их в пролетариев, Реклю полагает, что крестьянский класс и общинные земли не исчезнут полностью, потому что, даже в меньшем количестве, они будут территориями сопротивление капиталистической логике и воспроизводство их образа жизни.

Взяв в качестве примера широкое распространение частной собственности на землю в Европе между шестнадцатым и девятнадцатым веками, он утверждает, что:

Реклю также считает, что обычные элементы, относящиеся к крестьянской морали и созданные из удовлетворения непосредственных потребностей (жилье, пища, работа), объединяют их, развивая узы солидарности, образующие крестьянское сопротивление. Однако, хотя они и могут замедлить процесс расширения частной собственности на землю и логику промышленного производства в аграрном пространстве, крестьянский уклад жизни постоянно находится под угрозой.(РЕКЛУС, 1908)

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Социальные и территориальные последствия расширения частной собственности на землю в девятнадцатом веке послужили поводом для различных интерпретаций аграрного вопроса в капитализме. Однако долгое время эти дебаты были сосредоточены на теоретико-методологической и политической оппозиции между либералами и социалистами, в результате чего другие анализы, такие как анархистский, относительно игнорировались более поздними исследованиями.

После раскола между социалистами и анархистами на Гаагском конгрессе в 1872 г. анархистское мышление о проникновении капиталистических отношений и промышленной логики в деревню стало более верным своим предпосылкам.Прекрасным образцом этой верности является теоретико-методологический подход Реклю к изучению аграрного вопроса, а именно к пониманию крестьянского вопроса в капитализме. Кроме того, важно подчеркнуть новаторский дух анархистов в создании коллективистского проекта, предлагающего альтернативы конфликту, установившемуся в деревне, который обсуждался, обсуждался и предлагался почти за два десятилетия до того, как это сделали социалисты, в котором Реклю активно участвовал.

Реклю способствовал выяснению основных расхождений между социалистами и анархистами, включая роль государства в социальных преобразованиях, возможности крестьянской организации, изменение образа жизни крестьян в связи с упадком общинной земли и изменения в крестьянские отношения, если небольшая их часть превратилась в мелкобуржуазные.

Если для социалистов государство должно существовать для содействия преобразованию общества в сторону более справедливой организации вместе с людьми и уважения их интересов, то для анархистов государство развращает и развращает те, кто у власти.Таким образом, как защищал Реклю во всех своих политических работах, нет необходимости принимать во внимание существование государства.

Что касается указанных Реклю возможностей крестьянской организации, то анализ основ коллективистской программы анархистов, теоретической базы для развития его понимания аграрного вопроса, ясно обнаруживает расхождения с социалистами. Для анархистов крестьяне — коллективные субъекты (по образу жизни, труду и т. д.), поэтому они считали, что Маркс недооценил их способности в организации и деятельности в обществе.Итак, анархисты отрицают восприятие крестьян как инструментов революции, защищая крестьянство как строителей и инициаторов преобразований вместе с рабочими.

Основываясь на трудах Прудона и Бакунина о частной собственности на землю, Реклю утверждает, что шаткость крестьянской жизни и труда начинается с исчезновением общей земли, подчеркивая, что крестьянину бесполезно быть мелким землевладельцем, потому что его социальная и материальное существование очерчено коллективом. Таким образом, он разделяет идеи этих двух ведущих анархистских мыслителей, указывая на то, что мелкие землевладельцы находятся в антагонистических отношениях со своими эксплуататорами, т. е. Реклю не разделяет социалистического тезиса о том, что некоторые крестьяне добьются благосостояния и станут частью буржуазии. Для него то, что определяет существование и общественное воспроизводство крестьян, есть труд, а не собственность. По этой причине анархисты защищают союз между крестьянами и рабочими, чтобы построить революцию, основанную на столпах общества по анархистским принципам.Однако союз рабочих против государства, церкви и капитала, как проповедовал Реклю во всех своих политических текстах, должен основываться на коллективно выстроенном народном идеале, что требует активной роли воинственности вместе с субъектами революции, чтобы желания крестьян также учитываются, заставляя этих подданных рассматривать себя как представителей и представленных в борьбе за достижение этого идеала.

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА

БАКУНИН, Мишель. Этатизм и анархия.Париж: Stock Éditer, 1873.

.

БРУН, Кристоф. Элизе Реклю: большие тексты. Париж: Фламмарион, 2014.

.

ЧАРДАК, Генриетта. Элизе Реклю: Человек, стремящийся к земле. Париж: Éditions Stock, 1997.

.

ЭККЛШОЛЛ, Роберт. Политические идеологии. 3ª edição. Мадрид: Технос, 2011.

.

ФЕРРЕТТИ, Федерико. Элизе Реклю: Налейте новую географию. Париж: Editions du CTHS, 2014.

.

ФЕРРЕТТИ, Федерико. Evolução e Revolução: os geógrafos anarquistas Élisée Reclus и Pëtr Kropotkin e sua relação com a ciência moderna, séculos XIX e XX.História, Ciência, Saúde — Manguinhos, Rio de Janeiro, v. 25, n. 2, июнь. 2018. Доступен на: https://www.scielo.br/scielo.php?script=sci_arttext&pid=S0104-59702018000200553&lng=pt&tlng=pt. Доступ: 30 марта. 2020.

ФЕРРЕТТИ, Федерико. Breve Cronologia da Vida de Élisée Reclus (1830-1905). Terra Brasilis [Online], 7, 2016. Доступен на: http://journals.openedition.org/terrabrasilis/1764. Доступ к 20 янв. 2020.

ГЕГЕЛЬ, Георг Вильгельм Фридрих. Princípios да Filosofia сделать Direito.Сан-Паулу: Мартинс Фонтес, 2003.

.

HOBSBWAM, E. История марксизма. Рио-де-Жанейро: Пас и Терра, 1983.

КАУТСКИЙ, Карл. Questão Агрария. Сан-Паулу: Nova Cultural, 1986.

.

ЛЕНИН Владимир. O Desenvolvimento do Capitalismo na Rússia: o processo de formação do mercado interno para a grande indústria. Сан-Паулу: Nova Cultural, 1985.

.

МАРКЕС НЕТО, Агостиньо Рамальо. Неолиберализм и Гозо. В: VESCOVI, RC (Org.). Lei em Tempos Sombrios. Рио-де-Жанейро: Companhia de Freud, 2009, с.51-68.

МАРКС, Карл. O 18 Брумарио де Луи Бонапарт. Лиссабон: Avante!, 1982. Доступен на: https://www.marxists.org/portugues/marx/1852/brumario/index.htm. Дата выхода: 04 апр. 2020.

МАРКС, Карл. Споры о законе о хищениях древесины. В: МЭКВ. Лондон: Международные издательства, 1975.

.

НАБАРРО, Серхио Апаресидо. Modo de Vida e Campesinato no Capitalismo: contribuições, limites e a construção de um entendimento do campesinato como modo de vida. Tese (Doutorado em Geografia).Университет Сан-Паулу, Сан-Паулу, 2014 г.

ПЕЛЬТЬЕ, Филипп. География и анархия: Элиза Реклю, Пьер Кропоткин, Леон Мечников и другие. Париж: Éditions du Monde Libertaire, 2013.

.

ПРУДОН, Пьер-Жозеф. Qu’est-ce que la proprieté? Recherche sur le principe du Droit et du Gouvernment. Париж: библиотека Прево, 1841 г.

.

РЕКЛЮ, Элизе. Le Brésil et la Colonisation: бассейн амазонок и индейцев. Revue des Deux Mondes, 15 июня. 1862. Париж, 1862а.

РЕКЛЮ, Элизе. Le Brésil et la Colonisation: прибрежные провинции, черные и аллемандские колонии. Revue des Deux Mondes, 15 июля. 1862. Париж, 1862б.

РЕКЛЮ, Элизе. Эволюция и революция. Le Révolté, № 27, 21 февраля, с. 1-3. Женебра, 1880а.

РЕКЛЮ, Элизе. Ouvrier, prends la machine! Prends la terre, paysan! Род: Imprimerie Jurassienne, 1880b.

РЕКЛЮ, Элизе. Pourquoi sommes-nous анархисты? La Tribune des Peuples — Майо / 1886 г.Париж, 1886 год.

РЕКЛЮ, Элизе. А mon frere, le paysan. Женева: Имп. Des Eaux-Vives, 1899.

РЕКЛЮ, Элизе. Эволюция, революция и анархический идеал. Париж: Stock Editeur, 1902.

.

РЕКЛЮ, Элизе. L’Homme et la Terre – том I – Les Primitifs / Histoire Ancienne. Париж: Librairie Universelle, 1905.

.

РЕКЛЮ, Элизе. L’Homme et la Terre – том VI – Histoire Contemporaine. Париж: Librairie Universelle, 1908.

.

РЕКЛЮ, Элизе. Развитие свободы в мире.Le Libertaire, № 22 (28 августа), № 23 (04 сентября), № 25 (18 сентября), № 26 (25 сентября) и № 27 (02 декабря), Париж, 1925 г.

РУССО, Жан-Жак. Du Contrat Social: ou principes du droit politique. Париж: Éditions Garnier Frères, 1962.

.

САРРАЗЕН, Элен. Элизе Реклю: или мирская страсть. Париж: Éditions du Sextant, 2004.

.

ВИЕЙРА, Юлия Лемос. O Problema da Propriedade Privada para o Jovem Marx. Revista Trans/Form/Ação, Marília, v.42, н. 2, с. 123-150, апрель/июнь, 2019.

ВИНСЕНТ, Жан-Дидье. Элизе Реклю: географ, анархист, эколог. Издания Роберта Лаффона: Париж, 2010.

.

ЗААР, Мирим Херми. A Questão Agrária na Obra Geográfica de Élisée Reclus. Ateliê Geográfico — Гояния-ГО, т. 9, н. 3, с. 43-62, дез./2015. Получите их: https://www.revistas.ufg.br/atelie/article/view/37627. Доступ к 20 янв. 2020.

Крестьянский вопрос в России в XVIII и первой половине XIX века….

Крестьянский вопрос в России в XVIII и первой половине XIX века…. | bol.com Слуит венстер

Жув кукиворкерен

Om bol.com voor jou nog beter te maken, gebruiken wij altijd functionele en analytische cookies (en daarmee vergelijkbare technieken). Ook willen мы куки plaatsen ом je bezoek aan bol.com en onze communicatie naar jou makkelijker en personlijker te maken.Met deze cookies kunnen wij en derde partijen jouw internetgedrag binnen en buiten bol. com volgen en verzamelen. Hiermee passen wij en derden onze веб-сайт, приложение, реклама и общение, а также другие интересы. Мы добавили файлы cookie в свою учетную запись. Кроме того, мы je account op een ander apparaat herkennen, hoef je niet opnieuw de keuze te maken. Дверь op ‘accepteren’ te klikken ga je hiermee akkoord. Je kunt je cookievoorkeuren altijd weer aanpassen. Лис эр более чем в ons cookiebeleid.

Ga naar zoeken Га наар хуфдинхуд

Саменваттинг

Крестьянский вопрос в России в первой половине XVIII и XIX века.Том 1. Крестьянский вопрос в 18-начале 19 вв.

Характеристики продукта

Инхауд

Биндвейзе
Мягкая обложка

Verschijningsdatum
март 2015 г.

Аантальная страница
586 страниц

Иллюстрации
урожденная

Оверидж Кенмеркен

Дополнительный грубый шрифт
урожденная

Гевичт
757 г

Таал
RU

Упаковка породы
148 мм

Verpakking hoogte
210 мм

Длина упаковки
210 мм

Я увидел артикель в

Книга, электронная книга luisterboek?
книга

Ног ген отзывы

Отрицательное, положительное, нейтральное: мы zetten een проверяем altijd онлайн. Мы контролировали, что мы сделали раньше, т.е. Мы контролируем, что это geschreven door iemand die het artikel heeft gekocht через bol.com en zetten dit er dan bij. De controles gebeuren Automaticisch, al kijken er soms mensen mee. Bol.com предлагает вам обзоры. Кроме того, дверь рецензента была прекращена, и он остался в рецензии самостоятельно.

Ниет левебарбар

Электронная почта mij eenmalig zodra dit artikel levbaar is.

Houd er rekening mee dat het artikel niet altijd weer terug op voorraad komt.

{«pdpTaxonomyObj»:{«pageInfo»:{«pageType»:»PDP»,»language»:»nl»,»website»:»bol.com»},»userInfo»:{},»productInfo»:[ {«productId»:»9200000051618061″,»ean»:»9785519401395″,»title»:»Крестьянский вопрос в России в XVIII и первой половине XIX века. Том 1. Крестьянский вопрос в XVIII и первой четверти XIX века»,»цена»:»0″,»categoryTreeList»:[{«дерево»:[«Бокен»]}],»кирпич»:» 10000926″,»кусок»:»80007266″,»издатель»:»Book On Demand Ltd.»,»автор»:»Семевский В.И.»,»averageReviewRating»:»0.0″,»seriesList»:[],»sellerName» :»bol.com»,»uniqueProductAttribute»:»СВЯЗЬ-Мягкая обложка»}]}}

  • Waar wil je dit mee vergelijken? Je кан в целом vijf artikelen kiezen.Er nog plaats voor еще артикелен. андер артикель.

подъем и падение крестьянского растения разведение


автор (ы): arwood, jonathan
Reviewer (ы): Lipton, Michael

Опубликовано EH. NET (октябрь 2012 г.)

Джонатан Харвуд, Зеленая революция в Европе и другие события после: Взлет и падение дружественной к крестьянам селекции растений .Routledge: London, 2012. стр. xviii + 269 стр. 140 долларов (твердый переплет), ISBN: 978-0-415-59868-2.

Рецензировано для EH.Net Майклом Липтоном, Отделом исследования бедности, Университет Сассекса.

В этой книге три аргумента. Во-первых, несмотря на добрые намерения и отзывчивость на критику, «зеленая революция»? (GR), особенно государственное растениеводство, не очень благоприятствовало крестьянам. Во-вторых, его дружелюбие к крестьянам в значительной степени зависит от политической организации и действий животноводов и научно-исследовательских институтов (как частных, так и государственных) и фермеров (как крупных, так и мелких).

Третий аргумент, занимающий более половины книги, гораздо интереснее и оригинальнее. В нем утверждается, что траектория политики фермеров и селекционеров (и личностей) в Южной Германии в 1880-1939 годах помогает нам понять, что работает, а что нет в поиске благоприятного для крестьян ГР. В более общем плане утверждается, что ученые и практики GR пренебрегали историей до GR, поэтому повторяли прошлые ошибки и не учились на прошлых успехах. Предполагается, что правильная формулировка может сделать дальнейшее распространение ГР (и его возможных преемников, основанных на биотехнологиях) гораздо более удобным для крестьян.

Эту книгу следует читать из-за ее существенных достоинств на ее собственных условиях: качественной политической мезоистории селекции растений. Действительно, есть аналогии между селекцией растений Южной Германии 1880-1939 гг. и «развивающегося мира»? в 1960-2012 гг. представляют несомненный интерес. Смогут ли мелкие фермеры добиться полезных для них исследований, лоббируя вместе с крупными фермерами и/или делясь своими учреждениями по селекции растений и другим исследованиям? или действовать самостоятельно, возможно, в поисках союзников в городах? Каков наилучший общественный ответ крупным животноводам (часто также фермерам), которые ? как они приватизируют, разрабатывают и продают зародышевую плазму от организаций, финансируемых государством? заставлять их исследовать те сорта и культуры, которые представляют интерес только для них? Что такое правильный баланс? и отношения? между публичными исследованиями для? Развитых? сельскохозяйственные регионы и, как правило, меньшие по размеру, более подверженные риску, но и более избегающие риска, и более разнообразные условия, например, большая часть Баварии или Северо-Западного Китая? Эти и другие вопросы, знакомые по сегодняшним спорам, освещены немецкими свидетельствами Харвуда.

Тем не менее, качественная политическая мезоистория представляет собой весьма ограниченный подход. Качественное требует количественного. В этой книге без таблиц у нас нет оценок площади, производства, занятости, урожайности или экономической отдачи крестьян по сравнению с крупными фермами в Германии в 1880–1939 гг.? Мезо может извлечь выгоду из микро (отчет об опыте отдельных ферм или деревень) и отчаянно нуждается в макро. Каким образом расизм, связанный с нацистами, повлиял на структуру фермерской и сельской жизни, а следовательно, на селекцию растений и инновации? Политическое нуждается в сельскохозяйственном и экономическом.Нет данных по Германии (и немного по ГР), показывающих тип и диапазон новых сортов, уровень их внедрения (по районам или фермерами) на малых или крупных фермах или разницу, которую внедрение оказало на производство, занятость, доход или благосостояние. Очень мало информации по важнейшим агротехническим вопросам, например о том, какая часть земель в южногерманских землях была занята самоопыляющимися культурами, семенами которых можно было повторно пользоваться без больших потерь урожая (этот вопрос автор рассматривает гораздо позже, в отношении биотехнологических сортов).

Все эти вопросы, безусловно, влияют на соответствующие уроки из другого исторического опыта для сегодняшнего ОТО. В частности, как признает Харвуд, урожайность и прирост доходов от сортов ЗГ (и связанного с этим использования воды и удобрений) были быстрыми и значительными, например, в Пенджабе. Насколько уместны уроки относительно постепенных, медленных изменений, как в немецкой сельскохозяйственной технологии (или, по крайней мере, сортов семян) в 1880-1939 гг.?

Харвуд признает, что некоторые полезные для крестьян уроки были извлечены из первых критиков ОТО.Однако из его книги нельзя догадаться, что более 90 процентов земель на обширных участках орошаемой Азии в настоящее время засеяно высокоурожайными полукарликовыми рисом и пшеницей; что небольшие фермы, во всяком случае, сажают их в большем количестве и поддерживают их большим количеством азота, фосфора и калия (NPK) на гектар; или что в большинстве стран GR увеличилась доля земли, принадлежащей более мелким фермам.

Да, GR мог бы принести пользу большему количеству бедных фермеров и раньше, если бы уроки истории были усвоены.Но является ли это главным образом историей политики селекционеров и фермеров в таких контекстах, как Германия 1880-1939 гг.? Селекционная история каждой развивающейся страны создает свои собственные национальные системы сельскохозяйственных исследований, предшествующие ГР. Возможно, именно к этой истории (например, для Индии, к распространению сортов пшеницы Пуса в 1920-х и 1930-х годах) следует обратиться в первую очередь национальным специалистам по ГР и ученым. Во-вторых, распределение доходов между богатыми и бедными, крупными и мелкими земледельцами зависит от общей структуры власти, а не только от мезополитики селекции растений и экономики фермы: огромные изменения, такие как неолитические поселения, средневековые и сельскохозяйственных революций восемнадцатого века, и ОТО взаимодействуют, часто с драматическим эффектом, со структурами власти, классами и интересами. ?

Наконец, несмотря на то, что дружелюбие к крестьянам очень важно для определения того, ориентирован ли ГР на интересы бедных, это не единственный определяющий фактор. Финансисты, теоретики и практики ЗГ были в основном озабочены тем, чтобы избежать голода, который, казалось, угрожал большей части развивающегося мира после последовательных катастрофических урожаев Индии в 1965-66 и 1966-67 годах. Добавление к? кучу риса? (и пшеница) рассматривались как средство от голода. При всем нашем оправданном акценте на продовольственные права, это менее наивно, чем кажется: как признает Харвуд, GR сократил местные закупочные цены на основные продукты питания, и это было бы в пользу бедных даже без особой выгоды для мелких фермеров.

Харвуд дает увлекательный отчет о мезополитике селекции растений в Южной Германии в 1880-1939 гг.; использует учетную запись, чтобы проиллюстрировать возможные пути давления со стороны мелких фермеров и выгоды (или иным образом) для них; и убедительно показывает, почему такая история может иметь значение для разработчиков политики в области сельскохозяйственных исследований сегодня. Но для дополнения этой книги нужны другие, более широкие виды истории и в то же время более узкая агротехническая и количественная направленность.

Майкл Липтон (профессор экономики, отдел исследований бедности, Университет Сассекса, Брайтон, Англия) является автором книги Земельная реформа в развивающихся странах: права собственности и правонарушения в отношении собственности (Routledge, 2009).

Copyright (c) 2012, EH.Net. Все права защищены. Эта работа может быть скопирована для некоммерческих образовательных целей, если должным образом указаны автор и список. Для получения других разрешений обратитесь к администратору EH.Net ([email protected]). Опубликовано EH.Net (октябрь 2012 г.). Все обзоры EH.Net заархивированы по адресу http://www.eh.net/BookReview.

2 1
Тема:
9033 ы): Сельское хозяйство, природные ресурсы и добывающие отрасли
География (ы): General, International, или Сравнительный

19 век
20 век: до Второй мировой войны
20 век: Вторая мировая и послевоенная

Знакомство с Китаем

Крестьяне

Китайская революция развернулась в стране с огромным, но нереализованным потенциалом. Как и современный Китай, древний и имперский Китай также доминировал в этом регионе. В конце 1800-х годов территории, находившиеся под контролем или влиянием Китая, включали Маньчжурию на севере и Бирму, Тибет, Непал и Туркестан на юге и юго-западе. К 1900 году население Китая составляло примерно 467 миллионов человек, больше, чем все народы Европы вместе взятые. Подавляющее большинство китайских граждан проживало в восточной половине страны, где проживало побережье и порты Китая, а также 90 процентов его сельскохозяйственных угодий.Подавляющее большинство населения Китая было сосредоточено в восточных провинциях и городах, таких как имперская столица Пекин (называемый иностранцами «Пекин»). Плотность населения была намного выше в восточном Китае, иногда превышая 200 человек на квадратный километр. Западные районы Китая с их высокими горными хребтами, сухими пустынными плато и менее благоприятным климатом были менее населены.

До китайской революции, да и до второй половины 20 века, экономика Китая была в основном сельскохозяйственной. Самым распространенным занятием в дореволюционном Китае было крестьянское хозяйство. Как и в царской России, более 80% китайцев были крестьянами. Меньшинство крестьян претендовало на владение частью земли, однако большинство платило арендную плату помещикам. Эта рента могла быть непомерной и эксплуататорской, иногда до половины их сезонной продукции. Большинство крестьян-фермеров обрабатывали небольшие участки земли, часто в семьях. Сельское хозяйство велось вручную с использованием методов, применявшихся веками, обычно без помощи машин или крупного рогатого скота.Как следствие, китайское сельское хозяйство было трудоемким, а производительность сельского хозяйства была низкой. Большинство крестьян жили впроголодь.

Крестьянские общины были подвержены стихийным бедствиям и климатическим явлениям. Бедствие среднего масштаба, такое как продолжительная засуха, может нарушить производство, уничтожить урожай, испортить урожай и спровоцировать разрушительный голод. Миллионы китайских крестьян жили в долинах и поймах великих рек, таких как Янцзы и Хуанхэ (Желтая река), поэтому их жизнь и производство часто страдали от наводнений. Китай также был подвержен землетрясениям, которые часто приводили к большому количеству жертв (землетрясение в Таншане, произошедшее за несколько недель до смерти Мао Цзэдуна в 1976 году, унесло жизни почти 250 000 человек). Тем не менее, несмотря на свои ужасные условия и экономические лишения, китайские крестьяне проявляли больше независимости и свободы мышления, чем их коллеги в средневековой Японии или Европе. История Китая полна историй о восстаниях в сельской местности и провинциях. Нередко страдающие или подвергшиеся жестокому обращению крестьяне теряли веру в действующих правителей и перекладывали свою поддержку на новую династию, военачальника или иностранных захватчиков.

Женщины и дети из богатых маньчжурских семей

Крестьяне составляли подавляющее большинство населения Китая, но были и другие социальные классы, некоторые из которых были любопытными, творческими и прогрессивными. Древний и средневековый Китай был хорошо известен своими технологическими инновациями, включая шелк, бумагу и порох, которые были приобретены и использованы Западом. Знаменитая Великая китайская стена была еще одним чудом инженерной мысли, которое строилось и реконструировалось в течение тысячелетий, чтобы не допустить неистовых военачальников.Китайские города и поселки также имели процветающий класс ремесленников. Эти рабочие производили промышленные товары, такие как фарфор и шелк, которые позже стали востребованы европейскими импортерами. Тем не менее, несмотря на высокое качество и высокий спрос на их товары, китайские ремесленники не были богатым классом. Они мало получали от продажи своих товаров, большая часть которых попадала в руки правительственных чиновников, посредников и иностранных торговцев. Китай также мог похвастаться удивительным объемом технического и промышленного производства, превышающим европейский, как резюмировал историк Пол Кеннеди в книге The Rise and Fall of the Great Powers (1989):

.

«Для читателей, воспитанных с уважением к «западной науке», самой поразительной чертой китайской цивилизации должна быть ее технологическая скороспелость. Огромные библиотеки существовали с самого начала. Печать подвижными литерами уже появилась в Китае 11 века, и вскоре существовало большое количество книг. Торговля и промышленность, стимулированные строительством каналов и демографическим давлением, были одинаково развиты… К последним десятилетиям XI века в северном Китае существовала огромная металлургическая промышленность, производившая около 125 000 тонн в год, в основном для военных и государственных нужд. Армия численностью более миллиона человек была, например, огромным рынком сбыта изделий из железа… Этот показатель производства был намного больше, чем британское производство железа на ранних стадиях промышленной революции, семь столетий спустя! Китайцы, вероятно, были первыми, кто изобрел настоящий порох.Пушки использовались Мин для свержения монгольских правителей в конце 14 века. Магнитный компас был еще одним китайским изобретением. В 1420 году во флоте Мин было зарегистрировано 1350 боевых кораблей, в том числе 400 больших плавучих крепостей и 250 кораблей, предназначенных для дальних плаваний».

Фотография «лотосовых стоп», созданных бинтованием ног в имперском Китае

г. Как и в других феодальных цивилизациях, средневековое китайское общество было иерархическим, семейным и патриархальным.Эти структуры были подкреплены философскими учениями Конфуция, который подчеркивал понятия трудолюбия, послушания и уважения к авторитету и своим предкам. Китайские женщины были подчинены в этой социальной системе. Мужчины сохраняли власть и имущество через первородство: все титулы и имущество унаследовались потомками мужского пола и оставались у них. Китайские женщины имели мало законных прав, не имели права инициировать развод и не имели политического голоса. Они мало получали формального образования (женщины были достаточно обучены, чтобы читать конфуцианские тексты, которые укрепляли их низкое положение в обществе, но не более того).Пожилые женщины стали пользоваться некоторым уважением и влиянием: они могли определять важные семейные решения, такие как выбор супругов для детей, однако, как и все женщины, они не имели формальных или юридических прав. Китайский закон и конфуцианские ценности разрешали только одну жену. Состоятельные и влиятельные мужчины часто держали несколько наложниц (по сути, публичных любовниц или неофициальных жен). В большинстве случаев эти наложницы имели еще меньше прав, чем замужние женщины.

Взгляд историка:
«Хотя население Китая всегда состояло в подавляющем большинстве из фермеров, и хотя Китай долгое время считался на Западе самой моделью аграрного общества, к середине эпохи Цин он, возможно, был самая коммерциализированная страна в мире.Китайская элита, которая утверждала, что живет идеализированной жизнью джентльмена-фермера, «пахав и читая», чаще всего субсидировалась за счет семейного состояния, заработанного на торговле. Западные «пионеры торговли», приехавшие в Китай в 19 веке, думая, что обучают туземцев достоинствам обмена, просто обманывали себя… Внутренняя торговля Китая развивалась задолго до прихода жителей Запада».
Уильям Т. Роу

В дополнение к своему низкому социальному положению, несколько миллионов китаянок подверглись ужасам связывания ног. Эта древняя практика включала постоянное изменение формы человеческой стопы, но процесс, с помощью которого это было достигнуто, был мучительным. Молодым девочкам в возрасте от двух до четырех лет ломали пальцы на ногах и засовывали их под подошвы, затем ступни туго обматывали бинтами. Ступни развязывали, ежедневно чистили и вымачивали, а затем восстанавливали еще сильнее. Со временем структура ступней исказилась до такой степени, что их можно было развязать, но при этом сохранить свою новую форму. Конечным результатом стала «нога лотоса» с характерной формой, высоким сводом и преувеличенным острием.Бинтование ног соответствовало преобладающим представлениям мужчин о красоте, форме и сексуальной привлекательности. Некоторые китайские мужчины даже использовали расщелину на «лотосовых стопах» для полового акта. Практика связывания ног была более распространена среди среднего и высшего классов, которые считали «лотосные стопы» необходимым условием для поиска хорошего мужа. Хотя некоторые крестьяне связывали ноги своим дочерям, многие этого не делали, потому что это делало работу в поле практически невозможной. Европейцам практика связывания ног казалась жестокой и варварской.

1. До революции в Азии господствовал Китай, страна больших размеров, с огромным населением и значительным экономическим потенциалом.

2. Большинство населения Китая было сосредоточено в его восточных провинциях, вблизи хороших сельскохозяйственных угодий и побережья, в то время как его горные и засушливые западные районы были малонаселены.

3. Экономика Китая была преимущественно аграрной, землей крестьян, хотя ее промышленность и производство были хорошо развиты по сравнению с большей частью мира.

4. Китайское общество было сильно иерархичным. Эти иерархии и традиции были определены традицией и подкреплены конфуцианскими ценностями дисциплины и послушания.

5. Женщины занимали низкое положение в дореволюционном китайском обществе, практически не имея юридических и имущественных прав. Многие китайские женщины также подвергались практике бинтования ног и конкубината.

Информация для цитирования
Название: «Введение в Китай»
Авторы: Гленн Куча, Дженнифер Ллевелин
Издатель: Alpha History
URL: https://alphahistory.com/chineserevolution/introduction-to-china/
Дата публикации: 24 февраля 2016 г.
Дата обращения: 09 марта 2022 г.
Авторское право: Содержание этой страницы не может быть повторно опубликовано без нашего прямого разрешения. Для получения дополнительной информации об использовании, пожалуйста, обратитесь к нашим Условиям использования.

Аграрный вопрос России в историческом и современном контексте

‘) переменная голова = документ.getElementsByTagName(«голова»)[0] var script = document. createElement(«сценарий») script.type = «текст/javascript» script.src = «https://buy.springer.com/assets/js/buybox-bundle-52d08dec1e.js» script.id = «ecommerce-scripts-» ​​+ метка времени head.appendChild (скрипт) var buybox = document.querySelector(«[data-id=id_»+ метка времени +»]»).parentNode ;[].slice.call(buybox.querySelectorAll(«.вариант-покупки»)).forEach(initCollapsibles) функция initCollapsibles(подписка, индекс) { var toggle = подписка.querySelector(«.цена-варианта-покупки») подписка.classList.remove(«расширенный») var form = подписка.querySelector(«.форма-варианта-покупки») если (форма) { вар formAction = form.getAttribute(«действие») документ.querySelector(«#ecommerce-scripts-» ​​+ timestamp). addEventListener(«load», bindModal(form, formAction, timestamp, index), false) } var priceInfo = подписка.querySelector(«.Информация о цене») var PurchaseOption = toggle.parentElement если (переключить && форма && priceInfo) { toggle.setAttribute(«роль», «кнопка») toggle.setAttribute(«tabindex», «0») переключать.addEventListener(«щелчок», функция (событие) { var expand = toggle.getAttribute(«aria-expanded») === «true» || ложный toggle.setAttribute(«aria-expanded», !expanded) form.hidden = расширенный если (! расширено) { покупкаOption.classList.add(«расширенный») } еще { покупкаOption. classList.удалить («расширить») } priceInfo.hidden = расширенный }, ложный) } } функция bindModal (форма, formAction, метка времени, индекс) { var weHasBrowserSupport = window.fetch && Array.from функция возврата () { var Buybox = EcommScripts ? EcommScripts.Buybox : ноль var Modal = EcommScripts ? EcommScripts.Модальный: ноль if (weHasBrowserSupport && Buybox && Modal) { var modalID = «ecomm-modal_» + метка времени + «_» + индекс var modal = новый модальный (modalID) modal.domEl.addEventListener («закрыть», закрыть) функция закрыть () { form. querySelector(«кнопка[тип=отправить]»).фокус() } вар корзинаURL = «/корзина» var cartModalURL = «/cart?messageOnly=1» форма.установить атрибут ( «действие», formAction.replace(cartURL, cartModalURL) ) var formSubmit = Buybox.interceptFormSubmit( Buybox.fetchFormAction(окно.fetch), Buybox.triggerModalAfterAddToCartSuccess(модальный), функция () { форма.removeEventListener («отправить», formSubmit, false) форма.setAttribute( «действие», formAction.replace(cartModalURL, cartURL) ) форма. отправить() } ) form.addEventListener («отправить», formSubmit, ложь) документ.body.appendChild(modal.domEl) } } } функция initKeyControls() { document.addEventListener («нажатие клавиши», функция (событие) { if (document.activeElement.classList.contains(«цена-варианта-покупки») && (event.code === «Пробел» || event.code === «Enter»)) { если (document.activeElement) { мероприятие.предотвратить по умолчанию () документ.activeElement.click() } } }, ложный) } функция InitialStateOpen() { вар buyboxWidth = buybox. offsetWidth ;[].slice.call(buybox.querySelectorAll(«.опция покупки»)).forEach(функция (опция, индекс) { var toggle = option.querySelector(«.цена-варианта-покупки») вар форма = вариант.querySelector(«.форма-варианта-покупки») var priceInfo = option.querySelector(«.Информация о цене») если (buyboxWidth > 480) { переключить.щелчок() } еще { если (индекс === 0) { переключить.щелчок() } еще { toggle.setAttribute («ария-расширенная», «ложь») форма.скрытый = «скрытый» priceInfo.hidden = «скрытый» } } }) } начальное состояниеОткрыть() если (window.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.